Всего новостей: 2527941, выбрано 859 за 0.018 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Путин Владимир в отраслях: Приватизация, инвестицииВнешэкономсвязи, политикаТранспортМеталлургия, горнодобычаГосбюджет, налоги, ценыМиграция, виза, туризмНефть, газ, угольСудостроение, машиностроениеФинансы, банкиЭкологияХимпромСМИ, ИТАвиапром, автопромНедвижимость, строительствоОбразование, наукаЭлектроэнергетикаАрмия, полицияАгропромЛеспромЛегпромРыбаМедицинавсе
Россия > Агропром > kremlin.ru, 10 октября 2012 > № 665055 Владимир Путин

Совещание о ходе уборки урожая и ситуации на зерновом рынке. Обсуждались меры по стабилизации цен на рынке зерна, вопросы организации сева озимых культур, а также шаги по повышению конкурентоспособности агропромышленного комплекса после вступления России в ВТО.

В.ПУТИН: Добрый день, уважаемые коллеги!Мы сегодня с вами поговорим по результатам работы сельхозотрасли. Завершается уборка урожая, и я прежде всего хочу поблагодарить всех работников сельского хозяйства за труд, за самоотдачу, за результаты работы.

Год был очень сложным по погодным условиям, и, к сожалению, это отразилось на результатах уборочной кампании. Всё это вместе и будет предметом нашего сегодняшнего разговора.

Но, несмотря на то что показатели сбора урожая в этом году будут ниже, чем в прошлом, тем не менее должен сразу сказать, что российское сельское хозяйство, без всяких сомнений, сохраняет свою конкурентоспособность и в последние годы набрало очень хороший темп, который даёт нам полную уверенность в том, что и этот год у нас пройдёт без всяких сбоев: мы полностью будем обеспечены продуктами питания, фуражным зерном и так далее.

Напомню, что даже в условиях аномальной засухи 2010 года – мы даже тогда себя полностью обеспечили и зерном, и другими основными сельхозпродуктами. В прошлом году благодаря хорошему урожаю восстановили и укрепили свои позиции на глобальных рынках. Текущий, 2012 год, как я уже сказал, выдался сложным с точки зрения погодных условий. В результате урожай зерновых ниже, чем в прошлом году (Министр сельского хозяйства будет докладывать): я так понимаю, что где-то чуть больше 70 миллионов [тонн], а в прошлом году у нас было 94 с лишним. Разница большая, но ещё раз повторяю: ничего здесь катастрофичного не происходит.

Неблагоприятные погодные условия оказали негативное влияние на урожай и ряда других сельхозкультур, не только зерновых. Однако хочу особо подчеркнуть (я уже сказал и сейчас хочу ещё раз к этому вернуться): урожай текущего года позволяет полностью обеспечить наших граждан и хлебом, и картофелем, и овощами, а отечественные перерабатывающие предприятия – необходимым сырьём для производства муки, масла, сахара – всех основных видов продуктов питания.

В то же время – и эта ситуация действительно вызывает тревогу (об этом мы сегодня с вами и будем говорить, ради этого и собрались) – цены на зерно растут. Ничего здесь необычного тоже нет: как урожай меньше, так цены подрастают; урожай большой – цены падают. Во втором случае сразу начинаются проблемы с сельхозпроизводителями, которые стремятся удержать эти цены. Здесь всегда нужно находить золотую середину, баланс нужно находить. И для этого выработаны определённые механизмы. В последние годы мы с вами достаточно эффективно эти механизмы использовали.

Наиболее сложная ситуация между тем сложилась на зерновом рынке Сибирского федерального округа. Объём урожая зерновых здесь почти на треть меньше по сравнению с прошлым годом. В результате цены на основные виды зерна в Сибири существенно выше, чем в других регионах России, хотя традиционно, и вы хорошо об этом знаете, именно в Сибири цены на зерно самые низкие по стране всегда были.

Надо также учитывать, что уровень цен на зерновые культуры напрямую влияет на стоимость комбикормов и, следовательно, на цены продукции животноводства. В сложившейся ситуации нужно действовать оперативно, в то же время досконально продумывая все решения и в полной мере понимая их возможные последствия как для потребителей, так и для производителей сельхозпродукции.

Какие моменты считаю наиболее важными, на что хотел бы обратить ваше внимание, уважаемые коллеги.

Я уже говорил о необходимости подумать о том, чтобы стабилизировать цены на зерно. Правительством уже принято решение о начале зерновых интервенций. Часть госфонда будет реализована для стабилизации ситуации на рынке зерна в регионах Сибирского федерального округа, а также на Урале и на Дальнем Востоке.

Прошу доложить сегодня, как идёт эта работа, что уже сделано, в каких субъектах Федерации будет продаваться зерно, каковы критерии допуска к торгам, как осуществляется взаимодействие с региональными властями, есть ли какие-то проблемы здесь.

На что бы хотел ещё обратить внимание: государственные запасы не должны быть использованы в спекулятивных целях или переданы не по назначению. И ни в коем случае нельзя допустить, чтобы зерно, вот это зерно из наших фондов, ушло на экспорт. Здесь совместная ответственность и федеральных, и региональных властей.

Правительство должно точечно, аккуратно воздействовать на ценовую ситуацию на рынке, а в конечном счёте на цены на социально значимые, социально чувствительные продукты. Это важнейшая экономическая и социальная задача. Прошу Правительство, регионы Российской Федерации самым внимательным образом отслеживать ход зерновых интервенций, их влияние на рынок, какую ситуацию мы в результате получаем в конкретном магазине, где хлеб продаётся в конце концов.

Второе. Важнейшая составляющая цены – это стоимость транспортировки зерна и мукомольной продукции. До конца текущего года у нас действуют льготные тарифы на железнодорожный транспорт при перевозке зерна из Сибири и Дальнего Востока. Предлагаю подумать о том, какие меры поддержки необходимо оказать нашим сельхозпроизводителям, в частности при транспортировке зерна, начиная с нового, 2013 года.

Третье. В текущем году практически все основные мировые производители зерна столкнулись с неблагоприятными погодными условиями. Практически во всех основных странах – производителях зерновых были неблагоприятные погодные условия. Нам здесь радоваться нечему, потому что это будет накладывать отпечаток на весь мировой рынок зерна. И рост цен на зерно – это глобальная конъюнктура.

Разумеется, в этих условиях компаниям выгодно продавать зерно на экспорт. Но нужно отдавать себе отчёт в том, что подобные действия экспортёров неизбежно толкают вверх цены внутри страны. Подчеркну, в текущей ситуации главным критерием для отечественных сельхозпроизводителей должны оставаться потребности собственного, российского рынка.

Разумеется, о запрете на экспорт, который был обоснован в аномально жарком 2010 году, речь не идёт. Дело ведь тогда было не только в том, что была аномальная жара в 2010 году, у нас и в 2009 году была засуха – два года подряд. Сегодня такой ситуации нет. В то же время необходимо сделать так, чтобы на экспорт направлялись прежде всего излишки – не в ущерб стабильности внутреннего, национального рынка.

А чтобы заложить прочную основу на урожай следующего года, сейчас уже нужно максимально серьёзно отнестись к озимому севу, провести его максимально эффективно и в оптимальные сроки, обеспечить хозяйства семенами, техникой, горюче-смазочными материалами, минеральными удобрениями. Что мне говорить, вы все это очень хорошо знаете. Я прошу Правительство и региональные власти тщательно контролировать проведение озимых посевных работ.

И, наконец, ещё один важный вопрос, который я хотел бы с вами обсудить. Наша страна стала полноценным членом Всемирной торговой организации. Мы добились особых условий поддержки сельхозпроизводителей, много раз возвращались к теме о том, что нужно сделать своевременно для того, чтобы обеспечить интересы нашего сельхозсектора, говорили о самых разных мерах поддержки. Знаю, что ещё в прежнем Правительстве [такая работа велась], знаю, что и новый состав Правительства подхватил эту работу, фактически она ведётся даже на двух площадках: и совместно с Администрацией Президента, и в подразделениях Правительства. Давайте сегодня вернёмся опять к этому очень чувствительному вопросу.

У нас на связи наши коллеги в регионах: это Алтайский край, Саратов, Волгоград. Давайте послушаем сначала коллег, как они себя чувствуют на этом направлении работы, как они оценивают ситуацию. Начнём с Алтайского края.

Александр Богданович Карлин, губернатор. Пожалуйста, Александр Богданович.

А.КАРЛИН: Добрый день, глубокоуважаемый Владимир Владимирович!

Уважаемые коллеги!

В этом году наш регион постигла аномальная засуха, которая, как отмечают специалисты, впервые случилась в таком жёстком варианте за весь период метеонаблюдений в нашем регионе. Всего от засухи пострадало более 3 миллионов гектаров посевов из 5,5 миллиона гектаров, которые мы имели в этом году. При этом 749 тысяч гектаров, это 14 процентов от всей площади яровых посевов, полностью погибло. Наши документы по гибели посевов прошли соответствующую экспертизу в уполномоченных структурах Министерства сельского хозяйства, экспертами подтверждена гибель посевов на 720 тысячах гектаров. При этом прямой ущерб составил по этим площадям 1200 миллионов рублей.

Мы ввели чрезвычайное положение в 33 сельских районах Алтайского края из 59. По состоянию на сегодня уборка основных зерновых и зернобобовых культур практически завершена. Мы имеем сегодня валовой сбор зерна в регионе в бункерном весе 2600 тысяч тонн. Это существенно ниже против среднегодового сбора урожая, в прошлом году эта цифра составила 4200 тысяч тонн. Яровой пшеницы намолочено 1260 тысяч тонн.

Мы практически завершили уборку гречихи, у нас полмиллиона гектаров этой культурой занято. Я её специально выделяю, потому что вокруг этого продукта иногда возникают всякие ситуации, в том числе и по цене на рынке. В этом году убрано гречихи 320 тысяч тонн против 342 тысяч в прошлом году. Таким образом, мы удерживаем ценовую ситуацию на рынке. Сегодня закупочные цены у сельхозтоваропроизводителей на гречиху в пределах 15 тысяч рублей за тонну. Это спокойная цена.

Сахарная свёкла убрана на двух третях площадей. Осталось к уборке только две трети от полумиллиона гектаров, занятых такой для нас важной технической культурой, как подсолнечник.

Мы уже засыпали 340 тысяч тонн семян зерновых. Всего потребности по семенам у нас в крае 600 тысяч тонн, из них 400 тысяч тонн по яровой пшенице.

По нашим подсчётам, с учётом качества зерна, которое имеется сегодня в хозяйствах, за счёт собственных источников мы можем обеспечить 87 процентов от потребности в семенах, необходимо дополнительно изыскать ресурс в объёме примерно 80 тысяч тонн.

По кормам. Всего у нас поголовье КРС больше 900 тысяч голов, из них дойного стада 386 тысяч. Мы имеем уже сегодня 15,5 центнера условных кормовых единиц на учётную голову. Это примерно 62 процента от потребности. В оставшееся время ещё дополнительно в пределах половины условной кормовой единицы на голову, таким образом, примерно две трети потребности кормов мы обеспечиваем.

Что сейчас мы делаем по сохранению в первую очередь продуктивного поголовья в хозяйствах? Во-первых, мы обеспечиваем приобретение кормов в тех территориях и в тех хозяйствах, у которых корма имеются в достаточном количестве и есть корма к реализации. С другой стороны, мы передислоцируем поголовье скота на откормочные площадки в те территории, где корма имеются, таким образом, минимизируем потери от сдачи в переработку так называемого маловесного скота.

Если оценивать ситуацию по отрасли в целом, Владимир Владимирович, то она, конечно же, сложная, но вместе с тем управляемая, панических настроений у крестьян нет. Мы с Министерством сельского хозяйства, со всеми ведущими департаментами поддерживаем нормальные постоянные рабочие контакты. Я на прошлой неделе был у Николая Васильевича Фёдорова [Министр сельского хозяйства], пообщался с руководителями большинства ведущих департаментов министерства. Мы сегодня представили все необходимые документы в Минсельхоз и ожидаем, что решения на правительственном уровне по поддержке наших сельхозтоваропроизводителей будут приняты, и, таким образом, ситуация ещё больше выправится.

Должен сказать, что мы свои ресурсы используем для поддержки хозяйств, которые пострадали от засухи. Уже направили из средств краевого бюджета 124 миллиона рублей, сейчас это наиболее актуальная тема, на заготовку кормов для хозяйств, которые имеют продуктивное поголовье в молочном животноводстве. До конца этой недели направим ещё 64 миллиона. И в ноябре месяце после поправок в региональный бюджет (нужно внести поправки в наш закон) ещё 100 миллионов направим.

По семенам, Владимир Владимирович, и по интервенционным торгам мы предложения уже в Минсельхоз дали, я их повторяю, потому что для нас они актуальны. Для достижения тех целей, о которых Вы, Владимир Владимирович, сказали, для того чтобы зерно из интервенционного фонда не пошло потом в спекулятивные перепродажи, нам представляется правильным допустить к этим торгам только те предприятия, которые реально у себя имеют зернопереработку, и при этом определить для них максимальные квоты, исчисленные в зависимости от тех объёмов переработки зерна, которые они имели в предшествующий год. Таким образом, это будет по справедливости.

Применительно к семенам. У нас сегодня в крае в интервенционном фонде на хранении находится 405 тысяч тонн яровой пшеницы третьего и четвёртого класса. Наши специалисты предварительно проанализировали это зерно, значительная часть из него может быть в том числе использована на семена под посев следующего года. Поэтому мы просили бы в процессе интервенционных торгов допустить к ним наших сельхозтоваропроизводителей, у которых ощущается недостаток семян к посеву следующего года, и определить цену для них, исчисленную из тех затрат, которые государство понесло, закупая в своё время пшеницу на рынке, и плюс те затраты, которые понесло государство за хранение этого зерна. Нам представляется, что это будет справедливая поддержка сельхозтоваропроизводителей, которые в своё время это же зерно, по сути дела, государству передали в режиме интервенционных торгов. Это будет очень существенная поддержка под наш урожай следующего года.

Всё, что касается работы на земле в этом году, крестьяне ведут её в обычном режиме. Озимые посеяли в традиционных для нас объёмах. Они у нас небольшие, к сожалению, менее 100 тысяч гектаров озимая пшеница и озимая рожь. На 1300 тысячах гектаров мы провели (на этих площадях) уже осеннюю обработку почвы под урожай следующего года. Ситуация рабочая, сложная, но мы рук и сами не опускаем, Владимир Владимирович, и надеемся, что на правительственном уровне федеральные министерства и ведомства нашим крестьянам помогут.

Спасибо.

В.ПУТИН: У вас на фуражную пшеницу цена на сколько выросла?

А.КАРЛИН: Назову цену, которая сейчас на рынке по продовольственной пшенице.

В.ПУТИН: Какого класса?

А.КАРЛИН: Третий класс продовольственной пшеницы у нас сегодня крестьяне продают по 9,5 тысячи за тонну без НДС. По четвёртому классу цена в пределах 9 тысяч за тонну. По гречихе я называл цену.

В.ПУТИН: Во сколько вы оцениваете размер вашей беды, сколько хотите получить поддержки? Вы считали с Минсельхозом?

А.КАРЛИН: Я докладывал, по экспертной оценке специалистов, она подтверждена в структурах Минсельхоза, прямой ущерб – это затраты, которые крестьяне реально понесли, не считая упущенной выгоды, – составляет 1 миллиард 200 миллионов.

В.ПУТИН: Я знаю, что Минсельхоз вам уже оказывает поддержку по молодняку (на содержание поголовья), по животноводству.

А.КАРЛИН: Владимир Владимирович, по соглашению с Минсельхозом, которое мы традиционно в начале года заключили, мы от Министерства сельского хозяйства получаем. У нас никаких претензий нет и недовольства. Вопрос только заключается в том, что все эти суммы, а для нашего региона они очень приличные, конечно, расписаны по соответствующим целям. С учётом той ситуации, о которой я докладывал, необходимы некоторые коррективы. Например, по так называемым коротким кредитам. Предлагается их продлить на шесть месяцев, но для крестьян это не решает проблему, потому что через шесть месяцев нужно их возвращать. Шесть месяцев приходятся на весну следующего года, когда, наоборот, по ресурсам самое напряжение у крестьян будет – нужно будет сеять. Здесь и топливо, и семена, о которых я говорил, и оплата труда. Поэтому мы просим пролонгацию коротких кредитов сделать до двух лет с соответствующим субсидированием. Затраты будут в пределах, по нашим расчётам, 120 миллионов рублей.

В.ПУТИН:А Минсельхоз считал, подтверждает эти расходы?Н.ФЁДОРОВ: Да, мы оценивали, через экспертизу пропускали эти данные. Разница есть, конечно. Заявка региона на 2 миллиарда 44 миллиона рублей. Мы подтверждаем 640 миллионов рублей ущерба по прямым затратам. Это строго по процедуре, установленной постановлением Правительства России.

В.ПУТИН: То есть у вас не сходится наполовину практически?

Н.ФЁДОРОВ: Да, по всем регионам обычно так, и в 2010 году тоже так было.

В.ПУТИН: Я знаю, Минсельхоз уже в Правительство выходил с этим.

Н.ФЁДОРОВ: Мы внесли соответствующие обоснования, расчёты по всем регионам.

В.ПУТИН: Как дальше предлагаете построить работу? Минфин должен отреагировать?

Н.ФЁДОРОВ: Всё это внесено – на распределение 6 миллиардов рублей, в том числе 4 миллиарда на корма. И Алтайский край должен получить.

А.ИВАНОВ: Полностью все расчёты есть в Министерстве финансов. Мы их уже согласовали. В рамках уточнения бюджета 2012 года заложено 6 миллиардов рублей, которые пропорционально распределяются между субъектами в соответствии с расчётами, которые Министерство сельского хозяйства нам представило.

В этом смысле на Алтайский край предусматривается в рамках дотаций и субсидий на сбалансированность (поскольку это обязательства субъектов Российской Федерации, а не Российской Федерации помогать сельскому хозяйству, поэтому мы софинансируем обязательства субъектов) предварительно 412 761 тысяча рублей. То есть эта цифра даже больше, чем называлась, поскольку всего пока субъект затратил 288 миллионов на помощь сельхозтоваропроизводителям, были цифры 124, 64 и 100 миллионов. Распределяться эти суммы будут тоже в соответствии с представленными расчётами Министерства сельского хозяйства на помощь сельхозтоваропроизводителям, связанную с семенами, кормами, то есть мы полностью дублируем, но с определёнными уточнениями, схему, которая была.

В.ПУТИН: А что касается пролонгации кредитов?

А.ИВАНОВ: Что касается пролонгации кредитов, мы понимаем, что это неизбежная мера именно по тем хозяйствам, которые расположены на тех территориях, где была объявлена чрезвычайная ситуация. Очевидно, что полгода – это не срок, потому что это не цикл для сельхозтоваропроизводителя. Два года – это даже чуть меньше, чем делали в прошлый раз, когда мы на три года продлили. Поэтому два года в принципе выглядят как оптимальная цифра. Думаю, мы можем с ней поработать.

В.ПУТИН: Этот кредит откуда, в основном из Россельхозбанка?

А.ИВАНОВ: Два банка у нас: Россельхозбанк (РСХБ) и Сбербанк формируют основную кредитную массу.

В.ПУТИН: Тогда нужно банки будет поддержать, да?

РЕПЛИКА: Прежде всего РСХБ.

В.ПУТИН: Мы постоянно кредиты продлеваем, продлеваем, в конце концов банк убьём.

РЕПЛИКА: Пятая часть кредитного портфеля у Россельхозбанка будет заморожена, потребуется докапитализация.

В.ПУТИН: Во всяком случае, нужно, безусловно, помочь крестьянам, очевидный факт, они без этого не справятся, но и нельзя финансовые учреждения положить на бок.

А.ИВАНОВ: Мы предварительно прорабатывали с Россельхозбанком, понимаем проблему.

В.ПУТИН: Хорошо. Спасибо большое.

Пожалуйста, Волгоградская область, Сергей Анатольевич Боженов.

С.БОЖЕНОВ: Уважаемый Владимир Владимирович!

Уважаемые коллеги!

У нас зерновые культуры в области обмолочены на 98 процентах площадей. Мы собрали урожай 2436 тысяч тонн зерна и ещё 40 тысяч тонн доберём кукурузой.

Обычно в области собираем более 3 миллионов тонн. Однако считаем, что в это засушливое лето урожай зерновых хороший, на 50 процентов превышает внутренние потребности региона. Зерно отменного качества. Доля продовольственного зерна составляет 90 процентов.

В этом году урожай хороший, мы считаем, аграрии постарались – по осени сеяли по всем правилам, увеличили долю элитных семян в разы, нарастили объём минеральных удобрений. Очень хорошо помогли, конечно, льготные объёмы дизельного топлива.

Сейчас продолжаем уборку овощей. Уже реализовано 250 тысяч тонн продукции. Впереди сбор урожая корнеплодов и капусты. Рассчитываем собрать 800 тысяч тонн и сохранить место в тройке лидеров России.

Мы сегодня посеяли на площади 1400 тысяч гектаров озимых, ещё осталось посеять на 200 гектарах. Проблем с этим нет. До конца октября мы посевную закончим.

Цена на зерно сегодня для сельхозтоваропроизводителя хорошая. Пшеница третьего класса – 10 тысяч рублей за тонну, подсолнечник доходит до 20 тысяч за тонну. Несколько некомфортно себя чувствуют работники животноводства, потому что фуражное зерно подорожало почти в два раза: было 4,5 тысячи рублей в прошлом году, сейчас 8 тысяч.

По семенам. У нас проблем нет с семенами, 240 тысяч тонн семян, около 18 тысяч тонн элитных семян. Мы в семенном фонде не нуждаемся, с этим всё в порядке.

В этом году мы 70 миллионов рублей добавили на воду для полива, компенсировали затраты на электроэнергию. На будущий год тоже в бюджете, насколько сможем, запланируем увеличение на затраты на полив. Конечно, погода нас не балует, у нас тоже 600 тысяч гектаров потерь. Мы (наши специалисты) оцениваем их примерно в 1150 миллионов рублей. Это то, что по засухе.

В.ПУТИН: Вы в контакте с Министерством сельского хозяйства?

С.БОЖЕНОВ: Да.

В.ПУТИН: Есть уникальная возможность напрямую обратиться к Министру, обсудить какие-то вопросы. Есть непонимания какие-то?

С.БОЖЕНОВ: Владимир Владимирович, спасибо, у нас понимание есть. Единственное, может быть, расхождения в цифрах. Коллега сейчас докладывал, у него потери на 1200 миллионов, а по оценкам Минсельхоза – вполовину меньше. Мы посчитали, что у нас потерь на 1150 миллионов, не знаю, сколько компенсировать будет Министерство.

Н.ФЁДОРОВ: Удивительно. Можно приведу статистику, Владимир Владимирович? Мы подтверждаем 1 миллиард 194 миллиона, то есть даже больше, чем они рассчитывали.

С.БОЖЕНОВ: Спасибо. Поскромничали. (Смех.)

В.ПУТИН: Посмотрел внимательно, теперь вижу другие цифры. Это на самом деле, если по-серьёзному, расхождение небольшое, практически это одно и то же. Повнимательнее надо посмотреть на некоторые хозяйства, и всё, а так в целом очень корректный расчёт. Нужно только оперативно принять соответствующие решения.

Сергей Анатольевич, спасибо большое.

Саратовская область, Валерий Васильевич Радаев, пожалуйста.

В.РАДАЕВ: Добрый вечер, уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

По состоянию на 10 октября в области обмолочено зерновых и зернобобовых культур с площади в два миллиона 61 тысячу гектаров (98 процентов). При урожайности 10,8 центнера с гектара валовой сбор составил два миллиона 234 тысячи тонн. В целом полученный объём зерна – два миллиона 172 тысячи тонн – в весе после доработки с учётом переходящих остатков позволяет практически в полном объёме закрыть потребности области в продовольственном зерне. В настоящее время наличие зерна в области с учётом зерна федерального интервенционного фонда составляет 794 тысячи тонн.

На текущий момент в области уже заложена достаточная основа под урожай будущего года. Сев озимых культур проведён на площади один миллион 147 тысяч гектаров. Основная обработка почвы (зябь) под яровой сев будущего года проведена на площади два миллиона 144 тысячи гектаров, или 86 процентов к плановому заданию. В целом до 15 октября в хозяйствах муниципальных районов области завершится обмолот поздних зерновых культур: проса, гречихи, сорго, кукурузного зерна.

В группе технических культур завершена уборка рыжика, льна масличного, горчицы, рапса. В настоящее время ведётся уборка основной масличной культуры – подсолнечника. Убрано 638 тысяч гектаров (70 процентов); при урожайности 9,4 центнера валовой сбор составил 599 тысяч тонн.

Свеклосеющие районы области ведут уборку сахарной свёклы. Убрано 3,2 тысячи гектаров или 50 процентов от плана уборки.

Овощные культуры убраны на площади 14 тысяч гектаров – 85 процентов. До 1 ноября завершим уборку поздних сортов. Ожидается произвести 325 тысяч тонн овощей.

Не могу не озвучить проблему засухи, которая возникает на территории области четвёртый год подряд. Засуха текущего года погубила сельскохозяйственные культуры на площади 210 тысяч гектаров и повлекла к снижению урожая зерна почти на 50 процентов от запланированного объёма. В 23 районах области был введён режим чрезвычайной ситуации. Сумма ущерба от гибели сельскохозяйственных культур превысила миллиард рублей.

Область не остаётся безучастной и оказывает всестороннюю поддержку пострадавшим сельхозтоваропроизводителям. Между правительством и кредитными организациями области достигнута договорённость о реструктуризации полученных кредитов. Сегодня пролонгировано 28 кредитных договоров на сумму 120 миллионов рублей.

Правительством области были подготовлены и направлены в Министерство сельского хозяйства Российской Федерации материалы, подтверждающие гибель урожая сельхозтоваропроизводителей области на 467 миллионов рублей. Мы продолжаем взаимодействовать с Минсельхозом России и рассчитываем на поддержку наших сельхозтоваропроизводителей.

Учитывая системность возникновения неблагоприятных погодных условий, сельхозтоваропроизводители области всё отчётливее осознают необходимость страхования посевов. На данный момент в области заключены 99 договоров страхования озимых культур, застрахована площадь 120 тысяч гектаров.

Владимир Владимирович, Вы особо остановились, конечно, на ситуации с повышением цен на зерно. У нас такая ситуация тоже имеет место быть. Где-то на 300–500 рублей последние две недели повышается цена. Считаем, что рост цен на продовольственное зерно, фураж, комбикорма, что называется, по цепочке потянет за собой вверх стоимость всей потребительской корзины.

Подводя итог выступлению, хотел бы отметить, что, несмотря на форс-мажорные обстоятельства, урожай 2012 года позволит нам обеспечить потребности нашей области в полном объёме.

Доклад закончен. Благодарю за внимание.

В.ПУТИН: Валерий Васильевич, у нас рынок-то не замкнут по регионам. В соседних регионах нет такого роста. Смотрите, на рожь – 21,7 процента рост, на пшеницу четвёртого класса – почти 20 процентов рост, на фуражную пшеницу – 20,7 процента. В соседних регионах такого роста нет. Государственной границы, слава Богу, между регионами нет. Почему у вас такой резкий рост-то?

В.РАДАЕВ: Я сказал, что в наличии зерно имеется, Владимир Владимирович, поэтому мы на сегодня контролируем ценовую политику как на сырьё, так и на хлебобулочные изделия. Поэтому именно в конечном продукте ценовая политика пока не играет значения.

В.ПУТИН: Пока не играет. Но Вы же сами сказали, что сыграет, если так будет продолжаться на оптовом рынке сырья. Вы сейчас сами только сказали об этом.

Вопрос-то мой был о другом. Я вижу, у меня есть данные, Правительство дало эти данные, пока на ржаной, ржано-пшеничный хлеб – ноль, хлеб и булочные изделия из пшеничной муки – ноль, на макаронные изделия – ноль рост, на рис шлифованный – 0,5 (минимально) и так далее. Вы сейчас сами сказали, если так будет на рынке сырья, то следующий шаг – это в продовольствии.

Вопрос у меня был о другом. В соседних регионах такого роста нет. Почему? Что там происходит? У вас что, замкнутое какое-то пространство совсем?

В.РАДАЕВ: Абсолютно нет, Владимир Владимирович. Межрегиональные связи все работают, поэтому здесь никаких вопросов нет.

В.ПУТИН: Ну как нет? Такой рост есть, а вопросов нет. Вопросы должны быть. Поговорим об этом попозже.

(Обращаясь к Н.Фёдорову.) 467 миллионов ущерба и поддержки соответственно региона вы подтверждаете?

Н.ФЁДОРОВ: Подтверждаем, да.

В.ПУТИН: Именно как раз там?

Н.ФЁДОРОВ: Да.

В.ПУТИН: Хорошо. Спасибо большое за Ваш доклад.

Давайте послушаем Министра, которого попрошу обобщить ситуацию в целом по стране. Пожалуйста.

Н.ФЁДОРОВ: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Хотел бы Александру Богдановичу [Карлину] сразу посоветовать, с Вашего разрешения, Владимир Владимирович, чтобы можно было принять оперативные меры, стоит обратиться (у нас есть договорённости с Минфином, Минэком, Минсельхозом) за беспроцентным трёхлетним бюджетным кредитом. Если Вы оперативно всё оформите и представите обоснование в Минфин, Минфин, Андрей Юрьевич Иванов готов оперативно посмотреть и отреагировать на эту тему. Всё-таки изменение закона о бюджете – это долгая процедура, а регионы нуждаются в том, чтобы быстрее получить эти ресурсы. Федеральный закон о бюджете позволяет это делать.

А.ИВАНОВ: Позвольте, Владимир Владимирович?

Мы бы хотели обратить внимание субъектов на то, чтобы не предлагать эту меру как системную, поскольку мы достаточно нарастили объём бюджетных кредитов именно в кризисное время.

В.ПУТИН: Вы боитесь, что они будут закредитованы?

А.ИВАНОВ: Абсолютно точно. Мы уже получили такую проблему и сейчас думаем о реструктуризации задолженностей. В рамках общих мер по сбалансированности, будь то бюджетные кредиты, трансферт или, может быть, какие-то иные способы, связанные с увеличением налогового потенциала территории, мы бы в индивидуальном ручном режиме посмотрели по представлению Министерства с субъектами, по которым есть особая критическая ситуация.

В.ПУТИН: Именно об этом я как раз тоже хотел попросить: вместе с Министерством и с регионами отработать это в индивидуальном порядке.

Н.ФЁДОРОВ: Да, конечно.

Вообще, несколько горько (или негорько) шутят крестьяне, сельхозники, что у нас две беды: это плохой урожай и хороший урожай. С этой точки зрения, в этом контексте то, что происходит сегодня, не является неожиданностью, а просто очередным испытанием, в котором, увы или к счастью, мы привыкли работать и жить.

На сегодня мы прогнозируем, что объём сбора зерновых в первоначальной обработке, или в бункерном весе, как говорят аграрники, составит 74–75 миллионов тонн, а после доработки, как было отмечено, порядка 71, может быть, с чем-то миллиона тонн. Поскольку, как говорят в народе, не тот урожай, что в поле, а тот урожай, что в закромах.

Должен сообщить, что у нас ещё остаётся сбор урожая кукурузы, риса, подсолнечника, и традиционно завершается это к 20 ноября. Картофеля и овощей – тоже к 20-му по стране в разных регионах, сахарной свёклы – к 25 ноября. Это не критические даты – это принятые даты. Поэтому на сегодня мы, констатируя такой прогноз, говорим, действительно, о том, что внутренние потребности в зерне полностью закрываются, потому что у нас почти 20 миллионов тонн зерна переходящего запаса (плюс к прогнозируемому 71 миллиону), и гарантируем сохранение экспортного потенциала и экспортного статуса России.

Плюс ещё что любопытно – необычно, наверное, для других стран: традиционно (по данным всех экспертов, и Российского зернового союза, и даже по данным органов управления АПК России) в урожайный год у нас уходит от статистического учёта 5–7 миллионов тонн; в не очень урожайный, по этому году мы уточняли, 3–4 миллиона тонн зерна. Ментально, психологически, исторически – крестьяне наши на всякий случай это не показывают, но реально на рынке это присутствует. В конце года это выясняется по тем торговым операциям, которые происходят в стране и с зарубежными партнёрами.

Можно обратить внимание на то, что мы в этом году практически на 20 процентов больше получаем валового сбора кукурузы. Это достаточно высокий уровень, потому что в Европе и в других странах есть спад, это позволяет нам даже иметь экспортный потенциал и по этой культуре. Чуть больше прошлогоднего объёма масло семян рапса, риса. Как ни странно (маленький фрагмент позитивного), мы в этом году экспортируем рекордный объём риса, нашего отечественного российского риса – предполагаем около 200 тысяч тонн. Также мы можем в этом году экспортировать свекловичный сахар, это остаётся за последние годы таким тоже историческим достижением. Но в целом, уважаемый Владимир Владимирович, мы констатируем, что индекс физического объёма производства растениеводческой продукции у нас будет где-то 87–88 процентов. В 2010 году было 76 процентов. То есть лучше, чем в 2010 году, хуже, чем в прошлом году, но ситуация вполне контролируемая и прогнозируемая.

Ожидаемые объёмы производства картофеля и овощных культур также позволяют обеспечить потребности населения в этих продуктах с учётом частичного импорта овощей в объёмах предшествующих лет: это примерно 3 миллиона тонн.

Очень острая ситуация по кормам, наиболее сложная в Дагестане, в Ингушетии, на Алтае, в Хакасии, в Алтайском крае, Кемеровской области, Новосибирской, Томской областях. Мы по ним работаем индивидуально, вырабатываем сбалансированные, просчитанные объёмы финансовой поддержки с учётом остроты проблемы по кормам, и они получат наибольший объём финансовой поддержки из федерального бюджета.

По гибели. Мы подтверждаем затраты в объёме 14 миллиардов 200 миллионов рублей. Это 66 процентов от заявленного регионами ущерба. Соответственно пропорционально реагируем вместе с Минфином в виде уже представленного в Минфин проекта закона об изменении текущего бюджета на 6 миллиардов рублей – корма, минеральные удобрения, семена. По сути, губернаторы (они задавали вопросы) больше или меньше получат отклик из федерального бюджета по всем затронутым ими проблемам.

Можно обратить внимание на то, что в связи со снижением переходящих запасов зерна (такая тенденция в силу итогов этого года констатируется) задача номер один – это увеличение производства зерновых и высокобелковых культур для нужд животноводства. И мы планируем в рамках работы по подготовке озимого клина и подготовки ярового ввести в оборот дополнительно к следующему сельхозгоду миллион 200 тысяч необрабатываемой пашни, и в 2013 году вся посевная площадь прогнозируется на уровне 77 миллионов 300 тысяч гектаров. То есть позитивная тенденция по вовлечению в оборот заброшенных земель сохраняется в стране, можно сказать, заметными темпами.

По тому, как происходит технологическое оснащение и обновление машинно-тракторного парка, я думаю, что Рослизинг ещё несколько слов скажет. Хотел бы обратить внимание, что госпрограммой до 2020 года предусмотрены средства в размере двух миллиардов рублей ежегодно.

Такая есть вещь. Сплошь и рядом, даже в условиях засухи, я был в Саратовской области и заметил, уборка урожая начинается в поле с урожайностью 17–18 центнеров с гектара, а когда заканчивает клин, урожайность получается 10–12 центнеров с гектара, потому что примерно в 2–2,5 раза превышаем нормативные сроки проведения уборки. Ну и техника по состоянию, по качеству не очень: потери очень большие из-за некачественной техники.

Любопытно, я вчера принимал министра, коллегу из Болгарии, он попросил, чтобы по старой памяти мы начали поставлять им технику на деньги, которые им выделяет Евросоюз в размере 1 миллиарда евро в год на обновление сельхозтехники. Я хочу обратить на это внимание моих коллег из Минфина.

А.ИВАНОВ: Чтобы зачли, видимо, сумму.

Н.ФЁДОРОВ: Просто есть вопрос по обновлению парка сельхозтехники, это очень серьёзная, острая проблема, нам придётся предпринимать дополнительные действия в рамках бюджетных процессов, иначе нам не обойтись. Ситуация будет обостряться.

Хочу обратить внимание на то, что с Аркадием Владимировичем [Дворковичем] мы уже обсуждали эти вопросы неоднократно. Есть понимание, что нам нужно в рамках новых подходов в связи с вступлением в ВТО, переводя поддержку льготной продажи ГСМ с экономией в этом году, для сельхозпроизводителей 22 миллиарда рублей, минеральные удобрения – 5 миллиардов рублей, субсидии на возмещение краткосрочных кредитов – 9 миллиардов рублей. Все эти формы поддержки мы в следующем году в соответствии с требованиями ВТО погружаем в одну корзину – на поддержку доходности сельхозпредприятий в расчёте на 1 гектар пашни.

Общая сумма поддержки на следующий год – 15 миллиардов 200 миллионов рублей. Сумма тоже очень сложная и напряжённая. Большая разница между уровнем поддержки в этом году и в следующем году. В госпрограмме предусмотрено увеличение этой поддержки до 37 миллиардов рублей к 2020 году. Здесь тоже нам придётся форсировать достижение того уровня, на который надо выходить к 2020 году, иначе я как аграрный Министр вижу очень большую напряжённость для того, чтобы справиться с выполнением Доктрины продовольственной безопасности.

Но это вопросы рабочие, по которым у нас идут обсуждения, совещания. Эта тема была всегда у меня как актуальная, не решённая до сих пор. И перед Вами по этому поводу тоже отчитываюсь.

По поводу товарных интервенций.

В.ПУТИН: Извините, я хотел бы понять всё-таки: Вас болгары попросили?

Н.ФЁДОРОВ: Болгары попросили, могут ли наши производители сельхозтехники принять участие в конкурсах на освоение (это болгары, наши друзья, можно сказать) денег, которые им выделяет Евросоюз, – один миллиард евро на обновление сельхозтехники в год.

В.ПУТИН: А при чём здесь Минфин?

Н.ФЁДОРОВ: Я хочу, чтобы они понимали, сколько выделяет Евросоюз на обновление и на сколько мы с Минфином договорились, на какую сумму, – большая разница!

А.КЛЕПАЧ: Весь объём производства сельхозтехники в стране, тракторов и комбайнов, – примерно 50 миллиардов рублей, 1,5 миллиарда евро.

В.ПУТИН: В рамках бюджетного правила всё можно сделать.

Н.ФЁДОРОВ: В принципе это способ поддержки нашего сельхозмашиностроения. Конечно, нам нужно активно туда входить. Думаю, мы будем десантироваться на территории этих стран.

В.ПУТИН: Есть другая сторона этого дела. Когда мы собирались, по-моему, в Сочи, я говорил о необходимости выделять деньги для поддержки высокотехнологичного экспорта. Там точно работать нужно.

Н.ФЁДОРОВ: И последний сюжет по поводу товарных интервенций. В соответствии с решением Правительства после круглосуточного мониторинга (ежедневного, постоянного, и Минэк, и мы, и Минфин участвует, и эксперты, и производители зерна, и потребители зерноводческой продукции) мы уже дали юридический старт товарной интервенции для трёх федеральных округов: Дальневосточный, Сибирский, Уральский, – для предприятий мукомольной и комбикормовой промышленности, что наиболее актуально. Почему там? Потому что там рост цен на продовольственное и фуражное зерно более чем в два раза, 110 процентов примерно. Стартовая цена – минус 15 процентов от уровня, который сложился в Азиатской части России.

В.ПУТИН: Надо, чтобы оно там ещё было.

Н.ФЁДОРОВ: Есть, всё просчитано, мы показали базовые позиции, откуда брать, все лоты объявлены на 23-е число.

И хочу отметить, что товарные интервенции через биржевые торги будут проходить под ручным управлением. Мы будем каждый день (два раза в неделю будут проходить) корректировать это, в том числе, возможно, будем переходить и на другие федеральные округа, если развитие конъюнктуры рынка покажет, что это целесообразно, посоветовавшись с экспертами и с руководством. Это управляемый процесс. Будем откликаться на те потребности, о которых говорят губернаторы.

В.ПУТИН: Николай Васильевич, Вы человек очень опытный, столько лет в регионе проработали, сельское хозяйство знаете. Именно поэтому хочу ещё раз подчеркнуть: этим нужно каждый день заниматься. Если вы пропустите пару-тройку дней, результат будет плачевный.

Н.ФЁДОРОВ: Абсолютно согласен.

В.ПУТИН: Поэтому расслабляться нельзя ни в коем случае. Нужно в ежедневном режиме, чтобы у вас были эксперты в регионах, чтобы знали, что происходит по каждому региону, знали не просто так – выделить цифры: там продать столько, там продать столько. Ваша реакция меня радует, потому что Вы сразу поняли, о чём я говорю, во всяком случае. Надо, чтобы это зерно там было. Общие цифры резерва есть, но в конкретном регионе может не быть его, и так далее. Здесь масса нюансов. И нужно поработать с регионами так, чтобы не было больших расхождений в понимании объёма ущерба.

Ещё один момент. Вы сказали о 20 миллионах тонн переходящих запасов, ресурсов с прошлого года. Вы не можете не знать, что нам нужно ещё посмотреть, где эти 20 миллионов. Оно у вас что, на элеваторе лежит, что ли? Я думаю, только в цифрах. Надо внимательно посмотреть, где эти 20 миллионов, есть они или нет; если есть, то где. И с теми, кто держит эти запасы, поработать заранее, чтобы они поняли, что к ним внимание проявляют и они с этим зерном не провалятся, не попадут потом с издержками на излишнее хранение и так далее. Надо с этим постоянно работать. У нас Министерство само по себе ничего не вывезет никуда.

Н.ФЁДОРОВ: Сложно.

В.ПУТИН: Нужно вкалывать постоянно, каждый день. Я просто хочу настроить Вас на эту работу серьёзно.

А.ДВОРКОВИЧ: Можно 30 секунд на эту тему? Я человек не такой опытный, как Николай Васильевич, в регионе не работал, но тем не менее каждый день мы этим занимаемся.

В.ПУТИН: У Вас другая работа.

А.ДВОРКОВИЧ: Много разной работы. По сельскому хозяйству у нас совещания по отдельным вопросам каждую неделю, в том числе раз в две недели по зерну и по мониторингу продовольственного рынка, по тому, что происходит с ценами, в том числе с приглашением представителей регионов, которые у себя отслеживают ситуацию.

Что касается сохранности зерна, на самом деле вопросы есть. Мы уже направили ряд материалов в правоохранительные органы, в прокуратуру и МВД по поводу фактически украденного зерна с ряда элеваторов. Это не массовые случаи, тем не менее они есть. На это мы обращаем внимание. Общий учёт по всем элеваторам существует. И когда мы планируем интервенции, это конкретные элеваторы с конкретными объёмами, с конкретными поставками.

В.ПУТИН: Аркадий Владимирович, дело даже не в том, что там кто-то что-то украл. Могут быть неточности просто даже в бумагах.

А.ДВОРКОВИЧ: Конечно, и это есть.

В.ПУТИН: Они пишут одно переходящее, а на самом деле…

А.ДВОРКОВИЧ: Да, это всегда было. Это и в советские времена было, и сейчас есть.

В.ПУТИН: Да, я говорю именно об этом, даже не о криминальной стороне дела.

А.ДВОРКОВИЧ: Абсолютно.

Что касается сельхозтехники, мы на этой неделе провели уже два совещания, одно у меня в кабинете, второе – сегодня на выставке сельхозтехники, которая проходит рядом с Москвой. Договорились о формате субсидий (2 миллиарда) и о том, что нужно продолжить программу обновления парка через Росагролизинг. Пока ещё мы в бюджете эти средства не нашли, но активно занимаемся этими вопросами. Это ещё нужно будет на этой неделе дообсудить и найти возможности продолжения поддержки.

И по ВТО хотел бы отметить, во-первых, действительно, ограничение экспорта мы считаем абсолютно нецелесообразным, это бьёт в обратную сторону, потому что на глобальном рынке повышаются цены, и это к нам приходит в виде инфляции на импортную продукцию, на наш продовольственный рынок, мы всё-таки импортируем часть мяса, часть других товаров.

В.ПУТИН: Ну, это Вы очень издалека зашли.

А.ДВОРКОВИЧ: Это неизбежно тем не менее сказывается. Мы в этом году, я считаю, выдержали очень хорошо с интервенциями, преждевременно их не проводили, дали заработать производителям зерна. Они соответственно могут сегодня нормально провести озимый сев и получить приличный урожай в следующем году. В то же время сейчас интервенции уже необходимы, потому что цены достигли предельного уровня, выше которого идти нельзя. Если бы они пошли ещё выше, это бы уже сказалось серьёзным образом на ценах на хлеб и на продукцию животноводства.

Считаю, что мы дошли ровно до той черты, до которой должны были дойти, и сейчас можем стабилизировать цены, не допустить какого-либо излишнего роста цен на социально значимые товары.

По ВТО также, я считаю, принято важное решение, особенно хотел бы отметить то, что мы при поддержке парламента продлили льготы по налогам на прибыль бессрочно для сельхозтоваропроизводителей. Конечно, ничего вечного не бывает, тем не менее сейчас никакого конечного срока для этой льготы не установлено, это поддержали все.

И по кредитованию, пожалуй, самый важный вопрос на этот год. Мы должны найти возможность поддержать Россельхозбанк, чтобы он мог нормально продолжить кредитную поддержку сельхозтоваропроизводителей.

В.ПУТИН: Соглашусь с тем, что и раньше интервенции нельзя начинать, и позже тоже опасно. Если Правительство считает, что тот самый момент подошёл, нужно сделать это быстро – быстро и эффективно, потому что, если вы чуть-чуть задержитесь с этим, рост цен на продовольствие будет неизбежным. Нужно именно сейчас точечным воздействием на региональные рынки добиться стабилизации цен на опте на сырьё. У Правительства есть все инструменты для того, чтобы эту задачу решить: и запасы, и переходящие остатки (надеюсь, что цифры соответствуют), и интервенционный фонд есть в необходимом размере, и финансовые ресурсы есть. Нужно своевременно задействовать все эти инструменты.

Россия > Агропром > kremlin.ru, 10 октября 2012 > № 665055 Владимир Путин


Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 10 октября 2012 > № 665049 Владимир Путин, Сергей Шойгу.

Встреча с губернатором Московской области Сергеем Шойгу.

В ходе встречи, которая прошла накануне поздно вечером, Владимир Путин и Сергей Шойгу обсудили вопросы развития региона, в частности охраны лесов и развития малой авиации.* * *

В.ПУТИН: Сергей Кужугетович, Вы говорили про некоторые проблемы Подмосковья, в том числе и о такой проблеме, которая касается не только жителей Подмосковья, но и москвичей, да и многих других граждан нашей страны, проживающих в Центральном регионе. Речь идёт о проблемах подмосковного леса. Что сейчас там происходит и какие у Вас предложения по поводу того, что с этим делать?

С.ШОЙГУ: Владимир Владимирович, по Вашему поручению с 1 июля леса Московской области переданы в ведение области, и, естественно, мы вместе с Агентством по лесу [Федеральное агентство лесного хозяйства] начали активно заниматься всеми вопросами: очисткой леса и, самое главное, лечением леса, санитарными рубками.

В.ПУТИН: А что там, почему его надо лечить?

С.ШОЙГУ: Есть такое насекомое, которое, собственно, уничтожает леса, в основном уничтожает хвойные леса, речь идёт о ели. Масштабы уже приняли угрожающий характер. Если в этом году это примерно 34 тысячи гектар (не примерно, а точно), то на будущий год мы увидим цифру уже в 47 тысяч гектар.

Это то, что не лечится никаким образом: надо делать санитарные рубки, – и тут у нас, конечно, возникает ряд проблем. С одной стороны, мы в ближайший месяц объявим, скажем так, всеобщую мобилизацию всех тех, кто имеет технику по вывозке леса, по рубке леса: это касается и Министерства обороны; и Министерства энергетики, которые в своё время по Вашему поручению, когда ледяные дожди были, купили эту технику для того, чтобы делать санитарные рубки; это касается безусловно и МЧС; и, естественно, нас.

Тут, конечно, нам предстоит большая и серьёзная работа, иначе мы будем удваивать каждый год площади больных лесов.

В.ПУТИН: Меня интересует скорее другая проблема – проблема восстановления. Ясно, что санитарные рубки необходимы и площадь колоссальная, а что вы будете делать для восстановления лесов?

С.ШОЙГУ: Владимир Владимирович, мы в настоящее время создаём два больших питомника для того, чтобы эти площади восстанавливать, сажать леса будем, это первое. Второе, мы обратились в Правительство: у нас достаточно большой был федеральный питомник недалеко от [Московской] кольцевой дороги, в 12 километрах, в Ивантеевке, почти 300 гектаров, существовал долгие годы, но в этом году он попал в план приватизации. Поэтому мы и обратились в Правительство, нас поддержали. Надеюсь, мы доведём это до конца, и питомник продолжит своё существование. Мы, естественно, там будем развивать и воспроизводство леса.

В.ПУТИН: Вы хотите, чтобы он остался в собственности Московской области?

С.ШОЙГУ: Остался в собственности Московской области и был передан нам из федеральной собственности. Третье, мы начинаем создавать авиацию по лесоохране, по обслуживанию сельского хозяйства, и с этим связана вторая наша просьба. Мы бы хотели, чтобы в Московской области, имея в виду, что у нас в Жуковском сосредоточена авиационная наука (и не только в Жуковском у нас есть ряд производств, предприятий, на которых производились и опытные, и серийные образцы самой современной авиационной техники), был создан такой центр малой авиации, в котором она могла бы разрабатываться, восстанавливаться.

В связи с этим существует ряд проектов по восстановлению отечественной авиации, продлению ресурса [техники] до 7 тысяч часов. Это то, что сегодня востребовано для всей страны, а нас это интересует как приложение сил нашей областной науки и технических специалистов. У нас в области целые города, которые занимались развитием авиационной и космической техники. Вы знаете, у нас есть для этого возможности. При Вашей поддержке мы бы хотели создать такой большой центр, который бы мог обеспечивать страну малой авиацией и северной авиацией, которая могла бы работать в самых серьёзных условиях, с посадкой и на воду, и на лыжи. Это то, что, собственно, было в Советском Союзе, то, в чём нуждается сейчас санитарная авиация, полярная авиация, нуждается Сибирь, Восток. Ну а мы, естественно, хотели бы задействовать наш научный и промышленный потенциал.

В.ПУТИН: Отлично. Давайте поговорим об этом подробнее.

Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 10 октября 2012 > № 665049 Владимир Путин, Сергей Шойгу.


Россия > Недвижимость, строительство > kremlin.ru, 9 октября 2012 > № 665051 Владимир Путин

Владимир Путин провёл заседание президиума Государственного совета «О повышении эффективности управления земельными ресурсами в интересах граждан и юридических лиц».

На повестке дня заседания – вопросы совершенствования использования земельных ресурсов. Обсуждались, в частности, вопросы разграничения собственности на землю, категорийности земель, необходимость формирования единого информационного ресурса о земельных участках, условия предоставления земельных участков в собственность и аренду, использование земли для строительства жилья.

* * *

В.ПУТИН: Добрый день, уважаемые коллеги!

Нам с вами сегодня предстоит обсудить вопросы совершенствования использования земельных ресурсов. Вы хорошо знаете, что это мощный фактор экономического и социального развития и одновременно одна из самых сложных и исторически острых проблем вообще, а в нашей стране – в особенности.

Нужно прямо сказать, наш земельный потенциал всё ещё реализуется малоэффективно. Эта сфера поддаётся реформированию крайне-крайне медленно, с очень большим трудом. Только в последние шесть-семь лет ситуация стала постепенно меняться. Конечно, это и непросто для нашей страны. По сути, в нашей стране никогда не было частной собственности на землю, если только самый коротенький период времени, да и то в достаточно ограниченном виде.

Сегодня земля в нашей стране крайне востребованна, с каждым годом растёт готовность граждан приобретать её, строить на ней дома, вести бизнес. Но конкретные люди, физические лица, компании постоянно сталкиваются с необоснованным бюрократизмом. Письма об этом потоком идут и к Президенту, и в Правительство Российской Федерации, причём со всех сторон страны.

Люди пишут, что невозможно найти информацию о свободных землях, что они находятся в положении бесправных просителей, что с их запросами и потребностями никто не считается и что надо помучиться от трёх и более лет, прежде чем получить участок. В результате земля остаётся нереализованной и не работает в полную силу. Произвол и коррумпированность чиновников гасят, тормозят полноценное развитие земельных отношений в России. И, как следствие, замедляется продвижение страны в целом.

Очевидно, что здесь необходимо принимать дополнительные меры, устранять барьеры, которые мешают гражданам свободно и без волокиты получать земельные участки, пользоваться ими. Поэтому мы и вынесли этот вопрос на президиум Государственного совета.

Думаю, что это один из первых «подходов к снаряду» на этом направлении. Мы будем должны как следует проработать [этот вопрос], я ещё скажу почему. Даже забегая вперёд, скажу: у нас есть (и я уже об этом говорил) исторический шанс кардинальным образом решить жилищный вопрос в России. Если не целиком (наверное, полностью вообще нигде в мире и никогда этот вопрос не решался), то кардинально изменить ситуацию к лучшему, но без решения вопроса о земле мы и жилищный вопрос также не решим никогда.

Рабочая группа президиума изучила практику применения земельного законодательства. В докладе, который нам представлен, подробно проанализированы основные проблемы, и мы сегодня их обсудим.

Первое – это разграничение собственности на землю. Здесь у нас всё ещё много, очень много неразберихи из-за незавершённости процесса определения территорий, подлежащих резервированию для государственных нужд и предоставленных в пользование федеральным органам власти. Значительное количество таких земель элементарно простаивает. Мы не настолько богаты, чтобы десятилетиями держать их в резерве. Поэтому в отношении неэффективно используемых участков земли нужно принимать меры и требовать внятного обоснования потребности в земле от ведомств и организаций, в расположении которых находятся миллионы гектаров.

Если земля не работает, давайте будем передавать её другим собственникам, в том числе муниципалитетам, они ближе к людям и вполне способны решить, где дом построить, где картошку посадить или как-то по-другому использовать землю с пользой для людей и для страны.

Конечно, при этом местные органы власти обязаны работать по принципу «одного окна» и действовать только в интересах граждан, ни в коем случае нельзя создать ситуацию, когда мы проблемы с одного уровня перенесём на другой уровень и ничего не изменим.

Второй вопрос, который надо внимательно проанализировать, – это категорийность земель. В марте этого года были приняты основы госполитики использования земельного фонда на 2012–2017 годы, которые предусматривают исключение из законодательства принципа деления земель по целевому назначению. Очевидно, что действующая система устарела, нам необходимо создать прозрачную и удобную для бизнеса и граждан модель использования земли. Должно быть чёткое понимание того, где и что можно строить, какие есть ограничения по использованию того или иного участка, нужно предусмотреть институты, которые обеспечат защиту особо ценных и заповедных земель, а также сельхозугодий. Жду от вас тоже предложений сегодня по этим вопросам.

Третье направление – формирование единого информационного ресурса о земельных участках. Сейчас эта информация закрыта для людей, к сожалению. Руководители ведомств, сотрудники различных органов власти и всякие прилипшие к ним посреднические структуры фактически монополизировали эту информацию, а без неё гражданам практически невозможно взять в собственность даже заброшенный участок земли.

Закрытость и непрозрачность – главная причина коррупции, которая буквально пронизывает весь земельный рынок. Мы обязаны переломить эту ситуацию и предоставить каждому гражданину возможность узнать любую информацию о свободных и используемых землях. Что здесь секретного-то? А если есть какой-то секрет, он должен быть обоснованным. Я знаю многие так называемые секретные участки, которые годами стоят, на них ничего не происходит.

Эта проблема будет частично решена в ходе реализации «дорожной карты» в сфере строительства. Готов выслушать дополнительные предложения по организации единого банка земли и открытого доступа к нему.

Четвёртое – это условия предоставления земельных участков в собственность или аренду. Сегодня они не выдерживают никакой критики ни по срокам, ни по порядку оформления. Я об этом уже говорил в начале выступления. Очевидно, что нужно как можно быстрее переходить к проведению открытых торгов по заявлениям граждан и юридических лиц.

Земельным кодексом уже установлена обязанность органов местного самоуправления проводить такие аукционы, но подобные решения могут быть приняты только в отношении сформированных участков. Однако чёткая обязанность их формирования не предусмотрена, а бюджетные расходы на эти цели зачастую не планируются просто. У меня складывается впечатление, что иногда и специально не планируются, чтобы сохранить эту ситуацию. Все эти препятствия нужно устранять, в том числе на законодательном уровне.

Пятая задача – использование земли для строительства жилья, я уже об этом говорил. Напомню, мы поставили цель в течение ближайших восьми лет обеспечить предоставление комфортабельного и доступного жилья 60 процентам российских семей, желающих улучшить свои жилищные условия. И это значит, что нам нужно серьёзно наращивать объёмы стройки, прежде всего современного жилья эконом-класса.

Предоставление земельных участков, особенно в крупных городах или рядом с крупными городами, где есть уже развитая инфраструктура, идёт сейчас по принципу точечной застройки. С таким подходом мы не решим проблему, поэтому нужно как можно быстрее переходить к комплексному освоению территорий, к чёткому градостроительному планированию, тесно увязанному с инженерной и социальной инфраструктурой. Это важно для любой территории: и для сельской, и для пригородной территории, где нужно активно развивать малоэтажное строительство.

Напомню также, что для многодетных семей участки под строительство жилья должны быть обеспечены необходимой инфраструктурой, об этом мы говорили. Людям просто негде взять эти деньги. Однако это делается далеко не во всех регионах, и в таком случае семья вынуждена, если такой инфраструктуры нет, либо нести значительные финансовые затраты, либо вообще отказаться от перспектив иметь своё жильё.

Прошу всех выступающих уделить вопросу комплексного освоения земли, земельных участков особое внимание, в том числе поговорим и об опыте Фонда содействия развитию жилищного строительства. Подчеркну, что необходимо не просто предоставлять земельные участки – нужны те участки, где жильё будет востребовано людьми, которыми они смогут воспользоваться, и, конечно, такие участки, на которых выгодно работать бизнесу.

Уважаемые коллеги, я обозначил только лишь ряд направлений, которые нам необходимо обсудить. Они не исчерпывают список тем, которые в сфере земельных отношений считаются сейчас наиболее острыми и проблемными. Полагаю, что они будут также предметно затронуты и сегодня, и в дальнейших наших дискуссиях. Ясно, что сегодня мы, повторяю ещё раз, только первый «подход к снаряду» сделаем, и нужно будет поговорить об этом поподробнее в будущем.

Спасибо за внимание.

Пожалуйста, Юрий Александрович.

Ю.БЕРГ: Добрый день, уважаемый Владимир Владимирович!

Уважаемые члены Государственного совета Российской Федерации, приглашённые!

Наше заседание посвящено повышению эффективности управления земельными ресурсами в интересах граждан и юридических лиц. Владимир Владимирович в своём выступлении чётко определил нынешнее состояние использования земельных ресурсов как неэффективное, что является тормозом для развития всей экономики нашей страны.

К такому же выводу пришли и мы, участники рабочей группы. Хотел бы поблагодарить всех, кто в ней работал, и отметить, что их предложения мы постарались максимально учесть в докладе, представленном в президиум Государственного совета. В его подготовке участвовали представители регионов, федеральных органов власти, общественных объединений, коммерческих банков, Торгово-промышленной палаты России, Федерального фонда содействия развитию жилищного строительства. Большую помощь оказали и профильные комитеты Государственной Думы.

Надо сказать, Владимир Владимирович, что эта тема затрагивает практически все аспекты жизнедеятельности. Её рассмотрение на президиуме Госсовета является крайне своевременной. Люди ждут от нас решения проблем, которые мешают им работать на земле, приносить пользу себе, обществу и стране. В материалах, которые мы получали в процессе работы, была не только глубокая аналитика, но также искренняя заинтересованность в скорейшей «расшивке» накопившихся сложных вопросов. Были предложены различные подходы к совершенствованию законодательства, зачастую дискуссионные, что подчёркивает важность и значимость вопросов, которые нам предстоит обсудить.

Одним из приоритетных является предоставление земельных участков для жилищного строительства. Мы убедились, что здесь надо добиваться проведения аукциона. И такая публичная система предоставления участков должна стать повседневной и привычной для собственников. Земля должна работать на граждан.

В 2011 году в большинстве субъектов Федерации отмечено увеличение площади предоставления земельных участков для жилищного строительства. Общая площадь земельных участков, предоставленных на аукционах для этих целей, увеличилась на 30 процентов по сравнению с 2010 годом. При этом 20 процентов от этой площади было предоставлено Федеральным фондом содействия развитию жилищного строительства путём вовлечения в оборот неиспользуемых федеральных земельных участков.

Огромное значение имеет малоэтажное строительство. Сам процесс строительства собственного дома формирует в человеке чувство ответственности за свою семью, сплачивает её, позволяет создать свой уклад жизни. Малоэтажное строительство способствует формированию среднего класса и, что немаловажно, обладает целым рядом преимуществ: это короткий цикл возведения здания, незначительные капвложения, минимальные риски появления незавершённых объектов, экономичность в эксплуатации.

Результатом политики так называемой точечной застройки стало существенное уплотнение застройки (особенно в крупных городах) без учёта ресурсов инженерной, социальной и транспортной инфраструктуры. В будущем необходимо сконцентрироваться на предоставлении земельных участков преимущественно для комплексной застройки. Для этого надо при необходимости изменить законодательство в следующих направлениях.

Первое. Для муниципалитетов нужно создать стимулы к завершению разработки документов территориального планирования и правил землепользования и застройки.

Второе. Активно вовлекать в оборот земельные участки, находящиеся в государственной собственности. При этом по-прежнему актуальным является вовлечение в оборот федеральных земельных участков, которые уже не используются в сельском хозяйстве и для нужд обороны.

Третье. Создать простую и прозрачную процедуру предоставления земельных участков для строительства объектов транспортной, инженерной инфраструктуры. Необходимо упростить порядок предоставления таких участков, исключив процедуру предварительного согласования места размещения объекта. Сегодня цикл предоставления земельных участков для указанных целей без проведения торгов занимает от одного до трёх лет. Требуется сократить эти сроки до трёх-пяти месяцев.

Нам нужно продолжить совершенствование законодательства, способствующего обеспечению земельными участками отдельных категорий граждан и юридических лиц. Это многодетные семьи, инвалиды, ЖСК и другие. В настоящее время на федеральном уровне этот порядок не урегулирован. Необходимо установить чёткие правила, в которых определить случаи и перечень категорий граждан для льготного предоставления земельных участков. Сегодня предусмотрена возможность их предоставления без проведения торгов гражданам, имеющим трёх и более детей.

Вместе с тем на практике сложилась ситуация, при которой многодетным семьям предлагаются участки, не обеспеченные объектами инфраструктуры. Результат: взамен поддержки такие семьи вынуждены нести значительные финансовые затраты. Считаем, что необходимо законодательно закрепить обязанность обеспечивать инфраструктурой земли, предоставленные многодетным семьям, причём за счёт бюджетных средств.

В 2011 году были внесены законодательные изменения, позволяющие безвозмездно передавать ЖСК земельные участки, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, собственности Федерального фонда содействия развитию жилищного строительства. Для реализации этих изменений изданы постановления Правительства России об утверждении типового устава кооператива и перечень категории граждан, имеющих право быть их членами.

Вместе с тем до настоящего времени в большинстве субъектов Федерации и федеральных органах исполнительной власти не приняты нормативные правовые акты об утверждении правил формирования таких списков.

Кроме того, необходимо предусмотреть в законодательстве возможность бесплатного предоставления земли кооперативам для строительства не только многоквартирных домов, но и малоэтажного жилья.

Для привлечения специалистов на работу в сельскую местность и в малонаселённые муниципальные образования необходимо предусмотреть возможность бесплатного получения ими земельного участка по перечням, утверждаемым регионами.

Законами субъектов Федерации может быть установлен перечень территорий, в первую очередь малонаселённых, где бесплатное предоставление земельных участков может осуществляться всем желающим.

Вместе с этим требует совершенствования процедура предоставления земельных участков в целом. В настоящее время есть возможность без аукционов предоставлять участки для строительства любых объектов, кроме жилья. Конечно, это во многом зависит от конкретной практики на местах, но всё это приводит к злоупотреблениям и делает земельные ресурсы фактически недоступными.

В связи с этим предлагается запретить предоставление участков без аукциона. Исключение, как я уже говорил, должно быть сделано только для отдельных случаев: объекты инфраструктуры, отдельные льготные категории граждан и так далее. При этом надо предоставить право гражданам и юридическим лицам самостоятельно формировать участки за свой счёт с дальнейшим обязательством власти выставлять их потом на аукцион.

Необходимым условием успешной реализации такого подхода является получение необходимой информации об имеющихся земельных ресурсах. Предлагается проработать порядок предоставления такой информации заинтересованным лицам и создать соответствующий информационный ресурс в каждом субъекте Федерации.

И ещё один немаловажный момент, оказывающий большое влияние на торги. Необходимо обязательно совершенствовать порядок предоставления информации о технических условиях подключения объектов к сетям инженерно-технического обеспечения и о плате за подключение. Считаем, что организации, осуществляющие эксплуатацию сетей инженерно-технического обеспечения, должны без всяких оговорок предоставлять информацию органам исполнительной власти и органам местного самоуправления бесплатно.

В настоящее время в законодательстве отсутствует полноценный порядок изъятия земельных участков для государственных или муниципальных нужд. Не установлены документы, обосновывающие необходимость изъятия, нет порядка предоставления земельных участков взамен изъятых и других не менее значимых вопросов.

В целях устранения этих недостатков необходимо ввести нормы, которые чётко определят органы исполнительной власти и органы местного самоуправления, уполномоченные рассматривать ходатайства об изъятии земельных участков для государственных или муниципальных нужд, а также требования к содержанию и обоснованию ходатайств об изъятии таких участков, порядок рассмотрения ходатайств и сроки принятия решений, в том числе основания для отказа в удовлетворении ходатайств.

Следующий наболевший вопрос – это наличие на территории муниципалитетов значительных по площади земельных участков, находящихся в федеральной собственности. Это существенно осложняет возможности по управлению территорией муниципального образования. В основном это земли Министерства сельского хозяйства и Российской академии сельскохозяйственных наук.

Все знают, что в советское время предприятиям и учреждениям выделялись значительные территории. Теперь у многих отпала необходимость их использования в таком объёме, и они зарастают бурьяном. Часто это инвестиционно привлекательные земли для жилищного строительства или сельского хозяйства. Но отказаться от таких неиспользуемых земель предприятия почему-то не хотят, а без их добровольного отказа забрать землю можно, только доказав в суде, что участки действительно не используются.

По большому счёту земельный ресурс является по своей природе местным ресурсом, доход от которого должен поступать в местные бюджеты. Но пока распоряжение значительной частью земли осуществляется федеральной властью, у муниципалитетов нет стимулов качественного и современного планирования использования земли в генпланах, в правилах землепользования и застройки.

Эта тема уже не раз была предметом обсуждения. Поэтому члены рабочей группы обращаются к Вам, Владимир Владимирович, с просьбой поручить Генеральной прокуратуре Российской Федерации осуществить проверку использования по целевому назначению земельных участков, числящихся за организациями, подведомственными Министерству сельского хозяйства и Российской академии сельхознаук, в том числе ликвидированными и находящимися в стадии банкротства.

Одновременно с созданием простых и прозрачных процедур предоставления земельных участков для различных целей необходимо обеспечить их дальнейшее рациональное использование. Эта задача решается только при эффективной системе территориального планирования, территориального зонирования как основы рационального использования земельных ресурсов.

В настоящее время нормами градостроительного законодательства реализуется системный подход к планированию развития территорий. Вопросы использования земли решаются в документах территориального планирования и градостроительного зонирования. В связи с этим деление земель на категории как дублирующий институт создаёт правовые коллизии и необоснованные административные барьеры. Необходимо исключить деление земель на категории, усилив при этом систему территориального планирования и зонирования территорий.

В частности, в целях сохранения приоритета охраны земли как средства производства в сельском хозяйстве необходимо ввести понятие «сельскохозяйственный регламент». Такой регламент должен устанавливаться для зон сельскохозяйственного назначения и учитывать специфику использования земельных участков в сельскохозяйственном производстве. Полномочиями по утверждению требований к составу и содержанию сельскохозяйственных регламентов должны быть наделены органы исполнительной власти в сфере сельского хозяйства.

В целях усиления гарантий сохранения и защиты сельхозугодий при переходе от деления земель на категории к территориальному зонированию необходимо установить запрет на изменение границ территориальных зон сельхозназначения, входящих в состав особо ценных, продуктивных сельскохозяйственных угодий, утверждаемых регионами.

Кроме того, для сохранения площадей сельхозугодий проекты документов территориального планирования муниципальных образований должны подлежать обязательному согласованию с органами государственной власти субъектов Федерации, особенно в случаях, когда предусматривается изменение границ территориальных зон сельхозназначения. Безусловно, отмена категорий земель должна произойти не раньше, чем будут утверждены правила землепользования и застройки.

Отдельного внимания заслуживает вопрос эффективного использования земельных участков сельхозназначения. В настоящее время во многом сняты проблемы по реализации федерального закона об обороте земель сельхозназначения. Проблемой, препятствующей вовлечению земель в сельхозоборот, долгое время являлось отсутствие чёткого законодательного регулирования вопросов прекращения прав на простаивающие земельные участки или на участки, использование которых осуществляется не по целевому назначению. Для решения этого вопроса 23 апреля 2012 года принято постановление Правительства России о признаках неиспользования земельных участков с учётом особенности ведения сельскохозяйственного производства или осуществления иной деятельности в субъектах Российской Федерации. Сейчас необходимо активизировать работу по выявлению земельных участков сельхозназначения, не используемых по назначению, и принять меры для их вовлечения в оборот.

Следующий суперважный вопрос – это справедливое определение платы за использование земельных участков. В связи с этим особую актуальность приобретает совершенствование методик и процедур кадастровой оценки и системы налоговых и арендных платежей за использование земельных участков.

За последние два года регулирование кадастровой оценки получило существенное развитие. Установлены как общие требования к ней, так и требования о дополнительном страховании оценщиков, а также требования об обязательном проведении экспертизы, отчётов саморегулируемых организаций оценщиков. Предусмотренное создание фонда данных государственной кадастровой оценки призвано обеспечить максимальную открытость процесса определения кадастровой стоимости и работы оценщика.

Вместе с тем в настоящее время сложились объективные предпосылки для ревизии этих процедур. Результаты кадастровой оценки вызывают много претензий и со стороны налогоплательщиков, и со стороны органов местного самоуправления. Необходимо разобраться в обоснованности таких претензий. Понятно, что одна сторона всегда стремится к снижению налоговой базы, другая – к её повышению, но важно, чтобы кадастровая стоимость была максимально приближена к рыночной. Если этого добиться не удалось, значит, нужна корректировка действующих методик и процедур.

Кроме того, анализ опыта реформирования земельного налога выявил системное отсутствие на местном уровне экономически обоснованных подходов к установлению ставок налога и арендной платы. Как правило, их ставки устанавливаются на максимальном уровне, что приводит к банкротству предприятий малого и среднего бизнеса.

В настоящее время созданы предпосылки для комплексного реформирования системы имущественных налогов и сборов, в том числе введение налога на недвижимость. Этот новый институт налогового права заменит налог на имущество и земельный налог. Ожидается, что налог на недвижимость будет мотивировать формирование единых объектов недвижимости, создаст условия для повышения качества жизни граждан, станет стимулом принятия экономически оправданных решений органами государственной власти и местного самоуправления.

Земля как уникальный природный ресурс и как средство производства подлежит особой охране. В связи с этим особую актуальность приобретает совершенствование системы государственного и муниципального земельного надзора. Законодательством предусмотрено четыре вида земельного контроля: государственный надзор, осуществляемый федеральными органами исполнительной власти (Росреестр, Росприроднадзор и Россельхознадзор), а также муниципальный, общественный и производственный контроль.

При этом по всем категориям земель наблюдается устойчивый рост земельных правонарушений. Их основной причиной является несовершенство земельного законодательства и законодательства об административных правонарушениях. Сегодня установлен недостаточный размер санкций за земельные правонарушения, он не соответствует реальным доходам граждан и организаций. Действенной мерой будет не простое увеличение размера административных штрафов, а применение нового подхода к определению размера штрафа на основании кадастровой стоимости земельного участка.

В целях более эффективного проведения земельного контроля возникает необходимость уточнения предмета государственного земельного надзора. Отнесение земельного контроля к системе контроля в отношении юридических лиц исключило возможность проведения внеплановых проверок. Очевидно, что мероприятия по государственному земельному контролю должны осуществляться в отношении конкретного земельного участка и проводиться не один раз в три года, а намного чаще.

При этом все вопросы, связанные с перераспределением и передачей полномочий, необходимо решать в комплексе вместе с вопросами повышения эффективности осуществления полномочий субъектами Федерации, их кадрового обеспечения.

Уважаемые участники заседания, я озвучил наиболее актуальные проблемы и предложения рабочей группы. Предложения, которые не нашли отражения в рамках этого [заседания президиума] Государственного совета, обязательно получат развитие в ходе других мероприятий, посвящённых созданию условий для эффективного и рационального использования земельных ресурсов Российской Федерации.

Спасибо за внимание.

В.ПУТИН: Спасибо большое, Юрий Александрович.

У нас довольно много записавшихся. Это и Андрей Рэмович Белоусов, Министр экономики, Шойгу Сергей Кужугетович, Московская область, Миклушевский Владимир Владимирович, Груздев Владимир Сергеевич, Браверман Александр Арнольдович, Зеренков Валерий Георгиевич. Предлагаю не в порядке этих записей. Основное – это доклад; доклад сделан – предложения сформулированы. Обращаюсь ко всем присутствующим, кто хотел бы что-то добавить или что-то подвергнуть сомнению из того, что было сказано? Какие-то есть соображения на этот счёт?

Пожалуйста, прошу Вас.

С.БОЖЕНОВ: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги! Я хотел бы добавить и поддержать коллегу Берга по вопросу расширения залоговой базы в сельском хозяйстве. Сегодня расширение такой базы осуществляется за счёт земельных долей, принадлежащих участникам долевой собственности на земельный участок сельскохозяйственного назначения. И данная позиция основана на общих нормах гражданского законодательства, согласно которому участник общедолевой собственности может заложить свою долю в праве на общее имущество без согласия других собственников. Однако Федеральный закон № 101 об обороте земель сельхозназначения не допускает передачу земельных долей в залог и тем самым ограничивает граждан и юридических лиц в праве распоряжаться своими земельными долями по сравнению с собственниками другого недвижимого имущества.

В.ПУТИН: Это известная заноза. И что Вы предлагаете?

С.БОЖЕНОВ: Владимир Владимирович, может быть, как-то подправить и дать возможность собственникам право залога?

В.ПУТИН: Давайте так.

С.БОЖЕНОВ: Спасибо.

В.ПУТИН: Нет, секундочку. Это известная заноза, одна из проблем. Только у меня к Вам просьба и ко всем другим. Недостаточно обозначить проблему и сказать – надо как-то подправить. Предложения формулируйте. Как подправить, что конкретно Вы предлагаете? Сформулируйте хотя бы проект этой нормы. Ладно? А так Вы правильно обратили внимание на проблему.

Кто ещё хотел бы что-то добавить? Пожалуйста, Сергей Кужугетович.

С.ШОЙГУ: Владимир Владимирович, я не буду останавливаться на тех проблемах, которые осветил Юрий Александрович. Мы участвовали в рабочей группе.

То, на чём хотелось бы остановиться и сразу предложить варианты решения.

Во-первых, хотелось бы сказать о нормах Гражданского кодекса, который прият в первом чтении в апреле этого года. Там у нас все земли, не являющиеся частной и зарегистрированной государственной или муниципальной собственностью, объявляются федеральными. У нас просьба эту статью изъять из Гражданского кодекса, потому что в этой ситуации половина земель Московской области просто станет федеральной.

Второе предложение об отмене категории земель. Владимир Владимирович, не знаю, буду ли я просить о каком-то отдельном отношении к Московской области, но Вы знаете, что с расширением границ и увеличением территории Москвы у нас возник ряд серьёзных проблем, и сегодня мы не в состоянии в установленные сроки завершить генплан и земельное планирование на территории Московской области. По Вашему решению мы до 2014 года это отнесли. Знаю, что у многих коллег есть точно такие же проблемы. Может быть, и отмену категорийности земель отнести до 2014 года.

Об изъятии земель уже коллега Берг сказал. Хотел бы немножко обострить эту проблему и предложить решение. Владимир Владимирович, по Вашему поручению был найден, на наш взгляд, очень эффективный инструмент по Сочи и Владивостоку по изъятию земель. В настоящий момент Москва подготовила свой закон. Мы предлагаем, что касается Московской области, включить и Московскую область в этот закон, чтобы у нас были такие же возможности. У нас очень много негативных примеров, я не хотел бы на них останавливаться, связанные и с транспортным строительством, и строительством серьёзных предприятий.

Неиспользованные федеральные земли. Хочу сказать о том, что у нас всего две сотых процента земель, которые может использовать Московская область, две сотых процента от общего количества земель. При этом, конечно, у нас на территории федеральные земли, это касается и земель Министерства культуры в виде усадеб, у нас таких 1100, из них 300 – исторические усадьбы, сохранилось только 50, 90 – это просто руины. И здесь, конечно, надо определить нам вместе с Министерством культуры порядок их дальнейшей либо передачи в ведение области, либо уже сроков и порядка восстановления и определения дальнейшего назначения.

Отдельные земли обороны и безопасности, таковых у нас на территории 130 тысяч гектаров. Многие федеральные земли выставляются на торги: бывшее Нахабинское военное лесничество, многие другие земли.

По землям сельхозпредприятий Юрий Александрович сказал о том, что это земли Министерства сельского хозяйства, Россельхозакадемии. У нас на сегодняшний момент почти две тысячи гектаров доведены до банкротства, понятно для чего: завтра эти земли будут выгодно проданы, естественно, без участия Московской области. Конечно, нам нужен механизм передачи этих земель либо Московской области, либо определения, что будет на этих федеральных землях сделано в ближайшее время.

Здесь говорили о неэффективном использовании, нерациональном использовании сельхозземель. 700 тысяч гектаров сельхозземель у нас не используются, 700 тысяч гектаров! Мы предложили (и Вы поддержали, Владимир Владимирович) увеличение налога на неиспользуемые земли с 0,3 процентов до 3 процентов. Хотелось бы на этом высоком собрании попросить коллег, чтобы мы достаточно энергично прошли путь по подготовке этого закона и уже с 1 января 2013 года он бы мог начать работать. Мысли и предложения по этой части подготовили и внесли.

Следующее, очень важное, на наш взгляд, предложение. Если будет принята норма о налоге и повышении штрафов, то, конечно, речь идёт о надзорах. Сегодня у нас надзирают три федеральных ведомства, а плату по результатам их надзора взимает субъект. Здесь несоответствие. Нам надо передать надзор, что, на мой взгляд, самое правильное. Мы, как никто, заинтересованы в эффективном использовании. Это, естественно, Росреестр, это Министерство сельского хозяйства в виде земельного надзора и это Роспотребнадзор.

Следующее – это всё, что касается Министерства обороны (стройки, земли Министерства обороны). У нас только одна просьба, помимо, естественно, более эффективного использования федеральных земель и передачи их либо в область, либо в Росимущество. Прошёл период, когда надо было очень энергично и срочно принимать решения по строительству. На сегодняшний день, мне кажется, уже всё, что касается экспертизы, всё, что касается разрешения на строительство, во всяком случае на территории Московской области, и приёмки объектов, не относящихся к объектам обороны, надо передавать в область. Та ситуация, которая сегодня существует: комплексной застройки нет, социальных объектов не строится, на некоторых объектах нет дорог, – мы никоим образом на это повлиять не можем. Здесь то, на что и Вы обратили внимание, – комплексное освоение. Мы к этому готовы. Надо было бы нам, во всяком случае, наверное, совместно с Министерством обороны, выработать внятный механизм, внятный и понятный для всех.

Кадастровая стоимость земель. Со всем согласен. Единственное, хотелось бы предложить следующее. В основном докладе – введение запрета на распоряжение земельными участками, в отношении которых отсутствуют сведения о точных границах, с 1 января 2018 года. Мы предлагаем ввести эту норму с 1 января 2013 года с одновременным введением законодательно установленной обязанности граждан и юридических лиц на установление границ земельных участков, в том числе с привлечением средств бюджета. Я просто пример приведу, Владимир Владимирович. Мы посмотрели, что у нас творится вдоль кольцевой дороги. 8 тысяч гектаров – не можем найти собственников и хозяев.

В.ПУТИН: Они за три месяца не успеют ничего сделать. А с привлечением бюджета – в бюджете не заложены же эти деньги.

С.ШОЙГУ: Владимир Владимирович, мы в том числе и свой бюджет готовы… Я имею в виду, эту норму ввести с 2013 года, а её можно ввести и с 2014 года, и с 2015 года. Но если мы главный побудительный мотив, чтобы сам собственник не регистрировался.

В.ПУТИН: Я согласен. Вы предлагаете подвинуть этот срок влево, что называется.

С.ШОЙГУ: Конечно. Вот, собственно, основные предложения, Владимир Владимирович по нашей части.

Прошу прощения. Основное, наверное, или одно из основных, касающееся Московской области, – это перевод земель сельхозназначения в ИЖС. Мы предложили там увеличить довольно серьёзно стоимость такого перевода, потому что всё это сегодня происходит, но происходит по совершенно понятным или непонятным схемам, поэтому мы с Андреем Рэмовичем это проговорили. Надеемся, что в самое ближайшее время такой закон будет принят.

Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо.

Пожалуйста, кто ещё?

А.БЕЛОУСОВ: Спасибо.

Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги! Я не буду говорить о достижениях, я просто поговорю о проблемах, способах их решения, в том числе тех, которые уже звучали. На самом деле проблемы в области управления землёй, оборота земли можно разбить на две большие группы. Первая – это проблемы, связанные с терпланированием, и вторая группа – это проблемы, связанные с гражданским оборотом земли и использованием.

Чтобы не повторяться начну с проблем терпланирования. Здесь ключевая проблема на самом деле состоит в том, что до сих пор не утверждены документы и системы терпланирования, несмотря на то, что поручения много раз давались, сроки переносились. На федеральном уровне у нас из всех отраслевых схем сегодня принята только одна схема, это схема в области транспорта. В разной степени готовности находятся схемы в области энергетики, здравоохранения, образования, окружающей среды, обороны и безопасности.

На региональном уровне у нас ситуация несколько лучше, схемы терпланирования утверждены в 71 субъекте Российской Федерации. Генеральные планы городских округов и поселений утверждены в 55 процентах муниципальных образований.

Но ключевой вопрос сегодня – это на самом деле вопрос утверждения правил землепользования и застройки. Во-первых, потому что это, конечно, оперативный документ, который непосредственно определяет использование земельного участка. И, во-вторых, потому что по Градкодексу все ПЗЗ [правила землепользования и застройки] должны быть утверждены во всех муниципальных образованиях до 1 января 2013 года. С этой даты, хочу напомнить, при отсутствии ПЗЗ будет запрещено предоставление земельных участков, находящихся в государственной муниципальной собственности.

На сегодняшний день у нас ПЗЗ утверждены примерно только в половине муниципальных образований. Мы считаем, что, первое, переносить срок с 1 января 2013 года (это будет уже четвёртый или пятый раз) нельзя, потому что мы просто уже демотивируем субъекты и муниципалов утверждать ПЗЗ. Мы предлагаем рассмотреть вопрос о наделении субъектов Российской Федерации полномочиями по разработке и утверждению ПЗЗ для тех муниципальных образований, которые не сделали это сами в установленные сроки, причём вместе с передачей соответствующего финансирования.

Здесь возникает ещё один вопрос, который сегодня не затрагивался. Можно предположить, что в течение ближайшего календарного года, где-то до 1 января 2014 года, будет массовый взрыв утверждённых ПЗЗ. И тогда возникает вопрос, что делать, если у нас объекты в правилах землепользования и застройки не соответствуют уже фактически построенному объекту. Эту тему мы тоже обсуждали с Сергеем Кужугетовичем, и здесь на самом деле другого механизма, кроме изъятия соответствующих земельных участков после введения соответствующих штрафов, предупреждений и так далее, просто не может быть.

Если по ПЗЗ муниципалитет видит, что в этом месте должен быть стадион, а тут построен торгово-развлекательный центр, нам рано или поздно нужно будет предупредить владельца, собственника соответствующего участка о том, что он должен либо перестроить, либо каким-то образом решить вопрос с земельным участком. Если нет, то после соответствующего периода времени этот участок с соответствующей компенсацией изымать. Иначе у нас ПЗЗ – это будет один документ, а реальная карта местности будет совершенно другой. Эта тема, конечно, требует тщательного решения, потому что проблема будет массовая и достаточно резонансная.

Теперь по поводу отмены категорийности земель. Здесь есть два момента. Первый момент, достаточно очевидный, что сегодня механизм изменения категорий земель, смены категорий предельно запутан. Этим занимаются все органы власти, процедуры не отрегламентированы, и поэтому у нас сложился бизнес (на самом деле это хорошо известно) по переводу земель из одной категории в другую. Но, кроме того, мы ещё должны чётко себе сказать, что у нас механизм правил землепользования и застройки входит просто в противоречие с механизмом зонирования и так далее, он просто входит в противоречие с категорированием. Если у нас будет параллельно действовать и механизм ПЗЗ и категорирование, мы просто окончательно остановим оборот земель. Мы просто запутаем собственников до предела. Поэтому категорирование, конечно, надо отменять, вводя механизмы соответствующей защиты использования земель, то есть заменяя категорирование территориальными зонами и видами разрешённого использования.

На самом деле такие механизмы совершенно понятны, их просто надо окончательно прописать в законе. Суть сводится к тому, что земли сельхозназначения теперь нельзя будет перевести из одного вида в другой без изменения ПЗЗ, а эта процедура достаточно чётко описана.

И второе. Я в принципе поддерживаю Сергея Кужугетовича в том, что эта процедура должна быть платной просто в силу того, что перевод земли из одного вида деятельности в другой, как правило, повышает стоимость этой земли, кадастровую оценку и рыночную стоимость земли. И конечно, совершенно правильно, когда муниципалитет часть или всю эту разницу (на самом деле часть) через налоговые механизмы получает. Поэтому мы предлагаем ввести специальную госпошлину за соответствующий перевод.

Далее. Есть ещё третья проблема, которую Юрий Александрович частично затронул, но вскользь. Это проблема действенности или юридической силы самих ПЗЗ. На самом деле карта, которая является составной частью правил землепользования и застройки, никакой юридической силы не имеет. Юридической силой по Градостроительному кодексу является градостроительный регламент, но они покрывают только три процента территорий. Тогда возникает вопрос, зачем было затевать всю эту историю с зонированием, с переходом к другим механизмам: для того, чтобы только три процента территорий покрыть регламентами и там чётко установить соответствующие правила?

Поэтому мы предлагаем как минимум для начала для того, чтобы ввести нормативный режим использования земель, сделать две вещи. Первое. Это действительно ввести сельскохозяйственные регламенты. А второе, для того, чтобы ПЗЗ задавали чёткий правовой режим, ввести на федеральном уровне классификатор территориальных зон и видов разрешённого использования. Сегодня такой классификатор отсутствует.

Теперь по поводу гражданского оборота. Здесь ключевая тема, безусловно, – то, что поднял Сергей Кужугетович, – это участки без точных границ. У нас сегодня в кадастре 60 миллионов участков. Имеют границы из них 30 миллионов. 30 миллионов, то есть ровно половина, границ не имеет. Значит, фактически они из оборота сегодня исключены. В судах сегодня ежегодно находится 2 тысячи споров о границах земельных участков.

Значит, цена вопроса для того, чтобы провести эти границы, – 70 миллиардов рублей. Мы считаем, что нам так или иначе придётся, другого пути на самом деле нет, из федерального бюджета рано или поздно один раз деньги потратить. Но если мы это будем делать не по отдельным участкам, а комплексно, то есть по территориям, расчёты показывают, что можно стоимость снизить в 2–3 раза, то есть примерно обойтись суммой в 20 миллиардов рублей. В принципе эта величина, учитывая, что это не длящиеся расходные обязательства, а фактически разовые затраты, и понимая, какой эффект это приведёт с точки зрения вовлечения в оборот земли, мы считаем абсолютно целесообразно на такое решение пойти. Ну, естественно, не за год, это невозможно, у нас 22 тысячи кадастровых инженеров, они просто не справятся с таким объёмом работы, но где-то за 3–5 лет эту проблему можно решить.

Ещё одна проблема, которая тоже сегодня не звучала. Это тема отсутствия точных границ охранных и защитных зон. У нас сегодня каждый, практически каждый инвестор начинает свой проект с того, что ходит по целому ряду инстанций и выясняет, какие охранные и защитные зоны расположены на его земельном участке. Дело дошло до того, что у нас не только сами охранные зоны не имеют границ и они не описаны, у нас даже сами объекты, к которым эти охранные зоны относятся, например культурные памятники, очень часто не имеют границ и не имеют точной привязки.

Мы здесь предлагаем следующее, у нас тоже вопрос делится на две части: там, где есть эксплуатирующие организации, вменить им в обязанность в разумные сроки в течение 5–7 лет провести работы по определению границ охранных и защитных зон и внести в кадастр. И после соответствующего срока в качестве санкций за неисполнение этих обязанностей установить запрет на выставление эксплуатирующими организациями требований о возмещении убытков от нарушения режима охранных и защитных зон. А это практически все линейные объекты, промышленные предприятия с зонами отчуждения, аэропорты и так далее. И, кроме того, вторая часть этого вопроса, это нам тоже, на мой взгляд, придётся изыскать финансирование для того, чтобы обеспечить в течение 5–7 лет финансирование работ по определению границ охранных и защитных зон тех объектов, которые не имеют эксплуатирующих организаций, или если эти организации являются бюджетными. Это касается водоохранных зон, зон охраны памятников, охранных зон особого хранения природных территорий и так далее.

Следующая проблема, которую я хотел зафиксировать, её уже касались, – это проблема объективности кадастровых оценок. Вопрос на самом деле крайне тяжёлый и сложный, и он упирается в то, что сегодня за границами Москвы, Санкт-Петербурга и нескольких субъектов Российской Федерации у нас просто нет достаточного количества квалифицированных оценщиков, которые могут оценить стоимость земли. В результате мы действительно получаем случаи, когда отклонение кадастровой стоимости от рыночной стоимости иногда достигает десяти и более раз.

Это создаёт очень серьёзные проблемы и очень резонансные темы. Что предлагается? Первое, что можно легко сделать, это на самом деле снять ограничения со сроков рассмотрения оспаривания результатов кадастровой оценки во внесудебном порядке. У нас сегодня существуют комиссии по рассмотрению споров, в эти комиссии у нас в субъектах Федерации входят представители субъекта, Национального совета оценочной деятельности, Росреестра и так далее. Но там срок шесть месяцев составляет. В той ситуации, в которой мы находимся, по крайней мере временно, мы бы предложили этот срок снять.

Второе. Предлагается установить единый порядок и утвердить его решением Правительства Российской Федерации. Утверждение органами власти субъектов Федерации результатов кадастровой оценки. Сегодня такого единого порядка нет, это тоже приводит к разнобою проведения оценки в разных субъектах.

И в-третьих, у нас эта проблема с оценкой порождена ещё тем, что у нас существует множественность методик для каждой отдельной категории земли. Это абсолютно неоправданно, необходима одна методика или один стандарт массовой оценки земельных участков.

Ещё она тема, которая сегодня поднималась, тема тоже крайне болезненная, – это тема непрозрачности процедуры предоставления земельных участков, которые находятся в государственной и муниципальной собственности. У нас сегодня земельные участки для жилищного строительства или ведения сельского хозяйства предоставляются на торгах. Но, скажем, для строительства склада или торгового центра торги совершенно не обязательны, это можно предоставлять в индивидуальном порядке. Это порождает массу злоупотреблений. Мы считаем, что должно быть установлено общее правило предоставления всех участков на торгах, за исключением закрытого перечня случаев для линейных объектов, жилищного строительства для льготных категорий и так далее.

Это, конечно, несёт в себе риски сокращения объёма предоставления земельных участков, поскольку органы власти могут бесконечно ссылаться на отсутствие сформированных торгов земельных участков. И поэтому мы считаем целесообразным ввести в обязанность для органов власти выставлять участки на торги по заявлениям граждан и юридических лиц. Соответствующий законопроект, где предусмотрены изменения порядка предоставления земельных участков, подготовлен в Государственной Думе ко второму чтению, но, как и другой закон, тоже на тему регулирования оборота земли, он у нас, Владимир Владимирович, завис из-за Гражданского кодекса, и у нас ГПУ всё это дело тормозит. Честно говоря, с учётом ситуации, которая сейчас сложилась с Гражданским кодексом, мы считаем необходимым и целесообразным разблокировать, и во втором чтении эти законы всё-таки принять Государственной Думе и двинуть их дальше.

Что касается второго закона, есть большой блок вопросов, связанных с повышением эффективности использования земельных участков. Самая простая тема, с которой, по-моему, уже все согласны, это то, что земельные участки государственных предприятий и учреждений надо изымать во внесудебном порядке, если так решил учредитель. Мы сегодня можем считать, что у нас ФГУП землёй распоряжается неправильно, но изъять его иначе как в судебном порядке мы не можем. На самом деле нужен соответствующий законопроект, как раз второй, он тоже находится в Государственной Думе, и подготовлен ко второму чтению, и тоже завис из-за Гражданского кодекса, новой редакции. Мы предлагаем его тоже всё-таки принять. Мы абсолютно поддерживаем, это наше совместное предложение, то, о чём говорил Юрий Александрович, о повышении штрафов за неиспользование участков и переход к таким штрафам в процентах от кадастровой стоимости. Потому что сегодня размеры штрафов установлены в абсолютном выражении: для физических лиц – это 5 тысяч рублей, для юридических лиц – 100 тысяч рублей. Они, конечно, никого ни к чему особенно не обязывают, эти штрафы.

И второе. Кроме штрафов, нужно, конечно, существенно повысить налог. Мы предлагаем – три процента от кадастровой стоимости, связанной с использованием земель.

Теперь последняя тема, которую я хотел бы затронуть. Это тема, связанная с тем, о чём сказал Сергей Кужугетович, тема земельного надзора. Сегодня на федеральном уровне у нас есть три органа власти – это Росреестр, Росприроднадзор и Россельхознадзор, которые занимаются таким надзором. Причём, должен сказать, что сферы, предметы надзора на самом деле предельно не разграничены, практически они занимаются одним и тем же.

Росреестр. Сколько у него мощностей? Это четыре с небольшим тысячи инспекторов. В год они проводят 300 тысяч проверок. Легко понять, что при такой интенсивности проверок и при таких возможностях один земельный участок может быть проверен примерно один раз в 200 лет.

Мы в принципе считаем, что нужно, и мы готовы пойти на это, передать земельный надзор на региональный уровень. Но для этого нужно решить один вопрос. В этой ситуации может возникнуть и наверняка возникнет конфликт интересов в субъектах Федерации. Потому что, конечно, у субъектов Федерации возникнет сильное искушение с помощью такого мощного рычага доказывать, что федеральные земли используются неэффективно.

Мы эту тему обсуждали, и мы считаем правильным рассмотреть разграничение полномочий по земельному надзору между Федерацией и регионами с тем, чтобы земли, которые находятся в федеральной собственности, всё-таки контролировались, надзирались на уровне Российской Федерации, а не субъекта Российской Федерации, по крайней мере для начала.

Я вижу, что Сергей Кужугетович с этим не согласен. Но это, наверное, всё-таки мою правоту подтверждает.

Спасибо.

В.ПУТИН: Владимир Владимирович, у Вас есть что-то, чего ещё здесь не прозвучало?

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: Я буду максимально короток.

В.ПУТИН: Без докладов, а просто конкретные предложения, если они есть, – не доклады, а конкретные предложения по решениям.

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: Владимир Владимирович, я бы поднял два вопроса. Первый связан с землями Министерства обороны, потому что их довольно много.

В.ПУТИН: Ну Вы же поднимали этот вопрос. Я знаю, там у вас проблем достаточно, так же как в Московской области. Конкретно что Вы предлагаете?

В.МИКЛУШЕВСКИЙ: Предлагаю, Владимир Владимирович, очень простую вещь. Я даже не предлагаю их передать субъекту, а использовать их как федеральные земли и передать их для застройки комплексной массовой, для жилья эконом-класса фонду РЖС. У нас в Приморском крае уже очень хороший опыт накоплен по такого рода застройке.

И вторая тема – это длительные сроки оформления земельных участков. Я сейчас не буду отвлекать время, у меня есть вполне конкретные приложения – о внесении изменений в Земельный кодекс и закон о кадастровом учёте в части сокращения таких сроков. Мы даже посмотрели у наших соседей: в Корее, например, один-два месяца. У нас достигает, вот тут коллеги говорили, полугода, года и более.

Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо. Вы знаете, по сути, – и рабочая группа, и вот сейчас доклад Министра экономического развития, коллеги из регионов выступали – это вопрос очень болезненный и очень чувствительный, мы можем говорим о нём очень долго. Я вот что хочу сказать. У нас подготовлен перечень поручений, и думаю, что это правильно, что мы с президентского уровня это делаем, потому что эта проблема затрагивает и муниципалитеты, и регионы, и федеральные органы власти. А если есть что-то, что присутствующие считают необходимым добавить, пожалуйста, отдайте это всё в Администрацию и в Министерство экономического развития, в рабочую группу. Мы это всё обобщим. Я попрошу это Администрацию совместно с Правительством сделать, вместе с Министерством экономического развития. Перечень поручений достаточно большой, он носит весьма конкретный характер. Главное, чтобы это всё исполнялось.

Должен обратить внимание на то, что многие проблемы стали такими острыми именно после того, как мы начали пытаться применять уже принятые ранее законы. Но мы не могли это сделать раньше, надо сказать откровенно, потому что у нас не было основополагающих правовых норм. Они появились, но явно недоработанные, не отрегулировано очень много вопросов. Ничего здесь необычного, честно говоря, нет, потому что мы никогда вообще этим предметно не занимались. Поэтому без всяких рывков, но последовательно и настойчиво прошу эти вопросы реализовывать.

Спасибо большое.

Россия > Недвижимость, строительство > kremlin.ru, 9 октября 2012 > № 665051 Владимир Путин


Казахстан. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 9 октября 2012 > № 665050 Владимир Путин, Нурсултан Назарбаев

Владимир Путин встретился с Президентом Республики Казахстан Нурсултаном Назарбаевым, прибывшим в Москву по приглашению главы Российского государства.

Встреча приурочена к 20-летию подписания Договора о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи и 20-летию установления дипломатических отношений между Российской Федерацией и Республикой Казахстан. По итогам переговоров президенты двух стран приняли Совместное заявление.

Позже Владимир Путин и Нурсултан Назарбаев присутствовали на торжественном концерте в Большом театре.

* * *

Начало встречи с Президентом Казахстана Нурсултаном Назарбаевым

В.ПУТИН: Уважаемый Нурсултан Абишевич, совсем недавно виделись на Форуме приграничных территорий России и Казахстана.

Мне очень приятно, что Вы приняли наше приглашение, приехали в Москву, для того чтобы продолжить, во-первых, наши дискуссии по развитию двусторонних политических, торгово-экономических связей, для обсуждения вопросов, связанных с дальнейшей интеграцией, с углублением интеграции не только между нашими странами, но и вообще на всём постсоветском пространстве. У нас будет замечательная возможность сегодня отметить наши юбилейные события и сегодня вечером ещё в неформальной обстановке поговорить по всем этим проблемам более подробно.

Добро пожаловать!

Н.НАЗАРБАЕВ: Спасибо, Владимир Владимирович, за приглашение.Ещё раз хочу поздравить Вас с юбилеем, пожелать крепкого здоровья, осуществления всех тех задумок, которые Вы хотите сделать, совершить в России.

Мы отмечаем 20 лет, во-первых, наших дипломатических отношений и 20 лет базового договора о дружбе, сотрудничестве и союзничестве. Мы сейчас обсудили и поняли, что наши отношения образцовые на территории СНГ. Вопросы энергетики, космоса, вопросы взаимоотношений двух стран, Единое экономическое пространство – это небольшой, короткий перечень тех совместных дел, которые мы решаем.

То, что сегодня в России работает 3000 предприятий с участием казахстанского капитала, а в Казахстане 1700 предприятий с участием российского капитала, говорит само за себя. Поэтому по всем вопросам, которые мы сейчас обсудили, мы думаем о том, чтобы обновить этот большой договор, адаптировать его к требованиям сегодняшнего дня и дальше продвигать к созданию Единого экономического пространства между Россией, Казахстаном и Белоруссией.

Это наша благородная цель, мы должны этот вопрос решить очень солидно, не торопясь, чтобы это было настоящее интеграционное объединение, самое лучшее на постсоветском пространстве.

Благодарю Вас за внимательное отношение ко всем вопросам, которые возникают между нашими странами. Мы это обговорили в Павлодаре, обговорили сегодня. Думаю, что сотрудничество, близость, союзничество будет развиваться по восходящей.

В.ПУТИН: Знаете, что меня особенно радует, – это то, что и Казахстан – нефтегазодобывающая страна, и Россия, а в структуре нашего торгового оборота не так много взаимных продаж и покупок именно этого традиционного для нас товара, – но объём товарооборота растёт, он является рекордным за прошлый год. Двадцать с лишним миллиардов долларов – это всё-таки очень хороший показатель, который говорит о том, что всё, что связано с интеграцией, очень эффективно работает.

Н.НАЗАРБАЕВ: 25 миллиардов долларов товарооборот, и за полугодие тоже половину сделали. Особенно после Таможенного союза торговля растёт по 30 процентов в год. Это здорово, такого не было.

Появляются предприятия, и кооперация хорошая растёт, в том числе по военно-технической тематике. Поэтому мы очень благодарны. Сейчас мы обсудили вопрос о научно-техническом, инновационном сотрудничестве в Павлодаре. Это очень большая современная кооперация.

Казахстан. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 9 октября 2012 > № 665050 Владимир Путин, Нурсултан Назарбаев


Россия > Транспорт > kremlin.ru, 8 октября 2012 > № 665053 Владимир Путин, Максим Соколов

Рабочая встреча с Министром транспорта Максимом Соколовым.

Обсуждались вопросы реализации программы льготных пассажирских перевозок с Дальнего Востока и развитие регионального авиасообщения.

* * *

В.ПУТИН: Максим Юрьевич, хотел бы несколько вопросов обсудить. Первый из них – это перевозки с Дальнего Востока, пассажирские перевозки. Вы помните, что в одной из поездок на Дальний Восток жительницы этого региона страны ставили вопрос о том, что считают не совсем справедливым, когда льготными перевозками женщины пользуются с 60 лет, так же как мужчины, – имея в виду, что женщины выходят на пенсию пораньше. И мы тогда договаривались о том, что мы эту ситуацию исправим. Сейчас в каком состоянии этот вопрос?

М.СОКОЛОВ: Уважаемый Владимир Владимирович, действительно, уже в этом году Правительством Российской Федерации было принято решение об увеличении категорий пассажиров, которые могут пользоваться льготным переездом с Дальнего Востока и из Сибири в Европейскую часть страны и обратно, и было принято решение о том, что данная программа распространяется на женщин пенсионного возраста начиная с 55 лет.

В.ПУТИН: Не с 60, а с 55.

М.СОКОЛОВ: С 55 лет, а также на инвалидов I группы, лиц сопровождающих их, а также лиц, сопровождающих детей-инвалидов. И уже летом этого года на эти цели было выделено дополнительно 400 миллионов рублей.

В.ПУТИН: Вообще хватает средств на обеспечение всех льготных перевозок?

М.СОКОЛОВ: Сегодня мы видим, что эта мера оказалась настолько востребованной, что продано уже порядка 450 тысяч билетов на общую сумму порядка 3 миллиардов рублей. И 100 миллионов рублей недоставало для того, чтобы обеспечить всех льготников. Министерство транспорта изыскало в своём бюджете эти 100 миллионов рублей, не увеличивая общего лимита финансирования своего бюджета по году, и мы направим их на то, чтобы удовлетворить всех желающих.

В.ПУТИН: То есть программа будет исполнена в полном объёме?

М.СОКОЛОВ: Все, кто заявился на эту программу, получат льготную перевозку с Дальнего Востока.

В.ПУТИН: Отлично. Это касается перевозок на большие расстояния.

Одна из проблем, которую постоянно люди поднимают (собственно говоря, она является нерешённой, к сожалению, на протяжении нескольких лет), – это перевозки на местных линиях. Там очень много вопросов, мы с Вами это знаем. Всё-таки я задам Вам вопрос, что делается в решении этой проблемы?

М.СОКОЛОВ: Развитие региональных перевозок сегодня действительно один из приоритетов деятельности Минтранса. И начиная со следующего года в нашем бюджете дополнительно запланировано по 5 миллиардов рублей ежегодно на развитие региональных перевозок. Из них мы увеличиваем до 3,5 миллиарда меры по поддержке программы, о которой я сказал выше, и дополнительно будет разработана программа объёмом почти 3 миллиарда рублей, которая будет предполагать субсидирование авиаперевозок по маршрутной сети именно региональных авиаперевозок. В основном это будут регионы Дальнего Востока, Уральского, Сибирского федеральных округов, Северо-Западного федерального округа, которые не имеют альтернативной связи кроме авиасообщения.

В то же время это действительно будут именно не магистральные, а региональные перевозки между субъектами Российской Федерации, близко расположенными и иными, и на эту меру отводится примерно, как я уже сказал, 3 миллиарда рублей.

Помимо этого мы запускаем со следующего года пилотный проект в Приволжском федеральном округе, где уже на принципах софинансирования со всеми субъектами Федерации Приволжского федерального округа примерно за год планируем в 5 раз увеличить объём региональных перевозок именно в рамках Приволжского округа. И если этот «пилот» окажется успешным, то уже через год запустим аналогичные программы, они уже разрабатываются и в Северо-Западном, в Южном федеральных округах и в Северо-Кавказском федеральном округе.

В.ПУТИН: Вам нужно поплотнее работать с Министерством промышленности для того, чтобы собственная техника появлялась, российского производства; нужно сопоставлять действия Вашего Министерства с подготовкой, естественно, отечественной техники, чтобы наши иностранные партнёры, которые поставляют до сих пор эту технику, знали заранее (так, как мы это делали совсем недавно в области автомобильного транспорта), на что и в какие сроки они могут рассчитывать, с тем, чтобы переносили производство сюда, да и наша ОАК развивала это производство.

М.СОКОЛОВ: Задача понятна, Владимир Владимирович. Мы действительно взаимодействуем с Минпромторгом. У нас есть программы субсидирования лизинговых платежей именно самолётов региональной авиации. Мы как раз совместно с Минпромторгом сейчас готовим предложения о том, что преимущественное право использования этой субсидии будет, конечно, для наших российских самолётов или самолётов, собирающихся на территории Российской Федерации.

В.ПУТИН: С глубокой степенью локализации.

М.СОКОЛОВ: Есть, Владимир Владимирович, понятно.

В.ПУТИН: Просто отвёрточная сборка нам здесь не нужна. То есть она может быть использована, но на какой-то очень короткий период.

М.СОКОЛОВ: Конечно, это задача не одного года.

В.ПУТИН: Надо это делать, понимаете, надо делать это вместе всем, а не садиться на иглу постоянных закупок за рубежом. Хорошо?

М.СОКОЛОВ: Есть.

В.ПУТИН: Когда Вы вместе с [Министром промышленности и торговли Денисом] Мантуровым мне cможете так поподробнее доложить об этом?

М.СОКОЛОВ: Я думаю, что в течение месяца (сейчас уже такие разработки ведутся) мы будем готовы доложить о том, какие программы, какие проекты реально есть на наших российских авиапредприятиях.

Россия > Транспорт > kremlin.ru, 8 октября 2012 > № 665053 Владимир Путин, Максим Соколов


Россия > Финансы, банки > kremlin.ru, 8 октября 2012 > № 665047 Владимир Путин, Герман Греф

Встреча с президентом, председателем правления Сбербанка России Германом Грефом

Глава Сбербанка информировал Президента об итогах работы банка в текущем году.

* * *

Г.ГРЕФ: Владимир Владимирович, мы закончили вторичное размещение наших акций. Окно, которое открылось на рынке, продолжалось практически два дня. Спасибо совместным действиям Центрального банка и Правительства, мы все вместе сумели этой возможностью воспользоваться. 5 миллиардов 200 миллионов по цене 93 рубля за акцию – это как раз тот коридор, который мы предполагали. Это выше, чем предыдущая цена размещения (89 рублей за акцию), – самая большая сделка по приватизации за всю российскую историю.

В.ПУТИН: Вы имеете в виду продажу 7,6 процента наших акций.

Г.ГРЕФ: Да, 7,6 процента наших акций.

В.ПУТИН: На сто долларов, вложенных десять лет [назад], вы получили сейчас 3700, по-моему?

Г.ГРЕФ: 3700. Мы вторые после «Эппл» по доходности за десять лет.

В принципе, я считаю, что это действительно очень хорошая сделка для России, очень хорошо везде освещалась. И после нашего размещения, несмотря на большое падение, мы держимся в районе 92 рублей за акцию. У нас ещё будет сложный период, пока произойдёт адаптация к этому большому объёму акций, которые были выброшены на рынок. Тем не менее мы ожидаем рост. Все фундаментальные показатели у нас очень хорошие. Мы ожидаем стабильного роста в этом году, в конце текущего года. Все обязательства перед инвесторами, которые мы брали на себя, думаю, мы в полном объёме выполним.

В.ПУТИН: Хорошо.

А в Турции как поработали?

Г.ГРЕФ: Сложная работа была. К сожалению, очень короткий период времени был отпущен. У нас была большая конкурентная борьба за турецкий банк [DenizBank]. Последними в гонке за приобретение этого банка (это шестой банк Турции) оставались мы и Катарский национальный банк. Это очень хороший высокотехнологичный актив. Продавал его бельгийский банк Dexia, один из крупнейших европейских банков. В соответствии с требованиями регулятора он обязан был продать этот актив, хотя очень не хотел продавать.

Цена продажи составила 1,3 стоимости капитала, или примерно 2,7 миллиарда евро. И мы ещё должны будем в конце года в зависимости от результатов, которые будут подведены до момента покупки, доплатить кусочек – изменение стоимости чистых активов, то есть ту прибыль, которая будет получена банком за этот год. Это примерно ещё порядка 170 миллионов евро. В целом цена приобретения составит около трёх миллиардов евро, или порядка четырёх миллиардов долларов.

Для нас это самое крупное приобретение за рубежом за всю историю «Сбербанка» – очень крупный актив, очень качественный актив. В этом году банк на турецком рынке заработает порядка 400 миллионов долларов чистой прибыли, в следующем году прогноз – свыше 600 миллионов долларов чистой прибыли. Для нас это очень важная платформа, банк расположен кроме Турции ещё в пяти государствах, хорошая платформа для работы в Азии. Очень хорошая команда, очень хорошо построенная технология, продуктовая линейка. Он [банк] второй в Турции по финансированию сельского хозяйства, и мы надеемся получить очень хороший мультипликативный эффект. Мы туда можем передать часть наших современных технологий и очень многое можем принести в Россию, в том числе их технологию работы в сельском хозяйстве, технологию работы с малым и средним бизнесом.

Все регулятивные органы очень позитивно к нам отнеслись, после нашего приобретения турецкий регулятор снизил для нас достаточность капитала с 15 до 12 процентов, что нам высвобождает капитал. В течение целого ряда лет мы сможем спокойно развиваться на рынке, не капитализируя банк. Думаю, что мы построим очень хороший мост между нашими двумя экономиками. Турция имеет очень большой потенциал роста, мы второй торговый партнёр Турции сейчас, по темпам роста – первый.

В.ПУТИН: Турецкие компании очень активно работают, и, если банк сможет их обслуживать, обслуживать этот оборот, думаю, он только выиграет.

Г.ГРЕФ: Плюс, Владимир Владимирович, 1400 российских компаний работают сегодня на турецком рынке включая нашего стратегического партнёра – «Росатом». Огромные инвестиции в строительство атомной станции.

В.ПУТИН: Большая работа.

Г.ГРЕФ: Я думаю, что мы сумеем развернуться в течение нескольких лет, и это будет очень хороший мостик для российских предприятий, для работы на турецком рынке.

В.ПУТИН: Как «Сбербанк» здесь, дома, себя ощущает за полгода?

Г.ГРЕФ: Владимир Владимирович, мы за 8 месяцев подвели итоги: наш процентный доход за 8 месяцев по отношению к 8 месяцам прошлого года увеличился на 26 процентов. Прибыль наша за 8 месяцев, чистая прибыль, составила 239 миллиардов рублей.

В.ПУТИН: А по сравнению с периодом прошлого года?

Г.ГРЕФ: Это выше примерно на 8–10 процентов, чем в прошлом году. И мы считаем, что до конца этого года мы увеличим прибыль по сравнению с прошлым годом. Хотя в этом году у нас уже нет такого роспуска резервов, который был в прошлом году, но у нас стабильный финансовый результат, примерно 27–29 миллиардов рублей в месяц мы зарабатываем, и до конца этого года мы примерно таким темпом будем зарабатывать нашу прибыль.

В.ПУТИН: В странах СНГ где работаете?

Г.ГРЭФ: Это три страны: Украина, Казахстан и Беларусь. Мы решили пока ограничиться инвестициями в эти три страны. Мы сейчас представлены в 20 странах и в ближайшие три года не собираемся увеличивать количество стран. Нам нужно создать за эти три года мощную международную платформу. У нас никогда не было такого опыта. Это очень сложная история. Мы купили сложный актив в Восточной Европе, купили очень дёшево, но он убыточный, и нам за три года его нужно вывести в прибыль.

В.ПУТИН: Где?

Г.ГРЕФ: Это Чехия, Сербия, Словения, Словакия, всего восемь стран Центральной Европы – кроме одной страны, которая нам интересна, это Польша. Мы в принципе получили присутствие во всех странах Центральной Европы, кроме Польши, но, наверное, польский рынок мы начнём смотреть позже, после того как завершим строительство всей международной платформы.

Россия > Финансы, банки > kremlin.ru, 8 октября 2012 > № 665047 Владимир Путин, Герман Греф


Таджикистан. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 5 октября 2012 > № 659598 Владимир Путин, Эмомали Рахмон

По итогам российско-таджикистанских переговоров Владимир Путин и Эмомали Рахмон сделали заявления для прессы.

* * *

Э.РАХМОН: Уважаемые представители средств массовой информации! Дамы и господа!

Мне доставляет истинное удовольствие приветствовать здесь Президента Российской Федерации уважаемого Владимира Владимировича Путина.

Официальный визит главы Российского государства проходит под знаком 20-летия установления дипломатических отношений между нашими странами. В ходе переговоров, которые прошли в атмосфере дружбы и полного взаимопонимания, мы детально обсудили весь спектр наших межгосударственных отношений, сверили позиции сторон по перспективам их дальнейшего развития.

Результаты переговоров зафиксированы в совместном политическом документе. Он также определяет меры по развитию ключевых направлений двустороннего сотрудничества Таджикистана и России на ближайшую перспективу, наши подходы к взаимодействию на международной арене.

Вкратце хотел бы акцентировать внимание на следующем. Рассматривая динамику развития и сотрудничества двух государств, мы высказались за дальнейшее углубление всего комплекса таджикско-российских отношений. Было указано на обоюдное стремление к укреплению политических контактов.

Сердцевину переговоров составляли вопросы экономического взаимодействия и его комплексного развития. В этом направлении мы условились наращивать совместные усилия по дальнейшему расширению экономической составляющей взаимоотношений соразмерно уровню военно-политического партнёрства. При этом была проявлена обоюдная заинтересованность в расширении взаимовыгодного сотрудничества в сфере гидроэнергетики.

В контексте этого стороны высказались за конструктивное решение насущных региональных вопросов гидроэнергетики и водопользования.

В этой связи считаем нужным ещё раз подчеркнуть, что Таджикистан в соответствии с Уставом ООН и другими международными правовыми нормами вправе использовать собственные природные ресурсы, в том числе гидроэнергетические, на благо своего народа. Но это не означает, что мы, развивая отрасль гидроэнергетики, преследуем сугубо собственные интересы. В своих подходах Таджикистан всегда исходит из позиции соблюдения разумного баланса национальных и региональных интересов. Это императив наших действий, и мы намерены придерживаться его в будущем.В этом ракурсе мы неоднократно выступали с региональными и глобальными водными инициативами, логическим продолжением которых является резолюция Генеральной Ассамблеи ООН об объявлении 2013 года Международным годом водного сотрудничества. Мы надеемся, что этот год станет реальной платформой для конструктивного отрытого диалога по актуальным водным проблемам на всех уровнях.

Что касается других вопросов повестки дня встречи, то в сфере усиления социальной и правовой защищённости трудовых мигрантов мы достигли договорённости о скором положительном решении вопроса, продлении сроков регистрации трудовых мигрантов, а также действия их лицензий на работу.

Мы также договорились о поставках нефтепродуктов из Российской Федерации в объёмах внутреннего потребления Таджикистана без взимания вывозных пошлин.

В рамках нашего традиционного сотрудничества против глобальных вызовов и угроз стороны договорились об усилении борьбы против незаконного оборота наркотиков и подписали соответствующее соглашение. Мы благодарны российской стороне за финансовое содействие в деятельности нашего антинаркотического агентства.

Соответствующее внимание было уделено более полному использованию потенциала таджикско-российских культурно-гуманитарных связей.

Таджикистан и Россия продвинулись и в вопросах дальнейшего развития военного и военно-технического сотрудничества. Мы сошлись во мнении, что тесное сотрудничество в этих направлениях отвечает стратегическим интересам сторон, служит делу укрепления стабильности и безопасности в регионе.

Подписан новый пакет документов по этому аспекту взаимодействия, в том числе соглашение о статусе и условиях пребывания российской военной базы на территории Республики Таджикистан. В соответствии с ним российская сторона берёт на себя вопросы модернизации и технического переоснащения вооружённых сил Таджикистана, укрепление их материально-технической базы современными видами вооружений. Российская сторона также окажет содействие в подготовке кадров в этой области, а также по другим аспектам укрепления обороноспособности Таджикистана.

В ходе переговоров мы обменялись мнениями по широкому спектру актуальных вопросов регионального и международного характера, в том числе по тематике Афганистана. При её обсуждении мы были едины во мнении относительно активного вовлечения Афганистана в процесс регионального сотрудничества. Было указано, что это будет способствовать смягчению социально-экономических последствий вхождения страны в новый переходный период её национального развития.

Стороны констатировали полное совпадение и близость взглядов по абсолютному большинству региональных и глобальных проблем.

В заключение хотел бы выразить своё глубокое удовлетворение состоявшимися переговорами. Убеждён, что официальный визит главы дружественной России откроет новую страницу богатой истории отношений между двумя государствами.

А теперь с большим удовольствием хотел бы передать слово моему коллеге, Президенту Российской Федерации. Пожалуйста, Владимир Владимирович, Вам слово.

В.ПУТИН: Большое спасибо.

Уважаемый Эмомали Шарипович! Уважаемые друзья! Дамы и господа!

Прежде всего хочу ещё раз поздравить Президента Таджикистана с юбилеем, с Днём рождения, пожелать здоровья, благополучия, успехов в его ответственной государственной деятельности.

Хочу подчеркнуть, что высокий уровень межгосударственных отношений, отношений стратегического взаимодействия и партнёрства достигнут в значительной степени благодаря усилиям Президента Таджикистана Эмомали Шариповича Рахмона. Он много сделал для укрепления наших межгосударственных связей и продолжает работать в этом направлении. Результатом являются в том числе подписанные сегодня договорённости. Я об этом скажу поподробнее. Хотя Эмомали Шарипович уже об этом упомянул.

Должен сказать, что таджикистанская сторона активно выступает и за углубление интеграционных процессов на пространстве СНГ в целом, что мы очень высоко ценим и всячески поддерживаем эти усилия Таджикистана.

Теперь несколько слов о наших сегодняшних переговорах. Они действительно прошли в дружеской, очень откровенной и деловой атмосфере. Мы предметно обсудили широкий круг актуальных вопросов. Это и политический диалог, торгово-экономические связи, сотрудничество в сфере обороны и безопасности, гуманитарные вопросы. Только что, как вы видели, подписан солидный пакет двусторонних документов. Уверен, реализация достигнутых договорённостей придаст новый серьёзный импульс дальнейшему развитию всего комплекса российско-таджикистанского сотрудничества.

Ключевой документ – соглашение, фиксирующее параметры пребывания российской военной базы на территории Таджикистана на 30 лет, а точнее, до 2042 года. Тем самым будет обеспечена надёжная защита наших общих стратегических интересов, укрепление безопасности и стабилизации ситуации всего центральноазиатского региона.

В сфере совместного противодействия незаконному обороту наркотических средств мы договорились, что Агентству по контролю за наркотиками при Президенте Таджикистана будут выделены финансовые средства в размере более 5 миллионов долларов США. Мы продолжим помогать Таджикистану в вопросах подготовки антинаркотических кадров на базе российских учебных заведений. Эта работа уже ведётся, она будет продолжена, она, должен сказать, в последнее время приобретает всё более предметный характер, становится всё более и более эффективной.

Приоритетное внимание было уделено перспективам делового сотрудничества между двумя странами. Нас не может удовлетворить (я сегодня об этом говорил на переговорах в расширенном составе) нынешний уровень товарооборота – 810 миллионов долларов в 2011 году, и за первое полугодие у нас 413 миллионов долларов, это за январь–июнь. Этого, конечно, недостаточно для Таджикистана и Российской Федерации.

Несколько лучше обстоят дела в инвестиционной сфере. Объём накопленных российских капиталовложений в Таджикистан превысил 1 миллиард долларов, 1 миллиард 200 миллионов долларов. В 2011 году наши компании инвестировали в экономику республики более 133 миллионов долларов, 133,6. Активную роль в повышении эффективности нашего экономического сотрудничества, в формировании благоприятной среды для расширения взаимовыгодных контактов должна сыграть межправкомиссия. В этих целях мы недавно повысили уровень сопредседательства с российской стороны.

Видим широкие перспективы в углублении производственной кооперации. За последние три года в Таджикистане создано 15 новых совместных предприятий, всего их действует 125 в республике, причём в самых разных сферах: от строительства и торговли до производства мебели и текстиля.

Таджикистан богат сырьевыми, водноэнергетическими ресурсами. Наше сотрудничество ориентировано на то, чтобы максимально эффективно использовать этот потенциал на благо экономического и социального развития Таджикистана. Уже есть хорошие заделы, вы знаете, возведена и работает Сангтудинская ГЭС-1, которая производит 15 процентов совокупной выработки электроэнергии в стране. «Газпром-Зарубежнефтегаз» ведёт геологоразведочные работы по поиску газа, «Газпромнефть-Таджикистан» создаёт сеть АЗС и является одним из наиболее крупных налогоплательщиков в республике – обеспечивает 2,2 процента поступлений в бюджет Таджикистана.

Рассматриваем возможность реализации проектов по строительству электростанций средней и малой мощности на внутренних реках Таджикистана. Эмомали Шарипович сегодня, да и в ходе своего визита в Москву этот вопрос ставил, он прорабатывается, и он вполне реализуем.

Самый свежий пример содействия укреплению энергетического сектора Таджикистана – подписанный сегодня меморандум о беспошлинных поставках нефтепродуктов. Считаем, что это прямая поддержка экономики Таджикистана.

Достигнуты договорённости о дальнейшем развитии сотрудничества в сфере миграции. Сейчас в России работает более миллиона человек, если быть более точным – 1 миллион 130 тысяч граждан Таджикистана. Мы планируем увеличить для них время постановки на учёт до 15 дней, а разрешение на работу выдавать на срок до 3 лет. Мы исходим из того, что эти решения будут благотворно влиять на рынок иностранной рабочей силы в нашей стране, будут стабилизировать ситуацию с иностранной рабочей силой в нашей стране и позволят гражданам Таджикистана выстраивать свои жизненные планы на более солидной и правовой основе.

Отмечу, что доходы от трудовой миграции обеспечивают материальное благополучие значительной части населения республики. Денежные переводы мигрантов в 2011 году составили почти 3 миллиарда долларов (это почти половина ВВП республики).

Более насыщенными стали контакты в области культуры, науки, образования. В Душанбе работают филиалы МГУ и Национального исследовательского технологического университета МИСиС. Планируется открытие филиала Московского энергетического института.

Кстати говоря, мы говорили сегодня о необходимости изучения русского языка в школах. Это, безусловно, будет способствовать тому, что сама экономика Таджикистана будет развиваться на собственной базе, с нашим участием, с участием другим иностранных партнёров, во всяком случае, здесь будут создаваться новые рабочие места с высокой степенью квалификации, с хорошим уровнем заработной платы. Я думаю, что и вопросы миграционных потоков не будут стоять так остро, если мы будем действовать именно в этом направлении.

В российских вузах учатся сейчас 4,7 тысячи студентов из Таджикистана. Мы заинтересованы в более широком изучении в Таджикистане русского языка, как я уже сказал, в том числе в Российско-таджикском (Славянском) университете, ставшем одним из лидеров в сфере образования в Таджикистане. Здесь обучаются 4,3 тысячи студентов. Считаю, что знание русского языка существенно расширит профессиональные возможности граждан Таджикистана, прежде всего молодёжи, свободно ориентироваться в информационном пространстве России, странах СНГ, получать образование и более квалифицированную работу.

В ходе переговоров мы также обсудили взаимодействие по линии СНГ, Организации Договора о коллективной безопасности, ЕврАзЭС, ШОС. Уверен, тесная координация в международных и интеграционных делах, в том числе в рамках интеграционных объединений, отвечает интересам наших стран и народов, служит обеспечению стабильности всего центральноазиатского региона.

И в заключение хочу поблагодарить Президента Таджикистана, всех наших коллег за ту очень деловую и вместе с тем тёплую атмосферу, которая была создана ими сегодня в ходе нашей совместной работы.

Благодарю за внимание.

Таджикистан. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 5 октября 2012 > № 659598 Владимир Путин, Эмомали Рахмон


Россия > Авиапром, автопром > kremlin.ru, 4 октября 2012 > № 659602 Владимир Путин

Владимир Путин провёл совещание «О формировании консолидированного заказа на гражданские и транспортные самолёты отечественного производства на период до 2020 года».

В ходе совещания в присутствии Президента подписан контракт на серийную закупку Министерством обороны транспортных самолётов «Ил-76МД-90А».* * *

В.ПУТИН: Добрый день, уважаемые коллеги, друзья!

У меня есть все основания поблагодарить и поздравить и генерального конструктора, директора завода, весь коллектив, который работал над тем, чтобы добиться того этапа работы по созданию нового транспортного самолёта России, который создан – и мы были свидетелями сегодня этого, по сути дела, завершающего этапа работы над ним.

Все вы знаете, что Ульяновский завод, авиационное предприятие в Ульяновске, было одно из новейших в советское время. Только в конце 80-х – начале 90-х оно было закончено и сразу благополучно остановилось. Пытались, как Виктор Владимирович [Ливанов] вспоминал и губернатор, здесь наладить выпуск каких-то автобусов, ещё чего-то, и работало здесь уже в 2003 году 1,5 тысячи человек, которые, собственно говоря, занимались в основном охраной площадей и промышленных объектов.

В 2005-м, наверное, мы начали предметно этим заниматься, и тогда встал вопрос о том, чтобы создавать здесь новую российскую транспортную машину на базе «Ил-76», вели долго переговоры с друзьями нашими и партнёрами в Узбекистане (на Ташкентском заводе в советское время производилась финальная сборка этой машины), но договориться не смогли, к сожалению, по соображениям экономического порядка и приняли окончательное решение разворачивать производство на базе Ульяновского завода.

С 2006 года эта работа началась в практическом плане. Нам потребовалось шесть лет для того, чтобы поднять новую машину в воздух. Я ещё раз вас с этим сердечно поздравляю всех, причём и ветеранов предприятия, а здесь уже и такие есть, и молодых специалистов, которые пришли на предприятие в последние годы.

То, что мы сегодня видели, событие, свидетелями которого мы сегодня стали, – это не просто подъём в воздух вновь возрождённой машины «Ил-76». Это, по сути, абсолютно новая машина, более чем на 70 процентов она обновлена. Получился принципиально новый самолёт с качественно более высокими характеристиками и по надёжности, и по дальности, и по экономичности, и по грузоподъёмности (на 20 тонн увеличилась грузоподъёмность).

Особо отмечу, что «Ил-476» – по-настоящему востребованный самолёт. Мы ещё лет 6 назад вели переговоры с нашими партнёрами в некоторых азиатских странах, в том числе в Китайской Народной Республике. Они были готовы купить, по-моему, до 50 самолётов. Но я уверен, что эта машина будет востребована и у нас в стране, и у наших возможных партнёров за рубежом. Будет сформирован солидный пакет заказов, и именно поэтому мы сегодня пригласили сюда не только членов Правительства, не только производителей техники, но и всех потенциальных заказчиков.

Уверен, что, как я уже сказал, интерес будет проявлен к этой машине и со стороны наших иностранных партнёров. Но, конечно, ключевыми потребителями будут наши Вооружённые Силы, государственные ведомства, отечественные авиационные предприятия. Мы договорились о том, что уже сейчас должно состояться подписание контракта на закупку 39 самолётов Министерством обороны Российской Федерации на общую сумму почти 140 миллиардов рублей. Хочу отметить, что это самый крупный заказ в российском авиапроме за всю его непродолжительную историю.

Это первый практически новый самолёт, который российский авиапром произвёл за последние 20 лет – 21 год. Я вас ещё раз с этим поздравляю и попрошу подписать контракт, о котором я сейчас сказал.

Подписание контракта.

В.ПУТИН: Анатолий Эдуардович [Сердюков, Министр обороны] показал хороший пример всем возможным нашим заказчикам. Надеюсь, что и присутствующие здесь коллеги последуют этому примеру. Я сейчас об этом ещё скажу.

Впереди, конечно, предстоит большая, серьёзная работа по выполнению подписанного контракта, и он должен быть реализован – я на это рассчитываю – качественно и в срок. Поэтому особое внимание – на решение всех вопросов, связанных с развёртыванием серийного выпуска новой машины. Должны быть готовы и кадры, и производственные мощности для серии.

Мы со своей стороны окажем необходимую помощь и Министерству финансов, и Министерству обороны. Будет дано поручение решить вопрос с предоставлением предприятию государственных гарантий под развёртывание серийных поставок самолёта «Ил-476».

Конечно, базовый вопрос – это сквозная модернизация всего авиапрома: как гражданского, так и военного: подготовка специалистов, обновление испытательной и производственной инфраструктуры, развитие всей цепочки сопутствующих производств: элементной базы, перспективных материалов, включая композиты.

Вот почему так важно, чтобы громадные средства, которые мы направляем на программу вооружения, на развитие оборонно-промышленного комплекса России, принесли кумулятивный, системный эффект, позволили нам создать действительно глобальную конкурентоспособную авиационную индустрию. А вы все хорошо знаете, как остра конкуренция в этом секторе экономики, имею в виду мировой авиапром.

Но, кстати говоря, таких машин, по сути, кроме нас и наших американских партнёров, никто пока не выпускает. Европейцы готовятся произвести самолёт фактически на базе – так нам кажется – на базе «Ан-70», но его грузоподъёмность на 20 тонн меньше. Но ещё не произвели. Ещё производят только, собираются производить. А так, кроме России и Штатов, пока никто не производит.

Но Россия должна иметь свой сильный авиапром в целом. Это требование и нашей безопасности, и технологического суверенитета. Ещё раз повторю: при оснащении Вооружённых Сил, других государственных структур будем опираться именно на отечественного производителя.

Летом этого года мы подробно обсуждали вопросы организации поставок новой боевой авиационной техники для армии и флота. Сегодня поговорим о формировании государственного заказа на авиационную технику гражданского и специального назначения. Она востребована как в Минобороны, так и в МЧС, в МВД, в ФСБ, в других ведомствах и министерствах. Речь идёт о транспортной, санитарной, пожарной авиации, о самолётах, которые применяются при реагировании на чрезвычайные ситуации, для транспортировки грузов, гуманитарной помощи, раненых, больных.

В настоящее время значительная часть имеющегося парка таких самолётов устарела и морально, и технически, физически. До 2018 года в общей сложности предстоит списать порядка 80 машин. Поэтому сейчас нужно чётко спланировать программу обновления авиапарка, причём на перспективу: какие самолёты, какого класса и в каком количестве будут нужны стране.

Нам необходимо сформировать единый, я хочу это подчеркнуть – единый консолидированный государственный заказ на гражданские и транспортные самолёты отечественного производства. И это нужно именно в таком виде сделать, потому что мы с вами прекрасно понимаем, что, если такого консолидированного заказа не будет, предприятиям практически невозможно – экономика не позволит – развернуть производство в полном объёме, невозможно будет на серию перейти никогда. Им нужен заказ уверенный, на несколько лет вперёд. Именно такой подход позволит обеспечить ритмичную, эффективную загрузку предприятий, даст им возможность планировать долгосрочные программы технологического развития и снижать издержки.

Давайте поговорим на все эти темы. Пожалуйста, слово Мантурову Денису Валентиновичу.

Д.МАНТУРОВ: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

В настоящее время у нашей промышленности освоен выпуск целого ряда современных воздушных судов, в первую очередь я имею в виду «Сухой Суперджет», «Ан-148», «Ил-96», «Ту-204СМ» и ряд других модификаций. Сейчас основная задача для предприятий ОАК и в целом отрасли – это обеспечение серийности и освоенных уже моделей, и тех, которые сейчас запускаются в серию. Это должно привести в первую очередь к снижению издержек и к увеличению производительности труда на предприятиях.

Решить эту задачу можно исключительно формированием долгосрочного, устойчивого спроса на авиатехнику, в том числе за счёт государственного заказа, Владимир Владимирович, о котором Вы сказали. Это позволит создать конкурентоспособное авиастроение и обеспечит долгосрочную, стабильную загрузку мощностей наших авиаторов.

В свою очередь и авиастроительные компании являются стимулом для развития смежных отраслей: это агрегатостроители, приборостроители, компании, которые задействованы в производстве материалов, поскольку в стоимости самого изделия агрегатчики занимают до 60 процентов стоимости самолёта.

До сегодняшнего дня основной мерой государственной поддержки ОАК [Объединённой авиастроительной корпорации] был целевой взнос капитала компании. Мы на протяжении нескольких лет ежегодно вносили в уставный капитал ОАК средства для поддержания серийности и, соответственно, для снижения стоимости серийного самолёта уже непосредственно для заказчиков. Государственный заказ, который должен прийти как раз на смену прямым взносам, является более эффективным инструментом на этапе вывода новой авиатехники на рынок и закреплении на рынке в условиях острой конкуренции.

Практика госзаказа не нова. Наряду с другими инструментами стимулирования спроса госзаказ используется многими странами в целях поддержки собственной промышленности. Так, например, США – это информация из открытых источников – планирует закупить у отечественного производителя авиатехники порядка 300 авиационных воздушных судов до 2018 года, а Китайская Народная Республика планирует закупить около двухсот самолётов у своего отечественного производителя.

В данный момент основа парка самолётов государственной авиации составляют самолёты «Ту-134», «Ту-154», «Ил-62» и даже «Ил-18». В силу своей моральной и физической изношенности, низкой топливной эффективности они требуют значительных средств на эксплуатацию, обслуживание и последующий ремонт. Я уже не говорю про модернизацию.

Расчёты показывают, что экономия в стоимости владения, например, между «Ан-148» и «Ту-134», либо «Ту-204» и «Ту-154» составляет от заказчика к заказчику примерно от 20 до 30 миллионов рублей в год. Серьёзные деньги ложатся обременением для бюджета.

В.ПУТИН: Денис Валентинович, нам всем понятно, что иметь новую машину лучше, чем старую. Вопрос: как организовать финансирование, имея в виду, что нам непросто взять и из бюджета дать дополнительные деньги министерствам и ведомствам, как мы это делали в условиях кризиса – давали деньги регионам на закупку техники для перевозки людей, автобусов, для специальной техники, для МЧС, для МВД и так далее, – давали просто дополнительные деньги. Дополнительных денег сейчас нет. Какие предложения?

Д.МАНТУРОВ: Мы предлагаем не «прямым» рублём сегодня стимулировать государственный заказ, а использовать в первую очередь лизинговые схемы и кредитные механизмы, которые в том числе уже Министерством обороны отработаны на ряде заказов. Эта схема работает, не требует единовременной большой затраты, и, как я говорил, в том числе можно использовать и лизинговые механизмы. При этом этот срок растягивается как минимум на 12–15 лет, и как раз единовременный платёж составит только небольшую часть со стороны бюджета. Причём тот объём, о котором мы сегодня говорим, – это 100 машин до 2018 года.

В.ПУТИН:Там даже больше. Там получается 130, по-моему.Д.МАНТУРОВ: Да, около 130 самолётов всего находятся в эксплуатации, из них 20 самолётов младше 20 лет, поэтому они какое-то время ещё послужат. Как раз, как Вы сказали, 80–90 машин должны быть списаны до 2018 года. Мы рассчитываем как раз под этот объём серийный выпуск самолётов тех моделей, которые я уже обозначил.

В.ПУТИН: Схема движения денег из бюджета: куда, как? Ведь из бюджета всё равно нужно будет в лизинговые компании отдавать? Или какие-то кредитные ресурсы? Что Вы предлагаете?

Д.МАНТУРОВ: На первоначальном этапе мы предлагаем использовать бюджетные средства не больше чем на 20 процентов стоимости самого самолёта, а остальные деньги – это будет растянуто на 15 лет. И, естественно, источником экономии – это порядка 15–20 миллиардов – будут те деньги, которые сэкономят сами заказчики от полученной новой техники. Потому что сегодня та разница, о которой я сказал, будет накоплена за 8–10 лет в объёме порядка 15–20 миллиардов.

В.ПУТИН: Всё равно, ведомства из своего бюджета годичного должны будут средства выделить.

Д.МАНТУРОВ: Из своего годичного бюджетного лимита они будут выделять на закупку нового самолёта…

В.ПУТИН: Они сэкономят-то потом, а заплатить-то надо сейчас.

Д.МАНТУРОВ: Да, я говорю, что 20 процентов от необходимых средств мы предлагаем дополнительно рассмотреть из бюджета.

В.ПУТИН: Это дополнительно?

Д.МАНТУРОВ: Да. Все остальные – за счёт кредитных ресурсов и лизинговых механизмов, в том числе и за счёт экономии.

В.ПУТИН: Вы этот механизм обсуждали с Минфином?

Д.МАНТУРОВ: Мы только предварительно говорили с нашим коллегой.

В.ПУТИН (обращаясь к А.Иванову): Андрей Юрьевич, пожалуйста.

А.ИВАНОВ: Владимир Владимирович, мы обсуждали предварительно. Мы этот механизм поддерживаем, поскольку в этом есть один нюанс: деньги нужны где-то с 2015–2016 года. У нас на них бюджетного планирования нет. А до этого времени, понимая, что будет с 2016 года долгосрочный заказ до 2020 или 2025 года с заявленным количеством техники, можно привлекать проектное финансирование, не привлекая финансирования со стороны потребителя. То есть потребитель в эти ближайшие три года заплатить за эту технику не должен. И так можно структурировать лизинговые и контрактные схемы, чтобы и бюджетное правило в ближайшей перспективе не нарушить, и обеспечить соответствующий заказ техники. Мы предварительно это проговаривали: и с Михаилом Аслановичем [Погосяном] проводили совещание у нашего Министра, и с Денисом Валентиновичем тоже говорили. То есть эта схема нам понятна.

В.ПУТИН: Ну у Минобороны-то деньги есть и должны быть в рамках гособоронзаказа. У других ведомств такой возможности прямого финансирования нет. Поэтому для производителя действительно, во-первых, надо на серию ещё выйти, на это время требуется. Используя заказ Минобороны, они постепенно могут выходить на серию, увеличивая количество выпускаемой продукции, или подходить – 2015–2016 год, наверно, может, поздновато, где-нибудь 2014–2015-й.

Д.МАНТУРОВ: Нет, то, что Андрей Юрьевич сказал, это 2015 год, когда начнутся платежи уже непосредственно, в том числе из бюджетного финансирования и поставка. А на начальном этапе контракты можно заключать с заказчиком, под эти контракты будет привлечено финансирование со стороны либо банков, либо лизинговых компаний, и, соответственно, уже на втором этапе за счёт привлечения бюджетных средств будет постепенно гаситься, только не за 5 лет, как мы сегодня это традиционно осуществляем, – это будет растянуто на 12–15 лет.

В.ПУТИН: Андрей Юрьевич, и с банками надо будет поработать, с тем чтобы они на сверхприбыль не рассчитывали. Почему? Потому что здесь будет устойчивое финансирование и устойчивый возврат. Это повышение надёжности всегда должно удешевлять кредит.

Д.МАНТУРОВ: Владимир Владимирович, у нас как раз с Анатолием Эдуардовичем полностью отработана схема и по другим поставкам, в том числе и по самолётам. Сегодня подписан контракт, он в том числе будет использоваться и по кредитной схеме, потому что всего объёма средств нет.

В.ПУТИН: Да, я знаю это. Давайте мы тогда это предложение, которое Денис Валентинович сформулировал, а Минфин в лице Андрея Юрьевича поддержал, сформулируем в поручении – так, чтобы это было на бумагу положено.

Д.МАНТУРОВ: Чтобы мы в этом году сформировали полностью консолидированный заказ с учётом всех потенциальных заказчиков…

В.ПУТИН: …и схему финансирования.

Д.МАНТУРОВ: И схему финансирования. И банки, и «ВЭБ-лизинг».

В.ПУТИН: Хорошо. Всё?

Д.МАНТУРОВ: У меня всё.

В.ПУТИН (обращаясь к А.Клепачу): Пожалуйста, Андрей Николаевич.

А.КЛЕПАЧ: Применительно к этой финансовой схеме. На самом деле здесь есть достаточно существенный момент. Консолидированный заказ, который сейчас и предложен, и он есть, он на самом деле требует если не консолидированного, то достаточно серьёзного агента со стороны лизинговой компании, которая могла бы обеспечить приемлемый уровень лизинговых платежей. Поэтому то, что Сергей Борисович сказал про «ВЭБ-лизинг», это означает, что на самом деле надо продумать возможности расширения финансовых ресурсов «ВЭБ-лизинга».

Здесь можно идти каким путём, причём заранее это надо делать: можно либо через «ВЭБ-лизинг» размещать, допустим, депозиты Фонда национального благосостояния, что мы и делали для поддержки банков, а здесь это сделать для такой целевой схемы. Либо второй ещё аспект, который возможен: из тех ресурсов, которые есть по этому году, – как из допдоходов, так и недофинансирования расходов, потому что оно будет к концу года, – определённую сумму заложить в «ВЭБ-лизинг», именно целевым порядком, для того чтобы уже начиная с 2014 года, действительно, это 2014–2015 год, обеспечить приемлемый уровень платежей, потому что ни у МВД, ни у ФСБ в отличие от Минобороны и МЧС денег на бюджетные закупки практически нет, и увеличить их не удастся. Поэтому в рамках финансовой схемы надо рассмотреть вопрос укрепления ресурсов «ВЭБ-лизинга».

В.ПУТИН:Андрей Николаевич абсолютно прав, я именно поэтому так и приставал к Денису Валентиновичу: а деньги откуда? И эти 20 процентов тоже надо будет откуда-то взять. Я знаю, как Минфин, и в общем-то правильно, бережно относится к ФНБ, но из доходов этого года, конечно, вполне можно посмотреть. Потому что всё равно, если мы договариваемся, что мы это делаем (мы обязаны это сделать, иначе мы не поддержим авиапром), тогда всё равно эти деньги откуда-то должны появиться. Я Вас прошу заранее об этом подумать.А.ИВАНОВ: Владимир Владимирович, да, конечно. Единственное, позвольте уточнить тогда формулировку поручения: всё-таки эти средства выполняют вспомогательную функцию. То есть мы, безусловно, согласны с тем, что «ВЭБ-лизингу» нужно помочь ресурсно, но, имея рыночные долгосрочные отношения, прежде всего должны включаться рыночные механизмы, в случае, если они не работают, мы вспомогательную помощь бюджетную оказываем.

В.ПУТИН: Андрей Юрьевич, Вы даже не переживайте, я не буду писать в поручение ФНБ, не буду никого пугать.

А.ИВАНОВ: Спасибо огромное.

В.ПУТИН: Напишем «изыскать источники», а какие источники – Вы сами определите, Вам виднее.

Д.МАНТУРОВ: Да, Владимир Владимирович, то есть это самое оптимальное решение. Соответственно, мы точно и с Министерством финансов, и с Минэкономразвития найдём оптимальное решение, которое будет всем комфортно. В том числе это не будет «прямым» рублём финансироваться, тем более что у нас последний был платёж – взнос в уставный капитал – именно в 2012 году, поэтому с 2013 года мы уже помогать просто так физически не сможем. Спрос и будет увеличивать серийность.

В.ПУТИН: Спасибо.

Россия > Авиапром, автопром > kremlin.ru, 4 октября 2012 > № 659602 Владимир Путин


Россия > Приватизация, инвестиции > kremlin.ru, 2 октября 2012 > № 659606 Владимир Путин

Владимир Путин принял участие в пленарном заседании Инвестиционного форума «Россия зовёт!», организованного «ВТБ Капитал».

Программа форума 2012 года рассчитана на три дня и включает в себя сессии, посвящённые обсуждению стратегических приоритетов развития России в условиях изменений на глобальных экономических рынках, созданию Единого экономического пространства и вступлению России в ВТО.

Форум «Россия зовёт!» проводится ежегодно с 2009 года и направлен на развитие эффективного диалога между российским бизнесом и международными инвесторами, а также на привлечение иностранных инвестиций в российскую экономику.

* * *

Стенографический отчёт о пленарном заседании Инвестиционного форума «Россия зовёт!»

В.ПУТИН: Добрый день, уважаемые дамы и господа!

Я очень рад вас видеть и приветствовать вновь в Москве представителей ведущих компаний, крупных предпринимателей, инвесторов.

Несмотря на свою молодость, форум, организованный по инициативе банка ВТБ, уже стал заметным событием и в экономической жизни нашей страны, да и в международном календаре подобных мероприятий. Он служит хорошей площадкой для прямого обсуждения комплексных вопросов развития экономики, для выработки новых подходов к реализации инвестиционной политики.

Девиз Форума «Россия зовёт!» отражает характер нашей политики открытости, партнёрства. Мы стремимся к тому, чтобы вкладывать капиталы в Россию, работать в России, создавать здесь новые рабочие места, производства было максимально выгодно. Видим в этом показатель реальной конкурентоспособности нашей страны, эффективности всех основных государственных и экономических институтов.

Главный вопрос в том, что нужно сделать в первую очередь, чтобы Россия стала центром притяжения иностранных, да и не только иностранных, а в первую очередь и наших собственных внутренних инвестиций и капиталов, получила необходимые ресурсы для модернизации и дальнейшего подъёма экономики. У нас сегодня накоплен внушительный потенциал для стабильного развития. Мы в числе мировых лидеров по ключевым показателям макроэкономической устойчивости. Госдолг, как вы знаете, составляет всего около 10 процентов от ВВП, а долг иностранным инвесторам, нашим кредиторам – 2,5 процента всего. Золотовалютные резервы к концу сентября достигли 522 миллиардов долларов США. Инфляция опустилась ниже 7 процентов: в прошлом году, мы неоднократно называли эти цифры, – 6,1 процента, самая низкая инфляция за последние 20 лет. И мы планируем, что к 2014 году она не должна превысить 5 процентов. Подавление инфляции, таргетирование её остаётся для нас одной из приоритетных задач.

Даже в период глобального кризиса мы не ограничивали свободу движения капитала, хотя, конечно, искушения такие были, и эксперты нам говорили об этом, что в принципе, чтобы защитить себя, можно было бы пойти на эти ограничения, но мы не сделали этого, потому что считали, что тактические потери могут обернуться стратегическими. И лучше потерпеть, лучше собраться с силами, но выстоять в этой сложной ситуации.

В 2009 – 2011 годах приток инвестиций составил около 3 процентов ВВП. Это выше среднемирового уровня. Для сравнения, в европейских странах, в Бразилии, в Китае, в Индии значение этого показателя за тот же период не превысило двух процентов ВВП. При этом основными источниками поступления инвестиций в Россию помимо традиционных оффшорных зон стали Германия, Франция, Швеция, Нидерланды. Мы понимаем, что Нидерланды наряду с Кипром – это тоже такой транзит наших собственных капиталов, репатриация. Собственно говоря, и это тоже неплохо.

Сегодня, несмотря на замедление роста практически во всех соседних регионах, наша экономика продолжает расти. По данным Минэкономразвития, за первые 8 месяцев текущего года ВВП увеличился на 4 процента, и, по мнению экспертов, такая динамика в среднем сохранится в ближайшие три года. Это ниже, чем было до кризиса, однако этот рост гораздо более сбалансированный, более качественный. И вообще, он есть – это уже хорошо, что в современных условиях не так часто наблюдается. Хочу особо подчеркнуть, этот рост не основан на постоянном увеличении цен на нефть и наращивании внешнего долга и банками, и корпорациями. То есть это рост в значительной степени вычищенный от сырьевых доходов и долговых «пузырей». Естественно, не буду здесь дурака валять, конечно – сырьевой рынок держится неплохо, оказывает положительное влияние на нашу экономику, но всё-таки так катастрофически не растёт, а держится ровно.

Вместе с тем мы учитываем и серьёзные риски, связанные с неопределённой ситуацией на внешних рынках. Нас не может не беспокоить, что экономика некоторых европейских стран, а Евросоюз, как вы знаете, наш крупнейший торговo-экономический партнёр: более 50 процентов торгового оборота приходится на страны Евросоюза, – так вот, в некоторых европейских странах мы наблюдаем абсолютно очевидную рецессию. Снижаются темпы роста промышленного производства и ВВП в Китайской Народной Республике, в целом ряде государств нарастает социальная напряжённость, что само по себе плохо, но это и на экономике отражается негативным образом.

Конечно, мы рассчитываем, что принимаемые нашими партнёрами меры позволят улучшить положение дел. Но, со своей стороны, будем максимально страховаться от любого негативного развития событий и в европейской, и в глобальной экономике.

Так, при подготовке бюджета на 2013 год и на период до 2015 года впервые было применено так называемое бюджетное правило. Мы начали его разрабатывать ещё года два назад, говорили об этом. Фактически основные параметры этого правила выработали ещё к концу прошлого года, и вот сейчас Правительство его сформулировало окончательно и приняло. Его логика заключается в том, что зависимость российского бюджета от мировых цен на нефть должна снижаться. И это будет долгосрочной, устойчивой тенденцией.

Так, уже в ближайшие три года ненефтегазовый дефицит снизится с 10,5 процента ВВП в 2012 году до 8,5 процента в 2015 году. Надо сказать, что это бюджетное правило – это и необходимость для нас, потому что доходы от нефтегазового сектора так или иначе всё равно будут снижаться, и мы просто обязаны это учитывать в нашей бюджетной политике.

В случае серьёзного изменения внешних условий в 2013 году предусмотрены антикризисные страховочные меры включая механизмы перераспределения бюджетных ассигнований – например, возможность докапитализации в банковской системе в объёме до 150 миллиардов рублей. Повторяю, это если потребуется это сделать в условиях кризиса. Но будем рассчитывать, что этого вообще не произойдёт. Но, если потребуется, это может быть сделано путём обмена облигаций федерального займа на ценные бумаги банковских кредитных организаций. Кроме того, в отдельных значимых и стратегических отраслях компаниям могут быть предоставлены и дополнительные госгарантии.

В комплексе эти меры позволят стабилизировать экономику практически при любом развитии ситуации. Но главную гарантию стабильности мы, конечно, видим в поддержке курса на экономический рост, на поощрение деловой активности, торговли и инвестиций.

И в этой связи отмечу важнейшее событие этого года – вступление России во Всемирную торговую организацию. Для нас участие в этой организации является одним из ключевых внешнеэкономических приоритетов. Рассчитываем, что этот шаг позитивно повлияет на настрой инвесторов, откроет дорогу перспективным долгосрочным проектам. Мы исходили всегда из того, что вступление в ВТО делает нашу экономику и правила, по которым она функционирует, более прозрачными и понятными для инвесторов из любой страны мира – члена организации. В ближайшие годы намерены вступить и в Организацию экономического сотрудничества и развития.

Уважаемые дамы и господа! Сегодняшняя позитивная динамика российской экономики, накопленный запас прочности и резервы позволяют нам ставить новые масштабные задачи. При этом мы понимаем, что простых решений, лёгких факторов роста нет. Ещё три-четыре года назад в мире сохранялись иллюзии, что глобальные проблемы можно развязать достаточно быстро. Но сейчас практически все понимают и говорят об этом вслух: для того, чтобы выйти из существующих проблем, нужны время и нетривиальные подходы. Чтобы окончательно выйти из сложившейся ситуации, нужно серьёзно менять саму модель экономического развития. Такие изменения коснутся практически всех экономик мира. И попытки цепляться за старые рецепты будут только консервировать проблемы. Необходимо стимулировать структурные изменения, создавать условия для возникновения новых секторов экономики, искать современные источники роста.

Мы прекрасно понимаем, что это требование прямо относится и к нашей экономической политике. На фоне глобальных изменений, в том числе и в энергетическом секторе, мы должны кардинально ускорить процессы диверсификации национальной экономики и её технологическое обновление, что чрезвычайно важно.

Нужно переходить к новому технологическому укладу. Ресурсы роста за счёт использования ранее созданных мощностей практически исчерпаны. Об этом говорит и низкая по масштабам последних 20 лет безработица. Это, мы считаем, конечно, достижение экономическое и социальное, но это и указывает нам на то, что на прежних ресурсах дальше работать уже не представляется возможным. У нас 5,1 процента безработица, один из самых низких показателей в Европе, да и в мире, наверно, тоже. Дальнейший рост возможен только за счёт инвестиций как в создание новых производств, так и модернизацию действующих, и, конечно, вложений в развитие человеческого капитала.

Мы ставим задачу к 2020 году создать или обновить не менее 25 миллионов рабочих мест. Кстати говоря, это инициатива одного из предпринимательских объединений – полагаю, абсолютно правильная. На первый взгляд, это выглядит очень сложно, может быть – даже неподъёмно, но мы вместе с этой организацией и наши эксперты посчитали – это вполне возможно. Имеется в виду не создание совершенно новых, а обновление, реструктуризация уже имеющихся рабочих мест. Всё это вместе может привести к такой большой цифре – 25 миллионов, причём и качественных, и хорошо оплачиваемых.

К 2018 году намерены увеличить производительность труда в 1,5 раза относительно уровня 2011 года, а долю высокотехнологичных и наукоёмких отраслей в ВВП – в 1,3 раза. К 2015 году объём инвестиций должен вырасти не менее чем до 25 процентов ВВП, а к 2018 году – до 27 процентов.

Для достижения заявленных целей мы уже развернули активную работу. Так, совместно с бизнес-сообществом готовятся «дорожные карты» по конкретным направлениям улучшения делового климата. И контролировать их выполнение мы также будем вместе с бизнесом совместно.

Центральная роль в совершенствовании бизнес-климата и привлечении инвесторов принадлежит регионам Российской Федерации. Перед кризисом у нас появилась здоровая конкуренция регионов в стремлении привлечь инвестиции. Регионы-лидеры смогли кардинально поменять структуру своей экономики. В прошлом году Агентство стратегических инициатив под контролем бизнеса приступило к важному пилотному проекту, речь идёт о внедрении в нескольких регионах Стандарта деятельности органов исполнительной власти субъектов Федерации по улучшению инвестиционного климата.

Лучшие практики [работы] с инвесторами должны стать нормой для всех региональных администраций. Приглашаю инвесторов активно сотрудничать и с территориями, и с Агентством стратегических инициатив, вместе определять наилучшие с точки зрения бизнеса подходы к развитию деловой среды.

Ещё раз подчеркну, Россия открыта для прямых иностранных и отечественных инвестиций: инвестиций в промышленность, в сферу услуг, сельское хозяйство, в инновационный сектор экономики. И конечно, мы рассчитываем, что вместе с капиталами на российский рынок будут приходить технологии, управленческий опыт, современные модели организации производств, сетей дистрибуции и обслуживания, которыми обладают наши зарубежные партнёры.

Важнейший приоритет для нас – развитие инфраструктуры национального финансового рынка. Речь идёт о повышении его устойчивости, о создании в Москве международного финансового центра, формировании современных инструментов инвестирования. Всё это позволит нашим компаниям быстрее и проще привлекать капитал как из внутренних, так и из внешних источников.

Уже к ноябрю текущего года должен начать действовать Центральный депозитарий. Его цель – обеспечить иностранным инвесторам вход на внутренний финансовый рынок, сделать систему учёта прав на ценные бумаги более прозрачной и понятной.

С принятием законов «О клиринге и клиринговой деятельности» и «Об организованных торгах» созданы все правовые условия для развития инфраструктурных организаций финансового рынка: бирж и центрального контрагента. Они будут работать в соответствии с международными стандартами, значительно снижая риски для участников рынка.

На повестке дня – отмена полной предоплаты ценных бумаг. В мировой практике технология поставки ценных бумаг и их оплаты через несколько дней после сделки распространена давно. Большинству инвесторов так удобнее. И мы также заинтересованы ввести эту систему как можно скорее. Конечно, я очень надеюсь, что при введении системы будут учтены все минусы и плюсы, и эти нововведения не допустят создания каких-либо финансовых «пузырей».

Подобные новации между тем сокращают стоимость капитала для российских компаний и экономики в целом, увеличивают ёмкость внутреннего финансового рынка.

Среди решений, определяющих российский финансовый рынок, – объединение бирж ММВБ и РТС. В перспективе это позволит создать единую, в полном смысле слова конкурентоспособную торговую площадку мирового уровня, где будет формироваться цена на российские активы и ресурсы. Отмечу, что многие вопросы совершенствования этой сферы сейчас прорабатываются рабочей группой по созданию в Москве международного финансового центра. Готовится обновлённая «дорожная карта». Рассчитываем, что до конца текущего года она будет утверждена.

На диверсификацию инвестиционных проектов в нашу экономику направлена и деятельность Российского фонда прямых инвестиций. Мы договаривались о том, что будем ежегодно его дофинансировать в объёме 62 миллиардов рублей: в прошлом году направили туда 62 миллиарда, в этом году направим 62 миллиарда. И на следующий год тоже изучим такую возможность. В бюджете 2013 года пока этих денег нет, но мы должны это сделать обязательно. Потому что, я уже об этом говорил, у нас бюджет должен быть не только социальной направленности, но и бюджетом развития. А как это делать без использования таких инструментов, как Фонд прямых инвестиций? Это самый правильный, самый эффективный инструмент, который доказал свою эффективность во всём мире. И у нас он будет работать.

Начиная с момента своего образования в июле 2011 года он уже выделил на финансирование инвестпроектов 7,7 миллиарда рублей, а привлечённые им инвестиции от соинвесторов превысили 25 миллиардов рублей. Серьёзным шагом вперёд стало образование консорциума, в который вошли РФПИ и ряд международных инвестиционных фондов – практически все крупнейшие мировые инвестфонды. Он уже начал вкладывать средства в российские компании, которые планируют разместить акции на объединённой бирже ММВБ–РТС.

Мы намерены стимулировать и внутреннего инвестора – и преодолеть дефицит так называемых длинных денег. Этот вопрос волнует всех. Наша финансовая система пока не готова предложить такие инвестиционные ресурсы в том объёме, в каком это необходимо для развития экономики, но мы хорошо понимаем, что это не только экономический вопрос: от его решения во многом зависит доверие людей к финансовым институтам, к возможностям бизнеса реализовать множество проектов.

Один из источников всем хорошо известен: это накопительная часть пенсий. И надо сказать, что хотя бы в этом большой плюс того, что мы делали в предыдущие годы, когда создали эту накопительную часть. Деньги там накоплены немалые: в этом году там будет около двух триллионов рублей. И нам уже и прежний Министр финансов обещал, и действующий, что мы хотя бы часть этих средств будем направлять на развитие инфраструктуры путём выпуска инфраструктурных облигаций под эти накопленные средства. Надеюсь, что до конца этого года будут сделаны конкретные предложения. Во всём мире такие деньги предоставляются «игроками №1», их на фондовом рынке легко пересчитать: это страховые компании, пенсионные фонды и так далее.

Сейчас широко обсуждается вопрос о создании так называемого мегарегулятора. Это ещё одна проблема, которую я хотел бы затронуть. Правительство предлагает объединить ФСФР на базе Центрального банка в структуру мегарегулятора. У этой идеи много и сторонников, есть и оппоненты (мы только что с коллегами сейчас это обсуждали ещё раз). Я предлагаю банковскому и инвестсообществу, всем заинтересованным сторонам подключиться к обсуждению этого вопроса. Сделать это нужно оперативно. Вопрос кардинального улучшения системы регулирования давно назрел, и с его решением, конечно, лучше не затягивать.

Надо признать, пока наши граждане не обладают достаточной информацией о роли и возможностях финансового рынка. В результате, как правило, вкладывают средства в единственное, что им понятно и чему они привыкли доверять, – в недвижимость либо в иностранную валюту, а в лучшем случае или чаще всего – в кубышку. Поэтому мы будем работать над повышением финансовой грамотности людей, укреплять доверие граждан к финансовому сектору страны, создавать здесь новые инструменты, в том числе защищённые от инфляции.

Актуальной задачей остаётся улучшение корпоративного управления в госкомпаниях. Очевидно, что для компаний это дополнительный бонус. Пока в большинстве компаний, во многих во всяком случае из них, менеджмент явно не дотягивает до лучших показателей. Поэтому Правительству поставлена задача в ближайшее время определить критерии эффективности менеджмента госкомпаний, в том числе используя лучший мировой опыт.

И, наконец, ещё один принципиальный момент. Государство продолжит приватизацию предприятий, но будет делать это продуманно. Госактивы будут продаваться по открытым понятным правилам лучшему и самому эффективному собственнику – естественно, по справедливым, рыночным ценам и с учётом текущей экономической конъюнктуры.План приватизации федерального имущества утверждён. В конечном счёте предстоит реализовать госпакеты и доли практически во всех несырьевых компаниях. Исключение составят некоторые естественные монополии, предприятия ОПК, где государство в обозримой перспективе останется контролирующим акционером.

Особо отмечу, что первое место в программах приватизации крупнейших «голубых фишек» занимают финансовые учреждения – банки. Вы знаете, что в феврале 2011 года был успешно приватизирован 10-процентный пакет акций ВТБ на сумму 3,3 миллиарда долларов США, а в сентябре нынешнего года в частную собственность перешли 7,6 процента акций Сбербанка стоимостью свыше 5,2 миллиарда долларов США. Это одна из самых хороших сделок за последние 10 лет. Насколько я помню, на вложенные 10 лет назад 100 долларов Сбербанк получил, по-моему, 700 – реально, по объективным показателям, одна из лучших сделок за последние 10 лет. Обе эти продажи прошли в условиях хорошего для нынешнего рынка спроса и по достаточно высоким ценам. Это наглядно показывает, что российские финансовые институты сохраняют привлекательность даже в условиях глобальных проблем мирового финансового рынка.

Уважаемые дамы и господа! Стало аксиомой, что капитал стремится туда, где соотношение риска и доходности считается инвесторами оптимальным. И мировая, и российская экономика сегодня нуждаются в доверии. Завоевать доверие инвесторов – значит открыть новые горизонты развития, именно к этому мы и стремимся.

Рассчитываем, что иностранные и российские инвесторы оценят достижения нашей экономики и сделают ставку на долгосрочное и масштабное инвестиционное сотрудничество. Мы будем к этому стремиться, мы открыты для этого, как я уже сказал.

И в заключение хочу поблагодарить организаторов форума, банк ВТБ, за продолжение традиции проведения столь важных и полезных встреч на нашей территории, в России – в столице России, Москве.

Спасибо большое за внимание.

<...>

В.ПУТИН: Здесь коллеги выступали, начну с нашего друга из Китая. Просто обращаю внимание на то, что им было сказано и потом наш европейский коллега подтвердил: хороший плюс для нас, для нашей экономики, – у нас не только госдолг небольшой (всего 10 процентов, из них 2,5 перед иностранными кредиторами), но у нас ещё дефицит минимальный. Вот что важно. А в прошлом году вообще был профицит 0,8 процента. То есть у нас нет оснований наращивать этот долг. Хотя это совсем не значит, что Минфин не может, используя благоприятную конъюнктуру сегодняшнего дня и относительно небольшие стоимости заимствований для России, выходить с этими заимствованиями, имея в виду как раз возможные турбулентные процессы в будущем, чтобы тогда, когда они станут дороже, уже уходить с рынка заимствований и опираться на внутренние резервы. Такой манёвр вполне возможен. Но фундаментальным преимуществом является соотношение низкого долга и низкой инфляции или отсутствие таковой.

Китайский наш коллега ещё говорил о необходимости для китайской экономики опираться на внутренний спрос. Хороший пример нам в этом смысле даёт Индия. Её ведь практически не затронули все мировые кризисные процессы недавнего времени. Она хороший пример того, как можно опираться на внутренний спрос. Сможем ли мы так замкнуться у себя? У меня большие вопросы в этой связи, потому что для того, чтобы себя чувствовать так уверенно, нам нужно сделать очень важный шаг по диверсификации нашей экономики. А пока она ещё настолько зависит – сейчас об этом ещё скажу – от продаж нефти и газа, как сказал наш американский друг, то всё-таки возможностей опираться на внутренний спрос пока немного. Но тем не менее это одна из задач, и не только для наших китайских друзей, но и для нас самих.

Надо сказать, что с Китаем у нас развиваются отношения отлично. Торговый оборот [составил] 83,5 миллиарда долларов в прошлом году, и думаю, в этом году будет ещё больше (это номер один сегодня; Китай намного обогнал уже Федеративную Республику Германия), и он растёт, что приятно. Непросто идёт этот процесс, но всё-таки он движется в направлении диверсификации наших торгово-экономических связей. Продукция машиностроения, других отраслей, энергетика – не только углеводороды, а ещё и атомная энергетика, то есть высокие технологии – всё это становится достаточно серьёзной составляющей наших экономических связей. И дальше, конечно, мы должны двигаться именно по этому пути. И у нас хороших проектов много, крупных совместных проектов. Над этим, конечно, нужно не только думать, их нужно реализовать.

Что касается ситуации в Европе. Все на Европу нападают, хозяин нашего мероприятия тоже начал с того, что напал. А между прочим, в Европе не хуже ситуация, чем, скажем, в Штатах: и долг там тоже большой, и другие макроэкономические параметры не лучше. Единственное, что европейцев отличает в сторону наибольшей проблематичности, это то, о чём наш европейский коллега сказал, – 17 «капитанов». Вот это, конечно, сложно, потому что очень трудно урегулировать, найти какие-то приемлемые решения для всех. Но дело даже не в том, что там 17 «капитанов», а дело в том, что у этих 17 «капитанов» «паруса» разные: кто-то ездит на шикарной яхте, а кто-то на шлюпке, и всё это вместе – одна флотилия. А у некоторых шлюпка течёт ещё, нужно постоянно воду вычерпывать. Поэтому сложно добиться консенсуса. Ведь в ситуации, при которой – я могу ошибиться немножко, но в целом где-то правильно цифру назову – если во Франции доход на душу населения где-то примерно 3600–3800 евро на человека, а в Румынии 260–280, то найти консенсус очень сложно.

Наш европейский друг сказал, что надо бы консолидировать бюджеты. Надо. Границ-то нет, пространство-то единое. И люди хотят жить в Румынии так же, как во Франции, они же в едином сообществе находятся. А им говорят: «Нет. Вы же плохо жили и живите ещё хуже». Но они не согласны с этим. Сложно убедить в этом и греков, и уже почувствовавших вкус к дешёвым деньгам граждан, или подданных, Испании либо граждан Португалии. Это очень сложный процесс, требующий, конечно, ясного понимания, в чём общий интерес. И в этом смысле я не завидую нашим европейским партнёрам, перед ними сложные задачи стоят.

<...>

В.ПУТИН: Что меня всё-таки настраивает на такой, позитивный лад: я смотрю за дискуссиями, которые происходят в Евросоюзе, знаю позицию многих лидеров европейских стран – всё-таки общие фундаментальные понятия понимаются единообразно. Вот это очень важно. И я уверен, что, опираясь на эту консолидацию, на понимание проблем и на понимание пути выхода из кризиса, Европа, безусловно, выйдет на стабильный путь развития, на изменение ситуации к лучшему.

Я не думаю, что всё нужно перекладывать и можно переложить на ведущие экономики, у них ведь тоже есть ограничения, в том числе и внутренние, политические, социальные.

Всем хорошо известно, что у меня, допустим, много друзей в Германии. Вот сейчас приезжала одна знакомая. Дочка у неё работает медсестрой, по-моему, трое детей, муж учится, она получает, по-моему, две с небольшим тысячи евро – и всё. И таких людей, между прочим, в Федеративной Республике немало, и налоги большие, за жильё надо платить. Поэтому перенапрягать социальную сферу даже ведущих экономик тоже контрпродуктивно, это может плохо закончиться.

Но всё-таки настрой европейских лидеров и настрой Еврокомиссии на серьёзный подход к решению макроэкономических проблем, консолидацию финансов, на структурные реформы, он, безусловно, является очевидным. И мы желаем успехов нашим европейским партнёрам. Уверен, что у них всё получится.

Что касается России: вот здесь коллега сказал о том, что у нас четыре процента рост, мы выгодно отличаемся от других экономик. Да, но нам этого недостаточно. Я уже об этом многократно говорил, и наши эксперты это знают, мы все это понимаем. Нам для того, чтобы безусловно решить стоящие перед экономикой страны задачи, нужно увеличить темпы экономического роста. Мы пока даже в наших планах реальных рисуем четыре процента, четыре с небольшим – к 2015–2016 годам, но нам нужно больше.

По поводу нашей зависимости коллега из Штатов сказал, зависимости от энергоресурсов. Да, она сохраняется, и доходы увеличились. Но вы знаете, доходы бюджета от продажи энергоресурсов увеличились в последнее время, но добыча несильно увеличилась, хотя тоже произошло увеличение добычи и нефти и газа. В период кризиса немножко подсела, но в целом, вы знаете, мы в прошлом году были страной номер один в мире по объёмам добычи. Наши нефтяные компании начали добывать нефти, именно нефти, больше, чем мировые лидеры, в том числе больше даже, чем ExxonMobil, я имею в виду именно по нефти. Потому что по нефтепродуктам, если взять совокупные продукты ExxonMobil, она добывает больше.

Но самое главное не в этом, самое главное не в росте добычи, самое главное в росте цен. Но они, правда, приподнялись на известную планку и держатся там. Естественно, было бы нелепо нам продавать ниже рынка. Другое дело, что мы должны часть этих нефтяных доходов консолидировать в резервных фондах, но я об этом и сказал. Во-первых, мы и раньше так делали, во-вторых, сейчас начали применять так называемое бюджетное правило, о котором я говорил в своём выступлении. Главное, чтобы Правительство, конечно, удержалось в рамках этого бюджетного правила. Это жёсткое требование к формированию бюджета, но абсолютно правильная и надёжная система защиты от возможных кризисов в будущем.

Что касается инфраструктуры, здесь мне трудно с Вами не согласиться: все хорошо знают, какие беды в России были издавна. Они, к сожалению, сохранились, некоторые из них – во всяком случае, плохие дороги – сохраняются. Зимой дорога «растаяла», Вы сказали, и всё. Что делать? Два выхода: либо лето отменить, либо дороги строить. Лето отменить мы не можем, поэтому нужно, чтобы Министерство финансов не жадничало, а пустило вот эти средства, накопленные хотя бы в пенсионных фондах, на выпуск инфраструктурных облигаций.

Но есть и другой способ, мы сейчас его тоже начали применять. Вы упомянули господина Кудрина, который когда-то предложил плоскую шкалу подоходного налога в 13 процентов, и правильно это было сделано, мы приняли это решение, и действительно собираемость налогов резко возросла. Здесь вот табличка его есть, а его самого нет, он из исполнительных органов власти удрал и теперь думает, что ему можно нарушать дисциплину, где-то разгуливает. Но это именно он убедил меня когда-то отменить дорожные фонды, так что свои претензии Вы к нему тоже при очередной встрече обратите. Мы сейчас их вернули, правда, несколько в другом формате, и другие там немного источники финансирования, но дорожные фонды восстановлены: и федеральный дорожный фонд, и региональные дорожные фонды. Средства, которые там будут скапливаться, достаточно большие: они в разы больше, чем было в распоряжении субъектов Федерации на эти цели. Надеюсь, что если мы будем двигаться по всем этим направлениям: и инфраструктурные облигации будем выпускать, и будем увеличивать прямое финансирование из федерального бюджета, и формировать региональные дорожные фонды – то мы, безусловно, и эту проблему постепенно, но всё-таки решим.

Спасибо.

А.КОСТИН: Спасибо большое.

Коллеги, у нас есть время на несколько вопросов. Я бы просил коротко, предметно и живенько, только чтобы вопросы не были скучными, пожалуйста, могут быть более острыми, менее, но чтобы они были настоящими, дискуссионными.

ВОПРОС (как переведено): Уважаемый господин Президент! Благодарю за Ваше выступление. У меня один вопрос – относительно инфляции.

В первой половине инфляция достигла рекордно низкого уровня – 3,6 процента. Сейчас она поднялась до 6 процентов. Готово ли Правительство пожертвовать краткосрочными экономическими преимуществами, для того чтобы обеспечить долгосрочную экономическую стабильность и снизить инфляцию? Благодарю Вас.

В.ПУТИН: У Вас какой-то иезуитский вопрос.

А.КОСТИН: Иезуитских просил не задавать, кстати.

В.ПУТИН: Но не слушаются Вас здесь.

Вы знаете, ведь почему инфляция была низкой в первом полугодии? Потому что, как Вы знаете, мы приняли решение повышать тарифы на услуги естественных монополий только со второй половины года. Но с июля тарифы должны были вырасти. Так и произошло. И мы исходили из того, что тарифы вырастут, денежная масса увеличится, и это повлияет на рост инфляции во втором полугодии. Это первое.

Второе. Сейчас мы что наблюдаем? Мы наблюдаем рост цен на продукты питания. Это связано с засухой в основных продуктопроизводящих странах, в том числе в Соединённых Штатах. И это существенным образом влияет и на нашу ситуацию внутри страны. У нас ведь тоже стоимость зерна подрастает – я, кстати, обращаю на это внимание Правительства, – в прошлом году, в позапрошлом мы достаточно энергично реагировали на это, в том числе с помощью резервных фондов, зерновых резервных фондов. Нам надо подумать, что с этим делать, но это естественные причины.

Должны ли мы в ущерб, должны ли мы чем-то пожертвовать, сохранить во что бы то ни стало макроэкономические показатели, в том числе низкий уровень инфляции, и пожертвовать ростом? Но это выбор, перед которым все европейские страны стоят сегодня. Мой коллега, наверное, не даст мне соврать, весь спор идёт об этом, когда некоторым странам говорят: «Вы давайте консолидируйте бюджет, меньше тратьте». А они говорят: «А у нас роста не будет. Ну не будет, пока потерпим». Вы знаете, это сложный выбор очень. Вот чтобы далеко нам не ходить, если в Европу не забираться, – наши соседи в Украине. У них инфляция уже в другую сторону свалилась, нет никакой инфляции, а банковские ставки под 20 процентов, и рост нулевой. Хорошо это или плохо? Ну, наверное, это проблема.

Поэтому, я думаю, нам нужно будет пройти, как в таких случаях говорят, между Сциллой и Харибдой, сдерживать, конечно, инфляцию, но смотреть, как оперативные действия Правительства отражаются на реальном секторе экономики. Мы если говорим о том, что мы должны внутренний спрос поднимать, как же мы будем поднимать внутренний спрос, если не будем развивать экономику? Поэтому это на уровне искусства, надо чувствовать это на кончиках пальцев. Можно ли это сделать? Можно. Но в конечном итоге самое главное для нас, конечно, это подавление инфляции.

А.КОСТИН: Спасибо большое.

Коллеги, есть ещё вопросы? У Вас вопрос не иезуитский?

ВОПРОС: Живенький, как просили.

У меня тоже к Вам вопрос, Владимир Владимирович. Думаю, что большинство здесь собравшихся – это финансовые инвесторы, и нас всех очень волнует вопрос корпоративного управления. Это разные сделки с заинтересованностью, трансфертные цены, добросовестность на рынке кредитов и так далее. Как Вы знаете, эти институты продолжают работать со скрипом.

И вот в рамках создания Международного финансового центра, который Вы упомянули, в прошлом году были подготовлены поправки в Гражданский кодекс, они были приняты в первом чтении в начале этого года. Но после этого разгорелись жаркие споры, в основном со стороны крупных компаний имеются возражения. Эти компании, как в принципе можно было ожидать, сопротивляются наведению порядка в этой сфере, аффилированные лица и так далее. И поэтому я хотел спросить у Вас: есть ли у Вас позиция по этому вопросу и можно ли рассчитывать на Вашу поддержку? Спасибо.

В.ПУТИН: Позиция, конечно, есть. Я очень хорошо знаю об этой дискуссии. Мы собирались в окончательном виде принять эти поправки в Гражданский кодекс ещё в прошлом году, и действительно многое для этого сделали, активно работали и в Правительстве, и в президентской Администрации. Но Вы правы, возникло много сомнений и замечаний. Гражданский кодекс – это конституция экономики, и здесь суета неуместна. Мы должны самым внимательным образом рассмотреть все озабоченности участников рынка, портфельных инвесторов и наших крупных инфраструктурных компаний. Я знаю детально все их озабоченности, они мне все приносят, говорят об этом. Но в конечном итоге решение, безусловно, будет принято. То, что мешает нашим портфельным инвесторам, а мы хотим, чтобы они чувствовали себя здесь предельно комфортно, мы постараемся самым тщательным образом вычистить, но сделать это таким образом, чтобы это не наносило ущерба другим участникам рынка. Решения будут приняты.А.КОСТИН: Спасибо большое.

Есть ещё вопросы? Пожалуйста.

ВОПРОС (как переведено): Спасибо большое за то, что приехали сюда обсудить очень сложные вопросы. Ваша открытость – это хороший пример для нас всех, отношение российских властей.

Про бюджет спрошу. В прошлом году Вы обещали повысить выплаты на социальные нужды, зарплаты в госсекторе. Это, конечно, понятно, потому что, мы обсуждали, очень чувствительные времена сейчас с точки зрения экономики. Если у вас будут дальше проблемы, как вы будете финансировать социальные выплаты? Налогообложение? Какие ещё будут у вас источники?

В.ПУТИН: Мы действительно решаем все социальные вопросы, которые считаем актуальными и наиболее важными. Но я обращаю Ваше внимание на то, что всё-таки уровень доходов граждан Российской Федерации пока значительно отличается от доходов граждан стран ведущих экономик. Да, сначала в разгар кризиса мы повысили пенсии, но пенсионеры наши так мало получали, что это существенным образом, несмотря на наши опасения (а такие опасения были), не отразилось ни на инфляционных процессах, ни на бюджете. Всё осталось в тех рамках, на которые мы рассчитывали. Мы повысили уровень материального обеспечения наших военнослужащих.

Если посмотреть в общем объёме денежной массы, это не влияет никак на макроэкономические показатели. Естественно, мы теперь к этим параметрам, так или иначе ориентируясь на них, должны подтаскивать другие сферы экономики, прежде всего бюджетную сферу. И вот сейчас, только что приняли решение, я уже говорил о стипендиях, говорил о заработках профессорско-преподавательского состава, а сейчас приняли решение повысить заработную плату со следующего года в сфере культуры. Вы знаете, сколько люди там получают? Если посмотреть в реальном выражении, это совсем небольшие деньги, это в среднем 8–9 тысяч рублей в месяц. Поэтому это те шаги, которые мы должны предпринять в любом случае, потому что если люди начинают воспринимать общество как несправедливое социально, то тогда в целом оно эффективным быть не может. И люди не будут тогда верить тому, что мы делаем в сфере экономики. Вот говорим о том, что у нас такие макроэкономические показатели хорошие, резервы растут, а люди на себе это не ощущают совершенно, но это неприемлемо абсолютно. А для чего мы тогда живём и работаем? Поэтому всё должно быть сбалансировано, и от повышения заработных плат, стипендий макроэкономика не страдает. Здесь другие вопросы есть, над которыми мы должны думать и которые мы должны решать.

У нас общий уровень заработной платы в прошлом году (не в бюджетной сфере, не из бюджета мы платим эту заработную плату) был около 24 тысяч рублей в среднем по России (23 700, по-моему, или 23 800), а в этом году это будет почти 29 тысяч, 28 800 – 29, считай. Но это естественный рост, средний по экономике, и само собой разумеется, что мы, зная это, не можем не подтягивать уровень доходов работников в социальной сфере, скажем, в таких сферах, как учительская среда либо медицинские работники. Потому что было бы большой ошибкой, если бы мы вернулись к тем временам, когда люди, работавшие в этих сферах, говорили: «Вы делаете вид, что вы нам платите, тогда мы будем делать вид, что мы вас учим или лечим». Это неприемлемо. Решение вопросов подобного рода должно быть сбалансированным и должно соотноситься с реальными доходами в экономике страны в целом.

А.КОСТИН: Прошу ещё один вопрос, наверное.

В.ПУТИН: Ну можно ещё парочку вопросов.

ВОПРОС (как переведено): Создание Центрального депозитария и счетов депо делают российский фондовый рынок более удобным для иностранных инвесторов. Но и без изменения законодательства в области налогообложения процедура уплаты налогов станет даже более сложной для иностранных инвесторов. Вы как-то планируете упростить это дело?

В.ПУТИН: Мы внесём изменения в Налоговый кодекс. Мы это понимаем.ВОПРОС: Годовой оборот коррупции в России приблизительно 25 процентов ВВП, а то и гораздо более. Как мы читаем в газетах, например, компания «Газпром» закупает трубы большого диаметра не напрямую, а через определённую компанию, которая, по данным Интерфакса, делает наценку порядка 30 процентов, и так далее и тому подобное. Примеров можно привести много.

Вопрос. У Вас пять с половиной лет президентства впереди. Хотели ли бы Вы войти в историю как человек, который реструктурировал «Газпром» так, чтобы инвесторы стали счастливы, государство зарабатывало нормально, всё было прозрачно и так далее? Спасибо.

В.ПУТИН: Наши инфраструктурные компании не лишены недостатков, которые присущи всей экономике, вообще состоянию общества. Это само собой разумеется.

Вместе с тем, и мы это тоже хорошо понимаем, сейчас против «Газпрома» развернули целую компанию в европейских странах: выискивают там якобы монопольные положения на рынке, некоторое время раньше проводили выемки документов. Кстати, я хочу обратить ваше внимание на то, что «Газпром», по-моему, 27 процентов занимает на рынке Европы, а, скажем, норвежские компании – 29. Какой монополизм? И в этой связи мы чаще и чаще слышим претензии к тому, как «Газпром» ведёт бизнес, что там и какие-то коррупционные составляющие есть. Наверное, есть, но за это милиция, или, как сейчас модно говорить, полиция, должна ловить и сажать. И я считаю, что это было бы очень правильно. Это первое.

Но этого недостаточно. Нужно, конечно, вот если так по-серьёзному подходить, нужно менять экономику компаний подобного рода и обеспечить доступ к транспортным системам, прежде всего к трубопроводному транспорту. Это основное, что мы должны сделать. Но мы не должны поступать так, как поступают наши коллеги в Европе, принимая «третий энергетический пакет», когда они делят на отдельный бизнес – добыча, на отдельный бизнес – транспорт, на отдельный бизнес – распределение, полагая, что это приведёт к снижению цен на энергоресурсы, в том числе и на газ в европейских странах. Если выделить отдельно транспорт, то транспортная составляющая просто умрёт сама по себе. Это, как правило, существует в результате так называемого «перекрёстного» субсидирования, потому что она живёт за счёт добычи и продажи. Транспортная составляющая как бизнес интереса не представляет, а «третий энергопакет» её выделяет. Очень опасная вещь, мы много раз об этом говорили нашим партнёрам. Поэтому надо внимательно смотреть на такие вещи.

Что касается возможного снижения цен для конечного потребителя, в том числе в европейских странах, рекомендую посмотреть на структуру ценообразования. Посмотрите, какая там налоговая составляющая. Конечный потребитель платит цену, в которой сидит процентов 60 налогов. Почему наши партнёры хотят, чтобы мы понизили доход наших компаний, а они эту налоговую составляющую оставили. Я понимаю, что хочется, потому что с этих налогов собираются денежки и потом решаются социальные задачи, особенно в условиях сегодняшнего дня не хочется этого терять.

Вы мне сейчас сказали про закупки «Газпрома». Я уже знаю об этом, и поручение давал неоднократно правоохранительным органам. Там они постоянно работают, накопают что-нибудь, дай бог, – кого-нибудь посадят. Вы знаете, в европейских странах, чтобы газ дошёл до конечного потребителя, он проходит через несколько компаний-перекупщиков. А, может быть, их оттуда убрать? Кто на этом получает?

Так что давайте мы будем смотреть на всю цепочку: от добычи до конечного потребителя. И если мы с вами так консолидированно и беспристрастно на всё посмотрим, то, наверное, добьёмся результата. Конечно, мне бы хотелось сделать за пять с лишним лет работы на посту Президента для страны всё, что я смогу сделать, по максимуму. Я из этого исхожу и так намерен строить свою работу.

А.КОСТИН: Коллеги, два вопроса – и, наверное, будем тогда подводить черту.

Пожалуйста.

ВОПРОС: Владимир Владимирович, вопрос в контексте того, что Вы сказали о диверсификации российской экономики от сырьевой зависимости. Немаловажная часть – это внедрение современных индустриальных технологий. Многое государством делается в последние несколько лет в этом направлении, но такое впечатление, что ни частный российский бизнес, ни компании с госучастием активно инновациями на практике, не на бумаге, не занимаются, а России в этом направлении нужно «бежать, чтобы оставаться на месте».

Вопрос такой: планирует ли государство увеличивать какое-то стимулирование инновационности российской экономики, в том числе в комбинации с каким-то «кнутом»? Спасибо.

В.ПУТИН: С кнутом в экономике сложно, так мы результата не добьёмся точно. Стимулы нужны, и, конечно, мы многократно об этом говорили, и в документах у нас написано: «диверсификация экономики, придание ей инновационного характера развития являются ключевой задачей всей нашей экономической деятельности».Существует много направлений работы, которая, как мы полагаем, должна нас привести к желаемому результату. Первое и самое главное (и об этом мы сегодня говорим, с разных сторон подходим к этому) – это обеспечение макроэкономической стабильности (номер один) и подавление инфляции. Мы создаём налоговые стимулы для компаний, которые работают в сфере инноваций. Может быть, этого недостаточно, и я понимаю наше Министерство финансов, когда Министерство экономического развития, коллеги постоянно настаивают на том, чтобы в этом секторе снижать, а в других увеличивать. Это постоянная борьба за фискальные интересы бюджета, но всё-таки в этом направлении мы будем действовать дальше.

И, наконец, специальные меры поддержки. Например, мера поддержки высокотехнологичного экспорта – это одно из направлений, которое мы должны сохранить. Мы должны сохранить поддержку конкретных направлений, которые как локомотив тянут за собой инновационное развитие экономики в целом. Что я имею в виду? Скажем, ракетно-космическую отрасль. Вы знаете, что даже в условиях жёсткого падения промышленного производства в России в 2009 году, когда всё упало на семь с лишним процентов, даже больше, чем в других странах, – 7,8, 7,7, космическая отрасль выросла на 17 процентов, выросла на 17 процентов. То же самое происходило в некоторых других отраслях экономики, куда государство целенаправленно вкладывало ресурсы. Мы намерены поступать так и в будущем. Ну и, конечно, разработки, надо поддерживать инновационные разработки. Это отдельная большая тема, в которой мы явно недорабатываем.

ВОПРОС (как переведено): Я работаю в «Трэйдвингс Глобал Инвесторс» в Соединённых Штатах Америки, я отвечаю за все капиталовложения в сфере ЖКХ. Я хотела бы, чтобы Вы сказали несколько слов об этом секторе, потому что он, кстати, прецедент для всех других секторов, где вы пытаетесь привлечь инвестиции.

Пять лет назад промышленность была структурирована по лучшим практикам приватизации, дерегуляции, обо всём этом говорилось. А сегодня эта отрасль, к сожалению, очень плохо поддаётся инвестированию, планы по капиталовложениям плохие, инвесторы не знают, чего ждать дальше в этой отрасли экономики, очень высокая степень неэффективности сферы ЖКХ в России.

Есть ли у вас планы по восстановлению статуса этой отрасли до инвестиционного и хотите ли вы привлекать частных инвесторов для этой цели?

В.ПУТИН: Да, попался я к вам здесь на растерзание, я чувствую. Один из самых таких тяжёлых и болезненных вопросов.

Вы знаете, в чём проблема этой отрасли? В том, что она ещё в советские времена создавалась как абсолютно неэффективная и затратная. Вот в чём проблема. Ведь тепло-, энергоснабжение никак не рассчитывалось, строили так, как бог на душу положит, никто не считал никогда в Советском Союзе вот эти килокалории или тонны топочного мазута. Это всё реалии. Для того чтобы всё это переоснастить, перевести на другие, более современные рельсы, требуются, конечно, огромные инвестиции. Это первая часть проблемы.

Вторая заключается в том, что государство в разовом порядке не в состоянии это сделать. Если это всё перекладывать на плечи граждан, то дело не в том, что люди будут недовольны, я просто считаю, что это несправедливо, это невозможно. Это такая нагрузка на людей, которая не то что не по карману будет – не по плечу. Это очень тяжело. Поэтому если это делать, то нужно это делать постепенно, и лучше всего делать это в новых кварталах.

И третья составляющая, которая заключается в том, что нам не удалось, я хочу сказать прямо и откровенно, нам не удалось выработать эффективных, действенных механизмов преобразования этой сферы. Всё, что принималось до сих пор, – товарищества собственников жилья и прочее-прочее – так эффективно, как кто-то рассчитывал, что это будет работать, не работает. Но потенциальная инвестиционная привлекательность этой сферы чрезвычайно высока.

Для того чтобы всё, что задумывалось и что сейчас ещё дальше планируется, работало эффективно, нужно решить ещё одну очень важную задачу, на которую обращала внимание наша коллега из Финляндии. Нужно кардинально понизить там степень коррупции, потому что эти всякие возможные конторы и прикормленные фирмы в единичном экземпляре существуют на рынке и напрямую финансируются, как правило, из муниципальных бюджетов. Никого другого туда не допускают. Это такой муниципальный мини-монополизм убивает всю эту систему на корню, потому что поднимает издержки и не улучшает качество обслуживания. Это огромный пласт работы, над которым ещё предстоит работать. Но совершенно очевидно, что это одна из самых серьёзных задач и для бюджета, поскольку из бюджета туда идут огромные деньги, и для экономики в целом, и для людей.

А.КОСТИН: Спасибо большое.Владимир Владимирович, я хотел бы Вам один вопрос задать, но ответ на него попросить дать несколько позже. Не секрет, что у Вас скоро юбилей. Юбилей – это всегда повод для того, чтобы, конечно, отметить его, но ещё это, наверное, повод для того, чтобы по-настоящему осмыслить пройденный путь и подумать, чего же человек хочет в будущем.

Вопрос такой. Что самое главное, Вы считаете, сделали в жизни к Вашему юбилею и что самое главное Вы хотели бы ещё в жизни сделать? Чтобы у Вас было время подумать, я хочу пригласить Вас на следующий наш форум выступить и там дать ответ на этот вопрос, если будет такая возможность.

Спасибо огромное Вам. Спасибо всем другим участникам нынешней панели и всем успехов, здоровья, счастья.

В.ПУТИН: Спасибо большое. Я хочу вас поблагодарить за такой деловой и очень доброжелательный подход к обсуждению даже самых сложных вопросов и проблем, которые мы с вами сегодня обсуждали.

Россия > Приватизация, инвестиции > kremlin.ru, 2 октября 2012 > № 659606 Владимир Путин


Россия > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 27 сентября 2012 > № 655915 Владимир Путин, Дмитрий Медведев

Рабочая встреча с Председателем Правительства Дмитрием Медведевым.

Глава Правительства информировал Президента о завершении работы над проектом федерального бюджета на 2013–2015 годы.

* * *

В.ПУТИН: Дмитрий Анатольевич! Я так понимаю, что работа над бюджетом фактически уже закончена?

Д.МЕДВЕДЕВ: Да, Владимир Владимирович, Правительство работу завершило. Практически в ближайшие день-два бюджет будет уже окончательно свёрстан и внесён в Государственную Думу.

В последние несколько дней работа была довольно интенсивной, в том числе для того, чтобы учесть те идеи, которые были высказаны на совещании с Правительством по ряду позиций, включая некоторые социальные вопросы: заработная плата профессорско-преподавательскому составу и некоторые другие. Посмотрели на ряд возможностей по дополнительным доходам (я подробнее потом расскажу). В принципе, кое-что ещё есть, так что это позволяет иметь некоторый манёвр.

Но, конечно, не скрою, бюджет получился трудным и на 2013 год, и на перспективу 2014 и 2015 годов. Поэтому придётся собраться, считать каждую копейку, но, может быть, это и неплохо для того, чтобы исполнительская дисциплина и бюджетная дисциплина укреплялась как на федеральном уровне, так и на уровне субъектов Федерации и муниципалитетов.

В.ПУТИН: Да, мы обсуждали это с коллегами, Вы знаете. Это первый бюджет Правительства в этом составе, первый бюджет нового Министра финансов, это очень ответственное событие в жизни и коллектива, и конкретных людей, да и всей страны. Это основной, главный финансовый документ страны на следующий год, главный финансовый закон России и очень важный.

Действительно, очень непростой получается, сложный. Считаю, что то бюджетное правило, которое Правительство выработало, отражает объективные реалии нашей экономики, и нужно сделать всё для того, чтобы его исполнить. Именно поэтому бюджет и выглядит достаточно жёстким. Вместе с тем хочу обратить внимание и поблагодарить Вас и коллег в Правительстве за то, что они сочли возможным решить и те социальные вопросы, которые являются наиболее острыми, в том числе, скажем, как мы с Вами обсуждали, повышение заработной платы в сфере культуры.

Несмотря на то что бюджет очень жёсткий, где-то, наверно, покажется жёстким излишне, но там, где наиболее острые социальные вопросы остались нерешёнными, всё-таки мы нашли возможность сделать шаг вперёд и поддержать людей, особенно в этой очень важной и чувствительной для государства сфере, а там работают люди за очень небольшие деньги. Вот их как раз в полном смысле слова можно назвать подвижниками.

Мы с Вами знаем, что происходит в совсем недавно благополучных развитых рыночных экономиках, в том числе европейских. Там ни по одной позиции нет повышения, там только так называемая консолидация, снижение всех параметров социальных расходов и повышение пенсионного возраста. Самые последние и очень заметные события происходят в Испании. Мы должны иметь это в виду, должны иметь в виду все риски, которые накладываются на нашу экономику, состояние мировой, европейской экономики, но делать всё для того, чтобы выполнять социальные обязательства перед гражданами. И судя по проекту бюджета, он выстроен именно таким образом.

Д.МЕДВЕДЕВ: Это абсолютно точная характеристика. Бюджет жёсткий, но он сохранил социальную ориентацию, что нам удавалось делать, кстати, последние практически 12 лет. И каждый бюджет, в каких бы условиях он ни формировался (я помню, как мы формировали бюджет в 2009, 2010 году, были ещё более сложные условия), тем не менее все социальные обязательства, которые брало на себя государство, в этом бюджете были отражены.

И в этот раз именно так, несмотря на наличие того самого правила, Владимир Владимирович, о котором Вы только что сказали. Это правило действительно мы применяем впервые. Было много споров, но это гарантия от скачков на рынке углеводородов. А наша экономика, к сожалению, пока очень зависима от того, как складываются цены на нефть и на газ в том числе. И поэтому это некая страховка, для того чтобы наша страна была защищена при возникновении неблагоприятной макроэкономической конъюнктуры глобального порядка, то есть если изменятся условия хозяйствования на всей планете, в мировой экономике.

В.ПУТИН: Мы с Вами говорили уже по социальным вопросам, и очень хорошо, что Правительство нашло возможность решить эти первоочередные задачи. Вместе с тем, хотя бюджет и носит явно выраженный социальный характер, всё-таки он должен быть и бюджетом развития. И я знаю, что Правительство изыскало возможность докапитализировать наш Фонд прямых инвестиций, а это именно одно из генеральных направлений развития нашей экономики, тем более по инновационному пути. Первое.

И второе – это поддержка экспортно ориентированных отраслей, высокотехнологичных отраслей экономики и защитные меры, связанные со вступлением в ВТО. Думаю, что это те ключевые моменты, связанные с развитием экономики, которые обязательно нужно будет учесть.

Д.МЕДВЕДЕВ: В бюджете всё это предусмотрено. Действительно, и Фонд прямых инвестиций, который, собственно, создан для того, чтобы инвестировать деньги в наиболее важные сферы, включая сферу высоких технологий, о которой Вы сказали.

Эти деньги запланированы точно так же, как и запланированы защитные меры, связанные с членством России во Всемирной торговой организации. Мы туда долго стремились, предпринимали различные усилия, но членство в ВТО не должно сопровождаться обрушением в тех или иных отраслях нашей экономики.

Именно поэтому там значительные ассигнования предусмотрены на поддержку сельского хозяйства в рамках программы развития сельского хозяйства до 2020 года, естественно, погодично, и мы добавили туда денег. Кстати, сохранили и нулевую ставку, которая применяется по сельхозпроизводителям, причём сделали это на постоянной основе.

И, конечно, другие отрасли, которые чувствительны, должны получить свою поддержку через механизм бюджетного финансирования и кредитные механизмы. Имею в виду и автомобилестроение, и авиастроение, и некоторые другие сферы.

В.ПУТИН: Фонд прямых инвестиций – это ещё Вы инициировали в своё время.

Д.МЕДВЕДЕВ: Было дело.

В.ПУТИН: Надо его поддерживать.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 27 сентября 2012 > № 655915 Владимир Путин, Дмитрий Медведев


Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 27 сентября 2012 > № 655914 Владимир Путин, Олег Ковалев

Владимир Путин встретился с исполняющим обязанности губернатора Рязанской области Олегом Ковалёвым и жителями региона – представителями общественности, сфер образования, культуры и обороно-промышленного комплекса.

* * *

В.ПУТИН: Добрый день, коллеги!

У нас складывается расширенный формат работы с руководителями регионов. Рязань не первый регион, с которым мы стараемся выстроить работу таким образом. Естественно, мы с губернатором поговорим по таким вопросам, в которых он должен разбираться и разбирается как человек, который достаточно долго руководит регионом. Но мне бы хотелось и из первых рук послушать ваше мнение о том, что не только происходит в области в целом (так я себе это, конечно, представляю), но и что происходит в конкретных отраслях, в конкретных сферах деятельности, в жизни региона, там, где вы самым активным образом работаете, принимаете участие в решении задач, сталкиваетесь с проблемами, вопросами. Давайте в неформальном режиме побеседуем.

Может быть, Вы, Олег Иванович, представите Ваших земляков?

О.КОВАЛЁВ: Да, конечно.

Кузнецов Сергей Николаевич, преподаватель университета имени С.Есенина и руководитель ГТРК «Рязань».

Анна Владимировна Рязанцева, многодетная мама.

В.ПУТИН: Фамилия соответствует. (Смех.)

О.КОВАЛЁВ: Анна Владимировна – многодетная мама, причём есть и приёмные дети. Она тщательно готовилась, очень волнуется.

В.ПУТИН: Анна Владимировна, сколько у Вас деток?

А.РЯЗАНЦЕВА: Пока пятнадцать. Готовимся принять ещё двоих.

В.ПУТИН: А приёмных сколько?

А.РЯЗАНЦЕВА: Десять. Один из них – усыновлённый малыш.

О.КОВАЛЁВ: Мы им уже выделили большую машину.

А.РЯЗАНЦЕВА: «Газель» подарили, чтобы всей семьёй ездили.

О.КОВАЛЁВ: Иогансон Борис Игоревич на конкурной основе избран руководителем музея Сергея Есенина, село Константиново. Ведёт сейчас большую работу, с тем чтобы само село сохранить в том виде, в котором оно было, и большую работу ведёт по самому музею.

Дрожжин Игорь Владимирович представляет Государственный Рязанский приборный завод. Это завод, который работает на оборонку, крупный завод, я Вам о нём говорил, он работает на авиацию. Игорь Владимирович – молодой инженер-конструктор.

Стручкова Наталья Юрьевна – магистрант Рязанского государственного университета имени С.Есенина, первый курс. Она представляет у нас студенчество.

В.ПУТИН: Понятно. Может быть, начнём тогда с промышленности?

И.ДРОЖЖИН: Как уже Олег Иванович сказал, я работаю инженером-конструктором на Государственном Рязанском приборном заводе, но ещё я являюсь председателем совета молодёжи, совмещаю.

В.ПУТИН: На этом предприятии?

И.ДРОЖЖИН: Да. Две с половиной тысячи человек молодёжи у нас до 35 лет есть, мы ведём с ними активную работу по молодёжной политике.

В.ПУТИН: Сколько процентов?

И.ДРОЖЖИН: Это одна треть. Всего 7,5 тысячи.

В.ПУТИН: Очень хорошо.

И.ДРОЖЖИН: Потенциал, конечно, у молодёжи большой. Естественно, бывают проблемы с привлечением активной молодёжи, но работаем над этими вопросами.

По промышленности. Вообще, в Рязанской области хорошо развит промышленный сектор, и много предприятий военно-промышленного комплекса. В стране у нас уже много сделано для ВПК, для развития, для поддержки, и очень многое хорошо, но есть некоторые проблемы. И вот в последнее время нас стало беспокоить, что Министерство обороны всё чаще и чаще начинает производить закупки военной техники за рубежом, какой-то процент, и процент этот растёт.

Конкуренции мы не боимся, но, конечно, хотелось бы иметь поддержку в лице государства и в лице Вас, Владимир Владимирович. И для того, чтобы поддержать нашу продукцию, чтобы она оставалась конкурентоспособной и на нашем рынке, и за рубежом, наверно, необходимо принимать некоторые меры. Меры какие: мы видим эти меры в изменении принципов формирования гособоронзаказа. Что бы нам хотелось видеть? В первую очередь нам хотелось бы видеть долгосрочные стабильные госзаказы.

Также злободневным является вопрос об авансировании госзаказов, чтобы оборонные предприятия не брали кредиты, в связи с этим не теряли свои денежные средства, ну и, конечно же, нужно обязать Минобороны делать большую часть закупок у отечественных производителей, а не за рубежом.

В.ПУТИН: Игорь Владимирович, сразу могу сказать, что я так, как и Вы, заинтересован в том, чтобы наша оборонка развивалась, и развивалась на собственной базе, эффективно, обеспечивала бы интересы государства в плане повышения обороноспособности страны, но и чтобы решались социальные вопросы у людей, чтобы зарплата росла.

У вас, кстати, какая средняя зарплата на предприятии?

И.ДРОЖЖИН: Средняя зарплата – 24 тысячи рублей.

В.ПУТИН: А в Рязани в целом?

О.КОВАЛЁВ: Это по рязанским меркам выше среднего уровня, у нас 19 – средняя по экономике, 24 – это выше.

В.ПУТИН: Да, то есть это говорит о том, что в целом оборонка, в общем, в известной степени на ноги встаёт, и происходит это прежде всего за счёт увеличения гособоронзаказа.

Я уже много раз на этот счёт говорил, вы тоже знаете наверняка, у нас огромные деньги (20 триллионов) предусмотрены на нужды обороны на ближайшие годы, до 2020 года. Ещё плюс почти 3 триллиона – на переоборудование самого оборонного комплекса, самих предприятий. Что касается гособоронзаказа, то, конечно, он прежде всего должен базироваться на своих собственных предприятиях, опираться на свои собственные предприятия.

Вместе с тем Вы обратили внимание на необходимость сохранения конкурентоспособности. У нас в советское время конкурентоспособность подменялась социалистическим соревнованием. В известной степени было даже и неплохо с учётом того, что не было никакой реальной рыночной конкуренции. Нам нужно обеспечить, чтобы наша оборонка находилась всё-таки в конкурентном поле, потому что без конкуренции прогресс невозможен, но в то же время чтобы Минобороны в основном закупки осуществляло на наших предприятиях. Это абсолютно точно.

Во-первых, могу вам сказать, что так оно и есть. У нас, наверное, больше 90 процентов всех закупок – это закупки на наших предприятиях.

Второе. Все государства мира так или иначе всё-таки узлы, комплектующие в условиях глобализации экономики – отчасти, гораздо больше, чем мы, кстати сказать, – приобретают за рубежом, причём в том числе очень высокоразвитые экономики мира делают (и американская, и европейские), их оборонные комплексы закупают часть оборудования и комплектующие за границей, там, где это выгоднее.

Конечно, всегда возникает мысль о том, что в критических условиях никто нам не поставит запасных частей и так далее, но Вы, как человек, работающий в этой сфере, тоже понимаете, каковы особенности ведения вооружённой борьбы сегодня. Она очень краткосрочна. Изделия, которые Вы производите или Ваши коллеги производят, в условиях конфликта или тем более вооружённой борьбы достаточно быстро утилизируются, поэтому и запчасти часто не так нужны, а в нормальном режиме их всегда можно получить.

Конечно, лучше всё это производить у нас, чтобы не зависеть, особенно в стратегических областях обороны. Это абсолютно точно, и мы именно этому и будем следовать. Я Ваш полный союзник в этом отношении, даже не сомневайтесь.

Что касается авансирования, то Минобороны перешло уже к такому авансированию. По некоторым контрактам действительно приходится брать кредиты, и само Министерство обороны договаривается, уже договорилось, по сути, с Министерством финансов о том, что частично будут делать за счёт кредитования, исполнять эту программу. Но в условиях достаточно ограниченных возможностей бюджета для нас важно сохранение самой программы гособоронзаказа, самой программы. Конечно, нужно её минимизировать, но Минобороны переходит уже к авансированию. По некоторым контрактам это авансирование до 100 процентов.

У вас основной вид продукции какой?

О.КОВАЛЁВ: Мы не на хвосте стоим, Владимир Владимирович, мы выпускаем промежуточную продукцию. Это локационные установки, установки слежения. В общем-то, делаем «мозги» для всего, что летает.

Мы недавно провели совещание с руководителями предприятий. О чём договорились? Мы уже знаем, что принято решение о поддержке в том числе и социальной сферы оборонных предприятий. И для нас очень важно выстроить, во-первых, взаимоотношения с радиоуниверситетом для наших оборонных предприятий, потому что он основной поставщик кадров – раз.

И второе. Я уже дал поручение выделить земельные участки для того, чтобы они могли строить жильё. Будет льготное финансирование с субсидированием процентных ставок. И я думаю, что этим самым мы тоже молодые кадры подтянем.

В.ПУТИН: Нужно, конечно, им попадать в программы модернизации самого ОПК.

О.КОВАЛЁВ: Они попали. Приборный завод попал. Хотя они за свои деньги построили новый корпус под новый самолёт.

В.ПУТИН: Если они попали в программу модернизации – это уже хорошо, значит, они получат достаточно дешёвые ресурсы.

О.КОВАЛЁВ: Да. Частично они сделали за свои деньги и сейчас дорабатывают.

В.ПУТИН: Потом мы с Вами ещё останемся, если по конкретным предприятиям есть вопросы – Вы мне их сформулируйте.

О.КОВАЛЁВ: Хорошо.

В.ПУТИН: Если нужно, я соответствующее поручение Министерству обороны сформулирую.

О.КОВАЛЁВ: Хорошо.

В.ПУТИН: Пожалуйста, Наталья Юрьевна.

Н.СТРУЧКОВА: Владимир Владимирович!

Мы все с вами сейчас видим, какова ситуация на Ближнем Востоке. И как представителей молодёжи, нас это также волнует, мы не хотим «арабской весны», мы не хотим «разноцветных революций». Более того, считаем, что решение данных межнациональных и межрелигиозных конфликтов с позиции силы неприемлемо, и неприемлемо в первую очередь для России.

Тем не менее проблемы существуют. Народу навязать единство, на мой взгляд, невозможно. Тогда встаёт вопрос: где найти ту основу, которая привела бы, скажем так, к согласию в обществе? То есть это формулирование общенациональной идеи какой-то или это вопрос веры отдельно каждого человека? Недавно Госдумой как раз было принято заявление о защите религиозных прав верующих. Мы понимаем, что определённые какие-то политические меры принимаются в этом направлении. Как Вы видите дальнейшие приоритеты политики в этом направлении?

В.ПУТИН: Вы самый лёгкий вопрос задали. (Смех.)

Если по-серьёзному, сложнее нет. В современном мире вообще нет более сложного вопроса, чем тот, который Вы сейчас задали. Надо сказать, что в этом отношении Россия всегда выгодно отличалась от других стран. Выгодно в том смысле, что она формировалась всегда. Вы студентка, да?

Н.СТРУЧКОВА: Магистрантка.

В.ПУТИН: Магистрантка гуманитарного университета, и наверняка знаете, наша страна формировалась как многонациональная и многоконфессиональная страна практически с первых шагов. По мере развития в её состав вливались всё новые и новые этносы, новые народы, представители разных религий. И изначально, просто изначально, с первых шагов, кстати говоря, наша ведущая православная конфессия, православное христианство, было очень толерантно по отношению к другим религиям. Сверхзадача заключается в том, чтобы представитель каждого, даже самого маленького этноса, если он проживает на этой территории и является гражданином этой страны, чувствовал себя абсолютно равноправным со всеми, чтобы он понимал, что и он лично, и его дети могут реализовать самые амбициозные планы своего развития и реализации себя как личности, и ни в чём для него нет ограничений – вот это самое важное, – и ни в чём не будет ущемлён.

И, повторяю, Россия всегда выгодно отличалась от других стран. Почему? Потому что мы никогда не навязывали никому свою волю, мы ни к кому не забирались со своим уставом. Если, конечно, исключить советский период, но это была не только наша вина и беда, просто такова была государственная идеология. И на какой-то период времени не только нашу страну, но и многие другие захлестнула идея «мировой революции», и эту идею мы старались продвинуть на другие территории. Но в целом мы всегда очень уважительно относились внутри страны ко всем этносам, народам и религиям и старались это транслировать на международной арене. Так не везде и не во всём мире происходило.

Первая этническая чистка, которая известна человечеству, масштабная, состоялась когда? Состоялась между кем и кем? Состоялась между Римской империей и Карфагеном, когда Римская империя в течение длительного времени пыталась уничтожить Карфаген (а он, как известно, находится на территории сегодняшнего Туниса, то есть в Северной Африке). Они не только захватили и оккупировали в течение трёх лет, по-моему, примерно, я сейчас могу ошибиться, но потом, когда всё разрушили, уничтожили, практически всех вырезали и уходили с этой территории, ещё и солью посыпали, чтобы там ничего не росло.

Говорят, что сегодняшняя европейская культура основана на великой культуре Римской империи. Это правда. Но эта великая культура очень многогранна. И эти страницы тоже были в истории великой Римской империи. Очень бы не хотелось, чтобы сегодня повторялось то, что уже было в истории человечества когда-то много-много веков назад. На мой взгляд, что-то похожее происходит, когда сильные страны пытаются слабым странам навязать свои правила поведения и свой моральный кодекс, не соизмеряя свои действия с историей, с традициями, с религиозными особенностями той или другой страны.

Наша позиция заключается в том, чтобы способствовать переменам к лучшему во всех странах, но не навязывать, особенно не навязывать с помощью силы то, что мы считаем правильным, а побуждать к развитию изнутри. Вот в этом заключается наша позиция по ситуации в арабских странах, связанная с так называемой «арабской весной». В этом заключается наша позиция по Сирии. Ведь, смотрите, что там происходит? Мы же предупреждали, что нужно действовать аккуратно, не навязывать ничего силой, иначе это приведёт к хаосу. И что мы сейчас наблюдаем? Ситуацию, очень похожую на хаос. И главное, наши партнёры остановиться не могут. Уже создали систему или отсутствие всякой системы, создали обстановку хаоса на многих территориях – сейчас ещё подталкивают, такую политику продолжают в других странах, в частности, в Сирии пытаются сделать то же самое.

Внешняя политика, как правило, продолжение внутренней. Повторяю ещё раз: всё-таки для нашей страны чрезвычайно важно сохранение межконфессионального мира и благоприятного взаимодействия между различными этносами.

И хочу закончить тем, с чего начал: когда каждый человек – и представитель крупной нации, и маленького этноса – будет чувствовать себя абсолютно равноправным и защищённым, что очень важно, защищённым в равной степени, как все другие граждане страны, тогда это будет, безусловно, способствовать укреплению государства.

Это сложный процесс, он требует очень внимательного отношения к вопросам истории, культуры. Мы только что с представителями культурного сообщества России, различных организаций и учреждений культуры обсуждали в том числе эти вопросы, над решением этой задачи должно работать всё общество: и молодёжные организации, и учреждения культуры, и средства массовой информации.

Пожалуйста.

С.КУЗНЕЦОВ: Владимир Владимирович, Вы неоднократно были в Рязани, я уверен, что ещё много раз приедете, и видели сами, когда приезжали в Рязань, какие происходят перемены. Когда я приезжаю в другие регионы, мне говорят: «Откуда ты? Рязань? А что у вас там? Десантное училище и родина Сергея Есенина». На самом деле люди, может быть, не все знают, что в Рязани на самом деле богатый комплекс, как говорили мои коллеги, и по оборонке, и всегда исторически развивалось сельское хозяйство, сейчас развивают экологический туризм. Было бы глупо этого не делать, зная, что есть прекрасные мещёрские леса и Окский заповедник, где, как Вы знаете, реализуют программу по сохранению белых журавлей, и есть ещё программа по сохранению зубров. Сейчас много что делается.

Мне бы хотелось у Вас спросить как у Президента. Какой всё-таки Вы в идеале видели бы Рязанскую область? Что нужно в первую очередь развивать в Рязанской области? Какие Вы назвали бы направления более приоритетные сейчас для нас, для тех, кто живёт в Рязанской области?

В.ПУТИН: Коллега начал с этого. Игорь Владимирович, да? Он говорил о конкурентоспособности предприятия, на котором он сам работает. Мне кажется, что нужно делать ставку на те сферы деятельности, которые являются наиболее конкурентоспособными. Было бы глупо начать сажать виноград у вас или пытаться бананы выращивать. Можно это всё сделать, между прочим.

С.КУЗНЕЦОВ: Всё помёрзнет.

В.ПУТИН: Нет, можно построить теплицы, и ничего не помёрзнет. Просто это будет очень дорого. И ваши бананы не будут конкурентоспособными.

О.КОВАЛЁВ: И они будут кислые, как брусника.

В.ПУТИН: Нужно делать то и производить то, где жители Рязанской области являются или могут быть безусловными лидерами. Та высокотехнологичная сфера деятельности, где Игорь Владимирович работает, – лучший тому пример. Мне кажется, нужно делать упор именно на высокотехнологичные сферы производства. Ну и, разумеется, имея в виду, что Рязань и Рязанская область в значительной степени, в прямом смысле слова, относится к самому сердцу России. Здесь и народные промыслы, и народная культура – всё, что связано с душой нации. Вот это очень, мне кажется, важно и востребовано.

О.КОВАЛЁВ: У нас развит аграрный сектор. Не без проблем, конечно, как и у всех, засухи – всё бывает. Но мы сейчас будем делать большой упор на создание переработки сельхозпродукции. Мы должны в Москву отправлять готовые продукты.

В.ПУТИН: Сельхозпроизводство становится всё более и более высокотехнологичным.

О.КОВАЛЁВ: И там всё меньше и меньше требуется людей, а люди, проживающие в сельской местности… Если мы создадим пищевую промышленность, то мы повысим стабильность самого сельхозпроизводства за счёт диверсификации: зерно, сахарная свёкла, подсолнечник и так далее.

И, конечно, по оборонке, что касается высокотехнологичных предприятий, то буквально на днях мы открыли инновационный центр при радиоуниверситете, где будет сосредоточено большое количество малых предприятий именно с научной разработкой и доведением разработок до производства, где будут студенты, аспиранты. Во-первых, это им дополнительный заработок, во-вторых, это будут всё-таки те разработки, которые будут идти в серию. То есть это направление для себя тоже видим важным.

В.ПУТИН: Правильно.

Анна Владимировна, пожалуйста.

А.РЯЗАНЦЕВА: Уважаемый Владимир Владимирович!

У меня такой вопрос. Как уже здесь говорилось, я многодетная мать, воспитываю 15 детей, десять из них – приёмные.

Конечно, многодетные семьи на Руси всегда были исконно русской традицией. Воспитывать много детей – это очень непросто. Но трудностей в таких семьях, как правило, не боятся, где всегда очень дружно и слаженно работают, чтобы обеспечить себя всем необходимым. Материальная сторона, конечно, очень важна в правильном воспитании наших детей, но это не самая главная составляющая.

Меня, конечно, как мать стольких детей, волнует вопрос и духовного развития подрастающего поколения. Сейчас очень много таких информационных источников: компьютеры, телевизоры – откуда наши дети черпают то, что, конечно, не хотелось бы, чтобы они видели.

В.ПУТИН: Информационные угрозы, так скажем, для детей.

А.РЯЗАНЦЕВА: Да. Вот у меня к Вам вопрос. Что, по Вашему мнению, необходимо сделать, чтобы молодёжь у нас росла духовно и нравственно богатой, чтобы не только на словах был патриотизм, духовность, традиции, а всё это было основой развития и процветания в нашей стране?

В.ПУТИН: В практическом плане нужно поддерживать таких, как Вы. Таких людей, которые так любят детей, с такой душой к ним относятся и которые так беспокоятся и видят эти угрозы.

Все вместе мы, конечно, должны делать упор на наши традиционные ценности прежде всего, традиционные моральные и нравственные ценности, которые всегда были в основе нашего могущества в самом широком смысле этого слова. Потому что эти традиционные ценности позволяли нам и строить, и побеждать, и в космос летать. Но мы, конечно, ещё очень много сделать должны для поддержки таких семей, как ваша. Вы сказали, у Вас 15 детей, и ещё хотите?

А.РЯЗАНЦЕВА: Ещё двоих берём.

В.ПУТИН: Ещё двоих берёте – будет семнадцать.

А.РЯЗАНЦЕВА: Это не предел.

В.ПУТИН: Я понимаю. А в каких условиях вы сейчас живёте?

А.РЯЗАНЦЕВА: Мы живём в очень хороших условиях. Пользуясь случаем, хотела бы поблагодарить Вас как ныне действующего Президента, Владимир Владимирович, потому что год назад я была участницей встречи Президента с многодетными матерями. Конечно, мы получили от губернатора подарок – нам подарили «Газель». Ко Дню матери мы получили огромный подарок для моих детей. Усилиями Олега Ивановича нам был подарен дом, огромный дом – 280 квадратных метров, где дети сейчас и проживают. Переселили нас из села, дети проживают в городе, имеют все условия для дальнейшего развития, получают образование. Помимо основного образования – музыкальное, ходят в спортивные школы.

В.ПУТИН: Это рядышком? Всё это есть, да, инфраструктура?

А.РЯЗАНЦЕВА: Да. Плюс у меня ещё есть дети слабые по здоровью, будем так говорить, сложные дети, с психологическими травмами. Нам правительство выделило такую возможность – дети мои обучаются дистанционно. Это прорыв в образовании. Ребёнок, который раньше сидел бы дома просто на инвалидности, не смог бы обучаться, сейчас имеет все возможности. Пять детей у меня обучаются на дому, и у каждого ребёнка свой комплект оборудования. Это новейшее оборудование: компьютеры, принтеры, сканеры – всё, вплоть до лабораторных аппаратов. У них есть всё, чтобы получить достойное образование.

В.ПУТИН: Это здорово! Приятно слышать, даже не ожидал, честно говоря!

А.РЯЗАНЦЕВА: Да, это у нас есть. И это просто, я считаю, прорыв для таких семей, как наша! Многие дети ведь просто болеют, не могут посещать школу. Вот такая школа у нас открыта.

О.КОВАЛЁВ: У нас хорошее сотрудничество с одной некоммерческой общественной организацией, которая, собственно, этот дом сделала. И сейчас они вводят для семей с приёмными детьми ещё восемь домов. Вот буквально в субботу будем их принимать уже в эксплуатацию. Люди уже там живут, поэтому здесь не только деньги бюджетные, которые мы вкладываем, но и очень хорошо работают общественные организации, и такие организации, конечно, мы поддерживали в Рязанской области и будем поддерживать.

В.ПУТИН: К сожалению, далеко не во всех многодетных семьях такая ситуация, как в вашей. Нам ещё очень много нужно сделать по стране в целом, для того чтобы эти многодетные семьи приблизились к вашему стандарту.

Молодцы представители этой организации. И хорошо, что губернатор и власти предоставили именно такие участки для строительства, потому что ведь можно было не получить такие участки. Можно было получить где-нибудь подальше от города. А так получилось, что у Вас не только дом, но и вся социальная инфраструктура, которой могут дети воспользоваться, в черте города. Это здорово.

О.КОВАЛЁВ: Посёлок городского типа.

В.ПУТИН: Что касается воспитания, то, наверное, мы этот вопрос тоже дальше переадресуем Борису Игоревичу. Борис Игоревич, что нам нужно всем вместе сделать?

Б.ИОГАНСОН: Владимир Владимирович, во-первых, я бы хотел сказать о музее-заповеднике, который я представляю. Потому что если отвечать на Ваш вопрос, то нужно в первую очередь за основу брать то место, которое знаешь более-менее досконально.

Надо сказать, что за последние два года, мне кажется, и люди говорят, что музей получает второе дыхание благодаря программе развития, которая была принята Правительством Рязанской области в 2010 году. Действительно, развиваемся, научные статьи пишем, зарплата растёт и так далее. Но во вторую очередь хотелось бы сказать, конечно: практически, я заметил, отвечая на любой вопрос, здесь говорили или о культуре, или о внутренней культуре, или о моральных устоях, и это действительно получается основа основ в любой сфере человеческой деятельности.

Мне очень приятно то, что два дня назад, Вы уже упоминали, прошло заседание Совета при Президенте по культуре [и искусству]. Так было приятно видеть там знакомые лица, причём я прекрасно знаю, что они профессионалы высшей пробы.

В.ПУТИН: Музейщиков прежде всего?

Б.ИОГАНСОН: Музейщиков. Шолохов и Толстой, конечно же, это огромные авторитеты для нас для всех, для музейного сообщества, это абсолютно кристальные люди.

Но в диалоге с Вами я бы хотел затронуть две темы, которые я в стенограмме не обнаружил. Это, во-первых, то, что нужно обязательно продолжить деятельность по предотвращению нарушения федерального законодательства в сфере охраны объектов культурного наследия. У Сокурова, по-моему, прозвучало, что в Петербурге какие-то разрушения строений. Но применительно к музеям-заповедникам, музеям-усадьбам, достопримечательным местам нужно обязательно продолжать работать над проектами охранных зон. Это жизненно необходимо, это то, что мы должны в конце концов передать нашему последующему поколению, это наш долг. У моей коллеги 15 детей, у меня трое. Это наш долг.

И второй момент, который не прозвучал, но тоже всем известно, что русский язык – это основа нашей культуры и, если хотите, если позволите, вернее, даже государственности. Но, к сожалению, все прекрасно знают, что он, грубо говоря, засоряется. И я как представитель литературного музея, может быть, не знаю рецептов, как это остановить, но какие-то меры нужно, конечно, принимать.

И я уже долго говорю, конечно. Сергей Александрович Есенин, чей музей-заповедник я имею честь представлять, – очень близкий по духу нашему народу поэт, и наш народ очень любит его произведения. Вы даже себе не представляете, какой резонанс в рязанском регионе вызвало то, что Вы после выборов это четверостишие знаменитое прочитали: «Если крикнет рать святая...» и так далее. И не только, и в стране тоже, потому что в нашей стране любит народ свою Родину. И – как вам сказать – наверное, не променяет скорее всего ни на что другое, несмотря на то что и жить здесь достаточно тяжело. А село Константиново наш народ, как правило, и ассоциирует с Родиной. Это было и в войну, это и продолжается сейчас.

У нас достаточно много мероприятий проходит в Константиново. Хотелось бы, конечно, подытоживая, Вас пригласить на все эти мероприятия в любое удобное для Вас время. Но проблемы тем не менее остаются теми, которые я, пользуясь случаем, Вам озвучил.

В.ПУТИН: Что касается конкретных вопросов, которые Вы сейчас обозначили, это охранные зоны вокруг музеев-заповедников, и Толстой уже обращал на это внимание, мы это будем делать, будем принимать соответствующие решения, которые бы обезопасили эти охранные зоны и сами музеи-усадьбы. Это мы сделаем обязательно.

Что касается вопроса, который Анна Владимировна задала. Как бы Вы ответили, Борис Игоревич? Что нам нужно делать для того, чтобы наших детей и молодёжь уберечь от информационных угроз и, наоборот, сформировать современное, хочу подчеркнуть – современное, но такое основательное, волнующее мировоззрение?

Б.ИОГАНСОН: Уникального рецепта нет, безусловно. Это всё нужно делать в комплексе. Обязательно нужно приводить в соответствие с нашими запросами времени, нашего тяжёлого времени, скажем так, – а угрозы всем известны, – и образовательную систему, и музейную сферу, и науку в том числе. Но какие-то комплексные программы должны быть.

Например, я за свою сферу деятельности могу ответить. У нас очень много – в музее-заповеднике довольно сильный состав работников, я третий год работаю и должен похвалить коллектив, – очень много программ, направленных на такую культурную прививку, патриотическую и с православием связанную. Вы бывали в Константиново, Вы знаете, у нас на территории музея-заповедника есть храм. Раньше были воскресные занятия в школе, сейчас мы их возрождаем. Открыли новые объекты, дом священника. Скоро будет комплекс ещё один – въездной зоны.

И Вы уже говорили как-то (не помню, может быть, в диалоге с министром образования) о том, что просто необходимо детей приводить в музей и внедрять нашу культуру, русскую культуру таким образом, воспитывать людей, воспитывать с самого начала, с детства. Все знают, когда мы в советское время росли, мы были, и я до сих пор остался, патриотами. У меня много друзей, которые и критикуют власть, и, наверное, имеют на это основания – у меня несколько другая позиция, я стараюсь как-то более глобально мыслить и шире.

В.ПУТИН: Сколько людей приходит примерно в ваш музей в течение года? Посетителей сколько?

Б.ИОГАНСОН: Я знаю точно – что там примерно. В прошлом году была 221 тысяча во всей экспозиции. Но у нас их пять. В этом году мы уже опережаем график, будет 240, я надеюсь. Это такие универсальные способы, они для всех известны.

В.ПУТИН: Почти четверть миллиона приходит!

Б.ИОГАНСОН: Экспозиций много. Константиново – символ России! Это всем известно.

Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 27 сентября 2012 > № 655914 Владимир Путин, Олег Ковалев


Россия > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 25 сентября 2012 > № 655919 Владимир Путин

Владимир Путин провёл заседание Совета по культуре и искусству.

Обсуждались вопросы, связанные с актуальными направлениями современной культурной политики и поддержкой творческих инициатив, сохранением, использованием и популяризацией историко-культурного наследия, перспективы гуманитарного развития и творческого воспитания подрастающего поколения, совершенствование практики международного культурного сотрудничества.19 сентября Президент подписал Указ о внесении изменений в Положение о Совете, а также утвердил новый состав Совета и его президиума.

* * *

В.ПУТИН: Добрый день, уважаемые друзья, коллеги!

Совет по культуре в таком широком составе не собирался очень давно. Последняя встреча была в мае 2007 года. Между тем проблем накопилось много, и уверен, что обсуждение будет насыщенным, тем более что состав Совета значительно обновился. Впервые в нём представлены общественные, некоммерческие организации, представители средств массовой информации, работники школьного образования, больше стало коллег и из регионов Российской Федерации.

Подчеркну, что мы старались отразить в Совете всё многообразие культурной сферы России. Но прежде, чем приступить к дискуссиям, хотел бы на некоторые вопросы обратить внимание, на вопросы, которые я считаю особенно важными.

Нужно признать, что у нас всё ещё сохраняется отраслевой подход к культуре. При этом часто мы все забываем о том, что культура является неотъемлемой частью всех сторон нашей жизни и не может существовать сама по себе, в отрыве от людей. Человек формируется прежде всего в культурной среде или бескультурной, как иногда, к сожалению, бывает. Во всяком случае, от качества этой культурной среды прямо зависит то, какими мы становимся и какими становятся наши дети, как выглядит коллективный портрет нашего общества. На протяжении всей истории Российского государства культура воспитывала и обогащала, служила источником духовного опыта нации, основой для консолидации нашего многонационального народа.

Отечественная культура в значительной степени обеспечила авторитет, влияние России в мире, объективно помогла ей стать великой державой. Мы помним об этом и должны эффективно использовать свой гуманитарный ресурс, повышать международный интерес к нашей истории, к традициям, к языку, к культурным ценностям. Мы по праву гордимся российской культурой, её традициями и историческими достижениями. Культура – это, конечно, живой организм, который постоянно развивается и нуждается в притоке новых сил, в живительной творческой конкуренции. Национальная культура не может быть замкнутой, она должна постоянно впитывать новые явления, как говорят сегодня, мировые тренды и инновации.

Думаю, все согласны со мной в том, что наша отечественная культура изначально, со своих первых шагов, и развивалась как многонациональная, по мере того как те или иные народы входили в состав многонационального Российского государства, а на протяжении новейшей истории, безусловно, всегда была открыта всему новому в мире.

Однако наряду с очевидными достижениями в развитии культуры мы всё чаще сталкиваемся и с культурной нищетой, с разного рода подделками и «фастфудом» от культуры. И здесь заложены очень серьёзные риски. В первую очередь они заключаются в том, что мы сталкиваемся с возможностью потери собственного культурного лица, национального культурного кода, морального стержня. Всё это ослабляет и разрушает общество. Обществом, в котором растворена культурная традиция, легко манипулировать. Теряется иммунитет к разного рода экстремистским, деструктивным и даже агрессивным идеям. К сожалению, дискуссия вокруг этой проблемы часто уходит в плоскость нашего излюбленного вопроса «кто виноват», а нам нужно чаще задумываться о том, «что делать».

Сегодня многие деятели культуры обеспокоены снижением в современной системе образования, например, гуманитарной составляющей. Полностью разделяю эту озабоченность. Школа, дошкольные учреждения, университеты не просто передают набор знаний и компетенций – они должны воспитывать личность, учить критически самостоятельно мыслить, чётко проводить грань между добром и злом. Убеждён, важнейшая задача образования – формировать внутреннюю культуру и вкус человека, его ценностные ориентиры и мировоззрение.

Ещё один принципиальный вопрос – как сделать нашу культурную политику предметом настоящего, реального, общественно-государственного партнёрства. Сегодня мы видим много примеров искренних, благородных гражданских инициатив в сфере сохранения национального наследия. Такая позиция, конечно, заслуживает поддержки. Она должна получить серьёзную поддержку, в том числе через такие современные формы, как государственные гранты. Но, конечно, речь не идёт, не должна и не будет идти о том, чтобы государство свалило весь груз ответственности и заботы по этим важнейшим направлениям на добровольцев и общественников. Конечно, только государство может полноценно обеспечить адекватное финансирование проектов, уровень доходов работников культурной сферы, людей, работа которых связана с охраной культурного наследия, с реставрацией памятников, а также создать правовые условия для расширения государственно-частного партнёрства в этой сфере.

Сегодня с утра мы обсуждали с Председателем Правительства вопросы доходов в социальной сфере, у нас общее мнение по этому вопросу. Конечно, на фоне роста, а мы с удовлетворением можем отмечать в целом рост доходов в экономике. У нас в прошлом году, на конец прошлого года, было где-то 24 тысячи (это средняя заработная плата по экономике в России), в этом году будет 26,8 примерно. От месяца к месяцу колебания идут, но где-то под 27 тысяч мы выйдем. В сфере культуры у нас средняя будет в этом году по отрасли 12,8 – более чем в два раза разница. Конечно, это несправедливо. В следующем году мы планировали увеличение заработной платы в отрасли в целом. Индексация на 6 процентов, по сути, по инфляции. Мы решили со следующего года, несмотря на достаточно сложные проблемы с бюджетом, а проблем много, всё-таки увеличить финансирование культуры именно на цели повышения доходов, на заработную плату в объёме 4 миллиардов. Это позволит сделать достаточно заметный шаг, во всяком случае, в этой отрасли, которого за последние годы мы ещё никогда не делали. В среднем повышение произойдёт где-то на 30–33 процента. А если здесь так же, как и в других сферах (я обращаюсь ко всем руководителям учреждений культуры), будут ответственно действовать в направлении реструктуризации (здравой реструктуризации), оптимизации, то повышение заработной платы может быть ещё выше. Я вас призываю действовать именно таким образом. Не с кондачка, конечно, не сплеча рубить, но опытные руководители понимают, что я имею в виду.

Конечно, нужна разработка реально действующих механизмов, которые позволят использовать историко-культурное наследие эффективно и бережно. Считаю, что нам нужно существенно ускорить формирование чёткой системы государственного учёта и общественного мониторинга культурного наследия и в целом перейти от охраны отдельных объектов к комплексной охране центров исторических городов и поселений.

И особое внимание следует уделить, конечно, малым городам России с их уникальной культурой, с их культурным духом. Кстати, именно здесь кроется и мощный ресурс для развития туристической сферы с её колоссальными возможностями для малого и среднего бизнеса, для создания десятков тысяч новых рабочих мест. Прошу Министерство культуры в тесном контакте с Советом по культуре предметно заняться и этим вопросом, отразить все существующие проблемы и пути их решения в государственном докладе о состоянии объектов культурного наследия народов России, который уже в октябре должен быть впервые представлен в Правительство и открыт для широкого общественного обсуждения.

Подчеркну, что в таких чувствительных, острых темах, как сохранение культурно-исторического наследия, механизмы общественного контроля, экспертной оценки, дискуссии должны использоваться максимально. Это объективные требования времени, осознанная политика вовлечения в дела страны и принятие ключевых стратегических решений как можно большего числа наших граждан. Современные информационные технологии дают возможность это делать эффективно.

При этом считаю, что открытой и доступной должна быть и деятельность государственных структур, но не только их, а они должны работать совместно с общественными организациями, в том числе, конечно, имею в виду и наш Совет, да и другие советы гуманитарного характера при Президенте. Они должны стать эффективным инструментом обратной связи, согласования интересов различных профессиональных и общественных групп. Полагаю, что можно создать и интернет-портал, где будет отражена текущая работа советов и их результаты, весь ход выполнения принятых поручений. Я предлагаю Совету по культуре здесь стать первопроходцем, тем более знаю, что у многих из здесь присутствующих есть интересные инициативы, мы предварительно их обсуждали. Думаю, что они действительно являются интересными.

Безусловно, поддерживаю идею о создании в составе нашего Совета четырёх комиссий. Их задача придать практическую, конструктивную направленность всей нашей работе, а не так, чтобы мы только раз в полгода или раз в год собирались и говорили по общим проблемам. Четыре такие подкомиссии, безусловно, востребованы, я согласен с авторами этой идеи. Необходимо привлечь туда общественность, экспертов, всех заинтересованных и просто неравнодушных граждан. В ходе заседания обязательно обсудим форматы работы и первоочередные задачи этих комиссий.

Я знаю, что сегодня много желающих высказаться. В предварительном порядке коллеги обсуждали с присутствующими много вопросов, которые представляют большой общественный интерес, а не только отраслевой. Поэтому давайте перейдем к работе.

Слово Владимиру Ильичу Толстому. Пожалуйста, Владимир Ильич.

В.ТОЛСТОЙ: Спасибо большое.

Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые члены Совета, все участники нашей встречи!

Прежде всего мне хотелось бы поблагодарить всех за тот поистине, не побоюсь этого слова, огромный интерес и энтузиазм, который вы проявили при подготовке сегодняшнего заседания. Вижу в этом большое доверие к институту Совета при Президенте и очевидное свидетельство готовности к серьезной работе. Особенно важно, что инициатива по выработке новой политики государства в области культуры исходит именно от Президента Российской Федерации.

Совет при Президенте – это инструмент, с помощью которого вырабатываются и внедряются в жизнь важные решения. И от того, как будет организована его работа, от содержания его деятельности, от того, каким будет взаимодействие Совета, в частности, с первым лицом государства, зависит качество принимаемых решений.

Мы должны действовать предельно ответственно, должны действовать в интересах всего государства, а не в интересах отдельных групп профессионального сообщества, находить консенсус по всем значимым вопросам, вырабатывать согласованные решения, а не решать свои частные вопросы и не использовать Совет как площадку для самопиара. Наши предложения главе государства должны быть качественно проработанные в тех самих комиссиях, четырех комиссиях. Я позволю себе их назвать.

Современная культурная политика и развитие творческих инициатив – первая комиссия. Вторая – гуманитарное развитие, художественное образование и творческое воспитание подрастающего поколения. Третья – сохранение, использование и популяризация историко-культурного наследия, развитие культурно-познавательного туризма. И четвёртая комиссия – международное культурное сотрудничество во всех его аспектах.

Именно в комиссиях и пойдёт основная подготовительная работа. Президенту мы должны предлагать только те решения, которые прошли широкое общественное обсуждение с участием экспертного сообщества, заинтересованных социальных групп, затем одобренные членами Совета. Нам необходимо наладить конструктивное взаимодействие с Министерством культуры Российской Федерации, с другими министерствами и ведомствами, с Государственной Думой, Советом Федерации, с творческими союзами и общественными организациями. Жизнь меняется стремительно. Новые задачи, впрочем, как и проблемы, возникают чуть ли не каждый день. И поэтому нам предстоит существенно скорректировать формат работы Совета, повысить прозрачность и публичность его деятельности, а также создать условия для удалённого взаимодействия членов Совета.

Одним из способов достижения этих целей может стать, как предложил Владимир Владимирович, создание специального интернет-портала, на котором будут размещены не только страницы комиссий и рабочих групп, но и всех членов Совета индивидуально, своего рода онлайн-отчётность о деятельности структурных подразделений и членов Совета по культуре и искусству. Внешняя оценка этой работы будет в обязательном порядке учитываться при ежегодной ротации состава Совета. Предполагается, что ежегодно будет происходить обновление состава Совета за счёт тех, кто как-то не будет проявлять активности в его работе.

Полагаю также, что необходимо изменить порядок рассмотрения вопросов и процедуру подготовки к заседаниям, сначала коллективно определять круг наиболее серьёзных проблем в сфере культуры, затем формировать и обеспечивать необходимыми организационными ресурсами комиссии и рабочие группы, которые будут вырабатывать варианты решения проблем. Далее переходить к стадии обсуждения предложений и только после их детальной проработки выносить наиболее важные вопросы на обсуждение Совета с участием Президента. Вопросы, требующие срочного решения, а такие тоже могут возникать, обсуждать на президиуме Совета и докладывать Президенту.

Почему как никогда важна работа именно нашего Совета, Совета по культуре и искусству? Мы должны, это просто моё личное мнение, открыто признаться себе в общем духовном нездоровье. И стыдиться тут нечего. Поставить диагноз, назвать болезнь – значит, уже начать путь к исцелению. Конечно, это не только наша проблема, весь мир стоит на тревожном пороге, и человечеству рано или поздно предстоит-таки сделать выбор между дальнейшим ростом безудержного потребления, а значит, неминуемой духовной смертью, и переменой векторов развития и ценностных ориентаций. Приходит пора культуры не как надстройки над базисом экономики, промышленности и хозяйства, а как первенствующей и определяющей основы государственного строительства.

Культура за века существования накопила такой духовный потенциал, за которым неизбежно должен был начаться и новый этап человеческой эволюции, который определит и международные, и межконфессиональные взаимодействия народов. Хорошо, если именно Россия скажет об этом первой. Убеждён, у нас есть этот исторический шанс. Давайте для начала поставим себе задачу: как минимум утроить наш культурный ВВП. Для этого нам нужны вера в прекрасное, верный выбор приоритетов и высшая воля Президента.

За работу, коллеги!

Хотелось бы, чтобы смогли высказаться все желающие, поэтому очень прошу каждого, кто берёт слово, не быть эгоистом и строго придерживаться заданного регламента. Краткость, как известно, – самая близкая родственница таланта.

Спасибо большое.

В.ПУТИН: Спасибо большое, Владимир Ильич. Очень, по-моему, хорошее вступление, но не могу не отреагировать на почти последнюю Вашу фразу. Вы сказали, что безудержный рост потребления неизбежно приведет к смерти...

В.ТОЛСТОЙ: Духовной. А духовная смерть – это не значит…

В.ПУТИН: Да, к духовной смерти. Но это значит, что если мы будем лучше жить, то мы духовно загнемся?

В.ТОЛСТОЙ: Нет. Если мы заменим одни ценности на другие, значит, мы себя обедним.

В.ПУТИН: В этом смысле. Хорошо. То есть повышение заработной платы не отменяется. (Смех.)

В.ТОЛСТОЙ: Только приветствуется, особенно в нашей сфере.

В.ПУТИН: Хорошо. Спасибо.

Александр Николаевич, пожалуйста.

А.АРХАНГЕЛЬСКИЙ: Уважаемый господин Президент! Уважаемые коллеги!

Я постараюсь уложиться в пять минут. Хотя бы это правило, а культура признает правила, я постараюсь соблюсти.

Итак, конечно, будут конкретные предложения, конкретные выступления, но я скажу несколько принципиально важных вещей. Когда мы говорим о культурной политике, мы говорим не о том, чтобы просто профинансировать всё подряд, всем понемножку, как это часто бывает: размазать ровным слоем по всей стране, когда все живут, но никто не развивается, никто не движется вперёд. Должны быть какие-то приоритеты, когда понятно, на что, на какие направления сделана ставка и по каким критериям эти ставки сделаны, а дальше уже какие-то конкретные решения можно предлагать.

Мне кажется, что если выбирать такие приоритеты, то надо исходить из простого посыла, что Россия – это страна великого наследия и великого модерна, поэтому здесь не может быть ни охранительной культурной политики, в плохом смысле слова (не сохраняющей, а именно охранительной), ни революционной, ни авангардной, потому что сохранение через развитие – это наша, мне кажется, формула.

В связи с этим, мне кажется, было бы очень важно выделить такие приоритеты и поддержать их, может быть, через грантовую систему, связанную систему, потому что грант предполагает условия, на которых он выдаётся. И вот такой идеологией, большой какой-то грантовой программой, мне казалось бы, могло бы стать втягивание всего нашего великого наследия в современность.

Музеи могут и должны превращаться в площадки детского и подросткового творчества, создавать вокруг себя систему разнообразных кружков.

На территориях усадеб должны проходить не только фестивали джаза, но там должна кипеть жизнь современной русской литературы, как это происходило у Владимира Ильича [Толстого], пока он был директором Ясной Поляны, и сейчас происходит.

Пусть современные художники работают (это грантовая система) на территориях великих усадеб, как это было в эпоху модерна, причём разные: и традиционные, и акционисты.

Разойтись по углам и не видеть друг друга проще, чем выстроить какую-то сложную систему.

При этом абсолютно ясно, что очень важным, например, грантовым конкурсом, с моей точки зрения, в цифровую эпоху мог бы стать конкурс по выкупу авторских прав на электронные версии книг, мультфильмов и фильмов современных российских режиссеров. Мы боремся с пиратством, понятно, музыканты, но почему государство не может обратить в публичное достояние на какой-то срок важные работы российских авторов в цифровую эпоху и донести это всё до библиотек? Причём библиотека может превратиться из центра, где не только хранятся книжки, в центр, где обсуждается и кино, и музыка.

В 90-е годы, мы знаем, главной проблемой библиотекарей было, как выстроить хранилище. Были истории совершенно фантастические. Одну из них никогда не забуду. Покойный директор публичной библиотеки, Российской национальной библиотеки, Зайцев, не имея денег, а у него уже была построена первая очередь хранилища, котлован вырыт (вы знаете, что если котлован вырыт, то всё, каюк, если дальше не идёт строительство), он выбил нефтяную квоту, продал эту квоту на Российской товарно-сырьевой бирже и на эти деньги достроил.

Сегодня другие проблемы. Сегодня проблема не хранилища, сегодня проблема цифрового контента, потому что туда люди будут приходить, только если это им будет предоставлено.

Если мы встаём на этот путь, проектно-грантовый, то тогда, конечно, нужно преодолевать законодательные и ведомственные барьеры, отраслевой, как Вы выразились, подход, потому что, скажем, наша школа в отличие от многих других школ не даёт задания школьнику: пойди в библиотеку и вместе с библиотекарем подготовь реферат, доклад или эссе. Деньги как идут? Они идут за счёт часов на дополнительное образование, которое вместе со школьником, как рюкзачок на плечах, переходит к библиотекарю – библиотекарь включается в школьный процесс.

Вообще задача формирования культурной среды обитания, задача формирования сложного человека для сложной эпохи не решаема без переплетения систем образования и культуры. Вот этот барьер, который сейчас довольно суров, мне кажется, должен быть преодолён. Может быть, Совет по культуре и его комиссии, свободные от ведомственной принадлежности, могли бы в этой задаче преодоления административных барьеров стать площадкой сотрудничества ведомств. Могли бы стать.

Если идея установки на приоритетные проекты верна, то нужно сразу сказать о правиле, которое придётся соблюдать, чтобы избежать соблазна ручного управления: это правило длинной руки. Государство поручает чиновникам устанавливать общие рамки конкурсных проектов, формулирует цель, определяет экспертов, которым оно доверяет, но конкретные критерии отбора – от идеологических до эстетических – эксперты вырабатывают самостоятельно. Если им доверяют. При этом, в свою очередь, экспертное сообщество не участвует в распределении средств, никогда. Каждый занимается только своим делом. И такой большой грантовый проект, конечно, не может осуществляться без государственно-частного партнёрства, без включения фондов, без привлечения частной инициативы.

Несомненно, опыт, накопленный в этой сфере частными фондами, занимающимися культурой, неоценим. Здесь Лариса Зелькова, роскошная программа поддержки и развития музеев в регионах. Есть фонд Зимина, который занимается поддержкой науки. Накоплен опыт, причём опыт продвижения в регионы. Опыт, не когда всё сосредоточено в Москве, в лучшем случае ещё в Петербурге, а когда все эти проекты идут в регионы, и региональные проекты начинают развиваться.

И последнее, о чём я хотел бы сказать: целью государственной культурной политики, которую я бы сформулировал как сохранение через развитие, её главным выгодоприобретателем является не художник, не инфраструктура, а гражданин, потому что культура – это не среда обеспечения досуга, а это одно из основных прав человека. И государство здесь не просто обязано, оно имеет право осуществлять эту политику в интересах гражданина.

Спасибо.

В.ПУТИН: Я позволю себе сделать одно бюрократическое замечание, комментарий. Александр Николаевич всё верно сказал, но только был такой оборот речи применительно к аудиопродукции, что абсолютно точно аудиопродукцию надо развивать, мы боремся с пиратством, но… Вот здесь «но» никаких нет и быть не может. То есть мы боремся с пиратством. Точка. Будем развивать все виды нашей деятельности, в том числе аудиопродукцию, в полном соответствии с действующим законодательством, и благоприобретателями, конечно, должны быть граждане, но и художники в широком смысле этого слова. Их права нельзя нарушать. Если мы опять отвернём назад, опять две копейки будут художники наши получать, в современном мире у нас это не работает. Мы страну не закроем, у нас ничего не будет, всё уйдёт туда, где созданы наиболее благоприятные условия развития.

Ещё Александр Николаевич очень верную мысль, мне кажется, сформулировал, по поводу того, что нельзя размазывать всё ровным слоем. Хочу вернуться к возможному повышению заработной платы. Мы сейчас и с Министром разговаривали, и с вице-премьером, с Ольгой Юрьевной Голодец говорили. Вот эти деньги, которые мы выделяем, четыре миллиарда дополнительно, они могут поднять уровень заработной платы в отрасли примерно на 30 процентов, может быть, даже больше, но, естественно, не для всех категорий работников. И Правительство должно будет принять решение, где сколько добавить. Я надеюсь, что прежде всего вы обратите внимание на тех людей и на тех работников в сфере культуры, которые получают наименьшие заработные платы сегодня, а это библиотекари, некоторые другие работники, работники музеев, например, и так далее. Там вообще запредельно низкий уровень заработной платы. Но, повторяю, это компетенция Правительства целиком и полностью, вы сами определитесь. Надеюсь, что это будет сделано целесообразным образом.

Спасибо большое, Александр Николаевич.

Фокин Валерий Владимирович, пожалуйста.

В.ФОКИН: Спасибо.

Я хотел бы обратить внимание на такой, по-моему, чрезвычайно важный вопрос: как нам привлечь более активно новую аудиторию, прежде всего молодёжную аудиторию, к культуре? Потому что здесь очень часто традиционные способы уже не работают. Каким образом привлечь, как от пассивного потребления перейти к творческому созиданию, как вовлечь в творческий процесс новое поколение зрителей, мне кажется, это сегодня чрезвычайно важный вопрос. Нам совершенно очевидно, что если мы имеем человека, который без культурного фундамента, он не способен решить никакие новые, инновационные задачи, это совершенно естественно, и быть креативным, что бы мы про это ни говорили. И вот здесь, мне кажется, художественное, подчёркиваю, художественное освоение медиапространства – это очень важная тема и очень важная проблема, потому что мы сейчас мало, почти ничего не делаем в этом отношении. Важно использование инновационных технологий именно для создания какой-то модели интернет-арта, где художественный продукт не только транслируется (это сегодня уже очевидная вещь), но и создаются оригинальные художественные произведения для интернет-вещания.

Более того, когда мы можем, а сегодня техника это позволяет, создавать в режиме онлайн некий художественный продукт, который при всяких различных перформативных возможностях электронных технологий позволяет создать отдельный сюжет в режиме онлайн, вот это совершенно новая история, которая, безусловно, может быть интересной и важной. Открывается возможность для формирования какого-то другого социально-художественного контекста, какой-то даже социально-художественной терапии. Сегодня, конечно, очевидно, что главное не только формировать базы данных, насыщать информационное поле культуры (это понятно), но очень важно, чтобы мы прокладывали пути к такому сотворчеству, именно интерактивному сотрудничеству. Просто оснастить компьютерами и всевозможными технологиями – это ясно, а вот чтобы они были освоены художественно, это, мне кажется, вопрос очень важный.

И здесь мне представляется важным, конечно, что должны возникать союзы, такие партнёрские долгосрочные отношения между наукой и творческими учреждениями, потому что жизнь подсказывает, что мы не двинемся дальше.

Мы будем открывать весной наш центр, наш театрально-образовательный комплекс, который с Вашей помощью мы должны закончить, Владимир Владимирович, и там будет медиацентр. Мы сейчас работаем с питерским исследовательским университетом информатики, то есть мы готовим новые программы. Я думаю, что, может быть, мы весной даже какую-то часть этой работы сможем продемонстрировать. Но, конечно, этот творческий союз между культурой, искусством и наукой сегодня необходим.

Нам помогает Министерство культуры, и мы надеемся, что оно будет продолжать оказывать нам внимание.

Хотел бы ещё одну вещь сказать. Развитие инновационных моделей не отрицает ни в коем случае поддержку традиционных форм и учреждений нашей культуры, потому что сегодня огромный вред приносит абсолютизация авангардизма и псевдоноваторства, которые, надо сказать, достаточно агрессивно себя иногда, особенно в репертуарном театре, я говорю про свою отрасль, позиционируют. Всё-таки новое и традиционное искусство не должны замещать друг друга. Это вроде банальное правило, тем не менее оно сегодня очень актуально, потому что не вместо должно быть, а вместе. Вот это очень важно, традиции и новаторство должны существовать в действенной взаимосвязи. Это очень важный момент.

И последнее. Мне кажется, что сегодня надо как-то направлять политику на сохранение уходящих традиций, но и на создание, конечно, новых инфраструктур, потому что нам надо защищать старые смыслы и рождать новые. И такие, условно говоря, клубы культуры, или клубы культуры нового типа, особенно в регионах, были бы чрезвычайно важны, они могли бы возникать на базе действующих уже театров малых городов. Здесь сидит руководитель из города Тары, из Сибири, где небольшой театр, тем не менее театр стал центром культуры, он привлёк сразу людей. Женщины, я знаю, туфли стали покупать, им стало куда ходить, они захотели выглядеть по-другому. Театр стал центром культуры. При определённом вложении и развитии он мог бы стать определённым центром, а не только театром. Также это может быть в школе, которая действует как некий очаг культуры, или в библиотеке. То есть вот такие клубы – это было бы очень здорово. Если бы можно было создать два-три каких-то пилотных проекта в регионах, построив такие многопрофильные культурные центры…

Сейчас у нас уже есть в России залы-трансформеры, которые могут использоваться в зависимости от разных задач по-разному, они просто переформатируются в зависимости от задач. Они могут работать и на кружки, и на балы, и на площадки, куда приезжают гастролёры, и на видеопрограммы, и на кинопоказы. Один зал, который может быть даже перегорожен некоей стенкой, это технически возможно, где вообще несколько мероприятий проходит одновременно. Вот если бы можно было это как-то в поручении записать, если на то будет Ваша воля, мне кажется, это очень интересная история и современная.

Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо за предложения. Мы их сформулируем соответствующим образом, чтобы могли реализовать это. Спасибо большое.

По поводу псевдоноваторства. Да, это очень актуально. Но это, собственно говоря, всегда происходит, когда – бум, ворота открываются настежь, когда вчера было ничего нельзя, а сегодня всё можно. Это зависит от уровня общей культуры, авторов, скажем условно, что они выдают в качестве результата своей творческой деятельности. С этим, к сожалению, часто бывают проблемы. Не только у нас.

Спасибо.

Пожалуйста, Трубочкин Дмитрий Владимирович.

Д.ТРУБОЧКИН: Спасибо.

Уважаемый господин Президент! Уважаемые участники заседания!

Я затрону две болевые темы, естественно, кратко. Во-первых, культурное наследие. Важнейшая задача по отношению к культурному наследию сегодня – превратить его в мощный ресурс развития, в том числе экономического. Наше наследие огромно, его ценность возрастает со временем. Чем памятник древнее, тем он ценнее. Сегодня есть планы снять большое число памятников с федерального финансирования, потому что бюджета на всех не хватает. Это и понятно, это и возможно, но столь ответственный шаг надо подготовить, а такую подготовку может взять на себя только государство.

С чего начать? Кажется, всё мы знаем в нашей стране, но до сих пор не знаем, сколько в нашей стране памятников. До сих пор! Надо их посчитать. Их надо посчитать, учесть, опубликовать, потом уже дальше передавать в любые бюджеты.

Предлагаю, первое, объявить всеобщую перепись памятников архитектуры Российской Федерации с участием общественных организаций, активистов, учёных, Общества охраны памятников, органов охраны, обставить эту перепись со всей помпой, свойственной для переписи населения, с молодёжью, горнами, барабанами, галстуками и так далее. И я уверен, что результаты всех поразят. Методику такой переписи можно очень быстро составить в достаточно короткие сроки с участием экспертного сообщества Института искусствознания, других институтов. Полагаю, что это важно.

Второе. Здесь я хочу привлечь ваше особое внимание, главный инструмент учёта по законодательству – Единый государственный реестр памятников, который введён законом от 2002 года. Для своего времени он был выстрадан. Сейчас он пополняется невозможно медленно. Чтобы сегодняшними темпами ввести в реестр все памятники России, потребуется не менее 1500 лет. Печально думать, что мы настолько не доживём до справедливости. И причина не в том, что люди нерадивы – сам реестр памятников как система стал сдерживающим фактором.

Для чего реестр памятников? Чтобы дать всю полноту информации о каждом конкретном памятнике. Как эту информацию собрать? Оказывается, надо извлечь, свести воедино сведения, которые уже собраны или должны быть собраны другими организациями в других источниках, в своде памятников, в земельном кадастре, в реестре недвижимости и так далее. Надо ли за большие государственные деньги заготавливать реестр, который будет дублировать результаты других ведомств? Полагаю, что нет. Не надо дублировать эти сведения и возлагать эту задачу, этот непосильный груз на одно только Министерство культуры. Вопрос ведь межведомственный. Пусть сведения о памятниках вносятся во все реестры, куда они должны вноситься, государство может довести до ведомств списки объектов, которые требуют скорейшей фиксации. Откуда брать списки, откуда брать описание памятников, откуда брать их ценностную категорию, которую так прекрасно знает мой уважаемый коллега по Институту искусствознания Владимир Дмитриевич Сарабьянов, чрезвычайно важный показатель сейчас, который требует исследования? Из научного свода памятников, который создаётся с 60-х годов. Работа ведётся огромная, это база мирового уровня, и она ещё не использована в своём потенциале.

Быть может, имеет смысл, если уважаемый господин Президент сочтёт возможным, сформулировать в качестве поручения провести работу по межведомственной координации, с тем чтобы оптимизировать учёт и регистрацию памятников с возможностью избежать дублирования в государственных реестрах. Привлечь для переписи огромные силы – это прекрасный повод для сотрудничества общественных организаций с государством, объединения всех людей ради общего дела и, наконец, распространить живую деятельность по составлению научных сводов России, чтобы сделать их опорой списочного состава памятников. Это и возможно, и эффективно. Именно здесь, как модно сейчас говорить, возможен быстрый старт. Это первый момент.

Второй – очень короткий. Развивая одну из тем, которую поднял Валерий Владимирович Фокин, я хотел поставить такой маленький красный флажок, флажок тревоги на пространстве культурных инициатив. Сейчас предпринимаются крупные инициативы, в которых реализуются установки современной культурной политики, реализуются очень ярко, но одновременно государство выступает учредителем многих организаций и коллективов, созданных задолго до того, как были сформулированы сегодняшние приоритеты культурной политики. Я хочу обратить внимание ведомств, ответственных за культуру. Быть ответственным учредителем не менее важно, чем затевать громкие инициативы. Настоящий потенциал культуры кроется не в инновационных прорывах с иллюзорно быстрыми результатами, а в долгом и кропотливом совершенствовании системы приобщения к ценностям через воспитание и образование.

Мы сейчас ощущаем всплеск активности по отношению к организациям культуры. Здесь сказывается установка финансовых ведомств, понятно и рационально, бюджет ориентирован на результат. Благородная задача, чтобы творцы не ели государственный хлеб задаром, это важно, но надо быть очень острожным с этой формулой применительно к организациям культуры. Почему? Ответственно отвечаю: никто в мире до сих пор не предложил убедительного метода измерить результаты деятельности организаций культуры. Результат в культуре наступает долго, незаметно, неотвратимо и затрагивает всё общество в целом.

В мире сейчас множество документов, предостерегающих измерение результатов деятельности театров, гуманитарных институтов, других организаций культуры с помощью очень простых числовых показателей. У нас же стремление измерить эффект культуры в цифрах, мне думается, только крепнет.

Может быть, имеет смысл в состав направлений работы одной из комиссий, которую возглавляет уважаемый советник по культуре, внести как направление ещё не закончившуюся историю формирования методики оценки результативности организаций культуры? Дело не завершено, и было бы замечательно привлечь к созданию этой методики широкие общественные силы, экспертные силы со всех сторон.

Не вдаваясь в дискуссию, завершая, я предложу лишь один тезис в конце. Культурная среда – это общественное достояние. Роль государства не должна сводиться к тому, чтобы торопливо затачивать коллективы творцов под нужды современной культурной политики. Наоборот, государство в первую очередь должно выступить покровителем сложившейся сети организаций. Если так, то приоритет государства неизбежно переместится от институциональных реформ к кропотливому, очень важному совершенствованию системы воспитания и образования через культуру на базе сложившейся сети организаций, развивая её. Здесь, я думаю, лежит главный приоритет гуманитарного развития.

Очень благодарен уважаемому господину Президенту, что профильная комиссия по гуманитарному развитию создана при Совете по культуре.

Благодарю вас за внимание.

В.ПУТИН: Спасибо.

Несколько вопросов. Если позволите, я сразу буду реагировать, чтобы потом не делать длинного заключительного слова. Где можно и целесообразно, я сразу бы ответил.

Один из тезисов – государство сокращает количество объектов, финансируемых из госбюджета, в связи с отсутствием финансовых средств. Не совсем точно. Средств всегда не хватает ни на что: ни на космос, ни на культуру, ни на образование. Денег не хватает всегда и на все отрасли. Сокращение финансирования идёт не в связи с тем, что государство не может или не хочет финансировать. Мы в какой-то период времени в эти реестры (особенно федеральных культурных объектов) записали столько зданий и сооружений, столько памятников, что внимание к ним невозможно проявить. Даже не в деньгах дело, а во внимании. Невозможно уделить им необходимое внимание не со стороны федерального центра, а, скажем, руководители регионов могли бы и сделать, но не имеют права по действующему закону, потому что их тогда начинают обвинять в том, что они нецелевым образом тратят деньги. И по просьбе регионов идёт достаточно большая, длинная и тяжёлая работа по передаче из федерального уровня на региональный этих объектов. И делается, ещё раз хочу подчеркнуть, по просьбе регионов. Прежде всего это касается, конечно, Москвы, Петербурга, некоторых других городов-миллионников, ну и, может быть, небольших городов, где есть такие крупные объекты, как раз с целью сохранения этих объектов, придания им должного вида, с тем чтобы они работали на общество. Вот этим объясняется такой пересмотр списков.

По поводу дублирования. Полностью с Вами согласен и обращаю внимание наших коллег, Министерства культуры прежде всего. Это само министерство должно определить и курирующий вице-премьер, Председатель Правительства должны определить этот формат работы. Конечно, наверное, всё стаскивать в одно ведомство и не нужно, но должен быть какой-то координатор. Но, повторяю, я сейчас не готов сказать, насколько целесообразна та или другая форма работы. Но мне думается, что Вы правы: всё затаскивать в одно ведомство достаточно сложно. Лучше заниматься координацией того, что есть.

И я не очень понял по поводу того, что государство выступает часто учредителем в различных организациях. Я не понял: и что? Это плохо, хорошо? Что Вы хотели сказать?

Д.ТРУБОЧКИН: Это очень хорошо. Думаю, что сейчас одна из важных позиций, которой должно придерживаться ведомство, – не забывать о должности ответственного учредителя, что они пекутся о своих организациях.

В.ПУТИН: То есть там, где государство является учредителем, оно, государство, должно эту функцию учредителя выполнять, и ответственно исполнять. Да, конечно, согласен.

И есть ещё один очень важный, принципиальный вопрос, который был поднят нашим коллегой. Он действительно является абсолютно принципиальным. Это оценка результатов работы и вслед за этим финансирование по результатам. Во многих, если не во всех социальных сферах: и в образовании, и в здравоохранении, и в других отраслях – это абсолютно правильно, потому что от того, насколько качественная услуга предоставляется, зависит и должно зависеть, идут туда люди или нет. Идут в учреждение люди, значит, качественно. Ну тоже приблизительно, конечно, можно определить, но тем не менее. И туда деньги за человеком, за пациентом. Подушевое финансирование.

В культуре это не работает или часто не работает. Допустим, у нас репертуарный театр. Совсем не значит, что на какие-то произведения люди идут толпой и билетов не достать. Но это тоже совсем не значит, что спектакль нам не нужен. И мы с вами понимаем почему. Он должен быть в репертуаре и должен найти своего зрителя. Это принципиальная вещь. В культуре так не работает, как в других отраслях. И вот на это мы точно совершенно должны обратить внимание, абсолютно точно. Спасибо большое.

Пожалуйста, Шолохов Александр Михайлович.

А.ШОЛОХОВ: Уважаемый господин Президент! Уважаемые коллеги!

Не стоит в этой аудитории лишний раз напоминать о значении историко-культурного наследия и о том, что его уничтожение самоуничтожительно. Всё это в том или ином виде за последнее время звучало неоднократно, и тревожит как раз отсутствие какой-то внятной реакции и заметного изменения отношения со стороны государства к своему наследию. Поэтому особенно приятно было в Вашем вступительном слове, Владимир Владимирович, услышать то, что такое понимание есть, и то, что наша работа будет направлена именно на их реализацию.

Действительно, перед каждым человеком, а уж тем паче государством, неизбежно стоит дилемма: с одной стороны, удовлетворение естественных потребностей, экономическое благополучие, с другой стороны, духовные ценности, общечеловеческие цели. Между ними находится услужливо подсказываемое решение: сначала решить экономические вопросы и потом заняться духовными. Однако кажущаяся простота этого решения заключает в себе совершенно порочный круг, потому что когда экономическая составляющая становится целью, то из этого круга уже вырваться невозможно. Денежные знаки самостоятельной ценности по определению не имеют, в то время как историческое, культурное и природное наследие не имеет цены. Большая разница.

Решая эту задачу, государство обязано руководствоваться интересами своего народа. И здесь уместно вспомнить Бердяева, который пророчески указывал на то, что воля народа не есть воля человеческого поколения, это есть воля всего исторического целого, воля всех исторических поколений, не только живущих, но и умерших. В неё входят исторические предания и традиции. Исходя из такого понимания и отношения в качестве важнейшей задачи сегодня видится актуализация нашего наследия, о чём уже сегодня говорили, путём его систематизации, воспитания наследников, которым это наследие нужно передавать, потому что зачастую мы не видим, кто наследники нашего наследия, и передача им нашего тысячелетнего богатейшего опыта.

Не вызывает сомнения, что эта задача должна решаться многими ведомствами и многими силами. Как только что говорил Дмитрий Владимирович, совершенно правильно, это межведомственная задача, её невозможно поручить одному министерству. Естественно, Министерство культуры будет курировать все эти вопросы, коль скоро будет принято решение об их реализации, но без привлечения к участию всех ведомств, которые необходимо к этому привлечь, задача не будет решена.

Я отчётливо понимаю, сколь многопланова эта деятельность, и поэтому остановлюсь практически только на одном направлении – это культурно-познавательный туризм. На сегодня это наиболее востребованный в мире способ присвоения наследия. И без единой национальной системы продвижения объектов наследия, информации, навигации, без деятельной поддержки развития инфраструктуры это направление по-прежнему будет прозябать. Собственный, да и объединённый опыт музеев-заповедников тому подтверждение.

В этом направлении особого внимания требует молодёжный, экскурсионный и волонтёрский туризм. Опыт работы нашего музея показывает, что летние международные слёты, даже с проживанием в палаточных городках, пользуются огромным успехом. Это возможность живого общения и единение, основанное на понимании общей истории и культуры, прошлого и будущего. Стоит ли говорить, что ребята возвращаются из этих поездок другими людьми.

Есть замечательный опыт Калининградской области. Была программа: на условиях софинансирования из федерального и регионального бюджетов ребят возили по стране и показывали Россию. Понятно, сколь это важно именно для Калининградской области. Но ведь это же важно и для всех других регионов (особенно для отдалённых), для Дальнего Востока, для Сибири. Поверьте мне, центральные наши регионы знают о своих соседях не больше, чем калининградцы и дальневосточники зачастую. Думается, этот опыт нужно перенести, как я уже сказал, на всю территорию страны. И это было бы особенно важно с учётом того, что львиную часть стоимости подобных туров, которые музеи-заповедники уже сейчас зачастую организовывают, съедает транспортная составляющая. Без участия государства, в том числе присутствующих здесь организаторов перевозок, это представляется невозможным.

Необходим государственный заказ средствам массовой информации на популяризацию как самих объектов культурного наследия, так и событий, с ними связанных. Когда каждый май в станицу Вёшенскую (задумайтесь на одну секунду) с 10 тысячами жителей съезжается на литературно-фольклорный праздник до 5 тысяч артистов и до 100 тысяч зрителей, меня каждый раз преследует одна навязчивая мысль: неужели трансляция такого события не привлекла бы достаточного количества зрителей для поддержания рейтинга центральных каналов? Но когда задаёшь этот вопрос, то первый ответ: сколько вы нам заплатите за то, что мы это покажем? Я понимаю, что ни один телевизионный канал не может в ущерб себе организовывать трансляцию социальных проектов, но, значит, это нужно решать на государственном уровне.

И отвлекаясь от темы туризма, просто как представитель Литературного музея не могу не поддержать предложение сделать литературу и историю, основы духовного и патриотического воспитания, такими же обязательными предметами, как математику и русский язык. И отчётность по ним не может, не должна быть в форме ЕГЭ. Надо вернуть сочинение и устную форму сдачи экзаменов по гуманитарным дисциплинам. Формализовано всё не может быть.

Надеюсь, что мы сможем доработать мои предложения или хотя бы часть из них до внятных поручений.

Спасибо за внимание.

В.ПУТИН: Спасибо.

Что касается госзаказа на популяризацию общественно значимых проектов и вообще объектов культурного наследия через электронные средства массовой информации, общефедеральные каналы, Вы правы абсолютно. Я даже не уверен, что здесь нужны какие-то дополнительные деньги, потому что эти общенациональные каналы итак получают достаточно неплохую, серьёзную финансовую поддержку со стороны Федерации, со стороны бюджета, потому что они пользуются значительными льготами, в том числе при распространении сигнала. Поэтому с ними просто нужно поактивнее поработать в этом направлении. Мы постараемся это сделать. Вы правы.

Спасибо большое.

Пожалуйста, Ямпольская Елена Александровна.

Е.ЯМПОЛЬСКАЯ: Многоуважаемый господин Президент! Дорогие коллеги! Я счастлива, что многим могу сказать «дорогие друзья»!

Я бы хотела привлечь ваше внимание к такому парадоксу, который сложился, мне кажется, в нашем сознании в отношении культуры в последние годы. Поскольку в течение достаточно долгих лет постсоветского периода культура не была избалована особым государственным вниманием, финансировалась по пресловутому остаточному принципу, то в общественном сознании сложилась, на мой взгляд, обратная формула: всё, что имеет отношение к культуре или хотя бы называет себя культурой, – всё прекрасно, бесспорно, не может быть подвергаемо никакой критике, художник может выражать себя как угодно, в рамках, не зафиксированных Уголовным кодексом, а местами даже и зафиксированных. Мне кажется, что сейчас, когда плотность обид, наносимых культуре государством, как-то резко снижается, нам эту позицию пора бы пересмотреть.

Вы меня извините, но когда я слышу, что наша главная задача – обеспечить доступность культуры, привести её в каждый дом, в каждое село, в каждый малый город, то я начинаю думать: а что именно мы будем туда приносить? Чему именно мы обеспечим доступность? Ведь на самом деле уже есть примеры, когда культурные революции, спущенные сверху, не вызывали у жителей того или иного города ничего, кроме отторжения. Закон о культуре, даже если он будет принят в скором времени, мне кажется, эти проблемы не решает, потому что любой закон – это набор инструментов. А что мы будем строить при помощи этих инструментов: дом или виселицу? За это закон ответственности никакой не несёт. И мне кажется, об этом надо поговорить заранее.

На мой взгляд, можно завезти в каждую деревню по баяну, но заставить людей петь нельзя, потому что поют не от наличия баяна, а от душевной потребности. И эффективность культурной жизни, в моём представлении, описывается не только плотностью выставок, количеством премьер, наградами на международных фестивалях, но в том числе и тем, а станет ли в стране меньше брошенных детей, а снизится ли уровень насилия в семьях, на улицах, будут ли гаснуть или, напротив, разгораться межэтнические конфликты... Врач скорой помощи приехал и не вымогает деньги у больного старика – это культура. Парень хочет пойти в токари, а не в мерчендайзеры – это культура. И если мне скажут, что первый вопрос регулируется Уголовным кодексом, а второй – экономикой, то я скажу, что, во-первых, очень печально, когда Уголовный кодекс заменяет обществу совесть и, соответственно, культуру, потому что, на мой взгляд, настоящая культура состоит в прямом родстве с совестью всегда, а мотивация выгоды всё-таки никогда основополагающей не была для русского человека. И если его заставлять жить по этим законам, то он перестаёт быть русским, а зачастую даже перестаёт быть человеком.

Не только экономика определяет атмосферу в стране, атмосфера может очень благотворно повлиять в том числе и на экономику, когда человек знает, в какой стране он живёт, к чему его страна стремится, от каких нравственных принципов она не откажется ни под каким давлением и к какому общему делу этот человек призван. Вот тогда возникает желание петь.

И нельзя забывать, что главным проводником культуры, а равно и бескультурья, в современном мире являются средства массовой информации. Именно от нас, журналистов, во многом зависит формирование вот этой самой благотворной атмосферы в стране. Но, конечно, тут журналистам нужна помощь и государственных структур (одно Министерство культуры не сможет помочь всем, как оно, например, помогает нашей газете), и общественных организаций обязательно.

И я предлагаю в рамках комиссии по гуманитарному развитию создать рабочую группу по вопросам СМИ. Я понимаю, что мы не сможем уменьшить количество таблоидов в стране, но зато мы сможем, я уверена, поддержать тех наших коллег, особенно в регионах, которые всё-таки руководствуются совестью и пытаются донести до своих читателей настоящую культуру. Я думаю, мы сможем сформировать мнение в профессиональном сообществе, что новость необязательно должна быть плохой, что события в стране не исчерпываются криминальной хроникой, а вся отечественная культура – тремя десятками медийных лиц. Мне кажется, надо начинать уже называть вещи своими именами, собственно, в этом цель пишущих людей. Я предлагаю начать.

В.ПУТИН: Хорошее предложение.

Е.ЯМПОЛЬСКАЯ: Спасибо.

В.ПУТИН: Непросто будет работать тем, кто захочет это сделать в этой группе, вот Станислав Сергеевич вам расскажет почему. Но это будет непростая работа. Спасибо. Спасибо большое.

Я знаю, что много есть желающих высказаться. Я прошу только коротко. Пожалуйста, архимандрит Тихон. Прошу Вас.

АРХИМАНДРИТ ТИХОН: Спасибо.

Уважаемый Владимир Владимирович!

Вы подняли в своей вступительной речи действительно краеугольный вопрос о том, каков будет вектор развития нашей культуры, как правильно сказала сейчас Елена Ямпольская, не только культуры, но и того, что мы называем информационно-гуманитарной сферой, средствами массовой информации. На самом деле этот вектор давно был задан, скажем, Александром Сергеевичем Пушкиным, который сказал: «И долго буду тем любезен я народу, что чувства добрые я лирой пробуждал». Вот этот главный вектор, духовно-нравственный, к сожалению, сейчас иногда забыт, а чаще им просто пренебрегают. И в средствах массовой информации, и во многих явлениях нашей культуры мы видим совершенно противоположное: и культурирование злых чувств, и жестокости, и так далее. Об этом много раз уже говорили, нет смысла повторять: всё это у нас на виду и на слуху.

И, наконец, второй критерий, который у нас есть, – это историческая преемственность в области культуры, образования, воспитания. Да, действительно, нельзя культуру рассматривать отдельно от образования и воспитания. Это тоже на слуху и на виду. Мы видим, насколько упала сегодня обычная бытовая культура.

Наталья Алексеевна Нарочницкая как-то один раз очень хорошо заметила, что если раньше образом России была кроткая девушка, которая стоит у берёзки, с длинной косой, застенчивая, потупив глаза, то сейчас этим образом всё агрессивнее становится пьяная девица, которая стоит у остановки, матерится, извините, в телефон и пьёт пиво. К сожалению, это так. И не уделить внимания бытовой культуре, которая связана и с воспитанием, и с общей нашей культурой, и с образованием, конечно же, мы не можем.

Поэтому представляется необходимым вместе с созданием закона о культуре, который обязательно расскажет и о финансировании, и о проблемах работников культуры, о чём сегодня говорили, обязательно задуматься над тем, что нам необходима либо государственная стратегия в области культуры, образования и воспитания, которая даст эти морально-нравственные в первую очередь векторы и обеспечит историческое преемство, или какая-то государственная концепция, но тоже в области культуры, образования и воспитания. Это два неотделимых документа, и один без другого просто не может существовать.

Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо.

Вы как-то нас просто расстроили. Какая-то пьяная девица пьёт пиво – и образ России. Батюшка, Вы перестарались, по-моему. У нас много современных красивых девушек, которые не злоупотребляют алкоголем. Я знаю, что Вы к этому относитесь очень чувствительно и боретесь с пьянством, мы Вам за это очень благодарны, но не знаю... Мы потом ещё подискутируем.

Карен Георгиевич, пожалуйста.

К.ШАХНАЗАРОВ: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые члены Совета!

Тем не менее тема, задетая отцом Тихоном, меня тоже задела. У меня как-то не идёт из головы эта дикая история в субботу, когда пятерых детей задавил пьяный водитель. Я думаю о том, что, в общем, конечно, в нашем представлении порой культура – это Большой театр, МХАТ. Это, конечно, культура.

Как Гойя говорил, замечательные у него слова были: «Сон разума рождает чудовищ». Вот это воспитанная, вернее, невоспитанная часть поколения, которая не понимает, что за его спинами стоит одна из величайших культур, когда-либо созданных в мире, – российская, русская культура с совершенно блистательными именами, с совершенно фантастическими открытиями, которыми можно гордиться.

Наверное, в этом и наша где-то вина. Наверное, есть какие-то простые, совсем простецкие вещи, которые можно сделать, понимаете? Думая об этом пьяном водителе… Знаете, я в том году с младшим сыном поехал в Петербург, в Исаакиевский собор зашёл. Билет стоит 250 рублей, на двоих – 500. Я не буду кокетничать, я заплачу и за себя, и за младшего, и за старшего сына, но я подумал: из Тверской области приедет школьная учительница даже с одним ребёнком, с двумя, вряд ли она позволит себе пойти в Исаакиевский собор. Может, этот водитель в своё время не ходил туда? Не было возможности у его родителей сводить его. Может быть, это ничему не помогло бы, а может быть, и помогло бы.

Понимаете, у меня ощущение, что всё-таки такие вещи очень важны. Во многих странах музеи бесплатные, в Испании, по-моему, бесплатные музеи, во Франции в Лувре один день бесплатный, в Лондоне, по-моему, Национальная галерея даже для иностранцев бесплатная. Нельзя ли для нашей молодёжи какие-то основные музеи сделать полностью бесплатными? Я понимаю, что музеи должны быть как-то компенсированы, каким-то образом они должны существовать. Но нельзя ли, допустим, не купить одного нигерийского замечательного игрока или камерунского, а эти деньги потратить на поддержку музеев? Может быть, всё-таки в какой-то момент кто-то не наедет на этих детей несчастных, что произошло в субботу? Мне кажется, вот такие мелочи вроде бы, но они очень важные.

Мы говорим о межнациональных отношениях. Мы же практически друг друга не знаем, мы перестали делать то, что называлось раньше воспитанием национальной интеллигенции. Целевые наборы в институте, бесплатно из Казахстана. Сейчас мы сузились, хотя неплохо бы нам работать и с нашими бывшими республиками, понимаете?

Сегодня в кино нет ни одного режиссёра из Дагестана, из Чечни. Я понимаю, да у них нет даже в мыслях, что вообще они каким-либо образом могут попасть в кино. Но надо им помочь, наверняка там есть талантливые, я знаю, что там есть талантливые, способные ребята. Наверное, надо стимулировать это, помочь, организовать какие-то целевые наборы бесплатно, с тем чтобы ребята могли учиться, включить их в русскую культурную жизнь. От них будет очень много пользы, и они нас познакомят со своей жизнью, о которой мы ведь очень мало знаем.

Да, мы ездим, Неделя российского кино во Франции, в Италии, это очень важно, это правильно. Но у меня ощущение, что пора это делать в Махачкале, в Грозном, в Новосибирске, кстати, в Астане, в Бишкеке, откуда приезжают к нам многие люди, которые у нас работают, в Душанбе. Давно театр был, хороший московский театр был в Душанбе или в Махачкале? Вот не знаем. Марина, давно он был? Я понимаю, у театров сейчас нет такой возможности, понятно, но, может быть, надо им всё-таки помогать? В конечном счёте это гораздо дешевле будет в решении тех проблем, которые действительно у нас зреют и созревают, понимаете?

Собственно, мне говорить можно много, но, мне кажется, это очень важно. Хотелось бы, чтобы Совет каким-то образом эти вопросы осветил, ответил и, может быть, принял какие-то ясные, чёткие и быстрые решения, понимаете вот, быстрые решения.

Спасибо.

В.ПУТИН: Да, Вы очень тяжёлую тему затронули, конечно. Я попробовал пошутить в отношении того, что отец Тихон борется с пьянством, но ужасные случаи на дорогах, конечно, нас постоянно к этому возвращают. Работа нас всех нужна более серьёзная именно в плане повышения общего культурного уровня, но и, как Карен Георгиевич сказал, может быть, мы все в этом виноваты.

Вы знаете, мы же часто об этом говорим. Я вначале слегка затронул: ворота открылись, ворота свободы, и мы начали считать, что вообще дозволено всё. Обратили внимание, вот этот преступник, убийца на самом деле, он в разговоре с дознавателями сказал: «Я делаю всегда всё что хочу». Вот эти границы свободы, обязанности и ответственности перед обществом просто размыты целиком. И за некоторые вещи нужно просто карать. К сожалению, по-другому не получается.

Вы приводите примеры так называемых благообразных стран, но там очень жёстко относятся к тем, кто совершает какие-то действия, направленные против интересов общества и государства, конкретных людей, потому что если этого не делать, то вот такие (я не знаю даже, как назвать этот случай) трагедии будут происходить повсеместно. И нам, конечно, придётся ужесточать законодательство в этой области. Не работает то, что у нас сформулировано сегодня. В нашем обществе не работает. Это не значит, что только ужесточением законодательства мы должны заниматься. Мы должны делать гораздо более тонкую и более основательную работу по повышению общего культурного уровня, по всему тому, что мы здесь затрагиваем так или иначе, но и ужесточать тоже придётся, хотя бы в этой сфере.

Что касается того, что в некоторых странах посещение музеев бесплатное, тоже нужно очень аккуратно действовать. Михаил Борисович уже хочет взять слово.

Мы знаем, с какими трудностями сегодня сталкивается Испания. Опять миллионные демонстрации. Почему? Потому что государство не может обеспечить элементарного уровня потребления, к которому люди привыкли, в силу каких-то неточных шагов, мягко скажем, не будем их особенно критиковать, потому что это развитые государства, и нам есть чему у них поучиться, но всё-таки и ошибок допустили очень много в сфере экономики.

Если мы всё сделаем бесплатно, то сможет ли наша сфера потянуть это? Нужно очень аккуратно к этому относиться. Но в чём Карен Георгиевич абсолютно прав, доступность для рядового гражданина к объектам культуры, доступность к основным ценностям, которые в библиотеках, в музеях, в театрах имеют место быть, она, конечно, должна быть более широкой. И здесь государство, конечно, должно поддержать эту доступность. А как поддержать? Субсидировать надо, другого пути нет, потому что перекладывать на объекты культуры, на учреждения культуры невозможно.

Это касается в том числе и гастрольной деятельности. Я знаю, что Валерий Абисалович, несмотря на то, что много времени за границей проводит, всё-таки всё больше и больше сам ездит, коллективы свои возит, я уж не говорю про Южную Осетию, как мы хорошо все знаем, но и по городам и весям России всё чаще и чаще бывает. Валерий Абисалович, так ведь и происходит?

В.ГЕРГИЕВ: Вы знаете, по городам России выступать сегодня интересней, если честно – полезней, потому что можно поучиться нам, а не только поучить. Я никогда не брошу камешек в направлении публики в моём родном Петербурге или моей родной Москве, но, честно, мы неделю назад выступали и в Кемерове, и в Омске, и в Иркутске, и в Самаре, и в Крымске (10 дней назад), в Краснодаре, в Липецке, у нас был такой тур с коллективом, с оркестром и с хором, – я не знаю, где волнение выше. Я начинаю испытывать чувство, незнакомое мне раньше, не только ответственности, но некоторого даже страха, потому что ты видишь, что эти люди ждут какого-то чуда. Нам надо вернуть вот это ощущение и в наши главные культурные столицы: и в Москву, и в Петербург.

Вот сказали о том, что футболистов можно покупать, а можно – перестать покупать по 100 миллионов: может быть, те же самые корпорации будут помогать фестивалю в Иркутске или построят зал в Липецке, где один из самых крупных металлургических заводов в мире. Я об этом говорю и никак не могу себя остановить. Вы знаете, Владимир Владимирович, что мы об этом говорим не первый раз. Не может быть такого, чтобы индустриальный гигант находился в городе, который ещё, может быть, немножко страдает оттого, что гигантом является, если говорить об экологии. В то же время там театрик то ли на 400, то ли на 500 мест – и пока не в очень хорошем состоянии. Думаю, эти вопросы без поддержки руководства страны быстро не решить.

Я даже не знал, буду ли сегодня говорить. Мне очень понятны и близки несколько понятий и тематических задач, которые сегодня сразу были поставлены Вами, Владимир Владимирович. Я связываю, например, такие темы, как наши дети и великая держава. Это уже связка. А что мы сделаем для того, чтобы… Культурная нищета, опять же сразу думаешь о будущем, о наших детях и о нашей великой, безусловно, стране. Что мы сделаем для того, чтобы сейчас эти дети получили необходимый им, может быть, на всю жизнь и на следующие поколения национальный культурный код? И что делать вместо того, чтобы говорить: «А вот нам то-то не дали» – сразу перекладываешь на кого-то…

Я вчера был у Министра финансов, каюсь, тоже говорил, что у нас проблема, нам надо работать в огромном новом театре, как же нам работать там без дополнительного финансирования? Но сейчас я акцентирую на другом.

Есть такая замечательная естественная творческая форма проявить себя, как петь в хоре. Есть также замечательный процесс восстановления национальных святынь – например, слышишь каждый день, а иногда и по нескольку раз в день, что восстанавливают храмы. Я вот подумал сейчас, прямо во время этого разговора, очень интересного, а может, мы как-то соединим традиции Русской церкви и русские музыкальные традиции? Это сёстры родные; может быть, даже мать – это Русская православная церковь и православные традиции, а вот всё-таки и Чайковский, и Прокофьев, и Мусоргский, их очень много у нас, гигантов, они ведь уже дети этой великой традиции. Если бы каждая церковь, каждый храм, который восстановлен на пожертвования… Сегодня огромные возможности у Русской православной церкви. А может, всё-таки повести разговор, вплоть до разговора со Святейшим Патриархом нашим Кириллом, может быть, там чаще будут звучать хоры.

Я не хочу, чтобы в моей стране главный храм прославлялся таким образом, каким он – в кавычках – «прославлялся» недавно. Вот мы были в Костроме не так давно, там уничтожены едва ли не все церкви вообще. А рядом ты видишь гравюру или картину, какой Кострома была 100 лет назад. Контраст страшный просто. И мне кажется, восстанавливая эти традиции и восстанавливая храмы, что здорово, надо сразу думать, чем их наполнять.

А наши дети? Карен сказал сейчас о нашем соборе в Петербурге, действительно величественная конструкция, один из символов Санкт-Петербурга, вот если бы дети считали для себя естественным петь в хоре в России… Почему в Германии, в Лейпциге, в Дрездене, в Мюнхене знаменитейшие детские хоры мальчиков, на весь мир знаменитые? В Англии – я позавчера, вчера выступал, в Англии детские хоры все почти до одного при храмах. Да, у них своя, у нас своя религии. Там это считается естественным, это национальный код, который там не успели или не дали истребить. Мне кажется, надо сделать что-то и Правительству, и, конечно, Министерству культуры, и нам с вами, потому что перекладывать только на Правительство сегодня было бы трудно и не совсем справедливо.

Мариинский театр, наверное, скоро доведёт количество выступлений до тысячи в год. Количество регионов в год будет, наверное, 20–25. Большее напряжение на этот коллектив я уже не могу включить, это уже будет просто «красная зона». Но каждый из нас должен признаться, что государство нас поддерживает и при этом достаточно лояльно и по-дружески даже, может быть, весьма терпеливо говорит: «Вы работаете, мы знаем, что были трудные годы 90-е, мы вам сейчас помогаем». Пришло время, Владимир Владимирович, определить очень точные параметры, эти миллиарды рублей – сколько подразумевают выступлений, сколько новых постановок? Может быть, даже в Мариинском и в Большом подснять один раз? Просто посмотреть, что они делают. Может быть, им надо выступать не потому, что губернатор позвонил или, не дай Бог, произошли события, как в Цхинвале, а может, надо выступать в принципе в России, потому что Россия построила театр, реконструировали Большой, построили новый театр наш, за что огромное спасибо. Будем открываться, даст Бог, в следующем году весной.

Мне кажется, пришло время более жёстких, может быть, и более внимательных аналитических действий. И тогда будет больше справедливости.

Последнее, что я хочу сказать, пытаясь соединить всё прозвучавшее сегодня, самое главное. Мне кажется, что и оценка результатов, и поддержка серьёзных акций… Я не говорю о шоу-бизнесе, я прошу всех считать меня противником того, чтобы российская культура одновременно считалась бы огромным конгломератом чисто коммерческих акций. Всё-таки есть акции, которые, может быть, не всегда привлекают 100 тысяч людей, хотя у нас есть опыт выступать и на 200 тысяч (Поклонная гора, каждый Пасхальный фестиваль – даже в дождь в этом году всё равно 200 тысяч приходят и слушают). Мне кажется, надо считать для нас принципиально важным всё-таки выступления по всей России и всё, что мы можем сделать для детей: это главные приоритеты. Школы без уроков музыки – это постыдное явление. Музыкальные школы, где нет инструментов, – это постыдное явление.

Если сегодня вообразить, что не только музыкальные школы, но и вообще все школы России смогут собрать детский хор в тысячу голосов, я призадумаюсь, сможем ли мы это так легко сделать. Их надо где-то собирать на улицах, они же понятия не имеют, что есть такое понятие «классическая музыка».

А что такое русская классическая музыка? Китай – 20 процентов, наверное, населения земного шара, а китайская музыка звучит – 0,1. Русская музыка: может быть, население поменьше, мы знаем, что это так, а 20 процентов звучащей музыки сегодня по всему миру – русская музыка. Это наше оружие, богатство. Умеем ли мы этим пользоваться как государство, страна? Иногда, но это носит скорее случайный характер, скорее характер чьих-то усилий.

Мой младший друг Денис Мацуев, сибиряк, мы его за это очень любим, он нас купает в озере Байкал и дарит нам громадный свой талант, но я бы его меньше уважал, если бы он не считал для себя самым святым делом сделать фестиваль в Иркутске. Я знаю, что у него и мировая карьера, и здесь его уважают, в Москве, но сердце его всё-таки там. Мне это очень нравится. И каждый из нас очень многое может сделать. У нас колоссальное богатство, у нас пропорция мирового музыкального движения, настоящей великой музыки (туда входит и Бах, и Бетховен, и Моцарт) – это 20 процентов, это моя оценка, а я выступаю в 40 странах в год, наверное.

Нам надо приходить к каким-то более, мне кажется, серьёзным в том числе усилиям по деятельности наших центральных каналов, которые слишком часто носят чисто коммерческий характер. Уж слишком часто для меня. Я не всегда, может быть, вижу всё, что там дают. Но мне, наверное, не везёт: как только включаешь телевизор – коммерция прежде всего, и не всегда высокого качества.

На самом деле я большой оптимист. Я давно не получал такого удовольствия, как от недавних концертов в Сибири. Даже днём в рабочий день в Кемерове битком набит зал, так слушают хорошо, какое-то ощущение очень чистого пространства в зале, нет перегруженной циничной эмоции в этой ауре, понимаете? Вот это мы очень ценим.

Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо.

Валерий Абисалович, как трудно Правительству приходится, понимаете? Не было нового здания театра – плохо, построили новое здание театра – опять плохо, давайте денег на его содержание. Тяжело нам приходится.

В.ГЕРГИЕВ: Я уже даже дошёл до того, что говорю, может быть, подснимем? Видите, так неловко стало от этого.

В.ПУТИН: Такое аутодафе нам не нужно, мы вами дорожим, не надо, не будем снимать ничего. Кстати, Вы приходили по поводу жилищного вопроса. Что-то двигается? Мы с Георгием Сергеевичем разговаривали в Питере.

В.ГЕРГИЕВ: Да, спасибо огромное за внимание к этим проблемам. Даже гиганты, Большой и Мариинский, я говорю об истории, не о нас, которые сегодня там поют или танцуют, просто история сама огромная, испытывают колоссальные проблемы, чтобы задержать лучшую молодёжь, это не так просто. Жить негде, купить квартиры не на что, хотя понятно, что Анна Нетребко уже, скажем, после пяти первых сезонов, слава Богу, мы смогли ей тогда помочь сделать стремительнейшую мировую карьеру, сама решила этот вопрос: она купила себе квартиру около театра. Потом карьера ещё разошлась – она купила себе более комфортабельную квартиру, ещё ближе к театру. Можно сказать, прямо в театре живёт, особенно в новом, просто напротив окна, там 20 метров. Но не всем удаётся совершить этот фантастический прыжок на недосягаемую высоту, как Анечке Нетребко. И тут встаёт вопрос поддержки государства. Наверное, я нахожусь в исключительном положении, возглавляя такой театр, и очень редко стараюсь беспокоить, но я уже не выдержал и недавно (да ещё после Крымска) обратился к Владимиру Владимировичу. Проблема становится огромной, мы не хотим называть фамилии наших юных балерин или танцовщиков (ребят), которые в 22-летнем возрасте покидают Россию, потому что просто негде жить. Мы строим, как можем, сейчас ведомственное общежитие, ещё одно сейчас построим. Я понимаю, что это бьёт по нашим творческим интересам.

Что касается нового театра, то я говорю всем коллегам, программы для юношества и для детей уже и без того огромные у нас. Это, скажем, вчистую 100 выступлений. Это утренники, это недорогие билеты. Мы доведём до 300 как минимум, а это цифра, о которой мечтают почти все театры, которые я знаю, как годовая цифра – 300 раз в год выступить. Так вот, мы только 300 раз выступим для детей. Эта программа у нас уже есть. Мы просто ждём открытия этого театра. Надеюсь, что все мы сделаем приоритетом эту работу. Детей обвинить не в чем. Нет ребёнка, который отказывается петь в хоре, когда ему семь лет, да нет такого ребёнка. Он будет петь в хоре, потому что школа, в которую он ходит, ведёт эту программу и ведёт его в жизнь через эту программу, а там есть пение. Не может быть, чтобы дети сами бастовали и уходили с одного урока. Я в это никогда не поверю.

В.ПУТИН: Карен Георгиевич вспомнил об этом, и Валерий Абисалович продолжил по поводу приобретения дорогостоящих игроков. Я сам иногда прямо, сегодня в очередной раз, поругиваюсь с руководителями наших компаний. Хочу обратить внимание, что это не государство покупает – компании покупают игроков. С другой стороны, любители спорта тоже ведь хотят видеть мировых звёзд, причём не тех, которые закатываются уже, а находятся на самом пике своей формы, на подъёме, играющими в наших клубах. Здесь тоже есть определённые плюсы. Это касается миллионов людей – любителей спорта. Государство, конечно, должно соответствующим образом выстраивать свою деятельность в других сферах, не менее важных, чем физическая культура и спорт. Здесь Вы абсолютно правы.

Пожалуйста, Михаил Борисович.

М.ПИОТРОВСКИЙ: Начинаю с бесплатности и доступности. Для бесплатности и доступности нужно хорошо считать и точно считать, что чего стоит. На самом деле музеи научились очень хорошо считать, и мы это пытаемся доказывать. Недавно показали, у нас прошла встреча в Вёшенской, где мы обсуждали, в частности, результаты нашей встречи в Саратове, исполнение Ваших поручений. Сделали пять примерно резолюций, что нужно сделать, чтобы они были до конца выполнены. Разные есть аспекты. И мы ещё приняли такой Вёшенский манифест музейный. Я весь его зачитывать не буду. Он начинается такими горькими словами: «Сегодня мы стоим перед реальной возможностью исчезновения музеев, их растворения в «диснейлендах» с мифическими бизнес-планами». Заканчивается более общими словами: «Культура, её важная часть – музеи, является критерием качества нации». Вот подчёркиваю, критерием качества нации. И с этим критерием, к сожалению, не всё в порядке.

Это два таких плача. Посередине у нас есть несколько предложений, опять же музейных и касающихся всего остального. Три шага.

Первый. Отказ от понимания музея и культуры как досугового учреждения, понимая его государственные функции: мы исполняем государственную функцию все.

Второй. Гарантия целостности и неделимости музейного фонда России и историко-культурных территорий. Они под угрозой.

Третье. Принятие государственных обязательств по обеспечению музейной инфраструктуры, собирательской и научной деятельности музеев.

Всё-таки культура – это ДНК нации, и музеи создают культурный продукт, который обеспечивает передачу этой ДНК, иначе она не передаётся.

Мы подчёркиваем, что в обществе распространено примитивное представление о музеях и культуре тоже, как забытых местах пыльных сокровищ. Это сейчас переросло из обывательского представления зачастую на более высокий уровень тех, кто принимает решения. Между тем музеи России принимают в год 86 миллионов посетителей. Это больше в два раза, чем кинотеатры, больше, чем концерты, даже больше, чем библиотеки. Множество выставок со средней ценой билета в России 80 рублей, средней зарплатой – 10 тысяч рублей. И вот когда на этом фоне мы слышим от разных ведомств, считающих деньги, разные упрёки, то это воспринимается просто оскорбительно, потому что мы тоже считаем. И считаем, сколько из кармана сотрудников музея даётся на то, чтобы люди могли посещать музеи бесплатно, – те, кого мы выбираем. Это социальная программа. Есть люди, которых нужно заманить в музей, а есть люди, которые должны за это заплатить. Вот такая схема. Дети, студенты, пенсионеры – это социальная программа, в частности, у нас в Эрмитаже, которую мы распространяем на всех.

Мне кажется, что это проявляет отсутствие понимания у части государственного аппарата того, что учреждения культуры надо обеспечивать, а не командовать по мелочам, и что всё в культуре нужно и можно считать. Музеи, как я сказал, умеют это хорошо делать, и мы высчитываем: вот тут у нас такой-то упущенный заработок, этот заработок мы берём на свои плечи. Про это тоже нужно всё время помнить.

У нас есть несколько предложений, родившихся в Вёшенской. Сейчас научные разработки и работа археологов, научная работа музеев и учёных создали прекрасный культурный продукт на северо-востоке. Это то, что можно называть «Серебряным кольцом»: вокруг Старой Ладоги – целый комплекс, который уже благодаря научной музейной работе готов к тому, чтобы сделать прекрасный туристический продукт патриотического, образовательного образа. Мы будем продолжать бороться за создание Музея гвардии. Это тоже готовый культурный продукт, который нуждается в инфраструктуре. У нас есть вещи – нужно только добавить инфраструктуру.

Мы вынуждены, Владимир Владимирович, бороться за сохранение в ведении самих музеев заработанных ими средств: 20 лет боремся. Сейчас опять в проекте Гражданского кодекса есть пункты, которые вызывают у нас очередной раз опасения, что мы потеряем тот стимул, благодаря которому музеи и работают: возможность использовать собственные средства.

Мы продолжаем оборонять исторические здания и ландшафты, именно оборонять, потому что правильные решения принимаются: заповедники защитить, оберечь земли. Что происходит дальше? Дальше в эти самые заповедники приходит проверка (Александр Михайлович нам рассказывал и многие другие), начинают проверять музеи и обвинять их почти уголовно, что они неправильно оформляют земли, они неправильно содержат музей, – и совершенно не думают о тех, кто истребляет культурное наследие. Конечно, это легче прийти к Шолохову и проверить, что он не так делает.

Владимир Владимирович, мы все исполняем важную государственную функцию, все учреждения культуры, и очень надеемся на поддержку, понимание общества и государственных структур. Понимания немножко не хватает, конкретной вещи (у нас предложения есть): немножко инфраструктуры. Мы не деньги просим – инфраструктуру. Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо.

Я посмотрел сразу Вёшенский манифест. Безусловно, согласен полностью с первым необходимым шагом, я уже об этом, кстати, сказал, что нельзя к учреждениям культуры подходить так, как к другим очень важным и нужным направлениям деятельности в гуманитарной сфере, так же, как к здравоохранению, к образованию. Всё-таки специфика учреждений культуры очевидна, с ней нужно считаться.

Если бы Вы могли пояснить, второй важный шаг, который Вы предлагаете, – это необходимость добиться принципа целостности, неприкосновенности и неделимости музейного фонда. А в чём проблема?

М.ПИОТРОВСКИЙ: Проблема в том, что они не должны отчуждаться, подвергаться приватизации и таким образом расчищаться, чтобы не возникали…

В.ПУТИН: А Вы ожидаете, что что-то приватизируется?

М.ПИОТРОВСКИЙ: Всё время есть такая возможность. Во-первых, существующее законодательство, которое в принципе уже почти допускает возможность банкротства музея, в принципе следующим шагом может привести к этому.

В.ПУТИН: Понятно.

М.ПИОТРОВСКИЙ: Я прошу прощения, мы уже за 20 лет научились дуть на молоко.

В.ПУТИН: Я понял. Это очень важно.

М.ПИОТРОВСКИЙ: А по историко-культурным территориям это просто конкретно происходит.

В.ПУТИН: Да, согласен, очень важно. Давайте, сегодня надо подумать, как, – мы обязательно должны это сформулировать в сегодняшнем документе.

М.ПИОТРОВСКИЙ: Мы дадим предложения. Владимиру Ильичу передадим предложения, они есть, конкретные.

В.ПУТИН: Единственное, с чем хотел бы не поспорить, но во всяком случае обратить на это внимание. Конечно, проверяющие структуры должны вести себя корректно и должны придерживаться действующего законодательства, не должны хамить ни в коем случае, должны понимать, где они находятся. Но это всё-таки не представители наградного отдела, их функции в том, чтобы искать, где проблемы.

М.ПИОТРОВСКИЙ: Это другое. Послезавтра я выступаю на коллегии Счётной палаты, я их позвал, они уже проверили первые этапы работы к 250-летию. Они проверяют и других одновременно.

В.ПУТИН: Я понимаю.

Александр Николаевич, пожалуйста.

А.СОКУРОВ: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги! Во-первых, я хочу несколько конкретных слов сказать. Карен Георгиевич говорил о ситуации, связанной с Кавказом. У нас уже третий год есть режиссёрский курс, я веду его в Нальчике, в Кабардино-Балкарии. И я благодарен и господину Фурсенко, и, конечно, ректору Карамурзову, и Канокову, президенту, который помогает и поддерживает. Это очень важное дело, надо приезжать туда и работать. Вот просто работать там, на месте, потому что, если мы набираем курсы в Петербурге или в Москве, значительная часть ребят не возвращается в республику, и в итоге никакого влияния на какой-то культурный ландшафт своего народа, в общем, уже не оказывает. Хотя это очень трудно, на самом деле это очень трудно. И вообще сейчас работа культуры в российской кавказской зоне представляет очень большую проблему. Великолепно, что выезжают оркестры туда, великолепно, что там, наверное, будут когда-то выступать театры, но сам по себе вопрос культуры там, в Закавказье, очень и очень непростой.

Я знаю, что на имя Владимира Владимировича, видимо, поступило письмо от нашего губернатора, где обсуждается вопрос о предоставлении центру, историческому центру Петербурга статуса достопримечательного места. Кажется очень важной эта позиция. Градозащитники, общественные организации и профессиональная среда обращаются к Президенту с просьбой обратить внимание на эту ситуацию и тем не менее поддержать наше предложение – объявить исторический центр Петербурга достопримечательным местом.

В чём дело, почему мы говорим об этом именно сейчас? Сносы исторических зданий в Петербурге продолжаются. И мы, общественные организации, уже ничего не можем сделать. Мы не можем никак противостоять. Совсем недавно, три недели назад, на Владимирской площади, это в местах Достоевского, был снесён дом Рогова. Это времена Пушкина. Мы прибежали туда: я, режиссёр, молодые ребята из общественной организации «Живой город», – я позвонил прокурору города, позвонил главе района, позвонил главе полиции. Все приехали. Целый день шёл снос зданий – никто ничего не мог сделать. На наших глазах рушили стены – ничего не мог сделать прокурор района, куда-то прятал глаза всё время начальник милиции, глава района также ничего не могла сделать. Шаг за шагом, шаг за шагом – в конце дня дом был просто разрушен. Причём у тех, кто это делал, не было ни одного документа. Когда я спрашиваю начальника милиции: «Что происходит, господа?» (а вокруг же полно народа, молодёжи полно), он ничего не отвечает и уходит. Мы не смогли остановить это разрушение. Мы считаем это просто преступлением. Мы обратились, конечно, к губернатору, обратились в КГИОП [Комитет по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры администрации Санкт-Петербурга], но уже это снесено.

Если бы мы объявили центр города, историческую часть города вот этим достопримечательным местом, а есть такой термин в градозащите, то вот такие варварские сносы были бы просто невозможны.

Мы потеряли несколько домов на Невском проспекте, мы теряем дома уже в районе, где места Достоевского. У нас, у граждан, просто опускаются руки, мы ничего не можем сделать с представителями государства. Не правда ли, странно, что мы выступаем на одной стороне, а наше любимое государство выступает на другой стороне? Мне вообще кажется, что общественная инициатива очень часто опережает наши государственные органы сейчас. И государственные органы не успевают за нами.

Только если мы объявим центр города достопримечательным местом, а это может делать Президент страны, мы сможем защитить и заставить и законодателей, и исполнительную власть составить процедуру обращения с историческими памятниками в таком городе, как Петербург. А эта проблема, Владимир Владимирович, она характерна и для всех-всех-всех городов нашей страны. Везде есть уроны, везде есть сносы, и абсолютно невозможно никак этому противодействовать. Это проблема всех-всех-всех городов.

Но при этом есть, конечно, и положительный опыт. Ярославль-то объявлен, режим достопримечательного места введён. А почему-то в Петербурге – нет. Такая борьба идёт за каждый квадратный метр города, такое пересечение интересов, ну просто кровь проливается. Вот рушится дом, который видел Пушкин, и мы ничего не можем сделать, и никто из представителей властей, и прокуратура стояла на месте. Как паралич.

Я хотел бы ещё обратить внимание, что сейчас намечается ещё одна тенденция, которая, по крайней мере у нас, в Петербурге, думаю – и в других городах тоже, а это является частью культуры, вызывает у нас большую тревогу. Вывод из центра городов – и Петербурга – исторически знаковых профессиональных групп. Нельзя из центра Петербурга выводить военные училища, военные институты, категорически нельзя. Я не знаю, какую прибыль получает Министерство обороны, видимо, продавая эти исторические здания, но моральный урон и ущерб патриотического контекста чрезвычайный. Парни, которые получают образование, встают, каждый день садятся за парту, моряки, и видят Дворцовую площадь, они через всю жизнь это пронесут. Потом он будет в экипаже, где-то в гарнизонах, а он всё время будет говорить: «Я из окна видел Дворцовую площадь». Вот это будет воин, у этого воина будет душа какая-то. А если он будет где-то сидеть за границами города, вокруг будет забор и лес, ну что это будет такое? Гуманитарные потери от такого рода решений, на мой взгляд, очень большие. Кроме того, если он учится в городе – другой уровень культуры у военных. Нам же нужно заботиться ещё и об этом. В армии очень низкий уровень культуры и среди офицерства, и среди младшего состава, и, конечно, среди состава рядовых. Это очень и очень для нас тревожно.

Очень тревожно, что из Петербурга выводится Военно-медицинская академия. Просто хоть плачь, не знаешь, куда обращаться, не знаешь, с кем разговаривать. Накануне моего приезда сюда мы разговаривали с Басилашвили, сидели, целый час говорили: что делать, за какие обшлага ухватиться, кому кричать, кому говорить, потому что это просто разрушение целой научно-культурной среды. Поэтому мне кажется, что это для нас очень важный аспект культуры.

Для Петербурга также очень важна продолжающаяся проблема высотного строительства. Опять возникает газпромовская башня, опять, уже теперь 500 метров. И эта стройка, хотим мы или нет, всё равно начинает внедряться в исторические панорамы. Дискуссия затруднена, мы не знаем, откуда растут здесь ноги, кто принимает окончательное решение. Но мы понимаем, что потом нам стыдно за это будет.

И последнее. Мне кажется, что нам нужно на государственном уровне собрать государственное научное совещание по историческому наследию взаимоотношений России и Кавказа – национально-культурный контекст, особенно в связи с зимней Олимпиадой, потому что проблема очень непростая. И очень многие проблемы, которые мы имеем сегодня внутри молодой части населения Закавказья, кроются в том, что на очень многие вопросы исторические нет ответа: на роль России, на поведение России. Если в чём-то был виноват политический режим там царской России – надо признать и сказать это, потому что зреет абсолютно точно квалифицированное недовольство и очень большая тревога. Поэтому это вопрос, конечно, гражданского мира.

Так же как и другой вопрос – наверное, это должно сделать Министерство культуры: нам абсолютно необходимо созывать общероссийскую межконфессиональную встречу (не знаю, как это можно назвать) и заключать межконфессиональный договор. Общество должно получать гарантии ответственности религиозных лидеров в борьбе за сохранение гражданского мира, мы это понимаем. Потому что очень многие обстоятельства напряжённости, которые существуют в стране у нас, в том числе и культурные, зависят от того, что постоянно идёт столкновение, так или иначе, по религиозным мотивациям. И это, мы понимаем, чревато какой-то формой гражданской войны.

Последнее. Хочу также предложить обратить внимание, может быть, Министерства культуры и нашего сообщества всего, нам абсолютно необходимо начинать восстанавливать дома культуры в самых разных городах страны, в самых маленьких, в самых средних – каких угодно. Без домов культуры, без этих очагов такого систематического, маниакального, каждодневного труда культурного просто уже трудно осуществлять культурную политику на местах. Петербург, Москва – прекрасно, большие города – всё прекрасно, но мы же понимаем, что происходит там. Я часто бываю в Ставропольском крае и Краснодарском крае, в Закавказских республиках, я везде вижу эту брошенную, пустую культурную среду в этих маленьких городах. Закрылся дом культуры – всё, и молодёжи некуда деваться, ни кружков нет, школы сиротеют – и всё превращается в пустыню. Из очень многих малых и средних сёл Ставропольского края население уезжает просто. Почему? Нет опоры культурной для школьников, для этой части населения, не говоря уже о сложностях взаимоотношений в связи с экспансией людей, приезжающих с Кавказа, крайне тяжёлые взаимоотношения складываются в том же Ставропольском крае и Краснодарском, мы это знаем, потому что нет дистанции культурной между разными национальными группами. Это забота культуры, мне кажется, что нам нужно очень активно вмешиваться в эти процессы, потому что, может быть, будут дальше уже какие-то необратимые обстоятельства. Извините, что я так долго.

В.ПУТИН: Вы много затронули очень важных тем, каждая из них – предмет особого обсуждения.

Александр Николаевич, что касается учебных заведений Министерства обороны. Они должны быть современными, отвечать сегодняшним требованиям подготовки кадров для нужд обороны страны. Исторические здания в Петербурге, в других городах очень часто не соответствуют этим требованиям. Возьмите здесь у нас, в Москве, в Петербург не надо ездить – в Москве, – Академия ракетных войск, она ничему не соответствует.

Мы с вами должны иметь офицеров, которые имеют возможность учиться в абсолютно новых условиях, в новой среде: в технологически развитой, интересной, соответствующей современным требованиям. Но это, правда, совсем не значит, что нужно закрывать те исторические здания, в которых сто лет и больше готовились военные для нужд армии и флота, в том числе и в Петербурге. Это могут быть головные центры, где тоже продолжается подготовка молодых офицеров. Можно создавать новые учебные заведения за городом с современной инфраструктурой, с современными спортивными сооружениями, с необходимыми для новых тренажёров сегодняшнего дня площадями. Но это совсем не значит, что нужно полностью закрыть в центре города какие-то площадки, с которыми связана определённая история наших Вооружённых Сил.

То же самое касается и Военно-медицинской академии. Я уже многократно слышал о том, что выводится Военно-медицинская академия. Кто вам сказал, что она выводится? Я не знаю.

А.СОКУРОВ: Мы просто не можем получить ни от кого окончательный ответ точный, поэтому все и говорят. Если Вы сейчас нам говорите, что не выводится, – прекрасно.

В.ПУТИН: Министерство обороны действительно планирует создать новую площадку Военно-медицинской академии, в том числе с лечебным центром, с койками, как положено, то есть сделать современный, мирового класса медицинский центр. Но это совсем не значит, что полностью закрывается площадка в центре города на берегу реки Невы и оттуда всё выводится. Просто, Вы знаете, там некоторое современное оборудование куплено 10 лет назад и лежит во дворах не смонтированное, там просто нет помещения. Конечно, и разгильдяйства здесь хватает. Но там нужно всё перестраивать для того, чтобы новое оборудование там разместить. Это совсем не значит, что нужно Военно-медицинскую академию в её старых, исторических зданиях, полностью закрыть, продать и для каких-то других целей использовать. Этого нет в планах Министерства обороны.

Я Вам обещаю, прямо сегодня ещё раз по этому вопросу переговорю с Министром обороны. Да, ещё раз хочу сказать, они планируют создать новую площадку, часть занятий там проводить, создать новый медцентр мирового класса, но действующую площадку реконструировать и использовать дальше по назначению, как и в прежние времена, для подготовки медперсонала для нужд Военно-Морского Флота России. Ничего там такого кардинального не планируется. Откуда вот берутся эти страхи, непонятно. Вы знаете, я знаю, откуда они берутся: они берутся оттого, что само Министерство обороны внятно и чётко не объясняет ничего.

А.СОКУРОВ: Вот это точно, это точно.

В.ПУТИН: Сегодня переговорю ещё раз с Министром обороны по этому вопросу.

Теперь очень важная тема – по поводу того, что религиозные деятели должны нести существенную нагрузку за поддержание межнационального, межконфессионального мира. Должен сказать, что они и так это делают, и не просто делают – они делают это бесстрашно. И вы знаете, что есть потери и среди христианских служителей церкви, есть среди других конфессий. Вот совсем недавно очередное преступление в отношении духовного лидера в Дагестане. О чём это говорит? Это говорит, к сожалению, и здесь я не могу с Вами не согласиться, о значительной утрате нашего национального духовного кода. И это очень тревожит, потому что никогда бы в прежние времена не поднялась рука на священнослужителя. Это точно совершенно не имеет ничего общего с нашим внутренним национальным кодом. И это касается всех народов и представителей всех национальностей страны.

Мариян Велихановна Мугадова, пожалуйста.

М.МУГАДОВА: Уважаемый Владимир Владимирович! Члены Совета по культуре! К сожалению, во всём мире люди всё чаще и чаще становятся свидетелями или участниками конфликтов, в основе которых лежат межэтнические, межконфессиональные разногласия, вражда и непонимание. Как правило, причинами этих конфликтов становятся не экономические и политические противоречия, а отсутствие общечеловеческих, гуманистических принципов и ценностных ориентиров, всего того, что лежит в плоскости жизненных отношений и культурного развития и образования.

Культура сегодня становится стратегическим ресурсом безопасности государства и важнейшим средством достижения межнационального мира и согласия. В этом аспекте потенциал культуры практически не ограничен. Имеется в виду не столько потенциал художественной культуры, сколько культуры межличностных, духовно-нравственных отношений, культивируемых в мировоззренческих позициях всех этносов.

Дистанцируясь от культуры, власть и государство рискуют застрять в паутине локальных конфликтов. Сегодня повсеместно раздаются призывы о необходимости борьбы с экстремизмом не только силовыми методами, а усилением профилактических и идеологических приёмов. В нашей стране есть исторический опыт, когда молодое советское государство сделало ставку на ликвидацию безграмотности, культурное просвещение, всячески поощрялись занятия трудящихся и крестьян творчеством, в дальних аулах, в деревнях открывались учреждения культуры. В их деятельность вносился дух соревнования, состязательности, проводились всесоюзные олимпиады, смотры, конкурсы самодеятельного творчества. Результат, как мы знаем, не заставил себя долго ждать. Творческий подъём стимулировал и положительные экономические сдвиги, что помогло создать позитивный имидж на мировой арене. Культурно-досуговые учреждения, творческие коллективы, базирующиеся в них, занятия любительским искусством в городах и сёлах способствовали укреплению государственной идеологии.

Сегодня же эти признанные во всём мире, уникальные институты массовой реализации творческого потенциала или разрушены, или подавлены. Эти проблемы усугубились после вступления в силу и начала реализации 131-го Федерального закона «Об общих принципах местного самоуправления Российской Федерации». Закон в буквальном смысле развязал руки муниципальным властям, которые поспешили в лучшем случае сократить штатные единицы, творческие коллективы или попросту стали закрывать клубы. Коллективы народного творчества наши ежегодно выезжают на международные фестивали фольклора, их выступления часто проходят в клубах провинциальных городов и деревень Европы, там сосредоточен большой сегмент социально-общественной жизни, занимаются творчеством все категории населения: инвалиды, пожилые, молодёжь, дети, работают любительские коллективы. Клубы оснащены всем необходимым, уютные залы с мягкими креслами, интернет-связь, кинозалы, помещения для занятий и небольшие бары-кафе и даже специальные пандусы и туалетные комнаты для инвалидов. Такая модернизация нужна нашим клубам.

Культура априори является убыточной отраслью только с точки зрения экономики. Тем не менее эта отрасль, как образование и здравоохранение, должна стать приоритетным направлением государственной политики. Инвестиции в образование и культуру – это инвестиции в духовно и нравственно здоровое будущее страны, в её человеческий потенциал.

Сегодня бытует мнение, что вопросы духовно-нравственного порядка являются частными и исключительно сам человек вправе решать, смотреть ли сомнительные фильмы, передачи, читать ли низкопробную литературу. Поэтому и не несут никакой ответственности ни телеканалы, ни издатели, пропагандирующие насилие и жестокость.

Противостоять валу низменных инстинктов можно лишь через гуманизацию общества, через культурное просвещение, сохранение, развитие, актуализацию культурного национального наследия. Должна быть государственная политика культурно-просветительского воспитания. Сегодня молодое поколение, взросление которого пришлось на конец ХХ века, начало нашей так называемой перестройки, – это дети, родители которых после крушения государства пытались прокормить семью и выжить в лихие 90-е годы. Сегодня важно образовывать, просвещать и прививать культуру нынешним детям и подросткам. Именно для этого должно сплотиться наше общество, потому что дороже них ничего нет.

Культурно-просветительское воспитание подрастающего поколения, как гаранта нашей будущей безопасности и процветания, должно стать зоной ответственности государства. Иными словами, нашей молодёжи надо дать ощутить себя преемниками богатых, уникальных традиций, художественного опыта прошлых поколений. Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо большое.

Пожалуйста, Юрий Михайлович.

Ю.ПОЛЯКОВ: Спасибо, Владимир Владимирович.

Хочу выразить радость от того, что в нашем Совете стало больше писателей, вообще наш писательский цех представлен как никогда полно. У нас даже, наконец, появились представители наших замечательных национальных литератур – вот выдающийся татарский поэт Ренат Харисов.

Вместе с тем не могу не поделиться и такими горькими наблюдениями. К сожалению, сегодня наше литературное сообщество находится, пожалуй, в самом неприглядном виде по отношению к другим творческим объединениям: мы практически находимся в состоянии феодальной раздробленности и междоусобиц. И разделение происходит не по политическим, не по идеологическим, не по эстетическим принципам, а просто идёт такая неприличная делёжка имущества. И в результате литература не выполняет свою традиционную, очень значительную функцию. Потому что именно литература, так сложилось столетиями, в нашем обществе вырабатывает те идеи, которыми потом питает и другие виды искусства, прежде всего синтетические.

Писатели, хотя велика тяга к консолидации, – кстати говоря, многие страны СНГ уже прошли этот период раздробленности, и там эта консолидация произошла, – у нас не получается. И как-то в минувшее десятилетие сложилось, что Министерство культуры недостаточно контактирует, недостаточно сотрудничает с писательским сообществом. А мы же значительная сфера культуры.

И вот теперь мы хотим просто обратиться, чтобы Министерство культуры в лице нового Министра подключилось к этой, в общем-то, тягостной ситуации, и как-то сообща мы всё-таки перезагрузимся, реконструируемся и найдём какую-то оптимальную форму. Никого никуда не надо загонять, но всё-таки выйти из этого кризиса, из которого сами писатели не могут выйти, мы просим нам помочь.

В.ПУТИН: Министерство культуры сознательно уклоняется от вмешательства во внутреннюю жизнь писательской среды, имея в виду как раз те сложные процессы, связанные с дележом имущества, потому что в конечном итоге окажутся виноватыми. Но вот Министр сидит, слышит, и чтобы это была помощь в рамках разумного. Я тоже поддерживаю то, что Юрий Михайлович сказал, но только так, чтобы эта помощь не навязывалась.

Ю.ПОЛЯКОВ: Нет, нет, не имущество – вот чисто организационно нам помочь.

В.ПУТИН: Особенно поддержка одной группы в ущерб другой. Но в целом это правильно, конечно.

Ю.ПОЛЯКОВ: Спасибо.

В.ПУТИН: Денис Леонидович, пожалуйста.

Д.МАЦУЕВ: Спасибо большое, Владимир Владимирович.

Я буквально один очень животрепещущий вопрос, касающийся музыкального образования, специального и профессионального, и вообще музыкальных школ в общей сложности в России. Есть такой новый стандарт, по которому с будущего года, насколько я понял, эти уникальные 8 специальных школ плюс 3 хоровых будут существовать. По этим стандартам эти школы начинают профессиональное музыкальное образование детей только с 5-го класса, что, в общем-то, на корню убивает эту нашу уникальную начальную профессиональную среду детей. Потому что если начинать, скажем, играть на рояле в 12 лет, то последствия могут быть плачевными, потому что если нет плавного, постепенного…

В.ПУТИН: Я по себе это знаю, я начал поздно – последствия ужасные.

Д.МАЦУЕВ: Но есть и самородки. И конечно же, очень мало этих специальных школ: восемь – это недостаточно, на мой взгляд, потому что если территориально взять, то Новосибирск заканчивается, а дальше есть и Красноярск, и мой родной Иркутск, и Дальний Восток; можно на две-три школы точно увеличить. Но самое главное, на мой взгляд, им нужно придать специальный статус, потому что если они будут подчиняться общим стандартам, то о нашей великой русской исполнительской школе через некоторое время можно будет забыть.

Если говорить о музыкальных школах в целом – конечно же, замечательно то, что Вы сказали, что финансирование будет увеличено, понятно, в каком состоянии музыкальная школа находится, отток педагогов происходит, к сожалению. Помните, пять лет назад на Совете по культуре, в мае 2007 года, я говорил, что в Китае около 50 миллионов пианистов, а сейчас, по некоторым подсчётам, 80 миллионов пианистов. Количество увеличилось. Эти цифры ужасающие просто на самом деле, но самое главное, что у них очень много русских педагогов. Мне кажется, что есть разные возможности, я не знаю, как это точно сформулировать законодательно, но, если есть возможность делать вклады спонсорам, меценатам, просто частным лицам в музыкальные школы на инструменты, просто на содержание зданий и, конечно, зарплаты педагогам тоже, это очень-очень полезная штука. Но спецшколы – это вопрос очень животрепещущий и очень волнующий всех нас.

В.ПУТИН: Я не понял, Денис, а что, их закрывают? В чём там проблема?

Д.МАЦУЕВ: Стандарт новый – «третий стандарт», по-моему, называется [стандарт третьего поколения].

В.ПУТИН: Я, честно говоря, не очень понимаю, как этот стандарт повлияет на эти школы, но, если он их убивает, он неприемлем абсолютно, я обращаю на это внимание Министра культуры, – значит, нужно в индивидуальном порядке этот стандарт как-то изменить применительно к этим школам. Полностью разделяю озабоченность Дениса Леонидовича. Так называемые десятилетки, если они умрут – всё, мы невозвратно потеряем то, чем гордимся столетиями, я полностью согласен.

Д.МАЦУЕВ: Вообще наша система этого образования уникальная, и все завидуют в мире этой системе: начальная, консерватория, аспирантура и так далее.

Но я бы хотел сказать несколько слов. Всё равно – помимо проблем – у нас существует филармонический бум во всей стране. Валерий Абисалович об этом говорил, Владимир Теодорович здесь присутствует, Юрий Абрамович, они знают, что публика – просто переаншлаги практически в каждом регионе, и огромное количество фестивалей, событий. Огромная благодарность и Министерству культуры, и губернаторам, которые поддерживают эту всю историю.

Мы сегодня много говорили о футболе. Вы знаете, мы гордимся, восторгаемся «Реалом», «Барселоной», «Манчестер юнайтед». А наши ведущие симфонические оркестры и театры – это и есть «Реал», «Барселона», «Манчестер», если мы говорим о так называемом рейтинге, хотя у нас его нет. И наша молодёжная команда точно уже пару чемпионатов мира выиграла, выражаясь опять же спортивной терминологией. Здесь надежда огромная. И специальные школы – это вопрос очень серьёзный.

Спасибо большое.

В.ПУТИН: Ещё раз хочу сказать, что полностью поддерживаю это, чтобы только не забылось ни в коем случае и на практике не привело к трагическим последствиям. Это первое.

И второе. Есть ещё одна вещь, на которую я хотел бы обратить внимание. Сейчас мне в голову это пришло, хорошо, что Денис вообще заговорил об этом. У нас, конечно, не 50 и не 80 миллионов пианистов, у нас и население не 1,5 миллиарда, как в Китае. Там всё-таки они вечное и доброе в массы несут, а массы большие. У нас они поменьше, у нас и пианистов, может быть, столько не нужно. Но всё-таки нужно подумать о тех талантливых молодых людях, о которых сейчас Денис Леонидович сказал.

У нас нет вообще никаких продюсерских центров для серьёзной музыки. Талантливые, эффективные люди работают в эстраде, и они продвигают этот, условно говоря, продукт наш эстрадный на нашу сцену, где можно, за рубежом. У нас ребята и девушки заканчивают, заканчивают блестяще, а потом они идут, ищут на Западе, кто их возьмёт и поведёт и кто будет организовывать им гастроли, концерты. Кто? У нас были раньше в Советском Союзе такие структуры – они умерли, ничего больше не создано. И ничего, кроме государственных усилий, в этом направлении эффективным не будет. Сейчас нужно это сделать: вот нужно реально создать такие структуры, которые бы подхватывали молодые таланты наши и выводили бы их на российскую и на мировую сцену.

Д.МАЦУЕВ: Они уже есть, Владимир Владимирович.

В.ПУТИН: Я не знаю, они, может быть, и есть, но тогда их недостаточно. Я нечасто, но всё-таки встречаюсь с молодыми исполнителями, и я знаю их проблемы. Они то туда собираются ехать, то туда.

Д.МАЦУЕВ: Конечно.

В.ПУТИН: Кто-то поехал, поучился там в «Ла Скала», им сразу – раз…

Д.МАЦУЕВ: Сразу забирают.

В.ПУТИН: Вот она или он заканчивают, с восьми, с десяти, с пятнадцати лет учатся, сейчас исполнителю или исполнительнице 17–18 лет, их уже раз – и подхватывают, и повели по мировым сценам. У нас нет такой системы. А это очень важная вещь.

Молодые люди и молодые исполнители – это же огромный труд, это уму непостижимо, сколько нужно потратить сил для того, чтобы достичь определённого уровня. А потом куда это девать?

Н.ЦИСКАРИДЗЕ: Извините.

В.ПУТИН: Пожалуйста.

Н.ЦИСКАРИДЗЕ: Здесь есть большая проблема, о которой Вы говорите, что все разъезжаются.

В.ПУТИН: Я не сказал, что все разъезжаются.

Н.ЦИСКАРИДЗЕ: Нет, что очень большая проблема, когда человек заканчивает учебное заведение и перед тем, как он попадает в какой-либо коллектив, – это в принципе призывной возраст. У нас отсрочка от армии, вот Валерий Абисалович наверняка точно может Вам сказать, приём на работу – вот этот период с мальчиками очень сложный, особенно те, которые ещё учатся, но уже попали под призывной возраст. У нас отсрочка от армии для школ этих уникальных и для многих коллективов театральных, для музыкантов, для танцовщиков отменена. И не все коллективы дают такую отсрочку. Это тоже очень большая проблема.

И в сфере оплаты труда тоже очень большая проблема. Для педагогов, которые работают в этих всех заведениях, она очень серьёзна в двух моментах. Первый момент. Есть учебные заведения, которые принадлежат местному самоуправлению, а есть – федеральные. Вот те, которые принадлежат местному, подчас получают больше зарплату, чем те, которые находятся под федеральным, потому что, допустим, в Москве – Москва доплачивает, а у тех, которые федеральные, если нет гранта, то зарплаты очень низкие. Это тоже очень большая проблема.

В.ПУТИН: Николай Максимович, я как раз об этом сказал сегодня в начале нашей встречи – о том, что мы выделяем дополнительные ресурсы. Надеюсь, что Минкульт грамотно этими ресурсами распорядится, с тем чтобы заработная плата тем, кто для нас является наиболее важным с точки зрения подготовки кадров, работы в других сферах, с тем чтобы люди почувствовали внимание со стороны федерального центра. Первое.

Что касается второго. Я так понимаю, что в некоторых коллективах всё-таки отсрочки предоставляют.

Н.ЦИСКАРИДЗЕ: Вы знаете, даже в таких «мегаполисах», как Большой театр, очень многие молодые артисты в первый год работы пытаются как-то устроиться, чтобы не попасть в армию. Это очень большая сложность.

В.ПУТИН: Я понимаю, что это уникальные специальности. Если вообще не предоставляются, это одно дело. Но, по-моему, всё-таки предоставляются.

Н.ЦИСКАРИДЗЕ: Не везде.

В.ПУТИН: Я и говорю: не везде – значит, где-то предоставляются.

Н.ЦИСКАРИДЗЕ: Точно не могу Вам сейчас сказать, слава Богу, я давно вышел из этого возраста, но проблема эта колоссальная.

В.ПУТИН: Я вернусь к этому. Хочу сказать, что есть и проблема с комплектованием Вооружённых Сил.

Н.ЦИСКАРИДЗЕ: Но у нас не так много людей выпускается.

В.ПУТИН: Я понимаю. Мы уже об этом говорили с руководством Минобороны. И ещё раз вернёмся. Посмотрим, что можно сделать дополнительно. Но я говорю откровенно: как только по одной категории сделаешь исключение – сразу очередь выстраивается на другие категории. Тогда просто некому служить будет.

Н.ЦИСКАРИДЗЕ: Вы абсолютно правы. Вы сказали, что эти школы надо спасти. Но тогда, не дай Бог, если кто-нибудь, кто окончил эту школу, попадает под армию, это в принципе не очень совместимо с той профессией, которую он получил и на что государство потратило такие колоссальные деньги.

В.ПУТИН: Согласен. Есть проблемы. Даже среди моих достаточно близких друзей, так скажем – знакомых, есть такие случаи, когда человек просто для того, чтобы сохранить себя в профессии, должен куда-то перемещаться. Да, это правда. Такая проблема есть. Вернёмся к этому ещё раз.

Галина Ивановна Маланичева. Пожалуйста.

Г.МАЛАНИЧЕВА: Большое спасибо за предоставленное слово, Владимир Владимирович. А особое спасибо я хотела Вам сказать за то, что Вы в своём выступлении в начале сказали об общественно-государственном партнёрстве. Обычным и понятным у нас стал частно-государственное партнёрство, но всё-таки общественных организаций значительно больше. И мы со стороны Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, знаю и ряд других организаций, конечно, были бы совершенно заинтересованы в развитии этого общественно-государственного партнёрства, причём именно партнёрства.

Мне кажется, здесь интересы Министерства культуры тоже могут быть вполне понятными, потому что можно использовать реально готовую структуру, готовое движение, которое занимается не просто любительски охраной памятников истории культуры, а занимается почти профессионально, поскольку привлекает специалистов.

Считаю, что для того, чтобы общественно-государственное партнёрство не было просто словами, совершенно реально – обеспечить общественный мониторинг, осуществление его только силами общественных специализированных организаций, также осуществление общественного контроля, но это посложнее.

Общественная организация должна это выполнять в силу своей общественной структуры. Но тем не менее общественную экспертизу надо бы вернуть. Она существовала, она была. Сейчас государственная историко-культурная экспертиза, я считаю, до конца не продумана, она несовершенна. Аттестация экспертов по-настоящему не проводится, там постоянно идут какие-то перерывы, какие-то преобразования, поскольку Росохранкультура исчезла. То есть появляются те аттестованные эксперты в подвешенном состоянии.

Я бы тоже видела возможным отдать экспертизу общественности при очень небольшой организационной поддержке. Здесь бы и средства были сэкономлены, и, может быть, даже и какая-то коррупционная составляющая исчезала бы при таком подходе. И не только это было бы на откуп отдано, предположим, ВООПИиКу. ВООПИиК не работает один, в тесном контакте работает с «Архнадзором», с другими движениями. Это консолидирующая организация. Мы могли бы эту экспертизу делать гласно, открыто, и уже никакие кулуары, ничего бы тут не спасло. И мы, может быть, всё-таки постарались бы – конечно, только при участии Министерства культуры, при их богатом опыте в этом вопросе – навести здесь порядок. А здесь, конечно, пока у нас сфера такая.

Я надеюсь, что мне завтра на коллегии Министерства культуры удастся поподробнее высказать наше предложение. Я благодарю за предоставленную возможность сказать здесь об этом.

В.ПУТИН: Спасибо. Главное, чтобы хуже не стало.

Г.МАЛАНИЧЕВА: В смысле, с общественной?

В.ПУТИН: Да, говорю совершенно откровенно. Может быть, здесь другая среда, другая ситуация, но в экономике иногда, когда мы передаём на уровень каких-то объединений решение вопросов регулятивного характера, потом проходит время и говорят: верните государственное регулирование. Я спрашиваю почему. Очень много там (здесь, конечно, такого нет) групповщины. Здесь не может быть такого, но проблема есть. Вообще в целом это абсолютно правильно. И в этом направлении точно надо двигаться. Вопрос только в том, чтобы были отработаны детали. Потому что в деталях, как мы знаем, кроется этот, с рогами и с хвостом, прости Господи. Но это правда.

Андрей Владимирович Боков, пожалуйста.

А.БОКОВ: Спасибо, Владимир Владимирович.

Я со светлого и радостного хотел бы начать: с того, что мы недавно все были свидетелями открытия двух мостов поразительной красоты – мостов во Владивостоке. Это действительно редкий, но абсолютно несомненный повод для общей гордости, но мы, строго говоря, не знаем, кто их сделал, совершенно анонимное произведение. Это тот же самый «Реал» мадридский, и мы должны были бы знать имена этих людей.

К сожалению, это всё почему-то в нашей современной актуальной культуре как-то остаётся в тени. Это на самом деле повод, как мне кажется, для пробуждения интереса к тому состоянию, в котором город наш пребывает, архитектура, градостроительство и так далее. Я вынужден напомнить, что архитектура является несомненно фундаментальной частью нашей культуры, не только изобразительного искусства – культуры в целом. Это как раз хранилище того культурного кода, о котором Вы сказали, Владимир Владимирович. Мне легко об этом говорить в этом восхитительном пространстве, это вполне убедительно должно быть, но наши города, к сожалению, это не секрет, сегодня являются средоточием очень многих проблем.

Я не буду их называть, они известны. Это проблемы доступности жилья, транспортные, инфраструктурные и так далее, и так далее, на фоне, в общем, относительного благополучия городов наших соседей. И Вы меня лишили, в общем, возможности говорить на тему о малом городе. Да, действительно, сегодня малый город – это пространство, к сожалению, немалых проблем, и от того, насколько успешно мы подарим этим городам будущее, зависит вообще будущее нашей страны.

Так пространство Отечества сложилось, что это не пространство больших городов – это пространство сообщества городов крупных и малых, и этот баланс нам необходимо сохранить, нам необходимо им сообщить будущее. И это будущее может быть выстроено только на основе развития культурного потенциала, и тогда появится и малый бизнес, и всё остальное, и тогда появится промышленность.

Если мы запустим этот культурный механизм, то мы выиграем. Это как раз ответ на вопрос «что делать?». Это касается и моногородов, это касается и малых городов. Нам надо, и мы можем использовать этот потенциал для того, чтобы сделать малые города более, подчёркиваю – более привлекательными для многих людей, для многих наших соотечественников, чем крупные города. Всё у нас для этого есть. Но это должно быть частью государственной политики, той политики, которая, к сожалению, в этой сфере у нас сегодня практически отсутствует. У нас есть цели, ценности, мы говорим практически об одном и том же, мы отчётливо ощущаем, согласны и солидарны друг с другом. Но это необходимо сформулировать, это необходимо вложить в некий документ, как угодно назовите его: концепция развития малых городов, вообще пространственного развития России, – но это нам нужно.

Территориальное развитие становится для нас сегодня одной из важнейших, одной из ведущих тем. Мы до сих пор получаем рассогласованные отраслевые схемы, территориальные схемы, территориальные не согласованы с отраслевыми и так далее. Это вопрос стратегии.

Есть ещё вопросы, как здесь сказали, которые требуют быстрого, безотлагательного решения, с которыми связана вообще формирование и существование культурного пространства России. Это вопрос нашей нормативной базы, СНиПов, ГОСТов и так далее – к сожалению, чрезвычайно консервативных, затратных, противоречивых документов, и никаких инноваций. В общем итоге никакой комфортной среды мы с вами, к глубокому сожалению, без радикальной трансформации всей этой самой базы не получим, похоже. Это действительно так. Для того (это поразительно абсолютно, это парадоксально), чтобы сделать что-то приличное вроде Сколкова, мы принимаем закон об отмене действия всех СНиПов, ГОСТов и так далее. Только при этих условиях мы можем сделать что-то достойное.

Вы сказали только что о творческой конкуренции как непременном условии развития культуры, отечественной культуры. Но, вообще говоря, современная архитектура нуждается, действительно, в охране, в поддержании не меньше, чем наше культурное наследие. Этот процесс непрерывен. Если мы не научимся с уважением относиться к архитектуре, к архитекторам, если не выведем из-под давления строительного комплекса, из-под строительного пресса, то мы действительно останемся только с наследием – мы не увидим достойной современной архитектуры. Конкурсы, которые питают архитектуру, к сожалению, сегодня практически запрещены 94-м ФЗ. Это те конкурсы, которые дарили нам и новые имена, и новые образы, дарили, наконец, нам всё то пространство, в котором мы сегодня живём. Нам необходимо снова вернуться к этой норме.

И, наконец, последнее, о чём я хотел бы сказать, – из числа таких быстрых и требующих решения актов: это вопрос о саморегулировании в том виде, в котором это сегодня принято. Ситуация тоже не менее парадоксальная. Количество, скажем так, специалистов в области реставрации, мы это знаем, исчисляется десятками, максимум сотнями. Количество свидетельств, выданных юридическим лицам, на выполнение работ в области реставрации, – это десятки тысяч. Десятки тысяч! Кто за этим стоит, мы представляем. Они называются деликатно у нас «коммерческими структурами». На самом деле это структуры, которые не ограничиваются лишь коммерческой деятельностью. Но они сегодня контролируют рынок.

Выход в одном: выход в тех нормативах, в тех стандартах, которые содержатся в замечательном документе – это Протокол ВТО, который Вы, Владимир Владимирович, подписали вместе с приложениями. Там содержится вполне, очень внятно изложенная цивилизованная норма того, как вообще должна проектная практика, архитектурная практика быть организована. Но почему-то параллельно с подписанием этих документов какой-то действует другой тренд, и мы движемся в сторону, прямо противоположную той, что здравым смыслом диктуется.

Не может в стране существовать та система саморегулирования, которая сегодня существует. Свободный рынок должен балансироваться, прежде всего, общенациональным стандартом профессиональной практики. К профессиональной практике должны допускаться только квалифицированные люди, имеющие образование, имеющие опыт и так далее. Так происходит во всём мире. Открытый рынок для строительства, для архитектуры, для городов – это вещь губительная: это то, что ведёт нас к непрофессионализму, к последствиям, которые дают о себе знать, как правило, в перспективе. И все претензии или многие претензии, которые предъявляются сегодня к архитектуре и к архитекторам, на самом деле следует предъявлять к тем непрофессионалам или к тем, кто допустил непрофессионалов, низких профессионалов, слабых людей в профессиональном отношении к работе в городе, к работе с тем уникальным материалом, который являют собой российские города.

Владимир Владимирович, через месяц будет VIII Съезд российских архитекторов. Соберётся 1200 человек высоких профессионалов из всех городов Отечества практически. И конечно, мы бы хотели видеть Вас, слышать Вас, возможно, там и чувствовать Ваше отношение к тому, чем мы занимаемся.

Спасибо Вам.

В.ПУТИН: Спасибо.

Андрей Владимирович, 94-й закон имеет много огрехов, с ним много связано проблем. А в Вашем-то случае чему он мешает, проведению каких конкурсов, я просто не понимаю?

А.БОКОВ: Нельзя: выбирается очень чётко для любого объекта, сколь угодно важного, сколь угодно ответственного, исполнитель – только на основании предложенной цены. Минимальная цена – всё, мы дальше…

В.ПУТИН: Понятно.

А.БОКОВ: Потом серьёзные организации не могут соперничать с теми, которые я назвал, которых деликатно называют там, в Минрегионе, коммерческими. Не могут просто по определению.

В.ПУТИН: В вашей сфере сейчас готовятся изменения, принимаются изменения, Вы как-то знаете об этом? Или вашу сферу никак не затрагивают эти изменения?

А.БОКОВ: Нашу сферу это затрагивает, к сожалению. В общем, с нами не так часто общаются и не так подробно рассказывают о своих планах, как хотелось бы. Те поправки к закону об архитектурной деятельности, которые сейчас выходят, практически не решают тех задач, скорее усугубляют существо тех проблем, которые я назвал.

В.ПУТИН: Вы знаете, тогда нужно вам оперативно подготовить предложения, с тем чтобы Владимир Ростиславович вместе с Министерством экономического развития их проработал. Потому что, конечно, здесь своя специфика существует, но это такая сфера деятельности – она на стыке рынка и творчества.

А.БОКОВ: Вне всякого сомнения.

В.ПУТИН: Да, и этого достаточно. Здесь непросто вычленить, где рынок, где творчество.

А.БОКОВ: Владимир Владимирович, в мире эти вопросы давным-давно решены. Нам не надо ничего здесь изобретать – надо воспользоваться просто теми стандартами, которые Вами же подписаны, в сущности.

В.ПУТИН: Значит, по поводу того, что я подписал Протокол о присоединении к ВТО: я ничего не подписывал, ясно? Я работал над присоединением России действительно, к этому мы шли все, но я не подписывал Протокол – там есть специально обученные люди, которые этим занимаются.

А.БОКОВ: Понятно. Тогда претензии к ним, да?

В.ПУТИН: Но это непринципиальный вопрос. Важно, что Россия присоединилась к ВТО – и должна и будет следовать правилам, которые там прописаны. Но надо посмотреть, надо посмотреть внимательно, как регулируется эта сфера деятельности в других странах – членах ВТО. Действительно, давайте взглянем. Хотя, уверяю Вас, и там разброс колоссальный.

А.БОКОВ: Конечно.

В.ПУТИН: Там колоссальный разброс. Надо посмотреть, что будет эффективно на нашей почве, что называется.

Я прошу меня извинить, я прошу меня извинить наших коллег, которые хотели бы ещё выступить, но нам, к сожалению, нужно заканчивать. Я говорю – к сожалению, потому что разговор интересный, и я чувствую, что, по мере того как мы расходимся, он был бы ещё интереснее и интереснее, потому что всё становится более откровенным, более конкретным.

Обращаю ваше внимание на то, насколько разнообразны темы, которые мы поднимаем сегодня в ходе дискуссии: от чисто нравственных – к почти рыночным. Огромный спектр проблем, огромное количество этих проблем, и каждая из них важна.

Во-первых, хочу вас поблагодарить за то, что вы согласились принять участие в нашей работе и сейчас, и в будущем.

Во-вторых, это значит, что мы правильно с вами делаем, что разбиваем на секции всю нашу работу, потому что она будет более конкретной, и более предметной, и, надеюсь, более эффективной. И уверен, что она пойдёт на пользу всей сфере культуры, всей без исключения, без всяких изъятий. Наша задача только в том, чтобы эти изменения происходили как можно быстрее и как можно качественнее. Уверен, что с вашей помощью и при вашей поддержке мы это сделаем.

Спасибо большое.

Россия > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 25 сентября 2012 > № 655919 Владимир Путин


Россия > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 25 сентября 2012 > № 655919 Владимир Путин

Владимир Путин провёл заседание Совета по культуре и искусству.

Обсуждались вопросы, связанные с актуальными направлениями современной культурной политики и поддержкой творческих инициатив, сохранением, использованием и популяризацией историко-культурного наследия, перспективы гуманитарного развития и творческого воспитания подрастающего поколения, совершенствование практики международного культурного сотрудничества.19 сентября Президент подписал Указ о внесении изменений в Положение о Совете, а также утвердил новый состав Совета и его президиума.

* * *

В.ПУТИН: Добрый день, уважаемые друзья, коллеги!

Совет по культуре в таком широком составе не собирался очень давно. Последняя встреча была в мае 2007 года. Между тем проблем накопилось много, и уверен, что обсуждение будет насыщенным, тем более что состав Совета значительно обновился. Впервые в нём представлены общественные, некоммерческие организации, представители средств массовой информации, работники школьного образования, больше стало коллег и из регионов Российской Федерации.

Подчеркну, что мы старались отразить в Совете всё многообразие культурной сферы России. Но прежде, чем приступить к дискуссиям, хотел бы на некоторые вопросы обратить внимание, на вопросы, которые я считаю особенно важными.

Нужно признать, что у нас всё ещё сохраняется отраслевой подход к культуре. При этом часто мы все забываем о том, что культура является неотъемлемой частью всех сторон нашей жизни и не может существовать сама по себе, в отрыве от людей. Человек формируется прежде всего в культурной среде или бескультурной, как иногда, к сожалению, бывает. Во всяком случае, от качества этой культурной среды прямо зависит то, какими мы становимся и какими становятся наши дети, как выглядит коллективный портрет нашего общества. На протяжении всей истории Российского государства культура воспитывала и обогащала, служила источником духовного опыта нации, основой для консолидации нашего многонационального народа.

Отечественная культура в значительной степени обеспечила авторитет, влияние России в мире, объективно помогла ей стать великой державой. Мы помним об этом и должны эффективно использовать свой гуманитарный ресурс, повышать международный интерес к нашей истории, к традициям, к языку, к культурным ценностям. Мы по праву гордимся российской культурой, её традициями и историческими достижениями. Культура – это, конечно, живой организм, который постоянно развивается и нуждается в притоке новых сил, в живительной творческой конкуренции. Национальная культура не может быть замкнутой, она должна постоянно впитывать новые явления, как говорят сегодня, мировые тренды и инновации.

Думаю, все согласны со мной в том, что наша отечественная культура изначально, со своих первых шагов, и развивалась как многонациональная, по мере того как те или иные народы входили в состав многонационального Российского государства, а на протяжении новейшей истории, безусловно, всегда была открыта всему новому в мире.

Однако наряду с очевидными достижениями в развитии культуры мы всё чаще сталкиваемся и с культурной нищетой, с разного рода подделками и «фастфудом» от культуры. И здесь заложены очень серьёзные риски. В первую очередь они заключаются в том, что мы сталкиваемся с возможностью потери собственного культурного лица, национального культурного кода, морального стержня. Всё это ослабляет и разрушает общество. Обществом, в котором растворена культурная традиция, легко манипулировать. Теряется иммунитет к разного рода экстремистским, деструктивным и даже агрессивным идеям. К сожалению, дискуссия вокруг этой проблемы часто уходит в плоскость нашего излюбленного вопроса «кто виноват», а нам нужно чаще задумываться о том, «что делать».

Сегодня многие деятели культуры обеспокоены снижением в современной системе образования, например, гуманитарной составляющей. Полностью разделяю эту озабоченность. Школа, дошкольные учреждения, университеты не просто передают набор знаний и компетенций – они должны воспитывать личность, учить критически самостоятельно мыслить, чётко проводить грань между добром и злом. Убеждён, важнейшая задача образования – формировать внутреннюю культуру и вкус человека, его ценностные ориентиры и мировоззрение.

Ещё один принципиальный вопрос – как сделать нашу культурную политику предметом настоящего, реального, общественно-государственного партнёрства. Сегодня мы видим много примеров искренних, благородных гражданских инициатив в сфере сохранения национального наследия. Такая позиция, конечно, заслуживает поддержки. Она должна получить серьёзную поддержку, в том числе через такие современные формы, как государственные гранты. Но, конечно, речь не идёт, не должна и не будет идти о том, чтобы государство свалило весь груз ответственности и заботы по этим важнейшим направлениям на добровольцев и общественников. Конечно, только государство может полноценно обеспечить адекватное финансирование проектов, уровень доходов работников культурной сферы, людей, работа которых связана с охраной культурного наследия, с реставрацией памятников, а также создать правовые условия для расширения государственно-частного партнёрства в этой сфере.

Сегодня с утра мы обсуждали с Председателем Правительства вопросы доходов в социальной сфере, у нас общее мнение по этому вопросу. Конечно, на фоне роста, а мы с удовлетворением можем отмечать в целом рост доходов в экономике. У нас в прошлом году, на конец прошлого года, было где-то 24 тысячи (это средняя заработная плата по экономике в России), в этом году будет 26,8 примерно. От месяца к месяцу колебания идут, но где-то под 27 тысяч мы выйдем. В сфере культуры у нас средняя будет в этом году по отрасли 12,8 – более чем в два раза разница. Конечно, это несправедливо. В следующем году мы планировали увеличение заработной платы в отрасли в целом. Индексация на 6 процентов, по сути, по инфляции. Мы решили со следующего года, несмотря на достаточно сложные проблемы с бюджетом, а проблем много, всё-таки увеличить финансирование культуры именно на цели повышения доходов, на заработную плату в объёме 4 миллиардов. Это позволит сделать достаточно заметный шаг, во всяком случае, в этой отрасли, которого за последние годы мы ещё никогда не делали. В среднем повышение произойдёт где-то на 30–33 процента. А если здесь так же, как и в других сферах (я обращаюсь ко всем руководителям учреждений культуры), будут ответственно действовать в направлении реструктуризации (здравой реструктуризации), оптимизации, то повышение заработной платы может быть ещё выше. Я вас призываю действовать именно таким образом. Не с кондачка, конечно, не сплеча рубить, но опытные руководители понимают, что я имею в виду.

Конечно, нужна разработка реально действующих механизмов, которые позволят использовать историко-культурное наследие эффективно и бережно. Считаю, что нам нужно существенно ускорить формирование чёткой системы государственного учёта и общественного мониторинга культурного наследия и в целом перейти от охраны отдельных объектов к комплексной охране центров исторических городов и поселений.

И особое внимание следует уделить, конечно, малым городам России с их уникальной культурой, с их культурным духом. Кстати, именно здесь кроется и мощный ресурс для развития туристической сферы с её колоссальными возможностями для малого и среднего бизнеса, для создания десятков тысяч новых рабочих мест. Прошу Министерство культуры в тесном контакте с Советом по культуре предметно заняться и этим вопросом, отразить все существующие проблемы и пути их решения в государственном докладе о состоянии объектов культурного наследия народов России, который уже в октябре должен быть впервые представлен в Правительство и открыт для широкого общественного обсуждения.

Подчеркну, что в таких чувствительных, острых темах, как сохранение культурно-исторического наследия, механизмы общественного контроля, экспертной оценки, дискуссии должны использоваться максимально. Это объективные требования времени, осознанная политика вовлечения в дела страны и принятие ключевых стратегических решений как можно большего числа наших граждан. Современные информационные технологии дают возможность это делать эффективно.

При этом считаю, что открытой и доступной должна быть и деятельность государственных структур, но не только их, а они должны работать совместно с общественными организациями, в том числе, конечно, имею в виду и наш Совет, да и другие советы гуманитарного характера при Президенте. Они должны стать эффективным инструментом обратной связи, согласования интересов различных профессиональных и общественных групп. Полагаю, что можно создать и интернет-портал, где будет отражена текущая работа советов и их результаты, весь ход выполнения принятых поручений. Я предлагаю Совету по культуре здесь стать первопроходцем, тем более знаю, что у многих из здесь присутствующих есть интересные инициативы, мы предварительно их обсуждали. Думаю, что они действительно являются интересными.

Безусловно, поддерживаю идею о создании в составе нашего Совета четырёх комиссий. Их задача придать практическую, конструктивную направленность всей нашей работе, а не так, чтобы мы только раз в полгода или раз в год собирались и говорили по общим проблемам. Четыре такие подкомиссии, безусловно, востребованы, я согласен с авторами этой идеи. Необходимо привлечь туда общественность, экспертов, всех заинтересованных и просто неравнодушных граждан. В ходе заседания обязательно обсудим форматы работы и первоочередные задачи этих комиссий.

Я знаю, что сегодня много желающих высказаться. В предварительном порядке коллеги обсуждали с присутствующими много вопросов, которые представляют большой общественный интерес, а не только отраслевой. Поэтому давайте перейдем к работе.

Слово Владимиру Ильичу Толстому. Пожалуйста, Владимир Ильич.

В.ТОЛСТОЙ: Спасибо большое.

Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые члены Совета, все участники нашей встречи!

Прежде всего мне хотелось бы поблагодарить всех за тот поистине, не побоюсь этого слова, огромный интерес и энтузиазм, который вы проявили при подготовке сегодняшнего заседания. Вижу в этом большое доверие к институту Совета при Президенте и очевидное свидетельство готовности к серьезной работе. Особенно важно, что инициатива по выработке новой политики государства в области культуры исходит именно от Президента Российской Федерации.

Совет при Президенте – это инструмент, с помощью которого вырабатываются и внедряются в жизнь важные решения. И от того, как будет организована его работа, от содержания его деятельности, от того, каким будет взаимодействие Совета, в частности, с первым лицом государства, зависит качество принимаемых решений.

Мы должны действовать предельно ответственно, должны действовать в интересах всего государства, а не в интересах отдельных групп профессионального сообщества, находить консенсус по всем значимым вопросам, вырабатывать согласованные решения, а не решать свои частные вопросы и не использовать Совет как площадку для самопиара. Наши предложения главе государства должны быть качественно проработанные в тех самих комиссиях, четырех комиссиях. Я позволю себе их назвать.

Современная культурная политика и развитие творческих инициатив – первая комиссия. Вторая – гуманитарное развитие, художественное образование и творческое воспитание подрастающего поколения. Третья – сохранение, использование и популяризация историко-культурного наследия, развитие культурно-познавательного туризма. И четвёртая комиссия – международное культурное сотрудничество во всех его аспектах.

Именно в комиссиях и пойдёт основная подготовительная работа. Президенту мы должны предлагать только те решения, которые прошли широкое общественное обсуждение с участием экспертного сообщества, заинтересованных социальных групп, затем одобренные членами Совета. Нам необходимо наладить конструктивное взаимодействие с Министерством культуры Российской Федерации, с другими министерствами и ведомствами, с Государственной Думой, Советом Федерации, с творческими союзами и общественными организациями. Жизнь меняется стремительно. Новые задачи, впрочем, как и проблемы, возникают чуть ли не каждый день. И поэтому нам предстоит существенно скорректировать формат работы Совета, повысить прозрачность и публичность его деятельности, а также создать условия для удалённого взаимодействия членов Совета.

Одним из способов достижения этих целей может стать, как предложил Владимир Владимирович, создание специального интернет-портала, на котором будут размещены не только страницы комиссий и рабочих групп, но и всех членов Совета индивидуально, своего рода онлайн-отчётность о деятельности структурных подразделений и членов Совета по культуре и искусству. Внешняя оценка этой работы будет в обязательном порядке учитываться при ежегодной ротации состава Совета. Предполагается, что ежегодно будет происходить обновление состава Совета за счёт тех, кто как-то не будет проявлять активности в его работе.

Полагаю также, что необходимо изменить порядок рассмотрения вопросов и процедуру подготовки к заседаниям, сначала коллективно определять круг наиболее серьёзных проблем в сфере культуры, затем формировать и обеспечивать необходимыми организационными ресурсами комиссии и рабочие группы, которые будут вырабатывать варианты решения проблем. Далее переходить к стадии обсуждения предложений и только после их детальной проработки выносить наиболее важные вопросы на обсуждение Совета с участием Президента. Вопросы, требующие срочного решения, а такие тоже могут возникать, обсуждать на президиуме Совета и докладывать Президенту.

Почему как никогда важна работа именно нашего Совета, Совета по культуре и искусству? Мы должны, это просто моё личное мнение, открыто признаться себе в общем духовном нездоровье. И стыдиться тут нечего. Поставить диагноз, назвать болезнь – значит, уже начать путь к исцелению. Конечно, это не только наша проблема, весь мир стоит на тревожном пороге, и человечеству рано или поздно предстоит-таки сделать выбор между дальнейшим ростом безудержного потребления, а значит, неминуемой духовной смертью, и переменой векторов развития и ценностных ориентаций. Приходит пора культуры не как надстройки над базисом экономики, промышленности и хозяйства, а как первенствующей и определяющей основы государственного строительства.

Культура за века существования накопила такой духовный потенциал, за которым неизбежно должен был начаться и новый этап человеческой эволюции, который определит и международные, и межконфессиональные взаимодействия народов. Хорошо, если именно Россия скажет об этом первой. Убеждён, у нас есть этот исторический шанс. Давайте для начала поставим себе задачу: как минимум утроить наш культурный ВВП. Для этого нам нужны вера в прекрасное, верный выбор приоритетов и высшая воля Президента.

За работу, коллеги!

Хотелось бы, чтобы смогли высказаться все желающие, поэтому очень прошу каждого, кто берёт слово, не быть эгоистом и строго придерживаться заданного регламента. Краткость, как известно, – самая близкая родственница таланта.

Спасибо большое.

В.ПУТИН: Спасибо большое, Владимир Ильич. Очень, по-моему, хорошее вступление, но не могу не отреагировать на почти последнюю Вашу фразу. Вы сказали, что безудержный рост потребления неизбежно приведет к смерти...

В.ТОЛСТОЙ: Духовной. А духовная смерть – это не значит…

В.ПУТИН: Да, к духовной смерти. Но это значит, что если мы будем лучше жить, то мы духовно загнемся?

В.ТОЛСТОЙ: Нет. Если мы заменим одни ценности на другие, значит, мы себя обедним.

В.ПУТИН: В этом смысле. Хорошо. То есть повышение заработной платы не отменяется. (Смех.)

В.ТОЛСТОЙ: Только приветствуется, особенно в нашей сфере.

В.ПУТИН: Хорошо. Спасибо.

Александр Николаевич, пожалуйста.

А.АРХАНГЕЛЬСКИЙ: Уважаемый господин Президент! Уважаемые коллеги!

Я постараюсь уложиться в пять минут. Хотя бы это правило, а культура признает правила, я постараюсь соблюсти.

Итак, конечно, будут конкретные предложения, конкретные выступления, но я скажу несколько принципиально важных вещей. Когда мы говорим о культурной политике, мы говорим не о том, чтобы просто профинансировать всё подряд, всем понемножку, как это часто бывает: размазать ровным слоем по всей стране, когда все живут, но никто не развивается, никто не движется вперёд. Должны быть какие-то приоритеты, когда понятно, на что, на какие направления сделана ставка и по каким критериям эти ставки сделаны, а дальше уже какие-то конкретные решения можно предлагать.

Мне кажется, что если выбирать такие приоритеты, то надо исходить из простого посыла, что Россия – это страна великого наследия и великого модерна, поэтому здесь не может быть ни охранительной культурной политики, в плохом смысле слова (не сохраняющей, а именно охранительной), ни революционной, ни авангардной, потому что сохранение через развитие – это наша, мне кажется, формула.

В связи с этим, мне кажется, было бы очень важно выделить такие приоритеты и поддержать их, может быть, через грантовую систему, связанную систему, потому что грант предполагает условия, на которых он выдаётся. И вот такой идеологией, большой какой-то грантовой программой, мне казалось бы, могло бы стать втягивание всего нашего великого наследия в современность.

Музеи могут и должны превращаться в площадки детского и подросткового творчества, создавать вокруг себя систему разнообразных кружков.

На территориях усадеб должны проходить не только фестивали джаза, но там должна кипеть жизнь современной русской литературы, как это происходило у Владимира Ильича [Толстого], пока он был директором Ясной Поляны, и сейчас происходит.

Пусть современные художники работают (это грантовая система) на территориях великих усадеб, как это было в эпоху модерна, причём разные: и традиционные, и акционисты.

Разойтись по углам и не видеть друг друга проще, чем выстроить какую-то сложную систему.

При этом абсолютно ясно, что очень важным, например, грантовым конкурсом, с моей точки зрения, в цифровую эпоху мог бы стать конкурс по выкупу авторских прав на электронные версии книг, мультфильмов и фильмов современных российских режиссеров. Мы боремся с пиратством, понятно, музыканты, но почему государство не может обратить в публичное достояние на какой-то срок важные работы российских авторов в цифровую эпоху и донести это всё до библиотек? Причём библиотека может превратиться из центра, где не только хранятся книжки, в центр, где обсуждается и кино, и музыка.

В 90-е годы, мы знаем, главной проблемой библиотекарей было, как выстроить хранилище. Были истории совершенно фантастические. Одну из них никогда не забуду. Покойный директор публичной библиотеки, Российской национальной библиотеки, Зайцев, не имея денег, а у него уже была построена первая очередь хранилища, котлован вырыт (вы знаете, что если котлован вырыт, то всё, каюк, если дальше не идёт строительство), он выбил нефтяную квоту, продал эту квоту на Российской товарно-сырьевой бирже и на эти деньги достроил.

Сегодня другие проблемы. Сегодня проблема не хранилища, сегодня проблема цифрового контента, потому что туда люди будут приходить, только если это им будет предоставлено.

Если мы встаём на этот путь, проектно-грантовый, то тогда, конечно, нужно преодолевать законодательные и ведомственные барьеры, отраслевой, как Вы выразились, подход, потому что, скажем, наша школа в отличие от многих других школ не даёт задания школьнику: пойди в библиотеку и вместе с библиотекарем подготовь реферат, доклад или эссе. Деньги как идут? Они идут за счёт часов на дополнительное образование, которое вместе со школьником, как рюкзачок на плечах, переходит к библиотекарю – библиотекарь включается в школьный процесс.

Вообще задача формирования культурной среды обитания, задача формирования сложного человека для сложной эпохи не решаема без переплетения систем образования и культуры. Вот этот барьер, который сейчас довольно суров, мне кажется, должен быть преодолён. Может быть, Совет по культуре и его комиссии, свободные от ведомственной принадлежности, могли бы в этой задаче преодоления административных барьеров стать площадкой сотрудничества ведомств. Могли бы стать.

Если идея установки на приоритетные проекты верна, то нужно сразу сказать о правиле, которое придётся соблюдать, чтобы избежать соблазна ручного управления: это правило длинной руки. Государство поручает чиновникам устанавливать общие рамки конкурсных проектов, формулирует цель, определяет экспертов, которым оно доверяет, но конкретные критерии отбора – от идеологических до эстетических – эксперты вырабатывают самостоятельно. Если им доверяют. При этом, в свою очередь, экспертное сообщество не участвует в распределении средств, никогда. Каждый занимается только своим делом. И такой большой грантовый проект, конечно, не может осуществляться без государственно-частного партнёрства, без включения фондов, без привлечения частной инициативы.

Несомненно, опыт, накопленный в этой сфере частными фондами, занимающимися культурой, неоценим. Здесь Лариса Зелькова, роскошная программа поддержки и развития музеев в регионах. Есть фонд Зимина, который занимается поддержкой науки. Накоплен опыт, причём опыт продвижения в регионы. Опыт, не когда всё сосредоточено в Москве, в лучшем случае ещё в Петербурге, а когда все эти проекты идут в регионы, и региональные проекты начинают развиваться.

И последнее, о чём я хотел бы сказать: целью государственной культурной политики, которую я бы сформулировал как сохранение через развитие, её главным выгодоприобретателем является не художник, не инфраструктура, а гражданин, потому что культура – это не среда обеспечения досуга, а это одно из основных прав человека. И государство здесь не просто обязано, оно имеет право осуществлять эту политику в интересах гражданина.

Спасибо.

В.ПУТИН: Я позволю себе сделать одно бюрократическое замечание, комментарий. Александр Николаевич всё верно сказал, но только был такой оборот речи применительно к аудиопродукции, что абсолютно точно аудиопродукцию надо развивать, мы боремся с пиратством, но… Вот здесь «но» никаких нет и быть не может. То есть мы боремся с пиратством. Точка. Будем развивать все виды нашей деятельности, в том числе аудиопродукцию, в полном соответствии с действующим законодательством, и благоприобретателями, конечно, должны быть граждане, но и художники в широком смысле этого слова. Их права нельзя нарушать. Если мы опять отвернём назад, опять две копейки будут художники наши получать, в современном мире у нас это не работает. Мы страну не закроем, у нас ничего не будет, всё уйдёт туда, где созданы наиболее благоприятные условия развития.

Ещё Александр Николаевич очень верную мысль, мне кажется, сформулировал, по поводу того, что нельзя размазывать всё ровным слоем. Хочу вернуться к возможному повышению заработной платы. Мы сейчас и с Министром разговаривали, и с вице-премьером, с Ольгой Юрьевной Голодец говорили. Вот эти деньги, которые мы выделяем, четыре миллиарда дополнительно, они могут поднять уровень заработной платы в отрасли примерно на 30 процентов, может быть, даже больше, но, естественно, не для всех категорий работников. И Правительство должно будет принять решение, где сколько добавить. Я надеюсь, что прежде всего вы обратите внимание на тех людей и на тех работников в сфере культуры, которые получают наименьшие заработные платы сегодня, а это библиотекари, некоторые другие работники, работники музеев, например, и так далее. Там вообще запредельно низкий уровень заработной платы. Но, повторяю, это компетенция Правительства целиком и полностью, вы сами определитесь. Надеюсь, что это будет сделано целесообразным образом.

Спасибо большое, Александр Николаевич.

Фокин Валерий Владимирович, пожалуйста.

В.ФОКИН: Спасибо.

Я хотел бы обратить внимание на такой, по-моему, чрезвычайно важный вопрос: как нам привлечь более активно новую аудиторию, прежде всего молодёжную аудиторию, к культуре? Потому что здесь очень часто традиционные способы уже не работают. Каким образом привлечь, как от пассивного потребления перейти к творческому созиданию, как вовлечь в творческий процесс новое поколение зрителей, мне кажется, это сегодня чрезвычайно важный вопрос. Нам совершенно очевидно, что если мы имеем человека, который без культурного фундамента, он не способен решить никакие новые, инновационные задачи, это совершенно естественно, и быть креативным, что бы мы про это ни говорили. И вот здесь, мне кажется, художественное, подчёркиваю, художественное освоение медиапространства – это очень важная тема и очень важная проблема, потому что мы сейчас мало, почти ничего не делаем в этом отношении. Важно использование инновационных технологий именно для создания какой-то модели интернет-арта, где художественный продукт не только транслируется (это сегодня уже очевидная вещь), но и создаются оригинальные художественные произведения для интернет-вещания.

Более того, когда мы можем, а сегодня техника это позволяет, создавать в режиме онлайн некий художественный продукт, который при всяких различных перформативных возможностях электронных технологий позволяет создать отдельный сюжет в режиме онлайн, вот это совершенно новая история, которая, безусловно, может быть интересной и важной. Открывается возможность для формирования какого-то другого социально-художественного контекста, какой-то даже социально-художественной терапии. Сегодня, конечно, очевидно, что главное не только формировать базы данных, насыщать информационное поле культуры (это понятно), но очень важно, чтобы мы прокладывали пути к такому сотворчеству, именно интерактивному сотрудничеству. Просто оснастить компьютерами и всевозможными технологиями – это ясно, а вот чтобы они были освоены художественно, это, мне кажется, вопрос очень важный.

И здесь мне представляется важным, конечно, что должны возникать союзы, такие партнёрские долгосрочные отношения между наукой и творческими учреждениями, потому что жизнь подсказывает, что мы не двинемся дальше.

Мы будем открывать весной наш центр, наш театрально-образовательный комплекс, который с Вашей помощью мы должны закончить, Владимир Владимирович, и там будет медиацентр. Мы сейчас работаем с питерским исследовательским университетом информатики, то есть мы готовим новые программы. Я думаю, что, может быть, мы весной даже какую-то часть этой работы сможем продемонстрировать. Но, конечно, этот творческий союз между культурой, искусством и наукой сегодня необходим.

Нам помогает Министерство культуры, и мы надеемся, что оно будет продолжать оказывать нам внимание.

Хотел бы ещё одну вещь сказать. Развитие инновационных моделей не отрицает ни в коем случае поддержку традиционных форм и учреждений нашей культуры, потому что сегодня огромный вред приносит абсолютизация авангардизма и псевдоноваторства, которые, надо сказать, достаточно агрессивно себя иногда, особенно в репертуарном театре, я говорю про свою отрасль, позиционируют. Всё-таки новое и традиционное искусство не должны замещать друг друга. Это вроде банальное правило, тем не менее оно сегодня очень актуально, потому что не вместо должно быть, а вместе. Вот это очень важно, традиции и новаторство должны существовать в действенной взаимосвязи. Это очень важный момент.

И последнее. Мне кажется, что сегодня надо как-то направлять политику на сохранение уходящих традиций, но и на создание, конечно, новых инфраструктур, потому что нам надо защищать старые смыслы и рождать новые. И такие, условно говоря, клубы культуры, или клубы культуры нового типа, особенно в регионах, были бы чрезвычайно важны, они могли бы возникать на базе действующих уже театров малых городов. Здесь сидит руководитель из города Тары, из Сибири, где небольшой театр, тем не менее театр стал центром культуры, он привлёк сразу людей. Женщины, я знаю, туфли стали покупать, им стало куда ходить, они захотели выглядеть по-другому. Театр стал центром культуры. При определённом вложении и развитии он мог бы стать определённым центром, а не только театром. Также это может быть в школе, которая действует как некий очаг культуры, или в библиотеке. То есть вот такие клубы – это было бы очень здорово. Если бы можно было создать два-три каких-то пилотных проекта в регионах, построив такие многопрофильные культурные центры…

Сейчас у нас уже есть в России залы-трансформеры, которые могут использоваться в зависимости от разных задач по-разному, они просто переформатируются в зависимости от задач. Они могут работать и на кружки, и на балы, и на площадки, куда приезжают гастролёры, и на видеопрограммы, и на кинопоказы. Один зал, который может быть даже перегорожен некоей стенкой, это технически возможно, где вообще несколько мероприятий проходит одновременно. Вот если бы можно было это как-то в поручении записать, если на то будет Ваша воля, мне кажется, это очень интересная история и современная.

Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо за предложения. Мы их сформулируем соответствующим образом, чтобы могли реализовать это. Спасибо большое.

По поводу псевдоноваторства. Да, это очень актуально. Но это, собственно говоря, всегда происходит, когда – бум, ворота открываются настежь, когда вчера было ничего нельзя, а сегодня всё можно. Это зависит от уровня общей культуры, авторов, скажем условно, что они выдают в качестве результата своей творческой деятельности. С этим, к сожалению, часто бывают проблемы. Не только у нас.

Спасибо.

Пожалуйста, Трубочкин Дмитрий Владимирович.

Д.ТРУБОЧКИН: Спасибо.

Уважаемый господин Президент! Уважаемые участники заседания!

Я затрону две болевые темы, естественно, кратко. Во-первых, культурное наследие. Важнейшая задача по отношению к культурному наследию сегодня – превратить его в мощный ресурс развития, в том числе экономического. Наше наследие огромно, его ценность возрастает со временем. Чем памятник древнее, тем он ценнее. Сегодня есть планы снять большое число памятников с федерального финансирования, потому что бюджета на всех не хватает. Это и понятно, это и возможно, но столь ответственный шаг надо подготовить, а такую подготовку может взять на себя только государство.

С чего начать? Кажется, всё мы знаем в нашей стране, но до сих пор не знаем, сколько в нашей стране памятников. До сих пор! Надо их посчитать. Их надо посчитать, учесть, опубликовать, потом уже дальше передавать в любые бюджеты.

Предлагаю, первое, объявить всеобщую перепись памятников архитектуры Российской Федерации с участием общественных организаций, активистов, учёных, Общества охраны памятников, органов охраны, обставить эту перепись со всей помпой, свойственной для переписи населения, с молодёжью, горнами, барабанами, галстуками и так далее. И я уверен, что результаты всех поразят. Методику такой переписи можно очень быстро составить в достаточно короткие сроки с участием экспертного сообщества Института искусствознания, других институтов. Полагаю, что это важно.

Второе. Здесь я хочу привлечь ваше особое внимание, главный инструмент учёта по законодательству – Единый государственный реестр памятников, который введён законом от 2002 года. Для своего времени он был выстрадан. Сейчас он пополняется невозможно медленно. Чтобы сегодняшними темпами ввести в реестр все памятники России, потребуется не менее 1500 лет. Печально думать, что мы настолько не доживём до справедливости. И причина не в том, что люди нерадивы – сам реестр памятников как система стал сдерживающим фактором.

Для чего реестр памятников? Чтобы дать всю полноту информации о каждом конкретном памятнике. Как эту информацию собрать? Оказывается, надо извлечь, свести воедино сведения, которые уже собраны или должны быть собраны другими организациями в других источниках, в своде памятников, в земельном кадастре, в реестре недвижимости и так далее. Надо ли за большие государственные деньги заготавливать реестр, который будет дублировать результаты других ведомств? Полагаю, что нет. Не надо дублировать эти сведения и возлагать эту задачу, этот непосильный груз на одно только Министерство культуры. Вопрос ведь межведомственный. Пусть сведения о памятниках вносятся во все реестры, куда они должны вноситься, государство может довести до ведомств списки объектов, которые требуют скорейшей фиксации. Откуда брать списки, откуда брать описание памятников, откуда брать их ценностную категорию, которую так прекрасно знает мой уважаемый коллега по Институту искусствознания Владимир Дмитриевич Сарабьянов, чрезвычайно важный показатель сейчас, который требует исследования? Из научного свода памятников, который создаётся с 60-х годов. Работа ведётся огромная, это база мирового уровня, и она ещё не использована в своём потенциале.

Быть может, имеет смысл, если уважаемый господин Президент сочтёт возможным, сформулировать в качестве поручения провести работу по межведомственной координации, с тем чтобы оптимизировать учёт и регистрацию памятников с возможностью избежать дублирования в государственных реестрах. Привлечь для переписи огромные силы – это прекрасный повод для сотрудничества общественных организаций с государством, объединения всех людей ради общего дела и, наконец, распространить живую деятельность по составлению научных сводов России, чтобы сделать их опорой списочного состава памятников. Это и возможно, и эффективно. Именно здесь, как модно сейчас говорить, возможен быстрый старт. Это первый момент.

Второй – очень короткий. Развивая одну из тем, которую поднял Валерий Владимирович Фокин, я хотел поставить такой маленький красный флажок, флажок тревоги на пространстве культурных инициатив. Сейчас предпринимаются крупные инициативы, в которых реализуются установки современной культурной политики, реализуются очень ярко, но одновременно государство выступает учредителем многих организаций и коллективов, созданных задолго до того, как были сформулированы сегодняшние приоритеты культурной политики. Я хочу обратить внимание ведомств, ответственных за культуру. Быть ответственным учредителем не менее важно, чем затевать громкие инициативы. Настоящий потенциал культуры кроется не в инновационных прорывах с иллюзорно быстрыми результатами, а в долгом и кропотливом совершенствовании системы приобщения к ценностям через воспитание и образование.

Мы сейчас ощущаем всплеск активности по отношению к организациям культуры. Здесь сказывается установка финансовых ведомств, понятно и рационально, бюджет ориентирован на результат. Благородная задача, чтобы творцы не ели государственный хлеб задаром, это важно, но надо быть очень острожным с этой формулой применительно к организациям культуры. Почему? Ответственно отвечаю: никто в мире до сих пор не предложил убедительного метода измерить результаты деятельности организаций культуры. Результат в культуре наступает долго, незаметно, неотвратимо и затрагивает всё общество в целом.

В мире сейчас множество документов, предостерегающих измерение результатов деятельности театров, гуманитарных институтов, других организаций культуры с помощью очень простых числовых показателей. У нас же стремление измерить эффект культуры в цифрах, мне думается, только крепнет.

Может быть, имеет смысл в состав направлений работы одной из комиссий, которую возглавляет уважаемый советник по культуре, внести как направление ещё не закончившуюся историю формирования методики оценки результативности организаций культуры? Дело не завершено, и было бы замечательно привлечь к созданию этой методики широкие общественные силы, экспертные силы со всех сторон.

Не вдаваясь в дискуссию, завершая, я предложу лишь один тезис в конце. Культурная среда – это общественное достояние. Роль государства не должна сводиться к тому, чтобы торопливо затачивать коллективы творцов под нужды современной культурной политики. Наоборот, государство в первую очередь должно выступить покровителем сложившейся сети организаций. Если так, то приоритет государства неизбежно переместится от институциональных реформ к кропотливому, очень важному совершенствованию системы воспитания и образования через культуру на базе сложившейся сети организаций, развивая её. Здесь, я думаю, лежит главный приоритет гуманитарного развития.

Очень благодарен уважаемому господину Президенту, что профильная комиссия по гуманитарному развитию создана при Совете по культуре.

Благодарю вас за внимание.

В.ПУТИН: Спасибо.

Несколько вопросов. Если позволите, я сразу буду реагировать, чтобы потом не делать длинного заключительного слова. Где можно и целесообразно, я сразу бы ответил.

Один из тезисов – государство сокращает количество объектов, финансируемых из госбюджета, в связи с отсутствием финансовых средств. Не совсем точно. Средств всегда не хватает ни на что: ни на космос, ни на культуру, ни на образование. Денег не хватает всегда и на все отрасли. Сокращение финансирования идёт не в связи с тем, что государство не может или не хочет финансировать. Мы в какой-то период времени в эти реестры (особенно федеральных культурных объектов) записали столько зданий и сооружений, столько памятников, что внимание к ним невозможно проявить. Даже не в деньгах дело, а во внимании. Невозможно уделить им необходимое внимание не со стороны федерального центра, а, скажем, руководители регионов могли бы и сделать, но не имеют права по действующему закону, потому что их тогда начинают обвинять в том, что они нецелевым образом тратят деньги. И по просьбе регионов идёт достаточно большая, длинная и тяжёлая работа по передаче из федерального уровня на региональный этих объектов. И делается, ещё раз хочу подчеркнуть, по просьбе регионов. Прежде всего это касается, конечно, Москвы, Петербурга, некоторых других городов-миллионников, ну и, может быть, небольших городов, где есть такие крупные объекты, как раз с целью сохранения этих объектов, придания им должного вида, с тем чтобы они работали на общество. Вот этим объясняется такой пересмотр списков.

По поводу дублирования. Полностью с Вами согласен и обращаю внимание наших коллег, Министерства культуры прежде всего. Это само министерство должно определить и курирующий вице-премьер, Председатель Правительства должны определить этот формат работы. Конечно, наверное, всё стаскивать в одно ведомство и не нужно, но должен быть какой-то координатор. Но, повторяю, я сейчас не готов сказать, насколько целесообразна та или другая форма работы. Но мне думается, что Вы правы: всё затаскивать в одно ведомство достаточно сложно. Лучше заниматься координацией того, что есть.

И я не очень понял по поводу того, что государство выступает часто учредителем в различных организациях. Я не понял: и что? Это плохо, хорошо? Что Вы хотели сказать?

Д.ТРУБОЧКИН: Это очень хорошо. Думаю, что сейчас одна из важных позиций, которой должно придерживаться ведомство, – не забывать о должности ответственного учредителя, что они пекутся о своих организациях.

В.ПУТИН: То есть там, где государство является учредителем, оно, государство, должно эту функцию учредителя выполнять, и ответственно исполнять. Да, конечно, согласен.

И есть ещё один очень важный, принципиальный вопрос, который был поднят нашим коллегой. Он действительно является абсолютно принципиальным. Это оценка результатов работы и вслед за этим финансирование по результатам. Во многих, если не во всех социальных сферах: и в образовании, и в здравоохранении, и в других отраслях – это абсолютно правильно, потому что от того, насколько качественная услуга предоставляется, зависит и должно зависеть, идут туда люди или нет. Идут в учреждение люди, значит, качественно. Ну тоже приблизительно, конечно, можно определить, но тем не менее. И туда деньги за человеком, за пациентом. Подушевое финансирование.

В культуре это не работает или часто не работает. Допустим, у нас репертуарный театр. Совсем не значит, что на какие-то произведения люди идут толпой и билетов не достать. Но это тоже совсем не значит, что спектакль нам не нужен. И мы с вами понимаем почему. Он должен быть в репертуаре и должен найти своего зрителя. Это принципиальная вещь. В культуре так не работает, как в других отраслях. И вот на это мы точно совершенно должны обратить внимание, абсолютно точно. Спасибо большое.

Пожалуйста, Шолохов Александр Михайлович.

А.ШОЛОХОВ: Уважаемый господин Президент! Уважаемые коллеги!

Не стоит в этой аудитории лишний раз напоминать о значении историко-культурного наследия и о том, что его уничтожение самоуничтожительно. Всё это в том или ином виде за последнее время звучало неоднократно, и тревожит как раз отсутствие какой-то внятной реакции и заметного изменения отношения со стороны государства к своему наследию. Поэтому особенно приятно было в Вашем вступительном слове, Владимир Владимирович, услышать то, что такое понимание есть, и то, что наша работа будет направлена именно на их реализацию.

Действительно, перед каждым человеком, а уж тем паче государством, неизбежно стоит дилемма: с одной стороны, удовлетворение естественных потребностей, экономическое благополучие, с другой стороны, духовные ценности, общечеловеческие цели. Между ними находится услужливо подсказываемое решение: сначала решить экономические вопросы и потом заняться духовными. Однако кажущаяся простота этого решения заключает в себе совершенно порочный круг, потому что когда экономическая составляющая становится целью, то из этого круга уже вырваться невозможно. Денежные знаки самостоятельной ценности по определению не имеют, в то время как историческое, культурное и природное наследие не имеет цены. Большая разница.

Решая эту задачу, государство обязано руководствоваться интересами своего народа. И здесь уместно вспомнить Бердяева, который пророчески указывал на то, что воля народа не есть воля человеческого поколения, это есть воля всего исторического целого, воля всех исторических поколений, не только живущих, но и умерших. В неё входят исторические предания и традиции. Исходя из такого понимания и отношения в качестве важнейшей задачи сегодня видится актуализация нашего наследия, о чём уже сегодня говорили, путём его систематизации, воспитания наследников, которым это наследие нужно передавать, потому что зачастую мы не видим, кто наследники нашего наследия, и передача им нашего тысячелетнего богатейшего опыта.

Не вызывает сомнения, что эта задача должна решаться многими ведомствами и многими силами. Как только что говорил Дмитрий Владимирович, совершенно правильно, это межведомственная задача, её невозможно поручить одному министерству. Естественно, Министерство культуры будет курировать все эти вопросы, коль скоро будет принято решение об их реализации, но без привлечения к участию всех ведомств, которые необходимо к этому привлечь, задача не будет решена.

Я отчётливо понимаю, сколь многопланова эта деятельность, и поэтому остановлюсь практически только на одном направлении – это культурно-познавательный туризм. На сегодня это наиболее востребованный в мире способ присвоения наследия. И без единой национальной системы продвижения объектов наследия, информации, навигации, без деятельной поддержки развития инфраструктуры это направление по-прежнему будет прозябать. Собственный, да и объединённый опыт музеев-заповедников тому подтверждение.

В этом направлении особого внимания требует молодёжный, экскурсионный и волонтёрский туризм. Опыт работы нашего музея показывает, что летние международные слёты, даже с проживанием в палаточных городках, пользуются огромным успехом. Это возможность живого общения и единение, основанное на понимании общей истории и культуры, прошлого и будущего. Стоит ли говорить, что ребята возвращаются из этих поездок другими людьми.

Есть замечательный опыт Калининградской области. Была программа: на условиях софинансирования из федерального и регионального бюджетов ребят возили по стране и показывали Россию. Понятно, сколь это важно именно для Калининградской области. Но ведь это же важно и для всех других регионов (особенно для отдалённых), для Дальнего Востока, для Сибири. Поверьте мне, центральные наши регионы знают о своих соседях не больше, чем калининградцы и дальневосточники зачастую. Думается, этот опыт нужно перенести, как я уже сказал, на всю территорию страны. И это было бы особенно важно с учётом того, что львиную часть стоимости подобных туров, которые музеи-заповедники уже сейчас зачастую организовывают, съедает транспортная составляющая. Без участия государства, в том числе присутствующих здесь организаторов перевозок, это представляется невозможным.

Необходим государственный заказ средствам массовой информации на популяризацию как самих объектов культурного наследия, так и событий, с ними связанных. Когда каждый май в станицу Вёшенскую (задумайтесь на одну секунду) с 10 тысячами жителей съезжается на литературно-фольклорный праздник до 5 тысяч артистов и до 100 тысяч зрителей, меня каждый раз преследует одна навязчивая мысль: неужели трансляция такого события не привлекла бы достаточного количества зрителей для поддержания рейтинга центральных каналов? Но когда задаёшь этот вопрос, то первый ответ: сколько вы нам заплатите за то, что мы это покажем? Я понимаю, что ни один телевизионный канал не может в ущерб себе организовывать трансляцию социальных проектов, но, значит, это нужно решать на государственном уровне.

И отвлекаясь от темы туризма, просто как представитель Литературного музея не могу не поддержать предложение сделать литературу и историю, основы духовного и патриотического воспитания, такими же обязательными предметами, как математику и русский язык. И отчётность по ним не может, не должна быть в форме ЕГЭ. Надо вернуть сочинение и устную форму сдачи экзаменов по гуманитарным дисциплинам. Формализовано всё не может быть.

Надеюсь, что мы сможем доработать мои предложения или хотя бы часть из них до внятных поручений.

Спасибо за внимание.

В.ПУТИН: Спасибо.

Что касается госзаказа на популяризацию общественно значимых проектов и вообще объектов культурного наследия через электронные средства массовой информации, общефедеральные каналы, Вы правы абсолютно. Я даже не уверен, что здесь нужны какие-то дополнительные деньги, потому что эти общенациональные каналы итак получают достаточно неплохую, серьёзную финансовую поддержку со стороны Федерации, со стороны бюджета, потому что они пользуются значительными льготами, в том числе при распространении сигнала. Поэтому с ними просто нужно поактивнее поработать в этом направлении. Мы постараемся это сделать. Вы правы.

Спасибо большое.

Пожалуйста, Ямпольская Елена Александровна.

Е.ЯМПОЛЬСКАЯ: Многоуважаемый господин Президент! Дорогие коллеги! Я счастлива, что многим могу сказать «дорогие друзья»!

Я бы хотела привлечь ваше внимание к такому парадоксу, который сложился, мне кажется, в нашем сознании в отношении культуры в последние годы. Поскольку в течение достаточно долгих лет постсоветского периода культура не была избалована особым государственным вниманием, финансировалась по пресловутому остаточному принципу, то в общественном сознании сложилась, на мой взгляд, обратная формула: всё, что имеет отношение к культуре или хотя бы называет себя культурой, – всё прекрасно, бесспорно, не может быть подвергаемо никакой критике, художник может выражать себя как угодно, в рамках, не зафиксированных Уголовным кодексом, а местами даже и зафиксированных. Мне кажется, что сейчас, когда плотность обид, наносимых культуре государством, как-то резко снижается, нам эту позицию пора бы пересмотреть.

Вы меня извините, но когда я слышу, что наша главная задача – обеспечить доступность культуры, привести её в каждый дом, в каждое село, в каждый малый город, то я начинаю думать: а что именно мы будем туда приносить? Чему именно мы обеспечим доступность? Ведь на самом деле уже есть примеры, когда культурные революции, спущенные сверху, не вызывали у жителей того или иного города ничего, кроме отторжения. Закон о культуре, даже если он будет принят в скором времени, мне кажется, эти проблемы не решает, потому что любой закон – это набор инструментов. А что мы будем строить при помощи этих инструментов: дом или виселицу? За это закон ответственности никакой не несёт. И мне кажется, об этом надо поговорить заранее.

На мой взгляд, можно завезти в каждую деревню по баяну, но заставить людей петь нельзя, потому что поют не от наличия баяна, а от душевной потребности. И эффективность культурной жизни, в моём представлении, описывается не только плотностью выставок, количеством премьер, наградами на международных фестивалях, но в том числе и тем, а станет ли в стране меньше брошенных детей, а снизится ли уровень насилия в семьях, на улицах, будут ли гаснуть или, напротив, разгораться межэтнические конфликты... Врач скорой помощи приехал и не вымогает деньги у больного старика – это культура. Парень хочет пойти в токари, а не в мерчендайзеры – это культура. И если мне скажут, что первый вопрос регулируется Уголовным кодексом, а второй – экономикой, то я скажу, что, во-первых, очень печально, когда Уголовный кодекс заменяет обществу совесть и, соответственно, культуру, потому что, на мой взгляд, настоящая культура состоит в прямом родстве с совестью всегда, а мотивация выгоды всё-таки никогда основополагающей не была для русского человека. И если его заставлять жить по этим законам, то он перестаёт быть русским, а зачастую даже перестаёт быть человеком.

Не только экономика определяет атмосферу в стране, атмосфера может очень благотворно повлиять в том числе и на экономику, когда человек знает, в какой стране он живёт, к чему его страна стремится, от каких нравственных принципов она не откажется ни под каким давлением и к какому общему делу этот человек призван. Вот тогда возникает желание петь.

И нельзя забывать, что главным проводником культуры, а равно и бескультурья, в современном мире являются средства массовой информации. Именно от нас, журналистов, во многом зависит формирование вот этой самой благотворной атмосферы в стране. Но, конечно, тут журналистам нужна помощь и государственных структур (одно Министерство культуры не сможет помочь всем, как оно, например, помогает нашей газете), и общественных организаций обязательно.

И я предлагаю в рамках комиссии по гуманитарному развитию создать рабочую группу по вопросам СМИ. Я понимаю, что мы не сможем уменьшить количество таблоидов в стране, но зато мы сможем, я уверена, поддержать тех наших коллег, особенно в регионах, которые всё-таки руководствуются совестью и пытаются донести до своих читателей настоящую культуру. Я думаю, мы сможем сформировать мнение в профессиональном сообществе, что новость необязательно должна быть плохой, что события в стране не исчерпываются криминальной хроникой, а вся отечественная культура – тремя десятками медийных лиц. Мне кажется, надо начинать уже называть вещи своими именами, собственно, в этом цель пишущих людей. Я предлагаю начать.

В.ПУТИН: Хорошее предложение.

Е.ЯМПОЛЬСКАЯ: Спасибо.

В.ПУТИН: Непросто будет работать тем, кто захочет это сделать в этой группе, вот Станислав Сергеевич вам расскажет почему. Но это будет непростая работа. Спасибо. Спасибо большое.

Я знаю, что много есть желающих высказаться. Я прошу только коротко. Пожалуйста, архимандрит Тихон. Прошу Вас.

АРХИМАНДРИТ ТИХОН: Спасибо.

Уважаемый Владимир Владимирович!

Вы подняли в своей вступительной речи действительно краеугольный вопрос о том, каков будет вектор развития нашей культуры, как правильно сказала сейчас Елена Ямпольская, не только культуры, но и того, что мы называем информационно-гуманитарной сферой, средствами массовой информации. На самом деле этот вектор давно был задан, скажем, Александром Сергеевичем Пушкиным, который сказал: «И долго буду тем любезен я народу, что чувства добрые я лирой пробуждал». Вот этот главный вектор, духовно-нравственный, к сожалению, сейчас иногда забыт, а чаще им просто пренебрегают. И в средствах массовой информации, и во многих явлениях нашей культуры мы видим совершенно противоположное: и культурирование злых чувств, и жестокости, и так далее. Об этом много раз уже говорили, нет смысла повторять: всё это у нас на виду и на слуху.

И, наконец, второй критерий, который у нас есть, – это историческая преемственность в области культуры, образования, воспитания. Да, действительно, нельзя культуру рассматривать отдельно от образования и воспитания. Это тоже на слуху и на виду. Мы видим, насколько упала сегодня обычная бытовая культура.

Наталья Алексеевна Нарочницкая как-то один раз очень хорошо заметила, что если раньше образом России была кроткая девушка, которая стоит у берёзки, с длинной косой, застенчивая, потупив глаза, то сейчас этим образом всё агрессивнее становится пьяная девица, которая стоит у остановки, матерится, извините, в телефон и пьёт пиво. К сожалению, это так. И не уделить внимания бытовой культуре, которая связана и с воспитанием, и с общей нашей культурой, и с образованием, конечно же, мы не можем.

Поэтому представляется необходимым вместе с созданием закона о культуре, который обязательно расскажет и о финансировании, и о проблемах работников культуры, о чём сегодня говорили, обязательно задуматься над тем, что нам необходима либо государственная стратегия в области культуры, образования и воспитания, которая даст эти морально-нравственные в первую очередь векторы и обеспечит историческое преемство, или какая-то государственная концепция, но тоже в области культуры, образования и воспитания. Это два неотделимых документа, и один без другого просто не может существовать.

Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо.

Вы как-то нас просто расстроили. Какая-то пьяная девица пьёт пиво – и образ России. Батюшка, Вы перестарались, по-моему. У нас много современных красивых девушек, которые не злоупотребляют алкоголем. Я знаю, что Вы к этому относитесь очень чувствительно и боретесь с пьянством, мы Вам за это очень благодарны, но не знаю... Мы потом ещё подискутируем.

Карен Георгиевич, пожалуйста.

К.ШАХНАЗАРОВ: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые члены Совета!

Тем не менее тема, задетая отцом Тихоном, меня тоже задела. У меня как-то не идёт из головы эта дикая история в субботу, когда пятерых детей задавил пьяный водитель. Я думаю о том, что, в общем, конечно, в нашем представлении порой культура – это Большой театр, МХАТ. Это, конечно, культура.

Как Гойя говорил, замечательные у него слова были: «Сон разума рождает чудовищ». Вот это воспитанная, вернее, невоспитанная часть поколения, которая не понимает, что за его спинами стоит одна из величайших культур, когда-либо созданных в мире, – российская, русская культура с совершенно блистательными именами, с совершенно фантастическими открытиями, которыми можно гордиться.

Наверное, в этом и наша где-то вина. Наверное, есть какие-то простые, совсем простецкие вещи, которые можно сделать, понимаете? Думая об этом пьяном водителе… Знаете, я в том году с младшим сыном поехал в Петербург, в Исаакиевский собор зашёл. Билет стоит 250 рублей, на двоих – 500. Я не буду кокетничать, я заплачу и за себя, и за младшего, и за старшего сына, но я подумал: из Тверской области приедет школьная учительница даже с одним ребёнком, с двумя, вряд ли она позволит себе пойти в Исаакиевский собор. Может, этот водитель в своё время не ходил туда? Не было возможности у его родителей сводить его. Может быть, это ничему не помогло бы, а может быть, и помогло бы.

Понимаете, у меня ощущение, что всё-таки такие вещи очень важны. Во многих странах музеи бесплатные, в Испании, по-моему, бесплатные музеи, во Франции в Лувре один день бесплатный, в Лондоне, по-моему, Национальная галерея даже для иностранцев бесплатная. Нельзя ли для нашей молодёжи какие-то основные музеи сделать полностью бесплатными? Я понимаю, что музеи должны быть как-то компенсированы, каким-то образом они должны существовать. Но нельзя ли, допустим, не купить одного нигерийского замечательного игрока или камерунского, а эти деньги потратить на поддержку музеев? Может быть, всё-таки в какой-то момент кто-то не наедет на этих детей несчастных, что произошло в субботу? Мне кажется, вот такие мелочи вроде бы, но они очень важные.

Мы говорим о межнациональных отношениях. Мы же практически друг друга не знаем, мы перестали делать то, что называлось раньше воспитанием национальной интеллигенции. Целевые наборы в институте, бесплатно из Казахстана. Сейчас мы сузились, хотя неплохо бы нам работать и с нашими бывшими республиками, понимаете?

Сегодня в кино нет ни одного режиссёра из Дагестана, из Чечни. Я понимаю, да у них нет даже в мыслях, что вообще они каким-либо образом могут попасть в кино. Но надо им помочь, наверняка там есть талантливые, я знаю, что там есть талантливые, способные ребята. Наверное, надо стимулировать это, помочь, организовать какие-то целевые наборы бесплатно, с тем чтобы ребята могли учиться, включить их в русскую культурную жизнь. От них будет очень много пользы, и они нас познакомят со своей жизнью, о которой мы ведь очень мало знаем.

Да, мы ездим, Неделя российского кино во Франции, в Италии, это очень важно, это правильно. Но у меня ощущение, что пора это делать в Махачкале, в Грозном, в Новосибирске, кстати, в Астане, в Бишкеке, откуда приезжают к нам многие люди, которые у нас работают, в Душанбе. Давно театр был, хороший московский театр был в Душанбе или в Махачкале? Вот не знаем. Марина, давно он был? Я понимаю, у театров сейчас нет такой возможности, понятно, но, может быть, надо им всё-таки помогать? В конечном счёте это гораздо дешевле будет в решении тех проблем, которые действительно у нас зреют и созревают, понимаете?

Собственно, мне говорить можно много, но, мне кажется, это очень важно. Хотелось бы, чтобы Совет каким-то образом эти вопросы осветил, ответил и, может быть, принял какие-то ясные, чёткие и быстрые решения, понимаете вот, быстрые решения.

Спасибо.

В.ПУТИН: Да, Вы очень тяжёлую тему затронули, конечно. Я попробовал пошутить в отношении того, что отец Тихон борется с пьянством, но ужасные случаи на дорогах, конечно, нас постоянно к этому возвращают. Работа нас всех нужна более серьёзная именно в плане повышения общего культурного уровня, но и, как Карен Георгиевич сказал, может быть, мы все в этом виноваты.

Вы знаете, мы же часто об этом говорим. Я вначале слегка затронул: ворота открылись, ворота свободы, и мы начали считать, что вообще дозволено всё. Обратили внимание, вот этот преступник, убийца на самом деле, он в разговоре с дознавателями сказал: «Я делаю всегда всё что хочу». Вот эти границы свободы, обязанности и ответственности перед обществом просто размыты целиком. И за некоторые вещи нужно просто карать. К сожалению, по-другому не получается.

Вы приводите примеры так называемых благообразных стран, но там очень жёстко относятся к тем, кто совершает какие-то действия, направленные против интересов общества и государства, конкретных людей, потому что если этого не делать, то вот такие (я не знаю даже, как назвать этот случай) трагедии будут происходить повсеместно. И нам, конечно, придётся ужесточать законодательство в этой области. Не работает то, что у нас сформулировано сегодня. В нашем обществе не работает. Это не значит, что только ужесточением законодательства мы должны заниматься. Мы должны делать гораздо более тонкую и более основательную работу по повышению общего культурного уровня, по всему тому, что мы здесь затрагиваем так или иначе, но и ужесточать тоже придётся, хотя бы в этой сфере.

Что касается того, что в некоторых странах посещение музеев бесплатное, тоже нужно очень аккуратно действовать. Михаил Борисович уже хочет взять слово.

Мы знаем, с какими трудностями сегодня сталкивается Испания. Опять миллионные демонстрации. Почему? Потому что государство не может обеспечить элементарного уровня потребления, к которому люди привыкли, в силу каких-то неточных шагов, мягко скажем, не будем их особенно критиковать, потому что это развитые государства, и нам есть чему у них поучиться, но всё-таки и ошибок допустили очень много в сфере экономики.

Если мы всё сделаем бесплатно, то сможет ли наша сфера потянуть это? Нужно очень аккуратно к этому относиться. Но в чём Карен Георгиевич абсолютно прав, доступность для рядового гражданина к объектам культуры, доступность к основным ценностям, которые в библиотеках, в музеях, в театрах имеют место быть, она, конечно, должна быть более широкой. И здесь государство, конечно, должно поддержать эту доступность. А как поддержать? Субсидировать надо, другого пути нет, потому что перекладывать на объекты культуры, на учреждения культуры невозможно.

Это касается в том числе и гастрольной деятельности. Я знаю, что Валерий Абисалович, несмотря на то, что много времени за границей проводит, всё-таки всё больше и больше сам ездит, коллективы свои возит, я уж не говорю про Южную Осетию, как мы хорошо все знаем, но и по городам и весям России всё чаще и чаще бывает. Валерий Абисалович, так ведь и происходит?

В.ГЕРГИЕВ: Вы знаете, по городам России выступать сегодня интересней, если честно – полезней, потому что можно поучиться нам, а не только поучить. Я никогда не брошу камешек в направлении публики в моём родном Петербурге или моей родной Москве, но, честно, мы неделю назад выступали и в Кемерове, и в Омске, и в Иркутске, и в Самаре, и в Крымске (10 дней назад), в Краснодаре, в Липецке, у нас был такой тур с коллективом, с оркестром и с хором, – я не знаю, где волнение выше. Я начинаю испытывать чувство, незнакомое мне раньше, не только ответственности, но некоторого даже страха, потому что ты видишь, что эти люди ждут какого-то чуда. Нам надо вернуть вот это ощущение и в наши главные культурные столицы: и в Москву, и в Петербург.

Вот сказали о том, что футболистов можно покупать, а можно – перестать покупать по 100 миллионов: может быть, те же самые корпорации будут помогать фестивалю в Иркутске или построят зал в Липецке, где один из самых крупных металлургических заводов в мире. Я об этом говорю и никак не могу себя остановить. Вы знаете, Владимир Владимирович, что мы об этом говорим не первый раз. Не может быть такого, чтобы индустриальный гигант находился в городе, который ещё, может быть, немножко страдает оттого, что гигантом является, если говорить об экологии. В то же время там театрик то ли на 400, то ли на 500 мест – и пока не в очень хорошем состоянии. Думаю, эти вопросы без поддержки руководства страны быстро не решить.

Я даже не знал, буду ли сегодня говорить. Мне очень понятны и близки несколько понятий и тематических задач, которые сегодня сразу были поставлены Вами, Владимир Владимирович. Я связываю, например, такие темы, как наши дети и великая держава. Это уже связка. А что мы сделаем для того, чтобы… Культурная нищета, опять же сразу думаешь о будущем, о наших детях и о нашей великой, безусловно, стране. Что мы сделаем для того, чтобы сейчас эти дети получили необходимый им, может быть, на всю жизнь и на следующие поколения национальный культурный код? И что делать вместо того, чтобы говорить: «А вот нам то-то не дали» – сразу перекладываешь на кого-то…

Я вчера был у Министра финансов, каюсь, тоже говорил, что у нас проблема, нам надо работать в огромном новом театре, как же нам работать там без дополнительного финансирования? Но сейчас я акцентирую на другом.

Есть такая замечательная естественная творческая форма проявить себя, как петь в хоре. Есть также замечательный процесс восстановления национальных святынь – например, слышишь каждый день, а иногда и по нескольку раз в день, что восстанавливают храмы. Я вот подумал сейчас, прямо во время этого разговора, очень интересного, а может, мы как-то соединим традиции Русской церкви и русские музыкальные традиции? Это сёстры родные; может быть, даже мать – это Русская православная церковь и православные традиции, а вот всё-таки и Чайковский, и Прокофьев, и Мусоргский, их очень много у нас, гигантов, они ведь уже дети этой великой традиции. Если бы каждая церковь, каждый храм, который восстановлен на пожертвования… Сегодня огромные возможности у Русской православной церкви. А может, всё-таки повести разговор, вплоть до разговора со Святейшим Патриархом нашим Кириллом, может быть, там чаще будут звучать хоры.

Я не хочу, чтобы в моей стране главный храм прославлялся таким образом, каким он – в кавычках – «прославлялся» недавно. Вот мы были в Костроме не так давно, там уничтожены едва ли не все церкви вообще. А рядом ты видишь гравюру или картину, какой Кострома была 100 лет назад. Контраст страшный просто. И мне кажется, восстанавливая эти традиции и восстанавливая храмы, что здорово, надо сразу думать, чем их наполнять.

А наши дети? Карен сказал сейчас о нашем соборе в Петербурге, действительно величественная конструкция, один из символов Санкт-Петербурга, вот если бы дети считали для себя естественным петь в хоре в России… Почему в Германии, в Лейпциге, в Дрездене, в Мюнхене знаменитейшие детские хоры мальчиков, на весь мир знаменитые? В Англии – я позавчера, вчера выступал, в Англии детские хоры все почти до одного при храмах. Да, у них своя, у нас своя религии. Там это считается естественным, это национальный код, который там не успели или не дали истребить. Мне кажется, надо сделать что-то и Правительству, и, конечно, Министерству культуры, и нам с вами, потому что перекладывать только на Правительство сегодня было бы трудно и не совсем справедливо.

Мариинский театр, наверное, скоро доведёт количество выступлений до тысячи в год. Количество регионов в год будет, наверное, 20–25. Большее напряжение на этот коллектив я уже не могу включить, это уже будет просто «красная зона». Но каждый из нас должен признаться, что государство нас поддерживает и при этом достаточно лояльно и по-дружески даже, может быть, весьма терпеливо говорит: «Вы работаете, мы знаем, что были трудные годы 90-е, мы вам сейчас помогаем». Пришло время, Владимир Владимирович, определить очень точные параметры, эти миллиарды рублей – сколько подразумевают выступлений, сколько новых постановок? Может быть, даже в Мариинском и в Большом подснять один раз? Просто посмотреть, что они делают. Может быть, им надо выступать не потому, что губернатор позвонил или, не дай Бог, произошли события, как в Цхинвале, а может, надо выступать в принципе в России, потому что Россия построила театр, реконструировали Большой, построили новый театр наш, за что огромное спасибо. Будем открываться, даст Бог, в следующем году весной.

Мне кажется, пришло время более жёстких, может быть, и более внимательных аналитических действий. И тогда будет больше справедливости.

Последнее, что я хочу сказать, пытаясь соединить всё прозвучавшее сегодня, самое главное. Мне кажется, что и оценка результатов, и поддержка серьёзных акций… Я не говорю о шоу-бизнесе, я прошу всех считать меня противником того, чтобы российская культура одновременно считалась бы огромным конгломератом чисто коммерческих акций. Всё-таки есть акции, которые, может быть, не всегда привлекают 100 тысяч людей, хотя у нас есть опыт выступать и на 200 тысяч (Поклонная гора, каждый Пасхальный фестиваль – даже в дождь в этом году всё равно 200 тысяч приходят и слушают). Мне кажется, надо считать для нас принципиально важным всё-таки выступления по всей России и всё, что мы можем сделать для детей: это главные приоритеты. Школы без уроков музыки – это постыдное явление. Музыкальные школы, где нет инструментов, – это постыдное явление.

Если сегодня вообразить, что не только музыкальные школы, но и вообще все школы России смогут собрать детский хор в тысячу голосов, я призадумаюсь, сможем ли мы это так легко сделать. Их надо где-то собирать на улицах, они же понятия не имеют, что есть такое понятие «классическая музыка».

А что такое русская классическая музыка? Китай – 20 процентов, наверное, населения земного шара, а китайская музыка звучит – 0,1. Русская музыка: может быть, население поменьше, мы знаем, что это так, а 20 процентов звучащей музыки сегодня по всему миру – русская музыка. Это наше оружие, богатство. Умеем ли мы этим пользоваться как государство, страна? Иногда, но это носит скорее случайный характер, скорее характер чьих-то усилий.

Мой младший друг Денис Мацуев, сибиряк, мы его за это очень любим, он нас купает в озере Байкал и дарит нам громадный свой талант, но я бы его меньше уважал, если бы он не считал для себя самым святым делом сделать фестиваль в Иркутске. Я знаю, что у него и мировая карьера, и здесь его уважают, в Москве, но сердце его всё-таки там. Мне это очень нравится. И каждый из нас очень многое может сделать. У нас колоссальное богатство, у нас пропорция мирового музыкального движения, настоящей великой музыки (туда входит и Бах, и Бетховен, и Моцарт) – это 20 процентов, это моя оценка, а я выступаю в 40 странах в год, наверное.

Нам надо приходить к каким-то более, мне кажется, серьёзным в том числе усилиям по деятельности наших центральных каналов, которые слишком часто носят чисто коммерческий характер. Уж слишком часто для меня. Я не всегда, может быть, вижу всё, что там дают. Но мне, наверное, не везёт: как только включаешь телевизор – коммерция прежде всего, и не всегда высокого качества.

На самом деле я большой оптимист. Я давно не получал такого удовольствия, как от недавних концертов в Сибири. Даже днём в рабочий день в Кемерове битком набит зал, так слушают хорошо, какое-то ощущение очень чистого пространства в зале, нет перегруженной циничной эмоции в этой ауре, понимаете? Вот это мы очень ценим.

Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо.

Валерий Абисалович, как трудно Правительству приходится, понимаете? Не было нового здания театра – плохо, построили новое здание театра – опять плохо, давайте денег на его содержание. Тяжело нам приходится.

В.ГЕРГИЕВ: Я уже даже дошёл до того, что говорю, может быть, подснимем? Видите, так неловко стало от этого.

В.ПУТИН: Такое аутодафе нам не нужно, мы вами дорожим, не надо, не будем снимать ничего. Кстати, Вы приходили по поводу жилищного вопроса. Что-то двигается? Мы с Георгием Сергеевичем разговаривали в Питере.

В.ГЕРГИЕВ: Да, спасибо огромное за внимание к этим проблемам. Даже гиганты, Большой и Мариинский, я говорю об истории, не о нас, которые сегодня там поют или танцуют, просто история сама огромная, испытывают колоссальные проблемы, чтобы задержать лучшую молодёжь, это не так просто. Жить негде, купить квартиры не на что, хотя понятно, что Анна Нетребко уже, скажем, после пяти первых сезонов, слава Богу, мы смогли ей тогда помочь сделать стремительнейшую мировую карьеру, сама решила этот вопрос: она купила себе квартиру около театра. Потом карьера ещё разошлась – она купила себе более комфортабельную квартиру, ещё ближе к театру. Можно сказать, прямо в театре живёт, особенно в новом, просто напротив окна, там 20 метров. Но не всем удаётся совершить этот фантастический прыжок на недосягаемую высоту, как Анечке Нетребко. И тут встаёт вопрос поддержки государства. Наверное, я нахожусь в исключительном положении, возглавляя такой театр, и очень редко стараюсь беспокоить, но я уже не выдержал и недавно (да ещё после Крымска) обратился к Владимиру Владимировичу. Проблема становится огромной, мы не хотим называть фамилии наших юных балерин или танцовщиков (ребят), которые в 22-летнем возрасте покидают Россию, потому что просто негде жить. Мы строим, как можем, сейчас ведомственное общежитие, ещё одно сейчас построим. Я понимаю, что это бьёт по нашим творческим интересам.

Что касается нового театра, то я говорю всем коллегам, программы для юношества и для детей уже и без того огромные у нас. Это, скажем, вчистую 100 выступлений. Это утренники, это недорогие билеты. Мы доведём до 300 как минимум, а это цифра, о которой мечтают почти все театры, которые я знаю, как годовая цифра – 300 раз в год выступить. Так вот, мы только 300 раз выступим для детей. Эта программа у нас уже есть. Мы просто ждём открытия этого театра. Надеюсь, что все мы сделаем приоритетом эту работу. Детей обвинить не в чем. Нет ребёнка, который отказывается петь в хоре, когда ему семь лет, да нет такого ребёнка. Он будет петь в хоре, потому что школа, в которую он ходит, ведёт эту программу и ведёт его в жизнь через эту программу, а там есть пение. Не может быть, чтобы дети сами бастовали и уходили с одного урока. Я в это никогда не поверю.

В.ПУТИН: Карен Георгиевич вспомнил об этом, и Валерий Абисалович продолжил по поводу приобретения дорогостоящих игроков. Я сам иногда прямо, сегодня в очередной раз, поругиваюсь с руководителями наших компаний. Хочу обратить внимание, что это не государство покупает – компании покупают игроков. С другой стороны, любители спорта тоже ведь хотят видеть мировых звёзд, причём не тех, которые закатываются уже, а находятся на самом пике своей формы, на подъёме, играющими в наших клубах. Здесь тоже есть определённые плюсы. Это касается миллионов людей – любителей спорта. Государство, конечно, должно соответствующим образом выстраивать свою деятельность в других сферах, не менее важных, чем физическая культура и спорт. Здесь Вы абсолютно правы.

Пожалуйста, Михаил Борисович.

М.ПИОТРОВСКИЙ: Начинаю с бесплатности и доступности. Для бесплатности и доступности нужно хорошо считать и точно считать, что чего стоит. На самом деле музеи научились очень хорошо считать, и мы это пытаемся доказывать. Недавно показали, у нас прошла встреча в Вёшенской, где мы обсуждали, в частности, результаты нашей встречи в Саратове, исполнение Ваших поручений. Сделали пять примерно резолюций, что нужно сделать, чтобы они были до конца выполнены. Разные есть аспекты. И мы ещё приняли такой Вёшенский манифест музейный. Я весь его зачитывать не буду. Он начинается такими горькими словами: «Сегодня мы стоим перед реальной возможностью исчезновения музеев, их растворения в «диснейлендах» с мифическими бизнес-планами». Заканчивается более общими словами: «Культура, её важная часть – музеи, является критерием качества нации». Вот подчёркиваю, критерием качества нации. И с этим критерием, к сожалению, не всё в порядке.

Это два таких плача. Посередине у нас есть несколько предложений, опять же музейных и касающихся всего остального. Три шага.

Первый. Отказ от понимания музея и культуры как досугового учреждения, понимая его государственные функции: мы исполняем государственную функцию все.

Второй. Гарантия целостности и неделимости музейного фонда России и историко-культурных территорий. Они под угрозой.

Третье. Принятие государственных обязательств по обеспечению музейной инфраструктуры, собирательской и научной деятельности музеев.

Всё-таки культура – это ДНК нации, и музеи создают культурный продукт, который обеспечивает передачу этой ДНК, иначе она не передаётся.

Мы подчёркиваем, что в обществе распространено примитивное представление о музеях и культуре тоже, как забытых местах пыльных сокровищ. Это сейчас переросло из обывательского представления зачастую на более высокий уровень тех, кто принимает решения. Между тем музеи России принимают в год 86 миллионов посетителей. Это больше в два раза, чем кинотеатры, больше, чем концерты, даже больше, чем библиотеки. Множество выставок со средней ценой билета в России 80 рублей, средней зарплатой – 10 тысяч рублей. И вот когда на этом фоне мы слышим от разных ведомств, считающих деньги, разные упрёки, то это воспринимается просто оскорбительно, потому что мы тоже считаем. И считаем, сколько из кармана сотрудников музея даётся на то, чтобы люди могли посещать музеи бесплатно, – те, кого мы выбираем. Это социальная программа. Есть люди, которых нужно заманить в музей, а есть люди, которые должны за это заплатить. Вот такая схема. Дети, студенты, пенсионеры – это социальная программа, в частности, у нас в Эрмитаже, которую мы распространяем на всех.

Мне кажется, что это проявляет отсутствие понимания у части государственного аппарата того, что учреждения культуры надо обеспечивать, а не командовать по мелочам, и что всё в культуре нужно и можно считать. Музеи, как я сказал, умеют это хорошо делать, и мы высчитываем: вот тут у нас такой-то упущенный заработок, этот заработок мы берём на свои плечи. Про это тоже нужно всё время помнить.

У нас есть несколько предложений, родившихся в Вёшенской. Сейчас научные разработки и работа археологов, научная работа музеев и учёных создали прекрасный культурный продукт на северо-востоке. Это то, что можно называть «Серебряным кольцом»: вокруг Старой Ладоги – целый комплекс, который уже благодаря научной музейной работе готов к тому, чтобы сделать прекрасный туристический продукт патриотического, образовательного образа. Мы будем продолжать бороться за создание Музея гвардии. Это тоже готовый культурный продукт, который нуждается в инфраструктуре. У нас есть вещи – нужно только добавить инфраструктуру.

Мы вынуждены, Владимир Владимирович, бороться за сохранение в ведении самих музеев заработанных ими средств: 20 лет боремся. Сейчас опять в проекте Гражданского кодекса есть пункты, которые вызывают у нас очередной раз опасения, что мы потеряем тот стимул, благодаря которому музеи и работают: возможность использовать собственные средства.

Мы продолжаем оборонять исторические здания и ландшафты, именно оборонять, потому что правильные решения принимаются: заповедники защитить, оберечь земли. Что происходит дальше? Дальше в эти самые заповедники приходит проверка (Александр Михайлович нам рассказывал и многие другие), начинают проверять музеи и обвинять их почти уголовно, что они неправильно оформляют земли, они неправильно содержат музей, – и совершенно не думают о тех, кто истребляет культурное наследие. Конечно, это легче прийти к Шолохову и проверить, что он не так делает.

Владимир Владимирович, мы все исполняем важную государственную функцию, все учреждения культуры, и очень надеемся на поддержку, понимание общества и государственных структур. Понимания немножко не хватает, конкретной вещи (у нас предложения есть): немножко инфраструктуры. Мы не деньги просим – инфраструктуру. Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо.

Я посмотрел сразу Вёшенский манифест. Безусловно, согласен полностью с первым необходимым шагом, я уже об этом, кстати, сказал, что нельзя к учреждениям культуры подходить так, как к другим очень важным и нужным направлениям деятельности в гуманитарной сфере, так же, как к здравоохранению, к образованию. Всё-таки специфика учреждений культуры очевидна, с ней нужно считаться.

Если бы Вы могли пояснить, второй важный шаг, который Вы предлагаете, – это необходимость добиться принципа целостности, неприкосновенности и неделимости музейного фонда. А в чём проблема?

М.ПИОТРОВСКИЙ: Проблема в том, что они не должны отчуждаться, подвергаться приватизации и таким образом расчищаться, чтобы не возникали…

В.ПУТИН: А Вы ожидаете, что что-то приватизируется?

М.ПИОТРОВСКИЙ: Всё время есть такая возможность. Во-первых, существующее законодательство, которое в принципе уже почти допускает возможность банкротства музея, в принципе следующим шагом может привести к этому.

В.ПУТИН: Понятно.

М.ПИОТРОВСКИЙ: Я прошу прощения, мы уже за 20 лет научились дуть на молоко.

В.ПУТИН: Я понял. Это очень важно.

М.ПИОТРОВСКИЙ: А по историко-культурным территориям это просто конкретно происходит.

В.ПУТИН: Да, согласен, очень важно. Давайте, сегодня надо подумать, как, – мы обязательно должны это сформулировать в сегодняшнем документе.

М.ПИОТРОВСКИЙ: Мы дадим предложения. Владимиру Ильичу передадим предложения, они есть, конкретные.

В.ПУТИН: Единственное, с чем хотел бы не поспорить, но во всяком случае обратить на это внимание. Конечно, проверяющие структуры должны вести себя корректно и должны придерживаться действующего законодательства, не должны хамить ни в коем случае, должны понимать, где они находятся. Но это всё-таки не представители наградного отдела, их функции в том, чтобы искать, где проблемы.

М.ПИОТРОВСКИЙ: Это другое. Послезавтра я выступаю на коллегии Счётной палаты, я их позвал, они уже проверили первые этапы работы к 250-летию. Они проверяют и других одновременно.

В.ПУТИН: Я понимаю.

Александр Николаевич, пожалуйста.

А.СОКУРОВ: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги! Во-первых, я хочу несколько конкретных слов сказать. Карен Георгиевич говорил о ситуации, связанной с Кавказом. У нас уже третий год есть режиссёрский курс, я веду его в Нальчике, в Кабардино-Балкарии. И я благодарен и господину Фурсенко, и, конечно, ректору Карамурзову, и Канокову, президенту, который помогает и поддерживает. Это очень важное дело, надо приезжать туда и работать. Вот просто работать там, на месте, потому что, если мы набираем курсы в Петербурге или в Москве, значительная часть ребят не возвращается в республику, и в итоге никакого влияния на какой-то культурный ландшафт своего народа, в общем, уже не оказывает. Хотя это очень трудно, на самом деле это очень трудно. И вообще сейчас работа культуры в российской кавказской зоне представляет очень большую проблему. Великолепно, что выезжают оркестры туда, великолепно, что там, наверное, будут когда-то выступать театры, но сам по себе вопрос культуры там, в Закавказье, очень и очень непростой.

Я знаю, что на имя Владимира Владимировича, видимо, поступило письмо от нашего губернатора, где обсуждается вопрос о предоставлении центру, историческому центру Петербурга статуса достопримечательного места. Кажется очень важной эта позиция. Градозащитники, общественные организации и профессиональная среда обращаются к Президенту с просьбой обратить внимание на эту ситуацию и тем не менее поддержать наше предложение – объявить исторический центр Петербурга достопримечательным местом.

В чём дело, почему мы говорим об этом именно сейчас? Сносы исторических зданий в Петербурге продолжаются. И мы, общественные организации, уже ничего не можем сделать. Мы не можем никак противостоять. Совсем недавно, три недели назад, на Владимирской площади, это в местах Достоевского, был снесён дом Рогова. Это времена Пушкина. Мы прибежали туда: я, режиссёр, молодые ребята из общественной организации «Живой город», – я позвонил прокурору города, позвонил главе района, позвонил главе полиции. Все приехали. Целый день шёл снос зданий – никто ничего не мог сделать. На наших глазах рушили стены – ничего не мог сделать прокурор района, куда-то прятал глаза всё время начальник милиции, глава района также ничего не могла сделать. Шаг за шагом, шаг за шагом – в конце дня дом был просто разрушен. Причём у тех, кто это делал, не было ни одного документа. Когда я спрашиваю начальника милиции: «Что происходит, господа?» (а вокруг же полно народа, молодёжи полно), он ничего не отвечает и уходит. Мы не смогли остановить это разрушение. Мы считаем это просто преступлением. Мы обратились, конечно, к губернатору, обратились в КГИОП [Комитет по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры администрации Санкт-Петербурга], но уже это снесено.

Если бы мы объявили центр города, историческую часть города вот этим достопримечательным местом, а есть такой термин в градозащите, то вот такие варварские сносы были бы просто невозможны.

Мы потеряли несколько домов на Невском проспекте, мы теряем дома уже в районе, где места Достоевского. У нас, у граждан, просто опускаются руки, мы ничего не можем сделать с представителями государства. Не правда ли, странно, что мы выступаем на одной стороне, а наше любимое государство выступает на другой стороне? Мне вообще кажется, что общественная инициатива очень часто опережает наши государственные органы сейчас. И государственные органы не успевают за нами.

Только если мы объявим центр города достопримечательным местом, а это может делать Президент страны, мы сможем защитить и заставить и законодателей, и исполнительную власть составить процедуру обращения с историческими памятниками в таком городе, как Петербург. А эта проблема, Владимир Владимирович, она характерна и для всех-всех-всех городов нашей страны. Везде есть уроны, везде есть сносы, и абсолютно невозможно никак этому противодействовать. Это проблема всех-всех-всех городов.

Но при этом есть, конечно, и положительный опыт. Ярославль-то объявлен, режим достопримечательного места введён. А почему-то в Петербурге – нет. Такая борьба идёт за каждый квадратный метр города, такое пересечение интересов, ну просто кровь проливается. Вот рушится дом, который видел Пушкин, и мы ничего не можем сделать, и никто из представителей властей, и прокуратура стояла на месте. Как паралич.

Я хотел бы ещё обратить внимание, что сейчас намечается ещё одна тенденция, которая, по крайней мере у нас, в Петербурге, думаю – и в других городах тоже, а это является частью культуры, вызывает у нас большую тревогу. Вывод из центра городов – и Петербурга – исторически знаковых профессиональных групп. Нельзя из центра Петербурга выводить военные училища, военные институты, категорически нельзя. Я не знаю, какую прибыль получает Министерство обороны, видимо, продавая эти исторические здания, но моральный урон и ущерб патриотического контекста чрезвычайный. Парни, которые получают образование, встают, каждый день садятся за парту, моряки, и видят Дворцовую площадь, они через всю жизнь это пронесут. Потом он будет в экипаже, где-то в гарнизонах, а он всё время будет говорить: «Я из окна видел Дворцовую площадь». Вот это будет воин, у этого воина будет душа какая-то. А если он будет где-то сидеть за границами города, вокруг будет забор и лес, ну что это будет такое? Гуманитарные потери от такого рода решений, на мой взгляд, очень большие. Кроме того, если он учится в городе – другой уровень культуры у военных. Нам же нужно заботиться ещё и об этом. В армии очень низкий уровень культуры и среди офицерства, и среди младшего состава, и, конечно, среди состава рядовых. Это очень и очень для нас тревожно.

Очень тревожно, что из Петербурга выводится Военно-медицинская академия. Просто хоть плачь, не знаешь, куда обращаться, не знаешь, с кем разговаривать. Накануне моего приезда сюда мы разговаривали с Басилашвили, сидели, целый час говорили: что делать, за какие обшлага ухватиться, кому кричать, кому говорить, потому что это просто разрушение целой научно-культурной среды. Поэтому мне кажется, что это для нас очень важный аспект культуры.

Для Петербурга также очень важна продолжающаяся проблема высотного строительства. Опять возникает газпромовская башня, опять, уже теперь 500 метров. И эта стройка, хотим мы или нет, всё равно начинает внедряться в исторические панорамы. Дискуссия затруднена, мы не знаем, откуда растут здесь ноги, кто принимает окончательное решение. Но мы понимаем, что потом нам стыдно за это будет.

И последнее. Мне кажется, что нам нужно на государственном уровне собрать государственное научное совещание по историческому наследию взаимоотношений России и Кавказа – национально-культурный контекст, особенно в связи с зимней Олимпиадой, потому что проблема очень непростая. И очень многие проблемы, которые мы имеем сегодня внутри молодой части населения Закавказья, кроются в том, что на очень многие вопросы исторические нет ответа: на роль России, на поведение России. Если в чём-то был виноват политический режим там царской России – надо признать и сказать это, потому что зреет абсолютно точно квалифицированное недовольство и очень большая тревога. Поэтому это вопрос, конечно, гражданского мира.

Так же как и другой вопрос – наверное, это должно сделать Министерство культуры: нам абсолютно необходимо созывать общероссийскую межконфессиональную встречу (не знаю, как это можно назвать) и заключать межконфессиональный договор. Общество должно получать гарантии ответственности религиозных лидеров в борьбе за сохранение гражданского мира, мы это понимаем. Потому что очень многие обстоятельства напряжённости, которые существуют в стране у нас, в том числе и культурные, зависят от того, что постоянно идёт столкновение, так или иначе, по религиозным мотивациям. И это, мы понимаем, чревато какой-то формой гражданской войны.

Последнее. Хочу также предложить обратить внимание, может быть, Министерства культуры и нашего сообщества всего, нам абсолютно необходимо начинать восстанавливать дома культуры в самых разных городах страны, в самых маленьких, в самых средних – каких угодно. Без домов культуры, без этих очагов такого систематического, маниакального, каждодневного труда культурного просто уже трудно осуществлять культурную политику на местах. Петербург, Москва – прекрасно, большие города – всё прекрасно, но мы же понимаем, что происходит там. Я часто бываю в Ставропольском крае и Краснодарском крае, в Закавказских республиках, я везде вижу эту брошенную, пустую культурную среду в этих маленьких городах. Закрылся дом культуры – всё, и молодёжи некуда деваться, ни кружков нет, школы сиротеют – и всё превращается в пустыню. Из очень многих малых и средних сёл Ставропольского края население уезжает просто. Почему? Нет опоры культурной для школьников, для этой части населения, не говоря уже о сложностях взаимоотношений в связи с экспансией людей, приезжающих с Кавказа, крайне тяжёлые взаимоотношения складываются в том же Ставропольском крае и Краснодарском, мы это знаем, потому что нет дистанции культурной между разными национальными группами. Это забота культуры, мне кажется, что нам нужно очень активно вмешиваться в эти процессы, потому что, может быть, будут дальше уже какие-то необратимые обстоятельства. Извините, что я так долго.

В.ПУТИН: Вы много затронули очень важных тем, каждая из них – предмет особого обсуждения.

Александр Николаевич, что касается учебных заведений Министерства обороны. Они должны быть современными, отвечать сегодняшним требованиям подготовки кадров для нужд обороны страны. Исторические здания в Петербурге, в других городах очень часто не соответствуют этим требованиям. Возьмите здесь у нас, в Москве, в Петербург не надо ездить – в Москве, – Академия ракетных войск, она ничему не соответствует.

Мы с вами должны иметь офицеров, которые имеют возможность учиться в абсолютно новых условиях, в новой среде: в технологически развитой, интересной, соответствующей современным требованиям. Но это, правда, совсем не значит, что нужно закрывать те исторические здания, в которых сто лет и больше готовились военные для нужд армии и флота, в том числе и в Петербурге. Это могут быть головные центры, где тоже продолжается подготовка молодых офицеров. Можно создавать новые учебные заведения за городом с современной инфраструктурой, с современными спортивными сооружениями, с необходимыми для новых тренажёров сегодняшнего дня площадями. Но это совсем не значит, что нужно полностью закрыть в центре города какие-то площадки, с которыми связана определённая история наших Вооружённых Сил.

То же самое касается и Военно-медицинской академии. Я уже многократно слышал о том, что выводится Военно-медицинская академия. Кто вам сказал, что она выводится? Я не знаю.

А.СОКУРОВ: Мы просто не можем получить ни от кого окончательный ответ точный, поэтому все и говорят. Если Вы сейчас нам говорите, что не выводится, – прекрасно.

В.ПУТИН: Министерство обороны действительно планирует создать новую площадку Военно-медицинской академии, в том числе с лечебным центром, с койками, как положено, то есть сделать современный, мирового класса медицинский центр. Но это совсем не значит, что полностью закрывается площадка в центре города на берегу реки Невы и оттуда всё выводится. Просто, Вы знаете, там некоторое современное оборудование куплено 10 лет назад и лежит во дворах не смонтированное, там просто нет помещения. Конечно, и разгильдяйства здесь хватает. Но там нужно всё перестраивать для того, чтобы новое оборудование там разместить. Это совсем не значит, что нужно Военно-медицинскую академию в её старых, исторических зданиях, полностью закрыть, продать и для каких-то других целей использовать. Этого нет в планах Министерства обороны.

Я Вам обещаю, прямо сегодня ещё раз по этому вопросу переговорю с Министром обороны. Да, ещё раз хочу сказать, они планируют создать новую площадку, часть занятий там проводить, создать новый медцентр мирового класса, но действующую площадку реконструировать и использовать дальше по назначению, как и в прежние времена, для подготовки медперсонала для нужд Военно-Морского Флота России. Ничего там такого кардинального не планируется. Откуда вот берутся эти страхи, непонятно. Вы знаете, я знаю, откуда они берутся: они берутся оттого, что само Министерство обороны внятно и чётко не объясняет ничего.

А.СОКУРОВ: Вот это точно, это точно.

В.ПУТИН: Сегодня переговорю ещё раз с Министром обороны по этому вопросу.

Теперь очень важная тема – по поводу того, что религиозные деятели должны нести существенную нагрузку за поддержание межнационального, межконфессионального мира. Должен сказать, что они и так это делают, и не просто делают – они делают это бесстрашно. И вы знаете, что есть потери и среди христианских служителей церкви, есть среди других конфессий. Вот совсем недавно очередное преступление в отношении духовного лидера в Дагестане. О чём это говорит? Это говорит, к сожалению, и здесь я не могу с Вами не согласиться, о значительной утрате нашего национального духовного кода. И это очень тревожит, потому что никогда бы в прежние времена не поднялась рука на священнослужителя. Это точно совершенно не имеет ничего общего с нашим внутренним национальным кодом. И это касается всех народов и представителей всех национальностей страны.

Мариян Велихановна Мугадова, пожалуйста.

М.МУГАДОВА: Уважаемый Владимир Владимирович! Члены Совета по культуре! К сожалению, во всём мире люди всё чаще и чаще становятся свидетелями или участниками конфликтов, в основе которых лежат межэтнические, межконфессиональные разногласия, вражда и непонимание. Как правило, причинами этих конфликтов становятся не экономические и политические противоречия, а отсутствие общечеловеческих, гуманистических принципов и ценностных ориентиров, всего того, что лежит в плоскости жизненных отношений и культурного развития и образования.

Культура сегодня становится стратегическим ресурсом безопасности государства и важнейшим средством достижения межнационального мира и согласия. В этом аспекте потенциал культуры практически не ограничен. Имеется в виду не столько потенциал художественной культуры, сколько культуры межличностных, духовно-нравственных отношений, культивируемых в мировоззренческих позициях всех этносов.

Дистанцируясь от культуры, власть и государство рискуют застрять в паутине локальных конфликтов. Сегодня повсеместно раздаются призывы о необходимости борьбы с экстремизмом не только силовыми методами, а усилением профилактических и идеологических приёмов. В нашей стране есть исторический опыт, когда молодое советское государство сделало ставку на ликвидацию безграмотности, культурное просвещение, всячески поощрялись занятия трудящихся и крестьян творчеством, в дальних аулах, в деревнях открывались учреждения культуры. В их деятельность вносился дух соревнования, состязательности, проводились всесоюзные олимпиады, смотры, конкурсы самодеятельного творчества. Результат, как мы знаем, не заставил себя долго ждать. Творческий подъём стимулировал и положительные экономические сдвиги, что помогло создать позитивный имидж на мировой арене. Культурно-досуговые учреждения, творческие коллективы, базирующиеся в них, занятия любительским искусством в городах и сёлах способствовали укреплению государственной идеологии.

Сегодня же эти признанные во всём мире, уникальные институты массовой реализации творческого потенциала или разрушены, или подавлены. Эти проблемы усугубились после вступления в силу и начала реализации 131-го Федерального закона «Об общих принципах местного самоуправления Российской Федерации». Закон в буквальном смысле развязал руки муниципальным властям, которые поспешили в лучшем случае сократить штатные единицы, творческие коллективы или попросту стали закрывать клубы. Коллективы народного творчества наши ежегодно выезжают на международные фестивали фольклора, их выступления часто проходят в клубах провинциальных городов и деревень Европы, там сосредоточен большой сегмент социально-общественной жизни, занимаются творчеством все категории населения: инвалиды, пожилые, молодёжь, дети, работают любительские коллективы. Клубы оснащены всем необходимым, уютные залы с мягкими креслами, интернет-связь, кинозалы, помещения для занятий и небольшие бары-кафе и даже специальные пандусы и туалетные комнаты для инвалидов. Такая модернизация нужна нашим клубам.

Культура априори является убыточной отраслью только с точки зрения экономики. Тем не менее эта отрасль, как образование и здравоохранение, должна стать приоритетным направлением государственной политики. Инвестиции в образование и культуру – это инвестиции в духовно и нравственно здоровое будущее страны, в её человеческий потенциал.

Сегодня бытует мнение, что вопросы духовно-нравственного порядка являются частными и исключительно сам человек вправе решать, смотреть ли сомнительные фильмы, передачи, читать ли низкопробную литературу. Поэтому и не несут никакой ответственности ни телеканалы, ни издатели, пропагандирующие насилие и жестокость.

Противостоять валу низменных инстинктов можно лишь через гуманизацию общества, через культурное просвещение, сохранение, развитие, актуализацию культурного национального наследия. Должна быть государственная политика культурно-просветительского воспитания. Сегодня молодое поколение, взросление которого пришлось на конец ХХ века, начало нашей так называемой перестройки, – это дети, родители которых после крушения государства пытались прокормить семью и выжить в лихие 90-е годы. Сегодня важно образовывать, просвещать и прививать культуру нынешним детям и подросткам. Именно для этого должно сплотиться наше общество, потому что дороже них ничего нет.

Культурно-просветительское воспитание подрастающего поколения, как гаранта нашей будущей безопасности и процветания, должно стать зоной ответственности государства. Иными словами, нашей молодёжи надо дать ощутить себя преемниками богатых, уникальных традиций, художественного опыта прошлых поколений. Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо большое.

Пожалуйста, Юрий Михайлович.

Ю.ПОЛЯКОВ: Спасибо, Владимир Владимирович.

Хочу выразить радость от того, что в нашем Совете стало больше писателей, вообще наш писательский цех представлен как никогда полно. У нас даже, наконец, появились представители наших замечательных национальных литератур – вот выдающийся татарский поэт Ренат Харисов.

Вместе с тем не могу не поделиться и такими горькими наблюдениями. К сожалению, сегодня наше литературное сообщество находится, пожалуй, в самом неприглядном виде по отношению к другим творческим объединениям: мы практически находимся в состоянии феодальной раздробленности и междоусобиц. И разделение происходит не по политическим, не по идеологическим, не по эстетическим принципам, а просто идёт такая неприличная делёжка имущества. И в результате литература не выполняет свою традиционную, очень значительную функцию. Потому что именно литература, так сложилось столетиями, в нашем обществе вырабатывает те идеи, которыми потом питает и другие виды искусства, прежде всего синтетические.

Писатели, хотя велика тяга к консолидации, – кстати говоря, многие страны СНГ уже прошли этот период раздробленности, и там эта консолидация произошла, – у нас не получается. И как-то в минувшее десятилетие сложилось, что Министерство культуры недостаточно контактирует, недостаточно сотрудничает с писательским сообществом. А мы же значительная сфера культуры.

И вот теперь мы хотим просто обратиться, чтобы Министерство культуры в лице нового Министра подключилось к этой, в общем-то, тягостной ситуации, и как-то сообща мы всё-таки перезагрузимся, реконструируемся и найдём какую-то оптимальную форму. Никого никуда не надо загонять, но всё-таки выйти из этого кризиса, из которого сами писатели не могут выйти, мы просим нам помочь.

В.ПУТИН: Министерство культуры сознательно уклоняется от вмешательства во внутреннюю жизнь писательской среды, имея в виду как раз те сложные процессы, связанные с дележом имущества, потому что в конечном итоге окажутся виноватыми. Но вот Министр сидит, слышит, и чтобы это была помощь в рамках разумного. Я тоже поддерживаю то, что Юрий Михайлович сказал, но только так, чтобы эта помощь не навязывалась.

Ю.ПОЛЯКОВ: Нет, нет, не имущество – вот чисто организационно нам помочь.

В.ПУТИН: Особенно поддержка одной группы в ущерб другой. Но в целом это правильно, конечно.

Ю.ПОЛЯКОВ: Спасибо.

В.ПУТИН: Денис Леонидович, пожалуйста.

Д.МАЦУЕВ: Спасибо большое, Владимир Владимирович.

Я буквально один очень животрепещущий вопрос, касающийся музыкального образования, специального и профессионального, и вообще музыкальных школ в общей сложности в России. Есть такой новый стандарт, по которому с будущего года, насколько я понял, эти уникальные 8 специальных школ плюс 3 хоровых будут существовать. По этим стандартам эти школы начинают профессиональное музыкальное образование детей только с 5-го класса, что, в общем-то, на корню убивает эту нашу уникальную начальную профессиональную среду детей. Потому что если начинать, скажем, играть на рояле в 12 лет, то последствия могут быть плачевными, потому что если нет плавного, постепенного…

В.ПУТИН: Я по себе это знаю, я начал поздно – последствия ужасные.

Д.МАЦУЕВ: Но есть и самородки. И конечно же, очень мало этих специальных школ: восемь – это недостаточно, на мой взгляд, потому что если территориально взять, то Новосибирск заканчивается, а дальше есть и Красноярск, и мой родной Иркутск, и Дальний Восток; можно на две-три школы точно увеличить. Но самое главное, на мой взгляд, им нужно придать специальный статус, потому что если они будут подчиняться общим стандартам, то о нашей великой русской исполнительской школе через некоторое время можно будет забыть.

Если говорить о музыкальных школах в целом – конечно же, замечательно то, что Вы сказали, что финансирование будет увеличено, понятно, в каком состоянии музыкальная школа находится, отток педагогов происходит, к сожалению. Помните, пять лет назад на Совете по культуре, в мае 2007 года, я говорил, что в Китае около 50 миллионов пианистов, а сейчас, по некоторым подсчётам, 80 миллионов пианистов. Количество увеличилось. Эти цифры ужасающие просто на самом деле, но самое главное, что у них очень много русских педагогов. Мне кажется, что есть разные возможности, я не знаю, как это точно сформулировать законодательно, но, если есть возможность делать вклады спонсорам, меценатам, просто частным лицам в музыкальные школы на инструменты, просто на содержание зданий и, конечно, зарплаты педагогам тоже, это очень-очень полезная штука. Но спецшколы – это вопрос очень животрепещущий и очень волнующий всех нас.

В.ПУТИН: Я не понял, Денис, а что, их закрывают? В чём там проблема?

Д.МАЦУЕВ: Стандарт новый – «третий стандарт», по-моему, называется [стандарт третьего поколения].

В.ПУТИН: Я, честно говоря, не очень понимаю, как этот стандарт повлияет на эти школы, но, если он их убивает, он неприемлем абсолютно, я обращаю на это внимание Министра культуры, – значит, нужно в индивидуальном порядке этот стандарт как-то изменить применительно к этим школам. Полностью разделяю озабоченность Дениса Леонидовича. Так называемые десятилетки, если они умрут – всё, мы невозвратно потеряем то, чем гордимся столетиями, я полностью согласен.

Д.МАЦУЕВ: Вообще наша система этого образования уникальная, и все завидуют в мире этой системе: начальная, консерватория, аспирантура и так далее.

Но я бы хотел сказать несколько слов. Всё равно – помимо проблем – у нас существует филармонический бум во всей стране. Валерий Абисалович об этом говорил, Владимир Теодорович здесь присутствует, Юрий Абрамович, они знают, что публика – просто переаншлаги практически в каждом регионе, и огромное количество фестивалей, событий. Огромная благодарность и Министерству культуры, и губернаторам, которые поддерживают эту всю историю.

Мы сегодня много говорили о футболе. Вы знаете, мы гордимся, восторгаемся «Реалом», «Барселоной», «Манчестер юнайтед». А наши ведущие симфонические оркестры и театры – это и есть «Реал», «Барселона», «Манчестер», если мы говорим о так называемом рейтинге, хотя у нас его нет. И наша молодёжная команда точно уже пару чемпионатов мира выиграла, выражаясь опять же спортивной терминологией. Здесь надежда огромная. И специальные школы – это вопрос очень серьёзный.

Спасибо большое.

В.ПУТИН: Ещё раз хочу сказать, что полностью поддерживаю это, чтобы только не забылось ни в коем случае и на практике не привело к трагическим последствиям. Это первое.

И второе. Есть ещё одна вещь, на которую я хотел бы обратить внимание. Сейчас мне в голову это пришло, хорошо, что Денис вообще заговорил об этом. У нас, конечно, не 50 и не 80 миллионов пианистов, у нас и население не 1,5 миллиарда, как в Китае. Там всё-таки они вечное и доброе в массы несут, а массы большие. У нас они поменьше, у нас и пианистов, может быть, столько не нужно. Но всё-таки нужно подумать о тех талантливых молодых людях, о которых сейчас Денис Леонидович сказал.

У нас нет вообще никаких продюсерских центров для серьёзной музыки. Талантливые, эффективные люди работают в эстраде, и они продвигают этот, условно говоря, продукт наш эстрадный на нашу сцену, где можно, за рубежом. У нас ребята и девушки заканчивают, заканчивают блестяще, а потом они идут, ищут на Западе, кто их возьмёт и поведёт и кто будет организовывать им гастроли, концерты. Кто? У нас были раньше в Советском Союзе такие структуры – они умерли, ничего больше не создано. И ничего, кроме государственных усилий, в этом направлении эффективным не будет. Сейчас нужно это сделать: вот нужно реально создать такие структуры, которые бы подхватывали молодые таланты наши и выводили бы их на российскую и на мировую сцену.

Д.МАЦУЕВ: Они уже есть, Владимир Владимирович.

В.ПУТИН: Я не знаю, они, может быть, и есть, но тогда их недостаточно. Я нечасто, но всё-таки встречаюсь с молодыми исполнителями, и я знаю их проблемы. Они то туда собираются ехать, то туда.

Д.МАЦУЕВ: Конечно.

В.ПУТИН: Кто-то поехал, поучился там в «Ла Скала», им сразу – раз…

Д.МАЦУЕВ: Сразу забирают.

В.ПУТИН: Вот она или он заканчивают, с восьми, с десяти, с пятнадцати лет учатся, сейчас исполнителю или исполнительнице 17–18 лет, их уже раз – и подхватывают, и повели по мировым сценам. У нас нет такой системы. А это очень важная вещь.

Молодые люди и молодые исполнители – это же огромный труд, это уму непостижимо, сколько нужно потратить сил для того, чтобы достичь определённого уровня. А потом куда это девать?

Н.ЦИСКАРИДЗЕ: Извините.

В.ПУТИН: Пожалуйста.

Н.ЦИСКАРИДЗЕ: Здесь есть большая проблема, о которой Вы говорите, что все разъезжаются.

В.ПУТИН: Я не сказал, что все разъезжаются.

Н.ЦИСКАРИДЗЕ: Нет, что очень большая проблема, когда человек заканчивает учебное заведение и перед тем, как он попадает в какой-либо коллектив, – это в принципе призывной возраст. У нас отсрочка от армии, вот Валерий Абисалович наверняка точно может Вам сказать, приём на работу – вот этот период с мальчиками очень сложный, особенно те, которые ещё учатся, но уже попали под призывной возраст. У нас отсрочка от армии для школ этих уникальных и для многих коллективов театральных, для музыкантов, для танцовщиков отменена. И не все коллективы дают такую отсрочку. Это тоже очень большая проблема.

И в сфере оплаты труда тоже очень большая проблема. Для педагогов, которые работают в этих всех заведениях, она очень серьёзна в двух моментах. Первый момент. Есть учебные заведения, которые принадлежат местному самоуправлению, а есть – федеральные. Вот те, которые принадлежат местному, подчас получают больше зарплату, чем те, которые находятся под федеральным, потому что, допустим, в Москве – Москва доплачивает, а у тех, которые федеральные, если нет гранта, то зарплаты очень низкие. Это тоже очень большая проблема.

В.ПУТИН: Николай Максимович, я как раз об этом сказал сегодня в начале нашей встречи – о том, что мы выделяем дополнительные ресурсы. Надеюсь, что Минкульт грамотно этими ресурсами распорядится, с тем чтобы заработная плата тем, кто для нас является наиболее важным с точки зрения подготовки кадров, работы в других сферах, с тем чтобы люди почувствовали внимание со стороны федерального центра. Первое.

Что касается второго. Я так понимаю, что в некоторых коллективах всё-таки отсрочки предоставляют.

Н.ЦИСКАРИДЗЕ: Вы знаете, даже в таких «мегаполисах», как Большой театр, очень многие молодые артисты в первый год работы пытаются как-то устроиться, чтобы не попасть в армию. Это очень большая сложность.

В.ПУТИН: Я понимаю, что это уникальные специальности. Если вообще не предоставляются, это одно дело. Но, по-моему, всё-таки предоставляются.

Н.ЦИСКАРИДЗЕ: Не везде.

В.ПУТИН: Я и говорю: не везде – значит, где-то предоставляются.

Н.ЦИСКАРИДЗЕ: Точно не могу Вам сейчас сказать, слава Богу, я давно вышел из этого возраста, но проблема эта колоссальная.

В.ПУТИН: Я вернусь к этому. Хочу сказать, что есть и проблема с комплектованием Вооружённых Сил.

Н.ЦИСКАРИДЗЕ: Но у нас не так много людей выпускается.

В.ПУТИН: Я понимаю. Мы уже об этом говорили с руководством Минобороны. И ещё раз вернёмся. Посмотрим, что можно сделать дополнительно. Но я говорю откровенно: как только по одной категории сделаешь исключение – сразу очередь выстраивается на другие категории. Тогда просто некому служить будет.

Н.ЦИСКАРИДЗЕ: Вы абсолютно правы. Вы сказали, что эти школы надо спасти. Но тогда, не дай Бог, если кто-нибудь, кто окончил эту школу, попадает под армию, это в принципе не очень совместимо с той профессией, которую он получил и на что государство потратило такие колоссальные деньги.

В.ПУТИН: Согласен. Есть проблемы. Даже среди моих достаточно близких друзей, так скажем – знакомых, есть такие случаи, когда человек просто для того, чтобы сохранить себя в профессии, должен куда-то перемещаться. Да, это правда. Такая проблема есть. Вернёмся к этому ещё раз.

Галина Ивановна Маланичева. Пожалуйста.

Г.МАЛАНИЧЕВА: Большое спасибо за предоставленное слово, Владимир Владимирович. А особое спасибо я хотела Вам сказать за то, что Вы в своём выступлении в начале сказали об общественно-государственном партнёрстве. Обычным и понятным у нас стал частно-государственное партнёрство, но всё-таки общественных организаций значительно больше. И мы со стороны Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, знаю и ряд других организаций, конечно, были бы совершенно заинтересованы в развитии этого общественно-государственного партнёрства, причём именно партнёрства.

Мне кажется, здесь интересы Министерства культуры тоже могут быть вполне понятными, потому что можно использовать реально готовую структуру, готовое движение, которое занимается не просто любительски охраной памятников истории культуры, а занимается почти профессионально, поскольку привлекает специалистов.

Считаю, что для того, чтобы общественно-государственное партнёрство не было просто словами, совершенно реально – обеспечить общественный мониторинг, осуществление его только силами общественных специализированных организаций, также осуществление общественного контроля, но это посложнее.

Общественная организация должна это выполнять в силу своей общественной структуры. Но тем не менее общественную экспертизу надо бы вернуть. Она существовала, она была. Сейчас государственная историко-культурная экспертиза, я считаю, до конца не продумана, она несовершенна. Аттестация экспертов по-настоящему не проводится, там постоянно идут какие-то перерывы, какие-то преобразования, поскольку Росохранкультура исчезла. То есть появляются те аттестованные эксперты в подвешенном состоянии.

Я бы тоже видела возможным отдать экспертизу общественности при очень небольшой организационной поддержке. Здесь бы и средства были сэкономлены, и, может быть, даже и какая-то коррупционная составляющая исчезала бы при таком подходе. И не только это было бы на откуп отдано, предположим, ВООПИиКу. ВООПИиК не работает один, в тесном контакте работает с «Архнадзором», с другими движениями. Это консолидирующая организация. Мы могли бы эту экспертизу делать гласно, открыто, и уже никакие кулуары, ничего бы тут не спасло. И мы, может быть, всё-таки постарались бы – конечно, только при участии Министерства культуры, при их богатом опыте в этом вопросе – навести здесь порядок. А здесь, конечно, пока у нас сфера такая.

Я надеюсь, что мне завтра на коллегии Министерства культуры удастся поподробнее высказать наше предложение. Я благодарю за предоставленную возможность сказать здесь об этом.

В.ПУТИН: Спасибо. Главное, чтобы хуже не стало.

Г.МАЛАНИЧЕВА: В смысле, с общественной?

В.ПУТИН: Да, говорю совершенно откровенно. Может быть, здесь другая среда, другая ситуация, но в экономике иногда, когда мы передаём на уровень каких-то объединений решение вопросов регулятивного характера, потом проходит время и говорят: верните государственное регулирование. Я спрашиваю почему. Очень много там (здесь, конечно, такого нет) групповщины. Здесь не может быть такого, но проблема есть. Вообще в целом это абсолютно правильно. И в этом направлении точно надо двигаться. Вопрос только в том, чтобы были отработаны детали. Потому что в деталях, как мы знаем, кроется этот, с рогами и с хвостом, прости Господи. Но это правда.

Андрей Владимирович Боков, пожалуйста.

А.БОКОВ: Спасибо, Владимир Владимирович.

Я со светлого и радостного хотел бы начать: с того, что мы недавно все были свидетелями открытия двух мостов поразительной красоты – мостов во Владивостоке. Это действительно редкий, но абсолютно несомненный повод для общей гордости, но мы, строго говоря, не знаем, кто их сделал, совершенно анонимное произведение. Это тот же самый «Реал» мадридский, и мы должны были бы знать имена этих людей.

К сожалению, это всё почему-то в нашей современной актуальной культуре как-то остаётся в тени. Это на самом деле повод, как мне кажется, для пробуждения интереса к тому состоянию, в котором город наш пребывает, архитектура, градостроительство и так далее. Я вынужден напомнить, что архитектура является несомненно фундаментальной частью нашей культуры, не только изобразительного искусства – культуры в целом. Это как раз хранилище того культурного кода, о котором Вы сказали, Владимир Владимирович. Мне легко об этом говорить в этом восхитительном пространстве, это вполне убедительно должно быть, но наши города, к сожалению, это не секрет, сегодня являются средоточием очень многих проблем.

Я не буду их называть, они известны. Это проблемы доступности жилья, транспортные, инфраструктурные и так далее, и так далее, на фоне, в общем, относительного благополучия городов наших соседей. И Вы меня лишили, в общем, возможности говорить на тему о малом городе. Да, действительно, сегодня малый город – это пространство, к сожалению, немалых проблем, и от того, насколько успешно мы подарим этим городам будущее, зависит вообще будущее нашей страны.

Так пространство Отечества сложилось, что это не пространство больших городов – это пространство сообщества городов крупных и малых, и этот баланс нам необходимо сохранить, нам необходимо им сообщить будущее. И это будущее может быть выстроено только на основе развития культурного потенциала, и тогда появится и малый бизнес, и всё остальное, и тогда появится промышленность.

Если мы запустим этот культурный механизм, то мы выиграем. Это как раз ответ на вопрос «что делать?». Это касается и моногородов, это касается и малых городов. Нам надо, и мы можем использовать этот потенциал для того, чтобы сделать малые города более, подчёркиваю – более привлекательными для многих людей, для многих наших соотечественников, чем крупные города. Всё у нас для этого есть. Но это должно быть частью государственной политики, той политики, которая, к сожалению, в этой сфере у нас сегодня практически отсутствует. У нас есть цели, ценности, мы говорим практически об одном и том же, мы отчётливо ощущаем, согласны и солидарны друг с другом. Но это необходимо сформулировать, это необходимо вложить в некий документ, как угодно назовите его: концепция развития малых городов, вообще пространственного развития России, – но это нам нужно.

Территориальное развитие становится для нас сегодня одной из важнейших, одной из ведущих тем. Мы до сих пор получаем рассогласованные отраслевые схемы, территориальные схемы, территориальные не согласованы с отраслевыми и так далее. Это вопрос стратегии.

Есть ещё вопросы, как здесь сказали, которые требуют быстрого, безотлагательного решения, с которыми связана вообще формирование и существование культурного пространства России. Это вопрос нашей нормативной базы, СНиПов, ГОСТов и так далее – к сожалению, чрезвычайно консервативных, затратных, противоречивых документов, и никаких инноваций. В общем итоге никакой комфортной среды мы с вами, к глубокому сожалению, без радикальной трансформации всей этой самой базы не получим, похоже. Это действительно так. Для того (это поразительно абсолютно, это парадоксально), чтобы сделать что-то приличное вроде Сколкова, мы принимаем закон об отмене действия всех СНиПов, ГОСТов и так далее. Только при этих условиях мы можем сделать что-то достойное.

Вы сказали только что о творческой конкуренции как непременном условии развития культуры, отечественной культуры. Но, вообще говоря, современная архитектура нуждается, действительно, в охране, в поддержании не меньше, чем наше культурное наследие. Этот процесс непрерывен. Если мы не научимся с уважением относиться к архитектуре, к архитекторам, если не выведем из-под давления строительного комплекса, из-под строительного пресса, то мы действительно останемся только с наследием – мы не увидим достойной современной архитектуры. Конкурсы, которые питают архитектуру, к сожалению, сегодня практически запрещены 94-м ФЗ. Это те конкурсы, которые дарили нам и новые имена, и новые образы, дарили, наконец, нам всё то пространство, в котором мы сегодня живём. Нам необходимо снова вернуться к этой норме.

И, наконец, последнее, о чём я хотел бы сказать, – из числа таких быстрых и требующих решения актов: это вопрос о саморегулировании в том виде, в котором это сегодня принято. Ситуация тоже не менее парадоксальная. Количество, скажем так, специалистов в области реставрации, мы это знаем, исчисляется десятками, максимум сотнями. Количество свидетельств, выданных юридическим лицам, на выполнение работ в области реставрации, – это десятки тысяч. Десятки тысяч! Кто за этим стоит, мы представляем. Они называются деликатно у нас «коммерческими структурами». На самом деле это структуры, которые не ограничиваются лишь коммерческой деятельностью. Но они сегодня контролируют рынок.

Выход в одном: выход в тех нормативах, в тех стандартах, которые содержатся в замечательном документе – это Протокол ВТО, который Вы, Владимир Владимирович, подписали вместе с приложениями. Там содержится вполне, очень внятно изложенная цивилизованная норма того, как вообще должна проектная практика, архитектурная практика быть организована. Но почему-то параллельно с подписанием этих документов какой-то действует другой тренд, и мы движемся в сторону, прямо противоположную той, что здравым смыслом диктуется.

Не может в стране существовать та система саморегулирования, которая сегодня существует. Свободный рынок должен балансироваться, прежде всего, общенациональным стандартом профессиональной практики. К профессиональной практике должны допускаться только квалифицированные люди, имеющие образование, имеющие опыт и так далее. Так происходит во всём мире. Открытый рынок для строительства, для архитектуры, для городов – это вещь губительная: это то, что ведёт нас к непрофессионализму, к последствиям, которые дают о себе знать, как правило, в перспективе. И все претензии или многие претензии, которые предъявляются сегодня к архитектуре и к архитекторам, на самом деле следует предъявлять к тем непрофессионалам или к тем, кто допустил непрофессионалов, низких профессионалов, слабых людей в профессиональном отношении к работе в городе, к работе с тем уникальным материалом, который являют собой российские города.

Владимир Владимирович, через месяц будет VIII Съезд российских архитекторов. Соберётся 1200 человек высоких профессионалов из всех городов Отечества практически. И конечно, мы бы хотели видеть Вас, слышать Вас, возможно, там и чувствовать Ваше отношение к тому, чем мы занимаемся.

Спасибо Вам.

В.ПУТИН: Спасибо.

Андрей Владимирович, 94-й закон имеет много огрехов, с ним много связано проблем. А в Вашем-то случае чему он мешает, проведению каких конкурсов, я просто не понимаю?

А.БОКОВ: Нельзя: выбирается очень чётко для любого объекта, сколь угодно важного, сколь угодно ответственного, исполнитель – только на основании предложенной цены. Минимальная цена – всё, мы дальше…

В.ПУТИН: Понятно.

А.БОКОВ: Потом серьёзные организации не могут соперничать с теми, которые я назвал, которых деликатно называют там, в Минрегионе, коммерческими. Не могут просто по определению.

В.ПУТИН: В вашей сфере сейчас готовятся изменения, принимаются изменения, Вы как-то знаете об этом? Или вашу сферу никак не затрагивают эти изменения?

А.БОКОВ: Нашу сферу это затрагивает, к сожалению. В общем, с нами не так часто общаются и не так подробно рассказывают о своих планах, как хотелось бы. Те поправки к закону об архитектурной деятельности, которые сейчас выходят, практически не решают тех задач, скорее усугубляют существо тех проблем, которые я назвал.

В.ПУТИН: Вы знаете, тогда нужно вам оперативно подготовить предложения, с тем чтобы Владимир Ростиславович вместе с Министерством экономического развития их проработал. Потому что, конечно, здесь своя специфика существует, но это такая сфера деятельности – она на стыке рынка и творчества.

А.БОКОВ: Вне всякого сомнения.

В.ПУТИН: Да, и этого достаточно. Здесь непросто вычленить, где рынок, где творчество.

А.БОКОВ: Владимир Владимирович, в мире эти вопросы давным-давно решены. Нам не надо ничего здесь изобретать – надо воспользоваться просто теми стандартами, которые Вами же подписаны, в сущности.

В.ПУТИН: Значит, по поводу того, что я подписал Протокол о присоединении к ВТО: я ничего не подписывал, ясно? Я работал над присоединением России действительно, к этому мы шли все, но я не подписывал Протокол – там есть специально обученные люди, которые этим занимаются.

А.БОКОВ: Понятно. Тогда претензии к ним, да?

В.ПУТИН: Но это непринципиальный вопрос. Важно, что Россия присоединилась к ВТО – и должна и будет следовать правилам, которые там прописаны. Но надо посмотреть, надо посмотреть внимательно, как регулируется эта сфера деятельности в других странах – членах ВТО. Действительно, давайте взглянем. Хотя, уверяю Вас, и там разброс колоссальный.

А.БОКОВ: Конечно.

В.ПУТИН: Там колоссальный разброс. Надо посмотреть, что будет эффективно на нашей почве, что называется.

Я прошу меня извинить, я прошу меня извинить наших коллег, которые хотели бы ещё выступить, но нам, к сожалению, нужно заканчивать. Я говорю – к сожалению, потому что разговор интересный, и я чувствую, что, по мере того как мы расходимся, он был бы ещё интереснее и интереснее, потому что всё становится более откровенным, более конкретным.

Обращаю ваше внимание на то, насколько разнообразны темы, которые мы поднимаем сегодня в ходе дискуссии: от чисто нравственных – к почти рыночным. Огромный спектр проблем, огромное количество этих проблем, и каждая из них важна.

Во-первых, хочу вас поблагодарить за то, что вы согласились принять участие в нашей работе и сейчас, и в будущем.

Во-вторых, это значит, что мы правильно с вами делаем, что разбиваем на секции всю нашу работу, потому что она будет более конкретной, и более предметной, и, надеюсь, более эффективной. И уверен, что она пойдёт на пользу всей сфере культуры, всей без исключения, без всяких изъятий. Наша задача только в том, чтобы эти изменения происходили как можно быстрее и как можно качественнее. Уверен, что с вашей помощью и при вашей поддержке мы это сделаем.

Спасибо большое.

Россия > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 25 сентября 2012 > № 655919 Владимир Путин


Люксембург. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 25 сентября 2012 > № 655918 Владимир Путин, Жан-Клод Юнкер

Совместная пресс-конференция с Премьер-министром Люксембурга Жан-Клодом Юнкером.

В.ПУТИН:Уважаемые дамы и господа! Добрый вечер!Сегодня у нас с господином Юнкером состоялся содержательный разговор по ключевым вопросам сотрудничества и по международной повестке дня.

Взаимодействие России и Люксембурга развивается успешно, ему присущ явно партнёрский характер. Мы ведём регулярный и доверительный политический диалог, на взаимовыгодной основе сотрудничаем в торгово-экономической, научно-технической, гуманитарной сферах.

Люксембург – крупнейший инвестор, вместе с Кипром и Нидерландами входит в тройку лидеров по объёму капиталовложений в российскую экономику. Цифра серьёзная – 36,7 миллиарда долларов. Мы прекрасно отдаём себе отчёт в том, что это в значительной степени репатриация российских капиталов. Но тем не менее, если это проходит через финансово-банковскую систему Люксембурга и приходит, возвращается в экономику России, это тоже плюс.

Инвестиции идут в том числе на внедрение новых технологий, такие важные секторы российской экономики, как инфраструктура, связь – включая спутниковую и космическую, металлургическая промышленность, медицина. Среди новаторских проектов – производство энергосберегающего стекла, разработка современных лекарственных средств и многое-многое другое. Многие из них реализуются на многосторонней основе.

Банковские круги Люксембурга оказывают содействие развитию российского рынка ценных бумаг, его полноценной интеграции в глобальные финансовые рынки. Это очень важное направление нашего сотрудничества. Будем и дальше расширять российско-люксембургские экономические связи. Особая роль в этом принадлежит Смешанной комиссии. Мы условились с господином Юнкером, что новые сопредседатели и с российской, и с люксембургской стороны проведут очередное заседание этой комиссии в ближайшее время.

Мы намерены поощрять тесное взаимодействие Люксембурга с российскими регионами. Уже значительное количество регионов находится в прямом взаимодействии с партнёрами из Люксембурга. Мы знаем, что в ходе нынешнего визита господин Премьер-министр посетит и Татарстан, и Тамбовскую область. Мы очень рады тому, что взаимодействие в региональном масштабе, в региональном разрезе развивается. Уверен, это пойдёт на пользу двусторонним отношениям.

В ходе переговоров мы обсудили ситуацию в еврозоне. Очень благодарен господину Юнкеру. Господин Премьер-министр – не просто Премьер-министр Люксембурга. Я в этом убеждён, это моя точка зрения, он это знает: это крупный европейский политик. Он возглавляет еврогруппу в течение многих-многих лет – группу, в которую входят министры финансов, министры экономик, и, конечно, для нас было очень важно получить из первых рук оценку ситуации в еврозоне.

Затрагивались и проблемы отношений России и ЕС. С нашей стороны была подчёркнута заинтересованность в скорейшем переходе к безвизовому режиму. Мне очень приятно, что господин Премьер-министр разделяет такой подход. Надеюсь, что и другие наши коллеги, в том числе коллеги из Еврокомиссии, будут активнее работать над реализацией этих совместных целей.

Я искренне благодарю люксембургских коллег, всех наших коллег и лично господина Премьер-министра за сегодняшний очень конструктивный диалог и совместную продуктивную работу.

Спасибо вам большое за внимание.

Ж.-К.ЮНКЕР (как переведено): Действительно, дамы и господа, отношения между Россией и Великим Герцогством Люксембург являются отличными, также как и отношения между Президентом Российской Федерации и Премьер-министром Люксембурга.

Мы уже в течение многих лет поддерживаем богатый диалог. Есть и расхождения, есть и совпадения наших взглядов. Конечно, больше совпадений, чем расхождений. Поэтому мы обсуждали двусторонние проблемы, которые существуют в наших отношениях.

Я очень признателен российскому Президенту за его согласие улучшить воздушное сообщение между нашими странами, и, естественно, наши ведомства продолжат работу над этим вопросом. Благодарю российского Президента за понимание люксембургских озабоченностей в области отмены виз. И мы прекрасно понимаем позицию России, поскольку этот вопрос должен найти адекватное решение, принимая во внимание те амбициозные задачи, которые стоят между Россией и Европейским союзом в их сотрудничестве.

И я очень рад, что Государственная Дума в октябре ратифицирует соглашение об избежании двойного налогообложения между Россией и Люксембургом, как сообщил Президент.

Мы долго обсуждали проблемы, связанные с теми вопросами, которые ещё не решены в том, что касается долгового бремени еврозоны. И как председатель еврогруппы я благодарю Россию за то, что в прошедшие годы российская политика характеризовалась верностью и последовательностью в отношении зоны евро, что имеет для нас решающее значение.

Мы также поговорили о ситуации в регионе. Россия является важным региональным игроком в этом, скажем так, сложном регионе мира. Мы также обсудили вопрос о правах человека в России и в других странах. Мы также обсудили вопросы, касающиеся ситуации в Сирии и в Афганистане.

Я благодарю российского Президента Владимира Путина за то, что он нашёл время для сегодняшней встречи, что является ещё одним проявлением нашей дружбы.

ВОПРОС (как переведено): Господин Президент, господин Премьер-министр! Хотел бы задать множество вопросов: и по Сирии, и по напряжённости между Китаем и Японией, по зоне евро, но ограничусь, пожалуй, вопросом о правах человека. Вы говорили, что в начале встречи с господином Путиным обсуждался вопрос о том, что должно сделать федеральное Правительство России и что оно сделает для того, чтобы улучшить ситуацию с правами человека в России, учитывая критику таких организаций, как «Human Rights Watch» или других организаций европейских парламентариев.

Ж.-К.ЮНКЕР: Мы действительно касались вопроса прав человека в ходе личных встреч с российским Президентом или телефонных разговоров с ним. Честно говоря, я не люблю читать нотации по вопросу прав человека, но обсуждаю этот вопрос. Чтобы меня правильно поняли, чтобы быть эффективным в решении этих вопросов, я об этом с удовольствием говорю, но не на пресс-конференциях. Мы по этому вопросу поговорили, подняли этот вопрос, но я, честно говоря, вовсе не хочу повторять все темы нашей дискуссии здесь перед вами. Вам, мне кажется, должно быть достаточно знать, что мы коснулись этого вопроса.

В.ПУТИН: Мы действительно обсуждали эти проблемы. Мы знакомы с господином Юнкером давно, и, я думаю, он согласится с тем, что у нас с ним товарищеские отношения, приятельские. Он мне откровенно говорит свою точку зрения по всем вопросам, в том числе и по проблемам, касающимся прав человека. Мы с ним дискутируем открыто, свободно, без всяких ограничений.

Что касается оценок международных правозащитных организаций, то они разные и делаются в отношении многих стран. Я уже приводил примеры. Достаточно посмотреть эти оценки по некоторым странам Европейского союза, скажем, по пенитенциарной системе, по тюремной системе. Мы же видим, что там происходит. Есть проблемы и в нашей стране. Я только всегда возражаю против того, чтобы концентрировать внимание исключительно на каких-то российских проблемах. Есть проблемы общего характера. Допустим сейчас во многих исламских, мусульманских странах люди протестуют против того, что нарушены их права в связи с выпуском известного фильма антиисламского содержания. Что-то я не слышал, чтобы кого-то за это наказывали. Есть всегда некоторые противоречия в понимании того, где права человека естественным образом ограничены определёнными культурными, историческими, традиционными рамками, где они должны пониматься однообразно и действовать абсолютно без всяких ограничений, где наши общие моральные и нравственные ценности, которые являются абсолютными и которые мы вместе должны защищать. Но я исхожу из того, что у нас, также как и в любой стране, такие проблемы есть, и мы всегда их открыто обсуждаем с нашими партнёрами, в том числе и с господином Юнкером.

ВОПРОС: Вопрос к обеим сторонам. Он касается одной из тех проблем, которые вы обсуждали, – это проблема еврозоны. Прежде всего, господин Юнкер, Вы как специалист, как один из тех, кто наиболее плотно занимается этой проблемой: каковы, по-вашему, временные перспективы кризиса? Насколько велика вероятность его усугубления? Какие возможные выходы Вы видите из него?

Владимир Владимирович, в связи с этим вторая часть вопроса: мы не боимся за наши активы? Насколько велики риски для наших активов?

И позвольте вдогонку вопрос тоже про отношения с Европой, но вопрос имеет несколько косвенный характер. Существующий сейчас порядок исчисления времени – мы перешли на зимнее время – несколько создаёт препятствия для общения: там время одно, здесь другое. В России в последнее время будируется вопрос об обратном переходе на летнее время. Не могли бы Вы высказать своё отношение к этому переходу? За Вы или против?

Ж.-К.ЮНКЕР: Друзья, этот вопрос, по-моему, не касается напрямую Люксембурга. Часовые пояса и разделение времени нас не очень касаются в связи с недостаточной протяжённостью нашей территории. Поэтому разрешите не отвечать.

Что касается зоны евро, то я объяснил господину Президенту, также как и его Премьер-министру, что все те, кто считает, что через некоторое время зона евро развалится или рухнет в краткосрочной перспективе, страшно ошибаются. В еврозоне есть безусловное желание сохранить единую монету, единую валюту и финансовую стабильность зоны евро. Мы гораздо сильнее, чем кажется, и готовы справиться со всеми трудностями, которые могут перед нами встать.

Мы лучше подготовлены, чем несколько лет назад. Мы ввели механизм финансовой стабильности, о котором я объявлю 8 октября как об официально начатой программе. Это инструмент, который позволит нам реагировать на немедленные краткосрочные риски, изменения конъюнктуры, которые могут неблагоприятно сказаться на нашей финансовой стабильности. Я абсолютно убеждён в том, что можно и нужно обеспечивать финансовую стабильность зоны евро, что мы сможем с этим справиться. Я бы не сказал, что это будет просто, но честно говорю вам, что именно к этому мы стремимся и на это направлены все наши чаяния.

В.ПУТИН: Что касается наших золотовалютных резервов, то действительно значительная их часть (чуть меньше половины, но всё-таки большая часть) у нас находится в евро. Мы прекрасно отдаём себе отчёт во всех рисках, но исходим из того, что фундаментальные основы европейской экономики (а это, в конечном итоге, самое главное) таковы, что позволят сохраниться и единой валюте. Во всяком случае мы видим настрой еврокомиссии и ключевых игроков зоны евро на то, чтобы ситуацию изменить кардинально и к лучшему. Мы доверяем этой политике. Первое.

Второе, что касается часовых поясов. Знаете, я сейчас не слежу за дискуссией – конечно, именно сейчас, но знаю, что это вопрос, который привлекает внимание российской общественности. Это решение тоже было хорошо известно, принято Дмитрием Анатольевичем Медведевым, когда он был Президентом России. Мы с ним недавно обсуждали, и он не держится за это решение, просто вопрос в целесообразности перемен, возвращения к прежней системе.

Я уже говорил, и в ходе предвыборной кампании такие вопросы поднимались. Мы ещё раз проанализируем, как работает ранее принятое решение, и после этого, чтобы это всё было без спешки, без суеты, будет принято окончательное решение. Но оно может быть принято и на уровне Правительства Российской Федерации. Думаю, что это будет самый корректный способ решения этой проблемы.

Спасибо.

Люксембург. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 25 сентября 2012 > № 655918 Владимир Путин, Жан-Клод Юнкер


Россия > Металлургия, горнодобыча > kremlin.ru, 24 сентября 2012 > № 651691 Владимир Путин, Андрей Белоусов

Встреча с Министром экономического развития Андреем Белоусовым.

Обсуждалась ситуация на ряде предприятий алюминиевой промышленности. Кроме того, речь зашла об адаптации отдельных отраслей российской экономики к требованиям Всемирной торговой организации. В частности, затрагивались вопросы повышения мер тарифной защиты.* * *

В.ПУТИН: Андрей Рэмович, Вы знаете про ситуацию, которая складывается на некоторых предприятиях алюминиевой промышленности? У меня уже была беседа с собственниками, и я просил Вас лично подключиться к решению вопросов, достаточно острых и с экономической, и с социальной точки зрения. Знаю, что движение вперёд в позитивном направлении есть.

А.БЕЛОУСОВ: Да, мы, конечно, несём ответственность за алюминиевую промышленность, хотя вопросы социальные – это в первую очередь вопросы собственника и трудового коллектива. Собственник должен решать эти вопросы. Но алюминиевая промышленность – это стратегическая отрасль, и мы, в том числе и с помощью кредитов ВЭБа, создаём там новые мощности.

Естественно, у собственника сейчас возникли проблемы, потому что ему нужно загружать новые мощности: это Богучанский алюминиевый завод, это Тайшетский алюминиевый завод, который мы создаём. Для этого нужны люди и нужно выводить старые мощности. Под удар, если можно назвать таким образом, попало несколько заводов, но самая сложная ситуация была на Богословском алюминиевом заводе.

Я говорю – была, потому что я считаю, что удалось существенно её разрядить. Это уникальный завод. Уникален он тем, что, с одной стороны, легендарный: это один из первых заводов советской алюминиевой промышленности, который создавался в годы войны, и первый алюминий там пошёл в 1945 году. С другой стороны, он наиболее отсталый, отстаёт в технологическом плане: там стоят электролизные агрегаты, которые были введены ещё и, может быть, в то время как-то модернизировались. Они немодернизируемы, они сегодня генерят убытки. И, естественно, первая реакция собственника – сократить людей: это 1200 человек, которые заняты на этих производствах. Не все производства, не закрывать завод – так вопрос не стоял (там есть и глинозёмное производство, достаточно современное, но у нас не об этом речь).

Надо сказать, что довольно сложные были переговоры, мы выступили посредниками в переговорах между трудовым коллективом, субъектом Федерации, это Свердловская область, и собственниками этого завода. Но надо отдать должное владельцам завода, «Русалу», они очень энергично начали решать все проблемы. И сегодня я могу доложить, что ситуация разрядилась таким образом: подписано соглашение между собственником завода, трудовым коллективом в лице профсоюза и губернатором (губернатор подписал), по которому никого увольнять не будут. Частично люди будут переведены на другие производства в рамках того же завода; часть людей, видимо, добровольно: им будут предложены пакеты с тем, чтобы они переехали на новое производство, но, подчёркиваю, добровольно.

Никого по приказу сократить, уволить – этого не будет. Это один из ключевых пунктов соглашения. Естественно, потребуется помощь ВЭБа, в данном случае на кредитной основе, для того, чтобы соответствующие производства были скорейшим образом модернизированы. Это мы долго обсуждали, штатно работаем.

В.ПУТИН: Это очень важно, чтобы было будущее у предприятия, людям надо помочь, чтобы было понятно, в чём им конкретно будет выражаться эта помощь.

А.БЕЛОУСОВ: Я договорился с руководителем профсоюзов, что они будут следить, отслеживать, как выполняется это соглашение, я тоже буду держать руку на пульсе.

В.ПУТИН: Хорошо. Что ещё?

А.БЕЛОУСОВ: Если говорить про алюминиевую промышленность, нужно сказать, что там есть ещё два завода (но там ситуация гораздо менее острая), которые тоже попали под удар: Волховский завод, это в Карелии, – я думаю, что мы там это всё решим, уверен просто, что мы решим.

В.ПУТИН: У Вас и другие вопросы были.

А.БЕЛОУСОВ: Да, я хотел доложить, что мы сейчас проанализировали ситуацию в рамках подготовки прогноза, который складывается у нас на 2013–2015 годы. Ситуация достаточно непростая, потому что мы должны сейчас удержаться на достаточно высоких темпах роста – не ниже 4–5 процентов. В противном случае нам просто не удастся сбалансировать бюджет, потому что одновременно много приходится решать оборонных, социальных вопросов, которые назрели, которые есть в Ваших указах, и всё это нужно выполнять. Но это задаёт нижнюю планку, границу роста.

С другой стороны, у нас есть целый ряд новых факторов, которые будут действовать в этот период. Пожалуй, такой наиболее сложный фактор, мы ещё не до конца его понимаем, общество, мне кажется, не понимает, – что впервые мы вступаем в период, когда у нас не будет расти экспорт нефти и добыча нефти. Период достаточно длительный. То есть, если мы до кризиса 2007 года, с середины 2000-х годов, у нас где-то примерно половина нашего роста шла за счёт экспорта энергоносителей и других сырьевых товаров, то сейчас этот фактор практически перестанет работать. Другой фактор, который мы тоже, конечно, должны принимать во внимание…

В.ПУТИН: В том числе и сокращение потребления.

А.БЕЛОУСОВ: Это да, в том числе и сокращение потребления, конечно. Другой фактор, который мы должны принимать во внимание, – это, безусловно, адаптация нашей экономики к ВТО. Достаточно существенно снижается тарифная защита, она снижается селективно, то есть не фронтально, а по отдельным направлениям, тем не менее по отдельным направлениям нужно обязательно выстраивать, принимать меры защиты.

Сегодня такой план разработан, он выполняется – план по адаптации отраслей. Я его докладывал Государственной Думе, мы договорились создать специальную рабочую группу из депутатов, предпринимателей и чиновников, которые будут отслеживать ход выполнения этого плана по существу. Такая рабочая группа будет создана в самое ближайшее время, и, думаю, в октябре я уже смогу доложить, как это идёт: часть мероприятий уже должна быть выполнена.

Ключевой вопрос, который сегодня нас волнует, который пока, как показывает анализ, это будет ключевой момент, – это то, что нам нужно существенно наращивать инвестиции, нам нужно повышать норму накопления. Нельзя сказать, что у нас для этого нет финансовых ресурсов.

В России одна из самых высоких норм валовых национальных сбережений в мире – почти 30 процентов. Это очень много, мы очень много сберегаем на самом деле. Даже не столько население, сколько предприятия, компании. Но мы эти инвестиции, этот потенциал используем плохо.

Очень большой вывоз капитала за рубеж, причём не всегда оправданный. Понятно, когда компании делают инвестиции – это одна ситуация: за рубежом покупают активы. Это нормально, так делают все крупные компании во всём мире. Плохо, когда не может капитал найти эффективного приложения в стране.

Сейчас ключевое направление действий в этом плане – это национальная предпринимательская инициатива, которую Вы поручали разработать в декабре прошлого года на съезде «Деловой России». Были разработаны, прежде всего силами самого бизнеса, детальные, достаточно детальные «дорожные карты». Таких карт много, потому что сама проблема комплексная, там много направлений. Сегодня первые четыре карты по наиболее чувствительным позициям: по совершенствованию таможенного администрирования, по регулированию строительства, по присоединению к электросетям и по поддержке экспорта – уже вступили в силу.

Для нас сейчас очень важно создать систему контроля: как выполняются. Здесь главная новация (она вынужденная на самом деле, потому что мы работаем с бизнесом) состоит в том, что мы не можем ограничиться чисто бюрократическим контролем. То есть просто внесение или даже принятие закона или постановления мало о чём говорит. Надо, чтобы всё это сработало, чтобы люди, конечные потребители этой законотворческой продукции ощутили всё это на себе, что им стало лучше, проблема решается.

У нас сейчас контроль будет трёхуровневый: один бюрократический, стандартный (что мы умеем хорошо делать – контролировать), второй – через рабочие группы, которые делали эти карты (во главе каждой рабочей группы стоит предприниматель, было жёсткое условие), и третий: с помощью Агентства стратегических инициатив сейчас создаётся клуб лидеров, Андрей Никитин [генеральный директор Агентства стратегических инициатив] в своё время Вам об этом докладывал. Клуб лидеров объединяет предпринимателей со всей страны, из всех регионов, и мы хотим, чтобы это был главный контроль – их подключить: у них что-то меняется в их бизнесе, на местах, в субъектах Федерации. Мы уже начали с ними работать и будем ежемесячно собираться, получать от них обратную связь, обратную информацию.

В.ПУТИН: Запланируйте мои встречи с ними, как и было до этого.

Что касается нефтянки, то и ваше Министерство, и Минэнерго вместе с руководителями наших основных компаний должны создавать условия для освоения новых месторождений, имея в виду, что многие старые истощаются – и нужно осваивать новые, в том числе и труднодоступные, мы с Вами об этом уже многократно говорили.

Россия > Металлургия, горнодобыча > kremlin.ru, 24 сентября 2012 > № 651691 Владимир Путин, Андрей Белоусов


Киргизия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 20 сентября 2012 > № 647651 Владимир Путин, Алмазбек Атамбаев

В Бишкеке состоялись переговоры Владимира Путина с Президентом Киргизии Алмазбеком Атамбаевым.

По итогам российско-киргизских переговоров подписан ряд двусторонних документов. В частности, подписано межправсоглашение об урегулировании задолженности Киргизии перед Россией. Ещё одно соглашение определяет статус и условия пребывания российской военной базы на территории Киргизии. Подписан также протокол о сотрудничестве в военной области в период, предшествующий вступлению в силу соглашения о российской военной базе. Два документа касаются строительства и эксплуатации Верхне-Нарынского каскада ГЭС и Камбаратинской ГЭС – 1. Кроме того, по итогам визита принято совместное заявление.

Позднее Владимир Путин и Алмазбек Атамбаев возложили цветы к мемориалу блокадникам-ленинградцам, которые в годы войны были эвакуированы в Киргизию. Главы государств также общались с руководителем киргизского общества блокадников Ленинграда Анной Кутановой.

Глава Российского государства прибыл в Киргизию накануне вечером из Казахстана, где принял участие в работе IX Форума межрегионального сотрудничества России и Казахстана.

* * *

Заявления для прессы и ответы на вопросы журналистов по итогам российско-киргизских переговоров

А.АТАМБАЕВ: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые гости! Уважаемые участники этого мероприятия!

Я, конечно же, хочу, во-первых, поздравить Андрея Юрьевича Бельянинова [руководитель Федеральной таможенной службы России] с государственной наградой Кыргызстана. И хочу – для тех, кто не знает, – сказать, что если бы не Андрей Юрьевич Бельянинов, то вряд ли мы успели бы в прошлом году поставить к празднику – ко Дню независимости – памятник Манасу на площади Ала-Тоо. И вряд ли мы в этом году смогли бы поставить памятник Манасу в Москве, который не могли поставить почти 10 лет. Это заслуга Андрея Юрьевича Бельянинова. Он – большой в самом деле друг Кыргызстана и, скажем, формально или неформально как бы наш «маленький киргиз» в Москве.

В.ПУТИН: Большой, большой.

А.АТАМБАЕВ: И само название этого ордена, Даанакер, – это человек, который объединяет, несёт добро людям, несёт дружбу людям. У нас были разные проблемы, но Андрей Юрьевич всегда болел за то, чтобы были совсем новые отношения между Кыргызстаном и Россией. И первый орден, первая награда, которую я подписываю, она получилась, Андрей Юрьевич, для Вас. Я думаю, Вы это очень заслужили, поздравляю Вас ещё раз.

Уважаемый Владимир Владимирович! Я хочу ещё раз поблагодарить Вас за то, что Вы приняли приглашение, приехали с официальным визитом. Наконец-то подписано столько соглашений, которые мы годами, некоторые – десятилетиями ждали.

Здесь я хочу отметить, что самый реальный прорыв, конечно же, был во время приезда Игоря Ивановича Шувалова [Первый заместитель Председателя Правительства]. Я думаю, что тогда пошёл прорыв. Сегодня мы уже закрепляем, все договорённости подписали.

Я хочу здесь чётко сказать, что Россия – наш главный стратегический партнёр: с Россией нас связывает общая история, общая судьба. И я думаю, я в этом уверен – без России, конечно, у нас и не может быть отдельного будущего. У нас будущее будет только в союзе, стратегическом партнёрстве с великой Россией.

Я ещё раз хочу поблагодарить всех присутствующих экспертов, всех, кто работал над документами, и, конечно же, Вас, Владимир Владимирович, потому что, если бы не Ваша политическая воля, я думаю, многие не верили в подписание этих документов и многие, наверное, продолжают с большим недоверием смотреть до сих пор на кыргызскую сторону.

Спасибо, Владимир Владимирович.

Киргизия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 20 сентября 2012 > № 647651 Владимир Путин, Алмазбек Атамбаев


Казахстан. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 19 сентября 2012 > № 647655 Владимир Путин, Нурсултан Назарбаев

Заявления для прессы по итогам Форума межрегионального сотрудничества России и Казахстана

Н.НАЗАРБАЕВ:Уважаемые дамы и господа! Уважаемый Владимир Владимирович!Ещё раз приветствую Президента России, всех наших российских друзей, делегацию Российской Федерации в Павлодаре и [поздравляю с] проведением нашего ежегодного форума регионов нашей страны.

Мы провели IX Форум межрегионального сотрудничества по теме «Инновационное сотрудничество» в одном из крупнейших промышленных центров Казахстана – в городе Павлодаре. Выбор этого центра неслучаен: до 70 процентов товарооборота Павлодарской области происходит благодаря соседним государствам. В этой области производится 40 процентов электроэнергии нашей страны, 100 процентов металлического алюминия, развита химия и сельское хозяйство. И расширение Экибастузской ГРЭС-2, которая является совместным предприятием с Россией с объёмом инвестиций 1 миллиард долларов, введение третьего блока очень необходимо для нашей страны. Электроэнергия потребляется как Россией, так и Казахстаном. Рад отметить, что поступательно развивается торговля между нашими странами: за прошлый год товарооборот вырос на 30 процентов и составил более 23 миллиардов долларов. За первое полугодие перевалило за 11 миллиардов долларов. В рамках текущего форума было заключено более 20 коммерческих соглашений на сумму около двух миллиардов долларов.

В ходе отдельной встречи с Президентом Российской Федерации Владимиром Владимировичем Путиным мы обсудили предстоящие торжественные мероприятия, посвящённые двадцатилетию базового договора между Казахстаном и Россией о дружбе, сотрудничестве, взаимной помощи и установлению дипотношений между нашими странами.

В процессе переговоров были обсуждены вопросы сотрудничества в сфере освоения космического пространства, совместного использования комплекса «Байконур», рационального использования водных ресурсов, охраны трансграничных рек. Также рассмотрены проблемы индустриально-инновационного межрегионального развития, эффективного взаимодействия в сфере топливно-энергетического комплекса.

Последовательно укрепляется сотрудничество Казахстана и России в рамках Единого экономического пространства, Таможенного союза. Сегодня устранены многие барьеры, которые были между нашими странами на таможне, на границе, и это помогает активно развивать совместные производства. Считаю, что в будущем это объединение будет весьма привлекательным для многих стран мира.

Пользуясь возможностью, хочу поздравить российскую сторону со вступлением во Всемирную торговую организацию. Мы тоже к этому стремимся и, по договорённости, будем вступать при взаимной поддержке с российской стороны.

В нашем присутствии сегодня вы были свидетелями подписания соглашений, направленных на углубление двусторонних отношений по разным отраслям нашей экономики.

И в заключение ещё раз благодарю Вас, Владимир Владимирович, и наших российских друзей за участие в этом форуме. Уверен, что достигнутые договорённости послужат развитию и дальнейшему укреплению партнёрских отношений между нашими странами, будут служить на благо наших народов и наших государств.Следующее проведение X Форума будет на российской территории. Мы полностью согласились с предложением российской стороны, что оно пройдёт в Екатеринбурге.

Благодарю вас.

В.ПУТИН: Нынешний год – знаковый для российско-казахстанских отношений: мы отмечаем двадцатилетие Договора о дружбе, сотрудничестве, взаимной помощи и двадцатилетие установления дипломатических отношений. По историческим меркам это относительно небольшой срок, но за это время многое удалось сделать. Мы заложили прочный фундамент отношений, развивающихся и по сей день, и в будущем, я надеюсь, так будет, в духе стратегического партнёрства и союзничества.

Создана и постоянно совершенствуется обширная договорно-правовая база, поддерживаются интенсивные деловые и политические контакты, постоянно и на всех уровнях.

Тема, как вы знаете, нынешнего, IX российско-казахстанского межрегионального форума – «Инновационное сотрудничество», важнейшее направление нашей совместной работы. И для российской экономики, наверняка представители прессы об этом знают, это стратегическое направление – инновационное развитие, диверсификация нашей экономики, – но и для Казахстана это не менее важная задача. И если мы объединяем усилия для решения каких-то проблем, перед которыми стоим, – мы делаем это более эффективно. Именно на это нацелено и создание Таможенного союза, и Единого экономического пространства. Мы серьёзным образом повышаем нашу общую конкурентоспособность.

Я уже Нурсултану Абишевичу говорил, могу повторить ещё раз: на недавно проведённом форуме стран Азиатско-Тихоокеанского региона во Владивостоке многие наши партнёры из этого очень перспективного и эффективно развивающегося региона мира очень большое внимание уделяли нашему Таможенному союзу и Единому экономическому пространству. И на моих двусторонних встречах практически всегда ставились вопросы о том, как устроена наша работа. Многие из наших партнёров в Азиатско-Тихоокеанском регионе выразили прямое желание наладить прямые контакты и установить особые отношения с Единым экономическим пространством и Таможенным союзом. Это перспективная работа, тем более что мы и дальше собираемся совершенствовать наше интеграционное сотрудничество вплоть до создания Евразийского экономического союза.

Мы сегодня с Нурсултаном Абишевичем говорили о сотрудничестве в валютно-кредитной, финансовой сфере. Президент Казахстана поднял эти вопросы, имея в виду, что при колебаниях национальных валют нам нужно выработать такой механизм, который постоянно поддерживал бы нашу конкурентоспособность и не допускал никаких промахов и каких-то потерь для наших экономик и конкретных предприятий – участников экономической деятельности.

Кстати, могу вас проинформировать: завершена сделка одного из крупнейших российских банков – «Сбербанка» – по продаже своего пакета в объеме 7,58 процента за 5 миллиардов 208 миллионов долларов США. Это одна из наиболее прибыльных за последние десятилетия сделок в этой сфере, после «Эппл». На каждые 100 долларов, вложенных в «Сбербанк» 10 лет назад, сегодня главный акционер, а это Центральный банк Российской Федерации, получил 3 тысячи 700 долларов. То есть на каждые 100 долларов, вложенные 10 лет назад, 3700 сегодня. Это очень хорошая доходность. Это говорит о чём – это говорит о потенциале наших кредитных финансовых учреждений в России, о привлекательности этих кредитных финансовых учреждений и о возможности расширения нашей совместной работы по этому направлению.

Участники форума предложили целый ряд очень интересных и перспективных идей, в том числе и в сфере малого и среднего бизнеса. И конечно, финансовое сопровождение в этом отношении в высшей степени востребовано.

В ходе работы форума подписан и целый пакет двусторонних соглашений. Нурсултан Абишевич об этом сказал, и вы действительно всё это видели.

Итоги работы форума заслуживают самой положительной оценки. Главное, что они направлены на обеспечение насущных потребностей и повышение качества жизни людей, жизни граждан наших стран, проживающих в приграничных регионах с обеих сторон.

Состоялась наша двусторонняя встреча с Нурсултаном Абишевичем. Президент Казахстана об этом сказал. Мы имели возможность поговорить по всему комплексу двусторонних отношений, по ситуации в регионе, да и в мире в целом. Поговорили о наиболее острых проблемах, с которыми сталкиваются некоторые страны сегодня. Многие из этих вещей напрямую затрагивают наши интересы: как Казахстана, так и Российской Федерации.

В завершение я хочу поблагодарить и казахстанцев, тех, кто в Павлодаре проживает, и, конечно, поблагодарить руководство Казахстана, Президента Нурсултана Абишевича за то, что сегодня мы смогли собраться в таких хороших условиях и имели возможность поговорить о тех проблемах, которые нас интересуют и от решения которых зависит качество жизни наших граждан. Большое вам спасибо.

Благодарю за внимание.

Казахстан. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 19 сентября 2012 > № 647655 Владимир Путин, Нурсултан Назарбаев


Казахстан. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 19 сентября 2012 > № 647654 Владимир Путин, Нурсултан Назарбаев

Владимир Путин и Нурсултан Назарбаев приняли участие в заседании IX Форума межрегионального сотрудничества России и Казахстана. На повестке дня форума в этом году – вопросы инновационного сотрудничества.

По итогам работы форума в присутствии президентов России и Казахстана подписаны соглашение по профилактике и тушению пожаров на приграничных территориях, протокол к российско-казахстанскому соглашению о сотрудничестве в области предупреждения промышленных аварий, направленный на упрощение порядка пересечения границы аварийно-спасательными службами, протокол о внесении изменений в межправительственное Соглашение о торгово-экономическом сотрудничестве в сфере энергетики. Кроме того, в рамках работы форума подписан пакет документов о научно-техническом, культурном и торгово-экономическом сотрудничестве между приграничными регионами двух стран.

Позже Владимир Путин и Нурсултан Назарбаев сделали заявления для прессы.

Выступления на заседании Форума межрегионального сотрудничества России и Казахстана

Н.НАЗАРБАЕВ: Все участники сегодняшнего форума прибыли, на месте. Владимир Владимирович, можем начинать нашу работу. Возражений нет? Нет.

Уважаемый Владимир Владимирович, уважаемые участники, гости нашего форума, друзья! Рад приветствовать Президента России, представительную делегацию Российской Федерации. Символично, что сегодня наш форум проводится в городе, который на протяжении сотен лет является одним из важных центров развития казахстанско-российских связей.

В текущем году наши страны отмечают 20-летие Договора о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи, который был подписан в 1992 году. Сегодня Казахстан и Россия решают схожие задачи модернизации национальных экономик и инновационного развития. В этом плане тематика нынешнего форума – инновационное сотрудничество – имеет особую актуальность и значимость. В сфере развития инноваций в высоких технологиях нами уже многое сделано, но ещё больше предстоит сделать. Только за два прошедших года в Казахстане запущено боле 440 новых производств по программе индустриализации на сумму 12 миллиардов долларов. До 2020 года по нашему плану планируется реализовать более 700 индустриально-инновационных проектов стоимостью 77 миллиардов долларов. Программа эта чётко выполняется из года в год. В инновационной индустриализации экономики нам активно помогают российские партнёры, которые вносят свой вклад в этот значимый для нашей страны процесс. 26 проектов с объёмом инвестиций 5,5 миллиарда американских долларов. По итогам нынешнего форума, как мне доложили, совместные проекты пополнятся ещё 27 соглашениями на сумму около 2 миллиардов долларов.

Сегодня наше партнёрство в сфере индустриального сотрудничества переходит на новый уровень. Во-первых, в качестве важного вопроса мы рассматриваем необходимость углублённой промышленной кооперации между нашими странами. Объединившись в рамках Единого экономического пространства, мы сняли все пограничные барьеры для предприятий. Теперь нужно выстраивать эффективные межрегиональные индустриальные кластеры. Один из успешных примеров – создание производства автомобилей в Восточно-Казахстанской области, и, сейчас мне сказали, договорились о том, чтобы увеличить производство там автомобилей вместе с российскими компаниями до 120 тысяч штук в год. Это масштабный проект с объёмом инвестиций сейчас 400 миллионов долларов, а когда дойдёт до проектной мощности – 5,7 миллиарда долларов.

Во-вторых, переход на принципы «зелёной экономики», что предопределяет как раз инновацию. Казахстан последовательно продвигает эту инициативу, которая практически является механизмом развития экологически чистой промышленности. Сегодня такие передовые технологии выступают в качестве фундамента инновационного роста всех развитых стран. Мы могли бы объединить усилия, вместе поработать над созданием технологической инфраструктуры «зелёной экономики» наших государств.

В-третьих, сотрудничество в развитии отраслей будущего. Здесь приоритетным направлением видится космическая сфера. «Байконур» должен стать международным инновационным брендом, символом качественно нового этапа в развитии наших двусторонних отношений. Для проведения совместных исследований в сфере мирного использования космоса мы могли бы создать новую уникальную площадку научно-технологического сотрудничества – Байконурский инновационный форум. Также Казахстан заинтересован в создании соответствующих лабораторий таких технологий в Астане, о чём мы сегодня с Владимиром Владимировичем подробно говорили, даны соответствующие поручения.

В русле реализации совместного заявления по космосу, принятого нами с Президентом России в июне текущего года в Астане, надо разработать долгосрочную программу совместного использования космодрома «Байконур», двустороннего сотрудничества в космической сфере для выгоды для обеих стран. Очень важно включить в программу вопросы модернизации города, создание инфраструктуры, соответствующей вопросам времени.

Уважаемые участники и гости форума! В XXI веке магистральным направлением нашего партнёрства должна стать интеграция во всех трёх элементах треугольника знаний: образование, исследования и инновации. У нас уже есть позитивные примеры сотрудничества. Это совместный фонд нанотехнологий между «Казына Капитал Менеджмент» и «Роснано», центр высоких технологий при ЕврАзЭС.

Предлагаем новые меры: надо оживить работу совместных комиссий в области научно-технического сотрудничества. Многие соглашения в этой сфере требуют кардинального обновления. Необходимо активизировать совместные научные проекты. В настоящий момент сформирован перечень из 130 таких проектов. Нужно их принять и приступить к работе.

Важный вопрос – подготовка инженерно-технических кадров для новых производств. Мы заинтересованы в широком студенческом обмене, подготовке, переподготовке специалистов по техническим и иным специальностям, готовы к расширению сотрудничества с российскими вузами и научно-исследовательскими институтами, особенно в области разработки новых технологий.

Следующая тема – это развитие инновационных кластеров. Приглашаем российские компании участвовать в парке инновационных технологий в Алматы, создании наукограда «Курчатов» на месте бывшего Семипалатинского ядерного полигона, центров аграрных инноваций, которые мы начинаем создавать. Предлагаем установить партнёрские связи между центром «Сколково» и Новым международным университетом в Астане.

В стороне не должны остаться институты развития государственно-частного партнёрства. По примеру европейских стран целесообразно развивать технологические платформы, создать единую исследовательскую сеть с участием высших учебных заведений, научно-исследовательских центров, бизнеса. Эффективная коммерциализация научных разработок – это основа конкурентоспособного промышленного производства. Никто нам свои новые технологии «из-за бугра» давать не собирается, как бы мы этого ни хотели, поэтому нам надо совместно поворачиваться, создавать такие инновации у себя здесь, на Родине, вместе. Убеждён, что Казахстан и Россия совместными усилиями могли бы сформировать в перспективе полноценный технологический и производственный альянс.

Знаю, что для России нет более близкой страны, чем Казахстан, а для Казахстана – чем Российская Федерация. Это доказало время, и этому альтернативы нет. Нам нужна новая концепция добрососедства, союзничества, обращённая в XXI век, и мы будем её разрабатывать.

Формирование качественно нового уровня в развитии наших двусторонних отношений можно сравнить с процессом строительства небоскрёба. Каждая наша встреча, подписанное в её рамках соглашение позволяют нам возвести новые этажи этого высокотехнологичного дома. И сегодня на всём евразийском пространстве это самое большое, я скажу, красивое здание, и наши интеграционные решения по Таможенному союзу и ЕЭП, я уверен, будут служить в будущем как пример добрососедской интеграции в интересах выгоды для обоих народов и государств. Оно служит ориентиром для других стран, и ему не страшны никакие кризисы и потрясения, ведь в его фундаменте лежат многовековые традиции добрососедства, дружбы, взаимной помощи двух наших братских народов.

Благодарю вас за внимание.

Уважаемый Владимир Владимирович, позвольте предоставить Вам слово.

В.ПУТИН: Благодарю Вас.

Уважаемый Нурсултан Абишевич! Уважаемые коллеги, друзья! Хочу обратиться и к казахстанской делегации, и к российской. Вижу по нашей делегации – очень много не только министров федерального Правительства, но и много очень руководителей субъектов Российской Федерации присутствует.

Казахстан в четвёртый раз принимает этот форум. До этого были Уральск, Актюбинск, Усть-Каменогорск. Пять таких форумов прошли в Российской Федерации, их принимали Омск, Челябинск, Новосибирск, Оренбург, Астрахань. С каждым годом практическая отдача от встреч в таком формате возрастает. Да вы и сами знаете, чувствуете. Когда мы встречаемся с вами в ваших регионах (я имею в виду сейчас своих российских коллег), так или иначе постоянно возникают вопросы сотрудничества с Казахстаном по самым разным направлениям: это и технологическое сотрудничество, в области промышленности, в области инфраструктуры – постоянно что-то возникает. То есть жизнь сама заставляет нас обращать внимание на эти проблемы. Но если это так, то наша обязанность – своевременно выявлять проблемы, которые на этом пути возникают, и самым эффективным образом их решать.

Сегодня в нашей повестке дня исключительно важная тема, очень актуальная – инновационное сотрудничество. Перед регионами России и Казахстана стоят очень схожие задачи. Это диверсификация источников экономического роста, а это, как мы с вами понимаем, обеспечение темпов экономического роста, для любой страны и для наших стран является задачей номер один. Здесь нужно говорить и об инфраструктуре, нужно наращивать научные, технологические возможности, инвестиционный потенциал наших стран.

Для развития межрегионального высокотехнологичного сотрудничества создана неплохая база. Деловые контакты с казахстанскими партнёрами из 83 субъектов Российской Федерации уже имеют 76. Наибольшую активность проявляют Москва, Московская область, Челябинская, Свердловская, Оренбургская, Новосибирская, Курганская области, Алтайский и Красноярский края, Республики Башкортостан, Татарстан, Хакасия. В приграничных районах действует более 400 совместных предприятий. А вот здесь, на форуме (Нурсултан Абишевич сейчас вот только говорил, мы с глазу на глаз обсуждали наши двусторонние и региональные проблемы), 600 предприятий представлено.

Рассчитываем, что к работе по инновациям будут активно подключаться не только крупные компании, но, что не менее, а может, и более важно, и малый и средний бизнес. По оценкам специалистов, в развитых экономиках мира (мы с вами об этом тоже хорошо знаем) такие предприятия создают примерно 30–35 процентов всех инновационных продуктов и услуг.

Приоритетным с точки зрения внедрения новых технологий направлением является машиностроение. В ближайшие годы мы планируем, и Нурсултан Абишевич тоже об этом сказал, построить в Казахстане автомобильный завод полного цикла, заинтересованы в организации совместного предприятия по сборке гражданских вертолётов «Ка-226Т». В целях стимулирования инновационного сотрудничества уже создан российско-казахстанский фонд нанотехнологий. И это только наиболее значимые совместные проекты. Конечно, и Президент Казахстана упомянул об этом, сотрудничество в космосе на базе всемирно известного «Байконура».

Реализация всех этих программ поможет сохранить имеющиеся и отладить новые производственные цепочки, а значит, повысить качество и масштаб промышленной кооперации между нашими странами и между партнёрами.

Применение инноваций позволит серьёзно повысить надёжность и эффективность транспортных систем. Для таких близких стран, для стран, у которых совместная граница составляет чуть ли не семь тысяч километров (таких примеров в мире-то нет), это чрезвычайно важная и актуальная задача, в первую очередь при формировании транзитного коридора Европа – Западный Китай. Он пройдёт от Санкт-Петербурга через Казань, Оренбург, Актюбинск и Алма-Ату до границ с Китайской Народной Республикой и не только серьёзно будет укреплять транспортную инфраструктуру России и Казахстана, но и обеспечит более короткие и более выгодные маршруты между динамично развивающимся Азиатско-Тихоокеанским регионом и Европой.

Конечно, инновации – это прежде всего свежие идеи, смелые новаторские решения, поэтому необходимо в полной мере задействовать потенциал научного и образовательного сообществ наших стран. Достижения российских и казахстанских высших учебных заведений, исследовательских центров хорошо известны. К тому же многие из них давно и плодотворно друг с другом работают, сотрудничают. В мае этого года в Омске прошёл второй форум вузов приграничных регионов России и Казахстана, в нём приняли участие 25 учебных заведений.

Уважаемые друзья! Новые и самые широкие возможности для развития двустороннего сотрудничества открывает формирование Таможенного союза и Единого экономического пространства. Теперь в нашем распоряжении огромный рынок более чем с 165 миллионами потребителей. Возможность унифицировать законодательство, обеспечить свободное передвижение людей, капиталов, товаров, рабочей силы чрезвычайно важно для повышения нашей конкурентоспособности.

Рассчитываем, что регионы России и Казахстана будут по максимуму использовать все эти наработки и все вновь созданные условия для развития, по-настоящему добьются прорыва в реализации долгосрочных крайне важных для наших государств проектов.

Хочу пожелать всем нам успеха. Благодарю вас за внимание.

Казахстан. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 19 сентября 2012 > № 647654 Владимир Путин, Нурсултан Назарбаев


Россия > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 18 сентября 2012 > № 647657 Владимир Путин

Владимир Путин провёл совещание по проекту федерального бюджета на 2013–2015 годы.

На совещании обсуждались, в частности, вопросы бюджетного планирования и бюджетной дисциплины, сбалансированности региональных бюджетов и внебюджетных фондов, а также пути повышения эффективности расходования бюджетных средств.

В.ПУТИН:Добрый день, уважаемые коллеги!Мы сегодня поговорим о работе над федеральным бюджетом. Знаю, насколько это сложно, особенно в современных условиях, тем не менее нам нужно уже подвести хотя бы промежуточные итоги этой работы, потому что работа над бюджетом вступает в свою завершающую стадию.

Вчера Министерство финансов направило в Правительство проект основного финансового документа на 2013-й и последующие два года – до 2015-го включительно. В ближайшее время бюджет должен быть рассмотрен и потом внесён в Государственную Думу.

Экспертами, специалистами министерств, ведомств, Правительства, безусловно, проведена очень большая, серьёзная работа. Нужно было решить целый комплекс взаимосвязанных задач, рассчитать базовые параметры бюджета с учётом сложных процессов на мировых рынках, общей неустойчивости ситуации в глобальной экономике. Я знаю, что по ряду вопросов бюджетного планирования шли принципиальные напряжённые дискуссии. Собственно говоря, так было и в предыдущие годы, мы это хорошо все с вами знаем. Я прошу сегодня рассказать, какие решения приняты по итогам.

Но прежде всего хотел бы ещё раз акцентировать ваше внимание на некоторых базовых вещах и подходах.

Первое. Нам нужно строго выдерживать курс на сбалансированность бюджета. Жёсткая и ответственная бюджетная политика, безусловно, приносит свои плоды, а если она проводится не должным образом, то тогда плоды тоже есть, но совсем противоположного толка. И на примере многих наших соседних стран, особенно в еврозоне, мы это с вами хорошо видим и знаем.

На фоне проблем с государственными финансами во многих европейских и других странах положение России выглядит устойчиво. По итогам прошлого года федеральный бюджет был свёрстан с профицитом 0,8 процента. За первые 8 месяцев текущего года динамика в целом положительная.

Одновременно мы существенно пополнили и наши резервы. Объём, например, Резервного фонда, по последним данным, увеличился примерно в 2,5 раза и достиг почти 2 триллионов рублей. Вместе с тем по-прежнему остаётся высоким ненефтегазовый дефицит бюджета. На текущий год этот показатель оценивается более чем в 10 процентов – 10,6 процента ВВП. Нет необходимости говорить, мы с вами много раз возвращались к этой проблеме, здесь заключаются высокие потенциальные риски.

Именно для того, чтобы повысить устойчивость бюджетной системы на долгосрочную перспективу, укрепить макроэкономическую стабильность, было принято решение о новом бюджетном правиле. Его применение призвано снизить негативные влияния текущих колебаний, создать дополнительные возможности для бюджетного манёвра – накопления резервов.

В этой связи вторая важная задача: применение бюджетного правила ограничивает текущее расходование сырьевых сверхдоходов, что, конечно, разумно, мы тоже об этом много раз говорили. Однако реальные ключевые задачи страны, интересы, потребности регионов мы тоже должны, безусловно, учитывать и правильно оценивать в этой связи приоритеты в экономике, в социальной политике, имею в виду и пенсионную сферу, образование, здравоохранение, культуру, инфраструктуру, дорожное строительство, оборону и безопасность.

И конечно, выполнение социальных обязательств перед гражданами странами должно оставаться приоритетным. Обращаю внимание: все решения на этот счёт приняты, мы об этом уже неоднократно договаривались, задачи обозначены в президентских указах (сейчас я об этом поговорю отдельно) – и они должны исполняться, включая переход на новые эффективные системы оплаты труда в ключевых бюджетных секторах: образовании, здравоохранении, культуре, науке. Эти системы должны стимулировать специалистов и руководителей учреждений к повышению профессионализма и к структурным преобразованиям, вести к росту зарплат для тех, кто качественно выполняет свою работу.

Далее. Рассматривая федеральный бюджет, мы должны чётко и ясно понимать, какими ресурсами будут располагать основные внебюджетные фонды, я уже об этом упоминал: Пенсионный фонд, Фонд обязательного медицинского страхования, Дорожный и другие фонды.

Сегодня у нас какое число – 18-е, мы договаривались о чём: о том, что до конца сентября нам будут представлены письменные предложения Правительства по развитию пенсионной системы – пока этого нет. Как вы бюджет считаете на следующий, на последующие годы, не решая одну из ключевых задач экономики? Об этом тоже поговорим сегодня.

Кроме того, необходимо особое внимание уделить долгосрочному бюджетному планированию. Нам нужно представлять, какие бюджетные горизонты мы будем иметь в период после 2015 года.

Четвёртое. Сегодня очевидно общее, сквозное требование к бюджету, к деятельности всех ведомств: это требование эффективности. Прошу всех коллег, всех, кто имеет отношение к принятию решений, ещё раз посмотреть, что нужно сделать с точки зрения повышения результативности расходов, отдачи от вложения бюджетных средств, чёткого выстраивания внутренних, отраслевых приоритетов. Вместе с деньгами должны идти и структурные преобразования, я только что об этом уже говорил.

Нужно продолжить работу над улучшением бюджетной дисциплины исполнителей, свести к минимуму ситуации, когда запланированные на год расходы по государственным программам осваиваются недостаточно и переносятся с одного года на другой. Это создаёт дополнительную нагрузку на государственные финансы, ставит под угрозу своевременное выполнение намеченных мер.

В завершение я хочу ещё раз вернуться к базовым макроэкономическим условиям. Несмотря на имеющиеся проблемы, нам принципиально важно продолжить твёрдый, последовательный курс на подавление инфляции. Это только иллюзия, что можно чуть ослабить контроль над инфляцией ради решения текущих задач, в том числе при вёрстке бюджета. Это очень опасный подход. Низкая инфляция, мы знаем, – это хорошо: это сбережение доходов граждан, доступные кредиты, ипотека, долгосрочные капиталовложения.

В общем, работа у Правительства, конечно, очень сложная, нужно аккуратно пройти между Сциллой и Харибдой, нужно и бюджет развития сформировать, и социальные обязательства выполнять перед гражданами, выполнять то, что нами изложено с вами (я говорю – именно с вами, потому что при вашем участии и указы Президента от 7 мая текущего года были подготовлены, а затем выпущены), и в то же время макроэкономические показатели сохранить и улучшать их.

Что бы хотел сказать по этим указам. Мы много раз уже говорили и я с самого начала предупреждал, что эти указы не сами по себе должны жить. Они должны быть реализованы в практической деятельности кабинета министров – Правительства Российской Федерации. И многократно почти с каждым из присутствующих, да и отсутствующих здесь коллег об этом говорил. Ведь граждане, те, кто – а таких большинство в нашей стране – внимательно следят за внутриполитической ситуацией, за тем, что и как руководство страны собирается делать, ждут от нас реализации тех задач, которые в этих указах изложены. Не может быть так, что указы и цели, которые в них изложены, носят капитальный характер, фундаментальный, они сами по себе, а деятельность исполнительной власти – сама по себе. Так быть не может – и так не будет, хочу сразу об этом сказать. Там задачи у нас сформулированы практически по каждому направлению.

На что хочу обратить внимание. К сожалению, мы уже фиксируем такие системные сбои по целому ряду позиций. Что касается развития Сибири и Дальнего Востока: в указах говорится о подготовке предложений по ускорению социально-экономического развития Сибири и Дальнего Востока, предусматривающих обеспечение транспортных связей труднодоступных территорий, и так далее. Ответственные: Минрегион (а это основное, ключевое ведомство, которое должно организовывать работу), дальше – Минэкономразвития, Минфин России.

Затем пункт о предоставлении предложений по внедрению новых принципов кадровой политики в системе государственной гражданской службы, имеется в виду обеспечение соответствующего уровня заработной платы в высших учебных заведениях. Ответственные: Минтруд, и далее целый список ответственных, но Минтруд – основной.

Обеспечение и формирование социальных условий ипотечного кредитования отдельных категорий граждан, и дальше все по списку (там большой перечень), тоже номер один из ответственных – Минрегион. Вот эти пункты в указах просто не выполнены, никаких предложений не сформулировано.

Дальше идут поручения, которые тоже есть в этих указах, но к ним коллеги из Правительства как бы сделали такой первый подход к снаряду, но, на мой взгляд, чисто формальный, без всякой попытки этот снаряд поднять, освоить.

Здесь тоже: о подготовке и внесении в Госдуму проекта федерального закона о внесении в законодательство изменений, касающихся разработки, утверждения и применения профессиональных стандартов, – Минтруд.

Разработка комплекса мер по улучшению жилищных условий семей, имеющих трёх и более детей, включая создание при поддержке субъектов и муниципалитетов необходимой инфраструктуры, – Минрегион и так далее.

В этой связи, уважаемые коллеги, хотел бы сказать следующее. Мы со многими из здесь присутствующих и не присутствующих здесь, но работающих сегодня в Правительстве, вместе работаем много-много лет. Кто-то раньше работал в Правительстве на должности, скажем, замминистра, руководителей каких-то других подразделений, кто-то работал в Администрации Президента тоже на очень высоких должностях, но работа министра предполагает личную, персональную ответственность за отрасль. Если что-то из намеченного не выполняется, то эту ответственность нужно нести, и нести лично.

Я не буду делать этого самостоятельно, имея в виду такую прямую подчинённость, но обращу внимание Председателя Правительства на необходимость объявить выговор Министру регионального развития и Министру труда. Ничего личного – хочу, чтобы вы знали, ничего личного.

Но хочу предупредить и всех остальных членов Правительства: внимательно буду следить за нашей общей работой и соответствующим образом реагировать на то, что происходит или не происходит, а должно было бы происходить. Вот это первая часть.

Есть и вторая. Она в чём заключается? Я внимательно посмотрел на предложения, изложенные в проекте бюджета, и хочу сразу сказать, что, да, – и во вступительном слове я несколько слов об этом сказал – это тяжёлая, сложная, большая и очень ответственная работа. Со многими из здесь присутствующих в этом зале мы проводили её не один раз вместе – я знаю, как это тяжело. Но если всё так оставить, как в проекте изложено, то и другие пункты этих указов исполнены быть не могут, я уже это вижу, – а они должны быть исполнены. Поэтому предлагаю сегодня поговорить самым серьёзным и внимательным образом по проблемам, ради обсуждения которых мы и собрались.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 18 сентября 2012 > № 647657 Владимир Путин


Россия. ЮФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 13 сентября 2012 > № 643091 Владимир Путин

Совещание по ликвидации последствий наводнения в Краснодарском крае.

Владимир Путин провёл совещание по ликвидации последствий наводнения в Краснодарском крае.

Обсуждался ход выполнения Указа «О мерах по ликвидации последствий стихийного бедствия – наводнения в Краснодарском крае», подписанного по итогам рабочей поездкиПрезидента в Крымск. Указом предусмотрены меры социальной поддержки пострадавших и семей погибших, а также содержатся поручения профильным министерствам и ведомствам по совершенствованию систем защиты и оповещения населения о стихийных бедствиях.Кроме того, в ходе встречи обсуждалась ситуация в Туапсинском районе Краснодарского края, пострадавшем от наводнения в конце августа.

* * *

В.ПУТИН: Добрый день, уважаемые коллеги!

Тема нашей сегодняшней встречи известна. В этом году Краснодарский край пережил два крупных природных бедствия: с 6 на 7 июля – наводнение в Крымске, которое унесло большое количество человеческих жизней, большая трагедия для нашей страны; с 21 на 22 августа – в Туапсинском районе люди пережили удар стихии.

Сегодня поговорим о том, как идёт работа по купированию тяжёлых последствий, которые наступили в результате этих катастроф. Подробно поговорим о том, что делается в Крымске с учётом оперативной информации от ведомств, от руководства края, от Контрольного управления Президента, которое тоже провело соответствующую работу.

Прежде всего, конечно, нужно посмотреть, как выполняются меры, определённые в известном Указе №1015, после моих поездок в регион. Прежде всего меня интересует, как осуществляются денежные выплаты людям, которые имеют на это право, сколько денег получили, какое количество людей, какие есть проблемы. Я сейчас не буду называть все цифры, они хорошо известны, много раз повторялись. Вопрос не в цифрах, которые мы определили с вами уже давно. Вопрос в том, как выполняется это решение, как идёт перечисление денег.

Есть вопросы и проблемы, связанные с людьми, которые постоянно проживали в этих районах, но их проживание не было соответствующим образом оформлено. Естественно, в таких случаях нужно обращаться в суд, люди об этом знают. На 10 сентября иски в отношении 11 614 граждан удовлетворены. То есть признано судом, что люди хотя и не имели регистрации, но постоянно в этом районе проживали. Отказано в удовлетворении исков 205 гражданам. Между тем, хочу на это обратить ваше внимание, порядка 6 тысяч человек, а если быть более точным, 5913 граждан, ещё ждут решения судебных органов. Хочу обратиться к судебным инстанциям с просьбой ускорить рассмотрение этих дел.

То же самое касается капремонтов. Нужно самым внимательным образом посмотреть на то, как идёт эта работа. Мы с вами договаривались, не позднее середины ноября этого года – это тот срок, который мы обозначили на прошлом совещании, жители домов, которые уничтожены наводнением, должны получить новое жильё: либо отдельные дома, либо квартиры. В эти же сроки должны быть проведены и капитальные ремонты. Минобороны России уже передало 546 квартир в военном городке, в селе Молдаванское, идёт строительство ещё четырёх многоквартирных домов в Крымске. Крайне важно выполнить все эти работы не только в запланированные сроки, но и с надлежащим качеством, и оценивать его нужно с участием самих граждан. Поэтому я с самого начала поддерживал работу Комитета общественного контроля в Крымске, надеюсь, что он распространит свою деятельность и на эту часть нашей совместной работы по контролю за качеством возводимых жилых домов.

При этом хочу отметить, что люди, которые будут получать новые строения или новые квартиры, сохраняют за собой право собственности на земельные участки, на которых стояли раньше их дома.

Напомню всё-таки одну цифру. Мы договорились о том, что на капитальный ремонт люди будут получать деньги из расчёта 5 тысяч рублей за 1 квадратный метр. Ну, вот в этой части по информации, полученной в том числе от Контрольного управления, не всё благополучно, здесь не такая благоприятная ситуация, как бы нам хотелось. После трагедии прошло уже два месяца, а работы по капитальному ремонту, по имеющимся у меня данным, только начались. И на половине объектов, подлежащих ремонту, работы ещё не начались. Я прошу губернатора Краснодарского края сегодня подробно доложить, в чём заключается причина этой ситуации, каковы меры, которые краевые власти, если нужно, и федеральные, должны предпринять для того, чтобы ситуацию изменить, для того, чтобы работа шла более интенсивно.

Далее. Как мы и договаривались, 1 сентября в Крымском районе в нормальном режиме заработали все школы. Хочу вас всех за это поблагодарить. Прежде всего хочу поблагодарить губернатора края, здесь краевые власти сделали очень много. Теперь необходимо в предельно сжатые сроки завершить строительство и ремонт остальных социальных объектов, а также транспортной инфраструктуры. Крайне важная задача. Нужно постоянно это держать под контролем. Это в полной мере касается и тех территорий, где граждане получат новое жильё, чтобы не получилось так, что люди въехали в дома или квартиры, а рядом нет ни детского сада, ни магазина, ни фельдшерского пункта. Это очень важная задача – социальная инфраструктура: восстановление того, что пострадало, и строительство новой.

Отдельно хочу остановиться на гуманитарной помощи. Только по линии Красного Креста в настоящий момент поступило порядка 900 миллионов рублей. На эти средства в том числе были приобретены предметы первой необходимости для пострадавших, сейчас закупается бытовая техника, холодильники, стиральные машины, плиты, нагревательные приборы, и так далее, и тому подобное, в том числе оказывается помощь в размере 40 тысяч рублей гражданам, чьи транспортные средства пострадали от наводнения. Люди, как вы помните, ставили отдельно этот вопрос.

Я хочу напомнить, что мы договаривались о том, что губернатор Краснодарского края Александр Николаевич Ткачёв лично будет отвечать за использование этих средств. Я прошу Вас держать этот вопрос под строгим контролем. И общественность тоже прошу это делать, Комитет общественного контроля. Очень важное дело, чтобы здесь не было никакой дискредитации, чтобы никто здесь руки не нагрел, а чтобы средства дошли именно до тех людей, которые в них нуждаются.

Следующая проблема – это оказание помощи малому и среднему бизнесу. У нас пострадало значительное количество субъектов малого и среднего предпринимательства, договаривались и было принято решение о выделении необходимых субсидий и предоставлении микрокредитов. На сегодняшний день 768 субъектов малого и среднего предпринимательства получили субсидии общим объёмом свыше 176 миллионов рублей. И 148 субъектов малого бизнеса получили микрокредиты на общую сумму свыше 102 миллионов рублей. Нужно этот вопрос держать тоже под контролем и помочь людям восстановить своё дело.

И наконец, не менее важное, если не более важное, – это все меры, которые мы намечали совместно с краевыми властями, с федеральными, совместно с учёными, которые могут оказать нам помощь, это все меры по предотвращению подобных трагедий в будущем. Имею в виду работы, связанные с возведением необходимых сооружений, с очисткой русел рек, и так далее, и тому подобное. Давайте на все эти темы сегодня подробно и поговорим.

Перед тем как мы начнём с нашими коллегами обсуждать, с представителями различных органов власти, я бы попросил всё-таки Раису Тимофеевну Лукутцову, она председатель Российского Красного Креста, несколько слов сказать о том, о чём я уже упомянул, а именно о поступлении средств и о том, как они расходуются, а потом руководителя Комитета общественного контроля Николая Сергеевича Мирошниченко. Пожалуйста.

Р.ЛУКУТЦОВА: Спасибо.

Российский Красный Крест с первых дней трагедии включился в работу. Был объявлен сбор денежных средств и выделен специальный благотворительный счёт. На сегодняшний день на счёт Российского Красного Креста поступили денежные средства в сумме 877 815 852,85 рублей. Российский Красный Крест за 145 лет своей истории выполняет вспомогательную роль по отношению к государству. И поэтому, конечно, все наши действия мы согласовываем с органами власти на местах, в частности, с администрацией Краснодарского края. Я неоднократно участвовала в заседании оперативного штаба под председательством Хатуова Джамбулата Хизировича, где обсуждались те или иные вопросы оказания помощи пострадавшим. На сегодня оказана помощь в сумме 259 290 851 рубль 48 копеек.

Как Вы уже сказали, Владимир Владимирович, действительно была приобретена бытовая техника: холодильники, стиральные машины, газовые плиты. На сегодня поставлено 880 стиральных машин, 1305 холодильников, 1833 газовые плиты. За бытовую технику проплачена сумма 46 249 600 рублей. Приобретено для пострадавших граждан газовое оборудование на сумму 18 891 040 рублей. Уже поставлено 509 газовых водогрейных аппаратов. И сегодня в адрес Российского Красного Креста поступили списки ещё 707 граждан для приобретения бытовой техники. Эта заявка также будет удовлетворена.

Действительно, была оказана помощь на сумму 100 миллионов рублей владельцам транспортных средств, пострадавших при наводнении. Таким образом, по 40 тысяч рублей получили помощь 2500 человек. Однако сегодня ещё есть заявки в Российском Красном Кресте. Сейчас, я знаю, администрация Краснодарского края и мы ведём переговоры с Российским союзом автостраховщиков. Есть договорённость о том, что будут дополнительно перечислены суммы, которые пойдут для оказания помощи этой категории.

Произведена оплата предметов первой необходимости, это в первую очередь постельное бельё, подушки, матрасы, лодки, предметы садово-хозяйственного инвентаря на сумму 94 421 854 рубля. Закуплены 100 осветительных установок для работы в тёмное время суток. И по-прежнему, я ещё раз подчёркиваю, мы работаем, учитывая заявки пострадавших и, конечно, заявки от оперативного штаба администрации Краснодарского края, города Крымска и Крымского района.

В самое ближайшее время по получении списков будет оказана помощь наиболее уязвимым категориям пострадавших: одиноким матерям или отцам, взрослым инвалидам I и II группы, инвалидам-детям всех групп, многодетным семьям из расчёта 30 тысяч рублей на человека. Эта сумма (мы уже разговаривали с Джамбулатом Хизировичем) может варьироваться, но, в принципе, в среднем она будет такой.

У нас есть заявка от учреждений, от Министерства здравоохранения Краснодарского края (я сама встречалась с Министром здравоохранения) на закупку медицинского оборудования. Это в первую очередь аппараты искусственной вентиляции лёгких, рентгенологическая аппаратура, наркозные аппараты, реанимобили и детские реанимобили. Эта заявка также на заседании правления Российского Красного Креста будет рассмотрена.

Есть заявка от Министерства социальной службы на приобретение для образовательных учреждений Крымского района школьного автобуса на 22 посадочных места, 17 систем видеонаблюдения и радиоизвещения, 5 пропускных систем, 20 интерактивных комплексов и так далее. Эта заявка, я тоже думаю, будет удовлетворена.

На сегодня мы рассматриваем заявление и протокол схода граждан Крымского района с просьбой строительства на территории Крымского района медицинской амбулатории и семи амбулаторий для врача общей практики. Я думаю, этот вопрос мы обязательно согласуем с администрацией Краснодарского края, потому что вопрос очень серьёзный, но тем не менее нужный, потому что среди пострадавшего населения есть очень много обращений, обращений с соматическими заболеваниями, то есть состояние здоровья ухудшилось после переохлаждения и так далее. Поэтому это, конечно, вопрос очень важный. Это наши планы на ближайшее время.

И ещё у нас есть среди платёжных поручений (все платёжные поручения анализируются, а их порядка 7 миллионов 800 тысяч) целевые поручения, в частности, от Новороссийского морского торгового порта 8,5 миллиона рублей на предоставление адресной помощи членам семей погибших. Я думаю, что эта заявка также будет удовлетворена.

Хочу сказать, что Российский Красный Крест, конечно, свою деятельность строит в прозрачном режиме. Мы постоянно даём информацию на наш официальный сайт, все расходы рассматриваются на заседании нашего высшего коллегиального органа – это правление Российского Красного креста. И я хочу, Владимир Владимирович, Вас заверить, что Российский Красный Крест примет все меры для того, чтобы наша деятельность была понятной, прозрачной, нужной, востребованной и шла в одной позиции совместно с администрацией Краснодарского края, тем более учитывая, что у нас опыт работы в подобных ситуациях есть. Мы оказывали помощь пострадавшим Беслана, и сейчас среди общественных организаций Российский Красный Крест является единственным, кто продолжает работать на территории Беслана.

Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо большое. Скажите пожалуйста, Раиса Тимофеевна, а источник этих денег какой? Откуда они поступили?

Р.ЛУКУТЦОВА: Эти денежные средства поступили от организаций, от частных лиц, от учреждений. Мы тоже ведём анализ, анализ до конца не сделан, но если анализировать поступления из Краснодарского края, то на сегодня это где-то процентов 55–60.

Вообще откликнулась вся Россия, очень помогли организации Сибири, Дальнего Востока, Камчатки и так далее. Позже у нас на официальном сайте будет полная информация, хотя мы ежедневно учитываем те организации, физические лица, которые делают пожертвования в адрес нашей организации.

В.ПУТИН: В этой связи у меня два соображения есть, которые я хотел бы высказать.

Первое, я хочу поблагодарить всех благотворителей – и граждан, и организации – за то, что они не остались в стороне от этой беды, протянули руку помощи нашим гражданам, которые в беду попали.

Второе. Вы сказали о заявках различных организаций, учреждений здравоохранения, образования. Очевидно, эти заявки обоснованные, и нужно этим учреждениям помогать, но всё-таки это обязанность прежде всего государственных органов или муниципальных, либо региональных, либо федеральных. Когда благотворители деньги передавали в Красный Крест, они рассчитывали на то, я в этом нисколько не сомневаюсь, что эти средства дойдут до людей, до конкретных граждан, которые нуждаются в поддержке. Конечно, Красный Крест вправе принять любое решение, но я бы просил всё-таки иметь это обстоятельство в виду. Закупать оборудование для больниц, для поликлиник – это важное дело и абсолютно необходимое, но это должны делать край, муниципалитет и федеральные органы власти, так же как автобусы закупать для школ и другое оборудование. А эти деньги предназначены для людей, для оказания помощи конкретным гражданам. Я бы просил Вас иметь всё-таки это в виду и выстроить работу таким образом. Если есть потребность приобретения дополнительного оборудования, то нужно сформулировать заявки или краю, если край может самостоятельно сделать, но я думаю, что там не такие уж запредельные вещи, они вполне по силам и краю, и Федерации.

Спасибо.

Теперь, пожалуйста, Николай Сергеевич Мирошниченко, руководитель Комитета общественного контроля.

Н.МИРОШНИЧЕНКО: Спасибо, Владимир Владимирович.

Комитет общественного контроля начал свою работу с 14 июля непосредственно уже в тот момент, когда производились работы. В наш общественный комитет вошли учителя, врачи, воспитатели, ветераны, участники боевых действий, квартальные руководители ТОСов. В последнее время активное участие в нашей работе стали принимать депутаты муниципального образования Крымского района и депутаты Крымского городского поселения.

Сразу после того, как мы образовались, мы заключили договор о совместном сотрудничестве с прокурором Краснодарского края. Это помогло не только нам самим избежать определённых ошибок, но и оказывать помощь в юридической консультации гражданам. Так, в совместной работе с межрайонной прокуратурой нам удалось около 40 домов перевести из разряда требующих капитального ремонта в разряд аварийных. На нашей предыдущей встрече Вы ставили нам одну из задач, чтобы мы непосредственно контролировали ход проверки, отслеживали непосредственно темы, когда саманные дома пригодны или не пригодны к капитальному ремонту. Всего порядка 1800 домов у нас признаны аварийными.

В своей работе мы руководствовались своим жизненным опытом, который у нас был, отслеживали очистку домов и домовладений, вывоз мусора, очистку наших дорог, дезинфекцию проезжих частей и территорий, восстановление инфраструктуры, начисление и выплату компенсаций, которые были определены Вами жителям нашего города и района, а также мы отслеживали и отслеживаем распределение гуманитарной помощи. Уже сегодня, как говорилось, началась выдача бытовой техники жителям нашего города, кто уже произвёл или завершает капитальный ремонт в своих домовладениях. Это непосредственно производится при нашей помощи и под контролем нашего комитета.

Хочу сказать, что свой опыт мы приобретали по ходу нашей работы, не всё у нас получалось гладко, может быть, где-то какие-то вопросы мы и не доработали, кому-то, может быть, не помогли, но хочу сказать, что мы честно и добросовестно старались отследить все процессы для того, чтобы жители нашего района, нашего города решили свои проблемы, работали совместно со штабами, которые работали на нашей территории, набирались опыта. К нам обратилось более 600 наших граждан, по мере возможностей и по силе мы старались оказать им помощь и поддержку.

В.ПУТИН: Во-первых, спасибо Вам большое, а во-вторых, большая просьба не завершать работу до тех пор, пока все основные проблемы не будут решены.

Н.МИРОШНИЧЕНКО: Мы обещаем нашу работу продолжать до того момента, пока не закончится чрезвычайная ситуация, пока мы не решим последние проблемы. И, в принципе, в планах мы не хотели бы закрываться, а продолжать работу в общественной жизни, далее помогая и поддерживая нашего главу, помогая в работе в общении непосредственно с нашим населением.

В.ПУТИН: Спасибо большое.

Пожалуйста, давайте продолжим. Говорун Олег Маркович, Министр регионального развития.

О.ГОВОРУН: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Органами власти ведётся работа по ликвидации последствий наводнения 6–7 июля на территории Краснодарского края. Во исполнение Указа Президента принят ряд распоряжений Правительства России, предусматривающих выделение бюджету Краснодарского края более девяти миллиардов рублей. Полностью завершена работа по выплатам социальной помощи родственникам погибших. Все 132 семьи, по которым было принято положительное решение, по состоянию на сегодня получили выплаты за погибших. Общий объём перечисленных средств составил 252 миллиона рублей. Выплаты единовременной материальной помощи в размере 10 тысяч рублей перечислены 73 тысячам граждан, это все те люди, которые на сегодня имеют основания получить эти выплаты.

По 150 тысяч рублей за полностью или частично утраченное имущество получили 32 тысячи человек. Итоговые цифры ещё могут корректироваться и корректируются, но уже не существенно, с учётом принятых решений судами.

На сегодняшний день основная задача – обеспечение новым жильём граждан, чьи дома разрушены наводнением, и восстановление повреждённого жилья. С этой целью реализуется программа по отселению жителей из зоны затопления в Крымском районе Краснодарского края, а также комплекс мер по капитальному ремонту повреждённого жилья.

По итогам работы оценочных комиссий официально признаны полностью разрушенными во всех пострадавших населённых пунктах 1719 домов, в которых проживало 5962 человека. Гражданами подано 1623 заявления, из них на строительство нового жилья – 961 заявление, на социальные выплаты для приобретения жилья на вторичном рынке – 662 заявления. По результатам обработки поданных заявлений на социальную выплату выдано 439 жилищных сертификатов. И уже сегодня заключено 93 договора о приобретении жилья.

В военном городке Крымска сданы все 546 квартир, которые предоставляются гражданам, 490 семей в новые квартиры уже въехали, остальные заселятся в ближайшее время. Готовые квартиры в новом микрорайоне сданы с отделкой и обеспечены бытовой техникой, мы не имеем замечаний от новосёлов по состоянию качества этих квартир, будем держать этот вопрос, безусловно, на контроле.

Для отселения пострадавших ведётся строительство новых жилых домов. Два дома построены, ведутся отделочные работы, и продолжается строительство третьего дома, возведены четыре этажа, четвёртый дом – заложен фундамент. Мы эту работу также держим на контроле, и темпы строительных работ позволяют нам сегодня делать вывод, что сумеем завершить даже ранее намеченного срока. Я думаю, что к 1 ноября весь фронт работ будет завершён.

В.ПУТИН: Хорошо.

О.ГОВОРУН: Ведутся работы по капитальному ремонту повреждённых жилых домов, всего в список включено 6724 объекта. На сегодняшний день социальные выплаты на проведение капремонтов получили более пяти тысяч граждан. До завершения строительства капитального ремонта гражданам обеспечено проживание в гостиницах Новороссийска, Краснодара, Геленджика и пунктах временного проживания в самом городе Крымске.

Администрацией Краснодарского края при участии Российской академии наук разрабатывается проект защиты территории Крымского района от негативного воздействия вод, который до 10 ноября этого года должен быть согласован с соответствующими федеральными органами исполнительной власти. На основании данного проекта будут приняты решения об установлении границ зоны затопления в Крымском районе и выносе с этой территории жилищных и коммунальных объектов.

В ходе ликвидации последствий чрезвычайной ситуации первоочередное внимание было уделено восстановлению инженерных и социальных объектов инфраструктуры. В пострадавших районах восстановлена система электро-, газо- и водоснабжения. Идёт подготовка коммунального комплекса к осенне-зимнему периоду. Все работы будут завершены до 15 октября, и к 1 ноября во всех населённых пунктах, оказавшихся в зоне затопления, будут получены паспорта готовности к отопительному сезону.

К 1 сентября были отремонтированы все пострадавшие от наводнения школы, техникумы и центры детского творчества. Также отремонтированы четыре учреждения здравоохранения. На пяти объектах ведутся работы, они находятся в стадии завершения.

Санитарно-эпидемиологическая обстановка в зоне чрезвычайной ситуации штатная. Регистрируемый уровень заболеваемости в подтопленных районах не превышает среднесезонного. В отношении детей, инвалидов, пожилых людей, беременных женщин приняты особые меры поддержки. По согласованию с родителями в оздоровительные лагеря вывезены более четырёх тысяч детей. Это практически все дети, которые пострадали от наводнения.

МЧС России на всей территории страны проведена проверка наличия средств, предназначенных для эвакуации людей и ликвидации чрезвычайных ситуаций в зонах возможного затопления. В целом по стране таких зон у нас насчитывается более 3,5 тысячи. Подготовлено более 150 тысяч единиц техники и 250 тысяч личного состава. Непосредственно в городе Крымске после наводнения установлено 12 электросирен, которые включены в региональную систему оповещения. До конца года в населённых пунктах Крымского района будет установлено 11 датчиков слежения за уровнем воды на реках и также 83 системы оповещения и информирования населения.

С учётом того, что в ряде районов наводнения стали, к сожалению, повторяющимся явлением, необходимы системные решения по недопущению подобных чрезвычайных ситуаций. На территории Краснодарского края утверждён комплекс мер по проведению противопаводковых мероприятий. Он включает в себя 49 мероприятий по строительству, реконструкции и капитальному ремонту объектов инженерной инфраструктуры. В Градостроительном кодексе закреплено, что при разработке правил землепользования и застройки в обязательном порядке должны учитываться зоны с особыми условиями использования территории. К таковым относятся территории, подверженные паводкам. На сегодняшний день все субъекты Российской Федерации представили в Минрегион графики утверждения правил землепользования и застройки, которые предусматривают ограничения по строительству на паводкоопасных территориях. Мы до конца года отследим, чтобы градостроительные документы опирались на научные исследования и обоснованные рекомендации по размещению жилищных и иных коммунальных объектов.

Доклад закончен.

В.ПУТИН: Спасибо.

Пожалуйста, Александр Николаевич.

А.ТКАЧЁВ: Спасибо.

Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Прежде всего хочу сказать о том, что край получил действительно беспрецедентный уровень поддержки в борьбе со стихийным бедствием. Здесь уже говорилось о благотворителях – около 900 миллионов. Сумма действительно значительная. Как видите, мы эти деньги тратим очень бережно и стараемся, прежде чем потратить любую копейку, сто раз обсудить. И Ваше замечание действительно будет, я думаю, поддержано и самим фондом, мы только за, чтобы именно так распределялись средства.

Задача у нас одна – как можно скорее вернуть Крымск к жизни. И сегодня можно с полным правом сказать, что работы идут в удовлетворительном темпе. Для этого мы мобилизовали все резервы, привлекли все возможные силы и средства. Полностью восстановлено электро-, газо- и водоснабжение. Из зоны бедствия вывезено почти полмиллиона кубометров мусора. Хочу напомнить, что в этой работе участвовало более 900 самосвалов, крупногабаритных машин.

Сейчас мы ставим перед собой четыре ключевые задачи: завершение выплат компенсаций пострадавшим, ремонт и строительство жилья, полное восстановление и реконструкция социальных объектов, подготовка к отопительному сезону. В результате наводнения пострадало 6853 пожилых человека, 2677 инвалидов, 4,5 тысячи детей. По Вашему поручению все они, кто изъявил такое желание, прошли лечение и отдых в здравницах края. В общей сложности 889 пожилых граждан, 487 инвалидов и 4343 ребёнка, 140 беременных женщин. На сегодняшний день в здравницах остаются 936 детей и 14 беременных женщин.

Социальные выплаты на проведение капитального ремонта повреждённого жилья получили более пяти тысяч граждан в сумме 1,6 миллиарда рублей. Мы помогаем людям не только деньгами, но и строительными бригадами, привлекаем их сегодня со всего края. Обеспечиваем возможность приобретения строительных материалов по минимальным ценам. Мониторинг показывает, что цены на основные строительные материалы, пиломатериалы, цемент, краску, гипсокартон, клей, плитку, обои сохраняются на среднекраевом уровне. Ведётся работа по обеспечению ассортимента и объёма стройматериалов, осуществляется адресная доставка товаров по заказу, организована бесплатная автобусная доставка жителей в торговые сети города Краснодара для приобретения необходимых строительных и отделочных материалов. Социально незащищённым категориям граждан оказывается помощь на каждой стадии ремонта: подбор подрядных организаций, подготовка перечня работ, сопровождение хода выполнения работ и контроль качества.

На особом контроле находится подготовка к осенне-зимнему периоду. В настоящее время продолжаются работы по подготовке объектов теплоснабжения, принято решение о выделении из краевого бюджета на приобретение семи блочных модульных котельных 150 миллионов рублей. Организована также работа по установке в домах – уже в домах вновь построенных или после капремонта – котлов и колонок в количестве 5600 штук, её ведут 50 бригад в соответствии с графиком, которые привлекли наши муниципалитеты.

Особое направление, Вы правильно заметили, – работа и помощь предпринимателям, которые вынуждены практически с нуля восстанавливать свой бизнес. Считаю это критически важным, потому что речь идёт, конечно, и о рабочих местах для крымчан, и о налогах в бюджет, и о восстановлении экономики района в целом. Именно поэтому совместно с федеральным центром в бюджет на субсидии малого и среднего бизнеса направлено 377 миллионов рублей. Сейчас закончена как раз кампания по приёму и проверке документов на получение субсидий. Мы её активно ведём.

Более того, 110 миллионов рублей предусмотрено на помощь в рамках лизинговых договоров. Также мы предоставляем льготы предпринимателям по региональным и местным налогам.

До 1 сентября были завершены ремонтно-восстановительные работы в восьми пострадавших школах Крымска, восстановлены пять из шести детских садов, до 15 сентября завершаем работу ещё в одном дошкольном учреждении, где были выявлены дополнительные объёмы.

Завершены или находятся в конечной стадии работы по ремонту учреждений здравоохранения, культуры и спорта. Хочу сказать, Владимир Владимирович, что все эти социальные объекты фактически (я позавчера работал в Крымске) как новые: капитальный ремонт и внешне, и внутри, оборудование. Так что действительно Крымск в этом плане преобразится в области социального развития объектов.

Что касается защиты территории Крымска от негативных воздействий, возможных подтоплений, то практически сразу после наводнения мы начали работы по расчистке русел рек и на углубление рек Адагум, Баканка и Неберджай. Общая протяжённость расчистки – более 46 километров. Выполнен основной объём работ на наиболее проблемных участках. Работы продолжаются, однако это только первоочередные, неотложные меры, это первый этап работы.

В настоящее время проектным институтом с учётом рекомендаций Института РАН разрабатывается техническое задание проекта защиты территории Крымского района от большой воды. Реализация проекта может предусматривать строительство дамб, обвалование «сухих» водохранилищ, обводных каналов, проведение других защитных мероприятий. До 15 октября проектный институт представит обосновывающие материалы по зонам отселения граждан из затопляемых территорий рек Адагум, Баканка и Неберджай. Это даст возможность определить необходимые финансовые ресурсы, рассмотреть возможность выделения средств из федеральных краевых бюджетов для решения этих вопросов.

Таковы основные итоги работы по ликвидации последствий стихийных бедствий и наводнений в Краснодарском крае на сегодняшний день. Все Ваши поручения, уважаемый Владимир Владимирович, выполняются в срок. Хочу, пользуясь случаем, поблагодарить министерства и ведомства, с которыми практически все дни мы работаем бок о бок, особенно Министерство регионального развития и лично Министра [регионального развития Олега Говоруна], [Заместителя Председателя Правительства] Дмитрия Николаевича Козака, который курирует весь этот процесс, Минприроды, Росводресурсы, естественно, и Красный Крест. На самом деле огромное спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо Вам.

Россия. ЮФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 13 сентября 2012 > № 643091 Владимир Путин


Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 12 сентября 2012 > № 643092 Владимир Путин

Встреча с представителями общественности по вопросам патриотического воспитания молодёжи.

Владимир Путин провёл встречу с представителями общественности по вопросам духовного состояния молодёжи и ключевым аспектам нравственного и патриотического воспитания.

Во встрече приняли участие деятели культуры, науки, спорта, представители исторических обществ, поисковых отрядов и волонтёрских движений, казачества и религиозных конфессий, а также органов государственной власти.

Перед началом встречи глава государства посетил Краснодарское президентское кадетское училище. Владимир Путин ознакомился с инфраструктурой учебного заведения, в частности осмотрел ряд кабинетов, стадион, спортивный зал и ледовую площадку.

* * *

Стенографический отчёт о встрече с представителями общественности по вопросам патриотического воспитания молодёжи

В.ПУТИН: Добрый день, уважаемые друзья, коллеги!

Мы сегодня в таком широком составе поговорим об очень важном вопросе, о проблеме, которая давно назрела и часто на слуху, но вот так системно, пожалуй, не помню, чтобы она обсуждалась: вопрос о патриотическом воспитании молодёжи.

На самом деле это разговор о самом главном: о ценностях, о нравственных основах, на которых мы можем и должны строить нашу жизнь, воспитывать детей, развивать общество, в конечном итоге укреплять нашу страну.

От того, как мы воспитаем молодёжь, зависит то, сможет ли Россия сберечь и приумножить саму себя. Сможет ли она быть современной, перспективной, эффективно развивающейся, но в то же время сможет ли не растерять себя как нацию, не утратить свою самобытность в очень непростой современной обстановке.

Как показывает в том числе и наш собственный исторический опыт, культурное самосознание, духовные, нравственные ценности, ценностные коды – это сфера жёсткой конкуренции, порой объект открытого информационного противоборства, не хочется говорить агрессии, но противоборства – это точно, и уж точно хорошо срежиссированной пропагандистской атаки. И это никакие не фобии, ничего я здесь не придумываю, так оно и есть на самом деле. Это как минимум одна из форм конкурентной борьбы.

Попытки влиять на мировоззрение целых народов, стремление подчинить их своей воле, навязать свою систему ценностей и понятий – это абсолютная реальность, так же как борьба за минеральные ресурсы, с которой сталкиваются многие страны, в том числе и наша страна.

И мы знаем, как искажение национального, исторического, нравственного сознания приводило к катастрофе целых государств, к их ослаблению, распаду в конечном итоге, лишению суверенитета и к братоубийственным войнам.

Нельзя создать здоровое общество, благополучную страну, руководствуясь принципом «каждый – сам за себя», следуя примитивным инстинктам нетерпимости, эгоизма и иждивенчества.

Мы должны строить своё будущее на прочном фундаменте. И такой фундамент – это патриотизм. Мы, как бы долго ни обсуждали, что может быть фундаментом, прочным моральным основанием для нашей страны, ничего другого всё равно не придумаем. Это уважение к своей истории и традициям, духовным ценностям наших народов, нашей тысячелетней культуре и уникальному опыту сосуществования сотен народов и языков на территории России. Это ответственность за свою страну и её будущее.

Сама история российской многонациональной государственности свидетельствует о том, что настоящий патриотизм не имеет ничего общего с идеями расовой, национальной и религиозной исключительности. Чувство патриотизма, система ценностей, нравственных ориентиров закладывается в человеке в детстве и юности. Здесь огромная роль принадлежит, конечно, семье и всему обществу. И конечно, образовательной, культурной политике самого государства.

Нам необходимо в полной мере использовать лучший опыт воспитания и просвещения, который был и в Российской империи, и в Советском Союзе. Естественно, мы ничего не должны идеализировать и ничего не должны повторять в том виде, в котором это было в прежние времена, прежние десятилетия или столетия. И уж тем более механически брать какие-либо шаблоны и какие-то клише из прошлого.

И здесь хочу особо подчеркнуть, что так называемый казённый патриотизм, охранительство, построенное на изоляции, приносят ровно противоположный эффект ожидаемому. Они не укрепляют ценностный фундамент общества, а наоборот, ослабляют его, лишают внутреннего иммунитета к разного рода разрушительным, деструктивным идеям.

Нам нужны действительно живые формы работы по воспитанию патриотизма и гражданственности, а значит, опирающиеся на общественную инициативу, на служение традиционных религий, на деятельность молодёжных и военно-патриотических организаций, исторических и краеведческих клубов, других подобных структур. Словом, необходимо эффективно выстроенное общественно-государственное партнёрство.

Мы только что разговаривали с Министром культуры: есть идея создания Военно-исторического общества в России, оно в прежние времена работало очень эффективно, поговорим об этом позднее, в Москве продолжим эту работу. Мне кажется, что эта идея хорошая, возникла она давно, но мы её в практическом применении совсем недавно обсуждали во время мероприятий на Бородинском поле.

Какие темы и вопросы хотел бы сегодня обсудить с вами, уважаемые коллеги?

Первое. Это формирование системы ценностей у молодёжи, того нравственного фундамента, на котором, собственно, и строится всё здание закона, политической культуры и госуправления и из которого вырастает общество сознательных и ответственных граждан.

В современном мире дети учатся не только в школе. От того, что они видят, слышат, что они читают, во многом зависит морально-нравственный климат в обществе в целом. Считаю, что обоснованные требования к рекламе, к работе средств массовой информации, к интернет-контенту, к сетям распространения печатной и видеопродукции должны стать объектом серьёзного, повышенного внимания общественности и законодателей.

Сразу скажу, всегда был против какой-либо идеологической цензуры, она не только ограниченна, убивает творчество и развитие, – речь о другом: о чётких правилах и ответственности, а также о приоритетах и принципах культурной политики.

Например, о том, что государство должно и обязано поддерживать, против чего оно должно бороться, против чего должно восставать общество, какие общественные творческие, культурные проекты созидательной и просветительской направленности государство должно холить и лелеять.

И конечно, в последние годы мы много делаем по линии так называемой грантовой поддержки различных направлений, в кинематографе, по другим направлениям, но это и есть, собственно говоря, возможность организовать так называемый госзаказ. Но если государство платит за что-то, то оно вполне вправе и ориентировать, во всяком случае тех, кто эти деньги от государства получает, на необходимость соответствующего конечного продукта.

И конечно, важнейшая задача как государства, так и общества – оградить детей от порнографии, пропаганды насилия, жестокости, аморального и непристойного поведения. На этот счёт в последнее время уже принят целый ряд решений. Конечно, очень бы хотелось услышать ваше мнение, уважаемые коллеги, не перебираем ли мы или недорабатываем в чём-то, и вообще ваши соображения о том, как нужно двигаться по этому направлению дальше.

Второе – это совершенствование нашей образовательной политики. Справедливо говорят, что настоящий патриотизм – это образованный патриотизм. Настоящий патриот тот, кто знает, как и чем он может служить своему Отечеству.

Хорошо учиться, получать больше знаний, образовывать себя сегодня – это значит быть готовым отдать свои знания, своё умение своей стране завтра. Поэтому так важен вопрос о будущем нашей образовательной системы, о её чистоте, честности и современности, не только об образовательной, но и воспитательной компоненте системы просвещения.

Школы и университеты, по сути, создают новых граждан, формируют их сознание. Они передают память поколений, ценности, культуру, определяют те идеи и то видение будущего, которые будут продвигать общество вперёд через несколько десятилетий.

Вернуть безусловную ценность качеству образования, убрать всё то, что искажает мотивацию к настоящей учёбе, подрывает веру в ценность знаний, в талант, в справедливость, в способность образования служить базовым социальным лифтом – это необходимое условие для нашего национального развития, а значит, важнейший приоритет современных усилий государства и общества.

Именно о воспитательной роли системы образования предлагаю тоже сегодня поговорить отдельно, а также о современных подходах к преподаванию таких базовых предметов, как история, русский язык, литература, культура народов России, основы традиционных религий нашей страны.

Третье. Отдельная тема – это всё, что связано с военно-патриотическим воспитанием. Я уже упоминал о мероприятиях на Бородинском поле, посвящённых 200-летию Бородинской битвы. Вы так или иначе наверняка видите, а некоторые даже принимают участие в этих мероприятиях. В этой связи хотел бы сказать, что я неоднократно встречался с участниками военно-исторических обществ, бойцами поисковых отрядов. Разумеется, такая работа заслуживает всяческой поддержки.

Эти люди, прежде всего молодые люди, молодые ребята, действительно делают очень полезное, нужное, благородное дело. Таким гражданским инициативам, безусловно, нужно оказывать всяческую поддержку. В полной мере это относится и к воинской подготовке молодого поколения, к повышению общественного престижа воинской службы.

Сейчас мы были вместе с Министром обороны здесь в кадетском училище, в Краснодаре. Что можно сказать? Здорово! Просто очень хорошо: и работа выстроена грамотно, и материально-техническая база на самом-самом современном уровне. Я думаю, что такому кадетскому училищу позавидуют многие высшие учебные заведения. В принципе, в этом направлении и нужно двигаться.

Считаю, что вопросы подготовки молодёжи к военной службе, особенно воспитания будущих офицеров, требуют от нас самого пристального внимания. Будем всемерно развивать систему кадетских корпусов, суворовских училищ, а также поощрять деятельность организаций по допризывной подготовке, в том числе в рамках казачьего движения. Это уместно будет сказать здесь, находясь в Краснодаре, в столице казачества.

В этой связи хотел бы обратить внимание и Министра обороны, и других наших коллег на необходимость развития технических видов спорта. Мы много в последние годы – и не без результата – говорим и развиваем и массовый спорт, и спорт высоких достижений, а про технические виды спорта подзабыли. А они как раз тесно связаны и с патриотическим воспитанием, и с подготовкой к службе в Вооружённых Силах.

Четвёртое. У страны нет будущего, если её граждане, особенно молодёжь, наплевательски относятся к собственному здоровью. И мы часто задаёмся вопросом, почему мы так мало живём, почему у нас такая невысокая продолжительность жизни.

Конечно, прежде всего социальные вопросы, вопросы охраны здоровья, вопросы питания, отдыха, порядка на дорогах, травматизма на дорогах, это всё правильно. Но и пропаганда здорового образа жизни, отношение к своему здоровью играют не последнюю роль.

Вопросов много, но ответы на все эти вопросы нелицеприятны. Нашему обществу пора преодолеть безответственность и, не хочется на моветон переходить, такое как минимум наплевательское отношение к собственному здоровью.

Все знают, какие сильные патриотические чувства вызывают у нас победы наших спортсменов на Олимпиадах, на Паралимпийских играх, на других крупнейших соревнованиях. В этом смысле спорт, безусловно, является одним из важнейших факторов, способствующих воспитанию патриотизма.

Но при этом нужно создать все условия для развития массового спорта – и, в частности, студенческого спорта. Считаю, что это очень важно, здесь мы, совершенно очевидно, недорабатываем. У нас, на мой взгляд, недостаточно развит соревновательный дух между школами, вузами, техникумами. Это есть, но недостаточно.

И в заключение хочу сказать следующее. Мы рассчитываем на молодых граждан России. Разумеется, мы рассчитываем на молодых граждан – на кого ещё рассчитывать, будущее за ними, – на их идеи, энергию, амбиции, желание добиваться поставленных целей, готовность не ждать, когда кто-то устроит получше, а работать и добиваться успеха.

Патриотизм – это не просто красивые слова. Патриотизм – это прежде всего дело, служение своей Родине, стране, России, своему народу. И об этом никогда нельзя забывать.

Давайте от этого моего видения перейдём к конкретным вопросам.

Я бы попросил начать Николая Владимировича Лузана, кадета Новороссийского казачьего кадетского корпуса. Пожалуйста.

Н.ЛУЗАН: Здравствуйте!

Я обучаюсь в Новороссийском казачьем кадетском корпусе.

В.ПУТИН: Сколько лет уже учишься?

Н.ЛУЗАН: Пятый год начался.

В.ПУТИН: А сколько всего ребят у вас учится?

Н.ЛУЗАН: 200 человек.

Открытие кадетских корпусов на Кубани, в России – это, безусловно, большой шаг в сторону развития патриотизма среди молодёжи. Я так говорю, потому что я сам учусь в кадетском корпусе и понимаю, что мне даёт моё учебное заведение. Оно даёт веру в нашу Родину, какие-то жизненные уроки нам даёт и развивает в нас патриотизм. Допустим, уже сейчас могу гордо сказать, что я являюсь патриотом своей страны.

Мы своих в беде не бросаем, всегда стараемся помогать своим. Когда было наводнение в Крымске (у нас же есть в корпусе неместные ребята, они проживали на этих территориях, на территории Крымска), мы собирались группами и ездили, помогали им физически, разгребали завалы, помогали первой медицинской помощью. Даже независимо от того, как мы закончим корпус и куда поступим, будь то военное, будь то гражданское учебное заведение, мы всё равно останемся патриотами своей страны, и это никуда не денется из нас.

В.ПУТИН: Коля, а ты куда хочешь поступать?

Н.ЛУЗАН: В Голицынское пограничное.

В.ПУТИН: Какое? Голицынское пограничное училище?

Н.ЛУЗАН: Так точно.

В.ПУТИН: А сколько ребят у вас примерно пойдут в гражданские учебные заведения и сколько в военные?

Н.ЛУЗАН: Больше в военные, чем в гражданские. У нас во взводе 20 человек, выпуск состоит из двух взводов. Больше половины пойдёт в военные.

В.ПУТИН: А как вы определяетесь с направлением дальнейшего образования? Предварительно вас знакомят с возможными вариантами? Или вы куда-то выезжаете, к вам кто-то приезжает?

Н.ЛУЗАН: К нам приезжали из МЧС, называли свои вузы, говорили, что нужно при поступлении. А в большинстве случаев мы сами ездим, узнаём, подаём документы.

Ещё хотелось бы сказать, что если мы хотим рассказать о патриотизме, то, мне кажется, нужно начинать с основ, а основы – это общеобразовательные учреждения, школы. Допустим, у нас в корпусе каждое утро начинается с поднятия флага Российской Федерации и исполнения гимна. Мы стоим, поём гимн. Не уверен, что в каждой школе такое происходит. На мой взгляд, это должно происходить. Не все школьники вообще знают слова гимна Российской Федерации.

Сейчас существует шесть казачьих кадетских корпусов в Краснодарском крае. При всём при этом конкурс при поступлении в один из этих корпусов составляет около шести человек на место. Это даёт нам понять, что есть рвение и есть желание стать патриотом своей страны. Хотелось бы, чтобы таких корпусов было больше. Спасибо за внимание.

В.ПУТИН: Спасибо.

Е.ГЕРАСИМОВ: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги, друзья!

Поддерживаю то, о чём сказал Николай. Естественно, Владимир Владимирович, то, что Вы сказали. Реально в школах на сегодняшний день не хватает нравственно-воспитательной работы. Перед родителями как сегодня, так и 100, 200 лет назад стоит вопрос: что такое хорошо, что такое плохо для его ребёнка. Да, где-то в 90-е годы семья, к сожалению, потеряла по объективным и необъективным причинам, по объективным в том числе, потеряла нравственное воспитание ребёнка в семье во многих случаях. Что мы имеем? Ребёнок сидит у телевизора. Если он много сидит – это плохо, потому что 24 часа в сутки в основном негатив по телевидению. Можно посмотреть любую воскресную программу, вы увидите там бандитские сериалы, теперь очень модными стали сериалы, связанные с местами не столь отдалёнными, и в результате у людей, которые смотрят, это вызывает всё огромный негатив. Я часто обращался к моим коллегам, друзьям, в прессе писал о том, что тогда, когда они изображают такую негативную действительность, они формируют сознание молодого поколения. Известный классик говорил, и у не менее известного Никиты Михалкова есть любимая фраза: «Жестокая правда без любви – ложь». Абсолютно согласен с этой формулировкой.

Что дальше? Не все смотрят телевизор, у некоторых айфоны, айпады, ноутбуки. И в сети что происходит? Вдруг у нас в какой-то момент возникла целая вереница, полоса суицидов. Что это такое, как это, как этому противостоять? Это тоже то, чем мы должны, естественно, заниматься. Можно представить, ребёнок выходит из школы, которая как бы ему не особенно в нравственном направлении дала, часа полтора-два он за уроками, потом на улице. А что там, в итоге-то что? В итоге подворотня, субкультура со вседозволенностью. Возможно, именно это подвигло девиц из Pussy Riot, потому что получается такой вакуум.

Сейчас много из этой среды молодёжи, которая требует и говорит: «Мы не можем самовыразиться». Что значит, вы не можете самовыразиться? Особенно в творческой среде. Ко мне часто обращаются из регионов. У нас огромное количество фестивалей, огромное количество конкурсов. Обращаются из регионов, говорю: «Хорошо». Помогаем, выступают. Что, они не могли самовыразиться? Они просто осквернили храм для того, чтобы стать известными, проявить себя: «Посмотрите, вот они мы!» А по-нормальному они не могли этого добиться. Это плохо.

Что мы можем противопоставить – государство, общество, родители, – что? Вот такие в том числе кадетские училища, где воспитывают патриотов, где военное обучение, образование. Их воспитывают, они там получают и музыкальное образование, их танцевать учат, спорту.

В Москве есть очень хороший казачий кадетский колледж. Там 25 человек на место, между прочим. И попасть туда очень трудно, потому что так воспитывают. Я уверен, что эти ребята будут патриотами. Вы сказали о поисковых отрядах. Да, это здорово. Я тоже курирую пару таких отрядов. Я знаю этих ребят, я знаю, что эти ребята в подъезде ничем ничего не намажут и не подожгут почтовые ящики. Они уважают историю, уважают культуру, уважают старшее поколение. Это крайне важно.

Ну и не могу не сказать о том, что происходит. Всё-таки столько лет отдал кинематографу. К сожалению, в большинстве случаев, Вы правильно говорите, госзаказ надо требовать, потому что картин появляется крайне мало. Мы часто говорим: американцы, вот они свою политику здорово диктуют, в том числе через кинематограф. Но у нас большой пример нашего советского кинематографа. Вот Василий Семёнович Лановой сидит здесь. Мы с ним снимались в фильмах «Петровка, 38», «Огарёва, 6». После этой картины многие шли в милицию работать. И хотели работать. Они подражали героям этого фильма. После фильма «Девять дней одного года» хотели идти в учёные, у меня был фильм «Облака» – [хотели быть] лётчиками. Не знаю, смотрели ли Вы телевизионный фильм, который назывался «Моя судьба», – шли люди работать в Комитет государственной безопасности. Если не смотрели, посмотрите, Владимир Владимирович. Очень хороший фильм.

Я считаю, что на сегодняшний день позитивного кино крайне мало. Мы даже вынуждены были провести первый Московский фестиваль позитивного молодёжного кино в том году. Вы знаете, огромный интерес у молодых режиссёров, сценаристов, даже из-за границы стали к нам обращаться: как здорово! На пресс-конференцию перед вторым фестивалем (он, кстати, будет 27 сентября, хорошо было бы какое-то послание от Вас, Владимир Владимирович, по поводу этого фестиваля) пришли и Никита Михалков, понимая, что это серьёзнейший вопрос в нашей культуре, и Хотиненко, Лунгин – руководители киношных вузов. Молодые ребята вышли с обращением: «Мы хотим снимать позитивное кино, но мы не знаем, куда его деть. Нас уже даже стали в вузах учить снимать негативное кино, то есть мы вынуждены снимать негатив про нашу страну». Он говорит: «Я люблю страну, но мы вынуждены это делать, потому что на зарубежный фестиваль мы никуда не попадём». Никита поддержал, сейчас будут, надеюсь, выделены средства на откровенно молодёжное, позитивное кино, и они умеют это делать.

Поэтому поддерживаю то, что Вы, Владимир Владимирович, сказали, считаю, что реально мы не имеем права скромно говорить, что мы патриоты, что ты патриот, что ты любишь страну. Это должно находить отражение в творчестве, на экранах, в телевидении и кино.

Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо большое. Как фильм называется, Вы говорите?

Е.ГЕРАСИМОВ: «Моя судьба».

В.ПУТИН: Вы меня опять в КГБ хотите загнать? Я там уже работал. (Смех.)

Е.ГЕРАСИМОВ: Вспомнить.

В.ПУТИН: Ну ладно, спасибо большое.

Яна, пожалуйста.

Я.ЛАНТРАТОВА: Добрый день, уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Меня зовут Лантратова Яна, я являюсь координатором молодёжных добровольческих отрядов, проектов «Я – доброволец», «Доступная среда», «Защита детей». Во всех субъектах мы создали добровольческие отряды, которые помогают детям-инвалидам и пожилым людям.

Сегодня мы говорим о патриотизме. Важно помнить, что патриотизм не может быть временным, человек или патриот, или нет, но научить его быть патриотом по книжкам невозможно. Это стремление и включённость в деятельность на благо нашему обществу. Можно говорить «я люблю свою страну» и сидеть дома, но как важно порой выйти и сделать что-то для своего соотечественника, помочь инвалиду построить пандус или помочь ветерану в быту.

Могу сказать, что у молодёжи есть стремление сделать жизнь своих сограждан лучше, но это стремление легко погубить, если не относиться к нему с вниманием и уважением. Я сейчас говорю, основываясь на опыте нашей работы. За пять лет нашей деятельности мы провели различные мероприятия, включая социально незащищённые слои населения в нашу деятельность. И эти дети, порой даже беспризорники, которые считают, что общество их отвергло, вместе с нами занимаются волонтёрской деятельностью. Вы знаете, у нас есть конкретные примеры: они становятся лучше, они сейчас трудоустроились, они сейчас защитили свои социальные программы и вместе с нами ходят и помогают другим.

Хочу привести один пример. Сегодня с самого раннего утра в Москве проходит мероприятие, когда наши волонтёры вместе с инвалидами защищают права других. Вы знаете, Владимир Владимирович, было постановление о том, что нужно сделать Москву доступным городом и оборудовать пешеходные подземные переходы лифтами для инвалидов. В том числе, Вы недавно были на станции метро «Новокосино», там тоже был открыт лифт для инвалидов. Мы провели мониторинг, вместе с инвалидами проехали по всем этим лифтам. Владимир Владимирович, ни один из них не работает. Чтобы мои слова не были просто словами, я подготовила табличку с адресами, фотографиями и принесла с собой флэшку с видеозаписями, которую я перед началом мероприятия передала организаторам.

Мы говорим о патриотизме. Может быть, сейчас молодёжь стала чуть-чуть более циничной, и они уже не верят словам. Сколько угодно можно нам рассказывать о подвигах, но, когда мы сталкиваемся с такой ложью, к сожалению, ничто не сделает нас нравственнее. Только честность может сделать нас нравственнее. Я привела эти примеры. Из них видно, что во многих людях на самом деле живёт призвание сделать жизнь людей лучше, потому что когда мы делаем что-то такое, то мы сами становимся более духовно-нравственными, а изменяя себя, мы изменяем мир вокруг. Поэтому можно с уверенностью сейчас сказать, что добровольческая деятельность – это, наверное, актуальнейшее проявление патриотизма в мирное время.

И в заключение ещё хочу сказать о том, что у нас в стране сейчас очень много различных добровольческих организаций, но они разрозненны и порой не имеют представления о своей миссии. Поэтому 16 августа этого года мы собрались с представителями 76 регионов и провели Всероссийскую учредительную конференцию, зарегистрировали организацию «Союз добровольцев России». Мы собрались с молодыми мальчишками и девчонками страны и договорились консолидировать свои усилия для развития добровольчества в нашей стране. И если нам позволят материальные возможности, мы хотим после декабря провести второй всероссийский съезд, где мы не только представим свои региональные проекты, не только обменяемся опытом, но самое главное – у нас уже подготовлено огромное количество законотворческих инициатив, направленных на развитие общественного служения и конкретно на развитие патриотизма среди молодёжи.

Надеюсь, что наша деятельность по интеграции социально незащищённых слоёв общества не останется незамеченной нынешними федеральными структурами и будущими. И я хочу пригласить всех присутствующих, особенно Вас, Владимир Владимирович, чтобы Вы пришли всё-таки на наш съезд, потому что очень важно ребятам почувствовать, что они нужны своей Родине, и своими глазами увидеть не только лидеров добровольческих движений в наших городах, но и убедиться, как добровольческая деятельность меняет внутренний мир человека, делает его лучше, духовнее, нравственнее, и как добровольческая деятельность делает из нашей молодёжи настоящих патриотов.

Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо за приглашение. Я не знаю, получится у меня прийти или нет, я постараюсь, но в любом случае хочу сказать, что занимаетесь Вы очень правильным, нужным, полезным делом. Я вижу просто, что делается это и Вами, и теми ребятами, о которых Вы сейчас упомянули, не для того, чтобы какие-то получить себе пряники и конфеты, а делается по душевному порыву. Это очень здорово, это самое главное.

Мансур, пожалуйста.

М.ИСАЕВ: Добрый день! Мансур Исаев, олимпийский чемпион.

Владимир Владимирович, Вы уже сказали о патриотизме. Я хотел бы добавить, что мы, спортсмены, наверное, самые большие патриоты нашей страны. Я это почувствовал на себе, когда сам стоял на пьедестале, и играл гимн нашей страны. Стираются все приоритеты, и люди сплачиваются ради одной радости – радости нашей победы.

Прежде всего хотелось бы сказать, что я бесконечно люблю мою родину – Дагестан. Она мне дала жизнь и верный путь, по которому я должен идти.

Второе. Я навсегда полюбил Южный Урал, и Челябинск поистине стал мне вторым домом.

В.ПУТИН: Сколько ты лет там живёшь?

М.ИСАЕВ: Уже семь лет. В 19 лет я переехал в Челябинск и выступал уже за Челябинскую область.

У нас, в Челябинске, очень большое внимание уделяется спорту, в плане развития, а самое главное – это хорошее и доброе отношение к молодым спортсменам.

Владимир Владимирович, у нас есть предложение, как Вы уже сказали, возродить студенческие клубы. В Челябинске, например, очень сильная школа дзюдо, школа хоккея, гандбола, водного поло и так далее. Давайте подключать студенческие спортивные клубы. Я сам студент Южно-Уральского государственного университета физической культуры. Он поможет с кадрами. Я думаю, что это будет огромная поддержка и для развития молодёжи, пусть они находят себя в спорте. Самое главное, что они будут готовы приносить стране новые и новые медали.

Спасибо за внимание.

В.ПУТИН: Я убеждён, что это абсолютно правильно, потому что это сплачивает коллективы внутри учебного заведения и развивает здоровую конкуренцию между ними, причём на такой хорошей базе, как спортивная база, это абсолютно точно.

Пожалуйста, Юрий Михайлович, прошу.

Ю.ПОЛЯКОВ: Владимир Владимирович! Коллеги!

Патриотизм, на мой взгляд, это иммунная система народа. И когда эта система ослабевает, в общем-то, наступают серьёзные катаклизмы и неприятности. Формируется патриотизм, конечно, в семье, но он формируется в известной степени историей и литературой. Это те две дисциплины, которые формируют гражданина и патриота. В школе истории и литературы стало донельзя мало, я бы сказал даже, просто опасно мало. Это уже представляет определённую опасность для нашей государственности.

Сейчас идёт Год истории. Что было заметного? Было много интересных мероприятий. Вот 200-летие 1812 года. Какие выходят статьи? Выходят хорошие статьи, но выходят и статьи «Кто победил в войне 1812 года?», «Жаль, что Наполеон не победил. Мы были бы Европой» и так далее. Это считается нормой.

В.ПУТИН: Извините ради бога, что я Вас перебиваю, но другие статьи и другие идеи были по поводу того, что «жалко, что Гитлер не победил, мы тоже были бы Европой». Но ведь это наша с вами задача – рассказать о том, какой Европой мы были бы тогда. А для этого нужно немного, нужно просто поднять архивы, в архивах всё есть, прочитать и дать возможность ознакомиться миллионам наших граждан, какая судьба была уготована народам бывшего Советского Союза, причём всем без исключения. Это физическое уничтожение и выдавливание за Уральские горы, а здесь, в европейской части, планировалось оставить только тех, кто мог бы работать на чёрных работах. Ведь прямо было написано: нельзя Советский Союз заменить русским национальным государством, его надо уничтожить. Но об этом почти никто не говорит. Я сейчас не хочу это проецировать на войну 1812 года, но в любом случае, когда кто-то к кому-то приходит с войной, то явно не с добрыми намерениями.

Ю.ПОЛЯКОВ: Я хочу продолжить эту мысль. Понимаете, ведь это надо объяснять. У нас очень большое влияние имеет телевидение, пресса. Они этого не объясняют. Скажем, вчера: американцы рассекретили два донесения своих агентов, которые были в немецком плену, по поводу Катыни. И всё наше телевидение с радостным мазохизмом сообщает: всё, точка поставлена, мы убили этих несчастных поляков. Да подождите, ещё специалисты не смотрели эти бумаги, что это были за агенты, никто не знает, может быть, они в плену их заставили написать. Нет, всё наше телевидение: «Мы виноваты». Мне кажется, что это неправильно, у нас происходит с телевидением что-то непонятное, телевидение у нас патриотов не воспитывает. Не скажу, что оно воспитывает антипатриотов, не берусь сказать, но патриотов точно не воспитывает.

И Вы знаете, очень тревожно по поводу общественного телевидения, которое будет. Вот чем оно будет? Центром нравственно-исторической реабилитации нашего общества, или оно будет центром управления «праздником непослушания»? Второго очень не хотелось бы. Хотелось бы, чтобы это было центром нравственно-исторической реабилитации.

Хочу несколько слов сказать о ситуации в нашей писательской среде. Она тоже не способствует патриотическому воспитанию. Это связано вот с чем. В начале 90-х, когда рухнула советская цивилизация, её, извините за прямоту, добивали, были востребованы писатели, которые ёрничали, издевались, глумились, которые видели только плохое во всём, и они поддерживались государством, из истории факта не выкинешь. Но с тех пор всё изменилось – другая страна, другие задачи, всё другое, а отношение осталось то же самое – у нас поддерживаются писатели такого плана. Писатели государственно-патриотического плана чувствуют себя вообще где-то на обочине.

Понимаете, всегда в России было противостояние традиционно почвенническое и либерально-западническое. Это было нормально, они между собой состязались, рождались новые идеи, это было нормально. Почвенников и традиционалистов задвинули дальше некуда. Естественно, наши либералы-западники, у них больше нет проблем, как идти на Болотную площадь. У нас писатель, которому белая ленточка дороже, чем белый лист бумаги, востребован, он пропагандируется, он гарантируется, извините меня за этот неологизм, он премируется, он переводится. Я просто от имени писателей, скажем так условно, государственно-патриотического направления прошу обратить на это внимание, потому что какой будет патриотизм, если… Ведь и кино, и театр, и телевидение – в сущности, всё основывается на литературе.

Ещё один момент, связанный с этим, – национальные писатели. Я много езжу по книжным ярмаркам. Вот наш стенд Российской Федерации. Вы там никогда не увидите книжки писателя, пишущего на языках народов Российской Федерации. Такое впечатление, что у нас вообще не федерация, а мононациональное государство. Это страшно обижает национальных писателей. Мы, «Литературная газета», их печатаем, может быть, одни, причём без всякой поддержки печатаем, и нам шлют письма с обидами, зачем мы обижаем элиту наших национальных автономий и так далее.

И последнее. Знаете, патриотизм – это прежде всего традиция. «Литературной газете» больше 180 лет, она стоит на конструктивных государственно-патриотических позициях, и ей никто помогать не хочет, ситуация у нас тяжёлая. Я хочу Вам передать письмо. То письмо, которое Вам передавал Говорухин Станислав Сергеевич, как пропавшая грамота Гоголя, где-то растворилось в аппарате. Я Вас очень прошу, помогите детищу Пушкина, и я прилагаю историю «Литературной газеты» – «Три века с читателями». Я прошу передать Владимиру Владимировичу.

В.ПУТИН: Я заберу потом, когда закончим. Я возьму. Спасибо большое.

Со всем согласен, хочу только одну ремарку сделать по поводу Катыни. Конечно, садомазохизмом заниматься не нужно, вообще мазохизмом заниматься не нужно, но в то же время мы всё своё здание нашего патриотизма и нашей любви к Отечеству должны строить всегда только на правде. Надо быть честными всегда, здесь уже звучало это, и если она даже неприятна для нас, всё равно мы должны исходить из этого. Если мы будем придерживаться такой точки зрения, такой позиции, она всегда будет выигрышная. Потому что мы говорим об этой трагедии, а трагедия ужасная, но при этом почему-то никто не хочет вспоминать о трагедии наших пленных 20-х годов. Надо же говорить об этом, чего здесь такого? Да, такая была жизнь, такой был мир, кривой весь, уничтожали друг друга таким образом. Поэтому когда начинаешь всё это взвешивать, когда смотришь на полную картину, а не только на какой-то её фрагмент, то по-другому всё смотрится и по-другому оценивается, оценки другие сразу возникают.

Спасибо большое.

Пожалуйста, епископ Бронницкий Игнатий. Прошу Вас.

ЕПИСКОП БРОННИЦКИЙ ИГНАТИЙ: Спасибо, Владимир Владимирович.

Я бы хотел несколько моментов сегодня отметить. Тема, которую мы обсуждаем, – это тема не только сегодняшнего дня. Это реальная, кропотливая, ежедневная работа, которая сегодня ведётся всеми здоровыми силами общества: Церковью, традиционными конфессиями. Эта работа направлена во имя будущего России и как необходимое условие духовного здоровья, социально-экономического благополучия нашей страны.

Молодые люди, вступая во взрослую жизнь и становясь полноправными членами общества, привносят в него те идеалы, которые заложены искони, эти идеалы они усвоили в детстве от своих родителей, семьи, школьного воспитания педагогов, старших наставников. Становление взглядов молодых людей происходит очень быстро, и именно небрежение в области духовно-нравственного воспитания оборачивается появлением на свет потерянного поколения, которое, как Вы сегодня отметили, способно стать источником социальных деструктивных явлений. Много, конечно, сил нужно приложить, чтобы впоследствии исправить допущенные ошибки.

На встрече с участниками форума «Селигер» 2012 года Вы абсолютно правильно отметили, что нет ничего более важного в обществе, чем морально-нравственные принципы, на которых общество основано. Ничего. Всё остальное вторично. Святейший Патриарх неоднократно отмечал и отмечает, что наша молодёжь – отнюдь не потерянное поколение, и мы с вами ответственны перед Богом за то, чтобы все таланты и дарования, устремления нашего юношества послужили во благо страны и нашего народа. Положительные духовные и нравственные основы, заложенные в юную душу, со временем могут стать твёрдым и прочным фундаментом, несокрушимой скалой. Это духовное инвестирование в будущее нашего поколения. Оно, конечно, не сегодня, не завтра даст плоды, но оно даст плоды, потому что невозможно эти плоды не иметь.

Среди прочих насущных социальных тем и вопросов духовно-нравственной жизни современного общества Церковь уделяет особое внимание теме содействия делу воспитания духовного и нравственного, здорового молодого поколения, взращиванию в детях и молодых людях чувств патриотизма, любви к Родине, отечественной истории, культуре. Только духовно-нравственное, здоровое общество может успешно жить и развиваться.

Стратегически важнейшая задача, которая в настоящий момент стоит перед нами, заключается в необходимости объединить все разрозненные инициативы в целостную многоуровневую систему воспитания детей и молодёжи. И в этом важнейшем деле необходимо объединить усилия всех здоровых и ответственных общественных сил нашей многонациональной, многоконфессиональной страны. Необходимо целеустремлённое соработничество государства, общества и религиозных организаций.

В этой связи хотелось бы кратко отметить, именно кратко, потому что формат времени ограничен, те основные направления сегодняшней деятельности Русской церкви в области работы с молодёжью. Сегодня на территории только России более 30 тысяч храмов. При этих храмах создаются молодёжные организации. Есть молодёжные лидеры, которые группируют вокруг себя молодых людей, способных, талантливых людей. Так, например, только в Москве уже более 300 таких молодых людей, молодых групп. При многих храмах организованы православные волонтёрские организации. И в целом по России их теперь уже более 500. Это огромный потенциал активной молодёжи, готовой послужить на благо церкви и Отечеству.

По благословению Патриарха уже не первый год работает школа православного молодёжного актива «Вера и дело». Может быть, у многих она уже на слуху. Такие краткосрочные курсы, школы прошли в Москве, Саранске, Казани, в Хабаровске, в Новосибирске. И слушатели этих курсов овладевают практическими навыками и теоретическими основами молодёжной работы, получают знания по управлению проектами, развивают свои организаторские навыки, а также изучают особенности работы с различными целевыми группами. Как показал опыт, школы являются эффективным инструментом подготовки молодёжных лидеров и волонтёров. Мы благодарны за поддержку, которую оказывает государство в проведении этих школ. Но хотелось бы, конечно, чтобы географический список этих регионов расширился.

Православная молодёжь активно участвует в общественной жизни. Как здесь упоминалось, последние события, которые произошли в Москве, подвигли многих молодых людей произвести переоценку. Многие молодые люди, «георгиевцы», молодёжные движения выходили к Хамовническому суду во время процесса и объясняли людям, что происшедшее – это не только богохульство, это поругание своей истории. И подобное не должно повторяться. Многие СМИ заметили позицию молодёжи, и отношение у людей к так называемой «художественной акции» стало более определённым. Очень многие, не разобравшиеся вначале, поняли со слов православной молодёжи, что подобные акции являются не искусством, а преступлением. По инициативе ряда православных молодёжных организаций реализуется общероссийский проект «Есть такой праздник», основной целью которого является популяризация ряда государственных памятных дат среди молодёжи, таких, например, как День семьи, любви и верности, День народного единства, День крещения Руси. Несомненно, что молодёжные программы, приуроченные к памятным и знаменательным датам отечественной истории, как, например, отмечаемые ныне 200-летие юбилея Бородинской битвы и 400-летие юбилея преодоления Великой смуты, содействуют делу патриотического воспитания молодых людей.

Все интересные инициативы православной молодёжи в региональных епархиях планируется объединить в общероссийскую программу «Вера и дело», а разрозненные организации пригласить к совместной работе в рамках добровольной Всероссийской ассоциации православной молодёжи. Сердечно благодарю Вас, Владимир Владимирович, за поддержку в этом вопросе, которую Вы высказали на форуме на Селигере. Вопрос поступил именно от молодёжи, сама тема поднималась именно с низов, и уже есть такие ассоциации православной молодёжи, в частности, в Сибири. И есть пожелание о том, чтобы такая ассоциация возникла.

Хотел бы Вас также поблагодарить за возможность участия нашей молодёжи в форуме «Селигер» и в таких молодёжных лагерях, как «Машук». Опыт сотрудничества в воспитании молодёжи в них представляется нам крайне важным. Конечно, хотелось бы, чтобы такое соработничество было более конструктивным.

Нужно отметить, что в Русской православной церкви активно развиваются международные молодёжные связи, важным импульсом в этом деле стало памятное объединение, воссоединение Московского патриархата и Русской зарубежной церкви в 2007 году. Мы планируем провести в следующем году первый международный съезд православной молодёжи, а также международный лагерь православного актива «Вера и дело». Конечно, просим оказать всяческое содействие и поддержку в проведении этих важных мероприятий. Работа с молодёжью в Русской церкви в последние годы очень динамично развивается, но необходимо отметить, что в вопросах налаживания взаимодействия Русской церкви и иных традиционных религиозных конфессий, Российского государства и общества предстоит ещё очень много сделать. Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо большое.

Роман Владимирович, пожалуйста.

Р.ПРОЦЕНКО: Подполковник Проценко Роман Владимирович, командир авиационной эскадрильи, учебная авиабаза, город Майкоп.

Уважаемый Владимир Владимирович!

На протяжении своей службы я видел, как менялось положение дел в армии. Слава богу, прошло то время, когда командир горько шутил: «Третий полёт для лейтенанта в год – это непозволительная роскошь». Такого сейчас нет. Ушли из головы мысли о том, когда будет зарплата, как дотянуть до следующей зарплаты. Знаете, когда моя жена вошла в наше первое жильё, она заплакала. Сейчас всё по-другому. Денежное довольствие достаточное, квартирой мы обеспечены, у нас есть жильё, мы имеем возможность выбирать его там, где мы хотим, полёты – это просто мечта лётчика, летаем, сколько хотим, летаем столько, сколько нужно. Это, несомненно, укрепляет веру в Вас, в Правительство, в командиров, в наше общество, в выбранный нами курс.

Но я хотел бы сказать ещё и следующее. Армия – это основа безопасности нашей страны. Так какая может быть основа без патриотизма, без преданности своему народу?

Для меня слова «армия» и «патриотизм» – это практически одно и то же. Да, есть такая профессия – защищать Родину. Мне говорить об этом просто, потому что занимаюсь подготовкой военных лётчиков. И ни я, ни мои сослуживцы не можем себе представить, чтобы в кабину современного истребителя сел не патриот.

Можно сказать даже следующее. Откуда это взялось у нас? Потому что мы так воспитаны. Мы были воспитаны на ярких примерах, на таких фильмах, как «Государственная граница», «В бой идут одни старики», «Офицеры». Вот эти яркие примеры. Посмотрев каждый из этих фильмов, хотелось стать защитником Родины, то есть патриотом.

Я бы мог не стать военным лётчиком, мог быть музыкантом, спортсменом, кем угодно, но эти частицы патриотизма, они бы остались в моей душе. Да, я мог бы не защищать Родину с оружием в руках, но своим трудом, своими достижениями всё равно бы делал то же самое – был бы патриотом. На мой взгляд, сегодня нужны более яркие примеры из современной жизни. История – это хорошо. Но нужны именно современные примеры в высоком художественном исполнении названных мною фильмов. С песнями обязательно. Фильм без песен, без музыки – это документальный фильм: интересен, но в душу не западёт.

Несомненно, в армии мы с нетерпением ждём поставок новой техники, но если вместо пары самолётов будет пара вот таких проектов, вот эта пара «полетит» выше, «пролетает» дольше. Эта пара будет стоить целого авиапарка. Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо. Правильно, абсолютно согласен с Вами. Эти произведения искусства – не побоюсь так сказать, это так и есть – это долговременное оружие, до сих пор работает. Можно только поблагодарить наших деятелей искусства за эти произведения: до сих пор работают, и эффективно.

Светлана Владимировна, пожалуйста. Мы заговорили про искусство. Вы детской филармонией руководите, да?

С.ШЕЛОМИХИНА: Здравствуйте, дорогие коллеги! Уважаемый Владимир Владимирович!

Я являюсь режиссёром-постановщиком Детской филармонии и художественным руководителем творческой студии «Театр+». Я, наверное, проделала самый долгий путь, потому что прилетела из Амурской области, город Благовещенск, это очень далеко.

Хотела бы сказать, что Детская филармония носит статус школы искусства и является подразделением Амурской областной филармонии. Создана она была только по той причине, что в 90-е годы была очень большая нехватка кадров и было решено, что нужно делать свои кадры, поэтому при Амурской областной филармонии была создана детская филармония, которая сейчас занимается просветительской деятельностью.

Могу поделиться опытом именно воспитания школьников. Мы создали в своей детской филармонии детский абонемент, который проводим ежегодно. Например, у нас был такой абонемент, который назывался «Когда открывается занавес», и мы рассказывали школьникам на протяжении всего года о разных направлениях в искусстве, «Чудеса земли амурской», мы рассказывали школьникам о нашей Амурской области, о её истории, о природе. Кстати, хочется отметить, что школьные учителя нас благодарили за это, потому что говорили, что после наших тематических концертов дети с удовольствием занимаются краеведением и многие из них становятся победителями областных, краевых олимпиад.

Также мне хочется отметить, что на протяжении пяти лет мы отмечаем у себя в области и пропагандируем не только 9 Мая – День Победы, но и также окончание Второй мировой войны – 2 сентября, потому что мы живём на границе с Китаем, и хочется сказать, что большинство наших прадедов и дедов именно воевали в Манчжурии, принимали участие в формировании Амура. Конечно, для нас это очень важное событие. Поэтому мы уже в течение пяти лет проводим акцию, то есть школьники выходят после летних каникул, и 2 сентября все школьники идут к памятникам. Также мы проводим акцию, которая называется «Тысяча свечей».

Хочу сказать, что наше поколение не потеряно. И самое главное, что наши дети, именно дети детской филармонии, творческие коллективы, воспитывают своих же сверстников. Мне кажется, это тоже очень важный момент. Мы сразу убиваем двух зайцев, то есть, с одной стороны, мы воспитываем школьников, с другой стороны, воспитываем тех детей, которые у нас занимаются.

Но проблема патриотизма на Дальнем Востоке, конечно, тесно связана с проблемой взаимоотношения окраины и центра нашей страны, как ни крутите, всё равно мы должны этот вопрос затронуть. Потому что в 90-е годы, когда был большой отток населения с Дальнего Востока и из нашего региона, во многом наш регион стал ориентироваться в рамках стратегии выживания на наших соседей – на Китай. И понимаете, мы ориентированы во всём на Китай, начиная с того, что мы ездим туда отдыхать, семейный отдых мы тоже проводим именно там, потому что нам очень дорого лететь и отдыхать даже на курортах Кубани, скажем так. Самое главное, самое страшное, что наши дети стремятся именно туда поехать ещё и на учёбу, мало того, что они уезжают в центр, потому что образование хотят получить в центре, но ещё и стремятся именно в Китай.

Считаю, что наш город Благовещенск является своеобразной витриной для тех же китайцев, то есть они во многом судят о нас по состоянию этой витрины. Раньше, знаете, в городе Благовещенске большой достопримечательностью было то, что мы ходили и смотрели на набережную города Хэйхэ, которая сверкает огнями. Они построили на самом лобном месте огромное колесо обозрения, которое сияет и видно у нас. Я объясню для тех, кто не знает: у нас река и два берега, и это колесо видно, если выйти на улицу, а улицы у нас прямые, и можно с самого конца города уже увидеть это колесо. Дети же это всё воспринимают, видят, как живёт другая страна. И сейчас наконец-то стали реконструировать набережную города Благовещенска. Конечно, при помощи федеральных средств намывные территории создаются, то есть так называемая «золотая миля», но вот что на этих территориях будет сейчас у нас строиться – неизвестно. Если это будет строиться элитное жильё, то наша «витрина», извините, будет сушить бельё перед китайцами. То есть хочется что-то другое на этом месте построить, какой-то культурный парк, или, например (совсем безумная идея), какой-то олимпийский объект, тот же ледовый дворец или какой-то большой аквапарк.

Кстати, сейчас наша епархия говорит о том, что можно было построить на этом месте храм. И, в принципе, я думаю, что, может быть, да, потому что если китайцы построили на границе с нами большой торговый центр, а Китай – это великая торговая нация, построили такой центр, который называется «Юань Дун», и эта надпись тоже огромная, то я думаю, что если Россия – держава духа, как известно, который в здоровом теле находится, то, может быть, нам действительно нужно построить храм или какой-то олимпийский объект, который стал бы пограничным столбом. И тогда действительно сказали бы: «Да, Россия – великая держава». И самое-то главное, что дети поверили бы, наверное, в Россию, поняли, что государству мы нужны.

Конечно, их ориентируют взрослые во многом. Это мнение, что уезжать и учиться в центр лучше, потому что понятие «временщик» у нас, на Дальнем Востоке, этот имидж временщика, наверное, так и остался, потому что, в принципе, история наша – 160 лет, не больше. И надо это менять, потому что, поверьте мне, у нас есть люди, настоящие патриоты, думаю, что на берегу реки Амур живут просто настоящие патриоты.

Хочу привести такой пример: мы отмечали 150-летие Амурской области и делали огромный праздник, и перед тем как был последний яркий салют, мы демонстрировали лазерное шоу на здании правительства, такой визуальный ряд, который рисуется с помощью лазера. И когда предстала перед нашими амурчанами Триумфальная арка, на которой написаны определённые слова, они стали вылетать, то вся площадь взорвалась овациями и криками, а на этой арке было написано: «Земля амурская была, есть и остаётся русской». То есть всё-таки ничто не потеряно. Хочу сказать, что мы, в свою очередь, то есть педагоги дополнительного образования, по крайней мере, я отвечаю за своих коллег, с которыми работаю, мы уделяем этому пристальное внимание. Хочу сказать, что у нас очень хорошие дети. Я думаю, мы будем работать в этом направлении и дальше.

Спасибо большое.

В.ПУТИН: Спасибо.

Пожалуйста, кто хотел бы?

О.БАТАЛИНА: Ольга Баталина, Комитет Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей. Просто мне очень близка тема, которую подняла Светлана. Если позволите, немножко разовью.

Мы сегодня, коллеги, говорим о новых формах патриотического воспитания, но ведь Светлана абсолютно права: нам одновременно очень важно сохранить ту систему нравственного развития духовности, которая у нас есть, а это ведь система дополнительного образования детей. Что такое система дополнительного образования? Это спортивные кружки, это дворцы творчества юных, дворцы пионеров, которые у нас ещё остались, это центры развития ребёнка, это спортивные секции, причём в основном они всё равно в этом виде существуют. Это подростковые клубы, кстати, самые разнообразные, именно там у нас дети после занятий изучают краеведение, изучают классическую культуру, литературу.

Ведь все дети в Российской Федерации талантливы. И когда мы говорим, что хотим профилактировать и, скажем так, избегать социально опасных явлений, хотим оторвать ребёнка от телевизора, то главное, что мы можем ему дать, – это развивать талант, который в ребёнке заложен. Причём что мы изучаем на изобразительном искусстве? Мы рисуем родной край. Что мы изучаем на уроке музыки? Мы изучаем лучшие произведения нашей российской, отечественной культуры. Поэтому, конечно, это один из прямых способов формирования гражданина, нравственного гражданина, гражданина духовного.

Понятно, что сегодня система дополнительного образования, к сожалению, Владимир Владимирович, переживает не лучшие времена. Эта система целиком относится к полномочиям органов местного самоуправления, хронический дефицит средств на муниципальном уровне приводит к тому, что в словах «дополнительное образование» местные власти в основном выделяют слово «дополнительное», понимая под ним неосновное, необязательное. Мы сейчас, в период думских каникул, конечно, все работали в регионах, очень плотно общались, в том числе и с подростковыми клубами. И должна Вам сказать, что во Дворце пионеров крупного промышленного района, где почти 400 разных творческих объединений, в том числе и спортивных, где занимается больше семи тысяч детей, сегодня директор со всеми его надбавками, со всеми стажами и прочим получает 6900 рублей. Понятно, что педагоги получают ниже. И это сегодня единственный сегмент, наверное, в системе образования, который, к сожалению, у нас достаточным вниманием власти пока не охвачен.

Самое главное, что понятно, что делать в этой сфере, потому что Вы утвердили 1 июня абсолютно уникальную национальную стратегию действий в интересах детей. Там есть целый раздел, который посвящён дополнительному образованию. Собственно, там всё уже сказано, что сделать: утвердить федеральные стандарты в области дополнительного образования, расширять сферу и количество подростковых клубов, секций, творческих объединений любой направленности, довести заработную плату педагогов допобразования до средней учительской в регионе. Я считаю, что всё это нам по плечу.

Сейчас, вы знаете, Правительство утверждает план первоочередных мероприятий по реализации Национальной стратегии. Я считаю, что вопросы дополнительного образования должны войти в состав приоритетных, потому что они напрямую связаны с формированием личности, патриотов Российской Федерации. Поэтому я считаю, что эти вопросы там должны быть, во-первых, отражены. А потом схема реализации может быть ровно той же, которую Вы, Владимир Владимирович, реализовали в отношении ликвидации очерёдности в детские сады, когда Федерация утверждает целевые ориентиры, когда регион утверждает долгосрочные программы по реализации достижения целевых ориентиров, ну и по приоритетным направлениям мы можем обеспечить федеральное софинансирование этих региональных программ. В целом это полномочия регионов. Но я считаю, что если бы мы подняли тему дополнительного образования на флаг, то тогда бы у нас не вставал вопрос для детей, чем им заняться после школы, потому что сегодня существующие возможности нам не позволяют охватить всех детей возможностями этой системы.

Спасибо.

В.ПУТИН: Да, это важная тема. Согласен. Я попозже её тоже прокомментирую. Абсолютно согласен, это очень важно.

Николай Александрович Долуда, пожалуйста.

Н.ДОЛУДА: Атаман Кубанского казачьего войска, казачий генерал Долуда Николай Александрович.

Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые участники совещания!

Кубанское казачье войско – это одна из мощных общественных организаций страны, которая на протяжении многих лет развивает систему патриотического воспитания. Она объединяет 1300 казачьих классов и школ, шесть кадетских казачьих корпусов, которые имеют статус суворовских училищ, а также группы казачьей направленности в техникумах, колледжах и вузах края.

Кстати, хочу сказать, что буквально пять лет тому назад (правильно сказал кадет Новороссийского кадетского казачьего корпуса) у нас был, Владимир Владимирович, один кадетский казачий корпус. Востребованность в строительстве этих кадетских казачьих корпусов как раз и послужила тому, что губернатор края принял решение, и за эти пять лет открыли ещё пять кадетских казачьих корпусов.

Мы стремимся создать непрерывную систему казачьего образования, доступную детям в любом городе и станице края. Главное отличие от стандартной в том, что учебный процесс усилен более глубоким изучением истории и культуры России, родного края и казачества, его традиций и обычаев, основ православия, плюс мощный блок дисциплин военной и физической подготовки, в него входят и казачьи виды спорта, включая борьбу и умение управлять лошадью в том числе.

Хочу подчеркнуть, что в организации учебного процесса нет никакой самодеятельности. Программы, учебники с первого по одиннадцатый классы по изучению истории, культуры, а также плакаты, в том числе стенды, разработаны ведущими учёными региона и одобрены Министерством образования. За каждым классом закрепляем наставников из числа самых опытных и образованных казаков. Причём они каждый год проходят специальное обучение для работы с детьми. Казачата много ездят на экскурсии по местам боевой славы и музеям страны, обязательно вживую знакомятся с регалиями и реликвиями Кубанского казачьего войска, которые мы в течение трёх лет частями возвращали на родную землю из Соединённых Штатов Америки. И усилиями губернатора края вернули практически 100 процентов регалий, вывезенных из нашего региона ещё в 1920 году. И конечно, казачата участвуют во всех праздниках, скачках и военно-полевых сборах войска. Мы ежегодно, Кубанское казачье войско, выходим на военно-полевые сборы в пределах 10–15 тысяч казаков.

Казак во все времена был воином и всегда верно служил Российскому государству. У нас есть традиции поминовений, где перед глазами детей по-настоящему оживают подвиги отцов и дедов, героически воевавших на полях сражений, защищая своё Отечество. Это Гречишкинские, Тиховские, Даховские, Липкинские поминовения, в которых участвуют сотни, тысячи жителей края, в том числе и дети. Мы стремимся, чтобы казачата, как говорится, с молоком матери впитывали простые, но жизненно важные принципы воспитания: уважение к старшим, к вере отцов, к труду, любовь к своей малой и большой Родине и готовность всегда её защищать, наконец, семейные ценности – то есть всё то, что дорого для любого народа, что по-настоящему и делает его народом.

Мы гордимся тем, что число казачат у нас растёт каждый год, причём я имею в виду и рождаемость, и число учащихся казачьих классов и корпусов. Сегодня их уже более 30 тысяч. Да, пока это всего 5 процентов школьников края, но мы целенаправленно идём к цифре 30–40 процентов. Такую задачу ставит перед нами губернатор края. И темпы последних лет показывают, что это вполне реально. Причём хочу подчеркнуть, насильно в казачьи корпуса и классы казачьей направленности никто никого не загоняет. Они создаются там, где есть желание родителей. И очень радует, что с такой инициативой выходит всё больше родителей и педагогов, потому что люди видят: ребята, которые учатся в казачьих корпусах и казачьих классах, немного другие, они защищены от негатива улицы, начиная тем, что просто не ругаются, не хулиганят, уважительны к старшим, заканчивая высоким уровнем образования и физической подготовки. И есть твёрдая уверенность, что они вырастут достойными гражданами нашей страны.

Ежегодно Кубанское казачье войско направляет для службы в Вооружённые Силы Российской Федерации около тысячи молодых казаков, все они служат с честью и достоинством, в боевых частях эти казаки нарасхват. Как бы это ни воспринимали, в своей системе воспитания мы ставим перед собой цель противостоять современной массовой культуре в худших её проявлениях, чтобы примерами для наших детей становились не «звездульки» с экрана, а герои родной истории.

Сегодня только ленивый не высказался о том, что телевизор, интернет, компьютерные игры зачастую пропагандируют культ наживы и потребительского отношения к жизни, приучают наших детей к жестокости и откровенно нездоровому образу жизни, искажают представления о вере и Церкви. И мы вместе должны делать много для того, чтобы остановить агрессию против своей духовности и нравственности. Сегодня ни в СМИ, ни в кино мы почти не видим доброжелательного рассказа о судьбе человека, выстроившего свою жизнь трудом и подвигом, не видим передач и фильмов, оставляющих после себя чувство гордости за страну, её историю, её людей. То есть нет проработанного качественного продукта для детей и молодёжи с патриотическим воспитательным содержанием. Мы думаем, что на него должен быть целенаправленный государственный заказ, потому что коммерчески успешным он никогда не будет.

Пример, группа Pussy Riot. Когда в храме Христа Спасителя произошла их кощунственная выходка, все телеканалы с утра до ночи показывали об этом. Какой визг и истерия были, когда их осудили. А посмотрите, вчера на телеканале «Россия-1» вышла прекрасная программа Аркадия Мамонтова, собственно говоря, в которой было показано и доказано, кто за этим стоял и кто финансировал скандальную группу и эти выходки. Но во сколько её показали? С 12 до часа ночи! Да её надо транслировать точно так, как показывали, когда выходка произошла: с утра и до позднего вечера, чтобы все видели, кто стоял за этими Pussy Riot и почему так названа эта группа. А нас всё пичкают телесериалами, боевиками. Да надоело уже всё это!

Уважаемые участники совещания!

Особенно хочу сказать о том, что важный принцип традиционного казачьего подхода к детям воспитывать надо своим примером, причём начиная с того момента, когда они поперёк лавки лежат, и пока у них свои дети не появятся. В самом войске на сегодня уже 145 тысяч казаков, включая семьи. Из них 43 тысячи казаков взяли на себя обязательство по несению государственной службы. И с каждым годом всё больше казаков участвуют в различных видах государственной службы, которые определены в Федеральном законе 2005 года №154.

С 1 сентября этого года на патрулирование улиц наших городов и станиц вместе с полицией вышли профессиональные казачьи дружины охраны правопорядка. В них пока ровно тысяча казаков. Ещё 3 тысячи несут службу в добровольных казачьих дружинах, но я уверен, их будет больше. Мы помним, что до революции у каждого атамана в станице обязательно была дружина охраны порядка. Так что и здесь мы, по сути, возвращаемся к истокам. Хочу подчеркнуть, что даже первые дни работы казачьих дружин показали, что они являются реальной силой и опорой полиции. Вместе мы сможем остановить рост уличной преступности, оказывать помощь, чтобы дети после 22 часов не шлялись по улицам без сопровождения старших. Но важно и то, что служба казачества ещё и важный элемент воспитания. Когда ребёнок сызмальства видит, как его отец, брат выходят на охрану порядка в казачьей форме или служат в казачьих частях в армии, они привыкают гордиться этим, гордиться своим предназначением – служить Отечеству.

И последнее. Нас откровенно беспокоит не прекращающаяся среди молодёжи различных регионов нашей страны нетерпимость, и даже иногда агрессия к людям другой веры, национальности, языка. Это опасная тенденция. Возможно, одна из причин здесь в том, что дети мало знают о народах своей страны. Проведи сейчас опрос, и большинство даже не смогут сказать, на севере или на юге живут, например, чуваши, эвенки или балкарцы. Возможно, стоит проработать всё-таки вопрос введения в школах обязательного курса культуры народов России, обязательного, чтобы дети знали, кто живёт рядом с ними, знакомились с историей и культурой других народов, чтобы, приезжая друг к другу в гости, мы уважали традиции и веру того народа, который исторически проживает на этой территории, и привыкали к мысли о том, что всех нас объединяет, даже делает сильнее и богаче наша единая страна – матушка Россия.

Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо большое.

Донцов Василий Александрович хотел сказать. Пожалуйста. Директор кадетского училища.

В.ДОНЦОВ: Спасибо.

Директор Аксайского Данилы Ефремова казачьего кадетского корпуса Ростовской области, полковник Донцов.

Уважаемый Владимир Владимирович, хочется, во-первых, сказать огромное Вам спасибо и признательность от всех родителей, от кадетов за то, что Вы оказали помощь в строительстве нашего прекрасного спального корпуса, который за четыре года на голом поле возник, а сейчас это трёхэтажное здание, в котором дети, во многом малообеспеченные (70 процентов – дети из малообеспеченных семей), 280 человек нашли крышу над головой. Это очень здорово, это будущие патриоты нашего Отечества.

Я со многими не соглашусь, здесь говорили: только учебники и учебники. Да, можно дать кадетам учебники, изучить всё, но без практического их воспитания у нас ничего не получится. В первую очередь, правильно кадет здесь сказал (выступал самый первый), что наши дети отличаются от школьников. Я не хочу сказать, что школы все плохие. Нет. Но в данный момент, в последнее время, спрос очень большой, дети идут, родители идут, потому что дети в кадетских корпусах присмотрены, будут воспитываться, круглые сутки за ними контроль.

И если сейчас у нас – выступающие только что говорили – возникают проблемы с допобразованием, кадетские корпуса давно существуют и занимаются этим делом. Мы отличаемся от обыкновенных школ тем, что до обеда это обыкновенная общеобразовательная школа, после обеда – допобразование. Вот здесь идёт и воспитание патриотизма, и всё. И в нашем корпусе, и во всех кадетских корпусах используется в первую очередь личный пример, пример ветеранов Великой Отечественной войны, пример ветеранов боевых действий, узников концлагерей. Можно в книжке всё прочитать, фильм посмотреть, но когда живой ветеран приходит в массы и рассказывает – то действительно это пример. И больше надо таких приглашать, как здесь присутствует Василий Семёнович Лановой. Да, действительно, я всегда, хоть возраст уже нормальный, но вспоминаю, фильмы смотрю. И другие товарищи здесь сидят, приятно наблюдать. Это живой пример. И мы стараемся их использовать.

Атаман Кубанского войска многое сказал здесь уже. Да, воспитание в кадетских корпусах и у нас, в Ростовской области, и в донских кадетских корпусах идёт в первую очередь на традициях, обычаях народов. Многие дети являются застрельщиками. Мы возобновляем то, что раньше было, – тимуровское движение. Сами кадеты у нас закреплены за ветеранами. У нас есть сельский кадетский корпус в посёлке «Рассвет», там есть ветераны, за каждым ветераном закреплены у нас учебные отделения. Они помогают. Среди местного населения многие не знают, когда День героя или ещё что-то, а кадеты ухаживают за могилками, за обелисками. Ездят также кадеты донских корпусов постоянно в Москву в Донской монастырь, который освящает и ухаживает за могилками. Это очень здорово. Я считаю, что у нас поколение нормальное, самое главное, чтобы рядом был надёжный наставник.

Я могу привести неоднократные примеры (многие здесь сидящие товарищи служили и служат сейчас в армии) – примеры Афганистана, примеры Чечни. Когда начался Грозный, Афганистан, не помню ни одного случая, чтобы один из солдат, кто-то струсил или не пошёл в бой. Они выполняли задачу, им задача была поставлена, они знают, что они патриоты Отечества. И мы воспитываем также в кадетских корпусах. Самое главное, Владимир Владимирович, они знают, что такое Родина.

Правильно здесь выступали, в праздниках мы принимаем участие, гимн звучит, кадеты без напоминания всегда поют гимн России, а школьники стоят, смеются. Надо снизу поднимать всё это, снизу поднимать и совместно проводить мероприятия почаще, чтобы не было отрыва. Иногда, я скажу, стараются не приглашать почему-то школы кадетов, говорят: «Кадеты всё равно выиграют, победят». Это обманчивая позиция.

И Вами, Владимир Владимирович, что бы мы ни делали, много сделано. Спасибо, что у нас проходит конкурс на лучшие казачьи кадетские корпуса, три года уже. Главное, кадеты борются не за то (да, это нормально), чтобы получить первое место – 3 миллиона, второе – 2 миллиона, третье – миллион. Наш корпус за три года 6 миллионов получил, по материальной базе. Мы заняли третье, первое, второе места. Поэтому единственный корпус, который не вышел из «тройки» за три года. Матбаза у нас прекрасная сейчас, мы поспорим с любой школой, но дело же не в этом. Самое главное (у них спрашивали) – знамя Президента получить, это престижно. Поэтому в этом-то и начинается всё, закладывается, что такое Родина. Как сказал один высокопоставленный человек: «В кадетских корпусах самое главное, что дети знают, что Родина пишется с большой буквы, а сало – с маленькой». В городе такая шутка, но это действительно нормально.

Я заканчиваю, Владимир Владимирович. Да, делаем что-то, есть работа, проводится, но в данный момент нужна федеральная целевая программа по поддержке кадетских корпусов. Давно об этом мы пишем и говорим, где-то что-то выходит, а как таковой программы нет, хотелось бы увидеть.

И в заключение хочется пожелать всего самого наилучшего всем здесь присутствующим, чтобы мы сделали вывод, отсюда вышли и правильно начали работать на делах, а не на словах. Я всегда говорил и говорю, сколько я служил и сейчас, когда у нас говорят, что плохо то и плохо это, я всегда говорю: «А ты задай себе вопрос, что ты сделал для того, чтобы было хорошо на своём месте и в стране». Если мы каждый выйдем и что-то сделаем, у нас вопрос улучшится, жизнь в стране будет и всё будет прекрасно.

Я, Владимир Владимирович, приглашаю Вас, Вы обещали к нам приехать в корпус. Никак не доедете. Если Вы приедете в ближайшее время, как раз будет наш отчёт, что мы сделали за четыре года. Благодарю Вас.

В.ПУТИН: Спасибо большое.

Г.ЗОЛИНА: Владимир Владимирович, позвольте казачке по происхождению и учителю по образованию?

В.ПУТИН: Пожалуйста.

Г.ЗОЛИНА: Спасибо большое.

Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые участники совещания!

Я как учитель хорошо знаю, что ребёнку обязательно нужен какой-то образ, кому он будет подражать. И вот какой образ создадут взрослые (об этом сегодня уже много говорят) – тому он и будет подражать, он будет брать пример в жизнь большую с кого-то. Конечно, во всех странах этим очень серьёзно и предметно занимаются писатели, публицисты, актёры, режиссёры, интеллигенция, учителя.

У меня две ремарки к сегодняшнему совещанию. Мы сегодня в школах учителя рассматриваем как урокодателя. Мы очень много обращаем внимания на качество знаний, которые он даёт, это совершенно правильно, и повышаем зарплату. К слову сказать, в среднем заработная плата учителей Кубани – 22,5 тысячи рублей, а учителей дополнительного образования – 15 тысяч. Мы развиваем дополнительное образование, ставя его во главу угла. Но по нормативам, стандартам обучения, Владимир Владимирович, учитель – классный руководитель получает за воспитательную работу всего тысячу рублей. И мне кажется, что мы сегодня в школах должны в равной степени поставить знак равенства между образованием и воспитанием.

И дальше о том, какие бывают результаты, когда действительно во главу угла мы ставим образ положительного героя. Американцам повезло, они очень подсуетились, их публицисты, их писатели создали образ ковбоя как национального героя, который лихо скачет, защищает бедных, наказывает злых людей, метко метает копья, врывается, всех карает и так далее. На самом деле если посмотреть, то ковбой – это представитель самого низшего сословия, как правило, неграмотный человек, пастух, но из него сделали такой образ.

В России есть образ такого национального героя – это образ нашего казака, но, кроме насмешливого «ряженые» и показывания пальцем, среди нашего и писательского сословия, и интеллигенции мы другого отношения не видим. А какие они ряженые? Они Родину защищали и, по сути, её спасли. И поэтому, мне кажется, нам нужно пересмотреть своё личное отношение к этому.

На Кубани проходят замечательные казачьи парады, в которых принимают участие и кадеты, и дети кадетских казачьих классов, но пробиться на телевидение, Владимир Владимирович, мы с этими передачами не можем, нас там никто не ждёт, это неинтересно. У нас проходят поминовения, о чём говорил Николай Александрович, у нас проходят скачки среди молодых казачат, у нас проходят проводы в армию и служба в армии. Разве мы видим на больших федеральных каналах и в федеральной прессе доброе и хорошее отношение к этим людям? А ведь казаки – это единственное сословие, которое защищает государство, можно сказать, за свой счёт. Если военные приходят, им государство даёт и амуницию, и оружие, и довольствие, а казаки всегда, как рождался сын в семье, собирали всю жизнь денежки для того, чтобы и коня справить, и обмундирование, и шашку острую. И 25 лет служили Родине безвозмездно и безоглядно.

Поэтому сегодня, мне кажется, нужно поднять этот вопрос. У нас в регионах проходят большие мероприятия, много работы проводится по патриотическому воспитанию, в том числе по культурному развитию, культурному наследию. Но, Владимир Владимирович, нам давно пора дать регионам выход на эти большие каналы, на большие публикации, для того чтобы мы знали, какая она – наша Россия, что мы делаем. Мы не ждём, мы не спим, мы работаем. Но почему-то, получается, это для большой Родины не нужно. Мне кажется, нужно пересмотреть это отношение самим, и тогда учитель у нас будет.

Я учитель, и я знаю (меня учили достойные учителя), что главный идеолог в России, в стране – это был учитель в то время, когда мы получали образование, потому что учитель своим образом поведения, своим отношением, своими взглядами формировал личность. И если сегодня мы к этому не вернёмся, мы очень долго будем карабкаться по тому пути, по тем проблемам, которые сегодня в том числе остро обсуждаем.

Спасибо. Извините, что без очереди.

В.ПУТИН: У нас нет очереди уже. Спасибо.

Василий Семёнович, пожалуйста.

В.ЛАНОВОЙ: Дорогие друзья!

Я слушаю с громадным вниманием. Я думал, что у нас с патриотизмом гораздо меньше проблем. Здесь же за два часа такого накопилось, такого наговорили, что у меня ощущение, что по линии патриотизма надо заводить просто ситуацию военную, горячую, чудовищную. По сути, наверное, так оно и есть, потому что мы долгие годы на это не обращали внимания, считая, что всё само собой образуется.

Я хочу вам напомнить, 30 апреля 1945 года, ещё не закончилась война, ещё Берлин не пал, ещё не подписана была в Карлхорсте капитуляция, Ален Даллес, будущий член американской разведки, собрал западную разведку (это документально освещено) и сказал: «Война заканчивается, кое-как мы наладим быт и жизнь наших стран и бросим все наши усилия, всю нашу силу для победы этого самого непокорённого народа – российского народа». И дальше интересно, что он сказал по поводу того, какими методами он собирается это сделать: «Мы высмеем все институты, которые рождают советских патриотов, прежде всего русскую великую классику, мы сделаем её смешной, мы выставим её в дурном свете, мы найдём исполнителей для этого среди них». И занимались этим прекрасно многие-многие годы.

Сегодня я узнал о том, что в школах «Войне и миру», вообще Толстому, при советском образовании отводилось 60–70 часов, а сегодня этим же проблемам отводится 10–15 часов, Пушкину было 60 часов, а сейчас – где-то 15–20. Это основа русской культуры, основа, в которой и есть патриотизм, самое главное. И когда они всерьёз занялись этим, они чётко рассчитали, что надо прежде всего взорвать, высмеять и найти исполнителей для этого, как он писал, именно среди них.

Почти 20 лет мы не обращали на это внимания. Я – дитя военного поколения, четыре года был в оккупации на Украине, вернулся в Москву после этого. У Карамзина Николая Михайловича есть такая фраза в «Истории государства Российского»: «Дети войны всегда быстрее взрослеют и быстрее начинают различать, где подлость, а где красота». Очевидно, это было с моим военным поколением, потому что мы жадно учили все пушкинские стихи, мы жадно читали всю великую литературу, в 13 лет я знал наизусть уже первый выезд Наташи на бал в 1810 году, и до сих пор я любуюсь этой красотой: «Наташа танцевала превосходно, ножки её в атласных бальных башмачках быстро, легко и независимо от неё делали своё дело, а лицо её сияло восторгом счастья. И едва князь Андрей обнял этот тоненький подвижной стан, и она зашевелилась так близко от него, и улыбнулась так близко ему, вино её прелести ударило ему в голову». Нашему поколению не хватает такого вина. Вы меня извините, с 13 лет я уже был в самодеятельности, где была великая опереточная актриса Татьяна, где Игорь Таланкин был наш режиссёр кино, откуда Вера Васильева вышла, это все из одного коллектива в ЗИЛе, завода имени Сталина/Лихачёва. Это всё было там. Вынули, меня лично вынули с улицы именно этим образом, иначе бы я, как половина моих партнёров по тому времени, отсидел бы в тюрьме. А меня зацарапали. И это замечательно, это было прекрасно.

Приходит ко мне (я преподаю в институте) человек, я говорю: «Возьми, пожалуйста, сцену драки Пьера с Долоховым, возьми обязательно». И этот, 10-й класс окончив, говорит: «А кто это – Долохов?» Я говорю: «Вон отсюда, и пока не перечтёшь «Войну и мир» всю от начала до конца, ко мне не приходить». Это очень серьёзная проблема. Очень. Понимаете, моё поколение было более образованным. Военное, мучительное, но мы больше знали, чем сегодняшние ребята, которые живут в покое. Может быть, это самая главная проблема, которая сегодня есть. Были великие военные песни-долгожители, были великие военные стихи-долгожители. Лучшие слова к песням военным были потрясающие. У Твардовского до сих пор самая нравственная оценка участия в войне, лучше никто никогда не сказал:

Я знаю, никакой моей вины

В том, что другие не пришли с войны,

В том, что они – кто старше, кто моложе –

Остались там, и не о том же речь,

Что я их мог, но не сумел сберечь, –

Речь не о том, но всё же, всё же, всё же...

Вот величайшая нравственная оценка вообще участия в войне.

Поэтому сегодня так много и прекрасно говорилось о «болячках» в этом вопросе, о воспитании. Детский кинематограф был, целиком студия Горького работала только на это. Там иногда появлялись такие фильмы, как и «Офицеры», 40 лет назад премьера была. 40 лет назад, и картина работает до сих пор. Но сегодня этой студии нет, она закрыта, она убита, там снимают телевизионщики свои дурацкие иногда фильмы с отсутствием драматургии, но с большим количеством сериалов. И это те самые клетки, которые надо восстанавливать, ибо государственности без этого не будет, дети без детского кино не будут знать, они будут смотреть эти выстрелы, дурацкие убийства, насилие и так далее. Это, может быть, самое главное, что сегодня нужно, и дай нам Бог всем это осилить.

В.ПУТИН: Спасибо большое.

Дмитрий Вадимович, пожалуйста.

Д.САБЛИН: Дмитрий Саблин, «Боевое братство».

Восемь лет занимаюсь координацией проблемы патриотического воспитания у нас в партии. Очень радостно, что то, что разрабатывали восемь лет, практически всё реализовано, развито в новую степень. Но сегодня уже, наверное, настал новый виток в развитии патриотизма, мы для этого и собрались. Вообще история как наука ещё в Древней Греции была придумана только для одной цели – ради патриотического воспитания. «Илиада» и «Одиссея» писались для этого. Мы, конечно, каждый этап истории можем посмотреть как угодно, история смотрится с двух сторон по-разному: можно сказать, что 91-й – победа демократии, можно сказать, 91-й год – предательство страны. Можно сказать, где-то – война за освобождение, а можно сказать, где-то – терроризм.

Мне кажется, что сегодня, именно в наше время, функция истории, нашей истории должна выполнять не только функцию образования, но и непосредственно функцию воспитания. В своё время Антон Антонович Керсновский сказал: «Россия – это не мы, живущие сегодня, это миллиарды, кто жил до нас, миллионы, живущие сегодня, миллиарды, которые будут жить после нас, объединённые великой военной историей и особенно национальной культурой». Военной истории и военной славы как раз для нашей страны хватит на все славы всех стран мира вместе взятые – подвиги, всё остальное, что есть. И как раз этот фундамент, тысячелетний фундамент, является одним из главных богатств России. Когда-то было зерно, человеческий капитал, людей угоняли, сегодня нефть, газ, но это (то, что оставлено нам предыдущими поколениями) главное.

Поэтому, конечно, необходимо пересматривать учебники истории, внимательно подходить к этому. Даже не важно, будут помнить даты какие-то или не будут. Главное в том, чтобы каждый ученик у нас действительно был и воспитывался патриотом.

Второй вопрос, на чём хотел бы остановиться, – это духовно-нравственное воспитание. Мы видим, что сейчас идёт информационное, да и физическое нападение на все традиционные конфессии. Что происходит сегодня в Сирии? Там война впрямую идёт, православные поселения сгоняются, мусульман убивают. Придумали такую псевдорелигию, которая называется демократией, и пытаются её внедрить, царство небесное на земле построить. И здесь, может быть, уже настало время опустить на уровень регионов принятие решения об основах Закона Божьего, основах мусульманства в тех регионах, где это необходимо, ввести в школах. Пусть ребёнок потом выбирает, ходить в храм, не ходить, как поступать, но мы непосредственно как государство должны попытаться это сделать.

Следующий вопрос. Я слушал Романа Владимировича. Честно говоря, я был потрясён выступлением. Как на Афоне монахи говорят: если монах не стал святым – неудачно сложилась карьера, так и в русской армии раньше, если жизнь за Родину он не отдал – не совсем удачно карьера тоже сложилась. Это было самое ценное, верх карьеры для любого военного человека.

У нас сегодня в армии служат год. Мы помним, у нас был предмет НВП – начальная военная подготовка. И хуже не было. Мало того, это будет помощь и Министерству обороны, потому что ребята будут к этому подготовлены. И если будут такие ветераны, как Роман, они будут не только учить, но они ещё будут и воспитывать ребят на конкретных примерах, а таких у нас ветеранов, офицеров очень много. И не охранниками они будут где-то работать или как-то подрабатывать, а заниматься именно патриотизмом.

Немножко хотел остановиться на спорте. Так получилось, что восемь я лет возглавляю комитет женского футбола. У нас есть пример. Здесь, на Кубани, есть потрясающий турнир «Кубанская весна». Приезжают все молодёжные команды со всего мира: американцы, китайцы. Мы не можем у них выиграть. Почему? Да потому что в Америке 9 миллионов играют, в Германии 2 миллиона играют, занимаются, а у нас 34 тысячи на всю страну. Комплекс лучший для женского футбола построили, все завидуют. Профессиональные клубы играют в тройке, пятёрке лучших Европы, а вот массового футбола не хватает. И это не проблема женского футбола – это проблема всех видов спорта.

Проблема в чём? Опять же в наше время в каждой школе 5, 7, 8 как минимум кандидатов в мастера спорта было. Давайте посмотрим сейчас по школам, сколько у нас сегодня хотя бы перворазрядников. Раньше придёшь в школу, был на соревнованиях – молодец, тебя похвалят. Сегодня в школу придёшь с этим: уехал – школу прогулял и так далее. Что нам сегодня мешает? Это небольшие деньги. Мы построили много спортивных сооружений, но надо ввести в школы одну-две дополнительные ставки тренеров по различным видам спорта. Надо субъектам расписать. Ездят в бассейн – пусть там будет тренер по плаванию и дополнительная секция по плаванию, есть у нас где-то спортивный зал по гандболу, по волейболу, нет ничего – пусть лёгкая атлетика будет там, но ввести этот массовый вид в школы, массовый, опять же это небольшие деньги, но чтобы внизу у нас дети массово занимались. Не все, конечно, будут олимпийскими чемпионами, но когда ребёнок привыкает трудиться каждый день, то он понимает: 50 раз повтори одно и то же – и ты будешь успешен, это в будущем будет очень здорово. И это не самые большие деньги.

Сейчас мы будем готовить закон об образовании. Владимир Владимирович, необходимо проработать все эти вопросы. Возможно, Министерство образования, конечно, будет отталкиваться от этих задач, но нужно попытаться найти компромисс, потому что именно основа, фундамент патриотизма должен строиться на самой сильной системе, которая есть у нас сегодня, которая финансируется 100 процентов государством – на системе образования.

Параллельно хотел бы два вопроса затронуть. Мне очень понравилось, что, молодцы, ребята, собрали общество добровольцев в помощь нуждающимся. Но вы знаете, с детьми-инвалидами тяжело, есть и тяжёлые, понятно, тяжело, но есть и второй, и третьей степени, лёгкие дети, средние. Если мы их внедрим в школы, если они будут в обычных школах, то они перестанут быть инвалидами за какой-то срок. Но у нас проблема: внедрить в школы, добиться того, чтобы ребёнок-инвалид учился в общей школе – практически нереально даже при самом сильном административном ресурсе. И здесь та же система образования может помочь в здравоохранении решить этот вопрос.

Анатолий Эдуардович, разрешите к Вам обратиться. Есть город Апшеронск. Когда солдат Апшеронского полка надевал красные ботфорты, он уже был непобедим. У немцев в генеральном штабе было такое указание: если встречается Апшеронский полк, то против него иметь десятикратное преимущество. Они уже в ходе войны иногда так расслаблялись, что просто плакаты поднимали: «Здесь отдыхают апшеронцы». И немцы начинали быстро десять полков собирать. Это духовно-нравственное воспитание, которое складывалось из поколения в поколение. У солдат каждый конфликт – сразу история участи полка издавалась, её читали. Каждый вечер на вечерней поверке памятка солдату Апшеронского полка читалась, и они её знали. Армия не может не нести воспитательную роль, не может. Здорово, что сейчас боевая подготовка в армии, здорово, готовятся, стреляют, прыгают ребята. Это важно. Но и духовно-нравственное воспитание, историческое, на основе полковых традиций, не всей страны, а именно полковых, которые созданы и сделаны, написаны, тоже должно быть.

Мне случайно запись такая попалась, когда командир 2-го полка Карпов на Кубани 15 августа 1828 года сыну своему говорит перед боем (штурм Ахалциха), а сыну 16 лет: «Завтра идти в бой, твой первый бой. Запомни несколько вещей. Первое, в бою всегда соблюдай нашу казачью лаву. Второе, увидел казака в беде, бросайся и выручай, не думай о себе, о тебе подумают другие. И мы всегда победим, но если суждено погибнуть, то морду врагам так набить, чтобы в крови были и чтобы поняли, как с русскими воевать. Ты знаешь, сынок, Россия большая, а нас здесь мало. Но пока есть сыны, которые готовы отдать жизнь за Отечество, Россия была, есть и будет. А будет мало таких сынов – придут другие, разделят на части. Народ, земля будет, но России уже не будет».

Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо. Мы сейчас, чувствуется, всё больше расходимся, расходимся, и это очень приятно, потому что тема важная, но мы можем так обсуждать эту проблему со всех сторон очень долго, нам нужно потихонечку завершать. Мне очень приятно, что мы перешли к таким эмоциональным выступлениям, это значит, что нас всех это трогает за сердце.

Давайте Марина Владимировна два слова скажет, потом – Андрей Юрьевич.

Пожалуйста.

М.ВОСТРИКОВА: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые участники совещания!

Хочу обратиться как командир поискового областного отряда, который давно занимается поисковой работой, поисковой деятельностью, в частности, ещё к Анатолию Эдуардовичу. Дело в том, что именно с Вашим приходом мы почувствовали поддержку патриотическому воспитанию, и приоритет этот чувствуется чем дальше, тем больше. В принципе, сегодняшнее совещание – этому подтверждение, в том числе мы чувствуем поддержку и регионов. Я горжусь, что я живу в Кузбассе, и есть у нас Аман Гумирович Тулеев, которого действительно уважаем искренне.

Но проблема поискового движения вот в чём. На уровне Федерации, например, у нас нет возможности нормативно закрепить те поисковые объединения, которые существуют, например, как при Департаменте образования, потому что этим занимаются общественные объединения только. И сейчас очень тревожит вопрос, проект, который внесён в Госдуму «Справедливой Россией» по поводу увеличения возраста, то есть совершеннолетние могут участвовать в поиске. Дело в том, что более 70–80 процентов поисковых объединений не только в Кузбассе, но и по всей стране, это всё-таки с 14 лет и выше. И мы теряем, если сейчас этот закон принимается, возраст, который как раз подвержен эффективному патриотическому воспитанию, потому что поисковая работа – это как раз (у нас и девиз такой) «Помнить – значит делать». У ребят это проходит через сердце и так далее.

Поэтому большая просьба обратить внимание на нормативную базу и, возможно, прописать в законе об увековечивании памяти, например, государственную, государственно-общественную поддержку. Тогда это расширит возможности финансирования, финансовые источники, так скажем. Ну а мы будем делать всё, что возможно, потому что поисковый отряд – это не только места боёв и экспедиции. Это благоустройство братских могил, это и поиск родственников по запросам людей, которые до сих пор ищут. Поэтому мы очень просили бы поддержать наше движение. Спасибо за тёплые слова в наш адрес.

В.ПУТИН: Это очень важно, очень важная составляющая работы по патриотическому воспитанию. Я не очень понимаю, чем руководствовались депутаты Думы, когда предлагали этот закон по возрастному цензу какому-то. У нас здесь депутаты Госдумы есть. Я просил бы вас обратить на это внимание.

В.КРУПЕННИКОВ: Мы возьмём на контроль, Владимир Владимирович, конечно.

В.ПУТИН: Чтобы не было ерунды какой-то.

В.КРУПЕННИКОВ: «Справедливая Россия» пыталась свои какие-то задачи решить.

В.ПУТИН: Я понимаю, что у вас много с ними дискуссий, но есть вещи, которые всех должны объединять. Они ведь чем-то руководствовались, исходя из здравого смысла. Не знаю, насколько оправданы возрастные цензы. Надо подумать, я первый раз об этом слышу. Хорошо.

Андрей Юрьевич, пожалуйста.

А.НЕКРАСОВ: Владимир Владимирович, я тоже поисковик, представляю поисковиков Республики Татарстан. Я Марину Владимировну полностью поддерживаю. Но хотел бы сказать немножко о другом.

Я всю жизнь в системе образования работаю. Вы знаете, что получается? Учитель – это последняя граница между всем тем негативом, о котором сегодня говорили очень много, и ребёнком. А наши учителя в последние годы в силу приоритета результативности учебного процесса и оценки их деятельности практически не повышают свою квалификацию в области патриотического воспитания, они не готовы быть этой последней границей. Зачастую даже учителя истории не готовы, Вы справедливо сказали, по Катыни дать конкретную характеристику, по планам Гитлера, то есть они этого не знают, хотя они замечательно повышают квалификацию, готовятся к ЕГЭ, к другим вещам.

Мне кажется, должен быть госзаказ, должны быть гостребования к повышению квалификации учителей в области патриотического воспитания со всех сторон. И особо уделить внимание, кто занимается этим повышением квалификации. Институты повышения квалификации должны приглашать людей-практиков, присутствующих здесь поисковиков, добровольцев, чтобы они доносили всё это. Ведь на исторические вопросы не могут дать ответ, тем более они не могут грамотно прокомментировать какую-то совершенно свежую ситуацию, с тем же храмом Христа Спасителя. Они не готовы. Поэтому ребёнок, максимум семья, а если в семье не могут, всё, ребёнок один на один с этой чернотой в телевизоре, с этим негативом в прессе и так далее. Поэтому, на мой взгляд, именно учителя – и классные руководители, и предметники – должны обязательно проходить через систему повышения квалификации в области патриотического воспитания.

Спасибо.

В.ПУТИН: Коллеги, давайте будем заканчивать. Не сердитесь, если кто-то хотел выступить.

А.СМОЛЬЯНИНОВ: Владимир Владимирович, я дико извиняюсь, соотечественники, простите. Я очень коротко и по существу.

В.ПУТИН: Дико не надо. Давайте. Но коротко, пожалуйста.

А.СМОЛЬЯНИНОВ: Это не очень по теме, но по существу. Это касается здоровья наших детей. Можно очень коротко?

В.ПУТИН: Давайте.

А.СМОЛЬЯНИНОВ: На сегодняшний день существует такой закон, что детские клиники имеют финансирование и уставы, ограничивающие их работу с пациентом до 18 лет. То есть ровно в тот день, когда ребёнку исполняется 18 лет, он должен быть переведён во взрослую больницу. И когда речь идёт о сломанной руке, это, конечно, не проблема, но когда речь идёт о тяжёлых заболеваниях, таких как лейкоз, которые требуют специальных протоколов, когда врач очень долго подбирает протокол под конкретного ребёнка, ведь он по существу взрослым становится только юридически, а физиологически он остаётся ребёнком, ему просто необходимо оставаться лечиться у этого врача. Вариант остаться лечиться у этого врача на сегодняшний день по закону у него только один: он должен начать платить деньги как иностранный гражданин, стоит это 20 тысяч рублей в день.

В.ПУТИН: Я не понял, почему как иностранный гражданин?

А.СМОЛЬЯНИНОВ: Потому что ему исполнилось 18 лет, и в детской клинике у этого врача он лечиться не может, во взрослой клинике, конечно, он будет лечиться бесплатно. Но дело в том, что взрослые клиники «заточены» под взрослых людей, если можно так сказать, и там гораздо более мягкая химия, там другие протоколы, всё лечение направлено не на сохранение жизни, не на ремиссию, а на её продление, то есть это совершенно разное лечение, абсолютно разное. Детские протоколы гораздо более экстремальные, гораздо более тяжёлые, это те протоколы, которые организм может переносить.

У нас есть такое предложение: внести поправку в законодательство, чтобы именно таким детям именно в таких случаях, по крайней мере в течение года, в идеале вообще, чтобы они могли оставаться у этого врача лечиться. Или хотя бы какой-то амортизационный срок на год, чтобы ребёнок не оказывался перед выбором в 18 лет, что ему нужно выйти из больницы невылечившимся и, в общем-то, в пустоту, потому что взрослая онкология и детская – это две разных проблемы совершенно. Вот и всё. Спасибо большое.

В.ПУТИН: Это очень специальный вопрос, но я такое поручение обязательно сформулирую коллегам. И в Администрации, и в Правительстве проработаем обязательно. Я первый раз об этом слышу, честно говоря.

А.СМОЛЬЯНИНОВ: Я тоже услышал и решил поделиться.

В.ПУТИН: Спасибо большое.

Давайте будем заканчивать, уважаемые коллеги.

О чём хотел бы сказать в завершение: здесь уже прозвучало определение нашего сегодняшнего мероприятия как «совещание», но это не совещание. Совещание – это всё-таки совсем формальное мероприятие, связанное с определённой отраслью деятельности, именно отраслью.

У нас с вами встреча единомышленников, скорее всего, обсуждение чрезвычайно важной для нашей страны проблемы. И оно настолько разнообразно, в разных выступлениях звучали все эти составляющие: это образование, дополнительное образование, это работа средств массовой информации, это армия, религиозные организации, это здоровье, это спорт и так далее, тому подобное – всё так или иначе связано с патриотическим воспитанием.

У нас в чём проблема (Василий Семёнович [Лановой] справедливо критиковал сегодняшнее состояние дел, но, собственно, все так или иначе критиковали), что произошло? У нас действительно 20 лет этим никто не занимается. А что произошло? В советское время этим занимались идеологические подразделения КПСС, и они пронизывали всю государственную структуру сверху донизу, и это было одно из определяющих направлений деятельности партии. Но это всё было в высшей степени идеологизировано. Сегодня у нас нет монополии на идеологию, но у нас вместе с водой и ребёнка выплеснули: у нас вообще перестали заниматься патриотизмом. Просто совсем никто этого не делает.

А в Российской империи это делала Церковь, это делали православные священники, это делали исламские священнослужители, это делали в синагогах и дацанах. Сегодня у нас Церковь отделена от государства, значит, и Церковь в прямом смысле занимается этим в значительной степени, но не имеет поддержки со стороны государства.

И результат: никто, по сути, системно этим не занимается. И это самая главная проблема, потому что людей, настроенных патриотически, понимающих важность этой работы, много, но она у нас не структурирована. Вот в этом самая главная проблема.

Мы как бы до сих пор – я хочу это подчеркнуть, здесь уже некоторые коллеги говорили об этом – даже стесняемся этим заниматься! Поливать своё Отечество дерьмом, здесь все – пожалуйста, это считается достоинством. Все (не все, но многие) делают это с удовольствием, и это «во!» – «классная позиция», «ничего не боится»! А чего бояться-то?

Сейчас не 37-й год, за это ничего не бывает. Это подмена, на самом деле, в известной степени, ситуации, подмена понятий. Вот таким «героизмом» многие занимаются, а хорошего-то в этом ничего нет.

Но я хочу что сказать: что эта работа непростая, и самая главная «засада», самая главная опасность этой работы – если она будет формальной. Она тогда убьёт нашу конечную цель на корню, с первых шагов – так, как это, к сожалению, в известной степени произошло и в почившем в бозе Советском Союзе.

Ведь люди настолько устали от прямой и тупой пропаганды, что они перестали ей доверять. А в этом деле очень важны (здесь говорили уже об этом) честность, открытость и, в конечном счёте, эффективность. Чрезвычайно важные вещи. Если мы не добьёмся этого состояния работы по этому направлению, результат будет нулевой либо отрицательный.

Шаблон в этой работе абсолютно недопустим, он контрпродуктивен. Но заниматься этим делом – патриотическим воспитанием – могут только умные люди, я хочу это подчеркнуть. Такие люди, которые хорошо образованы и понимают, к чему приведёт отсутствие такой работы в целом. К каким тяжёлым последствиям для Отечества и нашего народа приведёт вообще всякое отсутствие патриотической работы. Но делать это нужно талантливо – это важнейшая составляющая работы по патриотическому воспитанию.

Я хочу вас поблагодарить не только за нашу сегодняшнюю встречу, но и за то, что вы делаете по этому направлению. Совершенно очевидно, что само государство не дорабатывает, но такие встречи помогут и официальным органам выработать свою позицию.

Мы к этому потихонечку идём, но хочу ещё раз подчеркнуть: ничего идеологизированного здесь быть не должно. Здесь должно быть то, что объединяет всех: людей самых разных национальностей, вероисповеданий и политических взглядов.

Есть нечто такое, что нас объединяет: мы хотим жить, хотим жить хорошо и хотим, чтобы дети наши жили хорошо в будущем, и хотим, чтобы Отечество наше было крепкое. Нет таких людей, кто против этого. Вопрос «как достичь этой цели?» – да, он существует, но он вообще теряет всякий смысл, если мы Отечество будем терять. Вот это самое главное, и это всё-таки объединяющая вещь.

Я хочу вас поблагодарить за совместную работу. Спасибо большое.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 12 сентября 2012 > № 643092 Владимир Путин


Россия. ДФО > Образование, наука > kremlin.ru, 10 сентября 2012 > № 640211 Владимир Путин

Совещание с руководством Дальневосточного федерального округа и Дальневосточного федерального университета.

По окончании саммита АТЭС Владимир Путин провёл совещание с руководством Дальневосточного федерального округа и Дальневосточного федерального университета, а также встретился с представителями научной, преподавательской и студенческой общественности.

Перед совещанием глава государства осмотрел новые корпуса Дальневосточного федерального университета и ознакомился с системой «Электронный университет», позволяющей получить доступ к информационным ресурсам всех подразделений вуза.

Президент также передал Дальневосточному федеральному университету символический ключ от нового кампуса. Кроме того, вузу передано закупленное для проведения саммита АТЭС компьютерное и мультимедийное оборудование.

* * *

В.ПУТИН: Добрый день, уважаемые друзья, коллеги!

Сначала хочу сказать несколько общих слов. Я очень рад вас видеть, и мне очень приятно, что мы ставим перед собой определённые задачи и нам удаётся их реализовывать.

Когда я сюда приехал (это было более пяти лет назад), я ездил здесь по просёлочным лесным дорогам, и здесь кроме остатков воинской части практически ничего не было. Теперь мы здесь провели, и провели успешно, одно из крупнейших международных мероприятий – саммит Азиатско-Тихоокеанского региона и сделали это на площадях нового научно-образовательного центра России и Дальнего Востока. Я позволю себе сейчас несколько слов сказать о том, что он из себя представляет, а потом мы поговорим о будущем университета.

Новый корпус расположен здесь, в этой прекрасной бухте Аякс на острове Русский, как мы хорошо знаем. Строительство объекта, напомню, началось в мае 2009 года. За три года с небольшим, будем считать, в основном закончено это строительство. Хотя я скажу чуть позже: полная программа развития рассчитана на больший срок.

Территория кампуса (кто-то, может быть, знает об этом, а кто-то из присутствующих даже, может быть, и не знает), общая площадь кампуса – 200 гектаров, площадь 22 зданий – порядка 1 миллиона квадратных метров, чуть меньше одного миллиона, но почти миллион.

РЕПЛИКА: 948.

В.ПУТИН: Для сравнения могу сказать, что все площади МГУ, Московского государственного университета, – как раз миллион. Но Московский государственный университет складывался десятилетиями – этот кампус мы построили за три года.

В общежитиях университета могут одновременно проживать 11 тысяч человек. Знаю, что для университета в принципе и этого пока недостаточно. Те общежития, которые есть на материке, перенаселены, но это текущая проблема, которую нужно будет, безусловно, решать и дальше.

Кампус построен, что очень важно, с учётом потребностей маломобильных групп, то есть по требованиям безбарьерной среды для людей с ограниченными возможностями по здоровью. Аудиторный фонд состоит из 390 аудиторий и учебно-административных помещений вместимостью от 20 до 250 человек. Имеется два конференц-зала на 750 и 900 мест, и мы в этих залах с коллегами из АТЭС в эти дни работали. Хочу отметить, что залы очень просторные, комфортные и удобные для работы.

На территории имеются все возможности для занятий спортом: есть и закрытые помещения для занятий спортом, некоторые ещё нужно закончить. А вот то, что мы видим, – это открытые площадки: и стадионы открытые, и теннисные корты. Очень всё симпатично и по-современному выглядит.

Общее количество студентов девяти школ университета, включая филиалы, а их 15, как Владимир Владимирович [Миклушевский] напомнил сейчас, на сентябрь 2012 года составляет 53 тысячи 600 человек. Это общее количество студентов вместе с 15 филиалами. В том числе обучающихся на очной форме обучения – почти 30 тысяч: 29700. Численность профессорско-преподавательского состава – 3400 человек, включая более 300 докторов наук и около 2 тысяч кандидатов наук. Всего персонала планируется 10 тысяч человек, вместе с техническим персоналом. Это большая армия, надо сказать.

Университетом выделены шесть приоритетных направлений развития, основная цель которых – формирование на базе Дальневосточного федерального университета шести центров компетенции мирового уровня по прорывным направлениям развития науки и технологий, подготовки специалистов в ведущих областях (конечно, мы изначально исходили из того, когда ещё Владимир Владимирович здесь был ректором, мы это с ним обсуждали с первых шагов) применительно, конечно, к потребностям региона, Дальнего Востока России, всей России, ну и этого региона мира. Какие это направления: ресурсы Мирового океана, их изучение, энергоресурсы и энергосбережение, индустрия наносистем и наноматериалов, транспортно-логистический комплекс (имею в виду, конечно, прежде всего развитие и изучение транспортно-логистических возможностей Приморья, ну и вообще Дальнего Востока России), экономическое и технологическое, культурное взаимодействие России со странам АТР и биомедицина, вообще биология, я бы сказал – и биомедицина.

Мы сейчас только что говорили: мы же начинаем здесь практически уже строить космодром. Конечно, основные центры компетенции и подготовки кадров находятся, всегда находились в Европейской части. Но имея в виду, что здесь будет строиться, возводиться один из самых крупных общенациональных комплексов для гражданского применения, здесь предполагаются пуски тяжёлых ракет, в том числе для орбитальных станций, всё-таки нужно готовить специалистов на месте. Если уж создавать с нуля, то здесь самые удобные площадки. Я бы просил вас и нового ректора тоже обратить на это внимание.

В состав университета войдёт один из крупнейших медицинских вузов на Дальнем Востоке, укомплектованный самым современным оборудованием, со стационаром на 200 коек. Мы, когда планировали строительство, тогда же договорились, что этот стационар будет практически совмещён с учебным корпусом так, чтобы удобно было работать на этих площадях. Для проведения лабораторных занятий инженерной школы и школы естественных наук строится специальный лабораторный корпус.

Одна из важнейших задач университета – это интернационализация образования. Университетом в этой связи ведётся работа по привлечению иностранных преподавателей для работы по международным образовательным программам. На 2012–2013 учебный год количество иностранных преподавателей, работающих на постоянной основе, составляет 70 человек. Конкурс был значительный: несколько человек на место. Приглашаются и ведущие учёные и преподаватели для чтения краткосрочных курсов, налажены хорошие рабочие контакты с коллегами из стран региона.

К созданию научных лабораторий университета сам университет стремится привлечь не только хороших преподавателей, но и учёных с мировым именем, именно с мировым именем. В 2012 году состоялся первый конкурс-отбор, и отобрано на работу пять учёных, причём действительно с мировым именем. Конкурс составил шесть человек на место. Собственно говоря, понятно почему – потому что условия предоставляются хорошие: заработная плата – 150 тысяч рублей в месяц, предоставляются средства для создания лабораторий и выделяются деньги на необходимые расходные материалы. Плюс за счёт университета предоставляется жильё, то есть квартиры.

В 2012 году разработано 10 международных образовательных программ для российских и иностранных студентов, созданных совместно с ведущими зарубежными университетами и реализуемых на английском языке. Мне очень приятно, что ректору (и бывшему, и действующему) удалось наладить хорошие рабочие, дружеские отношения с университетами в Соединённых Штатах Америки и в Австралии: постоянные контакты, возможен обмен студентами и преподавателями. Это очень здорово.

Университет ведёт работу по созданию двуязычной среды и увеличению числа иностранных студентов. К 2019 году – это срок завершения программы развития, как раз об этом я сказал вначале, – численность иностранных студентов должна достичь 7500 человек. Это примерно 25 процентов от всех студентов очной формы обучения, что соответствует стандартам в ведущих вузах мира.

Молодёжная команда университета, хотел бы сразу отметить, заняла первое место на чемпионате мира по телеуправляемым подводным аппаратам, оставив далеко позади такие ведущие наши вузы, как «Бауманка», и иностранные вузы: МIT [Массачусетский технологический институт], Принстонский университет и другие. Я хочу ребят ещё раз с этим поздравить. Молодцы!

В кампусе реализуется проект «Электронный университет» (сейчас только студенты и преподаватели об этом рассказывали) – система, которая объединяет все процессы и услуги, все стороны жизни университета включая научную, образовательную, исследовательскую. Сейчас не буду повторять детали, она очень интересна и очень эффективно, думаю, будет влиять в положительном плане на сам процесс подготовки специалистов.

Университетом, что очень важно, я на это хотел бы особо обратить внимание, ведётся работа по созданию инновационных проектов совместно с нашими крупнейшими компаниями. Например, с Объединённой судостроительной компанией реализуется проект «Кораблестроение и подводная робототехника». Медцентр совместно с университетом Южной Калифорнии и клиникой «Северанс» университета в Южной Корее ведёт работу. Ядерная медицина – совместно с нашим Курчатовским институтом в Москве, Объединённым институтом ядерных исследований и с коллегами из университета в Осаке (Япония). Фармация – совместно с корпорацией «Химрар», это в Химках продвинутый, очень качественный центр мирового класса. Нефтехимия и химические технологии совместно с одним из наших лидеров, с «Роснефтью».

Мне кажется, что это очень хороший старт. Хочу пожелать вам успехов и проинформировать вас о том, что мы с коллегами посмотрели на оборудование, которое закупили и завезли сюда для проведения саммита АТЭС. Принято решение значительную часть этого оборудования: это компьютерная техника, панели и так далее и тому подобное, всё, что будет помогать студентам получать знания, а преподавателям – доносить в нужной и современной форме до своих слушателей эти знания, – всё это будет оставлено в подарок университету общим объёмом более 1 миллиарда рублей.

Россия. ДФО > Образование, наука > kremlin.ru, 10 сентября 2012 > № 640211 Владимир Путин


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 9 сентября 2012 > № 640213 Владимир Путин

По завершении встречи лидеров экономик форума АТЭС Владимир Путин ответил на вопросы российских и иностранных журналистов.

В.ПУТИН: Добрый день!

Спасибо! Я позволю себе сделать короткое заявление, а потом отвечу, постараюсь ответить на ваши вопросы, уважаемые дамы и господа.

Прежде всего хочу поблагодарить наших коллег и гостей за совместную работу. Все эти дни в ходе пленарных заседаний саммита и в рамках двусторонних встреч мы чувствовали деловой настрой всех наших коллег, открытость конструктивному диалогу, заинтересованность в достижении общих целей взаимодействия на пространстве АТЭС.

К сожалению, вы знаете, в эти дни, накануне произошли очень трагические события в Китайской Народной Республике, погибли люди в результате землетрясения, есть много раненых. Ещё раз хочу от имени российского руководства, от всего российского народа выразить соболезнования семьям погибших, пожелать скорейшего выздоровления пострадавшим.

Я видел, как переживает Председатель КНР, наш друг, господин Ху Цзиньтао за все события и как он практически в ежечасном режиме занимался этой проблемой, отвлекаясь от текущих наших дел по повестке дня. Но такова жизнь.

Широкое сотрудничество с соседями по АТР – один из приоритетов внешнеполитического курса нашей страны. И российский год в АТЭС проходит под девизом: «Интеграция – в целях развития, инновации – в интересах процветания». Мы стремились строить логику российского председательства в соответствии с сегодняшним и завтрашним днём. Мы хотели обозначить те точки совместного приложения сил, которые способны укрепить ведущую роль экономик АТЭС в глобальном, мировом хозяйстве, сформировать дополнительные факторы устойчивого роста.

Считаем, что задачи, которые ставились перед саммитом во Владивостоке, полностью выполнены. Удалось не только сохранить преемственность в деятельности АТЭС, но и обозначить новые горизонты, и, что очень важно, дать позитивный сигнал деловым кругам. Должен сказать, что наши американские коллеги, когда задумывали этот саммит много лет назад, не ошиблись. Это была абсолютно правильная, очень полезная инициатива, и в эти дни мы ещё раз убедились в том, что это очень полезная площадка для обмена мнениями и поиска решений перед имеющимися у нас вызовами.

Основным итогом саммита стала декларация лидеров экономик АТЭС. В ней отражены результаты работы форума в период российского председательства, сформулирована повестка на будущее. АТЭС исторически создавался прежде всего для стимулирования взаимной торговли и инвестиций. Философия форума в том, чтобы снимать барьеры, поощрять открытость рынков и частную конкуренцию. Россия считала важным активизировать совместные усилия по продвижению этого процесса. Тем более сейчас, когда все мы заинтересованы в том, чтобы глобальная экономика преодолела угрозы рецессии и вышла на траекторию устойчивого роста и долговременного подъёма. И владивостокский саммит подтвердил приверженность экономик АТЭС к базовым принципам свободы торговли и интеграции.

Россия также предложила организовать мониторинг мер экологической политики, препятствующих торговле. Важным достижением стало утверждение списка экологических товаров. Работа по реализации договорённостей о снижении пошлин на экологическую продукцию шла не просто, однако в итоге нам удалось договориться по весьма представительному списку таких товаров, который включает 54 наименования, 54 товарные группы. Хочу отметить, уважаемые дамы и господа, что в течение 10 лет работы на площадке Всемирной торговой организации такой результат не был достигнут. Нам удалось это сделать в течение последних месяцев. И, собственно говоря, работа по доведению этого списка до логического завершения, до окончательного согласования шла прямо здесь, в ходе нашей встречи.

Принципиально и то, что лидеры АТЭС единодушно высказались за дальнейшее углубление региональной экономической интеграции. Россия намерена активно участвовать в этих процессах, в том числе подключилась к формированию механизмов соглашений о свободной торговле. Лидеры АТЭС признали важность максимальной транспарентности при формировании в регионе двусторонних и многосторонних соглашений о зонах свободной торговли. По нашей инициативе для включения в такого рода договорённости разработана и утверждена так называемая «модельная глава». Она обязывает заблаговременно раскрывать информацию о сути преференциальных соглашений. Когда мы вступали во Всемирную торговую организацию, мы договорились и обещали максимально раскрыть информацию подобного рода. Мы полагаем, что при организации зон свободной торговли было бы очень полезно, если бы изначально участники этого процесса сразу же давали полноценную информацию об условиях её функционирования.

Развитие региональной экономической интеграции – это стратегический выбор России. И мы будем реализовывать его, основываясь на согласованных интересах с партнёрами по Таможенному союзу и Единому экономическому пространству с учётом перспектив формирования Евразийского экономического союза. Хочу отметить (уже говорил об этом публично), что на владивостокском саммите мы представляли не только свои, российские интересы и подходы, а опирались на согласованную позицию тройки: Россия, Казахстан и Белоруссия. Кстати говоря, и вы тоже об этом слышали, некоторые страны АТЭС проявляют уже прямой рабочий интерес к тому, чтобы сформировать особые отношения в рамках зон свободной торговли с Таможенным союзом, с Единым экономическим пространством. С некоторыми из этих стран переговоры вступают в практическую плоскость. Мы также считаем, что координация интеграционных усилий на евразийском и азиатско-тихоокеанском пространствах будет полезна для всех, и в перспективе можно говорить о выстраивании плодотворного диалога между участниками формирующегося Евразийского экономического союза и АТЭС с подключением других региональных объединений.

В ходе саммита подтверждена важность совместных мер по улучшению транспортно-логистического обеспечения торговли, по устранению сохраняющихся здесь узких мест, которые сдерживают грузопотоки. Мы предлагаем использовать транзитный потенциал нашей страны, чтобы диверсифицировать региональные и глобальные логистические схемы и сформировать новые, более короткие и более выгодные маршруты между Азиатско-Тихоокеанским регионом и Европой, пролегающие как по континентальной части России, так и по Северному морскому пути.

Обсуждая развитие инвестиционного сотрудничества, мы отметили важность распространения лучших практик защиты инвестиций. Это ещё одна тема, которую мы обсуждали. Эти практики подготовлены и будут внедряться во всех экономиках АТЭС.

Ещё одно важное направление – обеспечение продовольственной безопасности. Отмечу поддержку партнёрами российских предложений о повышении стабильности продовольственных рынков, расширении доступа к продовольствию для социально уязвимых слоев населения. Мы говорили о привлечении инвестиций и инноваций, инновационных технологий в сельское хозяйство, о борьбе с незаконной добычей и торговлей морскими биоресурсами. Кстати говоря, на встрече в Лос-Кабосе, в Мексике, в ходе «двадцатки» мы с Премьер-министром Японии договорились о том, что выйдем на подписание соглашения о борьбе с браконьерством. Очень чувствительная тема как для нас, так и для японских партнёров. С удовлетворением отмечаю, что это соглашение в ходе саммита АТЭС подписано.

Все экономики АТЭС устремлены в будущее, а будущее, безусловно, за инновациями. Мы выступаем за формирование единого образовательного пространства в регионе, за налаживание комплексного взаимодействия между профильными ведомствами, исследовательскими центрами, учебными заведениями и бизнесом.

В числе достижений АТЭС в 2012 году – реализация инициатив, обеспечивающих более плотное взаимодействие между правительством и бизнесом, формирование государственно-частного партнёрства по вопросам политики в сфере инноваций и продовольственной безопасности.

В преддверии саммита АТЭС у нас состоялось много обстоятельных бесед с членами Азиатско-Тихоокеанской сети Международной конфедерации профсоюзов, и я провёл одну из таких встречнедавно в Москве. Обсуждались весьма конструктивные, должен сказать, полезные идеи, в том числе обсуждался вопрос о влиянии глобального кризиса на рынок труда, о социальной ответственности государства и бизнеса. Профсоюзы хотели бы иметь большее влияние на деятельность АТЭС, в частности, на подготовку итоговой декларации лидеров экономик – участниц форума.Я, как и обещал коллегам из профсоюзного движения, проинформировал сегодня наших гостей на форуме о такой инициативе профсоюзных лидеров. Мы все согласились с тем, что мы будем выстраивать более тесные отношения с лидерами профсоюзного движения, и при нашей поддержке индонезийское председательство не только учтёт пожелания профсоюзных лидеров, но и организует встречи министров труда. И профсоюзные лидеры будут иметь реальное влияние на формирование и повестки дня, и итоговых документов.

Россия готова делиться своим опытом и по такому актуальному для АТР вопросу, как сохранение биологического разнообразия, а также по нашему опыту борьбы с незаконной торговлей исчезающими видами животных. Партнёры проявили серьёзный интерес к нашим программам и проектам по защите ряда исчезающих видов животных – не только тигра, леопарда, здесь шла речь и о других животных. Здесь мы видим большое пространство для взаимодействия. В некоторых вопросах проблемы охраны окружающей среды имеют ярко выраженный экономический характер, я имею в виду, например, работу по очистке русел трансграничных рек и всё, что связано с их экологией. Очень большая и достаточно острая проблема, имеющая экономическое измерение.

В общей сложности в рамках российского председательства в АТЭС проведено свыше 100 различных мероприятий, и, как мы надеемся, они позволили партнёрам не только убедиться в технологических и инвестиционных возможностях России, но и лучше узнать её культуру, традиции, людей. Наша страна на деле подтверждает приверженность идеалам и целям АТЭС, готовность и далее продолжать конструктивное сотрудничество со всеми нашими партнёрами.

В 2013 году председательство в АТЭС переходит к Индонезии, и мы от всего сердца желаем нашим индонезийским друзьям, партнёрам, коллегам успехов и плодотворной работы.

И в заключение хотел бы сказать особые слова благодарности жителям Владивостока, Приморского края, поблагодарить вас, дорогие друзья, за гостеприимство, за радушие, за большой вклад в подготовку саммита АТЭС. Успех форума – это, безусловно, наш общий успех, в том числе успех жителей региона и города Владивостока.

Мы обязательно продолжим обустройство и развитие территорий Дальнего Востока, Сибири. Будем делать это, опираясь на инициативу и энергию наших граждан, на возможности нашей большой страны, на новые перспективы, которые открываются в том числе в результате сотрудничества с нашими соседями по Азиатско-Тихоокеанскому региону.

Это то, что я бы хотел сказать в начале. Пожалуйста, я с удовольствием отвечу на ваши вопросы.

ВОПРОС: Первый вопрос, конечно, логично задать, я думаю, о саммите. Все дни звучало много оценок от журналистов, членов делегаций и лидеров стран, но любопытно, конечно, Ваше мнение, как руководителя государства, проводившего такое большое мероприятие. Вам лично саммит понравился? Не только с точки зрения содержания, но и с точки зрения условий его проведения.

В.ПУТИН: Во-первых, он мне понравился, потому что у меня были очень интересные гости, очень приятные, конструктивные партнёры и собеседники. Это то, с чего я хотел бы начать. Это всё люди – действительно лидеры своих стран, крупнейшие специалисты в области экономики, в области политики. Общение с такими людьми всегда обогащает.

Кроме того, настрой был очень конструктивным, и наши гости, лидеры государств АТЭС, оценили реализованную нами идею о том, чтобы проводить саммит АТЭС, встречу лидеров, не в пятизвёздочных отелях, а здесь вот, в будущем студенческом кампусе. Оценили то, что мы направили государственные ресурсы не на строительство каких-то дворцов, для того чтобы организовать встречи подобного рода, а подготовили новый федеральный, можно сказать, по своим возможностям международный образовательный и научный центр. И они были рады тому, что сделали первые шаги по этой территории, по этим помещениям.

Что касается самого содержания, то хочу обратить ваше внимание на то, что мы все (и я в том числе, и мои коллеги, Правительство Российской Федерации), конечно, были председательствующими, но мы в значительной степени выполняли настрой и пожелания наших партнёров по АТЭС на то, чтобы поставить для обсуждения те вопросы, которые все наши коллеги считают самыми важными и самыми главными на данный момент времени.

Хочу ещё раз отметить и место проведения, и качество условий, в которых мы работали, – они очень прагматичные, эти условия, несколько спартанские, но абсолютно достойные, на современном уровне осуществлённые и по интерьерам, и по технологиям, организация работы по технике.

Кстати говоря, хочу поблагодарить всех тех, кто занимался подготовкой этого саммита – и технических специалистов, и строителей, и волонтёров. Но я буду, мне кажется, иметь возможность с ними ещё встретиться и сказать им отдельные слова благодарности, потому что их работа была очень важной. И наши гости её заметили, я хочу это подчеркнуть, они заметили это, и просили меня вам тоже передать слова благодарности.

Но и самое-то главное всё-таки – это содержание нашей работы. Оно было конструктивным и результативным. Я полностью удовлетворен результатами работы.

ВОПРОС: Владимир Владимирович, Вы на этом саммите очень много говорили о свободной торговле и протекционизме. В то же время Россия со своим крупнейшим торговым партнёром, с Европейским союзом, очень часто находится в состоянии своеобразной торговой «холодной войны». В этой связи как Вы относитесь к тому расследованию, которое Европейская комиссия ведёт в отношении «Газпрома», и к заявлению некоторых европейских чиновников о том, что Россия должна отменить утилизационный сбор, а также отменить ряд ввозных пошлин. Будет ли Россия принимать какие-то ответные меры и будет ли использовать механизмы ВТО для этого?

В.ПУТИН: Я не согласен с вашей оценкой состояния наших отношений с Евросоюзом. У нас очень добрые, конструктивные отношения, и это никакие не боевые действия, не какая-то «торговая война».

То, что делается в отношении «Газпрома», не новость. Знаете, ещё в прошлом году были проведены обыски в некоторых зарубежных помещениях «Газпрома», в некоторых офисах. Это второй шаг в этом направлении. Мы сожалеем о том, что происходит.

Чем это вызвано, на мой взгляд? Вызвано это несколькими обстоятельствами и, прежде всего, тяжёлой экономической ситуацией в еврозоне.

Ведь речь идёт прежде всего о странах Восточной Европы, насколько я себе представляю. Я так не в деталях пока проинформирован о происходящих событиях.

А в чём проблема? А проблема в том, что все эти страны в своё время были приняты в Евросоюз, и Евросоюз взял на себя все обязательства по субсидированию их экономик. В значительной степени Евросоюз субсидирует экономики Восточной Европы. Теперь, видимо, кто-то в Еврокомиссии решил, что мы должны взять на себя часть нагрузки по этому субсидированию. То есть объединённая Европа хочет сохранить политическое влияние и чтобы мы за это ещё немножко заплатили. Но это неконструктивный подход. Это первая часть Марлезонского балета.

Вторая часть заключается в том, что есть технологические причины. Во времена Советского Союза и восточного блока Советский Союз поставлял в эти страны энергоносители по нерыночным ценам – это нельзя было назвать рыночными отношениями. А позднее, в наше время, мы перешли на рыночные отношения с этими государствами и на рыночное формирование цены с этими странами. Думаю, что мы должны оставаться на почве реальности сегодняшнего дня. Современная Россия не брала и не будет брать на себя никаких дополнительных обязательств, связанных с нерыночным регулированием экономик этих стран. Это второе.

Наконец, третье. Мы давно выработали принципы – десятилетия уже работают принципы формирования цены, – они зафиксированы в долгосрочных контрактах и никогда никем не оспаривались. Понятно, что в условиях кризиса и при желании переложить часть финансовой нагрузки на других такой соблазн возникает, но я повторяю ещё раз: мы считаем этот подход неконструктивным. Очень рассчитываю на то, что нам в ходе делового и доброжелательного – я хочу это подчеркнуть – диалога между нашими хозяйствующими субъектами, между субъектами хозяйствования и Еврокомиссией удастся выйти из этой ситуации без потерь для обеих сторон.

ВОПРОС: Здравствуйте, Владимир Владимирович. По разным оценкам, подготовка к саммиту обошлась в 600–700 миллиардов. Считаете ли Вы такие траты рачительными, такие инвестиции в экономику Приморья рачительными? И оправдаются ли они? Спасибо.

В.ПУТИН:Даже не знаю, что Вам сказать. Вы только Христа ради не обижайтесь на меня, но что Вы несёте? Какие 600 миллиардов? 300 миллиардов из этих 600 пошли на строительство газовой трубопроводной системы из Сахалина во Владивосток. Хочу это подчеркнуть: это не экспортная даже труба, это газовая система для газификации Приморья. Причём здесь подготовка к АТЭС? То есть можно сказать, что это связано с подготовкой к АТЭС, но цель-то какая? Газификация региона. Первое.Второе. Вы знаете, что здесь построена система канализации, водоснабжения, расширена взлётно-посадочная полоса, создан новый заправочный комплекс, построен новый аэровокзал, построено три дороги, о мостах я уже сказал, три моста построено. Вложены деньги в другие объекты инфраструктуры, которые даже к острову Русский не имеют прямого отношения, имеют отношение к Владивостоку и Приморью.

Многие вещи, может быть, на поверхности не лежат (такая проблема, как канализация), но мы знаем, жители Владивостока знают, что здесь с одной бухтой происходит, что десятилетия происходило и что там скопилось на дне. Вот для того, чтобы океан, море самоочистились, нужно было хотя бы канализацию сделать. Этого так, на поверхности не видно, но деньги вложены прежде всего в эти инфраструктурные проекты. Это создаёт условия для развития всего региона на десятилетия вперёд.

А аэропорт… Мне ещё совсем недавно говорили: «Не надо строить такую взлётно-посадочную полосу, потому что не будет экономики, слишком мало рейсов». Я уверен, сейчас их хватать уже не будет здесь, потому что заполняемость очень быстрая количеством рейсов. Она мгновенно происходит, как только возникает возможность, сразу происходит экономическое заполнение этих возможностей. В это вложены основные деньги.

Если говорить собственно о подготовке саммита, то и здесь основные средства пошли на что – на строительство этого кампуса. Но мы с вами понимаем (я уже об этом сказал), для того чтобы провести собственно саммит, можно было выбрать другое место и сделать это дешевле, конечно. Но тогда не было бы федерального университета, не было бы такой новой научно-образовательной, интеллектуальной доминанты в России на Дальнем Востоке. А мне кажется, нам нужно осуществлять такие расходы на такие цели. И если мы говорим о развитии Дальнего Востока и Восточной Сибири, то начинать надо с интеллектуальной базы, а для этого нужны соответствующие материальные условия. Уверен, что так и будет.

Конечно, теперь следующая самая главная задача – это именно интеллектуальное наполнение этих стен и помещений. Но я уверен, во-первых, это не на пустом месте создаётся. Есть же у нас Дальневосточный федеральный университет. А потом с такими возможностями можно и других людей привлекать, привлекать специалистов из других стран, нацеливать на другие задачи, более масштабные.

Другая, казалось бы, трата, связанная с подготовкой саммита и с его проведением, – это обеспечение мер безопасности. Но основные деньги в этой связи тоже пошли на приобретение оборудования для спецслужб и соответствующих правоохранительных органов. А как будет использоваться это оборудование? Оно будет выброшено? Нет! Оно пойдёт на оснащение тех же самых правоохранительных органов, специальных служб, которые используют всё это оборудование для проведения Универсиады в Казани, Олимпиады в Сочи, проведение «восьмёрки» и «двадцатки», соответственно, на других территориях России. Практически ничего не пропадает.

У нас очень хорошее так называемое «наследие АТЭС». Какие-то деньги, конечно, нужно было направить исключительно на организацию, на проездные расходы. Но я считаю, что это деньги минимальные, а все траты в целом абсолютно обоснованы.

ВОПРОС (как переведено): Уважаемый господин Президент! Спасибо за то, что Вы выразили соболезнования в связи с землетрясением в Китае.

В каких сферах, Вы считаете, возможно осуществление инвестиций китайского бизнеса для развития Дальнего Востока? И второй вопрос. Очень многим из молодёжи Дальнего Востока хотелось бы уехать из этого региона. Какие меры российское Правительство предпринимает для того, чтобы задержать молодёжь в этом регионе? Спасибо.

В.ПУТИН: Первое – по поводу возможных сфер приложения иностранного капитала, в том числе и китайского. Это очень разнообразные сферы. Прежде всего, нам бы хотелось, чтобы мы вместе с нашими иностранными партнёрами, я уже об этом упомянул, в том числе и с китайскими партнёрами вместе работали над новыми технологиями и над инновационными технологиями, над технологиями завтрашнего дня.

Хочу обратить Ваше внимание на то, что в регионе Дальнего Востока такие кластеры либо созданы давно и имеют шансы на рост и соответствующее современное преобразование, либо создаются, либо восстанавливаются. Что я имею в виду? Например, судостроительный кластер. Кстати говоря, одно из предприятий судостроения, которое создаётся, – создаётся в том числе, в конечном итоге, с китайским капиталом. Там, по-моему, через Гонконг работают наши партнёры, но, в конечном итоге, это китайские инвестиции, мы об этом знаем. Второе предприятие предполагается к созданию с участием корейского капитала. Вот это первое направление деятельности.

Здесь есть хорошие перспективы для создания и строительства в будущем авиационной техники. Мы сейчас с китайскими партнёрами рассматриваем возможность работы по двум направлениям в сфере авиастроения. Первое – это создание на базе одного из российских вертолётов крупного современного вертолёта. Он был очень востребован, и нашим китайским друзьям понравилось, как он работает во время известного вам тяжёлого и трагического землетрясения несколько лет назад, когда мы направили (а это самые крупные вертолёты в мире по грузоподъёмности – 20 тонн поднимают) их в Китай, и они очень эффективно там работали. Китайские партнёры сразу же выразили готовность вместе заняться разработкой нового поколения вертолётов подобной грузоподъёмности. И мы сейчас вместе это делаем, в том числе и в районе Дальнего Востока можно было бы подумать о том, чтобы развернуть здесь производство – второе.

Третье. Мы вместе с Китаем работаем над созданием широкофюзеляжного самолёта. Мы знаем, насколько это трудная задача. Знаем, что этот рынок фактически монополизирован двумя компаниями – европейским EADS и американским «Боингом». Но мы должны постараться, для того чтобы в открытой, честной, конкурентной борьбе занять своё место. Технологические возможности России, финансовый и интеллектуальный потенциалы Китая дают нам право надеяться на то, что мы с этой задачей справимся.

Наконец, традиционные вещи, связанные с энергетикой. Я должен сказать, что часть российской атомной энергетики расположена и в сибирских регионах, а вы знаете, как много в этом направлении делает Российская Федерация в Китае. Надеемся на продолжение сотрудничества. Имею в виду не только производство, но и научную сферу. Есть Сибирское отделение Российской академии наук, где у нас люди активно работают над продвижением разработки этих технологий. Очень рассчитываю, что и здесь, на территории Дальнего Востока, и в этом научном и образовательном центре специалисты тоже уделят этому направлению значительное внимание.

Ну и, наконец, энергетика, в широком смысле этого слова, углеводородная. Я даже не буду сейчас говорить о том, какие возможности здесь открываются для совместной работы. Они просто колоссальны.

ВОПРОС: Добрый день! Владимир Владимирович, Вы неоднократно говорили о том, что Европа является нашим основным торгово-экономическим партнёром, но в связи с положением в еврозоне и со стагнацией в Европе не считаете ли Вы, что тренд нашей торгово-экономической политики нужно перенести в Азиатско-Тихоокеанский регион, по крайней мере, в основном или частично?

И, опять-таки, в связи со сложностью в еврозоне не кажется ли Вам нужным сократить российские авуары евро в сторону наличия других валют, рубля или ещё каких-то? Спасибо.

В.ПУТИН: У Вас два вопроса. По поводу переноса центра тяжести сотрудничества на Азиатско-Тихоокеанский регион. Здесь нам ничего не нужно делать искусственно – это происходит по факту. Сегодня объём торгового оборота России с Европой – 51 процент, свыше 50, а с Азиатско-Тихоокеанским регионом – 24 процента. Но по мере роста потенциала Азиатско-Тихоокеанского региона, экономического роста, по факту объём российской торговли на этом направлении будет увеличиваться.

Но это не значит, что мы просто должны сидеть и смотреть на то, что происходит. Понимая, что происходит, мы должны к этому готовиться. Мы готовимся или нет? Да, мы это делаем. Как? Мы расширяем инфраструктурные возможности. Мы расширяем возможности Транссибирской магистрали, Байкало-Амурской магистрали, Кузнецовский туннель заканчиваем строить, будем работать над дальнейшим расширением портового хозяйства, и так далее, и тому подобное. Будем увеличивать возможности энергетики, в том числе гидроэнергетики, для того чтобы создавать промышленные кластеры на нашей территории прежде всего. Здесь есть чем заниматься, и мы обязательно будем двигаться в этом направлении. Это одна из ключевых задач развития России в целом и этого региона в частности.

Что же касается еврозоны, то да, там серьёзные проблемы. Мы сегодня их достаточно долго обсуждали в ходе рабочего ланча. Госпожа Лагард выступала, и у нас была очень активная дискуссия по этому поводу. Высказывались разные, я бы даже сказал, противоположные точки зрения по поводу того, как будет развиваться ситуация в еврозоне, имею в виду, что мы традиционно всё-таки сориентированы именно на Европейский континент, мы от этого в значительной степени зависим. И искренне, я хочу это подчеркнуть, мы искренне желаем успеха нашим европейским партнёрам в преодолении тех трудностей, с которыми они сегодня сталкиваются.

ВОПРОС: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Во время саммита проходило множество официальных мероприятий, но также ещё случались неформальные. Так, 7 сентября Игорь Иванович Сечин отметил свой день рождения.

В.ПУТИН: Это, конечно, предмет для сегодняшней конференции.

ВОПРОС: Но всё-таки это жизнь саммита. И наверняка Вы были приглашены на это торжество. Что Вы подарили имениннику и как прошёл праздничный вечер? Спасибо.

В.ПУТИН: Я не был приглашён на торжество. Если оно было, то Вы знаете больше, чем я. Тогда я бы Вас хотел спросить: где оно было, кто был участником? Сечин меня, разбойник этакий, не пригласил. Но, к сожалению, я должен сказать (Вы меня сейчас спросили, что я ему подарил), я чувствую себя виноватым – я ему ничего не дарил. Но надо будет это сделать хотя бы задним числом, потому что господин Сечин – очень эффективный работник и заслужил подарка и внимания к себе.

ВОПРОС: Владимир Владимирович, Вы провели на полях саммита более десятка двусторонних встреч. Скажите, пожалуйста, каковы итоги этих переговоров? В частности, Вы беседовали с Хиллари Клинтон. Что вы обсуждали? Может быть, она рассказала о внутриполитической ситуации в США, с учётом предвыборной кампании, которая там сейчас идёт? Спасибо.

В.ПУТИН: Вы знаете, даже если она мне и рассказывала бы о внутриполитической ситуации в США, я не считаю себя вправе излагать её перед такой представительной и уважаемой аудиторией. Это нужно её спрашивать и других представителей администрации, а они уже дозированно, что считают нужным, особенно в такие чувствительные моменты развития внутриполитической ситуации, будут доносить до средств массовой информации.

Мы с ней встречались действительно вчера, говорили на полях саммита, в кулуарах, что называется, но недолго, минут 15–20 поговорили. Очень конструктивный был диалог по двусторонним отношениям, касающийся прежде всего торгово-экономических связей и некоторых вопросов политического характера. Затронули, конечно, проблемные, «горячие» точки в мире, на Ближнем Востоке, в Азии. Это была конструктивная, очень деловая беседа. Не думаю, что сейчас нужно в деталях рассказывать, потому что каких-то особых решений, договорённостей принято не было, но это была полезная беседа. Мы просто зафиксировали наши позиции по некоторым вопросам. Как мне показалось, нам удалось. Такие беседы полезны, потому что помогают лучше понять друг друга, а значит, можем в будущем подойти к каким-то совместным решениям.

ВОПРОС: Владимир Владимирович, вчера состоялась двусторонняя встреча с японским Премьером Ёсихико Нодой. Как вы её оцениваете? Какие Вы видите возможности и потенциал российско-японского сотрудничества в этом регионе в долгосрочной перспективе для развития экономики и совместного укрепления безопасности Японии и Российской Федерации? Спасибо.

В.ПУТИН: Япония – наш давний традиционный партнёр. Один из ключевых партнёров в регионе. Мы знаем потенциальные возможности японской экономики, знаем и проблемы, но знаем потенциал, уровень развития японской экономики. Мы заинтересованы в развитии отношений с вашей страной и нам очень хотелось бы закрыть все проблемы, которые достались нам из прошлого. Мы вчера об этом тоже говорили, разумеется.

Говорили о том, что можно было бы сделать в ближайшее время. Договорились о том, что господин Премьер-министр приедет в Россию с визитом, где мы сможем все эти проблемы обсудить более подробно, в спокойной обстановке, уже специальным образом, а не на полях саммита.

Но прежде всего внимание было сосредоточено на экономике, говорили о возможностях японских инвестиций в Россию, о российских инвестициях в Японию, о создании совместных производств и предприятий со стопроцентным японским капиталом.

В целом господин Премьер-министр, как мне показалось, отметил удовлетворённость японского бизнеса, тем, как складывается его деятельность в Российской Федерации, причём в разных частях и разных субъектах Российской Федерации. И на северо-западе, вы знаете, есть предприятия, в европейской части, и вот сейчас здесь Mazda открыла предприятие своё по автосборке, это первое заграничное предприятие этой компании, Toyota работает активно, в других сферах деятельности японцы функционируют очень неплохо.

Но, разумеется, после проблем и трагедии, которая произошла на Фукусиме, особое внимание наших коллег привлекают возможности России в сфере энергетики. Мы договорились о расширении этого сотрудничества. Вы знаете, что вчера «Газпром» подписал с японскими партнёрами соглашение о сжижении газа. Этот проект имеет шансы превратиться в очень большой, большой по международным мировым меркам, потому что Япония очень крупный потребитель энергоресурсов – своих энергоресурсов нет, но мы готовы здесь подставить плечо японцам. Тем более что с Японией мы работаем в этой сфере на чисто рыночных принципах. И мы, и японские партнёры удовлетворены тем, как идёт работа на Сахалине. Будем расширять эту работу по всем направлениям.

Но и самое – не самое, но очень важное, я уже об этом упоминал, мы в Лос-Кабосе договорились с премьером о том, что подпишем соглашение по рыболовству, по борьбе с браконьерством, и исполнили с обеих сторон эту договорённость, вчера подписали. Это тоже очень чувствительная, большая сфера совместной работы. У нас не только с японскими партнёрами, но и с нашими корейскими друзьями, из Республики Кореи, тоже очень много дискуссий идёт по поводу рыболовства. Мы предоставляем квоты на вылов, но нам бы очень хотелось (здесь нет ничего неожиданного, секретного, я могу, считаю правильным сказать и представителям прессы), мы настаиваем на том, чтобы предоставление квот было связано со строительством перерабатывающих мощностей на российской территории. В целом, мне кажется, у нас есть понимание того, что подход, подобный подход к решению проблемы является справедливым.

ВОПРОС: Владимир Владимирович, у меня несколько «неатэсовский» вопрос. Можно про журавлей у Вас спросить?

В.ПУТИН: Про журавлей?

ВОПРОС: Да. Про тех самых, которым Вы показывали дорогу в тёплые края. Дело в том, что в интернете много про это всё. Как Вы относитесь к довольно большому количеству весьма язвительных комментариев? Там что только не говорят, чего только не пишут, как только не шутят на эту тему.

В.ПУТИН: Чего говорить? Взяли бы да сами полетали.

Вопрос: Да. Но вот ваш последовательный оппонент – Ксения Собчак – вообще проецировала всю эту ситуацию на электоральную статистику. Я не знаю, знаете Вы её или нет. Так вот, 63 процента журавлей полетели за Путиным, оказывается, остальные предпочли улететь на юг, и только небольшая часть осталась вить гнёзда на площадях, бульварах. Мне кажется, определённая доля правды, Владимир Владимирович, в этих словах всё-таки есть. Не все всё-таки журавли полетели за Путиным. У меня всё. Отвечайте. Спасибо.

В.ПУТИН: Аплодисменты даже там я слышу.

Действительно, не все журавли полетели сразу. Не полетели только слабые журавли. И то с первой попытки. Со второй все полетели. Правда, должен сказать по-честному и признать то, что не все журавли сразу полетели – в этом есть и вина лидера, пилота. Потому что он слишком быстро набирал скорость и высоту, и они просто не успевали. Но и это тоже не вся правда, не вся ситуация. Просто в определённые моменты, я имею в виду плохую погоду и сильный боковой ветер, пилот вынужден набирать высоту и скорость быстро, иначе система может перевернуться. Чего ещё добавить? Да, есть, конечно, птички, которые в стае вообще не летают, они предпочитают вить гнёзда где-то отдельно. Ну что делать? Это уже другая проблема. Даже если они не члены стаи – они члены нашей популяции, и к ним нужно относиться бережно, по возможности.

ВОПРОС: Владимир Владимирович, я давно в профессии и хочу поблагодарить в Вашем лице организаторов саммита за те условия, которые были нам предоставлены. В самом деле, есть с чем сравнивать, и всё было здорово.

У меня вопрос как у дальневосточника. Не хочу никуда уезжать, люблю эту территорию. Есть у нас, у дальневосточников, мечта, чтобы нашему огромному краю, от Байкала до Берингии, придали какой-нибудь особый статус. Что я имею в виду? Сейчас в двух словах расшифрую. Это возвращение дальневосточных и северных надбавок, каких-нибудь налоговых каникул для вновь организуемых предприятий или тех, которые что-то инновационное, передовое несут, какие-нибудь таможенные льготы для тех, кто завозит оборудование для добычи и переработки ресурсов. Как вы к такой идее относитесь? Спасибо.

В.ПУТИН: Мы всё время обсуждаем эту проблему и думаем о том, как создать условия для опережающего развития этих территорий. Есть большой соблазн создания здесь, на больших пространствах, свободных экономических зон, но, имея в виду талант нашего народа, есть опасения, что вся российская экономика сразу здесь перерегистрируется.

Есть другие пути. Мы вчера с Эльвирой Набиуллиной говорили об этом. Один из них – это предоставление льгот для проектов, которые осуществляются с нуля. Так называемые «гринфилд». Мы сейчас над этим будем думать, я буду просить Правительство, чтобы наши коллеги представили предложения. Есть и другие возможности. Мне кажется просто, что пока об этом рано говорить публично, потому что публично можно говорить о таких вещах тогда, когда они просчитаны и согласованы.

Вы знаете, что, скажем, Восточной Сибири мы предоставили нулевую ставку по НДПИ под добываемые минеральные ресурсы, имея в виду отсутствие там энергоснабжения, должной инфраструктуры и большие затраты на извлечение запасов. Здесь нужно делать что-то подобное и в других областях, в том числе в сфере высоких технологий. Например, создавать благоприятные условия для проектов, которые осуществляются с нуля. Есть и другие инструменты, мы над этим сейчас думаем. Кстати говоря, вот эта программа развития Дальнего Востока – одна из немногих региональных программ развития. Мы её будем продлевать, безусловно. Так, давайте будем заканчивать.

ВОПРОС: Владимир Владимирович, вопрос, наверное, в развитие того, о чём Вы сейчас говорили. Для тех проектов, о которых идёт речь, необходимы инвесторы. Вы имели возможность пообщаться с предпринимателями во время Делового саммита, во время сессии Делового консультативного совета. Как Вам показалось, какие настроения преобладают в их среде? Больше оптимистичные или пессимистичные по поводу общей ситуации в экономике в мире, по поводу российской экономики? И все те проекты, о которых идёт речь: не останутся ли они просто такими проектами на бумаге или всё же они будут реализованы? Спасибо.

В.ПУТИН: Здесь, и вообще на саммитах АТЭС конкретные проекты, как правило, не обсуждаются. Саммит АТЭС собирается для другого – для сверки часов по актуальным и самым острым проблемам региона, конечно, в разрезе мировой экономики. В этой связи, конечно, можно было почувствовать градус настроения всех наших коллег из Азиатско-Тихоокеанского региона.

Должен сказать, что, конечно, определённая тревога есть по поводу развития ситуации в мировой экономике, особенно с учётом достаточно больших проблем в Европе, да и в Соединённых Штатах. Потому что и там и там мы видим: проблемы-то примерно одинаковые. Но этот регион мира – Азиатско-Тихоокеанский регион – всё-таки мы уже об этом много раз говорили, и вы сами это много раз повторяете в своих средствах массовой информации, – регион Азиатско-Тихоокеанский является сегодня локомотивом мировой экономики. Если в Еврозоне намечается, возможно, или нулевой рост, или даже рецессия, то здесь всё-таки рост, и рост значительный. Снижение темпов небольшое, но всё-таки рост. И в целом такое положение дел настраивает всех руководителей экономик, которые представляли этот регион, на положительный, скорее позитивный лад.

Вот мы сегодня говорили, дискутировали по поводу ситуации в мировой экономике, а один из коллег (не буду говорить, если он захочет, сам скажет) сказал очень правильную вещь. Он сказал, что проблемы в Еврозоне связаны даже, может быть, не с экономикой, а с политикой, скорее всего. Я считаю, что это очень правильно, потому что и сама политическая система, очень высокий уровень социальных гарантий, невозможность обеспечить растущее потребление сегодняшним технологическим укладом – всё это тяжёлое бремя, которое лежит на плечах европейской экономики.

В Азиатско-Тихоокеанском регионе этот груз значительно легче. В Азиатско-Тихоокеанском регионе нет такого бремени патернализма, как в Европе. Здесь всё-таки все участники экономической деятельности чувствуют свою ответственность за ситуацию в социальной и экономической сфере. Это очень важный экономико-психологический и политический фактор. Конечно, это только то, что, можно сказать, крупными мазками, но проблем гораздо больше. Но если ответить на Ваш вопрос, ещё раз хочу это подчеркнуть: в целом в этом регионе настроение скорее позитивное, и ожидания – я бы их назвал сдержанно оптимистическими. Спасибо вам большое.

Давайте, Вы руку подняли. Но обещайте, что больше никто руку поднимать не будет, ладно? А то мне неудобно уходить.

Прошу Вас.

ВОПРОС: Владимир Владимирович, хотел поблагодарить за организацию работы здесь, на острове Русский, – всё действительно выглядело очень масштабно и достойно. Но удалось ли Вам посмотреть город? Потому что, если удалось, Вы наверняка заметили: вдоль трасс покрашены фасады, понятно, что для того, чтобы их не видели делегации, закинуты сетками бараки. И таких объектов в городе довольно много. Мы сами со съёмочной группой жили не здесь, а в городе и сталкивались с этим ежедневно, и люди жаловались. Как будете реагировать на это? Будет ли выделяться дополнительное федеральное финансирование на развитие городских объектов? Потому что это уже должно пугать инвесторов, по идее, если какой-то пытливый забредёт куда-нибудь.

В.ПУТИН: Это очень хороший вопрос. Я благодарен за то, что вы его поставили, я должен был бы сам об этом сказать. Почему он хорош? Я уже говорил, если коллеги некоторые не слышали, то я хочу повторить.

Город Владивосток и прилегающие территории исторически был закрытым городом. Это и городом-то можно назвать весьма условно – это военно-морская база, в которую даже был закрыт доступ иностранцам. И ничего здесь с точки зрения социальных объектов не развивалось. Всё находилось десятилетиями, да и строилось, пожалуй, с самого начала довольно скромным, скромно строилось, а десятилетиями находилось в удручающем состоянии. И сейчас предпринимаются только первые попытки изменить эту ситуацию кардинальным образом. Мало было его открыть – надо было его развивать, этот город. Он, безусловно, заслуживает это по своему географическому положению, по своему значению для будущего России и этого региона. Именно поэтому было принято решение провести саммит АТЭС не в Петербурге или Москве, мы могли сделать и так, а именно в азиатской части России и именно во Владивостоке с целью развития инфраструктуры.

Конечно, то, что сделано, – это только первые шаги на этом пути, на пути возрождения и развития Владивостока и всего Приморья, только первые шаги. Должен сказать, что даже здесь всё выглядит красиво, но я знаю, что после вчерашнего ливня протечки есть, есть вопросы с водоснабжением. Мы фактически с вами работали на стройке, которую ещё надо завершить. Но Вы знаете, объём такой грандиозный, что, я считаю, это вполне нормально.

Что касается Владивостока – тоже это только первые шаги, но Вы знаете, что у нас и в Восточной Сибири то же самое. По трассе БАМа посмотрите, что там делается до сих пор, – люди в бараках живут. Почему? А потому что когда БАМ строили, всех расселили в эти бараки, пообещали, что всем дадут жильё. Шиш с маслом, ничего не сделали. И оставили нам вот такое наследие на десятилетия вперёд. Просто на десятилетия людей бросили в этих бараках, и всё. Более того, эти люди даже не имеют права встать на очередь, потому что те помещения, в которых они живут, не считаются жилыми помещениями.

Вот здесь не так, как в районе БАМа, но очень много неблагоприятных микрорайонов. Конечно, можно и нужно подумать о том, как оказывать дальнейшую поддержку этому региону и городу в их развитии, и прежде всего нужно деньги вкладывать в инфраструктуру, но значительная часть работ должна лежать на муниципальных и региональных властях. Повторяю ещё раз – мы намерены и будем их поддерживать, но значительная часть работы должна быть проделана именно этими уровнями власти.

Ну и самое главное, что нужно делать, – нужно создавать здесь высококвалифицированные рабочие места, добиваться уровня благосостояния людей, которые здесь живут и, используя их покупательную способность, решать и жилищную проблему, создавая, конечно, благоприятные условия сами по себе, создавая новые офисные помещения, новые здания корпораций и так далее. Вчера только представители наших крупнейших банков объявили о том, что, посмотрев на то, что здесь происходит, на первые ростки нового, они готовы и хотят уже развивать здесь свою производственную деятельность. Я уже говорил о том, что мы здесь, в Амурской области, строим космодром, мы будем развивать автомобильный кластер. Сейчас я был на том месте, где японцы начали работать. Представитель «Соллерса» рассказал, что он будет делать в ближайшее время на этой площадке. Там будут эти бараки сносить и строить совершенно новый корпус, по современным технологиям.

Когда будут появляться такие предприятия, с новым уровнем производственной культуры, новые жилые дома, тогда ситуация будет меняться постепенно, но неизменно к лучшему. Будет идти по восходящей развитие ситуации в регионе. Это, конечно, нельзя сделать сегодня-завтра, но для того, чтобы это сделать, надо улучшать прежде всего экономический микроклимат, условия для привлечения частных инвестиций сюда. Когда будет развиваться производство, на этой базе будут решаться и социальные вопросы. Государство со своей стороны должно будет вкладывать сюда в развитие социальной инфраструктуры, медицины, здравоохранения, образования, как мы делаем в этом центре. Это задача не одного года, может быть, не одного десятилетия. Но я уверен: Россия должна эту задачу решить, и решит её. Спасибо вам большое.

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 9 сентября 2012 > № 640213 Владимир Путин


Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 8 сентября 2012 > № 640214 Владимир Путин

Владимир Путин открыл первое рабочее заседание лидеров экономик форума АТЭС во Владивостоке.

На заседании рассматривались вопросы торгово-инвестиционной либерализации, региональной интеграции, а также совершенствования транспортно-логистической системы и инфраструктуры.

В.ПУТИН: Уважаемые дамы и господа! Дорогие друзья! Приветствую вас в России, во Владивостоке.

В начале нашей встречи должен сказать, что у одного из наших коллег, у Премьер-министра Австралии, произошло печальное событие в семье: у неё умер отец. Поэтому я позволю себе от нашего общего имени выразить соболезнования и поприветствовать в качестве участника нашей встречи от Австралии Министра торговли, который возглавит австралийскую делегацию.Ещё раз приветствую вас во Владивостоке – городе, который более 150 лет является надёжной опорой России здесь, на дальневосточных рубежах. Владивосток – это современный быстроразвивающийся город, мегаполис с огромным деловым и финансовым потенциалом. Это место соприкосновения восточной и западной цивилизаций, ворота России в обширные просторы Тихого океана и Юго-Восточной Азии, ворота, открытые для вас, для наших партнёров по Азиатско-Тихоокеанскому региону, и обеспечивающие быстрый и наиболее экономичный путь в Европу из этого региона мира.

Уважаемые коллеги! 20-я встреча лидеров экономик АТЭС, юбилейная встреча, проходит в новом комплексе Дальневосточного федерального университета. Мне приятно, что некоторые из коллег отметили место, где мы сегодня собрались. Должен сказать вам, что когда мы принимали решение о том, где именно проводить нашу сегодняшнюю встречу, то приняли решение организовать её именно во Владивостоке, воспользоваться этой встречей как поводом и предлогом для развития Владивостока. Мы построили специальный комплекс, который сразу же после окончания нашей с вами работы будет передан молодым людям – студентам, университету, и я очень надеюсь, что этот университет станет образовательно-интеллектуальным центром не только на Дальнем Востоке России, но и будет привлекательным для молодых людей, учёных всего этого региона мира. Я приглашаю ваших специалистов и ваших студентов в будущем учиться здесь и преподавать.

И я бы хотел обратиться к каждому из присутствующих здесь с предложением (мы представим вам официальное предложение) в будущем выступить здесь перед студентами университета с вашим видением развития отношений в этом регионе, в мире вообще, выступить в качестве профессоров, в качестве лекторов перед студенческой аудиторией. Уверен, что это будет интересно и для вас, и тем более для молодых людей, которые будут здесь в будущем учиться.Сегодня мы предлагаем рассмотреть на нашей встрече два вопроса. Первый – это дальнейшая торгово-инвестиционная либерализация и развитие региональной интеграции. И второй вопрос – совершенствование транспортно-логистической системы и инфраструктуры. Завтра обсудим обеспечение продовольственной безопасности и содействие инновационному развитию.

Позвольте мне несколько слов сказать по первому вопросу, по вопросу торгово-инвестиционной либерализации и региональной экономической интеграции.

Тема чрезвычайно актуальная, особенно в нынешней непростой ситуации, когда процесс выхода мировой экономики из рецессии затягивается. Преодолеть негативные тенденции можно в том числе через увеличение объёмов товарооборота, услуг, капиталов. Важно следовать фундаментальным принципам открытости рынка и свободы торговли.

Россия, как вы знаете, в полноправном, полноценном режиме присоединилась к Всемирной торговой организации, и я хочу всех вас, уважаемые коллеги, поблагодарить за последовательную поддержку в присоединении России к этой универсальной международной экономической организации.

Мы намерены способствовать выработке более либеральных правил и механизмов торговли, работая вместе с вами в ВТО на глобальном уровне и на региональном, включая пространство АТЭС. Центральная задача – совместно противодействовать протекционизму, причём во всех его формах: и в традиционных, и в новых.

Россия предложила организовать мониторинг мер экологической политики, выработать согласованные принципы соответствующего регулирования. Работа по реализации договорённости о снижении пошлин на экологическую продукцию шла непросто. В соответствии с решением саммита АТЭС в Гонолулу в 2011 году они должны быть доведены до уровня 5 процентов и ниже к 2015 году. В итоге нам всё же удалось добиться ощутимых подвижек в формировании списка таких товаров.

Главное, что участники форума настроены продолжать движение к поставленной цели, строго придерживаться при этом основополагающего для АТЭС принципа консенсуса. Думаю, у нас есть все основания поблагодарить наших экспертов, которые напряжённо работали в ходе подготовки к нашей сегодняшней встрече и добились в ходе этой совместной работы приемлемых компромиссов. В целом мы можем сказать, что наша встреча уже пройдёт результативно, имея в виду эти договорённости.

Движению к либерализации поможет укрепление транспарентности двусторонних и многосторонних соглашений о свободе торговли. По нашей инициативе для включения в такого рода договорённости разработана модельная глава, она обязывает раскрывать информацию о сути преференциальных соглашений.

Необходимо уделять особое внимание либерализации капиталовложений, улучшать деловой климат в регионе. На наш взгляд, этому может способствовать совершенствование национальных систем разрешения инвестиционных споров, в том числе ещё на досудебном уровне, а также создание таких общих механизмов в рамках всего АТЭС.

Несколько слов о региональной интеграции. Уверен, за ней, безусловно, будущее, особенно на фоне многолетней пробуксовки, – к сожалению, пробуксовки – Дохийского раунда переговоров в рамках Всемирной торговой организации. Объединяясь, устраняя барьеры, мы стимулируем динамичное развитие всего пространства АТР, да и всего мирового хозяйства в целом.

Важно наводить мосты друг к другу, а не отгораживаться друг от друга. Важно продолжить формирование расширенных интеграционных пространств, углублять диалог между региональными и субрегиональными объединениями. Именно по такому пути намерена идти Россия, мы идём по такому пути, в том числе на пространствах бывшего Советского Союза.

Вы наверняка знаете о наших интеграционных усилиях. Имеются в виду и зона свободной торговли в рамках СНГ, Таможенный союз и Единое экономическое пространство в составе трёх государств: России, Белоруссии и Казахстана. Предлагаю обменяться мнениями о том, как мы могли бы наиболее эффективно стимулировать торгово-инвестиционную либерализацию и использовать преимущества региональной интеграции.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 8 сентября 2012 > № 640214 Владимир Путин


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 7 сентября 2012 > № 640239 Владимир Путин

Президент России выступил на пленарном заседании Делового саммита АТЭС.Деловой саммит АТЭС, в котором принимают участие лидеры экономик, а также более 700 ведущих представителей бизнес-сообщества Азиатско-Тихоокеанского региона, проходит во Владивостоке.

В ходе заседания Владимир Путин ответил на вопросы участников форума.

* * *

А.КОСТИН: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые дамы и господа!

Прежде всего от лица всех членов Делового саммита хотел бы поприветствовать Владимира Владимировича. И хотя все, безусловно, знают, кто такой Владимир Владимирович, тем не менее по регламенту я обязан представить его аудитории.

Хотел бы напомнить, что Владимир Владимирович впервые был избран Президентом России в 2000 году, успешно отработал два президентских срока, потом работал Премьер-министром нашей страны, а в марте этого года в первом туре одержал убедительную победу, собрав более двух третей голосов избирателей, таким образом получив мандат российского народа на проведение дальнейшей внешней и внутренней политики Российской Федерации.

Владимир Владимирович – опытный участник заседаний и саммитов АТЭС, неоднократно участвовал в них и всегда откликался на просьбы делового сообщества выступить, как он и сделал сегодня.

Владимир Владимирович, я хотел бы вкратце доложить о том, что сегодня у нас состоялся первый день работы Делового саммита. Прошло уже 8 секций. В них принимали участие и бизнесмены, причём здесь собрались руководители более чем 750 корпораций и компаний, представляющие все страны Азиатско-Тихоокеанского региона. Выступали общественные деятели и журналисты, руководители целого ряда стран тоже участвовали в панельных дискуссиях. В частности, Премьер-министр Новой Зеландии, Президент Чили, Вьетнама, но вот такое выступление, как сегодня, первое выступление лидера, – это Ваше выступление.

Если говорить о секциях, то мы обсуждали вопросы преимущества и побочных эффектов экономической интеграции. И при всём разбросе мнений всё-таки вывод был такой, что путь интеграции – это единственный путь, направленный на развитие глобальной экономики, и что Россия, как и другие страны, будет по этому пути двигаться и дальше. Мы обсуждали тему «Сколько нужно валют?». Общее мнение было, что мир движется к мультивалютной системе, что более быстрое развитие экономик новых государств, в том числе в Азиатско-Тихоокеанском регионе, или прежде всего в этом регионе, приведут неминуемо к некому ослаблению позиций нынешних резервных валют, таких, как доллар, и усилению и возможности таких валют, как китайских юань и российский рубль.

Мы говорили сегодня на секциях о ресурсах, которые ограничены и которые надо использовать бережливо, и отмечали важность инноваций, новых материалов и технологий, для того чтобы сберечь имеющиеся на земле ресурсы.

Отдельно была очень интересная дискуссия, где принимали участие лидеры относительно такого ресурса, как вода. Говорили о продовольственных ресурсах, продовольственной безопасности. Говорили о необходимости развития логистических цепочек, включая задачу развития логистических цепочек в России, на Дальнем Востоке. Говорили о перспективах развития удалённых районов – будь то Дальний Восток России, либо Аляска, либо Китай или Австралия, – и как правильно привлечь капиталы людей в эти удалённые регионы. Говорили об инфраструктуре как основе устойчивого роста, о государственно-частном партнёрстве – то есть целом ряде вопросов, которые волнуют сегодня деловое сообщество, и конечно, мы хотели бы услышать ваше мнение о пути развития интеграции глобальных, мировых процессов, о роли России в этих процессах.

Если позволите, предложил бы выступать с места, чтобы иметь более тесный, домашний характер нашей дискуссии. Уверен, что это будет интерактивная дискуссия, поэтому, может быть, мы не будем вставать, а с места каким-то образом разговор начнём. Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо большое.

Уважаемые коллеги! Пока я готовился к нашей встрече и к некоторым двусторонним беседам, которые уже начались в рамках саммита АТЭС, имел возможность посмотреть за вашей дискуссией по телевидению, смотрел, как изящно модератор вёл эту дискуссию, хочу поблагодарить вас за эту работу. И действительно, темы, которые вы обсуждали, важные, интересные, актуальные. Собственно говоря, ради обсуждения этих проблем мы здесь все и собрались.

Участие делового сообщества в таких форумах – а на АТЭС это стало правилом, когда собираются не только главы правительств и государств, но и главы крупных компаний, представители делового сообщества, – вот это правило стало универсальным. И это очень хороший симбиоз тех, кто занимается реальной политикой и реальной экономикой. Люди слышат друг друга, встречаются, обсуждают те проблемы, с которыми сталкивается и государство, и бизнес. Надеюсь, что в ходе сегодняшней и последующих дискуссий мы найдём такие решения и предложения по развитию, которые будут эффективными и повлияют существенным образом на развитие мировой экономики и прежде всего на развитие экономики в том регионе, где мы сами живём и функционируем.

Деловой саммит, как я уже сказал, – неотъемлемая часть форума АТЭС. На экономику АТЭС, вы все это хорошо знаете, я некоторые цифры повторю, приходится около 55 процентов глобального ВВП, почти половина объёмов мировой торговли, около 45 процентов от всех накопленных в мире прямых иностранных инвестиций. Но это не главное. А что же главное? А главное – это то, что АТР как макрорегион, несмотря на известные сложности в глобальной и мировой экономике, все последние 20 лет развивается самыми быстрыми темпами, наращивая финансовый, инвестиционный и научно-технологический потенциал. Такое лидерство требует от нас общей ответственности. Тем более сегодня, когда ситуация в мировой экономике неустойчива. Конечно, мы знаем, что и в Азиатско-Тихоокеанском регионе тоже есть определённые тревожные тенденции: сокращение темпов роста экономики некоторых ведущих стран, но сокращение темпов – это одно. Но всё-таки надо отметить не то, что они сокращаются, а то, что они сохраняются.

Темпы роста в Азиатско-Тихоокеанском регионе несопоставимы с темпами роста других развитых экономик. Проблемы, тем не менее, в банковской сфере и нестабильность на финансовых рынках отрицательно сказались, как вы знаете, на темпах экономического глобального роста. То же самое можно сказать, к сожалению, о росте безработицы в развитых экономиках. Последствия этого почувствовали на себе и большинство других государств. Резкие колебания на финансовых и валютных рынках и стагнация спроса на экспорт стали вызовами для экономик всех стран мира без исключения. Глубинные проблемы, к сожалению, между тем, пока не решены. Поэтому подобная ситуация, конечно, может приобрести затяжной характер.

Вместе с тем есть и то, что вселяет определённый сдержанный, но всё-таки оптимизм. Главные, ключевые экономические игроки стремятся вести себя, что называется, в рамках определённых правил. Не предпринимаются безответственные, односторонние шаги с непредсказуемыми последствиями. Этому во многом способствуют такие форумы, как АТЭС. Конечно, и в рамках G8 [«большой восьмёрки»], в рамках «двадцатки» обсуждаются эти проблемы, но и на нашем форуме тоже, и это результат нашей совместной работы.

На пике кризиса удалось избежать скатывания в тупик глухого протекционизма и жёстких торговых войн, и, напротив, выбрать логику совместных антикризисных действий, продолжить долгосрочную повестку реформирования системы финансового регулирования. Задачи, которые стоят сегодня, не менее, а может быть, и более сложны, чем те, которые решались в предыдущий период, в предыдущие этапы кризиса. Сейчас всем нам нужны новые подходы, новые модели экономического развития.

Ландшафт мировой экономики меняется на глазах. По темпам роста развивающиеся рынки в ближайшие два десятилетия будут значительно опережать традиционно развитые экономики мира – это для всех уже является фактом. С этим неизбежно последует и перестройка товарных и финансовых потоков, а это лишь одно из проявлений процессов глобальной трансформации. Очевидно, что такие процессы носят глубинный характер.

Мир переходит в другую экономическую, технологическую и геополитическую эпоху. И этот переход будет длительным, непростым, а для некоторых и болезненным. Многие привычные подходы подвергнутся переоценке. Вместо деклараций жизнь потребует прагматизма и практических действий. Поэтому, думаю, далеко не случайно, что в период кризисных испытаний импульс получили проекты региональной экономической интеграции. Безусловно, это позитивный феномен, имеющий многообещающие перспективы, особенно на фоне объективных сложностей внутри Всемирной торговой организации и пробуксовки Дохийского раунда переговоров.

На наш взгляд, именно региональная интеграция построена на общем понимании и совместном учёте интересов друг друга, интересов близких партнёров, даже близких географически, может и должна сыграть ключевую роль в отстаивании фундаментальных принципов открытости рынков и свободы торговли, подтолкнуть к динамичному развитию всю мировую экономику. Кроме того, диалог между крупными региональными структурами, такими как наш форум АТЭС, НАФТА, ЕЭС или вот рождённое недавно на постсоветском пространстве Единое экономическое пространство – это хорошая основа для совершенствования правил мировой торговли и инвестирования. Важно стимулировать глобальный переговорный процесс и инициировать его снизу, из регионов, формировать расширенные интеграционные пространства, механизм диалога между региональными и субрегиональными объединениями. Именно по такому пути, при активном участии России, и развивается евразийская интеграция, пространство свободной торговли в СНГ.

Мы недавно подписали, и практически все страны СНГ ратифицировали договор о зоне свободной торговли в СНГ. Также [существуют] Таможенный союз и Единое экономическое пространство, о которых я уже упомянул, созданное тремя государствами на постсоветской территории: это Россия, Казахстан и Белоруссия. Они стали не просто нашим общим ответом на вызовы кризиса – у нас появились новые возможности для совместных проектов с экономиками АТЭС.

Идут переговоры по соглашению о свободной торговле между Таможенным союзом и Новой Зеландией. Подготовлен совместный доклад о возможности начать аналогичный процесс с Вьетнамом. Возможны и другие переговоры по этому вопросу – нам уже поступили десятки заявок, десятки – я хочу подчеркнуть это – из стран АТР на возможность установления особых торговых экономических отношений с Таможенным союзом и с Единым экономическим пространством, представленным тремя государствами, о которых я уже сказал.

Кстати, здесь, на Владивостокском форуме, наша страна учитывает и исходит из консолидированной позиции трёх участников интеграционной тройки – России, Белоруссии и Казахстана. Мы не стоим на месте. Уже сейчас работаем с партнёрами над созданием Евразийского экономического союза, а это ещё более высокая степень интеграции с передачей большего числа функций на наднациональный уровень, с согласованной макроэкономикой, технологической и финансовой политикой. Фактически мы хотим создать мощный центр регионального развития. Более того, будущий Евразийский экономический союз может стать таким фактором связки между Европой и Азиатско-Тихоокеанским регионом.

Хочу особо подчеркнуть: именно сейчас жизненно важно наводить мосты между различными регионами мира. В этой связи считаю, что одна из первоочередных задач – это сохранить и уберечь открытость глобальных и региональных рынков. Иллюзии простых решений слишком дорого обходятся. Увлечение лекарством протекционизма на время снимает, конечно, болевые ощущения, симптомы, но мешает выздоровлению экономики в целом, сковывает активность в торговле и инвестициях.

Напомню, что в пик кризиса в 2009 году мировая торговля сократилась на 12 процентов. Это самое большое сокращение мировой торговли с момента окончания Второй мировой войны – с 1945 года. Это, конечно, прежде всего прямые последствия обвала финансовых рынков, но это и плата за всплески протекционистских ограничений, а заплатить в конечном итоге пришлось всем.

Никто не отрицает право правительств защищать собственный рынок и национальный бизнес. Безусловно, они обязаны поддерживать отдельные предприятия или секторы экономики. Я и сам по своему опыту знаю и должен с вами поделиться, как принимаются такие решения. И Россия тоже этим грешит, чего там говорить. Ну вот, когда я, будучи Председателем Правительства, в 2009 году приехал на одно из наших предприятий на юге страны, которое выпускает сельхозтехнику, зашёл на территорию предприятия, а оно заставлено всё абсолютно готовой продукцией, которая не отгружается, предприятие фактически встало, люди остались без работы, технику сбывать некуда. А там работают сотни тысяч людей. Всё загружено техникой, и платформы железнодорожные, даже пройти негде. Естественно, начинаешь думать, что делать. Естественно, начинают в голову прежде всего приходить решения, связанные с ограничением импорта, с обеспечением интересов собственного национального производителя. Но должен сказать, что мы приняли определённые меры. Мы тогда ещё не были членами ВТО и имели на это право.

Так действовал и Евросоюз, должен сказать, в отношении ряда своих производителей, прежде всего в автомобильной отрасли. Наверное, на каких-то этапах, в каких-либо ситуациях это даже оправдано, иначе пострадали бы и национальные экономики, да и глобальные тоже.

Вопрос в другом – нужны ясные и понятные правила подобных действий. Плохо, когда мы формально, на бумаге пишем одно, а в жизни делаем совершенно другое, понимаю, что в определённых условиях по-другому поступить невозможно.

Ещё раз хочу повторить, нужны ясные и понятные, прозрачные правила принятия решений. То есть мы должны расставить в этой области все точки над «i», договориться о допустимом уровне защитных мер для сохранения рабочих мест в период кризиса.

Главное – это взаимное доверие, доверие и определённость в этих вопросах. Вот чего необходимо добиваться. Именно на основе таких подходов будет работать Россия и в рамках Всемирной торговой организации. Как полноценный участник этой организации мы намерены активно включиться в процесс формирования справедливых правил международной торговли. И в том числе считаем необходимым выработать специальные нормы, позволяющие странам поддерживать отдельные секторы экономики, которые наиболее уязвимы, чувствительны к проявлениям глобальной нестабильности. Такие меры помогут избавиться от недостатков нормативно-правовой базы самой Всемирной торговой организации, будут укреплять значение организации как универсальной структуры, способной эффективно решать проблемы международной торговли и реагировать на новые вызовы.

Хочу подчеркнуть, уважаемые дамы и господа, Россия выступает за усиление интеграционной повестки и нашего форума, в интересах дальнейшей торгово-инвестиционной либерализации с учётом «Богорских целей». Для нас это не просто декларация. Мы уверенно расширяем своё экономическое присутствие в регионе.

Вступив во Всемирную торговую организацию, Россия взяла на себя и будет выполнять ряд обязательств по снижению тарифных и нетарифных ограничений. При этом мы убеждены в том, что профессиональные преференциальные торговые договорённости должны быть максимально транспарентными. Это позволит всем отчётливо видеть как плюсы, так и минусы действующих и находящихся в процессе подготовки соглашений о свободной торговле и в перспективе создать оптимальную интеграционную модель.

Конечно, торговля – это не единственное, что находится в центре нашего внимания. Всё больший вес в рамках АТЭС приобретают такие темы, как энергобезопасность, экология, инновации. Активно идёт диалог по вопросам защиты прав интеллектуальной собственности. Одним из безусловных приоритетов считаем развитие транспортного контура АТР. В связи с рекомендуемой Деловым консультативным советом АТЭС дальнейшей диверсификацией торговых маршрутов мы с партнёрами по Единому экономическому пространству готовы предложить географические инфраструктурные возможности России, Белоруссии и Казахстана. Только если посмотреть на территорию трёх стран, станет понятно, что есть что предлагать. Наше единое экономическое пространство освобождено от внутренних таможенных и прочих формальностей, и, конечно, в этой связи открывает бизнесу Тихоокеанского региона прямой путь не только в экономики наших стран, но и в инфраструктурно-транспортном смысле обеспечит наиболее оптимальные пути взаимодействия с Евросоюзом.

Кстати говоря, я уже сказал о создании Таможенного союза и единого экономического пространства. Хочу сразу подчеркнуть: это очень важно. И то, и другое создавалось и функционирует на принципах Всемирной торговой организации. Уверен, что это будет помогать всем нашим экономическим партнёрам, в том числе и из стран Азиатско-Тихоокеанского региона, увереннее работать на рынках всех трёх стран.

Для повышения эффективности и надёжности логистических цепочек нужно активнее использовать современные технологии, конечно, в том числе и космические. Здесь России также есть что предложить нашим партнёрам. К примеру, оснащение транспортных узлов и коридоров системой глобальной космической навигации – ГЛОНАСС. Мы создали эту систему в достаточно короткие сроки, сегодня она приобрела действительно глобальный характер: мы вывели на орбиту полноценную спутниковую группировку (28 спутников, два из них – резервные), и она полностью функционирует и применяется весьма эффективно.

Ещё один приоритет российского года АТЭС – это укрепление продовольственной безопасности. Доступность продовольствия – вопрос не просто экономический и социальный, это вопрос будущего для миллионов и миллионов людей. Я слышал, по-моему, сегодня в ходе дискуссии, или модератор, или участники первой части вашей сегодняшней встречи говорили о том, что только за последний год 150 миллионов людей столкнулись с проблемами снабжения продовольствием, а по некоторым экспертным данным – уже 200 миллионов, свыше миллиарда человек на планете голодают. Конечно, мы не можем не учитывать такой экономический и социальный фактор.

Россия, я уже об этом сказал, вносит и будет вносить значительный вклад в стабильность поставок продовольствия, в том числе на рынки АТР. У нас уже сейчас, на данный момент времени, наш экспортный потенциал – где-то 15, а то и 20 миллионов тонн зерна. А, по оценкам специалистов, к 2020 году наша страна будет ежегодно производить 120–125 миллионов тонн зерна, и это увеличит её экспортные возможности примерно до 30–35, может быть, 40 миллионов тонн.

Разумеется, мы не намерены замыкаться только на экспорте продовольствия, в наших общих интересах стимулирование взаимных инвестиций в сельское хозяйство, в расширение зон устойчивого земледелия, в реализацию других аграрных проектов на основе, разумеется, передовых технологий. В том числе речь идёт о тесном сотрудничестве в области использования биологических ресурсов, и не в последнюю очередь биологических ресурсов Тихого океана. Мы все живём, все наши страны расположены по берегам Тихого океана, наша общая задача – обеспечить воспроизводство биоресурсов.

Традиционно особое внимание уделяем региональному энергетическому сотрудничеству, обеспечению устойчивого баланса энергетики в регионе. Россия как один из ведущих и, подчеркну, надёжных мировых поставщиков энергоресурсов способна сыграть здесь одну из ключевых ролей. За последние годы мы реализовали несколько знаковых для региона проектов, имею в виду и сахалинские проекты нефтедобычи. Мы с некоторыми из участников сегодняшнего форума, с нашими американскими партнёрами ещё вчера обратили на это внимание. Благодарен за оценку нашей совместной работы.

Господин Тиллерсон, президент компании ExxonMobil, вчера говорил о том, как осуществляются позитивно проекты на Сахалине. Это ярко выраженные международные проекты, хочу это подчеркнуть. Мы и дальше будем работать в этом направлении. Будем укреплять наше взаимодействие с нашими партнёрами, укреплять энергетическую безопасность не только России, но и стран, с которыми мы сотрудничаем, всего региона.

Наличие достаточных, доступных и безопасных источников энергоресурсов, базовые условия обеспечения устойчивого роста и мировой экономики, и региона АТР.

Отдельная тема – укрепление международного сотрудничества в области мирного использования атомной энергии. Мы все знаем о трагедии на Фукусиме, она стала для всех нас серьёзным уроком. Высокая надёжность, строительство и безопасность эксплуатации АЭС – это требование, отступать от которого мы не намерены. Мы сейчас осуществляем целый ряд проектов, в том числе в Азии, мы строим атомные электростанции в Китайской Народной Республике. Мне очень приятно отметить, что наши китайские друзья и партнёры удовлетворены качеством продукта, которое предоставляет наше атомное машиностроение. Хочу сразу же отметить, что эти проекты тоже носят ярко выраженный международный характер.

Мы здесь не цепляемся за какую-то избыточную прибыль, сверхприбыль, мы выстраиваем отношения с технологическими лидерами, мировыми технологическими лидерами, таким образом, чтобы каждый компонент этих крупных международных проектов – в каждом из этих компонентов участвовали именно лидеры по соответствующему направлению. И примерно около 30 процентов от стоимости проекта – а это, как правило, дорогостоящие проекты, они многомиллиардные, от 2–3 до 8–10 миллиардов долларов каждый из проектов, – около 25–30 процентов мы, как правило, отдаём для реализации подрядчикам в нашей стране-партнёре, где мы соответствующие объекты возводим. Именно такой подход заложен в двусторонних соглашениях, которые наша страна заключает с нашими традиционными партнёрами, а вопросы безопасности, безусловно, на первом месте. Об этом мы говорим, договариваемся и выстраиваем работу и с нашими друзьями в Японии, в Соединённых Штатах, с австралийскими партнёрами и с рядом других государств. Будем придерживаться этих принципов и в дальнейшем.

Россия выступает за создание региональной системы мониторинга природных и техногенных катастроф. Здесь мы также готовы к самой тесной кооперации с нашими партнёрами в АТЭС. Говоря об энергетике, нельзя обойти столь важный вопрос, как энергосбережение и рациональное расходование ресурсов, уменьшение ресурсоёмкости ВВП. Такая модель так называемого зелёного роста открывает дорогу новому технологическому укладу. И я убеждён, что форум АТЭС будет служить объединению усилий экономик региона в решении ключевых проблем энергетики, а региональный бизнес – инвестировать в разработку и внедрение технологий, которые повысят энергобезопасность всего региона.

Важная интеграционная область, в освоении которой рассчитываем на активное взаимодействие с деловыми кругами, – это сфера инноваций, и я уже упоминал об этом. И здесь, в Дальневосточном федеральном университете, особо отмечу научно-образовательное сотрудничество. В наших общих интересах множить связи между университетами, исследовательскими центрами, научными организациями, поощрять студенческие обмены, контакты между учёными, в целом содействовать развитию человеческого капитала. Знаковым шагом в этом направлении является достигнутая в АТЭС в текущем году договорённость о постепенном формировании общего образовательного пространства.

Экономики АТЭС во многом дополняют друг друга по научной и экспериментальной базе, кадровому и образовательному потенциалам. И наше процветание, безусловно, зависит в значительной степени от способности, опираясь на эти конкурентные преимущества, вместе обеспечить новое качество экономического роста в регионе. В этом году при поддержке Делового консультативного совета в АТЭС создано Партнёрство по вопросам политики в области науки и технологии, проведено заседание Диалога по перспективным технологическим вопросам. Их цель – привлечь бизнес к обсуждению условий формирования рыночно ориентированной, благоприятной для развития инновационной среды. Считаю это полезным и очень перспективным начинанием. Мы должны учитывать мнение бизнеса и намерены, будем это делать, безусловно, и потребности бизнеса, – а бизнес, надеюсь, будет активнее ставить перед наукой конкретные задачи в практическом плане.

Уважаемые коллеги, Россия – неотъемлемая часть Азиатско-Тихоокеанского региона. Мы вкладываем серьёзные инвестиции в подъём Сибири, Дальнего Востока, и вот мы с вами находимся площадях и будем работать, работаем на площадях Дальневосточного федерального университета. Это большой, крупномасштабный проект для создания нового научно-образовательного, интеллектуального центра Дальнего Востока России. Он реализован за три с небольшим года. Такая масштабная работа, мы считаем, – очень важное начало на пути возрождения науки здесь и создания, как я уже выразился, такого мощного интеллектуального центра. Будем и дальше двигаться в этом направлении.

Традиционный девиз нашего форума звучит так: «АТЭС – значит бизнес». А слово «бизнес» в русском языке переводится как «дело». Я хочу пожелать всем нам, чтобы именно дело, целеустремлённость, смелость в известном смысле слова, видение перспективы определяли всегда характер нашей с вами совместной работы. Мы должны ставить перед собой амбициозные цели, идти вперёд, отвечать на вызовы времени, и, безусловно, именно в этом залог наших общих успехов. Большое вам спасибо за внимание. Спасибо.

А.КОСТИН: Спасибо, Владимир Владимирович.

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 7 сентября 2012 > № 640239 Владимир Путин


Россия > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 7 сентября 2012 > № 639178 Владимир Путин

ПУТИН ВЫСТУПИЛ НА ДЕЛОВОМ САММИТЕ АТЭС ВО ВЛАДИВОСТОКЕ (ПОЛНЫЙ ТЕКСТ)

Президент России Владимир Путин выступил на пленарном заседании Делового саммита АТЭС. Об этом сообщает сегодня, 7 сентября, пресс-служба Кремля.

ИА REGNUM публикует текст выступления полностью:

Уважаемые коллеги! Пока я готовился к нашей встрече и к некоторым двусторонним беседам, которые уже начались в рамках саммита АТЭС, имел возможность посмотреть за вашей дискуссией по телевидению, смотрел, как изящно модератор вел эту дискуссию, хочу поблагодарить вас за эту работу. И действительно, темы, которые вы обсуждали, важные, интересные, актуальные. Собственно говоря, ради обсуждения этих проблем мы здесь все и собрались.

Участие делового сообщества в таких форумах - а на АТЭС это стало правилом, когда собираются не только главы правительств и государств, но и главы крупных компаний, представители делового сообщества, - вот это правило стало универсальным. И это очень хороший симбиоз тех, кто занимается реальной политикой и реальной экономикой. Люди слышат друг друга, встречаются, обсуждают те проблемы, с которыми сталкивается и государство, и бизнес. Надеюсь, что в ходе сегодняшней и последующих дискуссий мы найдем такие решения и предложения по развитию, которые будут эффективными и повлияют существенным образом на развитие мировой экономики и прежде всего на развитие экономики в том регионе, где мы сами живем и функционируем.

Деловой саммит, как я уже сказал, - неотъемлемая часть форума АТЭС. На экономику АТЭС, вы все это хорошо знаете, я некоторые цифры повторю, приходится около 55 процентов глобального ВВП, почти половина объемов мировой торговли, около 45 процентов от всех накопленных в мире прямых иностранных инвестиций. Но это не главное. А что же главное? А главное - это то, что АТР как макрорегион, несмотря на известные сложности в глобальной и мировой экономике, все последние 20 лет развивается самыми быстрыми темпами, наращивая финансовый, инвестиционный и научно-технологический потенциал. Такое лидерство требует от нас общей ответственности. Тем более сегодня, когда ситуация в мировой экономике неустойчива. Конечно, мы знаем, что и в Азиатско-Тихоокеанском регионе тоже есть определенные тревожные тенденции: сокращение темпов роста экономики некоторых ведущих стран, но сокращение темпов - это одно. Но все-таки надо отметить не то, что они сокращаются, а то, что они сохраняются.

Темпы роста в Азиатско-Тихоокеанском регионе несопоставимы с темпами роста других развитых экономик. Проблемы, тем не менее, в банковской сфере и нестабильность на финансовых рынках отрицательно сказались, как вы знаете, на темпах экономического глобального роста. То же самое можно сказать, к сожалению, о росте безработицы в развитых экономиках. Последствия этого почувствовали на себе и большинство других государств. Резкие колебания на финансовых и валютных рынках и стагнация спроса на экспорт стали вызовами для экономик всех стран мира без исключения. Глубинные проблемы, к сожалению, между тем, пока не решены. Поэтому подобная ситуация, конечно, может приобрести затяжной характер.

Вместе с тем есть и то, что вселяет определенный сдержанный, но все-таки оптимизм. Главные, ключевые экономические игроки стремятся вести себя, что называется, в рамках определенных правил. Не предпринимаются безответственные, односторонние шаги с непредсказуемыми последствиями. Этому во многом способствуют такие форумы, как АТЭС. Конечно, и в рамках G8 ["большой восьмерки"], в рамках "двадцатки" обсуждаются эти проблемы, но и на нашем форуме тоже, и это результат нашей совместной работы.

На пике кризиса удалось избежать скатывания в тупик глухого протекционизма и жестких торговых войн, и, напротив, выбрать логику совместных антикризисных действий, продолжить долгосрочную повестку реформирования системы финансового регулирования. Задачи, которые стоят сегодня, не менее, а может быть, и более сложны, чем те, которые решались в предыдущий период, в предыдущие этапы кризиса. Сейчас всем нам нужны новые подходы, новые модели экономического развития.

Ландшафт мировой экономики меняется на глазах. По темпам роста развивающиеся рынки в ближайшие два десятилетия будут значительно опережать традиционно развитые экономики мира - это для всех уже является фактом. С этим неизбежно последует и перестройка товарных и финансовых потоков, а это лишь одно из проявлений процессов глобальной трансформации. Очевидно, что такие процессы носят глубинный характер.

Мир переходит в другую экономическую, технологическую и геополитическую эпоху. И этот переход будет длительным, непростым, а для некоторых и болезненным. Многие привычные подходы подвергнутся переоценке. Вместо деклараций жизнь потребует прагматизма и практических действий. Поэтому, думаю, далеко не случайно, что в период кризисных испытаний импульс получили проекты региональной экономической интеграции. Безусловно, это позитивный феномен, имеющий многообещающие перспективы, особенно на фоне объективных сложностей внутри Всемирной торговой организации и пробуксовки Дохийского раунда переговоров.

На наш взгляд, именно региональная интеграция построена на общем понимании и совместном учете интересов друг друга, интересов близких партнеров, даже близких географически, может и должна сыграть ключевую роль в отстаивании фундаментальных принципов открытости рынков и свободы торговли, подтолкнуть к динамичному развитию всю мировую экономику. Кроме того, диалог между крупными региональными структурами, такими как наш форум АТЭС, НАФТА, ЕЭС. Или вот рожденное недавно на постсоветском пространстве Единое экономическое пространство. Это хорошая основа для совершенствования правил мировой торговли и инвестирования. Важно стимулировать глобальный переговорный процесс и инициировать его снизу, из регионов, формировать расширенные интеграционные пространства, механизм диалога между региональными и субрегиональными объединениями. Именно по такому пути, при активном участии России, и развивается евразийская интеграция, пространство свободной торговли в СНГ.

Мы недавно подписали, и практически все страны СНГ ратифицировали договор о зоне свободной торговли в СНГ. Также [существуют] Таможенный союз и Единое экономическое пространство, о которых я уже упомянул, созданное тремя государствами на постсоветской территории: это Россия, Казахстан и Белоруссия. Они стали не просто нашим общим ответом на вызовы кризиса - у нас появились новые возможности для совместных проектов с экономиками АТЭС.

Идут переговоры по соглашению о свободной торговле между Таможенным союзом и Новой Зеландией. Подготовлен совместный доклад о возможности начать аналогичный процесс с Вьетнамом. Возможны и другие переговоры по этому вопросу - нам уже поступили десятки заявок, десятки - я хочу подчеркнуть это - из стран АТР на возможность установления особых торговых экономических отношений с Таможенным союзом и с Единым экономическим пространством, представленным тремя государствами, о которых я уже сказал.

Кстати, здесь, на Владивостокском форуме, наша страна учитывает и исходит из консолидированной позиции трех участников интеграционной тройки - России, Белоруссии и Казахстана. Мы не стоим на месте. Уже сейчас работаем с партнерами над созданием Евразийского экономического союза, а это еще более высокая степень интеграции с передачей большего числа функций на наднациональный уровень, с согласованной макроэкономикой, технологической и финансовой политикой. Фактически мы хотим создать мощный центр регионального развития. Более того, будущий Евразийский экономический союз может стать таким фактором связки между Европой и Азиатско-Тихоокеанским регионом.

Хочу особо подчеркнуть: именно сейчас жизненно важно наводить мосты между различными регионами мира. В этой связи считаю, что одна из первоочередных задач - это сохранить и уберечь открытость глобальных и региональных рынков. Иллюзии простых решений слишком дорого обходятся. Увлечение лекарством протекционизма на время снимает, конечно, болевые ощущения, симптомы, но мешает выздоровлению экономики в целом, сковывает активность в торговле и инвестициях.

Напомню, что в пик кризиса в 2009 году мировая торговля сократилась на 12 процентов. Это самое большое сокращение мировой торговли с момента окончания Второй мировой войны - с 1945 года. Это, конечно, прежде всего прямые последствия обвала финансовых рынков, но это и плата за всплески протекционистских ограничений, а заплатить в конечном итоге пришлось всем.

Никто не отрицает право правительств защищать собственный рынок и национальный бизнес. Безусловно, они обязаны поддерживать отдельные предприятия или секторы экономики. Я и сам по своему опыту знаю и должен с вами поделиться, как принимаются такие решения. И Россия тоже этим грешит, чего там говорить. Ну вот, когда я, будучи Председателем Правительства, в 2009 году приехал на одно из наших предприятий на юге страны, которое выпускает сельхозтехнику, зашел на территорию предприятия, а оно заставлено все абсолютно готовой продукцией, которая не отгружается, предприятие фактически встало, люди остались без работы, технику сбывать некуда. А там работают сотни тысяч людей. Все загружено техникой, и платформы железнодорожные, даже пройти негде. Естественно, начинаешь думать, что делать. Естественно, начинают в голову прежде всего приходить решения, связанные с ограничением импорта, с обеспечением интересов собственного национального производителя. Но должен сказать, что мы приняли определенные меры. Мы тогда еще не были членами ВТО и имели на это право.

Так действовал и Евросоюз, должен сказать, в отношении ряда своих производителей, прежде всего в автомобильной отрасли. Наверное, на каких-то этапах, в каких-либо ситуациях это даже оправдано, иначе пострадали бы и национальные экономики, да и глобальные тоже.

Вопрос в другом - нужны ясные и понятные правила подобных действий. Плохо, когда мы формально, на бумаге пишем одно, а в жизни делаем совершенно другое, понимаю, что в определенных условиях по-другому поступить невозможно.

Еще раз хочу повторить, нужны ясные и понятные, прозрачные правила принятия решений. То есть мы должны расставить в этой области все точки над "и", договориться о допустимом уровне защитных мер для сохранения рабочих мест в период кризиса.

Главное - это взаимное доверие, доверие и определенность в этих вопросах. Вот чего необходимо добиваться. Именно на основе таких подходов будет работать Россия и в рамках Всемирной торговой организации. Как полноценный участник этой организации мы намерены активно включиться в процесс формирования справедливых правил международной торговли. И в том числе считаем необходимым выработать специальные нормы, позволяющие странам поддерживать отдельные секторы экономики, которые наиболее уязвимы, чувствительны к проявлениям глобальной нестабильности. Такие меры помогут избавиться от недостатков нормативно-правовой базы самой Всемирной торговой организации, будут укреплять значение организации как универсальной структуры, способной эффективно решать проблемы международной торговли и реагировать на новые вызовы.

Хочу подчеркнуть, уважаемые дамы и господа, Россия выступает за усиление интеграционной повестки и нашего форума, в интересах дальнейшей торгово-инвестиционной либерализации с учетом "Богорских целей". Для нас это не просто декларация. Мы уверенно расширяем свое экономическое присутствие в регионе.

Вступив во Всемирную торговую организацию, Россия взяла на себя и будет выполнять ряд обязательств по снижению тарифных и нетарифных ограничений. При этом мы убеждены в том, что профессиональные преференциальные торговые договоренности должны быть максимально транспарентными. Это позволит всем отчетливо видеть как плюсы, так и минусы действующих и находящихся в процессе подготовки соглашений о свободной торговле и в перспективе создать оптимальную интеграционную модель.

Конечно, торговля - это не единственное, что находится в центре нашего внимания. Все больший вес в рамках АТЭС приобретают такие темы, как энергобезопасность, экология, инновации. Активно идет диалог по вопросам защиты прав интеллектуальной собственности. Одним из безусловных приоритетов считаем развитие транспортного контура АТР. В связи с рекомендуемой Деловым консультативным советом АТЭС дальнейшей диверсификацией торговых маршрутов, мы с партнерами по Единому экономическому пространству готовы предложить географические инфраструктурные возможности России, Белоруссии и Казахстана. Только если посмотреть на территорию трех стран, станет понятно, что есть что предлагать. Наше единое экономическое пространство освобождено от внутренних таможенных и прочих формальностей, и, конечно, в этой связи открывает бизнесу Тихоокеанского региона прямой путь не только в экономики наших стран, но и в инфраструктурно-транспортном смысле обеспечит наиболее оптимальные пути взаимодействия с Евросоюзом.

Кстати говоря, я уже сказал о создании Таможенного союза и единого экономического пространства. Хочу сразу подчеркнуть: это очень важно. И то, и другое создавалось и функционирует на принципах Всемирной торговой организации. Уверен, что это будет помогать всем нашим экономическим партнерам, в том числе и из стран Азиатско-Тихоокеанского региона увереннее работать на рынках всех трех стран.

Для повышения эффективности и надежности логистических цепочек нужно активнее использовать современные технологии, конечно, в том числе и космические. Здесь России также есть, что предложить нашим партнерам. К примеру, оснащение транспортных узлов и коридоров системой глобальной космической навигации - ГЛОНАСС. Мы создали эту систему в достаточно короткие сроки, сегодня она приобрела действительно глобальный характер: мы вывели на орбиту полноценную спутниковую группировку (28 спутников, два из них - резервные), и она полностью функционирует и применяется весьма эффективно.

Еще один приоритет российского года АТЭС это укрепление продовольственной безопасности. Доступность продовольствия - вопрос не просто экономический и социальный, это вопрос будущего для миллионов и миллионов людей. Я слышал, по-моему, сегодня в ходе дискуссии, или модератор, или участники первой части вашей сегодняшней встречи говорили о том, что только за последний год 150 миллионов людей столкнулись с проблемами снабжения продовольствием, а по некоторым экспертным данным - уже 200 миллионов, свыше миллиарда человек на планете голодают. Конечно, мы не можем не учитывать такой экономический и социальный фактор.

Россия, я уже об этом сказал, вносит и будет вносить значительный вклад в стабильность поставок продовольствия, в том числе на рынки АТР. У нас уже сейчас, на данный момент времени, наш экспортный потенциал - где-то 15, а то и 20 миллионов тонн зерна. А по оценкам специалистов, к 2020 году наша страна будет ежегодно производить 120-125 миллионов тонн зерна, и это увеличит ее экспортные возможности примерно до 30-35, может быть, 40 миллионов тонн.

Разумеется, мы не намерены замыкаться только на экспорте продовольствия, в наших общих интересах стимулирование взаимных инвестиций в сельское хозяйство, в расширение зон устойчивого земледелия, в реализацию других аграрных проектов на основе, разумеется, передовых технологий. В том числе речь идет о тесном сотрудничестве в области использования биологических ресурсов, и не в последнюю очередь биологических ресурсов Тихого океана. Мы все живем, все наши страны расположены по берегам Тихого океана, наша общая задача - обеспечить воспроизводство биоресурсов.

Традиционно особое внимание уделяем региональному энергетическому сотрудничеству, обеспечению устойчивого баланса энергетики в регионе. Россия как один из ведущих и, подчеркну, надежных мировых поставщиков энергоресурсов способна сыграть здесь одну из ключевых ролей. За последние годы мы реализовали несколько знаковых для региона проектов, имею в виду и сахалинские проекты нефтедобычи. Мы с некоторыми из участников сегодняшнего форума, с нашими американскими партнерами еще вчера обратили на это внимание. Благодарен за оценку нашей совместной работы.

Господин Тиллерсон, президент компании ExxonMobil, вчера говорил о том, как осуществляются позитивно проекты на Сахалине. Это ярко выраженные международные проекты, хочу это подчеркнуть. Мы и дальше будем работать в этом направлении. Будем укреплять наше взаимодействие с нашими партнерами, укреплять энергетическую безопасность не только России, но и стран, с которыми мы сотрудничаем, всего региона.

Наличие достаточных, доступных и безопасных источников энергоресурсов, базовые условия обеспечения устойчивого роста и мировой экономики, и региона АТР.

Отдельная тема - укрепление международного сотрудничества в области мирного использования атомной энергии. Мы все знаем о трагедии на Фукусиме, она стала для всех нас серьезным уроком. Высокая надежность, строительство и безопасность эксплуатации АЭС - это требование, отступать от которого мы не намерены. Мы сейчас осуществляем целый ряд проектов в том числе в Азии, мы строим атомные электростанции в Китайской Народной Республике. Мне очень приятно отметить, что наши китайские друзья и партнеры удовлетворены качеством продукта, которое предоставляет наше атомное машиностроение. Хочу сразу же отметить, что эти проекты тоже носят ярко выраженный международный характер.

Мы здесь не цепляемся за какую-то избыточную прибыль, сверхприбыль, мы выстраиваем отношения с технологическими лидерами, мировыми технологическими лидерами, таким образом, чтобы каждый компонент этих крупных международных проектов - в каждом из этих компонентов участвовали именно лидеры по соответствующему направлению. И примерно около 30 процентов от стоимости проекта - а это, как правило, дорогостоящие проекты, они многомиллиардные, от 2-3 до 8-10 миллиардов долларов каждый из проектов, - около 25-30 процентов мы, как правило, отдаем для реализации подрядчикам в нашей стране-партнере, где мы соответствующие объекты возводим. Именно такой подход заложен в двусторонних соглашениях, которые наша страна заключает с нашими традиционными партнерами, а вопросы безопасности, безусловно, на первом месте. Об этом мы говорим, договариваемся и выстраиваем работу и с нашими друзьями в Японии, в Соединенных Штатах, с австралийскими партнерами и с рядом других государств. Будем придерживаться этих принципов и в дальнейшем.

Россия выступает за создание региональной системы мониторинга природных и техногенных катастроф. Здесь мы также готовы к самой тесной кооперации с нашими партнерами в АТЭС. Говоря об энергетике, нельзя обойти столь важный вопрос как энергосбережение и рациональное расходование ресурсов, уменьшение ресурсоемкости ВВП. Такая модель так называемого зеленого роста открывает дорогу новому технологическому укладу. И я убежден, что форум АТЭС будет служить объединению усилий экономик региона в решении ключевых проблем энергетики, а региональный бизнес инвестировать в разработку и внедрение технологий, которые повысят энергобезопасность всего региона.

Важная интеграционная область, в освоении которой рассчитываем на активное взаимодействие с деловыми кругами, - это сфера инноваций, и я уже упоминал об этом. И здесь, в Дальневосточном федеральном университете особо отмечу научно-образовательное сотрудничество. В наших общих интересах множить связи между университетами, исследовательскими центрами, научными организациями, поощрять студенческие обмены, контакты между учеными, в целом содействовать развитию человеческого капитала. Знаковым шагом в этом направлении является достигнутая в АТЭС в текущем году договоренность о постепенном формировании общего образовательного пространства.

Экономики АТЭС во многом дополняют друг друга по научной и экспериментальной базе, кадровому и образовательному потенциалам. И наше процветание, безусловно, зависит в значительной степени от способности, опираясь на эти конкурентные преимущества, вместе обеспечить новое качество экономического роста в регионе. В этом году при поддержке Делового консультативного совета в АТЭС создано Партнерство по вопросам политики в области науки и технологии, проведено заседание Диалога по перспективным технологическим вопросам. Их цель - привлечь бизнес к обсуждению условий формирования рыночно ориентированной благоприятной для развития инновационной среды. Считаю это полезным и очень перспективным начинанием. Мы должны учитывать мнение бизнеса и намерены, будем это делать, безусловно, и потребности бизнеса, - а бизнес, надеюсь, будет активнее ставить перед наукой конкретные задачи в практическом плане.

Уважаемые коллеги, Россия - неотъемлемая часть Азиатско-Тихоокеанского региона. Мы вкладываем серьезные инвестиции в подъем Сибири, Дальнего Востока и, вот, мы с вами находимся площадях и будем работать, работаем на площадях Дальневосточного федерального университета. Это большой, крупномасштабный проект для создания нового научно-образовательного, интеллектуального центра Дальнего Востока России. Он реализован за три с небольшим года. Такая масштабная работа, мы считаем, - очень важное начало на пути возрождения науки здесь и создания, как я уже выразился, такого мощного интеллектуального центра. Будем и дальше двигаться в этом направлении.

Традиционный девиз нашего форума звучит так: "АТЭС - значит бизнес". А слово "бизнес" в русском языке переводится как "дело". Я хочу пожелать всем нам, чтобы именно дело, целеустремленность, смелость в известном смысле слова, видение перспективы, определяли всегда характер нашей с вами совместной работы. Мы должны ставить перед собой амбициозные цели, идти вперед, отвечать на вызовы времени и, безусловно, именно в этом залог наших общих успехов. Большое вам спасибо за внимание. Спасибо.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 7 сентября 2012 > № 639178 Владимир Путин


Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 6 сентября 2012 > № 640248 Владимир Путин

В преддверии саммита АТЭС Владимир Путин дал интервью телеканалу Russia Today.

Запись интервью состоялась 3 сентября в загородной резиденции Ново-Огарёво.

К.ОУЭН:Здравствуйте! Имею удовольствие сообщить, что сегодня мы берём интервью у Президента Российской Федерации Владимира Путина. Для нас это особая честь, так как именно нашему каналу российский лидер решил дать своё первое после инаугурации интервью.Большое спасибо, что согласились уделить нам время.

И первый мой вопрос будет касаться уже начавшегося саммита АТЭС. Уже скоро вы отправитесь во Владивосток. Россия впервые организует это важнейшее мероприятие. Но всегда возникает вопрос: каковы практические результаты подобных мероприятий, таких как АТЭС, «большая восьмёрка», «большая двадцатка»?

С одной стороны, АТЭС – организация по большей части экономическая, политика в ней тоже в значительной степени присутствует. Многие ключевые участники, в том числе Вы, в том числе США, не могут договориться по ряду важнейших вопросов. Я имею в виду конфликт в Сирии, систему ПРО, иранскую проблему. Нет ли опасности, что политика начнёт подавлять экономику, блокировать крупные экономические сделки, которые эти же самые ключевые участники надеются во время саммита заключить или хотя бы обсудить?

В.ПУТИН: Это правда. Но дело в том, что (Вы сами сейчас об этом сказали) АТЭС изначально задумывался как форум для обсуждения экономических проблем. И именно на этом мы как страна-хозяйка, принимающая сторона, намерены тоже сосредоточить своё внимание – именно на проблемах экономического, социально-экономического характера.

Изначально, когда АТЭС создавался, во главу угла была поставлена цель либерализации мировой экономики. И мы намерены этот вопрос сделать ключевым в ходе обсуждения во Владивостоке.

Когда я приглашал наших коллег собраться именно в России, в Российской Федерации (это было лет 5 тому назад), я как раз исходил из того, что для России это направление нашей деятельности является крайне важным, имея в виду, что две трети российской территории находится в Азии, а основные объёмы товарооборота, более 50 процентов, приходятся на Западную Европу, и только 24 процента нашего торгового оборота приходятся на Азию. А это, между тем, быстро, интенсивно развивающийся регион. Мы с вами это хорошо знаем, и для всех это хорошо известно. Поэтому мы намерены сосредоточиться прежде всего на проблемах экономики, как я сказал, либерализации мировой экономики, на транспорте, на продовольственной безопасности человечества. Хорошо известно, что за последний год количество голодающих людей в мире резко возросло – на 200 миллионов человек. Это уже миллиард человек в мире, которые испытывают проблемы с продовольствием, люди голодают. Я думаю, что эти, так же как и ряд других проблем, крайне важных, чувствительных для миллионов людей на планете, и будут в центре нашего внимания.

Что касается Сирии, других «горячих» точек, вопросов, которые на слуху, разумеется, в ходе дискуссии, в ходе двусторонних встреч так или иначе мы будем эти проблемы обсуждать, без этого не обойдётся.

К.ОУЭН: Может быть, всё-таки нужен практический результат? Может быть, на саммитах вроде АТЭС много тратят времени на бесполезные разговоры?

В.ПУТИН: Вы знаете, совсем недавно я принимал участие в Мексике в заседании «двадцатки». Как правило, такие мероприятия готовятся нашими помощниками, министрами, экспертами высокого уровня, но всё-таки ряд проблем так или иначе оказывается в центре внимания руководителей делегаций, лидеров государств, которые принимают участие. Так было, кстати говоря, и в Мексике. Я с любопытством и интересом наблюдал за столкновением мнений, принимал участие в этих дискуссиях. Думаю, что и здесь [во Владивостоке] будет не меньше дискуссий. Но Вы понимаете, дело в том, что только в результате кропотливой, если не ежедневной, то ежегодной, ежеквартальной, если позволите сказать таким бюрократическим языком, работы можно в конце концов выйти на приемлемые решения в таких чувствительных сферах, как, скажем, та же самая либерализация торговли. Ведь она касается тоже миллионов и миллионов людей.Вы знаете дискуссии, которые идут на площадке Всемирной торговой организации. Для нас этот саммит АТЭС является крайне важным и в связи с тем, что Россия стала полноправным членом Всемирной торговой организации. Мы создали на постсоветском пространстве Таможенный союз вместе с Беларусью и Казахстаном и Единое экономическое пространство, и для нас очень важен диалог, чтобы наши партнёры поняли, мы могли бы им объяснить, могли бы показать преимущества такого объединения на постсоветском пространстве, которое бы помогало нам в сотрудничестве. Тем более что эти объединения, о которых я сказал, они созданы на принципах ВТО.

К.ОУЭН: Спасибо за пояснения. Мы, если возможно, ещё вернёмся к АТЭС чуть позже. Вы затронули ещё один очень важный вопрос, который сейчас находится в центре внимания СМИ, – это ужасающие события, происходящие в Сирии в последние полтора года. За это время позиция России не изменилась. Вы высказывались против иностранного вмешательства, за то, чтобы своё будущее сирийский народ определял сам путём переговоров. Сама по себе идея прекрасна, но каждый день с обеих сторон гибнут люди. Не пора ли перейти от слов к делам? Возможно, России следует уже пересмотреть свою позицию?

В.ПУТИН: А почему только Россия должна переоценивать свою позицию? Может быть, и наши партнёры по переговорному процессу должны переоценить свою позицию? Ведь когда я вспоминаю то, что происходило в последние годы, и я хочу Вас вернуть к событиям последних лет, то далеко не все инициативы наших партнёров заканчивались так, как это им самим бы хотелось.

Возьмите примеры многих стран, в которых развиваются конфликты. Соединённые Штаты (позднее с союзниками) зашли в Афганистан. Сейчас все думают о том, как унести оттуда ноги. Если мы и разговариваем о чём-то, это о том, чтобы помочь в транзите выхода людей и техники из Афганистана.

Вы уверены, что там стабилизируется ситуация на десятилетия вперёд? Пока такой уверенности нет ни у кого.

А что происходит в арабских странах? Да, произошли известные события, скажем, в Египте, в Ливии, в Тунисе, в Йемене. Там что, наступил порядок и полное благополучие? А в Ираке что происходит?

В Ливии вообще до сих пор практически идёт вооружённая борьба между различными племенами. Я сейчас не буду говорить о том, как происходила смена власти. Это отдельная страница. Но нас что беспокоит? Я хочу это ещё раз сказать. Нас беспокоит, конечно, то, что сейчас происходит насилие в Сирии, но и не меньше беспокоит, что может быть после принятия соответствующих решений.

На наш взгляд, самым важным является сегодня прекратить насилие, заставить все стороны конфликта (и правительственную часть, и так называемых повстанцев, вооружённую оппозицию) сесть за стол переговоров, определить будущее, обеспечивающее безопасность всех участников внутриполитического процесса, и только после этого переходить к каким-то практическим шагам по поводу внутреннего устройства самой страны. Мы прекрасно понимаем, что там нужны перемены, но это совсем не значит, что перемены должны быть кровавыми.

К.ОУЭН: Хорошо, учитывая нынешнее положение дел в Сирии, которое Вам известно, каков должен быть следующий шаг? Каков Ваш реалистический прогноз развития ситуации?

В.ПУТИН:Мы в Женеве предложили собраться нашим партнёрам по переговорному процессу. Все действительно собрались и выработали там дорожную карту того, что и как надо было бы делать для того, чтобы в Сирии наступило спокойствие и ситуация вышла бы на конструктивный путь развития. Практически все с нами согласились, мы ознакомили с этими результатами и сирийское правительство, но потом повстанцы, по сути, не захотели признавать этих решений, и многие наши партнёры по переговорному процессу также по-тихому съехали с этой позиции.Мне думается, первое, что нужно сделать, – это нужно прекратить поставлять оружие в зону конфликта, а ведь это же продолжается. Повторю ещё раз, не принимать решений, которые навязывают одной из сторон, не приемлемые для развития событий. Вот что нужно сделать. Ничего там особо сложного нет. У нас очень добрые отношения, слава богу, вообще с арабским миром, но нам не хочется погружаться во внутриисламские конфликты, принимать участие в выяснении отношений между суннитами и шиитами, алавитами и так далее. Мы с равным уважением относимся ко всем. У нас очень добрые отношения и с Саудовской Аравией, у меня личные добрые отношения всегда были с Хранителем двух исламских святынь, с другими странами. Но наша позиция продиктована только одним – желанием создать благоприятную обстановку для позитивного развития ситуации на многие годы вперёд.

К.ОУЭН: Что вы скажете об ООН, в частности, как ООН реагировала на ситуацию в Сирии? Многие критикуют её за то, что она не смогла обеспечить выступление единым фронтом, превратившись в фиктивную организацию. Вы согласны с такой точкой зрения?

В.ПУТИН: Я думаю, как раз наоборот. Моё мнение полностью противоположно тому, которое Вы сейчас изложили. Если бы Организация Объединённых Наций, Совет Безопасности превратились в контору, которая бы штамповала решения одной из заинтересованных сторон, вот в этом случае она прекратила бы своё существование, как когда-то это сделала Лига Наций. А Совет Безопасности ООН и ООН в целом – это организация для поиска компромиссов. Это сложный процесс, но только в результате этой кропотливой работы нас может ждать успех.

К.ОУЭН: Понимаю. Ещё один вопрос, господин Президент. Отдельные западные и арабские государства всё это время тайно оказывали поддержку Свободной сирийской армии, а сейчас некоторые из них начали делать это в открытую. Но подвох тут в том, что есть подозрения, что в рядах Свободной сирийской армии служат боевики «Аль-Каиды», и история поворачивается таким образом, что многие страны, сами пострадавшие от ужасов терроризма, фактически поддерживают терроризм в Сирии. Вы согласны с такой оценкой?

В.ПУТИН: Вы знаете, всегда, когда кто-то хочет добиться результата, который, по его мнению, считается оптимальным, как правило, не брезгует средствами. Стараются использовать все возможности для достижения нужного результата. Что будет потом, как правило, об этом в ходе работы, по достижении результата не думают. Так было во время афганских событий, когда Советский Союз вошёл своими Вооружёнными Силами в Афганистан, когда наши сегодняшние партнёры поддерживали там повстанческое движение и, по сути, создали «Аль-Каиду», которая затем нанесла удар по самим Соединённым Штатам.

Сегодня кто-то хочет использовать бойцов «Аль-Каиды» либо людей из других организаций, но с такими же крайними взглядами для достижения своих целей в Сирии. Это очень опасная и недальновидная политика. Но тогда нужно взять сейчас и открыть ворота Гуантанамо и оттуда всех узников Гуантанамо запустить в Сирию, пускай повоюют. Ведь на самом деле это то же самое. Просто не нужно забывать, что потом эти граждане нанесут удар своим благодетелям. А этим гражданам нельзя забывать, что для них будет создана другая тюрьма наподобие той, которая сейчас создана рядом с Кубой. Это, ещё раз хочу подчеркнуть, политика недальновидная. И, как правило, вот такой подход ведёт к очень тяжёлым последствиям.

К.ОУЭН: Давайте теперь посмотрим на ситуацию шире, не только в контексте Сирии, которую вы упомянули. В Сирии бушует гражданская война, конфликты не стихают в Бахрейне и в Саудовской Аравии. Да, в Египте, Ливии и Тунисе поспокойнее, как Вы только что отметили. Но, давая общую оценку тем перипетиям, той смуте, что мы наблюдали на Ближнем Востоке, – несёт это добро или зло? И куда это заведёт весь регион?

В.ПУТИН: Знаете, по этому вопросу можно дискутировать до утра, и может быть, времени будет недостаточно. Для меня совершенно очевидно, что эти события подготовлены самим ходом истории, развития этих государств. Руководители этих стран явно просмотрели необходимость перемен, не почувствовали тех тенденций, которые происходят в их собственных странах и в мире, и не произвели своевременно необходимых реформ. Это результат прежде всего такого состояния дел. Благо это или это приведёт к большим проблемам, пока трудно сказать.

То, что это происходило именно в такой малоцивилизованной форме, с таким уровнем насилия и не привело пока, во всяком случае, к созданию таких устойчивых политических структур, которые могли бы решить экономические и социальные проблемы в обществах тех стран, в которых эти события прошли, вот эти обстоятельства всё-таки вызывают большие опасения и большую тревогу по поводу того, как будут развиваться события. Потому что всё-таки, в конце концов, люди в этих странах, которые устали от прежних режимов, ожидают от новых правительств эффективного решения, прежде всего их социальных и экономических проблем. Но если не будет политической стабильности, то эти проблемы решены быть не могут.

К.ОУЭН: Давайте обратимся к США, к предстоящим президентским выборам, которых все мы с волнением ожидаем. Безусловно, кнопка перезагрузки отношений с Россией была решительно нажата Бараком Обамой, и за последние четыре года в этом процессе были свои взлёты и падения, но по-прежнему остаётся проблема ПРО в Восточной Европе, вызывающая обеспокоенность России. Если Обама будет переизбран, что будет определять новую главу в истории российско-американских отношений, и будет ли эта глава приемлема для вас?

В.ПУТИН: Мне представляется, что за последние годы, за последние четыре года Президенту Обаме и Президенту Медведеву удалось многое сделать в укреплении российско-американских отношений. Подписан новый Договор СНВ, Россия при поддержке Соединённых Штатов стала полноправным членом Всемирной торговой организации, были и другие позитивные элементы в наших двусторонних отношениях, имея в виду укрепление нашего сотрудничества по борьбе с терроризмом, с организованной преступностью, по сдерживанию распространения оружия массового уничтожения, то есть позитива накоплено немало. Но проблема, которую Вы упомянули, проблема ПРО, противоракетная оборона Соединённых Штатов, она, конечно, является сегодня одной из ключевых, потому что затрагивает жизненно важные интересы Российской Федерации. На экспертном уровне для всех понятно, что решение этой проблемы в одностороннем порядке международную стабильность не улучшает. Это, по сути, стремление нарушить стратегический баланс. А это очень опасная вещь, потому что любая другая сторона будет стремиться к обеспечению своей обороноспособности, что может просто привести к гонке вооружений. Возможно ли эту проблему решить, если Президентом Соединённых Штатов на второй срок будет избран действующий Президент Обама? Принципиально – да. Но дело не только в самом Президенте Обаме. Мне думается, что он искренне хочет эту проблему решить.

У нас недавно с ним была встреча на полях саммита «двадцатки» в Лос-Кабосе в Мексике, мы имели возможность поговорить. Правда, больше говорили о Сирии, но всё равно я же чувствую настрой своего партнёра, собеседника. Мне кажется, что он искренний человек и реально хочет многое поменять к лучшему. Но сможет ли он это сделать, дадут ли ему? Ведь есть и военное лобби, есть Госдеп с его достаточно консервативной машиной. Кстати, он мало чем отличается от нашего Министерства иностранных дел. Там сложились такие профессиональные кланы в течение десятилетий. Ведь для того чтобы решить проблему ПРО, надо согласиться и внутренне принять, что мы друг для друга являемся надёжными партнёрами и союзниками. Потому что решить проблему ПРО – что это значит? Это значит вместе решать вопросы, связанные с ракетными угрозами, и согласиться с тем, что обе стороны имеют равноценный доступ к управлению этой системой. Это чрезвычайно чувствительная сфера деятельности в оборонной сфере. Я не знаю, готовы ли наши партнёры к такому сотрудничеству.

К.ОУЭН: Может ли Россия сделать какие-то шаги в направлении оптимального решения для обеих сторон, для компромисса?

В.ПУТИН: Мы уже всё сделали. Мы предложили вот эту работу. Наши партнёры пока отказываются. Что мы ещё можем сделать? Можем продолжать дальше вести диалог. Мы и будем это делать, но, разумеется, по мере того, как наши американские друзья развивают свою собственную систему противоракетной обороны, мы будем думать о том, как защитить себя и сохранить этот стратегический баланс.

Кстати говоря, что касается и европейских партнёров Соединённых Штатов, и наших европейских партнёров, чтобы было понятно, что европейцы не имеют к этому никакого отношения. Я думаю, что Вам как европейцу это должно быть ясно. Это чисто американская система противоракетной обороны, причём стратегическая, и в европейской части вынесенная на периферию. Европейцы ведь тоже не имеют никакого доступа ни к определению угроз, ни к управлению, так же как и Россия. Но мы предлагали в своё время, чтобы мы делали это как минимум втроём, но пока наши партнёры с этим не соглашаются.

К.ОУЭН: Иными словами, будем считать, что Вы сможете работать с Бараком Обамой, если его переизберут. А если выберут Митта Ромни? У меня здесь подборка его цитат за последние один-два месяца. Человек, который может оказаться в Белом Доме, говорит: «Россия – наш безусловный геополитический противник номер один, всегда отстаивающая худшее, что есть в мире». Затем он отмечает: «На мировой арене Россия ведёт себя недружелюбно».Сможете ли Вы работать с этим человеком?

В.ПУТИН: Сможем. Кого американский народ изберёт, с тем и будем работать, но будем работать настолько эффективно, как этого захотят наши партнёры.

Что же касается позиции господина Ромни, мы понимаем, что она отчасти носит предвыборный характер, это предвыборная риторика, но думаю, что она, конечно, безусловно, ошибочна. Потому что вести себя так на международной арене – это всё равно что использовать инструменты национализма и сегрегации во внутренней политике своей собственной страны. На международной арене – то же самое, когда политический деятель либо человек, претендующий на то, чтобы быть главой государства, тем более такой великой страны, как Соединённые Штаты, уже априори кого-то объявляет своим врагом. Кстати говоря, это наводит нас на другую мысль.

Вот мы говорим о системе противоракетной обороны. И нам наши американские партнёры говорят: «Это не против вас». А что, если Президентом Соединённых Штатов будет господин Ромни, который считает нас врагом №1? Значит, это тогда уж точно будет против нас, потому что технологически там всё выстроено именно таким образом.

А если иметь в виду, что ПРО рассчитана не на один год и даже не на одно десятилетие, и возможность прихода к власти человека со взглядами господина Ромни очень высока. Как мы должны себя вести, чтобы обеспечить свою безопасность?

К.ОУЭН: Я также хотел бы поговорить о том, как разворачиваются события по делу Магнитского. США и в последнее время Великобритания составляют список российских чиновников, которых они подозревают в причастности к гибели Магнитского. Хочу напомнить нашим зрителям, что этот крупный финансовый консультант скончался в российской тюрьме. За рубежом многие по-прежнему думают, что здесь, в России, следствие было необъективно, что виновные не понесли должного наказания. Откуда взялось такое мнение?

В.ПУТИН: Просто есть такие люди, которые этого хотят. Им нужен враг, им нужен образ врага, они должны с кем-то бороться. Вы знаете, что в тюрьмах тех стран, которые обвиняют Россию, сколько там гибнет людей, в тюрьмах? Очень большое количество! Вот Соединённые Штаты инициировали «список Магнитского». Вы знаете, что в России нет смертной казни? Вам это известно? А в США есть. И там казнят женщин в том числе. Всему цивилизованному обществу известно, что при применении смертной казни нередко происходят и судебные ошибки, даже в том случае, когда человек полностью признаёт свою вину, а потом задним числом выясняется, что на самом деле он этого преступления не совершал. Я уж не говорю о том, что отнять жизнь у человека позволено только Господу Богу. Но это отдельная дискуссия, большая, философская. Мы могли бы, наверное, объявить не один список, имея в виду тех, кто применяет смертную казнь в других странах. Но мы этого не делаем.

Что касается Магнитского, это, конечно, трагедия, когда человек умер в тюрьме. И, разумеется, должно быть проведено тщательное расследование. Если кто-то виноват, значит, этот кто-то должен быть наказан. Но я хочу что подчеркнуть? Здесь нет никакой, просто ровно никакой политической подоплёки. Если есть трагедия, то она носит чисто уголовно-правовой и формальный характер. Ничего за этим больше нет. Но кому-то хочется испортить отношения с Россией. Кто-то объявил невъездными в свои страны каких-то наших чиновников, которые якобы имеют отношение к гибели господина Магнитского, о чём я, безусловно, очень сожалею и приношу соболезнования его семье. Но что в таких случаях должна сделать Россия? Принять адекватные меры, объявить список чиновников другой стороны, которая приняла в отношении России такие меры. Так и делать.

К.ОУЭН: То есть это дело однозначно не будет пересматриваться в России?

В.ПУТИН: Какое дело? Мы что там должны пересматривать? Мы должны определить только, виноват ли кто-то в гибели этого человека или нет. Если кто-то виноват, на нём лежит какая-то ответственность, то он должен быть привлечён сам к ответственности. Вот и всё. И здесь нет никакой подоплёки политического характера, хочу это подчеркнуть. Но в этом нужно просто профессионально разобраться.

И конечно, российские власти намерены это сделать. Прокуратура этим занимается.

К.ОУЭН: Спасибо. А сейчас о суде над панк-группой «Пусси Райот» и приговоре. Очень многие говорили, что вынесенный им приговор слишком суров, что это дело раздули на пустом месте, что в результате это придало действиям девушек ещё большую огласку и принесло поддержку общественности. Конечно, что сделано, того не вернёшь – и всё-таки, по Вашему мнению, могло ли быть иное решение?

В.ПУТИН: А Вы могли бы перевести название группы на русский язык? Вы ведь уже не один год живёте в России.

К.ОУЭН: Не могу сказать, как «Пусси Райот» переводится на русский, может быть, Вы подскажете?

В.ПУТИН: А Вы можете перевести само слово на русский язык или нет? Или Вам неудобно это сделать по этическим соображениям? Думаю, что это неудобно сделать по этическим соображениям. Даже в английском языке это звучит неприлично.

К.ОУЭН: Я бы перевёл это слово как «кошка», но может быть, я чего-то не понимаю. Считаете ли Вы, что можно было что-то сделать иначе? Можно ли из происшедшего извлечь какие-то уроки?

В.ПУТИН: Всё Вы понимаете, Вы всё прекрасно понимаете, не нужно делать вид, что Вы чего-то не понимаете. Просто граждане эти навязали общественному мнению своё название и заставили всех вас произносить его вслух. Ведь это неприлично, но бог с ними.

Хотел бы сказать вот о чём, что я считал и считаю, что наказание должно быть адекватно содеянному. Я сейчас не готов и не хочу комментировать решение российского суда, но хотел бы обратить Ваше внимание просто на моральную сторону дела. Она в чём заключается?

Во-первых, не знаю, известно Вам или нет, но пару лет назад в одном из больших супермаркетов Москвы они повесили три чучела, одна из участниц этой группы сегодняшней повесила три чучела в публичном месте с надписью, что нужно освободить Москву от евреев, от гомосексуалистов и от гастарбайтеров – иностранных рабочих. Мне кажется, что уже тогда власти должны были бы обратить на это внимание. После этого они устроили сеанс группового секса в публичном месте. Это, как говорится, их дело, люди вправе заниматься всем, чем хотят, если это не нарушает закон, но в публичном месте, мне кажется, что уже тогда следовало бы обратить на это внимание властей. Потом ещё выложили [запись] в интернет. Некоторые из любителей говорят, что групповой секс лучше, чем индивидуальный, потому что здесь, так же как в любой коллективной работе, сачкануть можно. Но повторяю, это дело каждого конкретного человека, но выкладывать в интернет – это, на мой взгляд, вопрос спорный и мог бы подлежать тоже какой-то правовой оценке.

То, что они сделали в храме: они сначала в Елоховскую церковь пришли и там устроили шабаш, потом перебрались в другой храм и там устроили ещё один шабаш. Вы знаете, у нас в стране есть очень тяжёлые воспоминания начального периода советского времени, когда пострадало огромное количество священников, причём не только православных священников, но и мусульман, и представителей других религий. Просто советская власть, особенно в первый период своего существования, очень жестоко расправлялась с представителями религиозных конфессий. Было уничтожено много церквей, все наши традиционные конфессии понесли огромный ущерб. И в целом государство обязано защищать чувства верующих.

Является ли оправданным приговор, является ли он обоснованным и является ли он адекватным содеянному, я сейчас не буду комментировать. Я думаю, что у этих девушек есть адвокаты, и они должны заниматься представлением их интересов в суде. Могут оспорить приговор в вышестоящей инстанции и добиваться его пересмотра. Но это их дело, это чисто юридический вопрос.

К.ОУЭН: Как Вы думаете, реалистично рассчитывать на досрочное освобождение?

В.ПУТИН: Я даже не знаю, их адвокаты обращались в вышестоящую инстанцию или нет. Просто я не слежу за этим. Но если вышестоящая инстанция будет рассматривать, она вправе принять любое решение. Понимаете, я просто стараюсь не касаться этого дела вообще. Я знаю о том, что там происходит, но я туда совершенно не влезаю.

К.ОУЭН: В России и за её пределами многие считают, что с тех пор как Вы вернулись на пост Президента, началось «закручивание гаек» в отношении оппозиции. Был принят более жёсткий закон о клевете, где увеличены штрафы за распространение ложных сведений, закон о цензуре в интернете для защиты детей. И всё это при Вашей поддержке. Как, на Ваш взгляд, найти оптимальный баланс между здоровой оппозицией и поддержанием правопорядка? Каково Ваше мнение?

В.ПУТИН: Я хотел поинтересоваться, а разве в других странах нет законов, запрещающих детскую порнографию, в том числе и в интернете?

К.ОУЭН: Конечно, есть.

В.ПУТИН: Есть? А у нас не было до сих пор. Если мы начали защищать своё общество, своих детей от этих посягательств…

К.ОУЭН: Возможно, так был выбран момент? Как раз тогда Вы вновь заняли президентское кресло, и это выглядело как довольно жёсткий шаг с Вашей стороны….

В.ПУТИН: Вы знаете, я стараюсь об этом просто не думать, я стараюсь делать то, что считаю правильным и нужным для нашей страны, для наших граждан, для наших людей. И буду так поступать в будущем. Конечно, я смотрю, что происходит по сторонам, как реагируют в мире. Но эта реакция не может быть основным мотивом моего поведения. Основным мотивом может быть только интерес российского народа, а наши дети нуждаются в такой защите. Никто не собирается использовать это как инструмент борьбы с интернетом, ограничение свобод в интернете, но мы вправе защитить наших детей.Что же касается в целом «закручивания гаек», то это надо понять, о чём мы говорим. Что такое «закручивание гаек»? Если под этим понимать требование ко всем, в том числе и к представителям оппозиции, исполнять закон, то да, это требование будет последовательно реализовываться.

Скажите, полтора или два года назад в Великобритании мы были свидетелями массовых беспорядков на улице, в результате которых пострадали люди, нанесён был большой ущерб имуществу. Разве лучше доводить до такого состояния, а потом в течение года всех отлавливать и сажать в тюрьму? Может быть, лучше не допускать таких проявлений? Это первая часть.

Теперь вторая часть, по сути и по существу. Я, как Вы знаете, самым активным образом поддержал переход к новой системе приведения к власти руководителей российских регионов путём прямого тайного голосования населения. Но я не только это поддержал год назад, я сделал следующий шаг. Я, уже будучи избранным Президентом на следующий срок, внёс в парламент страны новый законопроект о выборах верхней палаты российского парламента. Вот это реальные шаги по пути демократизации нашего общества и государства.

Были инициированы и другие предложения, в частности, в законодательном процессе. Государственная Дума – сейчас мы в предварительном плане с депутатами Госдумы рассматриваем возможность использования интернет-голосования по ключевым вопросам нашего развития, и если 100 тысяч какой-то проект набирает в интернете, он должен быть потом рассмотрен в Государственной Думе. Вот сейчас мы как раз обсуждаем этот вопрос, как реализовать это предложение. Есть и другие предложения фундаментального характера. Мы ставим перед собой цель развития нашего общества, дальнейшей его демократизации и по этому пути будем двигаться дальше, не собираемся с него сворачивать.

К.ОУЭН: Мы начали разговор с предстоящего саммита АТЭС, куда Вы вскоре вылетаете. Там Вы встретитесь с председателем КНР Ху Дзиньтао, однако с Бараком Обамой не увидитесь – он не приедет, вместо него прибудет Хилари Клинтон. Конечно, мы знаем, что у него плотный график, но, возможно, это говорит о его отношении к АТЭС? Может быть, это свидетельство того, что Китай становится всё более важным геополитическим и торговым партнёром для России?

В.ПУТИН: Китай действительно становится серьёзным центром мировой экономики и мировой политики. Вообще в мире происходит определённый сдвиг в центрах экономического и политического влияния. Это очевидный факт, это всем понятно, вопрос только в темпах этого движения. Китай становится таким центром не только для нас, а для всех своих партнёров в мире, мы здесь никакое не исключение. Разница только в том, что Китай – наш сосед, а мы – соседи Китая. У нас выработались тысячелетиями особые отношения между собой. У нас были и очень позитивные годы сотрудничества, очень эффективные для обеих стран. Были и тяжёлые времена, когда мы конфликтовали. Сейчас уровень российско-китайских отношений беспрецедентно высокий, очень доверительный и в политической сфере, и в области экономики. Мы в ближайшие годы, безусловно, достигнем планки оборота в 100 миллиардов долларов. У нас с Европой 51 процент, 200 с лишним миллиардов, с Китаем будет 100. Это уже такое серьёзное движение вперёд.

То, что на этом саммите не будет Президента Обамы, нам американские партнёры об этом сказали давно. Связано это с внутриполитическими событиями, с предвыборной кампанией в США, здесь нет ничего необычного. Соединённые Штаты будут представлены на высоком уровне. Мы об этом знаем, повторяю, уже несколько месяцев, относимся с пониманием. Там у нас будет представительство очень высокое – 20 стран, все представлены первыми лицами и главами правительств и государств.

То, что на этот раз Президенту США не удалось приехать, что же поделать, жаль. Я думаю, что если бы такая возможность была, он воспользовался, имея в виду, что и для самих Соединённых Штатов это же хорошая площадка, чтобы пообщаться с коллегами в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Не только с нами, но и с другими коллегами. А мы совсем недавно с Президентом встречались, я уже об этом говорил, в Мексике, имели возможность поговорить подробно по проблемам двусторонних отношений, по основным ключевым мировым событиям, так что у нас диалог продолжается.

К.ОУЭН: Возвращаясь к внутренней политике, давайте поговорим о коррупции. В России это слово у всех на устах. Вы тоже поднимали этот вопрос, но приоритетным его сделал Ваш предшественник. Однако, покидая свой пост, Дмитрий Медведев назвал свои достижения в этой области скромными. Насколько серьёзной Вы считаете проблему коррупции в России сегодня, в 2012 году, и как намерены с ней бороться?В.ПУТИН: Коррупция – это проблема для любой страны. Кстати говоря, она в любой стране присутствует: и в европейских странах, и в Соединённых Штатах. Там многие вещи легализованы. Лоббирование интересов частных компаний – это что, коррупция или нет? Но вроде как в рамках закона и вроде всё нормально. Но как посмотреть. Поэтому эта проблема существует, повторяю, во многих странах.

Важен, конечно, объём и степень, уровень. Он у нас очень высокий. Это характерно практически для всех стран с переходной экономикой. Связано это с тем, что новые экономические модели нарождаются, не всё отрегулировано, государство не всё контролирует. С моралью связано. Особенно, знаете, переход от плановой экономики и социалистической морали к морали, основанной на вечных ценностях. Это довольно сложный процесс, особенно если этот процесс в рыночной экономике связан с быстрым обогащением отдельной группы или конкретных физических лиц. Это обществом воспринимается очень болезненно и негативно. Простой человек думает про себя: но если этим можно миллиарды заработать за пару лет, почему мне нельзя сделать то-то и то-то, даже если это не очень согласуется с проблемами морали и закона?

Вот это всё как бы размывает фундаментальную базу борьбы с коррупцией. Это нелёгкий процесс. Но, безусловно, это важное направление нашей работы, и оно будет продолжено.

К.ОУЭН: Вы перечислили немало причин. Но с чего начинать? И когда можно ждать существенных результатов?

В.ПУТИН: Начинать нужно с того, чтобы добиться неприятия всем обществом этого явления. Ведь коррупция имеет как минимум двух участников – это взяткодатели и взяткополучатели, и часто так называемый взяткодатель ведёт себя активнее, чем взяткополучатель. Поэтому это и воспитательная работа, это улучшение деятельности правоохранительных органов, это создание такой нормативно-правовой базы, которая бы минимизировала возможность коррупционных проявлений. Это многоплановая работа, очень чувствительная и непростая. Мы по всем этим направлениям и будем действовать.

К.ОУЭН: Возможно, один из практических способов решения этой проблемы – новый законопроект, запрещающий государственным служащим открывать счета и покупать собственность за границей. Но разве он помешает делать это через подставных лиц? Как воспрепятствовать этому?

В.ПУТИН: Можно, конечно. Этот закон ещё не принят, он внесён в Государственную Думу. Это, конечно, определённые ограничения для граждан, которые занимаются государственной деятельностью, потому что сегодня в соответствии с нашим законодательством любой гражданин Российской Федерации имеет право иметь счёт в иностранном банке, иметь недвижимость. Но для чиновников, особенно чиновников высокого ранга, могут быть введены ограничения. Я здесь не вижу ничего необычного, особенно для наших реалий и нашей действительности. Но депутаты Государственной Думы должны будут сначала обосновать свою позицию, разработать этот закон в деталях.

В целом я считаю, что он возможен и в какой-то части, конечно, будет способствовать и борьбе с коррупцией. Потому что, если человек хочет посвятить себя действительно служению своей стране, своему народу, тогда он должен согласиться с тем, что хочет иметь счёт – пускай имеет счёт здесь, в России, в том числе в иностранном банке. Почему нет? У нас же много филиалов иностранных банков работает. Открывай счёт здесь. Зачем обязательно ехать в Австрию или в Соединённые Штаты и там открывать счёт? Если ты связываешь свою судьбу с этой страной, пожалуйста, будь любезен тогда, здесь изъявляй все свои интересы, в том числе и материального характера, и не прячь их куда-нибудь под сукно.

К.ОУЭН: Хочу воспользоваться этой возможностью и задать Вам вопрос о деле Джулиана Ассанжа и его судебных разбирательствах с Великобританией и рядом других государств. Ассанж, как вам известно, наконец-то получил политическое убежище в Эквадоре, которым он пока не может воспользоваться, поскольку фактически заперт на территории эквадорского посольства. Как Вы прокомментируете позицию Великобритании? Ведь в какой-то момент речь шла о том, чтобы отозвать дипломатический иммунитет посольства, ворваться внутрь и захватить Ассанжа. Довольно странно: ведь Россия тоже хотела бы пообщаться с отдельными подозреваемыми, которые живут в Великобритании, где они получили надёжное убежище…В.ПУТИН: Это такой раздражающий момент, конечно, в наших отношениях с Великобританией, это факт. Я говорил не с действующими руководителями Правительства, но с прежними моими партнёрами и друзьями, как раз указывал им на то, что в Великобритании скрываются люди, у которых руки по локоть в крови, которые реально воевали здесь, на нашей территории, с оружием в руках, людей убивали. Знаете, какой ответ получил? Да, и я сказал: «Представь себе, что мы бы прятали здесь каких-то боевиков, скажем, Ирландской республиканской армии, но не тех, которые сегодня договариваются с властями и ищут компромиссы, идут на эти компромиссы, – дай бог им здоровья, абсолютно правильные люди, здравые, но были и люди других убеждений, вот я говорю, – представь себе, что мы прятали бы таких людей у себя». Знаете, какой ответ получил? «Но ведь было же такое, когда Советский Союз таким людям помогал».

Во-первых, я сам бывший сотрудник разведки Советского Союза. Я не знаю, помогал или нет. Я просто никогда этим не занимался, даже если предположить, что такое было, но это было в условиях «холодной войны». Ситуация изменилась кардинально, и Советского Союза уже нет, есть новая Россия. Разве можно жить в плену старых фобий, в плену прежних представлений о характере международных отношений и отношений между нашими странами? Бог с ним, в конце концов. Нам всё время говорят о независимости судебной системы в Великобритании. Вот она принимает такое решение, и никто не может с этим ничего поделать.

Что касается Ассанжа, его решили выдать. Что это такое? Конечно, это двойной стандарт, ясно. Я не берусь утверждать наверняка. Но, насколько мне известно, Эквадор обратился к властям Швеции за гарантиями того, что Ассанж не будет выдан из Швеции в США. Никаких гарантий до сих пор не получили. Это, конечно, наводит на мысль (как минимум наводит на мысль) о том, что это политическое дело.

К.ОУЭН: Мы будем следить за ситуацией.

Мы обсуждали с Вами отдельные проблемы современной России, и одна из таких давних проблем связана с наркоторговлей, поставками наркотиков из Афганистана. С тех пор как НАТО более десяти лет назад вторглось в Афганистан, объём нелегальной торговли возрос многократно, а что же будет, когда к 2014 году контингент будет выведен? Можно ли надеяться, что Вы решите проблему афганского наркотрафика в Россию?

В.ПУТИН: Пока не решается. Действительно, мы постоянно ведём диалог с нашими партнёрами, в том числе и с теми странами, военные контингенты которых присутствуют сейчас на территории Афганистана. Ситуация не улучшается, а, наоборот, деградирует. За прошлый год количество наркотиков, произведённых в Афганистане, увеличилось на 60 процентов.

Кстати говоря, я уже не помню, боюсь ошибиться в абсолютных цифрах, но процентов 90, наверное, героина на рынке Великобритании афганского происхождения. Это наша общая беда и общая угроза. Для России это очень серьёзная угроза нашей национальной безопасности, без всякого преувеличения. У нас из всего афганского наркотрафика где-то свыше 20 процентов остаётся на территории России. 70 тонн героина в прошлом году и примерно 56 тонн опия – это огромные цифры, безусловно, составляющие угрозу нашей национальной безопасности.

К.ОУЭН: Уточните, пожалуйста, для наших телезрителей: почему эта проблема усугубилась после вступления войск НАТО в Афганистан? Есть тут какая-то связь? Почему так случилось?

В.ПУТИН: Связь простая. Сейчас я не хочу говорить ни о каких криминальных проявлениях, но ни одна из стран, которые присутствуют военными контингентами на территории Афганистана, не хочет усугублять своего положения борьбой с наркотиками, потому что наркотики кормят Афганистан – 9 процентов ВВП страны складываются из торговли наркотиками. Для того чтобы 9 процентов заместить, надо заплатить, а платить никто не хочет. А просто говорить о том, что мы сейчас заместим доходы, получаемые от продажи наркотиков, другими доходами, разговоров недостаточно. Нужна реальная экономическая политика и финансовая поддержка. К этому, похоже, никто не готов. И никто не хочет усугублять своего положения в этой связи борьбой с наркотиками, потому что оставить людей голодать без всяких этих наркотических продаж – это значит нажить себе на территории страны дополнительное количество врагов, людей, которые будут бороться с теми, кто борется с наркотиками. Вот и всё.Конечно, наркотики связаны очень тесно с терроризмом, с организованной преступностью, но это практически ведь все знают, знают, что часть доходов от наркотиков идёт на поддержание террористической деятельности. Но даже понимание этого обстоятельства и того, что наркотики, производимые в Афганистане, захлёстывают Европу, всё-таки не побуждает наших партнёров к активной работе по этому направлению. Прискорбно это очень.

К.ОУЭН: И последний момент, господин Президент. На саммите АТЭС Вы будете обсуждать финансовые и денежные вопросы, рассматривать ситуацию в мировой экономике в целом. Как Вы полагаете, ждёт ли нас вторая волна мирового кризиса? А если да, справится ли Россия в этот раз, как и в прошлый, достаточно ли вы хорошо подготовлены?

В.ПУТИН: Я думаю, что сейчас мы ещё лучше подготовлены, потому что мы прошли предыдущую волну кризиса и у нас есть уже понимание, что и как нужно делать, есть инструменты борьбы с кризисом.

Более того, ещё в прошлом году я дал поручение Правительству, ещё прошлому составу Правительства, эти инструменты, имеющиеся у нас и испробованные, совершенствовать, подготовить проекты законодательных актов, поправить нормативную базу. Мы попросили у парламента, и парламент согласился, выделил определённую сумму денег, 200 миллиардов в резервный фонд для Правительства. Так что в целом у нас инструменты есть.

У нас, как вы знаете, и рост экономики приличный был, самый высокий в мире среди крупных экономик после Китая и Индии – 4,2 процента. Средний рост экономики в Европе, в еврозоне был 3,9 процента, у нас был 4,2. Кстати говоря, в еврозоне прогнозируется и Международным валютным фондом, и Всемирным банком отрицательный рост, минус 0,3 процента в следующем году. В этом году мы всё-таки планируем плюс, причём плюс от 4 до 5 процентов. Вот это самое главное условие, которое говорит нам о том, что в целом Россия если и столкнётся с проблемами, то у неё будет достаточно инструментов для борьбы с этими вызовами и угрозами.

Растут наши золотовалютные резервы, они практически восстановились до докризисного уровня. Мы третья в мире страна по объёму золотовалютных резервов после Китая и Японии, у нас 500 с лишним миллиардов долларов золотовалютных резервов. Одновременно восстанавливаются и резервы Правительства. У нас два резервных фонда Правительства: Фонд национального благосостояния, где 80 миллиардов долларов, в пересчёте на доллары, и где-то 60 миллиардов долларов – Резервный фонд, из которого мы финансируем дефицит бюджета, если он возникает. Но дефицита у нас нет. У нас с профицитом, с небольшим, но с профицитом, свёрстан бюджет прошлого года. У нас минимальный уровень безработицы. Если в еврозоне в среднем 11,2 процента, а в таких странах, как Испания, – 25–26, среди молодёжи – уже под 70 процентов, у нас ниже докризисного уровня – 5,1 процента уровень безработицы.

Но это всё нас совершенно не расслабляет, мы прекрасно понимаем, что самое каверзное во всех этих процессах в мировой экономике в том, что она непредсказуемо развивается, и где появятся основные сложности и основные угрозы, предсказать почти невозможно. Поэтому мы смотрим внимательно за тем, что происходит в соседних странах, в наших странах-партнёрах.

Мы желаем успеха, мы стараемся помочь искренне, по-партнёрски. Потому что любой сбой в экономике, скажем, еврозоны больно, болезненно отражается на нашей экономике. Это основные рынки сбыта наших товаров. Если они сокращаются, у нас сразу производство сокращается, падает. Поэтому мы заинтересованы в том, чтобы зона евро сохранилась, чтобы экономика наших основных партнёров заработала, задышала, чтобы локомотивы европейской экономики (Федеративная Республика Германия, Франция, Великобритания) были в хорошем состоянии. Это всегда находится в поле нашего зрения и внимания. Вот этому будет посвящена, разумеется, в первую очередь дискуссия на саммите АТЭС во Владивостоке.

К.ОУЭН: Желаю Вам всего самого наилучшего. С нами был Президент России Владимир Путин. Спасибо Вам большое.

В.ПУТИН: Спасибо Вам большое.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 6 сентября 2012 > № 640248 Владимир Путин


Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 6 сентября 2012 > № 640248 Владимир Путин

В преддверии саммита АТЭС Владимир Путин дал интервью телеканалу Russia Today.

Запись интервью состоялась 3 сентября в загородной резиденции Ново-Огарёво.

К.ОУЭН:Здравствуйте! Имею удовольствие сообщить, что сегодня мы берём интервью у Президента Российской Федерации Владимира Путина. Для нас это особая честь, так как именно нашему каналу российский лидер решил дать своё первое после инаугурации интервью.Большое спасибо, что согласились уделить нам время.

И первый мой вопрос будет касаться уже начавшегося саммита АТЭС. Уже скоро вы отправитесь во Владивосток. Россия впервые организует это важнейшее мероприятие. Но всегда возникает вопрос: каковы практические результаты подобных мероприятий, таких как АТЭС, «большая восьмёрка», «большая двадцатка»?

С одной стороны, АТЭС – организация по большей части экономическая, политика в ней тоже в значительной степени присутствует. Многие ключевые участники, в том числе Вы, в том числе США, не могут договориться по ряду важнейших вопросов. Я имею в виду конфликт в Сирии, систему ПРО, иранскую проблему. Нет ли опасности, что политика начнёт подавлять экономику, блокировать крупные экономические сделки, которые эти же самые ключевые участники надеются во время саммита заключить или хотя бы обсудить?

В.ПУТИН: Это правда. Но дело в том, что (Вы сами сейчас об этом сказали) АТЭС изначально задумывался как форум для обсуждения экономических проблем. И именно на этом мы как страна-хозяйка, принимающая сторона, намерены тоже сосредоточить своё внимание – именно на проблемах экономического, социально-экономического характера.

Изначально, когда АТЭС создавался, во главу угла была поставлена цель либерализации мировой экономики. И мы намерены этот вопрос сделать ключевым в ходе обсуждения во Владивостоке.

Когда я приглашал наших коллег собраться именно в России, в Российской Федерации (это было лет 5 тому назад), я как раз исходил из того, что для России это направление нашей деятельности является крайне важным, имея в виду, что две трети российской территории находится в Азии, а основные объёмы товарооборота, более 50 процентов, приходятся на Западную Европу, и только 24 процента нашего торгового оборота приходятся на Азию. А это, между тем, быстро, интенсивно развивающийся регион. Мы с вами это хорошо знаем, и для всех это хорошо известно. Поэтому мы намерены сосредоточиться прежде всего на проблемах экономики, как я сказал, либерализации мировой экономики, на транспорте, на продовольственной безопасности человечества. Хорошо известно, что за последний год количество голодающих людей в мире резко возросло – на 200 миллионов человек. Это уже миллиард человек в мире, которые испытывают проблемы с продовольствием, люди голодают. Я думаю, что эти, так же как и ряд других проблем, крайне важных, чувствительных для миллионов людей на планете, и будут в центре нашего внимания.

Что касается Сирии, других «горячих» точек, вопросов, которые на слуху, разумеется, в ходе дискуссии, в ходе двусторонних встреч так или иначе мы будем эти проблемы обсуждать, без этого не обойдётся.

К.ОУЭН: Может быть, всё-таки нужен практический результат? Может быть, на саммитах вроде АТЭС много тратят времени на бесполезные разговоры?

В.ПУТИН: Вы знаете, совсем недавно я принимал участие в Мексике в заседании «двадцатки». Как правило, такие мероприятия готовятся нашими помощниками, министрами, экспертами высокого уровня, но всё-таки ряд проблем так или иначе оказывается в центре внимания руководителей делегаций, лидеров государств, которые принимают участие. Так было, кстати говоря, и в Мексике. Я с любопытством и интересом наблюдал за столкновением мнений, принимал участие в этих дискуссиях. Думаю, что и здесь [во Владивостоке] будет не меньше дискуссий. Но Вы понимаете, дело в том, что только в результате кропотливой, если не ежедневной, то ежегодной, ежеквартальной, если позволите сказать таким бюрократическим языком, работы можно в конце концов выйти на приемлемые решения в таких чувствительных сферах, как, скажем, та же самая либерализация торговли. Ведь она касается тоже миллионов и миллионов людей.Вы знаете дискуссии, которые идут на площадке Всемирной торговой организации. Для нас этот саммит АТЭС является крайне важным и в связи с тем, что Россия стала полноправным членом Всемирной торговой организации. Мы создали на постсоветском пространстве Таможенный союз вместе с Беларусью и Казахстаном и Единое экономическое пространство, и для нас очень важен диалог, чтобы наши партнёры поняли, мы могли бы им объяснить, могли бы показать преимущества такого объединения на постсоветском пространстве, которое бы помогало нам в сотрудничестве. Тем более что эти объединения, о которых я сказал, они созданы на принципах ВТО.

К.ОУЭН: Спасибо за пояснения. Мы, если возможно, ещё вернёмся к АТЭС чуть позже. Вы затронули ещё один очень важный вопрос, который сейчас находится в центре внимания СМИ, – это ужасающие события, происходящие в Сирии в последние полтора года. За это время позиция России не изменилась. Вы высказывались против иностранного вмешательства, за то, чтобы своё будущее сирийский народ определял сам путём переговоров. Сама по себе идея прекрасна, но каждый день с обеих сторон гибнут люди. Не пора ли перейти от слов к делам? Возможно, России следует уже пересмотреть свою позицию?

В.ПУТИН: А почему только Россия должна переоценивать свою позицию? Может быть, и наши партнёры по переговорному процессу должны переоценить свою позицию? Ведь когда я вспоминаю то, что происходило в последние годы, и я хочу Вас вернуть к событиям последних лет, то далеко не все инициативы наших партнёров заканчивались так, как это им самим бы хотелось.

Возьмите примеры многих стран, в которых развиваются конфликты. Соединённые Штаты (позднее с союзниками) зашли в Афганистан. Сейчас все думают о том, как унести оттуда ноги. Если мы и разговариваем о чём-то, это о том, чтобы помочь в транзите выхода людей и техники из Афганистана.

Вы уверены, что там стабилизируется ситуация на десятилетия вперёд? Пока такой уверенности нет ни у кого.

А что происходит в арабских странах? Да, произошли известные события, скажем, в Египте, в Ливии, в Тунисе, в Йемене. Там что, наступил порядок и полное благополучие? А в Ираке что происходит?

В Ливии вообще до сих пор практически идёт вооружённая борьба между различными племенами. Я сейчас не буду говорить о том, как происходила смена власти. Это отдельная страница. Но нас что беспокоит? Я хочу это ещё раз сказать. Нас беспокоит, конечно, то, что сейчас происходит насилие в Сирии, но и не меньше беспокоит, что может быть после принятия соответствующих решений.

На наш взгляд, самым важным является сегодня прекратить насилие, заставить все стороны конфликта (и правительственную часть, и так называемых повстанцев, вооружённую оппозицию) сесть за стол переговоров, определить будущее, обеспечивающее безопасность всех участников внутриполитического процесса, и только после этого переходить к каким-то практическим шагам по поводу внутреннего устройства самой страны. Мы прекрасно понимаем, что там нужны перемены, но это совсем не значит, что перемены должны быть кровавыми.

К.ОУЭН: Хорошо, учитывая нынешнее положение дел в Сирии, которое Вам известно, каков должен быть следующий шаг? Каков Ваш реалистический прогноз развития ситуации?

В.ПУТИН:Мы в Женеве предложили собраться нашим партнёрам по переговорному процессу. Все действительно собрались и выработали там дорожную карту того, что и как надо было бы делать для того, чтобы в Сирии наступило спокойствие и ситуация вышла бы на конструктивный путь развития. Практически все с нами согласились, мы ознакомили с этими результатами и сирийское правительство, но потом повстанцы, по сути, не захотели признавать этих решений, и многие наши партнёры по переговорному процессу также по-тихому съехали с этой позиции.Мне думается, первое, что нужно сделать, – это нужно прекратить поставлять оружие в зону конфликта, а ведь это же продолжается. Повторю ещё раз, не принимать решений, которые навязывают одной из сторон, не приемлемые для развития событий. Вот что нужно сделать. Ничего там особо сложного нет. У нас очень добрые отношения, слава богу, вообще с арабским миром, но нам не хочется погружаться во внутриисламские конфликты, принимать участие в выяснении отношений между суннитами и шиитами, алавитами и так далее. Мы с равным уважением относимся ко всем. У нас очень добрые отношения и с Саудовской Аравией, у меня личные добрые отношения всегда были с Хранителем двух исламских святынь, с другими странами. Но наша позиция продиктована только одним – желанием создать благоприятную обстановку для позитивного развития ситуации на многие годы вперёд.

К.ОУЭН: Что вы скажете об ООН, в частности, как ООН реагировала на ситуацию в Сирии? Многие критикуют её за то, что она не смогла обеспечить выступление единым фронтом, превратившись в фиктивную организацию. Вы согласны с такой точкой зрения?

В.ПУТИН: Я думаю, как раз наоборот. Моё мнение полностью противоположно тому, которое Вы сейчас изложили. Если бы Организация Объединённых Наций, Совет Безопасности превратились в контору, которая бы штамповала решения одной из заинтересованных сторон, вот в этом случае она прекратила бы своё существование, как когда-то это сделала Лига Наций. А Совет Безопасности ООН и ООН в целом – это организация для поиска компромиссов. Это сложный процесс, но только в результате этой кропотливой работы нас может ждать успех.

К.ОУЭН: Понимаю. Ещё один вопрос, господин Президент. Отдельные западные и арабские государства всё это время тайно оказывали поддержку Свободной сирийской армии, а сейчас некоторые из них начали делать это в открытую. Но подвох тут в том, что есть подозрения, что в рядах Свободной сирийской армии служат боевики «Аль-Каиды», и история поворачивается таким образом, что многие страны, сами пострадавшие от ужасов терроризма, фактически поддерживают терроризм в Сирии. Вы согласны с такой оценкой?

В.ПУТИН: Вы знаете, всегда, когда кто-то хочет добиться результата, который, по его мнению, считается оптимальным, как правило, не брезгует средствами. Стараются использовать все возможности для достижения нужного результата. Что будет потом, как правило, об этом в ходе работы, по достижении результата не думают. Так было во время афганских событий, когда Советский Союз вошёл своими Вооружёнными Силами в Афганистан, когда наши сегодняшние партнёры поддерживали там повстанческое движение и, по сути, создали «Аль-Каиду», которая затем нанесла удар по самим Соединённым Штатам.

Сегодня кто-то хочет использовать бойцов «Аль-Каиды» либо людей из других организаций, но с такими же крайними взглядами для достижения своих целей в Сирии. Это очень опасная и недальновидная политика. Но тогда нужно взять сейчас и открыть ворота Гуантанамо и оттуда всех узников Гуантанамо запустить в Сирию, пускай повоюют. Ведь на самом деле это то же самое. Просто не нужно забывать, что потом эти граждане нанесут удар своим благодетелям. А этим гражданам нельзя забывать, что для них будет создана другая тюрьма наподобие той, которая сейчас создана рядом с Кубой. Это, ещё раз хочу подчеркнуть, политика недальновидная. И, как правило, вот такой подход ведёт к очень тяжёлым последствиям.

К.ОУЭН: Давайте теперь посмотрим на ситуацию шире, не только в контексте Сирии, которую вы упомянули. В Сирии бушует гражданская война, конфликты не стихают в Бахрейне и в Саудовской Аравии. Да, в Египте, Ливии и Тунисе поспокойнее, как Вы только что отметили. Но, давая общую оценку тем перипетиям, той смуте, что мы наблюдали на Ближнем Востоке, – несёт это добро или зло? И куда это заведёт весь регион?

В.ПУТИН: Знаете, по этому вопросу можно дискутировать до утра, и может быть, времени будет недостаточно. Для меня совершенно очевидно, что эти события подготовлены самим ходом истории, развития этих государств. Руководители этих стран явно просмотрели необходимость перемен, не почувствовали тех тенденций, которые происходят в их собственных странах и в мире, и не произвели своевременно необходимых реформ. Это результат прежде всего такого состояния дел. Благо это или это приведёт к большим проблемам, пока трудно сказать.

То, что это происходило именно в такой малоцивилизованной форме, с таким уровнем насилия и не привело пока, во всяком случае, к созданию таких устойчивых политических структур, которые могли бы решить экономические и социальные проблемы в обществах тех стран, в которых эти события прошли, вот эти обстоятельства всё-таки вызывают большие опасения и большую тревогу по поводу того, как будут развиваться события. Потому что всё-таки, в конце концов, люди в этих странах, которые устали от прежних режимов, ожидают от новых правительств эффективного решения, прежде всего их социальных и экономических проблем. Но если не будет политической стабильности, то эти проблемы решены быть не могут.

К.ОУЭН: Давайте обратимся к США, к предстоящим президентским выборам, которых все мы с волнением ожидаем. Безусловно, кнопка перезагрузки отношений с Россией была решительно нажата Бараком Обамой, и за последние четыре года в этом процессе были свои взлёты и падения, но по-прежнему остаётся проблема ПРО в Восточной Европе, вызывающая обеспокоенность России. Если Обама будет переизбран, что будет определять новую главу в истории российско-американских отношений, и будет ли эта глава приемлема для вас?

В.ПУТИН: Мне представляется, что за последние годы, за последние четыре года Президенту Обаме и Президенту Медведеву удалось многое сделать в укреплении российско-американских отношений. Подписан новый Договор СНВ, Россия при поддержке Соединённых Штатов стала полноправным членом Всемирной торговой организации, были и другие позитивные элементы в наших двусторонних отношениях, имея в виду укрепление нашего сотрудничества по борьбе с терроризмом, с организованной преступностью, по сдерживанию распространения оружия массового уничтожения, то есть позитива накоплено немало. Но проблема, которую Вы упомянули, проблема ПРО, противоракетная оборона Соединённых Штатов, она, конечно, является сегодня одной из ключевых, потому что затрагивает жизненно важные интересы Российской Федерации. На экспертном уровне для всех понятно, что решение этой проблемы в одностороннем порядке международную стабильность не улучшает. Это, по сути, стремление нарушить стратегический баланс. А это очень опасная вещь, потому что любая другая сторона будет стремиться к обеспечению своей обороноспособности, что может просто привести к гонке вооружений. Возможно ли эту проблему решить, если Президентом Соединённых Штатов на второй срок будет избран действующий Президент Обама? Принципиально – да. Но дело не только в самом Президенте Обаме. Мне думается, что он искренне хочет эту проблему решить.

У нас недавно с ним была встреча на полях саммита «двадцатки» в Лос-Кабосе в Мексике, мы имели возможность поговорить. Правда, больше говорили о Сирии, но всё равно я же чувствую настрой своего партнёра, собеседника. Мне кажется, что он искренний человек и реально хочет многое поменять к лучшему. Но сможет ли он это сделать, дадут ли ему? Ведь есть и военное лобби, есть Госдеп с его достаточно консервативной машиной. Кстати, он мало чем отличается от нашего Министерства иностранных дел. Там сложились такие профессиональные кланы в течение десятилетий. Ведь для того чтобы решить проблему ПРО, надо согласиться и внутренне принять, что мы друг для друга являемся надёжными партнёрами и союзниками. Потому что решить проблему ПРО – что это значит? Это значит вместе решать вопросы, связанные с ракетными угрозами, и согласиться с тем, что обе стороны имеют равноценный доступ к управлению этой системой. Это чрезвычайно чувствительная сфера деятельности в оборонной сфере. Я не знаю, готовы ли наши партнёры к такому сотрудничеству.

К.ОУЭН: Может ли Россия сделать какие-то шаги в направлении оптимального решения для обеих сторон, для компромисса?

В.ПУТИН: Мы уже всё сделали. Мы предложили вот эту работу. Наши партнёры пока отказываются. Что мы ещё можем сделать? Можем продолжать дальше вести диалог. Мы и будем это делать, но, разумеется, по мере того, как наши американские друзья развивают свою собственную систему противоракетной обороны, мы будем думать о том, как защитить себя и сохранить этот стратегический баланс.

Кстати говоря, что касается и европейских партнёров Соединённых Штатов, и наших европейских партнёров, чтобы было понятно, что европейцы не имеют к этому никакого отношения. Я думаю, что Вам как европейцу это должно быть ясно. Это чисто американская система противоракетной обороны, причём стратегическая, и в европейской части вынесенная на периферию. Европейцы ведь тоже не имеют никакого доступа ни к определению угроз, ни к управлению, так же как и Россия. Но мы предлагали в своё время, чтобы мы делали это как минимум втроём, но пока наши партнёры с этим не соглашаются.

К.ОУЭН: Иными словами, будем считать, что Вы сможете работать с Бараком Обамой, если его переизберут. А если выберут Митта Ромни? У меня здесь подборка его цитат за последние один-два месяца. Человек, который может оказаться в Белом Доме, говорит: «Россия – наш безусловный геополитический противник номер один, всегда отстаивающая худшее, что есть в мире». Затем он отмечает: «На мировой арене Россия ведёт себя недружелюбно».Сможете ли Вы работать с этим человеком?

В.ПУТИН: Сможем. Кого американский народ изберёт, с тем и будем работать, но будем работать настолько эффективно, как этого захотят наши партнёры.

Что же касается позиции господина Ромни, мы понимаем, что она отчасти носит предвыборный характер, это предвыборная риторика, но думаю, что она, конечно, безусловно, ошибочна. Потому что вести себя так на международной арене – это всё равно что использовать инструменты национализма и сегрегации во внутренней политике своей собственной страны. На международной арене – то же самое, когда политический деятель либо человек, претендующий на то, чтобы быть главой государства, тем более такой великой страны, как Соединённые Штаты, уже априори кого-то объявляет своим врагом. Кстати говоря, это наводит нас на другую мысль.

Вот мы говорим о системе противоракетной обороны. И нам наши американские партнёры говорят: «Это не против вас». А что, если Президентом Соединённых Штатов будет господин Ромни, который считает нас врагом №1? Значит, это тогда уж точно будет против нас, потому что технологически там всё выстроено именно таким образом.

А если иметь в виду, что ПРО рассчитана не на один год и даже не на одно десятилетие, и возможность прихода к власти человека со взглядами господина Ромни очень высока. Как мы должны себя вести, чтобы обеспечить свою безопасность?

К.ОУЭН: Я также хотел бы поговорить о том, как разворачиваются события по делу Магнитского. США и в последнее время Великобритания составляют список российских чиновников, которых они подозревают в причастности к гибели Магнитского. Хочу напомнить нашим зрителям, что этот крупный финансовый консультант скончался в российской тюрьме. За рубежом многие по-прежнему думают, что здесь, в России, следствие было необъективно, что виновные не понесли должного наказания. Откуда взялось такое мнение?

В.ПУТИН: Просто есть такие люди, которые этого хотят. Им нужен враг, им нужен образ врага, они должны с кем-то бороться. Вы знаете, что в тюрьмах тех стран, которые обвиняют Россию, сколько там гибнет людей, в тюрьмах? Очень большое количество! Вот Соединённые Штаты инициировали «список Магнитского». Вы знаете, что в России нет смертной казни? Вам это известно? А в США есть. И там казнят женщин в том числе. Всему цивилизованному обществу известно, что при применении смертной казни нередко происходят и судебные ошибки, даже в том случае, когда человек полностью признаёт свою вину, а потом задним числом выясняется, что на самом деле он этого преступления не совершал. Я уж не говорю о том, что отнять жизнь у человека позволено только Господу Богу. Но это отдельная дискуссия, большая, философская. Мы могли бы, наверное, объявить не один список, имея в виду тех, кто применяет смертную казнь в других странах. Но мы этого не делаем.

Что касается Магнитского, это, конечно, трагедия, когда человек умер в тюрьме. И, разумеется, должно быть проведено тщательное расследование. Если кто-то виноват, значит, этот кто-то должен быть наказан. Но я хочу что подчеркнуть? Здесь нет никакой, просто ровно никакой политической подоплёки. Если есть трагедия, то она носит чисто уголовно-правовой и формальный характер. Ничего за этим больше нет. Но кому-то хочется испортить отношения с Россией. Кто-то объявил невъездными в свои страны каких-то наших чиновников, которые якобы имеют отношение к гибели господина Магнитского, о чём я, безусловно, очень сожалею и приношу соболезнования его семье. Но что в таких случаях должна сделать Россия? Принять адекватные меры, объявить список чиновников другой стороны, которая приняла в отношении России такие меры. Так и делать.

К.ОУЭН: То есть это дело однозначно не будет пересматриваться в России?

В.ПУТИН: Какое дело? Мы что там должны пересматривать? Мы должны определить только, виноват ли кто-то в гибели этого человека или нет. Если кто-то виноват, на нём лежит какая-то ответственность, то он должен быть привлечён сам к ответственности. Вот и всё. И здесь нет никакой подоплёки политического характера, хочу это подчеркнуть. Но в этом нужно просто профессионально разобраться.

И конечно, российские власти намерены это сделать. Прокуратура этим занимается.

К.ОУЭН: Спасибо. А сейчас о суде над панк-группой «Пусси Райот» и приговоре. Очень многие говорили, что вынесенный им приговор слишком суров, что это дело раздули на пустом месте, что в результате это придало действиям девушек ещё большую огласку и принесло поддержку общественности. Конечно, что сделано, того не вернёшь – и всё-таки, по Вашему мнению, могло ли быть иное решение?

В.ПУТИН: А Вы могли бы перевести название группы на русский язык? Вы ведь уже не один год живёте в России.

К.ОУЭН: Не могу сказать, как «Пусси Райот» переводится на русский, может быть, Вы подскажете?

В.ПУТИН: А Вы можете перевести само слово на русский язык или нет? Или Вам неудобно это сделать по этическим соображениям? Думаю, что это неудобно сделать по этическим соображениям. Даже в английском языке это звучит неприлично.

К.ОУЭН: Я бы перевёл это слово как «кошка», но может быть, я чего-то не понимаю. Считаете ли Вы, что можно было что-то сделать иначе? Можно ли из происшедшего извлечь какие-то уроки?

В.ПУТИН: Всё Вы понимаете, Вы всё прекрасно понимаете, не нужно делать вид, что Вы чего-то не понимаете. Просто граждане эти навязали общественному мнению своё название и заставили всех вас произносить его вслух. Ведь это неприлично, но бог с ними.

Хотел бы сказать вот о чём, что я считал и считаю, что наказание должно быть адекватно содеянному. Я сейчас не готов и не хочу комментировать решение российского суда, но хотел бы обратить Ваше внимание просто на моральную сторону дела. Она в чём заключается?

Во-первых, не знаю, известно Вам или нет, но пару лет назад в одном из больших супермаркетов Москвы они повесили три чучела, одна из участниц этой группы сегодняшней повесила три чучела в публичном месте с надписью, что нужно освободить Москву от евреев, от гомосексуалистов и от гастарбайтеров – иностранных рабочих. Мне кажется, что уже тогда власти должны были бы обратить на это внимание. После этого они устроили сеанс группового секса в публичном месте. Это, как говорится, их дело, люди вправе заниматься всем, чем хотят, если это не нарушает закон, но в публичном месте, мне кажется, что уже тогда следовало бы обратить на это внимание властей. Потом ещё выложили [запись] в интернет. Некоторые из любителей говорят, что групповой секс лучше, чем индивидуальный, потому что здесь, так же как в любой коллективной работе, сачкануть можно. Но повторяю, это дело каждого конкретного человека, но выкладывать в интернет – это, на мой взгляд, вопрос спорный и мог бы подлежать тоже какой-то правовой оценке.

То, что они сделали в храме: они сначала в Елоховскую церковь пришли и там устроили шабаш, потом перебрались в другой храм и там устроили ещё один шабаш. Вы знаете, у нас в стране есть очень тяжёлые воспоминания начального периода советского времени, когда пострадало огромное количество священников, причём не только православных священников, но и мусульман, и представителей других религий. Просто советская власть, особенно в первый период своего существования, очень жестоко расправлялась с представителями религиозных конфессий. Было уничтожено много церквей, все наши традиционные конфессии понесли огромный ущерб. И в целом государство обязано защищать чувства верующих.

Является ли оправданным приговор, является ли он обоснованным и является ли он адекватным содеянному, я сейчас не буду комментировать. Я думаю, что у этих девушек есть адвокаты, и они должны заниматься представлением их интересов в суде. Могут оспорить приговор в вышестоящей инстанции и добиваться его пересмотра. Но это их дело, это чисто юридический вопрос.

К.ОУЭН: Как Вы думаете, реалистично рассчитывать на досрочное освобождение?

В.ПУТИН: Я даже не знаю, их адвокаты обращались в вышестоящую инстанцию или нет. Просто я не слежу за этим. Но если вышестоящая инстанция будет рассматривать, она вправе принять любое решение. Понимаете, я просто стараюсь не касаться этого дела вообще. Я знаю о том, что там происходит, но я туда совершенно не влезаю.

К.ОУЭН: В России и за её пределами многие считают, что с тех пор как Вы вернулись на пост Президента, началось «закручивание гаек» в отношении оппозиции. Был принят более жёсткий закон о клевете, где увеличены штрафы за распространение ложных сведений, закон о цензуре в интернете для защиты детей. И всё это при Вашей поддержке. Как, на Ваш взгляд, найти оптимальный баланс между здоровой оппозицией и поддержанием правопорядка? Каково Ваше мнение?

В.ПУТИН: Я хотел поинтересоваться, а разве в других странах нет законов, запрещающих детскую порнографию, в том числе и в интернете?

К.ОУЭН: Конечно, есть.

В.ПУТИН: Есть? А у нас не было до сих пор. Если мы начали защищать своё общество, своих детей от этих посягательств…

К.ОУЭН: Возможно, так был выбран момент? Как раз тогда Вы вновь заняли президентское кресло, и это выглядело как довольно жёсткий шаг с Вашей стороны….

В.ПУТИН: Вы знаете, я стараюсь об этом просто не думать, я стараюсь делать то, что считаю правильным и нужным для нашей страны, для наших граждан, для наших людей. И буду так поступать в будущем. Конечно, я смотрю, что происходит по сторонам, как реагируют в мире. Но эта реакция не может быть основным мотивом моего поведения. Основным мотивом может быть только интерес российского народа, а наши дети нуждаются в такой защите. Никто не собирается использовать это как инструмент борьбы с интернетом, ограничение свобод в интернете, но мы вправе защитить наших детей.Что же касается в целом «закручивания гаек», то это надо понять, о чём мы говорим. Что такое «закручивание гаек»? Если под этим понимать требование ко всем, в том числе и к представителям оппозиции, исполнять закон, то да, это требование будет последовательно реализовываться.

Скажите, полтора или два года назад в Великобритании мы были свидетелями массовых беспорядков на улице, в результате которых пострадали люди, нанесён был большой ущерб имуществу. Разве лучше доводить до такого состояния, а потом в течение года всех отлавливать и сажать в тюрьму? Может быть, лучше не допускать таких проявлений? Это первая часть.

Теперь вторая часть, по сути и по существу. Я, как Вы знаете, самым активным образом поддержал переход к новой системе приведения к власти руководителей российских регионов путём прямого тайного голосования населения. Но я не только это поддержал год назад, я сделал следующий шаг. Я, уже будучи избранным Президентом на следующий срок, внёс в парламент страны новый законопроект о выборах верхней палаты российского парламента. Вот это реальные шаги по пути демократизации нашего общества и государства.

Были инициированы и другие предложения, в частности, в законодательном процессе. Государственная Дума – сейчас мы в предварительном плане с депутатами Госдумы рассматриваем возможность использования интернет-голосования по ключевым вопросам нашего развития, и если 100 тысяч какой-то проект набирает в интернете, он должен быть потом рассмотрен в Государственной Думе. Вот сейчас мы как раз обсуждаем этот вопрос, как реализовать это предложение. Есть и другие предложения фундаментального характера. Мы ставим перед собой цель развития нашего общества, дальнейшей его демократизации и по этому пути будем двигаться дальше, не собираемся с него сворачивать.

К.ОУЭН: Мы начали разговор с предстоящего саммита АТЭС, куда Вы вскоре вылетаете. Там Вы встретитесь с председателем КНР Ху Дзиньтао, однако с Бараком Обамой не увидитесь – он не приедет, вместо него прибудет Хилари Клинтон. Конечно, мы знаем, что у него плотный график, но, возможно, это говорит о его отношении к АТЭС? Может быть, это свидетельство того, что Китай становится всё более важным геополитическим и торговым партнёром для России?

В.ПУТИН: Китай действительно становится серьёзным центром мировой экономики и мировой политики. Вообще в мире происходит определённый сдвиг в центрах экономического и политического влияния. Это очевидный факт, это всем понятно, вопрос только в темпах этого движения. Китай становится таким центром не только для нас, а для всех своих партнёров в мире, мы здесь никакое не исключение. Разница только в том, что Китай – наш сосед, а мы – соседи Китая. У нас выработались тысячелетиями особые отношения между собой. У нас были и очень позитивные годы сотрудничества, очень эффективные для обеих стран. Были и тяжёлые времена, когда мы конфликтовали. Сейчас уровень российско-китайских отношений беспрецедентно высокий, очень доверительный и в политической сфере, и в области экономики. Мы в ближайшие годы, безусловно, достигнем планки оборота в 100 миллиардов долларов. У нас с Европой 51 процент, 200 с лишним миллиардов, с Китаем будет 100. Это уже такое серьёзное движение вперёд.

То, что на этом саммите не будет Президента Обамы, нам американские партнёры об этом сказали давно. Связано это с внутриполитическими событиями, с предвыборной кампанией в США, здесь нет ничего необычного. Соединённые Штаты будут представлены на высоком уровне. Мы об этом знаем, повторяю, уже несколько месяцев, относимся с пониманием. Там у нас будет представительство очень высокое – 20 стран, все представлены первыми лицами и главами правительств и государств.

То, что на этот раз Президенту США не удалось приехать, что же поделать, жаль. Я думаю, что если бы такая возможность была, он воспользовался, имея в виду, что и для самих Соединённых Штатов это же хорошая площадка, чтобы пообщаться с коллегами в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Не только с нами, но и с другими коллегами. А мы совсем недавно с Президентом встречались, я уже об этом говорил, в Мексике, имели возможность поговорить подробно по проблемам двусторонних отношений, по основным ключевым мировым событиям, так что у нас диалог продолжается.

К.ОУЭН: Возвращаясь к внутренней политике, давайте поговорим о коррупции. В России это слово у всех на устах. Вы тоже поднимали этот вопрос, но приоритетным его сделал Ваш предшественник. Однако, покидая свой пост, Дмитрий Медведев назвал свои достижения в этой области скромными. Насколько серьёзной Вы считаете проблему коррупции в России сегодня, в 2012 году, и как намерены с ней бороться?В.ПУТИН: Коррупция – это проблема для любой страны. Кстати говоря, она в любой стране присутствует: и в европейских странах, и в Соединённых Штатах. Там многие вещи легализованы. Лоббирование интересов частных компаний – это что, коррупция или нет? Но вроде как в рамках закона и вроде всё нормально. Но как посмотреть. Поэтому эта проблема существует, повторяю, во многих странах.

Важен, конечно, объём и степень, уровень. Он у нас очень высокий. Это характерно практически для всех стран с переходной экономикой. Связано это с тем, что новые экономические модели нарождаются, не всё отрегулировано, государство не всё контролирует. С моралью связано. Особенно, знаете, переход от плановой экономики и социалистической морали к морали, основанной на вечных ценностях. Это довольно сложный процесс, особенно если этот процесс в рыночной экономике связан с быстрым обогащением отдельной группы или конкретных физических лиц. Это обществом воспринимается очень болезненно и негативно. Простой человек думает про себя: но если этим можно миллиарды заработать за пару лет, почему мне нельзя сделать то-то и то-то, даже если это не очень согласуется с проблемами морали и закона?

Вот это всё как бы размывает фундаментальную базу борьбы с коррупцией. Это нелёгкий процесс. Но, безусловно, это важное направление нашей работы, и оно будет продолжено.

К.ОУЭН: Вы перечислили немало причин. Но с чего начинать? И когда можно ждать существенных результатов?

В.ПУТИН: Начинать нужно с того, чтобы добиться неприятия всем обществом этого явления. Ведь коррупция имеет как минимум двух участников – это взяткодатели и взяткополучатели, и часто так называемый взяткодатель ведёт себя активнее, чем взяткополучатель. Поэтому это и воспитательная работа, это улучшение деятельности правоохранительных органов, это создание такой нормативно-правовой базы, которая бы минимизировала возможность коррупционных проявлений. Это многоплановая работа, очень чувствительная и непростая. Мы по всем этим направлениям и будем действовать.

К.ОУЭН: Возможно, один из практических способов решения этой проблемы – новый законопроект, запрещающий государственным служащим открывать счета и покупать собственность за границей. Но разве он помешает делать это через подставных лиц? Как воспрепятствовать этому?

В.ПУТИН: Можно, конечно. Этот закон ещё не принят, он внесён в Государственную Думу. Это, конечно, определённые ограничения для граждан, которые занимаются государственной деятельностью, потому что сегодня в соответствии с нашим законодательством любой гражданин Российской Федерации имеет право иметь счёт в иностранном банке, иметь недвижимость. Но для чиновников, особенно чиновников высокого ранга, могут быть введены ограничения. Я здесь не вижу ничего необычного, особенно для наших реалий и нашей действительности. Но депутаты Государственной Думы должны будут сначала обосновать свою позицию, разработать этот закон в деталях.

В целом я считаю, что он возможен и в какой-то части, конечно, будет способствовать и борьбе с коррупцией. Потому что, если человек хочет посвятить себя действительно служению своей стране, своему народу, тогда он должен согласиться с тем, что хочет иметь счёт – пускай имеет счёт здесь, в России, в том числе в иностранном банке. Почему нет? У нас же много филиалов иностранных банков работает. Открывай счёт здесь. Зачем обязательно ехать в Австрию или в Соединённые Штаты и там открывать счёт? Если ты связываешь свою судьбу с этой страной, пожалуйста, будь любезен тогда, здесь изъявляй все свои интересы, в том числе и материального характера, и не прячь их куда-нибудь под сукно.

К.ОУЭН: Хочу воспользоваться этой возможностью и задать Вам вопрос о деле Джулиана Ассанжа и его судебных разбирательствах с Великобританией и рядом других государств. Ассанж, как вам известно, наконец-то получил политическое убежище в Эквадоре, которым он пока не может воспользоваться, поскольку фактически заперт на территории эквадорского посольства. Как Вы прокомментируете позицию Великобритании? Ведь в какой-то момент речь шла о том, чтобы отозвать дипломатический иммунитет посольства, ворваться внутрь и захватить Ассанжа. Довольно странно: ведь Россия тоже хотела бы пообщаться с отдельными подозреваемыми, которые живут в Великобритании, где они получили надёжное убежище…В.ПУТИН: Это такой раздражающий момент, конечно, в наших отношениях с Великобританией, это факт. Я говорил не с действующими руководителями Правительства, но с прежними моими партнёрами и друзьями, как раз указывал им на то, что в Великобритании скрываются люди, у которых руки по локоть в крови, которые реально воевали здесь, на нашей территории, с оружием в руках, людей убивали. Знаете, какой ответ получил? Да, и я сказал: «Представь себе, что мы бы прятали здесь каких-то боевиков, скажем, Ирландской республиканской армии, но не тех, которые сегодня договариваются с властями и ищут компромиссы, идут на эти компромиссы, – дай бог им здоровья, абсолютно правильные люди, здравые, но были и люди других убеждений, вот я говорю, – представь себе, что мы прятали бы таких людей у себя». Знаете, какой ответ получил? «Но ведь было же такое, когда Советский Союз таким людям помогал».

Во-первых, я сам бывший сотрудник разведки Советского Союза. Я не знаю, помогал или нет. Я просто никогда этим не занимался, даже если предположить, что такое было, но это было в условиях «холодной войны». Ситуация изменилась кардинально, и Советского Союза уже нет, есть новая Россия. Разве можно жить в плену старых фобий, в плену прежних представлений о характере международных отношений и отношений между нашими странами? Бог с ним, в конце концов. Нам всё время говорят о независимости судебной системы в Великобритании. Вот она принимает такое решение, и никто не может с этим ничего поделать.

Что касается Ассанжа, его решили выдать. Что это такое? Конечно, это двойной стандарт, ясно. Я не берусь утверждать наверняка. Но, насколько мне известно, Эквадор обратился к властям Швеции за гарантиями того, что Ассанж не будет выдан из Швеции в США. Никаких гарантий до сих пор не получили. Это, конечно, наводит на мысль (как минимум наводит на мысль) о том, что это политическое дело.

К.ОУЭН: Мы будем следить за ситуацией.

Мы обсуждали с Вами отдельные проблемы современной России, и одна из таких давних проблем связана с наркоторговлей, поставками наркотиков из Афганистана. С тех пор как НАТО более десяти лет назад вторглось в Афганистан, объём нелегальной торговли возрос многократно, а что же будет, когда к 2014 году контингент будет выведен? Можно ли надеяться, что Вы решите проблему афганского наркотрафика в Россию?

В.ПУТИН: Пока не решается. Действительно, мы постоянно ведём диалог с нашими партнёрами, в том числе и с теми странами, военные контингенты которых присутствуют сейчас на территории Афганистана. Ситуация не улучшается, а, наоборот, деградирует. За прошлый год количество наркотиков, произведённых в Афганистане, увеличилось на 60 процентов.

Кстати говоря, я уже не помню, боюсь ошибиться в абсолютных цифрах, но процентов 90, наверное, героина на рынке Великобритании афганского происхождения. Это наша общая беда и общая угроза. Для России это очень серьёзная угроза нашей национальной безопасности, без всякого преувеличения. У нас из всего афганского наркотрафика где-то свыше 20 процентов остаётся на территории России. 70 тонн героина в прошлом году и примерно 56 тонн опия – это огромные цифры, безусловно, составляющие угрозу нашей национальной безопасности.

К.ОУЭН: Уточните, пожалуйста, для наших телезрителей: почему эта проблема усугубилась после вступления войск НАТО в Афганистан? Есть тут какая-то связь? Почему так случилось?

В.ПУТИН: Связь простая. Сейчас я не хочу говорить ни о каких криминальных проявлениях, но ни одна из стран, которые присутствуют военными контингентами на территории Афганистана, не хочет усугублять своего положения борьбой с наркотиками, потому что наркотики кормят Афганистан – 9 процентов ВВП страны складываются из торговли наркотиками. Для того чтобы 9 процентов заместить, надо заплатить, а платить никто не хочет. А просто говорить о том, что мы сейчас заместим доходы, получаемые от продажи наркотиков, другими доходами, разговоров недостаточно. Нужна реальная экономическая политика и финансовая поддержка. К этому, похоже, никто не готов. И никто не хочет усугублять своего положения в этой связи борьбой с наркотиками, потому что оставить людей голодать без всяких этих наркотических продаж – это значит нажить себе на территории страны дополнительное количество врагов, людей, которые будут бороться с теми, кто борется с наркотиками. Вот и всё.Конечно, наркотики связаны очень тесно с терроризмом, с организованной преступностью, но это практически ведь все знают, знают, что часть доходов от наркотиков идёт на поддержание террористической деятельности. Но даже понимание этого обстоятельства и того, что наркотики, производимые в Афганистане, захлёстывают Европу, всё-таки не побуждает наших партнёров к активной работе по этому направлению. Прискорбно это очень.

К.ОУЭН: И последний момент, господин Президент. На саммите АТЭС Вы будете обсуждать финансовые и денежные вопросы, рассматривать ситуацию в мировой экономике в целом. Как Вы полагаете, ждёт ли нас вторая волна мирового кризиса? А если да, справится ли Россия в этот раз, как и в прошлый, достаточно ли вы хорошо подготовлены?

В.ПУТИН: Я думаю, что сейчас мы ещё лучше подготовлены, потому что мы прошли предыдущую волну кризиса и у нас есть уже понимание, что и как нужно делать, есть инструменты борьбы с кризисом.

Более того, ещё в прошлом году я дал поручение Правительству, ещё прошлому составу Правительства, эти инструменты, имеющиеся у нас и испробованные, совершенствовать, подготовить проекты законодательных актов, поправить нормативную базу. Мы попросили у парламента, и парламент согласился, выделил определённую сумму денег, 200 миллиардов в резервный фонд для Правительства. Так что в целом у нас инструменты есть.

У нас, как вы знаете, и рост экономики приличный был, самый высокий в мире среди крупных экономик после Китая и Индии – 4,2 процента. Средний рост экономики в Европе, в еврозоне был 3,9 процента, у нас был 4,2. Кстати говоря, в еврозоне прогнозируется и Международным валютным фондом, и Всемирным банком отрицательный рост, минус 0,3 процента в следующем году. В этом году мы всё-таки планируем плюс, причём плюс от 4 до 5 процентов. Вот это самое главное условие, которое говорит нам о том, что в целом Россия если и столкнётся с проблемами, то у неё будет достаточно инструментов для борьбы с этими вызовами и угрозами.

Растут наши золотовалютные резервы, они практически восстановились до докризисного уровня. Мы третья в мире страна по объёму золотовалютных резервов после Китая и Японии, у нас 500 с лишним миллиардов долларов золотовалютных резервов. Одновременно восстанавливаются и резервы Правительства. У нас два резервных фонда Правительства: Фонд национального благосостояния, где 80 миллиардов долларов, в пересчёте на доллары, и где-то 60 миллиардов долларов – Резервный фонд, из которого мы финансируем дефицит бюджета, если он возникает. Но дефицита у нас нет. У нас с профицитом, с небольшим, но с профицитом, свёрстан бюджет прошлого года. У нас минимальный уровень безработицы. Если в еврозоне в среднем 11,2 процента, а в таких странах, как Испания, – 25–26, среди молодёжи – уже под 70 процентов, у нас ниже докризисного уровня – 5,1 процента уровень безработицы.

Но это всё нас совершенно не расслабляет, мы прекрасно понимаем, что самое каверзное во всех этих процессах в мировой экономике в том, что она непредсказуемо развивается, и где появятся основные сложности и основные угрозы, предсказать почти невозможно. Поэтому мы смотрим внимательно за тем, что происходит в соседних странах, в наших странах-партнёрах.

Мы желаем успеха, мы стараемся помочь искренне, по-партнёрски. Потому что любой сбой в экономике, скажем, еврозоны больно, болезненно отражается на нашей экономике. Это основные рынки сбыта наших товаров. Если они сокращаются, у нас сразу производство сокращается, падает. Поэтому мы заинтересованы в том, чтобы зона евро сохранилась, чтобы экономика наших основных партнёров заработала, задышала, чтобы локомотивы европейской экономики (Федеративная Республика Германия, Франция, Великобритания) были в хорошем состоянии. Это всегда находится в поле нашего зрения и внимания. Вот этому будет посвящена, разумеется, в первую очередь дискуссия на саммите АТЭС во Владивостоке.

К.ОУЭН: Желаю Вам всего самого наилучшего. С нами был Президент России Владимир Путин. Спасибо Вам большое.

В.ПУТИН: Спасибо Вам большое.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 6 сентября 2012 > № 640248 Владимир Путин


Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 5 сентября 2012 > № 640251 Владимир Путин

Статья Владимира Путина, размещённая в азиатском издании ведущей американской деловой газеты «Уолл-стрит джорнэл».

Через два дня Россия впервые примет саммит АТЭС. На протяжении практически целой недели Владивосток будет эпицентром политической, деловой жизни Азиатско-Тихоокеанского региона, площадкой для диалога по насущным глобальным и региональным проблемам.

В преддверии форума считаю важным обозначить приоритеты повестки, которую мы предлагаем нашим партнёрам. Тем более что дискуссии в формате АТЭС традиционно носят открытый характер, дают импульс свежим идеям, а решения принимаются на основе консенсуса. Такая атмосфера доверия стала одной из визитных карточек интеграционных процессов в АТР и во многом определила сегодняшние успехи региона.

Опыт АТЭС служит хорошим примером того, как интеграция работает на экономическое развитие, подаёт позитивный сигнал бизнесу. Именно вокруг возможностей интеграционного сотрудничества как фактора экономического роста мы предлагаем построить разговор в рамках владивостокского саммита.

Причём с учётом такой новой реальности, как вступление России в ВТО. Это даёт нам возможность для более полного участия в обсуждении правил мировой торговли – вопроса, который традиционно находится в сфере внимания АТЭС. Уверен, что свежий взгляд России на объективные сложности и внутренние противоречия, существующие в организации, будет востребован. Тем более сейчас, когда так трудно идёт процесс поиска моделей глобального развития. Сам принцип свободы торговли переживает кризис – вместо снятия барьеров мы то и дело наблюдаем рецидивы протекционизма и завуалированных торговых войн.Считаю, что в этих условиях необходима выработка общих подходов к расчистке накопленных дисбалансов. Прежде всего импульс должен получить диалог в рамках сложившихся региональных интеграционных объединений, таких, как АТЭС.

В этой связи отмечу то внимание, которое вызвало предложение России обсудить в рамках форума вопросы продовольственной безопасности. Нестабильность на глобальных рынках продовольствия несёт за собой серьёзные экономические и социальные риски. Мы вместе должны предложить ответы на этот вызов.

Особо подчеркну ещё одно обстоятельство, которое задаёт принципиально новые переговорные возможности России в диалоге с партнёрами по АТР. На форуме АТЭС мы будем продвигать общие позиции России, Белоруссии и Казахстана – участников интеграционной «тройки». Таможенный Союз, ЕЭП, а в перспективе и Евразийский экономический союз, на наш взгляд, призваны не только эффективно вписаться в глобальные экономические процессы, но и играть активную роль в формировании региональной и международной повестки дня. И Таможенный Союз, и Единое экономическое пространство построены полностью на принципах ВТО. Это позволит нашим новым партнёрам работать и с Белоруссией, и с Казахстаном на одних условиях.

Запуск работы Таможенного союза и ЕЭП уже привёл к образованию на большом пространстве Евразии общего рынка. Мы считаем, что интеграционное объединение, которое создают Россия, Белоруссия и Казахстан, способно играть заметную роль в глобальном развитии и стать связующим звеном между Европейским союзом и АТР.

А в перспективе можно подумать о более тесной «стыковке» экономических режимов, правил технического регулирования, действующих в ЕС, в АТЭС и в рамках Евразийского экономического союза. Тем самым предложить универсальные, понятные правила для работы бизнеса на впечатляющем по своим масштабам пространстве Евроатлантики, Евразии и АТР.

Да, возможно, это идея не сегодняшнего дня. Но уже сейчас мы предлагаем нашим партнёрам предметно рассмотреть вопросы развития «транспортного контура» такого интеграционного проекта. Речь идёт о создании эффективной системы управления логистическими рисками, о диверсификации торговых маршрутов. И здесь нам есть что предложить. Мы уже реализуем масштабные программы строительства современных портов на Дальнем Востоке, модернизации транспортной и грузовой инфраструктуры. Совершенствуем таможенные и административные процедуры.

По оценкам экспертов Делового консультативного совета АТЭС, реализация этих проектов позволит уже к 2020 году увеличить объём транзита между Европой и АТР по российской территории не менее чем в пять раз. Причём такие перевозки, будучи конкурентоспособными по цене с традиционными маршрутами через Малаккский пролив и Суэцкий канал, значительно выигрывают у них и по скорости, и по безопасности перемещения грузов.

Сегодня и для России, и для всех экономик АТЭС ключевой вызов – это поддержание устойчивых темпов роста. Именно качественного роста, с акцентом на инновации и развитие человеческого потенциала. Считаю, что нам нужно использовать все преимущества партнёрства в этих сферах. Снимать барьеры для движения идей, знаний и технологий, координировать научную политику и совместно формировать перспективные инновационные рынки. Конечно, особое внимание необходимо уделить образованию. Россия предлагает организовать сетевое взаимодействие университетов, создать условия для повышения академической мобильности, обмена преподавателями и студентами. Считаем, что уже сейчас необходимо прорабатывать идею формирования единого образовательного пространства в АТР.

В заключение хотел бы отметить следующее: наша страна исторически, географически – неотъемлемая часть АТР. Полноформатный выход на азиатско-тихоокеанское пространство мы рассматриваем как важнейший залог успешного будущего России, развития сибирских и дальневосточных регионов. И мы рассчитываем, что предстоящий саммит во Владивостоке ещё раз продемонстрирует миру, что Россия – это страна широких возможностей. Готовы к совместной работе с соседями и партнёрами во имя общих созидательных целей.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 5 сентября 2012 > № 640251 Владимир Путин


Россия > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 4 сентября 2012 > № 635109 Владимир Путин, Николай Никифоров

Рабочая встреча с Министром связи и массовых коммуникаций Николаем Никифоровым.

Обсуждались вопросы оказания государственных услуг населению в электронном виде.* * *

В.ПУТИН: Два года назад мы приняли закон об оказании услуг населению в электронном виде. На первом этапе, как мы помним, это касалось только федеральных органов власти.

И вот с 1 июля этого года должны были уже к этой работе приступить и наши региональные коллеги. Мы изначально говорили о том, что второй этап будет гораздо более сложным.

Вы как человек, который совсем недавно работал в регионе – исполняли обязанности министра в Татарстане. Татарстан продвинутый, конечно, в этом смысле регион, в том числе с Вашей помощью, но всё-таки и там, наверное, это не просто сделать, имею в виду, что всё-таки объём работы очень большой на региональном уровне.

Как Вы оцениваете состояние дел? Как началась эта работа в регионах Российской Федерации, и что нужно сделать для того, чтобы она развивалась необходимыми для людей темпами?

Н.НИКИФОРОВ: Уважаемый Владимир Владимирович, действительно, работа полным ходом началась 1 июля, закон вступил в силу, но вынужден отметить, что началась она крайне неравномерно. По статистике, мы сегодня видим регионы-лидеры, в которых большое количество информационных запросов в электронном виде, которые означают, что человек уже не ходил ногами, не собирал бумажные справки и был избавлен от избыточных посещений различных инстанций – министерств, ведомств и так далее. Видим регионы, где эта работа только начинается.

Конечно же, это можно отнести и на летний период, когда в целом в стране наблюдается спад деловой активности, но в сентябре, осенью такого спада уже нет, поэтому эта работа должна быть развёрнута полным ходом. Мы подводили итоги работы, обеспечили полную готовность сервисов на федеральном уровне, потому что обмен информацией многоуровневый: регион запрашивает у федеральных ведомств, федеральные ведомства запрашивают у региональных структур, муниципальных. И сегодня мы внимательно отслеживаем статистику.

Что важно, закон в любом случае на стороне жителей. И те регионы, те чиновники, которые сегодня ещё не готовы с технической точки зрения к осуществлению этой работы, просто вынуждены собирать эти справки уже в бумажном виде сами. Не жители бегают за сбором этих документов, а это делают сами государственные структуры. Таким образом, это бремя возложено на них.

В.ПУТИН: Вы уверены, что именно так и происходит?Н.НИКИФОРОВ: Мы создали специальный сайт в сети Интернет, на котором жители указывают конкретные факты, когда с них неправомерно потребовали ту или иную справку, и внимательно отрабатываем это с нашими коллегами в регионах, и в том числе с федеральными структурами. Таким образом, обратная связь есть, ситуация выправляется, но ещё многое предстоит сделать.

Одной из ключевых проблем является цифровое неравенство, которое сегодня есть в стране. И если говорить уже о задачах министерства в целом, то мы видим здесь основную проблему и основную амбициозную задачу, которая стоит именно перед Минкомсвязи. Дело в том, что если мы берём город Москву, то сегодня примерно 6 из 10 домохозяйств уже имеют подключение к сети, соответственно, жители в комфортном режиме могут воспользоваться теми же самыми электронными услугами. В целом по стране это скорее 3 из 10 домохозяйств – около 30 процентов. И этот разрыв нам предстоит устранить.

В.ПУТИН: В этой связи возникает другая проблема, и другой вопрос встаёт – это вопрос о сохранности персональных данных.

Н.НИКИФОРОВ: Безусловно, несмотря на то что законодательство в этой сфере принято, нужно сказать, что серьёзных штрафных санкций к тем операторам персональных данных (прежде всего имею в виду юридических лиц – это могут быть и банки, и страховые компании, медицинские учреждения), действенного механизма привлечения их к ответственности административной сегодня нет. Поэтому подготовлен целый комплекс нормативных актов, который позволит структуре, ответственной за контроль в этой сфере – это Роскомнадзор, дать дополнительные полномочия в части привлечения к ответственности.

Сегодня эта процедура растягивается на много этапов: Роскомнадзор делает предварительную проверку, передаёт её в прокуратуру, потом этап суда. За это время зачастую мы уже выходим за срок исковой давности. Мы хотим эту процедуру максимально ужесточить, тем самым показать всем тем, кто обрабатывает персональные данные (а это около 300 тысяч различных юридических лиц в нашей стране), что в нашей стране информация, особенно персональные данные населения, – это большая ответственность, в том числе финансовая. И пока этот механизм не заработает, конечно, отношение будет соответствующее. Такие поправки на нормативный акт уже подготовлены. Мы рассчитываем на их скорейшее принятие.

В.ПУТИН: Уделите этому вопросу должное внимание. Нужно довести эту работу до конца.

В этой связи другой вопрос. Хочу вернуться к первой части нашего разговора: какова ответственность региональных властей, если они вообще не развивают этот вид услуг и не реализуют принятые в прошлом году законы?

Н.НИКИФОРОВ: Прежде всего им придётся собирать справки за самих жителей, придётся делать это на бумаге, и физически освоить такой объём работы невозможно.

В.ПУТИН: Они могут и бумаги заставить людей собирать по-прежнему.

Н.НИКИФОРОВ: Предусмотрены административные штрафы. К счастью, предусмотрен в том числе механизм досудебного урегулирования проблемы. Мы здесь рассчитываем на взаимопонимание. Должен быть определённый перех