Всего новостей: 2527941, выбрано 655 за 0.017 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Медведев Дмитрий в отраслях: Приватизация, инвестицииВнешэкономсвязи, политикаТранспортМеталлургия, горнодобычаГосбюджет, налоги, ценыМиграция, виза, туризмНефть, газ, угольФинансы, банкиТаможняЭкологияХимпромСМИ, ИТАвиапром, автопромНедвижимость, строительствоОбразование, наукаЭлектроэнергетикаАрмия, полицияАгропромРыбаМедицинавсе
Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 15 июля 2013 > № 870778 Дмитрий Медведев

Встреча с членами фракции партии «Единая Россия» в Государственной Думе

Стенограмма:

Д.Медведев: У нас сегодня такая товарищеская встреча. Последний раз в этом зале встречался с одной из наших региональных организаций. Мне кажется, что и с фракцией иногда полезно встречаться именно таким образом. Я хотел бы, во-первых, всех поблагодарить за совместную работу. Завершилась весенняя сессия. Надо признаться, что много было всего разного, но в любом случае наши встречи позволяли координировать деятельность Правительства и парламентской фракции «Единой России», и итоги сессии это наглядно подтверждают. Во многом благодаря вашей поддержке Государственная Дума приняла…

С.Нарышкин (Председатель Государственной Думы): 262 закона.

Д.Медведев: Цифра приличная: 262 закона, из которых практически ровно половина, 131 законопроект был внесён Правительством Российской Федерации. Хотел бы ещё раз вас поблагодарить за продуктивное сотрудничество по самым сложным вопросам, которых действительно было немало.

Правительственные законопроекты, одобренные депутатами, касаются самых разных сторон жизни страны. Речь идёт и о социальной поддержке, и о состоянии здоровья детей, о защите материнства и детства, о повышении эффективности и прозрачности государственных закупок, о стимулировании инвестиций, создании финансового регулятора на базе Банка России. Отдельная тема – борьба с коррупцией, легализацией преступных доходов (был сложный законопроект, который тоже много обсуждался), финансированием терроризма (законопроект тоже прошёл через горнило парламента).

У нас впереди ещё много всего из того, что было начато в весеннюю сессию: законопроекты, которые касаются обеспечения военнослужащих жильём, совершенствования пенсионной системы – тематика сложная и очень важная; прав граждан на регистрацию на садовых или дачных участках… Я называю лишь резонансные для людей законопроекты, а есть и законопроекты не такие резонансные, но резонансные для определённого контингента наших граждан. Я предлагаю обсудить и этот вопрос сейчас, после того как мы какую-то часть нашего внимания уделим прессе в публичном режиме. Потом, естественно, просто по-товарищески поговорим, что и как делать, каких ошибок было бы желательно избежать и каких результатов достигнуть.

Конечно, мы не раз говорили, что для нас очень важно, чтобы инициативы граждан были услышаны федеральными властями, и это задача не только для Правительства, для Государственной Думы, это вообще в целом задача для партии. У нас работают общественные приёмные, где-то более эффективно, где-то менее эффективно, но тем не менее, я считаю, это хороший механизм. Коллеги знают, я, когда приезжаю в регионы, в основном стараюсь в каждом регионе встречаться с лидерами общественного мнения, с нашим партийным активом. Хочу вам сказать, что эти встречи всегда очень интересны, они не бывают формальными, заранее отрепетированными, как это иногда представляют наши оппоненты. Всегда обсуждаются наиболее острые вопросы региональные, и подчас слышишь совершенно другие оценки, чем мы даём тем или иным явлениям дома.

Это означает, что политика а) формируется в регионах и б) мы должны уметь слышать мнение товарищей, которые работают в региональных партийных организациях. «Мы» – я имею в виду и партию «Единая Россия», и фракцию «Единая Россия» в парламенте.

И ещё одна тема, которую я хотел бы обозначить, последний раз мы её с вами обсуждали в рамках заседания наших советов, – это партийные проекты. Я уже сказал, что очень высоко оцениваю эту идею. Надо обязательно использовать востребованные проекты и создавать новые, но, конечно, ориентируясь и на наши финансовые возможности, потому что просто так «кормить завтраками» неправильно. Но в любом случае, я считаю, что было бы полезно, чтобы мы периодически возвращались и обсуждали, какие проекты можно было бы скорректировать и, может быть, какие-то проекты создать заново.

И наконец, самая актуальная в настоящий момент тема – у нас 8 сентября выборы. Деятельность партии оценят наши граждане, наши избиратели. Это, конечно, испытание для любой партийной структуры, вообще для любой партии, а для нашей партии это испытание вдвойне по понятным причинам. Когда партия ничего не значит в жизни страны, то для неё эти выборы – это либо повод выделиться как-то, либо в очередной раз подтвердить, что эта партия народу не нужна, и с тем самым счастливо разойтись по домам и продолжить агитацию соответствующую. Для нашей партии ситуация совсем другая. Естественно, все ждут определённых результатов. Иногда это завышенные ожидания, иногда наоборот. В любом случае нам предстоит избрать глав регионов в восьми субъектах нашей страны, и в 16 регионах состоятся выборы глав законодательных органов, законодательных собраний.

У нас много партий участвует во всём этом деле ­– уже 55 могут участвовать. В общем критерии весьма демократичные для оценок наших избирателей. Причём это не только давно существующие, но и относительно недавно созданные партии. Наша задача – чтобы наши кандидаты были максимально убедительны. Но как это сделать? Понятно, что это зависит от самих кандидатов, но и от нас с вами тоже, потому что, понятно, на фракцию, вообще на руководство партии «Единая Россия» смотрят в регионах и думают: какие тезисы им выгодно поддерживать, а что им поддерживать сложно. Мы должны нашим товарищам помогать выстроить наиболее точную аргументацию для победы на выборах. Я уверен, что мы для этого сможем сделать всё необходимое. Время ещё остаётся, и наши контакты с нашими региональными организациями, естественно, продолжатся.

Вот набор вопросов. Естественно, я, уважаемые коллеги, готов обсудить с вами всё остальное. Для начала разговора я просил бы пару слов сказать Сергея Евгеньевича как не только нашего коллегу по партии, но и Председателя Государственной Думы. Прошу вас, Сергей Евгеньевич (обращаясь к С.Нарышкину).

С.Нарышкин: Спасибо. Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Я хотел бы прежде всего поблагодарить Вас как лидера партии за встречу с крупнейшей фракцией Государственной Думы и поблагодарить Вас как Председателя Правительства за действительно конструктивное взаимодействие с Государственной Думой. По-моему, у нас получается хороший диалог – Правительство слышит Государственную Думу, Государственная Дума слышит Правительство. В результате такого сотрудничества Государственная Дума выполняет свою главную функцию – принимает законы, по которым живёт страна.

Вам как лидеру партии хотел бы сказать, что прошедшая весенняя сессия для фракции «Единая Россия», для Государственной Думы была непростой и во многом (в определённом, во всяком случае, смысле) переломной по объёму и качеству решённых законотворческих задач и усвоенным политическим урокам, если хотите. События в Государственной Думе и вокруг неё свидетельствуют о том, что роль парламентской демократии в современной России действительно укрепляется. Одновременно, анализируя глобальные тенденции развития парламентаризма и вспоминая нашу собственную историю, историю России, мы видим, что неуважение к законодательной власти может привести к неуважению власти в целом.

Мы в осеннюю и весеннюю сессии столкнулись с такими политическими заблуждениями относительно того, что с помощью одних лишь новых коммуникаций можно обойтись без парламента. Как иначе расценить попытки сбора подписей за роспуск Государственной Думы? Но фракция «Единая Россия» таким нетерпящим, тем, кто бредит такими идеями, дала ясный и конкретный ответ: Государственная Дума шестого созыва будет работать в течение всего срока своих полномочий, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, то есть до осени 2016 года.

Трудно не увидеть и того, что Государственная Дума сейчас реально воспользовалась предусмотренным Конституцией статусом не только высшего законодательного, но и высшего представительного органа власти. Толчком к этому стала и изменившаяся ситуация в обществе, политическая ситуация в обществе, и такое политическое многоцветие ландшафта, и тот факт, что на политическую сцену вышло новое поколение со своими ценностями, своими взглядами, своими оценками. Сегодня любая новая инициатива власти очень внимательно и тщательно оценивается обществом, анализируется, дискутируется. При этом многие такие инициативы требуют своего законодательного решения, оформления, и моментально дискуссия переносится на площадку Государственной Думы. Надо признать, что Государственная Дума сейчас стала ведущей политической площадкой, на которой обсуждаются самые острые и самые насущные проблемы, причём эта площадка и открытая, и доступная для всех политических сил.

В минувшую сессию обсуждались такие проблемы: основные направления налоговой политики, защита авторских и смежных прав в процессе распространения кино- и видеопродукции; продолжается обсуждение вопросов, связанных с авторскими правами в других творческих сферах, продлением сроков бесплатной приватизации жилья и много других актуальных вопросов.

Несколько слов хотел бы сказать о главных законотворческих задачах на предстоящую осеннюю сессию.

Первое – это так называемое социальное законодательство, одно из самых сложных законотворческих направлений, сложных не только в правовом, но и политическом аспекте, ведь лозунги социальной справедливости выдвигаются практически всеми политическими партиями, другое дело – каким политическая партия видит путь к реализации этих лозунгов.

Наше особое внимание здесь, об этом справедливо сказали, – к пенсионной реформе. В утверждённой Правительством ещё в декабре прошлого года Стратегии развития пенсионной реформы предусматривается довольно большое количество законов, которые мы вместе должны разработать и принять. В первую очередь это законы, которые будут регулировать и определять и пенсионную формулу, и стимулировать негосударственные пенсионные программы.

Второе. Осенью мы, конечно же, продолжим рассмотрение законопроекта о смешанной системе выборов депутатов Государственной Думы, что, безусловно, станет одним из главных направлений, которые будут определять политическую жизнь страны.

Третье. Также нас ждёт очень масштабная работа по внесению изменений в Конституцию, изменений, обеспечивающих объединение Верховного и Высшего Арбитражного судов, а также разработка и принятие федерального конституционного закона о Федеральном Собрании.

Четвёртое. На новый уровень выходит и реализация контрольных полномочий парламента. В эту сессию мы, я напомню, приняли новый закон о Счётной палате, парламентском контроле, внесли соответствующие изменения в Бюджетный кодекс, что позволило, я бы сказал, сбалансировать, внести такой разумный баланс в систему разделения властей, во всяком случае, в бюджетных правоотношениях. Этими полномочиями нам нужно, во-первых, ответственно и, во-вторых, эффективно воспользоваться, тем более что работа по разработке проекта бюджета началась, идёт полным ходом, и для нас это тоже будет очередное испытание. Все эти и другие законопроектные задачи, законотворческие задачи потребуют от «Единой России» открытого политического диалога как на площадке Государственной Думы, так и за её пределами.

И завершая, хотел бы отметить вот что. С момента своего создания и по сегодняшний день «Единая Россия» во главу угла всегда ставила вопросы общественного согласия. Я написал об этом ранее в своей статье, которую назвал «Конституция как идея», и позволю себе повторить мысль о том, что успех партии во многом связан с её стремлением следовать идеалам и ценностям, изложенным в Конституции Российской Федерации. Я убеждён, что настойчивая реализация всех положений Основного закона может стать главной объединительной идеей не только для партии, но и для всего нашего общества. И, конечно, фракция политической партии «Единая Россия» может стать основным звеном в реализации этой работы.

Д.Медведев: Спасибо большое, Сергей Евгеньевич. Мы потом обменяемся, конечно, общими ощущениями. Я просто хотел бы поддержать вас в констатации, может быть, одной непреложной для нашей страны истины, что у нас не бывает, как и в общем в других странах, но у нас в особенности, вакуума власти. Поэтому любые попытки делегитимации власти, к сожалению, в нашей стране заканчиваются очень печально. Именно поэтому законно избранная власть должна исполнять свои полномочия (я сейчас говорю и о парламенте, и об исполнительной власти, и о Президенте) ровно тот период, который для этого отведён. Противное очень опасно для нашего государства, я здесь с вами полностью согласен.

Владимир Абдуалиевич (обращаясь к В.Васильеву), вам как руководителю фракции тоже, наверное, было бы неплохо высказаться.

В.Васильев (руководитель фракции партии «Единая Россия», заместитель Председателя Государственной Думы): Я постараюсь недолго. Спасибо большое за возможность сегодня встретиться, обсудить в таком формате.

Мы встречались с коллегами, обсуждали вместе – то, о чём Вы сказали сейчас, Дмитрий Анатольевич, фракции, как нам кажется, удавалось. И это определяется не только количеством законопроектов, прошедших в Государственной Думе, но и пониманием во фракции как раз той ответственности, о которой Вы сейчас сказали, что сегодня парламент играет очень важную роль. Сергей Евгеньевич тоже это подчёркивал. Это, мне кажется, удаётся сделать.

Во фракции рабочая атмосфера, и я бы хотел очень коротко показать, что были ситуации, когда, мягко говоря, какая-то часть общества не была готова к восприятию тех или иных правовых норм, которые обсуждались в парламенте. В частности, усыновление за рубежом буквально раскололо общество на небольшую группу активных горожан и более 70% населения России, которые затем поддержали законопроект.

Сегодня мы можем уже кое-что доложить о той работе, которая сделана совместно с Правительством и парламентом. Мы приняли меры (кстати говоря, указ Президента очень помог в этом плане), и в результате те дети, которые остались без попечения родителей, сейчас в большей степени защищены. Мы упростили процедуру как усыновления, так и опеки. Мы установили до 100 тыс. рублей пособия для усыновления ребёнка-инвалида. Мы создали условия, для того чтобы дети-инвалиды, сироты могли получать дорогостоящую помощь не только в стране, но и за рубежом, когда это необходимо. Мы приняли целый ряд важных решений, о них много говорили, но сегодня очевидно, что это положительно повлияло на атмосферу, – это и защита детей от сексуальной эксплуатации, от информации, которая разрушает детскую психику… Я не буду вдаваться в детали, но, думаю, это было предметом обсуждений в обществе. И сейчас, встречаясь с избирателями, я слышу от многих: люди это видят, чувствуют, понимают и поддерживают.

Об антикоррупционных законах подробно говорить не буду, скажу только, что последовательно продолжается работа, начатая ранее, что сейчас мы уже контролируем и доходы, и расходы. И запрет высокопоставленным чиновникам, в том числе депутатам, иметь бизнес и вклады за рубежом – сегодня это уже стало фильтром для тех, кто претендует в том числе на избирательные должности, мы уже видим эту практику. «Антиотмывочный» закон тоже создаёт условия для серьёзного ответа на вопрос наших граждан, куда и почему уходят деньги и кто за это должен отвечать.

Очень важная тема, чего сегодня тоже касались, – нашего политического реформирования. Принят целый ряд решений, в том числе особого порядка выборов в субъектах. И мы видим сейчас и по Дагестану, и по Ингушетии, какая непростая ситуация там и насколько правильно эти решения были предложены. Сейчас вся фракция активно работает в этом процессе.

Далее. О бюджетной сфере более подробно коллега расскажет, Андрей Михайлович (А.Макаров – председатель Комитета Государственной Думы по бюджету и налогам), но важно, и об этом тоже говорилось уже, что были приняты решения, которые повысили роль контроля парламента за финансовыми расходами. Это очень важно. И тут у нас появились возможности, и большое спасибо Вам за то, что Вы принимали участие, и те 50 млрд на детские сады, которые были выделены, 42 млрд – на село, которые, по сути, уже распределялись в присутствии тройственной комиссии… Может быть, немножко во времени мы и увеличили процесс рассмотрения, но в части публичности, в части понимания и поддержки – больше спасибо! – этот процесс набирает потенциал. Эти законопроекты дают основания для того, чтобы нам начать уже работу по бюджету. И она идёт по нулевому чтению.

В эту сессию мы рассмотрели целый ряд законов, касавшихся бизнеса. Во-первых, у нас появился бизнес-омбудсмен. Мы приняли целый ряд законопроектов, которые поднимают статус, создают условия для малого бизнеса и бизнеса вообще – это уменьшение страховых взносов для индивидуальных предпринимателей (эмоциональный законопроект, не просто нам давался). Но, что очень важно, благодаря работе с Правительством, с Фронтом, с общественными организациями мы вышли на проект, который, я бы сказал, устраивает в первую очередь самих предпринимателей, а это, в общем-то, критерий для нас в данном случае. Положение их в лучшую сторону изменяется.

Ещё очень важный вопрос, который мы уже сегодня обозначили, – пенсионная реформа. По ней Андрей Константинович (А. Исаев – председатель Комитета Государственной Думы по труду, социальной политике и делам ветеранов) готов дать информацию. Я думаю, мы с интересом её выслушаем.

Ещё тема, на которую хотелось бы обратить внимание. Больше Вам спасибо, как-то под Вашим председательством мы рассматривали вопросы, и Вы тогда назвали эту работу политическим, нулевым чтением важных законопроектов, которые крайне необходимы и с которыми действительно надо работать штучно. Эта формула работает. И, кстати, я бы хотел подчеркнуть, что в этом созыве – Сергей Евгеньевич (Нарышкин) говорил о том, что работал парламент, – мы имеем как минимум четыре законопроекта, которые были внесены, всеми фракциями согласованы. Хорошая практика, которая говорит о том, что действительно в парламенте есть понимание по вопросам патриотизма, по вопросам ответственности перед детьми, перед незащищёнными слоями населения.

В то же время есть и резервы определённые. У этой формулы ещё проявлялись некие несработавшие, что ли, примеры. Один пример, когда нам «фронтовики» помогали, – это так называемый законопроект по рыбалке, затем у нас тот же самый по индивидуальным предпринимателям, затем по перекрёстному субсидированию в электроэнергетике, которые мы вынуждены были перенести на осеннюю сессию. С одной стороны, это было сделано не в ущерб качеству, но с другой стороны, мы хорошо понимаем, что можно было бы это, наверное, сделать и в весеннюю сессию. Одна тема проявилась – по этим законопроектам Правительство представляло одно ведомство, и в дальнейшем работа уже более углублённая привела к пониманию всех сторон, что нужно этот вопрос не педалировать, а перенести. Я думаю, что это тоже очень важно, что у нас появился такой механизм не подталкивания, а понимания ответственности и решения вопросов. Это же касалось, кстати, и законопроекта по Академии.

И ещё одна информация, которую не могу сегодня не озвучить. Сегодня день скорби, и мы вспоминаем погибших и тех, кто пострадал. И здесь уместно сказать о том, что Дума приняла ещё в мае поправки в действующие правила дорожного движения, которые предусматривают, что с 1 ноября в России иностранные водительские документы не будут действовать. Те, кто их имеет и уже работает, пройдут переэкзаменовку по теории, а те, кто ещё не работает и придёт наниматься, пройдут по полной переэкзаменовку. Далее предполагается совершенствование этого вопроса. У нас сейчас осталось нелицензированной только одна сфера. Имеются в виду пассажирские перевозки по заказу. Мы хотели бы тоже этот вопрос пересмотреть, тем более мировая практика об этом свидетельствует: все по этому пути идут.

Второе. Мы могли бы раз в пять лет тех, кто перевозит грузы, тех, кто перевозит пассажиров, переэкзаменовывать, имею в виду иностранцев. С учётом того, что у нас в Москве около 39% иностранных водителей, эта проблема актуальна. Мы будем её держать на контроле и уже в ближайшее время займёмся.

Д.Медведев: Спасибо, Владимир Абдуалиевич. Знаете, ваши слова первые навели меня на мысль, которую, мне кажется, важно подтвердить. Что такое вообще ответственное поведение фракции, депутатов? На мой взгляд, оно заключается не в том, чтобы принимать законы, которые одобряет абсолютное большинство, хотя это хорошо, когда именно так, но не менее важно иногда занимать позицию по очень сложным вопросам – не критиковать, а занимать позицию – и консолидировано её продвигать. И вот за это я хотел бы ещё раз поблагодарить нашу фракцию, потому что по определённым законопроектам – крайне сложным, резонансным – фракция заняла не популистскую позицию, а заняла ответственную позицию. Хотя, понятно, у каждого человека есть свои эмоции. Когда ситуация разогрета, хочется что-то своё сказать или ещё что-то… но тем не менее фракция консолидировано голосовала и тем самым принимала очень важные для нашей страны решения. Конечно, без такой поддержки ни один законопроект – будь то президентский проект или правительственный законопроект – не мог бы появиться. Я думаю, что это очень важная составная черта нынешнего парламентаризма в нашей стране.

Вы упомянули несколько законопроектов, которые были рассмотрены, потом возвращены для доработки. Знаете, я тоже хотел бы вас сердечно поблагодарить за внимательное отношение к законопроектам, потому что Правительство – это не идеальная машина, которая, как куличики, печёт эти проекты. Нас пытаются упрекать иногда за то, что мы что-то быстро сделали, представили, парламент быстро за это проголосовал. На самом деле в жизни всё совершенно не так, и то, что целый ряд законопроектов был отправлен на доработку, хорошо. Я как Председатель Правительства и лидер партии за это фракции признателен, потому что, что скрывать, очень часто у ведомства (и это естественная ситуация) задача как можно быстрее провести свой законопроект: у него и в плане соответствующий законопроект содержится, и есть желание сделать это наиболее оптимальным и наименее трудозатратным способом. А как это можно сделать? Стараться избежать каких-то согласований, включая иногда отсутствие согласования с другими ведомствами.

Правительство – огромная машина, вы сами знаете, и там очень много различных процессов идёт. В этом смысле такой парламентский фильтр очень полезен, даже в том случае, когда и партия, и Правительство имеют одну партийную основу и когда соответствующие силы сконцентрированы в парламенте, поэтому я думаю, что это было на пользу делу, и надеюсь, что и в дальнейшем так же будет. Никто не застрахован от ошибок, главное – вовремя эти ошибки купировать, снимать, тогда будет получаться тот результат, на который мы ориентируемся.

А будущие законы – мы их сейчас обсудим. Давайте поговорим о тех проблемах, которые вы чувствуете, о тех предложениях, которые есть, тем более что часть из этих законов носит явно резонансный характер и вызовет повышенные, очень мощные эмоции в обществе, уже вызвала. И нам с вами крайне важно продвигаться дальше в таком же дружественном ключе, товарищеском ключе, в котором эта работа велась в последнее время, о чём только что сказал Сергей Евгеньевич Нарышкин.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 15 июля 2013 > № 870778 Дмитрий Медведев


Россия. УФО > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 11 июля 2013 > № 870777 Дмитрий Медведев

Встреча с представителями российских и международных деловых кругов в Екатеринбурге

Стенограмма:

Д.Медведев: Добрый день, уважаемые коллеги! Прошу всех, кто использует перевод, надеть наушники. Если позволите, я несколько слов скажу вначале, потом с удовольствием послушал бы ваши идеи и предложения, с которыми вы приехали сюда.

Только что завершилось пленарное заседание форума «Иннопром-2013». Я рад на самом деле, что уже второй год подряд имею возможность приехать и поучаствовать в форуме. Работа продолжается в формате панельных дискуссий, в которых участвуют деловые круги, ведущие мировые учёные обсуждают наиболее острые вопросы. Хотел бы всем сказать большое спасибо за то, что вы с нами, за то, что вы приехали в это отличное время года в Екатеринбург.

Естественно, уже звучали интересные предложения. Я хотел бы подчеркнуть, что здесь, на Урале, для применения этих предложений есть прекрасный потенциал – и крупные металлургические предприятия, и машиностроительные предприятия, оборонные предприятия, научно-исследовательские, образовательные центры. Продукция многих из них представлена на выставке, надеюсь, вы что-то видели.

Создание условий для стабильного промышленного роста – это одна из наших главных задач. Условия могут быть экономические, но очень важны инфраструктурные и правовые условия, и, конечно, сегодня это понимают и бизнес, и государство.

России нужно качественно повышать производительность труда, технологический уровень, внедрять новые стандарты работы, осваивать перспективные отрасли и рынки, готовить новое поколение специалистов – мы откровенно обсуждаем это с представителями крупного бизнеса (вчера у меня была встреча с нашими коллегами из Российского союза промышленников и предпринимателей) и с представителями среднего и малого бизнеса.

Сегодня мы создали так называемые дорожные карты, всего их девять штук, они реализуются уже, по этим картам осуществляются решения в области предпринимательских инициатив с привлечением экспертов. Обсуждались разные задачи, включая, например, такие сложные, как промышленная безопасность, экологическое нормирование, вопросы, связанные с созданием единого финансового мегарегулятора. Мы в нашей стране решили объединить органы, которые этим занимаются, и передать эти функции нашему Центральному банку, сейчас как раз такие решения приняты. Почему я об этом говорю? Потому что все эти решения, очень важные и сложные, рождались не в тиши кабинетов Кремля или Белого дома нашего, Дома Правительства, а с участием экспертов, в режиме конструктивного обсуждения, и я в этом плане очень благодарен и бизнесу, и представителям науки, которые свои соображения высказывали.

Если позволите, не буду больше злоупотреблять вашим вниманием и послушаю то, что вы хотели бы сказать.

Я приглашаю всех принять участие в разговоре, у кого есть что сказать, буду рад выслушать вместе с моими коллегами, которые тоже здесь. Кто хотел бы что-то сказать?

Вопрос (как переведено): Здравствуйте, меня зовут Росс Креплов, я являюсь промышленным конструктором и работаю по всему миру. В этой стране я встретился с большим количеством молодых талантливых экспертов, конструкторов, которые обладают огромными возможностями, активной энергией, и они готовы активно работать. Что в России сможет поддерживать эти амбиции, которые столь присущи молодым людям? Потому что нужно развивать промышленность именно с участием молодых людей.

Д.Медведев: Я понимаю. Одна из основных тем «Иннопрома» в этом году как раз посвящена промышленному дизайну. Надо признаться, что мы, может быть, не занимались этим так плотно, как другие страны. Я очень рад, что сегодня именно этому посвящено внимание наших гостей. Здесь есть и молодые дизайнеры, и люди уже зрелые, опытные. Спасибо большое, что вы принимаете участие в этих мероприятиях. Конечно, мы будем поддерживать это направление, никаких сомнений нет, тем более что для того, чтобы развивать правильно свою промышленность, мы должны думать не только над тем, какими потребительскими свойствами обладает та или иная вещь, но и над тем, как она выглядит, как она может продаваться. Без этого сегодняшний, современный рынок просто невозможен, поэтому, конечно, мы в этом направлении собираемся работать, рассчитываем и на вашу помощь.

Вопрос (как переведено): Очень интересно находиться здесь. Иногда приходится слышать: Россия не имеет возможности для создания компьютеров или Россия не может построить автомобиль, или ещё что-нибудь… Я не могу с этим согласиться. Я думаю, что вы сможете импортировать значительную часть продукции этих потенциальных отраслей и, начав с нуля, добиться успеха, даже если вы «приехали последними на вечеринку». Вы видите вещи, каковы они есть. Готовы ли вы к тому, чтобы продвигать эту идею, может быть, даже в процессе «обмена мозгами», обмена между умами? Вы знаете, я живу в Лондоне и думаю, что мы все связаны.

Д.Медведев: Мне трудно что-то возразить против этого. Мне кажется, это хорошая идея, надеюсь, мы в этом направлении будем двигаться. Давайте подумаем об этом. Я не знаю, может, коллеги хотят что-то прокомментировать. Аркадий Владимирович (обращаясь к А.Дворковичу), хотите что-то добавить?

А.Дворкович: Идея, что мы можем создавать новые отрасли с нуля, даже если не являемся в них сегодня лидерами, не имеем экспертизы, накопленной в течение последних десятилетий, наверное, правильная. Тем не менее не по всему фронту, нужно делать выбор. Мы отчасти такой выбор сделали, когда в «Сколково» занялись, например, в том числе медицинскими технологиями, которыми не занимались очень долгое время, где у нас на протяжении десятилетий не было своей серьёзной компетенции. Сегодня есть наработки в области медицинской техники и новых лекарств инновационных, которые могут войти в число наиболее востребованных уже через несколько лет, поэтому примеры есть, наверное, будем и в других сферах этим тоже заниматься.

Д.Медведев: Я не знаю, может, у бизнеса есть какие-то свои собственные ощущения от этого. Пожалуйста, Александр Николаевич (обращаясь к А.Шохину).

А.Шохин (президент Российского союза промышленников и предпринимателей): Ну и с точки зрения бизнеса, безусловно, промышленный дизайн – это и упаковка продукции для её лучшей продажи, это и комфорт потребителя, будь то индустриальный потребитель или граждане.

Во многих учебных заведениях сейчас у нас начинают преподаваться и промышленный дизайн, и смежные направления. Я думаю, что и в Уральском федеральном университете имени первого Президента России Бориса Ельцина тоже это направление будет. Вот сидит Дмитрий Пумпянский (председатель совета директоров ОАО «Трубная металлургическая компания») – председатель наблюдательного совета этого университета. Не знаю, подтвердит он эту мою гипотезу. Дмитрий Александрович?

Д.Пумпянский: У нас здесь, в Свердловской области, очень сильный архитектурный институт, где на самом деле профессионально преподается тема промышленного дизайна, связанная не только с дизайном конечной продукции, но и с дизайном как частью проектирования непосредственно при создании продукции, в том смысле этого английского слова, который уважаемый коллега имел в виду… Очень большие наработки в этом плане, и некоторые выпускники Свердловского архитектурного института работали дизайнерами при разработке новейших моделей «Ситроена», «Пежо» во Франции, так что да, действительно, этому уделяется серьёзное внимание.

Д.Медведев: То есть мы это можем делать, вопреки существующим представлениям?

Д.Пумпянский: Можем, абсолютно. Сегодня при выпуске новых моделей, даже в таком, может быть, непривычном ракурсе посмотреть… Мы выпускаем локомотивы в Свердловской области на совместном предприятии с «Сименсом», мы сегодня уделяем дизайну этих локомотивов огромное значение, потому что это уже сегодня визитная карточка и предприятия, и в целом отрасли.

Д.Медведев: Спасибо. Пожалуйста, коллеги, кто хотел бы продолжить? Можно не только про дизайн, можно и про другие вещи поговорить.

А.Шохин: Дмитрий Анатольевич, я бы хотел проинформировать, что мы, РСПП, вместе с компанией KPMG проводим регулярные исследования...

Я бы хотел, чтобы господин Гощанский пару слов сказал о привлекательности инвестиционного климата в России с точки зрения иностранных инвестиций.

Д.Медведев: Пожалуйста.

О.Гощанский (председатель правления, управляющий партнёр аудиторско-консалтинговой фирмы KPMG Russia & CIS): Гощанский Олег, управляющий партнёр компании KPMG.

Да, мы вместе с РСПП закончили исследования по привлекательности инвестиционного климата в регионах. Скажу в целом, что, естественно, картинка разнится от региона к региону. Ряд регионов можно назвать чемпионами, и, кстати, Свердловская область в их числе, но в целом имидж инвестиционный у России, если коротко, улучшается, может быть, не такими темпами, как хотелось бы. Это первая общая ремарка.

Вторая ремарка. Будет справедливо сказать, что здорово отличается имидж России в глазах инвесторов западных – тех, которые уже в России, и которые ещё в Россию не пришли.

Д.Медведев: Да, это известный факт.

О.Гощанский: То есть те, кто в России, гораздо более здраво относятся к привлекательности.

Д.Медведев: Они просто понимают, что здесь происходит, не только из прессы или каких-то других источников.

О.Гощанский: Так точно. Ну и опять-таки момент конкурентной среды никто не отменял. Может быть, те, кто уже здесь, не хотят, чтобы пришли и другие вслед за ними.

Поэтому основные моменты: имидж улучшается, но не совсем быстро, и опять-таки очень здорово разнятся регион от региона и, соответственно, есть разница в глазах людей, пришедших сюда из-за границы, и тех, кто пока ещё не пришёл и над этим размышляет.

Д.Медведев: Понятно. Спасибо. Пожалуйста, прошу вас.

С.Кравченко (региональный президент компании «Боинг» в России и СНГ): Спасибо, Дмитрий Анатольевич. Меня зовут Сергей Кравченко, я президент компании «Боинг» в России и СНГ. Я бы хотел привлечь ваше внимание к одному вопросу, который, мне кажется, очень созвучен тому, что обсуждалось сегодня на пленарном заседании: какие у России есть альтернативные пути роста? Мне кажется, что экспорт интеллектуальных сервисов – это реальная возможность для России диверсифицировать свою экономику. Я знаю, что Вы лично много занимались IT-компаниями, и в последнее время мы видим успехи российских IT-компаний. И на IPO вышли несколько компаний, недавно вышла компания «Люксофт» на IPO. Мы, кстати, работаем с «Люксофтом», у нас более 400 программистов в ней заняты постоянно. Знаете, мало говорят о том, что в России есть прекрасные инженерно-сервисные компании, но, например, самый большой инженерный центр, который есть у компании «Боинг» за пределами Соединённых Штатов Америки, находится именно в России, и там работают выпускники университетов не только Москвы, но и Самары, Уфы, Екатеринбурга.

Мне кажется, экспорт инженерно-сервисных услуг, Дмитрий Анатольевич, для России очень важен по двум направлениям. Первое. Феномен Индии показывает, что для России можно зарабатывать просто миллиарды долларов, и сейчас большой дефицит инженеров. Но ещё более важно другое: через такого рода проекты можно обучить как квалифицированных пользователей, инженеров, которые потом могут спроектировать следующий региональный самолёт или МС-21 и подготовить управленцев и лидеров, которые могут управлять российскими компаниями. Я могу привести пример из своего личного опыта. У меня в начале 2000-х годов, когда я начал строить этот конструкторский центр, было два заместителя. Один из них ушёл к Погосяну (М.Погосян) и был руководителем сертификации проекта SAJ, а второй сейчас стал руководителем «Камова». И, мне кажется, если мы сейчас посмотрим на эти инженерно-сервисные компании не только как на возможность увеличения экспорта интеллектуальных услуг, но и как на возможность подготовки специалистов для российской экономики, то это будет очень интересная тема.

И я в этой связи хотел бы поблагодарить Вас за то, что в последние годы не только российские программисты, но и инженеры, которые экспортируют свой интеллектуальный труд, получили определённые льготы. Конечно, они не такие большие, как те, которые Вы и Президент дали программистам, но это тоже очень важно, потому что это очень конкурентная среда. Сегодня Украина, например, борется за эти контракты, и я могу сказать совершенно откровенно, что цены, которые дают, например, инженерные компании на Украине нам, компании «Боинг», лучше, потому что всё-таки не так много ещё сделано в этой области из того, что вы сделали уже для российских программистов.

Д.Медведев: Сейчас, наверное, наши российские программисты заплачут от трогательных чувств. Потому что я вчера общался с коллегами из РСПП, там как раз были коллеги, представляющие программистов, и они тоже положительно оценивают то, что было сделано за последнее время…

С.Кравченко: Спасибо Вам за это тоже.

Д.Медведев: …и просят нас сохранить определённые виды льгот, специализированных режимов, которые были введены применительно к IT-отрасли. Не скрою, на эти льготы постоянно покушается Правительство (не будем делить Правительство на Минфин и не-Минфин – все в одной, так сказать, лодке). Но, я считаю, что действительно целый ряд отраслей должен иметь определённую поддержку, именно в силу того, что у нас в этих отраслях исторически было конкурентное преимущество и сейчас надо как-то их поддержать. Спасибо, что вы так оцениваете нашу работу, но вы говорили про интеллектуальные сервисы и про инженерные центры – если что-то можно сделать с учётом текущих наших экономических возможностей для развития именно такого рода бизнеса, то давайте подумаем совместно. Потому что, вы правы, тот же самый феномен Индии наводит на размышления о том, что это может быть огромным, значимым сектором нашей экономики и хорошим драйвером развития. Но для этого нужны какие-то дополнительные решения, вполне вероятно, для того чтобы всё это развивать.

С.Кравченко: И сегодня у России есть преимущество, потому что Россия делает самые сложные инженерные проекты для западных компаний – это не только «Боинг», это Airbus, Intel, многие другие компании. Спасибо.

Д.Медведев: Да. И вы правы: наши коллеги, наши соседи, что называется, не спят, не дремлют, они тоже работают на этой поляне, потому что все мы когда-то были внутри одного научно-производственного советского потенциала, после дезинтеграции Советского Союза там тоже развиваются эти виды услуг. И наша задача – в дружеском ключе, но всё-таки демонстрировать свои возможности, не отдавая выгодные заказы, стараясь приобретать их для наших компаний. Спасибо.

Д.Мёллер (президент ООО «Сименс» в России, Белоруссии и Центральной Азии): Дитрих Мёллер, «Сименс». Я хотел поблагодарить Вас за внимание к работе «Сименс» не только на Урале. От имени нашего партнёра «Синара» хотел бы пригласить Вас на совместное предприятие Ural Locomotives, «Уральские локомотивы», где строятся не только локомотивы, но и второй завод по выпуску электрических поездов – «Ласточек». Это, по-моему, хороший пример инвестиций в регион и совместной работы, один из примеров германско-российских экономических связей на частной основе. В связи с этим я хотел задать вопрос о таможенном режиме стимулирования инвестиций в Россию. У нас парадокс в том, что конечный продукт иногда облагается нулевой таможенной ставкой – газовые турбины, КРУЭ (КРУЭ – комплектное распределительное устройство с элегазовой изоляцией), другие вещи, – когда комплектующие облагаются 15–20%. В начале наладки производства в России это явный минус, потому что определённое время, когда наладится производство комплектующих, нужно импортировать некоторые комплектующие. Есть у Правительства какие-то планы специального таможенного режима, чтобы стимулировать инвестиции хотя бы на определённое время, три года или пять лет?

Д.Медведев: Спасибо за вашу оценку нашего сотрудничества. «Сименс» наш давний и проверенный партнёр, надёжный друг в этом плане. Если говорить о таможенном режиме (тема, которую вы подняли), то, конечно, наша задача – совершенствовать таможенные процедуры и создавать современный режим. Ровно для этого мы приняли так называемую «дорожную карту», посвящённую таможенному регулированию. На самом деле то, о чём вы рассказываете, действительно встречается – когда комплектующие ввозить гораздо дороже, чем, допустим, та ставка, которая применяется к законченному уже продукту. Но это делается иногда и по, я думаю, вполне очевидным соображениям, по понятным причинам: мы и свои комплектующие производим, у нас есть своя продукция. Но в целом этой задачей мы занимались и будем заниматься в рамках именно вот этой самой национальной предпринимательской инициативы и специальной «дорожной карты», которая посвящена таможенному регулированию. Эту проблему мы знаем и будем стараться её оптимизировать. Хотите что-то, может, сказать?

А.Дворкович: Да, изменение конкретных ставок как по экспорту, так и по импорту производится на основании решения специальных органов Таможенного союза после предварительного рассмотрения на рабочей группе, которой с нашей стороны занимается Минэкономразвития и Минпромторг в данном случае. Я знаю, что обращения были со стороны компании, эта работа идёт, но пока ещё результата нет, скажем так. Вернувшись в Москву, я узнаю, на какой стадии идёт рассмотрение конкретных заявок, и, если там есть какие-то бюрократические задержки, то мы, естественно, посмотрим, можно ли ускорить эту работу.

Д.Медведев: Да, теперь эта работа (справедливо было сказано), действительно, ведётся у нас на уровне наднационального органа, на основе нашего Таможенного кодекса Таможенного союза. Поэтому в этом смысле она, может быть, стала несколько труднее, потому что нам нужно выйти уже на соответствующий уровень, что, собственно, нашим партнёрам знакомо, например, по процедурам, которые существуют в Евросоюзе, тем не менее мы эту работу будем вести.

А.Шохин: Я хотел бы в порядке информации для коллег сказать о том, что мы вместе с Евразийской экономической комиссией учредили консультативный совет, в который входят представители бизнеса трёх стран. И если у вас такого рода вопросы будут возникать, можно действовать не только через национальное российское Правительство и те структуры, которые Аркадий Владимирович (А.Дворкович) упомянул, но и через Российский союз промышленников и предпринимателей, поскольку у нас уже налажен механизм взаимодействия с Евразийской комиссией – и на уровне комиссии в целом, и на уровне департаментов и консультативных комитетов по отдельным (а их насчитывается 13) направлениям.

Д.Медведев: Да, было бы хорошо, если бы РСПП тоже помогал.

Эндрю Сомерс (президент Американской торговой палаты в России) (как переведено): У меня есть предложение, которое, как я надеюсь, поможет глобально стимулировать рост малых и средних предприятий России. Всё больше и больше успешных российских малых и средних предпринимателей приходят к нам в AmCham (Американская торговая палата в России) и просят нас связать их с американскими малыми предприятиями, а также с потенциальными потребителями и партнёрами. Иногда мы можем сделать это, но на ограниченной и жёсткой основе. Я бы посоветовал Правительству создать такую единую систему, которая смогла бы идентифицировать регионы Соединённых Штатов по секторам: «Потенциальные потребители российской продукции» и «Потенциальные партнёры для российского бизнеса». Это мы называем match-making (установление соответствий). США сделали это около 10 лет назад, нашли соответствие американского бизнеса с российским, это работало очень хорошо, но сейчас в США перестало действовать, однако модель до сих пор существует. Я думаю, если Правительство создаст такую развитую систему match-making, это поможет вашему малому и среднему бизнесу выйти на мировой рынок. Вы даже можете начать с модельного проекта с одним или двумя штатами или одним или двумя регионами, который поможет Правительству в этом направлении.

Д.Медведев: Спасибо, господин Сомерс. Я считаю, что это вполне разумная идея, понимая, что на самом деле можно создавать отдельную систему поиска партнёров в малом и среднем бизнесе в Америке, в России. Но вообще для этого существуют и общественные организации бизнеса, которые есть у вас, есть у нас, для этого существуют торговые палаты, для этого существуют объединения работодателей типа РСПП (там, правда, у нас крупный бизнес). Но если вы считаете, что можно попробовать создать какую-то особую систему, которая будет эффективнее работать, чем соответствующие услуги, которые предоставляют торговые палаты, можно этим позаниматься, у меня нет возражений. У нас для этого будет целый ряд дополнительных возможностей как по линии бизнеса, так и на правительственном уровне.

У нас сейчас довольно важной является задача интенсификации российско-американских экономических связей, потому что политические контакты гораздо эффективней, и надо признаться по-честному, продуктивнее бывают. Торговый оборот с Соединёнными Штатами Америки не сильно растёт, вы это знаете, инвестиции тоже не очень большие, и на это мы неоднократно обращали внимание в ходе контактов с нашими партнёрами. Я рассчитываю, что и будущий приезд Президента Соединённых Штатов Америки к нам, и последующий визит вице-президента господина Байдена, и работа между Правительством и соответствующими подразделениями Администрации США на экономическом направлении принесут свои плоды.

Ещё раз говорю, насчёт такой системы поиска давайте подумаем, но только, мне кажется, не нужно изобретать деревянный велосипед, создавать что-то, что уже существует. Если мы каким-то образом дополним существующие возможности торговых палат, то это будет хорошо.

А.Шохин: Дмитрий Анатольевич, в порядке информации тоже. Мы пять лет назад учредили российско-американский бизнес-диалог. В нём участвуют РСПП, ТПП, «Деловая Россия», «Опора», AmCham (Американская торговая палата), U.S. Chamber of Commerce (Торговая палата США) и двусторонние деловые советы. И я думаю, Эндрю Сомерс согласится, что мы не весь потенциал этой структуры используем.

Д.Медведев: Я почему и адресовал вам.

А.Шохин: И в рамках визита и Президента Обамы, и вице-президента Байдена мы могли бы организовать ряд бизнес-ивентов двусторонних, где продвинуть эти идеи, о которых господин Сомерс говорил.

Д.Медведев: Здесь вопрос только в одном, мне кажется, – это должно быть удобно для использования, потому что сейчас возможности поиска потенциальных партнёров колоссальные, достаточно в интернет залезть, там много чего есть, и всё остальное. Но очень часто компании, малые компании ищут какого-то специфического потребителя или заказчика, и если здесь удастся какую-то внести новизну, это было бы хорошо, мне кажется, это полезно было бы. Пожалуйста!

В.Скорняков: Владимир Скорняков, председатель совета директоров Каменск-Уральского металлургического завода. Я считаю,что инвестициидолжны идти как на восток, так и на запад. Вот Каменск-Уральский металлургический завод выпускает полуфабрикаты из алюминиевых сплавов для авиации (российской и зарубежной), но мы покупаем «Боинги» за границей, продаём «Боингу» алюминий, но продаём его всего на 7,5 млн долларов. Почему не расширяются связи – непонятно. Мы сертифицировались…

Д.Медведев: Что вы предлагаете? Погрозить пальцем кому-нибудь? Или как поступить?

В.Скорянков: Нет, я предлагаю расширять связи – не на словах, а на деле.

Д.Медведев: Расширяйте!

В.Скорняков: Я и предлагаю партнёрам…

Д.Медведев: Да, коллеги должны услышать ваши предложения.

С.Кравченко: Россия стала основным поставщиком титана для гражданской авиации Соединённых Штатов Америки.

Д.Медведев: Да, но там объёмы не 7 млн долларов, правильно?

С.Кравченко: Там объёмы 17 млрд долларов. Россия сегодня является основным поставщиком американской авиационной промышленности по титану. У нас бизнес-план на 17 млрд, и мы выполнили контрактов с НПО «Ависма» и «Ростехом», как мы Вам докладывали, более чем на 6 млрд долларов. И, кстати, в двух часах езды отсюда работает самый лучший в мире завод – совместное предприятие с «Ростехом» (50 на 50), на котором делаются детали для «Дримлайнера» и 777-го самолёта, которые не делаются в других странах мира.

Д.Медведев: Наш коллега прав в одном: надо внимательнее относиться друг к другу и правильно выбирать партнёров – на это трудно что-то возразить.

С.Кравченко: «Российский алюминий», кстати, всё равно тоже летает на самолётах «Боинга», может быть, он приходит через заводы «Алкоа», но…

Д.Медведев: Хорошо, что нет Дерипаски (О.В.Дерипаска).

Д.Вудхаузен (профессор прогнозирования и инноваций английского университета De Montfort) (как переведено): Я из университета De Montfort University, у нас есть договор о сотрудничестве с университетом имени Баумана, мы бы хотели больше кандидатур от вас. В одной конкретной проблеме, которая важна для малых фирм... Когда вы пытаетесь сделать новый потребительский продукт, что-нибудь из того, что вы упоминали, вы находитесь на начальном этапе инновационного процесса, который называется fuzzy front end (размытый передний край). Когда вы спрашиваете, какого роста будут индийские автомобилисты через пять лет, какие цвета будут выбирать женщины в этот период, какие будут регламенты по загрязнению воздуха у индийского правительства – все эти неопределённости очень сложно собрать вместе. Если вы хотите, чтобы ваши маленькие фирмы росли и имели возможность прогнозировать развитие технологий, общества, законодательства, рынков, всю эту размытую неточную область, будет очень полезно, если вы отправите ваших специалистов в Англию. Возможно, мы сможем помочь в производстве потребительского продукта. Скажем, у вас есть такие бренды, как Apple, и у вас есть прогнозная работа о потребительском поведении и брендах на том направлении, где мы действительно поможем вам – в топовых сферах: алюминий, титан, энергетические ресурсы, которые у вас есть... Если вы отправите этих людей ко мне, я буду их наставником.

Д.Медведев: Спасибо за предложение. Я хотел бы согласиться с тем, что и применительно к деятельности небольших структур, и применительно к крупным компаниям очень важно иметь понимание того, что будет происходить: какова будет перспектива, «погода» в развитии тех или иных процессов. В этом плане неопределённости, которые существуют, нужно максимальным образом устранять, для этого, собственно, существует и Правительство, и общественные структуры, и экспертиза. Мы будем рады, если это всё будет применяться. Пожалуйста!

И.Ланг (генеральный директор научно-индустриальной корпорации ООО «Дюпон наука и технологии»): Меня зовут Иржи Ланг, я возглавляю «Дюпон» в России. Мы очень рады быть здесь, на Урале, мы открыли новый офис. Мы убеждены в будущем России, поэтому приняли в прошлом году более чем 100 выпускников из ваших вузов. Мы гордимся тем, что все подразделения (13 подразделений в России) растут. Мы на 100% business to business, поэтому мы можем развиваться только вместе с нашими заказчиками. Некоторые из наших заказчиков, между прочим, стали первыми в Европе, например, по выпуску защитных костюмов и так далее. Но одна вещь, с которой мы всё время сталкиваемся, – непонятный импорт. Например, наш филиал в Чебоксарах хотел бы развиваться и хотел бы больше инвестировать, но очень тяжело конкурировать с непонятным импортом, grey import. Что можно сделать со стороны Правительства или что нам сделать для того, чтобы мы бы могли развиваться ещё быстрее в России?

Д.Медведев: Спасибо. Эта проблема существует, она, конечно, не только российская, но у нас, действительно, не самые в этом смысле пока хорошо работающие институты, которые борются с серым импортом и контрафактной продукцией. Мне кажется, здесь не нужно придумывать каких-то чрезвычайных мер, это не помогает, а, как правило, ведёт даже в обратном направлении. Мне кажется, что нужно просто контролировать, что ввозят, и привлекать к ответственности тех, кто использует продукцию, ввозит продукцию, которая не имеет соответствующей защиты, то есть продукцию, которая произведена контрафактным путём или с нарушением интеллектуальной собственности.

Дело в том, что у нас, надо признаться, никогда не было какой-то эффективной системы защиты от контрафакта и защиты интеллектуальной собственности, мы начали её создавать лет 20 назад, и пока…

Продолжение следует...

Россия. УФО > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 11 июля 2013 > № 870777 Дмитрий Медведев


Россия > Образование, наука > premier.gov.ru, 5 июля 2013 > № 870776 Дмитрий Медведев

Заседание Совета по повышению конкурентоспособности ведущих университетов Российской Федерации среди ведущих мировых научно-образовательных центров

Стенограмма начала:

Д.Медведев: Добрый день, уважаемые господа, уважаемые коллеги! Меня пригласили сегодня на заседание Совета по повышению конкурентоспособности наших ведущих университетов. Мне кажется очень важным, что в состав его входят не только представители российской высшей школы, наших университетов, органов управления, но и науки, и бизнеса, а также зарубежные коллеги, которые добились впечатляющих успехов в продвижении своих университетов.

Я напомню, что мы поставили перед собой амбициозную задачу (некоторые считают её абсолютно нерешаемой, но мы считаем иначе, или бы мы здесь просто не встретились с вами) – чтобы к 2020 году не менее пяти университетов вошли в сотню лучших в мире. Я выскажу своё мнение, почему я считаю, что это возможно. Не потому что рейтинги – вещь всегда субъективная, но потому что всё-таки традиции, возможности наших университетов, традиции нашего образования, мировой опыт – всё это свидетельствует о том, что мы можем добиться таких результатов. Раньше рейтингов не вели, может быть, лет 50 назад, но тем не менее в общем все понимали, что российское образование было на приличном уровне.

Конкуренция на глобальном рынке образования – это нормальная штука. Идёт вообще конкуренция за будущее – за ресурсы, за идеи, за перспективы. И если борьба проигрывается на уровне университетов, то, конечно, после этого невозможно конкурировать и на экономическом поле. Поэтому так важно, чтобы российские вузы (причём специально хотел бы подчеркнуть: не только московские, не только столичные, но и вообще разные российские вузы) были лидерами в международных рейтингах.

Ещё раз хотел бы сказать: мы, конечно, не абсолютизируем рейтинги, но и игнорировать оценки, которые даются профессиональным сообществом, неправильно. Более высокая позиция в них – это всегда своего рода знак качества (как бы мы ни относились вообще к идее рейтингования), показатель того, насколько университет соответствует международным критериям, общемировым критериям, как подготавливаются кадры, насколько они востребованы в крупнейших компаниях. Поступая в такой университет, человек уже делает первый шаг в своей карьере.

В вузы, университеты из мировой сотни стремятся самые амбициозные молодые люди, и, конечно, мы как наше государство, как страна обязаны использовать этот потенциал для развития собственной экономики. Иначе потом придётся думать о том, каким образом своих специалистов возвращать, хотя это тоже в жизни происходит, и ничего особенного в этом нет.

Правительство выделяет довольно приличные средства на повышение международной конкурентоспособности университетов – только в текущем году это 9 млрд рублей (или около 300 млн долларов). Каждый университет может сформировать программу для улучшения позиции в рейтингах, а по итогам конкурса ему может быть выдана соответствующая субсидия. Хотел бы сразу сказать, что это, конечно, деньги не на общее развитие университета, это целевые деньги. Цель, понятно, какая: достижение определённого результата. Вузы, которые получат эти деньги (те университеты, которые победят в этом конкурсе), должны понимать степень своей ответственности.

Я знаю, что заявки подали уже, по-моему, 54 вуза. Отобрано – 36. И сегодня они представляют на обсуждение cовета презентации своих программ. Они здесь будут представляться?

Д.Ливанов: Уже 8 вузов представили свои программы, до конца дня заслушаем 26 и 8 ещё завтра.

Д.Медведев: В общем, тогда у вас большая работа. Надеюсь, эти презентации интересные. Во всяком случае, они тоже помогут нашим университетам научиться предъявлять себя, в жизни это очень важно.

Проект рассчитан на долгосрочный период, за это время университетам предстоит измениться по многим критериям.

Первое. Конечно, нужно активно привлекать молодых педагогов, учёных, преподавателей со всего мира, развивать партнёрство как внутри страны, так и с иностранными вузами, повышать уровень того, что называется академической мобильностью. Понятно, что у человека, который проработал в разных университетах, совершенно другой кругозор. Он лучше интегрирован и в глобальную науку, что для нашей науки является, на мой взгляд, крайне важным, и знаком с передовыми технологиями и методиками, которые существуют в мире.

Второе, о чём хотел бы сказать. В университете должна развиваться наука сама по себе, формироваться определённая интеллектуальная среда. Там должны быть и условия для исследовательских проектов, внедрения перспективных разработок, включая создание малых инновационных компаний и ведение различного рода венчурных исследований.

Третье, о чём хотел бы сказать. Важнейший показатель конкурентоспособности вуза – высокий уровень квалификации выпускников, их востребованность на рынке труда. Для университетов такая связь с бизнесом крайне важна. Не скрою, когда я ещё занимался вопросами бизнеса в 1990-е годы и ко мне приходил потенциальный мой коллега, например, тот же самый юрист, в зависимости от того, как выглядел его диплом, у меня складывалось первичное впечатление. Если мне было понятно, какой университет окончил человек, – это была одна ситуация, если это был неизвестный для меня университет – это было другая ситуация, даже если этот специалист был очень хорошим. Так что бренд вуза значит очень многое во всём мире, в нашей стране тоже.

И, наконец, четвёртое. Одна из ключевых задач – повышение в наших университетах доли иностранных студентов. Для чего это необходимо? Я думаю, объяснять не нужно. Если приезжают учиться иностранные студенты, значит, у нас нормальные университеты, они востребованы, пользуются спросом, они уважаемы.

И, наконец, последнее. Обновляя образовательные программы, нужно создавать и более современную систему управления университетами, которая основана, конечно, прежде всего на общеуниверситетских принципах, привлекать к менеджменту современных и эффективных специалистов. И задача эта, наверное, не менее сложная и важная, чем, например, та же самая реформа Академии наук, которая в настоящий момент идёт в нашей стране.

Дорогие друзья! Нам предстоит важная работа. Я рассчитываю

на дальнейшее сотрудничество и со стороны наших зарубежных коллег – использование вашего неоценимого опыта. Уверен, что те результаты, которые будут получены, способны определить лучшие, перспективные университеты и раскрыть их потенциал.

Больше я, наверное, ничего говорить не буду, чтобы это не выглядело как вмешательство в вашу компетенцию. Передам слову Министру образования. Дмитрий Викторович, пожалуйста.

Д.Ливанов: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Я хотел прежде всего от имени всех членов Совета поблагодарить Вас за участие в нашем сегодняшнем совещании, в нашей встрече. Для нас это очень важное, знаковое событие. Хотел бы представить Вам членов Совета. По левую руку от Вас Андрей Евгеньевич Волков – это ректор Московской школы управления. Дальше по часовой стрелке: Эдвард Кроули – президент Сколковского института науки и технологий; Олег Алексеев – вице-президент фонда «Сколково»; профессор Вейфанг Мин – исполнительный президент Китайского общества стратегии развития образования; профессор Малькольм Грант – президент Университетского колледжа Лондона и профессор Лап-Ши Цуи – президент Гонконгского университета. Ещё с нами в дистанционном режиме в работе участвует профессор Альтбах – директор Центра международного высшего образования Бостонского колледжа из Соединённых Штатов.

Д.Медведев: Всех ещё раз приветствую.

Д.Ливанов: Вы отметили в Вашем вступительном слове, что наращивание исследовательского потенциала наших университетов – это важнейшая задача, которая стоит в целом перед нашей системой высшего образования. Россия должна занять достойное место на мировом рынке интеллектуальных продуктов высокого класса. Это то место, которое всегда характеризовало Советский Союз, то место, которое мы в значительной степени в последние 15–20 лет утратили. Но нам необходимо восстановить свою международную конкурентоспособность в науке, производстве современных технологий и секторе высшего образования. Для этого нам предстоит привести состав и качество образовательных программ к уровню лучших международных стандартов. Мы это делаем пока на примере примерно 15 наших ведущих университетов, которые будут отобраны для участия в программе, но на самом деле считаем, что лучшие практики будут распространяться в гораздо более широком круге наших высших учебных заведений.

Нам необходимо перейти на международные практики управления вузами. Это требует очень серьёзных изменений и нормативной базы, и, что самое важное, ментальности наших университетов. Нам, безусловно, предстоит качественно улучшить систему исследований и разработок в наших вузах. Я думаю, что реформа Академии наук, о которой Вы уже сказали, здесь также будет одним из факторов включения наших ведущих академических, научных учреждений в более тесную кооперацию с университетами, чем тот уровень, который был достигнут в прошлом. И, безусловно, крайне важно обеспечить интернационализацию всех сфер деятельности наших вузов, включая и создание современной инфраструктуры для привлечения лучших учёных, преподавателей, управленцев и, самое главное, лучших студентов. Нам нужно, чтобы наши университеты были привлекательным местом для получения образования студентов со всего мира.

Безусловно, активное продвижение российской системы высшего образования в международных рейтингах – это индикатор, это не наша цель, но это тот показатель по которому мы будем оценивать успешность каждого университета в продвижении вперёд. Принципы проекта основаны на том, что государственная поддержка будет выделяться ограниченному кругу вузов – тех вузов, которые обладают реальным потенциалом для вхождения в мировые рейтинги. Мы оцениваем каждую программу с точки зрения реалистичности достижения амбициозных показателей.

Для каждого университета будет разработана «дорожная карта», то есть детальный план мероприятий, по существу отдельный проект, потому что все университеты разные, каждый обладает своей индивидуальностью, уникальностью, и очень важно разработать индивидуальный подход и программу развития для каждого. И наш Совет призван как раз отобрать такие программы, отобрать те университеты, которые способны изменяться, способны активно двигаться вперёд. И мы считаем крайне важным на всех этапах проекта привлекать лучшую мировую экспертизу, использовать лучший мировой опыт, использовать для оценки и программ, и их последующей успешности или неуспешности лучших мировых экспертов, естественно, включая и наших российских коллег, учёных, инноваторов, изобретателей, представителей промышленности.

К 2020 году каждый университет – участник проекта (а мы отберём примерно 15, может быть, чуть меньше, может быть, чуть больше) будет находиться в топ-200 одного из ведущих мировых рейтингов, из них не менее пяти войдут в сотню. Мы считаем принципиально важным развивать не только пять университетов, а развивать более широкий круг, но я ещё раз обращаю внимание, что мы считаем, что проект в целом окажет очень серьёзное влияние и на нашу систему высшего образования в целом путём задания высоких стандартов и распространения лучших практик. Каждый университет будет иметь не менее 3 тыс. статей в год к 2020 году в основных академических базах данных, и таким образом влияние России на мировую систему научных знаний существенно повысится.

Д.Медведев: Это где конкретно эти 3 тыс. статей?

Д.Ливанов: Мы имеем в виду базы Web of Science и Scopus, это основные международные базы научных публикаций. И каждый университет будет обучать не менее 15% иностранных студентов, это в несколько раз больше в среднем, чем сегодня. То есть здесь мы сделаем очень серьёзный прорыв, очень серьёзный рывок вперёд.

Я хочу в Вашем лице поблагодарить Правительство за финансовую поддержку, за решение о финансировании этого проекта. Очень важно, чтобы проект имел долгосрочные финансовые перспективы, чтобы была обеспечена финансовая устойчивость, но при этом мы понимаем, что не исключено, что часть университетов не сможет соответствовать в ходе проекта тем высоким требованиям, тем высоким параметрам развития, которые они сами для себя примут. Поэтому мы не исключаем и ротации в составе участников проекта. Не исключено через два, три, может быть, четыре года и проведение следующего тура этого конкурса – включение в состав проекта новых участников.

<…>

* * *

Д.Ливанов: Я ещё в заключение два слова скажу о том, какой у нас график работы на сегодня и ближайшие месяцы. Это наше второе заседание. На первом, которое было в мае, мы определили основные правила конкурса – как будет проходить отбор университетов, какие требования мы предъявляем к их программам. На этом заседании, которое идёт целый день сегодня и половину дня завтра, мы заслушаем все презентации и в конце, в середине дня, около 15.00 (в субботу, я имею в виду), проголосуем и примем решение. После этого все университеты, которые будут отобраны, а их будет от 10 до 16–17, не больше, получат средства. Они будут уже извещены о той сумме денег, которая у них будет, и приступят тут же к разработке своих «дорожных карт». Мы ожидаем, что в этом им будут помогать лучшие мировые консалтинговые компании, в том числе российские и западные – это уже будет решение университетов, но нам очень важно, чтобы каждый университет не только изнутри смотрел и видел себя, но чтобы были внешние люди, которые помогут лучше выполнить и позиционирование, и разработать план движения вперёд.

Наш совет ещё раз соберётся в сентябре, рассмотрит эти «дорожные карты» на предмет их качества и реализуемости. Мы окончательно одобрим эти карты, если нужно, дадим какие-то рекомендации по их изменению и потом одобрим. Уже с конца сентября – начала октября каждый университет начнёт реализацию этих мероприятий.

Д.Медведев: А деньги когда они получат?

Д.Ливанов: Деньги на самый первый этап, то есть на разработку «дорожных карт», они получат в течение двух недель после нашего решения, а деньги уже на основные мероприятия получат с сентября или октября, в зависимости от скорости.

Д.Медведев: Понятно, спасибо.

Уважаемые коллеги! Мне на самом деле было очень интересно побывать на заседании совета, во-первых, потому что это интересное само по себе дело, а во-вторых, было очень приятно послушать вас. Есть позиции, по которым, я уверен, мы абсолютно совпадаем. Очевидно, для того чтобы университет был современным, он должен быть хорошо вписан, органично вписан в контекст мирового сотрудничества. Он должен быть конкурентоспособным. Он должен генерировать среду, пользоваться необходимыми академическими свободами, заниматься соответствующими исследованиями. У него должна быть стратегия и должна быть цель. Но, как правильно сказал господин Мин, цель – это, конечно, хорошо, но цель может быть абсолютно недостижимой, с одной стороны, но двигаться к ней всё равно надо. О чём напоминают мне высказывания некоторых практиков революционной деятельности XX века, которые говорили когда-то о том, что конечная цель – ничто, движение – всё. Это некоторое преувеличение, но на самом деле для университета это тоже абсолютно нормальный лозунг, потому что, продвигаясь к той или иной позиции, мы действительно становимся сильнее, более конкурентоспособными, становимся более привлекательными. И, конечно, очень важен личный вклад каждого (это очевидная вещь, абсолютно), начиная от ректора и заканчивая студентом. Потому что университет – это коллектив, это команда, иначе просто и быть не может. И невозможно разорвать эту команду: или она есть, или этой команды нет. Поэтому будем двигаться по соответствующему пути. Деньги, которые будут предложены, не фантастические, но они позволяют всё-таки заявить о себе.

Что касается вообще денег, я считаю очень важным, чтобы мы в России продолжали двигаться по тому пути, по которому, собственно, движутся основные университетские центры в мире. Помимо государственного финансирования, которое всегда было, есть и будет – и по отдельным программам, тем более по линии государственных субсидий государственным университетам, потому что в нашей стране их очень много, но нужно всё-таки продолжать создавать эндаументы (endowment – сформированная за счёт пожертвований часть имущества некоммерческой организации, переданная в доверительное управление управляющей компании) и наполнять их. И вопрос этот не только финансовый, это, если хотите, вопрос корпоративной солидарности. Если ты выпускник университета, если он тебе дорог, и ты чего-то в жизни достиг, мне кажется абсолютно правильным, когда выпускники тоже помогают своему родному университету. Это поднимает университет и даёт, конечно, источник для развития.

И, наконец, самое последнее. Действительно, я согласен, что часть проблем в любой стране, не только в России или Китае или других странах, находится внутри самой системы образования, университетов. Часть проблем носит системный характер, накопленный характер, это структурные проблемы, и мы тоже должны эти задачи решать. Я надеюсь, что мы это будем делать успешно, развивая как науку, которая тоже находится сейчас на пути к преобразованиям (только что наша Государственная Дума во втором чтении проголосовала и поддержала абсолютным большинством голосов закон о реформировании нашей Академии наук, это долгожданное событие), а с другой стороны, развивая, конечно, нашу университетскую среду и правила, которые касаются деятельности университетов.

Ещё раз огромное вам спасибо за то, что вы с нами, за то, что вы с нами работаете и помогаете развивать наше образование.

Россия > Образование, наука > premier.gov.ru, 5 июля 2013 > № 870776 Дмитрий Медведев


Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 26 июня 2013 > № 870775 Дмитрий Медведев

Встреча с членами Общероссийской общественной организации «Деловая Россия»

Стенограмма:

Д.Медведев: Не скрою, я считал самым правильным просто встретиться пообщаться, а не выступать с длинными речами на форуме. Поэтому я и сейчас ничего такого долгого не планировал говорить. Повестка дня свободная, я готов пообщаться, готов ответить на ваши вопросы. Коллеги здесь присутствуют, так что я думаю, что это, наверное, самое правильное будет. Александр Сергеевич (обращаясь к А.Галушке – сопредседателю «Деловой России», управляющему партнёру компании KeyPartner, председателю правления Российской коллегии оценщиков), я думаю, что я вам просто передам слово. Вы начните, а потом коллеги, которые хотят выступить, что-то сказать… Единственная просьба: без длинных презентаций, а сразу по сути – претензии, вопросы, предложения.

А.Галушка: Спасибо большое, Дмитрий Анатольевич. Начать хотелось бы немножко всё-таки с позитива, потому что мы этот позитив фиксируем, и об этом тоже стоит сказать. В целом, если глазами бизнеса посмотреть на ту ситуацию, которая у нас складывается с инвестиционным климатом, с бизнес-климатом, то мы видим для себя три главных вещи – выгодно, удобно и безопасно инвестировать и вести бизнес в России. И вот именно по этим трём параметрам я коротко во введении хотел сказать, как мы обобщённо оцениваем положение дел.

По «безопасно» – очевидный прогресс. Последние события, связанные с амнистией, – это, конечно, шаг вперёд очень большой. И не только это связано с судьбой людей, которые сегодня сидят в тюрьме, это вообще мощный сигнал системе, в том числе судебной и правоохранительной, что мы всё-таки наконец-то будем уходить от обвинительного уклона и от презумпции виновности бизнеса. Второе. Создание института омбудсмена – уполномоченного при Президенте по защите прав предпринимателей, и это тоже очень большой шаг вперёд. Третье. До конца года в соответствии с указом Президента общественное объединение предпринимателей получит право подавать иски в защиту интересов своих членов, а также интересов неограниченного круга лиц. И, как это было на Петербургском форуме отмечено, фактически наряду с государственным омбудсменом у нас появится широкая линейка общественных омбудсменов в лице влиятельных общественных организаций.

И четвёртое с точки зрения безопасности – это принятый уже в первом чтении в Госдуме законопроект об административном судопроизводстве. Все эти четыре фактора позитивные. И мы консолидированно как бизнес-сообщество отмечаем это как четыре больших плюса, каждый из которых поддерживает друг друга и усиливает друг друга. И из этих, собственно, моментов и складывается такая общая политика.

С точки зрения удобства ведения бизнеса. Девять «дорожных карт» утверждены Вами. И мы оцениваем эти «дорожные карты» позитивно. В этих «дорожных картах» на сегодняшний день около 500 мероприятий. Главный момент – их реализовать. И то, что Правительство Российской Федерации и Вы лично уделяете этому внимание, – важнейшая вещь для практической реализации. Мы видим, как на уровне уже такого среднего звена бюрократии это происходит. Подобного рода внимание, конечно, усиливает активность и результативность.

Также с точки зрения удобства ведения бизнеса важное место занимает региональный стандарт – создание благоприятного инвестиционного климата в субъектах Российской Федерации. Эти две вещи – девять «дорожных карт» плюс региональный стандарт, – безусловно, шаг вперёд, мощный шаг вперёд. И ключевая вещь, что оценку и одного, и другого даёт само предпринимательское сообщество. На наш взгляд, это ключевой фактор успеха: что не очередные отчёты о достижениях чиновников мы получим, а реальный прогресс, реальное продвижение вперёд.

Третье измерение инвестиционного климата – «выгодно». И здесь, к сожалению, можно сказать, позитив заканчивается. Если посмотреть 2013 год, сравнить его с 2007-м, самым успешным докризисным годом, то в 2013 году, можно сказать, у нас рынок восстановился до докризисного уровня. Но за это же время очень сильно выросли издержки (электроэнергия, газ) и, самое главное, ещё налоги выросли. Это выгодно складывается из трёх основных вещей: налоги, тарифы, кредиты. Если по кредитам – очевидно, это больше прерогатива Центрального банка: обеспечить экономику длинными дешёвыми деньгами – кстати, то соглашение, которое мы сегодня подписали с ВТБ в Вашем присутствии, как раз и предполагает разработку механизма длинного финансирования модернизационных проектов. Это тоже шаг вперёд, но всё же ведущая роль в создании дешёвых и длинных денег принадлежит Центральному банку.

Налоги. По налогам мы понимаем напряжённость бюджета, которая у нас сегодня существует. Вместе с тем на что бы хотели обратить внимание: всё-таки очень важно с точки зрения налоговой конкурентоспособности российской юрисдикции отделить новые инвестиции и стартапы от уже сложившихся производств.

Мы провели такой анализ в «Деловой России», в том числе привлекали и международных консультантов. Очень интересная картина получилась, она обобщена, на одной страничке всего – выборка некоторых стран именно для новых инвестиций: какие дают льготы по разным налогам. Страны и налоги. Получается, что Россия сегодня не располагает единой линейкой налоговых льгот (именно налоговых каникул прежде всего) для новых инвестиций. То предложение, которое сейчас по Дальнему Востоку реализуется, – это шаг в верном направлении, очень верном направлении. Но было бы правильно не только для Дальнего Востока предложить такие налоговые льготы, а для других территорий в иных параметрах, меньших параметрах (мы понимаем, что Дальний Восток мы в первую очередь хотим простимулировать). И критерии принятия решений всё-таки здесь – обеспечение международной конкурентоспособности российской юрисдикции, чтобы по тем условиям налогового стимулирования, которые предлагаются инвесторам и инвестиционным проектам, стартующим бизнесам здесь в России, мы были не хуже, чем в других странах.

Кроме этой таблички, Дмитрий Анатольевич, мы передадим подробное исследование по этому поводу, оно выполнено. За этой табличкой стоит очень большое исследование, а табличка является такой квинтэссенцией всего этого.

И по налогам я одну вещь хотел добавить. У нас просто возникла чрезвычайная ситуация по закрытию индивидуальных предпринимателей с начала года, когда более 600 тыс. на сегодняшний день индивидуальных предпринимателей закрылось. Я бы хотел обратить внимание, что если в эту сессию не будет принят закон, который изменяет порядок расчёта страховых взносов, по большому счёту он даже смысл теряет. Мы ещё потеряем около 300–400 тыс., и какой тогда смысл это делать? Поэтому, конечно, важно было бы ускорить принятие этого закона.

Кроме того, у нас есть ещё одно предложение. С чем оно связано: Вы говорили на пленарном заседании о доверии. Самая сложная штука в этой ситуации, когда закрылись индивидуальные предприниматели, – это вернуть их доверие. Это самая сложная вещь. И здесь, конечно, нужны асимметричные меры. И я, если позволите, такое сравнение приведу. Как листочек сложили, мы его перегнули, его простым возвращением назад… Почему асимметрия нужна? Нужно сильнее, чтобы он назад вернулся. И таким сильным действием, на наш взгляд, могло бы быть как раз освобождение от всех налогов на два года вновь регистрирующихся индивидуальных предпринимателей. И логика такого освобождения не в выпадающих доходах бюджета, а в том, что это фактически является инвестицией в будущее, бюджетной инвестицией в расширение будущей налоговой базы, которую мы сегодня потеряли в лице этих 600 тыс. индивидуальных предпринимателей. Вот то, что касается налогов.

Отмечу последнее, по теме налогового администрирования: есть очень хорошая «дорожная карта», она уже в недрах АСИ рождена. Мы надеемся, что она также дальше пойдёт, как и другие карты. Мы её оцениваем очень положительно, она очень прогрессивная и хорошая.

По теме тарифов ряд решений прозвучал на Санкт-Петербургском экономическом форуме. Если Вы позволите, Дмитрий Анатольевич, по тарифам я бы хотел передать слово своему коллеге – Александру Осипову, вице-президенту «Деловой России».

Д.Медведев: Я просто подумал, что, наверное, вы правы: после того, как один раз согнули, для того чтобы разогнуть, одного движения недостаточно. Но в этой ситуации главное не это, а главное, чтобы потом не согнули ещё раз вот так, а потом ещё раз.

Спасибо за добрые слова, сказанные в адрес последних решений, озвученных и на форуме, и того, о чём Президент говорил, и действий Правительства. Я лишь хочу высказать своё отношение к интенсивности нашей совместной работы. Вы назвали четыре позитивных фактора, в принципе которые действительно должны повлиять на общий уровень конкурентоспособности, на атмосферу, которая складывается между государством и бизнесом, но хочу вернуть то, о чём вы говорите. Все эти четыре фактора могут не сработать. Все четыре.

Вы упомянули амнистию, но мы понимаем, что такое амнистия. Амнистия – это ретроспективное действие, когда государство принимает по инициативе Президента или кого-то другого специальный закон, освобождающий лиц, отбывающих наказание по определённым составам преступлений. Это хорошо, с одной стороны. С другой стороны, мы понимаем, что, если не изменится практика применения того же самого уголовного закона по отдельным видам правонарушений, которые обычно вменяются бизнесу, через некоторое время придётся проводить новую амнистию, а в этом нет ничего хорошего. Поэтому, на мой взгляд, мы должны идти дальше, не просто принимать решения, связанные с ранее совершёнными действиями, будь то виновные действия или какие-то иные (это более сложная тема), но и стараться всё-таки менять само законодательство. И мне бы не хотелось, чтобы эта тенденция на улучшение качества уголовного закона, на то, чтобы уголовный закон был в большей степени приспособлен к потребностям современной рыночной экономики (а мы такие действия проводили в последние годы), чтобы она прекратилась. Почему я об этом здесь говорю? Именно потому, что в этом, во-первых, заинтересованы все присутствующие, в этом заинтересовано Правительство, и я думаю, что в этом плане Борис Юрьевич (Б.Титов) может активно подключиться к этим вопросам.

Мы должны продолжить работу по совершенствованию уголовного закона. Он у нас в значительной мере несёт на себе печать ещё советского правопонимания, даже несмотря на то, что Уголовный кодекс был принят уже в постсоветский период, не говоря уже о практике применения уголовного закона. Именно поэтому и требуется проводить амнистии. Это первое.

Второе. Я тоже скажу, что очень важно, чтобы фигура уполномоченного, которым сейчас является Борис Юрьевич (Б.Титов – уполномоченный при Президенте по защите прав предпринимателей), приобрела зримую компетенцию и стала популярной для решения тех проблем, которые у бизнес-комьюнити возникают. Это, конечно, зависит и от самого Бориса Юрьевича, но это зависит и от отношения государства в целом к деятельности уполномоченного, поэтому я хотел бы вам здесь пожелать успехов. Я надеюсь, что вы будете решительны в отстаивании интересов ваших соратников по цеху.

Иски в отношении неограниченного круга лиц. Я несколько позиций на эту тему озвучил, когда выступал в зале. В принципе это неплохой институт. Вопрос только в том, по какому всё-таки кругу обращений здесь пойдёт государство, какова будет компетенция соответствующих структур, которые получат право обращаться с исками о защите неограниченного круга лиц, как будет складываться практика.

Наконец, административное судопроизводство. Само по себе, наверное, это тоже о развитии, но нужно, чтобы всё-таки это было не усложнение судебных процедур, а их упрощение, особенно в контексте озвученной идеи о целесообразности слияния судебных систем и создании единого суда, во всяком случае высшего суда. Я знаю, что эта тема тоже вызвала разные интерпретации, среди предпринимателей в том числе. Что мне кажется важным? Чтобы в процессе реализации этой идеи (не скрою, она довольно давно витала, и мы её обсуждали) не было потеряно то, что было достигнуто в последние годы. Что я имею в виду? Это всё-таки довольно современный уровень судопроизводства в арбитражном суде и достаточно современные подходы к разрешению экономических споров. Мы не должны потерять тот позитив, который был создан в последние годы в системе арбитражного суда. Модель может быть разной. Она может быть такой, как в странах континентальной Европы, когда существует и общегражданский суд, и торговый суд (или арбитражный суд по нашей терминологии). И в континентальных странах есть система судов, которая едина. Может быть, американская модель, которая тоже имеет свои преимущества. Я в данном случае имею в виду просто соединение всех видов дел в одной структуре. Но там, правда, другая система права, мы с вами это тоже понимаем. В общем, нам ещё предстоит пройти довольно значительный путь, для того чтобы реализовать все эти идеи. А работа по упомянутым направлениям – по «дорожным картам», по региональным стандартам и по трём позициям, которые вы упомянули: налоги, тарифы и кредиты, – конечно, будет продолжена. Я лишь отмечу тему, связанную со страховыми взносами. Действительно важно, чтобы все решения были приняты. Мы постараемся на эту тему договориться окончательно с Государственной Думой, мои коллеги этим занимаются. Общий подход вам известен по тем суммам, которые предлагаются сейчас в качестве базовых позиций для начисления страховых взносов, – до 300 тыс. и 1 МРОТ, соответственно, и более 300 тыс. и 1%...

Идея же полного освобождения должна быть подвергнута внимательному анализу. Она, конечно, содержит в себе не только позитивные вещи, но и определённые сложности для бюджета, но мы её обязательно проанализируем.

Теперь, с вашего позволения, я передал бы слово вашему коллеге.

А.Осипов (вице-президент «Деловой России», председатель совета директоров ООО «Энергосбытовая компания “Энергосбережение”»): Спасибо, Дмитрий Анатольевич.

Деловая активность непосредственно, напрямую зависит от того, насколько выгодно. Нет у нас практически сегодня таких видов бизнеса и производств, которые не задействовали бы минимум электроэнергию, большинство из них – ещё и газ, и грузовые перевозки и так далее. Мы сегодня вдоль и поперёк на секции разобрали и увидели, что российские тарифы на сегодняшний день и по электроэнергии, и по газу, и по железным дорогам либо превысили американские, либо российские приблизились к американским и, по-видимому, с трендом перерастут.

Первое, как нам кажется, от чего это зависит, – от стереотипов государственной политики. Соединённые Штаты ограничивают экспорт газа и этим увеличивают внутреннее предложение. У нас ситуация: мы следуем каким-то стереотипам равной доходности или равных даже тарифов с неэнергетическими странами и этим существенно ухудшаем ситуацию для своей промышленности. Поэтому первая просьба. Вы все очень много работаете, в день принимается много решений. Либо они будут делаться в логике «мы достигаем равных тарифов и равной доходности» (это ситуация, ухудшающая конкурентные условия для российской промышленности), либо для создания условий для российской промышленности, которые делают её конкурентоспособной, нам нужна другая логика, в том числе и в тарифной политике.

Второй очень важный момент: по-прежнему российские компании инфраструктурные по клиентоориентированности в большей степени являются не партнёрами, а создающими рогатки. Мы с вами «дорожную карту» сделали только по электроэнергетике, при этом на момент, когда мы начинали по электроэнергетике, у нас уже были определённые недискриминационные правила, правила раскрытия информации и так далее. В других отраслях с этим ситуация намного хуже. Если мы сегодня сравним просто даже сайты разных инфраструктурных компаний, увидим, что вообще никакой информации по некоторым инфраструктурным компаниям для потребителей, которая могла бы позволять планировать свою деятельность, по существу не предоставляется, то есть очень большая работа в этом предстоит.

Что нам кажется очень важным? Каждый раз мы делаем документы, и они оказываются недееспособными, потому что один из ключевых участников, потребитель, из регуляторики исключён. У регуляторики есть конкретные источники. Если не все точки зрения равно представлены, они либо вообще игнорируются, либо их не слышат.

И последнее у меня. Мы занимаемся энергосбытовой деятельностью независимой. Это конкретный пример создания конкуренции в инфраструктурной отрасли. Есть два сегмента – гарантирующие поставщики, монополисты, и независимые энергосбыты. Я вам приведу конкретный пример. У нас в регуляторике в электроэнергетике большое количество очень пухлых документов – правила оптовые, правила розничные, порядки, постановления и все остальные. У гарантирующих поставщиков… Чем они от нас отличаются по своей экономической сути? Тем, что они вроде бы должны тех, кого рынок не захочет взять, взять и обязаны снабжать электроэнергией. На самом деле во всех этих пухлых документах принципиально отличаются требования в итоге к нам как к независимой энергосбытовой компании (и они, конечно, завышены) и к гарантирующему поставщику, который совершенно иного характера имеет требования.

К чему я это говорю? К тому, что, по нашему мнению, мы сейчас, разрабатывая «дорожную карту» по развитию конкуренции в инфраструктурных отраслях, в том числе в электроэнергетике, хотели бы действовать именно в этой логике – выравнять требования ко всем участникам, чтобы они не были различными. Это первое.

И второе. Сегодня происходит ситуация, когда энергосбытовую деятельность передают от гарантирующих поставщиков в электросетевой комплекс. По факту складывается, что это происходит. Это крайне тревожная для нас ситуация, нам кажется она неоднозначной, вредной.

Д.Медведев: Спасибо. Я просто тоже, чтобы не забыть, сразу же хочу две вещи подчеркнуть. Вы упомянули равнодоходность. Я, вы знаете, восемь лет был председателем совета директоров одной «маленькой» компании, которая за эту равнодоходность очень долго сражалась. Хочу вот что сказать: в какой-то момент лозунг равнодоходности был абсолютно правильным, потому что у нас были колоссальные искажения между реальными ценами на газ на рынке и тем, по каким ценам газ поставлялся потребителям на внутреннем рынке. Но в какой-то момент мы должны всё-таки действительно остановиться и понять, в какой степени вот такая прямая равнодоходность является оптимальным приёмом работы на нашем рынке, потому что всё-таки должны быть и какие-то конкурентные преимущества, именно потому, что мы – Россия, и именно потому, что мы крупнейшая страна – поставщик энергоресурсов. И этот баланс нам только предстоит опередить. Я просто хочу сказать, что выравнивание требований ко всем участникам – то, о чём вы сказали, является абсолютно справедливым в целом тезисом, и из этого надо исходить.

А.Галушка: Спасибо большое, Дмитрий Анатольевич. Я позволю себе небольшое уточнение, когда говорил про налоговые каникулы для индивидуальных предпринимателей: только на два года и один раз. Персонально индивидуальному предпринимателю и в первый раз. Второй раз воспользоваться этим невозможно и, соответственно, злоупотребить этим невозможно.

Д.Медведев: Если эту модель рассматривать: а мы как будем определять – первый или второй раз? Предпринимателей мы как будем классифицировать? Речь идёт только об индивидуальных предпринимателях?

А.Галушка: Да, только.

Д.Медведев: Конкретное физическое лицо? Не компания созданная?

А.Галушка: Нет, только… Первый раз и один раз.

Д.Медведев: Понятно. Продолжим.

А.Галушка: Спасибо, Дмитрий Анатольевич. Кстати, по тарифам тоже по позитиву хотелось сказать. Последние решения, которые были озвучены, по индексации тарифов по инфляции – это, конечно, большой уже плюс, большой шаг вперёд. И создание совета потребителей при РЭК, при Федеральной службе по тарифам и инфраструктурных монополиях...

Д.Медведев: Если бы вы знали, какие дискуссии в Правительстве по этому поводу были и какова позиция многих моих коллег, которые отвечают за отрасли, то здесь скучно бы не было, это абсолютно точно. Тем не менее такое решение действительно принято. Мы представили свои предложения Президенту, Президент нас в этом плане поддержал. Я думаю, что в этих условиях это правильно. Хотя придётся вытирать слёзы у маленьких компаний, наших инфраструктурных монополий, потому что они нам, естественно, сразу выкатили вопросы инвестиций – денег у них не хватает. Ладно, продолжим.

А.Данилов-Данильян (сопредседатель «Деловой России», председатель совета директоров ОАО Rodex Group): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Лозунг «Деловой России» – «Мы делаем дело!», и это не только проявляется в том, что мы периодически самые разные инициативы доводим до Правительства, до различных министерств и ведомств. Мы, собственно, все тут предприниматели, конкретные бизнесмены, за плечами которых стоят конкретные люди, коллективы, заводы. Мы даже издали недавно книжку, которая так и называется «Заводы “Деловой России”», причём это первый том, будут и дальнейшие издания. Это то, что нам удалось сделать за последние два-три года, и мы тем самым показываем, что снизу, никто нас не неволил сверху, мы вполне способны как модернизировать старые советские убитые предприятия, так и в чистом поле ставить новые. И мы видим, что вокруг многих промышленных площадок, образовывающихся вокруг наших заводов, можно делать так называемые кластеры, и это способ привлечения инвестиций в регионы. Кластер, центральная идея – какой-то продукт, и вокруг него выстраивается многоуровневая кооперация малого, среднего и крупного бизнеса, которая занимается переработкой, доведением этой продукции до вида конечного использования. Много всяких преимуществ у кластеров. Тут и производительность труда гораздо выше, и меньше риски, и возможности для инноваций, энергосбережения, тут такой синергетический эффект проявляется в полной мере. И мы в принципе начали эту работу, у нас уже около 40 кластерных инициатив отобрано. Мы разработали и передали Министерству экономического развития концепцию государственной поддержки кластеров и даже предварительно согласовали пять-шесть инициатив.

Что нам нужно от государства, чтобы это не вязло в бюрократии и во всяких, скажем так, традиционных подходах к государственному управлению? Нам нужен центр общественных процедур, который бы (наше предложение) был утверждён Внешэкономбанком и «Деловой Россией». Это такая форма государственно-частного партнёрства, которая будет сопровождать каждую кластерную инициативу. И при этом эти кластерные инициативы, как и с нашими заводами, идут не сверху, а снизу, то есть мы сами генерируем то, что мы видим, рыночные интересы складываются во что-то такое действительно положительное, которое может дать синергетически очень большой эффект.

Очень важно, чтобы был такой еженедельный буквально ваш и наш контроль за тем, как идёт работа по подготовке инфраструктуры для каждого такого кластера. И любой сбой по вине какого-то государственного органа или представителя муниципального органа, или естественной монополии должен, конечно, быстро пресекаться. Потому что одно дело – поставить завод, тут мы шишек набили, но всё понимаем. Другое дело – сделать гораздо более сложную вещь под названием кластер. Поэтому без ясно выраженной такой воли вряд ли такие задачи быстро могут быть решены.

В Европе, скажем, когда мы пытаемся сделать что-то похожее, нам 100 дней – и получение абсолютно всех разрешений. И не только в Европе, в других странах бывает ещё меньше, бывают уже готовые площадки, ничего даже делать не нужно. Но здесь, в России, есть, конечно, масса своих особенностей, которые приходится преодолевать, также используя определённые особенности государственного управления. Поэтому дайте по возможности соответствующее поручение, чтобы мы образовали такой центр общественных процедур, поддержите нашу инициативу – хотя бы 5–6 пилотных кластеров. Мы покажем, как мы это умеем делать, и в результате мы на всю страну распространим эту практику. Расчёты, мы их можем отдельно представить (собственно, вашему Аппарату уже представили) показывают, что с помощью такого рода механизмов мы можем всерьёз изменить сырьевой ориентации на инновационно-промышленную – то, что очень важно для новой индустриализации и 25 млн новых рабочих мест.

Д.Медведев: Спасибо. Я хотел только уточнить: Антон Викторович, а что нужно сделать для того, чтобы вам помочь? Я слышал про Центр общественных процедур и про контроль. В практическом плане какая поддержка нужна?

А.Данилов-Данильян: В этом центре будет сведена определённая административная сила, которая позволит эти постоянно возникающие барьеры снимать – барьеры, не связанные с нашей деятельностью, а именно с деятельностью тех, кто обеспечивает инфраструктуру и так далее.

Д.Медведев: Он где должен находиться, этот центр? И на каких принципах работать?

А.Данилов-Данильян: ЦОП может находиться в Москве, это может быть любая инвестиционно-правовая форма, которая удобна…

Д.Медведев: Его кто создавать должен?

А.Данилов-Данильян: Внешэкономбанк плюс «Деловая Россия». Может быть, подключатся другие общественные объединения бизнеса, но мы по крайней мере за себя абсолютно уверены.

Д.Медведев: Давайте так сделаем: за Внешэкономбанк, в силу понятных причин, мне тоже приходится отвечать. Подготовьте предложение, я посмотрю, что это будет на практике. Бумагу мне сделайте.

А.Данилов-Данильян: Спасибо большое.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 26 июня 2013 > № 870775 Дмитрий Медведев


Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 26 июня 2013 > № 870774 Дмитрий Медведев

Дмитрий Медведев принял участие в пленарном заседании IX Национального бизнес-форума Общероссийской общественной организации «Деловая Россия»

Выступление Д.Медведева:

В этом зале, конечно, гораздо лучше, чем на улице, – в Москву вернулась жара, поэтому с удвоенным удовольствием принял приглашение поучаствовать в форуме «Деловой России». Я надеюсь, что уже состоялся, да и в дальнейшем будет проходить откровенный и предметный разговор по теме, которая заявлена в качестве основной – по вопросам развития конкуренции. Разговор будет о том, как выполняются «дорожные карты» и что нам предстоит сделать совместно в ближайшее время.

Я напомню, что полтора года назад именно на съезде «Деловой России» был дан старт национальной предпринимательской инициативе – системной работе по улучшению условий предпринимательской деятельности. Пользуясь случаем, я хотел бы всех поблагодарить, кто принимал участие в этом, – и самих предпринимателей, и бизнес-ассоциации, и, конечно, экспертов. Самое главное, что были сформулированы основные идеи, которые теперь заложены в эти карты, и эти карты вами весьма внимательно исследуются, самое главное – исследуется их реализация.

Не буду ещё раз повторять прописные истины о значении конкуренции. Очевидно, что уровень конкуренции в нашей экономике крайне слабый, низкий. Более того, у нас конкуренция зачастую проходит в специфической форме, в той форме, которой нет в других странах – это конкуренция за административный ресурс, и это тоже печально. Но констатация того, что есть, – это ещё не решение вопроса, хотя это важно. Главное – это наши поступки. Поэтому я считаю, что «дорожные карты» по улучшению инвестклимата в любом случае работают на улучшение конкурентных начал (хотя напомню, что в декабре прошлого года Правительство приняло и специальную «дорожную карту», которая предусматривает последовательные шаги по созданию условий для развития конкуренции в целом, и в том числе или включая такую важную составляющую, как инфраструктурная конкуренция, развитие конкуренции в инфраструктурных отраслях), также снижение доли государственного сектора в экономике (что, скажем откровенно, у нас пока получается с большим трудом), разработку стандарта конкуренции в регионах и внедрение лучших практик и, конечно, повышение уровня защиты прав потребителей.

Работа, как известно, спланирована на период до 2015 года. В эту деятельность должны быть включены помимо Федеральной антимонопольной службы и Минэкономразвития также все отраслевые министерства, должны включиться ведомства, регионы и муниципалитеты. Соответствующие полномочия закреплены в положениях о федеральных органах исполнительной власти.

Очевидно и то, что тема развития конкуренции весьма обширна. Судя по программе форума, по многим вопросам предусмотрены отдельные выступления. Я позволю себе остановиться буквально на нескольких моментах.

Первое, что хотел бы отметить, – особое внимание следует уделять тем сферам и отраслям, которые затрагивают интересы абсолютного, подавляющего большинства наших граждан и непосредственно влияют на качество жизни людей в нашей стране; где увеличение числа участников рынка, справедливая конкуренция между ними позволят снизить цены, что на самом деле всегда важно, и улучшить обслуживание. Я имею в виду, естественно, жилищно-коммунальный сектор, транспорт – и железнодорожный, и авиаперевозки, – услуги связи, а также доступность и безопасность лекарственных препаратов и медицинских услуг.

Вообще что такое конкурентный рынок? Я думаю, нам всем понятно – это такой рынок, на котором прежде всего потребитель чувствует себя комфортно и уверенно. Нам необходимы современные и эффективные инструменты защиты прав потребителей. В «дорожной карте» поставлена задача разработать новый для России, но опробованный в других странах механизм. Я думаю, это тоже стоило бы обсудить, потому что, как и любой механизм, он всегда имеет и плюсы, и минусы. Но он должен позволить компаниям и гражданам подавать так называемые коллективные иски к нарушителям антимонопольного законодательства и взыскивать с них довольно значительные убытки, причём делать это, естественно, с участием адвоката, который получает гонорар от взысканных убытков и заинтересован в защите прав потребителей. Давайте подумаем, насколько этот механизм может прижиться у нас, будут ли здесь издержки, а если внедрять его, то как.

Второе, о чём хотел бы сказать, – это подготовка нормативных актов. Она должна проходить абсолютно открыто, а результаты общественного обсуждения и антикоррупционной экспертизы должны быть доступны для всех заинтересованных. Непосредственные участники рынка тоже должны раскрывать необходимую информацию, особенно те, которые занимают доминирующее положение. Поэтому, скажем, инвестиционные расходы, операционные расходы наших инфраструктурных монополий должны быть абсолютно прозрачны, и для этого должен быть создан единый и доступный для всех информационный ресурс.

Третье, о чём хотел бы сказать, – это расширение доступа к государственным закупкам и закупкам государственных компаний со стороны малого и среднего бизнеса. Мы тоже об этом довольно часто говорим. Но важно не только эффективно расходовать бюджетные средства, приобретая качественные товары по обоснованным рыночным ценам, но и сформировать устойчивый платёжеспособный спрос на инновационные товары, научные разработки, генератором которого, как правило, являются относительно небольшие компании. При этом акцент будем делать на поддержку перспективных высокотехнологичных предприятий, которые впоследствии могли бы побороться не только за наш рынок, но и за присутствие в других странах на международных рынках. Я напомню цифру, которую, наверное, присутствующие знают: по оценкам экспертов, ежегодный объём госзакупок составляет порядка 8 трлн рублей. В настоящее время доля субъектов малого и среднего бизнеса в этих 8 трлн составляет не более легендарных 2%. Для сравнения: у американцев поставки малых и средних компаний, например для нужд армии, через субконтракты с крупными компаниями (на самом деле, это и так делается) занимают приблизительно 30%, а мы сами понимаем, какие расходы идут в Соединённых Штатах Америки на оборону. Почувствуйте разницу.

В соответствии с «дорожной картой» к 2018 году около четверти закупок компаний с госучастием должны обеспечиваться малыми и средними предприятиями. И это уже абсолютно конкретный индикатор. Если мы добьёмся таких цифр, я считаю, что эта задача будет решена.

Четвёртое. Развитие института оценки регулирующего воздействия. Этот институт работает, он сформировался. У меня были некоторые сомнения, но на самом деле он приносит пользу. Я напомню, что его основная задача – ещё на стадии подготовки нормативно-правовых актов выявлять избыточные и неэффективные нормы. Сейчас оценка регулирующего воздействия обязательна для всех решений Правительства. Необходимо постепенно расширять сферу применения этой самой оценки, распространяя её и на вопросы конкуренции, и внедрять эту практику на региональном уровне. Кстати, подобный подход полностью соответствует рекомендациям ОЭСР.

Пятое. Картинка по стране, ситуация в стране, мы с вами понимаем, очень разная, поэтому нужно самым внимательным образом отслеживать, как принято говорить, лучшие региональные практики, распространять соответствующий опыт в других субъектах Федерации. По аналогии с инвестиционным стандартом разрабатывается региональный стандарт развития конкуренции.

Ситуация действительно очень разная. Она зависит и от экономических условий, в которых работает тот или иной субъект, скажем прямо, и от субъективного фактора – от позиции губернатора, его команды, от готовности работать в соответствующей сфере, развивать конкурентное начало или, наоборот, желание поощрять только близкий бизнес. Такой стандарт должен быть разработан и в отношении регионов.

Уважаемые коллеги, в нашей совместной работе есть и определённые успехи, и амбициозные планы, есть и нерешённые вопросы, есть и разногласия. Но самое главное – это сохранить заинтересованный настрой бизнес-сообщества. Мы с коллегами его постоянно ощущаем, особенно, когда занимаемся подготовкой «дорожных карт», и смотрим за тем, как эти карты исполняются.

Я совсем недавно проводил встречу рабочих групп по «дорожным картам» и принял решение по корректировке целого ряда рабочих карт, потому что изначально мы исходили из того, что рабочие карты потому и рабочие, что их можно и нужно править. Если мы видим, что что-то не работает или – совсем хорошо, достигнуты цели, поставленные в рабочей карте, значит, нужно двигаться дальше. Поэтому признано целесообразным подготовить новую редакцию нескольких «дорожных карт». Это и повышение доступности энергетической инфраструктуры, и улучшение предпринимательства в сфере строительства, и совершенствование таможенного администрирования, хотя по всем этим картам уже проделана неплохая работа в целом.

Ещё раз хотел бы сказать, что именно работа на общую цель и формирует общие ценности, и, конечно, создаёт самое главное, что должно быть в отношениях между государством и бизнесом, – доверие. Фактор доверия крайне важен, и, скажем прямо, пока должного доверия нет. Но всё, что мы делаем с двух сторон, должно быть направлено именно на это – на формирование атмосферы доверия. Участвуют в этом предприниматели, государство и, конечно, в целом все граждане нашей страны.

И завершая своё выступление, хочу вас проинформировать, что совсем недавно подписал распоряжение о награждении «Деловой России» Почётной грамотой Правительства за большой вклад в социально-экономическое развитие нашей страны. И, конечно, отдельная благодарность будет объявлена и всем нашим коллегам, которые занимаются подготовкой рабочих карт. Они много и хорошо работали. Ещё раз спасибо им большое, а основную грамоту давайте я сейчас прямо и вручу.

* * *

Дмитрий Медведев вручил Почётную грамоту Правительства Российской Федерации Общероссийской общественной организации «Деловая Россия».

* * *

В присутствии Дмитрия Медведева было подписано соглашение о сотрудничестве между Банком «ВТБ» и Общероссийской общественной организацией «Деловая Россия».

Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 26 июня 2013 > № 870774 Дмитрий Медведев


Россия > Образование, наука > premier.gov.ru, 25 июня 2013 > № 870773 Дмитрий Медведев

Совещание о мерах по созданию условий для занятий физической культурой и спортом инвалидов и развитию паралимпийских, сурдлимпийских видов спорта

Стенограмма:

Д.Медведев: Добрый день всем! Мы собрались на учебно-тренировочной базе «Ока». Хорошая база, я бы даже сказал, образцово-показательная, что немножко всегда тревожит. Но хорошо, что она есть, и это первый в нашей стране специализированный объект для подготовки спортсменов-паралимпийцев. Она соответствует требованиям Паралимпийского комитета. Я прогулялся с коллегами, посмотрел: производит впечатление – и по стандартам для занятий, и по специализированным спортивным объектам, и по обычным, житейским, что называется, стандартам, потому что в номере для спортсменов-колясочников место нормальное, есть где развернуться, всё приспособлено.

Беседовал сейчас со спортсменами – они говорят, что довольны. Наверное, ещё и потому, что у нас таких объектов, такого уровня просто нет. Но лиха беда начало, поэтому то, что есть этот, – уже хорошо, и Минспорта молодцы, что за это взялись.

Сегодня у меня есть предложение обсудить, как в целом развивается паралимпийский спорт, что нужно сделать, чтобы он стал всё-таки более доступным для людей с ограничениями по здоровью. Этот вопрос касается не только наших выдающихся спортсменов-паралимпийцев, которыми восхищаются наша страна и зарубежные болельщики (потому что характер, надо признаться, мы умеем проявлять), это не менее важно для огромного количества обычных людей с проблемами. Для них формирование такой современной спортивной комфортной среды, для 13 млн людей с инвалидностью, является весьма и весьма важным. Это не только спорт в узком смысле этого слова, это, безусловно, физическая культура, возможность посещать спортивные кружки, секции, участвовать в различных программах, которые помогают просто поддерживать физическую форму.

Мы действительно гордимся успехами наших паралимпийской и сурдлимпийской сборных. За каждой медалью, как и в любом виде спорта, стоит невероятное мужество, сила духа. Конечно, мы должны сделать всё, чтобы поддержать и спортсменов, и тренеров, тем более что победы паралимпийцев, сурдлимпийцев вдохновляют многих других людей – и людей, имеющих ограничения по здоровью, и не имеющих таковых, потому что это действительно пример силы духа, характера, что важно для любого человека.

Я напомню, что в настоящий момент у нас только в 10 субъектах страны созданы центры для подготовки профессиональных спортсменов-инвалидов. Всего в 10 субъектах! И лишь 20% имеют спортивные сооружения, которые доступны для занятий спортом инвалидов. Это не просто мало, это, действительно, просто такая стыдная цифра. При этом за три года число инвалидов, которые занимаются физической подготовкой, возросло почти в 2 раза, то есть динамика есть, и она вполне приличная, но тем не менее давайте вдумаемся, по той статистике, которой мы располагаем, это всего 3,5% от числа тех, кто вообще мог бы этим заниматься. 3,5%! Давайте посмотрим на наших соседей – у них эти цифры выглядят по-другому. Это правда.

Наша с вами задача – сделать так, чтобы к 2020 году количество людей, которые хотели бы заниматься спортом и имеют ограничения по здоровью, выросло в 6 раз. Сможем сделать лучше, будет всем приятно. Чтобы достичь этого результата, реализуются Стратегия и государственная программа, в которых большое внимание, может быть, впервые за всё время уделено работе с инвалидами, а также известная госпрограмма «Доступная среда» на период до 2015 года.

Мы ежегодно, в рамках возможного, конечно, выделяем субсидии регионам на развитие базовых паралимпийских видов спорта, поддержку организаций, которые могли бы заниматься подготовкой спортивного резерва для сборных команд. Эту поддержку надо распространить и на сурдлимпийские виды спорта.

Кроме того, соответствующим решением Правительства, размер денежных вознаграждений спортсменам по итогам выступлений на Паралимпийских и Сурдлимпийских играх приравнен к выплатам, которые получают спортсмены-олимпийцы.

Хотел бы назвать некоторые задачи, которые нам предстоит решить. Первая задача – развитие детских спортивно-адаптивных школ. Сегодня они созданы всего в 15 регионах, а должны быть во всех регионах. И хотел бы на это обратить внимание руководителей всех субъектов Федерации. Подпишу на эту тему соответствующее поручение. Работа должна вестись, конечно, на современном уровне, во всех типах коррекционных школ, в которых учатся около 100 тыс. детей-инвалидов.

Второе. Для тех, кто решил вести активный образ жизни или вернуться к активному образу жизни уже в зрелом возрасте, нужно создать все возможности. За последние 10 лет число регионов, где начали предметно заниматься развитием адаптивного спорта, выросло приблизительно в 4 раза. Это хорошо, это означает, что всё-таки работа такая ведётся. Но есть регионы, в которых вообще этим не занимаются. Я их назову, потому что это плохо, и я хотел бы обратить внимание руководителей соответствующих территорий на это. Это Республика Тыва, Чеченская Республика, Астраханская область, Брянская область, Новгородская область и Оренбургская область. Вот такая у меня информация. Если есть хорошие примеры, расскажете. Но мне написали, что в Брянской области есть эти проблемы – не развивается адаптивная физическая культура. В любом случае нужно создавать центры адаптивного спорта для взрослых и для этого использовать не только государственные средства, которых, конечно, на всё никогда не хватит, но и механизмы частно-государственного партнёрства.

Третье, о чём хотел бы сказать: в ближайшие годы состоится целый ряд ответственных соревнований и, конечно, может быть, самые важные соревнования – первые Паралимпийские игры в нашей стране, идёт активная подготовка. Но помимо вот таких международных соревнований очень важно развивать и наши, хорошо зарекомендовавшие себя соревнования, такие как всероссийские спартакиады для инвалидов, и привлекать на них как можно больше людей.

Ещё одна задача, очень важная: подготовка специалистов для коррекционных школ (тренеров можно готовить для олимпийского резерва паралимпийцев и сурдлимпийцев) и медико-биологическое сопровождение спортсменов сборных команд. Мы сейчас кое-что посмотрели – это, скажем так, производит хорошее впечатление, тем более что это мобильные комплексы, но нужно заниматься и обычным медицинским обслуживанием. Здесь всё хорошо, конечно, но так далеко не везде.

И, наконец, последнее из того, что хотел назвать вначале – вы меня, конечно, коллеги, дополните, – программа «Доступная среда», она рассчитана на период до 2015 года. При разработке программы до 2020 года в неё должны быть включены меры по доступу инвалидов к спортивным объектам и занятиям физической культурой. Просил бы профильные министерства и ведомства Правительства России обратить на это внимание.

Моё вступительное слово завершено. Теперь передаю слово министру, для того чтобы прозвучал короткий доклад. Виталий Леонтьевич (обращаясь к В.Мутко), пожалуйста. Потом пообщаемся.

В.Мутко: Спасибо, уважаемый Дмитрий Анатольевич. Уважаемые коллеги! Первое, я хотел бы, пользуясь случаем, Дмитрий Анатольевич, поблагодарить Вас за внимание к паралимпийскому спорту, за возможность сегодня обсудить проблемы, которые у нас имеются, и за то, что Вы посетили наш ведущий центр. В 2009 году мы приступили к его реализации и реконструкции. И в прошлом году ввели в таком объёме. И я хотел Вас поблагодарить за поддержку бюджетного процесса при формировании нашей инвестиционной программы. Сейчас у нас есть возможность вести тренировочные занятия по 15 видам спорта и мы будем продолжать эту работу. Наша задача – к 2015 году на федеральном уровне снять проблему по всем новым паралимпийским и олимпийским видам спорта, закрыть их всеми федеральными тренировочными центрами.

Вы уже во вступительном слове основные ориентиры назвали, я могу только добавить, что в 2009 году Правительство Российской Федерации по поручению Президента разработало и приняло «Стратегию развития физической культуры и спорта» – это очень серьёзный, амбициозный документ, ставящий очень серьёзные задачи. Дальше они были уже транслированы в государственной программе до 2020 года, которую мы разработали и приняли на Правительстве совсем недавно. И в соответствии с этими двумя документами перед нами стоит задача уже к 2020 году (Вы это отметили) доля граждан с ограниченными возможностями здоровья и инвалидов, занимающихся физической культурой и спортом, должна составить в стране 2,5 млн человек, то есть рост до 20%.

Если мы посмотрим на сегодняшние показатели, то, конечно, это очень амбициозная и непростая задача, к тому же она требует серьёзной совместной работы федеральных органов исполнительной власти, всех (и ряд коллег здесь присутствует) региональных органов власти, муниципальных органов власти, а также общественных организаций, которые здесь сегодня присутствуют, – это Паралимпийский, Сурдлимпийский комитеты, федерации по видам спорта, «Специальная Олимпиада»… Нам нужно, конечно, будет здесь очень серьёзно мобилизоваться и совместно работать. Также потребуются новые формы работы, улучшение материально-технической базы, медицинского и кадрового обеспечения отрасли.

Вследствие принятых за последние три года, после Стратегии, решений (а они были приняты очень серьёзно с точки зрения и организации, и финансов, и структуры, и управления) количество инвалидов, занимающихся физической культурой и спортом в стране, возросло более чем в 2 раза – с 224 тыс. человек до 458 тыс. в 2012 году. То есть 3,5% вовлечено в спорт от общего числа инвалидов в стране. Однако для выполнения поставленной задачи нам необходимо ежегодное увеличение… совершенно другой темп – по 357 тыс. Вы уже назвали регионы, у нас есть статистика по всем регионам: существующая разница между субъектами, неравномерность развития видов спорта во многих субъектах Российской Федерации, разность по вовлечённости, по материальной базе… Эту задачу ещё сложнее будет решить. Поэтому мы, конечно, сейчас стараемся обобщать лучшие практики и, конечно, уделять этому повышенное внимание.

По итогам 2012 года наибольший показатель занимающихся физической культурой и спортом наблюдался среди детей-инвалидов и составляет почти 40%, или 218 тыс. от общего числа детей-инвалидов. По сравнению с 2011 годом данный показатель увеличился в 3 раза и практически уже превысил предельный показатель программы «Доступная среда». Но здесь понятно, потому что все дети находятся в учреждениях коррекционной системы образования, системы социальной защиты и системы спорта, и, конечно, там нам легче организовывать эту работу, приходить туда со спортивными программами и проектами.

Конечно, физкультурно-оздоровительную работу проводят прежде всего учреждения, а их сегодня в стране 11 467. Из них в сфере физической культуры и спорта работает 400 учреждений, в сфере образования – 7 тыс. учреждений, к сфере социальной защиты относятся 500 реабилитационных учреждений. Конечно, в этих учреждениях основная работа сейчас и ведётся. Координировать эту работу должны региональные центры, которые созданы сейчас практически во всех регионах, совместно с Федерацией инвалидов, отделениями Паралимпийского комитета. Для этого есть научно-методическая база, лучшие практики.

Мы провели совсем недавно, Дмитрий Анатольевич, специальную коллегию Министерства спорта с участием всех регионов. Обобщили опыт и сделали, по сути дела, такую методическую разработку – как должна быть построена работа среди инвалидов в области физической культуры и спорта в каждом регионе нашей страны. Проводим сейчас смотр-конкурс на лучший регион, выделяем гранты, поощряя лучшие регионы и лучшие практики.

Материально-техническая база учреждений, которые мы назвали, конечно, требует существенного улучшения. Здесь это сдерживающий фактор. Так, в системе Министерства образования и науки находится 1,7 тыс. специальных коррекционных образовательных учреждений. Числится там 97 тыс. спортсменов-инвалидов, а оснащённость учреждений спортивными залами не совсем удовлетворительная. Во-первых, 84% всего оснащены, а во-вторых, существующая база не отвечает требованиям для видов спорта, включённых в программу Паралимпийских, Сурдлимпийских игр, не позволяет осуществлять физкультурно-спортивную подготовку спортсменов-инвалидов на должном уровне. Мы сейчас зал видели, сколько специального оборудования. Ледовая площадка должна быть специальной, зал – специальное покрытие, табло – специальное, бассейн – со специальными подъёмниками. Естественно, в этих учреждениях, конечно, материальная база не отвечает всем требованиям. Естественно, мы по мере возможности пытаемся их финансировать с коллегами, но серьёзными темпами мы здесь, к сожалению, не двигаемся. Конечно, вызывает большую проблему в целом доступность спортивных сооружений страны, Вы об этом во вступительном слове сказали. Мы за последние годы построили десятки тысяч спортивных сооружений – это в среднем где-то около 4 тыс. спортивных сооружений в год. С помощью федерального бюджета где-то 200–300 объектов мы строим ежегодно (с федеральным бюджетом) – это все, от плоскостных до залов. Мы на сегодняшний день имеем в стране 264 тыс. спортивных сооружений. Обеспечены и доступны для инвалидов только 18%. Вы об этом говорили и даже сказали 20, но это с учётом этого года и с учётом федеральных центров…

Д.Медведев: Немножко приукрасил даже, на самом деле 18%.

В.Мутко: Может быть, федеральные мы сюда добавим, и это будет 20, но в целом всего 47 697 спортивных сооружений. Мы все вновь вводимые объекты по федеральной целевой программе, по социальному проекту (с «Единой Россией»), новые объекты, которые строят регионы, строим уже с доступной средой для инвалидов. Они все доступны, но, конечно, то, что уже построено… Это как новую программу начинать. На самом деле мы, Дмитрий Анатольевич, сейчас вместе с коллегами из Минрегиона внесли уже СНИПЫ. Ни один объект спортивный не может быть введён в строй: если не будет зон для болельщиков, имеющих инвалидность, или для спортсменов, он не принимается.

На основании международных требований Министерством спорта разработаны и направлены в субъекты Российской Федерации методические рекомендации по обеспечению соблюдения требований доступности при предоставлении услуг инвалидам и другим малокомплектным группам. Минрегионом утверждены СНИПЫ. По сути дела, вся нормативная база в регионах имеется, и мы сейчас уже эти показатели включили в принцип оценки эффективности работы регионов, то есть мы начинаем все эти показатели мониторить. Этого, конечно, явно недостаточно, и мы будем продолжать на эту тему работать, будем применять стимулирующие программы.

Что касается федеральных центров. Мы сегодня находимся на базе «Ока», но я хотел бы также отметить (и здесь коллеги все, президенты федераций, присутствуют), что для подготовки спортсменов-паралимпийцев и сурдлимпийцев мы открыли все свои базы – и тренировочную базу «Юг-Спорт», где готовятся наши спортсмены, и тренировочные центры «Озеро Круглое», «Новогорск», «Руза», и новый центр в Кисловодске. Все имеют возможность сейчас заниматься в лучших центрах и на базах. И мы имеем перспективу развития как здесь, на базе «Ока», так и не снимаем вопрос приобретения в собственность Министерством спорта базы «Подольск», которая изначально была предназначена для паралимпийского спорта.

Д.Медведев: А что там сейчас?

В.Мутко: Там сейчас профсоюзная база, нагрузка которой 15%, износ – 80%, естественно, если мы её не заберём в собственность государства, то через какое-то время её продадут, построят какой-нибудь городок или коттеджный посёлок, а это, конечно, так скажем, намоленная база для российского спорта, и нам бы это закрыло часть проблем. Такие поручения были, мы при формировании бюджета на три года будем ещё раз с Министерством финансов эту работу смотреть.

В рамках реализации государственной программы «Доступная среда» на 2011–2015 годы Министерству спорта выделено 210 млн рублей на решение вопроса материально-технического обеспечения учреждений спортивной подготовки по адаптивной физической культуре и спорту. Но в чём здесь тема? Вы в своём вступительном слове сказали, что это так называемые адаптивные школы или отделения в специализированных школах. Мы, конечно, не удовлетворены темпами, которым раскручиваются регионы. Мы начинали с 15 школ, в этом году – 26 школ, конечно, хотелось бы, что уже в следующем году было 50 школ. И мы будем продолжать эту работу. Мы должны до 2015 года практически во всех регионах создать систему подготовки спортивного резерва и возможность для детей-инвалидов посещать детские школы И эта субсидия идёт как раз на то, чтобы закупать для школ адаптивное оборудование, оплачивать сейчас сборы и прочее.

Естественно, с 2013 по 2015 годы на эту работу будет направлено 124,2 млн рублей. Это для школы достаточно серьёзные деньги – от 2 до 3 млн рублей. Это такой государственный заказ на подготовку спортсмена-паралимпийца для сборной команды страны.

Также в соответствии с данной программой до 2015 года будет обучено более 1,3 тыс. специалистов по адаптивной физической культуре и спорту. Однако предполагаемое увеличение адаптивных учреждений неминуемо повлечёт за собой увеличение количества специалистов, что потребует для данной категории, конечно, предусмотреть в дальнейшем и повышение финансового обеспечения.

Что касается подготовки специалистов, Дмитрий Анатольевич, я хотел бы Вам доложить, что начиная где-то с начала 2000-х годов, по сути дела, мы открыли новую дисциплину, новую профессию – это адаптивная физическая культура и спорт. И сейчас уже готовим практически на 20 кафедрах достаточное количество специалистов. Сергей Петрович Евсеев (С.Евсеев – президент Всероссийской федерации спорта лиц с интеллектуальными нарушениями) стоял у истоков. Сегодня во многих вузах культивируется профессия – это тренер по адаптивной физической культуре. А ещё 10, 15, 20 лет назад это было вообще запрещено – инвалидам заниматься спортом, и мы даже не могли никого послать ни на специальную олимпиаду, ни на соревнования. Сейчас эта работа налажена, у нас появились первые доктора наук, учёные, и эта работа будет только наращиваться, я в этом просто убеждён.

Минспортом совместно с Минтрудом разработан и направлен в регионы комплекс мер по оснащению адаптивных учреждений, а также квалификационные требования к специалистам, служащим в области адаптивной физической культуры и спорта. Мы здесь с Минтрудом всю эту работу сделали – полный перечень профессий, квалификационные требования, всё это сейчас сделано. И можно сказать, где это уже принимается: Республика Татарстан, Тверская область, сейчас Тульская область. Там у нас образовались очень серьёзные экспериментальные площадки – мы вместе работаем по развитию паралимпийского спорта. Совместно с Минобрнауки и Паралимпийским комитетом разработан и направлен в регионы сборник нормативно-правовых документов по созданию и организации деятельности детско-юношеских адаптивных школ, их оснащению необходимым оборудованием. На основании данных документов в настоящее время уже создано 30 областных спортивных учреждений. Однако более чем в 50 субъектах таких учреждений пока нет, и мы хотим к 2015 году эту работу завершить, чтобы везде такие школы появились.

В целях большей вовлечённости нами увеличивается число соревнований. Вы, Дмитрий Анатольевич, ставили ещё задачу нам несколько лет назад – возродить всю линейку соревнований. Я хотел бы Вам доложить, что мы сейчас уже возродили спартакиады паралимпийские по зимним и по летним видам спорта. В едином календарном плане официальных спортивных соревнований мы увеличили в 2,5 раза количество международных и всероссийских соревнований. Если в 2008 году их было всего 265, то уже в этом году – 702. Стремительно развиваются новые виды спорта, которые требуют от нас принятия срочных адекватных мер по развитию новых паралимпийских видов. Это парасноуборд, который уже введён в программу Паралимпийских игр и будет дебютировать в Сочи, а также параканоэ и паратриатлон, которые включены в программу Паралимпийских игр уже в Рио-де-Жанейро. Что касается парасноуборда, мы рискнули и пригласили первый Кубок мира по парасноуборду к себе. И я Вам скажу, что сразу выиграли первую золотую медаль. На самом деле интерес есть, и успешно выступили. Проводили в Московской области, и сейчас команда готовится к Олимпиаде в Сочи.

Также мы увеличили финансирование соревнований, включённых в календарный план. Если в 2009 году было 176 млн рублей, то уже в 2013 году мы запланировали 399 млн рублей только на календарь паралимпийского спорта. Идёт очень большая динамика по финансированию.

В целях развития спорта среди детей-инвалидов в возрасте от 6 до 18 лет восстановлены спартакиады по летним и зимним видам спорта. В 2011 году мы провели первую Всероссийскую летнюю спартакиаду инвалидов, в которой приняли участие 1257 спортсменов из 56 (пока) субъектов Российской Федерации. Мы провели её в Москве, выбрали лучший зал в «Лужниках», сделали красивую церемонию. Все коллеги были. Надо было видеть, конечно, как регионы одели этих спортсменов, как они участвовали в соревнованиях. Награждение проводили наши заслуженные атлеты, олимпийские чемпионы. Такой был большой праздник! Тем не менее, конечно, опыт проведения спартакиад по зимним и летним видам спорта показал, что в них принимают участие дети-инвалиды только из половины субъектов Российской Федерации. Я думаю, что можно было в протоколе сегодня рекомендовать субъектам, чтобы они активней принимали участие в таких соревнованиях, потому что это некий смотр, если хотите, развития паралимпийского спорта среди детей.

Во исполнение Вашего поручения, Дмитрий Анатольевич, Минспорта утвердил перечень базовых паралимпийских видов спорта. Мы долго обсуждали и сейчас добавили сюда паралимпийские виды спорта. Это не значит, что регионы не должны развивать другие виды спорта, но базовые – это те, где сегодня есть культура, наличие тренерских кадров, есть сегодня успехи… То есть это, конечно, очень важно, и мы направляем приоритетно ресурсы в эти регионы.

В 2012 году мы заключили соглашения с 55 субъектами Российской Федерации по поддержке базовых паралимпийских видов спорта на общую сумму 31,4 млн рублей. В настоящее время завершена работа по внесению дополнений в право предоставления субсидий с учётом Вашего поручения по поддержке уже сурдлимпийцев, которые развивают сурдлимпийские виды спорта. Это тоже важное направление работы.

По части медицинского, медико-биологического обеспечения спортсменов, сборных команд России, паралимпийской, сурдлимпийской, мы Вам подробно доложили ситуацию. В 2013 году медико-биологическое обеспечение спортсменов паралимпийских сборных команд страны осуществляли 62 медицинских работника, в том числе 33 врача по спортивной медицине, 25 массажистов, 4 психолога, это уже штатные работники. Хотя ещё несколько лет назад спортивная медицина в этом направлении у нас отсутствовала, мы открыли центр подготовки. Да, пока идёт несистемная подготовка, у нас такие ускоренные курсы, мы набираем 100 человек, учим, кто-то закрепляется, но в принципе профессия спортивного врача появилась, и вуз… Первый Медицинский у нас набрал первых студентов. Мы через четыре года получим уже квалифицированных специалистов, потому что этот вуз остался в Тарту в своё время …

Д.Медведев: Тарту?

В.Мутко: Да, в Тарту был, и мы спортивных врачей готовили в советское время там. Сейчас нам нужно это всё восстанавливать. Сейчас пока мы это делаем вместе с ФМБА и Министерством здравоохранения такими ускоренными курсами, и на системной основе где-то с 2014–2015 годов (будет первый выпуск) начнём уже системно готовить спортивных врачей.

В соответствии с решением Правительства Российской Федерации от 2008 года увеличены выплаты российским спортсменам. На сегодняшний день выплаты спортсменам-инвалидам по паралимпийским и сурдлимпийским видам спорта на федеральном уровне равны выплатам спортсменам по олимпийским видам. Число стипендий увеличено тренерам, специалистам и сурдлимпийским спортсменам на 200 стипендий. Увеличен размер стипендий на 17 тыс. рублей. Она была 12 тыс., сейчас она уже увеличена до 25.

Я хотел бы также сказать, что научное сопровождение осуществляет специальный научно-исследовательский институт Министерства спорта, который расположен в Петербурге. Он полностью занимается научным сопровождением и разработкой, мы начали туда направлять серьёзные ресурсы. Паралимпийский, Сурдлимпийский комитеты, Специальная Олимпиада, Федерация спорта инвалидов получают субсидии уже на протяжении нескольких лет из федерального бюджета. Мы, когда докладывали Вам ещё на совете по спорту, эту задачу решили. Субсидии направляются на развитие новых видов спорта, содержание, популяризацию этого вида спорта. И сейчас по Паралимпийскому комитету принято решение о выделении субсидий для создания Дома инвалидов спорта, где будет размещаться Паралимпийский комитет России, Москвы и всей федерации по паралимпийским видам спорта. Министерство спорта оплатит ремонт, коммунальные платежи, плата за содержание взиматься не будет, и все наши коллеги будут находиться в одном здании – это будет очень важно, мне кажется, и мы сможем с ними сотрудничать.

На последних двух Паралимпийских играх, а также на Сурдлимпийских играх спортсмены сборной команды в неофициальном командном зачёте заняли первые места, на последних летних Паралимпийских играх в Лондоне – второе место. Для сведения: в 2008 году в Пекине наша команда была восьмой, а перед этим была 11-й. То есть, конечно, за этим труд спортсмена, тренера, региона – здесь совместная большая работа. Тем не менее опыт сборной команды России на Паралимпийских играх в Лондоне показал, что наши спортсмены-инвалиды выступали из 20 видов спорта только по 12, то есть в самых сложных дисциплинах мы не выступали. И, конечно, мы посчитали, что это надо менять, и сейчас работаем над тем, чтобы к Рио-де-Жанейро мы могли выступать по всем 20 видам спорта. Мы сейчас эту работу вместе с Паралимпийским комитетом, с субъектами Федерации ведём.

В настоящее время министерством осуществляется план работы и подготовка к XXII Сурдлимпийским летним играм, которые начнутся в июле в Софии (Болгария). Валерий Никитич (В.Рухледев – президент Всероссийского общества глухих, президент Сурдлимпийского комитета России) здесь присутствует, мы будем напутствовать команду, она централизованно сейчас готовится. Всю необходимую работу мы провели.

И к XI Паралимпийским играм в Сочи, естественно, тоже – одну из команд Вы видели – ведётся такая же плановая работа в подготовке паралимпийцев. Также нами уже начата работа по подготовке к XIV Паралимпийским летним играм в Рио-де-Жанейро. Мы надеемся на успешное выступление, что победы паралимпийцев, большой сборной, будут двигать развитие массового спорта среди инвалидов. Спасибо большое.

Д.Медведев: Спасибо, Виталий Леонтьевич. Наверное, ещё Владимира Петровича (В.Лукин) я попрошу несколько слов сказать, если хотите. Потом, пожалуйста, коллеги, сами говорите.

В.Лукин (президент Паралимпийского комитета России): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые участники совещания! Действительно, паралимпийское движение развивается неплохо. Если мы последние лет 15–20 занимаемся им, то за это время усилиями многих людей, некоторые из которых, кстати, присутствуют в этом зале, мы добились (конечно, главным образом усилиями спортсменов, тренеров, медиков) того, что по сумме олимпийских показателей, по сумме зимних и летних показателей олимпиад мы лидируем сейчас в мире – это хорошо.

Но я бы на этом и закончил, потому что нет смысла зря тратить время на то, что, во-первых, уже было сказано, а во-вторых, все знают. Я хотел бы сказать о том, что нужно поблагодарить государство, потому что это было достигнуто с огромной помощью со стороны государства. О видах этой помощи уже говорилось, и, несомненно, львиная доля этого принадлежит государству и Правительству. Но эйфории у нас нет по этому поводу. Более того, у нас есть полная уверенность, что если сегодня не принять комплекс мер по развитию в стране в целом массового именно паралимпийского движения и по подготовке достойного резерва сборных команд России, мы вряд ли сможем удержать достигнутые лидирующие позиции и, конечно, не сможем выполнить главную задачу, которая поставлена в Стратегии развития физкультуры и спорта до 2020 года. Задача это простая, но сложная – увеличить долю инвалидов, занимающихся адаптивной физической культурой и спортом, с менее чем 4%, которые сейчас у нас есть, до 20% в 2020 году.

Задача поистине гигантская – с 4 до 20% увеличить число людей, число инвалидов, которые занимаются спортом. Это, конечно же, невозможно без создания соответствующих условий. Они в ряде регионов начали создаваться, правда, пока, к сожалению, как справедливо было сказано, робко и не везде. С массовостью в спорте нашем ещё далеко не всё в порядке, и это главная проблема. Я бы сказал, главное наследие Паралимпиады помимо медалей, помимо успехов и так далее – должен быть ясный импульс, что во всех регионах страны должен развиваться энергично паралимпийский спорт. Уже говорилось, что сегодня в стране всего 15 таких спортивных школ, причём в их числе только одна специализированная школа. В стране по статистике – всего 494 спортивные школы из общего числа более 5 тыс., а это значит, что в 90% из них нет места для детей-инвалидов, хотя такие дети есть везде, включая небольшие городки и городские посёлки. Только шесть училищ олимпийского резерва из 52 приютили лучших паралимпийцев в своих регионах.

Органами власти кое-где создана экономическая, нормативная, правовая и методическая база, предусмотрены субсидии из федерального бюджета на финансирование учреждений спортивной направленности. Тем не менее в ряде субъектов Российской Федерации до сих пор отсутствует программа развития паралимпийского спорта. Это, по-моему, совершенно неправильно, им необходимо дать импульс в этом.

Есть, конечно, положительные примеры. Я недавно был в Ханты-Мансийском автономном округе – Югре, там замечательно развивается паралимпийский спорт. Там центр инвалидов открыт, программа «Доступная среда» хорошо действует. Число лиц, занимающихся спортом, достигло 8%, а, по статистическому отчёту, число занимающихся спортом детей-инвалидов в возрасте от 6 до 18 лет составляет около 20%, то есть там задача в пределах решения уже сейчас. Конечно, Ханты-Мансийск – особый регион, и понятно, что там есть возможности. Есть возможности и в других регионах, но в одних регионах они реализуются, а в других не реализуются.

Д.Медведев: Владимир Петрович, что значит «особый регион»? Ничем он не особый. Там денег чуть больше, но деньги и в других регионах можно найти.

В.Лукин: Вот я про то и говорю, что, конечно же, просто надо использовать эти ресурсы.

Определяющим условием в развитии паралимпийского спорта является, безусловно, его государственная поддержка. Она в свою очередь имеет место там и тогда, где и когда существует цивилизованное отношение к людям с инвалидностью, понимание особой важности для них занятий. Паралимпийский комитет старается делать всё возможное, чтобы это понимание росло и множилось, и это происходит, но слишком медленно. Важной составляющей обеспечения адаптивного спорта является уровень медицинского обеспечения, сегодня в этом приходилось убедиться Дмитрию Анатольевичу. За последнее время улучшилась эта ситуация – это относится и к стационарным обследованиям, и к лечению спортсменов в клиниках агентства соответствующего.

Что касается подготовки к Паралимпийским играм в Сочи, то я могу сказать, что такая подготовка проходит в плановом режиме. Все пожелания спортсменов, тренеров, специалистов, связанные с подготовкой сборной команды России для участия в Паралимпийских играх, удовлетворяются практически в полном объёме. Если есть какие-то шероховатости, то они решаются тоже в Минспорте. Всё это стало возможным благодаря реальной, конкретной поддержке Министерства спорта, субсидиям, выделяемым Паралимпийскому комитету. Вместе с тем у нас есть некоторые вопросы (их немного, но они есть) с порядком обеспечения членов сборной команды России – лиц с поражением опорно-двигательного аппарата – бытовыми протезами. Вот на это хотел бы обратить внимание.

Наши спортсмены практически всё время проводят на учебно-тренировочных сборах вдали от дома, мест постоянного проживания, а получать протезы и отремонтировать их они могут у себя дома, в своём субъекте Российской Федерации. Можно получить протез и в субъекте Российской Федерации, где проходят тренировочные мероприятия, но для этого нужно сначала оплатить 100% его стоимости, затем предоставить документы, подтверждающие приобретение протеза, в субъекте Российской Федерации, где спортсмен проживает. Возмещение стоимости протеза у себя дома может занимать времени до полугода. Всё это надо, конечно же, упростить и решить как можно быстрее.

Конкретно просим дать поручение и Минтруду, и Минспорту проработать вопрос об изменении порядка предоставления обслуживания протезов бытового назначения для спортсменов с поражением опорно-двигательного аппарата сборной команды России, для того чтобы они могли без волокиты получать и ремонтировать протезы по месту проведения тренировочных занятий.

Я совершенно согласен с Виталием Леонтьевичем (В.Мутко) относительно того, что застарелую, длительную историю с базой Подольска надо разрешить. Профсоюзные какие-то затяжки с этими вопросами, полусогласия надо разрубить, по-моему, каким-то волевым решением. Посмотрите, это замечательная база, в этом все мы убеждаемся, когда приезжаем, но у неё есть проблемы некоторые. Главные, медалеёмкие аспекты нашей паралимпийской деятельности летней – это лёгкая атлетика и плавание, соответственно 170 и 130 медалей. И вот здесь их пока нет, а там всё это есть. И с некоторой корректировкой это можно сделать, давайте это сделаем! И, конечно, я думаю, что было бы нерачительно, если бы мы не завершили строительство башкирской замечательной базы, которая в значительной мере построена, но нужно несколько завершающих усилий. И думаю, что это надо сделать. Спасибо!

Д.Медведев: Спасибо, Владимир Петрович. По поводу протезов, о чём говорил Владимир Петрович, Максим Анатольевич, есть комментарии какие-нибудь? Дайте их!

М.Топилин: Да, такая тема действительно есть, она нам известна, и мы уже вместе с Минспортом начали готовить, у нас есть 240-е постановление, которое определяет порядок выдачи и замены технических средств реабилитации. Действительно это в традиционных условиях привязано к месту регистрации человека. Когда спортсмен уезжает на тренировку (длительный характер бывает у тренировки)… Думаю, что мы в течение, может быть, месяца-полутора такие поправки сможем подготовить, тем более здесь не будет никаких злоупотреблений. Мы уже поговорили с Виталием Леонтьевичем – если здесь всё будет под контролем Минспорта и надо будет списки соответствующие давать, мы тогда эту проблему решим для этого случая.

Д.Медведев: Хорошо, разберитесь с этим на самом деле.Доложите потом мне.Пожалуйста, коллеги! Обращаюсь ко всемприсутствующим! Давайте продолжим обсуждение темы. Какие ещё, может быть, меры можно было бы предпринять, какие поручения необходимы как в контексте подготовки к спортивным соревнованиям, так и в целом с точки зрения развития возможности для инвалидов заниматься физкультурой и спортом. Кто хотел бы?

В.Рухледев (президент Всероссийского общества глухих, президент Сурдлимпийского комитета России): Уважаемый Дмитрий Анатольевич и уважаемый Виталий Леонтьевич, уважаемые коллеги! Хочу сказать прежде всего о сурдлимпийском комитете, а то мы много говорим о паралимпийском, хочется, чтобы побольше знали о спорте глухих.

Одним из основных направлений сурдлимпийского движения является создание условий для инвалидов, в первую очередь инвалидов по слуху, вести здоровый образ жизни и систематически заниматься физкультурой и спортом. Совершенствование процесса подготовки спортсменов высокого класса и спортивного резерва для обеспечения лидирующих позиций спорта глухих России на международной спортивной арене.

В своём выступлении я постараюсь отразить насущные проблемы в развитии сурдлимпийского движения в Российской Федерации. Первое – это оказание адресной финансовой поддержки спортивным организациям, осуществляющим подготовку спортивного резерва для спортивных сборных команд по базовым сурдлимпийским видам спорта.

Перечень базовых сурдлимпийских видов спорта был сформирован на основании поручения Правительства Российской Федерации от 17 августа 2011 года, но пока вопрос об осуществлении финансовой поддержки всё ещё остаётся открытым. В настоящее время во Всероссийском реестре видов спорта спорт глухих объединяет 262 спортивные дисциплины. По официальным данным статистики Минспорта России на начало 2013 года, на территории Российской Федерации видом спорта «спорт глухих» занимается 56 тыс. человек, что на 4,7 тыс. человек больше, чем в 2011 году, и на 11 тыс. человек больше, чем в 2010 году. По этим показателям видна позитивная динамика развития спорта глухих. За последнее время значительно увеличилось количество международных и всероссийских соревнований, в которых участвуют глухие спортсмены, а также объёмы проведения учебных тренировочных сборов сборных команд для подготовки к международным соревнованиям. За всю историю участия в летних Сурдлимпийских играх начиная с 1957 года сборная команда России неизменно занимала высокие места в неофициальном общекомандном зачёте, а на последних летних Сурдлимпийских играх в 2009 году в Тайпее наша команда впервые заняла первое общекомандное место. Что касается зимних Сурдлимпийских игр, то сборная команда России всегда занимала первые места в неофициальном общекомандном зачёте.

Второй вопрос. Как известно, резерв сурдлимпийского спорта готовится на базе обычных ДЮСШ, а также в детско-юношеских адаптивных школах. Такова на сегодняшний день общепринятая практика. Обращаю внимание на то, что та же работа по подготовке спортивного резерва по сурдлимпийским видам спорта ведётся и в специальных школах-интернатах для глухих и слабослышащих детей. Мы считаем, что эту работу надо усилить. В России насчитывается около 170 таких учреждений с количеством около 18 тыс. учеников, а, по официальным сведениям Минспорта России, численность занимающихся физкультурой и спортом в этих учреждениях составляет более 11 тыс. учащихся. Это почти в 2 раза больше, чем в учреждениях дополнительного спортивного образования детей.

В этой связи в рамках межведомственного взаимодействия Министерства спорта и Министерства образования и науки России считаю необходимым в более полном объёме использовать потенциал образовательных учреждений для подготовки спортивного резерва, то есть меры, направленные на модернизацию системы физкультурно-спортивного воспитания в данных учреждениях. А именно: увеличение в учебных классах количества часов на физкультурно-спортивную деятельность, в том числе на внеурочное время, а также определение форм её реализации – секции, клубы школьного спорта, спортивные мероприятия, оснащение указанных образовательных учреждений качественным спортивным инвентарём и оборудованием, организация системы повышения квалификации преподавательского состава с учётом изучения русского жестового языка.

В связи с вышеизложенным хочу отметить, что в настоящее время огромную поддержку развитию адаптивного спорта оказывает государственная программа «Доступная среда» на 2011–2015 годы, одним из её целевых показателей является количество инвалидов, систематически занимающихся физической культурой и спортом. В рамках государственной программы ведётся обучение специалистов, обеспечивающих учебно-тренировочный процесс среди инвалидов в регионах, оказывается значительная финансовая поддержка учреждениям спортивной направленности по адаптивной физической культуре и спорту в субъектах Российской Федерации. Просим Правительство Российской Федерации и дальше поддерживать данное направление, продлить сроки реализации государственной программы «Доступная среда» до 2020 года.

В заключение хотел бы выразить благодарность Вам, Дмитрий Анатольевич, Правительству Российской Федерации и Министерству спорта в лице Мутко Виталия Леонтьевича за ту огромную работу по формированию целостной системы развития адаптивного спорта, а также установление денежного вознаграждения по итогам выступления на летних Сурдлимпийских играх 2013 года в Софии для российских спортсменов-инвалидов по слуху.

Д.Медведев: Спасибо, Валерий Никитич.

У нас регионы упоминались некоторые, где не очень хорошо, но их здесь нет. Здесь как раз представители регионов, которые стараются этим заниматься. Наверное, есть смысл всё-таки, чтобы несколько слов было сказано руководством регионов о том, что делалось и что ещё предстоит сделать. Рустэм Закиевич (обращаясь к Р.Хамитову – президенту Республики Башкортостан), Башкирия была упомянута. Пожалуйста, вам слово.

Р.Хамитов (президент Республики Башкортостан): Спасибо. Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Добрый день! Наши спортсмены из Республики Башкортостан продолжают выдавать на-гора значительное количество медалей – чемпионских, золотых. Могу сказать, что на завершившихся в прошлом году Паралимпийских играх 36 золотых медалей завоевала Россия, 12 медалей, ровно треть, – результат спортсменов из нашей Республики Башкортостан. Это солидный, хороший результат.

В этом году продолжается этот медалепад, могу так сказать. В частности, чемпионом мира стала сурдлимпийская команда по хоккею, и более половины участников – это тоже хоккеисты из Республики Башкортостан. А всего 126 медалей на олимпиадах различного уровня нашими спортсменами завоёвано. Сегодня у нас за столом присутствует знаменитая спортсменка Боталова Римма. Она 13-кратная паралимпийская чемпионка. Конечно, эти результаты могут быть достигнуты только в результате систематической работы, когда есть все компетенции: есть тренеры, есть спортивные сооружения, есть центры по подготовке спортсменов и так далее. Я могу сказать, что у нас работает 42 центра социально-психологической помощи, которые оказывают реабилитационную поддержку инвалидам. Психологическое сопровождение паралимпийцев обеспечивают специалисты Центра подготовки высшего спортивного мастерства.

Мы продолжаем строить специализированные спортивные объекты, в том числе приступили к строительству искусственного льда – небольшого, может быть, спортивного сооружения, но специально для школы-интерната для глухих, и эти ребята там будут заниматься. Это, кстати говоря, не очень дорого, этот искусственный лёд. Сегодня есть простые проекты, за 50–60 млн рублей можно построить вполне достойное, хорошее спортивное сооружение. Далее мы строим канал для водного слалома. Он, наверное, будет одним из первых у нас в Российской Федерации. Там будут заниматься и спортсмены-профессионалы, но в том числе и спортсмены-инвалиды. В сельских населённых пунктах в одном из районов за 150 млн построили центр для паралимпийцев: там и бассейн, там и зимний стадион и так далее. То есть мы в этом плане действуем системно, целенаправленно, но у нас есть хороший, интересный проект – центр паралимпийского спорта, он недешёвый, но мы туда уже вложили совместно с Министерством спорта около 400 млн рублей, закончен нулевой цикл так называемый…

Д.Медведев: Сколько он стоит всего?

Р.Хамитов: А всего он стоит 2,3 млрд. Осталось немного – 1,9 млрд, для того чтобы в декабре 2014 года мы его сдали, как и записано в поручении Президента: в декабре 2014 года ввести в эксплуатацию этот объект. Всё для этого есть, строители есть, площадка есть. Все самые тяжёлые работы выполнены. В этом году мы бы могли освоить ещё миллионов 700–800 и в следующем году точно абсолютно его завершить и сдать – это будет прорыв и в плане паралимпийского спорта, и в плане наличия у нас в стране такого мощного спортивного сооружения, таких у нас на сегодняшний день нет. Я прошу, Дмитрий Анатольевич, помочь нам в этом, для того чтобы и порадовать спортсменов-паралимпийцев, и получить современный, интересный спортивный центр. Кроме того, в составе этого центра будет работать федеральный научно-методический центр по адаптивной медицине, и там же мы предлагаем Башкирский государственный институт физической культуры и здоровья, ориентированный по этому направлению, то есть это такой кластер…

Д.Медведев: Бассейн там будет? Такой полноценный, 50-метровый?

Р.Хамитов: 50-метровый бассейн, 25-метровый бассейн и две ванны для подготовки предварительной. Там будет манеж, там будет летняя часть…

Р.Баталова (член комитета Государственной Думы по физической культуре и спорту, вице-президент Паралимпийского комитета России): Летнее ядро стадиона там будет, четыре зала.

Р.Хамитов: Вот работа, на сегодняшний день выполненная нами. Нулевой цикл есть, всё есть, осталось чуть-чуть нам решить по деньгам, и всё будет нормально.

Д.Медведев: Ладно, спасибо. Я потом итоги подведу.

Р.Баталова: Можно ещё добавить? Просто, знаете, после каждых Паралимпийских игр мы всей стране обещаем, что этот центр мы построим. И хотелось бы, конечно, чтобы эти слова были услышаны, что всё-таки это будет построено.

Д.Медведев: Слова-то услышаны, надо деньги найти.

Р.Баталова: Ну, деньги… Деньги – такое дело, что… Строчку, я думаю, можно найти.

Д.Медведев: Такое дело, что их не хватает всегда. Я потом в конце скажу, что я считаю возможным сделать по этому поводу. Нашему, наверное, хозяину тоже надо пару слов сказать. Пожалуйста, Владимир Сергеевич (обращаясь к В.Груздеву – губернатору Тульской области).

В.Груздев: Спасибо, Дмитрий Анатольевич. Во-первых, спасибо за то, что выбрали великолепную базу для размещения на территории Тульской области, и выбрали сегодня эту базу для проведения действительно, мне кажется, очень важного совещания. Я не буду повторяться, Дмитрий Анатольевич, мы многие работы по вовлечению наших ребят и людей, которые сегодня ограничены по здоровью, по вовлечению в спорт, в адаптивную физкультуру, начинаем иногда с нуля. Могу сказать, что, к сожалению, Тульская область, так получилось, в программу развития спорта России вошла только с 2012 года. С Виталием Леонтьевичем мы сделали, на мой взгляд, такой прорыв – на три года запланировали строительство 13 физкультурно-оздоровительных комплексов и центров. Все эти центры будут сегодня строиться с учётом возможности их использования людьми с ограниченными возможностями. Пять таких центров сегодня строится, в этом году мы планируем три сдать. И, мне кажется, необходимо поддержать предложение Виталия Леонтьевича о том, что необходимо внести в СНиПы обязательное требование о том, что все физкультурно-оздоровительные комплексы должны сдаваться двойного назначения, как для людей с ограниченными возможностями, так и для всех остальных.

Что бы я хотел попросить, Дмитрий Анатольевич? У нас, к сожалению, на территории Тульской области нет ни одного регионального центра, специализированного для подготовки наших паралимпийцев. В целом у нас уже тоже есть неплохие результаты. Они, к сожалению, не такие большие, как у наших соседей из Башкортостана, но хочу сказать, что мы завоевали уже 60 медалей за последние два года, 30 из них золотые. На прошедших Паралимпийских играх мы завоевали для Российской Федерации бронзовую медаль в дзюдо, и это неплохое начало. У нас пока такого центра нет, но в самой Туле мы подготовили тоже площадку, у нас выполнен нулевой цикл. Мы с Виталием Леонтьевичем обсуждали такую возможность: в случае, если будет возникать экономия при реализации программы развития спорта России, предусмотреть возможность строительства такого центра для развития паралимпийских видов спорта в Туле. Тоже хотел попросить Вас, Дмитрий Анатольевич, по возможности поддержать. Мы готовы идти на софинансирование, мы прекрасно понимаем, что это обязанность региона, и мы готовы тоже деньги на это находить.

Спасибо ещё раз за то, что выбрали РУТБ «Ока» для проведения важного мероприятия.

Д.Медведев: Спасибо. Пожалуйста, коллеги, кто хотел бы что-то сказать? Прошу вас. Пожалуйста, Лидия Павловна.

Л.Абрамова (президент Федерации спорта слепых, первый вице-президент Паралимпийского комитета России): Спасибо большое. Я не буду говорить слова благодарности, их сказано достаточно. Действительно, за последнее время мы совершили прорыв в развитии спорта инвалидов, не только паралимпийских видов спорта.

Я Вам очень благодарна, Дмитрий Анатольевич, что Вы обратили внимание на коррекционные образовательные учреждения для детей-инвалидов, потому что именно там куётся резерв. Всероссийское общество слепых, Федерация спорта слепых и Министерство спорта уже 12 лет проводят ежегодно фестиваль школьников с 7 до 17 лет, то есть спартакиады мы проводим с Министерством спорта только второй год. И участники этих фестивалей уже стали паралимпийскими чемпионами.

Но сегодня существует одна проблема. Огромная благодарность (просто не могу не повториться), что обратили внимание на материальную базу школ-интернатов (мы так говорим в простонародье), но сегодня существует проблема: у нас до сих пор нет государственного федерального образовательного стандарта для коррекционных образовательных школ для слепых и слабовидящих детей. Валерий Никитич (В.Рухледев) говорил, глухим повезло, у них такой стандарт есть. Сегодня институт совместно с Министерством спорта разработали государственной федеральный стандарт по спортивной подготовке. Сейчас он у нас в доработке. Большая серьёзная работа проведена, и мы по спортивной подготовке получим такой стандарт, и он будет министром утверждён. Но вот эта межведомственная разобщённость, когда мы приглашаем детей – учащихся коррекционных образовательных учреждений, то иногда субъекты Федерации, особенно дальние субъекты Федерации (у нас школы только в 60 субъектах Федерации для слепых и слабовидящих детей, но такая же ситуация со школами ДЦП, со школами глухих – их нет в каждом субъекте Федерации) не всегда находят средства, чтобы направить детей на наши фестивали и спартакиады. Если будет, во-первых, государственный образовательный стандарт, мы надеемся, что будет третий урок физкультуры (у нас ещё пока их только два).

Мы очень благодарны, что Вы посмотрели внимательно на подготовку кадров, потому что сегодня в школах работают энтузиасты – это обычные учителя физкультуры. Поэтому если мы решим эту проблему и будет такой федеральный, государственный образовательный стандарт, Ваша поддержка ещё более ценна, потому что сейчас наметилась тенденция оптимизации в области образования, когда у нас модно инклюзив, когда у нас модно дистанционное образование. Если мы безоглядно перейдём на эти системы, то мы потеряем спорт детей-инвалидов, потому что спорт как раз у нас начинается в коррекционных образовательных учреждениях. Спасибо большое за поддержку.

Д.Медведев: По поводу федерального образовательного стандарта я задам вопрос Министру образования, который здесь тоже находится. Дмитрий Викторович (обращаясь к Д.Ливанову – Министру образования и науки), что можно сказать?

Д.Ливанов: Я абсолютно согласен с Лидией Павловной по поводу важности спортивной работы в специальных коррекционных образовательных учреждениях. У нас существуют федеральные требования к образовательным учреждениям в части минимальной оснащённости учебного процесса, оборудования учебных помещений. В частности, этими требованиями определяются оснащение необходимым техническим оборудованием, спортивно-реабилитационным инвентарём, которые необходимы для занятий с детьми с ограниченными возможностями здоровья. Это, как нам кажется, полностью регулирует вопросы, связанные с образовательным процессом в таких специализированных школах, но если ещё тут требуется какая-то помощь, методическая поддержка, мы её обязательно окажем, проанализировав нынешнюю ситуацию. В целом, как мне кажется, сейчас у нас тут в общем ситуация благополучная, на методическом и нормативном уровне всё, что связано с детьми с ограниченными возможностями здоровья и их включением в занятия спортом, урегулировано, но, конечно, от решения нормативных задач до полноценного обеспечения права каждого ребёнка на полноценное занятие спортом в школе ещё далеко. Все наши регионы мы ориентируем в рамках тех субсидий, которые они получают в целом на развитие общего образования, уделять внимание именно оснащению специализированных школ и тех специализированных классов в общеобразовательных школах, которые связаны с обучением детей с ограниченными возможностями здоровья.

Д.Медведев: Я не понял: надо всё-таки стандарт принимать или нет?

Д.Ливанов: Мы считаем, у нас такая позиция, что такой стандарт не нужен, но в связи с тем, что есть обращения, мы ещё раз проанализируем эту ситуацию.

Д.Медведев: Проверьте ситуацию. Если нужно выпустить, выпустите. Если можно работать без стандартов, пусть работают без стандартов. Главное, чтобы не было ситуации, когда всё упирается в несуществующий документ. Это хуже всего.

Есть ещё какие-то комментарии, дополнения? Пожалуйста, коллеги. Я обращаюсь ко всем присутствующим: есть ли желание что-то сказать ещё? Пожалуйста, Максим Анатольевич (обращаясь к М.Топилину – Министру труда и социальной защиты).

М.Топилин: Спасибо. Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Я очень коротко хотел бы остановиться на том, что у нас реализуется госпрограмма «Доступная среда», и в ней мы уделяем очень серьёзное внимание, кроме тех мероприятий, о которых рассказал Виталий Леонтьевич, вопросам, связанным с развитием спорта. Это все те региональные программы, которые мы поддерживаем с федерального уровня. В них обязательно мы согласовываем с субъектами Российской Федерации около 10% от общего объёма региональной программы – это именно спортивные сооружения, различные объекты спортивной направленности. В прошлом году в Татарстане, в Твери, в Саратовской области было от 13 до 15 спортивных сооружений, в том числе и бассейнов, адаптировано под потребности как инвалидов, которые могут прийти в это спортивное сооружение, так и зрителей-инвалидов, то есть здесь два аспекта: те, кто занимается спортом, и зрители. Поэтому это не только сооружения для занятий спортом, это и соответствующие места, соответствующие конструкции, усиливающие звук, и так далее.

Что в следующих, 2014 и 2015 годах? Дмитрий Анатольевич, это порядка 1 млрд рублей, которые будут направлены на софинансирование региональных программ – это в 10 раз больше, чем в этом году. За два года мы должны фактически в 10 раз больше финансирования на эти объекты направить. В связи с тем, что у нас общий размер субсидий растёт, а требования остаются прежними, я просто хотел бы тоже обратиться к субъектам Российской Федерации. Сейчас всего лишь 12 регионов из всех регионов Российской Федерации, которые могут принимать участие в этой программе, а мы никого не ограничиваем, в том числе и присутствующие здесь регионы могут в этой программе поучаствовать, финансирование будет достаточно большое.

Второе, что я хотел бы отметить, – по поводу замечания по требованиям к зданиям и сооружениям: у нас есть Минрегионом утверждённый 35-й комплекс СНиПов, там все требования есть. Кроме всего, что касается именно спортивных объектов, здесь даже требования даже жёстче, потому что применяются международные правила, так как происходит на соревнованиях. Здесь как раз всё, что у нас сейчас строится, строится уже под международные правила, под международным контролем, как правило, и в Сочи, и в Казани это всё происходит. Поэтому мне кажется, что вопрос, связанный с актуализацией СанПиН, наверное, не актуален, но если потребуется, мы тогда с Минрегионом можем его ещё раз внимательно посмотреть, мы в принципе с всероссийскими обществами постоянно эту работу ведём.

Д.Медведев: Посмотрите, потому что, знаете, обычно сверху кажется, что не актуален, что и так всё должно работать, а на поверку оказывается, что всё равно бумажку какую-то ждут.

М.Топилин: Другой вопрос, что просто не исполняют и не контролируют, что должно это исполняться, когда принимают те или иные объекты.

Д.Медведев: Проверьте, Максим Анатольевич.

М.Топилин: Проверим. Спасибо.

Д.Медведев: Договорились.

Так, есть ещё что-то?

В.Селюкин (капитан сборной команды России по следж-хоккею): Игрок команды по следж-хоккею. Вы сегодня были у нас. Я кратко бы хотел рассказать про наш спорт.

Д.Медведев: Расскажите, конечно.

В.Селюкин: Для нас, паралимпийцев, спорт – это не увлечение какое-то, а очень важная часть нашей жизни. У нас хоккейная страна, и в 2009 году создался такой вид спорта, как следж-хоккей. Стояла задача выступить достойно в Сочи. В 2009 году мы провели первые соревнования у нас – чемпионат России. На тот момент было четыре команды. Думали, что мы мастера, поехали на первый международный турнир и проиграли каждую игру из четырёх в среднем по 15:0.

Д.Медведев: Мне сегодня сказали, что вначале было грустно.

В.Селюкин: Грустно, да, но мы каждый день работали и в течение двух лет всем проигрывали. Носим форму сборной России, когда она в хоккее, можно сказать, номер один в мире, и всем проигрываем... Это чтобы нам придавало злости спортивной. И на данный момент на прошедшем чемпионате мира мы вошли в тройку лучших команд мира, то есть динамика такая у нас хорошая. Мы руки не опускаем, есть, конечно, к чему стремиться. До Сочи не так много времени осталось, до Паралимпиады, то есть мы ещё наберёмся и опыта, и мастерства, и хотелось бы заверить всех присутствующих, что мы сделаем всё, чтобы выступить хорошо, показать хороший результат.

Хотелось бы выразить благодарность… Достигнутые результаты развития следж-хоккея были бы невозможны без активной поддержки Министерства спорта, Паралимпийского комитета, Центра спортивной подготовки сборных команд России, «МегаФона» и спортивного клуба «Витязь». Конечно, огромное спасибо персоналу, руководству этой базы. Я, допустим, за себя скажу: я на коляске передвигаюсь, тут никаких проблем нет – и в бытовом плане, и в плане тренировок, восстановительных мероприятий всё здесь приспособлено для нас, паралимпийцев. Благодарны руководству страны за внимание к спорту инвалидов, которое мы ощущаем на протяжении всех последних лет. Мы на данный момент имеем такие же стипендии Президента Российской Федерации, такое же денежное вознаграждение, обеспечены всем инвентарём, всем медицинским оборудованием, как и олимпийцы. Стали больше наш спорт показывать по телевидению. Недостаточно, конечно, но у нас в чемпионате России по следж-хоккею шесть команд принимало участие, создалась седьмая в Санкт-Петербурге в СКА. Неплохо было бы, я от себя скажу, если бы в каждой команде КХЛ была следж-хоккейная команда. Допустим, в провинции Онтарио в Канаде более 30 команд следж-хоккейных.

Д.Медведев: Только в одной провинции?

В.Селюкин: Да, только в одной провинции.

Д.Медведев: Круто!

В.Селюкин: Конечно, они сейчас чемпионы мира. Мы с ними играем практически на равных, нам только опыта не хватает, буквально за 3,5 года...

И хотелось бы на проблеме заострить внимание, подчеркнуть важность этой проблемы. Это по получению бытовых протезов. Для нас это очень важно – облегчить процедуру получения. Мы здесь со всей страны (мы здесь постоянно живём), у себя в субъектах проблематично получать эти протезы.

Д.Медведев: Спасибо большое, Вадим. Я, во-первых, хочу сказать, что вы молодцы уже потому, что за три года сумели войти в лидеры. Уверен, что у нашей сборной прекрасное будущее, но получится, конечно, всё, если вы будете показывать не только чудеса мужества и героизма, но и если будут сконцентрированы усилия. И в этом плане абсолютно правильно, что, чем больше таких команд, тем лучше мы будем играть. Ребята готовы играть, поэтому шесть команд – хорошо, но их должно быть на нашу страну гораздо больше, вы правильно сказали: мы не менее хоккейная страна, чем Канада. При этом я напомню, жизнь так устроена, что чем больше страна, тем больше инвалидов, так просто всё устроено в этом мире. В Канаде, там, по-моему, миллионов 20, а у нас – 140, так что у нас этих команд должно быть ещё больше.

По поводу результатов будущих одно могу сказать: мы будем за вас болеть. Желаем вам успехов. Надеюсь, что успех придёт обязательно.

Теперь, подводя итоги, вернусь к некоторым вопросам, которые здесь были обозначены. Что мне кажется очень важно? Чтобы у нас не возникала фрагментарная, мозаичная картина: в одной территории всё хорошо, а в другой вообще конь не валялся, ни одного спортивного объекта для инвалидов, ничего не сделано. Я согласен с тем, что территории у нас тоже разные, но тем не менее для развития спорта людей с ограничениями по здоровью сделать можно не только на территории богатых республик, где добывают нефть, но и на всех других территориях. Поэтому рекомендации субъектам по итогам совещания по спорту и развитию паралимпийского и сурдлимпийского движения я обязательно дам, включая вопросы, связанные с адаптивным спортом и коррекционными школами, потому что это безобразие, что у нас не все территории имеют, а в шести территориях вообще ничего не делается. Ещё раз обращаю внимание руководителей этих субъектов Федерации.

Программа развития соответствующих видов спорта в регионах – это тоже абсолютно необходимая вещь. Там, где это не сделано (Виталий Леонтьевич, по-моему, об этом говорил), это сделать нужно. Соответственно, в поручение моё это войдёт.

По Подольску. Если вы готовы двигаться в этом направлении, конечно, готов оказать вам здесь поддержку. И вы говорили об этом, и Владимир Петрович Лукин. В отношении других крупных паралимпийских объектов, в частности объектов в Башкортостане, давайте подумаем, как отфинансировать эти объекты. Понятно, что деньги, вы знаете, штука такая, они уже расписаны, тем не менее при корректировке бюджета какие-то возможности посмотреть будет можно. Вы подготовьте необходимые документы, хотя, я уверен, там поручения все были даны, но тем не менее освежить всегда не лишнее. Может быть, я не знаю, применительно к вашим условиям ещё посмотреть на возможности государственно-частного партнёрства. Я не знаю, изучали вы или нет. Если есть там структуры, которые готовы какую-то поддержку оказать, я, соответственно, готов дать необходимый импульс этому всему. Это же касается и центра в Туле, и других наших возможностей, которые существуют.

Тема, которую коллеги здесь затрагивали… Я, собственно, на неё уже реагировал, как и министр, тем не менее ещё раз обращаю внимание на необходимость облегчения процедуры по получению бытовых протезов. Это на самом деле сделать необходимо, потому что это, может быть, самая бюрократическая процедура из всех существующих во всём мире… Я не знаю, как по этой процедуре, не буду врать, но по очень многим процедурам (мы как-то встречались с организациями инвалидов) все эти правила не пересматривались с советских времён. Мы их сейчас заставляем пересматривать. Они были крайне бюрократические, крайне запутанные и просто негуманные, скажем так. Надеюсь, что Министерство труда и социального развития эту работу до конца доведёт. А в целом я не могу не согласиться с тем, что у нас стали складываться свои очень хорошие паралимпийские и сурдлимпийские традиции. Спорт инвалидов, спорт людей с ограничениями по здоровью реально уже не какая-то экзотика, а уже реальный государственный факт. Наши люди занимаются, и это, конечно, очень хорошо. Но нужно сделать всё, для того чтобы масштабы этого спорта были другими, нужно его пропагандировать. Часть присутствующих здесь наших коллег пропагандируют это своими достижениями, молодцы! Но и государство должно свою лепту вносить, включая (и на этом я завершу) необходимость видеотрансляций и аудиотрансляций основных соревнований. Непривычно вроде бы: у людей такие ограничения по здоровью, они спортом занимаются… Потом начинаешь смотреть (я могу сказать по своему опыту) – это не менее увлекательное зрелище, чем обычные виды спорта, когда ты понимаешь, какую концентрацию воли необходимо проявить, чтобы добиться таких результатов. Так что на это тоже нужно будет обязательно обратить внимание. Большое спасибо! Ну а место, где мы собрались, является примером для других территорий. Будем надеяться на победы! Спасибо!

Россия > Образование, наука > premier.gov.ru, 25 июня 2013 > № 870773 Дмитрий Медведев


Россия. СФО > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 18 июня 2013 > № 870772 Дмитрий Медведев

Встреча с активом иркутского регионального отделения партии «Единая Россия»

Стенограмма:

Д.Медведев: Добрый день, уважаемые коллеги! Во-первых, я очень рад всех видеть. Мы встречаемся с вами в очень красивом месте, но говорить будем не о красотах края, не о Байкале только (о Байкале, конечно, поговорим), а будем говорить о нашей жизни.

Я не делаю обычно больших вступительных слов во время общения. Мне гораздо более ценным представляется, чтобы какие-то свои мысли высказали вы, чтобы какие-то вопросы задали, мы пообщались, тем не менее два слова скажу. У нас впереди довольно сложная политическая пора, собственно, для партии сезон постоянный. Нам предстоят выборы на территории нашей страны, которые состоятся в сентябре – в региональные исполнительные структуры и законодательные органы субъектов Федерации. У вас в Иркутской области выборы будут в законодательное собрание, в органы местного самоуправления. К ним, конечно, надо подготовиться, и партия должна прийти на эти выборы в хорошо отмобилизованном состоянии. Для этого, естественно, нужно, чтобы было взаимопонимание, чтобы вы слышали людей, которые обращаются к вам как к партийным лидерам, представителям партии «Единая Россия», с другой стороны, это общение было бы основано на результатах.

В чём заключаются результаты партийной работы? На самом деле в том, чем вы и занимаетесь, – в реализации партийных проектов. Их немало, на территории Иркутской области их вместе с федеральными 29, из них 9 – это региональные проекты, а 20 – федеральные проекты. И посвящены все эти проекты обычным вещам, которых и ждут наши люди, о которых они думают и которыми все мы должны заниматься.

Но дело не только в проектах. Каждый из вас так или иначе общается с нашими людьми, гражданами нашей страны, жителями вашей области. И именно по вашей позиции люди судят об успехах партии или, наоборот, о её просчётах. Поэтому такие прямые коммуникации между членами партии, сторонниками партии и нашими обычными людьми очень важны для успеха предстоящей избирательной кампании.

Я предлагаю говорить, конечно, не только об избирательной кампании, потому что избирательная кампания – это политическая составляющая нашей деятельности, но на самом деле деятельность нашей партии, как и других, наверное, партий, носит гораздо более многогранный характер, и в конечном счёте все вы занимаетесь тем, что стараетесь служить своему родному краю, помогать ему, а стало быть, обеспечивать нормальное развитие нашей страны.

Я бы на этом, пожалуй, завершил и перешёл к общению, мне кажется, что это гораздо интереснее и важнее. Я прошу задавать вопросы и представляться по возможности, потому что я тут далеко не всех знаю, хотя, конечно, на территории вашего края я далеко не в первый раз. Прошу вас.

С.Брилка (член партии «Единая Россия», генеральный директор ООО «Офис-строй»): Секретарь регионального отделения партии «Единая Россия» Сергей Брилка. Уважаемый Дмитрий Анатольевич, разрешите Вас поприветствовать на нашей Иркутской земле! Для нас Ваш визит – очень важное событие в общественно-политическом плане, электоральном плане и, я думаю, даже в мобилизационном плане, поскольку, как Вы совершенно правильно сказали, у нас сейчас начало непростого политического сезона – выборы в законодательное собрание Иркутской области: нам предстоит избрать 45 депутатов законодательного собрания, нам предстоит избрать почти 900 человек в органы местного самоуправления – это и депутаты, и главы администраций. Поэтому задача большая, серьёзная. В этом зале сегодня собрались неравнодушные люди, которые хотели бы напрямую пообщаться с нашим председателем партии, с Председателем Правительства, я думаю, что вопросы могут быть разнообразными.

Коротенько о нашем региональном отделении. Численность наших партийцев – без малого 30 тыс. Мы имеем 18 тыс. сторонников, 42 местных отделения партии по всей территории Иркутской области и 1638 первичных партийных организаций. Вот наш актив, который сегодня заряжен на решение партийных задач, и я соглашусь с Вами: для того чтобы нам решить успешно и задачу нынешнего политического сезона, нам, конечно, нужно всем мобилизоваться и сделать так, чтобы люди нам поверили.

Я ещё раз хотел бы Вас поприветствовать. Не буду занимать много Вашего внимания. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо. Пожалуйста, коллеги, прошу вас.

В.Орноев (член партии «Единая Россия», мэр муниципального образования город Свирск): Добрый день, Дмитрий Анатольевич! Орноев Владимир Степанович, член партии «Единая Россия» с 2007 года, мэр города Свирска.

Дмитрий Анатольевич, я постараюсь, наверное, задеть одну из самых злободневных сегодня тем – тему жилищно-коммунального хозяйства, которая волнует каждого жителя нашей громадной страны. Партия «Единая Россия» довольно-таки много внимания уделяет в рамках своих партийных проектов «Управдом», «Народный контроль» работе управляющих компаний, контролю качества коммунальных услуг. 185-й Федеральный закон, который прошёл при поддержке партии «Единая Россия», кардинально изменил техническое состояние многоквартирных домов, изменил, самое главное, отношение собственников к своему жилищу. Но когда приходят ко мне по личным вопросам жители, граждане, всё-таки видишь, что 90% проблем – по-прежнему проблемы жилищно-коммунального хозяйства. Это опять же протекающие крыши, аварийное состояние квартир и, конечно, тарифы. Мы стоим опять на пороге нового повышения, витка тарифов. С 1 июля у нас меняется тарифная политика в сторону повышения. Мы вновь будем платить за общедомовые нужды.

У меня, Дмитрий Анатольевич, вопрос: хотелось бы услышать, какова сегодня роль, а может быть, даже ключевые задачи партии «Единая Россия» в интересах защиты населения от того, чтобы на рынке коммунальных услуг как можно меньше было недобросовестных участников.

Д.Медведев: Спасибо, Владимир Степанович. Я думаю, что ключевая роль нашей партии заключается в том, чтобы, во-первых, говорить людям правду, а во-вторых, делать всё, чтобы не было неконтролируемого роста тарифов. Мы с вами (здесь большинство людей уже достаточно зрелые, хотя есть и молодёжь, что важно) отлично понимаем, какое жилищно-коммунальное хозяйство получили в наследство. Где бы я ни был, в том числе и в вашем регионе, сразу видно, как оно у нас развивалось последние 30–40 лет, да и до этого всё было очень непросто. Понятно, что мы не можем в условиях нашей страны победить все эти проблемы за год или за два. Но вы правильно сказали, что новое законодательство всё-таки определённые возможности для этого создаёт. Но есть и очевидные проблемы, они касаются деятельности структур, которые призваны осуществлять коммерческую эксплуатацию жилищно-коммунального хозяйства. Эти структуры должны быть открыты для проверок, и их деятельность должна быть понятна нашим людям, то есть все управляющие компании, компании, которые занимаются ЖКХ (а их очень много, они очень разные), должны понимать свою ответственность перед нашими людьми, должны предъявлять результаты своей работы в виде соответствующих отчётов. Мы должны понимать, каким образом формируется тариф (под «мы» я имею в виду в целом граждан нашей страны), должны понимать, за что платим. Очевидно, что далеко не везде это делается. Очень много попыток затолкнуть в тариф различные не вполне прозрачные вещи, создать ситуацию, которая людям просто непонятна. Я думаю, что задача партии в этих условиях – делать так, чтобы управляющие компании и вообще все, кто находится в сфере жилищной инфраструктуры, работали по-честному. И в этом плане и проект «Управдом», и другие проекты должны быть направлены на то, чтобы показывать деятельность этих компаний и с позитивной стороны, и если есть какие-то нарушения, то об этих нарушениях говорить прямо и откровенно. В случае необходимости просто обращаться в правоохранительные структуры.

Я вернусь к тому, с чего начинал: говорить нужно правду, нельзя кормить людей байками о том, что мы гарантируем, что всё будет абсолютно стерильно, не будет никаких изменений. Мы понимаем, что есть инфляция, есть издержки, которые так или иначе могут расти. Поэтому мы должны следить за тем, чтобы все эти изменения проходили в контролируемом режиме, но не обещать того, чего сделать не можем. В этом, мне кажется, миссия каждого присутствующего.

Г.Истомин (член регионального политического совета партии «Единая Россия», заместитель председателя Законодательного собрания Иркутской области): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Истомин Геннадий Васильевич, зампредседателя Законодательного собрания, член регионального политсовета, член партии с 2002 года. Прежде всего я хотел бы сказать Вам большое спасибо за финансирование программы по защите озера Байкал. Для нас это действительно очень-очень важно. К сожалению, на территории области у нас не решается на протяжении многих лет и пока неясна судьба Байкальского целлюлозно-бумажного комбината. Мы понимаем прекрасно, что остановка такого комбината требует достаточно продолжительного времени, решения вопроса по финансированию этого мероприятия, и самое главное – это трудоустройство тех работников, которые будут высвобождаться с комбината. Органами власти области, губернатором области делается всё возможное, для того чтобы поддержать малый бизнес на территории Слюдянского района, чтобы создать новые рабочие места, решить все проблемы жилищно-коммунального хозяйства. Мы это делаем через областные программы, и результаты уже есть. Если говорить коротко по цифрам, то пять лет назад доля налогов, которая поступала в бюджет района от комбината, составляла 22%, сейчас она сократилась почти в 3 раза и составляет всего 8% – это как раз говорит о нашей работе. Вместе с тем на сегодняшний день на комбинате увеличивается кредиторская задолженность, из месяца в месяц увеличиваются убытки, и несмотря на ту помощь, которую Правительство оказало комбинату в лице нового управляющего, у нас сегодня убытки достигают 342 млн рублей за четыре месяца. То есть каждый месяц убытки генерируются на 100 млн рублей при фонде оплаты труда всего в 24 млн рублей. Мы понимаем прекрасно, что в будущем эту проблему придётся решать государству всё равно.

Такая работа комбината неудовлетворительна. Его дальнейшая непонятная судьба сегодня тормозит решение ещё одного для нас очень важного вопроса – это развитие туристской рекреационной зоны. Это тоже для нас принципиально важно, потому что мы её как раз расширили с учётом остановки комбината. Мы знаем, что сегодня в министерствах и ведомствах согласовывается план модернизации экономики города Байкальска и Слюдянского района. Я являюсь депутатом от этой территории, и для меня принципиально важно знать и объяснить людям, когда, в какие сроки будет принят и утверждён на заседании Правительства этот план, потому что там предусмотрены по проекту достаточно большие финансовые ресурсы, в том числе из федерального бюджета. И со стороны партии «Единая Россия», регионального политсовета, членов регионального отделения партии мы могли бы взять под контроль прохождение всех мероприятий, которые сегодня будут проводиться по исполнению данного плана.

Д.Медведев: Геннадий Васильевич, отвечая коллеге, я сказал, что мы должны правду говорить – вообще правду говорить нужно всегда, в том числе и по самым сложным вопросам. История Байкальского завода вначале, а потом Байкальского ЦБК – одна из самых сложных страниц промышленной истории нашей страны. Этому комбинату практически ровно столько лет, сколько мне. Начали проектировать в 1961-м, а пустили в 1966-м. Вся эта история, во всяком случае, на моей памяти, сопровождается бурными дебатами о его судьбе. Периодические остановки, рост кредиторки, потом запуск снова, потом государственные вливания… Нам пора набраться мужества и принять ответственные решения. Какими они могут быть? И здесь я спрашиваю у вас, потому что вы депутат от соответствующего района, и вы, все здесь присутствующие, – жители Иркутской области. Я думаю, что решения сами по себе очевидны. Какие они должны быть?

Г.Истомин: Первое – комбинат однозначно должен быть закрыт, в таком виде он дальше работать не может: оборудование морально устарело, здания устарели, генерировать убытки дальше невозможно. Когда в 2008 году комбинат остановили, было 1,5 тыс. человек, из них 700 человек мы трудоустроили, и когда в 2010 году заново комбинат запустился, пришлось компании 700 человек набирать со стороны. На сегодняшний день, если мы решим вопрос закрытия комбината и начнём дальше развивать туристско-рекреационную зону, мы трудоустроим людей туда, мы создадим новые рабочие места. Плюс ко всему, когда площадка освободится и по плану модернизации возможно будет решать там вопросы, мы начнём экологические предприятия развивать, тем более постановление Правительства разрешает эти вещи делать, и тогда у нас дела пойдут.

Д.Медведев: Хорошо. Я почему вас вызвал на откровенность? Я хочу, чтобы эти решения, а они сложные, были сформулированы не просто где-то в Москве, в Белом доме и навязаны сверху – вот мы здесь так решили и так должно быть, – а чтобы они шли снизу, от людей, которые работают и живут и в Байкальске, и на территории области, которые управляют здесь производственными процессами, которые олицетворяют собой государственную власть. Так вот, теперь я уже скажу: я полностью согласен с тем, что вы предлагаете. Более того, все решения принципиальные на эту тему приняты Правительством Российской Федерации, и мы их будем исполнять, обратной дороги нет. Сейчас, как вы правильно сказали, мы готовим план развития моногорода Байкальска и соответствующего региона. Я думаю, что на его подготовку (а нам нужно создать нормальный документ, хорошо работающий) уйдёт ещё некоторое количество времени, небольшое. Я думаю, что к концу лета мы соответствующий план должны иметь. Этот план недешёвый, даже в масштабах страны: общий объём финансирования, который предполагается, превышает 40 млрд рублей. Из них расходы по линии федерального бюджета – до 26 млрд. Какие это расходы? Во-первых, расходы на остановку самого комбината, на рекультивацию, на очистку площадки, с тем чтобы вернуть природу в максимальной степени к тому состоянию, которое было. И, во-вторых, это расходы на развитие самого региона, на создание новых рабочих мест, на создание инфраструктуры, чтобы люди, которые живут в Байкальске, которые живут рядом, получили возможность трудиться, получили новые рабочие места. Какие это рабочие места? Я думаю, здесь всем понятно, что это места, связанные с созданием современной рекреационной зоны, потому что сам бог велит здесь, в этих прекрасных условиях, заниматься именно этим, и это сделать можно. У нас уже есть неплохие объекты здесь, которые пользуются успехом, так давайте это сделаем вместе. Но ещё раз говорю: предстоит большая работа – работа и по очистке того, что было сделано, и по созданию новых объектов, и, если говорить прямо и откровенно, по объяснению того, чем мы занимаемся, потому что людям ведь нужны нормальные рабочие места и нормальные заработки. Чтобы не получилось так, что они скажут: «Знаете, комбинат работал. Может быть, он приносил ущерб и так далее, но это было гарантированное рабочее место и мне там платили деньги. А сейчас вы неизвестно что сделали, денег я получить не могу, комбинат закрыт. Для экологии хорошо, а для меня лично плохо». Вот этой ситуации допустить нельзя. Поэтому общая, комплексная задача развития Байкальска, создания современной экономической зоны туристическо-рекреационного типа – это наша с вами совместная задача. Правительство все решения примет. И вы, уважаемые коллеги, будьте добры здесь все решения принимать. Договорились?

Г.Истомин: Спасибо.

Д.Медведев: Пожалуйста, кто хотел?

А.Чалбышев (руководитель иркутского регионального отделения «Молодой Гвардии “Единой России”», инженер 1-й категории режимно-диспетчерской службы ОАО «Иркутскэнерго»): Добрый день, Дмитрий Анатольевич! Меня зовут Чалбышев Александр. Я инженер 1-й категории режимно-диспетчерской службы «Иркутскэнерго», а также руководитель иркутского регионального отделения «Молодой Гвардии “Единой России”».

Мой вопрос касается новых требований к депутатам. Партия «Единая Россия» за последнее время приняла целый пакет законов, направленных на качественное обновление власти. Одним из новых требований является запрет на наличие зарубежной собственности, активов, счетов в зарубежных банках.

Д.Медведев: То есть, Александр, вы начали от них освобождаться? Правильно.

А.Чалбышев: У меня их нет и не было. Нам кажется, это инициатива правильная и своевременная. Я лично собирал подписи в поддержку этого закона, жители с большим удовольствием подписывались под этой инициативой. Мнение людей: они устали от ненадёжных чиновников, которые уводят деньги за границу из страны. Я искренне уверен, что этот закон позволит отсечь от власти людей, которые идут туда с корыстными интересами, меркантильными какими-то целями. Вопрос: как Вы оцениваете первые итоги и перспективы этой работы?

Д.Медведев: Я считаю, что наша управленческая элита, если говорить красиво, или чиновники, если говорить обычным языком, – это должны быть нормальные патриотически настроенные граждане станы. Почему именно патриотически настроенные? Потому что каждый выбирает свою судьбу. Не хочется заниматься государственной службой – можешь жить где угодно, деньги держать где угодно. Это абсолютно нормально, у нас свободная страна, открытый мир. Но если ты принял на себя решение работать государственным служащим, стало быть, служить своей стране, к тебе предъявляются повышенные требования. Во-первых, тебе уже невозможно скрыться за такие понятия, как банковская тайна в ряде случаев, или частная жизнь, её неприкосновенность. Государственный служащий в этом смысле должен быть открыт в большей степени, чтобы люди понимали, кого они приняли на работу, ведь государственный служащий, по сути, заключает контракт с государством, стало быть, со всем народом. Это первое.

Второе. Я считаю, что государственные служащие, начиная от муниципальных служащих и заканчивая федеральными служащими, а также лица, замещающие государственные должности так называемые, а это все руководители, начиная от губернатора и заканчивая Президентом страны, должны быть понятны людям, которые их воспринимают как само государство, они должны вместе с государством нести все, если хотите, издержки. Если мы управляем государством, мы должны понимать, что от наших действий зависит состояние нашей экономики (от того, какие решения мы принимаем в районе, в области или в масштабах государства), а стало быть, наши денежные средства должны работать именно в нашей стране – в той стране, которой мы служим, а не в какой-то другой стране. Если мы плохо будем работать, то и наши деньги обесценятся. Это, мне кажется, вполне правильная постановка вопроса, потому что если ты плохо управляешь, то ты и сам рискуешь. В этом смысле решения, связанные с необходимостью перевести денежные средства, у кого они были в иностранных банках, в Российскую Федерацию, в наши банки, абсолютно справедливы.

Что касается вопроса об активах, акциях, других ценных бумагах – это тоже вполне возможный путь. Посмотрим, насколько он окажется эффективным, потому что, с одной стороны, в общем, правильно, чтобы наши люди, в том числе люди, имеющие деньги, вкладывали их в российские предприятия, в ценные бумаги, которые выпускаются внутри нашей страны. С другой стороны, важно, чтобы мы своими решениями не отсекали от прихода на государственные должности людей, которые состоялись в бизнесе. Я, например, всегда исходил из того, что человек, который показал себя хорошо подготовленным бизнесменом, может быть хорошим руководителем. Не у всех это получается, но у многих получается. Просто говорить, что ты должен от всего освободиться и только после этого приходить на государственную службу, мне кажется, не всегда справедливо, поэтому нужно дать возможность людям, которые какие-то активы имеют, эти активы трансформировать в российские активы, что законом и предусмотрено.

Я не знаю, каковы будут результаты применения этих правил, но в любом случае, мне кажется, позитивный момент есть как минимум один. Он заключается в том, что мы дали нашей управленческой системе, людям, которые служат, ещё раз подчёркиваю, государству, а стало быть, всему народу, сигнал о том, что они должны быть ориентированы на развитие собственного государства, а не каких-то других земель. В этом воспитательная миссия этого закона, в этом плане, я считаю, он вполне позитивен. Как он будет работать, зависит от всех нас.

Наконец, последнее. Мне кажется, что и сами члены партии должны здесь подавать пример. Я в данном случае имею в виду не вас – вы ещё человек молодой. Мы должны, если есть какие-то проблемы с теми или иными членами партии, об этом говорить откровенно, говорить им: принимай решение – или так, или сяк. Мне кажется, это будет честно по отношению к людям, которые за нас голосуют.

Прошу вас.

Т.Семейкина (член регионального политического совета «Единая Россия», координатор партийного проекта «Качество жизни (здоровье)», председатель комитета по здравоохранению и социальной защите Иркутской области): Спасибо. Семейкина Татьяна Владимировна, председатель комитета по здравоохранению и социальной защите Законодательного собрания, член партии «Единая Россия» с 2008 года, заместитель секретаря иркутского регионального отделения по работе со сторонниками, региональный координатор проектов «Качество жизни» («Здоровье»), «Земский доктор».

Уважаемый Дмитрий Анатольевич, я хотела бы задать вопрос по нашему партийному проекту «Земский доктор». Это замечательный проект, мы поддерживаем молодых людей, имеющих высшее медицинское образование: чтобы они поехали на сельскую территорию и отработали там пять лет, выплачиваем им 1 млн. В 2011–2012 годах финансирование было полностью из федерального бюджета, в 2013: 50% – субъекты, 50% – Федерация. Это замечательный проект, только у нас в Иркутской области поехало в 2011–2012 годах 95 таких специалистов в сельскую местность, в этом, 2013-м, году планируется 86. И вообще нам необходимо, чтобы закрыть сельские территории, около 100 специалистов в области медицины направлять в сельские местности. Хотелось бы, уважаемый Дмитрий Анатольевич, чтобы этот проект был продолжен на тех же условиях.

Д.Медведев: Судьба этого проекта в наших руках. Я тоже его оцениваю положительно, потому что мы должны были создать способ стимулирования молодых врачей, для того чтобы они ехали в сельскую местность, и мы такой инструмент создали. У всех, конечно, свои критерии, но в целом 1 млн рублей в сельской местности – это приличные деньги, на них можно и дом построить, и какие-то другие задачи решить. Этот механизм работает. Вы сказали, что в масштабах Иркутской области несколько лет подряд, и в этом году довольно значительное число врачей направляется в сельскую местность.

Т.Семейкина: 86.

Д.Медведев: 86. Тем не менее я этот вопрос тоже держу на контроле, недавно проводил совещание. Я обращаюсь и к вам, и к губернатору, конечно, и к другим регионам: нужно активнее этот инструмент использовать. Я посмотрел материалы, которые мне к поездке готовили. 86, а деньги взяли (сейчас уже июнь) шесть. Это не очень хорошо, это означает, что просто, может быть, мы мало общаемся с врачами на эту тему, а может быть, мы каким-то образом не помогаем им принимать решения, потому что если деньги есть… Тем более в режиме софинансирования вы нашли деньги в своём бюджете, теперь это 50 на 50, то есть деньги зарезервированы, и 50% федеральных средств. Так давайте эти 86 млн, то есть 86 человек, превратим в реальных людей, которые поедут работать.

Т.Семейкина: Дмитрий Анатольевич, эти люди уже есть, но дело в том, что они оканчивают сейчас медицинский университет и поедут работать, а деньги им выплачивают тогда, когда они заключают договор. Запись в трудовую книжку, они приезжают, и им перечисляются деньги.

Д.Медведев: Понятно. То есть вы ориентируетесь в основном на выпускников этого года, правильно я понимаю?

Т.Семейкина: Да.

Д.Медведев: Потому что есть и другие возможности.

Т.Семейкина: Да, конечно, мы всех приглашаем, работу ведём.

Д.Медведев: Хорошо. Я надеюсь, что всё-таки все эти места будут заполнены и все деньги будут выплачены. Это первое.

Второе. Конечно, этот инструмент оказался рабочим в масштабах страны, поэтому мы будем стремиться к тому, чтобы его сохранить.

И следующее, что мне хотелось бы сказать. Мы сначала говорили просто о сельских врачах, о земских докторах, потом

предлагать использовать такой же механизм для посёлков городского типа, но вообще-то – я посмотрел по вашей территории, по вашей области – большой некомплект врачей даже в достаточно крупных городах – это и Братск, и Усть-Илимск. Нам нужно подумать – я пока не предлагаю решения, но нужно подумать всё-таки – о том, чтобы этот механизм не везде, может быть, (точно в Московской области он в таком виде не нужен), но, например, вот здесь, в Сибири, распространить и на какие-то более крупные населённые пункты, чтобы простимулировать приезд туда молодых врачей. Я посмотрел: у нас при норме обеспеченности, по-моему, 46 врачей в Братске – 24 или 26, а это крупный город, в целом развивающийся. Это означает, что ситуация неблагополучная. Я предлагаю и в таком ключе подумать об этом проекте.

Т.Семейкина: Спасибо, хорошо.

Д.Медведев: Кто у нас хотел бы? Пожалуйста.

И.Иванов: Дмитрий Анатольевич, добрый день! Меня зовут Иванов Игорь Владимирович, я заместитель секретаря регионального политического совета по взаимодействию с общественными организациями и работе с молодёжью. Дмитрий Анатольевич, в апреле 2011 года здесь, в Иркутске, проходил президиум Государственного совета, который был посвящён вопросам наркомании. И на одной из встреч Вы встречались с представителями общественной организации «Матери против наркотиков».

Д.Медведев: Да, было такое.

И.Иванов: Когда я готовился к этой встрече, мне был дан наказ обязательно передать Вам самые тёплые, самые искренние слова благодарности, признательности за ту большую работу, которая была проведена. Общественная организация сегодня живёт, работает на всей территории Иркутской области. Значительно улучшена материальная база этой организации, действует круглосуточная линия телефона доверия, консультации идут. Организация «Матери против наркотиков» помогает семьям, которые столкнулись с этой бедой.

Вопрос я хотел задать не менее важный и посвящённый тоже очень острой проблеме для Иркутской области. В 2006 году на территории России начал действовать приоритетный национальный проект «Доступное и комфортное жильё – гражданам России». В рамках этого проекта реализуется подпрограмма «Обеспечение жильём молодых семей». Эта программа, действительно, очень хорошая и очень эффективная. По этой программе за период реализации в Иркутской области 2,5 тыс. молодых семей смогли решить свои жилищные проблемы – стали обладателями собственной квартиры либо собственного дома, если это в сельской местности.

Дмитрий Анатольевич, молодёжь поверила в программу, но есть у этой программы, конечно, проблемы. На сегодня в очереди по этой программе состоит более 6 тыс. молодых семей. В приёмную партии обращаются десятки молодых семей, которые в своё время встали в эту очередь, но, не дождавшись счастливого момента, когда дойдёт до них очередь, вынуждены были выходить из этой программы, потому что предельный возраст – 35 лет. Они достигают этого возраста и, соответственно, выбывают из этой программы – это действительно проблема.

Кроме этого с 2011 года финансирование этой программы за счёт федерального бюджета снижено на 2 млрд рублей. Дмитрий Анатольевич, обращаюсь к Вам от всей молодёжи, от всех молодых семей Иркутской области и, я думаю, от всей Сибири: программа очень эффективная. В 2015 году она завершает свою работу. Поэтому вопрос: возможно ли продлить действие этой программы после 2015 года? Возможно ли сохранить финансирование, а ещё лучше увеличить это финансирование, для того чтобы программа работала на закрепление молодых, талантливых, целеустремлённых людей, чтобы они жили на своей территории? Как Вы относитесь к этой проблеме, как относитесь к решению этой проблемы?

Д.Медведев: Спасибо, Игорь Владимирович. Всё возможно, главное, чтобы деньги были. Я, конечно, отношусь к этой программе с большим вниманием, хотя бы даже потому, что в какой-то момент я начинал заниматься этими самыми национальными проектами, и тогда впервые появилась программа «Доступное жильё» и соответствующий молодёжный раздел. И за счёт этой программы тысячи, десятки тысяч молодых семей, сотни тысяч на самом деле в масштабах страны получили жильё. С одной стороны, это хорошо, с другой стороны, конечно, этого в масштабах страны недостаточно. Вы привели цифры по Иркутской области – 6 тыс. с лишним семей в эту программу вошли и ждут решений, а я так понимаю, что в течение года это 500–600 семей, которые получают деньги. Я могу вам сказать одно: мы будем стараться сделать всё, для того чтобы эта программа не только сохранилась, а чтобы она расширялась, потому что она оказалась весьма и весьма эффективным инструментом решения жилищной проблемы. Но заниматься этой темой нам нужно с двух сторон – и по линии федерального финансирования, которое, если всё будет благополучно, мы обеспечим, даже будем наращивать, и, конечно, соответствующий вклад должны делать и региональные бюджеты в режиме софинансирования. Можно обсуждать пропорции этого софинансирования, я понимаю, на что вы намекаете, потому что, когда мы эту федеральную часть уменьшаем, мы, конечно, какие-то федеральные деньги экономим, направляем на другие цели, но мы тем самым связываем по рукам и ногам региональные власти, которые уже не могут найти соответствующее финансирование в таком объёме. Может быть, есть смысл вернуться к обсуждению вопроса об увеличении доли федерального финансирования. Мы подумаем об этом тоже.

Пожалуйста.

В.Новожилов (член партии «Единая Россия», главный врач городской Ивано-Матренинской детской клинической больницы): Здравствуйте, Дмитрий Анатольевич! Новожилов Владимир Александрович, главный врач Ивано-Матрёнинской детской клинической больницы, член партии с 2009 года.

У меня вопрос по развитию санитарной авиации. В ходе заседания Высшего и Генерального совета партии в мае текущего года Вами был высказан ряд предложений и новаций в плане развития этой службы в субъектах Российской Федерации. Проблема чрезвычайно важная, тем более что область у нас огромная, протяжённая, и фактор времени оказания помощи пострадавшим или заболевшим имеет ключевое значение в исходе процесса. Есть районы области, куда невозможно добраться никаким транспортом, кроме как воздушным. Мы много лет занимались этой проблемой в плане развития помощи детям и взрослым в отдалённых территориях, поэтому убедительная просьба включить Иркутскую область в число пилотных регионов по реализации этого проекта в России.

Д.Медведев: Хорошо. Владимир Александрович, во-первых, я сразу скажу, что мы включим Иркутскую область в такие пилотные проекты. Мне кажется, это, что называется, абсолютно очевидно, если вы сами этого хотите, если вы сами готовы к развитию соответствующего проекта.

В.Новожилов: Мы готовы участвовать всеми позициями.

Д.Медведев: Хорошо. Это первое. Второе: конечно, и для Иркутской области, и для других территорий Сибири это очень важная тема, потому что только Иркутская область, по-моему, – 1,5 тыс. км с запада на восток и с севера на юг. Территории огромные, и действительно добраться без вертолёта практически невозможно. Программа эта затратная, потому что нам нужно будет и парк менять, и соответствующие возможности создавать для посадки вертолётов, самолётов санитарной авиации, то есть заниматься аэропортовым хозяйством, но делать это необходимо, тем более что мы этим занимаемся и по другим направлениям. Я думаю, что для Иркутской области решение такое примем…

В.Новожилов: Дмитрий Анатольевич, сам лично летал, знаю, что это такое, поэтому это очень важно для нас. Спасибо Вам.

Д.Медведев: Другого варианта просто нет по территории нашей страны.

В.Семёнов (член регионального политического совета партии «Единая Россия», мэр города Черемхово):Добрый день, уважаемый Дмитрий Анатольевич! Семёнов Вадим Александрович, мэр города Черемхово, член регионального политического совета партии «Единая Россия», член партии с 2010 года.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич, в Бюджетном послании Президента на 2014–2016 годы говорится о необходимости информирования граждан о направлении уплачиваемых ими налогов. Для этого нужно добиться высокого уровня прозрачности бюджета, открытости бюджетного процесса для граждан. Граждане должны самостоятельно иметь возможность давать оценку эффективности расходов, целевому направлению денег и, соответственно, давать оценку деятельности органов государственной власти. Иркутской области, на наш взгляд, есть чем поделиться в этом вопросе. Органы государственной власти Иркутской области уже на протяжении трёх лет реализуют региональный партийный проект «Народный бюджет». За три года он очень положительно себя зарекомендовал. В 2013 году был выделен на реализацию данного проекта 1 млрд рублей. Деньги из областного бюджета по инициативе партии «Единая Россия» при поддержке правительства Приангарья направляются во все населённые пункты нашей большой области, причём жители сами определяют те приоритетные проекты, на которые необходимо потратить эти деньги. Деньги направляются, Дмитрий Анатольевич, на строительство…

Д.Медведев: А какие проекты они у вас определили, интересно?

В.Семёнов: Дмитрий Анатольевич, проекты разные – это и строительство детских городков, и водонапорная башня, и тротуары, и благоустройство территорий, и обеспечение жизнедеятельности населённых пунктов. Я могу сказать на примере своего муниципального образования: мы на протяжении трёх лет смогли решить очень важную для нас проблему – обеспечение качественной услуги пассажирского транспорта. Мы за три года практически полностью обновили свой автопарк муниципального предприятия, купили большое количество аттракционов в наш городской парк и доставили большую радость нашим ребятишкам. То есть это действительно очень важно и очень нужно. У меня вопрос, Дмитрий Анатольевич: как Вы оцениваете нашу инициативу? Это первое.

Второе: может быть, есть необходимость распространить опыт Иркутской области на всю территорию нашей страны? И третье: поскольку данные проекты находятся под жёстким контролем и партии, и населения, какие ещё механизмы партийного контроля Вы можете подсказать?

Д.Медведев: Вадим Александрович, я так понимаю, что вторая часть вашего вопроса – это заявка на переход в Правительство Российской Федерации, да?

В.Семёнов: Точно так.

Д.Медведев: Распространить опыт вашего муниципального образования на территорию всей страны.

В.Семёнов: Я готов, Дмитрий Анатольевич.

Д.Медведев: Молодец.

На самом деле, стесняться тут нечего, если опыт хороший, почему бы и не распространить. Я сразу скажу: конечно, это абсолютно правильно, что вы в таком режиме работаете с людьми. Я всегда, когда встречаюсь с коллегами по партии, говорю такую вещь: мы все используем современные технологии, по телевизору появляемся, в социальных сетях присутствуем, ещё как-то общаемся, но нет ничего важнее прямого контакта с людьми. И ничем это не заменить! Абсолютно ничем! Более того, этот контакт должен быть максимально честным. Вы все с людьми общаетесь, иногда выходишь к людям – трудно разговаривать. Жёстко настроены, говорят: «Вы этого не делаете! Это безобразие! Эти проворовались здесь!..» Но когда начинаешь объяснять (а в чём-то люди, наверное, всегда правы, когда говорят, что есть такие недостатки), возникает совершенно другой уровень взаимопонимания. И люди говорят: «Да, объяснил позицию. Уже молодец! Может быть, не сделал всего, но уже объяснил позицию». Это очень важно, уважаемые коллеги!

Я здесь хотел ко всем обратиться: впереди выборы, и чем больше будет такого общения, прямого общения с нашими людьми, с нашими избирателями, тем лучше будет результат партии. Нам негоже прятаться за ширму того, что мы правящая партия и у нас и так всё в порядке – за нами сила, за нами деньги, за нами партийные проекты, мы отвечаем за все успехи – это всё очень быстро забывается. А вот это очень важно. Это эмоциональная, но тем не менее важнейшая сторона.

Что касается проектного бюджета и вообще бюджета в рамках государственных программ – это будущее. Вы же знаете, мы приняли решение, по сути, создание нашего федерального бюджета перевести на проектные рельсы. Теперь у нас практически весь бюджет будет идти по линии государственных программ, а значит, мы можем заниматься правильным целеполаганием. Мы видим тот результат, к которому мы стремимся, и оцениваем то, что мы сделали. То же самое нужно делать в масштабах муниципального образования. Вы же сказали, что люди сказали: «Вот туда, вот сюда и вот сюда деньги». А кто лучше них знает? Они, собственно, и знают это, поэтому давайте тиражировать и ваш опыт, ладно?

Г.Гайдаров (председатель консультативного совета общественных объединений при региональном политическом совете партии «Единая Россия», главный врач клиники высшего профессионального образования «Иркутский государственный медицинский университет Федерального агентства по здравоохранению и социальному развитию»): Гайдаров Гайдар Мамедович, главный врач университетской клиники, заведующий кафедрой, секретарь иркутского городского местного отделения партии «Единая Россия», член партии с 2002 года.

Меня как врача волнуют, конечно, проблемы социально значимых болезней, в частности туберкулёз. Туберкулёз – это проблема XXI века. Ежегодно в России выявляется более 200 тыс. больных. К сожалению, около 20 тыс. умирают. Сегодня мы занимаем 13-е место в мире по заболеваемости. Выделяется много денег – более 5,5 млрд рублей только на лекарства в Российской Федерации на 2013 год. Но у меня есть документ, который выпущен Минздравом России, где восемь лекарственных препаратов, которые разработаны 20–40 лет назад, характеризуются как уже неэффективные. Прежде всего, они токсичные, с другой стороны – создают сегодня угрозу лекарственно-устойчивой формы туберкулёза. То есть в этом году у нас каждый четвёртый практически имеет такую устойчивую форму туберкулёза, и если мы ничего не будем делать, на следующий год будет каждый второй.

О чём я хочу сказать? Что нужны какие-то действия, шаги. Мы предприняли эти действия. В Иркутской области на Иркутском заводе, в Институте химии учёные разработали новый инновационный лекарственный отечественный препарат «Перхлозон». Вы на совещании в Сколково справедливо сказали, что это прорыв в отечественной медицине в борьбе с туберкулёзом. И это дало, кстати, возможность его зарегистрировать и производить. Что нужно делать? Главный специалист, главный фтизиатр Российской Федерации профессор Яблонский сказал, что это мощное современное оружие против туберкулёза, что если мы не примем мер, то у нас будут соответствующие проблемы, – это национальная безопасность. Поэтому я предлагаю всё-таки поручить Минздраву взять на вооружение этот препарат, чтобы территории, субъекты Федерации получили это лекарство, чтобы мы могли дальше на благо России работать и спасать этих людей. Это первое.

Второе. У нас в Иркутской области создана уникальная база – мощная, научная, кадровая, образовательная, фармацевтические компании… Нам срочно нужно создать – мы в принципе её создали благодаря правительству Иркутской области – в целом от молекулы до капсулы. А правительство Иркутской области создаёт нормальные условия, выделяя соответствующие средства и строительные площадки. Нам нужна Ваша поддержка, Дмитрий Анатольевич, в том, чтобы в рамках государственной программы «Фармация 2020» было содействие и создание такого мощного фармацевтического кластера. Мы в Иркутской области готовы идти дальше в разработке 50 новых отечественных лекарственных препаратов, инновационных препаратов. Завтра мы начнём их выпускать, а препоны чиновников, бездушие опять будут продолжаться… Это второе.

Третье, последнее. У нас нет механизма реализации, точнее, выхода на российский рынок новых инновационных лекарственных препаратов. Очень прошу Вас дать поручение соответствующим министерствам разработать такой механизм и идти дальше вперёд. С нашей наукой, с нашей практикой мы сможем победить туберкулёз, мы сможем победить бездушие наших чиновников. Спасибо.

Д.Медведев: Пламенное выступление! Гайдар Мамедович, во-первых, вы сказали в самом начале вещь, которая неприятно меня зацепила, что туберкулёз – это проблема XXI века. Почему? Потому что нам ещё какое-то время назад (вы уже тоже давно работаете) казалось, что этой проблемы, особенно в нашей стране, нет. Когда говорят: ВИЧ-инфекция – проблема XXI века, – это другое, это понятно. А если мы находимся в ситуации, когда более известная, традиционная для медицины болезнь становится болезнью XXI века, – это, конечно, печально. Это результат, скажем откровенно, проблем, которые были в развитии нашего здравоохранения последние десятилетия. Несмотря на появление новых форм заболевания, лекарственно-устойчивых форм туберкулёза, – если по-честному, в современных развитых странах этого нет. Это означает, что у нас с этим очень серьёзные проблемы.

Второе. Вы упомянули препарат, он называется «Перхлозон». Действительно, я не медик, не фармаколог, я не могу говорить, что этот препарат лучше других – это с моей стороны было бы безответственно. Но я знаю, что такой препарат создан, и задача государства, задача Минздрава – провести его клинические испытания и принять необходимые решения. Вы правильно сказали, что у нас очень большая дистанция между разработкой препарата и его внедрением в практику.

Я, когда начал заниматься, интересоваться развитием фармакологической промышленности, был удивлён, что вообще в мире принципиально новых препаратов появляется в год от пяти до десяти штук всего. Я имею в виду не препараты, который воспроизводят уже существующие формулы, тем более не так называемые дженерики, а препараты, которые носят революционный характер. И разработка одного нового лекарства – давайте вдумаемся, на самом деле, для меня во всяком случае, это была удивительная цифра – стоит 1 млрд долларов. 1 млрд долларов! Потому что это обычно какой-то новый, революционный шаг в развитии фармацевтической промышленности. Поэтому мы свои разработки обязаны беречь, тем более что зачастую они созданы не благодаря, а вопреки, что называется.

Третье. Вы упомянули возможность создания фармацевтического, фармакологического кластера здесь, у вас, на иркутской земле. Мы к этому готовы. Я специально с утра и с губернатором разговаривал, и с коллегами из Правительства: мы готовы рассмотреть этот вопрос, даже несмотря на то, что до этого было принято отрицательное решение. Если вы готовы в это вкладываться, если вы готовы этим заниматься, то мы необходимые решения примем, потому что нам нужно развивать свой интеллектуальный потенциал. Он у вас есть, давайте мы поможем.

Г.Гайдаров: Дмитрий Анатольевич, извините, препарат у нас уже производится, это единственный препарат в мире, который влияет на лекарственно-устойчивую форму туберкулёза. Больше других препаратов нет. Поэтому очень важно, чтобы Минздрав его включил.

Д.Медведев: По поводу судьбы самого препарата, раз уж мы говорим об этом… Ещё раз говорю, я стараюсь не влиять таким образом, не говорить: включите, не включите. Но раз уж мы об этом с вами говорим и действительно обсуждаем эту тему не в первый раз, мне тогда нужно обращение от производителя препарата или от областного правительства, с тем чтобы я дал поручение Минздраву ещё раз рассмотреть судьбу этого препарата и принять необходимое решение. Сделайте. Всё, договорились.

И.Наумов: Наумов Игорь Викторович, мэр Иркутского районного муниципального образования, член регионального политического совета, член партии «Единая Россия» с 2006 года.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Разрешите обратить Ваше внимание на проблему высокой стоимости пассажирских авиаперевозок из Иркутска в центральную часть России. Наши ближайшие соседи – Республика Бурятия, Забайкальский край уже сегодня участвуют в программе субсидирования таких перевозок, и сложилась, на мой взгляд, не очень логичная ситуация, когда маршрут из Иркутска в Москву через Улан-Удэ может обойтись иркутянину на 5–6 тыс. рублей дешевле только в одну сторону. Иркутская область, как и Забайкалье, как и Республика Бурятия, является участником государственной программы социально-экономического развития Дальнего Востока и Прибайкальского региона. Как и в Республике Бурятия, у нас ведутся работы по созданию особой экономической зоны рекреационного типа, туристического типа. Мой вопрос звучит следующим образом: помогите восстановить справедливость, поскольку внесение городов Иркутск, Братск в льготный список позволит бо?льшему количеству иркутян, братчан, жителей других городов нашей области бывать в Москве, Санкт-Петербурге, Сочи и, в свою очередь, россиянам, которые живут в Центральной России, чаще приезжать к нам на Байкал.

Д.Медведев: Мы в последнее время, Игорь Викторович, – я надеюсь, вы тоже как-то это ощущаете здесь, – всё-таки вернулись к вопросам нашей гражданской авиации, потому что, скажем прямо, на протяжении 1990-х годов, да и впоследствии, происходила масштабная деградация и системы региональных перевозок, и системы местных перевозок, да и в масштабах страны всё было весьма и весьма неблагополучно. Сегодня мы с полпредом и губернатором обсуждали межрегиональные перевозки, перелёты: да, их, наверное, в таком варианте, как это было в советские времена, пока нет, но всё-таки уже далеко не всегда нужно лететь в Москву, чтобы добраться до соседнего регионального центра. Это хорошо. Нам нужно обязательно восстановить внутрирегиональные перевозки. Мы сегодня говорили о том, что такое Иркутская область: если границы области 1,5 на 1,5 тыс., здесь без самолётов не обойтись – это просто невозможно. И дорог нет, и расстояния огромные, поэтому нужно обязательно вкладывать в это деньги, и это должны быть деньги и государственные, и в значительной мере деньги компаний, которые занимаются перевозками.

И, наконец, тема, о которой вы говорите, которая, мне кажется, оказалась важной и удачной для нашей страны, – это так называемые субсидированные перелёты. Наверное, если бы мы не были Россией, это была бы излишняя программа, но у нас страна такая огромная, что по разным причинам (и финансовым, конечно, и техническим) значительная часть наших людей, живущих здесь, на Дальнем Востоке, не бывает в Москве. И, наоборот, не летают из Москвы те, кто, наверное, должен был бы обязательно прилетать отдыхать, посмотреть новые места или просто на работу приезжать. Мы эту программу начали. Не скрою: она недешёвая, потому что речь идёт о поддержке перелётов определённых категорий людей, но я считаю, что на этом нельзя экономить. Почему? Именно потому, что мы должны ощущать себя единым государством. Я всегда один пример привожу, и в этой аудитории его приведу. Я не знаю, как говорят у вас, но меня когда-то очень зацепила фраза, когда я был в Приморском крае и кто-то из приморских начальников даже, по-моему, говорил: «А вот у вас в России, а вот у вас в России…» Я говорю: «Что-что? А вы-то кто такие?» Он говорит: «А вот, знаете, так принято, у нас так говорят. У нас тут Дальний Восток, а вы там, в Москве, – это Россия». Это безобразие! Понятно, что это понятийная такая вещь, но это вообще-то безобразие! Мы должны все ощущать себя частичкой нашей страны, великой России, а это и коммуникации, в том числе для людей, у которых нет денег, для пенсионеров, молодёжи, которая ещё денег не заработала, поэтому эта программа удачная.

И, наконец, самое последнее, чтобы не пафосными словами заканчивать, а конкретными выводами. Я дам поручение, и мы примем решение о том, чтобы и Иркутск получил эту возможность (а по возможности или в дальнейшем и другие города области) – возможность субсидированных перелётов в центр России.

И.Наумов: Спасибо.

В.Кондрашов(член регионального политического совета «Единой России», мэр города Иркутска): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Во-первых, спасибо Вам огромное за то, что Иркутску так повезло. Я представлюсь: мэр города Иркутска Кондрашов Виктор Иванович, член партии «Единая Россия», член политсовета. Конечно, исходя из Ваших слов, я представляю теперь, каким образом будет развиваться в том числе и туристический бизнес в городе Иркутске – это немаловажно. Но я хотел бы сказать немного о другом. Вы уже затрагивали сегодня тему жилищно-коммунального хозяйства, а постоянно общаясь с жителями города на личных приёмах… Что оказывается? У нас есть, на мой взгляд, небольшие пробелы в жилищном законодательстве. Сложилась практика (в Иркутской области уже порядка 24 уголовных дел даже возбуждено) фальсификации протоколов решений общих собраний. Сложилась практика уже. Идёт борьба управляющих компаний за рынок, а это считается для них рынком. И в этом плане моё мнение – пора уже вводить уголовную ответственность, то есть внести изменения, может быть, в Уголовный кодекс, для того чтобы ужесточить эту меру. Там пока такой статьи нет – фальсификация протоколов. Это первое.

Второе. Внести изменения в жилищное законодательство, если возможно, в Жилищный кодекс, поскольку сроки переголосования не установлены – это пробел, – могут голосовать через каждую неделю, меняя управляющие компании. Что происходит? Управляющая компания переголосовывает, делает протоколы собрания, начинает заходить на рынок, и следующий этап наступает – они собирают средства с жителей, аккумулируют у себя на счетах, частенько пускают в оборот, но не платят поставщикам услуг. Возникает задолженность, в дальнейшем возникает банкротство, страдают жители от всего этого. И это небольшой пробел уже в Жилищном кодексе. Если возможно, нужно внести изменения, потому что эта тенденция начинает валом идти, население страдает.

Д.Медведев: Спасибо. Виктор Иванович, вообще надо признаться, наше жилищное законодательство очень сложное, несовершенное (это само собой разумеется), рваное, состоит из законодательства советского периода, законодательства 1990-х годов и современного законодательства. Мы сейчас вместе с коллегами по Правительству стараемся вообще эти завалы просто разобрать и создать полноценную нормативную основу, для того чтобы наше законодательство в области жилищно-коммунальной сферы было современным. Нам коллеги из Государственной Думы, из Совета Федерации помогают в этом плане, принимая соответствующие законы. То, о чём Вы говорите: я не возражаю против того, чтобы посмотреть на криминализацию отдельных действий, связанных с недобросовестной деятельностью, недобросовестным поведением управляющих компаний.

Не готов сказать, можно ли соответствующие деяния подвести под конкретный состав. Может быть, как-то иначе можно квалифицировать, но в принципе рассмотреть, наверное, это возможно. Я готов и Правительству сказать, чтобы позанимались, и коллеги из Государственной Думы, из других структур могут этим заняться.

Что же касается восполнения пробелов, то мы тоже, ещё раз говорю, этим занимаемся. Надеюсь, что за ближайшие полгода нам удастся многие позиции изменить, потому что даже в масштабах нашей правительственной деятельности на очереди стоит около 50 нормативных актов, посвящённых жилищно-коммунальному хозяйству. Вы привели пример, когда управляющая компания аккумулирует у себя деньги на счетах и потом их использует не по назначению, то есть помещает куда-то на депозиты или просто даёт кому-то в долг, зарабатывает на этом – это полное безобразие. Это, на мой взгляд, образует законченный состав преступления, потому что это просто нецелевое использование денег и злоупотребление своими возможностями. Но нам нужно подумать, каким образом (мы такие решения принимали, они далеко не всегда эффективны) заставить управляющие компании эти деньги использовать строго по назначению. На сей счёт придумано несколько способов, вы тоже их знаете, потому что городским хозяйством руководите: все они не в полной мере эффективны. Значит, нужно создавать какие-то другие модели – это первое.

И второе. Я не хочу сказать, что управляющие компании – это абсолютное зло, без них тоже невозможно, потому что у нас сейчас не советские времена. Но очень важно (мы об этом уже говорили сегодня), чтобы за деятельность управляющих компаний следила бы и партия, и в определённой ситуации принимались необходимые юридические решения, возбуждались уголовные дела. У нас народ, правда, ничего не боится, тем не менее – сколько там, вы сказали, – 16 дел или ещё сколько-то дел? Нужно возбуждать такие дела, куда деваться-то. И вот это должно быть нашей совместной ответственностью.

Г.Калугина: Галина Калугина, региональный исполнительный комитет. Как начальник отдела агитационно-пропагандистской работы не могу не обратиться к лидеру партии с очень серьёзным, мне кажется, вопросом, с темой, от которой очень зависит качественное развитие партии и партийной организации, а именно – о партийной учёбе. Партийная учёба была объявлена одной из важнейших направлений работы партии на XIII съезде. И в развитие этого решения был запущен Гражданский университет. Лекционный курс, который Вы открыли в марте, достаточно интересен и доступен самому широкому кругу слушателей. И очень важно, что лекции открыты. Когда проходила первая лекция, некоторые журналисты очень удивлялись, спрашивали: «А что, можно к вам прийти послушать?», достаточно был удивлён народ. И очень важно ещё то, что с лекциями можно ознакомиться даже не тогда, когда идёт онлайн-трансляция, а и дополнительно посмотреть в записи, в стенограмме, в основных новостях. Но системная партийная работа, системное партийное обучение, системное политическое просвещение граждан особо востребованы на местах, поэтому региональные отделения ведут свои образовательные программы. Понятно, пока нет единого образовательного стандарта, каждый идёт своим путём, придумывает свой проект. Иногда изобретается велосипед, в связи с чем, Дмитрий Анатольевич, у меня к Вам предложение: нам всем было бы полезно обмениваться опытом – возможно ли в рамках ноябрьского съезда в режиме эксперимента провести форум партийных образовательных проектов и программ под эгидой Гражданского университета? Мы все могли бы обменяться опытом, высказать свою позицию относительно этого важного дела, относительно стандартов партийного образования. Мне кажется, что регионы могли бы внести свой вклад в эту работу, и у партии появился бы такой системный механизм корректировки и налаживания, я бы сказала так, агитационно-пропагандистской работы в том числе.

Д.Медведев: Спасибо, Галина, я думаю, всё возможно, всё в наших руках. Вы знаете, когда ко мне впервые подошли с темой партийного образования и соответствующего проекта, у меня были даже некоторые сомнения, потому что мне это очень напомнило времена, которых вы не помните, а я помню, когда у нас было много образовательных проектов, но в недрах другой партии. Но потом, когда я погрузился в эту идею и поговорил с разными людьми, в том числе с обычными коллегами по партии, я понял, что эта тема абсолютно востребована. Но только в том случае, если это не абстрактные рассуждения на тему роли партии, нашей ответственности, не какие-то отвлечённые разговоры (хотя иногда они интересны и приятны), а если этот проект будет помогать руководителю первичной партийной организации, другим руководителям, просто обычным партийцам общаться с людьми, добиваться результатов, предъявлять свои партийные цели, программу продвигать, то есть этот проект будет носить практический характер. И в таком ключе мы, надеюсь, его и выстраиваем.

Лекции идут – это хорошо. Желательно, чтобы они ещё были интересными, потому что когда на лекциях спать хочется – это не те лекции, которые нам нужны.

Г.Калугина: Нет, не хочется спать на лекциях.

Д.Медведев: Это хорошо. Значит, их правильно читают.

Иными словами, при помощи этого партийного проекта, мне кажется, мы должны дать всем членам нашей партии (а это 2 млн человек) возможность получить инструмент для достижения политических результатов. Именно практический инструмент, а не набор каких-то схоластических доводов, аргументов и так далее.

Наша партия самая большая, она действительно находится сейчас у власти. Но этим всем нужно дорожить. И ни в коем случае нельзя забывать, что эта ситуация должна нами поддерживаться. Каждый член нашей партии, сторонник партии должен уметь общаться, должен уметь выстраивать коммуникации с людьми. Я об этом уже говорил, ещё раз к этому возвращаюсь: не где-то, откуда-то слышать о тех событиях, которые происходят, а в режиме прямого общения. В этом плане этот проект тоже очень важен, потому что мы нуждаемся, чтобы в партии появлялись новые лидеры – люди, которые аргументированно отстаивают свою позицию, не боятся вступать в схватку с нашими политическими оппонентами, потому что у того, кто находится в оппозиции, как правило, аргументов, мотивации больше. Критиковать всегда проще, чем отстаивать те результаты, которые мы получаем, поэтому каждый руководитель партийный низовой организации или вышестоящих организаций (вообще желательно каждый сторонник партии) должен уметь отстаивать партийную позицию. В этом смысле значение этого гражданского университета весьма и весьма, мне кажется, полезное. Что же касается того, чтобы рассмотреть это на очередном съезде в качестве такого регионального, образовательного проекта – мне кажется, это возможно. Если там будет содержание, давайте подумаем об этом.

Г.Калугина: Спасибо.

А.Хомич: Здравствуйте! Хомич Альбина Викторовна, заслуженный мастер спорта России по тяжёлой атлетике, член регионального совета сторонников. Дмитрий Анатольевич, я более 10 лет занимаюсь общественной работой, являюсь председателем попечительского совета Ангарской воспитательной колонии. Также я работаю более 15 лет в детской школе-интернате №1 города Ангарска. Помимо этого я провожу огромную общественную работу с детьми: и дворовый спорт, и спорт в каждый двор. Плюс ко всему я нашла поддержку в сторонниках. Когда я обратилась за помощью, пришла – и мне сказали: «Без проблем, поддержка будет». Я даже написала заявление в «Единую Россию», честно.

Д.Медведев: Это мужественный шаг.

А.Хомич: Я тоже так думаю. Вы знаете, прозвучало много вопросов и Ваши ответы. Мне бы очень хотелось узнать про институт сторонников и также Ваше мнение о нашей – сторонников – работе. Спасибо.

Д.Медведев: Я всё-таки хотел бы уточнить, Альбина Викторовна, вы сторонник или вы уже внутри партии?

А.Хомич: Я ваша навеки!

Д.Медведев: Молодец. Я даже не знаю, какие ещё комментарии могут быть. Очень хорошо, что вы этим занимаетесь, это на самом деле, без пафосных слов, очень важно – с детьми заниматься и спортом, и особенно важна и трудна работа с теми, кто попал в трудную ситуацию, в тех же самых колониях. Это наши с вами граждане, это люди, и мы не должны нос задирать, мы должны общаться с ними, особенно когда речь идёт о молодёжи, которая только начинает свою жизнь, пусть и не очень удачно, но в жизни можно многое поправить.

Ну а то, что вы такое решение приняли… Конечно, сторонники для партии очень важны, потому что сторонники – это люди, которые симпатизируют тому, что мы делаем, и готовы в какой-то момент встать уже внутрь, попасть внутрь партии. Вы такое решение приняли, мне это очень приятно, что вы не разочаровались, потому что жизнь так устроена, что партию, которая управляет, всегда будут критиковать. Пока мы управляем, нас будут критиковать, называть нас разными плохими словами, а если в какой-то момент мы окажемся беззубыми, слабыми, нас сметут на политическую обочину, встанет какая-то другая политическая сила, чего бы я не хотел и вы, наверное, тоже не хотели бы. Тем не менее их тоже будут критиковать, будут упрекать, говорить, что они такие-сякие, – это закон политического жанра. И то, что у нас есть институт сторонников, которые с интересом наблюдают за тем, чем мы занимаемся, – это, по сути, такая подпитка партии на будущее, поэтому всех сторонников мы любим, особенно любим тех, которые из сторонников превращаются в партийцев.

А.Хомич: Спасибо.

С.Тен (исполняющий обязанности руководителя Сибирского межрегионального координационного совета партии «Единая Россия», депутат Государственной Думы): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Тен Сергей Юрьевич, депутат Государственной Думы. Тема касается дорог. Я хочу сказать, что мы с Вами перед выборами в Государственную Думу в 2011 году встречались, я задавал Вам вопрос по поводу муниципальных дорожных фондов, и были внесены по итогам Вашего решения поправки в Бюджетный кодекс. С 1 января 2014 года у нас муниципальные дорожные фонды в стране заработают, я думаю, что мэры, присутствующие здесь, в этом зале, поддерживают это решение, безусловно. Мы будем дальше продолжать совершенствовать эту работу, и на законодательном уровне в том числе. Вообще, про дороги можно говорить, конечно, как говорится, от заката и до забора. Но я хочу конкретно задать вопрос по федеральной автомобильной дороге М53 Красноярк – Иркутск. У нас эта дорога проходит через районные центры Тулун – Нижнеудинск – Усолье-Сибирское, Слюдянка. Мы понимаем ситуацию сейчас с федеральным дорожным фондом и то, что там ресурсы достаточно ограниченные на сегодняшний день, но у меня большая просьба всё-таки не забыть про строительство обходов этих городов в рамках ФЦП «Развитие транспортной отрасли до 2020 года». Хотел бы Вас как Председателя Правительства попросить нас в этом отношении поддержать, Дмитрий Анатольевич. Спасибо.

Д.Медведев: Сергей Юрьевич, молодец, тоже решил свои пять копеек вставить. Правильно, давайте так договоримся. Мы с вами в Москве работаем оба, раз вы меня об этом просите, я вас об этом тоже прошу: вы эту тему не оставляйте и ездите по ушам Минтрансу, Минфину, а я вас поддержу.

С.Тен: Спасибо большое, Дмитрий Анатольевич.

Д.Медведев: Уважаемые коллеги, дорогие друзья! Каждая встреча хороша только в том случае, если она вовремя заканчивается, если потом не начинает хотеться срочно спать или ещё куда-нибудь. Поэтому я хотел вас поблагодарить…

Реплика: Дмитрий Анатольевич, у нас сегодня есть неординарная возможность вручить партийный билет ветерану Великой Отечественной войны Валентину Дмитриевичу Казанцеву. И мы хотели бы, чтобы это сделал председатель партии, для нас это очень важно. Спасибо.

Д.Медведев: Если Валентин Дмитриевич ещё не раздумал вступать в партию, то я с удовольствием это сделаю. Поздравляю вас.

В.Казанцев (пенсионер): Мне 85 лет, я принимаю программу партии, её сторонник. И вот в этом году думаю: «А почему сторонник? Я могу быть и законным членом этой партии». Поэтому согласился быть в общем строю с вами.

Мне, конечно, очень интересно, когда выступает Путин, выступает Дмитрий Анатольевич… Думаю: «Вот теперь я с такими людьми буду рядом…» Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо большое. Валентин Дмитриевич, во-первых, я вам желаю долгой и счастливой партийной жизни. Вы человек зрелый, очень известный, но на самом деле мне очень приятно, что вы для себя приняли такое решение, мне кажется, оно дорогого стоит. Очень приятно, когда молодёжь принимает решение о том, чтобы вступить в партию, потому что вся жизнь ещё, что называется, впереди, и значит, мы делаем что-то такое, что интересно для молодёжи. Но не менее ценно, когда люди, у которых уже огромная часть жизни прожита, люди опытные, тем более участники Великой Отечественной войны, принимают осознанное решение вступить в партию. Для всех нас, для всех здесь присутствующих ваш приход – это, если хотите, честь и аванс, аванс той работе, которой мы занимаемся. Мы очень рассчитываем на то, что вы будете долго и продуктивно работать вместе с нами в рядах нашей партии.

В.Казанцев: Я ещё хотел сказать, что я учитель с таким громадным стажем – всю жизнь проработал. У меня 55 лет педагогического стажа, тысячи, тысячи и тысячи учеников. Я ещё в моём возрасте занесён в Книгу рекордов России за погружение два года назад на глубину 1,5 км.

Д.Медведев: Теперь ваша фамилия будет не только в Книге рекордов Гиннесса, но и, извините, в партийных списках – никуда не деться, Валентин Дмитриевич. Спасибо большое!

Дорогие друзья! У меня ещё сегодня встреча с представителями наших экологических организаций, которым я тоже расскажу о наших планах, в том числе по Байкальскому ЦБК и вообще по оздоровлению общей экологической ситуации. Для нашей страны это очень важно. Мы такие богатые и в то же время много чего наворочали за последние десятилетия и должны этим все вместе заниматься.

Я буквально ещё одну вещь скажу вам. Оттолкнусь от того, с чего начинал. Впереди важные политические события. Как мы их пройдём, пройдёт ваша партийная организация, пройдёт Иркутская область, зависит в значительной мере от всех здесь присутствующих, от того, насколько вы будете сильными, сплочёнными, аргументированными. Самое главное – не сидеть на месте. Самое главное, аргументированно объяснять людям, что мы сделали и что ещё можем вместе сделать. Если вы так будете работать, я уверен, что в сентябре нас ждут победы, чего я вам и всем нам искренне желаю.

Россия. СФО > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 18 июня 2013 > № 870772 Дмитрий Медведев


Россия > Экология > premier.gov.ru, 18 июня 2013 > № 870771 Дмитрий Медведев

Встреча с членами Экспертного совета при Правительстве о повышении эффективности охраны окружающей среды

Перед встречей с членами экспертного совета Дмитрий Медведев посетил Байкальский музей

В зале, посвящённом истории образования Земли, главе Правительства рассказали, в частности, об образовании озера Байкал на стыке двух литосферных плит.

Премьеру также продемонстрировали созданное в музее интерактивное окно в живую природу, в котором в режиме реального времени с помощью установленных в Байкальском заповеднике видеокамер можно наблюдать за жизнью его обитателей.

Дмитрий Медведев осмотрел представленную на стендах коллекцию рыб и животных, которые водятся в регионе.

* * *

Стенограмма встречи:

Д.Медведев: Добрый день, уважаемые коллеги! Давайте немножко поговорим и о сложных вопросах, и о перспективах. Прежде всего, я думаю, нужно будет поговорить об экологическом законодательстве, это, наверное, цель таких встреч, как наша с вами сегодня.

Условия для рационального использования природных ресурсов – это задача Правительства, по большому счёту это задача вообще всех властей, да и для бизнеса не менее важная тема. Экологические вопросы в нашей стране, наверное, некоторое время назад не были темой для такого общесемейного обсуждения – время было сложное совсем, – но в настоящий момент их публичное значение стало совсем другим. Считаю, это признак того, что меняется мышление людей, на смену совсем бытовым вопросам приходят вопросы, связанные с осознанием нашего места в мире, вопросы, связанные с обсуждением будущего детей, страны, то есть такие вопросы, которые, если серьёзно, волнуют практически всех людей в самых разных местах мира.

Мы живём в условиях большого накопленного экологического ущерба. Минприроды определяет 77 наиболее крупных объектов такого рода. Но это условная цифра, потому что таких объектов на самом деле на территории нашей страны (а она самая большая), конечно, гораздо больше, но по таким ключевым точкам мы сейчас и ведём работу по различным направлениям. Мы с вами встретились в особом месте, мы здесь неоднократно различные мероприятия проводили («мы» – я имею в виду встречи государства с участием экологических организаций), и сегодня такая встреча. Хотел бы обратить внимание на изменения, которые всё-таки происходят. Важнейшие изменения касаются судьбы Байкальского целлюлозно-бумажного комбината. Я только что с коллегами разговаривал, хочу сказать и вам. Не скрою, это решение нам далось непросто, потому что это всегда баланс между интересами охраны окружающей среды и судьбами конкретных людей, которые работают на конкретном производстве. Тем не менее это решение принято, и в настоящий момент мы готовим мероприятия, как это решение реализовать. Я напомню, что только в федеральном бюджете на ликвидацию последствий деятельности комбината на ближайшие годы запланировано около 3 млрд рублей, а всего на закрытие комбината в рамках тех планов, которые у нас есть, предусмотрено будет около 14 млрд. В прошлом году была утверждена ФЦП «Охрана озера Байкал и социально-экономическое развитие Байкальской природной территории», проект федерального закона, который запрещает размещение отходов в водоохранной зоне, сейчас в Государственной Думе. И в настоящий момент Правительством рассматривается план развития моногорода Байкальск и всего региона. Общие расходы на развитие региона (а это важно, потому что мы должны не только оздоровить экологическую ситуацию, но и принять решение в отношении судеб большого количества людей) составят более 40 млрд рублей – это и из федеральных источников, и из других источников, включая внебюджетные. Мы рассмотрим этот план в III квартале текущего года.

Почему я об этом подробнее рассказываю? Именно потому, что эта тема была и остаётся ключевой для этой территории на протяжении последних практически 50 лет – с момента создания Байкальского ЦБК, то есть с момента ввода его в эксплуатацию, которое состоялось в 1966 году. Сейчас бессмысленно говорить, было правильным это решение или нет, потому что оно было принято. Принималось оно в определённых условиях, в условиях, скажем, другой страны и другого общества. Наша задача – этот вопрос закрыть, причём таким образом, чтобы никто не пострадал и все выиграли – и природа, и люди, которые живут здесь.

Что мне ещё хотелось бы вначале сказать? При участии нашего экспертного сообщества подготовлены и внесены в Госдуму законопроекты, которые касаются обращения с отходами, нормирования в области охраны окружающей среды, вопросов экологической безопасности. Мы сейчас говорим о замене действующих разрешений на одно так называемое комплексное разрешение; о подготовке предприятиями, которые оказывают негативное воздействие на окружающую среду, программ повышения экологической эффективности; стимулировании соответствующих программ; о разделении объектов хозяйственной деятельности на категории (что тоже необходимо) и применении к ним различных режимов государственного регулирования.

Ряд предложений (что, собственно, у нас всегда бывает) вызвал довольно оживлённую дискуссию в экспертном сообществе и в бизнес-сообществе, потому что эта дискуссия всегда идёт на стыке между запросами экспертов с одной стороны и мнением бизнеса с другой стороны. И как обычно в таких ситуациях бывает, нужно принять какое-то сбалансированное решение. Мы исходим из того, что этот баланс может быть найден и этому балансу будут способствовать в лучшей степени мероприятия по переходу на современные инновационные технологии. Эти технологии касаются различного бизнеса. Об этом мы сегодня тоже поговорим, посмотрим, что здесь можно сделать дополнительно.

И, завершая своё вступительное слово, хотел бы сказать ещё раз, что вижу цель сегодняшней встречи в том, чтобы поговорить, и не только поговорить, но и наметить пути дальнейшего совершенствования законодательства в области охраны окружающей среды и сформулировать соответствующие предложения. На этом я, пожалуй, завершу.

Я не буду указывать на списки, я многих здесь присутствующих знаю, поэтому просил бы просто брать слово и высказывать свою позицию, естественно, по возможности компактно, кратко по времени. Договорились? Пожалуйста, коллеги, кто начнёт?

К.Абрамов (первый заместитель генерального директора Всероссийского центра изучения общественного мнения): На самом деле хотел бы высказаться о наших рядовых гражданах, тех, о ком мы должны думать и помнить, что в принципе простой человек является очень часто объектом того или иного нашего воздействия – власти, экспертного сообщества, промышленников, предпринимателей. Я бы хотел немного рассказать о россиянах (мы сделали интересное исследование последних нескольких волн начиная с 2005 года), хотел бы рассказать о том, как они высказываются о состоянии окружающей среды. Соответственно, это репрезентативное исследование, выборка обычно – 1,6 тыс. человек, погрешность не больше 3-4%. Какие мы задачи перед собой ставили? Выявить оценку состояния динамики экологической ситуации, оценить важность для жителей России информации о состоянии окружающей среды, оценить достаточность принимаемых мер на пути улучшения экологической ситуации, изучить отношение россиян к экологичному поведению и оценить готовность жителей России принимать участие в различных мероприятиях, направленных на улучшение экологической ситуации.

Итак, оценка экологической ситуации (следующий слайд). Нужно сказать, что в целом мнение россиян за последние восемь лет не изменилось с точки зрения оценки экологической ситуации. В основном большинство, но не абсолютное большинство (56% наших граждан), говорят о том, что она скорее не благополучная или очень плохая, близкая к катастрофической, – так говорят 9% наших сограждан. 41% придерживается другого мнения.

Д.Медведев: Мне любопытно было бы понять… Мы все свои недостатки и проблемы знаем, а если взять государство, которое находится в более продвинутой фазе общения с людьми на эту тему, и качество законодательства: какое количество людей там оценивает ситуацию как неблагополучную в целом? У нас 56%, вы сказали. Где-нибудь в Финляндии сколько считают, что они живут в неблагополучной стране?

К.Абрамов: Надо к экспертам обращаться, потому что это международный опыт, в данном случае я не могу сказать…

Д.Медведев: Это было бы интересно понять. Я Финляндию для примера привёл, потому что это же всегда оценки достаточно субъективные.

К.Абрамов: Вы абсолютно правы, в самом начале своего выступления указали на то, что на сегодняшний день проблема экологии становится проблемой для россиян, потому что мы жить начинаем лучше. Всё равно первая тройка проблем – это проблема ЖКХ, экономические проблемы, инфляция, алкоголизм дальше идёт и прочее. К экологии мы начинаем постепенно обращаться. С улучшением уровня жизни наших граждан мы начинаем задумываться о вечном, о здоровье, о том, где будут жить наши дети (соответственно, о стране пребывания). Конечно же, в этом контексте надо рассматривать эти данные. Нужно сказать, что за последнее время, и следующий слайд это показывает, меньше стало тех людей, которые говорят о том, что экологическая ситуация в пункте их проживания за последние пять лет не изменилась, то есть к этой проблеме люди стали более внимательно относиться. И на сегодняшний день (видите данные тоже): «скорее ухудшилась» – так говорят 49%, «скорее улучшилась» – увеличилось на 9%, но так говорят всего лишь 19% наших граждан.

Д.Медведев: Равнодушных меньше становится.

К.Абрамов: Конечно.

Д.Медведев: Кто-то считает, что хуже становится, кто-то – что лучше, но ситуация изменилась, это точно.

К.Абрамов: Следующий слайд. Рейтинг факторов экологической угрозы. На первом месте, конечно же, авто-, железнодорожный, авиатранспорт и промышленные предприятия. Следующий слайд. Соответственно, из этого следуют факторы, характеризующие ухудшение экологической обстановки, – это в первую очередь загазованность воздуха, на втором месте загрязнение водоёмов и на третьем – ухудшение здоровья людей. Следующий слайд.

Из этого слайда очевидно, что наши люди хотят знать как можно больше информации (и получать её регулярно) о состоянии окружающей среды. Абсолютное большинство – 84%, 83%, 77% – говорят о том, что эта информация для них очень важна, актуальна и они должны получать её регулярно. Следующий слайд.

Осведомлённость населения о реализации экологических и природоохранных программ: 78% наших сограждан говорят «я ничего не слышал и не знаю о таких программах». «Такие программы есть, я знаю об их реализации» – так говорят 2%, 16% говорят «что-то слышал о таких программах». Следующий слайд.

Осведомлённость о деятельности экологических организаций. 65% не слышали о таких организациях; «такие организации есть, я знаю об их работе» – так говорят 4%; 25%, четверть наших сограждан, говорят «я что-то слышал о таких организациях, но чем точно они занимаются, сказать не могу».

Следующий слайд. Распределение ответственности за состояние экологии. Очень интересный слайд, особенно его динамика. На этом слайде мы видим, что за последние годы увеличилось более чем в 2 раза количество людей, которые говорят, что в первую очередь федеральная власть и Правительство должны в целом нести ответственность за состояние экологии в их населённом пункте. Несколько уменьшилась доля тех наших сограждан, которые говорят, что за это должна отвечать местная власть.

Д.Медведев: Вы знаете, мне кажется, это не вполне благоприятная динамика. Я не говорю о том, что для Правительства это хуже или ещё что-то такое, но вообще-то во всём мире люди всё-таки считают эту проблему своей. Обычно люди считают, что это наша проблема – проблема региона, города, моего населённого пункта, а если у нас подавляющее большинство людей – по этой статистике – считают, что этим должны заниматься в Москве, но не мы сами, – это вообще плохое изменение.

К.Абрамов: Но это факт. Там, кстати, будет ещё один слайд, который подтверждает эту гипотезу о таком иждивенческом настроении в этом смысле, в экологической культуре среди наших сограждан.

Итак, оценка принимаемых мер. Следующий слайд. «Принимаются серьёзные меры и их достаточно» – так говорят всего лишь 5% наших сограждан; 56% говорят, что что-то делается в этом направлении, но этого явно недостаточно; и 36% считают, что никаких мер не принимается.

Итак, факторы улучшения экологической ситуации: «Что или кто, по-вашему, может сегодня поспособствовать улучшению экологической ситуации в месте вашего проживания?». Деятельность федеральных и муниципальных органов власти, безусловно, на первом месте (опять же этот тезис, о котором только что говорили), повышение экологической ответственности промышленников на втором месте, и на третьем месте участие населения в программах, мероприятиях по сохранению окружающей среды – так говорят 33% наших сограждан.

Важность разных типов экологичного поведения. На самом деле нужно сказать, что в принципе у наших сограждан нормы экологического поведения де-факто уже являются общепринятыми, то есть 96% считают, что плохо мусорить на улице и надо убирать за собой после пикника на природе. Сдавать нужно опасный мусор – тоже огромное количество процентов, сортировать мусор – тоже считают, что это очень важно и скорее важно. Самый непопулярный ответ, и то он больше 50% – это «целенаправленно приобретать товары преимущественно из вторичного сырья». Следующий слайд.

Теперь посмотрим на готовность наших граждан участвовать в экологических мероприятиях. «Готовы ли вы принимать участие в следующих мероприятиях или нет?» «Уже принимал участие в таком» – 52% наших сограждан сказали, что уже принимали участие в субботнике по уборке территорий, 29% заявляют о том, что готовы это сделать, но не было возможности принять участие. На втором месте по популярности стоит ответ «Акции по озеленению города»: 28% уже принимали участие в таких акциях, и почти половина наших сограждан (48%) говорят о том, что хотели бы принять участие в такого рода мероприятиях, но не было возможности. Интересные данные.

И не самые популярные ответы – это уплата экономического налога с физических лиц, если будет ясно, как будут использоваться средства; и акции протеста, митинги, демонстрации и пикеты, хотя о том, что они готовы участвовать в такого рода акциях, заявляют 26% наших сограждан. Понятно, что заявление – это ещё не действие.

Итак, основные результаты. На протяжении последних восьми лет доля тех, кто негативно оценивает экологическую ситуацию, превышает долю тех, кто оценивает её положительно. Основными угрозами являются воздействие всех видов транспорта и деятельность промышленных предприятий. Наиболее востребована информация о чистоте водоёмов и чистоте воздуха, а также о заболеваниях, вызванных неблагоприятной окружающей средой. Подавляющее большинство россиян не знают о реализации экологических и природоохранных программ. Лишь незначительная доля россиян считает, что для улучшения экологической ситуации предпринимаются серьёзные меры. Каждый третий вообще считает, что никаких мер не принимается. Основная ответственность лежит на федеральных и муниципальных органах власти. Каждый третий уверен, что население должно также участвовать в мероприятиях по охране окружающей среды. И нормы экологичного поведения де-факто уже являются общепринятыми – их поддерживают абсолютное большинство россиян.

Рекомендации, которые респонденты давали для улучшения экологической обстановки: введение обязательной практики разработки главами субъектов Федерации ежегодных программ экологического развития территории с обязательной публичной защитой как проекта программы, так и результатов её реализации; создание на территории каждого субъекта специальных интернет-сайтов экологической тематики; реализация информационных программ с целью популяризации российских экологических памятников; разработка специальных телепрограмм для детей в разных форматах; разработка системы туристических и экологических маршрутов для различных групп населения; ужесточение наказания за преступления в сфере экологии; введение запрета на эксплуатацию старых автомобилей; ужесточение требований к бензину (особенно в крупных населённых пунктах) и разработка программ утилизации пластиковой тары и так далее.

Я постарался очень кратко. Но мне кажется, что эти выводы и рекомендации достаточно наглядно показывают состояние общественного мнения по этой проблематике.

Д.Медведев: Знаете, смотрю за тем, что происходит, и на эти основные результаты. Безусловно, вы здесь нам чётко показали, что происходит некое экологическое взросление всего общества, отдельных людей. Но здесь есть разные тенденции. На мой взгляд, то, что на протяжении последних восьми лет доля тех, кто негативно оценивает экологическую ситуацию, становится больше, чем тех, кто оценивает её положительно, – это хорошо. Это означает не только то, что мы мало этим занимаемся, но и то, что (о чём я говорил и вы сказали) для людей эта проблема перемещается в число наиболее востребованных. Да, это не цены на ЖКХ или продукты питания, но это тем не менее в тройке-пятёрке приоритетов. Значит, общество становится более мудрым, более требовательным.

Что ещё хорошо? Нормы экологического поведения де-факто становятся общепринятыми – как нормы поведения в общественных местах, так и нормы экологического поведения. Скажем, мусорить на пикнике – уже всё-таки люди считают, что это неправильно, далеко не все себя так ведут, но всё-таки они считают, что это предосудительное поведение. Что, на мой взгляд, не очень хорошо? Подавляющее большинство россиян не знают о реализации экологических природоохранных программ. Мне кажется, дело тут не только в том, что плохо об этом рассказывают, сайтов мало, государство об этом мало говорит. Это свидетельство того, что интерес пока не такой высокий, как в других странах и в других обществах, потому что там люди эту информацию черпают сами, ищут, интересуются ею, а здесь: «Мне об этом не рассказали, я и не знаю, и что это за организации экологические... Пусть принесут, разжуют, тогда я какую-то информацию получу…» Это не очень хорошо.

Что ещё не очень хорошо? Я уже об этом сказал: основная ответственность на федеральных и муниципальных властях. Это, к сожалению, наша типичная беда. Вместо того чтобы исходить из того, что все за это отвечают, каждый на своём месте, ответственность только в сторону власти обращена, и это странная тенденция, потому что у нас всё-таки общество меняется. И наконец, что мне кажется тоже пока не очень благополучным, лишь каждый третий россиянин уверен в том, что население должно участвовать в мероприятиях по охране окружающей среды, а две три считают, что это ответственность Президента, Правительства и в худшем случае – бизнеса. Вот это тоже не очень хорошо. Но это действительно – какие мы есть, такие и есть. Здесь есть разные тенденции. Ладно, коллеги, пойдём дальше.

Б.Ревич (руководитель лаборатории прогнозирования качества окружающей среды и здоровья населения Института народнохозяйственного прогнозирования РАН): Уважаемые коллеги! Социолог замечательно нам рассказал о том, что население показало: больше всего его волнует проблема загрязнения атмосферного воздуха. И действительно, 40 тыс. человек в год мы теряем, то есть это небольшой российский город, причём на самом деле это, конечно, средняя температура по госпиталю, такая размазанная манная каша по большой тарелке. То есть сюда входят и металлургические города, города с цементным производством, угольным производством, где, если посчитать в процентном отношении, доля будет 6–7%, а то и 8% от общей смертности населения, примерно 300 тыс. дополнительных случаев заболеваемости детей бронхиальной астмой, аллергическими заболеваниями, большая проблема с супертоксикантами. У нас в стране вообще отсутствуют программы, которые когда-то, много лет назад, начали делаться по отдельным веществам, а международный опыт показывает, что именно эти монопрограммы оказываются наиболее эффективными: в них аккумулируются и законодательные, и экономические, и организационные, и все другие проблемы, поэтому они столь эффективны.

Для того чтобы оценить, как влияет окружающая среда на здоровье, ВОЗ рекомендует целый ряд различных показателей, которые называются индикаторами экологического здоровья: например, та же частота распространённости бронхиальной астмы среди детей, конечно, на основании специальных исследований по стандартизованным протоколам. Замечательный метод – это метод биомониторинга, который нам действительно показывает, что загрязняющее вещество проникло в организм человека, а мы уже сегодня знаем, при какой концентрации в крови, волосах или другом биосубстрате какие можно ожидать последствия для здоровья. Поэтому нам представляется, что очень важно внедрить такую систему индикаторов, которую ВОЗ очень много лет предлагает нашей стране – она не внедряется. Вообще я скажу, что, конечно, гигантская проблема – это отсутствие тесного взаимодействия природоохранных органов и органов здравоохранения. Хочу вам напомнить, что раз в четыре года происходит конференция министров здравоохранения и окружающей среды той или иной страны. У нас не ездит ни тот, ни другой министр.

Д.Медведев: А куда ездить надо?

Б.Ревич: Я не знаю, где будет следующая. Предыдущие были в очень хороших местах – последняя была в Италии, в Парме. Поэтому очень важно внедрить такую систему индикаторов…

Д.Медведев: Тогда лучше пусть сюда приезжают.

Б.Ревич: Организуйте! Я думаю, что с огромным удовольствием приедут.

Тут я хочу сказать о гигантской проблеме. Эта проблема, которую МПР (Министерство природных ресурсов), слава богу, поднимает, – проблема наиболее загрязнённых территорий (известно, что денег на всё не хватает), и это проблема моногородов. Даже не тех городов, которые сегодня называет МПР, а это очень часто небольшие рабочие посёлки, которые приплюснуты к заводам, так называемые посёлки-заводы, где нет системы мониторинга. Если кто-то из учёных этим не заинтересовался или не поднялась общественность, как сейчас в Воронежской области, то практически об этом ничего и знать не будем.

Следующий слайд, пожалуйста. Вот вам пример осмысленной государственной политики, такие слайды можно показывать по разным странам мира. Запрет этилированного бензина: что он дал с точки зрения здоровья? Он дал резкое снижение содержания свинца в крови детей, а это значит повышение IQ детей в целом по стране, это и снижение криминогенности, потому что есть данные о том, что свинец напрямую связан с нервно-психическим статусом ребёнка. Вот у нас в стране примерно, по нашим оценкам, 400 тыс. детей с таким повышенным содержанием свинца. Единственная территория, где проводятся какие-то осмысленные действия, – Свердловская область, где действительно налажены очень хорошие взаимоотношения промышленности, медиков, экологов и других специалистов. А вот я хочу показать положительный пример (с каждым положительным примером мы бегаем, как с золотым яичком) – это город Чапаевск Самарской области. Только благодаря инициативе местных властей… Причём, Дмитрий Анатольевич, очень интересно, что какой бы политической ориентации мэр ни придерживался (я там работаю с ними уже 15 лет), но тем не менее экологические проблемы для них всегда на первом месте. Здесь проблема накопленного ущерба. Завод «Химпром» закрылся, но остались другие проблемы: высокое содержание, например, в почве и в коровках, и в курочках, которые проживают на этой территории… Потом, естественно, всё это поступает в организм жителей. И вот тут, о чём уже говорили, была развёрнута гигантская информационная кампания: постоянные выпуски газеты «Чапаевский рабочий», собрания педагогов. То есть удалось действительно до каждого жителя города донести, что эта проблема существует. Мы не могли сказать жителям: «Пойдите и зарежьте всех кур, потому что в них повышенное содержание этих токсикантов»…

Д.Медведев: Даже если бы вы и сказали, они всё равно не зарезали бы.

Б.Ревич: Естественно. Кстати, такая же проблема была поблизости от Москвы в городе Серпухове, где конденсаторный завод. Посмотрите результат: снижено содержание диоксинов (а диоксины – это «Агент Оранж», которую использовали американцы во время войны во Вьетнаме) в крови и грудном молоке, снизилась младенческая смертность, патологии беременности и так далее. Привлечены деньги федеральных программ, потому что замглавы города Чапаевска в Минфине неделями выбивал деньги. Губернатор дал областные деньги, и в итоге такой резко положительный пример, которых у нас, к сожалению, не очень много. Следующий слайд, пожалуйста.

Вопрос, который сегодня обсуждается, мне кажется, очень важен. Всё-таки нормирование качества окружающей среды должно идти не от трубы, а от критериев качества окружающей среды и от критериев качества здоровья. И тут есть замечательная методология, кстати, пришедшая когда-то из России, которую сформулировал академик Легасов, о чём, конечно, все уже давно забыли, который занимался атомной энергетикой, безопасностью атомной энергетики. Эта методология сейчас более-менее прилично развита в Минздраве и в санэпиднадзоре. К сожалению, экологические риски, насколько я понимаю, в экологической системе ещё недостаточно развиты. Что позволяет эта система оценки рисков? Каждый раз на основании затрат и выгоды, сost-benefit (анализ «затраты – выгода»), принимать какие-то осмысленные решения. Мы можем снизить выбросы предприятий на 100 тыс. т, но мы совершенно не поймём, что это даст.

У нас парадоксальная система. В госдокладе мы говорим, как у нас снижаются выбросы, а качество атмосферного воздуха при этом почему-то не улучшается. Почему? Или мы неправильно считаем выбросы, или неправильно контролируем воздух, или на самом деле снижаем не то, что нужно. Мы знаем о гигантском снижении диоксида серы в Норильске, но мы совершенно не знаем, что там происходит с никелем, который примерно в тысячи раз опасней, чем диоксид серы. Поэтому эти наилучшие доступные технологии – это, конечно, замечательно, но это такой маленький паровозик, а к нему нужен большой эшелон из рисков, тогда это действительно куда-то повезёт.

Поэтому нам кажется, что когда мы говорим об экологической реформе, нам обязательно нужно использовать методологию оценки риска. Поэтому те предложения, которые будут от Открытого правительства… Там, к сожалению, нет Минздрава, я думаю, что всё-таки Минздрав надо туда включить.

Дальше. Нужно всё-таки создать национальный список наиболее загрязнённых территорий. В Америке их рассматривает Конгресс Соединённых Штатов. Каждый год рассматривает, пересматривает. Я видел много таких территорий, надо сказать, что каждый раз принимается абсолютно нестандартное решение. Например, на базе маленького металлургического города Бьют, где была закрыта шахта, они организовали музей и договорились с горнолыжным курортом, что будут давать скидку тем людям, которые будут лететь в этот горнолыжный курорт, останавливаясь в Бьюте, а в Бьюте они сделали огромную культурно-развлекательную программу: шахтёры возят маленькие вагонеточки… В общем, все рады. Построили гостиницы, город просто ожил.

Д.Медведев: Понятно, да, что нужно в Байкальске делать? И каким образом распорядиться тем наследством, которое есть? Там тоже уже есть, как известно, склоны…

Б.Ревич: Безусловно. Тем более что старые технологии сегодня становятся гигантским памятником материальной культуры.

Следующее. Разработать программы по снижению риска от воздействия отдельных наиболее значимых неблагоприятных факторов именно для условий России (опять же Свердловская область – единственная, которая в этом плане продвинулась, она вообще у нас такая пионерная) и внедрить систему индикаторов экологического здоровья. Если это удастся, то, может быть, продолжительность жизни российского человека не будет такая, как обещают некоторые теоретики (в чем я совсем не уверен: много работал с демографами), но всё-таки чуть-чуть улучшить ситуацию удастся. И самое главное – это состояние здоровья детей. На самом деле я предложил бы взять два-три города небольших, какие-то моногорода, на них сосредоточиться и сделать их, как такие стадии, показать, что действительно можно сделать. А моя хрустальная мечта – провести в городе Чапаевске какой-нибудь семинар для управленцев с деньгами, чтобы они поняли, что там можно сделать, причём для педагогического сообщества, информационного сообщества – для всех людей. Кстати, там на сегодняшний день, Дмитрий Анатольевич, лучшая детская больница, построенная за счёт экологического фонда, для такого маленького города, в котором 70 тыс. жителей. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо большое. В отношении взаимодействия между различными нашими управленческими структурами. Я так критично это не ощущал, но если действительно есть какой-то дефицит общения, например, между Министерством природных ресурсов и Минздравом, необходимость совместного участия в различных мероприятиях, дополнительная координация, то пожалуйста, давайте сделаем для этого всё, что требуется, это уж точно в наших руках. Я не знаю, ощущает ли министр здесь дефицит общения с министром здравоохранения, но пожалуйста, надо подумать просто, каким образом это всё организовать.

Национальный список наиболее загрязнённых территорий. Я тоже исходил из того, что у нас такой список есть. Я, кстати, назвал 77 территорий. Очевидно что? Этот список должен иметь какую-то юридическую форму, не знаю, какую, тоже можем обсудить. Это может быть всё что угодно, вплоть до постановления Правительства на самом деле, чтобы этому была придана некая нормативная основа. И второе. Мне кажется, очень важно, чтобы этот список был подвижным, потому что мы всё-таки надеемся на то, что он будет меняться: по мере появления дополнительного количества денег туда что-то новое будет включаться и, надеюсь, что-то оттуда будет исключаться.

Информация ваша про Чапаевск, конечно, весьма симпатичная. Некоторое время назад я собирался туда поехать (и по каким-то причинам не поехал), именно для того чтобы провести такого плана встречу, как сегодня здесь. Если это хороший пример для подражания, давайте это популяризировать, потому что это не только призыв к бизнесу, это призыв всё-таки и к муниципальным органам, региональным органам – как заниматься вопросами экологии.

И, наконец, индикаторы экологического здоровья. Тоже я исходил из того, что у нас подобная система создана, но если здесь нужно что-то поправить или придать ей какое-то другое юридическое значение, пожалуйста, давайте сформулируем подходы, что нужно сделать. Договорились.

И.Бычков (председатель президиума Иркутского научного центра Сибирского отделения РАН, член-корреспондент РАН): Бычков Игорь Вячеславович, Иркутский научный центр Сибирского отделения Российской академии наук. Пожалуйста, презентацию поставьте.

В продолжение тех выступлений, которые были, в продолжение той дискуссии, которая уже звучала… Здесь есть предложения о том, чтобы рассмотреть вопрос, связанный с экологической реформой, не по отдельности, не по даже очень важным, но маленьким населённым пунктам, а по Байкальской природной территории в целом, как некий модельный объект экологической реформы Российской Федерации.

Следующий слайд, пожалуйста. Надо сказать, что как раз Байкал, и Вы об этом уже сказали, Дмитрий Анатольевич, в своём вступительном слове, конечно же, с точки зрения экологической остроты, экологических взаимоотношений, наверное, один из самых острых и самых важных, и в советское время… Дискуссии, которые шли и по трубопроводу, и по БЦБК (сегодня, я думаю, очень правильное решение принято, и оно будет дальше осуществлено), как раз породили высокую экологическую активность. Было бы интересно ВЦИОМ попросить сделать вот эту оценку, которая здесь проведена, на территории Иркутской области и Республики Бурятия. Я думаю, что здесь мы немножко бы отличались с точки зрения активности.

Д.Медведев: Точно отличались бы: и активность была бы другая, и иждивенчества было бы меньше, потому что люди понимают, что от этого зависит их будущее. Это, кстати, касается любого неблагополучного места. В том же Чапаевске, я уверен, это проблема, которая волнует всех людей.

И.Бычков: Дмитрий Анатольевич, только не надо «неблагополучное» – благополучное, хорошее, счастливое место, где живут люди, которые имеют возможность приехать на Байкал и чаще здесь бывать.

Д.Медведев: Знаете, вопрос в точке отсчёта. Хорошо, что мы какие-то места объявляем неблагополучными – значит, у нас есть возможность их вытащить на другой уровень.

И.Бычков: На этом слайде некое обоснование, почему это нужно было сделать здесь. В связи с тем, что озеро Байкал у нас самый большой по площади объект всемирного природного наследия (то, что несколько субъектов Федерации, монгольская территория), на наш взгляд, очевидно, что если найденные здесь решения будут апробированы и докажут свою эффективность, то их можно будет тиражировать и в другие регионы Российской Федерации.

Следующий слайд, пожалуйста. Какие же пути возможного экологического реформирования сегодня, на наш взгляд, являются наиболее актуальными? Конечно же, первое, что необходимо сделать, – это провести оценку состояния природных ресурсов. Сегодня в рамках федеральной целевой программы «Охрана озера Байкал» мы считаем очень важным немного скорректировать мероприятия, перенеся на более ближний срок вопросы, связанные с комплексным аудитом, которые сегодня заложены на 2015–2016 годы. Его бы передвинуть чуть пораньше, я думаю, что это было бы очень правильно. Я к ФЦП «Охрана озера Байкал» ещё вернусь.

И, естественно, то, о чем сегодня наверняка будет говориться ещё, что известно, связано с созданием различных экологических фондов. Здесь очень важный момент: на мой взгляд, необходимо было бы решить (мы это обсуждали и с правительством Иркутской области) вопрос о возвращении экологических областных фондов. Это, может быть, приблизило бы население к участию в распределении тех средств, которые получены в качестве платежей за негативное воздействие, и, соответственно, реакции на кивки в сторону федерального центра было бы уже значительно меньше.

Следующий слайд, пожалуйста. Что, на наш взгляд, было бы желательно ещё сделать для координации этой программы? Создание некоего межрегионального центра экологического мониторинга как примера междисциплинарного, межправительственного взаимодействия. При этом он может быть под эгидой Заместителя Председателя Правительства, может быть под эгидой помощника Президента по экологическим вопросам, но который бы обеспечивал координацию, в том числе и Министерства природных ресурсов (сегодня говорили о Министерстве здравоохранения), Министерства экономического развития. На наш взгляд, такой орган необходим. И здесь же, наверное, можно было бы рассмотреть в связи с реорганизацией управления Росприроднадзора размещение управления Росприроднадзора именно в Иркутске, в Иркутской области, тех, которые сегодня будут реорганизованы в Республике Бурятия и Забайкальском крае.

Следующий слайд, пожалуйста. Вопросы и экологические проблемы, опять же, очень похожи, с другой стороны, есть специфика. Здесь на слайде не представлено специально, но на что я хотел бы обратить внимание? Это так называемый дикий туризм, то, что касается сегодня маломерного флота, сброс подсланевых вод. Одно из решений… Недавно было, на мой взгляд, очень хорошее обсуждение, воспринятое широко, по переводу общественного транспорта на газ. Почему бы нам не попробовать перевести флот Байкала, Лены на жидкий газ? Мы бы некоторые проблемы здесь решили, связанные с этим, это, наверное, было бы возможно.

Что касается высокого уровня загрязнения атмосферного воздуха, о котором сегодня уже говорили не раз. Он действительно наблюдается в наших городах в том числе, но надо сказать (я потом покажу слайд), что зона атмосферного влияния сегодня, после научных изучений, практически не оказывает влияния на Южную котловину Байкала, а налоговое бремя, а дополнительные платежи на предприятиях остаются. Здесь, наверное, стоит задуматься о перерасчётах того, что было сделано.

Следующий слайд, пожалуйста. Не буду долго останавливаться на этом слайде, это очень важный аспект, обо всём этом уже здесь говорили, – это здоровье населения. Это один из главных индикаторов экологических проблем, которые сегодня существуют, но хотел бы обратить внимание на эффект последствий в отдалённой перспективе. К сожалению, сегодня мы, даже закрывая опасные предприятия и так далее, на долгие годы остаёмся в оковах предыдущих решений, в оковах накопленного ущерба. И здесь как раз, в том числе в Академии наук, разработана новая технология, связанная с очищением почвы за счёт быстрорастущих растений и их удаления. В том числе (дальше, пожалуйста, следующий слайд) эти работы проводились в рамках ликвидации загрязнений в городе Свирске. Здесь говорили о Чапаевске, у нас есть тоже свой очень хороший пример – это город Свирск. В рамках федеральной целевой программы «Национальная система химической и биологической безопасности» проделан большой объём работ, но необходимо его дальше продолжать и завершать. Аналогичные проекты у нас сегодня начинаются и в Усолье-Сибирском, ведутся и в Братске. То есть те загрязнения, которые сегодня есть, и дальше нужно отслеживать.

Следующий слайд, пожалуйста. Вопрос, который ещё пока ещё не поднимался (он на стыке антропогенного влияния, техногенного и природных факторов) – это сели, катастрофические сели, которые возникают на Байкале раз в 30–40 лет. Их не было с 1971 года, то есть мы их фактически ожидаем в ближайшее время. И очень опасная ситуация сегодня связана с шламонакопителями. Это одно их тех мероприятий, по которому очень быстро надо сегодня принимать решение и делать, потому что накоплены не тонны, не тысячи тонн, а миллионы тонн лигнина сегодня. Это желе, которое просто смоется в Байкал, и тогда это такая проблема будет, что БЦБК рядом не стоял.

Следующий слайд, пожалуйста. То, о чём я уже сказал фактически: сегодня можно ставить вопрос об упразднении зоны атмосферного влияния. Здесь в качестве примера приведена концентрация диоксида серы. Фактически при среднесуточном ПДК 50 мг/м3 достаёт 1 мг, то есть в 50 раз меньше. То есть нагрузка, которая существует… И по многим другим критериям количество веществ, которое регулируется в нормативах допустимого воздействия на экосистему озера Байкал, никак не сопоставимо с тем, что может поступать в озеро Байкал. Есть такой 63-й приказ пресловутый, я думаю, что здесь, так же как и с 643-м, связанным с запретами видов деятельности в соответствии с законодательством, можно и нужно вносить изменения. Это про то, что нам нужно не только охранять ради охраны. Мы говорим о взвешенном научном подходе к тому, что нужно развивать и территорию, при этом соблюдая экологические ограничения.

Следующий слайд, пожалуйста. Это очень важный момент. Опять же я бы просил внести изменения в ФЦП «Охрана озера Байкал» и, может быть, дать поручение о том, чтобы Сибирское отделение вместе с Иркутской областью, Республикой Бурятия, вместе с Минприроды посмотрели на очерёдность тех программ, которые находятся в программных мероприятиях ФЦП «Охрана озера Байкал». Работа, связанная с разработкой и апробацией методов комплексного мониторинга системы озера Байкал (почему-то так получилось), отнесена на 2019–2020 годы, то есть которую нужно делать прямо сейчас, и это было бы очень важно. Другие НИОКР, связанные с разработкой эффективности системы тепло- и электроснабжения, то есть эти работы, которые запланированы на 2014–2015 годы, реально можно было бы подвинуть и сделать.

Следующий слайд, пожалуйста. Небольшая дискуссия уже была здесь по поводу государственной экологической экспертизы: нужна она, не нужна, в каком объёме нужна. На наш взгляд, вопрос очень важный, и сегодня его необходимо было бы поставить, обсудить и принять решение о каких-то соответствующих доработках в рамках концепции субъектного взаимоотношения и всё-таки государственной экологической экспертизы. Нормативная база необходима для стратегической экологической оценки страны, регионов и так далее. Сегодня это тоже полностью отсутствует.

Вопросы дальнейшего развития предприятий, которые опять же в качестве модельной территории на примере Байкальского региона могли бы рассматриваться, – это использование ландшафтного планирования. Сегодня то, что касается нового строительства, нового освоения земель, – есть очень хорошие проверенные инструменты, которые широко используются.

Фактически отсутствует полностью на федеральном и региональном уровне закон об охране почв, его просто нет. Необходима, на наш взгляд, разработка федеральной программы по мониторингу земель, то есть то, что сегодня так или иначе как-то упущено.

Следующий слайд, пожалуйста. Здесь фактически истина, которая всем известна (но её, на наш взгляд, необходимо было бы реально проработать в данном случае на Байкальской природной территории), связанная со стимулированием экологически безопасного развития, с направлением платежей за негативное воздействие на природоохранные мероприятия через программы, в том числе и то, что я говорил, – через областной экологический фонд.

Следующий слайд, пожалуйста. Здесь мы общались с представителем «Гринписа» о том, будет ли Иркутский научный центр… Сибирское отделение… Говорят о Байкальске, я, не зная ещё Вашего решения, исходил из того, что, наверное, Дмитрий Анатольевич сам об этом скажет, а я буду говорить о следующий шагах, то есть так называемой дорожной карте и структуре экономики моногорода. Сегодня есть целый ряд предложений (следующий слайд, пожалуйста) – на базе этих трёх основных природных ресурсов предполагается создание круглогодичных рекреационных объектов – закрытых бассейнов, байкальского Диснейленда. Одна из версий, которую когда-то обсуждал Борис Александрович Говорин, губернатор Иркутской области, – создание байкальского «Артека» на территории Байкальска, сибирского сафари (на самом деле у нас сегодня таких нет), завода по производству байкальской воды, завода по разведению рыбы, в частности осетров… То есть возможно комплексное использование потом и тепловых насосов, и дальнейшее тепличное хозяйство, о котором мы говорим, то есть в принципе мы готовы принять участие в разработке такой «дорожной карты» по городу Байкальску и знаем, как примерно её реализовывать.

Следующий слайд, пожалуйста. Хочу сказать о том, что, на наш взгляд, сегодня должны быть больше восприняты и в федеральных органах, и у бизнеса те наработки, которые есть, сделаны в рамках научного сообщества, в том числе в Сибирском отделении, Иркутском научном центре. Сегодня многие экспертизы, которые проводятся… На наш взгляд, привлечение туда ведущих учёных, работающих на этой территории не год, не два, а десятилетия, имеющих огромную школу и так далее, было бы очень полезно.

Чуть было не забыл очень важный слайд. Вы говорили про инновационное развитие территорий, Дмитрий Анатольевич. Есть инновационная технология развития музейного дела, и один из проектов реконструкции Байкальского музея – строительство Национального музея и аквапарка. Первый этап его реконструкции представлен слева на верхней картинке. Если бы можно было внести изменения, дополнения в ФЦП «Охрана озера Байкал» с точки зрения экологического просвещения и выделить оттуда федеральные деньги, я думаю… Вот здесь Олег Владимирович (О.Дерипаска – председатель наблюдательного совета ООО «Компания “Базовый элемент”», председатель комитета по экологии и природопользованию Российского союза промышленников и предпринимателей) кивает головой, и он бы тоже в рамках частно-государственного партнёрства здесь бы… Сегодня, вы видите, тесновато, а вот следующий, второй этап – это уже, конечно, очень большой проект, который можно было бы рассматривать и внести в программу развития Дальнего Востока и Байкальского региона до 2018 года. Это были бы знаковые проекты. Те вопросы, которые были представлены в докладе ВЦИОМа, наверняка бы изменили отношение к решению экологических проблем и взглядов государственных.

Д.Медведев: Спасибо большое. Я что хочу отметить? Первое. По поводу правовых механизмов реализации экологической реформы здесь прозвучали предложения. Часть из них не новая: восстановление государственной экологической экспертизы, нормативная база для экологической оценки, региональный закон «Об охране почв», федеральный документ по мониторингу земель. Я хотел бы, чтобы ещё раз министерство к этим вопросам вернулось, равно как посмотрело бы и на проблему по селям, упомянутую здесь, потому что, если это реально создаёт такие угрозы, тогда нужно их считать. Это на самом деле такой звоночек не очень приятный, но важно, чтобы мы понимали, о чём идёт речь. Возможности использования газомоторного топлива, конечно, неплохие, другой вопрос, что у нас судов таких просто нет пока. Если они появятся… Потому что это не проблема использования топлива, а проблема самих судов – это довольно значительные затраты. Конечно, это было бы для Байкала, да и для других водоёмов, очень неплохо.

Пожалуйста, коллеги, продолжим. У меня просьба единственная: такая большая, объёмная презентация… Но если у вас есть желание выступить, то желательно выступать покороче. Прошу. Кто продолжит?

Т.Минеева (модератор некоммерческого партнёрства «Клуб лидеров»): Татьяна Минеева, «Клуб лидеров». Дмитрий Анатольевич, с момента нашей с Вами встречи в рамках Красноярского экономического форума количество бизнесменов, ставших участниками экологической инициативы, значительно увеличилось, что радует. И сейчас «Клуб лидеров» насчитывает 350 владельцев бизнеса – это 43 региона России, и 70% из них являются предприятиями-природопользователями малого и среднего бизнеса. Нас волнуют вопросы экологической безопасности в стране. Знаете почему? Я отвечу. Владельцы предприятий малого и среднего бизнеса сами со своими семьями проживают там же, где работают их предприятия и загрязняют окружающую среду. Однако я сомневаюсь, что владельцы крупных промышленных предприятий живут на призаводской территории. Кому-то больше подходит свежий воздух Швейцарии.

Д.Медведев: Мы спросим, у нас есть владельцы крупных предприятий здесь, где они живут.

Т.Минеева: Один из самых главных вопросов экологизации территории – это мотивация, то есть желание изменить обстановку вокруг себя, там, где живёшь ты и твоя семья. Основная проблема в решении экологических задач – это отсутствие возможностей у предприятий малого и среднего бизнеса перейти на приородосберегающие технологии, просто потому что денег нет. Если предприятие начнёт тратить средства из своей прибыли на плату за негативное воздействие, на переход на дорогое оборудование, на какие-то экологические программы, оно просто разорится. Дешевле платить штрафы, как показывает наш мониторинг. В нашей стране невыгодно и неконкурентоспособно быть не только предприятием-природопользователем, но и предприятием, которое производит такое оборудование.

После обсуждения экологической инициативы на площадке «Клуба лидеров» у нас есть предложение по трём блокам решений. Слайд можно? Первое – это создание в каждом регионе экологических информационно-правовых центров. Если мы вернёмся к цифре о информированности населения, то 78%, если мы помним результаты ВЦИОМ, не знают ни о каких экологических программах. Решение по экологической безопасности начинается, когда есть данные по реальной угрозе. Сегодня какая ситуация? Предприятия скрывают от всех нас эти данные, потому что им проще заплатить штрафы и уйти от ответственности, и невозможно создать реально действующую экологическую программу. С чего начинается решение? С включённости бизнеса в процесс экологизации территории. В нашей стране ведь как надо с предприятиями работать? Давайте вспомним русскую народную сказку «Каша из топора»: главное – найти общность интересов, желание вместе кашу варить. Вы, например, со своей стороны – «топор» в виде государственной поддержки (об инструментах мы поговорим чуть позже), а бизнес, глядишь, потом и крупой разживётся, и маслицем. То есть надо только определиться конкретно, где эту кашу варить. Наше предложение – эффективнее всего начать работу снизу, с регионов, и данные ВЦИОМ это тоже подтверждают. Мы считаем, что экологический информационно-правовой центр, если он будет создан в каждом регионе, позволит, во-первых, бизнесу включиться в работу, совместно с региональной властью вырабатывать меры, программы, о которых мы говорили в исследовании (в рекомендациях это также было), гармонизировать зарубежный, международный опыт в задачи российских предприятий, использовать технологический банк данных как природо-, так и ресурсосберегающих технологий, успешного опыта. Самое главное – предприятия будут получать консультационную и правовую поддержку.

Следующий слайд. Переходим к инструментам. На уровне государства необходимо ввести налоговые льготы тем предприятиям, которые внедряют экооборудование. Не нужно ничего изобретать на федеральном уровне: у каждого губернатора есть уже действующий механизм. Если глава субъекта заинтересован в том, чтобы в регионе реализовывались такие проекты, то может на время освободить – на срок окупаемости – от налога на прибыль, от налога на имущество, в частности уплачиваемого в областной бюджет.

Следующий. Это введение программы субсидирования на покупку этого дорогого оборудования для малого и среднего бизнеса. И этот механизм тоже уже существует и в Минэкономразвития, и в регионах – широкий спектр государственной поддержки для малого и среднего предпринимательства, – добавить лишь один пункт именно для данной категории предприятий-природопользователей. Совместно с финансовыми и страховыми структурами мы предлагаем разработать специальные программы экокредитования и экострахования. И главным условием всего этого, естественно, должна быть заинтересованность региональной власти, ведь это вопрос также инвестиционной привлекательности. «Клуб лидеров» уже приступил к данной работе. Например, в Чувашской Республике уже 22 предприятия объединились, создают некоммерческое партнёрство, готовы совместно с властью включиться в работу, разрабатывать программу и на базе экологических информационно-правовых центров действовать.

И третье, последнее – это формирование экологического сознания. Бизнес на своих предприятиях должен вводить экологическую культуру (Вы об этом говорили), которая будет распространяться на территории всего региона. Экологические и общественные организации с данной функцией не справляются, лишь бизнес может влиять на сознание людей, тех людей, которые у них работают, и формировать экологическое сознание. И данные социального исследования будут более оптимистичными, я думаю, в следующий раз, когда это произойдёт. Бизнес уже выделяет на это средства – на различные программы, на социальную рекламу, на медиапродукты. У нас есть такой опыт. «Клуб лидеров» просит поддержать все три блока наших предложений. Вся деятельность экологической инициативы умещается в одном небольшом слогане: «Развивая экономику, мы сохраняем природу». Это заработает только с Вашей поддержкой. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо большое. Я хочу спросить губернатора. Сергей Владимирович (обращаясь к С.Ерощенко – губернатору Иркутской области), а вы готовы налоговые льготы давать? Или нет?

С.Ерощенко: Мы активно сегодня этот механизм используем в соглашениях с предприятиями, когда мы действительно налоговые льготы предоставляем, и не только за инвестиции, но и за инвестиции в экологию. Завтра мы будем на предприятии, которое является картинным примером, когда мы кратно уменьшаем выбросы, и именно через льготы мы подошли к такому соглашению – это группа «Илим» и модификация БЛПК. Это направлено не только на повышение эффективности производства, но и на экологическую составляющую.

Д.Медведев: Хорошо, просто это важно слышать от руководителя региона, что готовы давать реальные льготы, потому что всегда освобождение от уплаты налогов – головная боль для губернатора, это понятная вещь, потому что это уменьшение поступлений.

С.Ерощенко: Важно ещё, даже когда мы говорим о нефтяной отрасли: не хватает рентабельности, для того чтобы разрабатывать месторождения, а уж тем более инвестировать в утилизацию отходов, как в Усолье, допустим, ртутное озеро или другие – соответственно, нужно поддерживать, я в этом убеждён абсолютно.

Д.Медведев: Хорошо. Проанализируем и другие предложения.

Пожалуйста, коллеги.

И.Блоков (директор по программам «Гринпис России»): Очень приятно, что дали слово «Гринпис». 15 лет назад отсюда километрах так в пятидесяти я ставил памятник невыполненным обещаниям Правительства. Вы же комбинат обещали закрыть и не закрыли! Сегодня Вы объявили о том, что памятник можно сносить. Спасибо!

Д.Медведев: Нам-то памятник будете ставить какой-нибудь или нет?

И.Блоков: Есть за что, по крайней мере: комбинат закрыт, это уже чёткий показатель, за что ставить. Но на самом деле говорить я хочу очень серьёзно, потому что хочется идти вперёд, но, к сожалению, тянет прошлое, которое на нас очень давит. И первое, с чего я бы начал, – это разливы нефти, которые происходят в стране. Я уже Вам рассказывал про разливы нефти – это было год с небольшим назад. С тех пор, к сожалению, не произошло ничего. Как текло те самые 5 млн т на землю, так и продолжает течь. Как были те самые 15 тыс. прорывов нефтепроводов в России, так и продолжаются. Больше половины мировых разливов нефти происходит у нас в стране. Следующая после нас – Нигерия. Ужасная ситуация!

Если бы компании (я сейчас не буду называть ни одной компании, потому что мы не об этом говорим, – они все ведут себя одинаково) платили за это платежи, то сумма платежей примерно, грубо могла бы быть оценена в полтриллиона, а они показывают сумму в тысячу раз меньше. 5 млн т реально вытекает, 500 тыс. т фиксируется Росгидрометом в реках, 5 млн течёт на землю, а показывается около 5 тыс. т по стране.

Почему всё это так происходит? Просто нефтепроводы очень старые. Они реально очень старые и дырявые. Средний возраст нефтепроводов в России – 30, 32, 34 года, оценка примерно такая. Они могут нормально работать 10–20 лет, очень редко – 25 лет. И ни одна из существующих в России компаний не меняет их с такой скоростью, чтобы они не старели. Сейчас самая лучшая компания меняет нефтепроводы раз в 40 лет, а эксплуатировать их можно всего 20 лет – вот нынешняя ситуация.

К чему я привожу этот пример? К тому, что такая же ситуация и во всём остальном. Например, строительство очистных сооружений. Для того чтобы очистить весь воздух, который у нас выбрасывается, нам нужно 80 лет (всё, что у нас выбрасывается, неочищено). А чтобы очистить всю воду, которая сбрасывается неочищенной, нам нужно 70 лет при нынешних темпах строительства. Я не знаю таких очистных сооружений, которые работают 70 или 80 лет. То есть ситуация такова, что при нынешних темпах строительства и замене нефтепроводов она будет становиться всё хуже. И реально окружающая среда не становится лучше, она либо стабилизировалась, а по некоторым показателям стала хуже, и это чётко показывают наблюдения Росгидромета. Статистические данные говорят, что всё лучше становится, а наблюдения Росгидромета – что хуже.

В чём состоит проблема и что здесь необходимо делать? Элементов несколько. Первое – это удивительная ситуация, когда мы как общественная организация полностью согласны с предложениями Министерства природных ресурсов о законодательстве НДТ (о наилучших доступных технологиях). Уникальная ситуация, давно такого не было.

Второй момент, который крайне важен, это вопрос о том, что у наших природоохранных органов нет административного права остановить какое-либо нарушение. Смотрите: происходит митинг на улице, подошёл полицейский и первое, что делает (даже если митинг законный), говорит: «Остановитесь, покажите документы!». Что происходит, когда природоохранное нарушение происходит, например, строительство в национальном парке? Ага! Идёт в суд, а суд говорит: «Наложим штраф, а о прекращении выдавать распоряжение не будем».

Административный порядок приостановления правонарушений крайне необходим, это важнейший элемент, которого просто не хватает, без него как без рук, потому что природа разрушается, а остановить невозможно, и судебная процедура, какой бы она ни была разумной и справедливой, продолжается очень долго, то есть это не работает.

Следующий элемент, который для нас очень важен. Вы просили международный пример. У нас Росприроднадзор – это примерно 3,5 тыс. инспекторов (я грубо говорю, может, на сотню какую-то ошибся), такой порядок. В Финляндии людей, наделённых такими же правами, – 2 тыс., а у нас –3,5 тыс. И чтобы до Северобайкальска добраться инспектору, надо из Улан-Удэ лететь. Сколько это? Самолёт – три или четыре раза в неделю, или ехать 32 часа на поезде. А это большой город. Так что у нас реально не хватает сотрудников! Нам не хватает полномочий и не хватает сотрудников. Я уже не говорю про качество (это отдельный вопрос, его надо поднимать), но факт тот, что сейчас контролёров у нас просто не хватает физически. Надо поднимать численность этих контролёров. И, естественно, вопрос доступности информации стоит. То есть с теми же нефтепроводами: кто знает о том, что у нас эти 15 тыс. разливов? Да никто! О них не сообщают. Последний разлив, который сейчас, – нефть течёт по Колве. До сих пор она там есть, на Колве, на побережье, наверняка все видели, что это происходит. Это в декабре ещё произошло, причём текло неделю, если не две. Об этом не сообщили ни в какие государственные органы. Такова ситуация, которая у нас есть, поэтому необходимо введение ответственности не за сам разлив (он может произойти, всякие технологические ошибки бывают), а за то, что о нём не сообщили. Причём не просто ответственность, а уголовную ответственность – именно за несообщение экологической информации.

И доступность информации. Вы знаете, экологическая информация у нас доступна по Конституции, только непонятно, что это такое. Скажем, Росстат думает одним путём, министерство – по-другому. И оказывается, что информация даже о том, например, сколько лесов восстановили в отдельном регионе, стала конфиденциальной. Ситуация, которую вы можете в данных Росстата… Хорошо бы вообще законодательно определить, что такое экологическая информация. Решается очень легко.

И наконец, очень чёткие вещи, которые уже, наверное, не относятся к ведению министерства, но об этом говорят все представители общественности и науки: надо обязательно делить функции. Не может быть в одном министерстве и ответственности за получение максимальных доходов от ресурсов, и контроля. Не бывает лиса в курятнике, не может быть. Это не к тому, что что-то плохое персонально, оно просто институционально, исходно не может в такой форме работать. Нигде оно в мире не работает. По-моему, в Зимбабве только такая вещь работает, потому что там с конституцией большие проблемы. А в мире природный контроль объединяют с разными ведомствами, но нигде не объединяют вместе с получением доходов.

И наконец, что-нибудь позитивное, что надо сказать (я надеюсь, что не очень утомил ещё), очень хочется. В прошлый раз я предлагал вам: соберите мусор отдельно, покажите пример населению. Я опять предлагаю это сделать, потому что Министерство природных ресурсов полтора года не может приказ о раздельном сборе мусора подписать…

Реплика: Приказ о раздельном мусоре есть…

И.Блоков: По крайней мере неделю назад его ещё не было. Это, может быть, прямо к этому дню сделали.

Покажите пример. Здесь важный момент – то самое воспитание. У нас страна, к сожалению, такова, что люди очень смотрят на первых лиц. Очень важно, чтобы люди увидели, что это не снизу идёт, а что это люди делают везде – в министерстве, департаменте, непосредственно в администрации – и, безусловно, руководители страны. Великолепно будет работать! Очень хорошо получится.

Д.Медведев: Спасибо большое. Тоже несколько комментариев по поводу того, что было сказано.

В отношении статистики по разливам всегда будут разные оценки, тем не менее что я, пожалуй, поддержал бы (абсолютно, мне кажется, не требующая доказательств позиция): должна быть более жёсткая ответственность за сокрытие информации, не за самый факт этого происшествия, потому что у нас обычно борются с другим, у нас пытаются установить, кто виноват в том, что произошло. Это тоже, наверное, важно в ряде случаев, но если информация скрывается, это, на мой взгляд (согласен с вами), гораздо более тяжкое правонарушение, чем какой-то недосмотр, связанный с осуществлением основной деятельности. Если такой ответственности нет – я, правда, не уверен, что такой ответственности нет, я думаю, что всё-таки это вполне можно квалифицировать по действующим статьям Уголовного кодекса, – то её можно ввести, но я думаю, что это скорее вопрос правоприменительной практики, нежели отсутствия соответствующей нормы.

По поводу административной возможности останавливать производство без суда. Это обоюдоострый инструмент. С одной стороны, действительно, вы правы. Очень часто на соответствующие процедуры уходят месяцы, годы, а ущерб природе продолжает наноситься, действия эти никем не контролируются. С другой стороны, я понимаю специфику нашей страны, о которой вы тоже в своём выступлении говорили. Я боюсь, что этими административными возможностями будут пользоваться в абсолютно недобросовестных целях, то есть будут останавливать конкуренты, что само по себе плохо, будут останавливать, простите, недобросовестные чиновники, для того чтобы деньги вымогать, то есть он такое предписание вынес и после этого (у нас это происходит и по другим направлениям) будет ходить деньги выцыганивать. Наверное, можно обсудить и какой-то жёстко установленный перечень оснований для административной приостановки работы предприятий, когда и в каких случаях это делать, какие меры защиты есть у самих предприятий. Только в этом случае можно вводить такие правила.

По количеству сотрудников, которые занимаются контролем. Здесь вы правы, у нас действительно их недостаточно. И эта задача связана с улучшением общей ситуации в деятельности министерств и, наверное, дополнительным количеством денег, которые на это требуются, потому что министры и другие коллеги на меня неоднократно по разным направлениям выходили, но без денег этого не сделать. Поэтому это вопрос общего подхода – тратить на такие меры деньги или нет. Наверное, тратить надо.

По поводу того, как выглядит наше министерство. Знаете, здесь вы попали в суть дискуссии, которая у меня была с действующим министром в тот момент, когда мы занимались формированием Правительства. Я с Сергеем Ефимовичем (С.Донским) говорил. Я говорю: «Не смущает, что некоторым образом это противоречивая ситуация, когда Министерство занимается и коммерческой стороной, и эксплуатацией, скажем так, и контролем за охраной окружающей среды?» Потому что здесь есть противоречие, это правда. Но в этот момент посчитали, что всё-таки, с другой стороны, может быть, даже проще что-то контролировать будет. Потому что когда это разнесено в разные ведомства, очень часто происходит сокрытие информации. Но в этом есть и плюсы и минусы, давайте подумаем, как дальше поступить. Потенциально этот вопрос не закрыт. Может быть, в какой-то момент мы отстегнём экологию от существующей системы.

Насчёт примеров. По-прежнему подтверждаю желание личным примером всё это показать. Надо, чтобы это было не картинно и не ради того, чтобы продемонстрировать, какой я хороший или какие члены Правительства хорошие, а чтобы был хороший повод, и тогда это сыграет. Согласен с тем, что для нашей страны эти сигналы имеют значение.

Олег Владимирович (обращаясь к О.Дерипаске – председателю наблюдательного совета ООО «Компания “Базовый элемент”», председателю комитета Российского союза промышленников и предпринимателей по экологии и природопользованию), а вы что-то скажете или нет? По поводу наилучших доступных технологий я и хотел задать вопрос. Как крупный бизнес: поддерживает? Не поддерживает – почему и хочу спросить.

Ответ: А можно эксперты скажут?

Д.Медведев: Хорошо, пожалуйста.

Реплика: До 2000 года было такое право – останавливать административно. Ситуация была намного более управляемой, не было такого разгула коррупции и никогда не было случая, чтобы обвиняли инспекторов в том, что они останавливают интересы какого-то бизнеса или конкурента.

Д.Медведев: До какого времени у нас действовало?

Реплика: До 2000 года это было. Я был тогда сначала главным государственным инспектором по охране природы, потом заместителем, и ситуация была вполне управляемой. Мы имели право в случае сигнала от населения, от администрации приостанавливать до трёх месяцев. И предприятия если не боялись, то знали, что просто так им нарушения не сойдут.

Д.Медведев: Я же не сказал, что я против того, чтобы рассмотреть вопрос об административной приостановке деятельности. Я лишь высказал свои сомнения, что это обоюдоострое оружие. Если это работает, если здесь злоупотреблений – и по вашему мнению, и по мнению представителей экологических организаций, – меньше, давайте посмотрим.

Реплика: Могу сказать, у меня была дивизия инспекторов – около 12 тыс. по всем субъектам Федерации. И действительно была возможность контролировать намного более эффективно экологическую ситуацию, чем сейчас.

Д.Медведев: Министр поддерживает это с точки зрения того, о чём мы рассуждаем? Можно вернуться к практике административной приостановки деятельности предприятий в случае нанесения ими доказанного ущерба на какой-то срок?

С.Донской: Дмитрий Анатольевич, Вы уже сказали, здесь очень важно установить определённые рамки, каким образом это используется.

Д.Медведев: Рамки-то установим. Вопрос в том, чтобы не манипулировали. Меня только это смущает, понимаете? Потому что административные процедуры хороши, но ими легко дёргать. У вас, кстати, есть люди для этого?

С.Донской: 3 тыс., уже сказали, в Росприроднадзоре – это тот контингент, который может…

О.Дерипаска: 40 тыс. человек задействовано.Достаточно людей.

С.Донской: Это вопрос очень неоднозначный – достаточно или недостаточно людей. Мы по этому поводу уже не раз говорили.

Что касается приостановки. Если предприятие на протяжении долгого времени не выполняет предписания (у нас есть, по крайней мере, такие примеры), мы можем говорить о том, что это предприятие реально наносит ущерб достаточно большому… То есть это можно оценить, на мой взгляд, уже в рамках каких-то определённых процедур можно предупредить, а потом и приостановить.

Д.Медведев: Я не понял: вы за или против?

С.Донской: За, Дмитрий Анатольевич, я, конечно, за. Вопрос не в том, чтобы сразу пришёл инспектор и остановил. Естественно, этого никто не будет делать.

И.Блоков: Это надо взять и остановить, вот сейчас. Не выдавать предписания, а просто не дать строить в национальном парке, потому что это незаконно.

С.Донской: Если незаконно, соответственно, это надо…

И.Блоков: Об этом и идёт речь, таких строек полно по стране.

Реплика: Прокуратура есть для этого, понимаете?

И.Блоков: Не работает!

Реплика: Почему не работает? Это их обязанность.

И.Блоков: Не работает!

Д.Медведев: Давайте так. Я не люблю вообще административные процедуры, не скрою. Мы последние 20 лет всячески стремились к тому, чтобы расширить сферу судебных решений и сузить административные полномочия. Но тем не менее в ряде случаев, наверное, без этого не обойтись, тем более что аналогичные инструменты есть и в других странах. Я хотел бы тогда, чтобы члены Правительства и министры, вице-премьер курирующий подготовили предложение о целесообразности и справедливости использования таких процедур: в каких случаях, с какими издержками и чем это всё должно заканчиваться, потому что эти процедуры не могут быть вечными. Здесь, знаете, нельзя упереться в ситуацию, когда на три месяца, например, всё будет остановлено. К примеру, предприниматель ничего не сделал, вообще ничего, через три месяца административная процедура закончилась: он что, дальше будет продолжать строить дорогу или ещё что-то или её снова вводить? Тогда мы попадём в ситуацию, когда эта административная процедура будет перманентной – это тоже плохо. Я сейчас не предлагаю ответить на эти вопросы, но нужно взвесить их и просчитать правовые и экономические последствия как для экологии, так и для бизнеса.

Прошу вас.

Е.Шварц (директор по природоохранной политике Всемирного фонда дикой природы (WWF) России): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Презентацию, пожалуйста, пустите. В 2010–2011 годах по итогам двух президиумов Госсовета, которые Вы проводили, было принято 49 поручений, из них 24 до сих пор остаются на контроле. Одним из первых выполненных поручений были утвержденные Вами 30 апреля прошлого года Основы государственной политики в области экологического развития. Поэтому сейчас, на мой взгляд, крайне важно проанализировать, что делается и что должно быть сделано, потому что, при всём уважении к позиции бизнеса о том, что нужна глубокая реформа, мне кажется, необходимо достраивать и выполнять те поручения, которые уже были сделаны, просто делать это спокойно, настойчиво, с учётом всех рисков. Мы, безусловно, с пониманием относимся к возражениям и позиции бизнеса и понимаем, что есть четыре группы проблем.

Проблема первая – это высокие коррупционные риски экологического государственного регулирования. Как их можно решить? Первое. Когда мы говорим о восстановлении государственной экологической экспертизы, мы говорим не о том, чтобы проводить экспертизу любого биотуалета, мы говорим о том, чтобы проводить только то, что относится к категории «А» – с большими внешними рисками, угрозами и затрагиванием интересов разных заинтересованных сторон. Предложения о категоризации уже проработаны и включены в проект закона о наилучших доступных технологиях. Второй момент – это открытость и публичность данных корпоративного инструментального контроля. Уважаемые коллеги из Российского союза промышленников и предпринимателей сделали оценку, под которой стоит подпись бюро РСПП, что стоимость неявных платежей, которые делает бизнес работникам контролирующих органов, достигает 100 млрд рублей. Нужно ли на эту тему судиться или нужно разбираться с работой – это, конечно, ответственность Сергея Ефимовича (С.Донской), но мне кажется, что если речь идёт про сумму 2,5 млрд евро в год, то есть стоимость двух новых ЦБК, то по крайней мере говорить о том, что нужно сделать так, чтобы часть этих средств шла на внедрение новых, наилучших из доступных технологий. На мой взгляд, это очевидно.

Следующий момент. Очень хорошо, я очень благодарен коллегам, что они подняли вопрос про административное воздействие. В странах, как наша страна, где высоки коррупционные риски госрегулирования, на мой взгляд, крайне важно содействовать (и Вы неоднократно давали поручения по этому вопросу) развитию добровольных механизмов экологической ответственности, базирующейся, чтобы не было коррупции, на международных стандартах и заверении соответствия третьей независимой стороной – так же, как идёт финансовый аудит. Мы видим, как это хорошо работает в лесном секторе, у нас каждый четвёртый, пятый гектар управляется экологически, социально устойчиво и ответственно. У бизнеса нет здесь вопросов. Имеется в виду каждый гектар, взятый в аренду в лесопромышленных целях, то есть 33 млн га из 170 га с небольшим.

Мы видим, как в тех случаях, когда дело касается отходов, в тех случаях, когда западная компания выставляет требования аудита того, что идёт захоронение мусора раздельно собранного, ни одна компания не подаёт на тендер – это говорит о том, что без коррупции можно, в принципе, через аудит… Единственное, что здесь есть ограничение – это не должен быть аудитор, который подписывает финансовый аудит, чтобы не было заинтересованности закрыть глаза.

Последний раздел из этого пункта – ратификация Орхусской конвенции. Это конвенция о доступе к экологически значимой информации.

Д.Медведев: По поводу этой конвенции. Вот вы упомянули поручения, которые я в разном качестве давал в разных ситуациях. По Орхусской конвенции я несколько раз давал поручения. Там в чём проблема-то? Кто не хочет?

Е.Шварц: Сейчас Верховный суд считает, что суды не готовы к такому количеству исков.

Д.Медведев: То есть отрицательное мнение Верховного суда?

Е.Шварц: Да.

С.Донской: Сейчас рассматривается Правительством, но есть риски.

Е.Шварц: Да, ни Минобороны, ни ФСБ, никакие из ведомств, только именно суды.

Д.Медведев: Суды – тоже уважаемая структура. То есть они считают, что не готовы применять эти правила, или что?

Реплика: Они будут завалены количеством обращений граждан.

Е.Шварц: Я думаю, что этот вопрос решается уже конкретно через законодательство…

Д.Медведев: Знаете, мне кажется, это очень специфический довод, потому что суды и так у нас завалены, но это не повод отказывать в правосудии, как принято говорить у наших судейских товарищей. Суды, например, у нас до последнего времени были завалены обращениями по оспариванию административных штрафов на сумму в 100 рублей, 200 рублей, но что делать? Они всё равно этим занимались, потому что были такие правила. Сейчас мы потолок поднимаем, соответственно, они высвобождаются. Это такой своеобразный аргумент. Ладно, я услышал. Хорошо, что вы сказали.

Е.Шварц: Следующая группа – это высокие ставки по кредитам и отсутствие финансово-экономических стимулов и «окрашенных» платежей. Нам кажется, что при внедрении закона об НДТ нужно рассмотреть вопрос о выдаче госгарантий в случае кредитования у Всемирного банка и у международных финансовых институтов. Безусловно, необходимо восстановить «окрашенные» платежи, потому что можно понять, что бизнес против того, что те деньги, которые он платит за загрязнение, идут не на восстановление природы, не на лучшие технологии, а на пополнение бюджета. Это основное и единственное, что нам не удалось утвердить при согласовании с Минфином в основах государственной политики. Соответственно, важно подготовить рекомендации Центрального банка по «зелёному» кредитованию, как это было сделано в Китае, и важна мотивация к использованию уже созданных, но спящих национальных инструментов.

Избыточность и дублирование нормативов. Безусловно, необходима в качестве приоритета гармонизация с нормативами ОЭСР (поскольку мы всё равно должны в течение двух лет вступить), Евросоюзом и ВОЗ. И прекращение дублирования рыбохозяйственных и санитарно-гигиенических нормативов. И, соответственно, отсутствие действенных механизмов защиты интересов заинтересованных сторон. Это восстановление государственной экологической экспертизы особо опасных объектов, инфраструктурных проектов при сохранении принципа одного окна, это ратификация Конвенции Эспо по оценке воздействия на окружающую среду в трансграничном контексте.

Д.Медведев: А что у нас с этой конвенцией? Тоже, я помню, давал поручение.

Е.Шварц: Насколько я понимаю, Минприроды её внесло в Правительство со всеми согласованиями.

Д.Медведев: То есть на пути всё?

С.Донской: В Правительстве рассматривается.

Д.Медведев: Но там есть какие-то капитальные проблемы с ней или нет?

С.Донской: Есть проблема, но не со стороны Правительства. «Росатом», некоторые предприятия выступают с замечаниями…

Д.Медведев: Понятно.

Е.Шварц: Законодательное закрепление требований ВОЗ. Примеры уже тут с Олегом Владимировичем (О.Дерипаска) обсудили. Соответственно, предложение (сделайте последний слайд, пожалуйста): нам кажется, для того чтобы достичь системного результата того, что уже было сделано и намечено, необходимо утвердить «дорожную карту» и количественные показатели к основам государственной политики в области экологического развития до 2030 года. Безусловно, необходимо создание инструмента, который бы наиболее эффективно управлял «окрашенными» платежами, это неважно – «зелёный банк», восстановление экологических фондов. Необходима мотивация крупного бизнеса, 200 предприятий, которые отвечают за 80% загрязнений по технологической модернизации.

И последний пункт, результат которого можно включить в индикаторы выполнения «дорожной карты», – это публичное раскрытие информации в сфере экологического госрегулирования этими 200 предприятиями, недопущение статуса государственной или коммерческой тайны по данным инструментальных систем экологического контроля. Все эти вопросы решены и включены в текст проекта закона о наилучших доступных технологиях.

Д.Медведев: Спасибо большое. Я хотел бы, чтобы Минфин ответил по поводу этих «окрашенных» платежей и, соответственно, возможности экологических фондов такого рода.

А.Иванов (заместитель Министра финансов): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Дело в том, что всё изменение логики бюджетного законодательства последние 10 лет было направлено на то, чтобы не увязывать доходные источники с расходными, чтобы как раз ключевой задачей бюджетной политики была его балансировка. И в этой логике любое обособление – как цепная реакция. В этом смысле мы не сможем обеспечивать в расходной части приоритет и будем зависеть от поступлений по каждой конкретной отрасли. В этой логике нет сложности, может, как-то аналитически это посчитать и посмотреть, доложить Вам, какие доходные параметры в части платы за негативное воздействие – как некий бюджетный манёвр внутри бюджета, – но нарушать этот принцип, один из ключевых принципов бюджетного процесса, вряд ли мы сможем.

Д.Медведев: Вы знаете, у меня есть такое предложение. Мы, конечно, действительно отошли от «окрашенных» средств, и это, наверное, правильно, потому что иначе у нас все деньги в бюджете страны будут «окрашенными», и тогда никакого бюджетного манёвра быть не может, и вообще, всё-таки это единый кошелёк государства, который тратится на различные цели. Но что, мне кажется, можно было бы сделать? Мы должны не «окрашивать» эти средства, но понимать, о каких деньгах идёт речь, и при бюджетном проектировании закладывать соответствующие суммы в количестве не меньшем, чем, например, собрано на определённые природоохранные цели, плюсом к тому, что мы и так планируем. Это, мне кажется, будет справедливым, а из какого конкретно источника это получено – уже вторичный момент. Давайте об этом подумаем.

Пожалуйста.

А.Клепач: На самом деле частично «окрашенные» средства есть. Мы ввели те же акцизы в дорожный фонд для решения этой проблемы. Во-вторых, что можно делать (и такая практика есть за рубежом, по-моему, её, кстати, экологи предлагали): если компания несёт затраты, связанные с теми же разливами нефти, связанные с установкой счётчиков и других приборов, эти затраты тогда уходят из налогооблагаемой базы. Это даже более правильно.

Д.Медведев: Это вычет. Коллеги, дискуссию прекращаем. Я понимаю, что вы сейчас найдёте массу доводов за. Я не против. Но это не «окрашенные» деньги, обращаю внимание, это всё-таки вычеты. Это другое. Против вычетов точно никто не возражает, кроме Минфина в определённых ситуациях, но это как минимум не колеблет общих подходов. И, я думаю, против вычетов никто уже ничего не скажет. Пожалуйста, коротко тоже по возможности.

Реплика: Я хочу представить соображения и взгляды системщика, не эколога, но это результаты работы большого коллектива экспертов, практиков и теоретиков. Сложившаяся система охраны окружающей среды складывалась на протяжении длительного времени, 20 лет, реформировалась не раз и в итоге сложилась в большую, громоздкую и противоречивую, бюрократическую и неэффективную систему.

Коллеги, которые говорили о природе и охране окружающей среды, показали, что она плохая. Я говорю, что она плохая настолько, насколько плоха система, результатом которой она является. Достижение экологического баланса, измеримые цели и показатели не являются целью этой системы.

Мы прошли, попробовали пройти путь, о котором здесь говорим, снизу. Промышленное предприятие, для того чтобы работать в России – вот, грубо говоря, рабочий стол, компьютер эколога предприятия, – должно подготовить и вести 168 документов. 23 вида деятельности экологическая служба ведёт ежедневно, это тысячи страниц расчётов, нормативов допустимых сбросов, предельно допустимых воздействий и так далее. Это целый рынок экологических услуг. Только по одному субъекту это более 9 млрд рублей в год. Общие сборы платежей за негативное воздействие – 25 млрд.

Второй момент. Эти документы возникают у предприятия в результате прохождения тех самых разрешительных административных процедур. Вот эта портянка, извините за выражение, занимает до полутора лет у предприятия, это получение разрешения на сбросы. Оно входит в одно ведомство, другое, третье, четвёртое, пятое – до семи. Причём парадоксы и абсурды таковы, что, например (один маленький пример – 20 страниц абсурда), получив разрешение на водоотведение у Росводоресурсов, предприятие должно заключить договор с Росводоресурсами на водопользование, которое оно должно зарегистрировать в Росводоресурсах, то есть ещё 30 дней на то же самое, что Росводоресурсы ему выдали. И таких абсурдов эксперты насчитали десятки. Это административная сторона.

Следующее. Мы посмотрели, из какой же нормативно-правовой базы вытекает это администрирование и эти документы, составили реестр нормативно-правовых актов, действующих в этой сфере. Следующий слайд, пожалуйста. Это около тысячи документов, расположенных на семи уровнях подзаконных актов – международные конвенции, кодексы, федеральные законы. Голубенькое – это постановления, ФЗ, красненькое – постановления Правительства, приказы Минприроды, Ростехнадзора, Росприроднадзора и так далее, и так далее. Нормоприменение достигается, когда начинаются нормы, методики, ПДК и так далее. Семь уровней.

Что в этих документах? Мы проанализировали понятийную базу, начиная с самых основ, с понятий. Понятия определяются и конкретизируются, между ними установлены логические связи внутри федеральных законов из нормы к норме. Дмитрий Анатольевич, эта портянка уже семь метров, это система понятий, регулирующая охрану окружающей среды. Этих понятий около 400 только на законодательном уровне, из них определения, логические определения (следующий слайд) даны только трети, и даже базовое понятие «негативное воздействие на окружающую среду» зациклено в логический круг, что показано на этом слайде, то есть нормоприменение невозможно.

Следующий слайд, пожалуйста. Что произошло в концепте, основном смысле работы с окружающей средой? Регулирование правоотношений свели к охране окружающей среды. Мы даже нашли и поговорили с авторами, которые придумали термин «охрана окружающей среды», когда это реформировалось. Охрана окружающей среды сведена к снижению негативного воздействия предприятий, снижение негативного воздействия сведено к нормированию. Тем самым в функциях и полномочиях ни одного министерства реальной ответственности за состояние среды обитания нет. Эта задача сведена к троекратно более простой и контролируемой.

Следующий слайд, пожалуйста. Посмотрели научные основы. Я физик по образованию, и коллектив во многом в этом поднаторел. Экологическая система пронизана и напичкана научными гипотезами, а порой и мифами. Нормальные экологические научные основы и модели в систему понятий и тем более в право не имплементированы, имплементировано лишь то, что находится на стадии гипотез. Например, в одной из методик рассеивания есть корни кубические из розы ветров (я условно говорю), которые представляют собой чушь.

Следующий слайд. Игроки в этой системе. Их более десяти: Минприроды, Минздрав, Минтруд и так далее и промышленность, которая имеет с этими игроками дело, для того чтобы начать бизнес или его продолжать. Остаётся ответить некой компетентностью, которая и была проделана.

Следующий слайд. То есть этот коллектив, который Союз промышленников мобилизовал, разработал некие проекты экологической промышленной политики. Это такая точка зрения: что бизнес бы хотел, чтобы осуществляло государство в отношении него, – рационально, без абсурдов, прозрачно, с сокращёнными процедурами и так далее, – для того чтобы в этой системе возникли три крупных блока. Во-первых, система государственного управления занялась не охраной окружающей среды, а реальной ответственностью за качество среды обитания. Живём мы не в окружающей среде, а в конкретных средах обитания – в губерниях, областях и городах. Ни KPI, ни целей, ни показателей, за которые губернатор бы отвечал, мэр бы отвечал и так далее, нет.

Героические примеры ночёвки в Минфине, выбивания денег – это парадокс, это не норма. Это, конечно, героизм, но система должна это предусматривать автоматически, а не выбиванием.

Второе – это реальная институциализация того баланса экологии, экономики и социальных интересов, который в обществе происходит. Чтобы он происходил не так, как в Воронежской области, и не подковёрно, а имел институты и процедуры согласования интересов и договаривания. Их нет.

Третье – это система предотвращения и урегулирования экологического ущерба. То есть поэтапное, плавное введение реальных гражданско-правовых институтов и правоотношений в сфере отношений с природой: компенсация ущерба, возмещение ущерба, предотвращение потенциального ущерба, ущерба неопределённому кругу лиц и так далее. Здесь всё это разработано.

Что мы сделали? Чтобы эту промышленную политику реализовать в системе, которую я показал, необходимо на самом деле провести комплексную системную экологическую реформу. Её нельзя заплатками реализовать – я утверждаю как учёный, как эксперт. Заплатками эту систему починить нельзя – она будет продолжать расползаться в других местах. Поэтому мы предлагаем следующее: основные блоки выделены, «дорожная карта» подготовлена вчерне, но поскольку это десять ведомств и эти ПДК, нормы, методики, законы распределены и межведомственно, и существуют барьеры, предлагаем создать некий орган (мы его условно назвали штаб экологической реформы) на уровне не ниже вице-премьера с вхождением основных министерств, которые я перечислил, промышленности, «зелёных» организаций, общественности и так далее. И шаг за шагом устранить абсурды на первом этапе, отреинжинирить всю систему на втором этапе и постепенно мягко ввести гражданско-правовые институты, в пределе – экологический кодекс. Спасибо, я закончил.

Д.Медведев: Спасибо большое.

Реплика: Вот тот самый альбом чертежей...

Д.Медведев: Это у нас делалось по заданию РСПП?

О.Дерипаска: Мы собрали все организации…

Д.Медведев: Теперь вы (обращаясь к О.В.Дерипаске) несколько слов скажите, чтобы не получилось, что представители крупного бизнеса уклонились от участия в дискуссии. Пожалуйста.

О.Дерипаска: Дмитрий Анатольевич, во-первых, существующая система – это продукт советской системы и советского взгляда на природоохранное законодательство и вообще всю систему регулирования. Конечно, дальнейшее её поддержание, на мой взгляд, уже бессмысленно. Это превращается в такие запутанные схемы, в которых уже невозможно разобраться. И количество людей, которые заняты, бессмысленно. Как уже было сказано, деятельность по защите окружающей среды зашкаливает.

По законопроекту. Понимаете, его нужно вводить. Вопрос в том, что концепция…

Д.Медведев: Вы имеете в виду НДТ?

О.Дерипаска: Да. Но когда его нужно вводить? Всё-таки вначале нужно разобраться с этой бестолковкой. Это недолго – займёт максимум 1,5–2 года. Опять-таки этот штаб и участие всех ведомств и представителей всех организаций мы уже очень долго обсуждаем. НДТ изначально был внесён как панацея, он сильно изменился, много хорошего было внесено. Все работали. Уже сейчас сообщество более-менее сгруппировалось. Но нужно разобраться с этими двумя основными вопросами. Нужно, чтобы техническое нормирование промышленности, всех этих экологических вопросов было естественным следствием всех улучшений, которые мы проделаем. А для этого необходимо сделать две корректировки.

На сегодняшний день, Вы знаете, снижение штрафов раздражает местные власти, потому что сейчас 40 на 60 (40 – федеральные, 60 – местные), а штрафы целиком органу, который их выявил. Соответственно, если мы что-то делаем (то есть снижаем, нас же штрафуют за превышение предельных выбросов), мы фактически ухудшаем их баланс, что не совсем верно. Так уж сложилось. Я не верю, что мы найдём деньги, я не верю, что мы старые предприятия, которые фактически нужно закрывать через три, четыре, пять лет, а никак не через восемь лет, после того как все нормы будут введены, сможем модернизировать. Просто нужно придумать отдельную программу закрытия, это не для них.

И, конечно, то, что говорится о том, что НДТ сразу заработает: нет. Говорится о 24 этих подзаконных актах, которые нужно разработать и принять. На самом деле наша оценка – 120, то есть мы опять попадём в запутанную систему, которая наложится на существующие проблемы. Поэтому, на мой взгляд, если говорить о реформе, а её нужно проводить, и все уже объединены вокруг этого, и мы заинтересованы в справедливой оценке тех проектов, которые… Никто не будет строить новые предприятия, иностранцы точно так же задают нам вопросы, никто не будет приходить в запутанную систему регулирования и всех этих правоотношений, неясности. Поэтому, на мой взгляд, необходимо сделать эту работу. Мы свой взгляд представили. Конечно, есть взгляд организации, которая защищает природу, есть взгляд регулирующий, но мы попытались описать, как бы нам виделось регулирование промышленности со стороны всех экологических процедур и норм. На мой взгляд, это можно сделать, тем более что после этого снос станет органичным следствием улучшения, которое мы произведём в системе. Мне кажется, запретительный стимул – это утопия. Давайте оштрафуем предприятие, и оно просто закроется. Мы же знаем, что не можем закрыть. Мы закроем это предприятие в моногороде за счёт наложенных штрафов… А новый собственник не улучшит экономику, поверьте. И у нас нет средств, я серьёзно говорю, ни у государства, ни у промышленности, чтобы выдавать эти кредиты, «окрашивать» эти процентные ставки, субсидии. Просто это не реально. Мы должны чётко улучшить сегодняшнюю систему, чтобы она ликвидировала те проблемы, о которых вы говорите, – строительство в природоохранных зонах и так далее. Это возмутительно! Мы же этим не занимаемся, то есть это совершенно другой уровень бизнеса, это нужно прекратить. Но с другой стороны, если мы сейчас введём непродуманную систему, которая ещё большее окажет давление, это не приведёт к улучшению действующей системы и, самое главное, отпугнёт инвесторов.

Д.Медведев: Спасибо. Вы хотите что-то сказать? Пожалуйста.

С.Донской: Несколько слов о тех вопросах, которые были заданы. По ФЦП «Байкал». На самом деле мы как раз тоже обсуждали эти предложения... У нас с 2015 года только начинается основное финансирование, поэтому, если бы Минфин согласился на 2014 год перенести ряд каких-то сумм, мы готовы были бы и раньше начать финансирование многих интересных объектов. Вообще по ФЦП «Байкал» в принципе сейчас у нас достаточно активная работа ведётся, мы готовы рассматривать, если будут какие-то интересные предложения. Это раз.

По селям. Упоминался вопрос о том, что у БЦБК одна из ключевых проблем – сели. Сейчас прошёл конкурс и была выбрана компания, которая будет проводить там реконструкцию и уборку шлам-лигнинов, как раз в рамках своего проекта предусматривает и селезащиту в том числе, то есть очистка карт, но вы знаете наверняка эту тему. Тема эта должна решаться, в любом случае её нужно будет реализовать.

Очень коротко по закону НДТ. Мы поступившую карту реформирования посмотрели – то, что в принципе у нас было представлено через Открытое правительство, то, что мы сейчас можем посмотреть. Могу так сказать (у нас анализ здесь тоже есть): те пункты, которые там предусмотрены, все предусмотрены в том числе и в рамках принятия закона, и после принятия с закрытием тех нормативных актов, которые мы сейчас готовим. Концепция этих документов внесена в Правительство. Понятно, что надо будет ещё разрабатывать, но в принципе это есть – и по плате, и по установлению критериев по территориям, и все процедуры, которые необходимы будут для реализации НДТ. Поэтому я и с Вами разговаривал, и со специалистами не раз разговаривал. Согласен, что можно уточнять некоторые процедуры, давая возможность более гибко реагировать и выстраивать свою политику, но в любом случае вы предлагаете те же процедуры, что и мы. То есть за словами, что система не работает, на мой взгляд, когда мы опускаемся более конкретно, на уровень конкретных мероприятий, здесь мы фактически где-то уже сходимся, вопрос возникает в тонкостях. Согласен по деньгам: мы когда с вами сидели, обсуждали, ключевая проблема – нет денег. Извините, коллеги, тогда у нас по многим направлениям нет денег, но здесь есть ряд механизмов, который был установлен ещё в 2011 году, по процентным ставкам, по льготам, по амортизации, можно ещё расширить этот перечень, это работа с Минфином, мы готовы это сделать. Но в любом случае, даже если какая-то реформа понадобится ещё дополнительно, всё равно это деньги, никуда здесь не денешься, в любом случае вы придёте с теми же словами: «У нас денег нет, мы не можем это реализовать». Мы всё время будем упираться в это.

Д.Медведев: Не всё так плохо. Есть ещё желающие что-то сказать?

А.Соловьянов (заместитель председателя Комитета Торгово-промышленной палаты Российской Федерации по природопользованию и экологии): Я хочу обратить ваше внимание на то, что истинным толкачом этой деятельности является не РСПП и не всё сообщество, а именно «Базовый элемент». И в последнее время многие представители комитета, который сейчас называется Комитетом по природопользованию и экологии, от этого дела дистанцировались, то есть это не единая позиция бизнеса. Плюс у вас есть заключение Торгово-промышленной палаты, которая не согласна с тем, что предлагают эти инициаторы-реформаторы, тем более что как таковой концепции нет, там повторяется уже многое из того, что сделано ведомством, и продолжает делаться, то есть это никакие не новации плюс куча декларативных и общих заявлений.

Поскольку я являюсь заместителем председателя Комитета по природопользованию и экологии Торгово-промышленной палаты, я был обязан сказать мнение…

Д.Медведев: И правильно, что сказали, потому что мы здесь не договаривались выступать в унисон, договаривались именно встретиться, обсудить, чего и как. Давайте, коллеги, я сейчас подведу итоги.

Начну вот с чего: сначала по тактике дел. Мы всё-таки не случайно здесь встретились – не потому, что место хорошее, а потому, что оно одно из более резонансных, по которым наши люди и международные структуры судят об успешности нашей экологической политики. Так получилось, что 50 лет комбинат работает, и 50 лет в него тыкают и говорят: «Зачем это сделали? Это полное безобразие». Мне кажется, что для нас – для власти, для экологических организаций, для науки, для людей наконец, живущих на нашей земле, очень важно, чтобы наши с вами встречи и дискуссии, которые идут здесь и потом в Правительстве, чем-то завершались, не бесконечными этими словопрениями, что это хорошо, это – не очень хорошо, а завершались какими-то решениями. Посмотрим, как у нас пойдут дела здесь и в Байкальске, но нужно было набраться определённого мужества, чтобы эту страницу перевернуть. Я надеюсь, что мы её перевернули и открываем новую страницу. И теперь успешность этой новой страницы и по развитию региона, и по развитию Байкальска зависит от большого количества людей, и не только министров, и не только бизнесменов, а просто людей, которые живут в этом регионе и хотят его развития и вообще всей нашей страны. В общем, нужно уметь ставить точку и в дискуссии, и в работе.

Теперь второе – в отношении того, в каких условиях мы работаем. Конечно, не бывает стерильных условий, и значительная часть документов, на основании которых работает власть, носит комплексный характер и формировалась в советский, постсоветский период, в них много противоречий, безусловно, и много дырок, что всегда в законодательстве присутствует. При этом мы должны ставить перед собой целью всё-таки создать современное экологическое законодательство – современное, менее противоречивое, более сбалансированное, отражающее именно баланс интересов, потому что законодательство как способ права, как способ регулирования межчеловеческих отношений – это всегда баланс интересов. Если баланса нет, то это не правовая система, даже если она основана на самых благих побуждениях.

Здесь коллеги демонстрировали разные плакаты и «портянки». Знаете, это всё всегда впечатляет, как и тонны макулатуры, которые, я помню, коллеги по предпринимательскому цеху приносили в Екатерининский зал. Помните (иных уж нет, а те далече) – приносили, показывали. Но если говорить серьёзно, то если бы я, например, ставил подобное задание… То же самое можно развернуть практически в отношении любого вида человеческой деятельности, когда будут тысячи нормативных актов, огромное количество инстанций, которые нужно пройти. Такова природа человеческой жизни и, к сожалению, наследие государства, которое мы получили. Потому что оно очень бюрократическое, и здесь я с вами абсолютно согласен. В этом плане мы впереди планеты всей – и советское государство таким было, и нынешнее таким является, здесь спору никакого нет.

В отношении концепций. Концепции могут быть разными. Я не могу согласиться с необходимостью отрицания всего того, что было сделано. Более того, я мельком посмотрел: при всём уважении к этому труду он не может отвергать основных принципов, по которым выстраивается российская система права. Я посмотрел, там предлагается регулировать отношения между объектом и субъектом, но наше право на другом стоит. Знаете, так мы можем далеко зайти, конечно, но это уже революция во всех гуманитарных науках, и в правовых науках в том числе. Поэтому, конечно, такую концепцию ни одно государство никогда не поддержит именно потому, что… Я не говорю, что она неверная, для этого нужно глубже погрузиться, но то, что эта концепция предлагает всё расчистить и начать с чистого листа, как минимум делает её маложизнеспособной, потому что такие решения никогда не примет на себя ни одно государство.

Даже когда мы реформировали систему гражданского права (что мне ближе, потому что я всю жизнь этим занимался, особенно когда был ближе к бизнесу), мы всё-таки брали не чистый лист, а мы брали опыт человечества за последние 2 тыс. лет, начиная с римского права и заканчивая Кодексом Наполеона и Германским гражданским уложением, а также Гражданским кодексом Нидерландов. Это мировой опыт, но не создание чего-то своего, своеобычного и абсолютно нового. Поэтому я не закрываю, естественно, движение и этому документу, вижу документ другой, но если мы хотим заняться полноценной кодификацией экологического законодательства, мы должны всё-таки трезво оценивать свои шансы и стоять на родной земле, а не находиться в плену у наших собственных представлений. Но поручение проанализировать все эти документы я, естественно, дам, потому что явно в них есть и много рационального.

Мы стоим на пороге больших перемен. Я тоже помню появление закона о НДТ, который вначале все восприняли как панацею, но бизнес с самого начала сказал: знаете, у нас к этому есть много вопросов. И то, что всё это идёт медленнее, чем мы все себе планировали, связано в значительной степени именно с тем, что другая сторона этих отношений – предпринимательское сообщество не видит там для себя места и чувствует, что такое прямое применение этих правил создаст абсолютно неразрешимое противоречие, о чём сказал здесь Олег Владимирович (О.Дерипаска): конечно, вы можете принять всё, что угодно, но вы же не закроете эти предприятия по понятным причинам. Поэтому закон должен быть в этом смысле предметом общественного обсуждения.

Я думаю, что мы в конечном счёте должны на такую рамку и выйти. Это не панацея, но это всё-таки мировая дорога, по которой идут многие страны. Какую форму он приобретёт, я ещё не знаю, но надеюсь, что этот диалог будет продолжен и мы в итоге выйдем на какой-то финальный текст, который будет для всех приемлем. Подчёркиваю: если мы такого текста не создадим, то тогда лучше ничего не принимать, потому что это тогда клинч, а зачем нам клинч? Это ни к чему. Но это большая задача. Надеюсь, что министерства и вообще Правительство с ней справятся. А консультации такого рода (хотел бы сказать ещё раз) я считаю очень полезными. По всем тем вопросам, которые здесь звучали, я, как и принято в таких ситуациях, дам все необходимые поручения. Надеюсь, что они будут исполнены хотя бы в той пропорции, о которой вы говорили, потому что 50% исполнения по таким сложным темам, как экология, – это очень хороший результат. Одно решение вы уже знаете.

До свидания.

Россия > Экология > premier.gov.ru, 18 июня 2013 > № 870771 Дмитрий Медведев


Норвегия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 4 июня 2013 > № 870767 Дмитрий Медведев, Йенс Столтенберг

Переговоры с Премьер-министром Норвегии Йенсом Столтенбергом

В ходе рабочего визита Дмитрия Медведева в Норвегию состоялась морская прогулка с Йенсом Столтенбергом по акватории фьорда Бёк

Премьер-министры России и Норвегии совершили короткое путешествие по акватории Бек на научном судне Helmer Hanssen и наблюдали учения по спасению на море.

Во время поездки директор Норвежского института полярных исследователей Ян Гунар Виннер рассказал Дмитрию Медведеву и Йенсу Столтенбергу о состоянии льдов и климата в Арктике.

Достигнув точки проведения учений, главы правительств России и Норвегии наблюдали за тем, как норвежский корабль береговых сил Kystvak и вертолёт спасли из воды «терпящего бедствие».

* * *

Переговоры с Премьер-министром Норвегии Йенсом Столтенбергом

По итогам переговоров подписаны два документа:

– Соглашение между Федеральным агентством по обустройству государственной границы Российской Федерации и Министерством юстиции и по чрезвычайным ситуациям Королевства Норвегия о взаимодействии и обмене информацией в сфере функционирования и развития пунктов пропуска через государственную границу.

– Меморандум между Правительством Российской Федерации

и Правительством Королевства Норвегия о подготовке управленческих кадров для организаций народного хозяйства Российской Федерации

и Королевства Норвегия.

* * *

Совместная пресс-конференция Дмитрия Медведева и Йенса Столтенберга

Д.Медведев: Мы действительно провели в очень доброй, товарищеской атмосфере переговоры с моим коллегой. Они, как всегда, были содержательными и подробными, что, мне кажется, важно для того, чтобы между странами было полноценное партнёрство.

Встретились мы по очень хорошему поводу. Я ещё раз, пользуясь случаем, хотел бы поблагодарить Норвегию за прекрасную организацию нашего саммита, за те решения, которые были приняты, за декларацию, которую мы все согласовали. В общем, мы все понимаем, что Евроарктический регион – это наш общий дом. За эти 20 лет мы очень сильно продвинулись вперёд и научились друг друга слушать, что, мне кажется, залог того, что мы и дальше будем договариваться по всем сложным вопросам.

Такие саммиты, такие встречи – всегда повод для того, чтобы обсудить двустороннюю повестку дня. Мы за последние годы сделали целый ряд просто прорывных шагов навстречу друг другу. Прежде всего это договор о разграничении морских пространств и сотрудничестве в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане, который вступил в силу в июле 2011 года. Мы тем не менее не останавливаемся на этом – мы обсуждали, что делать дальше. И сегодня мы всё-таки немножко поспособствовали укреплению договорной базы. Были подписаны в вашем присутствии новые два документа – между Росграницей и Минюстом Норвегии о взаимодействии и обмене информацией в сфере функционирования и развития пунктов пропуска через государственную границу. А это важная тема, потому что она касается огромного количества людей, которые перемещаются туда и обратно и которые хотят получать нормальные услуги при перемещении границы. Желательно, чтобы такое перемещение вообще было безвизовым, но в любом случае пока этого нет в полной мере, мы должны заниматься упрощением этих процедур и создавать комфортные условия. После этой пресс-конференции мы с моим коллегой Йенсом поедем и посмотрим, как все эти объекты работают.

Теперь в отношении второго соглашения, оно касается подготовки кадров, что тоже на самом деле очень полезно. Мы рассчитываем на то, что оно принесёт свою пользу, свой вклад внесёт.

Д.Медведев: « Были подписаны в вашем присутствии новые два документа – между Росграницей и Минюстом Норвегии о взаимодействии и обмене информацией в сфере функционирования и развития пунктов пропуска через государственную границу».

Вообще, находясь здесь, в губернии Финнмарк, которая граничит с Российской Федерацией, понимаешь, насколько тесно взаимосвязаны наши страны, и какой потенциал содержит в себе межрегиональное партнёрство. Мой коллега только что рассказал о тех вопросах, которые мы обсуждали. Конечно, у нас есть такие большие темы, как энергетика, рыболовство, по которым у нас налажена кооперация, сотрудничество, и даже те спорные вопросы, которые возникают (а они будут возникать, это нормально, это хозяйственные отношения, это экономика), мы разрешаем самым наилучшим образом – путём переговоров или на уровне министров, или, если требуется, общаемся тогда уже лично. Сегодня тоже такие вопросы обсуждали, они касались некоторых сложных моментов регулирования рыболовства, методик различных, которые используются, и других вопросов. Надеюсь, что мы дали правильные импульсы нашим правительствам, нашим ведомствам, чтобы они нашли окончательные развязки.

Мы нацелены на сотрудничество по всем направлениям. Я говорил о необходимости налаживать практическое сотрудничество, и мы рассчитываем на поддержку наших норвежских друзей по вопросам российского хозяйственного участия на Шпицбергене. Мы договорились, что продолжим соответствующие коммуникации на эту тему, которые, как мне кажется, в настоящий момент необходимы.

Обсуждали самые разные другие вопросы, и такие, казалось бы, не вполне двусторонние, как проблемы налогообложения, которые сегодня, действительно, обсуждает весь мир и которые будут обсуждаться и в формате «двадцатки», которые обсуждаются и на других международных площадках. Что здесь можно сказать? Конечно, до тех пор пока крупнейшим компаниям мировым, в том числе американским, будет выгоднее открывать дочерние структуры в других юрисдикциях и там платить налоги, порядка в этом вопросе не будет. Тогда будут появляться и новые Кипры, и вообще новые проблемы в мировой экономике.

Д.Медведев: «Мы нацелены на сотрудничество по всем направлениям. Я говорил о необходимости налаживать практическое сотрудничество, и мы рассчитываем на поддержку наших норвежских друзей по вопросам российского хозяйственного участия на Шпицбергене».

Как решить эту задачу? Я сказал: мне кажется, задача очень сложная, потому что бизнес всё равно будет искать возможности для оптимизации своих налогов. Но здесь очень многое зависит от консолидированной позиции государств. Всё-таки что нам нужно? – чтобы наши компании платили налоги на территории наших стран или мы считаем абсолютно легальной схему, когда наши компании создают структуры в других благоприятных налоговых юрисдикциях и там уплачивают основную долю своего налога, пусть даже по минимизированной шкале? Это в конечном счёте вопрос выбора, который стоит сегодня перед всеми крупнейшими экономиками.

Человеческие контакты и гуманитарные связи – очень важные составляющие. Мой коллега уже сказал о важности и неправительственных организаций в контактах, которые принято называть people to people. На мой взгляд, ещё важнее сами по себе контакты people to people – они идут и без неправительственных организаций, потому что главное, чтобы сами люди общались. И этому нужно уделять особое внимание, естественно, развивая и сеть общественных структур, но в то же время помогая обычным нашим гражданам делать всё, что они хотят, – общаться, дружить, вступать в брак (о чём сегодня тоже на этой сцене говорили) и другими делами заниматься.

Я ещё раз хотел бы поблагодарить господина Премьер-министра за открытую, тёплую, дружескую атмосферу и сказать, что мы всегда готовы к продолжению нашего диалога.

Вопрос: Добрый день, Дмитрий Анатольевич! Я хотел задать вопрос по поводу сегодняшнего заявления Премьер-министра Столтенберга, касающегося ускоренного графика по развитию норвежского шельфа в Баренцевом море. Мы знаем, что несколько месяцев назад раздавались голоса в российском обществе, которые Вас критиковали за то, что Вы в качестве Президента тогда подписали этот договор о разграничении морских пространств с Норвегией и отдали огромные природные ресурсы. Жалеете ли Вы сегодня, что подписали этот договор? И второй вопрос: ожидаете ли Вы, что сопротивление в России против того, что случилось, против этого договора, усилится после сегодняшнего заявления Йенса Столтенберга?

Д.Медведев: Какое может быть сопротивление? Договор этот равноправный, и в соответствии с известным принципом международного права «пакта сунт серванда» (лат. pacta sunt servanda – договоры должны соблюдаться) договоры должны исполняться как норвежской, так и российской стороной. Подписанию этого договора предшествовала огромная работа, заключавшаяся в том, чтобы всё сделать наиболее качественным образом. Всё и было сделано соответствующим образом, и теперь мы получили взаимовыгодную конструкцию, сняв очень сложный пограничный вопрос, не оставляя его новым поколениям.

Д.Медведев: «Мы выработали справедливую схему, по которой эксплуатация экономических богатств, находящихся как на территории российской части шельфа, так и на территории норвежской части шельфа, в том случае, если эти участки попадают на две территории, возможна только по взаимному согласию».

Что же касается обсуждения, кто что выиграл или кто что потерял, знаете, такое обсуждение всегда будет идти – и по этому договору, и, например, по нашему договору с Китайской Народной Республикой, и по договорам с другими странами, с которыми мы подписывали соответствующие документы. Для меня важно то, что мы работали хорошо, мы выработали справедливую схему, по которой эксплуатация экономических богатств, находящихся как на территории российской части шельфа, так и на территории норвежской части шельфа, в том случае, если эти участки попадают на две территории, возможна только по взаимному согласию. Так что в этом смысле никто ничего не потерял, все только приобрели – и российские компании, и норвежские. И сейчас наши компании к этому готовятся. Йенс только что сказал в отношении тех решений, которые должны быть приняты стортингом и впоследствии должны воплотиться уже в управленческие решения. Так что мы ждём их точно так же, как ждём и наших норвежских партнёров. Тем более (или наконец) эти проекты такие огромные, что одному государству или одной компании с ними, как правило, не справиться – нужно аккумулировать экономическую и интеллектуальную мощь, для того чтобы их реализовывать.

Вопрос: Мой вопрос посвящён такой теме, как рыболовство. Не ошибусь, наверное, если предположу, что вы говорили об этом сегодня.

Д.Медведев: Не только говорили, даже ели.

Вопрос: Тема крайне важная для всего региона. Не секрет, что какое-то время назад у нас были дискуссии с нашими соседями в этой сфере. В каком аспекте сегодня шла дискуссия? Можно ли говорить о кооперации, о сотрудничестве в этих вопросах?

Д.Медведев: На самом деле то, о чем мы договорились, очень важно и для рыболовства, потому что рыба не знает своих хозяев, она не принадлежит сама по себе автоматически ни Норвегии, ни России, ни какой-либо другой стране, она мигрирует, но наша задача – позаботиться, чтобы этой рыбы было достаточно.

Мы сегодня с господином Премьер-министром послушали очень интересную презентацию о том, как российские и норвежские учёные работают над темой возобновления запасов рыбы. На мой вопрос, который я задал одному из коллег, учёных, который докладывал о нашей кооперации: как вообще относились к запасам селёдки или трески некоторое время назад, мне сказали, что их считали такими огромными, что нечего об этом и разговаривать. Но оказывается, что это всё не так, как мы воспринимали это 50 или 100 лет назад. Поэтому мы должны сделать всё для того, чтобы биологическое разнообразие сохранилось, и мы могли заниматься нормальным рыболовством. Для этого мы ведём совместные научные изыскания, должны контролировать уловы и заниматься борьбой с браконьерством. Мне кажется, то, что мы договорились именно о всех этих вещах, помогает нам сотрудничать и в этой сфере.

Я сегодня разговаривал с российскими коллегами, они говорят, что сотрудничество налажено. В этом смысле и претензий взаимных стало гораздо меньше, то есть в этом плане всё развивается неплохо.

Последнее, что я хотел бы сказать. На мой прямой вопрос – как всё-таки с известными сортами рыбы, которые мы вместе ловим, – учёные сказали, что их стало больше. Это радует. Значит, мы сможем эту рыбу потреблять.

Вопрос (как переведено): И в коммюнике, и в заявлениях Премьер-министра Норвегии важная роль была отведена развитию гражданского общества и неправительственным организациям. Но недавно в России был принят закон о неправительственных организациях. И теперь те неправительственные организации, которые имеют финансирование из-за рубежа, обязаны заявлять о себе как об иностранных агентах. И это вызывает беспокойство у определенного круга людей. Существует ли гарантия того, что этот закон не будет препятствовать межграничному сотрудничеству и вообще сотрудничеству с Россией?

Д.Медведев: Мы сегодня обсуждали вопросы, которые касаются и наших общественных структур, и контактов между людьми, о чём я уже сказал во вступительном слове. Мне кажется, что эта тема, безусловно, важная, хотя она не является темой номер один в наших взаимоотношениях и вряд ли будет ею когда-то являться.

Д.Медведев: «Ещё важнее просто прямые контакты между людьми, а неправительственные организации должны вступать в дело там, где у правительств не хватает полномочий, компетенций или где они не могут этим заниматься».

Что же касается прямого общения между нашими людьми, между теми, кто живёт по две стороны границы, в самых разных целях – и в бытовых целях, и для обсуждения разных вопросов, – наверное, НКО должно быть отведено надлежащее место. Но ещё раз говорю: на мой взгляд, ещё важнее просто прямые контакты между людьми, а неправительственные организации должны вступать в дело там, где у правительств не хватает полномочий, компетенций или где они не могут этим заниматься. Эта тема относится к числу тех, о которых (я своему коллеге сказал) нас всегда спрашивают, даже если это совсем не интересно, но нужно обязательно об этом спросить. Раз эта тема существует, естественно, мы на эти вопросы всегда будем отвечать. На ваш вопрос о том, повлияет ли как-то новое законодательство или сверхновое законодательство на наши отношения, на отношения между общественными структурами, мой ответ: никак не повлияет, потому что это внутренний вопрос Российской Федерации – как контролировать неправительственные организации, которые являются юридическими лицами по российскому праву. К норвежским организациям, естественно, наши законы не относятся. Но те структуры, которые мы у себя создаём, мы должны иметь право контролировать, так и раньше было.

Что касается самих правил, которые сейчас внедрены, пока ничего сверхъестественного не произошло, хотя разговоров на эту тему много. Мне кажется, что любой законодатель обязан следить за применением соответствующего закона. Если он видит, что закон разумный, что он действует во благо развития гражданского общества, этот закон должен быть сохранён, даже если он кому-то не нравится, а если закон всё-таки ограничивает развитие гражданского общества, если он направлен против общественных инициатив, он может быть и скорректирован. Так поступали разные страны, в том числе и Российская Федерация. Напомню, что и наше законодательство о неправительственных структурах меняется. Мы пока ищем те контуры, в рамках которых эта активность будет регулироваться.

Вопрос: Правильно ли мы поняли, что Норвегия в ближайшее время откроет свой шельф для геологоразведки и, соответственно, там смогут работать российские компании «Лукойл» и «Роснефть»?

Дмитрий Анатольевич, только что стало известно о том, что мэр Москвы Сергей Собянин собирается просить Президента о досрочных выборах столичного градоначальника. Я хочу Вас спросить как человека, который вернул прямые выборы губернаторов, и как человека, который является сейчас лидером «Единой России»…

Д.Медведев: И который предложил Собянина.

Вопрос: Да. Как Вы относитесь к его нынешнему решению баллотироваться на досрочных выборах, поддержит ли это решение «Единая Россия»?

Д.Медведев: Я очень рассчитываю на то, что наше сотрудничество и по таким крупным проектам будет успешным, что все необходимые юридические решения будут приняты с правительственной стороны, со стороны парламента. А остальное – это действительно коммерческие решения, решения компаний, и вопрос в выгодности тех или иных проектов: они действительно очень большие, сложные, но в конечном счёте способны принести огромную пользу и Российской Федерации, и Норвегии.

Д.Медведев: «Сами москвичи должны в конечном счёте ответить на вопрос, кого они считают наиболее достойным для того, чтобы управлять городом в соответствии с новой процедурой наделения должностными полномочиями».

Теперь в отношении нашего внутриполитического вопроса, о котором вы спросили. Что я могу сказать? Любая политическая жизнь подчиняется законам этой политической жизни и соответствующей тактике, которая вырабатывается. Я считаю, что любое должностное лицо или политическая сила может использовать ту или иную ситуацию для достижения политического результата. Так поступают во всех странах, так можно поступать и у нас.

Если действующий мэр обратился с соответствующим предложением и тем самым, по сути, подал заявку на участие в избирательной кампании – значит, так тому и быть, он таким образом рассчитал свой политический ресурс, ресурс поддержки, что рассчитывает на победу. Мне кажется, это абсолютно нормально. Не скрою, мы этот вопрос обсуждали с Сергеем Семёновичем (С.Собянин) несколько раз – о том, какой момент может быть удобен для выборов или для принятия каких-то других решений, – поэтому я к этому отношусь с пониманием. Как председатель партии «Единая Россия» я желаю своему коллеге по партии, естественно, победы на соответствующих выборах, и уверен, что такой результат может быть достигнут. Ничего сверхъестественного в этом нет. Мне кажется, что сами москвичи должны в конечном счёте ответить на вопрос, кого они считают наиболее достойным для того, чтобы управлять городом в соответствии с новой процедурой наделения должностными полномочиями. Мне, не скрою, очень хотелось бы, чтобы Сергей Семёнович эту работу уже в результате всенародного московского голосования продолжил.

* * *

Возложение венка к мемориалу советскому воину-освободителю

Премьер-министры России и Норвегии Дмитрий Медведев и Йенс Столтенберг возложили венки к памятнику советскому воину-освободителю в Киркенесе.

В 2014 году Россия и Норвегия отметят 70-летие освобождения Красной армией Северной Норвегии от гитлеровских захватчиков.

* * *

Символическая церемония пересечения российско-норвежской границы

По завершении переговоров в Киркенесе российский и норвежский премьеры совершили символическое пересечение норвежско-российской границы и посетили единственный на сухопутной границе двух стран автомобильный пункт пропуска «Борисоглебск».

В сопровождении пограничных комиссаров России и Норвегии Дмитрий Медведев и Йенс Столтенберг осмотрели пункт пропуска и вернулись на норвежскую территорию.

Прибывших на границу глав правительств поприветствовал сводный хор «Крещендо» жителей Киркенеса и учеников музыкальной школы российского приграничного города Заполярный. В начале церемонии хор исполнил песню «Катюша», а когда Дмитрий Медведев и Йенс Столтенберг вернулись на норвежскую территорию, встретил их норвежской песней «Элинор».

С мая прошлого года между Россией и Норвегией действует соглашение о безвизовом передвижении для жителей приграничных территорий, проживающих в 30-километровой зоне по обе стороны границы. Российскому и норвежскому премьерам для пересечения границы были выданы специальные разрешения.

Норвегия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 4 июня 2013 > № 870767 Дмитрий Медведев, Йенс Столтенберг


Норвегия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 4 июня 2013 > № 870766 Дмитрий Медведев

Интервью Дмитрия Медведева норвежской телекомпании NRK

Вопрос: Скажите, пожалуйста, Дмитрий Анатольевич, как Вы оцениваете нынешний уровень сотрудничества в Баренцевом регионе? И насколько это важно для российской политики?

Д.Медведев: Сам факт проведения этого саммита свидетельствует о том, что уровень сотрудничества в Баренцевом регионе очень высокий. За последние 20 лет мы проделали большой путь, скажем так, от наследия прежней поры, хронического недоверия, наследия холодной войны - к серьёзной кооперации, которая есть сегодня во всех областях, начиная от экономических проектов и заканчивая проблемами спасания и экологической защиты.

Если говорить о месте сотрудничества в Баренцевом/Евроарктическом регионе в общем контексте российской арктической политики, то, безусловно, это один из наших приоритетов. Мы считаем, что, во-первых, мы полноценная часть этого региона и поэтому обязаны принимать участие в выработке решении. Во-вторых, целый ряд проектов (будь то экономические или гуманитарные) мы не можем осуществить сами, это наша общая задача с нашими партнёрами, в том числе с Норвегией и другими партнёрами по Баренцеву региону. Так что, по-моему, всё обстоит весьма и весьма неплохо.

Вопрос: Есть две сферы сотрудничества в Арктике – это Совет Арктики и Баренцево сотрудничество. Как они действуют в формировании политики России?

Д.Медведев: На самом деле сотрудничество в Баренцевом регионе и арктическая политика – это абсолютно взаимосвязанные вещи. Точно так же, как наше участие в Арктическом совете, о котором вы упомянули.

Если говорить о выработке политики, то мы уже достаточно давно стали уделять арктическому направлению весьма серьёзное внимание при принятии решений. Могу лишь упомянуть, что за последние годы была принята стратегия нашего арктического развития на период до 2020 года, которая является программным документом; была утверждена относительно недавно, в 2009 году, концепция по поддержке – и экономической, и гуманитарной – коренных малочисленных народов, которые проживают у нас и в регионе в целом. Совсем недавно, буквально в марте, мы принимали решение по созданию дирекции арктического пути. То есть речь идёт о том, что, собственно, арктическая проблематика, проблематика Баренцева региона, вообще арктическая проблематика в широком смысле этого слова вошла в число приоритетов государственной политики. Ею занимается сейчас и Президент, и Правительство, и наш парламент – Государственная Дума. Мне кажется, это очень важно, потому что демонстрирует открытость наших намерений. Это не какие-то секретные планы – что мы делаем, чего не делаем, – а речь идёт именно об открытой политике, и мы надеемся, что таких же принципов придерживаются и наши партнёры и друзья.

Вопрос: Скажите, пожалуйста, цели России в Арктике и в Баренцевом регионе и сотрудничества с другими странами, например Китаем, который имеет теперь статус наблюдателя в Арктическом совете? Пока мы видим, что Россия – самая большая и действительно влиятельная страна в этом в регионе… Как Вы оцениваете?

Д.Медведев: Сначала о целях, о которых вы сказали. Наши цели в Евроарктическом регионе мирные и прагматичные: мы хотим использовать потенциал региона во благо наших граждан и, конечно, граждан других стран, сопредельных с нами. Я хочу сказать, что, по подсчётам экономистов, хотя всегда цифры могут варьироваться, тем не менее значительная часть доходов, например, от углеводородов, которые Россия получает, – это именно арктические доходы, а в общем совокупном балансе доходов, если считать доходы от использования всех арктических возможностей, по подсчётам некоторых экономистов, – это до 10% общих доходов Российской Федерации, что, конечно, огромная часть. Поэтому мы заинтересованы в том, чтобы наше присутствие здесь было, ещё раз говорю, мирным и абсолютно практическим, заточенным под конкретные экономические и гуманитарные проекты.

Другие страны. Я сегодня сказал, что страны Арктического региона, участники Арктического совета должны иметь абсолютный приоритет при принятии решений, касающихся использования Арктического региона. Это естественно, потому что это наш регион, мы здесь с вами живём, это наша с вами родная земля, и она совсем близко находится: например, провинция Финнмарк и наша Мурманская область – просто соседи. Поэтому мы должны принимать все основополагающие решения в рамках международного права. Но это не значит, что мы должны отрезать другие страны и говорить, что вы к нам ни в коем случае не суйтесь, мы не хотим видеть ваши проекты, ваши деньги, ваши исследования. Поэтому в рамках процедур Арктического совета целый ряд стран получил статус наблюдателя, включая Китай (не только Китай, и другие страны). Я думаю, что это нормально, и мы заинтересованы в продуктивном сотрудничестве. Но ещё раз, в заключение, скажу: правила, которые действуют в отношении Арктического региона, должны утверждаться самими арктическими странами.

Вопрос: Значит, доверие к Китаю существует?

Д.Медведев: Доверие к Китаю существует, но правила игры должны устанавливать мы с вами – арктические государства.

Вопрос: Как Россия смотрит на другие страны, участвующие в этом сотрудничестве, на их усилия в этом направлении?

Д.Медведев: Смотрим с большой симпатией, потому что это наши соседи, наши партнёры, у нас очень хорошие отношения. Но если говорить, например, о сотрудничестве с Норвегией, то мы регулярно общаемся с Премьер-министром, за последние несколько лет мы встречались, наверное, четыре или пять раз в самых разных ситуациях, сделали очень много полезных вещей, включая подписание известного соглашения о разграничении в Северном Ледовитом океане и в Баренцевом море и о государственной границе, что, на мой взгляд, открыло путь к полноценному экономическому сотрудничеству и закрыло проблемы, которые копились годами. Я считаю, что это наш приоритет, это тот капитал, который мы создали за последние годы. Вот по таким принципам и должны строиться отношения между государствами. И это касается не только, естественно, России и Норвегии, это касается других стран, у которых тоже есть какие-то свои проблемы в общении и которые подписывают соответствующие бумаги об урегулировании этих проблем.

А так, в целом я могу сказать, что атмосфера на нашем саммите, который проходил вчера и сегодня, абсолютно дружеская, мы обсуждаем практические темы, например, каким образом наладить кооперацию по транспорту, причём не только морскому транспорту, но и наземному (здесь говорили, что неплохо бы железные дороги протащить по всей территории, обычные дороги развивать) – всё это очень важно для обычных людей. Мы говорим о необходимости безвизового общения, и визовые облегчения уже действуют, помогают нашим гражданам. Мы говорим о крупных научных и образовательных проектах. Ещё раз упомяну сотрудничество в области поддержки коренных малочисленных народов, которые являются исконными жителями этих земель. Так что по всем направлениям, мне кажется, мы наладили хорошие коммуникации.

Вопрос: Как Россия и США могут успешно сотрудничать в Арктике и Баренцевом регионе, пока происходят такие случаи в вопросах безопасности и разведки, как это было недавно?

Д.Медведев: Вы знаете, мы можем с Соединёнными Штатами Америки сотрудничать в самых разных областях, и опыт показывает, что это именно так. За последние годы мы такое сотрудничество налаживали или пытались налаживать в самых разных областях, в том числе и в области Баренцева/Евроарктического региона, тем более что здесь у нас есть совместные интересы. Они касаются и общих операций, например, по спасанию на водах, это же можно сказать и в отношении общеэкологической ситуации, проблемы глобального потепления, создания природных заповедников. Мы совсем недавно подобный заповедник с нашей стороны как раз создали, я подписал соответствующее решение. Теперь ждём, кстати, от американцев аналогичных решений.

В общем, мы готовы к самому разному сотрудничеству. Единственное, что, на наш взгляд, очень важно, чтобы всё-таки это было мирное сотрудничество, даже с учётом того, что мы принадлежим к разным военно-политическим группам. Тем не менее мы вполне можем налаживать мирное сотрудничество, не занимаясь поиском врагов или разведкой, которую вы упомянули. Хотя всё равно страны так или иначе этим занимаются, это абсолютно нормальная идея, но она не должна превалировать над мирными целями, над практическими целями, и в этом смысле мы открыты к сотрудничеству с Соединёнными Штатами.

Вопрос: Если вернуться к отношениям между нашими странами, какие приоритеты Вы видите в развитии отношений между Норвегией и Россией?

Д.Медведев: Я сейчас завершу интервью и пойду на переговоры с Премьер-министром Норвегии Йенсом Столтенбергом. Приоритеты остаются прежними – это широкомасштабное, полноценное партнёрство с Норвегией как нашим северным соседом в самых разных областях. Это и крупные экономические проекты, включая энергетические, с учётом того, что мы являемся крупными энергетическими странами, энергетическими державами. Это сотрудничество в области рыболовства. Мы только что видели, как происходило несколько интересных операций на воде, нам показывали совместные учения в области спасания на водах и рассказывали о совместных исследованиях в области запасов рыбы. Это тоже наши биологические ресурсы, которыми нужно правильно управлять, потому что раньше считали, что запасы селёдки неисчерпаемые. Оказалось, нет, нужно тоже всё это контролировать и правильным образом поддерживать наши биологические запасы, естественно, уходить от споров каких-то возможных. Это, конечно, сотрудничество в области экологии – это краеугольный камень для нашего региона, потому что очень важно, чтобы мы эксплуатировали наши природные богатства в русле современных подходов, не допуская загрязнения воды, земли и устраняя те проблемы, которые были созданы за последние десятилетия. Мы сегодня тоже об этом говорили, в каждой стране есть свои сложности, но нужно этим заниматься, заниматься последовательно, создавая новые очистные мощности, современные природосберегающие технологии. Ну и, конечно, это гуманитарные проекты, которых тоже немало и которые приносят пользу нашим странам. Поэтому сейчас обо всех этих задачах мы и будем говорить с моим коллегой. Ещё и подпишем пару документов важных.

Корреспондент: Дмитрий Анатольевич, спасибо Вам за беседу. Было очень приятно.

Д.Медведев: А вам спасибо за прекрасный русский язык.

Норвегия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 4 июня 2013 > № 870766 Дмитрий Медведев


Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 31 мая 2013 > № 870795 Дмитрий Медведев

Дмитрий Медведев принял участие в пленарном заседании Форума деловых людей государств-участников Единого экономического пространства «Евразийский экономический союз: ожидания бизнеса»

Выступление Д.Медведева:

Добрый день, коллеги! По традиции, которая здесь сложилась, раз задаётся вопрос, нужно давать ответ. Способы заключаются в том, чтобы реализовать всё то громадьё планов, которое мы с вами наметили. Я здесь сидел, слушал выступления своих коллег, выступление Виктора Борисовича (В.Христенко – председатель Коллегии Евразийской экономической комиссии) как руководителя нашего наднационального органа и пришёл к выводу, что мы уже за эти несколько лет много чего наворотили, создали абсолютно беспрецедентный механизм, который в чём-то работает очень неплохо, а в чём-то не работает вообще. Но когда мы этот процесс начинали (это было в 1990-е годы) и когда мы его интенсифицировали (а в этом уже я принимал участие) и подписывали базовые документы, мы понимали, что просто не будет. У меня здесь масса разных доказательств того, что мы эти годы потратили недаром – и про рост наших экономик, и про, естественно, рост взаимной торговли, другие экономические показатели приведены, о которых коллеги мои говорили. Я это всё повторять не буду, потому что всё это было и всё это в принципе остаётся, несмотря на замедление роста темпов мировой экономики, рецессию в целом ряде стран, которая, безусловно, отражается и на ситуации в наших государствах, о чём тоже мои товарищи говорили.

Но что я хотел бы сказать? Очевидно, что мы пока ещё не сделали всего того, что сделать было бы нужно. Да, мы создали базу работы нашего Единого экономического пространства, создали Таможенный союз, двигаемся в сторону Евразийского экономического союза, и я уверен, что мы его создадим. Но предстоит ещё очень много многотрудной, сложной бюрократической и корпоративной работы, которой занимаются не только члены Правительства, не только президенты и премьеры, но и которой занимаетесь вы – представители бизнеса. От степени вашего взаимопонимания в конечном счёте и будет зависеть успех нашего дела.

Когда создавался Европейский союз (кстати, создавался он гораздо дольше, чем наш, но там и сложности, наверное, были другие), – очевидно, что он заработал во всю мощь, даже несмотря на нынешнюю ситуацию, только тогда, когда притёрлись экономики, когда компании стали действовать по единым правилам. Вот на это, мне кажется, нужно обратить самое пристальное внимание.

И ещё. Владимир Викторович (В.Басько – генеральный директор Научно-технологической ассоциации «Инфопарк») абсолютно правильно сказал в отношении конкурентоспособности наших товаров и услуг. Уважаемые друзья! Конечно, правительства должны работать день и ночь на интеграцию, парламенты должны помогать, должны приниматься политические решения на уровне президентов. Но очень важно, чтобы и вы работали, работали так, чтобы создавались новые, конкурентоспособные продукты, конкурентоспособные не только в масштабах нашего союза, пока на троих. Надо издержки снижать, надо заниматься полноценным, современным корпоративным управлением – только в этом случае мы будем конкурентоспособны. Вот Серика Ныгметовича (С.Ахметов – Премьер-министр Республики Казахстан) спрашивали в отношении равного доступа компаний к закупкам. Я, во-первых, полностью согласен с тем, что вы сказали, во-вторых, хотел бы отметить ещё раз: всё это зависит от нашей воли, наших установок, и такая воля сейчас есть, хотя это непросто. Конечно, всегда будут сверхчувствительные сферы, например выпуск отдельных видов вооружений, ещё что-то такое, что для каждой национальной экономики является сверхдорогим, сверхчувствительным, сверхважным. Но по всем остальным вопросам всё должно быть свободно, и это как раз и есть вопрос политических решений.

Я, очевидно, не скажу ничего нового, если отмечу, что Таможенный союз и наше единое евразийское пространство создаёт для бизнес-сообщества и новые конкретные выгоды, и преимущества, но ими нужно успеть воспользоваться, и уметь ими пользоваться. И в этом смысле, действительно, и проблема либерализации торговых режимов с третьими странами, и целый ряд других вопросов, который лежит в сфере действия нашей комиссии, подлежит специальному рассмотрению, подлежит рассмотрению с вашим участием, потому как иначе у нас ничего путного не получится.

Во-вторых, очень важно улучшать общие условия предпринимательской деятельности, причём речь идёт о всех трёх действующих пока странах – речь идёт и о Белоруссии, и о Казахстане, и о России. Здесь упоминался известный рейтинг Doing Business, в этом смысле, кстати, в нашей стране всё выглядит хуже, чем у наших партнёров, поэтому мы должны начинать с себя. Не призывать кого-то другого сделать за нас нашу работу, а действовать жёстко, добиваться результатов по улучшению инвестиционного климата в своих странах. Тогда это будет иметь отражённый эффект и на наш общий рынок. Не должно быть ситуации, когда кто-то из нас будет тянуть нас назад. Мы должны помогать друг другу, будь то большая Россия или наши партнёры. Очень важна производственная кооперация, мы сегодня тоже об этом говорили, Михаил Владимирович (М.Мясникович – Премьер-министр Белоруссии) об этом в своём выступлении сказал. Мы хотим этого, мы к этому готовы, готовы двигаться в этом направлении столь далеко и глубоко, насколько к этому будут готовы наши партнёры, в том числе и в Беларуси.

В общем, нам нужно конвертировать все наши благоприятные возможности в реальное конкурентное преимущество. Бизнес очень чувствителен к тем решениям, которые мы принимаем, тем механизмам, которые действуют. Здесь коллеги выступали, все говорили про Таможенный кодекс Таможенного союза, про максимальное упрощение процедур на границе. Алексей Александрович Мордашов (генеральный директор ОАО «Северсталь»)выступал на эту тему – по вопросам определения таможенной стоимости, унификации различных процедур, квалификации товаров, регламентов, электронных технологий. Безусловно, тот документ, который действует, – это документ, который был, скажем откровенно, создан в очень короткое время. Если хотите, мы на собственном опыте, методом проб и ошибок, вынуждены убеждаться, что там работает, а что нет. Но другое невозможно себе было представить, иначе бы мы создавали Таможенный союз на протяжении ещё 20 лет, и тогда бы эта идея точно умерла, поэтому Таможенный кодекс подлежит безусловному изменению, созданию новой версии его. Этим занимается наша Евразийская экономическая комиссия. Я думаю, что создать дополнительный механизм, рабочую группу создать с участием бизнеса под эгидой нашей Евразийской комиссии – было бы абсолютно правильно. Давайте предложим такой вариант работы.

Николай Иванович Боровой (Н.Боровой – председатель Ассоциации международных автомобильных перевозчиков «БАМАП»), как уже здесь говорили, выступал по поводу транспорта. Безусловно, это тоже наше конкурентное преимущество, потому что мы, создавая наш общий рынок, должны давать все для этого возможности для развития транспорта, а с другой стороны – пользоваться преимуществами соответствующих путей сообщения и транспортных средств. Здесь колоссальный транзитный потенциал, мы его не используем, это справедливо, – это касается всех видов транспортных услуг, и это ещё очень большая задача на будущее.

Владимир Яковлевич Дворецкий (В.Дворецкий – председатель ОЮЛ «Республиканский союз промышленников вторичной металлургии») говорил о наднациональных органах, тоже о совершенствовании таможенного законодательства, проблемах, платежах третьим лицам и третьими лицами, произвольной классификации товаров, невозможности эффективно осуществлять процедуры по декларированию – всё это есть. И крайне важно, чтобы мы по этим вопросам работали синхронно. Знаете, я как Председатель Правительства и в своём прежнем качестве неоднократно натыкался на позицию наших ведомств. Уверен, что она такая же и в Казахстане, и в Белоруссии. Приходят и говорят: «Знаете, у нас-то всё нормально, но у наших соседей полный бардак. И если они со своей проблемой не справятся, мы умываем руки». Я уверен, что во всех трёх случаях это лукавая позиция, потому что проблем у всех хватает. Конечно, нужно начинать с себя и создавать такие условия, когда наши ведомства будут договариваться, а не кивать друг на друга. В противном случае никакого нормального не только Евразийского союза, но и Таможенного союза не будет, если ведомства не научатся договариваться. В принципе они большой путь прошли, и уже сегодня механизмы синхронизации действуют, но это ещё тем не менее большая задача.

Наша новая интеграционная структура потребует отказа от сохраняющихся барьеров, только что президенты это обсуждали. Уважаемые коллеги, это очень трудно, очень трудно. Но если мы хотим интеграции, нам придётся это сделать, даже несмотря на те потери, которые понесут экономики наших стран. И это мы все должны понимать, это должна быть абсолютно ясная позиция. Хотел бы вас заверить, что в России это понимают и готовы понести эти издержки, понимая, что конечный, совокупный результат будет ещё лучше.

И, пожалуй, ещё одна тема. Уважаемые коллеги, мы действительно являемся свидетелями очень важных интеграционных процессов, именно поэтому они вызывают колоссальный интерес со стороны зарубежных партнёров, которые имеют и свои ожидания, какую-то ревность испытывают. Но самое главное внимание уделяется этим процессам в наших странах, поэтому создание правильных условий для развития нашего партнёрства – наша задача.

Только что мы стали свидетелями подписания меморандума с Украиной (впереди, по всей вероятности, подписание подобных же меморандумов с другими странами) – это первый шаг, важный шаг, нужный шаг, и мы ему очень рады, но он может стать и последним шагом, если ничего больше не сделать. Мы искренне приветствуем его, но понимаем, что если наши партнёры действительно хотят участвовать в нашем создаваемом интеграционном объединении, в нашем Евразийском экономическом союзе, то они должны принять и целый ряд весьма сложных, подчас непопулярных решений, причём все необходимые решения, а не только их часть. И, конечно, не принимать на себя обязательства, которые исключают участие в Евразийском экономическом пространстве и союзе. Это, я думаю, должно быть всем ясно как божий день. Если этого не произойдёт, мы, конечно, будем дружить дальше, будем развивать наши двусторонние отношения, но это уже не общий рынок. Мы надеемся на то, что стратегические решения по этому поводу будут приняты.

Уважаемые друзья! Я очень рассчитываю на то, что подобные мероприятия (такое мероприятие было в Петербурге, сейчас проходит в Минске) будут продолжаться, будут свидетельствами нашей все более тесной интеграции. Позвольте пожелать вам успехов в бизнесе в наше весьма непростое время. Ну а правительства будут работать на конечный результат, на интеграцию наших экономик, на дружбу между нашими народами и на успех бизнеса в наших странах!

Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 31 мая 2013 > № 870795 Дмитрий Медведев


Белоруссия. Армения. Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 31 мая 2013 > № 870768 Дмитрий Медведев

На полях заседания Совета глав правительств государств – участников СНГ Дмитрий Медведев провёл ряд двусторонних встреч

Дмитрий Медведев встретился с Президентом Белоруссии Александром Лукашенко.

* * *

Встреча с Премьер-министром Республики Казахстан Сериком Ахметовым

Стенограмма начала встречи:

Д.Медведев: Серик Ныгметович, мы с Вами имеем возможность поговорить о текущих российско-казахстанских делах. Я рад этой возможности.

С.Ахметов: Спасибо.

Д.Медведев: Только что была встреча президентов, мы с вами регулярно встречаемся (контакты, в общем, идут на всех уровнях), созваниваемся. Текущие проблемы всегда есть, которые можно обсудить, но в целом у нас устойчивое сотрудничество, и я очень надеюсь на то, что так будет продолжаться и дальше – и в рамках наших двусторонних форматов, и, конечно, в системе Евразийского экономического пространства и будущего союза. Поэтому, давайте обо всём…

С.Ахметов: Дмитрий Анатольевич, во-первых, я хотел передать привет от нашего Президента – Нурсултана Абишевича Назарбаеваева с пожеланием успехов.

Д.Медведев: Спасибо большое!

С.Ахметов: И хотел бы пригласить в Астану с официальным визитом в любое удобное для Вас время. Мы могли бы совместить с возможным…

Д.Медведев: Приятное с полезным.

С.Ахметов: Да,приятное с полезным. А так у нас в Астане, Вы уже знаете… Владимир Владимирович, Вы мне сказали, с Вами разговаривал… Была достаточно конкретная, напряжённая работа глав государств, потом присоединились президенты Украины и Кыргыстана, и достаточно предметная, плодотворная работа была.

Д.Медведев: Сегодня Александр Григорьевич (А.Лукашенко) тоже рассказал об этом – как спорили.

С.Ахметов: Поэтому в наших двусторонних отношениях очень много, я считаю, продвигается. За I квартал 2013 года пусть небольшой (даже в этих условиях) рост товарооборота – 0,5% (я статистику смотрел), но тем не менее в этих условиях…

Д.Медведев: В этих условиях это хорошо, потому что у нас с другими партнёрами, если говорить откровенно, за первые три месяца – падение.

С.Ахметов: У нас тоже. Динамика сейчас немного улучшается. Я думаю, что мы должны в этом году достичь минимум того, что было в 2012 году.

Со мной приехала делегация, которая, во-первых, участвует в этих мероприятиях…

Д.Медведев: Немаленькая делегация у вас...

<…>

* * *

Встреча с Премьер-министром Республики Армения Тиграном Саркисяном

Стенограмма начала встречи:

Д.Медведев: Я рад возможности пообщаться, Тигран Суренович, рад Вас видеть. И конечно, давайте обсудим, как дела обстоят по всем направлениям. У нас встреча в формате СНГ. Мы ещё обсуждали и Таможенный союз, и вообще интеграционные процессы. Армения, в общем, хочет в этом участвовать. Нам тоже представляется это важным, нужно найти только подобающий формат соответствующего сотрудничества. И по двусторонним торгово-экономическим отношениям я тоже предлагаю поговорить.

Т.Саркисян: Спасибо большое, Дмитрий Анатольевич, за эту возможность обсудить вопросы, которые в повестке дня российско-армянских отношений, а также в рамках СНГ. Наша позиция чёткая, здесь никаких сомнений нет, и наши президенты тоже обговорили эту тематику. Сейчас уже на техническом уровне надо всё решать, какими темпами, какими шагами идти вперёд. Я только что с Христенко (В.Христенко – председатель Коллегии Евразийской экономической комиссии) встречался, мы с ним обсудили и вопрос относительно меморандума, что нам надо срочно тоже подготовить этот меморандум, согласовать с президентами и подписывать.

И конечно, работа, которую мы провели после нашей последней встречи, – с Министерством экономического развития были очень интересные и важные переговоры для нас. Мы подписали два протокола, определили круг вопросов, перечень, как мы будем продвигаться вперёд. И мы благодарны за эту работу.

Мы встречались с Кириенко (С.Кириенко – руководитель государственной корпорации «Росатом»). Тоже полное понимание есть относительно финансирования строительства нового блока атомной электростанции. И то, о чём мы с Вами договорились: после нашего телефонного разговора о том, что нам надо выходить на финансовые рынки, чтобы мы могли доставать ресурсы для станции, – мы это тоже с Кириенко обсудили. И мы в принципе идём вперёд. Договорённость следующая: на первом этапе мы будем думать о необходимости продлить сроки действия атомной станции, на втором этапе – строительство нового блока. И с этой точки зрения мы с Минфином тоже проработали этот вопрос.

Белоруссия. Армения. Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 31 мая 2013 > № 870768 Дмитрий Медведев


Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 22 мая 2013 > № 870799 Дмитрий Медведев

Дмитрий Медведев дал интервью газете «Комсомольская правда»

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, каковы для Вас главные итоги этого года? Что было самым важным, а заодно самым трудным, может быть, неожиданным и интересным?

Д.Медведев: Первое ощущение – Председателем Правительства работать не легче, чем Президентом. Правительство – это такая машина, которая крутится 24 часа: гигантское количество нормативной документации, которую оно обрабатывает и выпускает, оперативное управление экономикой, ежедневные проблемы страны. Это естественно, так работают Правительства во всех странах. Но это, наверное, первое эмоциональное наблюдение. Что касается года, то он, конечно, был совсем не простым. Не скрою, общая экономическая ситуация заставила принимать те решения, которые, может быть, в иной ситуации я предпочел бы не принимать.

Сейчас довольно активно обсуждается так называемое бюджетное правило – принесло ли оно пользу или же сковало экономику. Это правило обеспечивает выполнение социальных обязательств независимо от колебаний цен на нефть и газ. Уверен, что это правильное решение, но оно было принято в том числе потому, что нет уверенности в перспективах развития мировой экономики. Решение по бюджетному правилу было сложным, но важным. Оно позволяет нам жить исходя из реальных возможностей, а не так, как многие любят, – прожигая государственные средства.

Что касается общеэкономической ситуации в целом, я бы не хотел нагонять страстей. Все более-менее приемлемо. Другое дело, что нам нужно несколько другое качество роста. В прошлом году он был приблизительно 3,4%. Наверное, это не очень много, но в то же время всё-таки гораздо лучше, чем рост в Европе. Там даже не рост, а рецессия. У нас хорошие показатели по госдолгу. Ведь все должны жить по средствам. У нас долг по отношению к ВВП всего 10%. Большинство самых развитых стран – и Америка, и Британия, и Италия – имеют соотношение долга к ВВП практически 100%, а в Японии даже больше.

У нас весьма приличные показатели по безработице. Если в 2011 году безработица была выше 6%, то прошлый год мы закончили с показателем 5,5% – это ниже любого государства Европы и многих других стран мира, а это очень важно, от этого зависит социальное самочувствие людей. Я помню настроения людей, когда в 2008–2009 годах у нас резко стала расти безработица: они не были праздничными. И очень хорошо, что мы тогда смогли с этой безработицей справиться, задушили эту отрицательную тенденцию и создали много новых рабочих мест. Поэтому, если говорить о макроэкономических показателях, то они в целом приемлемые. Не могу сказать, что они меня очень радуют, потому что для развития нам нужны другие показатели, не менее 4–5% роста в год.

На одном из последних заседаний Правительства мы рассматривали три сценария развития российской экономики на перспективу 2014–2016 годов. Консервативный, когда мы растём приблизительно так же, как сейчас. Есть вариант умеренно оптимистичный – 4–5% в год, что позволяет нам решать важнейшие задачи, его мы и приняли за основной. И есть вариант прогрессивный, радикальный с темпами роста до 7% в год. Не уверен, что он имеет сейчас шансы на реализацию.

Вопрос: То есть вариант нулевого роста вы даже не рассматриваете?

Д.Медведев: Нет.

Вопрос: А критики Правительства говорят, что нам угрожает спад.

Д.Медведев: Бесконечного роста не бывает, рано или поздно возникает спад. Вопрос в том, к чему этот спад ведёт. Нельзя допустить не технической, а настоящей рецессии. Вот с этим Правительство будет бороться, и я думаю, что у нас есть все шансы этого не допустить. Притом что мировая экономика стоит на грани рецессии, нам нужно таким образом разогреть внутренний спрос, чтобы мы смогли справляться с неприятными тенденциями.

Вспомните, что происходило буквально три-четыре года назад. Наши нефть, газ, другие сырьевые товары, металлы упали в цене, и, естественно, поступление валютной выручки, за счёт которой мы в значительной мере формируем бюджет, снизилось. То же самое произошло с Бразилией, отчасти Китаем, хотя у них темпы роста были выше. А вот в Индии этого не произошло, потому что у них очень хорошо развит внутренний спрос. В то же время нельзя перегревать экономику, как это сделали американцы накануне кризиса, когда любой желающий мог получить ипотеку за полпроцента, и потом все лопнуло, как большой мыльный пузырь.

Вопрос: Мы много лет говорим о создании внутреннего спроса, но по-прежнему сидим на нефтяной игле.

Д.Медведев: Сидим, но давайте вспомним, сколько лет мы на неё подсаживались. Это как привычка к разным пагубным вещам. Она возникла не за один год, мы целенаправленно раздували свой углеводородный сектор. И, кстати, я не говорю, что это так плохо. За счёт этого в советский период мы смогли развить страну. Но нельзя жить только этим, мы обязаны поменять структуру нашей экономики. 1990-е годы не беру – это был бесконечный вялотекущий, а иногда и бурный кризис. За последние 13–14 лет мы просто не успели этого сделать. К тому же несколько последних лет было потрачено на выход из мирового кризиса, поэтому задача остается актуальной.

Вопрос: С начала года в России прекратили работу 400 тыс. индивидуальных предпринимателей. Почему рабочие места у нас увеличиваются в основном за счёт чиновников и проверяющих, которые только и думают, кого бы им ещё придушить?

Д.Медведев: Да, проверять мы умеем. Что касается ухода из бизнеса, я пока не вижу ничего фатального, люди сами для себя принимают решение, чем им заниматься. Конечно, если люди чувствуют, что у них нет перспектив, они будут уходить. Это создаёт необходимость корректировать и отдельные решения Правительства, и предлагать изменения в законы. Вы ведь имеете в виду ситуацию, которая сложилась с так называемым самозанятым населением? Люди начали считать, что для них выгоднее: сохраняться в качестве индивидуальных предпринимателей или работать по найму. Эти подходы могут быть скорректированы, в том числе и за счёт введения дифференцированной ставки страхового взноса, а также поддержки тех, чей доход не превышает 300 тыс. в год. Но главное – создавать условия, для того чтобы люди хотели быть в бизнесе. Нельзя ориентировать всю страну на переход в чиновники или в представители какого-то нового управленческого сословия, в сферу услуг, притом что в мире эти процессы идут. Объективности ради надо сказать, что в сфере государственных услуг трудится огромное количество людей и в других странах, но мы крайне заинтересованы в росте среднего класса, то есть малого и среднего бизнеса.

Вопрос: Мы можем говорить о каких-то конкретных мерах, которые были приняты за этот год, чтобы изменить настроения в обществе к лучшему?

Д.Медведев: Можем. Мы приняли 40 государственных программ, за ними содержательные решения и большие деньги. Конечно, нужно, чтобы они ещё были эффективно потрачены. Пример. Одна из программ касается поддержки научных кадров. Речь идёт о выделении в течение несколько лет сумм, измеряемых сотнями миллиардов рублей. Но это обычно людей не впечатляет. Говорят: ну вот, эти миллиарды опять неизвестно куда пойдут. Но важно, что мы разработали реальные инструменты поддержки людей, которые только окончили университет и выбрали для себя путь в науке. Предусмотрены очень приличные по размеру гранты, но ещё должно быть жильё. Нужна специальная социальная ипотека, чтобы университет или Академия наук планировали на это средства. То же самое касается инженерных кадров и стипендий от Президента и Правительства по различным инженерным специальностям, включая тех, кто занимается оборонкой.

Вопрос: Кстати, про оборонку. Не слишком ли много денег мы в неё всё-таки вкладываем?

Д.Медведев: Самое неприятное, что есть в работе Правительства, – это необходимость бесконечно делить деньги. Никогда не бывает ситуации, когда все всем довольны, и денег не бывает столько, чтобы все задачи решить. Мы недофинансировали государственный оборонный заказ и в 1990-е годы, и в нулевые, и только буквально в последние пять-семь лет на это появились средства. Да, деньги большие. Надо смотреть, чтобы их не растаскивали, чтобы они тратились на современные виды вооружений. При этом, во-первых, мы поддерживаем огромные коллективы, которые занимаются выпуском оборонной техники. И, во-вторых, эти инженерные решения потом используются для создания гражданских образцов техники, поэтому я считаю правильным, что мы на это тратим значительные средства. Но, конечно, определённый бюджетный маневр мы всё равно будем проводить, и то, что сейчас нельзя немедленно выпустить, мы можем сдвинуть на другой период или кредитные схемы использовать. Но ещё раз говорю: это очень важное направление реанимации российской промышленности.

Реплика: Людям важно услышать, что создаются рабочие места, кроме всего прочего.

Д.Медведев: И сохраняем, и создаём новые.

Вопрос: Нет ли при этом угрозы социальным программам? То есть знаменитое «пушки вместо масла».

Д.Медведев: Этого нет и не будет. Несмотря на то, что мы вынуждены ограничивать себя в условиях мирового экономического спада, ни одна социальная программа не свёрнута, ни одно социальное обязательство не остаётся неисполненным. Финансирование идёт в полном объёме. Это стратегический курс государства, курс Президента, курс Правительства. Так и останется!

Вопрос: Но ведь кому-то всё же придётся затянуть пояса?

Д.Медведев: Мы уже вводим режим экономии. Принято решение, что каждое ведомство должно отказаться от 5% поставок для государственных нужд или выполнения государственных услуг. В масштабах страны это миллиарды рублей. Это один из элементов жёсткой экономии. Я напомню, что ещё в 2010 году мною был подписан указ Президента о сокращении количества должностей в правительственном блоке на 20%. С известными оговорками это решение исполнено, хотя сокращаться всегда очень сложно. И я, и Владимир Владимирович получаем большое количество обращений с обоснованием того, что сократиться нельзя, иначе рухнет мир. Иногда мы это поддерживаем, а иногда всё-таки говорим: нет, ребята, надо сокращаться. Ну и целый ряд других решений, направленных на то, чтобы наша государственная служба не превышала необходимого размера. За последние годы количество госслужащих росло, это правда. Несмотря на сокращения, есть ещё чем заниматься, и не только на федеральном, но и на региональном уровне.

Вопрос: Когда Правительство наконец разберётся с реформой пенсионной системы?

Д.Медведев: Мы долго создавали действующую пенсионную модель. Она работает, но она не идеальная. Уравниловки многовато, и люди не до конца понимают, что и как происходит. И, конечно, все хотят, чтобы пенсии были больше, и коэффициент замещения (то есть то, что ты получишь после перехода на пенсию по отношению к той зарплате, которую ты получал) был максимально высоким. Стремиться нужно к тому, чтобы коэффициент был, как во многих странах, не менее 40%. Что же касается текущей ситуации, мы приняли законы, которые формируют контуры новой пенсионной системы. В настоящий момент идёт обсуждение пенсионной формулы, для того чтобы она была понятна людям. Мы даже решили сделать такую модельку, пенсионный калькулятор, чтобы можно было в интернете или в Пенсионном фонде вбить туда свою зарплату и получить сумму пенсии, которую человек будет иметь по формуле. Тогда пенсионная система будет понятна и прозрачна. Но нам нужно, чтобы в её формировании участвовали все. С чем, например, связана проблема с малым бизнесом и самозанятым населением? Зачастую они практически не участвовали в формировании своей пенсии, а это не очень правильно. Они же не сверхбогатые люди, которые могут не думать о своей пенсии. Сейчас мы предложили людям сделать выбор, как будут делиться деньги, которые в последнее время шли на формирование накопительной системы. Появится возможность, чтобы часть денег шла в солидарную часть пенсии, а часть – в накопительную, но люди должны сами решить, интересно им это или не интересно.

Вопрос: Получается, вначале людей заставили поверить в одну пенсионную систему, а теперь её решили сломать и хотят заставить поверить в другую?

Д.Медведев: Мы её не ломаем. Общий смысл изменений заключается в том, что никто ничего не теряет. Выбор сохраняется. Скорее, это расширение возможностей по использованию своих пенсионных накоплений, а не какая-то модель, когда говорят: знаешь, вот у тебя было так, а теперь, мы решили, будет совсем по-другому. Мне кажется, основное достоинство пенсионной модели, которую мы предложили, в том, чтобы у людей было право выбора – или так, или иначе.

Вопрос: Есть три вопроса, касающиеся работы Правительства, которые вызывают в народе резонанс. Зимнее время – это просто хит. Второй – миграция. Третий – промилле. Какие новости нас тут ждут?

Д.Медведев: Если бы все наши проблемы сводились к этим хитовым вопросам, думаю, мы бы жили в очень счастливое время и в сверхкомфортных условиях. Основные-то проблемы другие. По зимнему времени все исследования, которые проводились, показывают, что приблизительно 50% людей за то, чтобы жить в старой системе координат, 50% – в новой. Конечно, есть и плюсы, и минусы. Когда-то я давал поручение предыдущему составу Правительства принять соответствующее решение. Оно было принято, и сейчас Правительство не видит смысла его пересматривать, потому что количество людей, которые будут недовольны, окажется приблизительно таким же. Но я не считаю, что этот вопрос вообще раз и навсегда закрыт. На протяжении ХХ столетия мы же многократно всё с часовыми поясами меняли. Но бесконечно тасовать нельзя. Тем более, ещё раз говорю, как только мы это сделаем, другая половина жителей скажет: зачем поменяли?

Вопрос: А промилле?

Д.Медведев: Эта тема очень серьёзная. У нас чудовищная ситуация с травматизмом и гибелью людей на дорогах, и в значительной степени это связано с употреблением алкоголя за рулём. Я бы хотел напомнить тем, кто подзабыл, что в советские времена никаких промилле не было, никто даже не ставил вопрос ни о точности приборов, ни о том, что, мол, мы хотим бокал-другой пропустить, а потом за руль сесть. Норма в Правилах дорожного движения о допустимости 0,3 промилле в отношении водителей появилась буквально несколько лет назад, а потом была отменена. Я свою позицию не изменил: она заключается в том, что за рулем пить нельзя, особенно в условиях специфических привычек, присущих значительной части наших людей. Если нарисовано какое-то промилле, человек это воспринимает как команду «можно выпить», а выпить у нас умеют. Чуть-чуть для начала, но многие на достигнутом не останавливаются, поэтому нам пока рано переходить к той системе, которая есть в других странах. Я не знаю, может быть, через много лет мы и будем такими же законопослушными. Хотя далеко не все страны разрешают выпивать за рулём так, как это, например, делается в США – у них 0,8 промилле. Но с чем я не могу не согласиться: измерительных приборов стало больше, какие-то из них более чувствительные, и, видимо, возможны манипуляции, поборы, в том числе и со стороны сотрудников правоохранительных структур. Никто не без греха, что называется, поэтому в законе должна быть позиция, связанная с отклонением точности приборов, чтобы из-за этого фактора люди не понесли ответственности.

Вопрос: То есть кефир можно пить?

Д.Медведев: Да кефир ничего не даёт! Это всё страшилки, которые распространяют разные люди, в том числе и лоббирующие интересы производителей алкоголя. Мои коллеги, не буду их называть, проводили над собой страшный эксперимент. Они пили кефир, пили лекарства, пили квас и дышали в алкотестеры. Жуть! Говорят, даже квас, который на самом деле содержит некоторое количество алкогольной субстанции, практически через полчаса после употребления не даёт никаких отклонений приборов, кефир и лекарства не дают вообще. Но чтобы исключить саму эту возможность, я, выступая в Государственной Думе, сказал: хорошо, давайте поговорим с учёными и выработаем максимальное отклонение приборов, которое не будет основанием для наказания. Всё остальное, мне кажется, от лукавого и просто основано на желании устранить ответственность за управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения.

Реплика: И, наконец, миграция...

Д.Медведев: Эта тема не является ни позитивной, ни негативной, это просто наша жизнь. Во-первых, мы живём в условиях открытой страны, когда люди приезжают-уезжают. Во-вторых, мы живём в условиях сложной демографии, когда нам нужны дополнительные рабочие руки. Вряд ли Россия в ближайшие годы и десятилетия сможет полностью отказаться от услуг приезжих, потому что сами мы уже не хотим работать, например, дворниками (я, кстати, подметал улицы, будучи студентом). Это неквалифицированная работа, не очень хорошо оплачиваемая. Но нужно, чтобы все, кто приезжает, соблюдали наши правила, наши законы, традиции, чтобы они владели русским языком – тогда будет спокойная ситуация. Нужно сделать процесс контроля над миграцией управляемым. Я недавно был в службе по миграционной политике в Нижнем Новгороде (там в режиме реального времени отслеживается число приезжих) и был удивлён, какое количество людей приезжает к нам работать из развитых государств – сотни тысяч человек из Германии, Нидерландов, Британии. Не туристов, не в Эрмитаж. Это те, кто приехал по рабочим визам. Это означает, что наша страна привлекательна для людей, которые получают неплохой заработок у себя дома. Огромное количество приезжает с Украины, Белоруссии, их число в отдельные дни измеряется миллионами. Ну и, конечно, из государств Центральной Азии, больше всего из Узбекистана и Таджикистана. Но самое главное – создать систему, которая позволит контролировать эти процессы. На это и направлены последние решения, в том числе связанные с необходимостью пользоваться международными заграничными паспортами, а не ездить по каким-то справкам и левым документам. Мы должны понимать, кто к нам приезжает – это проблема санитарно-эпидемиологическая, экономическая, это проблема безопасности. Так и будем этим заниматься.

Вопрос: Россия размещает средства своих суверенных фондов за границей под 1,5%, при этом займы за рубежом нам в среднем обходятся под 6,6%, а внутри страны – минимум под 14%. Почему мы кормим не свою экономику, а чужие?

Д.Медведев: Такая вроде бы нехитрая арифметика даже специалистов приводит к выводу, что мы на этом теряем большие деньги.

Реплика: Их даже посчитали – 35 млрд долларов убытков в год!

Д.Медведев: Да, их считают, а потом говорят, что мы кормим иностранные экономики. Это, конечно, совсем не так. Во-первых, мы тратим свои деньги, размещая их в иностранных долговых инструментах, потому что так поступает весь мир. Россия, Норвегия, некоторые арабские страны размещают деньги суверенных фондов в заграничные активы, чтобы снизить свои страновые риски. Наша страна очень сильно зависит от нефти и газа, поэтому мы стараемся класть деньги в высоконадёжные инструменты, которые хорошо защищены и не подвержены большим рискам колебаний. Конечно, могут произойти самые разные и весьма сложные события. И резервные валюты могут сдуться. Проблемы были у доллара. Сейчас он чувствует себя достаточно прилично. Теперь проблемы у евро. Но это не значит, что мы не должны хранить резервы в самых пока надёжных иностранных валютах.

Второе. Когда ведут такие подсчёты, забывают о том, что кредиты, которые наши компании получают на Западе под больший процент, и деньги, которые мы размещаем там под меньший процент, не носят абсолютно встречного характера. Обычно мы размещаем в долговых бумагах деньги на более короткий срок, а, например, кредиты получаем на более длительный срок, поэтому считать проценты, как вы сказали, один против шести – это неправильный экономический счёт.

Реплика: Мы не строим скоростные магистрали, не строим дороги, не развиваем Дальний Восток – оттуда все уезжают, а наши денежки лежат в кубышке.

Д.Медведев: Мы строим дороги, и с каждым годом всё больше и больше. Но мы не должны забывать, что живём в самой крупной стране в мире. Одно дело – покрыть сетью дорог, например, Голландию, а другое дело – Россию. У нас реально гораздо более сложные задачи, это, я надеюсь, все понимают. Мы строим много. Достаточно посмотреть на то, что происходило на Дальнем Востоке, на то, что происходит в Сочи и вокруг Москвы, где мы решаем очень сложные транспортные задачи. Но мы не должны все деньги, которые зарабатываем, переводить, например, в дороги. Нужно соблюдать макроэкономические пропорции. Мы не должны просто накачивать экономику деньгами. Давайте вспомним начало 1990-х годов, когда наша инфляция была 1500%. А сейчас инфляция составляет 6,5%. В этом году, надеюсь, будет ниже 6%. Мы защищаем накопления наших людей, а если мы сейчас возьмём и бухнем все деньги во внутренние проекты, то раскочегарим инфляцию, и она будет не 6%, а 10–15%. И наши же люди придут и скажут: «Слушайте, а что вы не защищаете наши накопления? Почему они каждый год так уменьшаются?» – и будут правы. У нас есть ещё более амбициозная цель – мы должны инфляцию задавить, вывести на уровень европейских государств, чтобы она стала 2–3 %. Тогда и ипотека будет других денег стоить, поэтому тот, кто говорит, что мы свои деньги размещаем задешево, а чужие получаем задорого, рассуждает непрофессионально.

Реплика: Вы говорите об удешевлении ипотеки, а у нас даже предприятия получают кредиты минимум под 12–14% годовых.

Д.Медведев: Это признак несовершенства работы нашей финансовой системы. Мы добились ситуации, когда инфляция у нас около 6%, а банки закладывают такую плату за риск, которая выводит кредитную ставку на уровень в 2 раза больший, чем инфляция, и существенно более высокий, чем ставка рефинансирования Центрального банка. И вот это уже неправильно. Об этом несколько раз в последний месяц был разговор. Мы, конечно, не можем банкам просто приказывать…

Вопрос: А если всё-таки банкирам позвонить и, так скажем, уговорить?

Д.Медведев: Это не рыночный метод, но всё-таки немножко погрозить им нужно. Мы сказали им: знаете, вы давайте соразмеряйте плату за риск с реальным состоянием экономики, а мы будет совершенствовать условия работы банков. Как меня информируют, банковское сообщество определённые сигналы услышало, тем более что у нас значительная часть банков государственная. Наверное, нам в будущем нужно будет более активно развивать частные банки, но сейчас значительная часть денег у нас, как известно, находится в Сбербанке, в ВТБ, в нашем институте развития – Внешэкономбанке. С руководством этих банков мы, конечно, разговаривали. Надеюсь, нам удастся улучшить условия кредитования на территории России. Это одна из амбициозных задач, которую предстоит решать новому руководству Центрального банка. Вперёд!

Вопрос: К осени можно надеяться?

Д.Медведев: Цыплят по осени считают (смеётся).

Реплика: Сегодня это ведь, по сути, запретительные ставки.

Д.Медведев: Очень большие, я согласен. Помню рассуждения на тему того, что как только у нас инфляция будет низкая, то плата за кредит, ипотека также будут низкие. У нас сейчас инфляция низкая (для России, конечно), а кредитные ставки достаточно высокие.

Вопрос: Ещё один парадокс: уже несколько лет доллар и евро практически не меняются в цене. Зачем мы держим искусственно сильный рубль? Ведь это бьет по отечественному производителю.

Д.Медведев: Не скрою, недавно в непубличной части заседания Правительства у нас шёл серьёзный разговор на эту тему. Позиции расходятся. Например, Центральный банк считает, что у нас нет избыточного укрепления рубля, другие ведомства – что рубль укрепляется слишком сильно. Мы сейчас с вами рассуждаем как макроэкономисты, но если бы мы начали рассуждать так, как рассуждает огромное число наших людей, то пришли бы к другому выводу: хорошо, что рубль такой крепкий. Помните, что у нас происходило в 2009 году, когда рубль ослаб? Люди заволновались, потому что одно дело, когда доллар, все знают, стоит около 25–30 рублей, а другое дело, когда он уже 35–37. Люди тогда не понимают, что происходит, не верят в национальную валюту и начнут избавляться от рублей, а это для нашей экономики тоже плохо. Тенденции на укрепление национальной валюты и на её мягкое ослабление всегда будут бороться, и это задача управления в текущей ситуации. Что выгоднее – поддержать экспортёров или импортёров? Что выгоднее – не допускать вообще никакой девальвации или немножко ослабить рубль?

Вопрос: Эксперты пугают россиян новым кризисом. Пора ли уже запасать тушёнку, гречку и спички?

Д.Медведев: С учётом того, что читателями вашей газеты являются очень разные люди с очень разными представлениями (это хорошо, значит, издание популярное), я должен ответить простыми словами. Кризиса в том смысле, который был в 2008–2009 годах, я уверен, нам удастся избежать. Никакую тушёнку, мыло и спички с солью запасать не надо! Но то, что мы находимся в условиях очень сложной международной экономической ситуации, никаких сомнений не вызывает. Не помогает нам и то, что у нас действительно тяжёлая структура российской экономики, которая нам досталась ещё с советских времен, поэтому будем справляться с этими вызовами, будем уходить от неприятных последствий, которые связаны с замедлением развития экономики. А людям нужно спокойно смотреть в будущее. Все социальные программы, все пенсионные накопления находятся под защитой закона и, на мой взгляд, управляются в достаточной мере эффективно.

Вопрос: Перед вступлением России в ВТО тоже было много страшилок, обещали экономический конец света. Какие результаты Вы сейчас видите как глава Правительства?

Д.Медведев: Во-первых, конца света не произошло. Ничего не развалилось, даже самые уязвимые отрасли, такие как сельское хозяйство, живут. И сейчас основной вызов для села – это не вступление в ВТО, а всё-таки виды на урожай, потому что аграрный бизнес очень сильно зависит от того, какие решения принимаются на небесах, от солнца и дождей. Тем не менее село должно получать более мощную государственную поддержку. Я имею в виду прежде всего производителей свинины и мяса птицы. Мы много денег и сил потратили на то, чтобы у нас была своя свинина и своя курица, и сейчас мы практически на 100% покрываем свои потребности. Нам не нужны больше ни «ножки Буша», ни, в ряде случаев, даже мясо, которое производится в других странах, хотя всегда важно поддерживать некоторый баланс, чтобы цена зависела не только от внутренних факторов. Но мы обязаны поддержать в первую очередь своих производителей, и поэтому мною было принято решение найти в бюджете дополнительные 42 млрд рублей, что совсем не просто, на поддержку селян. Есть проблемы и в некоторых других отраслях, но в целом никакой катастрофы не случилось.

Вопрос: Ну а плюсы мы хоть какие-то получили?

Д.Медведев: Плюсы ВТО на самом деле не в том, что это тарелка с голубой каёмочкой, на которой приносят вкусный кусок торта. Плюсы заключаются в том, что мы начали жить по общим правилам и наша продукция не сейчас, а, может быть, через год, два, три, пять лет будет отвечать основным критериям, которые существуют в странах – участницах ВТО, и мы сможем управлять себестоимостью этой продукции. Многие виды нашей продукции оказываются неконкурентоспособными именно из-за того, что мы наращиваем издержки, а мы должны научиться управлять ими так, чтобы наша продукция хорошо продавалась. Почему наши китайские друзья весь мир забросали своей продукцией? Потому что у них низкая себестоимость. И мы тоже должны предпринимать усилия, для того чтобы наша продукция могла продаваться. Мы можем делать очень многое и хорошего качества, но если это будет дороже не только китайского, но и европейского, вряд ли мы что-то продадим. ВТО – это свод правил. Как только мы погружаемся в них, мы становимся частью цивилизованной мировой торговли.

Реплика: Такое ощущение, что Правительство не подаёт достаточное количество сигналов экономике о том, что производительность труда – это сейчас самое главное для выживания.

Д.Медведев: Не могу с вами согласиться. Правительство подаёт эти сигналы.

Реплика: Это мнение высказал Михаил Прохоров.

Д.Медведев: Михаил Прохоров у нас представляет другую политическую силу. Вот когда он будет сидеть в этом кабинете, вы ему зададите такой же вопрос: а что же ты производительностью труда не занимаешься? Но пока у нас другая ситуация...

В целом проблема производительности труда действительно существует. За последние 10–12 лет мы смогли решить многие задачи, которые касаются большого количества людей. Мы увеличили зарплату и в бюджетной сфере, и на производстве, в коммерческом секторе. Но наша зарплата росла гораздо быстрее, чем производительность труда, и знаете, у меня нет к этому однозначного отношения. Многие коллеги-экономисты говорят: это неправильно, так нельзя, это противоречит экономическим законам. С этой точки зрения это, наверное, справедливо. Действительно, мы должны сейчас заниматься упреждающим ростом производительности труда. Но давайте вернёмся на землю: а какая зарплата-то была? Стыдно вспомнить. Я напоминаю тем, кто уже забыл. В 2000 году средняя зарплата по стране была 100 долларов, а сейчас в среднем она выше в 8–10 раз. Понятно, она отличается по регионам, но тем не менее. Я считаю, что задачей государства в последние 10–12 лет было вырваться из нищеты, чтобы наши люди стали получать бо?льшие деньги. Сейчас наши средние заработные платы абсолютно сопоставимы с заработной платой людей в странах Восточной Европы и уж точно куда выше, чем заработная плата на Украине, в Белоруссии, тем более в Средней Азии. Теперь нам нужно сконцентрироваться именно на производительности труда, но эта задача в полной мере не решается из этих кабинетов. Производительностью труда должны заниматься представители бизнеса, в том числе и упомянутый вами Прохоров, потому что, если человек занимается бизнесом, он должен прежде всего навести порядок у себя на производстве. Это задача для государственно-частного партнёрства в широком смысле этого слова.

Вопрос: Глава Совфеда Валентина Матвиенко предложила децентрализовать экономически страну, а то 10 % населения России скопилось в Москве. Как Вы к этому относитесь?

Д.Медведев: Идея правильная, и она, кстати, возникла не сегодня. В бытность Валентины Ивановны губернатором Петербурга часть крупных компаний переехала именно туда, то есть децентрализация хотя бы между двумя столицами произошла. В Петербург уехал орган власти – Конституционный суд, сейчас в стадии решения задача по переезду других судов. А вот офисы крупных компаний, конечно, желательно распределить по всем регионам. Если взять западные страны, ту же Германию, США, куда ни приедешь, в любом городе есть штаб-квартиры крупнейших компаний. Но для этого руководители регионов должны создавать нормальные условия, включая школы, университеты, театры и музеи, определённый уровень инвестиционной привлекательности.

Реплика: Так говорят, что денег нет, всё Москва забрала.

Д.Медведев: В Москве действительно самое большое количество финансов сконцентрировано, но сегодня ситуация уже не такая, как была в 1990-е годы. Всё-таки регионы тоже научились зарабатывать, и у нас есть примеры сверхуспешных регионов, причём далеко не все из них являются нефтегазоносными провинциями. Например, в Белгородской области отличные животноводческие комплексы.

Вопрос: Составляется ли уже какой-то список по переезду, например, госмонополий?

Д.Медведев: Частным структурам по понятным причинам приказывать мы не можем, а на государственные структуры влияние имеем. По госкомпаниям, по всей вероятности, можно было бы принимать директивы Правительства.

Вопрос: То есть это поддержано на самом верху?

Д.Медведев: Мне кажется, это правильная идея. И потом, это должно сопровождаться разумным перераспределением доходных источников, потому что когда все налоги платятся по столицам, это, конечно, не очень хорошо.

Вопрос: Вы создали Министерство Дальнего Востока со штаб-квартирой в Хабаровске. А будет ли образована госкорпорация?

Д.Медведев: Надо найти наиболее приемлемый способ, как продвигать проекты на Дальнем Востоке. Хорошо идёт инвестирование, когда есть конкретная цель. Вот был АТЭС. Кто бы что ни говорил, но он позволил превратить Владивосток в современный город. Когда я туда приезжал пять лет назад, в нём, простите, канализации не было. Мы когда-то БАМ прокладывали, это позволило решить целый ряд задач. Нужны крупные инфраструктурные проекты и правильный механизм. Это может быть или тот фонд, который есть сейчас (но он пока не очень быстро раскручивается), или создание какой-то новой структуры. Госкорпорация, на мой взгляд, не нужна – госкорпорации объединяют в себе и управленческие начала, и коммерческие, а нам нужно именно продвигать бизнес. Есть идея создания так называемой публичной компании, которая работала бы по-новому.

Вопрос: А что это такое?

Д.Медведев: Публичная компания – это структура, которая создаётся государством для решения специальных задач, по сути, по заданию государства, но в то же время действует на коммерческих принципах. Аналог в значительной степени взят из практики стран англосаксонского права. У нас таких компаний пока нет, но нужно ещё взвесить, стоит ли её специально создавать для Дальнего Востока. Я не сторонник того, чтобы умножать количество различных инструментов. Компании создаются, деньги тратятся, а толку нет. У нас и так есть фонд, есть крупные инфраструктурные компании, включая РЖД, есть Министерство Дальнего Востока для реализации стратегии.

Вопрос: Вы предложили создать офшор на Дальнем Востоке. А это нам зачем?

Д.Медведев: Предложил, для того чтобы встряхнуть некоторых наших иностранных партнёров, а то они очень вольно ведут себя применительно к нашим банкам, нашим компаниям, к деньгам российских граждан. Знаете, можно по-разному относиться к тем, кто деньги хранил на Кипре, но там же были и деньги официально задекларированные, вполне честные, которые люди заработали в России. Ну да, они не очень верили в нашу банковскую систему, разместили свои средства в кипрских банках, а они взяли и всё это в одностороннем порядке, по-большевистски, рубанули. Я сказал: раз так, давайте тогда думать о таких налоговых режимах у себя. Наши зарубежные партнёры, которые обвиняют Кипр в том, что он стал прибежищем для разных денег, в том числе и из России, пусть прежде всего свои офшоры позакрывают. Пусть закроют Багамы, Британские Виргинские острова. Они на этом свои деньги зарабатывают, а нам говорят: нет, не смейте и у себя ничего открывать, и с Кипра валите. Поэтому я считаю, что можно рассматривать разные варианты. Другое дело, что специальная налоговая юрисдикция – штука небезопасная. У нас были такие места, как, например, Калмыкия, освобождённая от налогов, которые легко превращались в чёрную дыру.

Я, когда говорил об офшоре, имел в виду такой специальный режим, при котором низкие налоговые ставки применялись бы только для проектов, реализуемых на Дальнем Востоке, и тогда бизнес не в Белгород поедет и не в Ростов-на-Дону, а в этот регион. Сейчас этот вопрос не получил пока своего окончательного решения. Прежде всего мы должны ориентироваться на наши национальные интересы, а не на то, что нам скажут наши партнёры из-за рубежа. Они о нас особо не думают, когда принимают решения, например, в рамках Евросоюза. Мы с ними дружим, у нас хорошие отношения, но они руководствуются своими, евросоюзовскими интересами, а мы должны руководствоваться российскими.

Вопрос: Вы настаиваете на продолжении приватизации госпредприятий. Где гарантия, что на этот раз они не уйдут задарма, как это было в 1990-е годы?

Д.Медведев: Я считаю, что приватизацией заниматься надо, но разумно. У нас очень много неиспользуемых или плохо используемых государственных объектов, и мы за последнее время сумели вполне эффективно часть из них реализовать, а смысл двоякий. Во-первых, деньги в бюджет получить. Некоторые из объектов (это и порты, и транспортные предприятия, такие как «СГ-Транс») мы продали с коэффициентом в 5–10 раз против начальной суммы торгов – это миллиарды рублей. Но второе не менее важно: они должны получить эффективного хозяина. Я не говорю, что любой частник заведомо эффективнее государства, но в целом всё-таки частники более внимательно относятся к своим компаниям, чем это происходит в государственных структурах, поэтому я рассчитываю на этот эффект. Я, правда, не знаю, касается ли это средств массовой информации, которых у нас тоже хватает государственных.

Реплика: Вы говорили о том, что органы власти должны уходить из СМИ, а в итоге финансирование государственных СМИ выросло в 3 раза, во всех без исключения регионах страны созданы государственные холдинги. Рынок СМИ фактически разрушился, так как никакая конкуренция частных СМИ с госвливаниями в сотни миллионов рублей (даже в самых дотационных регионах) невозможна. Государственные СМИ прямо плодятся!

Д.Медведев: Жаль, что мы эту тему не довели до конца. Присутствия государства в СМИ не становится меньше, а в чем-то становится больше. Причём очень часто региональный руководитель хочет обязательно иметь своё государственное СМИ, а в конечном счёте это не способствует авторитету медиа. Люди начинают говорить: да там наш Иван Иванович в основном себя любимого показывает и лакирует действительность. Доверие и интерес к таким газетам и телеканалам падает.

Реплика: Ещё пять лет назад ничего подобного не было.

Д.Медведев: Знаете, у нас принято было на этот вопрос отвечать таким образом: у нас 88 или 90 тыс. СМИ, и из них 3% государственные, что вам ещё надо? А вся правда в том, какое СМИ мощнее. Это, конечно, зависит и от того, насколько удачным является частное СМИ. Вот ваше удачное, ну и слава богу. Я считаю, что в регионах уж точно вполне можно было бы обойтись без накачки государственных медиахолдингов. Тем более что у нас есть могучий федеральный ресурс, который мы можем использовать везде – ВГТРК способна донести государственную позицию до любого региона.

Вопрос: За год в кабмине произошло три отставки. Недавно его внезапно покинул вице-премьер – глава Аппарата Правительства Владислав Сурков. С чем это связано и будут ли продолжаться отставки?

Д.Медведев: Мы как-то забываем, что за последние годы (я не беру 1990-е) в Правительство люди приходили, уходили, увольнялись, по некоторым из уволенных (я сейчас не хочу никого упоминать) открывались уголовные дела. Я подчеркиваю – это было все годы работы нынешней власти, и в этом нет ничего необычного, потому что Правительство – это живой организм. Что же касается Владислава Суркова, то хочу сказать, что он хорошо работал руководителем Аппарата Правительства и очень многое сделал для укрепления дисциплины, что, на мой взгляд, очень важно. Это первое. Второе. Знаете, у каждого человека есть свои эмоции, свои ощущения, которые он может игнорировать, а может и прислушиваться к ним в разные периоды в жизни. В сложные периоды один человек сжимает зубы и работает дальше: я знаю, что я прав, я потерплю, я буду работать. А другой человек думает: а я всё поменяю в своей жизни, хватит. И это не означает, что первый прав, а второй не прав. Каждый у нас имеет право своей судьбой распоряжаться. Владислав Юрьевич Сурков принял решение уйти и написал заявление об уходе. К этому нужно относиться уважительно, это его выбор и такое событие, которое в любом Правительстве регулярно происходит. Ещё раз говорю, он хорошо и много работал, и у меня к нему претензий нет.

Вопрос: Министр образования Дмитрий Ливанов стоит в списке на выбывание?

Д.Медведев: Я уже об этом говорил: министр не должен нравиться всем и каждому, иначе возникает ощущение, что он просто играет на публику, занимается самопиаром. Вообще Правительство – это сложная управленческая команда, которая зачастую занимается непопулярными вещами. Я всё-таки имею право об этом судить, я и Президентом работал, и Председателем Правительства работаю. Президент должен быть над схваткой, защищён от суеты и рутины, потому что Президент – носитель государственного суверенитета, гарант Конституции, а Правительство – это, если хотите, такая рабочая лошадь. Правительство ни от чего не забронировано – ни от претензий, ни от критики, это нормально абсолютно. И Ливанова критикуют. Наверное, где-то правильно критикуют, потому что ему нужно быть в постоянных коммуникациях со всеми, в том числе, кстати, и с родной партией, «Единой Россией». Где-то, наверное, не вполне справедливо критикуют, потому что у него есть собственное видение и, я скажу честно, он пытается проводить реформы, которые нужны. Но, конечно, всё, что ты делаешь, ты должен объяснять, быть в диалоге без ненужных эмоциональных заявлений. Люди везде люди, и вот этому – многому мои коллеги, члены Правительства, должны ещё научиться.

Вопрос: Когда депутаты Госдумы потребовали отставки Ливанова, Вы за него просто грудью встали. Вы так за каждого министра готовы биться?

Д.Медведев: Правительство – это команда. Я их предложил Президенту для утверждения, и он всех поддержал, но я за них отвечаю. Если я считаю, что человек нормально работает, я, конечно, буду за него стоять, во всяком случае стараться объяснять его позицию и помогать ему, даже если этот человек вызывает на себя огонь критики. Мне кажется, это правильно для Председателя Правительства.

Вопрос: Но есть ли такие министры, которых Вы всё-таки готовы поменять?

Д.Медведев: Которых я готов отдать на заклание? Нет таких.

Вопрос: По Вашей инициативе чиновники стали отчитываться о своих доходах, а вскоре начнут подавать декларации о расходах. Как Вы относитесь к тому, что на свои скромные зарплаты чиновники покупают виллы за границей и ездят на шикарных авто, а Ваш первый заместитель Игорь Шувалов даже держал деньги в оффшорах? Каким же образом декларации помогают бороться с коррупцией?

Д.Медведев: Начну с того, что хорошо, что эти декларации есть. Когда-то я эту кашу заварил. Я бы мог этого не делать, но сказал: знаете, ребята, пора уже.

Реплика: И все говорили тогда: да ладно, декларации – это ерунда.

Д.Медведев: А вот не ерунда. Все за этим смотрят. Знаете, оказалось, что не так всё просто спрятать. Вот вы Игоря Шувалова упомянули. Вообще-то он долгое время занимался бизнесом, у него есть свои накопления. И те деньги, которые он где-то использует, насколько я понимаю, были заработаны им и членами его семьи, супругой, абсолютно законно. Другой вопрос, что члены Правительства, депутаты Госдумы, чиновники из администрации всё-таки должны разделять со своей страной, своей экономикой все риски. Если ты живёшь в России и управляешь ею, тогда отвечай за её экономику, понимая, что твои деньги в полной зависимости от того, как ты управляешь. Это же отчасти касается и недвижимости, хотя здесь ситуация более гибкая – нужно просто декларировать источники, на которые приобретена недвижимость. Я считаю, что это тоже правильно.

Более сложный вопрос касается иностранных активов. Мне кажется, мы всё-таки не должны отсекать в полной мере тех людей, которые, приходя на госслужбу, становясь депутатами, попадают в сложную ситуацию. Такому человеку говорят: немедленно продавай бизнес или мы тебя выгоним. Он, может быть, этим занимался долгое время и просто потеряет деньги... Но сейчас такая модель избрана, посмотрим, насколько она окажется работоспособной.

Вопрос: А не получится так, что эти люди просто уйдут из Правительства и других госструктур, чтобы сохранить свои деньги?

Д.Медведев: Я ничего не могу исключать, но это будет определённый сигнал об эффективности этих правил. Ведь наша цель не в том, чтобы обеспеченных людей из Правительства (включая регионы и муниципалитеты) или парламента выдавить. Мы хотим видеть в Правительстве, в числе депутатов успешных людей, а не людей, которые что-то спрятали и говорят: нет-нет, у нас всё хорошо, всё тихо, не волнуйтесь, мы зарабатываем три копейки.

Вопрос: Вы – первый премьер, такой активный в интернете. Ваш пресс-секретарь Наталья Тимакова недавно сказала, что Вас задевает панибратское отношение блогеров. Это правда?

Д.Медведев: Я думаю, что Наталья Александровна просто меня защищала как пресс-секретарь. Если совсем откровенно, меня вообще это не задевает. Есть вещи, которые мне не нравятся, это понятно. Но когда меня в интернете называют Димоном, это нормально абсолютно, по-человечески. Там же среда такая... Что Димон? Меня так и в детстве называли. Да ну, ерунда это. У нас, конечно, свои традиции в обращении – «Дмитрий Анатольевич», «Владимир Владимирович»... Это ещё с давних времён. Считалось, что если ты к кому-то обращаешься по отчеству, это означает, что ты очень уважаешь человека. Но во многих странах принято вообще обращаться к министрам, премьерам, президентам по имени, и это часть политической культуры. Может быть, на протокольных мероприятиях как-то иначе, но в принципе почти любой человек может обратиться к ним по имени. У нас в России свои традиции.

Вопрос: Ваш сын Илья в прошлом году поступил в МГИМО. Он посещает вуз или учится на дому? Приоткройте завесу.

Д.Медведев: Никакой завесы нет. По понятным причинам у детей руководителей государства есть свои сложности в жизни. Но для меня было очень важно, чтобы мой сын чувствовал себя обычным современным парнем. Он нормальный студент. Я считаю, что это полезно прежде всего для него.

Вопрос: Жениться не собирается?

Д.Медведев: Нет пока, слава богу. Надеюсь, что доучится хотя бы.

Реплика: Дмитрий Анатольевич, спасибо за то, что нашли время для подробного разговора с «Комсомольской правдой»! С первой годовщиной Вашего Правительства!

Д.Медведев: Спасибо!

Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 22 мая 2013 > № 870799 Дмитрий Медведев


Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 18 мая 2013 > № 870789 Дмитрий Медведев

Совместное расширенное заседание Высшего совета и Генерального совета Всероссийской политической партии «Единая Россия»

Перед заседанием Дмитрий Медведев осмотрел выставку проектов партии «Единая Россия».Премьер ознакомился со стендами более чем двух десятков проектов. Среди них – проекты, посвящённые образованию, здравоохранению, развитию культуры, детского спорта.

На стенде «Доступная среда», где рассказывается о поддержке инвалидов, премьеру продемонстрировали интерактивную карту доступности.

Глава Правительства ознакомился с проектами по развитию малоэтажного строительства, обеспечению безопасности на дорогах, экологии, а также поддержке соотечественников за рубежом.

* * *

Вступительное слово Д.Медведева на расширенном заседании:

Добрый день, уважаемые коллеги!

Хорошие у нас всё-таки проекты. Конечно, начинать со слов о том, что партия много занимается различными проектами, может, и не очень правильно, но невозможно не уделить им внимание.

Тем не менее сообщаю вам, что, по данным регистрации, на нашем заседании присутствуют 67 членов Высшего совета партии и 149 членов Генерального совета партии. Кворум имеется. В заседании принимают участие не только члены высших органов партии, но и члены Центральной контрольно-ревизионной комиссии, секретари региональных отделений партии, руководители региональных исполнительных комитетов, ответственные за работу с партийными проектами в региональных отделениях, руководители межрегиональных координационных советов партии, координаторы и руководители федеральных, региональных и местных партийных проектов, члены Центрального совета сторонников партии и представители Всероссийской общественной организации «Молодая гвардия “Единой России”» – всего 674 человека.

Я предлагаю начать нашу работу. Кто за это предложение?

По-моему, возражений нет. Принимается. Расширенное заседание Высшего совета и Генерального совета партии «Единая Россия» объявляется открытым.

Исполняется гимн России

На нашем расширенном заседании Высшего совета и Генерального совета выносится один вопрос о партийных проектах и плане первоочередных действий партии «Единая Россия». Обсуждение с учётом повестки дня предлагается провести без перерыва, компактно, с учётом того, что сегодня в Москве жаркая погода. Так, Сергей Семёнович (обращаясь к С.Собянину – мэру Москвы)? Есть возражения по повестке дня и регламенту заседания? Хорошо. Ставлю на голосование. Кто за? Против, воздержался? Нет. Принято.

Уважаемые коллеги! Я напомню, в декабре, когда мы встречались в этом же зале и проводили такое же мероприятие, мы приняли решение закрепить кураторство со стороны наших внутрипартийных платформ за федеральными проектами партии и предложили, чтобы координаторы платформ внесли соответствующие предложения по совершенствованию проектной деятельности нашей партии. В этом контексте предлагаю послушать наших коллег, координаторов внутрипартийных платформ, которые выработали предложения, в том числе и с учётом того обсуждения, которое шло вчера.

<…>

* * *

Доклад Д.Медведева:

Во-первых, я хочу поблагодарить моих товарищей, которые мне существенным образом упростили задачу, потому что весьма подробно рассказали о той работе, которая велась, о сути проектов, которые сейчас реализуются, и о предложениях, которые были сформированы на сегодняшний день, во время вчерашнего пленарного дня и сегодня тоже.

Тем не менее хочу сделать некоторые общие замечания. Мы обсуждаем проектную деятельность и план первоочередных мероприятий партии. Дискуссии прошли, партийные проекты, которые реализованы, дают результаты.

Я перед нашим с вами совместным заседанием, конечно, в очень сжатом режиме, но сумел посмотреть на то, чем занимается сегодня на проектной основе наша партия. Хочу сказать, это в целом выглядит весьма достойно и, самое главное, даёт конкретные результаты, потому что мы всегда говорили, и не просто говорили, а мы всегда так считали: наша партия – это партия реальных конкретных дел.

Не скрою, сейчас проектный подход вообще является весьма распространённым и в партийном строительстве, и в жизни. Иногда даже есть такие экстремальные точки зрения о том, что вся жизнь – это такой большой проект, но это, наверное, некоторый перебор, всё-таки мы живём не для этого. Но как способ решения задач проекты абсолютно годятся: есть сроки, есть ответственные, есть результат (или его нет). Поэтому, я считаю, мы должны проектную работу продолжить и использовать этот инструментарий как тот, который способен приносить результат – как в масштабах страны, так и в отдельных регионах.

Нас довольно часто оппоненты упрекают, я думаю, присутствующие это слышали: «Почему вы вообще называете партийными проектами то, на что тратятся деньги федерального бюджета, почему вы это вообще себе присваиваете?» Я думаю, ответ на это очень прост: политическая партия существует для того, чтобы завоёвывать власть и решать государственные задачи в интересах всего нашего народа, в интересах всей страны. И если сейчас мы находимся у власти, значит, за решение этих задач отвечает наша партия, а инструментом решения задач является государственный бюджет. И за государственный бюджет, кстати, в значительной степени голосует «Единая Россия», все остальные его только критикуют, поэтому эти проекты наши, а не чужие, и просил бы всех из этого исходить в будущем.

У нас и Правительство не стоит в стороне от реализации этих проектов. В состав Правительства входят представители нашей партии, некоторые коллеги прямо здесь, в зале, присутствуют. По сути, это действительно впервые созданное в России партийное Правительство, причём возглавляемое руководителем партии. Тем выше наша общая ответственность за решение масштабных задач, которые сегодня стоят перед страной, а задачи эти действительно масштабны, и люди ждут решения. Они все были сформулированы, по сути, в прошлом году и в рамках майских указов Президента, и в Послании, и в Основных направлениях деятельности Правительства. Это то, чем должна заниматься наша партия. Я считаю, что мы в этом плане должны исходить из единых позиций. Для нас очень важно, чтобы эти партийные проекты солидаризировались с государственным курсом. Сейчас у нас более 40 федеральных проектов (43, по-моему) и почти 400 региональных проектов. Они затрагивают практически все сферы жизни общества. Сразу отвечу на вопрос, который здесь у наших коллег звучал и который вы вчера обсуждали. Вообще, их сколько должно быть – и федеральных, и региональных? Я, знаете, считаю так: их должно быть разумное количество. Но мы, если принимаем решение по проекту, должны вкалывать на этот проект денно и нощно. Если это федеральный проект, значит, мы должны взвесить все наши силы, для того чтобы реализовать эту задачу в федеральном масштабе. 43 проекта – это уже немало, можно сделать больше, но не радикально больше, чтобы мы просто не разъехались в целях.

Что касается региональных проектов – здесь, мне кажется, руки завязывать никому не надо. Если регион считает, что та или иная задача является очень важной в масштабах соответствующего региона, и есть и организационный, и финансовый ресурс для работы по этому проекту, надо называть это региональным партийным проектом, мы будем помогать. Более того, если в ходе работы над региональным проектом (а я часто встречаюсь с региональными партийными организациями) проект перерастает рамки региона, надо, конечно, его вытаскивать на федеральный уровень. Мы понимаем, что эта задача носит общенациональный характер. Давайте ставьте этот вопрос, будем принимать решение и будем искать под него и партийный ресурс, и, конечно, денежные средства.

Теперь несколько слов по приоритетам. Коллеги уже выступали (ещё раз скажу: они мне задачу в этом плане облегчили), тем не менее хочу сказать, что мы последовательно движемся по тому направлению, которое партия для себя определила некоторое время назад: главная цель нашей экономической деятельности – это повышение жизненного уровня российских граждан. Несмотря на влияние мирового финансового кризиса и последующей, скажем откровенно, мировой финансовой стагнации, на протяжении практически всего 2012 года реальная заработная плата у нас всё-таки была выше, чем в 2011 году, и уровень безработицы снижался. Почему я об этом говорю? Нам друг друга не нужно убеждать ни в наших достижениях, ни в наших промахах, но мы должны видеть реальный результат. Мне кажется, это очень важно. Я обращаюсь ко всем членам партии, сторонникам партии: мы должны чётко формулировать задачи, которые стоят перед нами, но мы должны не менее чётко рассказывать о тех достижениях, которые у нас есть, а то иногда мы их стыдливо куда-то прячем, а на самом деле простое сопоставление показывает, что в целом наша общеэкономическая ситуация лучше, чем в абсолютном большинстве других стран. Это не значит, что нам нечем заниматься, но реальную ситуацию мы обязаны учитывать.

Благодаря значительному количеству проектов качество жизни меняется. И например, проект, посвящённый здоровью, безусловно, был направлен на эти цели. Он содействует оснащению медицинских учреждений современным оборудованием, региональным программам модернизации здравоохранения. Я уверен, что этот проект должен быть продолжен, включая и такую составляющую, конечно, как повышение зарплат медицинским работникам.

По образованию – коллеги здесь уже выступали – есть и достижения, и проблемы. В любом случае проект модернизации образования должен быть также продолжен с учётом тех обсуждений, которые вы вели в последнее время, и с учётом реального положения дел в экономике.

Отдельно хочу сказать о таком проекте, который, как мне кажется, носит очень знаковый характер. Он называется «России важен каждый ребёнок». С этим проектом ни одна политическая сила не может спорить. Принят целый ряд мер для поощрения опеки и опекунства, значительная часть бюрократических барьеров снята, хотя далеко не все. Поэтому, мне кажется, нужно обязательно также будет уделять внимание и этому проекту в будущем.

За пять лет рождаемость в России увеличилась почти на четверть. И сегодня коллеги, здесь выступая, вспоминали проект по детским садам. Это хороший проект, и хотел бы ещё раз отметить, что, принимая решение по предложению партии о выделении дополнительных средств из бюджета, я ориентировался именно на то, чтобы эту задачу решить, а эта задача перед нами стоит. Деньги доставать трудно, но можно. И эти 50 млрд рублей действительно должны пойти на улучшение ситуации с детскими дошкольными учреждениями – не для того, чтобы какие-то другие дырки заткнуть, в любом регионе их хватает, а именно на детские сады.

Здесь Сергей Владимирович (С.Неверов) говорил о том, что нужно мотивировать регионы – я с этим согласен, – в том числе и приличные регионы. Но давайте всё-таки регионы, у которых проблемы, тоже не бросать, потому что да, у региона могут быть сложности, но это не значит, что мы не должны помогать ему. Значит, нужно с губернаторов спрашивать, они в значительной степени или члены нашей партии, или сочувствующие лица, но, конечно, помогать мы им всё равно будем. И, собственно, деньги выделялись для того, чтобы эту задачу можно было решить и не в тех регионах, где для этого хватает ресурсов. Конечно, этими деньгами всё не обойдётся, нам придётся принимать решения, для того чтобы финансировать строительство детских садов и другую форму поддержки оказывать регионам по детским дошкольным учреждениям и в следующем году, и, наверное, в 2015 году тоже, то есть в этом смысле мы деньги будем изыскивать.

Ряд других проектов мы тоже с вами не должны забывать, включая и проект «Свой дом», и проекты по поддержке наших пенсионеров, поэтому старшее поколение – это очень важное направление нашей с вами совместной деятельности.

Предложения, которые готовятся Правительством по наиболее острым социальным вопросам, всегда проходят весьма активное обсуждение. Главным организатором дискуссий, я хотел бы здесь тоже обратиться к руководству партии, должна выступать «Единая Россия», в том числе опираясь на такие механизмы, о которых коллеги здесь тоже говорили – механизмы Открытого правительства и Открытой трибуны в Государственной Думе. Ну и проект «Открытая власть», о котором здесь тоже шла речь, мне кажется в этом смысле вполне подходящим.

Ещё одна тема, которую хотел бы затронуть. Нам действительно нужно создавать условия для экономически активного населения – для представителей бизнеса, самозанятых, наёмных работников, поэтому мы реализуем партийный проект «Достойный труд», готовятся изменения в Трудовом кодексе и в других актах о занятости.

«Единая Россия» должна поддерживать и индивидуальных предпринимателей, и представителей малого бизнеса. У нас их за последние годы стало больше, нам ни в коем случае нельзя допустить, чтобы в результате тех или иных решений общее количество тех, кто связывает своё будущее с предпринимательской деятельностью, уменьшалось. Если потребуется, соответствующие решения должны быть откорректированы, потому что вообще ни одно решение не должно быть догмой ни для кого: если видим, что где-то что-то проваливается, надо менять. И в этом смысле как раз партийные форумы свою миссию несут. Я также считаю важным проект, который мы реализуем, посвящённый финансовой грамотности населения и субъектов предпринимательской деятельности.

Уважаемые коллеги! Здесь называли новые проекты, я предлагаю окончательно определиться с их количеством. Но люди действительно и приходили, и будут приходить к нам со своими предложениями, рассчитывая на соответствующую поддержку. Вчера я проводил заседание Совета по модернизации экономики в Черноголовке, в Московской области, мы обсуждали разные вопросы, включая вопросы международного продвижения российских брендов. Такая любопытная ситуация была, один из представителей бизнеса говорил: мы производим качественную продукцию, она нравится всем, но наша компания сталкивается с недоверием зарубежных потребителей. Когда мы приходим на крупные рынки (а он называл очень крупные рынки, самые крупные, которые есть), нас просят создать какое-то левое совместное предприятие на территории Германии или Австрии, для того чтобы можно было написать «Сделано в Европе (или в соответствующей стране)». Главное, чтобы товар не имел наименования Made in Russia.

Я считаю, что и партия, и, конечно, правительственные структуры должны включиться и в этот проект – мне кажется, это очень важно: проект по продвижению наших брендов, наших знаков качества. Здесь звучала идея о том, что нужно и региональные проекты такие поддерживать. Я не возражаю, в том числе и в отношении проекта «Покупай региональное», но в это нельзя заигрываться. Потому что, знаете, если «покупай» только Вологодское, Калужское или Московское, а всё, что сделано на территории других областей, не покупай, эдак мы можем дойти и до регионального сепаратизма, от которого мы отгребали все последние 13 лет. Поэтому, мне кажется, всё-таки первый для нас лозунг – это «Покупай российское», но, конечно, выбирая между российским, нужно смотреть на своих производителей. В любом случае по этому проекту нам нужно подготовить предложения.

«Российское село», поддержка крестьянских хозяйств. Недавно относительно, в начале апреля на встрече с представителями «Единой России» я поддержал предложение партии о дополнительном выделении из федерального бюджета на текущий год 42 млрд рублей на поддержку аграрно-промышленного комплекса.

Хочу ещё раз сказать с этой трибуны: мы обязаны сделать всё для того, чтобы сохранить созданное в сельском хозяйстве за последние годы. Мы действительно сделали прорывные вещи, даже несмотря на то, что нам приходится сохранять дотационные механизмы. Но в этом нет ничего особенного, весь мир их сохраняет, никто не стонет от этого, поэтому деньги для села я предлагаю выделять в повышенном объёме, особенно с учётом сезонных колебаний по ценам, климатических проблем и, наконец, вступления России во Всемирную торговую организацию, которое, конечно, не упрощает работу нашим аграрным производителям. Всё это должно быть сделано обязательно.

У нас много хороших проектов, я мог бы долго тоже перечислять вслед за своими товарищами – и про новые дороги, и про целый ряд других проектов, посвящённых инфраструктуре. В любом случае считаю, что мы обязаны сохранять эти направления деятельности в числе приоритетных, так же как и социальные проекты, и проекты в области идеологии, о которых только что здесь говорили мои коллеги. Все поручения по проектам я, безусловно, дам.

Теперь ещё одна тема. Наши партийные организации должны не только формулировать мудрые идеи, но и контролировать исполнение этих идей, целевое расходование средств, поэтому «Единая Россия» должна принимать активное участие и в решении такой сложной и масштабной задачи, как борьба с коррупцией, причём невзирая на лица. Какой бы человек ни подвергался здесь анализу, он должен нести и государственную ответственность, и партийную ответственность. У нас с вами партийное мероприятие, я считаю, что в этом плане нам нечего стесняться и в случае выявления соответствующих проблем, преступлений коррупционного характера, да и вообще преступной деятельности тех или иных членов партии (от этого никто не застрахован). Нужно избавляться от таких людей, чтобы не было соблазна закрыться партийным билетом. У нас это, к сожалению, происходит, это как раз и дискредитирует партию, нечего тут стесняться. Но с другой стороны, если такие вещи не подкреплены настоящими доказательствами, а являются результатом пропагандистской деятельности оппозиционных нашей партии сил, мы должны не топить наших товарищей, а помогать им. И на этом всегда строилась партийная работа. Хотел бы, чтобы все присутствующие это тоже имели в виду.

Уважаемые коллеги! Дорогие друзья! «Единая Россия» – партия большая, партия большинства. В наших рядах более 2 млн человек. Это разные люди – и рабочие, и аграрии, и профсоюзные активисты, и крупные собственники, и представители малых народов, и те, кто отстаивает интересы русских как самого крупного этноса. Люди очень разные. И вместе мы выражаем мнения подавляющего большинства граждан нашей страны. Это позволяет выстроить и полноценную общественную дискуссию с помощью внутрипартийных платформ. Мне кажется, что события последнего времени показывают, что платформы и предложения, которые формулируются на них, оказались востребованными.

Я прекрасно понимаю, что по отдельным позициям взгляды, мнения руководителей платформ могут расходиться, в этом нет ничего страшного. Но нужно понимать главное: на уровне выборных органов нашей партии должно приниматься единое решение, а не решение с вариантами, когда представители этой платформы поддерживают этот вариант, а представители другой поддерживают, соответственно, другой вариант. В партии должна быть нормальная партийная дисциплина, иначе мы развалимся, поэтому по итогам дискуссии должно приниматься единое консолидированное решение. И не менее важно, кстати, его ещё объяснять и рядовым членам партии, и просто нашим гражданам, чтобы они понимали, чем мы занимаемся.

Поддержка, кстати, нашими гражданами «Единой России» особенно ощутима на местном уровне. Я напомню, что осенью 2012 года на шести региональных выборах «Единая Россия» получила практически 83% мандатов, а 65,5% избранных глав муниципальных образований – кандидаты от нашей партии. На выборах депутатов органов местного самоуправления «Единая Россия» заняла почти 63% мест. Это хороший результат, но им не надо упиваться, потому что впереди у нас новое событие. В любом случае это абсолютно ясная и точная победа, а с другой стороны, ориентир на будущее. Для того чтобы закрепить этот успех на выборах 8 сентября, наша партия действительно обязана двигаться вперёд, осваивать новые технологии и формы работы.

Один из важных проектов – проект «Гражданский университет». Он включает в себя публичные лекции, с которыми выступают общественные деятели, и руководители партии, и просто интересные люди. Я благодарен, кстати, своим коллегам по партии, которые предложили мне первую лекцию такую прочитать. Мне кажется, это полезно для всех – и для меня было, и для тех, кто тогда присутствовал. Выступать все должны с изложением своих взглядов, не прятаться никуда, а выступать. Только в этом случае наша партия будет боевой. Лекции, насколько я знаю, транслируются во всех региональных отделениях партии. Более того, примерно в 20 субъектах Федерации действует система партийного обучения в рамках региональных партийных школ. Нужно эту деятельность расширять, но не формально, а именно по существу.

Ещё один вопрос. Мы, безусловно, должны добиваться неукоснительного исполнения наших предвыборных обещаний – не только программных документов партии, решений Президента, но и тех программных позиций, которые мы предъявляем в регионах. Нельзя заниматься только макровещами. Тем самым мы будем подтверждать репутацию партии, об этом нельзя забывать никогда, а репутация партии складывается из мелочей – выполнения тех предвыборных обещаний, которые давались в каждом конкретном населённом пункте, и это очень важно.

И конечно, нам нужно делать ставку на перспективных людей, которые получили поддержку, поэтому мы проводим в последнее время предварительное голосование. Я хотел бы подчеркнуть, что нам необходимо обеспечить объективность и максимальную открытость, а также доступ всех заинтересованных кандидатов к тому, чтобы участвовать в этом предварительном голосовании, чтобы все, кто хочет предъявить свою позицию, убедить людей, получили для этого возможности.

8 сентября состоятся выборы, предварительное голосование уже в разгаре. Нам нужно окончательно определиться с расстановкой кандидатов в списках и посмотреть, как это скажется на наших предварительных итогах.

В завершение несколько слов об организационной работе. Я обращаю ваше внимание на то, что благодаря единому дню голосования выборы для нас превратились в общефедеральную регулярную кампанию. Это создаёт насыщенность политической повестки и формирует нормы внутрипартийной демократии. Конечно, мы должны этим нормам следовать, а стало быть, регулярно общаться, обсуждать текущую ситуацию, поэтому я думаю, что «Единая Россия» должна проводить такие общероссийские форумы 2 раза в год. Как председатель партии предлагаю следующий алгоритм работы в текущем году и на будущее: в мае или июне мы будем собирать совместные заседания высшего и генерального советов, как это проходит сегодня, а осенью проводить съезд партии. Предлагаю провести соответствующий съезд в ноябре.

Уважаемые коллеги! Дорогие друзья! Скоро наша партия будет держать экзамен. Это регулярный экзамен, его не нужно бояться, но к нему нужно готовиться. Я уверен, что у нас есть все возможности и все основания, чтобы претендовать на победу и победить, но результат будет зависеть от нашей с вами работы. Я надеюсь, что когда мы встретимся на съезде, мы сможем поздравить друг друга с победой. Спасибо.

Если вы не возражаете, если я вам ещё не совсем надоел, я дальше продолжу вести наше совместное мероприятие. Прежде чем мы перейдём к принятию окончательных решений, мы можем обменяться мнениями. Ради этого, собственно, мы и встречаемся. Есть ли среди присутствующих желающие внести предложения и задать вопросы по обсуждаемым сегодня темам? Причём не обязательно только мне. Есть и другие коллеги, которые способны ответить на эти вопросы. Пожалуйста.

Ответы на вопросы и комментарии Д.Медведева:

В.Остренко (руководитель исполнительного комитета Псковского регионального отделения партии «Единая Россия»): Дмитрий Анатольевич, большое Вам спасибо за обстоятельное выступление – что касается вопросов партийных проектов и в целом деятельности в постоянном режиме нашей партии. Меня зовут Виктор Остренко, я руководитель исполнительного комитета Псковского регионального отделения партии. Уже несколько лет реализуется важный инфраструктурный проект «Новые дороги городов России». Мы получаем в качестве обратной связи разные оценки, есть сложности реализации этого проекта, разные аспекты, но мы – партия, которая идёт вперёд и смотрит, как развивается этот проект. И у меня, наверное, не вопрос сегодня будет, а два предложения. Во-первых, Россия – это не только города, это ещё и сельская территория. Мы ни в коем случае не можем, наверное, реализуя наши проекты, упускать из виду сельские территории и сельские дороги.

И второй момент. Конечно же, когда реализуется этот проект в наших городах, мы всегда сталкиваемся с тем, что центральные магистрали, центральные транспортные артерии – им уделяется пристальное внимание в рамках этого проекта, но выпадают из внимания внутридворовые территории. Комплексного решения благоустройства внутридворовых территорий (как проездов, парковок, зелёной зоны) на сегодняшний день нет. Финансирование идёт в этом плане достаточно ограниченное, по остаточному, наверное, принципу, поэтому у меня есть предложение в рамках нашей партийной деятельности, в рамках этого проекта сделать сельские дороги и внутридомовые территории приоритетом нашего партийного проекта. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо. Виктор, я хотел бы сказать, что ситуация с дорогами остаётся в нашей стране очень и очень сложной, и здесь не нужно впадать в эйфорию, говорить о том, что мы так много сделали. Мы должны прямо говорить нашим избирателям, нашим людям, что огромная работа ещё впереди, потому что всё-таки наша страна самая большая, и решить эту проблему в нашей стране – задача колоссального масштаба. С другой стороны, мы за последние годы нашли некоторое количество инструментов, которые помогают эту задачу решать, в том числе наши партийные проекты здесь помогают. Мы создали региональные дорожные фонды, причём за последнее время их объём с каждым годом неуклонно увеличивается. Мы обязательно должны их сохранить, потому что там есть и некоторые финансовые проблемы.

Я напомню, что мы начинали с суммы 200–300 млрд, сейчас эта сумма уже порядка 500 млрд, но тем не менее всё равно пока эти деньги не позволяют решить ту задачу, о которой вы говорите. Поэтому нам обязательно нужно сконцентрироваться и на проблематике сельских дорог, и на проблематике внутридомовых территорий. Может быть, надо подумать о том, чтобы соответствующие проекты приобрели статус регионального, а может быть, можно это делать и в масштабах федерального проекта. Но в целом я эту идею поддерживаю и, естественно, через механизмы Правительства буду помогать в решении этой задачи.

В.Остренко: Спасибо.

Д.Медведев: Кто хотел ещё? Прошу вас.

И.Корнеев (секретарь Смоленского регионального отделения партии): Дмитрий Анатольевич, Игорь Корнеев, секретарь местного отделения Смоленской области.

Вопрос следующего плана. Даже, наверное, не вопрос, а проблема, проблема с ЖКХ, она больная у нас везде. Есть управляющие компании – нормально работающие управляющие компании, и есть компании, и их немало, которые, так скажем, закрыты для общения с жильцами многоквартирных домов. И эта проблема вызывает напряжённость, причём серьёзную напряжённость среди населения.

А у нас есть замечательный проект «Управдом». И если мы сегодня примем решение включить в состав проекта «Управдом» именно контроль за этой проблемой…

Д.Медведев: Спасибо. Я, конечно, поддерживаю всё, что мы делали в последнее время по линии проекта «Управдом», но для того чтобы навести порядок в этой сфере, одного проекта сейчас мало. Нам нужно подумать над совершенствованием законодательства в этой сфере. По какому пути пойти – это подлежит уяснить. Я хотел бы, что и партийные структуры в этом приняли участие, и сегодня говорил с коллегами из Правительства, которые отвечают за эту тематику, они в ближайшее время тоже соберут совещание, потому что у нас есть подготовленный нашей партией законопроект. Но нужно оценить все факторы, которые связаны с его принятием, – и положительные, и отрицательные. Поэтому я считаю, что мы как демократическая структура, как большая партийная структура обязаны проанализировать все плюсы и минусы – регулирование в этой сфере я имею в виду, хотя очень важно, чтобы был и контроль, и ответственность компаний, отвечающих за эти вопросы.

Если говорить о контрольных механизмах, то я поддержал бы, конечно, возможности использования соответствующих контрольных механизмов, в том числе и с участием нашей партии. Мне кажется, это было бы абсолютно правильно. Но не менее важная задача, ещё раз подчёркиваю, – это всё-таки совершенствование законодательства в этой сфере. В ближайшее время, я надеюсь, мы договоримся по этому поводу. Спасибо.

И.Корнеев: Спасибо.

Н.Александрова: Можно?

Д.Медведев: Прошу вас.

Н.Александрова: Александрова Нина Петровна, сторонник партии «Единая Россия». С наступлением весны в нашей стране открылся очередной дачный сезон. Для понимания масштабов проблемы, которую я хочу озвучить, приведу две цифры статистики, которые вам хорошо известны, не первый раз вы их услышите. Речь идёт о том, что в нашей стране более 20 млн граждан имеют земельные участки, то есть в среднем мы имеем в стране 60 млн садоводов, от имени подавляющего большинства которых я сейчас и выступаю, поэтому очень волнуюсь. Дмитрий Анатольевич, такая проблема…

Д.Медведев: Не волнуйтесь, садоводы вас явно поддержат, не сомневайтесь, даже спасибо скажут.

Н.Александрова: Спасибо. Существует проблема, характерная для всех регионов нашей страны. Эта проблема связана с тарифами на электроэнергию для садоводов. Так сложилось, что садоводы и садоводства, расположенные на сельских территориях, имеют тарифы городские по оплате на электроэнергию. То есть расположенные рядом деревни, посёлки имеют сельский тариф, а мы рядом с ними, садоводы, платим по городскому тарифу. Это очень существенные для нас затраты. Могу сказать по Подмосковью, что городские тарифы превышают сельские приблизительно в 1,5 раза – это очень существенно для садоводов. Я бы хотела сделать такое предложение: может быть, в рамках партийного проекта «Дом садовода – опора семьи» рассмотреть эту проблему, поддержать садоводов и, может быть, всё-таки установить для садоводов на сельских территориях сельский тариф, как для сельских жителей.

Д.Медведев: Я смотрю на первый ряд: тут у нас коллеги-губернаторы всё глаза куда-то в сторону отводят.

Н.Александрова: Да, очень мало регионов, где этой проблемы не существует.

Д.Медведев: Да, но в ряде регионов всё-таки такое приравнение провели, насколько я знаю.

Н.Александрова: Да, в ряде районов, но в большинстве – нет.

Д.Медведев: В ряде регионов это сделано. В большинстве регионов правила другие.

Я думаю, что нам нужно взвесить все финансовые последствия этого шага, но в целом вполне возможная для обсуждения идея. Я имею в виду распространение на тех, кто занимается садоводством и огородничеством, тарифов на электроэнергию, которые существуют для сельской местности. Это один из вариантов, а второй вариант может быть другой. Например, мы сейчас создаём так называемую социальную норму в области потребления электричества. Может быть, распространить эту социальную норму, которая будет действовать в отношении городского населения, на садоводов? В этом случае, по всей вероятности (мы должны ещё посчитать это всё), это будет выгоднее, чем платить по общему совокупному тарифу. Между двумя этими возможностями нам и можно было бы сделать выбор, и тогда это облегчит жизнь огромному количеству садоводов.

Я, кстати, хотел бы встретиться как раз и поговорить на эту тему и о других вопросах с садоводами, потому что проблем хватает. Приходите, пожалуйста! Там есть ещё и земельная тема на самом деле, которая существует.

Н.Александрова: Земельная и кадастровая. У нас очень много проблем. Желательно, конечно, встретиться.

Д.Медведев: Договорились.

Н.Александрова: Спасибо.

Д.Медведев: Пожалуйста, прошу вас.

Е.Алексеева (региональный координатор партийных проектов «Качество жизни (Здоровье)», «Крепкая семья», «России важен каждый ребёнок», «Модернизация здравоохранения», первый заместитель председателя Государственного Собрания (Ил Тумэн) Республики Саха (Якутия)): Алексеева Елена Юрьевна, координатор партийного проекта «Качество жизни (Здоровье)», республика Саха (Якутия).

Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Прежде всего позвольте мне выразить слова благодарности и передать якутское махтал («спасибо» по-якутски) за то, что восстановлено авиасообщение с арктическим посёлком Тикси. Меня, конечно, интересует наш партийный проект «Качество жизни (Здоровье)». Вы в своём докладе отметили положительные результаты его реализации, но я бы хотела сказать, что ещё сохраняются очень большие проблемы, особенно это касается медицинской помощи сельским жителям отдалённых, труднодоступных населённых пунктов. И моё предложение – именно в реализации партийного проекта «Качество жизни (Здоровье)» необходимо отдать приоритеты данным территориям. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо большое, Елена Юрьевна. Не могу удержаться, всё-таки продолжаю думать о предыдущем вопросе – в отношении садоводов. Я помню, как я посещал одно из садоводческих хозяйств, причём в центральной части России, там даже арбузы выращивают.

Теперь что касается более холодных краёв, по поводу Якутии. Спасибо за слова благодарности в отношении известной проблемы с перевозками на Тикси. Вообще благодарить тут, наверное, особо не за что, потому что просто нужно было вовремя всем структурам власти сорганизоваться и принять разумное решение, а не погружать все эти вопросы на руководство Правительства. Тем не менее то, что самолёт снова летает, очень хорошо, надеюсь, что впоследствии эти решения не будут приниматься таким образом – без учёта общественного мнения и общественных потребностей. Это, кстати, задача тоже для партии. Если есть ощущение, что будут проблемы, просто об этом рассказывать и добиваться своих целей.

Теперь по поводу медицинской помощи. У нас медицинская помощь очень разноплановая. Я помню, когда было землетрясение в Корякском округе, сильное землетрясение, я потом туда выезжал (я тогда тоже в Правительстве работал), чтобы посмотреть масштаб разрушений, захватил с собой целую команду правительственных чиновников. И знаете, что меня поразило? Я вроде много езжу, особенно удивляться не приходиться. Я узнал, что скорая помощь там, в Корякском округе (он тогда был ещё автономным), среднее движение скорой помощи – а это, не удивляйтесь, вездеход – порядка пяти часов. Что тут говорить о золотом часе и так далее? Это просто реальная ситуация на одной из территорий нашей страны. Поэтому скорая помощь всё-таки должна быть максимально скорой, а в ряде случаев нам нужно использовать мобильные возможности. У нас есть один из таких проектов, я только что, гуляя от стенда к стенду, посмотрел: у нас 10 комплектов мобильных диагностических центров уже таких создано. Они не дешёвые, но в условиях нашей страны, мне кажется, это абсолютно оправданно, потому что при помощи таких диагностических центров можно провести анализ и провести консультации в самых разных частях нашей страны. Вы приехали из Саха (Якутия). Я думаю, что целый ряд наших сибирских регионов в этом смысле могли бы стать пилотными регионами, для того чтобы использовать и эти известные диагностические возможности. Может быть, нам есть смысл позаниматься более активно (я имею в виду нашей партии) и санитарной авиацией, потому что эта тема в условиях нашей страны крайне важная, а за последние годы санитарная авиация пришла в очень тяжёлое положение. Я думаю, что нужно сконцентрировать деньги и усилия, чтобы создать дополнительное количество таких перевозочных средств для оказания медицинских услуг. Можно было бы даже несколько регионов сделать пилотными. Давайте подумаем, может быть, Саха (Якутию) сделаем.

Уважаемые друзья, есть ли ещё вопросы, комментарии, предложения? Пожалуйста.

А.Салмин: Дмитрий Анатольевич, Салмин Алексей, город Тюмень, возглавляю партийный проект «Моржи Тюмени». Знаете, он показал достаточно хороший результат, вот я делал анализ: в Финляндии более 25% населения, взрослого населения, регулярно купается. У них есть расчёт, мы ознакомились с этим, о том, что бюджет этой небольшой республики сэкономил громадное количество ресурсов. Люди стали здоровые, мужики перестают курить, перестают пить вино и больше любят женщин.

Д.Медведев: Все лезут в прорубь!

А.Салмин: Мы никак не можем пробиться, на федеральном уровне есть проблема. В декабре в Тюмени планируется второй открытый чемпионат моржей, открытый чемпионат городов России, и мы хотим провести конференцию. Поэтому просьба помочь в проведении общей конференции, дать губернаторам посыл о том, что Россия – самая холодная страна…

Д.Медведев: Алексей, спасибо большое. Я, во-первых, считаю, что дело это хорошее. Я, например, и сам стараюсь каждое утро в холодную воду залезать, и готов дать партийное поручение всем присутствующим в зале присоединиться к вашему проекту.

Что-то тоже на тему моржевания или несколько в другом направлении?

Р.Романов: Экология.

Д.Медведев: Экология? Невозможно не разрешить выступить. Пожалуйста, прошу вас.

Р.Романов (руководитель комиссии по экологии социальной платформы партии «Единая Россия»): Спасибо, Дмитрий Анатольевич. Роман Романов, руководитель комиссии по экологии социальной платформы. Вы вчера уделили много внимания экологии и сегодня посетили стенд проекта «Экология России». 26 апреля Владимир Владимирович дал поручения о принятии закона по отходам. Мы в рамках проекта помогаем формированию инфраструктуры раздельного сбора, но столкнулись с ситуацией, что без запрета на захоронение полезных фракций двигаться будет очень сложно. Я предлагаю в рамках развития закона предусмотреть возможность постепенного запрета на захоронение стекла, ПЭТа, бумаги, металла, иначе движения вперёд не будет. Вот, собственно говоря, предложение. Спасибо.

Д.Медведев: Роман, у меня есть предложение, если у вас эта позиция по постепенному запрету на захоронения сформулирована, в том числе в контексте законопроекта, передайте, я дам поручения Правительству, соответствующему министерству проанализировать и выработать уже консолидированную позицию. Спасибо.

Уважаемые друзья! Мы прошлись по разным темам, есть предложение переходить уже к подведению итогов. Нам необходимо принять итоговое решение по обсуждаемому вопросу. Если есть ещё предложения, прошу направить их в редакционную комиссию для использования в подготовке финального решения. Тем не менее проект редакционной комиссии подготовлен, сейчас он будет роздан для ознакомления. А итоговое решение нашего заседания подготовлено, естественно, на основе дискуссий, которые велись на площадках, и инициатив, которые поступили из региональных отделений партии. В нём сформулированы и те предложения, которые прозвучали в ходе пленарного заседания, в том числе мои предложения по съезду партии.

Я просил бы раздать участникам заседания проект решения.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 18 мая 2013 > № 870789 Дмитрий Медведев


Россия. Весь мир. СЗФО > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 15 мая 2013 > № 870788 Дмитрий Медведев

III Петербургский международный юридический форум

Петербургский международный юридический форум был учреждён в 2011 году распоряжением Президента Российской Федерации.

За 3 года существования форум успел зарекомендовать себя в качестве площадки высшего уровня для диалога представителей государственной власти, бизнеса, юридического и судейского сообщества, а также экономистов и ведущих научных сотрудников академических учреждений всего мира.

Стенограмма:

А.Коновалов (Министр юстиции): Уважаемые дамы и господа! Рад приветствовать вас на открытии III Петербургского международного юридического форума!

В этот раз пленарное заседание форума проходит в уникальном месте – в новом здании Мариинского театра Санкт-Петербурга, в здании, которое было открыто всего лишь две недели назад. Исторически неподалеку от этого места находился первый постоянно действующий, так называемый Каменный театр в Санкт-Петербурге, ставший прообразом знаменитого Мариинского театра, который известен в том числе не только великолепным подбором исполнителей и великолепной школой, но и умелым сочетанием консервативности, верности традициям, бережного хранения наследия, классики мировой культуры и новых, в том числе подчас революционных, подходов и совершенно свежих взглядов на прочтение как классики, так и современных произведений.

Специалисты говорят, что в этом зале великолепная акустика, которая позволяет раскрывать все без исключения оттенки и аспекты музыкальных произведений, которые в нём звучат. Но какими бы ни были прекрасными залы, какой бы ни была великолепной акустика в них, какими бы ни были прекрасными инструменты оркестра и мастерство музыкантов, которые исполняют музыкальные произведения, в конечном счёте смысл всего этого оправдывается только тем, что содержание музыкальных произведений, которые исполняются оркестром, востребовано людьми, если они говорят о вечных, неизменно интересных людям темах и проблемах, о человеке, о его поиске и стремлении к истине, о его любви. Равным образом и право и закон оправданны только в том случае, если (какими бы ни были великолепными инструменты юристов, каким бы ни было высоким их профессиональное мастерство) они служат вечным, базовым ценностям права, если они защищают человека, его свободу, его безопасность, если они пресекают беззаконие и защищают справедливость.

Дамы и господа! Мы уверены в том, что все без исключения участники III Санкт-Петербургского юридического форума и все те, кто находится в этой аудитории, разделяют именно это понимание права и правоприменения. Именно поэтому для нас так важно видеть всех участников форума здесь. В третий раз Санкт-Петербург предоставляет площадки для исключительно компетентной живой дискуссии разных специалистов, представителей разных юридических специализаций и правовых школ на самый широкий спектр вопросов правоприменения.

Сегодня мы ожидаем дискуссии на площадках форума – почти 60 секционных круглых столах по широчайшему спектру вопросов, начиная от ядерного права и заканчивая спортивным, начиная от регулирования отношений в области искусства и культуры и заканчивая регулированием недропользования. Мы рассчитываем на то, что качество дискуссии, которая будет проходить ежегодно на Международном юридическом форуме в Санкт-Петербурге, обеспечит его постепенное превращение в своеобразный бизнес-инкубатор для новых подходов и новых идей в правоприменении, которые будут использоваться не только в России, но и во всех уголках нашей планеты.

Дамы и господа, мы считаем, что первые два форума, которые прошли в Санкт-Петербурге, стали неплохой увертюрой, и сейчас настаёт время для основных партий. Добро пожаловать в Санкт-Петербург – и творческих успехов!

Ведущий: Уважаемые дамы и господа! На сцену приглашаются модератор пленарного заседания Вершинин Александр Павлович – генеральный директор Президентской библиотеки имени Бориса Николаевича Ельцина, доктор юридических наук; участники пленарного заседания III Петербургского международного юридического форума: Валерий Дмитриевич Зорькин – председатель Конституционного суда Российской Федерации; профессор Тимоти Эндикотт – декан юридического факультета Оксфордского университета; его превосходительство господин Питер Томка – председатель Международного cуда; его превосходительство господин Иво Опстелтен – министр безопасности и юстиции Нидерландов; господин Майкл Рейнольдс – президент Международной ассоциации адвокатских образований; Берик Мажитович Имашев – министр юстиции Республики Казахстан.

Председатель Правительства Российской Федерации Дмитрий Анатольевич Медведев.

Д.Медведев: Добрый день, уважаемые дамы и господа! Добрый день, уважаемые коллеги! Начну, конечно, тоже со слов приветствия всех, кто приехал в Петербург на III Международный юридический форум. Мне кажется, что сама по себе идея организаторов – чтобы этот форум стал традиционным, чтобы он в известной степени стал обязательным в расписании значительного количества юристов, – воплощена в жизнь. И мне приятно отметить, что сегодня в этом зале присутствуют мои коллеги, ведущие эксперты из самых разных стран и, конечно, представляющие самые разные области права и юридической науки. Здесь много и новых лиц (благо этот прекрасный зал это позволяет), и тех, кто приезжал к нам в прошлом и позапрошлом годах. Ещё раз говорю: мне кажется, это свидетельство востребованности форума. Ещё могу добавить, наверное, к тому, что уже было сказано о месте проведения нынешнего форума: это только что открывшаяся сцена Мариинского театра, и вы, практически одни из первых, кто сегодня в этом зале находится, можете оценить его уникальность и высочайший мировой уровень по акустике. Во всяком случае, я надеюсь, то, что я говорю, слышно и на том конце зала, и на балконе.

Создать такой современный комплекс сложно, вдохнуть в него, в новые стены жизнь – ещё сложнее. Это в чём-то напоминает ту задачу, которая стояла перед Россией два десятилетия назад, когда формировался правовой каркас нашего государства и права и, конечно, создавалась новая экономика.

В этом году исполняется 20 лет российской Конституции и новому российскому парламенту. Принято значительное, я бы даже сказал, огромное число законов, которые определили развитие страны за эти два десятилетия. Приняты фундаментальные документы, кодексы, включая такой важнейший, как Гражданский кодекс, и, конечно, это заслуга юристов, которые в том числе присутствуют в зале. Нельзя сказать, что всё удалось на 100%, но так и не бывает. Я убеждён, что законодательство (думаю, вы тоже со мной согласитесь) всё равно будет совершенствоваться, всё равно будут меняться определённые правила, да и жизнь будет взывать к необходимости совершенствовать нашу юридическую систему.

Год назад пленарное заседание форума было посвящено новым вызовам права в глобальном мире. Мы также обсуждали вопросы конкуренции и сотрудничества правовых систем. С тех пор произошли определённые события, и, скажем так, общая нестабильность в мировой экономике лишь подтверждает те позиции, которые были сформулированы в прошлом году. И одновременно выявляются новые тенденции, в том числе связанные с взаимозависимостью национальных правовых систем и их соотношением с международным правом. Об этом когда-то ещё Иммануил Кант писал. Кстати, недавно как раз смотрел книжку нашего очень крупного учёного, которого совсем недавно не стало (я имею в виду Сергея Сергеевича Алексеева), очень интересную книжку, посвящённую именно этой проблематике. Он, конечно, был очень сильный учёный.

Теперь несколько аспектов, которые мне хотелось бы выделить. Первое – конкурентоспособность национальных правовых систем или национальных юрисдикций, которая важна как для людей, так и для бизнеса – идёт ли речь о небольшой фирме или о глобальной, транснациональной компании.

Развитие коммуникационных технологий, международная интеграция, глобализация бизнеса – всё это создало, может быть, какую-то иллюзию, будто государственная принадлежность человека или компании больше не имеют решающего значения. Люди зачастую живут в одной стране, имеют бизнес в другой стране, а недвижимость, допустим, в третьей стране, и не секрет, что именно условия ведения бизнеса становятся определяющими для выбора гражданства, тому есть и совсем свежие, современные примеры.

Аналогичные вещи, аналогичные позиции происходят и с транснациональными корпорациями, которые уже не чувствуют себя связанными юридическими узами со страной, где начиналась их история или находятся органы управления и центр деловых интересов. Однако экономическая рецессия, которая уже достаточно долго продолжается на планете, показала, что такие предположения во всяком случае преждевременны. Мы видим, как необходимость поддержки национального бизнеса приводит к попыткам ренационализации правовых систем, а в некоторых случаях и к снижению темпов интеграции и даже к восстановлению пограничных юридических барьеров. Неудивительно, что в таких условиях граждане и компании ищут поддержки и защиты своего конкретного государства. Катаклизмы на глобальных рынках заставляют предпринимателей более внимательно изучить возможности, которые создаёт именно своя, национальная правовая система, причём это движение носит взаимный характер. Государство, предоставляя различные налоговые послабления, льготные кредиты, субсидии, рассчитывает, что предприниматели будут следовать определённым правилам, соблюдать баланс частных и общественных интересов, а не уходить в так называемые серые схемы.

При этом неизбежная национализация правовых систем затронула и те страны, которые традиционно распахивали свои двери для зарубежных субъектов. Это, кстати, касается и многих стран Европы. Поэтому именно право становится конкурентным преимуществом для государства при возвращении экономической деятельности под его юрисдикцию. Это, безусловно, хороший импульс для каждого национального законодателя – развивать свою правовую систему и создавать благоприятные условия как для ведения бизнеса, так и для улучшения инвестиционного климата. Важно принимать нормы, которые исключали бы недобросовестную конкуренцию юрисдикций (а это случается) и устанавливали бы правила поведения при конкуренции правовых систем и пределы как, что называется, национализации, так и либерализации этих самых юрисдикций. Такие нормы должны охватывать не только разрешение конфликтов юрисдикций судов, но и взаимное признание и приведение в исполнение решений иностранных судебных инстанций, а также правовые гарантии при изъятии собственности, при лишении личной свободы, при уголовном преследовании. Соответствующие правовые конструкции должны быть тщательно продуманы и носить взвешенный характер.

Если говорить о наших конкретных действиях, мы в последние годы достаточно последовательно, внимательно совершенствовали наше корпоративное законодательство. Мы стремимся повысить привлекательность российской юрисдикции для предпринимательской деятельности и сделать правила игры для бизнеса понятными и прозрачными. В рамках так называемой дорожной карты по оптимизации процедур создания юридических лиц подготовлен проект федерального закона. В соответствии с ним сокращаются сроки регистрации юридических лиц в государственных внебюджетных фондах с 5 до 3 рабочих дней. Результат этой дорожной карты, конечно, должен в целом сказаться на наших позициях и улучшить позиции России в международных рейтингах, которыми, как известно, мы, мягко говоря, не вполне довольны. Мы ставим задачу продвинуться в двадцатку лучших юрисдикций по простоте открытия нового бизнеса. В Госдуму внесены поправки в Гражданский кодекс, которыми предусмотрена значительная либерализация законодательства о непубличных акционерных обществах. Речь идёт о вопросах и перераспределения корпоративного контроля по соглашению участников, и совершенствования механизмов ответственности контролирующих лиц компаний, в том числе так называемых теневых директоров.

Кроме этого идёт довольно значительная работа по развитию института, альтернативного судебному рассмотрению споров. Я имею в виду, конечно, коммерческий арбитраж, третейский суд, который востребован бизнесом как средство быстрого, качественного и профессионального урегулирования, разрешения гражданско-правовых споров, как гарантия защиты прав предпринимателей и их интересов. Хотя надо признаться откровенно: пока в этом плане наше третейское разбирательство не вышло на тот уровень, которым заслуженно пользуется этот формат рассмотрения споров в других странах. И чем активнее мы будем продвигаться в этом направлении, тем, на мой взгляд, лучше и для бизнеса, да и для судебной системы, которая в значительной мере перегружена рутинными делами.

Очевидно, что привлекательность национальной юрисдикции, благоприятная бизнес-среда во многом зависят от открытости власти, качества государственного управления и предоставления государственных услуг. В нашей стране всё больше данных о работе министерств и ведомств, как и в других странах, естественно, погружается в глобальную сеть, доступно становится в интернете. Проекты законов и других нормативных актов, подготовленные Правительством Российской Федерации, проходят общественное обсуждение, что, конечно, усиливает контроль за законотворчеством со стороны гражданского общества.

Правительство внесло в парламент законы, которые направлены на повышение прозрачности судебной системы и обязывают судей, в частности, публиковать сведения обо всех так называемых внепроцессуальных обращениях по делам, которые находятся в их производстве (что существует в целом ряде весьма успешных юрисдикций), также этот законопроект дополнительно регулирует порядок привлечения судей к дисциплинарной ответственности. Планируется оборудовать суды средствами аудио- и видеозаписи и расширить доступ к информации об их деятельности в интернете.

Мы видим положительный эффект от этой работы и обязательно будем её продолжать. Конечно, есть и свои трудности: в частности, это касается разграничения публичной информации и персональных данных граждан. Наиболее успешно в этой сфере действуют арбитражные суды, которые сегодня предоставляют практически полный доступ ко всем судебным актам и готовы открыть многие материалы дел. Сложнее ситуация с судами общей юрисдикции, которые в значительной мере взаимодействуют с нашими гражданами. И здесь приоритетом, как и в любой судебной системе, является всё-таки конфиденциальность персональной информации. И для того чтобы эту информацию опубликовать – информацию о судебных делах, её, эту персональную информацию, необходимо удалить, а это непростая и трудоёмкая работа, особенно имея в виду, что очень трудно зачастую определить границы частной сферы в условиях глобального информационного общества. Это задача, которую мы сейчас обсуждаем и с экспертами, и с законодателями. Принципиально важно, чтобы она была разрешена не в ущерб правам личности.

Ещё один момент, который я хотел бы обозначить, – это открытость, ясные и чёткие правила игры, которые должны соблюдаться как внутри страны, так и в глобальном масштабе. Принцип суверенного равенства государств и вытекающего из него имущественного иммунитета, мне кажется, остаётся императивом международного права.

Многие российские компании (непосредственно или через иных лиц) работают на территории иностранных государств. Всем известны случаи, когда эти компании подвергаются дискриминации или используются в недобросовестных внешнеполитических играх, создаётся угроза их имуществу. И судопроизводство (это тоже не секрет) зачастую используется как инструмент политического давления на то или иное государство, которое представляет то или иное юридическое лицо. Это, конечно, ведёт к напряжённым отношениям между странами, дискредитирует общую идею верховенства права, подрывает доверие к международному праву и в конечном счёте наносит ущерб и тем, кто допускает односторонние действия и нарушает международные правила. Мы отслеживаем подобные ситуации. Как и любое государство, мы на них будем реагировать, будем применять в необходимых случаях и соразмерные меры, безусловно, опираясь на международное право. Кроме того, мы думаем и о защите интересов самого российского государства, его интересов на территории иностранных государств. В свою очередь готовы к тому, чтобы ответные шаги в этом направлении предпринимались на территории нашей страны. В частности, сейчас идёт подготовка специального закона об имущественном иммунитете государства. Он позволит установить современные, достаточно чёткие правила обращения взыскания на имущество иностранного государства в рамках российской юрисдикции, что также, надеюсь, будет способствовать повышению её конкурентоспособности.

Ещё одна тема, которую хотел бы обозначить, связана с международным регулированием инвестиций. Недостатки современного международного права в области инвестиций, которые в основном формировались ещё в доглобальную эпоху, то есть, скажем, в 70-е годы прошлого века, стали особенно очевидны во время последнего экономического кризиса. Я имею в виду правовую ситуацию, когда внешний инвестор оказывается в более привилегированном положении, чем внутренний. Такие привилегии раздавались во многих государствах, и у нас есть такие привилегии, в частности, небезызвестная «дедушкина оговорка», как её называют, которая позволяет иностранному инвестору избегать действия новых законодательных актов в налоговой и иной сферах – вплоть до изъятия из национальной юрисдикции при разрешении споров между компаниями с иностранными инвестициями. В результате, естественно, процветают различного рода офшорные схемы, создаётся видимость иностранного происхождения того капитала, который ввозится на территорию нашей страны, и предпринимаются попытки манипулировать судебной юрисдикцией. Всё это не помогает, а скорее препятствует реальным инвестициям и, конечно, искажает суть международных договоров, которых мы немало подписали и ратифицировали, – о международной защите и поощрении иностранных инвестиций.

Мы, безусловно, заинтересованы в иностранных инвестициях в российскую экономику, делаем, надеюсь, довольно много для их привлечения. По объёмам инвестиций мы, кстати, находимся среди быстрорастущих экономик практически на одном из первых мест. Однако убеждён: права внешних и внутренних инвесторов должны защищаться одинаково. И здесь нужны какие-то новые правовые механизмы стран – получателей инвестиций, их разработка и будет нашей задачей на ближайшую перспективу.

Кстати, многие из тех вопросов, которые я поднимаю сейчас в этом выступлении, мы обсуждали на «двадцатке», других международных форумах, а также при формировании правовой базы Таможенного союза и Единого экономического пространства. И здесь в полной мере стараемся учитывать международный опыт, в частности опыт Европейского союза по созданию транснационального права. Оно сближает, гармонизирует системы стран-участников, но в то же время не вводит полного единообразия. Важно, чтобы и в нашем евразийском проекте сохранялось всё лучшее, что было создано в национальных юрисдикциях, наших национальных правовых системах.

По всем названным проблемам идут довольно серьёзные споры, в том числе на экспертных площадках Организации Объединённых Наций, Гаагской конференции по международному частному праву и других международных судебных институтов, представители которых сегодня есть в этом зале. Очевидно, что конструктивные решения могут быть выработаны только на основе консенсуса, при учёте позиций всех заинтересованных сторон. Я очень рассчитываю, что и обсуждение, которое будет проходить здесь, в зале, и на полях форума, окажется позитивным и будет способствовать решению этих вопросов.

Уважаемые коллеги, я, естественно, затронул лишь часть вопросов, которые будут предметом обсуждения на форуме. Сложных и очень интересных тем для юристов сейчас множество. Скажем, одна из них, о которой я говорить не буду – наверное, другие расскажут, – это возрастающее влияние на право новейших технологий, интернета, социальных сетей. Я думаю, что и наш форум может внести свой вклад в соответствующую проблематику.

Я искренне желаю всем присутствующим интересных, продуктивных дискуссий и, конечно, приятных впечатлений от пребывания в Санкт-Петербурге – в одном из самых красивых городов нашей планеты.

Спасибо.

А.Вершинин (модератор пленарного заседания форума, генеральный директор ФГБУ «Президентская библиотека имени Б.Н.Ельцина»):

Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые дамы и господа! Коллеги! Пленарное заседание, таким образом, у нас открыто вводным выступлением к теме форума, напомню – «Конкуренция и сотрудничество правовых систем: роль права в обеспечении развития общества, государства и экономики».

Наши докладчики на пленарной сессии представляют судейское и адвокатское сообщество, национальные органы юстиции, различные юридические школы. Как я вижу – и как видите вы, – они явно не чувствуют себя дебютантами на этой сцене, на сцене Мариинского театра, на суперновой сцене Мариинского театра. Поэтому мы вправе рассчитывать на самые авторитетные оценки и актуальные идеи в правовой сфере. На всё это у нас есть 1 час 20 минут, то есть до 10, максимум – 11 минут для каждого выступающего. Если у участников пленарного заседания будут вопросы и комментарии по поводу выступлений друг друга, прошу дать мне знать об этом.

По сложившейся практике черту под дискуссией в ходе пленарного заседания подведёт его председатель – Председатель Правительства Российской Федерации Дмитрий Анатольевич Медведев в своём завершающем выступлении.

Уважаемые коллеги! В 2013 году в целях развития российско-нидерландских отношений проводятся Год Российской Федерации в Королевстве Нидерландов и Год Королевства Нидерландов в Российской Федерации. Поэтому я рад предоставить слово политику, который неоднократно избирался мэром ряда голландских городов, конечно, юристу по образованию, а сегодня министру безопасности и юстиции Нидерландов. Пожалуйста, господин Опстелтен!

И.Опстелтен (как переведено): Уважаемый господин Премьер-министр, Ваше превосходительство! Для меня огромная честь и удовольствие иметь возможность выступать перед Вами на сессии открытия Международного юридического форума, который набирает всё больший вес в международном сообществе. В прошлом году мой бывший британский визави Кеннет Кларк сказал, что такой форум свидетельствует о приверженности российского Правительства верховенству права. Верховенство права, сотрудничество в юридической сфере также являются ключевыми элементами текущего Года России в Нидерландах и Нидерландов в России, поэтому вы увидите целый ряд выступающих из Нидерландов в программе на предстоящие несколько дней. Я надеюсь, что они внесут вклад в успех этого форума.

Когда Президент Путин посещал Нидерланды 8 апреля в рамках нашего Года России в Нидерландах и Нидерландов в России, его приветствовала наш тогдашний глава государства королева Беатрикс, и, наверное, вы видели эти кадры по телевидению. Вы видели коронацию нашего нового короля Виллема-Александра в прошлом месяце. Вы, наверное, заметили его жену – королеву Максиму. Её предшественницей была великая княгиня Анна Павловна, дочь российского царя. В 1816 году она вышла замуж за кронпринца Виллема, который потом стал королём Виллемом II. И наш новый король – один из прямых потомков – прапраправнук – Анны Павловны. Как вы знаете и видите, наши страны связаны самыми разнообразными связями. В своём выступлении в голландском парламенте наш новый король сказал: «Демократия основана на взаимном доверии. Люди уважают то правительство, которое уважает закон. И очень часто это также даёт перспективы гражданам на будущее. Кроме того, правительство должно доверять людям, гражданам, которые должны чувствовать общую ответственность за реализацию общественных интересов и быть готовы защитить интересы друг друга». Эти слова описывают суть демократического государства в условиях верховенства права: закон создаёт гарантии для людей прежде всего в отношениях с правительством. И закон также даёт людям и компаниям юридическую определённость, в рамках которой они могут жить и работать в условиях свободы. Наш новый конституционный монарх в своих действиях руководствуется нашей конституцией, демократической конституцией, и он также подчеркнул необходимость доверия. Он сказал: если правительство хочет завоевать доверие народа, оно должно начать с доверия к народу. Правительство должно рассматривать общество как часть демократического процесса. Ответственные граждане могут говорить всё, что они хотят, чтобы укрепить это взаимное доверие. И правительство в свою очередь должно действовать прозрачно, оно должно быть подотчётно в своих действиях, должно позволять гражданам свободно выражать свои мысли. Последние исследования показали, что верховенство права, правовая определённость, взаимное доверие совершенно необходимы для устойчивого экономического роста. В наши времена глобализации доверие между государствами и сотрудничество между правовыми системами также являются ключевыми факторами развития, потому что они создают правовую уверенность – и в торговле, и в сфере услуг, и в сфере промышленности. Необходима правовая защита граждан, которые пересекают границы, выезжая на работу, или по каким-то семейным причинам, или в качестве культурных туристов.

Россия и Нидерланды, конечно, имеют в этой области очень тесные связи. Например, мы работали вместе в течение определённого времени над модернизацией российского Гражданского кодекса. Это тема, которая будет обсуждаться на одном из круглых столов. Я также хочу подчеркнуть, что здесь есть круглые столы, посвящённые новым и очень перспективным формам сотрудничества в судебно-правовой сфере и в сфере кибербезопасности, в сфере доказательной базы, судебно-медицинской экспертизы. Это всё очень сложные проблемы, в одиночку их не решишь. Судебно-медицинский институт Нидерландов находится на переднем крае в своей научной области, особенно в области киберсудебной экспертизы, в области использования ДНК. Наши эксперты будут сравнивать свои достижения, изучать возможности сотрудничества с российскими партнёрами, партнёрами из других стран. Нидерланды очень рады тому, что очень много российских компаний высоко ценят наш бизнес-климат, нашу стабильную правовую систему, и качество нашей правовой системы является неотъемлемой частью этого климата. Совсем недавно стало очевидно, что строительство российского нефтяного терминала в порту Роттердама состоится. Это инвестиция на 800 млн евро, которая позволит увеличить перевалку российских нефти и нефтепродуктов через порты Роттердама. Это также является подтверждением нашего взаимного доверия, нашей веры в выгоду от работы вместе в области экономики и права.

Друзья также должны иметь возможность конструктивно критиковать друг друга. Когда Нидерланды совершают ошибки, мы с удовольствием их обсуждаем. Мы не только хотим их исправить, мы хотим на них научиться, для того чтобы они снова не произошли. Мы с удовольствием принимаем критические замечания и рекомендации от Страсбурга и Женевы. Иногда это неприятно и дорого, но мы считаем, что это совершено необходимо, поскольку это инвестиция в будущее. Мы будем настаивать на том, что целый ряд фундаментальных ценностей совершенно необходим для устойчивого социально-экономического развития, а именно: уважение к правам отдельных людей, к свободе слова, независимость судов.

Несмотря на все различия между нашими странами, несмотря на различия между нашими обществами или политическими взглядами, у нас много общего – у нас есть общие интересы и перед нами стоят общие вызовы. Мы ведём открытый диалог, основанный на договорах, которые мы подписали. Договоры подписаны в рамках таких организаций, как ООН, как Совет Европы, которые основываются на универсальных, всеобщих ценностях, которым мы все преданы. Одно дело – сформулировать ценности в форме законов и договоров, провести их в жизнь – это совсем другое дело. Есть разница между законом в книгах и законом в жизни, и мы гордимся, что в Гааге находится множество органов, которые претворяют эти ценности в жизнь в рамках международных отношений. Они включают целый ряд международных судов (Питер Томка, председатель Международного суда ООН, безусловно, более подробно будет об этом говорить в своём выступлении), и с удовольствием завтра приглашаю вас в 9 часов на представление этих институтов. Я также с нетерпением жду продолжения конструктивного диалога и укрепления сотрудничества между Россией и Нидерландами на основе таких инструментов, как Меморандум о взаимопонимании между российской прокуратурой и моим министерством. Спасибо большое за внимание.

Ведущий: Спасибо большое, господин министр! Следующее выступление – тоже взгляд из Голландии, но только от форума, так как в дискуссию вступает у нас руководитель упомянутого Международного суда ООН. Суд, как известно, находится в Гааге, считается, что он единственный из главных органов ООН не в Нью-Йорке. С 2012 года его председателем является Питер Томка, выпускник, кстати, пражского Карлова университета. При этом должен подчеркнуть, что он избран судьёй от Словакии уже на второй девятилетний срок. У нас есть уникальная возможность узнать точку зрения председателя Международного суда по вопросу развития практики разрешения межгосударственных споров, а может быть, и создания новых механизмов их предупреждения. Прошу.

П.Томка (председатель Международного суда): Уважаемый господин Премьер-министр, дамы и господа! (говорит по-русски)

(Далее как переведено): Высокие гости! Я очень рад обратиться к участникам пленарной сессии Петербургского международного юридического форума в качестве представителя Организации Объединённых Наций, а именно его высшего судебного органа – Международного суда в Гааге. Идеалы, лежащие в основе Устава ООН, внесли значительный вклад в формирование концепции верховенства права (особенно в сфере соблюдения законности), которая (эта концепция) стала одним из краеугольных камней современного миропорядка. И сегодня уже никто не будет отрицать, что ценности, заложенные в Уставе ООН, способствовали развитию более справедливого и демократического общества.

В том, что Устав ООН действительно отстаивает фундаментальные ценности и убеждения, нетрудно убедиться: достаточно заглянуть в преамбулу этого документа, чтобы увидеть: такие понятия, как основные права человека, достоинство и ценность человеческой жизни, равноправие мужчин и женщин, возведены в этом документе в ранг священных.

Далее. В тексте устава содержится призыв использовать международный аппарат для содействия экономическому и социальному прогрессу всех народов.

Таким образом, международное право, верховенство права, которое, вне всякого сомнения, является частью архитектуры ООН наряду с поддержанием международного мира и безопасности, способствовало формированию международного сообщества, нацеленного на улучшение жизни людей во всём мире.

Несомненно, что этой цели легче всего достичь или хотя бы стремиться к её достижению путём укрепления верховенства права на международной арене, что в свою очередь будет способствовать становлению общества, основанного на равенстве и справедливости. По сути дела, в самом уставе указано на симбиоз этих идеалов и соблюдение принципов международного права, основанного на стремлении «создать условия, при которых могут соблюдаться справедливость и уважение к обязательствам, вытекающим из договоров и других источников международного права, и содействовать социальному прогрессу и улучшению условий жизни при большей свободе».

В значительной степени благодаря Уставу ООН международное право сегодня приобретает всё большую значимость. Прошли те времена, когда решения большинства государств о своих действиях на международной арене принимались без учёта его принципов. Сегодня международное право нередко учитывается и при выработке внутренней политики государства, но его принципы зачастую ложатся в основу решения национальных судов, особенно в делах, касающихся международных норм в области прав человека или иных международных аспектов, в частности в области экономики. На международное право постоянно ссылаются политики, его нормы часто цитируют представители гражданского общества и другие стороны, отстаивающие те или иные права. Действительно, Устав ООН проложил путь к выработке существенных норм и принципов международного права, но не менее важную роль в обеспечении того, чтобы право стало основой развития международного сообщества, государства и экономики, играют механизмы мирного урегулирования споров, число которых постоянно растёт. Другими словами, субъекты международного права нуждаются в органах, в которые они могли бы обратиться со своими претензиями с целью защиты своих прав. Создание механизмов, урегулирование споров в различных сегментах международного сообщества следует всячески приветствовать, поскольку такие органы являются надёжным средством соблюдения правовых стандартов и принципов, которые высоко ценит всё международное сообщество.

Международный суд ООН со своей стороны, который нередко называют всемирным судом, имеет в соответствии с Уставом ООН уникальные полномочия главного судебного органа Организации Объединённых Наций. Другими словами, главная задача суда заключается в том, чтобы вершить международное правосудие в рамках системы ООН путём мирного урегулирования двусторонних споров между обращающимися в суд государствами – членами организации.

В своей работе суд всегда действует в пределах своей юрисдикции и стремится выносить взвешенные и справедливые решения на основе представленной доказательной базы и юридических аргументов, выдвигаемых сторонами, а также в соответствии с применимыми нормами и принципами международного права. Кроме того, судебная функция подчинена основополагающей цели, предусмотренной Уставом ООН, а именно (цитата): «проводить мирными средствами в согласии с принципами справедливости и международного права улаживание или разрешение международных споров или ситуаций, которые могут привести к нарушению мира» (конец цитаты). Эта цель является своего рода зеркальным отражением принципа, в соответствии с которым, согласно уставу, все члены Организации Объединённых Наций разрешают свои международные споры мирными средствами таким образом, чтобы не подвергать угрозе международный мир и безопасность и справедливость.

В своей повседневной деятельности суд способствует повышению роли права в международных отношениях путём урегулирования споров, поступающих к нему на рассмотрение, однако значимость его решений этим отнюдь не ограничивается. Судебная практика суда самым непосредственным образом влияет на развитие международного права. Хорошо аргументированные решения суда воспринимаются многими как авторитетный источник международного права и самым внимательным образом изучаются теоретиками права, юридическими службами министерств иностранных дел, международными организациями, государствами – членами ООН. Подчас решения суда становятся тем эталоном, при помощи которого оценивается законность тех или иных действий членов международного сообщества. Кроме того, судебная практика суда сыграла немалую роль в работе арбитражных и иных международных судов, которые с достаточной степенью гибкости используют решения суда при подготовке собственной аргументации. Кроме того, немалую роль судебная практика суда сыграла в реализации проектов в сфере кодификации, инициированных комиссией по международному праву.

Генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун приложил усилия к тому, чтобы повысить роль суда в урегулировании международных споров. Так, недавно он дал старт кампании, направленной на то, чтобы увеличить число государств, в одностороннем порядке признающих юрисдикцию суда обязательной для себя. Мы всецело поддерживаем эту инициативу, которая является весьма дальновидной, поскольку стимулирует государства – члены ООН к тому, чтобы рассматривать мирное разрешение международных споров в судебном порядке в качестве плодотворной модели урегулирования разногласий, что в свою очередь способствует достижению целей, предусмотренных уставом ООН.

Ваше превосходительство, дамы и господа! Конечно, перед нами возникают различные вызовы, иногда возникает необходимость прибегать к механизмам мирного урегулирования споров, и мы вступаем в эпоху, изобилующую новыми вызовами. Но в то же время мы видим стремление участников международного процесса разрешать споры между собой с помощью инструментов мирного урегулирования. Эта обнадёживающая тенденция подтверждается ростом числа механизмов разрешения споров. Все эти механизмы роднит одно хорошее качество – стремление к противодействию односторонним действиям отдельных государств, оказавшихся в конфликтной ситуации, к ослаблению напряжённости между конфликтующими сторонами и к использованию мирных средств разрешения разногласий, основанных на правовых принципах.

В свете сказанного выше очевидно, что международное право можно считать инструментом стимулирования государств к более полному выполнению ими принятых на себя обязательств, формирования у политиков и представителей исполнительной власти устремлений, в большей степени соответствующих идеалам справедливости и демократии, и в конечном счёте – улучшению жизни людей во всём мире. Международный суд будет продолжать играть свою роль в процессе достижения обозначенных мною целей, вынося решения по переданным нам на рассмотрение делам добросовестно, в высшей степени беспристрастно, независимо, в соответствии с нормами международного права и в пределах предоставленных ему юрисдикционных полномочий. Спасибо большое.

А.Вершинин: Большое спасибо. Следующий выступающий – представитель английской правовой системы профессор Тимоти Эндикотт – специалист в области философии и теории права. Его научные труды переведены на итальянский, испанский, китайский языки. Я знаю, что он с лекциями объездил, наверное, все континенты. При этом профессор Эндикотт уже более пяти лет возглавляет юридический факультет одного из старейших вузов мира – Университета Оксфорда.

Половина магистрантов этой правовой школы – иностранцы, наверное, это ещё один способ экспорта правовых инструментов. Господин Эндикотт, вам слово.

Т.Эндикотт (декан юридического факультета Оксфордского университета) (как переведено): Спасибо, профессор Вершинин. Ваше превосходительство, дамы и господа! Я преподаю право, а у преподавателя права есть определённые обязанности. Как невозможно преподавать уроки и знания лидерам правовой науки, которые собрались здесь, на форуме в Санкт-Петербурге… Поэтому для меня большая честь присутствовать здесь. Мы видим, что в нашем университете учатся талантливые студенты и из Санкт-Петербурга, и из других стран мира. Я знаю, что господин Медведев, а также многие другие собравшиеся в этом прекрасном зале также преподавали право. Господин Медведев преподавал римское право, а это предмет, который также активно преподаётся в моём университете. Мы хотели бы, чтобы наши студенты узнавали об истоках гражданского права. Они узнают о том, что такое юстиниановское право, кодекс, написанный полторы тысячи лет тому назад. И это желание, постоянное желание оплатить свои долги, выполнить свои обязанности... Надо отметить, что мы можем многое взять из гражданского права Византийской империи, но также мы можем многое взять и из гражданского права сегодняшнего дня. Мы можем говорить о преодолении границ между географией, геополитикой и культурой, мы можем научиться мудрости друг у друга, но также можем учиться и на ошибках друг друга. Я надеюсь, что представители России и других стран гражданского права могут узнать и научиться на ошибках государств, основанных на общем или частном праве, а также воспользоваться преимуществами взаимных систем юридической подготовки.

Кроме того, мы можем развивать право гибко, при этом используя доктрину прецедента, для того чтобы придать закону бóльшую стабильность. И преимущество стабильности общего права очевидно в поведении сторон, которые являются участниками международного процесса, где лондонское право, нью-йоркское право. Английское право в целом является отличным экспортным товаром Великобритании, но нет никаких гарантий того, что английские судьи или другие судьи смогут добиться нужного баланса между гибкостью и стабильностью. Фактически, если вы будете присутствовать на лекции по договорному праву в моём университете, вы увидите, что профессор будет критиковать судей, объясняя, почему последние решения были неправильными. И это, собственно, говоря, работа студентов – понять, в чём ошибались судьи, и каковы должны быть более оптимальные решения. Так что наши студенты учатся и на провалах, и на удачах судей. И даже читая Habeas Corpus Act (законодательный акт, принятый парламентом Англии в 1679 году, составная часть конституции Великобритании), мы видим, что судьями этого частного права был изобретён процесс защиты и обвинения, и этот процесс затем использовался для того, чтобы привлечь истцов к суду. Но я всегда говорю своим студентам в Оксфорде о том, что 400 лет назад судьи допустили ошибку: король не смог добыть достаточно денег для войны с французами, и дворяне отказались предоставлять такие средства, но их привлекли к суду, и тогда судья сказал, что на самом деле мы не можем их привлекать, потому что это касается только низших должностных лиц, а не высших должностных лиц. Таким образом, Habeas Corpus Act не мог быть использован для контролирования действий самого государства. Если судьи не могут использовать те полномочия, которые были им предоставлены, то возникает проблема... Государство основано на общем праве, и Habeas Corpus Act в коммерческом праве обеспечивает устойчивость культуры, где судьи на самом деле ведут себя бесстрашно, тем не менее подчиняясь роли закона.

Мы должны учиться на неудачах и успехах. Мы обсуждаем различные диспуты и конфликты и обсуждаем, как их можно разрешать. Ведь именно учитывая традицию развития общего права и опыт судей в разрешении различных споров, студенты должны изучать работу судей. Результат заключается в том, что студенты понимают, что разрешение споров – это инструмент развития права, это поддерживает судебную независимость, а также независимость в мышлении судей, адвокатов. Я думаю, что полезно обучать студентов противоречить. Юристы сами должны принимать решение, что им думать. Студенты обучаются в условиях системы подготовки общего права не соглашаться с профессорами только потому, что они являются преподавателями, однако есть и недостатки – мы не хотим отражать это в наших рекламных материалах и в учебных материалах. Мы учим студентов, каким образом представлять убедительные доказательства. Мы даём студентам возможность получить те инструменты, которые позволят им успешно действовать в рамках профессии, и они смогут таким образом построить защиту против аргументов, которые невозможно отстоять.

Но верховенство права не всегда высшее благо. Я, конечно, хотел бы сказать, что верховенство права абсолютно необходимо для развития общества в любой стране в рамках международной правовой системы в XXI веке, но необходимо также признавать не только хорошие стороны этой концепции, но и плохие. Вы как юристы должны также дать какие-то инструменты юристам, для того чтобы понять недостатки концепции верховенства права. И если убийца, например, требует высшей справедливости, судья может в силу каких-либо причин попытаться не реализовывать такую концепцию. Однако верховенство права обеспечивается за счёт высоких издержек. И в вашей стране, и в моей стране очень много юридических процедур, и, может быть, адвокаты слишком мало подотчётны, слишком мало отвечают перед своими заказчиками... Таким образом, урок, который мы можем вынести из системы подготовки судей в рамках общего права: мы должны признавать недостатки системы общего права и быть готовыми платить соответствующую цену.

В любом случае мы можем говорить о том, что в рамках любой юридической системы можно добиться больших результатов. Не все мы заслуживаем золотых звёзд за то, что действуем справедливо в отношении наших граждан. Задайте себе вопрос, чего заслуживает ваша юридическая система, правовая система, чего заслуживает система международная, правовая и регулирования споров. Я думаю, что в любом случае всегда можно говорить о том, что мы можем добиться более оптимальных, лучших результатов. Конечно, это не извиняет систему, но если ваша система достаточно хорошая, в любом случае вы можете добиться лучших результатов.

А.Вершинин: Благодарю вас, господин Эндикотт. Политический и правовой мир внимательно следит за развитием государств на постсоветском пространстве. Правовая система Казахстана одна из самых динамично развивающихся, её значение, конечно, особенно ощутимо в рамках Евразийского экономического сообщества и Содружества Независимых Государств.

Как вы понимаете, я хотел бы теперь предоставить слово Берику Имашеву, кандидату юридических наук, министру юстиции Республики Казахстан. Пожалуйста.

Б.Имашев (министр юстиции Казахстана): Глубокоуважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые участники форума!

Ежегодно интерес к Петербургскому юридическому форуму возрастает. Несомненным подтверждением сказанного мной является география стран – участников форума, и это закономерно, так как век глобализации диктует необходимость интеграции национальных правовых систем. Отсюда интерес государственных должностных лиц и юристов неправительственного сектора к этому форуму.

Благодаря такому форуму мы имеем возможность проанализировать состояние и динамику развития национального законодательства, степень его взаимосвязи с международными правовыми актами. В этой связи хочу особо поблагодарить его организаторов и участников за высокий профессиональный уровень обсуждения поднимаемых вопросов.

Как известно, в современном мире наблюдается устойчивая тенденция к различным формам взаимодействия международного и внутреннего права. Изменение одного из них совершенствует и изменяет другое, отставание любого из них от требований современного мира способно затормозить процесс развития государств и международной интеграции. В своём послании «Стратегия “Казахстан – 2050”: новый политический курс состоявшегося государства» Президент Республики Казахстан Нурсултан Абишевич Назарбаев отметил, что законодательство должно не только защищать национальные интересы, но и синхронизироваться с динамично развивающейся правовой средой. Безусловно, в данном случае под развивающейся правовой средой понимаются в том числе и международные правовые обязательства государства. Правительство Казахстана принимает меры, направленные на повышение конкурентоспособности казахстанской правовой системы во всех базовых отраслях. Так, идея о евразийской интеграции, выдвинутая впервые в 1994 году главой нашего государства в стенах Московского государственного университета имени Ломоносова, сегодня воплотилась в создании Единого экономического пространства. Залогом успешного формирования Евразийского экономического союза с участием Республики Казахстан, Российской Федерации и Республики Беларусь должна стать общая международная договорная база гармонизации и унификации экономического законодательства этих стран. Сегодня понятия дефиниций «гармонизация законодательства» и «унификация законодательства» определены только в теоретических исследованиях, в национальных законодательствах Республики Беларусь, Республики Казахстан и Российской Федерации они пока не нашли должного закрепления. Между тем эти понятия являются основными формами правовой интеграции. В этой связи возникает вопрос: следует ли их правовое определение закрепить нормативно? Если да, то на каком уровне документа – во внутреннем законодательстве либо в рамках конкретных международных публичных договоров?

Акцентируя на этом ваше внимание, хочу подчеркнуть важность изначального определения единой позиции государств в этом вопросе, а именно нормативного понимания этих понятий. Например, в настоящее время в рамках Единого экономического пространства широко обсуждается проект модельного закона о конкуренции. Этот закон определяет организационные и правовые основы защиты конкуренции и обеспечения свободного перемещения товаров путём предупреждения и пресечения монополистической и недобросовестной конкуренции, недопущения ограничений и ущемления добросовестной конкуренции органами государственной власти.

Принятие такого закона повлечёт за собой приведение в соответствие с ним национальных законодательств трёх государств. Однако возникает вопрос о том, каким способом такая работа должна проводиться? Путём сближения, гармонизации или унификации национальных законодательств в области конкурентной политики? Как известно, в теоретических работах под сближением законодательства понимается процесс, при котором определяется общий курс государств в данной сфере; под гармонизацией понимаются общие правовые принципы, подходы и концепции развития национальных законодательств; унификация означает согласованное введение в действие несколькими государствами идентичных, одинаковых норм.

Между тем в разработанном модельном законе о конкуренции в качестве его цели определено только сближение норм правового регулирования экономических отношений в области конкурентной политики, хотя по своему содержанию он содержит общие принципы и подход государств в этой сфере. Этот пример, по нашему мнению, показывает необходимость нормативного закрепления единых для трёх государств определений – сближения гармонизации и унификации законодательства. Как это будет решаться – через принятие отдельного национального закона в каждом из трёх государств, через заключение международного договора об этом либо закрепление этих понятий в каждом отраслевом модельном законе, – покажет дальнейшая правоприменительная практика.

Полагаем, что работа в этом плане должна найти логическое завершение с учётом национальных интересов. При этом очень важно, чтобы речь шла о тех национальных приоритетах, которые закреплены в конституциях наших стран, а они связаны с законодательной волей той или иной страны подчинить международные нормы внутреннему праву и своей национальной юридической технике. Впрочем, это отдельная тема для научных и практических дискуссий, в том числе и на Санкт-Петербургском юридическом форуме. Благодарю за внимание и честь выступить на открытии сессии!

Ведущий: Спасибо, господин министр.

2013 год – это также год и 20-летия Конституции России. Конституция во многом определяет развитие общества и государства, законодательства и судебной практики. Сверяет это развитие с Основным законом Конституционный суд России. Не случайно его председатель, доктор юридических наук, профессор Валерий Зорькин, можно сказать, на постоянной основе участвует в Санкт-петербургском международном юридическом форуме. Пожалуйста, Валерий Дмитриевич (обращаясь к В.Зорькину).

В.Зорькин (председатель Конституционного Суда России): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги, дамы и господа! Я не буду выступать тут в качестве председателя Конституционного суда и говорить о наших делах, но скажу о том, на что подвигают размышления на Сенатской площади в Конституционном суде. А именно хочу сказать о праве в условиях глобальных перемен – то, чем я занимаюсь в последние годы как исследователь.

Современное право находится в условиях глобальных перемен, однако в любом случае всем нам предельно ясно, что перемены означают не только новые возможности, но и одновременно высокие риски неопределённого будущего. Однажды Вольтера спросили, чем отличается осёл от человека? Он сказал: осёл ходит по кругу, а человек развивается по спирали. Но спираль идёт и туда, куда указывал Данте, – на круги ада и вверх. И ещё одно очень большое различие, говорил Вольтер, заключается в том, что у осла нет выбора, а у человека есть выбор между этими двумя спиралями. И в нашей сегодняшней действительности мы видим, что есть движение и в хорошую и в плохую сторону. Во всяком случае исследователи и практики констатируют крайне опасное разрушение международной правовой системы.

Всё более частые и активные попытки крупных держав, а также формальных и неформальных государственных коалиций подменять функции ООН и Совета Безопасности своими решениями, а также попытки навязывать суверенным государствам внутреннюю экономическую и социальную политику, прямо противоречащую конституциям этих государств... То есть мы видим, что в мире возникает всё больше держав и государственных коалиций, стремящихся де-факто присваивать себе прерогативы международного правотворчества и правоприменения и в итоге нарушающих договорный характер международного правотворческого процесса и деятельность международных и национальных судов, основанную на этих договорах и конвенциях. По сути дела, это означает подмену правовых методов решения проблем силовыми методами.

Осмелюсь утверждать, что искусственно созданная одной из таких неформальных коалиций государственная катастрофа в Ливии пока что недостаточно осознана и оценена международным сообществом с правовой точки зрения. Не осознано в полной мере ни значение этой катастрофы как долговременного генератора хаоса в самой Ливии – в огромном регионе Африки, ни значение кампании против Ливии для глобального мира как неправового прецедента силового вмешательства нового типа в дела национальных государств.

И ещё осмелюсь утверждать, что и события в Ливии, Египте, Сирии, и события, связанные с экспроприацией денег вкладчиков на Кипре – это ведь не просто приметы новой эпохи глобальной турбулентности, о которой говорила госпожа Кондолиза Райс, а это фактическая заявка на полное отрицание тех принципов жизни человечества, которые принесла эпоха модерна и которые мы привыкли считать столь же неотъемлемыми условиями нашего существования, как воздух, которым мы дышим. Я говорю о правах человека, о верховенстве права, о законности Конституции.

Размывание нормативности происходит не только на международном уровне, новизна ведь бывает разная. История учит, что если этот поток новизны не вводится в берега продуманными и своевременными правовыми мерами, то практически неизбежно наступает хаос, смуты, войны, революции. Хаос в конечном счёте приходится усмирять тем более жёсткими и болезненными правовыми мерами, чем глубже и шире открывший этот хаос поток новизны. Поэтому правовые реформы – один из важнейших аспектов институционального оформления любых сколько-нибудь серьёзных социальных преобразований, причём оформления очень настороженного, продуманного и, подчеркну, обязательно опережающего.

Этот мой вывод, возможно, кому-то покажется парадоксальным, ведь чаще всего большинство правовых норм институционализирует, юридически оформляет задним числом те отношения, которые естественным путём складываются в обществе. Но это справедливо лишь в ситуациях относительно спокойной исторической динамики, когда прошлый опыт помогает планировать, прогнозировать, в какой-то мере регулировать будущее, а в кризисных, переходных ситуациях опыт оказывается помощником далеко не всегда, и это касается не только опыта житейского, социального, политического, но и опыта правового. Здесь юрист рискует уподобиться тем генералам, которые готовятся к прошлым войнам и проигрывают следующие. Потому сейчас я буду говорить не об опыте, а о методологии реформирования как (извините за, может быть, смелую метафору) о методологии управления будущим, ведь методологически именно так проводились все исторически успешные реформы. Они опирались на огромную подготовительную законотворческую работу и имели чёткое правовое оформление. Последний пример – сингапурское чудо, осуществлённое реформами Ли Куан Ю.

Кроме такого свойства успешного реформирования, которое я назвал бы эффективным управлением будущим, у подобных реформ есть ещё одно очень важное качество: они выстраиваются на прочной социальной опоре, без такой опоры любое реформирование повисает в воздухе. На этапе реформ всегда востребуется гибкая, но одновременно очень сильная и строгая правовая регулярность. История учит: если действия реформаторов не идут вразрез с массовыми представлениями о справедливом и должном, то у них формируется социальная опора, которая позволяет осуществлять реформирование в русле того, что специалисты называют авторитарной модернизацией.

Сейчас уже проведены широкие исследования успешных модернизаций как западных обществ (от Голландии и Англии до Франции и Германии), так и восточных обществ (от Японии и Кореи до Тайваня и Сингапура). И эти исследования убедительно показывают, что модернизация требует усиления регулятивных функций государства и лишь по итогам успешной модернизации возможно ослабление этих функций и частичная передача обществу. Распространённые представления, я бы сказал, сказки, об ослаблении государственно-правовой регуляции как о предпосылке реформ пришли от идеологии некорректного использования идеи рыночной экономики, причём пришли не как научный вывод, а именно как некорректное использование аналогий со знаменитой концепцией невидимой руки рынка, которой якобы нужно просто не мешать. Я не спорю, что рынок успешен – во многих случаях именно невидимая рука рынка и ослабление регулятивных функций. Но я уже как исследователь говорю: назовите мне одну страну, где реформы бы осуществлялись с ослаблением вот этой регулирующей роли государства. Разве мы не видим на сегодняшнем глобальном экономическом кризисе, к чему привело это так называемое ослабление, когда манипуляции с финансовыми рынками привели к глобальному не только экономическому, но и политическому кризису, и, я бы сказал, к всеобщему кризису доверия. Признаки этой глобальной турбулентности превращают человечество в совокупность обществ глобального риска с неопределённым будущим, если пренебрегают советом, который в своё время дал ещё господин Вольтер.

Что следует из того, что я сказал? Нужно, о чём я уже говорил и писал ранее в своих работах, начать осторожную, продуманную, но обязательно системную ревизию международного права, включая нормы ООН и её конвенции. Обычно говорят: не трогайте. Но я говорю сейчас не как судья, хочу сказать как исследователь. Ну хорошо, не трогайте, а как быть, если есть два принципа из десяти ооновских, с одной стороны, принцип государственного суверенитета и нерушимости государственных границ, а с другой стороны, право на самоопределение. Кто как будет выбирать? Одному нравится одно, другому нравится другое. Но невозможно, если мы едим сладкий торт с кофе, поставить соль и сахар и говорить: «Вот, выбирайте, пожалуйста: соль очень вкусная». Может быть, вкусно, но другому понадобится съесть хороший бифштекс, а ему говорят: «Вот тебе сахар и соль, выбери сахар, он подойдёт к бифштексу удивительным образом». Великий американский писатель О.Генри устами своего героя Билла Дрисколла, говорил таким образом: есть песок для строительства, для того чтобы делать дом, насыпать и так далее, а есть овёс для лошади. Плохая замена овса песком для лошади. Возникает вопрос, что мы хотим сделать, и в зависимости от этого должен быть выбор на этапе тех реформ, которые должны быть опережающими, но самое главное, – не только опережающими, но и учитывать социальную поддержку и массовую социальную опору. Нужно, мне кажется, помнить, что главным социальным регулятором во все времена всё же является не само по себе юридически оформленное право, а тот лежащий в его основе нравственный закон внутри нас, о котором писал Иммануил Кант. Разрыв между правом и этим нравственным законом делает неработоспособными любые, даже юридически безукоризненные, правовые нормы. Каждое общество и государство – это сверхсложная система со своей совокупной специфической культурой, традицией, моралью, со всеми нюансами нравственного закона внутри нас.

Безусловно, во всех таких системах очень много общего, однако при валовом регулировании никогда нельзя упускать из вида то уникальное и особенное, которое присуще именно данной системе. Далее, нужно понимать, что любые реформы – это системные, социальные и государственные трансформации, которые неизбежно ставят под вопрос устойчивость системы к разрушению. Право – это всегда баланс гибкости и мощности регулятивных функций, но именно в периоды реформ категорически недопустимо отпускать правовые вожжи, то есть жертвовать мощностью правового регулирования в пользу так или иначе понимаемой гибкости. Мы на этом уже сильно обожглись в эпоху перестройки и постперестройки, потеряв единую страну и принеся неисчислимые беды её гражданам. Этот урок ни в коем случае нельзя забывать.

И последнее. Как в массовом сознании общества, так и тем более в правовой системе категорически недопустимы противопоставления человека и государства, человека и гражданского общества, гражданского общества и государства. Целью и результатом нашего правового регулирования должна быть такая социальная ситуация, в которой гражданин, гражданское общество и государство существуют в неразрывном, конструктивном, синергийном единстве.

Сегодняшнее российское государство, осуществляя реформы, движется к тому, чтобы взять правовой барьер. Я надеюсь, с учётом мирового опыта и генералов юриспруденции Россия, на собственном горбу преодолевшая многие трудности и набившая шишки, выйдет на правильную правовую дорогу.

Спасибо.

Ведущий: Уважаемые коллеги, ещё одним постоянным партнёром форума является Международная ассоциация юристов. Два года на форуме ассоциацию представлял господин Акира Кавамура. В этом году на должности президента ассоциации его сменил Майкл Рейнольдс. Как практикующий юрист господин Рейнольдс специализируется в области антимонопольного законодательства, в том числе в сфере информационных технологий. А в качестве президента он активно продолжает работу по укреплению взаимодействия IBA (International Bar Association – Международная ассоциация юристов) с юристами по всему миру и, в частности, в странах БРИКС. Прошу вас, господин Рейнольдс!

М.Рейнольдс (председатель Международной ассоциации адвокатских образований) (как переведено): Большое спасибо! Господин Премьер-министр, уважаемые коллеги, как президент Международной ассоциации юристов я должен сказать, что для меня невероятное удовольствие –принимать участие в третьем форуме. И я хочу поздравить вас – и Министерство юстиции, и организаторов этого замечательного форума с прекрасной работой, с тем, что вам удалось объединить такое количество великолепных юристов, академиков, исследователей, экономистов более чем из 16 стран мира. Но совсем немного городов есть в мире, как говорил Премьер-министр, которые столь же красивы и прекрасны для проведения конференции, как Санкт-Петербург. И особенно великолепно это здание, где мы проводим нашу конференцию.

Совсем недавно Американская ассоциация юристов на заседании совета директоров приняла решение в 2015 году провести заседание нашего совета здесь, в Петербурге. Это привлечёт основных специалистов и ведущих игроков правого поля сюда, в Петербург, и нам это чрезвычайно приятно. Я как представитель Американской ассоциации юристов должен постараться сказать что-то на вашем языке, хотя понимаю, что будет немало ошибок.

Господин Уинстон Черчилль, бывший премьер-министр Британии, говорил, что никогда нельзя отказываться от затеянного на основании того, что вы можете сделать какие-либо ошибки, всё равно нужно двигаться вперёд. Он говорил, что успех в политике выражается в том, что вы переходите от одной ошибки к другой ошибке, не показывая никакого проявления потери энтузиазма.

(Говорит по-русски): Это большая честь – участвовать в столь важной, престижной конференции в Санкт-Петербурге... Как президент IBA, я очень рад видеть здесь много российских юристов. Мы с удовольствием представляем четыре сессии от IBA на этом форуме. Желаю всем успешной конференции!

(Как переведено): Международная ассоциация юристов была основана в 1947 году в Нью-Йорке, в её создании принимали участие 34 национальные ассоциации юристов, и мы в 1980 году стали принимать в ассоциацию отдельно практикующих юристов. В 2013 году IBA состоит из 200 различных национальных ассоциаций юристов, юридических обществ из 160 стран мира. 50 тыс. частных членов работают у нас, наше членство распространяется на 170 ведущих юридических фирм мира. Сегодня в это число входят и юридические фирмы России.

Что же я вижу за время моей работы в IBA? В 1947 году очень большое количество юристов или ассоциаций юристов были европейскими и происходили из Европы или США. Сейчас мы видим огромный рост на рынке юридических услуг, видим огромный рост присоединения к нам юристов из стран БРИКС, из стран с развивающейся экономикой. Тогда возникает самый интересный вопрос: где страна, в которой наибольшее количество юристов в мире? США, скажут многие. Нет, Индия! 1,3 млн юристов в Индии. И вторая страна после Индии – это США, там где-то 860 тыс. юристов. И третьей в этом списке является Бразилия – 700 тыс. юристов там. Четвёртой, что любопытно, является Мексика, где юристов много, порядка 500 тыс., мне кажется. Ну а дальше мы очень близко подходим к Китаю (там стремительно растёт количество юристов, юридических фирм) и к России. И, действительно, на конференции, где мы работали вчера с Российской палатой адвокатов, господин Евгений Семеняко (президент Федеральной палаты адвокатов) сказал, что 20 тыс. российских юристов сегодня находятся в возрасте до 40 лет, то есть мы видим, что правовая среда очень стремительно меняется. Это юристы, которые очень активно задействованы в работе различных практических направлений Международной ассоциации юристов. Сюда входят и слияние, и приобретение, и интеллектуальная собственность, и антитраст. Есть направления, которые касаются профессиональных интересов, этики, есть направления, которые касаются становления и укрепления ассоциаций юристов во всём мире. И очень важная работа ведётся нашим институтом правозащитным, который в мире известен как институт, который защищает права частного человека и который укрепляет потенциал юридических ассоциаций в этой области.

С начала своей деятельности Международная ассоциация юристов была ориентирована на продвижение верховенства закона. Это действительно фундаментальное право граждан, их должно услышать судейское сообщество, с другой стороны, юристы должны действовать без всякого политического вмешательства. Фундаментально здесь речь идет об установлении хорошо отрегулированных условий для работы в рамках права. И наша ассоциация посредством своего объединённого опыта, а работаем мы через сеть юридических ассоциаций мира, смогла помочь многим юридическим ассоциациям в создании сильной системы внутреннего управления, в которую входит и установление крепких этических стандартов, и исполнение требований, которые являются справедливыми и прозрачными. Мы вырабатываем дисциплинарные правила и защищаем всех наших членов от преследования со стороны правительства, государства.

В течение многих лет мы видели, что качество работы юристов мира улучшается. Не всегда это было так. Когда-то, например, один персонаж у Чехова говорил, что врачи и юристы никогда не меняются, но юристы вас обкрадывают, а врачи вас обкрадывают и убивают. Я думаю, что с тех пор мы прошли немалый путь.

Юридическая профессия в России переживает крупнейшую реформу. Это имеет колоссальную важность и для нашей ассоциации. Мы работаем с Министерством юстиции России по проведению этой огромной работы. Эта крупнейшая реформа окажет очень сильное воздействие на российскую правовую среду, когда чёткий, хорошо отрегулированный статус юриста получит должное признание и будет опираться на работу ассоциаций юристов, которые в равной степени будут предоставлять защиту и помощь всем юристам. Мы будем базироваться на основных принципах применения юридической профессии, на них работают все юридические ассоциации: защита конфиденциальности клиента, конфиденциальность и подход к регулированию конфликтов интересов. Мы хотим поблагодарить Министерство юстиции за важную работу, которую вы провели, которая вносит огромный вклад в утверждение и укрепление верховенства права. Действительно, как уже было указано господином Премьер-министром, есть очень прямая и чёткая связь между верховенством права и экономическим развитием. Здоровая законодательная и судейская система, которая обеспечивает эффективность и транспарентность правовой среды, открывает двери для экономического благосостояния. Совсем недавно было сказано, что в контексте Европейского союза верховенство права и его исполнение напрямую связаны с процветанием экономики и с уверенностью в инвестициях в экономику.

В нашей ассоциации работают эксперты из 160 стран мира, все они являются ведущими лицами в своей области. Господин Премьер-министр говорил, что мы живём в глобализированном мире и наши действия, наши транзакции очень часто действительно глобальные, но право остаётся национальным, а управление правовыми рисками остаётся темой национального права. Именно поэтому сотрудничество между юристами различных юрисдикций имеет такое колоссальное значение. Это то, что мы стремимся максимально соблюсти в нашей ассоциации. Мы будем работать очень тщательно и тесно с различными службами, государственными органами, для того чтобы обеспечить максимальную профессиональную поддержку практикам нашей профессии и проводить юридические реформы, правовые реформы, которые, как сказал господин Премьер-министр, проходят и здесь, в России, для того чтобы укрепить правовую уверенность. Можно привести здесь такой пример: в рамках одного из заседаний, которые наша ассоциация проводит на этом форуме, мы очень тесно работаем с Федеральной антимонопольной службой Российской Федерации и стараемся привлечь сюда очень важных, ведущих международных сотрудников в области применения антимонопольного законодательства. Принципы защиты прав человека и укрепления независимых ассоциаций юристов во всём мире для нас имеют принципиальное значение, в особенности в обществах, которые пережили экономические, политические трансформации, тем более в определённых политических контекстах. Пример: сейчас у нас проходит тренинг для членов тунисской судейской системы, а также для парламентариев в столь различных странах, как Мозамбик, Великобритания и Ливан. В Афганистане в 2008 году наша ассоциация сыграла ведущую роль в установлении новой независимой ассоциации юристов, которая работает уже четыре года. И очень многие юристы Российской Федерации помогали и помогают нам в том, чтобы убедить афганских юристов, что им действительно необходима сильная юридическая ассоциация, которая будет иметь избранный сильный демократический совет. И сейчас мы горды тем, что 1,2 тыс. членов работают в рамках Афганской независимой ассоциации юристов.

Также мы утвердили делегацию Института прав человека в Мьянму, для того чтобы изучить состояние прав человека там. Я был в этой стране вскоре после визита президента, и увидел очень существенные вызовы, с которыми сталкивается ассоциация там, чтобы помочь действительно ввести основные принципы верховенства права и заставить функционировать гражданские институты в стране, которая с 1961 не имела этой возможности.

Для меня было очень большой честью совершить мой визит. Я был в прекрасном доме Аун Сан Су Чжи (бирманский и мьянманский политический деятель, лауреат Нобелевской премии мира), которая лично объяснила мне, насколько велика сейчас потребность в Бирме в изменениях и введении крепких механизмов обеспечения верховенства права. Она рассказывала о том, что у судов нет ресурсов, что им не выдают ресурсы, как их действительно игнорируют и как молодые граждане не хотят становиться юристами, потому что к юристам применяется практически военный режим. Именно поэтому она просила проводить тренинги для судей, юристов, молодых юристов, равно как и оказывать материальную помощь судейской системе. Конечно, на основании всех этих запросов мы и действуем.

И в заключение. Российские юристы, российские юридические фирмы всё больше участвуют в международных транзакциях, тем более после вступления России в ВТО. Международная ассоциация юристов даёт этим юристам право работать с отдельными юристами из других юрисдикций в других частях мира, которые являются ведущими профессионалами в своих направлениях и могут поделиться своими ноу-хау. Здесь, в России, ассоциация организовала и продолжит организовывать большое количество конференций по арбитражу, антитрастовому управлению, слияниям и приобретениям. В Москве будет проходить очень важная конференция по управлению юридической фирмой, которая будет касаться основных тем руководства юридической фирмой, лучших практик руководства юридической фирмой: какие ошибки делались и что можно из них вынести на основании опытов в других точках мира.

И ещё раз хотел бы отметить, насколько мы активно поддерживаем реформу юридической профессии в России, над которой мы тесно работаем с Министерством юстиции. Реформы не всегда проходят легко и гладко. Пётр I, основатель этого города, был великим реформатором и однажды сказал (мне кажется, это было после того, как он побывал в Роттердаме и Амстердаме, чтобы понять, как строят корабли), он сказал: Я понимаю, что при тех огромных изменениях, которые я осуществил, я не смог изменить себя самого. И также Пётр Великий сказал: Судьба может быть с нами. Она может мешать нам на нашем пути, но она не может помешать нам двигаться.

И на этом я заканчиваю. Спасибо.

А.Вершинин: Большое спасибо, господин Рейнольдс. Я ещё раз благодарю всех участников дискуссии за очень содержательные и интересные выступления. И для заключительного слова я хотел бы пригласить Дмитрия Анатольевича Медведева.

Д.Медведева: Уважаемые коллеги! Темы, которые были подняты в выступлениях наших коллег, весьма и весьма разноплановые и интересные, хотя очень много было и объединяющих моментов, в частности дискуссия о роли принципа верховенства права, дискуссия о rule of law. Она прослеживалась в выступлениях практически всех наших коллег – и господина Опстелтена, и господина Томка, и господина Рейнольдса, и в других выступлениях тоже звучала. Я думаю, что для нас, вне всякого сомнения, интересен любой опыт, тем более что мы вплотную начали заниматься этой проблемой сравнительно недавно – буквально 20 лет назад. И сейчас наша правовая система действительно находится в стадии очень бурного развития. Она подвергается критике, иногда абсолютно заслуженной, иногда совершенно незаслуженной, но в любом случае для нас такого рода выступления весьма и весьма полезны и интересны, потому что нам ещё очень многое предстоит сделать.

Вообще нужно признать, что многие вещи, которые нам, юристам, казались незыблемыми в прошлом столетии, в этом году, в прошлом году и, может быть, за период кризиса, – нам уже не кажутся такими незыблемыми. Но тем не менее есть всё-таки краеугольные юридические позиции, важнейшие фундаментальные ценности, которые, как мне представляется – и мне приятно было это слышать также от моих коллег, – не подлежат никакому переосмыслению и в нынешнем столетии. Например, принципы международного права. Человечество очень много потратило времени и сил в XIX веке и в ХХ веке для того, чтобы эти принципы создать, и, конечно, мы ни в коем случае не должны их похоронить, даже в период любых международных кризисов или по каким-либо другим причинам.

Мои коллеги (и спасибо им за внимательное прослушивание моего выступления) уловили то, что я хотел сказать о двух тенденциях, которые в настоящий момент борются в национальных правовых системах, а именно тенденция к национализации ряда вопросов и, естественно, тенденция к глобализации целого ряда проблем, которые существуют. Я не думаю, что одна из этих тенденций поборет другую, и не хотел бы, чтобы моё выступление воспринималось как заявка на то, что национальный тренд и национальные юрисдикции будут доминировать. Нет, конечно. Обе эти тенденции будут развиваться, но при понимании, конечно, что суверенитет государств никто не отменял и принцип государственного суверенитета остаётся одним из фундаментальных принципов международного права.

Наша Конституция достаточно молодая, Валерий Дмитриевич (В.Зорькин) об этом говорил (как он сказал – не как председатель Конституционного суда, а как учёный, но это трудно разорвать, во всяком случае я, прослушивая выступление Валерия Дмитриевича, понимал, что он выступает и как председатель Конституционного суда). В любом случае мы не должны раздёргивать Конституцию, мы должны внимательно изучать все конституционные процессы, которые в нашей стране идут, тем более что в мире есть блестящие примеры того, как долго работают соответствующие законы.

Господин Эндикотт (Т.Эндикотт – декан юридического факультета Оксфордского университета) говорил, вспоминал Habeas Corpus Act, который действует с 1679 года. Мне кажется, что в целом, несмотря на всю разницу наших правовых систем, это и для нас очень хорошая индикация того, каким образом должна развиваться правовая система. Хотя, конечно, я уверен, у самих британцев есть масса претензий к собственной правовой системе, а с другой стороны, есть масса возможностей для тех, кто занимается правовой практикой, зарабатывать деньги, помогая развивать эту систему.

Интересную цифру привёл господин Рейнольдс (М.Рейнольдс – председатель Международной ассоциации адвокатских образований), когда говорил про количество юристов, в частности в Индии. Честно говоря, я думал, что в нашей стране их уже больше, чем 1,3 млн, как в Индии, оказалось, что всё-таки нет. Могу по собственному ощущению сказать: наше юридическое братство, конечно, растёт очень быстро. Когда я уезжал из Санкт-Петербурга в Москву, у нас, по-моему, было два или три учебных заведения в Санкт-Петербурге (одно – то, которое мне является родным, моей альма-матер), а сейчас их порядка 50, наверное. Естественно, есть разница и в образовании. Нам всем нужно заниматься юридическим образованием, потому что мы все понимаем: от подготовки студентов на юридических факультетах очень многое зависит. Но в любом случае я уверен, что мы обязаны налаживать и международное сотрудничество в этой сфере, и мы обязательно этим будем заниматься, тем более что Россия сейчас находится не только в процессе преобразований ­– мы вместе с нашими партнёрами из Казахстана и Беларуси создали свою интеграционную систему, она ещё пока только развивается. Мы внимательно наблюдаем за тем, что происходит в Европейском союзе, будем стараться учиться на ошибках наших европейских друзей, чтобы их не совершать. А нашим европейским друзьям, естественно, желаем преодолеть ту сложную полосу, которая в настоящий момент есть внутри Европейского союза. Потому что, на мой взгляд, это всё равно очень хорошая идея – создать интеграционное объединение. Она принесёт и экономические плоды, и, конечно, ещё долгие годы будет служить своим государствам и своим народам.

Уважаемые друзья! Мне очень приятно, что мы с вами встретились на этой сцене, в этом зале. Я ещё раз хотел бы сказать, что уверен: дискуссии, которые здесь будут, сослужат хорошую службу и нашим правовым системам, да и просто нам самим, потому что юристам очень важно общаться, у нас специальность с вами такая. Всего вам доброго! До свидания!

Россия. Весь мир. СЗФО > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 15 мая 2013 > № 870788 Дмитрий Медведев


Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 6 мая 2013 > № 870785 Дмитрий Медведев

Встреча Дмитрия Медведева с ветеранами Великой Отечественной войны

Дмитрий Медведев посетил в Красногорске квартиру вдовы ветерана Великой Отечественной войны, труженика тыла, ветерана труда Александры Григорьевны Зубовой

Александра Григорьевна Зубова получила квартиру в соответствии с программой предоставления жилья ветеранам Великой Отечественной войны. Глава Правительства поздравил труженицу тыла и с получением квартиры, и с наступающим праздником – Днём Победы.

В ходе беседы с А.Г.Зубовой Дмитрий Медведев напомнил, что программа предоставления ветеранам жилья действует с 2008 года – за это время на квартиры для ветеранов по всей стране было затрачено 250 млрд рублей. Отвечая на вопрос премьера, как обстоит дело с очередью ветеранов на квартиры в Московской области, исполняющий обязанности губернатора региона Андрей Воробьёв сообщил, что в этом году будет закрыта большая часть очереди на получение квартир, а в следующем году жильём будут обеспечены все очередники.

* * *

В здании «Молодёжного центра» Красногорска глава Правительства ознакомился с экспонатами военно-исторического клуба «Искатель», пообщался с поисковиками и встретился с ветеранами Великой Отечественной войны.

Перед встречей премьер осмотрел представленную здесь фотовыставку «Поколение победителей» с портретами ветеранов войны и посетил курсы повышения компьютерной грамотности для пенсионеров, где за последние три года прошли обучение более тысячи человек.

* * *

Встреча Дмитрия Медведева с ветеранами Великой Отечественной войны

Стенограмма:

Д.Медведев: Добрый день, дорогие ветераны! Добрый день, дорогие друзья! Позвольте прежде всего поздравить всех вас с наступающим нашим великим праздником – с Днём Победы! Конечно, каждый год он всё дальше и дальше отодвигает события той поры, но мне кажется очень важным, что до сих пор, хотя прошло уже очень много лет, абсолютное большинство наших людей (и зрелых людей, таких как вы, и молодёжи) считают, что День Победы – это всё-таки главный национальный праздник. Есть другие праздники – хорошие, важные, приятные, но День Победы носит абсолютно объединяющий характер и действительно всеми нашими людьми рассматривается как главный праздник страны.

Я сегодня приехал к вам в гости. Тут у нас ещё сидят коллеги из Правительства, из руководства области, района. Давайте поговорим о жизни, поговорим о том, что делается, чего не делается, о выполнении целого ряда решений, которые принимались в отношении ветеранов Великой Отечественной войны и вообще ветеранов. Я только что посмотрел квартиру, которая была предоставлена недавно одной из жительниц района. Хорошая квартира! Вообще за последние годы, за последние пять лет, у нас около 240 тыс. ветеранов Великой Отечественной войны и, соответственно, семей улучшили свои жилищные условия. Мне кажется, это очень хорошо, и очень важно, что все эти решения доводятся до логического завершения, до конца. Мне губернатор сказал, что сейчас 168 человек на очереди стоят из числа ветеранов, которые ещё не получили квартиру, но я уверен, что всё это будет доделано. Раз государство после большого количества лет за эту программу взялось, оно обязано довести её до конца, тем более что уже довольно значительные инвестиции на это были потрачены, большие деньги на самом деле – порядка 250 млрд рублей по всей стране, для того чтобы жилищную проблему для ветеранов Великой Отечественной войны закрыть.

И вообще, конечно, наша задача – обеспечить достойный уровень жизни для ветеранов, выполнять все обязательства, которые есть. Мы это делаем. Вы сами знаете, что в общем и целом государство сейчас свои обязательства исполняет. Это не значит, что всё идеально. Конечно, есть и проблемы, давайте и о них поговорим и вообще обо всём, что вы считаете важным обсудить сегодня, в преддверии нашего великого праздника – Дня Победы. Я ещё раз вас сердечно поздравляю с Днём Победы и желаю вам здоровья и долгих-долгих лет жизни! Мы бы этого очень хотели.

Уважаемые ветераны! Дорогие друзья! Я никого специально неволить не буду, естественно, вы сами, если хотите что-то сказать, просто говорите, а мы с удовольствием послушаем вас. Есть желающие?

М.Кузнецова-Коваль: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые министры Российской Федерации! Уважаемый Андрей Юрьевич! Гости! Мы, присутствующие здесь ветераны и вообще ветераны, приветствуем вас на нашей красногорской земле. Мы очень рады вашему приезду, это поднимает наше настроение…

Д.Медведев: Уже хорошо, значит недаром приехали.

М.Кузнецова-Коваль: Я в ветеранском движении с 1987 года, то есть со времени создания ветеранского движения (прошло 26 лет), и продолжаю работать. Одной из основных задач нашей районной ветеранской организации, её первичных подразделений, а также клубов, секций и объединений, является военно-патриотическое и трудовое воспитание молодого поколения нашего района. В этой задаче у нас есть девизы: «Наш опыт – молодым!», «Преемственность поколений», «Никто не забыт, ничто не забыто».

У нас в районе в этот период были и вновь созданы и восстановлены музеи и музейные комнаты в учебных заведениях, в которых часто проводятся встречи и экскурсии для молодых, уроки мужества, уроки истории, особенно современной истории. Например, с 2005 года мы проводим в классах уроки под названием «Славен труд»: наши ветераны рассказывают о развитии в стране, в области, о передовых людях, о нашем районе, о себе, отвечают на вопросы. Мы создали в районном совете секцию «Трудовая доблесть», в которую входят герои всех категорий, почётные граждане, лауреаты государственных и правительственных премий, ветераны, награждённые орденами за труд, а также все заслуженные люди по отраслям. Из этих людей в основном у нас сформирована лекторская группа (70 человек), которые непосредственно проводят беседы в школах и на предприятиях.

Также мы проводим встречи с учащимися по основным датам нашей Великой Отечественной войны – Сталинградской битвы, Битвы под Москвой, Орловско-Курской, Ленинградской битв. Присутствуют обычно от трёх до пяти классов (зависит от зала).

Проводим также в нашем районном совете профессиональные праздники по родам войск – танкистов, ракетных войск, инженерных войск, Военно-морского флота и прочие. У нас пять секций таких. Приглашается допризывная молодёжь (мы совместно с военкоматом работаем), а также молодёжь из школ.

У нас в районе 25 музеев, школьных музеев и музейных комнат, то есть в каждом учебном заведении, также и на предприятиях. В нашем районе все погибшие воины Великой Отечественной войны увековечены памятниками в посёлках, в городе. У нас два мемориала, есть мемориальные доски на домах, где проживали наши герои, – Герои Советского Союза, кавалеры орденов Славы, Герои Социалистического труда (кстати, не во всех районах это есть). Проводим совместно с учащимися митинги в День Победы, в день Праздника труда, приглашаем родственников (наши молодёжные отряды с нами всегда), возлагаем цветы.

Также мы увековечили память пропавших без вести в нашем районе. Например, в городском поселении Нахабино высечены имена всех пропавших без вести. В Москве на Поклонной горе таких имен 2 850. И люди теперь возлагают цветы пропавшим без вести в тех местах, где их увековечили.

Мы также проводим праздники дворов, посёлков, улиц и другие. Нам очень хорошо помогают наши администрации. В нашем районе, включая посёлки, имеются хорошие социальные программы, и наши ветераны, особенно одинокие, малообеспеченные, получают материальную и благотворительную помощь. Есть у нас и спонсоры, причём постоянные, начиная с 1997 года.

У нас ещё девиз такой – «Дойти до каждого!», – и мы также его стараемся выполнять. Надо сказать, что наши ветераны (а у нас их в целом более 40 тыс.), живут лучше, это я говорю твёрдо, да.

Д.Медведев: Нормально.

М.Кузнецова-Коваль: Да, у нас жизнь стабильная.

Теперь хотела бы один вопрос, просьбу. У нас в нашем районном совете создана инициативная группа по подготовке материалов для присвоения нашему городу звания «Город воинской славы». Мы понимаем, что у нас в городе Битва за Москву не проходила, но проходила она в двух наших деревнях – Козино и Нефедьево, правда, не так уж много – 5 дней. Надо сказать, что весь город, все госпитали наши были заполнены ранеными, которых лечили и отправляли на фронт.

Наши предприятия перешли сразу на производство военной продукции. У нас зенитные установки отбивали самолёты, летящие на Москву. На Красногорск, в том числе на Красногорский механический завод, сбрасывали бомбы. Один раз сразу погибло 27 человек, и вообще у нас четыре братские могилы, в которых похоронены убитые в Битве за Москву – 337 человек, двое только из нашего района, остальные – туляки, сибиряки и так далее.

Все наши памятные дзоты (деревоземляная огневая точка) и всё остальное в хорошем состоянии.

Приезжал Георгий Константинович Жуков и в 1941, и в 1942 году на наше предприятие, смотрел выпуск продукции для фронта. Тут работали ремонтные мастерские, ремонтировали танки и другое.

У нас сформированы был истребительный батальон, батальон народного ополчения, партизанский отряд. И надо сказать, что из нашего истребительного батальона похоронено в одной только братской могиле 40 человек красногорцев… Мы знаем, что у нас в городе не было больших боев, но, наверное, уже пришло время всё-таки присваивать звания и прифронтовым городам. Я не настаиваю, но прошу от имени ветеранов рассмотреть наш материал. Если возможно, мы его предоставим, он у нас сейчас находится в районном совете ветеранов.

Д.Медведев: Мария Ефимовна, вы кто по профессии, кем работали?

М.Кузнецова-Коваль: Учёный-агроном.

Д.Медведев: Я чувствую: такая основательная подготовка, всё разложили по полочкам – и чем занимаетесь…

М.Кузнецова-Коваль: Я ветеран, я всю жизнь выполняла общественную работу.

Д.Медведев: Понятно. Спасибо вам большое за интересный рассказ о том, чем занимается ваша ветеранская организация.

Во-первых, что хотел бы отметить: наши ветераны, конечно, люди уникальные – никогда никто ничего не просит для себя, все просят только в отношении либо родного места, родного города, либо большого количества людей. Тем не менее я просто хотел бы предложить: если есть какие-то вопросы социально-экономического свойства (я специально позвал министров), может быть, пообсуждать их.

В том, что касается идеи по городу воинской славы… Да, если откровенно совсем, не скрою, что практически в любом нашем городе, когда я встречаюсь с ветеранами, такую просьбу слышу. И это говорит о том, что у нас действительно вся страна была в период Великой Отечественной войны на особом военном положении. И действительно очень многие города у нас достойны того, чтобы именоваться городами воинской славы. Мы не форсируем этот процесс, скажу откровенно, мы не стараемся сделать так, чтобы практически любой город, особенно в европейской части Российской Федерации, где шли военные действия, стал городом воинской славы, но я ничего и исключить не могу. Давайте подумаем, пообщаемся, пообсуждаем этот вопрос. Я хотел бы, чтобы и губернатор им позанимался…

М.Кузнецова-Коваль: Хотя бы к 70-летию…

Д.Медведев: …и руководители района. Да, потому что отказывать в такой просьбе я не могу, по понятным причинам федеральная власть должна обязательно на такого рода идеи реагировать. Просто хотел бы, чтобы вы тоже понимали: у нас большое количество городов, которые реально внесли какой-то свой уникальный вклад в общую победу. Давайте подумаем и о вашем городе.

М.Кузнецова-Коваль: Хорошо. Спасибо. Мы будем ждать.

Д.Медведев: Спасибо. Пожалуйста, прошу вас, если есть что…

В.Жаркой (руководитель историко-поискового клуба «Альтаир», оператор АЗС): Здравствуйте, уважаемый Дмитрий Анатольевич и гости нашей встречи! Меня зовут Владимир Жаркой, я являюсь руководителем красногорского поискового отряда «Альтаир». С 2004 года, когда мы начали свою деятельность, мы ездили в поисковые экспедиции в основном за свои финансовые средства. Потом пообщались с администрацией района, и они поняли, чем мы на самом деле занимаемся, и стали всячески нам помогать.

Д.Медведев: Поняли, что вы приличные люди, и решили дать вам денег.

В.Жаркой: Да, скажем так. Помогали нам, потому что это довольно затратные вещи. Одно дело – один-два дня вдвоём, втроём, а другое дело – мы же ведём и ребят, и всех…

Д.Медведев: И чем вы сейчас занимаетесь, Владимир?

В.Жаркой: Сейчас буквально чуть не опоздал на встречу: вчера мы работали. Я сегодня вечером уезжаю обратно… Сейчас в Бельском районе (это Тверская область), там, где проходила операция «Марс»… Непосредственно то, что было вчера: я ещё в пять часов вылез из заплывшего блиндажа, где мы нашли 10 останков бойцов. Там ребята остались, и сегодня-завтра будем дорабатывать это место. На данный момент у нас уже найдены останки более чем 50 погибших, при этом есть несколько именных вещей – будет возможность установить, может быть, родственников. Кстати, у нас был такой случай в 2009 году: во время проведения поисковой экспедиции весной в районе Синявинских высот была обнаружена воронка, где находилось трое бойцов. При одном из них был медальон, который мы впоследствии расшифровали, и я до сих пор горд и счастлив, потому что в процессе поисковых работ оказалось: это – Лагутин Михаил Спиридонович, 37 лет от роду, и он родился в соседней деревне с моей (я живу в посёлке Истра Красногорского района) и был женат на женщине, которая родилась и выросла у нас. Соответственно, он вернулся домой, на свою и мою родину, так что в чём-то я исполнил свой долг, в частности перед ним. И что ещё хочу сказать: с 2004 года мы занимаемся поиском, и были одни, а с 2007 года ещё порядка 10 отрядов в Московской области организовались и создали общественную московскую областную организацию «Плацдарм». И на протяжении пяти лет данной общественной организацией, в которую и мы входим, на территории Московской области и других 11 регионов было проведено 56 экспедиций, в которых приняли участие более 1200 человек; обнаружены останки более чем 1,5 тыс. погибших воинов, установлено 39 погибших. Соответственно, установлены и многие имена, те, которые были до сих пор неизвестны. Ежегодно у нас более 2 тыс. поисковиков из Подмосковья отправляются в экспедиции, чтобы увековечить…

Д.Медведев: А сколько в вашем отряде?

В.Жаркой: У нас 25–30 человек, потому что кто-то приходит, уходит. За всё время у нас поработали, наверное, около ста человек. Я Вам хотел бы озвучить некоторые предложения, которые наболели уже.

Д.Медведев: Пожалуйста, конечно.

В.Жаркой: Но не только у нас, а, я думаю, и у ряда…

Д.Медведев: От имени всех поисковиков.

В.Жаркой: Да! Нашей страны причём, а не только от себя.

У нас вызывает крайнюю озабоченность интенсивное освоение территорий, особенно в тех районах, где велись боевые действия времён Великой Отечественной воны. Компании – частные застройщики, ведущие землеустроительные и строительные работы, не обследуют участки на наличие останков воинов, погибших во время войны, и не пускают на них представителей поисковых отрядов, мотивируя тем, что нет нормативных документов, обязывающих их проводить предварительно обследование участков, а также не предусматривают средства в сметах на проведение данных работ. Для них день простоя при обнаружении останков – потеря денег. Поэтому часто они просто скрывают факт обнаружения, вывозят грунт… Я даже как-то видел: строят дорогу, просто сносят… Мы несколько лет назад подъехали к одной дороге, решили посмотреть, вдруг там что-то есть, и на самом деле обнаружили. Я говорю: а где? А мы, говорят, с утра вывозили грунт оттуда, здесь присыпали и всё. То есть до такого доходит. Мы просили бы Вас рассмотреть возможность издания какого-то нормативного документа, регламентирующего обследование земельных участков перед проведением землеустроительных и строительных работ и обязывающего компанию-застройщика включать данные расходы в сметы. Но при этом чтобы поисковые объединения давали заключения, закончив обследование, потому что может получиться, как обычно у нас бывает, сами понимаете: вроде сказали «да, сделаем», а работы не провели.

Здесь мы как бы ближе к местам боёв, нам администрация помогает, у нас лучшее обеспечение, но многие ребята приезжают из дальних регионов. Поэтому просили бы рассмотреть возможность компенсации затрат на проезд, если возможно, членов поисковых отрядов, уполномоченных общественных организаций к месту проведения поисковых работ и обратно железнодорожным и автотранспортом. Эти поисковики все официально зарегистрированы, поэтому можно на официальном бланке предоставить список участников, которые будут приезжать к местам проведения экспедиций.

И ещё один вопрос. Мы непосредственно столкнулись, периодически сталкиваемся с тем, что после всех мероприятий по поиску уже на финальном этапе, когда проведена экспедиция, найдены останки, их надо, соответственно, торжественным образом захоронить, предать земле… Но зачастую в некоторых местах (Тверская, Смоленская области) не хватает бюджетных финансов. Может, как-то на федеральном уровне это закрепить, чтобы были деньги. Потому что, допустим, такой пример: сегодня у нас ребята поехали в Нелидово заказывать те же самые гробы за свои деньги. Мы скинулись на плиту и всё остальное. Да, нам помогает район, помогают ещё, но всё равно не хватает денег. И какое-то ещё, может быть, минимальное обеспечение (это не такие большие деньги) по проходимой технике. Я вот вчера свою машину посадил и там её оставил, потому что боялся опоздать на эту встречу с Вами.

В принципе так, если вкратце.

Д.Медведев: Спасибо большое. Во-первых, хочу от всех присутствующих вас за эту работу поблагодарить. Есть довольно нехитрая истина, но она справедлива: война не считается завершённой, пока не похоронен последний солдат. И с учётом того, что военные действия, Великая Отечественная война были абсолютно беспрецедентными по своему масштабу, не сравнимыми ни с какими военными действиями не только на нашей территории, но и вообще в мире, эта работа, к сожалению, продолжается. Но хорошо, что есть люди, которые ею занимаются.

Теперь по тем вопросам, которые вы затронули. В последнее время были приняты некоторые новые документы и даже изменения в Закон прошли, по-моему, в апреле. Но это не значит, что законодательство не нужно совершенствовать. Я думаю, что справедливы во всяком случае те вещи, которые вы сейчас говорите и обсуждаете здесь.

По поводу экспертизы и обследования территорий. Я согласен, что застройщики могут вести себя не очень красиво и просто скрывать сам факт обнаружения тех или иных мемориальных мест, захоронений, да и вообще исторических мест, потому что их задача – получить прибыль.

В.Жаркой: Да-да, о чём и разговор.

Д.Медведев: Вот они вышли на участок земли, всё это смешали и сказали: «Здесь дом будет стоять и всё». К сожалению, я могу вам сказать так: это в значительной мере зависит от уровня культуры людей – кто-то не будет так делать, а кому-то наплевать. Но, наверное, можно было бы подумать о создании какого-то специального регламента по обследованию земельных участков. Единственное, чтобы здесь не было ситуации с бесконечным процессом согласований, потому что, вы же понимаете, манипулировать можно всем чем угодно, и даже благородными вещами можно манипулировать. Поэтому можно подумать (я такое поручение готов дать) о том, чтобы соответствующая справка давалась и чтобы всё-таки в этом была поставлена какая-то точка. И не было ситуации, когда всё это идёт в бесконечном режиме согласований: кто-то говорит «мы это ещё не обследовали», а застройщик говорит «нет, мы хотим строить». Просто чтобы здесь не было клинча такого, понимаете, который тоже плох.

В.Жаркой: А здесь, в принципе, всё очень просто. Мы в том году как раз проходили первый участок дороги ЦКАД, участвовали именно в обследовании этого места. Кстати, там были обнаружены останки.

Д.Медведев: Захоронения?

В.Жаркой: Да. Организация, которая с нами заключила договор, запросила справку в Подольском архиве, который им её дал и указал, что там, там и там возможны захоронения.

Д.Медведев: Там, где это работает, это действительно работает правильно. Я не против того, чтобы сделать такого рода работу обязательным условием освоения земельных участков, без избыточной, конечно, бюрократической волокиты, но в качестве обязательной части работ. Андрей Юрьевич, вы-то что думаете по этому поводу?

А.Воробьёв: Дмитрий Анатольевич, я хотел бы в логике Вашего предложения сказать, что у нас две большие стройки: дороги, ЦКАД в частности по западному направлению (я так понимаю, это больше всего беспокоит ребят), и жилищное строительство. У нас есть градостроительный совет, и в случае, если поисковики дают нам приблизительные координаты мест сражений или у вас наверняка есть…

Д.Медведев: Мест захоронений.

А.Воробьёв: Да, то мы, соответственно, можем с вами подписать соглашение, формализовать это, вас приглашать и обязательно рассматривать в том числе и эту составляющую – работу поисковиков. Это я могу гарантировать на губернаторском уровне, и главы районов тоже, соответственно, поддержат.

Д.Медведев: Можно, знаете, как поступить? Я могу дать общее поручение всем главам субъектов Федерации, потому что это же касается не только Московской области.

А.Воробьёв: Да в том-то и дело.

Д.Медведев: Вон коллеги работают сейчас в Тверской области, да и вообще по всей стране, где шли боевые действия. А если говорить по-честному, у нас практически нет территорий, где в той или иной степени не было бы исторических событий: либо Великая Отечественная война, либо какие-то предшествующие события, если, например, говорить о регионах Сибири и Дальнего Востока. Давайте так и поступим. Теперь в отношении компенсации затрат. Я думаю, что в общем это дело благородное. Конечно, желательно, чтобы значительную часть таких затрат на себя брали регионы и муниципалитеты, потому что это, собственно, и есть местные полномочия.

Но с другой стороны, я как раз у вас хотел спросить: есть какие-то частные структуры, которые вам помогают, или их в это дело никак не сагитировать?

В.Жаркой: Нет, мы пытаемся, но опять же, говорю, мы живём здесь, как бы в центре, где сконцентрированы все производства основные… У нас – да, есть, помогают, а другие…

Д.Медведев: А в других местах нет.

В.Жаркой: Мы периодически встречаемся с ребятами, они говорят: «У вас просто замечательно всё…»

Д.Медведев: Просто, если говорить откровенно, в Московской области и денег побольше. Потому что некоторые другие наши области, если сравнивать, победнее просто. Но на что я хотел бы специально обратить внимание всех руководителей регионов и муниципалитетов: что касается захоронения, деньги надо находить. Это дело муниципалитетов и регионов, это не дело поисковиков и даже не дело частных каких-то спонсоров, потому что это государственное дело. Это люди, которые отдали свои жизни за нашу страну, и деньги это должны быть государственные. И каждый руководитель муниципалитета или региона, если это какая-то большая программа, должен на это находить деньги в своём бюджете и никак иначе, потому что так во всём мире устроено. Своих солдат хоронит государство, а не частники, это абсолютно точно.

По остальным вопросам поручения дадим.

Ещё раз хотел бы вас поблагодарить. Это реально очень полезная и важная работа, молодцы вы.

В.Жаркой: Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо вам.

А.Воробьёв: В Московской области, Владимир поскромничал, вообще движение поисковиков особенное. Понятно: по размаху боевых действий и количеству поисковых отрядов равных нет – это 2,5–3 тысячи каждый год. А сколько человек прошло через этот институт! Они большое, важное дело делают. Ежегодно в Московской области мы начинаем старт. Две недели назад мы начали Вахту Памяти…

В.Жаркой: Да. В Коломне.

А.Воробьёв: В Коломне. И каждый раз – это другой город, это отдельный город, где обсуждаются планы, проекты, и каждый муниципалитет (нужно отдать должное главам) под это подводит финансирование: или это какие-то компании, или муниципальный бюджет. И, соответственно, здесь в том числе была услышана ваша рекомендация по захоронению.

Д.Медведев: Хорошо. Московская область у нас и большая и сильная, и с этими вопросами вы, конечно, справитесь.

В.Жаркой: Здесь главное что? Здесь ребята, у которых всё проходит через их руки, душу, они потом приезжают сюда и совсем по-другому смотрят на это, совсем по-другому уже это воспринимают.

Д.Медведев: Знаете, Владимир, я вот вам что скажу. Мария Ефимовна (М.Кузнецова-Коваль) об этом говорила. Я вспоминаю тот период, когда учился в школе – это были 1970-е годы, это было в Ленинграде. В нашей школе был музей, вообще практически каждая ленинградская школа, как и московская, и вообще на территории нашей страны, имела в качестве шефской темы обязательно ту или иную воинскую часть, над которой она шефствовала, занималась поисковой работой. К сожалению, потом часть этих музеев просто исчезла, и я очень рад, что сейчас эти музеи в школах Московской области воссоздаются, потому что то, что школьники с детских лет впитывают, собственно, и формирует их как граждан нашей страны. Я до сих пор помню, как заходил в этот, по сути, класс, где были выставлены образцы как раз поисковой работы, висела карта конкретного соединения, которое участвовало в некоторых боевых операциях, – это навсегда в память врезается. Поэтому чем больше такого будет в школах, тем лучше. Это и есть наша обязанность перед другими поколениями, и этим наши дорогие ветераны занимаются, потому что вы как раз носители всего этого.

Я помню, когда ко мне в школу приходили ветераны – вы тогда ещё были молодые совсем, как мы, даже моложе, чем мы сейчас (многие здесь присутствующие во всяком случае), – всегда это было очень интересно, потому что это были непосредственные участники всех событий. Точно так же и разговор со своими родственниками. Я когда со своими дедами разговаривал, с одним и другим, понимал, что они реально воевали, и это не кино, не газета, это правда.

Может, мы ещё какие-то вопросы затронем? Может, есть какие-то предложения, как всё-таки сделать жизнь..?

В.Варфоломеева (член клуба поддержки ветеранов «Люди доброй воли», участник социальных программ помощи ветеранам и гражданам пожилого возраста, член молодёжного парламента Московской областной Думы, аспирант Государственного университета управления): Есть ещё одна тема…

Д.Медведев: Молодёжь выступает.

В.Варфоломеева: Дмитрий Анатольевич, здравствуйте. Здравствуйте, уважаемые участники встречи! Хотелось бы взять слово. Меня зовут Валерия Варфоломеева. Я представлю красногорскую молодёжь, которая в нашем районе занимается добровольческой деятельностью. Эта тема, конечно, стала очень актуальна, потому что помощь и поддержка нашим гражданам никогда не помешают, они всегда нужны. И мы, молодые граждане, замечаем и видим, что на разных уровнях государственной власти нас поддерживают и эту добровольческую деятельность также.

Стоит отметить, что в скором времени, мы надеемся, выйдет в свет федеральный закон о добровольческой деятельности. Он будет способствовать эффективному развитию добровольчества на территории нашей страны. Также приятно наблюдать, что в Московской области, несмотря на разные направления деятельности правительства и нашего руководителя региона Андрея Юрьевича (Воробьёва), всё равно уделяется внимание волонтёрской деятельности, и лучшие проекты, которые уже реализованы на территории области, района, страны, будут отмечены премией губернатора нашего Подмосковья.

Что касается добровольческой деятельности на территории Красногорского района. Конечно, помимо акции «Наш чистый город» и групп, которые сдают донорскую кровь, и помимо благоустройства памятников, особое внимание мы уделяем работе с нашими ветеранами Великой Отечественной войны. Позвольте остановиться поподробнее на одной из акций, которая называется «Мы рядом». Мы сотрудничаем с советом ветеранов, с управлением социальной защиты Красногорского района: получаем списки ветеранов, которые особенно нуждаются в нашей помощи, договариваемся с ними о встречах, и таким трудовым десантом приходим к ним в квартиры, проводим уборку, мытьё окон. И, конечно, эта акция, эти встречи проходят в особой атмосфере – дружеской – и всегда заканчиваются чаепитиями, воспоминаниями ветеранов, рассказами о Великой Отечественной войне. И в этой акции очень много людей хотят участвовать…

Д.Медведев: А у вас, Валерия, сколько всего добровольцев?

В.Варфоломеева: На территории Красногорского района существует шесть отрядов. В них состоят молодые граждане от 14 и где-то до 23 лет, потому что дальше семейная жизнь начинается, там уже сложнее. А что касается участников в каждом отряде, их количество варьируется где-то от 25 до 50 человек.

Конечно, есть текучка кадров: кто-то приходит и уходит, кто-то остаётся с нами. Что касается администрации города, она поддерживает все наши начинания, все наши акции.

Мне бы ещё хотелось затронуть такой важный вопрос, как имидж волонтёра в средствах массовой информации. На мой взгляд, нужно, конечно, формировать, так сказать, позитивное информационное поле вокруг нашей добровольческой деятельности – не ради славы, а ради того, чтобы больше людей узнавало о наших добрых делах и присоединялось к нам. На мой взгляд, это очень важный аспект, чтобы в прессе такое информационное поле создавалось вокруг волонтёрской деятельности...

Д.Медведев: Благоприятное.

В.Варфоломеева: Да, благоприятное. На мой взгляд, доброволец – это вообще такая определённая гражданская позиция. А когда речь заходит о гражданско-патриотическом воспитании подрастающего поколения, возникают определённые споры: на кого всё-таки возложить ответственность за гражданско-патриотическое воспитание подрастающего поколения? Кто-то утверждает, что этим должна заниматься школа, кто-то считает, что это прерогатива семьи, а кто-то уверен, что этим должно заниматься государство. Дмитрий Анатольевич, очень интересно узнать Ваше мнение: на кого возложить ответственность по гражданско-патриотическому воспитанию нашего подрастающего поколения? Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо, Валерия. Отвечу на все ваши вопросы. Надеюсь, что это и нашим ветеранам дорогим будет интересно.

Раньше, когда (я уже тоже, как ветеран рассуждаю) я учился в школе, наверное, такой надобности в активной добровольческой деятельности не было, потому что были общественные организации, которые все эти функции исполняли, я имею в виду пионерскую организацию и комсомол. Но жизнь изменилась, и в любом случае такого рода деятельность для страны, да и просто для обычных людей полезна. Вы знаете, мы, когда начали заниматься Олимпиадой, просто даже не знали, сможем ли набрать такое количество добровольцев, то есть людей, которые без оплаты практически, за какие-то там разумные компенсации, могут оказывать поддержку самым разным гражданам. Но мы эту задачу практически решили, то есть отряд добровольцев в нашей стране уже очень и очень большой, молодёжь этим готова заниматься. Нужен ли здесь какой-то жёсткий закон? Вы знаете, я своё мнение скажу: главное, вот этим законом о добровольческой деятельности не испортить деятельность самих добровольцев, потому что она обычно идёт, если хотите, от сердца, извините за такие пафосные слова. Вот вы говорите: кто-то отсеивается, а понятно, почему отсеиваются – потому что тому, кто пришёл туда не то чтобы по принуждению, но, во всяком случае, не подумав об этом хорошо, может быть тяжело, или у него какие-то другие возникают приоритеты в жизни. Это деятельность, которая идёт от сердца: если тебе этим интересно заниматься – ты будешь этим заниматься, а нет – значит уйдёшь куда-то в другие сферы, будешь бизнесом заниматься, ещё чем-то. Поэтому главное – не навредить, как принято говорить, и помочь нашему большому отряду добровольцев по всей стране выполнять все свои задачи в разумных рамках.

По поводу того, кто вообще должен заниматься патриотическим воспитанием, я, наверное, не скажу вам ничего сверхъестественного. Патриотизм – это такое ощущение, самоощущение человека, которое невозможно навязать, он складывается внутри. Конечно, идеально, когда есть все составляющие. Когда и в семье правильно понимают историю страны и объясняют своим детям корни нашего государства, нашего развития, исторические события какие-то объясняют. Школа, безусловно, тоже очень важна. Вот я специально вспоминал советскую школу, но на самом деле она много полезного сделала в тот период и в каждого из нас вложила ощущение сопричастности своей стране – тогда это был Советский Союз, сейчас Россия. Общественные структуры – да, тоже, и наши дорогие ветераны, потому что, мне кажется, вы же многие просто этим живёте – общением с молодёжью, рассказывая о том, что происходило. Поэтому желательно, чтобы в патриотическом воспитании принимали участие все составные части нашей страны – и государство, и общество. Но ещё раз повторяю: патриотизм невозможно навязать. Это должно в каждом человеке вызреть. У кого-то это раньше происходит, у кого-то, может быть, позже – в период, когда человек в армию идёт или в институт поступает, но без этого общество нормально развиваться не может. Так ведь?

А.Воробьёв: Извините, что я в этом кругу ветеранов о материальном немножко…

Д.Медведев: Я и хотел как раз про материальное…

А.Воробьёв: Но что делать, на такую работу отправили, и об этом тоже нужно думать. Я считаю, что мы должны, конечно, поддерживать и поисковиков, и наши добровольческие дружины и отряды, как раз давать те самые гранты, премии, то есть стимулировать, выявлять самых активных, чтобы вы, Валерия (В.Варфоломеева), или ваши ребята были примером не только для Красногорского района, но и для других территорий. Я хочу подтвердить, что у нас это движение тоже очень мощное наряду с поисковиками. Обрати внимание, Володя (В.Жаркой), Валерия ничего особенного не просила, но мы ей дадим. Если Дмитрий Анатольевич разрешит нам…

Д.Медведев: Пожалуйста, я препятствовать не буду. Так и Владимир, по-моему, тоже ничего не просил…

В.Жаркой: Да, я тоже, просто мнение других…

А.Воробьёв: Я это к тому, что у нас ребята двум тысячам одиноких участников Великой Отечественной войны оказывают очень много (правда, много внимания не бывает!) постоянного внимания и заботы. И это движение тоже у нас существует. Мы очень ценим, Валерия (обращаясь к В.Варфоломеевой), то, что вы делаете.

Д.Медведев: Это на самом деле очень важно. Я хотел бы поддержать то, что Андрей Юрьевич говорил. Просто прийти к человеку, который уже в возрасте, и помочь ему в каких-то элементарных делах, мне кажется, нормально, здесь нечего стесняться ни ветерану, ни тем, кто ему помогает. То, что вы это делаете, действительно хорошо, молодцы.

Есть какие-то, может быть, предложения? А то у нас тут два министра сидят, скучают. Пожалуйста, прошу вас.

И.Пирогов (инвалид Великой Отечественной войны, 3-й Украинский фронт, 301-й Криворожский гвардейский миномётный полк): Мы по возрасту такое поколение, что можем сравнивать прошлое с настоящим. И первое сравнение состоит в том, что мы никогда не предполагали, что будет у нас встреча с самим главой Правительства страны и с губернатором Московской области. Это, конечно, большая честь, и мы благодарны Вам за то, что Вы нашли время встретиться с нами.

Д.Медведев: Это и для нас честь большая.

И.Пирогов: Что касается воспитательной работы, которую мы проводим, здесь Мария Ефимовна очень подробно всё рассказала. Я только сошлюсь на то, каким образом сами ученики воспринимают нашу информацию. Вот один наглядный пример. В прошлый понедельник, неделю тому назад, меня пригласили в Ильинскую среднюю школу. Там я выступал, сказал: «Ребята, вы знаете, что во Второй мировой войне применялась реактивная артиллерия, или по-другому “Катюши”? Я вам хочу рассказать, потому что служил…» И начал: вот, такие-то системы были – БМ-8, БМ-12, БМ-13, тактико-технические данные их, скорость стрельбы, дальность стрельбы, вес снаряда, то есть всё рассказал, что касается тактико-технических данных. И после того, как я закончил, классный руководитель сказала: «Ребята, а что вы запомнили из того, что вам сказал Иван Григорьевич?». Поднялся лес рук. И, Вы знаете, я поразился: они повторили буквально то, что я говорил, как будто по записи! Таким образом, такая оценка: у нас очень хорошее поколение растёт. И это поколение не только должно сделать страну успешной, оно может сделать нашу страну самой привлекательной, самой могущественной страной в мире.

И ещё очень коротко скажу, что в августе исполняется 80 лет со дня запуска первой жидкостной ракеты на полигоне в Нахабино. Наши энтузиасты – Королёв (С.П.Королёв – советский учёный-конструктор, организатор производства ракетно-космической техники), Цандер (Ф.А.Цандер – советский учёный и изобретатель) и Тихомиров (Н.И.Тихомиров – инженер-химик) запустили эту жидкостную ракету. Она в воздухе пробыла только 18 секунд, и эти 18 секунд открыли космическую эру в мире, а нашу страну сделали первой космической державой в мире, что и сейчас развивается. Такие темы мы поднимаем. Желаем Вам как Председателю Правительства и Вам как губернатору Московской области успехов в вашей нелёгкой, но очень полезной деятельности. Спасибо!

Д.Медведев: Спасибо большое, Иван Григорьевич. Знаете, это как раз то, о чём я говорил, когда вспоминал свою школу. Знаете, почему дети так хорошо всё запомнили? Вот если бы я или, например, Андрей Юрьевич вышли и начали рассказывать им это, они бы не так запомнили. Потому что вы рассказывали о том, чем занимались, что отлично знаете, и вы – реальный участник этих событий. И всегда такой рассказ гораздо интересней и лучше откладывается в голове, чем книжка или даже, допустим, телевизор, или какой-нибудь фильм, поэтому очень хорошо, что вы продолжаете эту работу. Для большинства детей это действительно незабываемое впечатление, потому что жизнь так устроена, что все поколения взрослеют, поколения уходят, а в памяти это остаётся. Большое вам спасибо ещё раз за то, что вы делаете!

Что касается темы, связанной с первым пуском и полигоном в Нахабине. Мне кажется, что можно было бы это как-то отметить, это, по-моему, хорошая тема, предмет для гордости нашей страны, нашего государства.

А.Воробьёв: Мы готовимся к этому.

Д.Медведев: Вы готовитесь, а я хочу узнать, как готовится район. Пожалуйста, скажите, Борис Егорович (обращаясь к Б.Рассказову – главе Красногорского муниципального района).

Б.Рассказов: Да, уважаемые коллеги, действительно это большой юбилей, и я считаю, что он должен быть отмечен и замечен на уровне всей страны. На самом деле, нами разработан целый план, целая программа. В ракетной академии прошли первые такие слушания, где мы принимали самое активное участие, военные представители нашего района. А далее план рассчитан на весь год практически. Основные мероприятия пройдут осенью этого года. Мы сохранили стартовую площадку. Она, в общем-то, ничего собой не представляет, это не полигон ракетный. Но тем не менее мы её поддерживаем, там мемориальный комплекс есть, стоит ракета первая, макет ракеты «Восток»…

Д.Медведев: А вы не хотитезапустить оттуда в этот день что-нибудь? Я, кстати, абсолютно не шучу. А почему нет? Сейчас, при нынешнем уровне развития… Тем более что у вас есть для этого все возможности (объяснять не буду). Причём можно запустить ровно, как Иван Григорьевич (Пирогов) говорил, на 18 секунд. Больше не надо, пусть она через 18 секунд ликвидируется и всё…

А.Рассоленко: Я хочу поднять такую тему. Выражу, наверное, мнение всех: решение о повышении пенсий офицерам, офицерам запаса воспринято очень благосклонно и повлияло на жизнь офицеров. Жить, как говорят, стало лучше и веселее.

Второе, что тоже благосклонно воспринимается офицерами, наверное, всех степеней, – большая работа, которая идёт в армии: сейчас перевооружение, реорганизация. Это большое дело, ибо, как говорится, не будешь кормить свою армию…

Д.Медведев: Да, будешь кормить чужую.

А.Рассоленко: И в продолжение темы воспитания молодёжи. Молодёжь действительно у нас очень хорошая, нам часто приходится бывать в школах, проводить беседы. Но чувствуется ещё слабина в изучении истории… То, что мы знали в своё время, они не знают.

И второе. По-моему, воспитанием у нас занимаются более чем на 50% телевидение, интернет, компьютер, игры. И что-то надо вообще делать с программами воспитания молодёжи по телевидению. Целый день крутят там бандитские разборки, убийства, чёрт знает что. Посмотришь – самому страшно становится.

Д.Медведев: Это, правда, страшно.

А.Рассоленко: Чему они научат молодёжь? Абсолютно ничему. Мы должны воспитывать молодёжь, нацеливать её на работу, на труд. Вы знаете, я часто смотрю телевидение, но не видел ни одного фильма про наш рабочий класс! Несколько раз видел американские фильмы, как, например, работают на погрузке и разгрузке судов, там классически всё это показано, роль рабочего класса. Что-то надо в этом вопросе решать. Запретить им, что ли? Не знаю. У нас была пионерия, комсомол, нам вдалбливали, что я должен быть передовым строителем коммунизма и прочее, и прочее. Может, нам тоже подумать о каком-либо… Создать волонтёрскую организацию, которая должна в школе работать, выезжать. Вы попробуйте собрать сейчас кого-нибудь на БАМ! Разбегутся.

Дальше воспитание физическое. Ну что это такое, что у нас примерно 40% по состоянию здоровья не идут в армию? Подтянуться не могут! Что-то надо делать в этом вопросе.

И заканчивая выступление по этому вопросу, хотел бы к Вам обратиться. Я живу в военном городке Павшино. Это бывший военный городок зенитчиков, а затем военнослужащих системы противоракетной обороны. Мы по решению районных властей организовали там сквер памяти. Хороший получился скверик, там проводили мероприятия, встречи, возложения венков, приезжает туда и начальство. И было запланировано поставить зенитчикам 85-милиметровую пушку, там поставили ракету, антенну для…

Реплика: РЛС.

А.Рассоленко: А пушку третий год вымаливают у Министерства обороны. В своё время Министр обороны решил дать, да не дошло до департамента имущества.

Д.Медведев: Замотали.

А.Рассоленко: Замотали. И вы знаете, сейчас уже в совете наших ветеранов по этой 85-миллиметровой пушке (а это самая массовая пушка, которая везде есть), вот такая папка документов... Вмешайтесь, может быть, позвонить Шойгу (С.Шойгу – Министр обороны)…

Д.Медведев: Договорились.

А.Рассоленко: Поставят там эту пушечку, и будут все рады.

Д.Медведев: Алексей Иванович, хорошее у вас, многогранное выступление. Знаете, очень важно, что такое общение происходит, очень важно, что вы с молодёжью встречаетесь, потому что люди вашего поколения так воспитаны, что никто ничего себе не просит. Или пушку дайте в сквер, или же звание «Город воинской славы» присвойте. Люди привыкли думать прежде всего о развитии государства, своей страны, об общественных разных процессах, но только не о себе. Это, конечно, уникальная ситуация.

Теперь то, о чём вы говорили. Ну то, что вы похвалили некоторые решения (спасибо большое), я комментировать не буду. Скажу лишь то, что до 2020 года, вы знаете, у нас запланировано несколько крупных программ по перевооружению. Очень хорошо, что наш бюджет сегодня позволяет эти задачи решать. В 1990-е годы всё было внизу. Сейчас у нас есть одна цель, которую мы реализуем и в рамках программы гособоронзаказа, и в рамках программы модернизации оборонно-промышленного комплекса: довести уровень нового оружия до 70–75% в войсках, а по некоторым направлениям – до 100%. Это беспримерное перевооружение, и я думаю, что это можно сопоставить, откровенно говоря, только с тем, что у нас происходило во время и после войны, когда, по сути, техника поменялась, вы сами были свидетелями этого. Я надеюсь, что мы это всё реализуем, потому что это очень важно для обороноспособности нашего государства.

По поводу телевидения – это тема, которую мы постоянно с ветеранами обсуждаем. Не скрою, мне, конечно, далеко не всё нравится из того, что показывают. Не могу с вами не согласиться в том, что целый ряд общественно важных тем выпадает просто из телевизионной повестки, и это печально, я понимаю. Но мы сейчас действительно живём в определённых условиях. Телевидение должно зарабатывать деньги, это не как раньше, когда сверху все эти деньги распределяли через государственный бюджет и говорили: «Снимай вот это». Сейчас они сами зарабатывают деньги от рекламы, от продажи прав на те или иные кинопроизведения, но они должны показывать жизнь такой, как она есть. А она состоит не только из бандитских разборок, слава богу! Наоборот, это обочина жизни. Они, к сожалению, очень часто избыточное внимание на этом концентрируют, для того чтобы привлечь внимание телезрителей.

В этом смысле, и я считаю, это абсолютно нормально (вы американцев привели в пример), нам нужно брать пример с тех стран, где телевидение более современное, телевидение, которое показывает жизнь во всём её многообразии, включая и жизнь обычных людей. А кто у нас обычные люди? Это как раз рабочие, инженеры, военные, люди, которые в деревне живут и трудятся. Об этом обязательно нужно снимать и кино, и документальные фильмы. Не значит, что этого нет вообще, но, конечно, всё это ушло на периферию. Кстати, ничего плохого нет и в том, чтобы показывать старые фильмы. Вы знаете, для меня было достаточно удивительно, что и молодёжь… Это только так считается, что они хотят смотреть лишь фильмы Голливуда, это не совсем так. Многие с удовольствием смотрят фильмы и вашего времени, и военного времени, и фильмы 1970–1980-х годов.

Если, например, говорить о нашем военном кинематографе, о кинематографе, который показывал Великую Отечественную войну, да и вообще военные события, я думаю, что лучшие его образцы – это совершенно уникальные фильмы. Давайте вспомним, например, уровень таких постановок, как «Освобождение», которое снималось в начале 1970-х годов, киноэпопея, помните? Очень известный фильм. Это же действительно была очень масштабная киноверсия всех событий того периода, поэтому современным кинематографистам, конечно, нужно учиться на лучших образцах такого рода авторских произведений. И в завершение: то, что спортом должны заниматься, сомнений нет.

Теперь в отношении нашей злосчастной пушки. Я по военно-учётной специальности тоже артиллерист и воспринимаю это просто как прямое поручение от вас. Это безобразие, конечно, то, что пушку не отдали. Уже второй министр этим занимается. Я это всё, конечно, записал. Я сегодня позвоню, а вы мне дайте точные координаты, куда конкретно они должны эту пушку доставить, иначе мне придётся её лично привезти сюда. Я Андрея Юрьевича (А.Воробьёв) возьму ещё с собой. Договорились?

Реплика: Без снарядов только.

Д.Медведев: Без снарядов, демилитаризованную, как принято говорить, то есть стрелять она не будет.

Ю.Курбаков (Герой Социалистического Труда): Дмитрий Анатольевич, я хотел бы, чтобы Вы, уехав из Красногорска, полюбили наш город, наш район, так, как мы его любим, поэтому я Вам хочу вкратце рассказать о головном предприятии нашего района, это буквально в 90–100 м отсюда, Красногорский механический завод. Он был создан в 1927 году по постановлению Совета народных комиссаров как оборонное предприятие. Первичная численность на тот момент была только 200 человек, но в процессе развития предприятия эта цифра выросла до 24 тыс. Сейчас предприятие гораздо меньше, но оно осталось таким же боеспособным, уникальным.

На нашем предприятии можно посмотреть такие вещи, которые Вы не увидите нигде. Например, в 1956 году здесь была разработана система управления огнём для танка – это двухплоскостная стабилизация поля зрения и стрельба сходу. 30 лет этот прибор стоял на вооружении нашей армии, сейчас мы уже его заменили, выпускаем другую продукцию.

Далее. АФА-39 – фотоаппарат, которым была сфотографирована Земля из космоса. Это было в 1957 году. В 1959 году нашим же прибором АФА-Е1 была сфотографирована обратная сторона Луны.

В 2004 году на вооружение была поставлена станция контроля космического пространства, так называемая 54Ж6 «Окно» (оптико-электронный комплекс), это уникальное станция. Поэтому, если у Вас будет такая возможность – пожалуйста, на наш завод.

Д.Медведев: Спасибо, Юрий Петрович.

Ю.Курбаков: И ещё один вопрос. В своё время наше предприятие и другие предприятия имели садовые участки, которые выдавались участникам Великой Отечественной войны, трудового фронта. Сейчас, в последнее время, на этих участках стали появляться многоэтажные дома. Поэтому те садоводы, кто оказался огорожен этими домами, страдают… Наверное, наступило время, когда на уровне Правительства должно быть принято какое-то решение, чтобы с этим безобразием покончить. Вот такая у меня просьба от имени садоводов, которые считают себя обиженными. Спасибо большое.

Д.Медведев: Спасибо, Юрий Петрович. В отношении механического завода: завод действительно очень известный и сильный. Если приглашаете, может быть, как-нибудь действительно заедем, посмотрим, как дела, и поговорим. Спасибо за приглашение, меня и руководитель района приглашал.

Что касается садовых участков. Я, конечно, не знаю, что там происходит, и если дадите мне какую-то более точную информацию... Борис Егорович, что там, какие проблемы?

Б.Рассказов: Дмитрий Анатольевич, разговор идёт о многоквартирных домах, которые появляются на участках ИЖС (индивидуальное жилищное строительство) без разрешения. А признак многоквартирности можно увидеть не сразу, когда фундамент появляется. Мы отсудили сейчас все эти участки.

Д.Медведев: Речь идёт не о застройке большими домами?

Б.Рассказов: Нет, это просто мешает соседям. На самом деле такая тема есть.

Д.Медведев: Проще говоря, строят индивидуальный дом, но в результате он строится на несколько семей?

Б.Рассказов: Так точно.

Д.Медведев: А разрешение даётся на строительство под одну семью?

Б.Рассказов: Разрешение даётся на ИЖС.

Д.Медведев: На ИЖС? Но это нарушение на самом деле.

Б.Рассказов: Да. Мы, безусловно, в суды обращаемся, у нас уже есть решения по целому ряду таких домов, о сносе их. К сожалению, страдают люди.

Д.Медведев: Они прямо на территории садоводческого товарищества строятся?

Б.Рассказов: Да, чаще всего это именно на ИЖС и на дачных участках.

Д.Медведев: На дачных участках даже есть?

Б.Рассказов: Да.

Д.Медведев: Вы проследите, пожалуйста.

А.Воробьёв: Мы будем вынуждены к Вам с просьбой обратиться. Я благодарен Юрию Петровичу (Курбакову), что он эту тему поднял. В Московской области жильё, как известно, очень востребовано и стоит приличных денег. Сегодня ситуация такова, что на этих участках, огородных участках, садовых товариществах вырастает, как правило, 4–6-этажный дом. Соответственно, сразу открываются продажи.

Д.Медведев: Безобразие, конечно.

А.Воробьёв: Кроме того, что это несанкционированное строительство, ещё часто те, кто заплатил за квадратные метры, оказываются в совершенно неприемлемой ситуации: у них нет свидетельства на собственность, нет электричества достаточного, ну и так далее и тому подобное. Поэтому мы хотим выйти с предложением внести определенные поправки, для того чтобы как-то регулировать эту деятельность. Сегодня и муниципалитеты в том числе бессильны.

Д.Медведев: Я не считаю себя большим специалистом по этим вопросам, хотя понятно, что Правительство этим строительством занимается и обязано следить за общей ситуацией. Но насколько я помню общие правила, они заключаются в следующем: в случае, если это строительство ведётся с нарушениями утверждённого плана, такое строительство является на основании закона самоуправным и подлежит сносу. Это общее правило. Если ты строишь на одну семью по определённому проекту, а в результате возникает многоквартирный дом, то это вообще неправильное строительство, это самоуправное строительство и нужно всё это сносить. Это, конечно, бывает очень трудно сделать, потому что всё это через человеческие эмоции проходит, но мы должны всё-таки порядок какой-то на своей земле сохранять, иначе понастроят такого! Завтра там будет уже не 3–4-этажный, а 9-этажный дом. И что же нам, разрешать это делать всё? Тем более, если это идёт с нарушением, как правило, это всё может развалиться в один прекрасный момент, ещё и людей там погребёт.

А.Воробьёв: Так и происходит, ровно как Вы сказали: обманутые дольщики появляются как раз благодаря, в кавычках, такой деятельности.

Д.Медведев: Надо наводить порядок. Если нужно какие-то правила, касающиеся градостроительной политики и отвода земель, поменять, пожалуйста, внесите предложение, мы это сделаем. Будем заниматься тогда этим.

А.Воробьёв: Спасибо.

Д.Медведев: Я ещё раз хотел бы от имени всего нашего Правительства и от имени руководства области сердечно поздравить всех вас, дорогие ветераны, с праздником Победы, сказать вам, что мы горды тем, что сидим с вами за одним столом. Мы понимаем, что вы сделали для нашей страны. Если говорить прямо, если бы не ваше поколение, у нас и страны-то не было бы, неизвестно, что в мире бы происходило. Поэтому я хочу вас ещё раз поздравить с нашим великим праздником, с Днём Победы, и пожелать вам быть такими же бодрыми духом, какими вы являетесь сейчас! Очень приятно было слушать ваши выступления. Надеюсь, что у нас такая возможность будет и в дальнейшем. С праздником! С Днём Победы!

Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 6 мая 2013 > № 870785 Дмитрий Медведев


Россия. ЦФО > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 19 апреля 2013 > № 870784 Дмитрий Медведев

Стенограмма:

Д.Медведев: Здравствуйте, коллеги! «Шире круг» у нас называется это мероприятие. Добрый день! Как дела-то вообще?

Реплики: Нормально.

Д.Медведев: Ответ правильный, нормально – это нормально. Давайте поговорим о том, как живёте, как живёт Смоленское региональное отделение нашей партии, как вообще смоленская земля развивается. Не скрою, я, когда у вас был последний раз, конечно, почувствовал, что есть проблемы, связанные и с качеством управления, наверное, и с недостатками финансирования, и с накопившимся за последние, может быть, 20 лет невниманием к целому ряду вопросов. Поэтому задача партии – способствовать развитию региона. Регион у вас непростой, скажем откровенно. Он пограничный, имеющий огромные преимущества и в то же время большое количество нереализованных возможностей. Что там говорить? Даже тот факт, что во главе региона стоит представитель другой партии, для нас, скорее, исключение. Это не значит, что это аномалия, нет, у нас нормальная, демократическая страна, могут быть и представители других партий, но в целом это всё-таки некоторая особенность. У вас впереди выборы в областную думу, в муниципальные собрания. Давайте обсудим, как партии выстроить правильно работу, с тем чтобы всё-таки добиться результата, тем более что на прошедших выборах результат был такой сложный – 36,6 %, как температура здорового тела. Но всё же в сравнении познаётся, во многих странах, конечно, 36,6 – это неплохой результат, но мы всегда нацеливались на более высокие цифры, для того чтобы уверенно управлять.

В общем, я в вашем распоряжении. Давайте обсудим и общие подходы и, естественно, какие-то частные темы, относительно частные – для региона они, может быть, совсем даже не частные. Обменяемся впечатлениями, как выстроить лучше избирательную кампанию, потому что она не будет лёгкой, но я уверен, что у вашей партийной организации есть все силы, для того чтобы эти задачи решить, ну а мы здесь, в Москве, естественно, поможем, чем можем, потому что всё-таки основной удар придётся на вас. Я надеюсь, вы с ним справитесь. Пожалуйста, кто начнёт? Прошу.

И.Ляхов: Спасибо. Добрый день, уважаемый Дмитрий Анатольевич! Я являюсь секретарём регионального отделения партии «Единая Россия», фамилия моя Ляхов Игорь Васильевич. Более семи месяцев я возглавляю эту партийную организацию. Хотел бы маленькую справочку дать о нас, о нашей партийной организации. Количество наших членов-партийцев – 14 тыс. 406 человек, более 6 тыс. на сегодняшний день – это сторонники партии. У нас есть большинство в областной думе: из 44 депутатов областной думы 31 депутат – наши партийцы, они представляют фракцию «Единая Россия» в составе областного Законодательного собрания.

Д.Медведев: Как сейчас обстановка в областном Законодательном собрании? Там разная ситуация была, я помню, мне рассказывали.

И.Ляхов: Обстановку нормализуем, работаем с Законодательным собранием, необходимые проекты проводим в жизнь. Недавно внесли изменение в законодательство, которое, я думаю, поможет нам впоследствии в нашей выборной и поствыборной кампаниях. Очень надеемся, что и в дальнейшем сможем выдвинуть большинство в областное Законодательное собрание, поэтому у нас сейчас основная задача – проведение предварительного внутрипартийного голосования.

Мы изначально для себя определили третью модель, но, посмотрев, сколько заявилось кандидатов (а это солидное количество – более 275 человек на сегодняшний день), приняли решение перейти на первую модель, то есть открытую модель всенародных выборов, чтобы каждый из кандидатов смог реально доказать, широко представив себя на выборном участке, что он востребован, что за него пойдут и будут голосовать. И, естественно, по результатам уже этого праймериза мы сможем дать оценку нашим кандидатам и выдвинуть кандидатов, которые востребованы, которые на сегодня популярны в народе. Это наша основная задача на сегодняшний день.

Должен сказать, что я принял решение о сложении полномочий с себя как с заместителя губернатора Смоленской области, чтобы максимально сконцентрировать время, силы для решения этой задачи.

Д.Медведев: У меня просто увели вопрос. Я хотел вам его как раз задать. Думаю: а как вы работаете, будучи заместителем губернатора, руководите отделением нашей партии – имея в виду, что губернатор представляет другую политическую силу, – насколько это комфортно?

И.Ляхов: Уже не работаю, Дмитрий Анатольевич.

Д.Медведев: Понятно. На нет и суда нет, как принято говорить.

Что делать будете после того, как сложили полномочия?

И.Ляхов: Всецело, все свои силы, время посвятим работе с партийцами...

Д.Медведев: Я думаю, это правильно.

И.Ляхов: … для того чтобы выдвинуть наших кандидатов, чтобы проехать по регионам, услышать проблематику, создать предвыборную программу. И с этой программой, начиная решать эти вопросы буквально со следующей недели, идти на выборы.

Д.Медведев: Я думаю, Игорь Васильевич, это правильно. С учётом специфики региона, большого количества проблем, специфики системы управления то, что вы будете независимы от исполнительной власти, даст вам нужный оперативный простор и свободу в принятии решений. Потому что всё-таки исполнительная власть – не важно, кто там губернатор: красный, белый, представитель «Единой России» или ЛДПР, принципы единоначалия никто не отменял в этом смысле. Есть определённые решения, которые губернатор принимает. Он обязан добиваться их исполнения – это абсолютно нормально. В ряде случаев, может быть, вам лучше быть свободным в продвижении тех или иных идей. Успехов!

И.Ляхов: Спасибо, Дмитрий Анатольевич. И самое главное, что этот шаг понятен для наших партийцев, они понимают, что я не являюсь больше подчинённым губернатора.

Д.Медведев: Я им только что об этом и сказал.

И.Ляхов: Да.

Д.Медведев: Я догадался, зачем вы это сделали. Я вам желаю, Игорь Васильевич, успехов. Это будет такая сложная полоса в вашей жизни, сомнений нет. Но, с другой стороны, почувствуете нерв жизни, потому что когда по регионам и по населённым пунктам ездишь, это всё-таки не кабинет, вы сами знаете.

В.Балалаев (глава Сафоновского муниципального района, член президиума политического совета Смоленского отделения партии «Единая Россия»): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Балалаев Вячеслав Ефимович – руководитель ассоциации глав муниципальных образований Смоленской области (их у нас 326), член президиума регионального отделения партии, кандидат от партии в областные депутаты, то есть я иду по партийному списку. Руковожу районом и городом уже 16 лет, очень давно работаю. И от имени глав муниципальных образований… У нас великий праздник – 1150 лет Смоленщине, 70 лет, как Смоленщину освободили от немецко-фашистских захватчиков (они рядышком, эти праздники). Мы хотели бы видеть Вас у нас на Смоленщине.

Д.Медведев: Спасибо за приглашение.

В.Балалаев: Это было бы для нас очень здорово. Мы были бы очень рады. Но у меня несколько вопросов. Один вопрос касается, наверное, не только региона в целом, но и России. Это 185-й закон – переселение граждан из аварийного жилья. Вопрос, который не требует бюджетных средств, а требует Вашего решения, то есть разрешить людям, которые переселяются из аварийного жилья (а там живут люди в большинстве своём материально плохо обеспеченные), за счёт своих средств покупать 2–3 кв. м. Ну что там кухня – 4 кв. м, а закон это не разрешает, соответствующего постановления у Правительства нет. Этим самым мы поможем улучшить жилищные условия людям, которые будут переезжать в новые дома и новые квартиры. Вот такая просьба.

А второй вопрос касается, конечно, дорог. Смоленщина, Вы знаете, – это щит России, но дороги там плохие. Мы, конечно, стараемся использовать то, что Правительство нам даёт, что даёт администрация области… Мы реализуем все средства, которые нам поступают. Есть такая партийная программа – «Новые дороги городов “Единой России”», она на три года рассчитана. Мы её реализуем, реализуем успешно, у нас идет и благоустройство, люди очень довольны. Что такое благоустройство, которое впервые осуществляется за счёт программы партии «Единая Россия»? Люди это видят каждый день: они утром ходят по благоустроенным дорожкам возле дома, и вечером, и в обед. Это не транзитные дороги. Но у нас, Вы хорошо знаете, всё же Смоленщина – это ворота западные, и, конечно, мы, встречая тех, кто к нам с добром едет, как хорошие хозяева, хотим им показать, что у нас Россия начинается со Смоленщины, всё хорошо. А дороги, к сожалению, не очень, не такие, которые привлекают. Мне как-то и неудобно говорить, но я, когда ехал, мониторил этот вопрос. Количество дорог только общего пользования – 10 тыс. км. Не хватает средств. Если это возможно, продлить бы проект партии по дорогам. И если есть возможность какая-то, всё же оказать помощь Смоленской области, привести дороги в порядок, чтоб гостей встречать по хорошим дорогам.

Конечно, и на благоустройство бы надо дать несколько миллиардов.

Д.Медведев: Начинается!

В.Балалаев: А как без этого!

Д.Медведев: Приехал в гости – дай, говорят, миллиард или несколько.

В.Балалаев: И на дороги. Но это в действительности так. 1150 лет один раз бывает и 70 лет освобождения Смоленщины от немецко-фашистских захватчиков.

Я вам хочу сказать: Смоленщине всегда помогали. И когда-то Леонид Ильич Брежнев, генеральный секретарь, на обращение членов партии…

Д.Медведев: Тоже спасибо за правильное сравнение. Уже и Леонида Ильича помянули.

В.Балалаев: Он как написал? «Истинно русской земле, особенно пострадавшей в период Великой Отечественной войны, прошу вас оказать помощь». Я от имени членов партии «Единая Россия» и хотел бы попросить эту помощь.

Д.Медведев: То есть, по сути, резолюция уже подготовлена. Хорошо.

В.Балалаев: Спасибо.

И последний вопрос. Вы очень много уделяете внимания сельскому хозяйству. Для нас это особенно важно: Смоленская область всё-таки область аграрная. И мы сегодня реализуем много проектов, в том числе и проектов партии «Единая Россия». Мы переводим своё сельское хозяйство на промышленную основу. Я – бывший сельхозник, хорошо знаю эту проблему. Мы строим большие комплексы, особенно животноводческие. Я знаю, что Вы были в Брянске...

Д.Медведев: Был.

В.Балалаев: …оценили, как они работают. И мы тоже реализуем проект на 5,5 тыс. голов дойного стада. Мы его уже на 40% реализовали, то есть это не протокол намерений. На сегодняшний день 1,2 тыс. голов, надой европейский – более 9 тыс. кг с коровы. Мы на 600 голов в этом году вводим плюс к тому, и к 2015 году введём этот комплекс.

Проблема кадров. Есть правительственная программа «Комплексная застройка села», но там говорится только об инженерном обустройстве, то есть это газ, вода, электроэнергия, дороги, а строительство жилья там упущено. И, насколько я знаю тот период, в том веке, работая в сельском хозяйстве, много строили аграрных городков, привязывая их к проектам по производству реальной продукции, к животноводческому комплексу. И хотелось бы, чтобы была внесена поправка Правительства… Если это комплексная застройка, то под такие живые, не надуманные производственные мощности в сельском хозяйстве надо строить всё же агрогородки.

Д.Медведев: А что для этого нужно?

В.Балалаев: А для этого нужно, чтобы и Правительство, и субъекты Федерации, и местные власти муниципальные, все вместе на условиях софинансирования участвовали в той программе, которая была бы принята по строительству агрогородков, именно привязанной к крупным мощностям, которые вводятся. 5,5 тыс. голов – это брендовый будет комплекс…

Д.Медведев: Серьёзный комплекс, да.

В.Балалаев: Дойного стада.

Д.Медведев: Понятно.

В.Балалаев: И он уже на 40% реализован, то есть он работает уже два года, даёт продукцию.

Это было бы здорово, но нет людей в сельском хозяйстве. То, что сегодня есть… Например, 90% средств из федерального бюджета идёт под конкретное физическое лицо, и 5% платит это физическое лицо. Что на самом деле получается? Они получают жильё, приватизируют, и остаётся из 10 два. А восемь уезжают! Понимаете, неэффективная эта программа, а нам надо… Вот мы построили агрогородок и отдали в аренду это жильё на 10 лет с последующей приватизацией.

Д.Медведев: Спасибо.

В.Балалаев: Спасибо, Дмитрий Анатольевич.

Д.Медведев: Я думаю, что если я отвечу на все вопросы Вячеслава Ефимовича, то можно и завершать нашу встречу.

В.Балалаев: Спасибо.

Д.Медведев: Но начну с того, что, во-первых, спасибо большое за приглашение на праздники, я постараюсь им обязательно воспользоваться.

Теперь по сути вопросов, которые вы ставите и которые на самом деле касаются и Смоленщины, и вообще в значительной степени всей нашей страны.

По законодательству, связанному с переселением из аварийного жилья. Очень хорошо, что вы на эту тему вышли. Я на самом деле считаю, что это изменение в закон было бы абсолютно разумным. Почему? Во-первых, люди хотят всё-таки переселяться в благоустроенное, современное жильё, и если человек ещё и какие-то свои 10 копеек вложил, он всё-таки немножко по-другому будет относиться к тому, что получил. Ну это мировой закон, да? Когда ты в чём-то поучаствовал, может, даже небольшими деньгами, у тебя к этому другое отношение, потому что ты понимаешь, что это уже часть твоего трудового результата. Поэтому нужно подумать, что и как дополнить: только ли сам закон или ещё набор подзаконных актов. Но в принципе мне эта идея нравится, она сама по себе правильная, с экономической точки зрения абсолютно разумная. Давайте это сделаем, но мне нужен тогда свод предложений. Сергей Иванович (обращаясь к С.Неверову), по итогам нашей встречи сделайте, чтоб ничего не упустить, у нас, конечно, запишут всё, что нужно, но желательно на бумаге всё это тоже получить мне. Хорошо, договорились.

Теперь по поводу программы «Новые дороги “Единой России”». Мне кажется, то, что такие проекты у нас реализуются как проекты партийные, – это очень важно. Как вы правильно говорите, когда человек выходит и видит, что дорога новая, у него совершенно другое настроение, и пешком ли он по ней гуляет или в автомобиль садится, – это первое, что бросается в глаза. Вот я прилетаю куда-нибудь – не важно, к вам, например, или в другое место, – у меня есть такая манера, желание: я очень часто сам сажусь в автомобиль, сам за руль. Потому что когда ты сам едешь, ты, как ни странно, гораздо больше видишь (чем едешь – сбоку за какой-нибудь шторкой, и обзора никакого нет), и ты видишь, по чему ты едешь.

Я могу вам сказать так: если въезжаешь в регион и дорога к аэропорту плохая – настроение уже другое. Во-первых, это означает, что руководство этим занимается не очень хорошо. Во-вторых, ты понимаешь, что такие же эмоции испытывают люди, которые прилетают, приезжают. И в-третьих, понимаешь, что внимания этому нет и денег на это, видимо, нет, или же приоритеты иначе распределены. К сожалению, и у вас такая же история. Её надо, конечно, менять. Но это отдельный вопрос, в том числе и вопрос о поддержке каких-то дорожных проектов, и если они есть – предложите, мы посмотрим. Но что касается пролонгации, продления самой программы, мне кажется, это для партии абсолютно правильно, потому что сама по себе эта программа привлекательная. Людей наших волнуют дороги, волнует жилищно-коммунальный комплекс (который, кстати, очень часто с дорогами и связан), здравоохранение, образование, общая ситуация. Поэтому, мне кажется, для партии этот проект правильно продолжать.

Наконец, третий вопрос – по вашему агрокомплексу. Действительно большой комплекс, если 5,5 тыс. голов дойного стада. Может быть, есть смысл подумать о том, чтобы по примеру Брянской области – она недалеко – позаниматься и мясным поголовьем? Потому что у вас явно животноводческий регион, он абсолютно европейский, северо-западный, и кому, как не вам, этим заниматься, потому что всё-таки растениеводство в ограниченных каких-то возможностях существует у вас. Поэтому, мне кажется, это правильно.

Что же до того, чтобы всё это достроить, – здесь нужно посмотреть. Насчёт агрогородков сразу скажу: это хорошая тема. Обязательно нужно, чтобы была правильная кредитная поддержка. Мы разбирались недавно, и коллега в Думе говорил об этом, и на совещаниях различных: очень важно, чтоб продолжалось софинансирование кредитов и субсидирование кредитных ставок, потому что если мы с этой дороги уйдём, то результат будет гораздо хуже, чем можно было бы себе представить. А в большинстве стран, весьма развитых в агарном отношении, объём дотаций и субсидирования всё-таки достаточно высокий применительно к сельскому хозяйству. И нам никуда в ближайшие годы от этого не уйти, в том числе потому что мы вступили в ВТО и условия труда аграриев стали более сложными, потому что конкуренция усиливается. С этим ничего не поделать, это должно подтянуть и нас, мы, собственно, должны меняться тоже. Но государство должно помогать, поэтому принят целый ряд решений, я коллегам тоже по партии говорил о них, и когда в Госдуме выступал, – только в этом году ещё дополнительно на программы сельского хозяйства направить порядка 42 млрд рублей.

Да, и последнее, о чём вы говорили, – закрепление специалистов. Конечно, очень хорошо, когда развитие хозяйства, например, крупного такого, как вы говорите, или поменьше сопровождается строительством жилья для молодых специалистов, потому что другого способа удержать людей на селе не существует. Причём это должно быть нормальное современное жильё, а не просто комната в общежитии. Сейчас никого этим не приманишь, это, может, 50 лет назад срабатывало, а сейчас абсолютно нет, особенно с учётом того, что это всё-таки деревня, а в деревне, на мой взгляд, уровень комфорта должен быть выше, чем в городе. В городе есть плюсы определённые, там развлечения разные, масса магазинов, доступ в университеты, театры, но поэтому и жильё там может быть меньше, а на селе оно как раз должно быть более комфортабельным, если человек выбирает для себя село. Поэтому эта программа, которая у нас реализуется в рамках большой государственной программы развития АПК по субсидированию строительства жилья, тоже будет продолжена, но она, конечно, не универсальная, сразу скажу. Она где-то работает лучше, где-то работает хуже.

И очень важно, чтобы программа по строительству жилья для молодых специалистов обязательно сопровождалась софинансированием со стороны самих хозяйств, со стороны самих работодателей, потому что без этого она не работает. В каких пропорциях – это отдельный разговор, но это совместный проект.

Реплика: Спасибо.

Д.Медведев: Вам спасибо. Пожалуйста.

А.Малащенков: Дмитрий Анатольевич! Депутат Смоленской областной думы Малащенков Артём Сергеевич, секретарь местного Смоленского районного отделения партии.

Я к Вам хочу обратиться не только как депутат и секретарь, но также как отец двух дочерей дошкольного возраста. Сегодня у нас в регионе очередь в дошкольные учреждения составляет более 17 тыс. детей. И чтобы решить эту проблему до 2016 года и обеспечить детей с трёх до семи лет местами в детских садах, нам необходимо порядка 1,5 млрд рублей и строительство 13 новых детских садов. При отчёте в Государственной Думе Вы затронули эту тему и сказали, что министерствам профильным дано указание о подготовке федеральной целевой программы, в рамках которой будет софинансирование строительства детских садов в регионах. Но учитывая кризисность нашего бюджета (Вы об этом тоже сегодня говорили)… У нас собственные доходы 23,4 млрд рублей и государственный долг к концу этого года уже будет 19 млрд рублей. Хочется у вас поинтересоваться…

Д.Медведев: А он снижается или растёт?

А.Малащенков: Нет, увеличивается. Хочется поинтересоваться: будет ли в рамках этой федеральной целевой программы единообразный подход ко всем регионам, либо такие кризисные регионы, как мы, получат немножко больше?

Д.Медведев: Немножко больше… Спасибо, Артём Сергеевич. Вопрос этот для любого региона важен, и для вашего тоже. У нас, для того чтобы решить практически полностью проблему с детскими дошкольными учреждениями по всей стране, нужно приблизительно 1,2 млн мест – это много, конечно, реально много. И приблизительно понятны источники: на одну треть источники уже есть в федеральном бюджете и бюджете регионов, в том числе и в вашем что-то есть, приблизительно 350–370 тыс. Ещё 300 с лишним тыс. идёт за счёт различных форм негосударственного участия и создания альтернативных форм ухода за детьми (мы просто прикидывали). Но на остаток порядка 350 тыс. денег нет в бюджете, именно поэтому мною было принято решение создать специальную программу, для того чтобы поддержать регионы, потому что у вас тоже на это денег нет. В результате родилось моё поручение, сейчас готовится постановление Правительства о выделении довольно значительной суммы денег. В общей сложности на ближайшие несколько лет это 300 млрд рублей с небольшим. Как мы будем их распределять? Конечно, мы не будем просто их размазывать автоматически. Естественно, будем учитывать целый ряд факторов и общую ситуацию с детскими дошкольными учреждениями. У нас, на удивление, 10 регионов вообще не имеют этой проблемы, причём разных. Ещё 10 регионов где-то балансируют практически, они способны сами решить, там небольшое количество мест в детских садиках нужно сделать. Но есть регионы, в которых эта проблема стоит драматически – либо потому что огромное количество мест требуется, либо потому что абсолютно нет денег.

У вас какая потребность в местах в детские дошкольные учреждения, прикидывали?

А.Малащенков: Порядка 17 тыс. где-то.

Д.Медведев: 17 тыс., да? Но это для Смоленска большая цифра, да. С учётом населения это большая цифра.

Поэтому мы, конечно, будем исходить из индивидуального подхода и постараемся сделать так, чтобы каждый регион (такая цель просто стоит) до 2016 года эту проблему закрыл. И конечно, мы будем ориентироваться на целый ряд факторов: на очередь, ещё раз говорю, на бюджетную обеспеченность и на вашу способность найти какие-то источники софинансирования. Но федеральный бюджет поможет, не сомневайтесь.

О.Иванов: Разрешите?

Д.Медведев: Пожалуйста.

О.Иванов: Секретарь местного отделения партии «Единая Россия» Кардымовского района, глава администрации Кардымовского района Смоленской области Иванов Олег Вячеславович.

Добрый день, Дмитрий Анатольевич.

Д.Медведев: Добрый день, Олег Вячеславович.

О.Иванов: Такой вопрос, который сегодня беспокоит, наверное, нас всех в России, беспокоит он не только Смоленскую область, Кардымовский район: это развитие спорта, развитие здорового образа жизни среди молодёжи. Сегодня это работа с молодёжью непосредственно. Меня как руководителя местного отделения партии интересует работа нашей «Молодой гвардии». За те три года, что мы у власти (после выборов в 2010 году мы взяли 80%, партия «Единая Россия» у нас в районе победила, у нас сегодня представлены на 80% депутаты районного совета, хотя до этого район полностью считался «красным поясом», так сказать), мы довольно много сделали. Прежде всего мы провели и проводим сейчас большую работу с молодёжью. Сегодня у нас «Молодая гвардия» реально работает. Буквально две недели назад мы приняли в молодогвардейцы 24 молодых человека, чем гордимся.

При этом наша молодёжь активно работает. Она является сегодня локомотивом практически всех мероприятий, всей общественной жизни, которая проходит на территории района. А это такие легендарные места, как Соловьёва переправа (события, связанные с 1941 годом), Лубино – наше историческое место (1812 год). Есть такой бренд: могло ли быть Бородино, коль не было бы Лубино? Всевозможные центры активного отдыха – также инициатива нашей молодёжи.

В то же время такие маленькие районы, как я представляю, каких большинство сегодня в Смоленской области…

Д.Медведев: У вас сколько населения?

О.Иванов: 12 тыс. Но при этом, если брать Кардымовский район, у нас нет ни дома культуры, ни центра детского творчества, ни ФОКа (Физкультурно-оздоровительный комплекс), по сути, даже стадиона на сегодняшний день нет. Поэтому, когда мы получаем определённый результат на выборах (а мы показали и на выборах в Государственную Думу один из лучших результатов, и на выборах Президента Российской Федерации третье место заняли), молодёжь подходит, задают вопрос: «Олег Вячеславович, хотелось бы нам получить ФОК, хотя бы спортивный комплекс». Хочу также сказать, что это проблема не только Кардымовского района. Я знаю, сегодня это проблема…

Д.Медведев: Точно проблема не только Кардымовского района!

О.Иванов: Это проблема и Демидовского, и Шумячского районов.

Д.Медведев: Я вам больше скажу: это ещё проблема огромного количества других районов в нашей стране, но это не означает, что её не нужно решать.

О.Иванов: Дмитрий Анатольевич, мы находимся в самом сердце, через нас проходит Старая Смоленская дорога, которую, я надеюсь, «Новые дороги “Единой России”» тоже приведут в хорошее состояние. Поэтому хотелось бы, обращаясь за помощью, поддержать наших молодогвардейцев именно за те результаты, которые они достигают – реально делают, реально работают, ну и начать с того, что какой-нибудь ФОК в помощь от Федерации бы получить.

Д.Медведев: Понятно, Олег Вячеславович. Спасибо. Привет молодёжи передавайте, скажите, чтобы работали активно, тем более в преддверии выборов. Что касается программы по ФОКам, по учреждениям культуры, то мне кажется, это тоже очень важное направление работы. Потому что, если говорить о небольших населённых пунктах, о деревнях, о маленьких поселениях, небольших городах, – что там должно быть, чтобы это было живое? Школа, почта, магазин, какое-то учреждение культуры (оно, кстати, может быть и в школе на самом деле, совмещённое) и ФОК. Тогда можно считать, что жизнь полноценная. Если чего-то из того, что я назвал, нет, то это уже всё-таки не то.

Надо признаться, при советской власти многое из того, что я назвал, было. Советского уровня, скажем откровенно, не бог весть что, но всё-таки это было, поэтому мы должны сейчас делать всё, чтобы не только восстанавливать то, что там когда-то исторически присутствовало в тех или иных местах. Может быть, что-то и не нужно восстанавливать, но создавать новое.

По ФОКам: мы неплохо продвинулись за последние годы в этом направлении. Очень приятно, мне во всяком случае, у вас я не был, когда приезжаешь в какой-нибудь небольшой городок или какую-то, по сути, деревню, и стоит комплекс. Он не шикарный, какой-то там гигантский, а такой, какой нужен для такого количества людей, да?

О.Иванов: На 12 тыс.

Д.Медведев: Но он современный (да даже там не на 12 тыс., там на меньшее количество людей), он современный, и в нём две-три разные площадки, или дорожка бассейна и какая-то площадка.

О.Иванов: Универсальный.

Д.Медведев: Универсальный. Хорошо, что у нас такая программа, по сути, реализуется как партийная программа. Но раз вы приезжаете в гости, я не могу иначе откликнуться на ваше предложение, как просто дать поручение посмотреть на ваш район и постараться найти какие-то средства, для того чтобы ФОК построить. Это не значит, что мы сразу же все задачи решим, но должен быть какой-то старт. Надо прикинуть только, какой проект реализовать по населению и в каком месте конкретно, с тем чтобы это было наиболее удобно для жителей, и дать старт этому.

Сергей Иванович (обращаясь к С.Неверову).

С.Неверов (секретарь генерального совета партии «Единая Россия», заместитель председателя Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации): Необходима заявка из региона непосредственно на софинансирование, которое осуществляется в том, что регион выделяет землю…

Д.Медведев: Землю, надеюсь, выделят?

О.Иванов: С землёй уже всё решено.

Д.Медведев: Хорошо. В конкретном месте просто… На самом деле, такие вещи, мне кажется, даже в преддверии выборов, да и вообще, правильно решать с использованием процедур местной демократии: просто с людьми посоветоваться, сход провести, спросить, где лучше сделать. Мне кажется, мы тем самым и дополнительное число сторонников приобретём.

О.Иванов: Обязательно.

Дмитрий Анатольевич, большое спасибо. И опять же, пользуясь случаем, разрешите от наших молодогвардейцев передать вам наилучшие пожелания и приглашение к нам на «Соловьёву переправу» – у нас проходит фестиваль международно-туристический и военно-патриотический, посвящённый Соловьёвой переправе, в этом году с 19 по 21 июля будем проводить, поэтому будем рады Вас видеть у нас на фестивале.

Д.Медведев: Спасибо. Олег Вячеславович, давайте немного по-другому договоримся. Фестиваль, конечно, хорошая тема. Давайте мы ФОК построим у вас – вот на ФОК я приеду посмотреть. Это будет и повод хороший, и вообще чтобы был какой-то результат от нашего с вами общения. Договорились?

О.Иванов: Спасибо.

Д.Медведев: Хорошо. Пожалуйста.

Е.Каманин: Каманин Евгений Иванович, главный врач смоленской областной клинической больницы, секретарь смоленского отделения партии «Единая Россия» и председатель комитета по социальной политике Смоленской областной Думы.

Реплика: И руководитель фракции областной Думы.

Е.Каманин: Да.

Д.Медведев: Сколько у вас должностей!

Е.Каманин: Позвольте сначала мне немного разрядить обстановку…

Д.Медведев: А вы считаете, она скованная?

Е.Каманин: Нет. Вот я и позволю себе с вашего позволения вспомнить, что мы с Вами познакомились в 2000 году на выборах Президента, когда я был доверенным лицом Президента.

Д.Медведев: Не скрою, сей чудесный факт, Евгений Иванович, у меня улетучился из головы. Очень приятно.

Е.Каманин: И Вы в такой же спортивной форме, как были в 2000 году.

Д.Медведев: Спасибо. От врача приятно такое слышать.

Е.Каманин: И, коллеги, у меня как у доктора есть впечатление и желание, что у Вас хватит сил и здоровья решать эти важные проблемы России и в том числе Смоленской области.

А если ближе к нашей теме, Дмитрий Анатольевич, прежде всего от всех медицинских работников нашей области мы хотим поблагодарить за то, что два года модернизации здравоохранения, 2011, 2012 годы, в общем-то, внесли большой вклад в развитие здравоохранения. В частности, в совершенствование и материальной базы, и медицинского оборудования, и многих вопросов информатизации, в том числе и стандартов лечения. Всё-таки положительные сдвиги есть. Тем не менее, конечно, остались проблемы. И, естественно, я бы хотел в большей степени сегодня обратить внимание на те проблемы, которые стоят перед здравоохранением Смоленской области.

Вы знаете, обидно, что когда-то на Смоленщине проживало более 2 млн человек, я имею в виду до Великой Отечественной войны. Сегодня у нас…

Д.Медведев: Но это, извините, пожалуйста, Евгений Иванович, вы уверены, что это в тех же границах?

Е.Каманин: Ну почти в тех же, границы немного изменились.

Д.Медведев: Или всё-таки это была объединённая область?

Е.Каманин: Да, с Белоруссией было объединение… Но тем не менее сегодня у нас менее миллиона где-то…

Д.Медведев: На самом деле просто большая цифра, да.

Е.Каманин: 984 250 человек. И, конечно, если показатель рождаемости по Российской Федерации, допустим, 13,3, то по Смоленщине – 10,5. Обидно.

Если мы говорим о младенческой смертности, на 6,9% она у нас выше, чем средний показатель по России.

Д.Медведев: Это по новой методике?

Е.Каманин: По новой.

Д.Медведев: По методике Всемирной организации здравоохранения?

Е.Каманин: Да, когда мы говорим о выхаживании 500-граммовых… В том числе и материнская смертность у нас на 16% выше, чем среднероссийская.

Д.Медведев: Да, это печально.

Е.Каманин: Печально. И всё это я говорю к тому, уважаемый Дмитрий Анатольевич, что мы вместе с Игорем Васильевичем (И.Ляховым) и с общественностью нашей готовим материалы по улучшению оказания помощи материнству и детству.

У нас есть детская больница, которая построена в 1973 году, она всего лишь на 120 мест, и там площадь на одного ребёнка – 2 кв. м при норме не менее 10, поэтому, конечно, самая важная проблема сегодня – это строительство второй очереди детской областной больницы. Не такая уж огромная там сумма – 1,6 млрд, проект уже практически готов. Мы с Игорем Васильевичем были у Министра здравоохранения Вероники Игоревны (В.Скворцовой), она нас поддерживает, но сказала: «Если Дмитрий Анатольевич подпишет, вы будете в плане». Так вот, сегодня мы имеем возможность Вам показать это письмо, где будет достаточно одной Вашей подписи, которое пойдёт в Министерство здравоохранения, и всё население Смоленщины, и дети Вам скажут огромное спасибо.

Д.Медведев: За письмо благодарить особенно нечего, главное, чтобы больница появилась. Но если есть письмо, покажите мне его.

Е.Каманин: Да, пожалуйста.

Д.Медведев: А пока Евгений Иванович будет передавать, я тоже в свою очередь хотел бы сказать пару слов о тех изменениях, которые идут, и о проблемах.

По изменениям: вы упомянули программу модернизации, упомянули, что оборудование новое пришло. Это так, на самом деле мы этим занимаемся последние семь-восемь лет, это хорошо. А что с зарплатой сейчас, Евгений Иванович?

Е.Каманин: Дмитрий Анатольевич, Вы совершенно правильно поднимаете этот вопрос, потому что в программе модернизации не в полном объёме была решена проблема повышения заработной платы работникам учреждений здравоохранения. Но в последнее время мы, выполняя Указ Президента в отношении средней заработной платы медицинских работников, что-то делаем на месте. Прежде всего повысили тарифы по Фонду обязательного медицинского страхования за счёт местных ресурсов, внедрили несколько новых методик оплаты, которые касаются конкретно завершённого случая: то есть и качество лечения, и объёмы. Понятно, что эта заработная плата не так высока, как хотелось бы, но тем не менее…

Д.Медведев: Рост произошёл или нет всё-таки?

Е.Каманин: Есть. По итогам 2012 года средняя зарплата врача, например, по нашей больнице составила 21 250 рублей.

Д.Медведев: А была сколько?

Е.Каманин: За этот месяц уже 24 тыс. То есть рост есть. А была раньше в пределах 16 тыс. Теперь у нас средний медперсонал получает такую сумму. Определённый рост есть, но он, конечно, недостаточен.

Д.Медведев: Рост никогда не бывает достаточным. Есть показатели, к которым мы идём и которые в любом случае будут достигнуты и по врачам, и по среднему медицинскому персоналу, и по младшему медицинскому персоналу. Нужно обязательно отслеживать, как это всё происходит. Но и не видеть всего этого тоже нельзя, потому что я в Государственной Думе выступал, у нас там, у нашей партии, есть оппоненты – это нормально, обычно начинают кричать, что зарплата не растёт. Я вынужден был сказать, что это не так, она растёт, она растёт где-то быстрее, где-то медленнее. Конечно, в значительной мере это зависит от экономической мощности региона. Я про Москву не говорю – здесь отдельная совершенно ситуация, но, конечно, это зависит от средней заработной платы.

Поэтому, развивая в целом экономический потенциал Смоленщины, мы будем тем самым подтягивать и заработную плату врачей – это вопрос, конечно, не к вам. Что же касается темы, связанной с больницей, Скворцовой Веронике Игоревне я поручение дал, так что работайте с ней.

Е.Каманин: Спасибо.

Дмитрий Анатольевич, продолжая свой вопрос по заработной плате. Нам было бы намного легче, если бы Вы сочли возможным дать поручение повысить базовый оклад, ведь сегодня получается так, что оклад младшего персонала ниже минимального размера оплаты труда.

Д.Медведев: Цепкие люди! Сначала всё хорошо, всё растёт, потом – да, зарплата растёт, но не очень быстро, потом больница, потом базовый оклад.

Е.Каманин: Дмитрий Анатольевич, зарплата могла бы расти быстрее, но то, что мы зарабатываем, мы вынуждены тратить, чтобы доплатить до МРОТ. Вот у нас в коллективе 700 таких работников.

Д.Медведев: У вас сколько врачей в больнице?

Е.Каманин: Врачей 385, в целом коллектив 2 тыс. человек.

Д.Медведев: Большой коллектив.

Е.Каманин: И вот 700 работников имеют печальную ставку 2,8 тыс. рублей. Понятно, что у нас уходит много на доплаты.

Д.Медведев: Евгений Иванович, вопрос ведь не только в системе оплаты труда. Если по-честному, конечно, её нужно совершенствовать, но нужно делать её более современной, оптимальной, приближенной к реальному вкладу конкретного специалиста, врача разных квалификаций, но это зависит и от общей бюджетной обеспеченности, мы же с вами понимаем.

Вы сейчас говорите о деньгах, о зарплатах, мы с вами говорим о вложениях. Позвольте мне всем дать один совет в период предвыборной кампании. Мне кажется, наша партия, которая стоит у власти и у которой есть очевидные достижения, потому что благоприятные изменения для людей, объективно оценивающих ситуацию, видны... Они не везде, может быть, такие рельефные, но они всё-таки видны. И тем не менее в общении с людьми нужно всегда говорить правду и не приукрашивать ситуацию, потому что люди больше всего не любят, когда им, что называется, втирают очки или пудрят мозги, как угодно называйте. Поэтому в период избирательной кампании, мне кажется, лучше говорить не очень приятные вещи, чем рассказывать какие-то сказки. Иными словами, когда говорят «вы нам сделайте вот это и вот это к такому-то году», нельзя обещать того, что мы не сделаем. Лучше правду сказать, что мы не сделаем к этому периоду, но будем стараться сделать одно, другое и третье. Это в качестве достаточно очевидной, но рекомендации по любому направлению, будь то аграрии, аграрное направление, будь то спорт или же такая важнейшая тема, как медицина.

Е.Каманин: Спасибо, Дмитрий Анатольевич.

Видите, вы меня приостановили, сказали, что достаточно, а я хотел ещё два вопроса, если позволите, озвучить.

Д.Медведев: Пожалуйста, как же я могу вам не позволить. Озвучьте.

Е.Каманин: Знаете, мне неудобно. Вы подписали такое важное для нас письмо, мне уже стыдно что-то просить.

Д.Медведев: Теперь уже продолжайте.

Е.Каманин: Это менее дорогостоящая просьба. Дмитрий Анатольевич, учитывая эту ситуацию по нашему району, хотелось бы попросить наше Министерство здравоохранения выделить на область несколько машин амбулаторных.

Д.Медведев: Машин?

Е.Каманин: Да, мобильный автомобиль. Его стоимость около 7 млн рублей, амбулатория передвижная. Можно ехать по району…

Д.Медведев: Полезная штука, но тоже нужно обращение, вы же понимаете.

Реплика: Мы запланировали.

Д.Медведев: Запланировали? Хорошо, тогда либо просто пометьте, либо мне скажите. Ладно, постараемся помочь.

Е.Каманин: Спасибо. Здоровья Вам, благополучия и всего самого доброго!

Д.Медведев: Спасибо большое, и вам. Пожалуйста.

В.Муханов (глава администрации Новодугинского муниципального района, секретарь новодугинского отделения партии «Единая Россия», член политического совета смоленского отделения партии «Единая Россия»): Уважаемый Дмитрий Анатольевич, это Муханов Виктор Петрович, секретарь местного новодугинского отделения и глава администрации этого района. Я как секретарь и член партии с самым, наверное, большим стажем, с начала истории нашей партийной организации, хотел бы выступить в защиту маленьких районов. Наш Новодугинский – 10,5 тыс. населения, чисто сельскохозяйственный район, и таких районов у нас больше половины. Я, честно говоря, денег просить не намерен у Вас, но посоветоваться…

Д.Медведев: Спасибо вам, Виктор Петрович, большое от Председателя Правительства Российской Федерации. Похлопаем давайте Виктору Петровичу.

Расскажите, какие у вас проблемы.

В.Муханов: У нас в районе хозяйства неплохие, сельскохозяйственные предприятия, но некрупные, поголовье – до 1 тыс., и в целом они у нас неплохо работают. Спасибо Вам огромное за внимание государства, мы пользуемся буквально всеми программами и благами и стараемся максимально улучшить работу наших сельскохозяйственных предприятий, но до определённого момента. Мы сейчас пришли к черте, ситуация не совсем та, которую мы бы хотели дальше видеть, чтобы вот теми шагами, какими шагали последние пять лет, двигаться вперёд. Хотя есть желание, есть замечательные руководители в хозяйствах, но есть определённые трудности. В частности, чтобы развиваться, надо брать на сегодня кредит.

Д.Медведев: Ну а как иначе?

В.Муханов: Мы, естественно, его берём. Но те залоговые условия, которые нам банки предлагают, не очень посильны, то есть залог один к двум, фактически хозяйства небольшие, набрать можно в залоговой сумме до 100 млн, если всё собрать. Взял, а дальше рассчитывайся и сиди, жди, пока можно будет ещё брать кредиты. Поэтому, если можно на это повлиять, чтобы залоговую уменьшить в 2 раза, один к одному сделать. И сроки кредитов, которые мы получаем, хотелось бы, чтобы были не менее 15-20 лет, и начинать возврат основного долга спустя три года. Зачем мы об этом говорим и просим? Вы правильно сказали: мы занимаемся крупным рогатым скотом (откорм и молочная продукция), в частности, у нас очень хорошая своя сычёвская порода выведена, лучшие йогурты получаются из молока этого животного, поэтому мы хотим её сохранить и развивать. Фактически телёнок становится коровой в течение трёх лет, тогда уже реально начинает идти отдача. Мы с этой точки зрения и просим, если Вы нам поможете, мы точно ещё шагнём вперёд и улучшим свои показатели и результаты.

Д.Медведев: Понятно. Виктор Петрович, а вы в каких банках кредитуете ваши хозяйства?

В.Муханов: Мы в сельхозбанке…

Д.Медведев: В Россельхозбанке?

В.Муханов: Да, и в Сбербанке, в государственных…

Д.Медведев: Понятно, два основных банка. У нас, знаете, люди грамотные везде теперь, и в деревне тоже. И, кстати, это очень хорошо, потому что сегодня все считают проценты, стоимость активов, залоги. Я когда начинал национальными проектами заниматься, просто был поражён, когда при мне обычные бабушки, которые брали небольшие кредиты, прямо с карандашом в руке это стали показывать. Я понял, что все разговоры о том, что в деревне нет людей, которые способны заниматься реальным сельскохозяйственным бизнесом, неправильные, нечестные. Разные люди есть, конечно, но есть и абсолютно подготовленные. Конечно, я знаю о том, что вы мне говорите. Нормативы по залогам на самом деле устанавливаются не только на уровне государства, точнее скажем, на уровне Центрального банка, по залоговой массе, но и на уровне самих банков, то есть нужно разговаривать с руководством Сбербанка и Россельхозбанка. Я с ними поговорю, они у меня регулярно бывают. Один к одному… Если по-честному, таких залоговых нормативов никогда не бывает, объём стоимости залога всегда должен превышать на некоторое количество размер кредита. Это мировая практика, то есть не бывает такого, чтобы вы взяли кусок земли стоимостью 100 рублей и получили бы кредит 100 рублей. Всегда есть залоговый коэффициент, но должен ли он быть один к двум – это действительно вопрос. Связан он с тем, насколько легко можно распорядиться объектом залога – землёй или чем-либо другим, что вы закладываете. Вы что закладываете в банк?

В.Муханов: Всё ликвидное имущество.

Д.Медведев: Всё имущество? Это уже вопрос к самому банку, как он оценивает ликвидность соответствующего имущества. Но я с ними поговорю, на мой взгляд, 200% залога – это много, потому что банк должен уметь работать с ликвидным имуществом. Иными словами, обанкротиться теоретически может любое хозяйство, но он не должен закладывать такой уровень, он должен просто уметь тогда, если что, продавать это имущество и находить новых хозяев. Оно же всё равно потом будет использоваться по назначению.

Что касается сроков, мы стараемся, конечно, поддерживать длинные кредиты и, вы знаете, неоднократно продлевали их, особенно в последние несколько лет: сначала делали пятилетние кредиты, когда было сложнее, потом семилетние, потом девятилетние, сейчас даём и 15-летние кредиты. Но, конечно, чем длиннее деньги, тем сложнее их получить. Я слышу то, что вы говорите. Мы, конечно, будем стараться делать так, чтобы на село приходили длинные деньги, приходили кредиты, рассчитанные на весь инвестиционный цикл. А я понимаю, что такое заниматься КРС, потому что крупный рогатый скот – это самый рисковый и самый дорогостоящий вид сельскохозяйственной деятельности. Это не урожай в поле, который собрал, продал, и у тебя уже живые деньги. Тут цикл инвестиционный – три года вообще ничего нельзя делать, потом, когда начнётся деятельность молочно-товарной фермы или же, если это мясное поголовье, когда уже можно забоем заниматься... То есть мы понимаем, о чём идёт речь, занимаемся этим и будем заниматься дальше, постараемся помогать.

В.Муханов: Спасибо. Дмитрий Анатольевич, единственное, по земле Вы сказали. Хотелось бы, чтобы землю они брали в залог согласно кадастровой стоимости, сейчас у них вольная оценка, и здесь мы проигрываем.

Д.Медведев: Виктор Петрович, вы правы, я знаю это. Они действительно оценивают сами, по кадастровой стоимости им оценивать трудно. Почему? Потому что они должны оценить землю исходя из того, за сколько они её продают. Им же земля-то не нужна. Они должны оценивать её по рыночной стоимости, и это самый сложный момент. Банки всегда занижают – это 100%, но это во всех странах. У нас просто эта граница очень широкая, надо её сближать с реальной рыночной ценой земли и стараться приводить реальную рыночную цену к кадастровой стоимости. Но пока эти величины существенно отличаются.

В.Муханов: Спасибо.

И.Ляхов: Дмитрий Анатольевич, разрешите в продолжение сельскохозяйственной тематики, учитывая, что я вчерашний заместитель губернатора…

Д.Медведев: По селу?

И.Ляхов: …по сельскому хозяйству, да.

Д.Медведев: Хорошо.

И.Ляхов: Дмитрий Анатольевич, Вячеслав Ефимович (В.Балалаев) обозначил, что у нас есть мегапроект, но пока это не мегапроект, он запущен менее чем на 40%.

Смоленская область – это зона, как Вы отметили, где прекрасно произрастают травы, то есть зона для того, чтобы заниматься разведением крупного рогатого скота. У нас более 20 племенных хозяйств, но наше животноводство представлено практически на 99% мелкотоварными хозяйствами – это 200–300 голов, в основном дойное стадо. Но, как показывает практика и анализ, в основном эти предприятия низкорентабельные, и высокорентабельными могут быть только серьёзные мегакомплексы.

Д.Медведев: Так, что будем делать?

И.Ляхов: Я знаю точно, что сейчас в Минсельхозе рассматривается несколько мегапроектов, которые будут спущены в ряд регионов, чтобы они там могли найти своё определение. В нашем регионе земли предостаточно, в нашем регионе есть серьёзные руководители и есть потенциал. Мы бы Вас хотели попросить, чтобы один из мегапроектов…

Д.Медведев: Все эти проекты опустили бы в ваш регион?

И.Ляхов: Хотя бы один, Дмитрий Анатольевич.

Д.Медведев: Я что хочу сказать? Вы знаете, уважаемые коллеги, за проекты надо уметь бороться. Мы же с вами в рыночной экономике живём, не в какой-то другой, нужно создать такие условия… Не мне вам объяснять как бывшему с сегодняшнего дня заместителю губернатора, что мало просто сказать, что мы хорошие, надо сказать, почему хорошие. Ваши соседи взяли и затащили к себе «Мираторг». Правильно?

И.Ляхов: Да.

Д.Медведев: Брянские, да. Крупный, очень серьёзный комплекс и серьёзная компания, хотя, не скрою, конечно, без государственной поддержки через систему кредитования ВЭБа они бы ничего не сделали. Задача там огромная, точнее, планы. Знаете, да, какие у них планы? Они, по-моему, 200 тыс. голов хотят мясного поголовья – это абсолютно мировой уровень. Более того, я не аграрий, на что у нас часто коллеги из Коммунистической партии любят указывать, они у нас патентованные специалисты по всем вопросам. Тем не менее я знаю, что для того чтобы нам, например, закрыть потребности нашей страны по мясу крупного рогатого скота, то есть самому трудному и самому дорогому мясу, нам требуется приблизительно ещё восемь-девять таких комплексов. Я считаю, что вполне можно было бы попробовать вам претендовать на то, чтобы один такой или чуть меньше комплекс появился у вас. Но это в качестве идеи, для этого нужно подготовить предложения и по партийной линии, и по государственной. Здесь, конечно, нужно привлечь будет и ваших коллег нынешних и бывших, для того чтобы это предложение родилось, чтобы перейти от мелкотоварного производства и создать какое-то крупное, доделать тот мегапроект, о котором вы говорили, и, может быть, ещё один создать. И необязательно, чтобы это было только молочное поголовье, может быть, мясное поголовье.

И.Ляхов: Мясное, это же одна кормовая база.

Д.Медведев: Одна кормовая база, и потом, у нас этого нет вообще. Мы когда разбирались, для меня было довольно неожиданным именно в силу моего образования, почему у нас нет мясного поголовья. Кто знает? Но не потому, конечно, что у нас мясное поголовье не может нормально развиваться или нет соответствующих условий. Наоборот, у нас прекрасные травы и всё остальное для КРС. Нет! Когда-то главные аграрии, Коммунистическая партия Советского Союза, решили, что нечего баловаться, нужно выращивать универсальную корову, чтобы она и молоко давала, и, когда не может уже молоко давать, тогда её на мясо. Но мы же понимаем, какого качества это мясо, поэтому у нас в советские времена кости лежали в магазинах. Но это в Ленинграде, в Смоленске, наверное, и костей не лежало.

И.Ляхов: Соль и спички.

Д.Медведев: Соль и спички, да, и трёхлитровые банки бурого цвета с соком, как сейчас помню, в магазине. Так вот, сейчас это абсолютно новый рынок. Мы отчасти зависим здесь от Бразилии, от других наших стран-поставщиков, но нам нужно своё мясное поголовье развивать и, конечно, молочное стадо тоже совершенствовать. И очень важно заниматься своей селекцией, потому что большинство таких правильных селекционных пород у нас, к сожалению, закупаются, вы сами знаете, в разных местах – в Канаде, Новой Зеландии, Австралии, что-то в Европе покупается, во Франции. Но это всё не наше, а это поголовье должно быть наше.

И.Ляхов: У нас, кстати, один из немногих выжил селекционный центр.

Д.Медведев: Да? Это хорошо, кстати.

И.Ляхов: И есть огромные запасы семени высокопородного скота.

Д.Медведев: Тоже важно, храните их.

И.Ляхов: В том числе и мясного, Дмитрий Анатольевич. Храним в азоте.

Дмитрий Анатольевич, всё-таки, может быть, в Минсельхоз звоночек сделаете?

Д.Медведев: Звонить-то можно, проблем нет, даже здесь телефоны стоят. Нужно просто, чтобы вы инвестиционное предложение создали. Не мне вам рассказывать, вы же, ещё раз говорю, бывший замгубернатора. Это должна быть такая книга, что есть несколько возможностей в двух-трёх районах, обладающих такими-то угодьями, допустим, развернуть такое-то производство, мы готовы под это предусмотреть такие-то и такие-то возможности. Давайте это сделаем таким партийным проектом у вас.

Реплика: Это уже есть.

Д.Медведев: Есть, и слава богу.

И.Ляхов: Прекрасно, мы и не хотим никому это отдавать, это чисто наш партийный проект.

Д.Медведев: И прекрасно, зачем кому-то отдавать?

И.Ляхов: Будет нам козырь перед выборами.

Д.Медведев: Договорились, занимайтесь.

Реплика: Николая Васильевича Фёдорова пригласить…

Д.Медведев: Николая Васильевича (Н.Фёдоров – Министр сельского хозяйства) позовите, но это должно быть солидно уже. Коллеги, не мне вам объяснять. Это должно быть что-то такое, что будет для министра привлекательно.

И.Ляхов: Спасибо.

Д.Медведев: Договорились.

И.Демидова: Дмитрий Анатольевич, можно?

Д.Медведев: Да. Вам дам высказаться и подведём итоги, ладно?

И.Демидова (глава администрации Вяземского муниципального района, член политического совета смоленского отделения партии «Единая Россия»): Дмитрий Анатольевич, Демидова Инна Васильевна, глава администрации муниципального образования Вяземский район – это самый крупный район после Смоленска. Кроме этого являюсь ещё членом регионального, смоленского областного совета «Единой России» и членом общественного комитета Ваших сторонников, в чьей работе два года с удовольствием принимала участие.

Д.Медведев: Спасибо, Инна Васильевна.

И.Демидова: Даже имею от Вас грамоту. Я хотела бы вернуться к проблемной теме, от сельского хозяйства к той, о которой сегодня говорили Вы и Вячеслав Ефимович (В.Балалаев). Это одна их проблемных тем для всех, как Вы уже говорили, – тема ЖКХ. Сегодня не секрет, что около 80% жалоб населения, в общем-то, идёт на работу управляющих компаний, состояние жилищного фонда, многие проблемы, связанные с тарифами, и так далее. Мы многое делаем на местах. Мы, ответив на Вашу инициативу, создали общественные советы, у нас есть партийный проект «Народный контроль и экспертиза». В общем-то, мы многое делаем, и об этом можно говорить, но, наверное, для этого есть другие площадки, в которых мы будем обязательно участвовать. Мы также участвуем в 185-м законе, о котором сегодня коллега говорил. Я считаю, что одну из тем Вячеслав Ефимович поднял, но, мне кажется, очень важно ещё сказать о том, что… Прежде всего надеемся, что этот Фонд реформирования и дальше будет работать, но те условия, которые сегодня предложены, условия софинансирования 15%, сегодня тяжеловаты. Мы честно должны признаться: тяжеловаты и для населения, несмотря на то, что мы убеждены, как и Вы, что люди должны платить, внося свой вклад, тяжеловаты и для муниципальных бюджетов. Поэтому, может быть, надо посмотреть, и, если есть возможность, вернуться к первоначальным условиям, которые были, – к 5%. Как пример я говорю. И в связи с этим, как я уже сказала, многое мы делаем, но есть те проблемы, которые без помощи федерального центра мы не можем решить. Извините, но всё-таки я скажу.

Д.Медведев: Не извиняйтесь.

И.Демидова: В Вяземском городском поселении, в Городе воинской славы Вязьме, есть такая проблема, которая, я всё-таки считаю, несколько чрезвычайная. У нас единственный водовод есть, который обеспечивает жителей, 80 тыс. населения, водой. Он находится в аварийном состоянии, и когда случается авария на водоводе, то практически весь город остаётся без воды.

Д.Медведев: А когда, Инна Васильевна, он построен?

И.Демидова: В 1980–1982 годах. Там есть проблемы технологического плана, там уменьшились трубы до 2 мм диаметра. Есть экспертиза, проекты. Мы не сидели на месте. За прошлый и за этот год с помощью областного и местного бюджетов мы выполнили работы на 14 млн, и на трудном, заболоченном участке провели... Не хватает 55 млн, чтобы завершить эту работу, а впереди лето, и если мы не сделаем… Сегодня, конечно, это объект мощной критики, потому что от него зависит жизнедеятельность, Дмитрий Анатольевич…

Д.Медведев: Я всё понимаю, конечно. Инна Васильевна, у меня, кстати, такое ощущение, что я не в первый раз проблемы Вязьмы обсуждаю…

И.Демидова: Да, жители были два года назад, по культуре, они помнят эту встречу.

Д.Медведев: Знаете, что интересно? Эта встреча была ровно в этой беседке…

И.Демидова: В этом зале.

Д.Медведев: Так и есть. Вы как только сказали «Вязьма», я думаю: «Оп, здесь был разговор».

И.Демидова: Вы вспомнили.

Д.Медведев: Только мы сидели за столом, а не так, как сейчас, кружком. Я помню, помню, говорили о культуре.

И.Демидова: Да, Дмитрий Анатольевич, а сейчас о воде.

Д.Медведев: Что важнее?

И.Демидова: Вода. Да, без воды…

Д.Медведев: Надо было сказать: и то, и другое. Но без воды человек долго не может совсем.

По поводу ЖКХ сначала. Всё понимаю, слышу то, что вы говорите, то, что говорят ваши коллеги по поводу того, что эта цифра, эта пропорция для людей трудная. Давайте так: я сейчас не буду походя говорить «ну ладно, всё изменим» – это было бы нечестно с моей стороны (я вас всех к честности призывал) и несолидно. Я скажу, что мы ещё раз подумаем, посмотрим на то, как эти предложения, как эти правила работают. Ладно?

Что касается самого фонда. Решение, что он будет и дальше работать, тоже принято, и не потому что есть ощущение, что что-то не доделали – просто объём огромный. Наверное, и местные начальники не на высоте бывают, и федеральные начальники тоже там иногда неправильно приоритеты расставляют. Но если серьёзно к этому относиться, это проблема именно накопленного, очень серьёзного, огромного по своим размерам фонда ветхого и аварийного жилья. Ведь мы никогда этим не занимались в советский период, у нас практически ветхое жильё не расселялось. Есть жильё, и за это спасибо. Особенно страшно, знаете, приезжать... Ладно, у вас всё-таки регион обычный, а когда на Крайний Север приезжаешь и смотришь, как там народ в бараках живёт, это вообще просто страшно, потому что понимаешь, что там -50ºС, а они в этих бараках находятся. Продолжим этим заниматься.

А что касается водовода и необходимости решить эту задачу, готовьте предложения.

И.Демидова: Город воинской славы...Дмитрий Анатольевич, который Вы вручали.

Д.Медведев: Я не помню, в каком году это было, но я вручал.

И.Демидова: В 2009 году Вы вручали.

Д.Медведев: Я не могу не помочь городу, решение о котором я принимал.

И.Демидова: Документы все есть, мы передадим Сергею Ивановичу.

Д.Медведев: Сумма не гигантская, постараемся помочь.

И.Демидова: Спасибо огромное.

Д.Медведев: Ладно, договорились. Через Сергея Ивановича тогда передайте, но только не забудьте.

И.Демидова: Не забудем.

Реплика: Последний вопрос.

Д.Медведев: Ну давайте, хорошо, коротко совсем.

С.Невский: Сергей Николаевич Невский, глава города Рославля, секретарь рославльского районного отделения.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич, в продолжение темы о воде хотел бы обозначить проблему, которая в нашем городе стоит уже достаточно давно. Эта проблема имеет экологический характер. Дело в том, что нормы по железу в нашей воде превышены в 10 раз.

Д.Медведев: А почему, Сергей Николаевич?

С.Невский: Слои водоводные уже такие.

Д.Медведев: Просто старое всё, да?

С.Невский: На самом деле да.

Д.Медведев: Или качество воды такое? Железистая вода.

С.Невский: Там комплекс проблем, да. После фильтра можно фильтровать ещё раз. У нас уже существует проект на станцию обезжелезивания, которая просто необходима, для того чтобы поддерживать здоровье людей. Рославльчане регулярно обращаются. Мы заказали проект, он существует, прошёл экспертизу, но с нашим 117-миллионным бюджетом города просто нереально. Я не хочу озвучивать сумму, но немножко больше, в 2 раза практически, чем годовой бюджет города, поэтому, если такая возможность существует, хотелось бы обратить Ваше внимание на проблему нашего Рославля.

Д.Медведев: Сколько стоит этот проект?

С.Невский: 242 млн. Не проект, проект существует.

Д.Медведев: Я имею в виду всего, сама станция.

С.Невский: Сама станция, да-да. Экспертизу прошёл в 2011 году. Полежит – пропадёт, жалко будет.

И продолжаю. В городе основное градообразующее предприятие – это Рославльский автоагрегатный завод (ЗАО «Рославльский автоагрегатный завод АМО ЗИЛ»), который испытывает с 2009 года серьёзные трудности. В настоящее время принято решение о том, что это будет отдельное предприятие, потому что ЗИЛ свою деятельность закончил.

Д.Медведев: Прекратил, да.

С.Невский: Да. С 5 тыс. до 2 тыс. понизилась численность работающих, и в настоящее время, 9 апреля, введена арбитражем процедура внешнего наблюдения. Там есть проблемы, долговой клубок, который при небольших вливаниях можно решить. Там помощь им нужна.

Д.Медведев: Сергей Николаевич, а там инвестор-то есть? Потому что мы-то с вами можем здесь всё что угодно придумать, а надо, чтобы был инвестор, тот, кто готов поднимать предприятие.

С.Невский: Они готовы…

Д.Медведев: Они кто?

С.Невский: Завод, коллектив завода.

Д.Медведев: Коллектив то есть готов? Коллектив – это хорошо, а всё-таки есть какое-то ядро там, собственники или ещё кто-то? Сейчас кому принадлежит?

С.Невский: Честно говоря, принадлежит это Правительству Москвы – 60% акций.

Д.Медведев: Нет, сейчас сам завод? 60% Москве принадлежит?

С.Невский: 67% акций принадлежит Правительству Москвы. В принципе, они расчищают площадки, сделали много, повысили производительность труда, снизили себестоимость продукции.

Д.Медведев: А они сейчас участвуют как-то, Правительство Москвы, в предприятии или нет?

С.Невский: Вы понимаете, основная проблема в том, что предприятие может пройти в ближайшее время процедуру банкротства.

Д.Медведев: Во-первых, внешнее наблюдение – это ещё не банкротство, а банкротство – это не распродажа за долги. Это всё нужно разделять.

С.Невский: Да-да-да.

Д.Медведев: Банкротство может тянуться десятилетиями, во всяком случае много лет, и предприятие может даже приносить доходы, платить зарплату и так далее. Я просто хочу понять: собственник определился с тем, что он будет делать? Продавать пакет? Дарить его?

С.Невский: Собственник определился и готов работать с этим предприятием.

Д.Медведев: То есть готов работать?

С.Невский: Да. Им немножко бы помочь с заказами. У них есть прекрасная метизная продукция, линейка...

Д.Медведев: То есть собственник – это кто? Правительству Москвы нужно помочь? Я на самом деле серьёзно говорю.

С.Невский: Рославльскому автоагрегатному заводу.

Д.Медведев: Нет. Кто собственник? Я же не могу… Понимаете, мы сейчас с вами напридумываем что-то, а там кто-то придёт, скажет: «Да идите вы отсюда! Здесь есть собственник, и привет». Кто собственник? Правительство Москвы?

С.Невский: Да.

Д.Медведев: Какова их позиция?

С.Невский: Их позиция – предприятие сохранять и работать.

Д.Медведев: Они готовы на себя что-то принять по содержанию?

С.Невский: 470 млн по внутренним долгам группы ЗИЛ они не просят.

Д.Медведев: Так. То есть они как минимум не собираются взыскивать долги?

С.Невский: Да, по внутренним долгам у них нет претензий, это не помешает работе.

Д.Медведев: А инвестиции какие-то готовы делать? Трудно сказать? Ладно, хорошо.

С.Невский: Это надо, конечно, разговаривать с директором прежде всего.

Д.Медведев: Понятно, ладно.

С.Невский: Я в данный момент просто не готов об этом говорить.

Д.Медведев: Хорошо. А какую продукцию ваше предприятие готово выпускать?

С.Невский: Продукция предприятия имеет два основных направления – во-первых, по лицензии WABCO они тормозную аппаратуру делают… Вообще, РААЗ – это бренд. Я хочу сказать, что в Китае минимум четыре завода подделывают продукцию рославльского предприятия. Это бренд, он достаточно известен, и качество соответствует. И второе направление – это промышленный крепёж высокого качества, это метизная продукция. Руководство вчера просило меня передать, что им очень хотелось бы стать стратегическим партнёром, допустим, РЖД и получить заказы на производство метизной продукции.

Д.Медведев: Давайте так договоримся применительно к предприятию: нужно, чтобы они подготовили какое-то обращение к РЖД, например, – это первое. И второе – всё-таки нужно разобраться с тем, что собирается делать основной собственник. Это хозяин на самом деле.

С.Невский: Разберёмся, проработаем.

Д.Медведев: Поэтому давайте к этому относиться уважительно...

С.Невский: Можно обращаться, да?

Д.Медведев: Да. Вы подготовьте письмо как минимум по поводу загрузки мощностей, допустим, по линии РЖД или ещё какой-то группы компаний. А по поводу собственника тоже нужно подумать. Я готов поговорить и с Собяниным (С.Собянин – мэр города Москвы), но чтобы было принято решение о том, что он делает – остаётся, инвестирует что-то, продаёт, то есть здесь должна быть ясная экономическая позиция.

С.Невский: Безусловно, лучше разговаривать с Сергеем Семёновичем по этому вопросу.

Д.Медведев: Договорились.

С.Невский: Дмитрий Анатольевич, я прошу прощения, заканчиваю. Дело в том, что ранее завод имел мощную социальную инфраструктуру, и в данный момент под угрозой существование крупнейшего в городе и районе культурного центра, Дворца культуры «Россия». Так получилось, что он с 2009 года по 2011 год был закрыт, потом совместными усилиями администрации области, руководства завода и района запустили. На полную мощность сейчас он не вышел, но он опять вообще практически может быть закрыт и потерян. Завод предложил купить городу, но опять-таки с нашим бюджетом это практически нереально.

Д.Медведев: Что вы предлагаете сделать?

С.Невский: Поучаствовать федеральными возможностями.

Д.Медведев: Нет, федеральными не будем, в этом точно. Просто, коллеги, здесь… Давайте только по-честному: так не делают, иначе вообще нам нужно всё на федеральный бюджет перевести. Я лучше другое готов предложить: давайте поговорим с собственником завода, с Москвой. Или пусть бесплатно передаст, или как-то поможет.

С.Невский: Этот вариант устроил бы полностью.

Д.Медведев: Только не за счёт федерального бюджета несчастного, а то вы его снизу делите. Хорошо, Сергей Николаевич, договорились по поводу вот этого письма, подготовьте.

С.Невский: Спасибо большое.

Д.Медведев: А по Собянину или мне напомните, или сами поговорите с Сергеем Семёновичем по поводу того, чтобы Москва определилась, что делать с предприятием и как поступить с этим дворцом культуры.

С.Невский: А по обезжелезиванию, прошу прощения, вопрос решён?

Д.Медведев: По обезжелезиванию не решён, но будем думать. Ладно?

В.Балалаев: Дмитрий Анатольевич, извините. Самый больной вопрос – о земле.

Д.Медведев: О власти и о земле.

В.Балалаев: Да. Правильно Вы сказали – о власти и земле. У нас к Вам просьба. Должна власть применить что-либо к тем, кто скупил землю, но её не использует годами, эта земля зарастает? Сегодня проблема создать линейный участок 2 тыс. га под мегапроекты. Желающих работать на земле много, но те, кто скупил, кто сидит в Москве и ждёт, как её перепродать... Вдоль дороги М-1 скупили лучшие земли…

Д.Медведев: У нас что с законодательством на эту тему?

И.Демидова: Механизмов точных нет, есть только рамочный закон.

Д.Медведев: Да, я знаю эту проблему, вы можете мне не объяснять ещё раз.

В.Балалаев: Предложение какое? Не работает земля три года – налог в 10 раз повысили, четвёртый год – в 50 раз, пятый – в 100: он сам её отдаст.

Д.Медведев: Да, это мы всё знаем. Более того, это какой-то удивительный законопроект, я просто спрашиваю Сергея Ивановича, этот законопроект никак не может начать действовать, потому что я несколько раз давал поручение. Нужно проверить, что с этим происходит. Видимо, у землевладельцев наших тоже есть своё лобби в разных местах. Смысл такой, как вы говорите. Он заключается в том, чтобы кратно увеличивать размер земельного налога по землям сельхозназначения, если они не используются по целевому назначению. Три года – стандартная ставка (совсем быстро нельзя), на четвёртый год начинается рост, на пятый год и так далее, с тем чтобы действительно сами приходили и отдавали. Вопрос правильный, будем обязательно этот законопроект продвигать, чтобы он начал действовать. Но очень многое будет зависеть от судебной практики. Отнять-то не невозможно.

В.Балалаев: Через суды.

Д.Медведев: Через суды, да.

В.Балалаев: Вы понимаете, что такое пахотную землю превратить в землю, которая потом не будет рожать? Потом мы будем тратить миллиарды на культурно-технический продукт.

Д.Медведев: Огромные деньги, да, на то, чтобы просто поддержать землю.

В.Балалаев: Мы в народе называем этих людей просто варварами по отношению к кормилице.

Д.Медведев: Если разобраться, такая земля могла появиться в собственности вот этих всех граждан только через паи или через определённые договорённости (я никого из присутствующих не имею в виду, но давайте по-честному), через определённые договорённости с муниципалитетами и муниципальными руководителями. Когда-то, и в 1990-е годы, да и позже просто нахапали этого всего, сидят и ничего не делают, ждут, когда это вырастет в цене. Естественно, никто не собирается ничего туда вкладывать…

Реплика: Или труба пройдёт какая-нибудь.

Д.Медведев: Да, или труба пройдёт какая-нибудь, с тем чтобы это толкнуть. Конечно, здесь внеэкономические методы не работают, то есть просто отбирать нельзя: есть право собственности. Но стимулировать налогами и можно, и нужно, так, как вы говорите. Но это должны быть эффективные решения.

В.Балалаев: Я понимаю. Есть право на сегодняшний день, и я знаю, оно в советское время было, когда пахотные земли выводятся из оборота. За них очень строго наказывали.

Д.Медведев: В советское время, напомню уважаемым коллегам всем, не было права собственности на землю.

В.Балалаев: Я знаю, но всё равно...

Д.Медведев: Нет-нет, это не всё равно, это совсем не всё равно, вы понимаете? Тогда просто по звонку из обкома партии (неважно, как эта партия называется) землю бы отобрали, а директора какого-нибудь колхоза или совхоза исключили бы и выгнали с работы, или же ещё кого-то наказали. Сейчас мы с вами понимаем: сидит вот этот человек (не буду о нём никак говорить) где-нибудь в Москве, здесь вот, недалеко, а земля его у вас, в Смоленске. Он и не был там никогда или был один раз, приезжал от него какой-нибудь брокер, всё это сделал и подписал документы. Но мы не можем поступить так, как поступали в тот период, мы не можем просто его вывести на площадь и сказать: «Отдавай землю, иначе тебя к стенке поставим». Поэтому нужен механизм. Я к чему? Я с вами согласен абсолютно. Но этот механизм должен быть жёстким, иначе, если там будут сопли всё время какие-то, он скажет: «Ну, ничего, ну, заплачу?». Не работает механизм, я с вами согласен, и это имеет значение прежде всего для земель сельхозназначения. По всему остальному… Есть, кстати, предложение и по другим землям. Получил землю для стройки – тоже должен строиться в определённый срок, но по сельхозземле – это вообще преступление, потому что её потом приводить в порядок десятилетиями нужно.

Ладно, коллеги, я с вашего позволения два слова скажу. Сидите, сидите, я ещё не ушёл. Я просто хотел вам всем пожелать успехов, потому что вы все здесь люди серьёзные, руководители региональные, муниципальные. На вас ответственность за жизнь людей, причём вы прямо по земле ходите и эту ответственность ощущаете. Не из кабинетов зачастую, а именно потому, что вам показывают и на дырявые трубы, и на плохие дороги, и на отсутствие медицинских возможностей или ещё на какие-то другие проблемы. И все эти проблемы нам нужно решать с использованием не только государственных механизмов, но и партийных, поэтому я надеюсь, что к выборам, которые состоятся относительно уже скоро, партийная организация Смоленской области подойдёт в боеспособном состоянии. Это первое.

Второе. Уважаемые коллеги, не бойтесь конкуренции. Не стесняйтесь выходить к людям, потому что за каждым из вас не только авторитет партии, возможности государственные какие-то, но и набор дел. Конечно, иногда крикуны приходят к власти: так всегда было, и в других странах это бывает, но всё-таки подавляющее большинство людей слышат аргументы и готовы верить тем, кто занимается реальными делами. В ваших руках цифры, проекты, деньги даже, наконец, потому что вы как руководители муниципалитетов принимаете соответствующие решения, поэтому ваши аргументы наиболее ценны.

И последнее, о чём я всегда говорю и не могу не сказать вашей партийной организации. У нас люди, с одной стороны, разные в стране, потому что страна разная, а с другой стороны, во многом одинаковые. Люди хотят прямого общения, откровенного разговора и честного контакта, поэтому моё предложение, или моя просьба: не стесняйтесь выходить непосредственно к людям. Я уверен, вы это и так делаете, иначе бы вы просто не были руководителями, не были бы муниципальными руководителями, региональными руководителями, но сейчас это может быть особенно важным, принимая во внимание и ту ситуацию, которая существует в вашей области, потому что она имеет свою специфику. Люди должны вас видеть, знать вас в лицо, а не по экранам телевизоров или страницам местных газет.

Вот мои предложения к вам. Надеюсь, что всё будет хорошо в период избирательной кампании, вы выполните все обязательства, которые на себя брали, а мы, конечно, будем вам помогать.

Россия. ЦФО > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 19 апреля 2013 > № 870784 Дмитрий Медведев


Россия. ЦФО > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 12 апреля 2013 > № 870794 Дмитрий Медведев

Встреча с активом ярославского регионального отделения партии «Единая Россия»

Вступительное слово Д.Медведева:

Здравствуйте, коллеги! Добрый день! Возникла идея встретиться, поговорить, причём неформально, поэтому мы специально сидим именно так, а не за столом, как это принято на всяких совещаниях. Хочу поговорить о том, как обстоят дела у вас в Ярославской области, как чувствует себя партия в преддверии разных важных политических событий. Сначала несколько комплиментов по долгу хозяина – это правильно для начала разговора.

Конечно, Ярославская область – крупный, по нашим российским меркам, и динамично развивающийся регион, причём по целому ряду показателей он занимает неплохие позиции: по промышленному производству, по моим данным, это 14-е место в стране, по приросту сельхозпродукции даже 10-е, что для меня было, откровенно говоря, приятным сообщением.

Есть и проблемы. Хотя уровень безработицы неплохой – ниже, чем в среднем по целому ряду регионов. Поэтому «Единой России» нужно все эти достижения не только сохранить, но и приумножить, а для этого нужна убедительная победа во время выборов, которые состоятся в сентябре, в Ярославскую областную думу. Как это сделать, я и предлагаю обсудить с учётом того, что есть свои сложности и в политическом раскладе, который сегодня сформировался у вас, есть и, естественно, проблемы социально-экономического порядка, которые партия должна отслеживать и по которым у партии должна быть внятная позиция. И есть, наконец, конкуренция.

В настоящий момент у вас образовано 42 отделения различных партий. Слава богу, что основную позицию всё-таки имеет «Единая Россия», остальные не могут тягаться с «Единой Россией» ни по численности, ни по авторитету, но это не значит, что всё абсолютно просто и хорошо. Надо быть готовыми к серьёзной конкуренции, тем более что мы взяли курс на то, чтобы политическая конкуренция действительно была чертой современной политической системы в нашей стране.

Для того чтобы побеждать, нужно быть в постоянном контакте с людьми – я об этом не устаю говорить во время моих встреч с коллегами из других регионов. Живой контакт не заменит ничего. Как мы с вами сейчас общаемся, смотрим друг другу в глаза, можем спросить что угодно, и возникает определённое представление о том, как обстоят дела. Точно так же этого хотят наши люди. Я думаю, что вы все как актив партии, как руководители местного, муниципального уровня это отлично понимаете. Даже самые современные формы коммуникаций, те же самые социальные сети при всей их важности прямого общения никогда заменить не могут. На это я хотел бы сразу обратить внимание всех присутствующих, а всё остальное я предлагаю обсудить во время нашей встречи. Прошу брать слово, не стесняться: если есть что сказать, говорите, если есть какие-то вопросы, задавайте их. На этом я, наверное, ограничусь и передам слово вам, потому что в этом смысл этой встречи. Пожалуйста, коллеги.

Сергей Иванович (обращаясь к С.Неверову)...

С.Неверов (секретарь Генерального совета партии «Единая Россия», заместитель Председателя Государственной Думы): Спасибо большое, что нашли возможность сегодня повстречаться. Вы правильно заметили, что здесь сегодня люди, которые находятся на передовой, те, кто находится в прямой коммуникации непосредственно с людьми. И как раз те проблемы, которые сегодня есть, – проблемы дорог, здравоохранения, всё, что сегодня у нас на уровне муниципальном существует, – как раз решаются непосредственно теми, кто здесь присутствует. У нас здесь никакой нет ни очерёдности, ни какого-то порядка выступлений, свободной обмен, мы так и договорились…

Д.Медведев: Да, именно в свободном режиме. Пожалуйста, коллеги.

И.Осипов (председатель Ярославской областной думы, временно исполняющий обязанности секретаря Ярославского регионального отделения партии «Единая Россия»): Я хотел коротко для начала проинформировать, где мы сейчас находимся.

Д.Медведев: И где мы?

И.Осипов: При всём том, что Вы совершенно справедливо заметили, что достаточно высокий уровень развития и промышленного производства, и сельскохозяйственного… Партия на самом деле не дремала с точки зрения реализации: партийными программами мы их называем или федеральными целевыми, областными целевыми программами… Тем не менее в 2011 году невозможно сказать, что это было успешным опытом выступления на выборах, а на дальнейших выборах мэра партия тоже не лучшим образом себя проявила, – и оценки кадровые Вы давали в своё время…

Д.Медведев: Было дело. Но если уж вы сейчас об этом заговорили, я не могу не откликнуться пока не ушла тема: это урок и для партии, и для областной организации.

И потом, давайте так, по-честному совсем: кто бы ни стоял во главе партийной организации, во главе региона, нужно принимать здравомыслящие и реальные решения. Если может Иван Иванович победить, его и надо двигать, а не Петра Петровича, даже при том, что Пётр Петрович нравится всем региональным руководителям. Но если у него нет шансов победить, зачем на него ставить? Это, так сказать, в режиме прямого отклика на то, что вы говорите.

И.Осипов: Абсолютно согласен. И на самом деле мы в регионе у себя эту работу над ошибками начали ещё год назад. Эта работа над ошибками называется «обновление», и его мы воспринимаем не формально, не в виде очередного лозунга, а пропуская через себя. Не знаю, может быть, Вы активно следите в интернете, то есть наверняка видели, как была построена наша кампания в муниципалитет города Ярославля. Она шла под лозунгом «Дело в людях!». Потому что главное достояние партии на самом деле… Мы можем в чём угодно конкурировать, но в потенциале человеческом мы действительно впереди других партий абсолютно. У нас многие из этих людей, которые здесь сидят, личностным рейтингом обладают 60–70% на своих территориях. При этом партия не всегда такие цифры добирает. Проанализировав эту ситуацию, мы пришли к выводу, что «Дело в людях» – это не просто дело вот в этих людях, это двойной смысл, то есть и сама политика партии должна всё-таки быть ориентирована на человека. Мы в конце каждого своего действия, в конце каждого закона, в конце каждой программы должны понимать, что там стоит человек и что для него конкретно улучшается. Сейчас улучшение качества жизни жителей Ярославской области легло в основу стратегической программы губернатора. Мы на тактическом уровне её обсуждаем достаточно живо, и широко, и публично, что тоже на самом деле никогда не было характерно для нас.

Второй момент, которого Вы коснулись, – что всё-таки успехи в области есть. Но кто эти дела делает? Как их доносят? И все ли мы дела делаем, доводим до конца? Потому что зачастую какие-то наши обещания, какие-то наши программы рождают ложные ожидания того, что это случится завтра. И опять же у себя на месте, проанализировав те программы, которые у партии есть, мы выбрали то, что мы можем потянуть, где бы нам хотелось добиться результата не просто быстро, максимально быстро. Ничего не рождается там так просто. И эти программы как раз сегодня я бы тоже предложил обсудить – где мы можем успеть, не торопясь… Не в смысле успеть – когда нужна излишняя поспешность, а именно выполнить те ожидания, взять обязательства на себя и добиться результата в максимально короткие сроки. Я, наверное, для секретаря достаточно уже наговорил...

Д.Медведев: Для секретаря ещё нет, а так достаточно.

И.Осипов: Да, спасибо.

Д.Медведев: Спасибо, Илья Владимирович. Я уже просто в режиме ремарки – на то, что вы говорите. Всегда есть соблазн залакировать ситуацию, когда особенно с людьми разговариваешь. Мой опыт, я уверен, и ваш опыт, опыт всех присутствующих подсказывает совершенно другое: лучше говорить правду, даже если ты понимаешь, что, например, в ближайший год что-то не получится. Надо честно людям сказать: вы знаете, мы работаем, но так быстро не получится. А иначе будет вранье, естественно, это всё запомнят. И потом, сейчас же все грамотные, что называется, все, даже разговаривая, свои мобильные телефоны включают, записывают, а потом скажут: «Ну вот, смотрите! Он сказки рассказывал, а ничего не вышло». Помните известную историю о том, как обещали лечь на рельсы, если чего-то не произойдёт? Это же осталось в памяти исторической. Поэтому любой политик и федерального уровня, и регионального, и муниципального уровня всегда должен говорить правду, даже если это не самая приятная правда.

Но вы правы и в другом. Всё, что мы делаем, в конечном счёте люди должны иметь возможность пощупать, и это всегда было нашим козырем. Когда говорим, что «Единая Россия» – это партия реальных дел, мы не занимаемся политиканством, мыговорим, что к такому-то периоду мы постараемся это воплотить в результат. Потом этот результат нужно правильно предъявлять, потому что всё-таки очень важно для любой политической силы, чтобы люди понимали, что эти булки не на деревьях выросли и не с неба прилетели, это результат тех решений, которые вы принимаете, и связывали бы улучшение жизни именно с деятельностью партии, а не с какими-то абстрактными процессами, которые идут в стране или с деятельностью верхних начальников, при всём уважении к ним, – а именно с деятельностью вашей партийной организации. Ладно, пожалуйста, кто расскажет про программы и не только?

Ю.Ласточкин (глава городского округа города Рыбинска, член президиума регионального политического совета партии «Единая Россия»): Ласточкин Юрий Васильевич, глава города Рыбинска. Это второй город в Ярославской области.

Д.Медведев: Мы знаем Рыбинск-то. Мы даже помним, что он был Андропов одно время.

Ю.Ласточкин: Какой вопрос: Вы очень много уделяли внимания энергоэффективности и образованию. Вопрос в том, что сегодня у нас примерно 25% затрат на образование – это оплата энергии в том или ином виде. У нас есть некий опыт: мы провели капитальную реконструкцию школ, потратились один раз и очень серьёзно сэкономили затраты на содержание.

Д.Медведев: А что вы сделали, Юрий Васильевич?

Ю.Ласточкин: 500 мм на крышу, 150 трёхслойных на стену, энергоузлы, утепление фундамента, утепление входных групп, и интегральное утепление (здесь у меня есть презентация)… Мы получили по учёту (учёт был и там, и там) минус 40%...

Д.Медведев: Хороший результат.

Ю.Ласточкин: Хотя был не самый экстремальный способ утепления.

Дальше мы изучили результат тех стран, которые от Советского Союза попали, например, в Евросоюз, – Эстония. Они взяли стандарты ЕС и утеплили намного жёстче.

И вопрос: любые муниципалитеты, поселения тратят гигантские средства на оплату энергонеэффективных зданий. Если ввести федеральные стандарты для социальных зданий – дворцы культуры, спорта, школы, детские сады – и один раз в течение трёх-четырёх лет это всё сделать, как сделала, например, Германия (Восточная Германия), то эффект может быть в масштабах России как северной страны фантастический, колоссальный. Но нужны стандарты и очень жёсткие сроки, иначе все эти прекрасные мысли об энергоэффективности останутся в рамках факультатива. То есть о введении стандартов мой вопрос. И второе – финансирование, источники финансирования быстрого утепления. Потому что мы смотрим: в Эстонии утеплены детские сады советские…

Д.Медведев: А вы где деньги нашли на это?

Ю.Ласточкин: Мы сегодня на 10% школ нашли свои деньги. Увеличили дополнительные продажи имущества муниципалитета, решили продавать и вложиться. Сейчас ждём, когда заработает областная программа, – может быть, там что-то. Но деньги очень серьёзные, чтобы понять, о чём идёт речь, например: у нас 700 тыс. кв. м социальных зданий в городе, естественно, по стране это миллионы и миллионы метров.

Поэтому мой вопрос – введение стандартов и одновременно решение вопроса источников финансирования этого процесса.

Д.Медведев: Понятно.

Во-первых, молодцы, что это сделали в любом случае. Кстати, цифра, которую вы назвали, 40%, абсолютно совпадает с цифрой, которую я когда-то подписывал, когда выпускал президентский указ по энергоэффективности в масштабах страны. У нас эта целевая задача до сих пор стоит, она не достигнута пока, но она стоит, – до 2020 года снизить общую энергоёмкость экономики на 40% по всем позициям совокупно или интегрально, но это макропараметры. Что касается конкретной ситуации, то вы правильно говорите, она зависит от усилий, которые люди предпринимают, руководители предпринимают в конкретном населённом пункте.

По техническому регулированию вообще-то кое-что уже сделано, но в принципе я согласен, что можно задать эту планку практически во всех стандартах, во всех СНиПах, которые сейчас перерабатываются в нормы технического регулирования, в технические регламенты. Единственное, у меня есть, конечно, некоторые опасения по поводу того, чтобы заявить, что это нужно сделать в ближайшие два-три года, потому что вы (я специально спросил) нашли деньги и правильно сделали, часть доходов от приватизации, ещё что-то пустили на это, а кто-то не найдёт. Из федерального бюджета на это деньги искать очень сложно, скажем откровенно, поэтому всё-таки основной упор должен быть сделан на региональные деньги и муниципальные деньги.

Но по поводу технического регулирования я услышал. Я уточню, что ещё можно сделать в смысле того, чтобы соответствующий норматив погрузить в действующие технические регламенты. А опыт этот хороший, и, вы знаете, он, конечно, не только у вас есть. Очевидно, что (я как-то занимался одним проектом) как только, например, новые рамы ставишь (казалось бы, вроде рамы и рамы) энергоёмкость совершенно другая становится, совершенно другой уровень в отношении конкретного здания. Просто совсем по-другому всё становится. Я даже, честно говоря, не ожидал, что настолько меняется ситуация.

Реплика: Дмитрий Анатольевич, самое главное, что люди это заметили, ведь это довоенные постройки, и настроение у людей, у детей уже другое. С Вашей помощью, я думаю, мы сможем решить реальную задачу, которая будет понятна всем и каждому родителю, так как они за ручку своих детей водят в детский сад и в начальную школу. Вот здесь я бы просил поддержки, свою часть пути мы пройдём, а если Вы нам поможете, будет очень здорово.

Д.Медведев: Вы знаете, мне кажется, что можно попробовать на этой базе создать или региональную программу (по линии партии я имею в виду), или даже, может быть, на уровне всей страны создать. Так что, Сергей Иванович, вы подумайте, может, это действительно сделать в качестве одной из программ партийных. И действительно – это вот как раз то, о чём я говорил, то, что можно сразу потрогать руками, ну или ощутить, когда ты заходишь в помещение. Я почему об этом сказал? У меня тоже такой опыт есть, я просто занимался одной школой специально. Школа тоже достаточно старая, ей там 45–50 лет, она не деревянная, правда, из панелей, но там такие щели были, и когда там немного привели в порядок и поставили рамы, всё моментально изменилось.

Реплика: Та же самая тема по детским садам, мы это тоже делаем. Опять же прямой выход на людей, и они всё это дело ощущают, понимают и поддерживают.

Д.Медведев: Но только вы не стесняйтесь об этом рассказывать.

Реплика: А мы не стесняемся. Мы Вам презентацию привезли …

Д.Медведев: Да мне-то ладно, вы людям об этом рассказывайте.

Реплика: Людям рассказываем. Люди восприняли и хотят, чтобы этих примеров было больше.

А.Малютин: Дмитрий Анатольевич, Малютин Алексей, председатель муниципалитета города Ярославля. Как раз затронули вопрос по детским дошкольным учреждениям. Проблема стоит не только у нас в области, но стоит, наверное, во всей стране, Вы неоднократно об этом говорили. Но что хочу сказать про город Ярославль: у нас более 5 тыс. детей от полутора лет не обеспечено местами в дошкольных учреждениях. Может, поэтому и безработицы у нас почти нет, все родители дома с детьми сидят, а так бы все на биржу пошли …

Д.Медведев: Может быть.

А.Малютин: Видимо, мы что-то не достраиваем, но если быть объективным, то ресурсы Ярославля по постройке детских садов на сегодняшний день практически исчерпаны. В конце этого года мы детский сад построили, наверное, и в этом году ещё один построим. Планы – 7-8 детских садов к 2014, 2015 году – не обеспечены ни нашими деньгами, ни, к сожалению, областными. Мы сделали, как мы считаем, уже и так много. Где смогли – реконструировали, несколько детских садов забрали, когда они использовались уже не по целевому назначению. То есть мы уже, скажем так, на грани тех возможностей, которые есть. Поэтому без помощи федерального бюджета нам здесь не обойтись. Я считаю, что это как раз те реальные шаги, на которые Федерация может пойти и несколько миллиардов рублей выделить Ярославской области. Я понимаю, что, наверное, другие возмутятся, которые приедут к Вам через неделю…

Д.Медведев: Конечно, возмутятся.

А.Малютин: Но раз уж мы приехали разговаривать, я бы хотел, чтобы Вы обратили на эту проблему очень серьёзное внимание, потому что за чередой этого у нас и остальное, к чему мы призываем, рушится – в частности, по увеличению количества детей. Мы декларируем, что у нас пособия на рождение каждого второго ребёнка. Вот у меня четверо детей, но я получил только один раз – ни за третьего, ни за четвёртого мне не дали…

Д.Медведев: Вы имеете в виду пособие или материнский капитал?

А.Малютин: Материнский капитал. Извините, Дмитрий Анатольевич.

Д.Медведев: Просто нужно внимательно слушать. Материнский капитал изначально был запланирован как капитал, который даётся при рождении второго ребёнка, один раз.

А.Малютин: Ну тогда возвращаясь к детским садам… Дмитрий Анатольевич, здесь без помощи Федерации не обойтись. У нас стоят в очереди 1,5 тыс. семей, а выделяем денег не более чем на 200 семей в год, причём областной и городской бюджет. При этом доля федерального бюджета в данном случае минимальна. Хотелось бы, чтобы Вы обратили внимание на пересмотр доли по выделению данных средств. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо, Алексей Геннадьевич. Во-первых, по поводу детских садов. Мы понимаем, что денег именно в этой ситуации у регионов и муниципалитетов на создание новой сети детских дошкольных учреждений не хватит. И дело не только в том, чтобы отправить миллиард или ещё какую-то сумму денег в Ярославскую область, а в том, чтобы эту задачу помочь решить в масштабах страны, потому что у нас такая же проблема и в других регионах. У всех, ну не у всех, конечно, у нас там, может быть, десятка полтора регионов, у которых вообще нет очередей в детские сады... Это правда, на удивление такие регионы есть, хотя это ситуация временная, но тем не менее такие регионы есть. Но в подавляющем большинстве регионов всё-таки очереди измеряются цифрами в десятки тысяч семей. Поэтому резюме: за счёт региональных и муниципальных денег, мы понимаем, эту проблему не решить. И мы сейчас готовим как раз предложения (они, конечно, непростые, не скрою) о том, чтобы постараться дофинансировать все регионы, которые в этом нуждаются, для того чтобы выполнить ту задачу, которую мы перед собой поставили, а именно хотя бы к 2015 году обеспечить все регионы нашей страны детскими дошкольными учреждениями, чтобы очередь для семей с детьми в возрасте от трёх до семи лет полностью ликвидировать. На это нужно много денег, мы прикинули – больше 300 млрд рублей по стране. Но придётся на это всё-таки, видимо, идти, и не за один год, но за несколько лет всё это сделать. И, конечно, своя часть денег, своя толика придёт и в Ярославскую область. Так что это мы понимаем, и на это будут федеральные деньги.

А про материнский капитал я всё сказал. Я сегодня, кстати, проводил коллегию в Министерстве труда и социальной защиты. Нам просто нужно подумать, что делать с материнским капиталом после 2016 года, потому что этот инструмент всё-таки хорошо сработал. И абсолютное большинство семей тратят эти деньги именно на жильё, 95% женщин не думают о будущем, о пенсии, то есть просто давайте заниматься жильём. За счёт этого у нас, кстати, и неплохие успехи всё-таки в демографии за последние годы в том числе.

Россия. ЦФО > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 12 апреля 2013 > № 870794 Дмитрий Медведев


Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 9 апреля 2013 > № 870793 Дмитрий Медведев

Интервью Дмитрия Медведева телеведущему Сергею Брилёву, автору документального фильма «ЧВС. Наследие»

С.Брилёв: Дмитрий Анатольевич, я Вас спрошу как действующего премьера, как человека, который работал председателем совета директоров «Газпрома»: в ваших глазах Черномырдин – это кто? Это бывший посол, бывший премьер, создатель «Газпрома»? Как Вы его воспринимаете в первую очередь?

Д.Медведев: Знаете, у каждого человека, конечно, свои ощущения от людей, с которыми работаешь. У меня от Виктора Степановича осталось ощущение какой-то внутренней теплоты, которая от него исходила, в каком бы качестве он ни работал.

Я в Правительстве не был в те времена, я с ним познакомился, когда уже переехал в Москву и сменил Виктора Степановича в должности председателя совета директоров «Газпрома».

Первая моя встреча с ним была, действительно, запоминающаяся, потому что человек он был весьма известный в стране и старше меня гораздо. И он как-то так выстроил беседу (хотя я понимал, что и для него какая-то часть жизни заканчивается), говорит: «Давай, работай, тебя сейчас познакомят со всем…» Очень располагающе выстроил эту беседу, и возникло ощущение взаимопонимания. Потом мы, конечно, пересекались в самых разных направлениях, в различные периоды.

Мне кажется, он относится к поколению людей, которые до конца своих дней без остатка, что называется, служили своей стране. И чем бы он ни занимался, начиная свой путь в Орске и работая на инженерных должностях, руководящих должностях, или когда министром газовой промышленности Советского Союза был, или когда стал Председателем Правительства, он всё-таки прежде всего ориентировался на интересы развития нашей страны, при этом оставаясь абсолютно таким простым русским человеком, самобытным человеком, не меняя своих привычек, что на самом деле, мне кажется, очень важно для государственного деятеля, потому что если ты начинаешь подламываться под ситуацию, то государственная машина тебя сломает. А он вот оставался таким, каким он был, наверное, в 25 лет, в 30 лет. Это кажется мне его такой очень характерной чертой.

Мы с ним очень разные темы обсуждали, особенно когда он работал послом на Украине. Тоже ведь, знаете, если так разобраться, непростая история...

С.Брилёв: Мягко говоря.

Д.Медведев: Председатель Правительства, который работал в самый сложный период, собирая весьма пёструю команду людей, проводил весьма непопулярные реформы, не боялся это делать, несмотря на то что многие причисляли его к так называемым красным директорам, которые будут всеми силами, всеми, так сказать, фибрами души, противостоять рыночным преобразованиям. Но нет, он проводил весьма сложные реформы. И будучи уже таким опытным премьером, авторитетным человеком, он получает предложение стать послом на Украине. Далеко не все на это согласились бы, потому что многие бы думали: я лучше останусь в памяти народной вот таким великим Председателем Правительства, который важные решения принимал. А он взял и поехал на Украину работать в весьма непростой период и приносил там очень большую пользу, потому что у него были выстроены коммуникации со всеми, включая и Президента Кучму. Он был разный человек, но очень тёплый и сильный.

Мы сейчас с вами в этом кабинете сидим, где, с некоторыми изменениями, конечно…

С.Брилёв: Но это его кабинет?

Д.Медведев: Это его кабинет, он сидел прямо на этом месте. Это кабинет Председателя Правительства, он исторически здесь был, принимались самые сложные решения 1990-х годов.

Я тоже в разных кабинетах успел побывать. Могу вам сказать: отличие этого кабинета заключается в том, что здесь работа идёт нон-стоп, потому что Правительство – это постоянно действующий организм, машина, которую невозможно остановить. Вот эти бумаги нужно подписывать в огромном количестве премьеру каждый день, и за каждой из этих бумаг стоят большие экономические последствия и различные социальные испытания. Поэтому, когда я сюда захожу, не скрою, всегда вспоминаю своих предшественников и, конечно, Виктора Степановича Черномырдина.

С.Брилёв: Последнее, пожалуй, Дмитрий Анатольевич. По поводу «Газпрома», у него же действительно необычная судьба получилась, в отличие, например, от нефтянки в 1990-е годы: там произошла демонополизация, возникли частные компании, государственные, у каждой из них была своя особая судьба. А «Газпром» был сохранён с самого начала как вертикальная и единая компания. В чём же слабые и сильные стороны этого решения? Это же черномырдинская концепция, в общем-то?

Д.Медведев: Вы знаете, тогда было много идей и был соблазн направить «Газпром» по пути, по которому направили другие отрасли, кстати сказать, и нефтянку ту же самую. Но всё-таки система «Газпрома» действительно уникальна. И что бы кто ни говорил, наличие такой большой инфраструктурной монополии позволило сохранить не только источники доходов, которые не распались на маленькие кусочки, но в известной степени позволило сохранить даже управляемость самой страны. Потому что, представим себе, разрезали бы «Газпром», даже исходя из умных концепций, на несколько частей, раздробили бы, в какой-то момент где-нибудь на северах полыхнуло бы что-нибудь, произошёл бы взрыв, ещё что-то… Начали бы искать того, кто за это отвечает, и не смогли бы найти. Заморозили бы город, я уж не говорю про экономические последствия. А вот наличие единого механизма позволило в самые трудные годы этой участи избежать.

Ну и, конечно, всё-таки «Газпром» был, есть и, наверное, будет ещё весьма долгое время одним из основных плательщиков в бюджет. В тот период это было особенно важным. Это сейчас у нас практически даже больше 50% доходных источников создаётся за счёт не углеводородов, а за счёт других источников, за счёт ненефтегазовой экономики. Сейчас это, может быть, проще, а тогда это было совсем сложно. Поэтому я думаю, что в тот момент это было не простое решение – может быть, некоторые считали его нерыночным, – но единственно возможное… И сейчас мы, собственно, сохраняем основы тех подходов, которые были выработаны в 1990-е годы.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 9 апреля 2013 > № 870793 Дмитрий Медведев


Россия > Экология > premier.gov.ru, 5 апреля 2013 > № 870791 Дмитрий Медведев

Балтика в ХХI веке: приоритет – экология

Статья Дмитрия Медведева «Балтика в ХХI веке: приоритет – экология» была опубликована накануне Форума Балтийского моря в изданиях Aftenposten (Норвегия), Helsingin Sanomat (Финляндия), Rzeczpospolita (Польша), Jyllands-Posten (Дания), Morgunbladid (Исландия), Neatkariga Rita Avize (Латвия), Eesti Päevaleht (Эстония).

Забота об окружающей среде – это та область межгосударственных отношений, где нет и не может быть альтернативы сотрудничеству. Сегодня все прибалтийские государства разделяют историческую ответственность за судьбу Балтийского моря, сохранение его уникального природного разнообразия.

Конкретный пример результативности такого подхода – совместная работа по проекту «Северный поток». Напомню, газопровод через Балтийское море способен на протяжении как минимум 50 лет ежегодно поставлять в Европу до 55 млрд куб. м природного газа.

В рамках этого проекта впервые удалось сбалансировать международные и национальные экологические требования всех пяти стран, через исключительные экономические зоны которых проходит трасса морского газопровода. На предварительные экологические исследования – самые масштабные из всех, проводившихся ранее на Балтике – было израсходовано более 100 млн евро. Ещё 40 млн евро в ближайшие три года будет использовано на организацию постоянного мониторинга вдоль всего маршрута.

Технологические и инженерные решения – зачастую уникальные – принимались не только по экономическим соображениям, прежде всего исходя из самых строгих природоохранных нормативов. Экологическое воздействие было минимальным, носило локальный и ограниченный по времени характер. Кстати, работы по подготовке строительства позволили значительно расширить объём сведений об экосистеме Балтийского моря, сделать их доступными.

Важно, что в современном обществе постепенно складывается культура ответственного отношения к окружающей среде. Разработка новых технологий производства энергии и эффективного использования природных ресурсов становится мощным драйвером экономического роста. Экологические инновации, «зелёная» экономика – именно в этих сферах сосредоточены возможности для последующего стабильного развития. Это имеет принципиальное значение в условиях участившихся сбоев мировой финансово-экономической системы.

Предпринимательскому сообществу нужно активнее участвовать в экологических проектах, имеющих общерегиональное значение, например в программе партнёрства для модернизации на Юго-Востоке Балтийского моря (SEBA). Взаимодействие национальных и региональных властей, муниципалитетов, бизнеса, межрегиональных организаций и НПО должно быть ориентировано на создание в регионе площадок экономического роста, в конечном итоге – улучшать качество жизни и повышать уровень благополучия людей.

Уверен, устойчивое развитие Балтийского региона может быть обеспечено только на основе сопряжения экологических задач с экономическими и социальными целями. Внедрение такого, экосистемного, подхода – один из приоритетов Совета государств Балтийского моря и Хельсинской комиссии по защите морской среды Балтики.

Совет, в котором Россия председательствует в настоящее время, в этом году отмечает своё двадцатилетие. Сохраняя приверженность долгосрочным приоритетам этой организации, необходимо находить новые форматы и механизмы взаимодействия, максимально использовать преимущества государственно-частного партнёрства, особенно реализуя крупные инфраструктурные проекты, развивая сотрудничество в области модернизации, поддерживая инновационную активность среднего бизнеса. Именно эти темы мы будем обсуждать в Санкт-Петербурге на конференции высокого уровня по защите экологии Балтики.

В решении экологических задач трудно переоценить потенциал общественной дипломатии. Рассчитываю, что «Санкт-Петербургская инициатива», старт которой Россия предлагает дать на этой конференции, будет логически дополнять и развивать уже действующие инструменты. Её основная задача – объединение усилий гражданского общества, государственных, деловых и финансовых кругов.

Ещё раз подчеркну, все мы понимаем нашу растущую взаимозависимость и невозможность решать внутренние задачи без учёта интересов соседей. Мы все ответственны за судьбу Балтийского моря и людей, которые живут на прибрежных территориях.

Россия > Экология > premier.gov.ru, 5 апреля 2013 > № 870791 Дмитрий Медведев


Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 4 апреля 2013 > № 870792 Дмитрий Медведев

Встреча Дмитрия Медведева и членов Правительства с активом партии «Единая Россия»

Вступительное слово Д.Медведева:

У нас сегодня такая довольно необычная встреча, но, с другой стороны, мне кажется, весьма полезная и нужная. Сегодня здесь присутствуют представители – лидеры партии «Единая Россия» и члены Правительства Российской Федерации. У меня здесь роль специфическая, двуединая, так сказать, – и как председателя партии, и как Председателя Правительства.

Мы договаривались о проведении встречи в таком формате после выступления на открытии Гражданского форума. Это было 27 марта. Надеюсь, что встреча будет полезной для всех присутствующих.

Думаю, что специально представлять здесь кого бы то ни было друг другу нет необходимости. В составе кабинета министров есть партийные выдвиженцы, есть и просто члены партии «Единая Россия».

Несколько вводных замечаний. У нас Россия по форме правления – это президентская республика, но правящая партия и соответствующая фракция имеют важнейшее значение для формирования Правительства, голосуя за кандидатуру Председателя Правительства и тем самым давая согласие на образование кабинета министров, а также заслушивая в рамках существующих правил ежегодный отчёт Правительства.

В известной степени нынешнее Правительство – это первое в истории нашей страны правительство, которое можно назвать партийным. Хотя бы потому, что его Председатель является и председателем правящей партии. Поэтому более плотное взаимодействие между Правительством и руководством партии, безусловно, естественно и необходимо, – в этом смысл встреч.

Хотел бы также поблагодарить фракцию «Единая Россия» в Государственной Думе за поддержку инициатив Правительства, особенно в процессе принятия государственного бюджета на 2013 год. Это всегда очень непростое дело, тем более что в известной степени задача Правительства заключается в том, чтобы проводить решения, а задача Государственной Думы заключается в том, чтобы их квалифицированным образом обсуждать. В ближайшее время мы направим в парламент список наиболее значимых законопроектов, которые Правительство подготовило и считает важным принять до завершения весенней сессии.

Также хотел бы отметить, что уверенное представительство «Единой России» в Государственной Думе должно помочь Правительству в принятии не всегда популярных, но необходимых решений. Поэтому обращаю внимание на то, что и партия должна уметь разделять ответственность за происходящее в экономике страны. Мы все отвечаем за то, что происходит в нашей стране, потому что мы олицетворяем власть: Правительство олицетворяет власть исполнительную, а Государственная Дума и Совет Федерации – законодательную.

И ещё одно замечание: я не вижу ничего критичного в том, что по ряду вопросов позиция депутатов – членов Государственной Думы или членов Совета Федерации, вообще позиция представителей партии и позиция членов Правительства различаются.

Когда такие ситуации возникают, больше всех обычно волнуются и причитают оппозиционные силы: «Посмотрите: они начали по каким-то вопросам спорить, они не могут договориться, а стало быть, наступает кризис власти и паралич в принятии решений...»

Хочу, чтобы все присутствующие здесь знали мою позицию. У нас в Конституции нет статьи 6 в том смысле, в котором эта статья была в советской Конституции. У нас нет статьи о руководящей роли партии, нет и обязательного для всех единства мнений. Более того, даже в самой партии есть три платформы: социальная, либеральная и патриотическая. Поэтому расхождения по тем или иным вопросам вполне возможны и в некоторых ситуациях даже, более того, полезны, для того чтобы самым глубоким образом обсудить их и прийти к каким-то выводам.

Но по ключевым вопросам, по задачам развития страны, государства, общества позиции партии «Единая Россия» и Правительства Российской Федерации были, есть и будут едиными. Здесь сомнений не может быть ни у кого. Это и моя позиция как председателя партии и Председателя Правительства, и позиция всех здесь присутствующих. Прошу руководствоваться этим и членов Правительства, и лидеров партии.

Теперь в отношении коммуникаций – важнейшая тема. Обмен мнениями, обмен идеями позволяет находить наиболее эффективные способы решения существующих проблем. К тому же «Единая Россия» – это самая массовая партия, самая большая политическая организация, и она может самым серьёзным образом помочь Правительству лучше учитывать мнение большинства наших граждан.

Уже сейчас Правительство предлагает обсуждать законопроекты до их официального внесения в Государственную Думу (я так понимаю, что это поддерживается в полной мере и нашими коллегами из Государственной Думы), чтобы всесторонним образом учесть возможные последствия правоприменения и при необходимости скорректировать документ до его прохождения через парламент. Это как раз та форма консультаций, которая позволяет снимать наиболее серьёзные расхождения до начала законодательного процесса. Можно говорить и о политическом чтении законопроектов. Конечно, речь идёт не обо всех законах (иначе больше нечем будет заниматься и Правительству, и Государственной Думе, будем бесконечно обсуждать те или иные законопроекты), а наиболее резонансных законах – законах, которые затрагивают социальную сферу, затрагивают ключевые вопросы развития экономики, жилищно-коммунальное хозяйство, то есть касаются интересов подавляющего большинства наших граждан. Это можно было бы предварительно обсуждать и на внутрипартийных платформах. Мне кажется, в этом был бы смысл, и я считаю, что участие министров в обсуждении правительственных законопроектов в рамках этих платформ было бы хорошим знаком и позволило бы спрогнозировать реакцию граждан с различными политическими взглядами, учесть различные позиции. Потому что всё-таки мы стараемся принимать такие законы, которые будут восприниматься абсолютным большинством наших людей – в этом смысл консультаций, в этом смысл тех парламентских процедур, через которые проходят все законопроекты.

Принимая во внимание то, что «Единая Россия» – самая массовая политическая партия, а также то, что партийные структуры присутствуют во всех регионах и во всех муниципальных образованиях, мы, по сути, можем использовать такой механизм, который позволит подключить к обсуждению документов людей самых разных представлений, взглядов, профессий из различных уголков нашей страны. А это и есть основа социального консенсуса, основа стабильного развития нашей страны, основа проведения модернизации социальной сферы, экономики, основа того курса, который мы определяем в настоящий момент как консервативный и в то же время модернизационный тренд развития нашего государства. Вот на это должна быть направлена наша с вами работа.

Сейчас мы обменяемся мнениями, а потом я просил бы членов Правительства вместе с коллегами, представляющими руководство «Единой России», ещё поработать по различным направлениям на своих площадках.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 4 апреля 2013 > № 870792 Дмитрий Медведев


Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 27 марта 2013 > № 870790 Дмитрий Медведев

Дмитрий Медведев принял участие в открытии проекта «Гражданский университет»

Выступление Д.Медведева:

Добрый день всем, кто нас слышит, кто видит! Я не скрою, действительно с большой симпатией воспринял идею открыть наш Гражданский университет, прочитать в нём такую даже не лекцию, а просто сказать какие-то вводные слова, потому что лекции, я уверен, здесь будут гораздо, может быть, более интересные, чем мои вступительные слова. Будут выступать разные люди, специалисты, известные политики, учёные, эксперты. Но как председатель партии я, конечно, тоже обязан сегодня для начала работы определённые вещи сформулировать. У нас в зале собралось около 200 членов партии «Единая Россия», но благодаря современным технологиям нас сейчас наблюдают около 4 тыс. человек, которые присоединились практически из всех регионов нашей большой страны. Ещё раз всем добрый день! Ещё раз спасибо за то, что вы вместе с нами.

Коммуникация, обмен знаниями, информацией – это, по сути, ткань сегодняшней жизни, ключевая составляющая любого образования. Для того чтобы отвечать на самые разные вызовы, для того чтобы быть готовым к решению самых разных проблем, нужно учитывать огромное количество факторов, поэтому нашу эпоху очень часто называют эпохой непрерывного образования. Это действительно так. Все мы учимся, учимся всю жизнь, и тот, кто наиболее быстро схватывает новые знания, как правило, имеет преимущества для достижения своих целей. И конечно, для того чтобы стать лидером, нужно быть в гуще событий, причём неважно где вы работаете – в экономике, в социальной сфере, занимаетесь сельским хозяйством, стоите у станка или занимаетесь политикой, что на самом деле тоже не предосудительно. Это не позорная деятельность, а вообще-то полезная для страны.

Во многих странах очень неплохо себя зарекомендовала практика повышения квалификации в партийных структурах. Это не мы когда-то были первыми, хотя система партийной учёбы действительно была у нас хорошо развита в советский период. Это появилось гораздо раньше, в тот период, когда вообще партии начали развиваться, и эта система существует далеко не только у нас. Я недавно, кстати, обсуждал систему такого рода партийной учёбы с Генеральным секретарём Компартии Китая Си Цзиньпинем, когда он приезжал уже в роли Председателя Китайской Народной Республики. И было интересно услышать, как у них эта система выглядит с учётом их опыта. Он, конечно, китайский, у нас свой, но в любом случае задача иметь хорошее партийное образование - это задача, которая стоит перед любой крупной партией, которая находится у власти или хочет эту власть получить. Думаю, что у нашего с вами партийного проекта хороший потенциал, и он будет работать, этот партийный проект, не только на нашу партию, а, по сути, на всю страну именно потому, что сегодня мы отвечаем за текущую ситуацию в стране.

Принципиально важно, что проект опирается на инициативу региональных отделений партии. Откровенно говоря, он оттуда и пошёл, когда мы начинали эту тему обсуждать, наверное, месяцев восемь-девять назад это было. Это идея была снизу, что называется, потому что когда я встречался с коллегами по партии, мои товарищи из руководства говорили, что все хотят, чтобы такая система была создана. Надо признаться, что мы её долго создавали, можно было быстрее это сделать. Сейчас она начинает работать. В любом случае во многих субъектах уже действуют партийные школы. Их разработки можно было бы систематизировать в рамках нашей работы по «Гражданскому университету». А подобные школы и их филиалы создать в большинстве регионов нашей страны.

Одной из форм обучения, как я уже сказал в начале, будет ежемесячная открытая лекция для представителей всех регионов. С такой же лекцией будут выступать интересные люди. Я считаю, кстати, что мы как открытая партия, которая готова с кем угодно и как угодно конкурировать, вполне можем звать на подобного рода мероприятия и людей, которые не в полной мере разделяют наши идеологемы, которые не являются членами партии или даже симпатизирующими партии. Конечно, это не должно быть предоставление трибуны другой партии, которая будет агитировать против «Единой России» – это было бы, наверное, контрпродуктивно. Но если это будут люди, которые на самом деле будут критиковать партию за какие-то ошибки, за упущения, за отсутствие активности по тем или иным вопросам, мне кажется, это будет только на пользу.

Сегодня мы обо всём об этом поговорим. Потом, после окончания моего вступительного слова – оно будет умеренно долгим, я постараюсь, конечно, сильно не затягивать, но всё-таки ещё кое-что скажу, – ещё немножко пообщаемся в режиме интерактива такого.

Что я хотел бы сказать ещё раз, находясь здесь? Я напомню, что «Единая Россия» пока не проигрывала ни одной значимой предвыборной баталии. Я хотел бы, чтобы об этом помнили все члены партии. Это очень важно – чтобы не гордость какая-то нас распирала, но тем не менее – ощущение значимости того, что уже было сделано.

В октябре 2012 года наша партия ещё раз доказала своё право называться партией большинства: более 82% мандатов выиграли наши кандидаты на выборах в законодательные собрания субъектов и более 65% – на выборах в местные структуры. Это, конечно, дороже всего, это доверие избирателей, для нас это констатация того, что пока мы в целом, со всеми оговорками, со всеми минусами, но тем не менее действовали правильно, и это капитал, которым мы обязаны правильно распорядиться. Мы обязаны дорожить им и обязаны принимать правильные решения, а если наши реальные дела будут видны и понятны, значит, у «Единой России» есть все шансы оставаться партией, которая находится у власти и отвечает за развитие страны.

В мире было немало партий, которые были очень сильными и которые в какой-то момент прекращали своё существование. Перед нашими глазами, конечно, разворачивалась драма Компартии Советского Союза, которая обладала тысячекратно большим административным ресурсом, была плотью и кровью государственной системы управления, по сути, подменяла собой государственный аппарат, и в конце 1980-х – начале 1990-х годов этот ресурс очень быстро растратила, он ни в чём ей не помог. Об этом нужно помнить, оценивая и текущую ситуацию, и думая о будущем. Но с другой стороны, и я специально начал с этого, поводов для пессимизма быть не должно. У нас в целом всё абсолютно нормально, скажем прямо и откровенно, гораздо успешнее и лучше обстоят дела, чем у всех других политических сил, и этим нужно дорожить. Но, конечно, нельзя расслабляться, потому что этой ситуацией моментально начинают пользоваться оппоненты. Мы понимаем, что для того чтобы развиваться, партия должна предъявлять вещи, идеи, понятные абсолютному большинству наших людей. Даже при понимании того, что люди у нас разные и иногда у них и представления о жизни расходятся, но тем не менее должно быть что-то у нас объединяющее, я об этом уже неоднократно говорил, – это, конечно, идеология, которую предъявляет «Единая Россия», идеология разумного, опирающегося на российские традиции, здорового социального консерватизма в самом лучшем смысле этого слова. При этом банальности говорить не хочется, но, с учётом того что всякая фраза, естественно, выдёргивается из контекста, хотел бы прямо ещё раз отметить, что попытки противопоставить консерватизм и развитие, консерватизм и модернизацию абсолютно бесплодны. Это неверно просто. Консерватор в качестве своего антипода, противоположности может сопоставляться только с реакционером. Реакционер – это тот, кто тащит назад, а консерватор стремится изменить жизнь, но при этом старается делать это без революций. Я думаю, что это укладывается в понимание абсолютного большинства людей в нашей стране, абсолютного большинства. Именно поэтому девизом нашей партии (одним из девизов) является: «Сохраним и приумножим!».

Вообще, любой консервативный метод в любой области знаний, в любой части общественной жизни – это метод, что называется, без крови. Как в медицине: если врач прописал консервативный метод лечения, значит точно можно быть уверенным, что резать не будут. И это сразу всех радует, потому что когда тебе говорят «вот, увы…», настроение портится у любого человека и у любого социального организма, а партия – это социальный организм. Поэтому консервативная традиция в нашем понимании этого слова должна быть нацелена на создание в рамках сильного государства и, подчеркну, эффективной власти учёта всех общественных тенденций, чтобы по ключевым вопросам мы принимали решения действительно через консенсус, во всяком случае, старались действовать солидарно. Это очень важно для нашей страны.

Конечно, есть страны, в которых консервативная традиция насчитывает долгие годы, столетия (скажу по-честному, я во многом завидую им белой завистью), те, где не прерывалась линия общественного развития, где не было таких бурных событий, как у нас в XX веке. Они поэтому и живут-то лучше, чем мы, если так совсем по-простому говорить, спокойно развивались. Но сейчас у нас есть все шансы встать на эту самую правильную дорогу, и мы на ней уже находимся и по ней идём, может быть, не так быстро, как нам бы хотелось.

А вот для того чтобы идти быстро, я хотел бы заметить ещё одну вещь. Консервативное начало вовсе не отвергает необходимость активной модернизации и нашей страны в целом, и партийной жизни в частности. Модернизация и развитие всё равно остаются ключами к успеху нашей страны, к успеху партии в том числе. Если считать, что у нас всё оптимально, что все преобразования завершены, развитие закончено, это крах всей модели развития, которая сформировалась в последние годы, как бы мы её ни называли – социально-консервативная или какая-то другая. Как только эта модель перестанет развиваться, перестанет модернизироваться, она тоже закончится. Это то, что я хотел донести до всех вас, до тех, кто интересуется развитием нашей партии, кто симпатизирует ей: модернизация страны, развитие страны с использованием разумной российской консервативной традиции – это наш сценарий развития российского государства и общества, и именно этот сценарий и должна проводить партия.

Теперь несколько слов о конкретных направлениях работы. Первое, что я хотел бы отметить. Конечно, как партия парламентского большинства мы понимаем, что партия обязана находиться в непрерывном общении.

Председатель партии одновременно занимает пост Председателя Правительства страны. В составе Правительства есть довольно значительное число партийных выдвиженцев – или людей, которые были выдвинуты партией, или людей, которые до сих пор являются членами партии. Но надо признаться, что такое прямое, конкретное взаимодействие между министерствами, между Правительством в целом и структурами партии могло бы быть активнее. Скажу откровенно, Правительство вполне может апробировать на партийных площадках свои предложения (и это было бы разумно), а партия ориентироваться на те государственные программы, на те вполне конкретные планы и программы, которые утверждены Правительством и которые разработаны отдельными министерствами, и помогать в их реализации. Я думаю, что мы предметно обсудим эту тему на встрече членов партии (мы договорились об этом – руководство партии с Правительством Российской Федерации), которая состоится в ближайшее время. То же самое относится к взаимодействию региональных органов исполнительной власти и партии.

Мы всегда гордились тем, что «Единая Россия» – это партия конкретных дел. Это именно так. Мы и у власти-то находимся потому, что мы можем предъявить какие-то результаты и, наоборот, успешно работаем, потому что располагаем сегодня определённым властным ресурсом.

В последнее время у нас выработалась практика так называемых нулевых чтений. Парламентарии получают проект закона, который намеревается внести Правительство, ещё до официального внесения, и проводят предварительные обсуждения. Это хорошо, конечно.

Но я предложил бы сделать следующий шаг и перейти к политическому чтению законопроектов. Мы в Правительстве отлично понимаем, какие законы могут быть резонансными, и партия это отлично понимает и чувствует. Это законы, которые затрагивают социальную сферу, развитие экономики, жилищно-коммунальный комплекс, проблемы защиты прав, интересов больших групп населения. Такие документы тоже вполне уместно обсуждать на партийных площадках. Это не значит, что это должно стать обязательной процедурой, но тем не менее это было бы полезно, мне кажется.

Также я хотел бы отметить, что серьёзные надежды у меня связаны с активизацией работы наших партийных платформ. Мы сформировали с вами три платформы: социальную, либеральную и патриотическую. Если говорить прямо, эти платформы охватывают практически все существующие мнения, весь спектр мнений, который сформировался в нашем обществе, за исключением самых маргинальных точек зрения или самых радикальных. Мне кажется, что и моим коллегам-министрам было бы неплохо появляться иногда на заседаниях этих платформ просто для того, чтобы принимать непосредственное участие в обсуждении законопроектов. Но и сами платформы не должны замыкаться в скорлупе и работать очень замкнуто, келейно, а должны работать с массовыми общественными объединениями, с выразителями интересов избирателей, встречаться с государственными служащими. Я думаю, что в настоящий момент всё, о чём я сказал, было бы весьма полезно и для партии, и для исполнительной власти.

Второе, о чём хотел бы сказать. «Единая Россия» – самая крупная партия, у нас 2 млн человек. Среди них и профсоюзные активисты, и крупные собственники, и представители малых народов, и те, кто отстаивает интересы русских. Люди очень разные, но платформы помогают всем крупным социальным группам увидеть себя внутри партии и выстроить определённый диалог. Поэтому действительно работа на платформах остаётся весьма и весьма важной составляющей, тем более что теперь платформы курируют отдельные внутри­партийные проекты. То есть могут не только обсуждать, но и реализовывать свои идеологические установки в конкретных условиях.

Я прекрасно отдаю себе отчёт в том, что между представителями отдельных платформ могут быть достаточно существенные расхождения, не исключаю, что это может сопровождаться жаркими и серьёзными спорами. Это нормально, пусть идёт дискуссия. Пусть к этой дискуссии подключаются регионы, эксперты. Любая дискуссия позволяет всё-таки избежать большего количества ошибок и выработать компромиссный путь развития, а компромиссный вариант, как правило, самый разумный. Как правило, конечно. Но хотел бы прямо отметить: конечно, платформы – это не зачатки новых партий, и мы не ставим себе целью разделить партию на три части, тем самым прекратив её существование и отойдя от власти, отказаться от власти. Это было бы самой серьёзной ошибкой. Поэтому – я об этом говорил несколько раз в разных аудиториях, хотел бы, чтобы сегодня это прозвучало после всех дискуссий, которые идут на платформах, – должно приниматься единое решение. Даже если оно в чём-то не устраивает тех или иных представителей отдельных платформ, это решение должно поддерживаться – поддерживаться всеми депутатами как общая партийная позиция. Иначе мы можем превратиться из партии в болото, я об этом уже сказал. Мы тем более понимаем с вами, что «Единая Россия» может удерживать лидерство только за счёт ясной позиции, внятной позиции, за счёт того, что мы предъявляем конкретную программу решения самых разных задач как в масштабах страны, так и по территориям. Если так будем работать, сохраним и авторитет, и влияние.

Третье, о чём хотел бы сказать: региональная политика – конечно, важнейший аспект в деятельности «Единой России». Считаю, что ему нужно уделять в настоящий период повышенное внимание. 8 сентября состоятся выборы по новому закону, который устанавливает единый день голосования для всех регионов и территорий. По сути, идя навстречу пожеланиям довольно широкого круга наших людей, мы получаем практически ежегодную полномасштабную выборную кампанию. Да, это непросто, но, с другой стороны, понятно к чему готовиться, в какие сроки и где. И особенность этой выборной кампании – в том, что при наличии федеральной повестки, тем не менее упор всё равно должен быть сделан на регионы, на проблемы конкретных территорий, конкретных субъектов Федерации и муниципальных образований. Я хотел бы, чтобы это ощущали все в партии. Мы никакими красивыми словами, которые произносятся по телевизору или с высоких трибун, никогда не сможем убедить людей в том, что мы правы. Вся конкретная работа, вся важнейшая работа идёт в муниципалитетах. Только там! Да, у нас должна быть правильная программа, разумные цели, я сейчас об этом только что говорил. Мне кажется, это в общем достаточно очевидные вещи, но вся основная работа – только в муниципалитетах.

Я напомню, что одним из требований, с которыми «Единая Россия» ещё в 2011 году шла на выборы, было требование предоставить субъектам больше экономической самостоятельности. Об этом никто не забыл и я не забыл. И нужно признаться, уважаемые коллеги, что это требование выполнено далеко не в полном объёме, мягко говоря. Причины, я тоже думаю, вам понятны: для того чтобы его выполнить, мало просто перераспределить полномочия (мы сейчас это делаем), нужны деньги и источники доходов. С этим сейчас не очень хорошо, но я хотел бы, чтобы все понимали: мы от этой идеи не отказались и будем действовать сообразно финансовой ситуации. Я помню и про дополнительный 1 трлн доходов, который должен быть направлен в регионы, – такое поручение давалось мною – и про другие инициативы. Надо подумать, какие дополнительные возможности, в том числе налоговые, могли бы быть предоставлены регионам в сегодняшней ситуации.

Мы с вами обязаны сохранять единую страну – и территориальную, и экономическую, и социальную целостность России, – но мы в то же время должны сделать так, чтобы каждый регион имел собственную программу развития и законодательной деятельности. При этом у нас есть очень опытные люди, очень грамотные, квалифицированные, их все в нашей стране знают, они часто выступают, они в общем популярные политики, так, без околичностей могу сказать, но они засиделись в Москве. Они могли бы хорошо поработать в субъектах. Мне кажется, это тот драйв, который нужно нам в себе в какой-то момент отыскать и принять – это, может быть, не самое простое решение, а, может быть, наоборот, самое судьбоносное в своей жизни. Так во всём мире происходит: человек из региона, как и все мы, приезжает, допустим, в столицу, работает, потом переезжает ещё куда-то работать, если, конечно, он востребован. Давайте об этом подумаем, особенно в контексте новых правил. В любом случае обращаю внимание на то, что дискуссия, которая стала нормой для нашей партии на федеральном уровне, должна стать такой же нормой на уровне региональном. И наши региональные коллеги, руководители региональных отделений партии и, естественно, руководители регионов, которые связаны с «Единой Россией», должны быть готовы к такой дискуссии, а не прятаться по кабинетам, не пытаться скрыться за авторитетом тех или иных федеральных руководителей. Людей бояться не надо, только в этом ключ к успеху.

Четвёртое. Партия должна использовать все доступные возможности и ресурсы, чтобы доносить свою точку зрения до самого широкого круга людей и быть услышанной гражданами. И, конечно, наш успех зависит не только от реальных дел, хотя это главное, но и от того, как эти дела людьми воспринимаются: знают ли они о них, как они к ним относятся. Значит, надо работать со средствами массовой информации. Время, когда мы какие-то вещи могли делать за счёт административных решений, уже прошло. Абсолютно точно прошло время непубличной политики, оно уже не вернётся. Такая соблазнительная вещь – когда все решения принимаются кулуарно, система работает, вроде бы всё нормально. Но мы не сможем удержать ситуацию в рамках непубличной политики. Поэтому ни одна из политических сил и, конечно, «Единая Россия» как крупнейшая политическая сила сегодня не может игнорировать влияние средств массовой информации на мнение людей, на их выбор. Это, кстати, и есть достижение реальной демократии.

Кстати, очень часто пресса (которая разные эмоции вызывает; средства массовой информации, естественно, не только приятные минуты приносят политикам, не только минуты славы, но и другие минуты) тоже проявляет определённую зрелость и ответственность хотя бы потому, что у нас в СМИ сегодня представлен весь набор значимых мнений, который присутствует в обществе. Представлен по-разному, сразу хочу сказать. Тем не менее этот срез есть. Поэтому считаю, что в работе со средствами массовой информации наша партия должна быть более оперативной, более содержательной и абсолютно технологичной. Хотелось бы, чтобы партия создала вокруг себя пространство умного и цивилизованного диалога. Только используя современные аргументы, мы способны доказать людям, что мы выражаем их мнение и достойны их доверия. С этим связан ещё один момент, о котором я тоже должен сказать. Сегодня многие члены партии – и совсем молодые, и те, кто постарше, являются активными пользователями социальных сетей. На сегодня это самый простой в технологическом плане и самый демократичный способ общения с гражданами, который позволяет вести прямой диалог и быстро реагировать на предложения и вопросы.

Политическая культура в интернете развивается очень по-разному и весьма динамично. И здесь, я хотел бы отметить, мы тоже не должны уступать оппонентам. Но, с другой стороны, и это абсолютно точно, в интернете невозможно победить раз и навсегда или проиграть раз и навсегда. Тот, кто придерживается такой позиции, тот, конечно, ошибается. Интернет – живая среда, она никому не принадлежит, и нужно стремиться быть убедительным, энергично работать, адресно работать в каждый конкретный момент и не расстраиваться, если что-то там в какой-то момент прозвучало из того, что не нравится. Всё равно правда будет на нашей стороне, если мы уверены в том, что мы ведём правильную линию. А с другой стороны, нужно максимально чётко отстаивать свою позицию. Я считаю, что это для нашей партии очень важно. В адрес партии всегда звучит гораздо больше упрёков, оскорблений, скажем откровенно, чем в адрес других политических сил. Но мы с вами понимаем, почему это. Потому что мы сегодня власть. Была бы какая-нибудь другая политическая сила, её бы точно так же ругали. Другое дело, что уровень политической культуры в нашей стране, к сожалению, очень низкий, это правда. А особенно это ощущается в тех социальных средах, которые не регулируются законодательством, как, например, в той или иной степени всё-таки регулируются публикации в средствах массовой информации. Когда речь идёт об интернете, там регулирования практически никакого нет, кроме специальных случаев, которые мы сегодня законом установили. К этому нужно привыкнуть и, ещё раз говорю, работать энергично.

В любом случае «Единая Россия» должна служить примером цивилизованной и культурной полемики. Мы должны оттачивать своё политическое мастерство в постоянных дебатах. В случае необходимости мы должны быть резкими и настойчивыми (в этом нет ничего плохого), без хамства, но резкими и настойчивыми, в то же время оставаться доброжелательными, потому что когда человек доброжелательный, от него исходит сила. Это мы тоже с вами понимаем, а это важно для всех и, конечно, для нашей партии.

И, наоборот, если говорить не об интернете, нельзя забывать о тех людях, которые им пока не пользуются. Эта категория всё меньше и меньше, но она тоже довольно значительная. И партия должна быть внимательной к любому избирателю, партия должна доносить свою точку зрения в доступной форме до любого человека. Поэтому и руководителям центральных органов партии, и региональному руководству нужно регулярно вести открытый диалог с журналистами, с редакторами региональных средств массовой информации, причём именно позитивный диалог.

У нашей партии есть неплохая традиция – проводить большие медиафорумы на съездах партии. Можно было бы распространить эту традицию на региональный уровень. Заодно посмотрели бы, как наши региональные партийные руководители себя чувствуют в открытом пространстве, как губернаторы общаются. Губернаторы наши тоже, вообще, должны думать о том, насколько аргументированно они отстаивают свою позицию, потому что за них будут голосовать. Здесь на одном ресурсе партии и поддержке руководства страны уже не выедешь.

Но главное, что мне ещё раз хотелось бы подчеркнуть (я об этом говорил и ещё раз скажу), главное – это всё-таки не общение с прессой, не присутствие в интернете, а живое общение с людьми, оно важнее всего. Наши люди (и в силу определённых традиций, таких, если хотите, патриархальных, и в силу опыта ХХ века, и вообще потому, что это наши люди) очень ценят такое общение и считают прямой контакт чрезвычайно полезным и откровенным. Если партийный активист много общается с людьми, это всегда в его пользу. Даже если его ругают, даже если ему говорят нелицеприятные вещи, даже если не всегда он что-то может решить, люди всё равно говорят: «Мы ему всё высказали, наверное, там чего-то не получится, но он хотя бы нас выслушал…» В нашей стране это чрезвычайно важно. Уважаемые коллеги, уважаемые однопартийцы, мы эту площадку не должны никому уступать, тем более что для этого у нас есть все возможности – и партия у нас самая большая, и мы присутствуем практически во всех органах власти.

И наконец, седьмое. Наша партия – это классическая партия политического центра. В этом, я думаю, секрет её будущей выживаемости. Именно такая партия необходима обществу, которое находится в переходном состоянии. Наше общество ещё долго будет в переходном состоянии, я думаю, это ни у кого не вызывает сомнений. Наша демократия, о чём я не устаю говорить, очень молода. Мне кажется, все мы должны об этом помнить. Все упрёки, которые несутся в наш адрес, в адрес партии, в адрес современного государства: почему вы не такие, почему вы не такие? А почему мы должны быть такими? Во-первых, мы – Россия, у нас своя российская демократия, во-вторых, мы идём по пути демократических перемен совсем немного, чуть больше 20 лет. Я всегда об этом вспоминаю, но ещё раз давайте призадумаемся: демократии в нашей стране вообще 20 лет. Её не было на протяжении тысячи лет, никогда – ни в царские времена, ни в советские времена. Почему мы должны в один момент преобразиться и стать идеальным, стерильным обществом? Мы не сможем быть такими, но наша задача тем не менее идти по этому пути. Мы прошли, кстати, очень большой путь за эти годы и продолжаем взрослеть. Мы продолжаем развиваться, причём в условиях повышения гражданской активности и ответственности людей.

Сегодня перед партией стоят очень сложные задачи, всем нам известные. Я сегодня не буду о них долго рассказывать – цель не в этом. Мы, конечно, должны продолжить и борьбу с бедностью, и борьбу с коррупцией, и формирование современной системы образования и здравоохранения, и модернизацию экономики, должны создавать миллионы новых, современных рабочих мест. Всё это дело для всей страны – нужно трудиться, что называется, засучив рукава. Для того чтобы этим заниматься, нужна сильная партия, партия, которая стремится объединить большинство, партия, которая находила бы в себе силы объединять и молодёжь, и старшее поколение. Это непросто, отлично это понимаю, с каждым годом, естественно, становясь всё более и более зрелым человеком: многие вещи, которые казались абсолютно однозначными в 20 лет, когда тебе уже 47 лет, таковыми не кажутся. Но что делать? Так жизнь устроена. И мы должны всё-таки стараться склеивать наши поколения, не должны допускать таких разрывов.

У нас есть и другая проблема в стране: мы должны постоянно объединять наши усилия на то, чтобы представители разных социальных групп и разных конфессий спокойно себя чувствовали на территории нашей страны. Тоже крайне непростая задача. Кто это может сегодня сделать? Если серьёзно разобраться – пока только наша партия. И именно поэтому я подвожу вас к выводу, что сегодня такая партия, как «Единая Россия», объективно нужна нашей стране. И если мы окажемся слабыми, то появится какая-то другая партия, которая тоже будет партией центра, я в этом не сомневаюсь, и которая тоже будет стараться занять солидарную позицию. И дело даже не в том, что в той партии уже нас с вами не будет, а дело в том, что на создание этой партии уйдёт очень большое время. И мы снова будем собирать по крупицам то, что делали последние 10–15 лет, и для нашей страны это будет очень плохо. Поэтому всё зависит от нас и от того, как мы сегодня будем способны играть свою роль. Вот что мне хотелось бы сказать, открывая работу нашего партийного «Гражданского университета». Я, конечно, не старался ответить на все вопросы, просто обозначил то, что мне казалось сегодня, в текущей ситуации, наверное, важно для партии в целом и для каждого из нас в частности. Спасибо! Я, естественно, готов пообщаться дальше.

Так, уважаемые коллеги, прошу, если есть желание что-то сказать или что-то обсудить, я в вашем распоряжении, у нас с вами открытый диалог.

Е.Стенякина: Добрый день, Дмитрий Анатольевич, уважаемые коллеги! Екатерина Стенякина, сопредседатель Координационного совета «Молодой гвардии Единой России».

Дмитрий Анатольевич, в средствах массовой информации, в интернете мы в последнее время наблюдаем активные информационные атаки на основные опоры нашего государства. Если сначала это были правоохранительные органы и суд, потом системные политические партии, следом Православная церковь, профсоюзы, то сейчас этим атакам подвергаются наши депутаты и Совет Федерации. Постоянно придумываются публикации про диссертации, про имущество наших депутатов, некоторые журналисты в своих публикациях позволяют себе оскорблять членов парламента. Не кажется ли Вам, что эта информационная атака является частью спланированной кампании против России? И если да, то кто может быть заказчиком этой кампании?

Д.Медведев: У вас ручка есть? Сейчас я вам продиктую всех, кто заказал эту кампанию, и после этого совершу несколько телефонных звонков, с вашего позволения, куда надо.

Я думаю, что если бы это было так, это было бы проще всего. Есть конкретные заказчики, есть способы, как бороться с ними. В жизни всё гораздо сложнее и богаче. Конечно, есть силы, которые, мягко говоря, не симпатизируют партии, есть силы, которые будут нас провоцировать, будут оскорблять и партию, отдельных её лидеров, и просто людей, которые симпатизируют нашему с вами делу, но никакой заговор не способен повлиять на партию в той степени, в которой способны повлиять мы сами. Если мы будем, как я уже говорил, слабыми и будем поддаваться на провокации, тогда нас ждёт незавидное будущее. Знаете, есть такая пословица довольно жёсткая, но, мне кажется, иногда она вполне справедлива: «Собаки лают, а караван идёт». Если мы уверены в справедливости того, что мы делаем, мы, конечно, должны двигаться вперёд.

В то же время ни в коем случае нельзя закрываться, и если в адрес членов партии, в адрес депутатов Государственной Думы, членов Совета Федерации, вообще любого руководителя любого уровня звучат какие-то вопросы, на них надо отвечать. Невозможно отмахиваться от них и говорить: «Это заговор, мы на такие вопросы не отвечаем. Это провокация, не смейте мне задавать эти вопросы». Есть вопрос – ответьте. У нас нет фигур, которые закрыты от обсуждения сегодня, и, наверное, это главное достижение реформ последних 20 лет. Когда хамят, надо отвечать жёстко, спору нет, – цивилизованно, через суд, через другие правоохранительные процедуры. Абсолютно нормально, пусть никто не обижается. Никто не обижается! Если тебе хамят, у тебя есть возможность ответить цивилизованным способом. Если задаётся нормальный вопрос, на него тоже нужно отвечать.

Но и вообще, мне кажется, что каждый человек, который для себя избирает государственно-политическую карьеру, должен быть готов, что к нему будет повышенной интерес. Иногда это неприятно, обидно. Я первые годы, когда превратился из непубличного чиновника в публичного человека, гораздо более ранимым был и к этому относился существенно более насторожённо, болезненно. То есть прочитаешь там ересь какую-то очередную про себя, думаешь: «Ну какая гадость! Как вообще можно такое писать? Вообще этого и быть не может! На чём это основано?» Ну действительно, явно только для того, чтобы спровоцировать какой-то конфликт. Кулаки сжимаются, потом подумаешь: «Ну а что ты напрягаешься? Надо расслабиться и стать сильнее». И я всем членам партии, всем депутатам Государственной Думы, членам Совета Федерации, всем руководителям, которые состоят в партии «Единая Россия», рекомендую быть открытыми и в то же время не принимать близко к сердцу такого рода провокации, а просто быть готовыми к тому, чтобы отвечать на вопросы людей, если они есть, на здравые вопросы. И тогда мы будем самой сильной партией.

О.Пташкин: Пташкин Олег Павлович, руководитель дирекции центрального совета сторонников партии «Единая Россия». Уважаемый Дмитрий Анатольевич, у меня такой вопрос: некоторое наши оппоненты уже начали заявлять, что «Единая Россия» воссоздаёт Высшую партийную школу. На Ваш взгляд, чем будет отличаться «Гражданский университет» от ВПШ?

Д.Медведев: Знаете, я в ВПШ не учился, мне трудно сказать. Хотя на самом деле в ВПШ тоже были какие-то полезные вещи, наверное, но я никогда ВПШ не посещал. Очевидно, что ситуация изменилась: у нас вообще не может быть ВПШ в советском смысле этого слова. Во-первых, нет статьи 6-й Конституции, нет коммунистической партии, которая является ядром политической системы, и «Единая Россия» не коммунистическая партия. Были бы мы с вами коммунистической партией в прежнем понимании этого слова, мы бы с вами сейчас не сидели и не обсуждали бы это, по-другому бы решения принимали. Но, слава богу, это всё в прошлом. Нам такое развитие ни к чему. А во-вторых, насколько мне позволяют судить мои представления о партийных школах того периода, они всё-таки готовили именно тех, кто сразу же перемещался в Москву (имел шансы переместиться в Москву или занять соответствующие ключевые позиции в регионе), то есть это была часть такой карьерной работы. Я считаю, что мы должны перед собой ставить более широкие цели. Наш с вами «Гражданский университет» не обязательно должен преследовать цель выучить будущего партийного функционера. Если появится после работы «Университета» новый хороший партийный функционер, я только рад буду, потому что нечего стесняться: партии нужны активисты, люди, которые хорошо умеют заниматься партийной работой в узком смысле этого слова. Но цель в другом – цель заключается в образовании, в просвещении, и мы должны с вами продвигать эти образовательные проекты не только для членов партии, мы должны работать как можно шире. И в этом, мне кажется, ещё одно отличие.

И наконец, третье. Я не знаю, что у нас с вами получится, но очевидно, что должно быть интереснее, чем в ВПШ, потому что если будет скучно, то никто не придёт. Время, когда лекторы просто по разнарядке что-то зачитывали, оно же в прошлом. Поэтому я и сказал, что, наверное, на этой трибуне и на других трибунах появятся яркие люди, которые будут рассказывать интересные вещи. Сейчас есть о чём поговорить, и вовсе не обязательно говорить только о наших внутрипартийных делах. Мне кажется, что если будут появляться грамотные экономисты, политологи, юристы, даже специалисты по отдельным отраслевым наукам, которые будут рассказывать о том, каковы магистральные направления развития человечества по тем или иным проектам, – это для партии тоже будет очень хорошо. Это будет поднимать в партийных рядах общий уровень образования.

Л.Поляков: Добрый день, Дмитрий Анатольевич! Добрый день, коллеги! Леонид Поляков, профессор Высшей школы экономики, член совета по развитию гражданского общества и правам человека при Президенте РФ. Дмитрий Анатольевич, я попытаюсь представить интересы одновременно и гражданского общества, и университетского сообщества. Такая тенденция намечается у нас в понимании гражданского общества, что это какая-то неполитическая и аполитичная сила, которая должна где-то отдельно от политики, отдельно от власти, отдельно от государства консолидироваться и демонстрировать свою активность порой – и чаще всего – вопреки власти, вопреки системной политике.

Как Вы думаете, может такая форма, такой формат создания «Гражданского университета» как партийной площадки сыграть роль посредника между развивающимся гражданским обществом и политической сферой, чтобы они не конфликтовали, а чтобы, наоборот, из гражданского общества была возможность идти в политику, пополнять её и кадрово, и идейно? И наоборот, чтобы определённые политические силы, такие как правящая партия, могли конструктивно участвовать в процессе развития гражданского общества?

Д.Медведев: Знаете, если говорить о моих ощущениях, меня, вообще, немножко тревожит, когда пытаются развести, с одной стороны, гражданское общество, а с другой стороны – политические среды. Так не бывает, это фикция. В любом случае каждый из нас в той или иной степени политизированный человек. У любой домохозяйки, которая сидит дома, есть своё суждение по поводу того, что делается в стране, по поводу конкретных людей, которые работают: этот нравится, этот не нравится, у этого такие-то недостатки, этот симпатичный. И этот набор политических представлений присущ любому человеку в нашей стране. Поэтому мне вообще кажется – искусственно разрывать гражданское общество и политическую деятельность.

Другое дело, что мы не должны тащить политику на все площадки. Если люди, например, собрались для того, чтобы обсудить какие-то значимые общественные проблемы, вовсе не обязательно погружать их в партийно-политические дискуссии, это тоже неправильно абсолютно. Если та или иная некоммерческая структура занимается, например, оказанием социальной поддержки, она вовсе не обязательно должна заниматься поддержкой тех или иных политических фигур. Но разрывать это абсолютно контрпродуктивно: здесь партии и политиканы, которые вьются вокруг этих партий, здесь – такое стерильное гражданское общество, которое защищает убогих и сирых, здесь – экспертная площадка… Это всё искусственно, мы с вами это отлично знаем, все это проходили и в разных местах трудились. Поэтому всё это должно быть смешано, но смешано таким образом, чтобы получался результат. Вот моя позиция.

А.Пушков (председатель комитета Государственной Думы по международным делам): Дмитрий Анатольевич, поскольку разговор идёт откровенный и Вы к нему призываете… В своё время была у нас принята концепция Открытого правительства. Но, если честно, создаётся ощущение, что пример открытости Вы как руководитель Правительства демонстрируете, поскольку много выступаете и с людьми встречаетесь, но когда дело доходит до большинства министров, что-то мы этого особенно не видим.

Я приведу конкретный пример. Закрываются роддома от Воронежской области до Ярославской по всей европейской России, сельские роддома. Это вызывает огромное возмущение – пикеты, в печати статьи, уверен, что статьи в большинстве своём оправданные. Никакой реакции со стороны руководства Министерства здравоохранения нет. Вообще ничего не объясняют, продолжают своё дело, обещают якобы вывозить людей за 200 км в роддом какой-то городской, предлагают рожать в городах. И, конечно, ни о какой открытости говорить, к сожалению, не приходится. У нас уже было одно министерство абсолютно закрытое – это Министерство обороны. Сейчас всё открывается. Я не хочу проводить здесь параллели и не провожу, но я хочу сказать, что закрытость министерств ведёт вот к таким последствиям. И потом мы все это расхлёбываем, и это наносит ущерб и власти, и обществу: оно перестаёт верить, в том числе и части своей исполнительной власти. Можно ли концепцию с практикой соотнести и действительно превратить Правительство в более открытую структуру?

Д.Медведев: Алексей Константинович, у нас с вами, как вы правильно сказали, откровенный разговор, хотя он и под камеру идёт. Это системное противоречие. Ни одно министерство не хочет быть открытым в силу тех функций, которые министерство выполняет, неважно, как оно называется – Минобороны или Министерство здравоохранения. Каждый государственный орган, каждая административная структура хочет принимать свои решения кулуарно и не только в нашей стране, давайте по-честному. В любой стране все административные решения пытаются принимать максимально закрыто. Но степень цивилизованности страны как раз и измеряется тем, насколько широко вовлечены общественные силы, общественные структуры в этот процесс, при этом мы не должны, конечно, доходить до абсурда. Когда я формулировал идею Открытого правительства – мы её, кстати, вместе с вами тоже обсуждали, – у меня, конечно, не было идеи, чтобы все министерские решения принимались под жесточайшим общественным контролем. Так не бывает. Давайте скажем прямо: есть некоторые решения (я сейчас не про роддома, сразу оговорюсь), которые приходится принимать закрыто, и я не имею в виду секретные решения, секреты – это секреты. Скажем прямо, некоторые решения, если хотите, такого реформаторского плана, приходится принимать жёстко и даже иногда без предварительного обсуждения, потому что иначе всё пойдёт вразнос. И это уже ответственность самого Правительства и самого министерства. Поэтому я до сих пор остаюсь привержен идее максимально открытого обсуждения тех вопросов, которые могут обсуждаться в открытую. Это первое.

Второе. Абсолютно с вами согласен в том, что если речь идёт о резонансных ситуациях, министерство просто обязано отвечать на вопросы людей. Закрыл губернатор тот или иной роддом – или, если это федеральная структура, министерство закрыло – будьте любезны объяснить, что произошло и что будет. В этом смысле я абсолютно с вами согласен: при принятии таких решений министерство – любое министерство! – обязано быть в диалоге. Кстати, не только гражданские министерства, но и силовые министерства обязаны то же самое объяснять. Потому что на наших силовых министерствах, том же Министерстве обороны огромный социальный воз до сих пор лежит, и огромное количество социальных объектов они за собой тащат. И невозможно, например, закрыть тот или иной военный городок без социальных последствий. Поэтому система должна дальше совершенствоваться, она должна становиться действительно всё более открытой для обращений к гражданам, но это не исключает того, что отдельные решения нужно принимать всё-таки с учётом административных процедур, мы это с вами тоже должны изначально понимать.

Продолжим общение. А по конкретным вопросам, если есть какая-то информация, просто передайте мне, я поручение передам Министру здравоохранения.

А.Шхагошев: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Депутат Государственной Думы, руководитель МКС по Северо-Кавказскому федеральному округу.

Государственной Думой принят закон, который предоставляет субъектам возможность, право или же альтернативу приведения к власти главы субъекта. Очень много разночтений и критики вызвал этот закон. Очень важно знать Ваше мнение в пользу этого закона и широты его применения. Должен сказать, что нашлись эксперты, политики, которые связывают принятие этого закона с отменой прямых выборов, хотя речь идёт очень чётко в законе о предоставлении права самим субъектам выбирать. И принимая закон (я являюсь одним из соавторов), мы, конечно, учитывали сложность нашей страны.

Д.Медведев: Да, я, естественно, прокомментирую этот вопрос, если он волнует и вас, и других членов партии, и вообще наших людей.

Я считаю, что это в значительной мере укрепление федеративных начал в нашем государстве. О своём отношении к процедуре наделения полномочиями я говорил неоднократно. Остаюсь в настоящий момент сторонником того, что высшие должностные лица субъектов Федерации должны избираться. Просто потому, что так хотят наши люди. Раз они так хотят – мы должны им это право предоставить. Но у нас федеративное государство, и действительно в целом ряде случаев необходимо учитывать эту федеративную специфику. Прежде всего это касается Кавказа.

На мой взгляд, в настоящий момент вообще нет никаких других территорий, где этот вопрос мог бы быть поставлен в таком плане, как на Кавказе. Почему? Потому что в отдельных кавказских республиках процедуры выборов просто ни разу не использовались в чистом виде. Это, конечно, нас как минимум должно заставить задуматься о том, каким образом им эти процедуры осуществлять. Это не значит, что они должны отказаться от прямых выборов – это их дело, дело республик, пусть сами решают, как поступить. Но если вас интересует моё мнение, то я считаю, что в этой ситуации, если кто-либо будет ставить вопрос об отмене прямых выборов и переходе на другую процедуру, ему нужно будет очень хорошо подготовиться и объяснить своим людям – людям, которые живут на территории соответствующего субъекта Федерации, почему у них будет использоваться другая процедура. Это сделать непросто. Если они смогут это сделать, будут достаточно аргументированными, то новый закон такую возможность даёт.

Но я абсолютно уверен в том, что подавляющее большинство субъектов нашей Федерации этими возможностями не воспользуется. Это было бы контрпродуктивно, это был бы шаг в обратном направлении. Мы это уже проходили.

А.Хинштейн (член Президиума Генерального совета Партии, заместитель председателя Комитета Государственной Думы по безопасности и противодействию коррупции): Я, во-первых, хотел Вас поблагодарить за чётко сформулированную позицию, в том числе и по вопросам взаимодействия партии и средств массовой информации, потому что она полностью отражает мою точку зрения о том, что любой диалог нужно строить только с позиции уважения и корректности, быть сильнее. Но мне хотелось бы, Дмитрий Анатольевич, коснуться вопроса, который связан вот с чем: далеко не всегда та критика, которая звучит в наш адрес, беспочвенна.

Д.Медведев: Конечно.

А.Хинштейн: Более того – к сожалению, и нередко – у этой критики есть все основания. Не видеть этого или замалчивать – это только усиливать критический эффект. В этой связи вопрос: может быть, нам вернуться к разговору о каком-то более системном спросе со своих членов партии за те или иные нарушения или прегрешения? Потому что в этом случае, перехватив эту повестку, перехватив её в том числе и у оппонентов, и у оппозиции, мы не только не ослабнем, на мой взгляд, наоборот, мы усилимся, когда партия, когда общность в состоянии честно сказать: «Да, Иван Иванович был не прав». У нас есть норма устава, позволяющая в том числе исключать любого члена партии за действие или бездействие, наносящее существенный урон интересам партии. На мой взгляд, это, наоборот, только авторитету способствует и в свою очередь отбирает у наших оппонентов очень многие аргументы для упрёков в наш адрес и для споров.

Д.Медведев: Я согласен с тем, что у партии обязательно должен быть механизм самоочищения, и партия должна открыто смотреть на недостатки или ошибки своих коллег по партии, хотя не ошибается тот, кто ничего не делает. Если же речь идёт о правонарушениях или же о таких моральных проступках, которые на самом деле дискредитируют партию в целом, то, наверное, партия к этому не должна быть безучастной, партия должна давать ему оценку. Но, понимаете, это всегда очень тонкая тема. Мне кажется, что мы не должны пойти по пути Компартии Советского Союза, когда любой член партии пуще всего на свете боялся партийной ответственности – не уголовной и уж тем более не какой-то другой, а именно партийной ответственности. Всё-таки у нас сейчас другая страна, и для человека, который выйдет из «Единой России» или будет исключён из «Единой России», жизнь не заканчивается. Это не повод в петлю лезть, что называется. Это просто означает, что у него закончилась эта часть его жизни. Мы не должны преследовать людей, которые, например, были в «Единой России», а потом с нами разошлись. Мы не должны исходить из того, что человек, который оказался не в силах вести партийную работу или государственную работу, для нас раз и навсегда закончился. Мы должны быть в этом смысле более гуманны.

Но не реагировать на некоторые вещи, я согласен, мы не можем. И потом, знаете, давайте совсем по-простому: если есть доказанный набор фактов в отношении конкретного партийного деятеля или государственного деятеля и на него ничего невозможно ответить, если сам по себе такой руководитель не находит мужества принять решение, партия ему должна подсказать. Причём это не обязательно должно быть в ультимативной форме, а просто по-товарищески сказать: «Знаешь, твоё пребывание внутри партийной структуры или на соответствующей государственной должности подводит нас всех. Мы к тебе хорошо относимся, даже несмотря на какие-то нюансы, мы просто считаем, что в интересах страны, в интересах партии было бы уйти. Будем дальше дружить, но не на партийной основе». Мне кажется, это было бы правильным.

И, наконец, самое последнее. Мы, конечно, не должны допустить сценария, когда под гиканье и улюлюканье будем заниматься тем, что глушить своих однопартийцев. Знаете, это тоже, к сожалению, одна из наших черт, очень хорошо описываемая моделью «бей своих, чтобы чужие боялись», очень часто в нашей истории это происходило. До этого тоже опускаться нельзя.

А.Двойных: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Двойных Александр, депутат Московской областной Думы.

Хотелось бы сегодня поднять вопрос и услышать позицию Правительства по такой проблеме, которая сейчас много где обсуждается и на самом деле многих начинает тревожить. Это ситуация, связанная с увеличением взносов, которые платят индивидуальные предприниматели в Пенсионный фонд. Мы понимаем важность решения проблемы дефицита Пенсионного фонда, и мы сейчас увидели, что есть ряд предпринимателей, которые готовы платить эти увеличенные взносы. Но также видна другая тенденция: мы видим, что многие предприниматели начинают просто закрывать свой бизнес; по-видимому, многие обеспокоены таким увеличением. Хотелось бы понять, какую позицию в этом вопросе займёт Правительство.

Д.Медведев: Эта проблема действительно есть. Не скрою, позиция Правительства в этом вопросе нелегко формируется именно потому, что нам, с одной стороны, необходимо провести модернизацию пенсионной системы, сделать её более справедливой. У нас часть самозанятого населения раньше получала пенсии существенно ниже, например, чем наёмные работники. Но это тоже неправильно. По своим доходам эти люди зачастую получают не больше, чем наёмные работники, или столько же, а пенсии практически не имели. Это поражение в пенсионных правах. С другой стороны, я абсолютно согласен: если это ведёт к закрытию бизнеса – это плохо, если это принимает массовый характер (здесь ещё нужно посмотреть), то на это государство обязано откликнуться, и Правительство обязано проанализировать все последствия этого.

Я думаю, что мы должны просто постараться найти какой-то разумный баланс по поддержке тех категорий так называемого самозанятого населения, которые от этих решений могут пострадать. То есть, иными словами, поддержка должна носить адресный и региональный характер. Именно такие инструкции я сейчас дал Правительству для подготовки наших предложений.

О.Романова-Плаксина: Олеся Романова-Плаксина, руководитель проекта сторонников «Единой России» и социальной платформы «Россия – активное долголетие» («РАД жизни в России!»)

Уважаемый Дмитрий Анатольевич, в рамках поручения, которое Вы дали на XIII съезде, и практических механизмов реализации послания Президента мы совместно с общественностью открыли первую «РАДостную» школу здоровья, детский сад, школьное кафе здорового питания, запустили школу общественного здоровья. И выбрали регион, как Вы и просили, для проведения рабочего совещания – это Республика Башкортостан. Готовим большой социальный конгресс «Российская семья: радость родительства, счастливое детство и мудрая старость», как Вы говорили. Очень ждём, чтобы Вас пригласить на этот конгресс 15 мая и показать, что сделано уже за всё это время.

Д.Медведев: Олеся, спасибо. Всё нравится, спасибо вам большое за приглашение, кроме одного: я уже теперь у вас ассоциируюсь только с мудрой старостью. Но, видимо, время бежит вперёд, годы берут своё. Ну ладно. Приеду уже как мудрая старость. Спасибо за приглашение.

В.Никонов: Спасибо, Дмитрий Анатольевич. Вячеслав Никонов, председатель комитета Госдумы по образованию.

Вообще, перспективы правящей партии в решающей степени всегда зависят от состояния экономики. С начала этого года статистика показывает некоторое замедление темпов экономического роста. Связывают это, естественно, и с кризисом в Европе, но также и с бюджетным сжатием, с дорогим кредитом. У меня, собственно, вопрос такой: не видите ли Вы сейчас необходимость принятия каких-то дополнительных мер по стимулированию экономического роста?

Д.Медведев: Знаете, пока ещё не так много времени прошло с начала года, но, конечно, тенденции, которые есть, настораживают. Не скрою, мы их ожидали, ничего сверхъестественного не происходит. Оценки темпов роста мировой экономики и российской экономики в целом совпадают с тем сценарием, который реализуется. Он нас не радует хотя бы потому, что происходит общее ослабление развития. Нужно думать, конечно, над нашим сугубо российским ответом на существующие проблемы, хотя вы правильно сказали, что всё-таки 90% причины сформировано за пределами нашей страны, потому что происходит общее уменьшение объёма мировой экономики, требуется меньшее количество энергоносителей, металлов, других товаров, которые, как правило, мы поставляем по экспорту. Это приводит к сжатию российской экономики и к тому, что мы не получаем те темпы, на которые рассчитывали. Но пока это ещё не повод для драматических сценариев. Естественно, будем смотреть, как пойдут события на мировых рынках. То, что происходит, тоже весьма и весьма сложно, взять хотя бы эту киприотскую проблему, потому что она явно отразится на мировых финансах, здесь никаких сомнений нет. Это не только российская, британская проблема или европейская. Это уже мировая проблема.

Мы для себя подготовили набор возможностей для влияния на эти процессы. Но он, конечно, носит ограниченный характер. От вас как коллег по партии я не буду скрывать: я считаю, что то, что мы вышли на бюджетное правило, – для нас сейчас это плюс, а не минус. Потому что если бы, наоборот, мировая экономика попёрла, а мы бы находились в тисках этого правила, может быть, это был бы повод призадуматься над тем, зачем мы себя так сковываем. Но как раз происходят обратные процессы, и во многих странах Евросоюза рецессия. Темпы мировой экономики существенно падают, и риск недополучения дополнительного количества доходов, прежде всего нефтегазовых доходов, для нас является весьма и весьма очевидным, поэтому то, что мы, что называется, затянули пояса – это правильно, я в этом абсолютно уверен. Надо жить по средствам. А с другой стороны, у меня нет секретов ни от вас, ни от наших коллег, ни вообще от всех наших граждан, мы всё-таки все основные социальные программы выполняем. Объём социальных обязательств у нас беспрецедентный. У нас никогда такого не было. Мы ко всему привыкаем, тем не менее нужно помнить, что мы никогда такого количества социальных обязательств не обслуживали – ни в 1990-е годы, само собой разумеется, ни в 2005 году, ни в 2007 году, и даже до середины 2008 года, предкризисного года, у нас всё равно всего было меньше. То есть мы находимся сейчас на очень серьёзном социальном треке даже при наличии проблем с формированием бюджета, но механизмы стимулирования внутреннего спроса и поддержки собственного производителя мы обязаны анализировать. Здесь вы правы. Особенно это важно в период, когда наша страна вступила в ВТО.

В.Чумаченко: Ростовская область, Чумаченко Василий, секретарь первичного отделения, председатель региональной молодёжной общественной организации «Я – волонтёр». В своей речи Вы упомянули о том, что вся важнейшая работа ведётся в муниципалитетах. В связи с этим у нас вопрос: скажите, в рамках обучения Гражданского университета могут принимать участие муниципальные служащие и представители общественных организаций? Дело в том, что это действительно те категории, которые более активно участвуют в политической и социальной жизни местного сообщества и во многом формируют медийную повестку дня, которая отражает для большинства граждан реальность происходящего.

У нас в Ростовской области действует в том числе партийная школа кадрового резерва, я тоже её выпускник, осуществляются другие формы партийного обучения. Но всё же для нас, конечно, очень важно владеть актуальной политической повесткой дня, и в том числе понимать тенденции развития политической ситуации в нашей стране и в мире в целом, и, естественно, быть компетентными в вопросах законодательства. Поэтому, Дмитрий Анатольевич, как Вы считаете, могут ли в программах обучения гражданского университета принимать участие муниципальные служащие и представители социально ориентированных общественных организаций?

Д.Медведев: Я ничего плохого не вижу, естественно, в том, чтобы муниципальные служащие принимали участие в программе «Гражданский университет», потому что мы же с вами договариваемся о том, что этот Гражданский университет должен быть максимально открытым для всех, кто хочет участвовать в его работе, кто хотел бы получить какие-то новые знания или, наоборот, рассказать о своём опыте. Поэтому – welcome, пожалуйста, принимайте участие!

С.Хамзаев: Добрый день, Дмитрий Анатольевич! Спасибо за такой конструктивный и открытый диалог. Меня зовут Султан Хамзаев, сторонник партии «Единая Россия», федеральный проект называется «Трезвая Россия». Вы правильно подняли вопрос, с точки зрения остроты обсуждения в обществе социальных проблем. И они, наверное, сегодня одни из самых актуальных проблем, которые у нас есть, и если их решить, может быть, многие другие проблемы автоматически, сами по себе, отпадут.

У меня вопрос такой: недели две назад… Здесь некоторые коллеги есть из Совета Федерации – Светлана Журова, другие коллеги. Хотел поблагодарить их, что поддержали инициативу, связанную с увеличением возрастного ценза на продажу алкоголя несовершеннолетним – с 18 до 21 года. Мы знаем, что вопрос алкоголизации – это очень комплексный вопрос, который не должен решаться только запретительными мерами, но в том числе, скажем так, в комплексе тех вопросов, которые должны быть решены. Считаем, что он один из приоритетных. Почему? Потому что на сегодняшний день 19 лет – это пик потребления алкоголя среди молодёжи.

И также скажу, может быть, в поддержку той инициативы, которую мы все вместе с коллегами продвигаем. ВЦИОМ вчера выпустил результаты исследований, которые были проведены на территории Российской Федерации, где 76% граждан Российской Федерации поддерживают эту инициативу. Если взять категорию от 18 до 21 года – 66% молодых людей тоже поддерживают эту инициативу. И Комитет по социальной политике Совета Федерации поддержал данную инициативу.

Хотел бы узнать Ваше мнение и поддерживаете ли Вы данный вопрос?

Д.Медведев: Во-первых, Светлана Сергеевна Журова у нас уже депутат Государственной Думы, но это, наверное, не меняет её отношения к проблеме, потому что обычно люди так быстро не меняют своих позиций при перемещении в другие структуры. Вы знаете, я считаю, что эта проблема есть, и она за последние годы приобрела в нашей стране действительно угрожающий характер. При этом, может быть, не все решения здесь могут быть получены путём увеличения возраста, с которого осуществляется продажа алкоголя, или осуществления новых запретов. Но сама по себе эта проблема существует, и законодатель на неё обязан обратить внимание. Способен ли в этом случае возраст, сдвинутый на три года, принести определённую пользу – я думаю, что, наверное, да. Нужно проанализировать только последствия для соответствующих структур, но мне кажется, что здесь в большей степени, конечно, нужно обратить внимание на общую ситуацию с реализацией алкоголя в целом. Потому что давайте скажем откровенно: если продавец в магазине продаёт бутылку человеку, который не достиг 18-летнего возраста – а это сплошь и рядом происходит, – он абсолютно с такой же простотой продаст эту бутылку и человеку, который не достиг 21 года.

Что важно, на мой взгляд, или что важнее, – даже не 18 лет или 21 год, это вопрос выбора законодателя: в некоторых странах 18 лет, в некоторых странах 21 год… Кстати, в некоторых федеративных государствах, таких как Соединённые Штаты Америки, этот возраст дифференцирован в зависимости от штата. Это тоже, наверное, возможный путь и для нашей страны. Но я пока не предлагаю каких-то окончательных решений. Но что очень важно, чтобы ответственность за продажу алкоголя лицам, которые не имеют права его приобретать, была жёсткой и неотвратимой. Мы за последнее время увеличили санкцию за продажу алкоголя несовершеннолетним. Как мне докладывают, в ряде регионов это приносит свои плоды: продавцы стали бояться продавать бутылки со спиртным. Потому что некоторое время назад это происходило абсолютно безбоязненно. Подходит такой совсем молодой гражданин, и ему добрая тётенька с лёгкостью отдаёт бутылку и даже не спрашивает не то что паспорта, вообще ничего не спрашивает. Вот этому должен быть поставлен заслон. Скажем прямо: те, кто продаёт алкоголь несовершеннолетним, они должны сидеть в тюрьме. Только таким образом это можно запретить. А в 18 или в 21 – это выбор законодателя. Можно и так и так, на мой взгляд, это не самое главное. Хотя у меня никаких радикальных возражений против 21 года нет, естественно.

В.Павлов: Секретарь Бурятского регионального отделения партии Владимир Анатольевич Павлов. Как известно, политическая борьба значительно обострилась, и нашим партийцам, кандидатам необходимы новые навыки, опыт, для того чтобы побеждать и решать задачи партии. В Бурятском региональном отделении у нас создана и работает система партийной учёбы, учёбы наших партийцев, подготовки кандидатов. Но нам не хватает опыта общения, перенимания опыта другими регионами. Поэтому мы предлагаем создать Байкальскую межрегиональную партийную школу в Сибирском федеральном округе. И хотели бы, чтобы Вы нас поддержали.

Д.Медведев: Владимир Анатольевич, поддерживаю.

Коллеги, обращаюсь ко всем, кто, надеюсь, меня слышит в регионах. И обращаюсь ко всем тем, кто присутствует в этом зале. Мы с вами действительно начинаем хорошее дело. Главное его не заформализовать, не превратить в очередную бюрократическую игрушку. Главное, чтобы люди, которые будут выступать в нашем Гражданском университете, были действительно зрелыми, подготовленными, толковыми и интересными. Я даже по опыту нашего общения вижу, что всегда есть набор вопросов, которые хочется друг другу задать. Наборы этих вопросов могут быть разные, но, как правило, это острые вопросы. И мне кажется, что если мы работу нашего университета построим именно по такому принципу, чтобы ничего не лакировать, чтобы задавать вопрос в той форме, в которой хочется его задать, чтобы говорить о том, что волнует и в экономике, и в социальной сфере, и внутри партии… Знаете, мне кажется, что нам этого стесняться нечего, партия только выиграет от этого, если мы в рамках нашего университета будем обсуждать абсолютно разные вопросы развития нашей с вами общей политической жизни. Поэтому я хотел бы дать добрый старт нашему университету.

Надеюсь, что люди за этим главным круглым столом – но не только за главным, и за другими круглыми частями нашего с вами зала, – в этом университете будут выступать. Давайте вот о чём договоримся. Я обращаюсь ко всем коллегам и из генерального совета, из высшего совета, вообще ко всем руководителям и активистам партии: я очень рассчитываю на то, что в рамках Гражданского университета каждый из вас прочтёт хотя бы одну лекцию, и не обязательно на верхнем уровне. На мой взгляд, гораздо интереснее, если совсем по-честному, читать лекции в регионах, потому что в регионах и внимания будет больше (мы-то с вами друг друга часто слышим, видим), и вопросы бывают подчас очень неожиданными.

Ну и наконец – я сегодня с этого начинал и считаю, что это абсолютно важно, – прямой контакт с нашими людьми, нашими избирателями, с людьми, которые каждый день сталкиваются с огромным количеством проблем, трудностей и которые способны в очень точной манере рассказать обо всём этом нам с вами.

Ещё одно пожелание – быть энергичными, жёсткими, последовательными и в то же время корректными. Только это способно придать нашей партии необходимую гибкость и позволить нам преодолевать массу проблем, которые нам ещё с вами предстоит пережить и в этом году. Так что рассчитываю на совместную работу в рамках нашего с вами Гражданского университета. До встречи!

Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 27 марта 2013 > № 870790 Дмитрий Медведев


Россия. ЦФО > Образование, наука > premier.gov.ru, 26 марта 2013 > № 870787 Дмитрий Медведев

Дмитрий Медведев посетил Московский физико-технический институт и встретился с аспирантами вузов

В ходе посещения МФТИ, расположенного в подмосковном Долгопрудном, премьер ознакомился с работой фармацевтических лабораторий вуза. Данное направление стало развиваться здесь с 2012 года, когда при МФТИ был создан биобизнес-инкубатор, где теперь помимо лабораторных исследований работают над созданием условий для стартапов в области фармацевтики.

Глава Правительства осмотрел, в частности, лабораторию фарм-аналитики, которая занимается исследованиями воздействия препаратов на организм человека. Как рассказали премьеру, новые технологии, которые внедряют учёные МФТИ, позволяют определять индивидуальный курс лечения по целому ряду тяжёлых заболеваний.

В лаборатории разработки инновационных лекарств и биологических испытаний Дмитрию Медведеву показали современный микроскоп, который позволяет получать объёмные изображения не отдельных клеток или частей биологической ткани, а целых организмов. В качестве подопытных здесь используют мальков рыб и червей. По словам учёных, оборудование, на котором они работают сейчас, соответствует ведущим мировым стандартам.

После осмотра лабораторий МФТИ глава Правительства провел встречу с аспирантами ряда российских вузов.

Стенограмма:

Д.Медведев: Мы с вами в хорошем месте встретились. Я ведь когда-то тоже аспирантом был. Смотрю на вас, думаю: как это давно было! Счастливое время такое… Вам самим-то нравится?

Реплики: Да!

Д.Медведев: Встретился я с вами по одной теме, которая в последнее время стала весьма и весьма энергично обсуждаться. Она касается диссертаций, деятельности Высшей аттестационной комиссии и вообще разговоров о том, кто сейчас чего сам пишет, а кто пишет по-другому.

Хочу послушать вас, что можно было бы сделать для того, чтобы наша система оценки знаний, квалификационных испытаний, присвоения учёных степеней и званий стала более современной, более прозрачной, более справедливой. Не скрою, может быть, это действительно проблема последнего времени, потому что когда я писал диссертацию, этой темы вообще не было, причём ни в гуманитарных науках, ни тем более в технических. Сейчас она появилась, и весьма активно обсуждается тема самостоятельности научных исследований. В большей степени она, конечно, касается гуманитарных наук, но, к сожалению, касается отчасти и наук технических, точных наук тоже. Мне было бы любопытно понять, что вы об этом думаете, насколько справедливы суждения, которые сейчас из всех мест несутся, о том, что вообще всё стало совсем нечестным, всё развивается неправильно. У нас много аспирантов в стране, судя по той справке, что у меня есть, 150 тыс. аспирантов – это на треть больше, чем в самом начале текущего столетия. И за последние 10 лет очень увеличилось количество заочников, причём заочники защищаются чаще, чем аспиранты очные, что опять же для меня было странным. Когда я был в аспирантуре, очники защищались гораздо чаще, потому что они концентрировались на научном исследовании, доводили за два-три года его до конца и защищались, а заочник мог писать десятилетиями, ему за это ничего не было. Тем не менее вот такие данные. Так что вот что хочу с вами обсудить.

Мы встречаемся в Московском физико-техническом институте – это, конечно, наш ведущий вуз, где и научная база хорошая, и исследования очень высокие выполняются. Я специально эту площадку избрал, хотя встретиться мы могли бы где угодно, но решили встретиться здесь, при том что здесь присутствуют аспиранты из самых разных наших университетов, не только из МФТИ, но и из других вузов, причём не только московских.

Всё, ребята, я никаких регламентов устанавливать не буду. Единственное – мне ещё после вас нужно встретиться с академиками и уже им объяснить, как жить дальше, в зависимости от того, о чём мы с вами здесь договоримся.

Пожалуйста. Кто что хочет сказать? Не стесняйтесь. Только представляйтесь.

А.Петров (аспирант Санкт-Петербургского государственного университета, научная специальность «социология культуры»): Добрый день! Меня зовут Арсений Петров, Санкт-Петербургский государственный университет, факультет социологии.

Я хочу поделиться своим мнением. Я считаю, что действительно проблема с плагиатом есть, потому что, скажем честно, это лёгкий путь – просто заимствовать чужую работу. В нашем университете проводится борьба с плагиатом, то есть в последнее время и магистерские диссертации, и кандидатские проверяются на системе «Антиплагиат».

Д.Медведев: Насколько она точная? Я о ней много чего слышал. Арсений, расскажите, насколько она всё-таки точна, потому что пишут иногда, что проверяли чуть ли ни каких-то там совершенно уникальных авторов, и всё равно она выдала, что это плагиат.

А.Петров: Вы знаете, есть такая программа, которая расположена на сайте antiplagiat.ru, она работает, но не очень хорошо.

Д.Медведев: Antiplagiat.ru, да? Там кусок нужно вставлять для сравнения?

А.Петров: Да, там кусок нужно вставлять – 5 тыс. знаков. Плюс, допустим, на факультете международных отношений, который я окончил, нашими сотрудниками была разработана своя система «Антиплагиат» – она была достаточно чёткой. Если брать интернет, то достаточно чётко указывает заимствования, кроме того, она указывает веб-сайты, с которых были взяты заимствования, процентные соотношения. Она работает, если я не ошибаюсь, по методу случайной выборки: берёт диссертацию, текст научный, случайно выбирает куски и ищет их соответствие в интернете. Она работает достаточно чётко.

Что касается борьбы с плагиатом, то, мне кажется, было бы логично обязать вузы вывешивать подробную информацию о диссертациях, которые защищаются. То есть это полный текст работы, подписанный отзыв научного руководителя, отзыв оппонента и обязательно отчёт о проверке данной работы в системе «Антиплагиат».

С одной стороны, это, мне кажется, увеличит ответственность научного руководителя и оппонента за ту работу, которую они выводят на защиту. С другой стороны, решит ещё один очень важный, на мой взгляд, вопрос – доступности диссертации. Любой человек, любой студент и аспирант сможет получить доступ напрямую к диссертации, если она будет вывешена на сайте вуза. Это моё мнение.

Д.Медведев: Спасибо большое, Арсений. В отношении предложений я сразу какие-то комментарии буду давать. Я, например, полагаю, что это вполне разумная идея – вывешивать полный текст работы, если она открытая, естественно, потому что работы бывают разные. В любом случае это позволяет сразу же оценить всем желающим, что это такое, проверить эту работу, если это необходимо. Здесь, конечно, я понимаю, что не всё так просто, как, наверное, иногда это представляется аналитикам, особенно по гуманитарным наукам, потому что там всё равно есть и определённое цитирование, которое всегда было в гуманитарных науках. Но тем не менее это всё-таки позволит улучшить ситуацию. Ну а отзыв научного руководителя… Мне тоже кажется, что это важно, вплоть до того, чтобы вообще понимать, кто научный руководитель, потому что научные руководители тоже разные бывают, и некоторые из них, может быть, не вполне к этому готовы.

Ладно. Кто ещё что скажет?

А.Автайкин (аспирант Московского физико-технического института (государственного университета)): Автайкин Сергей, Московский физико-технический институт. У меня какое предложение? К тем же самым научным руководителям если вернуться, очень многие из них могут быть не заинтересованы в том, что у них есть аспиранты, а заинтересованность можно поднять либо финансовым каким-нибудь методом, либо ещё каким-нибудь… Можно ранжирование провести, кто из научных руководителей действительно эффективно работает, кто неэффективно, на следующий год давать ему аспирантов или не давать – такой вариант. И опять же - такая же финансовая поддержка для самих аспирантов, чтобы их заинтересовать, у них был стимул для работы. Потому что сейчас многие аспиранты помимо того, что учатся, ещё и работают. Почему ещё возросло именно количество людей, которые как заочники защищаются? Потому что они работают и занимаются примерно тем, о чём пишут диссертации, им дано больше времени, они не загружены в рамки какие-то…

Д.Медведев: Знаете, Сергей, в этом, наверное, есть не только минусы, но и некоторые плюсы. Я когда в аспирантуре был (я в очной аспирантуре учился), я всё равно работал, просто потому, что, во-первых, денег всегда не хватает и на аспирантскую стипендию даже в 1980-е годы (я в 1980-е годы диссертацию писал) жить было невозможно, конечно. Но, с другой стороны, скажем откровенно, наверное, юридические науки не требуют такой включённости в исследования, как, например, исследования в точных науках или в естественных науках, и там, конечно, у аспиранта времени на работу остаётся гораздо меньше. Но если это работа по специальности, откровенно говоря, я, например, в этом ничего плохого не вижу. Вопрос в том, чтобы она действительно была по специальности, а не чтобы ящики ночами таскать, потому что это, конечно, сильно отвлекает.

Насчёт научного руководства я абсолютно согласен: нужно создавать стимулы для того, чтобы известные люди, авторитетные в самых разных науках становились научными руководителями. Потому что, я помню, ещё в тот период, когда я в университете работал, скажем откровенно, далеко не все крупные величины хотели брать аспирантов, потому что это нагрузка, это ничего не даёт. В смысле не даёт в материальном плане. Кто-то к этому больше расположен, кто-то меньше расположен. Об этом нужно думать, конечно, нужно повышать заинтересованность именно в научном руководстве – с этим я солидарен.

Кто ещё что скажет хорошего? Пожалуйста, ребята, давайте.

Н.Чернышев (аспирант Санкт-Петербургского государственного университета, научная специальность «математические и инструментальные методы экономики»): Продолжая высказанную мысль по поводу какого-то стимулирования, в том числе аспирантов: возможно, это не обязательно должно носить какой-то прямой характер – именно повышение стипендий или что-нибудь в этом духе. Это вполне могут быть какие-то социальные, возможно, пакеты. То есть, к примеру, материнский капитал, который призван повысить рождаемость, точно так же возможно использование каких-то государственных дотаций на жильё и так далее для молодых учёных.

Д.Медведев: Пожалуйста.

В.Сутырин (аспирант Московского государственного университета имени М.В.Ломоносова, научная специальность «политические институты, процессы и технологии»): Вячеслав Сутырин, Московский государственный университет, факультет политологии.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Хотелось бы привлечь внимание к мерам стимулирования, к вопросам расширения возможностей для аспирантов, молодых учёных, а не только обеспечения контроля и прозрачности, что тоже важно. Мы, аспиранты, учимся три года в аспирантуре, как известно. Это время, когда хочется получить не только опыт теоретической научной работы, но и опыт практических исследований. В этой связи очень важны профессиональные стажировки для аспирантов, причём не только в вузах нашей страны – и не только в вузах, но и в крупных научно-исследовательских центрах не только в России, но и за рубежом, чтобы у аспиранта была возможность посещать другие страны и приобщиться к опыту научных исследований. Но существует проблема. Помимо того что здесь отсутствует централизованная политика в масштабах всей страны, очень часто индивидуальная инициатива учащихся… Здесь существуют бюрократические сложности, потому что в российском образовании это всё ещё, так сказать… Если студент едет за рубеж и самостоятельно получает какой-то грант, стажируется, это скорее из ряда вон выходящее событие. Хотелось бы обратить ваше внимание на этот вопрос. Спасибо.

Д.Медведев: Ладно. Хорошо. Пожалуйста.

В.Нишуков (аспирант Московского государственного университета имени М.В.Ломоносова, научная специальность «онтология и теория познания»): Владимир Нишуков, Московский университет, философский факультет.

Я бы хотел вернуться к теме антиплагиата, и в частности тех программ, о которых говорил коллега Арсений. На мой взгляд, они достаточно несовершенны. Например, если вбить туда диссертацию уважаемого доктора наук, которая, безусловно, не является плагиатом, то выдаст очень большой процент плагиата, поскольку будет считать в том числе статьи этого учёного.

Д.Медведев: При этом не будет идентифицировать их как не подлежащие исследованию, то есть иными словами будет рассматривать их как плагиат, вот эта программа.

В.Нишуков: При этом количество сотрудников ВАК (Высшая аттестационная комиссия) не предусматривает детальную проверку на такие странные вещи во всех диссертациях. ВАК может устанавливать только какие-то формальные условия.

Д.Медведев: Владимир, извините, пожалуйста. Я правильно понимаю, потому что это вы сейчас знаете, а не я, что эти программы типа «Антиплагиат» и всякие остальные другие, если находят труды, допустим, того же самого автора, чья работа исследуется, всё равно помещают эти труды в плагиат?

В.Нишуков: Да. Но существуют разные программы. Более или менее хорошие являются платными, и подписка на них стоит денег для факультетов. Это достаточно накладно, как правило.

Далее. На мой взгляд, необходима помимо ВАКовской проверки проверка экспертного сообщества учёных. Например, я уже, как мне кажется, могу выносить суждения относительно того, может ли мой молодой коллега, которого я знаю лично, написать диссертацию на ту или другую тему. Но с другой стороны, у нас до сих пор не развит какой-то корпоративный этос научный, который был обрушен в начале 1990-х. Также на мой взгляд… Вот Вы обозначили цифру – 150 тыс. аспирантов. Это неимоверная какая-то цифра.

Д.Медведев: Как написали, так и обозначил.

В.Нишуков: Бо?льшая половина моего курса пошла в аспирантуру. При этом я прекрасно понимаю, что для многих из них это не место, где они собираются заниматься наукой, а какая-то социальная защита от армии, от дорогого жилья, поскольку они остаются в общежитии, и желание продлить студенческую весёлую жизнь.

Д.Медведев: Понятно. Теперь я несколько слов скажу по поводу того, что говорили, чтобы не забыть ничего.

По поводу стимулирования молодых учёных – это сегодня у нас не тема разговора. Я тем не менее, конечно, скажу всё равно. Это должно быть. Вряд ли мы сможем изобрести какой-то универсальный механизм, который будет применяться во всей стране, о чём Николай (Чернышев) говорил. Это задача на самом деле тех учебных заведений, тех университетов, академий наук (если речь идёт об академии), которая должна быть решена.

Основная, конечно, тема – это жильё. Если молодой учёный понимает, что у него есть перспектива получить жильё, то он на 80% останется работать в соответствующем учебном заведении или академическом научном заведении. Эти программы есть, но они, к сожалению, очень разные. Это зависит от того, насколько хорошо соответствующие задачи решаются в университете: где-то есть, где-то нет, где-то деньги на это находятся, где-то этих денег мало. Это в конечном счёте вопрос приоритетов самого руководства университета – это абсолютно точно – и Академии наук. Я на это тоже довольно много когда-то усилий потратил, чтобы Академия наук начала строить жильё для молодых учёных. Она сейчас начала строить – это правда. Не все, может быть, решены проблемы, но жильё для молодёжи стали строить. Если эта тема в приоритете у ректората, тогда учёные останутся, а если приоритетом является что-то другое – тогда ничего и не произойдёт.

Какие-то гранты мы, конечно, давали и будем давать – не сомневайтесь – и президентские, и правительственные гранты, региональные гранты, гранты научных образований, гранты, которые выделяются благотворительными структурами, но они полностью проблему не закроют. Прежде всего это задача самого учебного заведения и правильной компоновки трат.

По поводу стажировок. Тоже, честно говоря, не знаю, нужна ли нам какая-то централизованная политика. Я когда был аспирантом, всё это было абсолютно централизованно, но я никуда так и не съездил в период, когда был аспирантом, просто именно потому что… Это ещё советские времена были, там всё, естественно, только с разрешения партийных структур происходило. Мне кажется, что как раз здесь всё-таки гораздо важнее правильные научные связи между университетом и его близкими, побратимскими университетами в других странах. Вы в МГУ аспирантом являетесь, я так понимаю, да? У МГУ же огромное количество связей с различными учебными заведениями. Всё равно не хватает контактов…

В.Сутырин: Дмитрий Анатольевич, у МГУ действительно большие связи, и многие студенты уезжают. Но тем не менее всё-таки хотелось бы расширить. В частности на гуманитарном направлении хотелось бы иметь всё-таки больше возможностей и хотелось бы, чтобы эти возможности были закреплены в документах, чтобы у студентов не возникало сложностей …

Д.Медведев: При организации стажировки?

В.Сутырин: С одной стороны – да, прежде всего при организации, а с другой стороны, чтобы у студента было больше возможностей не только за рубеж ездить, но и по стране.

Д.Медведев: С этим я абсолютно согласен, потому что когда мы говорим, например, о преподавательской мобильности, о научной мобильности, мы почему-то всё время говорим о загранице: давайте куда-нибудь съездим в приличное место и пригласим хорошего профессора опять же из-за границы, что на самом деле очень нужно… Я не спорю, это здорово, в последнее время на это деньги появились. Но, конечно, передвигаться нужно по родной стране, потому что у нас страна огромная, мы очень заинтересованы в том, чтобы научные кадры по стране как-то распространялись, если не переезжали работать из Москвы или Санкт-Петербурга куда-то, то хотя бы приезжали читать лекции, но в определённых случаях и переезжали на постоянную работу. Так было, кстати, и в советские времена, когда образовывались новые научные центры. Тот же самый Новосибирск таким образом возник и многие другие.

По поводу стажировок. Если необходимо какие-то правила поменять, я, собственно, не возражаю. Дмитрий Викторович (обращаясь к Д.Ливанову), пометьте себе, давайте подумаем, может быть, каким-то приказом Минобразования это закрепим, если там есть какие-то формальности.

Теперь по поводу антиплагиатных программ, о чём Владимир говорил. Вы сказали, что они дорогие. Я как раз считаю, что если уж мы решились с этим делом бороться, нет ничего страшного, чтобы из бюджета Минобразования на это были выделены деньги. У нас счётное количество университетов (тем более далеко не во все университеты необходимо такие программы давать), там их и нужно разместить, чтобы диссертационные советы, специализированные советы имели возможность этими программами пользоваться, даже если эти программы сложные или дорогостоящие. Потом, если покупается большой пакет программ, это, как правило, всегда неплохая скидка.

По поводу количества аспирантов тоже такой вопрос из области философских. На мой вкус, цифра действительно очень большая, потому что явно далеко не все люди, которые сегодня числятся аспирантами, способны к научной работе. Раньше всё было гораздо строже с этим. Я помню, в своё время у нас на факультете, например, – на юридическом факультете, на котором я учился в Санкт-Петербурге, – аспирантские места давали один раз в три года – пять лет. Это была большая удача. Соответственно, готовили людей под это, и, откровенно говоря, совсем случайные люди не попадали. Тот, кто попадал на эти места, успешно защищался и нормально работал.

С другой стороны, я понимаю, что если круг аспирантов становится шире, может быть, общее количество научных работников в конечном счёте тоже будет выше. Но вы правы: часть аспирантов, которые сегодня числятся таковыми, этот статус получили именно по тем причинам, о которых вы сказали. Может быть, в этом нет ничего уж такого сверхстрашного, но, к сожалению, это размыв самой аспирантской работы, аспирантской деятельности, а это не очень хорошо.

У меня тоже есть ещё она циферка. Она, конечно, в большей степени касается точных, естественных наук. Доля академиков и членов-корреспондентов среди научных руководителей снизилась почти в 2 раза. Это к вопросу, о котором мы с министром сейчас разговаривали, и о том, о чём вы говорили. Такие выдающиеся научные силы не очень хотят брать аспирантов. Это действительно неправильно. Но это вопрос, собственно, и к самим академикам, так, Саша?

У вас-то нормально всё с научным руководством?

А.Криволапова: У нас с научным руководством всё хорошо.

Д.Медведев: Ладно, хорошо.

Пожалуйста.

Е.Кореева (аспирант Казанского (Приволжского) федерального университета): Кореева Екатерина, Казанский федеральный университет.

В ходе нашей беседы у меня созрело два таких момента, о которых мы ещё не сказали. Первый момент касается обсуждения антиплагиатной программы. Насколько я понимаю, мы сейчас говорим исключительно об опубликованных – не столько, может быть, российских трудах, сколько о трудах на русском языке. А как быть с иноязычными публикациями? Насколько я понимаю, антиплагиатная программа их пока в себе не содержит и не планирует. Возникает вопрос: если какой-то гипотетический человек использует какой-то непереведённый иноязычный труд, чем тогда это считается? С одной стороны, это плагиат, если он не даёт ссылку, с другой – это хороший качественный перевод. У меня нет готового ответа на этот вопрос…

Д.Медведев: Молодец!Тогда нужно прийти к выводу, что это не аспирант, а переводчик квалифицированный.

Е.Кореева: У меня нет своего готового ответа на этот вопрос. Я просто хочу сказать, что, наверное, об этом стоит подумать и каким-то образом антиплагиатную программу на это дело направить либо как-то проработать. Это такой ход к рассуждению.

Д.Медведев: Вы абсолютно правы. Мне тоже это в голову приходило, потому что по очень многим дисциплинам, практически по всем гуманитарным… Ещё раз говорю: для технических, точных наук там всё сложнее, и, слава богу, там плагиата гораздо меньше. Очевидно, что можно надёргать хороших переводов - любой аспирант (более или менее нормальный во всяком случае) способен перевести труды по своей специальности. Если он это делает без цитирования, то это, конечно, плагиат чистой воды. Насколько легко идентифицировать такого рода заимствования? Я думаю, что очень сложно, потому что смысл этих антиплагиатных программ заключается в сличении, так ведь? То есть в сличении того, что уже опубликовано или есть где-то в Сети, и того, что представлено на соискание учёной степени. Но если это не опубликовано, например, на русском языке, то это не будет рассматриваться как уже существующий труд. Думаю, что, наверное, это предмет каких-то будущих программ. Хотя мы же с вами понимаем, это же ещё вопрос того, как будет осуществлён перевод, например, по гуманитарным наукам, потому что перевод может быть разным, и тогда эта программа уже не будет его отождествлять как плагиат. Если слова переставлены, иными словами, какие-то идеи…

В.Нишуков: А у меня конкретное есть предложение по поводу переводов гуманитарных тестов. Например, перевод философского текста – это по-настоящему философская работа. При этом до сих пор выход просто перевода не приравнивается к авторской публикации. А, например, для историко-философии это в принципе единственная работа, которая…

Д.Медведев: А она не приравнивается?

Ответ: До сих пор нет, нужно хотя бы написать лист комментария. По-моему, это не совсем правильно.

Д.Медведев: Наверное. Надо подумать над этим, тем более что мы с вами, все, кто занимался переводом, понимаем, что качественный перевод – это на самом деле серьёзная штука, это правда. Это касается не только философских наук, это вообще касается любого перевода, просто потому что для того, чтобы что-то переводить, надо в это врубаться. Это же не подстрочник. Знаете что это такое? - когда делается подстрочник под текст и после этого уже осуществляется литературный перевод или научный перевод. Так вот, научный перевод, конечно, это вообще-то авторская работа по большому счёту. Но это зависит от канонов ещё, от того, как мы воспринимаем.

С точки зрения авторского права (я напомню тем, кто не знает или не помнит) перевод – это, конечно, отдельный объект авторского права, но вот с точки зрения соискания на степень – нет.

И.Рыбаков (аспирант Первого Московского государственного медицинского университета имени И.М.Сеченова, научная специальность «анатомия человека»): Относительно переводов текстов именно по медицине. Этот вопрос мог бы отпасть фактически полностью при интеграции научных медицинских статей в международные сообщества. Смысл в чём заключается? В том, что там публикуется фактически весь мир англоязычный, и при публикации, допустим, каких-то российских диссертаций, работ именно там плагиат автоматически вычленяется просто-напросто авторами данных ресурсов.

Д.Медведев: Понятно. Я думаю, что это возможно, но не применительно к любым специальностям научным. Может быть, по медицинским специальностям это возможно, потому что есть, как я понимаю, особое место, публикация в котором уже является абсолютной гарантией от плагиата, так?

И.Рыбаков: Да.

Д.Медведев: Наверное, если это возможно применительно к отдельным наукам, это хорошо. Применительно к другим наукам это не всегда возможно, просто потому, что таких мест, например, десятки, и, конечно, в этом случае будет очень трудно что-то поймать.

А меня интересует ещё вот что: мы сейчас с вами все на плагиате сконцентрировались, а вообще сама по себе система защиты диссертаций, присвоения учёных степеней, званий вам кажется (естественно, с ваших сегодняшних представлений) правильной и справедливой или она кажется вам анахронизмом, или кажется вам не вполне справедливой? Просто интересно, как вы это воспринимаете? Потому что когда я, например, писал диссертацию, таких вопросов не стояло вообще. Есть и есть система защиты. Она была, наверное, апробирована на протяжении 30–40 лет в нашей стране. Все так защищались, и, в общем, проблем не было. Это была достаточно всё-таки работающая система при всех издержках. И про плагиат я уже сказал. В общем, этой проблемы, по сути, не было в стране, а сейчас как? Пожалуйста.

А.Петров (аспирант Санкт-Петербургского государственного университета, научная специальность «социология культуры»): У нас в принципе система неплохая, и как она работала, так и работает до сих пор, в принципе, логично выстроена. С другой стороны, моё личное мнение, что есть небольшие анахронизмы. Например, это кандидатский экзамен по философии, то есть, на мой взгляд, если раньше философию нужно было учёным обязательно изучать и сдавать экзамен, чтобы доказать свою…

Д.Медведев: …лояльность политической системе.

А.Петров: Да, то на сегодняшний день, мне кажется, необходимость…

Д.Медведев: А вы сдаёте философию до сих пор?

Ответ: Да.

Д.Медведев: Уже интересно! Все сдают – и физики, и лирики?

А.Петров: Это обязательно.

Реплика: И медики.

Д.Медведев: Медики – понятно, да.

Ну, английский, французский… Слушайте, здесь не надо гневить небеса, что называется, язык-то нужно знать всем, это же очевидно абсолютно. А насчёт философии для меня это новая информация. Так и осталось?

Д.Ливанов: Так и осталось.

Д.Медведев: Я не против, я просто…

Д.Ливанов: Так и осталось, но сейчас мы как раз будем менять это положение о присуждении учёных степеней. И моё мнение, что, конечно, нам нужно исключить экзамен по философии в качестве обязательного и оставить экзамены по специальности и по иностранному языку. Мне кажется, этого будет достаточно для того, чтобы проверить готовность человека стать аспирантом и заниматься наукой.

Д.Медведев: Это вступительный экзамен или это уже так называемый максимум, который обычно сдаётся в аспирантуре? Когда вы сдаёте философию?

Реплика: При поступлении.

А.Петров: Два раза: при поступлении и кандидатский минимум.

Д.Медведев: А вступительные экзамены сейчас – специальность, как и раньше была, потом, соответственно, язык и философия, да?

А.Петров: Да.

Д.Медведев: Ну а что философы думают?

В.Нишуков: Насчёт вступительного я бы действительно подумал, потому что на самом деле это просто экзамен по тому курсу философии, который преподавался, а как правило, он преподаётся очень-очень популярно.

Д.Медведев: По-разному, скажем.

В.Нишуков: Другое дело, что методологические основания своего знания, той науки, которой занимаются, необходимо знать любому учёному, на мой взгляд.

Д.Медведев: Понятно. Пожалуйста.

А.Курсаков: Александр Курсаков, Московский НИИ психиатрии. Касательно вопроса по процедуре защиты. Я пока ещё с ней не столкнулся, но очень много наслышан о том, что…

Д.Медведев: Но слышал о ней очень много плохого.

А.Курсаков: Да, очень пугающие вещи о том, что, например, сам по себе сбор документов, подача их… В общем-то необходимы, конечно, эти бюрократические процедуры, но они отнимают очень много сил, энергии, времени у аспиранта, который, по сути, должен готовиться к защите, заниматься научной работой. Это первый момент.

И второй момент о том, что не только в медицинских специальностях, но и в других после присвоения звания формально во время учёного совета проходит чуть ли не год, прежде чем человек получает документы о том, что он становится кандидатом медицинских или других наук, биологических... Это моя такая информация, может, она где-то неточная, неполная…

Д.Медведев: Да нет, это справедливая информация, так и раньше было.

Это вообще вопрос о том, кто должен присуждать степень и какой момент или, выражаясь юридическим языком, какой юридический факт является последним во всей этой цепочке, потому что ведь в мире-то разные процедуры. У нас есть специализированный совет диссертационный и есть ВАК. И кандидатская степень, насколько я понимаю, так же, как и прежде, считается окончательно присвоенной после того, как приходит решение ВАК. Так?

Д.Ливанов: Сейчас решение о присуждении кандидатских степеней принимает диссертационный совет.

Д.Медведев: Это и раньше так было, но у ВАК какая функция сейчас?

Д.Ливанов: ВАК всё-таки выдаёт дипломы.

Д.Медведев: Иными словами - как бы это ни называть, финальной инстанцией сейчас является решение ВАК, потому что если нет диплома ВАК, то нет и степени. Хотя юридически степень вроде бы возникает в момент защиты, так было и много лет назад, когда я защищался, так и сейчас остаётся. И мы можем или оставить такую систему, или вообще всё передать на уровень университета, что тоже вроде бы неплохо. Здесь все присутствующие представляют очень хорошие университеты, это так, но у нас не все такие университеты, и мы таких можем получить Ph.D. и всё остального, что потом будет стыдно рядом с ними садиться, поэтому это вопрос.

Теперь в отношении документов и оформления. Вы правы, это всё довольно муторная процедура, и, конечно, желательно её упрощать, хотя какие-то требования всё равно должны, наверное, остаться. Но чем проще, тем лучше.

Вообще с процедурой оформления документов связана, кстати, и тема плагиата. Почему? Я вспоминаю, как я, например, работал над своей диссертацией. Плагиатом, в общем, наверное, гораздо труднее заниматься, когда ты сам пишешь или на машинке печатаешь. Я печатал на пишущей машинке, тогда компьютеров не было – 1987–1988 год, ещё у нас этого ничего не было. Но после того как появился компьютер и появилась Сеть, этот процесс, конечно, очень существенным образом упростился, а работать стало гораздо лучше. Понятно, с текстом гораздо удобнее работать в компьютере, удобнее править, какой бы областью знаний ты ни занимался. Но это же породило и огромное количество проблем, связанных с заимствованием, потому что когда огромными кусками всё это переносится из разных источников, очевидно, что этому соблазну далеко не все могут противостоять, причём это касается не только кандидатских диссертаций.

Это мы с вами берём верхний уровень, потому что это уже квалификационная научная работа. Но что уж скрывать – а дипломы, а курсовые работы? Там вообще никто не парится, особенно когда речь не идёт о родной специальности. Наверное, тот человек, который хочет медициной заниматься, будет серьёзно относиться к медицине, но курсовую работу по философии возьмёт в другом месте, и, наоборот, в зависимости от того, где кто учится. Это создало проблемы на самом деле. Для того чтобы очиститься от этих проблем, нет никакого другого рецепта, кроме наших собственных действий и нашего отношения к делу, потому что если говорить серьёзно, проблема незаконных заимствований, проблема плагиата, проблема использования чужих текстов, она всё-таки, к сожалению, характерна сейчас в значительной мере для нашей страны и для некоторых других стран, которые недавно пошли по новой модели развития. Очень трудно себе представить, чтобы подобными исследованиями кто-либо занимался и писал диссертации таким образом в странах с устоявшейся научной культурой. Это как есть – так есть. Притом что наша научная культура была очень глубокой, но, к сожалению, мы её действительно во многом подрастратили.

В.Воротников (аспирант Московского государственного института международных отношений (Университета) МИД России, научная специальность «всеобщая история»): Владислав Воротников, МГИМО. Я бы на двух моментах хотел остановиться. Дмитрий Анатольевич, уже много говорилось об антиплагиате, и так получилось, что сегодня здесь в основном представители гуманитарных специальностей.

Д.Медведев: Я думаю, что этого больше среди гуманитарных…

В.Воротников: Да, естественно. Потому что в технической сфере нужно провести опыт, а опыт украсть сложно.

Д.Медведев: Ну его тоже можно содрать откуда-то, если уж так, по-честному. Но это всё-таки немного сложнее: нужно понимать в этом побольше.

В.Воротников: И просто по опыту как гуманитарий скажу, что, в принципе, гуманитарные сферы во многом изучены, то есть так или иначе есть специалисты во всех сферах. И мне кажется, что при выборе оппонентов можно ввести такую норму: обязательно назначать оппонентов или выбирать только тех людей, у которых есть хотя бы публикации по данной теме, или, может быть, они даже являются признанными экспертами в этой сфере. Есть просто совсем узкие специальности, где тяжело найти: у нас в международной сфере есть некоторые страны малоисследованные, поэтому, естественно, тяжело. Но хотя бы чтобы человек представлял, был начитан в этой сфере, тогда он мог бы просто плагиат увидеть. Иногда читаешь какие-то произведения и видишь, что не в первый раз это встретил, случается такое.

Д.Медведев: Это правда. И я думаю, что вы справедливо об этом говорите. Вообще от оппонента тоже очень многое зависит. Во всяком случае, как принято говорить, в наше время, когда я довольно внимательно следил всё-таки за защитами, публикациями, например, по своей специальности, для меня было абсолютно достаточно взглянуть на то, кто является научным руководителем и официальным оппонентом по диссертации, чтобы сказать: это что-то годное или это, извините, чушь какая-то. Так было. Сейчас, наверное, это не так, особенно применительно к гуманитарным наукам. Хотя и сейчас всё-таки разобраться можно, есть признанные научные центры, есть известные учёные, само присутствие которых создаёт как минимум определённую гарантию того, что это честная квалификационная работа. Наверное, вы правильно об этом говорите.

Есть ещё одна проблема, о которой вы не сказали, видимо, как люди воспитанные. Дело в том, что у нас, к сожалению, защита диссертации превратилась в элемент государственной карьеры, чего нет практически ни в одной стране мира. Для того чтобы стать президентом, премьером, губернатором, да кем угодно, вовсе не обязательно защищать какие-то диссертации и какие-то научные работы писать. А у нас почему-то стало хорошим тоном, чтобы любой мало-мальски такой серьёзный начальник обязательно себе написал «доктор каких-нибудь наук». Когда я это вижу, у меня, конечно, возникают всегда очень большие сомнения. Я не хочу сказать, что все чиновники, которые имеют кандидатские и докторские степени, это люди, которые приобрели их неправедным путём. Вовсе нет! Многие из них защищались и так далее, но для меня, могу вам сказать прямо, ключевым является факт, в какой момент защищалась диссертация: если это момент, когда человек ещё не был на высоких государственных постах, это одно, а если он уже присутствует на этих постах, это другое. Я одно время думал докторскую написать - решил, что я этого делать не буду, потому что это будет очень смешно смотреться, хотя это интересная штука.

А.Вергун (аспирант Московского государственного института международных отношений – университета МИД России): Я хотела выдвинуть некое предложение. Поскольку мы ещё не волшебники, а только учимся, соответственно, нам необходимо некое руководство в лице наших научных руководителей, хорошее руководство. Аспиранты пишут диссертации и выбирают себе в руководители крупных деятелей науки, соответственно, к этим деятелям прикрепляется сразу несколько аспирантов, и это количество зачастую слишком высоко…

Д.Медведев: Большое, в смысле, количество.

А.Вергун: Да. Мне кажется, что его нужно ограничить, чтобы тот, кто ведёт своего аспиранта, мог уделять больше внимания этому человеку. Мне кажется, это было бы правильным.

Д.Медведев: Вы абсолютно правы, но я вам отвечу так. Я всё-таки много лет работал в университете, аспирантом был, в общей сложности практически 20 лет находился в стенах родного университета. Это зависит от самого человека и больше ни от кого. Если научный руководитель к этому относится халатно – даже если он сверхвыдающийся академик, он может быть гениальный человек, – говорит: «А, давай…», то тогда его никто не сможет проконтролировать. Но тогда аспирант не получит необходимой отдачи, необходимого контакта. А я просто по своему опыту знаю, что если у тебя нет контакта с научным руководителем, если ты с ним не общаешься, например, раз в неделю, два раза в неделю, это не научное руководство. Он, может, тебе потом поставить на автореферате кандидатской диссертации что-то, ещё что-то сделать, но всё-таки очень важно иметь прямой контакт с научным руководителем, кем бы он ни был – молодым кандидатом наук (хотя сейчас доктором должен быть, да?), молодым доктором наук или маститым академиком. Я исхожу из этого, поэтому ограничитель должен быть внутри. Хотя, не знаю, может быть, какие-то нормы есть. Есть какие-то нормы?

Д.Ливанов: Нет, нормы нет. По количеству аспирантов на одного руководителя норм нет.

Д.Медведев: На одно лицо. У вас сколько было, когда вы работали ещё ректором?

Д.Ливанов: Бывало, конечно, очень по-разному, но я помню, когда я был сам аспирантом, то мой руководитель брал очень редко аспирантов. Он брал одного с курса, это в лучшем случае, иногда двух, но это максимум. То есть у него было три-четыре человека.

Д.Медведев: И у меня было то же самое при том, что у нас разные науки совсем. Мой научный руководитель или мои научные коллеги по кафедре – у них было по два, по три аспиранта, но они из них душу вынимали. В результате этого всё-таки возникали нормальные специалисты. Конечно, если ты просто так, отметиться, что называется…

А.Вергун: Я слышала, что есть практика, что когда у таких звёздных преподавателей есть много аспирантов, они даже поручают их своим помощникам, которые могли бы вести этих аспирантов.

Д.Медведев: Вы знаете, это всё-таки, как принято говорить, очень зависит от обстоятельств. Для гуманитарных наук, мне кажется, это неприемлемо вообще, просто неприемлемо. Если у тебя есть аспирант, ты должен его лично вести.

Если речь вести, например, о крупных научных школах в области естествознания, точных наук, – там это чуть сложнее, потому что там может быть действительно очень большая школа, там большая лаборатория, это единый коллектив научный. Может быть, где-то это возможно, но в любом случае без личного контакта ничего не получается. Преподаватель, научный руководитель должен отдавать себя, если он этого не делает – это не научный руководитель. Я думаю, что вы со мной согласитесь. Это очевидная вещь, мне кажется.

Вы мне рассказали некоторые интересные вещи. Пойду пообщаюсь с ректорским корпусом.

Желаю вам всем быстрее защититься и пройти эту довольно стандартную процедуру с наименьшими потерями.

Россия. ЦФО > Образование, наука > premier.gov.ru, 26 марта 2013 > № 870787 Дмитрий Медведев


Россия. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 21 марта 2013 > № 870786 Дмитрий Медведев

Интервью Дмитрия Медведева европейским СМИ

Стенограмма:

Д.Медведев: Всем добрый день. Я, что называется, в вашем распоряжении. Пожалуйста, коллеги, давайте начнём работать.

Вопрос (как переведено): Первый вопрос касается Кипра. Вы и Президент Путин критиковали решения, принятые ЕС. Не думаете ли Вы, что ЕС будет недоволен этим, что последние события могут подорвать доверие между Россией и Европейским союзом в долгосрочной перспективе, подорвать взаимоотношения между Брюсселем и Москвой?

Д.Медведев: Я думал, какие у меня ощущения, и они у меня следующие: пока действия Европейского союза, Европейской комиссии вместе с Правительством Кипра по урегулированию долговой проблемы, к сожалению, мне напоминают действия слона в посудной лавке. То ли по кризисам соскучились, забыли, что происходило несколько лет назад... Мне кажется, все возможные ошибки, которые можно было совершить в этой ситуации, уже совершены, включая подрыв в целом доверия к финансовым институтам, и не только киприотским институтам, не только находящимся на Кипре. Именно с этим связана наша жёсткая оценка.

Мы сами, естественно, за то, чтобы наводить порядок в финансовой сфере, для того чтобы проводились мероприятия по оздоровлению банков, чтобы была более прозрачная информация о владельцах счетов, о бенефициарах. Всё это нормально абсолютно, но это не должно приводить к обрушению банковской системы. К сожалению, сейчас банковская система на Кипре находится в очень сложном положении, она по сути остановлена, не говоря уже о том, что финансовая ситуация у этого члена Евросоюза преддефолтная. Поэтому, как нам представляется, подобные переговоры и решения всё-таки нужно было бы обсуждать с разными заинтересованными сторонами, а не скрываться за формулировкой, что Кипру негоже обсуждать это с кем-либо другим. Тогда пусть все решения и принимаются только в рамках Евросоюза, но я не уверен, что это хорошо.

Отразится ли это как-то на наших будущих отношениях? Мы должны дождаться окончательных решений. Вне всякого сомнения, эта ситуация сейчас волнует всех в Евросоюзе и может быть спусковым крючком для начала новой серии локальных финансовых кризисов.

Теперь по поводу того, что в целом происходит. Я уже давал свою оценку, вы её воспроизвели. Мера, которая предложена, носит явно экспроприаторский, конфискационный характер, абсолютно беспрецедентна по своей природе. Я вообще не могу её ни с чем сравнить, кроме отдельных решений, которые предпринимались в определённый период советскими властями, которые не особенно церемонились с накоплениями населения. Но мы вообще-то живём в XXI веке в условиях глобальной рыночной экономики, и все настаиваем на том, что должны соблюдаться права собственности и основные положения, касающиеся банковского регулирования. Причём удивительно то, что наряду с идеей произвести это изъятие, по сути, была заблокирована деятельность всех банков на Кипре, включая самые крупные банки и банки с российским участием, которые абсолютно нормальные и здоровые, у которых нет никаких проблем с балансом, нет никаких проблем с налогами. Тем не менее они не только не могут ничего делать, по сути, остановлена операционная деятельность, остановлена текущая деятельность по операциям - подчеркиваю, не изъятия с депозитов какого-то процента, а текущая операционная деятельность. Там совершается огромное количество операций, сделок, все эти сделки абсолютно находятся под контролем банковских властей. Если эти операции не будут разморожены, то это грозит очень большими убытками, не говоря уже о том, что можно будет смело похоронить всю киприотскую систему банков. Её просто не будет, о чём, кстати, некоторые наши коллеги по Евросоюзу прямо говорят. Видимо, цель такая, чтобы её разрушить. По их мнению, это пойдёт на пользу экономике Евросоюза и будет способствовать урегулированию этого кризиса. Есть и другие последствия: если такого рода проблемы возникнут, огромное количество клиентов, представляющих и государственные структуры, и, наверное, какие-то частные структуры, будет обращаться с исками, и эти иски пойдут, я уверен, и в отношении самой Республики Кипр, и в отношении других лиц, которые причастны к началу этого довольно сложного периода.

У нас есть здесь, естественно, и свои резоны, и, конечно, свои интересы государственные, потому что у нас и банки там держат свои активы, и большое количество российских бизнесменов, и вовсе не все они пытаются скрыться за какой-то ширмой специальной юрисдикции Кипра. Нет, это просто удобная форма работы. Вы все знаете, что значительная часть фирм работает через SPV, и это обычная международная практика. У нас есть договор об избежании двойного налогообложения с Кипром, но я не знаю, нужен ли нам такой договор в этом случае, может встать вопрос о расторжении этого договора, его денонсации. Последствий может быть очень и очень много, поэтому ещё раз говорю: нужно действовать максимально внимательно. На территории России находится делегация из некоторого количества министров Республики Кипр – министра финансов, некоторых других должностных лиц. По моему поручению с ними встретился первый вице-премьер Шувалов. В настоящий момент они продолжают обсуждение этой темы. Но я надеюсь, что в конечном счёте будет принято максимально выверенное решение, которое и Кипру поможет, и не расстроит наших отношений с Евросоюзом. Я напомню, что мы встречаемся с Еврокомиссией буквально завтра вечером и послезавтра проводим переговоры. Конечно, ситуация вокруг Кипра с учётом этих факторов будет обсуждаться весьма активно.

Вопрос: Господин Премьер-министр, в переговорах о безвизовом сообщении между Россией и Евросоюзом достигнут определённый прогресс. Какое значение, на Ваш взгляд, может иметь фактор Союзного государства Белоруссии и России для дальнейших переговоров? Потому что имеются разные оценки и взгляды в Белоруссии на этот процесс. Какое значение будет иметь этот фактор?

Д.Медведев: Сначала про визы. Мы находимся в диалоге по визам с нашими партнёрами из Евросоюза уже достаточно давно, по-моему, этот диалог начался в 2007 году. Мы старались его активизировать, и я лично этим занимался и продолжаю по определённым вопросам заниматься. Здесь два трека. Первый касается безвизового общения, то есть возможности ездить на территорию государств Евросоюза из России без виз и наоборот. По этому направлению у нас есть и определённые достижения – мы смогли согласовать так называемый список совместных шагов (это было сделано в 2011 году), – и определённые проблемы, потому что движение по целому ряду направлений не идёт. Наши партнёры, наши коллеги ссылаются на то, что есть отдельные позиции у отдельных государств, увязки с различными нашими процессами. Мой ответ прежний: я считаю, что это в интересах и Европейского союза, и Российской Федерации, интерес здесь абсолютно взаимный. Каждый год из России приезжает 5 млн человек и не меньшее количество людей приезжает из Евросоюза в Российскую Федерацию. Поэтому это наш взаимный интерес, и в настоящий момент, как принято говорить, шарик находится на стороне Европейского союза. Мы ждём формулирования окончательной позиции и действий на этом направлении, это будет полезно с учётом того, что мы крупнейшие партнёры экономические, у нас масса связей… В общем, что тут друг друга агитировать?

Что касается второго трека, то это так называемое визовое упрощение, то есть возможность ездить с визами, но в облегчённом порядке, для отдельных категорий лиц, которые приезжают на нашу территорию. Здесь процессы тоже идут. В общем и целом мы смогли вроде бы выйти на определённые договорённости, касающиеся отдельных категорий лиц, которые будут приезжать на территорию России и наоборот. Но второй трек не подменяет первый. Это, скорее, вспомогательное направление и не главная задача. Тем не менее мы продолжаем общение и на этом направлении.

Союзное государство. Строго говоря, у нас Союзное государство с нашими белорусскими соседями, с нашими белорусскими партнёрами появилось уже довольно давно. Какие-то процессы в рамках Союзного государства идут быстрее, какие-то – медленнее. Но мы проводим мероприятия: совсем недавно состоялся Высший государственный совет России–Белоруссии, который прошёл с участием всех основных должностных лиц – и российских, и белорусских. Мы продолжаем сотрудничество, это форма интеграции, которая позволяет нам решать целый ряд задач. Она не подменяет интеграцию, скажем, в Таможенном союзе и в едином экономическом пространстве, но это наш с белорусами путь развития.

Оказывает ли это какое-то влияние на визовый диалог? Я всегда исходил из того, что здесь такого прямого влияния нет. Потому что, в конце концов, мы ведём разговор с Евросоюзом от имени Российской Федерации, а не от имени Союзного государства. У нас нет на это никакого поручения со стороны белорусских коллег, ну и потом Союзное государство по вполне понятным причинам не прекращает международную правосубъектность Российской Федерации, которая будет продолжать свой визовый диалог с Евросоюзом. Белоруссия, естественно, вправе выстраивать свой диалог – это тоже нормально.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, хотела бы спросить про другого нашего ближайшего соседа – про Украину. Украина сейчас нам уже не настолько интересна как страна транзитная – у нас «Северный поток» строится, «Южный поток». Но тем не менее на повестке дня стоит вопрос участия России в газотранспортной системе Украины. Скажите, пожалуйста, интересна ли нам вообще сегодня эта тема? И какая форма участия в этом газотранспортном консорциуме была бы приемлема? И согласны ли вы с трёхсторонней формой участия, то есть с привлечением европейских партнёров?

Д.Медведев: Первое. Украина нам, безусловно, весьма интересна как партнёр. Интерес мы не потеряли ни к чему, потому что Украина – это наш ближайший сосед и близкое нам государство, с которым у нас тоже существует особое партнёрство по самым разным направлениям. Но газовая тема действительно несколько изменилась за последнее время. Надо признаться, что после ввода в строй и выхода на полную мощность «Северного потока», что произошло в прошлом году, после начала строительства «Южного потока», что также началось в прошлом году, имея в виду другие перспективы развития наших газовых отношений с Европой, наверное, сейчас эта тема не столь актуальна, как была несколько лет назад, при том что мы всё равно, естественно, готовы обсуждать с нашими украинскими партнёрами любые интегральные вопросы.

Что же касается темы консорциума, то здесь, мне кажется, сами украинцы должны понять, что им надо. Если им этот консорциум нужен двусторонний, трёхсторонний, они должны нас заинтересовать в том, чтобы мы в нём участвовали. Для нас сейчас это не то, что принято характеризовать коротким словом must. Это вовсе не то, к чему мы немедленно стремимся, но если будут интересные идеи о том, как работать, если мы почувствуем, что нас в этом смысле рассматривают как полноценных долгосрочных партнёров, мы, конечно, с нашими украинскими партнёрами этот разговор продолжим.

У меня на эту тему относительно недавно был разговор с премьером украинским и с соответствующим профильным вице-премьером. Естественно, этот разговор продолжается и на президентском уровне – не так давно Президент Янукович (В.Янукович – Президент Украины) приезжал к нам. Но ещё раз говорю: это предложение должно быть интересным. А в каком случае оно будет интересным? Только в том случае, если мы будем понимать, что наши интересы, в данном случае интересы «Газпрома» и интересы государства в целом, гарантированы. А когда они могут быть гарантированы? Когда мы не попадём в ситуацию, при которой нас при определённых событиях просто выставят из этого консорциума или признают его несоответствующим тем или иным, например, европейским правилам, или, условно, договору, который оформляет отношения с энергетической хартией. Так вот, поэтому альянс между Россией и Украиной в этом случае может быть только при условии выхода Украины из целого ряда соответствующих институтов, включая договор о присоединении к Энергетическому союзу, если, ещё раз подчёркиваю, это Украине интересно. Не интересно, пожалуйста, значит, мы будем развиваться своим путём, а Украина может оставаться в любых международных соглашениях, это её суверенное право. Но если мы о чём-то договариваемся, мы должны обеспечить свои интересы. Переговоры на эту тему продолжаются, наши украинские коллеги нам периодически посылают сигналы, но дальше этих сигналов пока процесс не идёт. Поживём – увидим.

Вопрос: В отношении Кипра. Готова ли Россия оказывать ещё дополнительную помощь Кипру, может быть, через Газпромбанк или другие российские банки? И чего Россия будет ожидать взамен? Может быть, офшорные операции с природным газом на Кипре?

Д.Медведев: Кипр – это член Европейского союза, государство–участник Европейского союза, и Европейский союз формулирует свои предложения. Другое дело, как я уже сказал, их нужно формулировать аккуратно, а то мы действительно можем стать свидетелями нового этапа международного финансового кризиса. Мы изначально договаривались с нашими европейскими партнёрами следующим образом: они предлагают меры по восстановлению платёжеспособности Кипра (а ситуация там очень тяжёлая, не просто тяжёлая, а крайне тяжёлая), мы рассматриваем пакет предложений наших европейских коллег и после этого будем, естественно, думать о том, должны ли мы здесь что-то делать или нет. Я напомню, что ещё по моему указанию несколько лет назад мы выдали Кипру кредит в 2,5 млрд долларов, так что мы так или иначе участвуем в поддержке штанов, что называется, то есть в поддержании ликвидности и платёжеспособности Республики Кипр. Но мы не отказываемся обсуждать этот вопрос. В какой форме это может быть сделано? Сегодня наши партнёры приехали и привезли целый набор предложений, действительно включая некоторый набор материальных активов, который, они считают, можно было бы рассмотреть для приобретения Российской Федерацией. Но последовательность именно такая: предложения Евросоюза, причём желательно, чтобы они всё-таки как-то сообразовывались с нормами цивилизованного общежития и общепризнанными нормами международного права и внутреннего законодательства, конституций соответствующих государств, гражданских кодексов государств Евросоюза, в которых гарантируется неприкосновенность собственности, – а после этого мы, естественно, свои предложения сделаем. Но пока ничего сверхнового мы не услышали.

Вы упомянули месторождения, включая газовые месторождения. Это непростой вопрос. Во-первых, я не очень понимаю их стоимость, и, во-вторых, мы знаем, там есть свои проблемы, существующие с Турцией. Поэтому, ещё раз говорю, это очень непростой вопрос для обсуждения. Но естественно, мы готовы выслушать любые идеи, которые исходят от киприотов, мы будем стараться понять и их аргументацию.

Ситуация очень сложная, потому что… отвечая на первый вопрос, я об этом не сказал, но совершенно очевидно, что какое бы решение ни было принято – изымать часть вкладов, что, на мой взгляд, выглядит, как грабёж, или не изымать часть вкладов – деньги с Кипра побегут, и их банковская система будет ослаблена. Ещё раз говорю: если в этом цель решения Евросоюза, то тогда это очень странное решение. Очень странное решение. В любом случае негативные последствия уже будут точно. Сейчас, мне кажется, задача состоит в том, чтобы их минимизировать и для Кипра, и для всей международной финансовой системы. Мы так её пытались выстраивать последние годы, возрождали доверие внутри финансовой системы. Я помню эти бесконечные разговоры на «двадцатке» и на «восьмёрке»: «Что главное?» – «Доверие! Надо восстановить доверие, надо восстановить доверие…» Ну вот и восстановили. Разрушить всё это очень легко, а восстанавливать придётся потом годами.

Вопрос: В том, что касается военно-морской базы на Кипре, Вы принимали во внимание этот аспект?

Д.Медведев: Мы готовы рассматривать разные варианты, но мне бы хотелось, чтобы у нас здесь тоже было понимание – и с вашей стороны, и со стороны ваших читателей, и со стороны вообще всех, кто этим интересуется: проблема Кипра должна решаться самим Кипром – это первое. Проблема Кипра должна решаться Европейским союзом, коль скоро Кипр входит в Европейский союз. И только в третью очередь в проблеме Кипра могут участвовать другие государства, которые по разным причинам имеют там свой набор интересов. Ну а так-то можно всё, что угодно, обсуждать.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, Вы неоднократно говорили о том, что верите в перспективы евро, что не надо пересматривать долю евро в ваших резервах. Тем не менее прецедент Кипра – не повод ли задуматься ещё раз?

Д.Медведев: Знаете, мне бы хотелось сказать столь же оптимистично, но я вынужден сказать, что это повод задуматься. Ну, если это можно на Кипре, то почему это нельзя в Испании, в Италии, в некоторых других странах, где есть проблемы с финансами? Завтра там начнут вклады конфисковывать. Это повод задуматься. Это пока ничего не изменило, я действительно неоднократно говорил: у нас 41 или 42 % в запасах номинировано в евро – это большие деньги, но для нас, как и для любой страны, важна предсказуемость, а то предложение, которое было сделано, не просто непредсказуемое, оно – свидетельство некоторой неадекватности. Дальше я в это погружаться не буду, я лучше всё это скажу моему старому приятелю Жозе Мануэлу Баррозу, которого увижу завтра с утра.

Вопрос: Считаете ли Вы, что Россию шантажируют теми мероприятиями, которые собирается проводить Кипр и теми мерами, которые предполагает ЕС? Какой может быть выход из этой ситуации?

Д.Медведев: Думаю, что слухи о вкладах, которые носят специфический характер и свидетельствуют о серых схемах вывода денег из России, их объёмы всё-таки не столь значительны, как об этом принято говорить, потому что огромное количество наших публичных компаний имеют счета и в наших банках, и не в наших банках – это просто удобно в силу понятных причин. Потому что это всегда была достаточно удобная для работы юрисдикция, для совершения стандартных операций, включая приобретение акций, обслуживание текущей финансовой деятельности, обслуживание текущей хозяйственной деятельности. Поэтому это вопрос, который подлежит уточнению. Но я могу сказать точно: для нас, для Российского государства, крайне важно было бы, чтобы они предъявили нам всю эту информацию для того, чтобы те, кто выводил деньги из нашей экономики, как минимум получили бы надлежащую оценку со стороны государства и понесли бы ответственность. И, может быть, деньги эти вернулись бы. Поэтому в целом вся эта кампания в конечном счёте может пойти и на пользу нам, потому что какие-то деньги вернутся. Но я ещё раз подчёркиваю: я сейчас не говорю о капиталах, переправленных незаконным путём. Пусть с ними разбираются, устанавливают бенефициаров, разыскивают их – мы только за, мы не просто так начали говорить о необходимости деофшоризации международной жизни.

Кстати, apropos, надо посмотреть на Кипр, но надо посмотреть и на другие места, вообще-то специальных юрисдикций в мире много. Надо понять: BVI (Британские Виргинские острова), например, лучше Кипра или хуже, или Багамы, или ещё что-то? Не должно быть здесь двойных стандартов. А то нам самим когда-нибудь придётся принять решение о том, чтобы создать специальную офшорную зону, и тогда в эту зону с удовольствием поедут различные капиталы. Это я пока просто рассуждаю вслух по поводу офшоров, но тем не менее…

Поэтому, если говорить о том, чтобы эта ситуация стала более прозрачной, – мы всецело за, но главное, чтобы не было нарушено нормальное существование финансовой системы, потому что у нас большое количество открытых публичных структур работает через Кипр. У них сейчас там заблокированы деньги по непонятным причинам, потому что источник этих денег очевиден, эти деньги везде предъявлены, это и государственные структуры. Именно поэтому мы вынуждены занимать такую достаточно твёрдую позицию в отношении событий вокруг Кипра и урегулирования задолженности Республики Кипр.

Может, ещё о чём-то поговорим? Или будем только про Кипр?

Вопрос: Последнее, в том, что касается этого вопроса. Он, может быть, звучал немножко провокационно, но для немецкой общественности… Почему немецкие налогоплательщики должны спасать российские активы и счета на Кипре?

Д.Медведев: Дело вот в чём. Мне кажется, вопрос нельзя ставить таким образом, почему вы должны за кого-то платить. Вопрос должен стоять по-другому: мы вообще правила-то соблюдаем или нет? Мы для чего создавали правила банковской деятельности и международные конвенции? Для чего мы участвуем в Международном валютном фонде? И для чего мы встречаемся и обсуждаем основы развития международной финансовой системы? Мне кажется, для того чтобы она была понятной, прозрачной и цивилизованной. Считать, что это платёж за каких-то русских держателей депозитов столь же оправданно, как считать, что это платёж за британских держателей депозита, там их тоже очень много. Количество? Ну, надо уточнить. Поэтому мне кажется, что это досужие разговоры, к сожалению, идущие от эмоций, а не от понимания реальной проблемы, а она именно в том заключается, что сломать финансовое равновесие легко, а восстанавливать его будет крайне сложно. И вот об этом, мне кажется, должны помнить все – и те, кто принимает решения в государствах Европейского союза, и отдельные налогоплательщики, живущие в странах Евросоюза.

Вопрос: Я хотел бы спросить про взгляд России на третий энергетический пакет – это важная проблема, по-моему, Россия не соглашается с ним. По Вашему мнению, почему европейцы должны от него отказаться? По крайней мере уже сейчас третий пакет предоставляет возможность, например, Польше покупать газ в Германии дешевле, чем у «Газпрома», и даже Украина теоретически может использовать возможности европейских газовых хабов. Почему Россия не хочет приспособиться к третьему пакету в торговле газом?

Д.Медведев: Мы не против того, чтобы приспособиться. Более того, мы не против самого третьего энергопакета. Мы понимаем, что это суверенное право Евросоюза – регулировать поставки газа на свои территории. Но мы против отдельных положений энергопакета, которые, на наш взгляд, ущемляют наши интересы, что естественно, и которые, кстати, противоречат некоторым базовым документам, включая базовое соглашение между Россией и Евросоюзом, и некоторые двусторонние соглашения тоже затрагиваются.

Вот мы говорим о третьем энергопакете именно как о способе решить какие-то задачи. Если это так, то, как нам представляется, мы не пытаемся влезать в юрисдикцию Евросоюза, но какие-то вещи нам казалось бы правильным просто обсудить с нами, потому что мы достаточно всё-таки важный поставщик энергоресурсов в Европу, мы поставляем до трети газа и нефти. Но мы не эксклюзивный партнёр, конечно, потому что у Европы, у всех государств Евросоюза есть возможность приобретать оставшиеся 70% в других местах. Поэтому у нас нет монополии, хотя мы и весомые участники европейского энергорынка. Именно поэтому я неоднократно говорил своим коллегам во время встреч на саммитах Россия – Евросоюз, во время встреч Правительства Российской Федерации с Евросоюзом, что мы просто хотим, чтобы вы нас услышали. Мы не против того, чтобы в ряде случаев в результате применения этого энергопакета отдельные государства получали дешевле газ – да пожалуйста! Конечно, мы заинтересованы в том, чтобы наш газ сто?ил столько, сколько мы считаем, он сто?ит исходя из существующих правил. Но если возникают какие-то схемы, которые позволяют минимизировать затраты – пожалуйста! Мы тоже следим за трендами, которые существуют на энергорынке, за новыми идеями, поэтому мы не можем требовать от Евросоюза отказа от третьего энергопакета, но мы всё-таки обращаемся с настоятельной рекомендацией к нашим партнёрам обратить внимание на наши аргументы. Потому что если некоторые позиции мы подправим, включая, допустим, поставки по территории стран Евросоюза, включая возможности участия наших компаний и создание холдингов, вертикально интегрированных компаний так называемых, причём не в ущерб интересам отдельных потребителей, – нам кажется, это будет гораздо справедливее и это снимет наши опасения в смысле долгосрочного сотрудничества. А мы-то заинтересованы в долгосрочном сотрудничестве с Евросоюзом, сотрудничестве, которое рассчитано на десятилетия.

Мы же понимаем с вами, что, конечно, можно сколько угодно ругать углеводороды и с точки зрения экологии, и с точки зрения того, что это не самый современный вид энергии. Но что есть ещё? Атомная энергия не во всех странах используется, хотя мы за. Водородное топливо – дай бог нам дожить до того времени, когда мы увидим первую станцию, работающую на водородном топливе. Альтернативы-то нет пока на ближайшие 30–50 лет, так давайте тогда просто вести себя взаимовежливо.

Вопрос: Каков будет ваш аргумент, если эти вопросы будут затронуты уже в контексте ВТО?

Д.Медведев: Я вас не очень понимаю. Имеется в виду наше участие в ВТО? Что вы имели в виду?

Вопрос: Вы, как мне показалось, сказали, что Европейский союз пытается либерализировать рынок, и вы пытаетесь использовать международные принципы закона, для того чтобы обеспечить соблюдение ваших интересов в рамках ВТО. Можете ли Вы ответить на этот вопрос?

Д.Медведев: Нет никаких противоречий между нашим присоединением к ВТО и попытками либерализовать торговые режимы, бороться, например, с протекционизмом, с перекосами во взаимной торговле. Потому что есть всё-таки особенности рынка, в том числе, например, особенности газового рынка, которые невозможно не учитывать. Мы не можем применять, допустим, универсальные схемы ко всем энергетическим форматам сотрудничества. Если вернуться к газу, существуют одни правила торговли трубным газом. Нас всё время упрекают (у «Газпрома», например, возник этот спор) по поводу того, как определяется формула цены на газ. Вообще-то эту формулу создали много лет назад голландцы, и она на протяжении 30 лет не вызывала ни у кого никаких сомнений, а сейчас говорят, что это «Газпром» всё изобрел, это тайное оружие русских, для того чтобы последние соки вытягивать из бедных европейцев. Всегда работали по этой формуле все страны.

Совершенно другие правила торговли, допустим, LNG (сжиженный природный газ), там свой рынок, он тоже развивается. На очереди, видимо, формулирование каких-то подходов к сланцевому газу. Мы пока не видим там особых перспектив для нас, но тем не менее какие-то, видимо, правила будут возникать, тем более что этот продукт весьма сложный. Он, с одной стороны, помогает отдельным государствам, с другой стороны, там есть свои экологические проблемы, поэтому единой модели быть не может.

Вопрос: Ожидаете ли Вы каких-то революционных изменений в газовом секторе? Вы не боитесь, что эти изменения, в частности сланцевый газ, несут определённую угрозу для российского рынка и российских интересов?

Д.Медведев: Технология извлечения сланцевого газа методом гидроразрыва – что-то подобное нужно было придумать, для того чтобы сама Россия думала о том, что будет дальше. Поэтому считать, что это вселенская катастрофа, после которой у России закончатся деньги от экспорта, я считаю неправильным и потому, что мы сами должны работать над улучшением структуры нашего экспорта и думать не только о поставках углеводородов (но это уже наша проблема, мы должны просто экономику менять), и потому, что пока сланцевый газ – это довольно сложная, спорная тема. Мы не знаем, что в конце концов получится. Что бы там ни говорили, но пока всё-таки цена его добычи весьма высока и несопоставима с добычей газа из месторождений. Но я допускаю, что технологии будут меняться, главное – чтобы в результате этих технологий мы не испортили матушку-природу, потому что всё-таки риски, которые существуют, весьма высоки. Все, кто хоть немножко погружался в эту технологию добычи путём вот этого гидроразрыва так называемого, понимают, что в какой-то момент это может просто создать ситуацию, когда будет отравлена экология на большой территории. Дай бог, чтобы мы этого избегли, конечно, – все страны, которые этим занимаются, и американцы, например, те же самые. Просто очевидно, что эта технология гораздо сложнее и опаснее, чем что-то другое, и нужно думать о том, чтобы она не нанесла вреда природе.

Точно так же, как мы обязаны совершенствовать, например, ядерные технологии применительно к развитию атомной энергетики. Случай с «Фукусимой» показал, что вроде мы всем этим управляем (я имею в виду мировое сообщество), но отдельные технологические решения недостаточны, и все начали шевелиться, все начали проверять свои атомные станции. Я считаю, что это, несмотря на трагизм самой аварии, в целом имело положительное, оздоравливающее значение для атомной энергетики в мире.

Вопрос: Сравнивая АЭС и технологии извлечения сланцевого газа, – разные ли последствия могут быть от применения таких технологий?

Д.Медведев: Я не считаю себя специалистом по технологиям газодобычи, хотя восемь лет был председателем совета директоров «Газпрома». Я лишь говорю, что это всё равно езда в неведомое. Мы уже много-много лет добываем газ из месторождений таких, а сланцевый газ – это всё-таки нечто новое, и там довольно сложные методы. Я не хочу сказать, что это столь же опасно, например, может быть, как авария на атомной станции. Но это тем не менее достаточно сложная технология. И нам нужно просто всем разобраться, что она несёт. Чтобы вы понимали: это не ради того, чтобы сказать, что Россия против этого. Значит, вот только трубный газ, который мы добываем, – это и есть путь к счастью, а всё остальное вредит нашим экономическим интересам, поэтому мы будем этому сопротивляться. Нет, конечно, прогресс не остановить.

Вопрос: Если будет резкое падение цен на нефть и газ, справится ли ваша экономика с такой ситуацией? Вот первый вопрос, который я хотел бы задать.

Д.Медведев: Конечно, мы не заинтересованы в том, чтобы это было rapidly, чтобы это было лавинообразно, потому что любые экстремально низкие и экстремально высокие цены на энергоносители одинаково плохи для мировой экономики и для нашей экономики. Потому что, когда они низкие, понятно, нет развития, когда они высокие – то же самое в конечном счёте происходит. Мы считаем, что нынешняя ситуация с ценами плюс-минус отражает баланс, сформировавшийся на рынке, и способна обслужить развитие мировой экономики в целом и помогает нам в целом тоже справляться с этими задачами. Но, конечно, быстрое снижение цен для нашей экономики весьма и весьма проблематично. Это показал опыт 2008 года и обнажил слабые стороны нашей экономики, о чём мы должны откровенно говорить, собственно, все это понимают. Но не только нашей – вообще экономик, которые зависят от поставок сырья, они, конечно, сильно пострадали. Экспортоориентированные экономики – с ними происходили проблемы, поэтому мы должны менять структуру экспорта и мы должны заниматься внутренним спросом, с тем чтобы международные события не в такой всё-таки степени отражались на наших интересах.

Вопрос: Хотел бы немного отойти от таких сложных технических дискуссий и перейти к политическим вопросам. Европейский союз и Россия планируют осуществить ряд проектов, у которых нет окончательного срока реализации. Это переговоры о новом базовом соглашении между Россией и государствами–членами Европейского союза. Какова причина отсрочки реализации этих проектов? Видите ли Вы какую-нибудь возможность выхода из такого тупика?

Д.Медведев: Мне нравится идея партнёрства для модернизации и по сути, и потому, что я в какой-то момент вместе с господином Баррозу эту идею озвучил. Я напомню: она возникла, по-моему, в 2009 году, когда был саммит «Россия–Евросоюз» в Стокгольме, а потом через некоторое время она была формализована, и мы заключили довольно большое количество соглашений и меморандумов с европейскими странами о партнёрстве для модернизации. Считаю ли я, что это партнёрство не состоялось? Нет, конечно, не считаю, потому что мы работаем и работаем довольно активно. Но я напомню, что у нас три направления, собственно, работы.

Первое направление – это участие в технологической модернизации по разным направлениям: связь, космос, промышленность, в общем всё, что интересно нам, и всё, что может быть интересно нашим партнёрам, энергоэффективность, кстати, та же самая, где у европейцев очень хороший опыт и где у нас есть большие проблемы.

Второе направление – это партнёрство в различных социальных проектах, что мне кажется тоже вполне разумным и интересным, когда речь идёт особенно о крупных гуманитарных проектах.

Ну и, наконец, третье направление партнёрства – это партнёрство профессиональных сообществ, это партнёрство тех, кто работает в университетах, специалистов, то есть это межчеловеческие, скажем, связи. Здесь тоже в общем и целом я считаю, что у нас есть неплохие достижения: за последние годы бóльшее количество наших студентов и преподавателей стало выезжать, для того чтобы учиться в европейских университетах. Что для нас очень важно – гораздо большее количество европейской профессуры стало приезжать в Российскую Федерацию именно потому, что мы начали выделять на это деньги, выдавать гранты, для того чтобы приезжали учёные и преподаватели и преподавали у нас.

Так что, мне кажется, что в целом эта идея состоялась, но она, конечно, не идеальна, эта ситуация. В ряде случаев, может быть, и наши партнёры чем-то недовольны, и нам кажется, что нет развития. Но я в любом случае буду стараться и завтра эту тему обсуждать. Мне кажется, что это тот позитив, скажем прямо, который мы наработали за последние несколько лет, от него отказываться нельзя.

Вопрос: От вопросов Кипра, энергоэффективности, визовых вопросов… Думаете ли Вы, что можно было выработать более гладкую, линейную процедуру принятия решений во взаимодействии между Россией и Европейским союзом?

Д.Медведев: Я начал наш разговор с такой, наверное, резкой критики в адрес некоторых решений, но я, конечно, прекрасно понимаю, насколько трудно нашим европейским партнёрам сформировать единую позицию. Я неоднократно на эту тему говорил с коллегами – и с господином Ван Ромпеем, и с господином Баррозу, и с другими еврокомиссарами, и с лидерами государств, конечно, входящих в Евросоюз. 27, да, у васгосударств? Это реально очень сложный процесс – достичь каких-то решений, особенно если они касаются таких щепетильных моментов, как, например, экономическая ситуация, финансовая ситуация или безработица. Об этом думает любой руководитель любой европейской страны. Поэтому мы не недооцениваем тех сложностей, с которыми сталкивается Евросоюз. Мы желаем Евросоюзу находить адекватные, мудрые и быстрые решения всех вопросов. Мы в этом кровно заинтересованы: у нас колоссальный товарооборот с Евросоюзом. Евросоюз – наш главный партнёр, мы живём в одном европейском доме, у нас в целом одна европейская идентичность, поэтому для нас очень важно, чтобы Евросоюз быстро справлялся со своими трудностями. Как, наверное, надеюсь, и для Евросоюза важно, чтобы Россия не завязла в каких-нибудь проблемах, потому что это в конечном счёте будет мешать развитию российско-европейской интеграции, нашим отношениям.

Мы периодически, если говорить о коммуникациях, по телефону созваниваемся, говорим с нашими партнёрами. Каждую неделю практически это происходит – с отдельными еврокомиссарами, с руководством Евросоюза, Еврокомиссии. У нас много саммитов, может быть, даже иногда кажется, что слишком много, но, с другой стороны, нам это позволяет решать задачи. Недавно был саммит руководства Евросоюза на уровне Президента, главы Европейской комиссии и Президента Российской Федерации. Сейчас у нас межправительственный саммит, где участвуют Комиссия и Правительство Российской Федерации. Всё это происходит в границах двух-трёх месяцев. В июне у нас будет новый саммит Россия – Евросоюз, то есть мы каждые три месяца встречаемся. Это часто, главное – чтобы это было продуктивно.

Вопрос: Возвращаясь к конфликтным ситуациям: присоединение к ВТО, налог на утилизацию автомобилей, завышение тарифов... Как Вы реагируете на угрозы, которые поступают со стороны Европейского союза в ряде случаев?

Д.Медведев: Мы внимательно реагируем на все вопросы, которые поступают со стороны Европейского союза. Мы же партнёры, а не непримиримые конкуренты. Конечно, мы будем обсуждать все вопросы, которые ставят наши европейские коллеги, и на этой встрече глав правительств, которая будет, включая те, которые вы назвали, – и тарифные вопросы, если они волнуют наших коллег, наших друзей, и вопросы так называемого утилизационного сбора, который мы, естественно, не рассматриваем как меру по борьбе с конкурентами, а считаем что это всё-таки решение вынужденное, связанное с необходимостью улучшить общую экологическую ситуацию. Но мы слышим и ваши аргументы и, конечно, будем принимать решения под влиянием разных факторов, включая, естественно, и перспективы нашей работы, нашего сотрудничества с Евросоюзом и наших обязательств в рамках Всемирной торговой организации, которые мы на себя приняли. По этим вопросам сейчас формулируется наш подход, и мы его в ближайшее время тоже предъявим.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, я хотела задать ещё вопрос по Украине. Вы сказали, что формула «три плюс один» для вас неприемлема. Поле этого премьер Азаров сказал, что Украина думает над статусом наблюдателя с правом совещательного голоса. Такой вариант участия Украины в деятельности Таможенного союза приемлем ли? И насколько справедливы слова Азарова о том, что при таком статусе Украина сможет влиять на решения внутри Таможенного союза?

Д.Медведев: Ответ простой. Мы, конечно, рады будем видеть Украину. И сейчас мы формируем как раз подходы к членству в Таможенном союзе и в Евразийском экономическом союзе, там будет полноценное членство и статус наблюдателя, скорее всего, так, как это и в других международных интеграционных объединениях.

По поводу того, может ли наблюдатель влиять на какие-то процессы, –конечно, нет. Он же наблюдатель. Мы будем очень уважительно относиться к его позиции, естественно, её анализировать, но наблюдатель не участвует в голосовании, и у наблюдателя нет никаких специфических прав, которые есть у участников Евразийского экономического союза или же, например, участников Европейского союза. Там тоже есть всякие различные институты – ассоциированные, неассоциированные, – но в голосовании эти институты не принимают участия, и в конечном счёте влияние их на ключевые, судьбоносные решения крайне незначительно. Поэтому каждая страна для себя должна понять, что ей важно, потому что обычно статус наблюдателя проистекает из двух соображений: либо просто, что называется, нюхать воздух и понимать, что происходит. В этом нет ничего обидного, но тогда и никаких преимуществ не будет. А второе – это, конечно, просто первая стадия присоединения к какому-то интеграционному объединению. Но если это в таком ключе рассматривается – то пожалуйста. Но тогда мы должны ещё раз нашим украинским друзьям сказать, что, до тех пор, пока они не присоединятся целиком, – не по формуле «три плюс один», а целиком – на них не будут распространяться все возможности и привилегии Таможенного союза. Они для нас будут посторонней стороной.

Вопрос: Президент Путин заявил об увеличении расходов на военный сектор экономики с целью модернизировать экономику России. Каковы же угрозы, с которыми, возможно, впоследствии вы будете бороться, нарастив военную мощь?

Д.Медведев: Хотел бы отвести это от Президента Путина, потому что решение о наращивании военного сектора ещё я принимал как Президент. Это правда. Я наращивал всё это, так что основной милитарист – я, и я спорил с некоторыми членами Правительства по этому поводу, они выражали своё несогласие. Одного из них мне даже пришлось в какой-то момент отправить в отставку, потому что он сказал, что не согласен с некоторыми расходами. Но, если говорить прямо и просто, мы же понимаем, что такое военный сектор в любой стране, а тем более в такой стране, как Российская Федерация, которая является огромной страной, ядерной державой. Это не просто повод нарастить какие-то мускулы военные, а это, по сути, шаг к модернизации самой экономики. Я сегодня выступал на мероприятии, посвящённом развитию нашего оборонно-промышленного комплекса. Во всём мире – в России, в Соединённых Штатах Америки, в Великобритании, да где угодно – так называемая оборонка, оборонно-промышленный комплекс всегда подталкивал развитие самых современных технологий. У нас с вами есть реактивные самолёты, космическая связь и всеми горячо любимый интернет только потому, что когда-то это придумали военные для своих военных целей, но потом это оказалось очень полезным для всей экономики. Поэтому, развивая оборонно-промышленный комплекс, мы, конечно, развиваем экономику в целом. Плюс, если говорить прямо, у нас были очень тяжёлые 1990-е годы, мы просто отстали, у нас старое вооружение, нам нужно его поменять. Мы же нормальная большая страна, поэтому сейчас стоит задача – поменять вооружение к 2020 году на 70%, мы должны это сделать. Все это проводят, и мы это делаем. Мы этого не делали в 1990-е годы, сейчас нужно восполнить этот пробел.

Поэтому я здесь не вижу никакого противоречия с модернизацией экономики. Другое дело, что здесь не должно быть перекосов и необходимо обязательно направлять деньги и в другие сектора. Но здесь на что я хотел бы обратить внимание: во всём мире всё-таки оборонно-промышленный сектор так или иначе связан с государством. В Соединённых Штатах он связан меньше, хотя тоже связан, в других странах – больше. Поэтому государство всегда бóльшее количество денег из национального бюджета направляет по статье «национальная оборона» и по статье, связанной с перевооружением, скажем так, а значительная часть других экономических проектов идёт за счёт частного партнёрства, за счёт частных инвестиций. Поэтому мне кажется, что мы никакой баланс пока не сломали.

И самое последнее: очень важно, чтобы эти деньги расходовались эффективно. И это задача государства, это задача контрольных структур, задача Правительства – следить за тем, чтобы эти деньги шли на реальные программы, чтобы они расходовались в соответствии с теми установками, которые мы сами себе поставили.

Вопрос: Я хотел бы спросить, господин Премьер-министр, об одном российском регионе, очень специфическом – это Калининградская область. Он со всех сторон, кроме моря, окружён Европейским союзом. Европейский союз, конечно, очень заинтересован, чтобы этот регион развивался динамично. Скажите, пожалуйста, про энергетику. Правда ли, что с вашими коллегами в Евросоюзе обсуждается возможная интеграция энергетической системы Калининграда, линий передач? Возможна интеграция в систему ENTSO-E, то есть европейскую?

Д.Медведев: Мне кажется, что, если бы мы дошли до такой степени интегрированности наших энергетических систем и экономик, это было бы очень хорошо для России, для Европейских стран, потому что проблема энергодефицитов, она есть, она есть у нас в отдельных территориях, она есть в некоторых европейских территориях. И в принципе мы готовы обсуждать с нашими европейскими партнёрами и вопросы ликвидации локальных энергодефицитов, включая поставку нашей электроэнергии в европейские страны. Мне кажется, это было бы неплохо.

Вопрос: И отношения России и ЕС. Есть одна тема, которая связана со многими противоречиями – это права человека, демократия. Есть ли дефицит прав человека и демократического управления в России? Если да, то как его решать?

Д.Медведев: На этот вопрос очень трудно отвечать коротко, но я попробую более или менее коротко ответить. Упрёки мы самые разные слышим. Какие-то упрёки, на мой взгляд, абсолютно несправедливы и даже обидны для нашей страны, какие-то упрёки, наверное, частично справедливы – мы же не идеальны, мы где-то ошибаемся, когда принимаем те или иные решения, и вынуждены потом их корректировать.

Вопрос в фундаментальных моментах. Мы исходим из того, что с точки зрения наших подходов к развитию политической системы – защита прав и свобод человека, основных конституционных свобод – мы ничем не отличаемся от европейских стран. Мы не видим для себя никакого отдельного, специального пути демократии, которая основана на каких-то особых подходах России. Мы считаем, что демократия – это в целом вполне универсальная вещь. Но демократия и конституционный порядок, политическая система – это тоже правда – в каждой стране носят национальный характер. Даже в странах, которые имеют общую историю, совместную, совмещённую историю, переживали разные периоды, всё равно есть специфика в конституционном устройстве, в форме правления (будь то президентская республика или парламентская республика), в политической системе – имею в виду наличие тех или иных политических партий, специфику их образования, их участия в политической жизни и так далее. Нюансы есть у всех.

С чем связаны, может быть, наши нюансы? Всё-таки что бы там ни говорили, но Россия прожила очень трудный ХХ век. Да, некоторые государства, допустим, восточноевропейские, тоже очень трудный век прожили, да и вообще весь мир, конечно, прожил непростое столетие. Но всё-таки степень их интегрированности, скажем, в такие тоталитарные схемы управления, была существенно меньшей, чем в Российской Федерации. И весь советский период, что там скрывать, у нас не было никакой демократии, а это много лет. А если ещё обратить свой взор на дореволюционную жизнь, там тоже по понятным причинам был абсолютизм и никакой демократии не было. Была революция, была борьба за современное политическое устройство, но никакой демократии не было.

Это означает только одно – мы делаем только самые первые шаги, развивая свою политическую систему, развивая институты демократии в нашей стране, и нас нельзя судить по гамбургскому счёту, с самых высоких позиций. Давайте так: если, например, пройдёт 100 лет и будут какие-то проблемы, значит, тогда, наверное, что-то не так происходило эти годы. Но я всегда об этом говорил и сейчас говорю: нашим демократическим институтам всего по 20 лет. При понимании того, что до этого даже традиций многих не было. И в этом специфика Российского государства. И это нельзя не учитывать.

В этом плане я хотел бы, чтобы мои европейские коллеги, друзья и партнёры эти аргументы тоже от нас слышали. Но мы, кстати, никогда не закрываемся от конструктивной критики. На что-то способны и спокойно реагировать. Я всегда слышал и слышу то, что мне говорят партнёры по Евросоюзу. Например, судебная система – очевидно, что нам ещё многое надо выстроить в судебной системе, и в этом плане то, как работают судебные структуры в европейских странах, для нас очень интересный опыт. Нечего стесняться: некоторые традиции и подходы, правовые и политические традиции нужно воспринимать.

Вопрос: Технический вопрос. Есть российский гражданин Жерар Депардье, и я хотел узнать Ваше отношение к нему.

Д.Медведев: Мне, как телезрителю, он казался очень талантливым актёром. Мне кажется, что он таким и остаётся, с каждым годом становится всё более и более колоритным, если взять его внешний облик. Что же касается его решения, ну это его решение было. Мне кажется, что оно было, конечно, с одной стороны, эмоциональным, с другой стороны, наверное, продуманным. Он взрослый человек и состоявшийся актёр - если он его принял, значит, на то были какие-то резоны. В любом случае в том решении, которое принимала российская сторона, в данном случае это Президент у нас предоставляет гражданство, нет никакого специального политического умысла. Ну обратился известный человек к нам, я думаю, в этой ситуации нам было трудно ему отказать. Я надеюсь, что у него будет насыщенная жизнь в различных местах и территориях Российской Федерации.

Я единственное, что бы сказал, но это уже не к Депардье относится, конечно, у него всё нормально, я бы всё-таки рекомендовал некоторым нашим губернаторам аккуратнее дарить квартиры, потому что у нас большая очередь на жильё, люди далеко не всегда могут воспользоваться ипотекой, и когда не самые бедные люди получают в дар квартиру, это, конечно, вызывает социальное напряжение, хотя я понимаю желание сделать приятное известному человеку.

Вопрос: Дмитрий Анатольевич, сегодня Президент внёс кандидатуру Набиуллинойна пост главы Центробанка. Вы уже сказали, что рассчитываете на тесное сотрудничество в случае её избрания на этот пост, а каких-то изменений в политике Центробанка Вы ждёте?

Д.Медведев: Вы знаете, мы действительно с Президентом консультировались по поводу оптимальной фигуры, которая могла бы сменить господина Игнатьева (С.Игнатьев – председатель Центрального банка России). Он опытный человек, но уже по закону не может претендовать на эту должность. И вот результат этих консультаций. Мне кажется, это хорошая, абсолютно правильная кандидатура, потому что Эльвира Набиуллина – опытный человек. Она была министром, она работала и работает помощником Президента по экономике. И у неё хороший опыт, что мне кажется важным.

Знаете, председатель Центрального банка – кстати, теперь возвращаюсь к теме Кипра – это человек, который должен не только понимать, как выглядят нормативы резервирования или в чём состоят второй и третий базельский пакет, а это человек, который должен иметь широкое макроэкономическое мышление, чтобы его решения не привели к разбалансировке ситуации.

Что же касается общих подходов, – я говорил с Эльвирой Сахипзадовной, с Сергеем Михайловичем Игнатьевым – конечно, базовые подходы не должны меняться. Хотя бы потому, что мы за последние годы прошли очень-очень серьёзный путь. В целом наша финансовая система в последние годы, во всяком случае пока Банк возглавлял Игнатьев, продемонстрировала свою устойчивость. Даже в период глобального финансового кризиса нам удалось достаточно быстро привести её в нормальное чувство, и в этом заслуга Сергея Михайловича Игнатьева и, наверное, тех людей, которые имели отношение к принятию этих решений. Зачем же отказываться от проверенных подходов?

Вопрос: Могли бы Вы сказать с точки зрения юриста, а не Премьер-министра, я имею в виду вопрос, связанный с рухнувшим самолётом под Смоленском…

Д.Медведев: Вы знаете, мне всё-таки представляется, что несмотря на трудности межгосударственного диалога между Россией и Польшей, несмотря на сложные страницы истории и трагические события совсем недавнего времени, включая гибель Президента Качиньского и большого количества польских должностных лиц, нам удалось, если хотите, создать некую новую рамку отношений. Мне на самом деле отчасти приятно, что я к этому причастен. И тот визит, который был у меня, и другие встречи с руководителями Польши позволили откровенно и по-новому взглянуть на многие проблемы. Да, мы не обо всём договорились, но у нас в целом развивается экономическое сотрудничество, у нас идёт политический диалог, в общем и целом всё абсолютно нормально. И если мы и дальше так себя будем вести, то мы, мне кажется, можем в какой-то момент констатировать, что былые проблемы в наших отношениях исчезли и у нас всё нормально. Во всяком случае мы на это очень рассчитываем – и Правительство Российской Федерации, как, конечно, и Президент, который у нас по Конституции определяет международную политику, будут для этого всё делать.

Россия. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 21 марта 2013 > № 870786 Дмитрий Медведев


Россия. ЦФО > Миграция, виза, туризм > premier.gov.ru, 19 марта 2013 > № 870782 Дмитрий Медведев

Дмитрий Медведев посетил VIII Международную туристскую выставку «Интурмаркет–2013» в Красногорске

В ходе осмотра выставки глава Правительства познакомился, в частности, с информационными технологиями продвижения туризма. Премьеру продемонстрировали на планшетах навигационные туристические маршруты, а также показали туристическую карту стоимостью 2,4 тыс. рублей, которая дает возможность в течение трёх дней посещать любые музеи столицы по одному разу.

В павильоне Алтайского края премьеру рассказали о природно-археологическом парке «Денисова пещера», где были найдены останки древнего человека, а также продемонстрировали колесо, которому 200 лет, и другие необычные экспонаты. Кроме того, главе Правительства был представлен макет горнолыжного курорта в Алтайском крае, который сможет принять первых посетителей через три года.

Помимо этого Дмитрий Медведев осмотрел стенды Ульяновской области, Адыгеи, Новочеркасска и Москвы.

Россия. ЦФО > Миграция, виза, туризм > premier.gov.ru, 19 марта 2013 > № 870782 Дмитрий Медведев


Куба. Россия. ЛатАмерика > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 23 февраля 2013 > № 870783 Дмитрий Медведев

Интервью Дмитрия Медведева кубинскому информационному агентству «Пренса Латина»

Вопрос: Мы знаем, что отношения России и Латинской Америки развиваются по восходящей линии, и мы рады, что они достигли пика. Как Вы считаете, они носят стратегический характер или временный, конъюнктурный, обусловленный имеющей место конкуренцией за регион между США и Россией?

Д.Медведев: Наши отношения со странами Латинской Америки, Карибского бассейна – не конъюнктурные, они никак не связаны с нашими отношениями с другими странами, будь то Соединённые Штаты Америки или какие-то другие государства. Мы просто считаем, что здесь у нас существует целый ряд дружественных государств, с которыми мы развиваем полноформатное сотрудничество. Это бурно развивающийся регион с очень хорошими экономическими возможностями, в то же время имеющий свои проблемы, которые мы могли бы совместно решать. Поэтому это зона нашего стратегического партнёрского интереса, и мы здесь присутствуем и имеем широкий набор отношений – и дипломатических, и торгово-экономических – со странами региона именно в силу этих причин.

Да, у России были разные времена. Скажем, если сравнить нынешнюю жизнь и 1990-е годы, конечно, тогда наши связи со странами Латинской Америки были гораздо менее активными. Но это было связано с нашими внутренними проблемами, у нас не хватало сил на собственное развитие. Что там скрывать, отношения с другими государствами требуют экономического потенциала, требуют воли, требуют активности. Но эти времена в прошлом. Наступили другие времена, и наши контакты носят системный характер, не говоря уже о Кубе, которая дорога сердцу практически любого россиянина. Другие государства сейчас имеют весьма продвинутые отношения с нашей страной. Давайте посмотрим: практически со всеми государствами мы имеем сейчас полноформатные развитые отношения, которых, кстати, не было и в советские времена.

Я только что прилетел из Бразилии. Бразилия – очень крупная, самая крупная страна региона, по сути, пятая экономика мира, которая входит в БРИКС и с которой у нас очень разнообразные связи. Это касается и Аргентины, и Чили, и Венесуэлы, и Эквадора, и многих других государств, с которыми у нас весьма и весьма продвинутые отношения. Поэтому мы здесь всерьёз и надолго. И мы хотим, чтобы наши отношения со всеми странами и регионами были весьма и весьма хорошими.

Вопрос: Как Вы оцениваете текущее состояние российско-кубинских отношений и какими Вам видятся перспективы их расширения? А также просьба к Вам: рассказать побольше о встрече с нашим лидером.

Д.Медведев: Я весьма оптимистично настроен по поводу наших отношений по целому ряду причин. Вот сейчас проходит мой визит на Кубу, он включает в себя все основные составляющие наших добрых традиционных продвинутых отношений.

За последние годы мы смогли восстановить высокий уровень отношений, который был присущ советско-кубинскому и российско-кубинскому сотрудничеству.

Вчера мы провели полноценные переговоры по всем аспектам нашего сотрудничества – будь то экономическое, гуманитарное и внешнеполитическое. И у нас сейчас нет ни одной проблемной темы, которая бы отягощала наши отношения, наоборот, по всем направлениям у нас движение вперёд. Мы вчера были свидетелями подписания 10 очень серьёзных документов, каждый из которых содержит и экономические возможности, и определённые государственные решения. У нас были откровенные, доверительные, дружеские переговоры с Председателем Совета министров, Председателем Государственного совета Раулем Кастро Рус. Это наша встреча, по сути, за последний год уже вторая. Наш кубинский коллега недавно был в Российской Федерации, сейчас – мой визит.

Я напомню, что в 2009 году вместе с Раулем Кастро мы подписали меморандум о стратегических отношениях между Кубой и Российской Федерацией. И сейчас развитие отношений между нашими странами подчинено именно этим планам. У нас есть много сфер сотрудничества как традиционных, так и новых. Я не буду говорить много про энергетические проекты, потому что часть из них реализована, часть – ещё будет реализовываться. Мне очень нравятся наши проекты в области высоких технологий – будь то медицина, космос, некоторые промышленные проекты, по которым мы хорошо продвинулись вперёд, и, естественно, ожидаем, что они будут развиваться. Да, наверное, сейчас у нас не такой товарооборот, как должен быть между Российской Федерацией и Кубой, потому что 200 с небольшим миллионов долларов – это немного. Инвестиционные планы хорошие, и они, собственно, развиваются, оборот не очень большой, но я уверен, что это тема преходящая, что он будет расти и наполняться новыми формами сотрудничества.

У нас восстановились в очень хорошем объёме человеческие контакты. В прошлом году на Кубу приехало около 90 тыс. туристов из Российской Федерации. А всё-таки не следует забывать, что между Россией и Кубой большое расстояние – это не то, что съездить на отдых в Крым или ещё куда-нибудь недалеко от России. Значит, наши люди сознательно выбирают в качестве места отдыха, туризма вашу страну. Они её любят, они чувствуют себя здесь комфортно, они испытывают дружеские чувства к кубинцам и им нравится здесь отдыхать.

У нас, конечно, очень богатый, мощный фундамент, заложенный в прежний исторический период. Мне кажется, для нас крайне важно не только не растерять то, что было сделано, а укреплять это всемерно.

После встречи с Раулем Кастро у меня была неформальная, по сути, ночная беседа с команданте Фиделем Кастро. Это уже моя вторая встреча такого рода, первая была в 2008 году. На второй встрече мне, конечно, было очень интересно поговорить с Фиделем, послушать о его ощущениях того, что происходит. Он, что называется, глубоко в материале всех международных событий. Мы обсуждали очень разные вопросы, включая вопросы о развитии экономики Кубы, проблемы, которые существуют в международной сфере, в общем, говорили об очень разных вещах, включая даже такие неординарные события, как взрыв болида, метеорита над Российской Федерацией или же проблемы сланцевого газа. Мне кажется, что такие беседы свидетельствуют о том, что потенциал наших отношений имеет не только глубокую историю, но и превосходное будущее, когда лидеры государства так внимательно относятся к отношениям с нашей страной. И не скрою, для меня в человеческом плане это весьма и весьма интересно.

Вопрос: Президент Обама переизбрался на второй срок. Есть ли перспективы дальнейшего развития российско-американских отношений, принимая во внимание факты вмешательства во внутренние дела России, а также в связи с неоднозначной реакцией американцев на проблемы разоруженческой практики и трактовкой вопросов о правах человека? Какой, на Ваш взгляд, вклад может внести Россия в дело нормализации этих отношений, принимая во внимание некоторые недружественные шаги Соединенных Штатов Америки?

Д.Медведев: От отношений Российской Федерации с Соединёнными Штатами Америки, действительно, многое зависит хотя бы потому, что мы две крупнейшие ядерные державы. У нас были разные периоды в отношениях. Надо признаться, что в целом за последние годы наши отношения развивались скорее неплохо, потому что нам удалось подготовить и подписать очень важные документы, включая Соглашение об ограничении стратегических наступательных вооружений, некоторые торговые соглашения, американские коллеги способствовали нашему вступлению в ВТО. Это всё позитивные события. Не скрою: и мне, и – уверен – моему коллеге Владимиру Путину достаточно комфортно общаться с Администрацией Соединённых Штатов.

Но есть темы, по которым наши позиции очень серьёзно расходятся. Одна из них – это вопросы вооружений, включая так называемую противоракетную оборону. К сожалению, несмотря на все наши попытки объяснить американцам, что мы рассматриваем европейскую противоракетную оборону в том виде, в котором она предложена, как, по сути, направленную против Российской Федерации и её ядерного потенциала, а на этом ядерном потенциале сегодня зиждется ядерный паритет в мире, – тем не менее, наши аргументы не слышат ни на американском уровне, ни в формате Североатлантического альянса. Нас пытаются успокаивать, говорить о том, что это не про вас, это про некоторые другие страны... К сожалению, эти рассуждения нам не представляются убедительными. Все свои аргументы мы сообщали, но ситуация не меняется. Увы, с каждым месяцем времени для договорённости становится всё меньше и меньше. Я, ещё работая Президентом, обозначал, что у нас горизонт заканчивается для принятия этого решения в конце текущего десятилетия, даже чуть раньше. Если мы не сможем договориться, последствия могут быть для международных отношений весьма и весьма неприятные. Потому что нам придётся принимать ответные меры. И эти ответные меры вынуждено будет принимать любое российское Правительство, любой руководитель российского государства – просто потому, что таковы наши стратегические интересы.

Есть и другие осложняющие факторы. Действительно, произошло таким образом, что после нашего вступления в ВТО, казалось бы, нормализации торгово-экономических отношений, отмены известных дискриминационных поправок, которые американцы любят принимать, а такие поправки действовали в отношении нашей страны, я уже не говорю про торгово-экономическую блокаду, которая действует в отношении Кубы… Кстати, сразу хочу сказать, что мы, конечно, свою позицию не меняем, мы считаем, что это абсолютно возмутительная вещь, это анахронизм прошлого, и чем быстрее она будет отменена, тем лучше будет для всех, и не только для кубинцев, но и для американцев прежде всего.

Но если вернуться к нашим отношениям, к сожалению, одновременно с отменой так называемой поправки Джексона-Вэника произошло принятие явно антироссийского документа, так называемого закона имени Магнитского. Я неоднократно давал анализ природы этого документа. Считаю, что это просто политизация очень печального случая, который произошёл с одним из российских граждан, но отдельные политические силы – я даже не говорю о том, что это Администрация Соединённых Штатов в узком смысле этого слова, к этому, конечно, причастны американские законодатели в значительной степени – приняли этот документ. Нам пришлось на это отвечать. И я говорил об этом ещё некоторое время назад, работая Президентом, и действующий Президент Владимир Путин об этом предупреждал американцев. Ну что ж, нам пришлось принять ответные меры, включая закон об ответственности лиц, нарушающих права человека и интересы российских граждан. Хороший ли это путь? Это плохой путь. И чем меньше таких поводов будет, тем лучше и для российско-американских отношений, и для международных отношений в целом.

Вопрос: Вопрос о международном экономическом кризисе, который затронул ряд стран. Насколько он повлиял на Россию и на её планы социально-экономического развития? Прежде всего, не планируется ли в связи с этим сокращение социальных программ по жилью, поддержке сирот и так далее? Или же у вас есть конкретные планы, чтобы противостоять этим вызовам и сохранить объём социальной поддержки на прежнем уровне?

Д.Медведев: Кризис – это всегда вызов. Из кризиса вытекают неприятные вещи, но кризис может побудить государство работать активнее и в конечном счёте создать дополнительный импульс для развития. Это всецело применимо и к нашей ситуации. Действительно, кризис никому не приятен. У нас в 2008 и 2009 годах произошло падение производства, уменьшение объёма валового внутреннего продукта. Мы вынуждены были принимать ответные меры, вынуждены были заморозить некоторые проекты, хотя все социальные решения, все социальные программы мы сохранили и зарплату не уменьшили, наоборот, продолжаем её наращивать, продолжаем её индексировать. Тем не менее, это было сложно.

Сейчас экономика России в целом в неплохом состоянии, если её сравнить с ситуацией в мире, потому что наш экономический рост за прошлый год выше, чем мировой рост, и составляет приблизительно 3,6% ВВП. У нас низкая для России инфляция. Хотя, конечно, она выше, чем в некоторых традиционно сильных экономиках, но тем не менее это всё равно низкая инфляция для нашей страны, и мы должны её сохранить. У нас самый низкий среди всех развитых государств процент безработных, мы вышли на уровень 15-летней давности, и кризис в этом смысле никак не сказался на состоянии рынка труда. Это очень важно, потому что в 2009 году, в 2008 году происходил рост числа безработных. Сейчас мы всё выправили. Все социальные программы, которые мы принимали, - помогли.

У нас очень низкий процент долга внутреннего и внешнего к валовому внутреннему продукту, а это тоже важный показатель, потому что большинство экономик Европы, я уж не говорю про американскую экономику, очень сильно закредитовано и не может принимать ответственные решения именно в силу того, что долговое бремя давит на эти экономики. У нас в этом смысле всё нормально, я бы даже сказал, хорошо просто. Так что, собственно, развитию в этом смысле ничего не мешает, но у российской экономики есть целый ряд вызовов, на которые мы пока ещё не ответили.

Во-первых, наша экономика очень сильно зависит от цен на сырьё – это плохо, мы должны её диверсифицировать. У нас почти 50% доходов национального бюджета создаётся за счёт экспорта углеводородов – газа и нефти. Да, это важная статья доходов и это важная тема для нас. Тем не менее, у России огромный научно-технический потенциал, очень хорошие условия для того, чтобы создавать высокотехнологичную экономику, создавать так называемую умную экономику. Поэтому мы должны сейчас принимать все меры для того, чтобы долю сырьевых отраслей уменьшать в пользу высокотехнологичных отраслей промышленности, включая, кстати, и переработку сырья, потому что она тоже может быть основана на самых высоких технологиях. Но просто экспорт нефти и газа уже не приносит таких доходов, как мог бы приносить раньше. Вот эта проблема существует.

И, конечно, есть не менее важная проблема – это проблема подъёма уровня жизни в стране. Мы прошли большой путь начиная с 1991 года, но тем не менее, конечно, у нас всё равно есть в этом смысле сложности. Мы считаем, что доходы целого ряда категорий наших граждан не соответствуют сегодняшнему уровню развития России: это бюджетные специалисты. Поэтому нами были приняты решения и выпущены указы Президента на эту тему, потом постановления Правительства об увеличении зарплат для врачей, учителей, преподавателей высшей школы, университетов. Сейчас мы занимаемся совершенствованием системы оплаты труда этих категорий, потому что она отстала.

Есть ещё одна проблема для бюджетников, которую мы тоже должны решать, – это жильё. Мы строим много жилья, мы строим порядка 70 млн кв. м в год, должны строить по-хорошему больше 100 млн, тогда мы сможем решить эту задачу. Причём это жильё должно быть не элитное, оно должно продаваться за разумные, приемлемые для наших людей деньги. Вот эти задачи нам предстоит решать в ближайшие годы. Я уверен, что у нас все условия для этого есть.

Вопрос: Существуют прогнозы, согласно которым Россия может стать одним из лидеров мировой экономики, у неё есть все возможности для этого. Каким Вам видится достижение данной цели, учитывая, что существует ряд трудностей, связанных с конкурентоспособностью экономики, её эффективностью и необходимостью её диверсификации? Как Вам видится достижение цели выхода России во флагманы мировой экономики и какие шаги вы планируете предпринять для этого? Собираетесь ли вы развивать науку, в том числе в области биотехнологий, или в сфере освоения космоса, например?

Д.Медведев: Я частично уже ответил на этот вопрос. Тем не менее, действительно, для нас очень важным является переход к новой экономике при сохранении, конечно, возможностей традиционной экономики, включая поставки сырья, о чём я говорил, и переработку сырья. Что для этого нужно сделать? Для этого нужно создавать новые производства и так называемые высокопроизводительные рабочие места, которые хорошо оплачиваются.

Вы упомянули целый ряд программ. Эти программы у нас реализуются, и на них предполагается потратить довольно значительные бюджетные и внебюджетные средства.