Всего новостей: 2259716, выбрано 37 за 0.001 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Бершидский Леонид в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаГосбюджет, налоги, ценыМиграция, виза, туризмНефть, газ, угольСМИ, ИТАрмия, полициявсе
Китай. Россия > СМИ, ИТ. Финансы, банки > inopressa.ru, 17 октября 2017 > № 2353260 Леонид Бершидский

Наступает время авторитарных криптовалют

Леонид Бершидский | Bloomberg

"Учитывая, что Россия и Китай ухватились за идею суверенных криптовалют, пора задать простой вопрос: почему технология, угрожающая децентрализовать денежную систему, так привлекательна для высокоцентрализованных авторитарных режимов?" - пишет обозреватель Bloomberg View Леонид Бершидский.

На прошлой неделе проправительственная газета "Аргументы и факты" процитировала российского министра связи и массовых коммуникаций Николая Никифорова, заявившего, что президент Владимир Путин распорядился быстро начать выпуск "крипторубля". Согласно репортажу, Никифоров сказал, что для этой криптовалюты будет использоваться "российская криптография" и ее будет невозможно "майнить", как биткоин, потому что это будет "закрытая модель с определенным объемом регулируемой эмиссии", передает Бершидский.

"Это последовало за заявлениями главы ЦБ Эльвиры Набиуллиной и министра финансов Антона Силуанова, подчеркнувших необходимость для российского государства поставить выпуск и использование криптовалюты под контроль", - говорится в статье.

Туманное описание Никифоровым крипторубля звучит похоже на недавние неофициальные предложения в Китае, отмечает автор.

Тех, кто считает, что главное новшество биткоина состоит в исключении из процесса центральной власти, заинтересованность Китая и России сбивает с толку. "Но правительства этих стран не собираются отдавать контроль системе блокчейна. Напротив, они пытаются понять, как снизить расходы для центрального эмитента на контроль за всем, что происходит в финансовой системе", - полагает Бершидский.

Наличные деньги имеют свои недостатки и для центробанков, и для правительств, отмечает автор. Их дорого печатать, чеканить, распространять и уничтожать. В то же время наличные анонимны - на них рассчитывают преступники и те, кто уклоняется от уплаты налогов. При традиционных электронных платежах случаются задержки при транзакциях.

При выпуске крипторубля расходы на поддержание денежной системы снизятся, платежи между компаниями и физическими лицами станут осуществляться быстрее, транзакции станут доступными для государственного контроля, прежде всего из соображений сбора налогов, говорится в статье. Никифоров говорил о введении подоходного налога на перевод крипторублей в обычные, если их владелец не сможет продемонстрировать, как была получена цифровая валюта.

На данный момент в планы России и Китая не входит отказ от наличных. Но это может быть их логической конечной целью, предполагает Бершидский.

"В обеих странах правительства не озабочены такими тонкостями, как право граждан на финансовую анонимность: порядочному гражданину нечего от них скрывать, а в противном случае пусть пеняет на себя", - говорится в статье.

Китай. Россия > СМИ, ИТ. Финансы, банки > inopressa.ru, 17 октября 2017 > № 2353260 Леонид Бершидский


Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 октября 2017 > № 2349377 Леонид Бершидский

Путин хочет управлять Россией как корпорацией

Его система больше не может полагаться на преданных людей, но привлечь молодое поколение Путину будет трудно.

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

Молниеносно сменив за две недели 11 из 85 региональных губернаторов, президент Владимир Путин после своей практически неизбежной победы на выборах намерен руководить Россией как корпорацией.

Давно уже устав от политических игр, он вынужден создавать формальную систему, которая не будет зависеть от его бывших телохранителей и прочих преданных слуг (этих людей ему в любом случае не хватает). Вместо этого Путин стремится воспользоваться методами кадрового отбора крупных корпораций, о чем говорят близкие к Кремлю комментаторы. Действуя такими способами, он хочет найти мало кому известных чиновников, которые способны эффективно работать, и тем самым осуществить смену поколений во власти.

Такая стратегия является попыткой устранить серьезнейшие недостатки в путинской системе власти. Речь идет об отсутствии возможностей для молодежи, которая стала ключевой участницей антипутинских протестов, возглавляемых оппозиционными активистами, такими как Алексей Навальный. Однако такая стратегии вряд ли обеспечит достижение намеченной цели.

Сегодняшним российским губернаторам не позавидуешь. Формально это выборная должность (выборы вернули в качестве уступки участникам протестов против подтасовок на парламентских выборах 2011 года), но ни один человек не может ее получить без поддержки Путина. Президент имеет право отправлять губернаторов в отставку, хотя формально Россия остается федерацией, в которой регионы имеют значительную автономию. Результатом такого положения вещей стало то, что губернаторы несут полную ответственность за управление своим регионом, но не имеют ни самостоятельности в работе, ни рычагов власти. По всем важным и щекотливым вопросам окончательное решение всегда остается за Москвой, то есть, за Путиным. Губернаторы также стоят первыми в очереди потенциальных жертв кремлевской антикоррупционной кампании. Сегодня как минимум четыре экс-губернатора сидят в тюрьме, ждут суда или судебного приговора по обвинению в коррупции. Во вторник был отправлен в отставку губернатор Ивановской области Павел Коньков. Сделано это было в связи с тем, что многие его подчиненные погрязли в коррупции и оказались под следствием. С одной стороны, поскольку положение у этих губернаторов непрочное, некоторые пытаются как можно быстрее нажиться на своей должности. А с другой, солидное название должности вкупе с отсутствием реальной власти приводит к тому, что кровожадное руководство путинских правоохранительных органов часто выбирает их в качестве мишеней.

В год выборов губернаторы несут дополнительную ответственность, поскольку они должны обеспечить в своих регионах убедительную победу правящей партии «Единая Россия» или кандидату Путину. Это значит, что в своей работе они вынуждены пользоваться как вполне законными агитационно-пропагандистскими методами, так и подтасовками, когда возникает такая необходимость. Но с учетом того, что в России усиливается политическая апатия, а немногочисленная, но злая и активная антипутинская оппозиция набирает опыт в работе по наблюдению за выборами, эта сторона губернаторской деятельности в 2018 году будет особенно трудной и опасной.

Поэтому губернаторская должность привлекательна лишь тем, что она является трамплином, позволяющим попасть в федеральное правительство или занять важную должность в президентской администрации. Пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков недавно назвал новую поросль региональных руководителей «молодыми и талантливыми специалистами широкого профиля». Возраст семи из 11 новых назначенцев от 30 до 40 с небольшим лет. (Есть здесь и некоторые исключения. Так, 68-летний Владимир Васильев, ранее служивший в полиции, был направлен на работу в Дагестан с его преимущественно мусульманским населением). Типичным представителем этого поколения является 41-летний экономист Станислав Воскресенский, который сменит Конькова в Иваново. Этот человек, обладающий навыками и мировоззрением современного управленца, делал карьеру в министерстве экономики, в кремлевском аналитическом центре и в свободной экономической зоне Калининградской области. Если он сумеет справиться с работой в Ивановской области, которая является депрессивным регионом и зависит от федеральных дотаций, то в перспективе ему может светить важный министерский пост.

На этой неделе новостной вебсайт РБК подтвердил точку зрения Кремля на этих людей как на корпоративных управленцев. На нем была опубликована видеозапись практических занятий для будущих региональных лидеров, которые проводит Российская академия народного хозяйства и государственной службы. По какой-то причине в ходе занятий участникам нужно было прыгнуть в море с 7-метрового обрыва. Среди прыгунов был и вновь назначенный губернатор Омской области пятидесятилетний Александр Бурков. Многие из октябрьских назначенцев тоже участвовали в этой программе.

Заместитель главы путинской администрации Сергей Кириенко, отвечающий за внутреннюю политику и ставший одним из преподавателей в рамках этой необычной программы, недавно объявил о проведении открытого конкурса для управленцев под названием «Лидеры России». Подать через вебсайт заявку на участие в ней может любой россиянин моложе 50 лет, у которого есть как минимум пятилетний опыт управленческой работы, причем не обязательно в государственной и общественной сфере. Участникам придется решать различные проблемы и заниматься стратегическими играми. Каждый из 300 финалистов получит грант на один миллион рублей, который он сможет потратить на дальнейшее образование в сфере управления. Лучшие из лучших примут участие в той программе, через которую прошли сегодняшние назначенцы на губернаторские должности. Все претенденты, которые добьются определенных успехов, теоретически будут рассматриваться в качестве «кадрового резерва» для занятия должностей в российских органах власти, как региональных, так и федеральных. По словам Кириенко, все это — идея Путина.

Это не первая попытка набора чиновников посредством открытой процедуры. Такая работа регулярно проводится с 1990-х годов, однако новые усилия должны стать своевременным ответом на одну из главных претензий антипутинской кампании Навального. Недавно этот оппозиционер написал о неизвестно откуда взявшемся состоянии сына Пескова Николая Чоулза, не отличающегося особыми успехами:

Так работает страна, и так устроены социальные лифты. Вы можете получить отличное образование и быть ужасно трудолюбивым, но в этой системе, скажем честно, вам все равно мало что светит. А если вы живете в регионе, то не светит вообще ничего. Зато перед чуваком без образования и с тюремным прошлым за ограбление двери лифта сразу открываются, и его везут на этаж, где наливают шампанское и дарят «Феррари». Это неудивительно, когда твой папаша — почетный член воровской шайки, которая охраняет кнопки в этом лифте.

Однако я сомневаюсь, что Путину и Кириенко удастся убедить молодых в основном людей, которые приходят на митинги Навального, что в сегодняшней России существуют законные социальные лифты. Государственная служба с ее непривлекательными зарплатами и огромными рисками славится глубоко укоренившейся коррупцией, которую невозможно устранить арестами губернаторов. Прежде всего, этой молодежи нужны благоприятные возможности в частном секторе, которых очень мало в путинской системе с ее безжалостной централизацией.

Свидетельства того, что в стране вводятся более справедливые механизмы отбора в чиновничьей корпус, тоже не смогут заменить конкурентную политику. Многие россияне до сих пор помнят губернаторские выборы, на которых была настоящая политическая борьба и соперничество, а также популярных губернаторов, которые не были безликими менеджерами. Возможно, в следующий президентский срок Путина корпорацией «Россия» будут управлять более компетентно. Но это вряд ли существенно вдохновит граждан, которые составляют трудовые ресурсы страны и ее обделенную вниманием клиентскую базу.

Содержание статьи может не отражать точку зрения редакции, компании Bloomberg LP и ее собственников.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 октября 2017 > № 2349377 Леонид Бершидский


Италия. Испания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 октября 2017 > № 2349351 Леонид Бершидский

Италия знает решение каталонской проблемы

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

Премьер-министр Испании Мариано Рахой показал, что у него не просто лучшие карты в колоде. В отличие от лидера Каталонской республики Карлоса Пучдемона, он — еще и лучший игрок. К сожалению, проблема каталонского сепаратизма не будет решена в этой конкретной игре. В какой-то момент Испания должна будет предложить условия, которые каталонцы смогут принять и жить с ними.

Пример потенциально приемлемой сделки можно найти в Италии: Южный Тироль — автономная провинция с немецкоязычным населением.

Пучдемон и его союзники подписали декларацию о независимости, но пока отложили процесс отделения, сославшись на то, что должны пройти переговоры с испанским правительством. Рахой назвал такой шаг блефом, требуя уточнить, действительно ли Каталония объявила независимость от Испании?

Любой из возможных вариантов ответа приведет нас к ясной последовательности событий. Если Барселона скажет «да», Мариано Рахой должен будет возглавить правительство Каталонии, что, вероятно, приведет к аресту сепаратистских лидеров и судам над ними. В случае отрицательного ответа Рахой даже не понадобится. Радикалы в коалиции правительства Каталонии откажутся от поддержки своего министра, что, вероятно, приведет к новым выборам в Каталонии.

Рахой был уверен в таком исходе, потому что на его стороне — закон, полиция, поддержка европейских партнеров. Сепаратисты даже не могут претендовать на поддержку большинства каталонцев, поскольку никто не признает результаты референдума, который они провели 1 октября, тогда как 8 октября в Барселоне собралось не менее 350 000 сторонников единства Испании. Пучдемону больше нечего предъявить, и, скорее всего, он отступит.

Рахой не готов к переговорам об отделении Каталонии, хотя Пучдемон заявляет, что именно это — его цель. Но поскольку проблема существует, Мадриду в скором времени придется сесть за стол переговоров, чтобы обсудить ситуацию с представителями Каталонии. Это неизбежно: независимо от того, сколько граждан поддерживают или не поддерживают независимость, слишком много каталонцев не довольны нынешним положением дел. Лидер испанских социалистов Педро Санчес уже заявил, что основные испанские силы согласны обсуждать изменения в конституционном статусе Каталонии, а также других испанских регионов.

В конце Первой мировой войны Италия получила Южный Тироль, когда-то принадлежавший Австрии, в соответствии с Сен-Жерменским договором 1919 года. Итальянские фашисты поначалу пытались ассимилировать местное население и даже переименовали провинцию в Альто Адидже. Но затем Гитлер договорился с Муссолини переселить в Германию тех, кто хотел жить в рейхе. Кто-то уехал, но большинство местного населения осталось в Италии, но они продолжали считать себя немцами. После войны союзники решили, что Италия должна сохранить себе Южный Тироль. Однако Австрия и Италия разработали условия, которые уравняли статус немецкого и итальянского языков в общественной жизни, оставили преподавание на немецком языке в школах, предоставили Южному Тиролю автономные парламент, правительство и другие особые права.

С тех пор у автономии сложный механизм с четким разделением парламентских полномочий. Законы Южного Тироля приоритетны в сельском хозяйстве региона, туризме, здравоохранении, экономике, экологии и ряде других областей. В правительстве провинции и различных государственных службах, за исключением полиции и оборонного ведомства, должны соблюдаться этнические пропорции. Суды проводят слушания на двух языках. В казне Южного Тироля остаются до 90% взимаемых местных налогов. Более того, итальянское правительство давно субсидирует провинцию.

Такое решение может послужить возможным примером для регионов Восточной Украины, после того, как Украина восстановит контроль над Донбассом. Но этот конфликт трудно разрешить из-за участия в нем России и тысяч погибших в течение последних трех лет.

В Каталонии все еще можно решить до того, как ситуация зайдет слишком далеко.

«Южнотирольский» вариант может решить две самые большие проблемы каталонских сепаратистов: предполагаемое отсутствие уважения к их языку и культуре, а также недовольство тем, что Мадрид присваивает каталонские налоги для финансирования бедных регионов Испании. В настоящее время в местном бюджете Каталонии остается только 50 % налогов. От испанского правительства требуются пойти на серьезные уступки, но в долгосрочной перспективе это может предотвратить более сложный кризис.

Как и Каталония, Южный Тироль тоже считал отношение к себе центральных властей несправедливым, но зато сейчас здесь мир, несмотря на существование сепаратистского движения, которое утверждает, что низкие экономические показатели Италии тормозят развитие региона. И каталонцам, и правительству в Мадриде следует более внимательно изучить опыт Южного Тироля и, возможно, попробовать придумать что-то подобное, прежде чем обсуждать окончательный разрыв отношений.

Италия. Испания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 октября 2017 > № 2349351 Леонид Бершидский


США. СФО > Армия, полиция > inosmi.ru, 10 октября 2017 > № 2345100 Леонид Бершидский

Зачем вообще США вмешались в сирийский конфликт?

Бывший министр обороны Соединенных Штатов Эш Картер описывает в своих мемуарах действия, у которых мало сторонников на Ближнем Востоке.

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

Откровенные мемуары бывшего министра обороны Соединенных Штатов Эша Картера (Ash Carter) предоставляют редкую возможность лучше понять стратегию президента Барака Обамы еще до того, как она станет достоянием истории. Однако в результате многочисленных глубоких наблюдений автора возникает вопрос: А зачем вообще Соединенные Штаты ввязались в это дело?

Очевидной целью публикации подробных воспоминаний Картера является определение его собственной роли в нанесении поражения «Исламскому государству» (запрещенная в России организация — прим ред.). Бывший министр обороны утверждает, что активные операции против «Исламского государства» и конкретный план ведения боевых действий, который, по мнению Картера, до сих пор реализуется Соединенными Штатами и союзными силами (две «красные стрелки» указывают на Мосул и Ракку), принял определенную форму только после его назначения на должность в феврале 2015 года.

Но если отставить в сторону его заботу о самом себе, то следует сказать, что в 45-страничной публикации Картера описываются действия, которые имели мало сторонников в этом регионе.

Картер полагает, что вывод американских войск из Ирака и стал причиной возникновения «Исламского государства». Но даже после того как эта террористическая группировка образовала свое «государство», «люди этого региона не были против возвращения вооруженных сил в том количестве, которое необходимо для вторжения», — подчеркивает бывший министр обороны. В течение двух лет пребывания на посту министра обороны Картер вынужден был «уговаривать (иракского) премьер-министра (Хайдера) аль-Абади принять большее количество американских солдат (это был спорный вопрос для внутренней политики Ирака). Иракские силы тоже первоначально не хотели воевать, что вызывало откровенное возмущение Картера и американских генералов, подталкивавших иракцев к активным действиям.

Сирийское правительство президента Башара Асада, конечно же, еще меньше приветствовало вмешательство Соединенных Штатов, даже когда идея вашингтонской администрации состояла в формировании с чистого листа местных сил для борьбы с «Исламским государством» «с помощью рекрутирования отдельных боевиков, формирования из них новых подразделений и повторного направления их для ведения боевых действий в Сирии». Хотя, как подчеркивает Картер, идея состояла в том, что эти боевики не будут вовлекаться в гражданскую войну в Сирии, Асад прекрасно понимал, что американцы думали о нем. Затем в игру вступил Картер и изменил план. «Почти все реальные боевики уже были частью созданных ad hoc (в переводе с латинского: специально, для конкретной цели — прим. ред.) группировок и все они хотели воевать против Асада, а также против «Исламского государства», — отмечает он.

Уже после того как Соединенные Штаты согласились на этот вариант, Асад представил российскому президенту Владимиру Путину свою картину происходящего. Путин увидел в этом вмешательство Соединенных Штатов в гражданскую войну, попытку устроить смену режима — против этого он резко возражал в случае с Ливией и даже вступил в спор с тогдашним президентом Дмитрием Медведевым, позволившим Западу беспрепятственно вмешаться в этот конфликт. За счет вооружения и подготовки настроенных против Асада группировок администрация Обамы — и лично Картер, если это он, на самом деле, обеспечил изменение стратегии — смогла втянуть Россию в этот конфликт.

Путин в сентябре 2015 года начал российскую военную операцию, и Картер вспоминает настойчивые попытки российской стороны установить какую-либо модель сотрудничества с Соединенными Штатами. «С самого начала Россия пыталась ассоциировать нас и проводившуюся против «Исламского государства» кампанию с тем, что она сама делала в Сирии — Москва постоянно говорила всему миру о своем желании координировать с нами свои усилия и сотрудничать с нами, а также просила делиться данными о целях и разведывательной информацией», — отмечает Картер. Он резко выступил против такого предложения по трем основным причинам.

Во-первых, координация с Россией, близкой союзницей Ирана в Сирии, могла бы ослабить решимость премьер-министра Ирака Абади работать вместе с Соединенными Штатами. Во-вторых, это могло связать Соединенные Штаты с «бесчеловечной» российской военной кампанией (в лучшем случае сомнительная причина с учетом многочисленных жертв среди гражданского населения, вызванных ударами возглавляемой Соединенными Штатами коалиции). И, в-третьих — на мой взгляд, это было наиболее важным для администрации Обамы, — «подобное решение было бы опрометчивым шагом, в результате которого России незаслуженно получила бы лидерскую роль на Ближнем Востоке».

Неудовлетворительное взаимодействие с Россией и борьба Картера, направленная на то, чтобы лишить Госдепартамент возможности заключить сделку с Путиным — она предусматривала военную координацию, а не только деэскалацию, — описывается в главе под названием «Вредители и пассивные созерцатели» (spoilers and fence-sitters). Помимо России и Ирана, в эту категорию входит Турция, которая, по мнению бывшего министра обороны, «создавала наибольшее количество сложностей при проведении этой кампании». А также соседние арабские государства, страны Персидского залива, которые, как отмечает Картер, «активно занимались лоббированием и проведением пиар кампаний, однако все эти действия по какой-то причине никогда не превращались в операции на поле боя».

Резюмируя, следует сказать, что общие интересы Соединенных Штатов не были четко определены в отношениях с Ираком, Ираном, Россией, Турцией, правительством Асада в Сирии и государствами Персидского залива. А были ли вообще у Соединенных Штатов союзники, полные энтузиазма?

Ну, были некоторые среди настроенных против Асада повстанцев (за исключением тех, кто был предан исламистским целям) и, в основном, курды. Поддержка курдов Соединенными Штатами была главной причиной того, что Турция из союзника превратилась во «вредителя». Но, по крайней мере, хоть кто-то хотел, чтобы Соединенные Штаты были вовлечены, однако причины этого были больше связаны не с «Исламским государством», а мечтой курдов о суверенном государстве. Иракские курды недавно проголосовали за свою независимость, подтвердив тем самым все те опасения, которые были у Абади в отношении операции Соединенных Штатов против Исламского государства.

Ведя борьбу с «Исламским государством», Соединенные Штаты умудрились наступить на «больные мозоли» всем участникам событий в этом сильно пострадавшем и взрывоопасном регионе, который с подозрением относился к вмешательству Соединенных Штатов после авантюр в Ираке и в Ливии. Картер в своей публикации проливает свет на то, как это случилось, а также на механику нанесения поражения «Исламскому государству». Он объясняет, почему мир в этом регионе не будет гарантирован даже после победы над исламским государством — сам Картер озабочен тем, что «усилия международного сообщества по стабилизации и управлению отстают от военной кампании». В своих воспоминаниях Картер также задает вопрос: А можно было бы добиться более устойчивого решения, если бы Асад и его союзники, с одной стороны, и Турция, с другой стороны, сами бы решали проблему с «Исламским государством» без вмешательства Соединенных Штатов?

Однако не имеет смысла рассуждать о том, что не произошло. Вовлеченность Соединенных Штатов лишь возросла после ухода администрации Обамы, а политическая стабильность в Сирии и в Ираке стала еще более труднодостижимой на фоне попыток наций Ближнего востока и вооруженных группировок привыкнуть к треугольнику влиятельных политических брокеров в составе Соединенных Штатов, России и Турции. Картер может с гордостью говорить о том, что он внес свою лепту в создание этой новой и неустойчивой конфигурации.

Высказанные в этой статье взгляды не обязательно отражают позицию редакционной коллегии, компании Bloomberg LP или ее владельцев.

США. СФО > Армия, полиция > inosmi.ru, 10 октября 2017 > № 2345100 Леонид Бершидский


Россия > Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > inosmi.ru, 9 октября 2017 > № 2343069 Леонид Бершидский

Какого российского сговора стоит опасаться

Почему западные правительства не предпринимают дополнительных мер для того, чтобы остановить приток российских денег, отравляющих их экономику?

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

Забудьте троллей в Twitter, рекламные объявления в Facebook и многоязычные пропагандистские веб-сайты — самая большая российская угроза для западных демократий связана с огромным количеством наличных денег, которые русские вывозят из своей страны и хранят на Западе. Коррупционный потенциал этих денег почти безграничен, однако и становящаяся все более изоляционистской Россия, и все более антироссийский Запад мало делают для того, чтобы перекрыть этот поток.

В своем недавно опубликованном исследовании Томас Пикетти (Thomas Piketty), Филип Новокмет (Filip Novokmet) и Габриэль Зукман (Gabriel Zucman) провели оценку офшорного капитала российских компаний и бизнесменов и пришли к выводу о том, что он составляет около 1 триллиона долларов, что сопоставимо со всем внутренним богатством, которым располагают российские граждане. В этом главная причина нынешней российской ситуации — если бы из страны утекло меньше денег, то это стало бы основой для масштабного экономического бума, который мог бы привести к политической либерализации.

Однако эти деньги отнюдь не безобидны для принимающих стран. Ими подпитываются сотни недобросовестных юристов и банкиров, которые формируют транснациональные коррупционные сети, способствующие уклонению от налогов. Недавно бывший федеральный канцлер Германии Герхард Шредер согласился занять пост председателя правления российской государственной нефтяной компании «Роснефть», и этот его шаг нанес более серьезный удар по Социал-демократической партии Германии, чем это сделало бы любое количество российской пропаганды. Старые сделки семьи Трампа с участием «русских денег» выглядят намного более сомнительными, чем все, что делал Дональд Трамп в ходе президентской кампании 2016 года. Туманные связи с «русскими деньгами» были также использованы для проведения атаки на Хиллари Клинтон.

Российский президент Владимир Путин вроде бы заинтересован в том, чтобы эти деньги вернулись в страну. В своем ежегодном послании Федеральному Собранию в 2012 году Путин пожаловался на то, что девять из 10 значительных сделок с участием российских компаний были проведены вне пределов российский юрисдикции и призвал к «деофшоризации». Спустя год он предложил лишать государственных контрактов и кредитов государственного банка зарегистрированные за границей компании с российскими активами. В конце 2014 года, после того как в отношении России стали применяться санкции из-за аннексии Крыма и ведения военных действий с целью отделения восточной части Украины, Путин подписал жесткий закон, направленный против офшоров. В соответствии с этим законом, контролируемые российскими бенефициарами иностранные компании должны платить российские налоги. Однако, как это происходит со многими другими законами в России, он просто создал дополнительные возможности для оказания избирательного давления на бизнесменов. Не было никакой масштабной репатриации денег или юридических лиц. Обладающая хорошими связями юридическая фирма «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» ранее в этом году опубликовала исследование, из которого следует, что лишь 20% владельцев офшорных компаний закрыли свои иностранные филиалы. Еще 40% предпочли переместиться за границу, тогда как остальные подкорректировали свои юридические документы для того, чтобы обойти новый закон.

Российское правительство, на самом деле, не хочет еще больше затягивать гайки. Оно только что отвергло план, предложенный Министерством финансов и Министерством экономического развития, предусматривавший перевод «системных» компаний в российскую юрисдикцию. На долю этих 199 компаний приходится 70% корпоративных доходов и около 20% используемой рабочей силы. В их число входят производители электроэнергии, ритейлеры, телекоммуникационные фирмы — все они находятся в собственности офшорных компаний или проводят через них значительную часть своих сделок. Первый вице-премьер Игорь Шувалов сообщил Путину о том, что прекращение этой практики ослабит конкурентные возможности «системных» компаний на международной арене, а также помешает заключению важных иностранных контрактов.

Аргумент Шувалова имеет смысл, потому что Россия на самом деле использует аутсорсинг и перемещает экономическую справедливость в другие страны. Российские суды и правоприменительная практика не способны гарантировать права собственности и выполнение контрактов. Поэтому российские компании — включая государственные, в том числе такие нефтегазовые гиганты как Газпром и Роснефть — вынуждены действовать за пределами российской юрисдикции, то есть там, где нормальные контрактные отношения защищаются западными законами и судами. Официальное объяснение состоит в том, что западные партнеры не доверяют российским судам — но даже правительственные чиновники, не говоря уже о российских бизнесменах, им не доверяют. Именно поэтому лондонские суды, в конечном счете, решают споры между российскими компаниями, не работающими в Соединенном Королевстве.

Вместо того чтобы препятствовать такого рода аутсорсингу правосудия, западные страны пытаются распространить его не те сферы, в которых российское правительство хотело бы сохранить свою юрисдикцию — например, в области прав человека. В этом состоит функция Закона Магницкого и подобного законопроекта, принятого в среду в Канаде. Эти законы запрещают въезд конкретным лицам и замораживают активы тех чиновников, которые, как считается, виновны в нарушении прав человека — эти люди не обвинялись никакими судами, а были просто определены правительствами. Таким же образом действуют персональные санкции, вводимые в отношении граждан России с 2014 года.

Кремль резко протестует против подобных мер, однако, на самом деле, у него нет особых оснований для того, чтобы жаловаться — западные нации, в действительности, находятся в сговоре с ним. Что касается прав человека, то тут речь идет об оценочном восприятии, а не о блокировании подозрительных русских денег. Произвольный выбор нескольких сотен человек, которым закрывается въезд, не способен перекрыть существующий поток. В лучшем случае эти люди просто переводят свои активы в другие юрисдикции и находят другие места для отдыха, тогда как тысячи других людей — столь же коррумпированных и включенных в кремлевскую систему — продолжают использовать Запад в своих целях. Недавно проведенное расследование относительно собственности в Италии пресловутого московского телевизионного пропагандиста Владимира Соловьева является лишь одним из последних примеров.

Этот западный сговор, который все могут видеть, является худшим в своем роде. Сами западные правительства должны провести расследование офшорных схем и тех путей, с помощью которых российские споры решаются в западных судах, а сомнительные русские деньги хранятся в Европе и в Соединенных Штатах. Сегодня подобного рода расследования по какой-то странной причине не приносят значимых результатов. Ранее в этом году немецкий банк Deutsche Bank согласился выплатить 630 миллионов долларов по искам в Соединенных Штатах и в Соединенном Королевстве по поводу «зеркальной торговли» — речь идет об явных мошеннических сделках, которые позволили клиентам этого банка вывести из России около 10 миллиардов долларов. Таким образом, Deutsche Bank закрыл это дело — однако 10 миллиардов, судя по всему, исчезли. Но это не было предметом расследования.

Такого рода деньги являются ядовитыми для экономических вен Запада. Им позволено перемещаться без существенных ограничений — нынешние «санкции» и «Закон Магнитского», нельзя рассматривать как такого рода препятствия, — а кремлевская система может в той или иной мере функционировать как и раньше, покупая влияние и расширяя свои экономические возможности. Западу следует проявить больший интерес к российской «деофшоризации», чем это делает Путин.

Высказанные в этой статье взгляды не обязательно отражают позицию редакционной коллегии, компании Bloomberg LP или ее владельцев.

Россия > Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > inosmi.ru, 9 октября 2017 > № 2343069 Леонид Бершидский


США > Армия, полиция > inosmi.ru, 8 октября 2017 > № 2341641 Леонид Бершидский

Хотите сохранить право на ношение оружия? Наведите порядок в своем обществе

С политической точки зрения разоружить Америку трудно. Но если общество станет более сплоченным, эффект будет тот же самый.

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

Стрелок Стивен Пэддок (Stephen Paddock) за 15 минут убил в Лас-Вегасе больше людей, чем исламские террористы в Западной Европе за весь этот год. Его жертвами стали 59 человек, в то время как в ходе терактов в Лондоне, Стокгольме, Париже, Манчестере, снова Лондоне и Барселоне погибли 57. Поэтому негативная реакция на ношение оружия в США вполне понятна. В Западной Европе, где действуют жесткие законы о владении оружием, террористические акты с применением автомашин, ножей, самодельных бомб обычно приводят к меньшему количеству жертв. Один из возможных способов решения этой проблемы заключается в ужесточении правил владения и ношение оружия. Но в США такая мера вряд ли найдет понимание. Многие подозревают (и совершенно правильно) что корень проблемы не в этом. В таком случае остается еще одна возможность, которую сторонники ношения оружия рассматривают редко, хотя она дает им шанс найти взаимопонимание с оппонентами.

Безусловно, Соединенные Штаты являются неоспоримым чемпионом мира по количеству оружия, находящегося на руках. В этой стране на 100 человек приходится 89 единиц огнестрельного оружия. Но в некоторых странах Европы также довольно развита культура владения оружием, а законы там относительно мягкие, из-за чего оружие хранится во многих домах. Швейцария и Финляндия входят в первую мировую пятерку по количеству хранящегося дома оружия. Там этот показатель равен 46 и 45 единицам на 100 человек, соответственно.

Возможно, оружия в частном владении в этих двух странах стало меньше после 2011 года, когда было проведено исследование под названием «Обзор стрелкового оружия», из которого были взяты эти данные. Но в Швейцарии и Финляндии очень развита культура владения оружием, а законы там далеко не самые строгие. В Швейцарии многие люди хранят дома огнестрельное оружие на случай иностранного вторжения. Поэтому данная страна давно уже стала излюбленным примером для американских сторонников свободного ношения оружия. Им нравится подчеркивать, что в этой стране традиция владения оружием не ведет к увеличению числа убийств. В Швейцарии на 100 тысяч человек населения приходится лишь 0,7 убийства, о чем свидетельствуют данные вебсайта GunPolicy.org. В Соединенных Штатах же этот показатель составляет почти 11 убийств. В Финляндии для покупки оружия нужна лицензия, но коллекционирование оружия это достаточно веская причина для его продажи. Да и количество оружия на человека там никак не ограничивается. В этой стране на 100 тысяч человек приходится всего 0,2 убийства.

В Норвегии и Исландии также высокие показатели владения оружием: 27 и 30 единиц на 100 человек, соответственно. Но в этих странах убийства с применением огнестрельного оружия практически не совершаются. А там законы еще мягче, чем в Финляндии. В Норвегии разрешение на ношение оружия могут дать в целях самообороны. Кроме того, там разрешено владеть автоматическим оружием. В Исландии правила такие же мягкие, как и в США. Никакой лицензии не требуется. Покупателя просто проверят.

Так почему же в этих странах, где тоже очень много оружия, не совершаются в таких больших количествах массовые убийства? Почему стрелки не открывают огонь по скоплениям людей? Вот что по этому поводу говорит профессор криминологии и общественной политики Питер Сквайрс (Peter Squires), работающий в Британии в Брайтонском университете (этот человек занимается изучением насилия с применением оружия в разных странах с середины девяностых годов):

В сплоченном, доверительном, толерантном и ответственном обществе снижается риск от владения оружием.

Легко понять, почему Швейцария, Финляндия, Норвегия и Исландия соответствуют этой логике. Это маленькие, богатые, относительно однородные общества где сильны местные общины. Кроме того, это одни из самых счастливых стран на земле. По данным исследования World Happiness Report за текущий год, все эти страны по показателю счастья находятся выше США.

Коллектив, составляющей эти доклады о всемирном счастье, проверяет самые разные страны по таким объективным параметрам как ВВП на душу населения и продолжительность жизни, а также по субъективным меркам, таким как представление о коррупции, щедрость общества, сила организаций социальной поддержки. Скандинавские страны и Швейцария являются лидерами по всем этим показателям. А что касается Соединенных Штатов, то экономист Джеффри Сакс (Jeffrey Sachs), участвующий в этом исследовании, написал для издания 2017 года специальную главу под названием «Возродить американское счастье». В ней отмечается, что хотя ВВП на душу населения в США с 1960 года вырос в три раза, счастливых людей там больше не стало. Наоборот, в последнее время показатели счастья в этой стране снижаются. Вот что пишет Сакс:

Соединенные Штаты могут и должны повысить показатели счастья, решив многогранные социальные проблемы Америки, такие как усиление неравенства, коррупция, изоляция и недоверие. Им не следует зацикливаться только на экономическом росте.

Конечно, Сакса нельзя назвать человеком объективным и беспристрастным, поскольку во время прошлогодней президентской кампании он был советником у сенатора Берни Сандерса. Но он далеко не единственный квалифицированный специалист, заметивший ослабление американского общества, увидевший упадок социального капитала и раздробленность различных общин.

Все эти явления нельзя связать напрямую с действиями таких людей как Пэддок. Никто не знает, зачем он долгие годы собирал свой арсенал, и пока нет четких представлений о том, почему он открыл огонь по толпе незнакомых людей. Даже его подруга по всей видимости понятия не имела о том, что он замыслил. Теоретически такое могло произойти где угодно. В Швейцарии с 2000 года два человека открывали огонь по случайным прохожим, хотя жертв в этих случаях была гораздо меньше. В 2011 году Андерс Брейвик в Норвегии напал на молодежный лагерь, убив там больше людей, чем Пэддок. Невозможно защитить общество от вооруженного человека, испытывающего недовольство, вражду или идеологическую ненависть. Но именно в США массовые убийства совершаются с пугающей регулярностью. А поэтому там возникла настоятельная необходимость в многостороннем подходе к решению этой проблемы.

Я встречался с самыми разными американцами, которые хранят у себя большое количество разнообразного оружия. Я знаю женщину из сельской местности Айовы, у которой левацкие взгляды, но которая, тем не менее, с удовольствием ходит на охоту. Мне знаком участник движения за выживание из Северной Флориды с крайне правыми взглядами. Этим людям не понравится, если их лишат права на ношение оружия. Будет исключительно трудно изменить общественное мнение США, чтобы ужесточить правила, а тем более сократить количество хранящегося на руках оружия — даже до уровня Финляндии и Норвегии. И даже если такое случится, на это уйдут многие десятилетия.

США обладают достаточно мощным экономическим потенциалом, чтобы более быстрыми темпами решить другую половину этого уравнения. Этой стране нужно создать более прочную систему социального обеспечения, ей надо укреплять равенство и восстанавливать социальный капитал. Это рецепт Сакса, который многие американцы отвергают, называя «социализмом». Но на самом деле, это социал-демократия, которая является нормой в большинстве стран западного мира. И тем, кому все это не нужно, следует трезво оценить ситуацию. Чем больше будет такого социализма, тем меньшей опасности будет подвергаться их любимое право на ношение оружия.

Содержание статьи может не отражать точку зрения редакции, компании Bloomberg LP и ее собственников.

США > Армия, полиция > inosmi.ru, 8 октября 2017 > № 2341641 Леонид Бершидский


Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 8 октября 2017 > № 2341628 Леонид Бершидский

Теперь, когда Путину исполняется 65, его власть медленно идет на убыль

Растущее беспокойство властей по поводу кампании Алексея Навального указывает на слабость Путина

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

7 октября президенту России Владимиру Путину исполняется 65 лет. В настоящее время это является максимальным возрастом ухода на пенсию для российских госслужащих — планкой, которую можно поднимать только в особых случаях. Хотя этот закон не распространяется на Путина, поскольку он является избранным чиновником, и он сам ясно дал понять, что на пенсию он не собирается, он вынужден перешагивать этот важный рубеж, находясь в на удивление уязвимой позиции.

Уязвимость позиции Путина было бы довольно трудно распознать, если бы чиновники постоянно не указывали на нее своими неуклюжими действиями. Алексей Навальный — борец с коррупцией, который готов соперничать с Путиным на следующих президентских выборах — запланировал на 7 октября проведение митинга в Санкт-Петербурге, который является родным городом президента. Городские власти отказались выдать разрешение на проведение митинга, однако, поскольку Навальный не захотел менять свои планы, в настоящий момент он отбывает 20-дневный срок в камере. Было подсчитано, что после выдвижения в президенты Навальный проводит за решеткой каждый пятый день. В четверг, 5 октября, глава его предвыборного штаба Леонид Волков тоже был приговорен к 20-дневному заключению за публикацию в Твиттере призывов к незаконному митингу в Москве.

В сентябре Навальный провел серию успешных митингов в нескольких российских городах. Тысячи людей пришли на встречу с ним в Мурманске, Екатеринбурге и Омске. Хотя полиция каждый раз занижала число участников этих митингов, тревога властей росла, и, когда предвыборный штаб Навального начал планировать митинги ближе к Москве и Санкт-Петербургу, власти нанесли ответный удар. На прошлой неделе Навальный был задержан в Москве в тот момент, когда он готовился выехать на митинг в Нижнем Новгороде, занимающем пятое место в списке крупнейших российских городов. Хотя Навальному все же удалось совершить пару поездок после того, как полиция отпустила его, не предъявив никаких обвинений, число участников митинга в Оренбурге оказалось существенно ниже запланированного уровня из-за неуверенности в том, появится ли сам кандидат в президенты.

Российская глубинка, где Навальный пытался проводить свою агитационную кампанию, всегда была пассивной в политическом смысле. Местные власти, администрации школ и работодатели никогда не демонстрировали особой терпимости по отношению к недовольству. Тот факт, что тысячи людей решительно отказываются от традиции пассивности и демонстрируют готовность принять возможные последствия своего решения выйти и поддержать одинокий голос оппозиционера, является новым феноменом, который еще ни разу не возникал в эпоху правления Путина. Кто знает, сколько людей могло бы прийти на митинг Навального в Санкт-Петербурге, намеченный на день рождения Путина? Кремль решил не проверять это, продемонстрировав свою очевидную слабость.

Если рассуждать на основании внешних критериев, Путин вполне мог позволить Навальному свободно вести его агитационную кампанию. Очевидно, что Россия сумела пережить экономические последствия резкого падения цен не энергоресурсы и разрыва Путина с Западом, который произошел в 2014 году. Сейчас цена на нефть держится на уровне, который российское правительство считает приемлемым для российского бюджета. Уровень инфляции в России сейчас равен уровню инфляции в Соединенном Королевстве. Рост экономики возобновился, и в настоящее время особые успехи демонстрирует сельское хозяйство — сектор, который Путин назвал приоритетным для развития, когда России пришлось задраить все люки в 2014 году. Король Саудовской Аравии впервые нанес визит в Москву, поскольку сейчас позиции России на Ближнем Востоке стали крепче, чем когда-либо с момента распада СССР. Украина, которая остается самой большой проблемой Путина, уже погрузилась в привычную трясину политических распрей и экономической некомпетентности. Другими словами, все идет достаточно хорошо, и сейчас нет каких-то очевидных поражений и неудач, которые могли бы подорвать авторитет Путина внутри России.

Тем не менее, Навальный понял нечто такое, что можно разглядеть, только лично придя на те митинги, которые он имеет мужество собирать. В посте, который Навальный опубликовал сразу после своего задержания, он указал на слабость Путина — несмотря на его на первый взгляд высокий рейтинг одобрения — упомянув о похожем на репу корнеплоде, который в прошлом был основой питания русских крестьян:

Это все равно как спросить у человека, которого всю жизнь кормили брюквой — на сколько процентов ты оцениваешь съедобность брюквы? Рейтинг будет довольно высокий. Скорее всего, даже многие известные спортсмены и певцы выступят в поддержку брюквы и готовы будут стать ее доверенными лицами. Ну а чего? Брюква — она ж кормилица наша, дает нам стабильность. Это вполне уместная аналогия: мне 41, а последние выборы не Путина я наблюдал, когда мне было 20. А ведь большинство читающих этот пост наверняка моложе меня.

Навальный чувствует усталость, которая также отражается в чрезвычайно низкой явке. В демократической стране такая усталость оборачивается заметным падением уровня поддержки электората — именно так и произошло с правящей партией на сентябрьских выборах в Германии. В России это ведет к тому, что Кремль все чаще начинает прибегать к репрессиям. Становится все сложнее придумывать отвлекающие маневры для недовольных избирателей. Один из таких маневров Кремля, к примеру, заключался в том, чтобы убедить Ксению Собчак — телеведущую, заработавшую репутацию оппозиционера во время протестов против нечестных выборов 2011 года — выдвинуть свою кандидатуру на президентских выборах. Она даже раскритиковала Навального за попытки монополизировать антипутинскую альтернативу. Однако выдвижение Собчак стало настолько прозрачным ходом, что ее кампания вряд ли сможет даже просто стартовать. Сама Собчак утверждает, что пока она не приняла окончательного решения, однако, по слухам, она не может найти людей, которые были бы готовы взяться за ее предвыборную кампанию.

Сам Путин пока официально не объявил о своем выдвижении. Вероятнее всего, он сделает это в ноябре, и нет почти никаких сомнений в том, что он победит на мартовских выборах, однако у его помощников, по всей видимости, закончились креативные идеи для нескучного переизбрания. Если все это будет больше похоже на проводы на пенсию, чем на энергичную предвыборную кампанию, и если явка окажется низкой, как, вероятнее всего, и случится, то следующий шестилетний президентский срок Путина будет совсем не скучным.

По закону в 2024 году Путин не сможет снова баллотироваться в президенты, и трюки с временными заменителями, подобные маневру с Дмитрием Медведевым, на этот раз не пройдут. Преемнику Путина придется разрушить атмосферу скуки, но сейчас в правящей партии нет ни одного человека, который был бы способен на это. Поэтому в течение следующих шести лет будут идти поиски нового, способного вдохновить людей лидера. Это, а также необходимость поддерживать эффективность экономики будет крайней сложно увязать с набирающими обороты репрессиями, необходимыми для того, чтобы противостоять растущему недовольству россиян, уставших от «брюквенной диеты».

Возможно, Навальный делает слишком высокие ставки на эту усталость народа. Россию не назовешь взрывоопасной страной. Однако в России уже началось брожение, пока что едва заметное и довольно сонное. Но нынешнее состояние бездействия и покоя будет нелегко сохранить в течение следующего шестилетнего президентского срока Путина.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 8 октября 2017 > № 2341628 Леонид Бершидский


Испания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 5 октября 2017 > № 2339560 Леонид Бершидский

Почему Каталония не сможет сделать то, что сделал Крым

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

Российская пропагандистская машина поддержала воскресный референдум в Каталонии, а МИД Украины осудил его, назвав «нелегитимным». На это есть веские причины. Ситуация в Каталонии схожа с тем, что произошло в 2014 году в Крыму, и сбросить со счетов эти схожие черты не так легко, как может показаться сторонникам независимости Каталонии.

Чтобы обсудить эти схожие черты, для начала следует разобраться с одним явным отличием. В марте 2014 года украинский полуостров Крым был заполнен российскими войсками — военные были в форме, но были и такие, кто был одет «не по форме». Спустя несколько дней после того, как в результате революции на Украине было свергнуто правительство президента Виктора Януковича, местный крымский парламент захватили российские «зеленые человечки» (так называли российских солдат без опознавательных знаков), и премьер-министром Крыма был назначен местный пророссийский политик Сергей Аксенов.

Украина утверждает, что референдум 16 марта 2014 года, на котором Крым проголосовал за выход из состава Украины и присоединение к России, состоялся под дулами автоматов. Это, однако, не соответствует действительности. Во время голосования ни «зеленых человечков», ни российских военнослужащих в униформе на избирательных участках не было. Никакого вооруженного давления на крымчан — и даже на коренных крымских татар, которые не поддержали отделение полуострова и в основном воздержались от голосования — не было. Никто не принуждал людей являться на участки или заполнять бюллетени определенным образом. Присутствие российских войск сыграло свою роль (подробнее обсудим это позже), но референдум был признан нелегитимным не по этой причине.

Конечно, бедный Крым был частью советской Украины только с 1954 года, а богатая Каталония была частью Испании не одно столетие. Тем не менее, зоркие каталонцы увидели в крымском референдуме луч надежды. Энрике — или Энрик по-каталански — Равелло (Enrique Ravello), каталонский политик, придерживающийся правых взглядов, который был на крымском референдуме «наблюдателем», сказал тогда в интервью изданию The New York Times, что «для нас в Каталонии Крым является примером того, что хотели бы сделать мы». Согласно украинской конституции, как и испанской, отделение территорий запрещено. Эти страны не являются федеративными или союзными государствами, наподобие бывшей унии Швеции и Норвегии, расторгнутой в 1905 году, или бывшей Чехословакии, распавшейся в 1993 году, или бывшего Советского Союза, конституция которого давала входившим в его состав республикам право на самоопределение, или нынешнего Соединенного Королевства. Украинские власти закрыли сепаратистскому правительству Аксенова доступ к спискам избирателей. Так что оно попросту использовало старые или неполные списки, которые удалось найти. Если кого-то не было в списке, лица, проводившие подсчет голосов, просто записывали их фамилии и выдавали им бюллетени. Поэтому восторженные участники референдума могли опускать в урны по несколько бюллетеней.

Испанское правительство тоже отказало каталонцам в доступе к спискам избирателей. Поэтому каталонские чиновники-сепаратисты сказали избирателям распечатать бюллетени дома и опускать их там, где есть возможность. Бюллетени даже раздавали на митингах перед референдумом.

В Крыму 95,6% проголосовавших на референдуме поддержали присоединение к России. В Каталонии, по данным местных властей, (за выход из состава Испании) проголосовали 90% участников референдума. В Крыму официальная явка превысила 83%, а в Каталонии она достигла примерно половины этого. Но эти цифры в одинаковой степени бессмысленны, поскольку возможности удостовериться в том, что голосование проводилось по каким-либо разумным правилам, не было. И в Крыму, и в Каталонии те, кто поддержал отделение, проявили бешеный энтузиазм. Те же, кто был против, предпочли помалкивать и сидеть дома, возможно, опасаясь, что энтузиасты могут не понять их позицию.

В любом случае это не имело значения. В Крыму к моменту проведения референдума местные сепаратистские власти уже приняли «декларацию независимости». В Каталонии правительство Карлеса Пучдемона (Carles Puigdemont) также знало результат заранее. Оно собирается провозгласить независимость в ближайшие дни.

Это самое важное сходство между двумя референдумами. Для тех, кто их организовал, не имеет значения, каков на самом деле был расклад общественного мнения. У них была цель, и любые внешние эффекты, театральность и пафос, которые помогали им добиться этой цели, воспринимались с одобрением. В случае с Крымом примером подобной «театральности и показухи» была публичная демонстрация русского патриотизма (поверх украинских флагов на автомобильных номерных знаках люди прикрепляли российские). В Каталонии основными «темами» было сопротивление попыткам властей Испании запретить референдум и любые признаки насилия со стороны испанских властей.

Главное отличие Испании-2017 от Украины-2014, безусловно, заключается в том, что украинское правительство попросту не было достаточно сильным, чтобы потребовать соблюдения своих законов в Крыму. Последующие события на востоке страны, когда Киев фактически попытался удержать сепаратистские регионы силой, подтвердили, что он не смог бы предотвратить отделение полуострова.

В Испании премьер-министр Мариано Рахой (Mariano Rajoy) возглавляет правительство меньшинства, но в данном случае речь идет не о наспех созданном временном кабинете и не о слабой стране, недавно пережившей революцию. Под контролем правительства находится правоохранительный аппарат и армия, и в «каталонском вопросе» оно пользуется поддержкой своих главных политических противников и испанского короля. Правительство Испании обладает достаточной силой и могло бы превратить сепаратистский референдум в карикатуру, запугав его организаторов и сорвав «голосование». И у него будет достаточно сил, чтобы подвергнуть преследованию сепаратистских лидеров, если те будут и дальше стремиться к провозглашению независимости. Правительство Испании также достаточно сильно, чтобы отказаться от международного посредничества. Принять это посредничество было бы ошибкой, проявлением слабости в отношении более слабых противников.

Украина хочет вернуть Крым — и мир признает ее право вернуть его обратно. Испания не отпустит Каталонию мирным путем по той же причине. И, несмотря на все стенания по поводу того, что Рахой обращается к тактике применения силы (которая, правда, пока еще не предполагает по-настоящему жестких мер и реального закручивания гаек), международной поддержки независимости Каталонии на основании результатов «референдума» нет.

И вот теперь пришло время сказать о военном присутствии России в Крыму. Россия обеспечила там превосходство в силе, благодаря которому отделение Крыма стало возможным в практическом плане. Не референдум, а угроза силы создали условия для того, чтобы Крым сегодня существовал фактически как часть России. Пучдемон рассчитывает только на себя, у него нет войск, нет силы, которая может бороться за выход из состава страны. Даже если бы он пользовался поддержкой большинства населения Каталонии (о чем по результатам «референдума» заявить он не может), в этом противостоянии он бы проиграл. Именно поэтому его ждет поражение, и каталонским сепаратистам в конечном итоге придется все начинать сначала. Если они способны думать, они начнут работать над подготовкой долгосрочной кампании по изменению испанской конституции и превращению страны в федеративное государство. Чтобы в перспективе можно было обсуждать вопрос о самоопределении.

Испания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 5 октября 2017 > № 2339560 Леонид Бершидский


Россия > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 29 сентября 2017 > № 2332663 Леонид Бершидский

Россия хочет наказать Telegram в назидание другим

Российским властям нужна дешифровка.

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

Власти всех стран, участвующих в современных кибервойнах, некоторый интерес к переписке пользователей мессенджеров проявляют и определенную информацию отслеживают. А в странах с деспотическим режимом власти этого даже не скрывают. Недавно руководитель проекта Telegram, мессенджера с зашифрованным обменом сообщениями, получил письмо из ФСБ, российской службы контрразведки. Это указывает на вышеупомянутое отличие, а также свидетельствует о том, насколько опасно доверять IT-компаниям, гарантирующим нам конфиденциальность переписки.

Павел Дуров, основатель Telegram, выложил письмо из ФСБ в социальной сети «Вконтакте» (популярном российском аналоге Facebook), который тоже основан им, но больше не является его собственностью. В документе, для удобства переведенном на ломаный английский язык (поскольку компания, стоящая за сервисом Telegram, зарегистрирована в Великобритании), представители спецслужбы сообщает адресату, что в соответствии с законом, принятом в прошлом году, он обязан передать ключи, позволяющие госорганам расшифровывать любые передаваемые через мессенджер сообщения. В письме также говорится о том, что Дуров уже нарушил закон, не сделав этого раньше. Речь идет о том же самом законе, в соответствии с которым соцсетям Facebook и Twitter в следующем году грозит закрытие в России, если они не начнут хранить персональные данные российских пользователей на территории страны. Руководство Twitter пообещало локализовать свою деятельность к середине 2018 года, а Facebook российским властям пока ничего не ответила.

ФСБ предпринимает юридические действия, составляя административные протоколы, что, скорее всего, приведет к судебным процессам в отношении российского (в некотором роде) юридического лица и станет предостережением для компаний вроде Facebook и Twitter. Это должно послужить для них сигналом, указывающим на то, что вызывающе пренебрежительное отношение к драконовскому закону об информационной безопасности им с рук не сойдет. И Telegram с его заявлениями о повышенной защищенности данных и о принципах нейтралитета является идеальной мишенью, на примере которой можно продемонстрировать, насколько все серьезно.

Дуров, создавший Telegram вместе со своим братом Николаем — россиянин, хотя какое-то время назад он получил гражданство государства Сент-Китс и Невис, дающее ему возможность ездить в большинство западных стран без визы. Он приложил все усилия, чтобы не регистрировать Telegram в России, и в итоге появилась британская компания, Telegram LLP. Правда, на официальном сайте мессенджера в разделе FAQ говорится, что офис сервиса находится в Берлине. «Несмотря на то, что братья Дуровы, как и некоторые ключевые разработчики, родились в России, Telegram с Россией не связан — ни юридически, ни физически», — говорится в FAQ. Но, как недавно заявил бывший сотрудник Telegram, недовольный действиями руководства, большая часть работ по разработке сервиса ведется в петербургском офисе, однако Дуров это отрицает. Если некоторые члены команды и работают в России, то для разработчиков (а через них — и для компании) это сопряжено с рисками — связанными с неисполнением законов и с преследованием во внесудебном порядке. На них могут оказывать жесткое давление и требовать от них предоставить ФСБ доступ к переписке в Telegram.

Возможно, что для конфиденциальности переписки пользователей Telegram это не самая большая угроза. Информатор из АНБ Эдвард Сноуден предупреждал, что по сравнению с конкурирующим приложением WhatsApp Telegram менее безопасен, поскольку хранит большую часть сообщений в облаке, что теоретически делает данные доступными для третьих лиц. Но для пользователей большое значение имеет географическое положение. Это — вопрос доверия.

Мессенджер Telegram, число активных пользователей которого ежемесячно составляет более 100 тысяч, пользуется огромной популярностью на Ближнем Востоке, где американским продуктам часто не доверяют. Согласно приложению Annie, в Иране Telegram занимает первое место по числу скачиваний на Android устройства, а приложение WhatsApp, которым пользуются более миллиарда человек, занимает лишь второе место. В каком-то смысле, это понятно: не так давно Иран пытался запретить WhatsApp из-за национальности Марка Цукерберга, назвав руководителя Facebook — и нового владельца WhatsApp — «американским сионистом». Для многих иранцев связь с помощью «российского» приложения более безопасна, но это не означает, что иранские власти не будут преследовать Telegram: недавно прокуратура Тегерана выдвинула против Дурова обвинения в том, что его сервис способствует распространению детской порнографии и пропаганде экстремизма.

Для американцев или, например, людей, митингующих в Гонконге, вероятное рассекречивание зашифрованного трафика китайских мессенджеров, таких как WeChat и QQ, в чем, несомненно, виновны власти Китая, является веской причиной для отказа от этих приложений. В 2014 году президент Южной Кореи Пак Кын Хе (теперь уже отстраненная от власти в результате импичмента) поручила прокуратуре расследовать случаи размещения в корейском мессенджере Kakao Talk оскорбительных для нее комментариев. В результате южнокорейские пользователи начали в массовом порядке переходить в Telegram, который обещал обеспечить «секретный чат» методом сквозного шифрования.

В России обязательство обеспечить шифрование трафика без присутствия в США или заметного местного присутствия в других странах позволило Telegram привлечь около 10 миллионов пользователей. Благодаря наличию в Telegram каналов — инструмента, позволяющего пользователю передавать контент подписчикам, сервис привлек интерес анонимных комментаторов, обладающих инсайдерской информацией о российской политике, а также талантливых представителей шоу-бизнеса. Число подписчиков самых популярных политических и развлекательных каналов достигает десятков тысяч, а поступающую по этим каналам информацию часто цитируют и обсуждают в СМИ. Владельцы каналов продают рекламу (чего сам Telegram не делает), а некоторые предприниматели даже продавали свои каналы. Наверное, это было бы невозможно, если бы люди не чувствовали, что этот мессенджер безопасен и политически нейтрален.

Теперь люди знают, что нельзя слишком доверять социальным сетям вроде Facebook, Instagram или Twitter. В этих сервисах и работодатели и госструктуры могут запросто отслеживать трафик. В России и других странах с авторитарными режимами за комментарии в социальных сетях людей сажают в тюрьму. Риски, связанные с излишней уверенностью в конфиденциальности переписки в интернете, очевидны для всех, кто наблюдал за скандалами в США во время избирательной кампании 2016 года. Компании-владельцы мессенджеров создают чувство уверенности в повышенной безопасности приложения, утверждая, что они используют сквозное шифрование (что не обязательно означает, что они намного безопаснее) и просто не помещают нашу переписку в открытый доступ, где каждый может ее прочитать, как это делают социальные сети. Но интерес российских спецслужб к мессенджеру Telegram (как и случай с приложением WeChat в Китае или настойчивые попытки властей Великобритании добиться установки оборудования, позволяющего получать доступ к трафику в WhatsApp в обход системы защиты) настораживает. Он указывает на то, что в каждую из этих систем рано или поздно можно будет проникнуть. Спецслужбы действуют настойчиво, и у них есть огромные полномочия и масса возможностей, чтобы требовать доступа к информации и получить этот доступ незаконным путем.

Это представляет опасность для тех, кто использует мессенджеры, разработанные какой угодно корпорацией. Эти коммерческие организации являются легкой добычей для государственных структур и легко могут стать объектом их открытого и скрытого давления в любой стране. Но особенно — в таких авторитарных государствах, как Россия. Чтобы обеспечить максимальную конфиденциальность и безопасность, приложение должно иметь открытый исходный код и постоянно находиться под наблюдением заинтересованного и децентрализованного сообщества разработчиков. Больше всего под это описание подходит приложение Signal, которое рекомендует Сноуден. А для Telegram игра, вероятно, скоро закончится.

Россия > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 29 сентября 2017 > № 2332663 Леонид Бершидский


Россия > СМИ, ИТ > inopressa.ru, 29 сентября 2017 > № 2330731 Леонид Бершидский

Россия хочет наказать Telegram в назидание другим

Леонид Бершидский | Bloomberg

"Любое правительство, вовлеченное в сегодняшние кибервойны, имеет определенный интерес к слежке за пользователями приложений-мессенджеров, и более деспотичные государства не утруждают себя тем, чтобы это скрывать", - пишет колумнист американского агентства Bloomberg Леонид Бершидский. Telegram, зашифрованный мессенджер в России, недавно получил письмо от ФСБ, которое подчеркивает это различие - и опасность доверия к уверениям технологических компаний в сфере прайвеси, отмечает автор.

"Павел Дуров, основатель Telegram, опубликовал письмо, полученное от ФСБ, в соцсети "ВКонтакте" - популярном российском клоне Facebook, основанном им же, но больше ему не подконтрольном, - говорится в статье. - В документе, любезно переведенном на ломанный английский, поскольку компания, стоящая за Telegram, зарегистрирована в Британии, спецслужба сообщает, что мессенджер обязан, согласно российскому закону, принятому в прошлом году, передать ключи, позволяющие правительству расшифровать любую информацию, которую передают с его помощью, и что Telegram уже нарушает закон, не сделав это".

"ФСБ встала на юридический путь, который, вероятно, доведет до суда дело против квазироссийской организации в качестве предупреждения таким компаниям, как Facebook и Twitter, - пишет Бершидский. - Это должно дать им знать, что пренебрежение драконовским законом об информационной безопасности не сойдет с рук. Telegram, с его притязаниями на дополнительную безопасность и нейтральность, идеальная мишень для такой демонстрации".

"Теперь люди уже знают, что не нужно слишком увлекаться, выкладывая подробности своей жизни в соцсетях типа Facebook, Instagram и Twitter, - продолжает колумнист. - Эти сервисы слишком легко отследить работодателям и правительствам, а в России и других странах с авторитарными режимами людей уже сажали в тюрьму за комментарии в публичных социальных СМИ". Мессенджеры создали впечатление большей безопасности - они заявляют, что используют сквозное шифрование (что не обязательно означает, что они намного безопаснее), и они не выставляют сообщения на всеобщее обозрение, где все их могут прочитать, как в соцсетях, отмечает автор.

Однако интерес российских спецслужб к Telegram - знак того, что ко всем подобным системам рано или поздно, вероятно, будет получен доступ, полагает журналист. "Разведслужбы настойчивы, и у них много власти, чтобы потребовать доступ или получить его незаконно", - пишет Бершидский.

"Это представляет опасность для всех, кто использует приложение-мессенджер, разработанный любым корпоративным субъектом, - заключает колумнист. - Они являются доступными мишенями для открытого и тайного правительственного давления повсюду, но особенно в таких авторитарных странах, как Россия. Для максимально высокого уровня прайвеси и безопасности приложение должно быть с открытым исходным кодом и постоянно находиться под наблюдением распределенного сообщества разработчиков. Signal, приложение, которое рекомендует Сноуден, лучше всего подходит под это описание. Для Telegram игра скоро может быть окончена".

Россия > СМИ, ИТ > inopressa.ru, 29 сентября 2017 > № 2330731 Леонид Бершидский


Польша. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 27 сентября 2017 > № 2328572 Леонид Бершидский

Польские националисты одерживают победу над ЕС в его собственной игре

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

Националисты, которые руководят Польшей, проявили себя искусными игроками в их конфронтации с Евросоюзом, который уже обвинил их в подрыве диктатуры закона, но пока еще не ввел против них санкции в связи с этим. Президент Анджей Дуда (Andrzej Duda) представил то, что он назвал компромиссными предложениями по судебной реформе, которая сильно рассердила Евросоюз. Эта стало той оливковой ветвью, которую Евросоюзу стоит принимать только в том случае, если он тайно сожалеет о резкой критике в адрес польских властей.

Партия «Право и справедливость», которая помогла Дуде стать президентом в 2015 году, приложила массу усилий, чтобы поднять Польшу вверх по шкале авторитаризма. Она начала с установления жесткого контроля над польским конституционным судом (чье право трактовать основные законы не попадает под действие текущей реформы). Затем она взялась за государственные СМИ, которые она превратила в свои инструменты пропаганды. И она продвигала свои законы, не консультируясь с другими политическими силами, несмотря на то, что в парламенте она обладает лишь незначительным большинством. Все это время Евросоюз наблюдал за происходящим, мягко выражал свою озабоченность, инициировал «диалог» с польским правительством, который это самое правительство по большей части игнорировало.

Терпение Евросоюза, по всей видимости, лопнуло в июле, когда «Право и справедливость» провела через парламент три закона, вносящие серьезные изменения в нынешнюю судебную систему. Эти законы отправляют действующих судей верховного суда в отставку, предоставляют парламентскому большинству контроль над комитетом, отвечающим за назначение судей, и предоставляют Министерству юстиций широкий контроль над региональными судами.

Тогда первый вице-председатель Еврокомиссии Франц Тиммерманс (Frans Timmermans) решился на необычный шаг и пригрозил Польше Статьей 7 договора о ЕС — процедурой, в результате которой страна может лишиться права голоса в ЕС за неспособность поддерживать фундаментальные принципы и ценности союза. Прежде к этой статье ни разу не прибегали, и это была самая серьезная угроза, на которую только могли пойти чиновники Евросоюза. Тиммерманс ясно дал понять, что эта процедура будет запущена в том случае, если законы, касающиеся польской судебной системы, вступят в силу. Три дня спустя Дуда наложил вето на два закона из трех, оставив только закон о региональных судах. В связи с этим Евросоюз инициировал против Польши процесс о нарушении, однако кризис был на время сглажен.

«Право и справедливость» начала жаловаться на поведение Дуды, и создавалось впечатление, что президент поссорился со своими прежними союзниками. Это дало ему некоторую свободу в выборе такого варианта решения для Тиммерманса и других чиновников Евросоюза, который позволил бы ему сохранить репутацию. Дуда представил свое решение в понедельник, 25 сентября, и этот вариант мало чем отличатся от первоначальных законопроектов, предложенных партией «Право и справедливость» — по крайней мере по своему духу. Согласно предложению Дуды, действующим судьям верховного суда не нужно будет уходить в отставку немедленно — они должны будут сделать это, когда им исполнится 65 лет и 60 лет, если речь идет о женщинах (то есть треть судей должна будет подать в отставку уже к концу этого года). Президент также предложил создать две новые коллегии: одна из них должна будет заниматься необычными жалобами, состоять из политиков и получить право отменять решения верховного суда, а другая будет заниматься дисциплинарным производством в отношении судей. Согласно той версии реформы, которую продвигает Дуда, парламент будет и дальше выбирать членов Национального судебного совета — органа, который выбирает судей — но теперь уже для утверждения нужно будет получить три пятых голосов, а не простое большинство.

Кроме того, Дуда изначально предложил внести некоторые изменения в конституцию: если парламент не сможет выбрать членов Национального судебного совета, право сделать это получит президент. Когда Дуда обсуждал свой план с лидерами парламентских фракций сразу же после объявления о нем, он столкнулся с решительным сопротивлением: оппозиция выступает против внесения любых поправок к конституции, касающихся судебной системы, а «Право и справедливость» не хочет передавать президенту лишние полномочия. Поэтому Дуда быстро пошел на попятную, предложив другую схему: каждый член парламента должен голосовать за одного кандидата в этот совет. Это выглядело как уступка, однако в этом случае преимущество остается за партией большинства, особенно если учесть, что популистская фракция «Кукиз'15» хочет создать альянс с партией «Право и справедливость» в вопросах судебной системы.

Версия реформы, предлагаемая Дудой, преследует ту же самую цель, что и первоначальные законопроекты «Права и справедливости»: она нацелена на усиление политического контроля над судебной системой. Это вовсе не обязательно является плохой затеей: во многих развитых странах, включая США и Германию, политики играют важную роль в выборе судей. Сегодня судебное сообщество в Польше пользуется большей автономией, чем суды в этих странах, что может нести в себе риски для прозрачности его работы. Но Евросоюз уже сделал этот вопрос «красной линией» в отношениях с Польшей, поэтому поляки сейчас относятся к нему как к делу политического, а не правового характера. Лидер «Права и справедливости» Ярослав Качиньский продолжает говорить о разногласиях с Дудой, что создает впечатление, будто система сдержек и противовесов в стране работает, и заставляет Евросоюз принять «компромисс» Дуды. Однако на самом деле Дуда просто помогает Качиньскому воплотить в жизнь его идеи с минимальными изменениями.

Евросоюзу необходим было начать действовать раньше, когда партия «Право и справедливость» проехалась катком по конституционному суду. В текущем вопросе меньше определенности, и нет никаких гарантий, что Европейский суд отклонит польскую судебную реформу. Таким образом, многое указывает на то, что Тиммерманс готов уступить. Никто не упомянул о Статье 7, когда министры иностранных дел стран ЕС встретились в Брюсселе после объявления Дуды. Тиммерманс пообещал «очень внимательно изучить поправки» и попросил Польшу отправить их экспертной комиссии Евросоюза.

Однако не нужно проводить особо тщательный анализ, чтобы заметить, что суть предложений не изменилась. Если Евросоюз действительно намерен начать наступление на партию «Право и справедливость», ему стоит продолжить процедуру Статьи 7, а не попадаться на спектакль с «хорошим полицейским и плохим полицейским», который разыгрывают Дуда и Качиньский. Если Брюссель отступит и начнет искать новый повод для того, чтобы приструнить нелиберальное польское правительство, он никогда ничего не добьется. Поляки хорошо изучили его игры, и они достигли такого же мастерства, как и их союзник, премьер-министр Венгрии Виктор Орбан, который умеет ходить по краю пропасти без каких-либо серьезных последствий. Евросоюз этого не хочет: правительство, которое ведет себя безответственно по отношению к судам, СМИ и даже своим европейским союзникам, не может быть частью европейского проекта. Заставить это правительство предложить, в сущности, бессмысленный компромисс — это не победа, а самое настоящее поражение.

Польша. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 27 сентября 2017 > № 2328572 Леонид Бершидский


Испания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 22 сентября 2017 > № 2321754 Леонид Бершидский

Каталонские сепаратисты на пути к провалу

Сепаратисты, возглавляемые Карлесом Пуджидмонтом, загнали себя в угол. Они не готовы к долговременному вооруженному сопротивлению, они не пользуются подавляющей поддержкой в самой Каталонии и к тому же зашли слишком далеко, чтобы вести успешные переговоры о более широкой автономии в составе Испании.

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

Каталонцы, которые намерены голосовать за независимость 1 октября, не принимают во внимание тот факт, что независимо от законности голосования, его результаты будут иметь значение только в том случае, если они будут готовы бороться за них и победить в насильственном конфликте.

Когда дело доходит до референдума о независимости, Каталония и Испания попадают в правовой конфликт. Местный парламент постановил провести голосование, и сотни мэров пообещали его облегчить. Испанские суды и правительство объявили референдум незаконным — на том основании, что только народ Испании может голосовать за изменение конституции страны. Каталонцы усложняют юридические аргументы против этой позиции. То, чего у них нет, так это решимости бороться с Испанией.

Каталонское националистическое движение в основном всегда было мирным. Единственным заметным исключением является группа Terra Lliure, активность которой приходится на период с 1978 по 1995 годы. Вследствие ее атак погиб один человек, и вскоре под давлением государства она прекратила свое существование. У этой группы никогда не было силы или решимости Ирландской республиканской армии, ЭТА или даже Освободительного фронта Квебека, не говоря уже о сепаратистских бойцах Чечни, Абхазии, Южной Осетии, Южного Судана, Эритреи или Тимора-Лешти.

Такая решимость не является абсолютно необходимой для успешного отделения. В качестве альтернативы, общественное мнение в стране, от которой регион пытается отделиться, должно быть в пользу изменений или, по крайней мере, должно быть готово принять волю населения региона. Но такие консенсуальные ситуации встречаются редко. Так, например, остальная часть Испании — по крайней мере, те испанцы, которые проголосовали за крупные политические партии, — не поддерживает независимость Каталонии.

В этих условиях сепаратисты нуждаются в росте превосходства. Что, в конце концов, предотвратило радикальное насилие, когда Советский Союз распался: Москва неохотно позволила своим конституционным республикам покинуть состав Союза, понимая, что не обладает военной силой, чтобы их всех удержать. Если сепаратисты не могут убедить большую нацию в том, что она слишком слаба, чтобы сопротивляться, они должны быть готовы сражаться в кровопролитной войне. Все успешные и несколько неудачных отделений последних десятилетий были отмечены насилием.

Когда дело доходит до сепаратизма, есть определенные выигрыши даже в террористических методах. Как в Ирландии, так и в Квебеке отчаянные националистические бойцы придали вопросу о независимости неотложность и вынудили власти искать мирные решения, в том числе сильную автономию для регионов. Но полное отделение, как правило, достигается за счет полномасштабного конфликта. В этом случае лучше всего, если люди из отдаленных регионов могут «стоять на своих двух ногах». Если в конфликт вовлечены другие страны, обычно возникают проблемы с распознаванием, так как властям обычно мешают перекраивать границы их геополитические соперники.

Так, Россия и Китай, а также ряд других стран, не смогли признать Косово, несмотря на решение Международного Суда в пользу его отделения: для них государственность Косово была результатом деятельности Организации Североатлантического договора. С другой стороны, вряд ли кто-либо признал поддержанную Россией «независимость» Абхазии и Южной Осетии, которые отделились от Грузии. Также только 10 стран признали Крым частью России.

Когда сепаратисты понимают, что им придется бороться, войны, в которые они вовлекаются, часто продолжаются десятилетиями, как это было в Южном Судане, Эритрее и Тиморе-Лешти до того, как вопросы были разрешены с помощью голосования. И победа, конечно, не гарантируется. Баскские сепаратисты ЭТА, чья интенсивная террористическая кампания длилась полвека, проиграли. Тамильские тигры вели войну с правительством Шри-Ланки четверть века и потерпели поражение. Чеченцы боролись за независимость от России в течение 15 лет, но также проиграли.

Каталонские сепаратисты не имеют ни возможности, ни отчаяния бороться с испанской армией или даже с испанской полицией, которая недавно конфисковала материалы, связанные с референдумом, недалеко от Барселоны, демонстрируя, что она контролирует ситуацию в Каталонии. Также у них нет значительной международной поддержки. Премьер-министр Испании Мариано Рахой обладает превосходством, когда угрожает вмешательством испанских служб безопасности и возможным уголовным преследованием каталонских сепаратистских законодателей. Никто не посмеет угрожать ему сильным ответом. Таким образом, у Рахоя нет причин отступать, а сепаратистам не удастся добиться успеха, даже если голосование состоится с большой избирательной кампанией, и каталонцы большинством голосов проголосуют за отделение.

Если каталонские сепаратисты не готовы к долговременному вооруженному сопротивлению, единственный способ достичь своей цели — убедить большинство испанцев, что им лучше без Каталонии. Это будет трудно по тем же причинам, по которым сепаратисты считают, что Каталония будет успешной сама по себе: богатый регион является чистым финансовым донором для остальной Испании.

Сепаратисты, возглавляемые Карлесом Пуджидмонтом, загнали себя в угол. Они не готовы стать на длинный и опасный путь к успеху, у них нет аргументов в пользу консенсуса или даже подавляющей поддержки в самой Каталонии. Также они зашли слишком далеко в своем противостоянии с правительством в Мадриде, чтобы вести успешные переговоры о более широкой автономии в составе Испании. С этими лидерами и с их подходом к независимости каталонский народ не увидит больше свободы от Испании, что бы ни случилось 1 октября.

Испания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 22 сентября 2017 > № 2321754 Леонид Бершидский


Россия. США > СМИ, ИТ > inopressa.ru, 19 сентября 2017 > № 2316292 Леонид Бершидский

Запрет американского правительства на продукцию "Лаборатории Касперского" создает некрасивый прецедент

Леонид Бершидский | BloombergView

"Что это - благоразумная предосторожность или неприкрытый протекционизм?" - задается вопросом обозреватель Bloomberg View Леонид Бершидский, анализируя запрет правительства США на использование продукции "Лаборатории Касперского".

"Можно привести аргументы в пользу обоих объяснений. Но, по большому счету, не так важна обоснованность запрета, как его последствия для характера индустрии кибербезопасности - индустрии, не знающей государственных границ - а также для ИТ-индустрии в целом", - считает Бершидский.

Министерство внутренней безопасности США в своем заявлении о "Лаборатории Касперского" исходит из логического умозаключения, что любая российская компания, вероятно, действует в интересах российского правительства. Бершидский полагает: эта логика "означает, что потенциальное доверие к такой компании выше, когда речь идет об угрозах, порожденных США". "Это потенциально хорошо для "Лаборатории Касперского" за пределами США, но несет некрасивые последствия для индустрии кибербезопасности; если сегодня лучшие фирмы пользуются равным доверием, то подобный прагматичный подход заставит относиться к ним всем с одинаковым подозрением", - рассуждает Бершидский.

Автор выявляет еще одну проблему: "Поскольку, когда речь идет о кибервторжениях, наибольшая опасность исходит от инсайдеров, фирмы больше не могут спокойно рассчитывать на талантливых специалистов из разных стран, как делалось много лет". "И вообще, если национальные государства считают киберпространство театром боевых действий, то, наверное, всем правительствам и крупным компаниям следует использовать только отечественный софт?" - вопрошает автор. Он напоминает, что именно это предписал президент Путин российским ИТ-компаниям, которые хотят получить госконтракты. Возможно, Соединенным Штатам тоже следует проявить осторожность, считает он.

"Но для правительств других стран (кроме России и США. - Прим. ред.) и для частного бизнеса такой менталитет может означать, что они прозевают угрозы, которые сегодня причиняют реальный экономический и политический ущерб. Формат, который индустрия кибербезопасности имела до новой холодной войны, - средоточие многонациональных интеллектуальных ресурсов и специализированных умений, которые сплотились против всех угроз, - лучше годился для отражения атак", - заключает автор.

Россия. США > СМИ, ИТ > inopressa.ru, 19 сентября 2017 > № 2316292 Леонид Бершидский


Германия > Миграция, виза, туризм > inosmi.ru, 19 сентября 2017 > № 2316253 Леонид Бершидский

Что произошло, когда в Германию приехал миллион беженцев?

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

Еще не так давно кризис с беженцами в Германии выглядел так, что возникало впечатление, будто все может закончиться закатом политической карьеры канцлера Ангелы Меркель. Теперь понятно, что этого не произойдет, так как Меркель, скорее всего, победит на своих четвертых выборах, которые состоятся 24 сентября. Неужели Германия действительно справилась с проблемой, как и обещала Меркель в 2015 году?

Если говорить честно, пока не справилась.

После 2015 года, когда Меркель настежь открыла двери Германии для искателей убежища, и в страну приехало около миллиона человек, наплыв беженцев пошел на убыль. Но с января по август 2017 года было подано 149 880 заявлений на предоставление убежища. Это больше, чем за весь 2013 год, а к концу года этот показатель может превысить цифры 2014 года.

Надежной статистики по расселению беженцев не существует. Последние официальные данные имеются за 2015 год, и они показывают, что 61 процент искателей убежища жил в приемниках для беженцев или в квартирах общего проживания. То есть, жили они совместно, а не в домах на одну семью. В мае 2017 года издание Der Spiegel попыталось провести собственный подсчет и пришло к выводу, что десятки тысяч людей по-прежнему живут во временных убежищах, куда они попали после приезда, скажем, в блоках контейнеров или в ангарах бывшего аэропорта Темпельхоф. По сравнению с этим коммунальное жилье, к которому можно отнести переполненные хостелы, это большой шаг вперед.

Просители убежища обязаны посещать курсы по интеграции. Однако немецкий язык очень труден для изучения, и поэтому, когда Федеральное управление миграции в конце 2016 года провело масштабное исследование среди беженцев, выяснилось, что лишь 18% из них хорошо освоили язык, а 47% признались, что знают его плохо.

Ситуация на рынке труда складывается отвратительная. По официальным данным за август 2017 года, 497000 беженцев были зарегистрированы в немецких центрах занятости как люди, ищущие работу. А 196000 из них (на 43000 больше, чем годом ранее) являлись безработными. Остальные беженцы даже не имеют права на работу, потому что их заявления пока не рассматривались, либо не прошел первоначальный трехмесячный период ожидания, когда они должны посещать курсы по интеграции, а работать в это время им запрещено. В среднем, время на принятие решений по заявлениям беженцев у иммиграционных властей сократилось: сейчас за 10 месяцев рассматривается около 40% документов иммигрантов, в то время как в 2013 году этот показатель был ниже 20%. Тем не менее, по состоянию на конец июля была значительная задержка с рассмотрением 129 ъ000 заявлений, о чем сообщает Федеральное управление занятости.

Сейчас ситуация лучше чем в 2015 году, когда новые иммигранты бесконтрольно пересекали границу. Немецкая правительственная машина после первоначального потрясения начала справляться с возросшей нагрузкой, и сейчас немцы практически не видят беженцев на улицах. На поверхности все довольно тихо и гладко, но жизнь у беженцев по-прежнему резко контрастирует с жизнью окружающего их состоятельного общества. Каковы же в таком случае успехи Меркель? Сегодня, когда речь заходит о преодолении миграционного кризиса, она говорит намного увереннее, чем в 2016 году. Тогда она сожалела, что не может повернуть время вспять для исправления ошибок. В этом году она подает сигналы о том, что поступила бы точно так же.

Народная поддержка

«Среди элиты и других представителей немецкого общества распространена уверенность в том,что интеграция иммигрантов — это правильный путь», — говорит генеральный директор Центра региональных исследований в городе Эрлангене Петра Бендель (Petra Bendel), являющиеся также членом экспертного совета Немецкого фонда по интеграции и миграции. Это влиятельная организация, объединяющая в своих рядах немецких экспертов, интересующихся вопросами миграции. Бендель приводит данные проведенного недавно опроса, в ходе которого три четверти немцев осудили миграционную политику, назвав ее «плохо подготовленной». Но примерно такое же количество респондентов сказали, что она «нравственно необходима». В ходе того же опроса 51 процент сказал, что Германия испытывает огромную потребность в работниках, и с этой задачей могут справиться беженцы. По словам Бендель, это очень важно. «В конце концов, преимущество Меркель на выборах это экономика», — говорит она. Действительно, Германия, где почти полностью отсутствует безработица, испытывает дефицит трудовых ресурсов по ряду профессий и направлений, начиная с программистов и кончая парикмахерами. В этом году вакансия сантехника остается открытой в течение 156 дней, в то время как в 2016 году этот срок составлял 142 дня. Чтобы найти работника по уходу за престарелыми людьми, требуется 167 дней. Поэтому немецкие компании с энтузиазмом говорят о прибытии мигрантов.

В 2015 году Меркель провела совещание с руководителями крупных компаний, на котором обсуждался вопрос об интеграции беженцев на рынке труда. После этого совещания на свет появилась организация, получившая название «Мы вместе» (Wir Zusanmmen). Она занимается координацией интеграционных проектов различных компаний. Свою деятельность организация начала в феврале 2016 года, приняв в свои ряды 36 фирм. Сегодня в ее рядах насчитывается 220 членов, в том числе, 19 фирм, включенных в немецкий индекс DAX. В этот список входят исключительно «голубые фишки» немецкой промышленности, в том числе, такие фирмы как Adidas, Bosch, Opel, Siemens, Volkswagen, Lufthansa, Deutsche Telekom и прочие.

Интеграционные программы в этих компаниях дают доступ к прославленный немецкой системе профессионального обучения, в рамках которой опытные работники готовят новых специалистов, а те параллельно занимаются в профессиональных училищах. К этим проектам привлечены 18000 сотрудников, которые также помогают беженцам изучать язык, оформлять иммиграционные документы, и знакомят их с тонкостями немецкой повседневной жизни, которая, как мне известно из личного опыта, может привести иностранца в замешательство.

По словам руководителя проекта «Мы вместе» Марлис Пейне (Marlies Peine), многие компании нашли в этих программах интеграции большие преимущества, поскольку им удается привлекать к работе квалифицированных немцев, желающих делать добрые дела. Первоначальный энтузиазм, который я наблюдал в 2015 году, пошел на спад, но миллионы немцев по-прежнему добровольно помогают беженцам. И им нравится то, что это можно делать на рабочем месте. Но здесь есть одна проблема: количество беженцев, участвующих в этих программах, составляет всего 7 000 человек. Это крохотная цифра по сравнению с численностью сотрудников, работающих в этих компаниях.

Пейне говорит, что работать хотят очень многие беженцы. Однако компаниям трудно найти людей с достаточно солидным иммиграционным статусом, указывающим на то, что долгосрочная интеграция даст положительный результат. Согласно данным опроса Миграционного управления, 90% беженцев хотят остаться на длительный срок. Однако Меркель и другие политики из Христианско-демократической партии говорят, что когда закончится война в Сирии, многим беженцам придется вернуться домой.

В четверг вечером Меркель постаралась донести эту мысль до одного сирийца, находившегося в студии, где шла телевизионная программа. Этот человек поблагодарил канцлера за то, что она позволила его семье приехать в Германию, и сказал, что не хочет расставаться с этой страной. По словам Пейне, иногда компании, принимающие беженцев на курсы интеграции, спустя несколько месяцев выясняют, что эти люди депортированы. Правительство Меркель активизировало процесс депортации, чтобы успокоить консервативных избирателей.

Государственная железнодорожная компания Deutsche Bahn, у которой в Германии примерно 200 000 сотрудников, имеет всего 200 вакансий в своей программе интеграции, хотя эти места еще не заполнены. Об этом мне рассказала создательница программы Ульрике Штодт (Ulrike Stodt). Компания находит желающих трудиться беженцев через центр занятости и на ярмарках вакансий, но чтобы пройти весь процесс интеграции, требуется очень сильная мотивация.

Deutsche Bahn приспособила под нужды беженцев свою программу «допрофессиональной подготовки» для людей моложе 25 лет, не имеющих профессиональной квалификации. За год участники этой программы могут познакомиться с компанией и пройти подготовку на рабочем месте в ее многочисленных подразделениях, выяснив за это время, какая работа подходит им больше всего. Беженцы также изучают язык и культуру, чтобы подняться до того уровня, который необходим для начала профессионального обучения. Правда, изучение технической терминологии это уже следующий шаг. По словам Штодт, у беженцев возникает очень мало проблем культурного свойства. Кое-кто в компании волновался по поводу того, что проходящим обучение мусульманам будет трудно подчиняться наставницам-женщинам, но оказалось, что это не очень большая проблема. Точно так же беженцы из Сирии, Ирака, Ирана, Афганистана, Сомали и Эритреи согласились с тем, что молиться можно лишь тогда, когда это позволяют условия работы. «Это как у христиан, которые не всегда могут посещать церковь по воскресеньям из-за того, что у них выпадает рабочий день», — говорит Штодт. В основном беженцы ведут себя точно так же, как и другие ученики, за исключением очень слабого знания языка. Для тех, кто прошел первый год и приступил к настоящей учебе с ее трудными теоретическими занятиями и подготовкой на рабочем месте, язык является главным препятствием. Еще одно препятствие это низкая зарплата, которую в Германии получают ученики. В среднем она составляет 854 евро в месяц. Даже если учесть небольшое социальное пособие, которое получают беженцы, на эти деньги трудно прожить три года — а именно столько времени занимает учеба в компании Deutsche Bahn. Только твердое обещание предоставить работу (в Deutsche Bahn это означает практически пожизненную занятость) может заставить людей продолжать занятия в рамках программы. Первые выпускники появяся только в 2019 году. В землях Германии существуют аналогичные государственные программы, и на эти средства выделен федеральный грант на сумму 50 миллионов евро; однако эти программы не гарантируют занятость по окончании учебы.

Deutsche Bahn также принимает беженцев, прошедших профессиональную подготовку в своих странах. Они учатся, а правительство пытается проверить их дипломы и свидетельства. Этот процесс может занять много месяцев и даже окончиться неудачно.

По словам Штодт, те усилия, которые Deutsche Bahn затрачивает на интеграцию небольшого количества беженцев, вполне оправдывают себя. Это в равной степени социальная ответственность и попытка найти необходимую рабочую силу, обучаемую в соответствии с немецкими стандартами. Когда в пятидесятых и шестидесятых годах в Германию начали приезжать гастарбайтеры из Турции и других бедных стран, их подготовка велась не столь тщательно, из-за чего процесс интеграции этих людей проходил медленно, и зачастую заканчивался неудачей. Германия не хочет повторять допущенные ошибки.

Добрых намерений недостаточно

Минусом такого скрупулезного подхода является отсутствие гибкости. Одна из самых серьезных проблем сегодняшнего дня состоит в необходимости создавать последовательные процедуры для признания квалификации и оценки приобретенных навыков, которые порой появляются у беженцев неформальным путем. Об этом в своей статье для издания Bertelsmann Stiftung написала Ютта Альтмюллер (Jutta Altmueller). Еще одно серьезное препятствие это изучение языка. Качество бесплатных языковых курсов, которые в настоящее время предлагают беженцам, откровенно низкое. Официально установленные стандарты владения языком не дотягивают до требований, предъявляемых к претендентам на реальные рабочие места. Если эти проблемы не будут решены, и если правительству Германии не хватит смелости сказать иммигрантам и их потенциальным работодателям, что оно не намерено пересматривать их статус после окончания конфликтов на Ближнем Востоке и в Африке, страна упустит прекрасную возможность получить дополнительные трудовые ресурсы в количестве 600000 человек. В этом случае беженцы просто заполнят теневую экономику страны, которая в последние годы пошла на спад из-за снижения безработицы.

Меркель в этом году получит карт-бланш в отношении беженцев, хотя работа по интеграции далеко не закончена. Германия сталкивается с нехваткой правовых механизмов, и кроме того, ей серьезно не хватает ресурсов. Похоже, что демократические партии договорились не раздражать людей проблемами иммиграции, говорит политолог Бендель. В 2021 году, когда состоятся новые выборы, консенсуса может и не быть. А выступающая против эмиграции немецкая партия «Альтернатива для Германии» может укрепить свои позиции, причем довольно значительно. Но возможно и такое, что Меркель больше не будет баллотироваться. Поэтому она, скорее всего, избежит долговременной ответственности за принятые в 2015 году смелые решения. Но знаменитая фраза канцлера «Мы справимся» является твердым обещанием для ее партии и для беженцев. А в конечном итоге, и для немецкой экономики. Остается только надеяться, что почти стопроцентная победа Меркель на выборах не приведет к тому, что она откажется от своих обещаний.

Германия > Миграция, виза, туризм > inosmi.ru, 19 сентября 2017 > № 2316253 Леонид Бершидский


Украина > Внешэкономсвязи, политика. Миграция, виза, туризм > inosmi.ru, 12 сентября 2017 > № 2306325 Леонид Бершидский

Как бывший губернатор вторгся на Украину

Тот факт, что президент Украины Петр Порошенко не смог предотвратить приезд своего политического противника, говорит о многом.

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

В воскресенье, 10 сентября, сторонники бывшего президента Грузии Михаила Саакашвили прорвали оцепление полиции и пограничников на пропускном пункте на границе Украины с Польшей, чтобы вернуть обратно в страну своего изгнанного героя. Этот драматический инцидент стал печальным свидетельством провала попыток президента Украины Петра Порошенко привлечь иностранцев к проведению реформ в его коррумпированном постсоветском государстве. Кроме того, он стал свидетельством того, что все заявления президента о сделанном Украиной цивилизационном выборе в пользу Запада совершенно бессодержательны.

Саакашвили стал одним из многих иностранных экспертов, которых Порошенко пригласил на Украину после своего избрания в 2014 году, ставшего возможным благодаря «революции достоинства». Сначала Саакашвили возглавил совет по проведению реформ на Украине, а затем, когда его политические перспективы на родине постепенно иссякли, он стал губернатором Одесской области, чтобы попытаться восстановить экономику этого важного и в основном русскоязычного региона.

С тех пор многие иностранцы ушли в отставку, выразив при этом массу разочарований и усталость. Одесский проект Саакашвили тоже провалился — как он сам объяснил, из-за сопротивления со стороны Киева. Пережив разочарование, он решил заняться политикой и создал антикоррупционную партию. Порошенко плохо воспринял эти перемены и в июле лишил Саакашвили украинского гражданства. Поскольку ранее Грузия сделала то же самое — сразу после того, как Саакашвили занял свой пост в украинском правительстве — это решение Порошенко превратило его в человека без гражданства.

Украина подписала Конвенцию ООН о сокращении безгражданства, поэтому единственным способом лишить бывшего президента Грузии гражданства было заявить, что он солгал при подаче заявки. Саакашвили действительно забыл упомянуть об уголовных обвинениях, выдвинутых против него в Грузии, где его обвиняют в злоупотреблении властью. Однако тема обвинений против него довольно широко освещалась в СМИ, поэтому Порошенко и его советникам, несомненно, было известно об обвинениях в тот момент, когда они решили сделать Саакашвили гражданином Украины. Его решение лишить Саакашвили гражданства было откровенно политическим. Более того, оно противоречит Конвенции ООН, согласно которой у Саакашвили есть право отстаивать свои права в суде.

Саакашвили, путешествовавший со своим технически уже аннулированным украинским паспортом, задумал вернуться на Украину через Польшу. Несколько украинских политиков, которые не согласились с решением Порошенко — среди них оказалась бывший премьер-министр Юлия Тимошенко — присоединились к Саакашвили в Польше. Однако бывший президент Грузии отказался от своего первоначального плана пересечь границу в воскресенье на автобусе после того, как он услышал новости о довольно многочисленной группе головорезов, появившейся у границы рядом с тем местом, где расположились его сторонники. Вместо этого он сел на поезд «Украинских железных дорог», направлявшийся из польского города Пшемысль в Львов на западе Украины. Начальник поезда сообщил пассажирам, что поезд будет стоять на станции польского города до тех пор, пока «человек, которому запрещено въезжать на территорию Украины, не сойдет с него». Пассажирам, которым нужно было быстро добраться до Львова, даже подали автобусы.

Поняв, что поезд никуда не поедет, Саакашвили сел на автобус, чтобы добраться до другого пропускного пункта, в Шегини. Польские пограничники его пропустили, однако на украинской стороне ему сообщили, что погранпереход закрыт из-за угрозы взрыва бомбы, о которой по телефону сообщил неизвестный. Саакашвили находился в нейтральной зоне до тех пор, пока несколько сотен его сторонников не прорвали оцепление пограничников и полиции.

Саакашвили прошел по улицам Львова в сопровождении своих сторонников. Там его радостно приветствовали местные жители, и к нему навстречу даже вышел мэр города Андрей Садовый, который тоже стремится попасть в правительство в Киеве. Саакашвили даже выложил на своей странице в Фейсбуке видео. «Мне безразлично, кто нарушает границу — боевики на востоке или политиканы на западе, — подчеркнул Порошенко в своем гневном заявлении, опубликованном на его сайте. — Надеюсь, однажды он с таким же рвением будет прорываться в Грузию». Министр внутренних дел Арсен Аваков осудил «самоубийственное разрушение институциональности» «ради сиюминутных политических интересов» и пообещал привлечь всех виновных к ответственности. Однако Порошенко может винить только себя. Это он решил пригласить иностранцев в нереформированную, коррумпированную систему украинского правительства, не предоставив им никакой серьезной бюрократической, финансовой или политической поддержки. Несомненно, ни один из тех иностранцев не хотел, чтобы им воспользовались таким образом. Еще одну ошибку Порошенко совершил, попытавшись выдворить Саакашвили из страны. Закон сейчас на стороне Саакашвили.

Действия Порошенко позволили его политическим противникам заявить о том, что его попытки защитить его власть делают его похожим на свергнутого президента Виктора Януковича. «Нет никаких сомнений в том, что наступила новая коррумпированная диктатура», — написала в понедельник, 11 сентября Тимошенко на своей странице в Фейсбуке.

Партия Тимошенко «Батькивщина» сегодня формально является самой популярной партией на Украине, однако это ни о чем не говорит: согласно результатам нового опроса, ее поддерживают около 11% украинцев. Блок Порошенко набрал менее 10%. Следующие выборы назначены на 2019 год, и чисто теоретически у любого политика, включая Порошенко, есть в запасе еще очень много времени для того, чтобы восстановить популярность. Но ясно одно: Украина вернулась в свое привычное состояние анархии и междоусобной борьбы.

Западные лидеры не могут игнорировать такое положение вещей. Для постсоветского государства недостаточно просто повернуться спиной к России и отбиться от ее вооруженных налетов. Необходимо приложить усилия к тому, чтобы установить диктатуру закона, упразднить политическое кумовство и внести фундаментальные изменения в экономику — к примеру, организовать свободный рынок земли, на чем настаивает Международный валютный фонд и от чего украинское правительство продолжает отказываться. Неважно, сколько финансовой помощи Украина получит от Запада за свою готовность противостоять президенту России Владимиру Путину, она все равно может оказаться несостоятельным государством, если ее политики не начнут создавать работоспособные институты и не согласятся на честную конкуренцию.

Между тем, как показывает пограничный инцидент с Саакашвили, правительство так и не установило свою монополию на насилие. Саакашвили поддерживают всего 2% украинцев, поэтому ждать от него новой революции не стоит. Но в современной Украине любой, кто сможет собрать несколько сотен крепких парней — ветеранов боевых действий, антироссийских добровольцев, пророссийских политиков или сотрудников российских разведывательных служб — сможет проецировать власть, по крайней мере некоторое время.

Даже те, кто поддержал Саакашвили в текущем конфликте, испытывают страх. «Снимки из Шехини приводят в ужас, — написал на своей странице в Фейсбуке Мустафа Найем (Mustafa Nayyem), который находился вместе с Саакашвили в поезде, но не поехал на пограничный пункт. — Я не могу заставить себя назвать это успехом».

Украина > Внешэкономсвязи, политика. Миграция, виза, туризм > inosmi.ru, 12 сентября 2017 > № 2306325 Леонид Бершидский


Россия. США > СМИ, ИТ > inopressa.ru, 6 сентября 2017 > № 2299195 Леонид Бершидский

Воспринимайте всерьез слова Илона Маска об угрозе российского искусственного интеллекта

Леонид Бершидский | BloombergView

"Илон Маск опасается, что правительства, а конкретно - российское правительство, ввяжутся в соперничество за лучший искусственный интеллект и спровоцируют третью мировую войну", - пишет обозреватель Bloomberg View Леонид Бершидский. "Это шокирующее заявление вызывает еще больший шок потому, что мир мало что ожидает от России. Несколько лет назад сенатор Маккейн назвал ее "бензоколонкой, замаскированной под страну", - продолжает автор.

Бершидский поясняет, что внимание Маска привлекли слова российского президента Владимира Путина, что тот, кто станет лидером в сфере искусственного интеллекта, будет властелином мира. "Начинается..." - написал Маск в "Твиттере".

Бершидский комментирует: "На самом деле Россия ничего не "начинает" в сфере искусственного интеллекта. Просто ее прогресс в этой сфере отчасти ускользает от внимания: мы привыкли говорить об искусственном интеллекте в контексте того, чего достигли крупные компании Кремниевой долины или лучшие американские университеты, а, хотя россияне там работают, лучшие - не россияне, россиян нет среди ведущих мыслителей и инвесторов в этом секторе".

"Россия совершенно не умеет коммерциализировать и продвигать технические достижения", - пишет автор, отмечая, что приложение Prisma, основанное на искусственном интеллекте, так и не стало глобальным феноменом.

И все же в России проводится предостаточно исследований искусственного интеллекта, подчеркивает автор. В последние месяцы в российских государственных СМИ прибавилось сообщений о потенциальном военном использовании искусственного интеллекта, сообщает он.

"Прозвучавший в августе призыв Маска и группы исследователей искусственного интеллекта к глобальному запрету роботизированных вооружений своевременный, но, вероятно, неосуществимый на практике", - считает Бершидский.

"Искусственный интеллект намного опаснее как элемент вооружений, чем как потенциальная замена человеческого мозга для применения в гражданских целях", - заключает автор, призывая воспринимать всерьез как тревожные заявления Маска, так и слова Путина.

Россия. США > СМИ, ИТ > inopressa.ru, 6 сентября 2017 > № 2299195 Леонид Бершидский


Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 16 августа 2017 > № 2341573 Леонид Бершидский

Пикетти указывает на уязвимое место Путина

Западу стоит перестать надеяться на санкции и вместо этого сконцентрироваться на огромных офшорных богатствах России

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

Предупредив западный мир о тревожном росте неравенства, Томас Пикетти (Thomas Piketty) сосредоточился на России. Человеку, которому довелось своими глазами наблюдать переход России от коммунизма к клановому капитализму, его суждения касательно этого перехода кажутся свидетельствами наличия серьезных изъянов в его методологии, однако некоторые из его выводов все же стоит принять во внимание в процессе разработки политики Запада по отношению к России.

В своей новой работе Пикетти, его коллега из Парижской школы экономики Филип Новокме (Filip Novokmet) и Габриэль Цукман (Gabriel Zucman) из Калифорнийского университета решили доказать, что разработчики официальной политики уделяют слишком мало внимания уровню неравенства в России и тому, насколько сильно олигархи обкрадывают народ. К сожалению, часть их выводов основана на данных, настолько сомнительных, что этим исследователям стоит напомнить об одном старом вычислительном принципе: какие вводные, такой и результат.

Пикетти работает с такими данными, возраст которых исчисляется десятилетиями и даже иногда веками. Что касается России, его анализ начинается с 1905 года. Однако большевистская революция 1917 года превратила официальную статистику в карикатуру. В рамках плановой экономики статистика — если не учитывать ее пропагандистскую функцию — должна была обуславливать финансирование влиятельных групп и отраслей промышленности и одновременно скрывать их неэффективность. Используя эти цифры, Пикетти и его коллеги приходят к выводу о том, что «в 1989-1990 годах уровень жизни россиян составлял примерно 60-65% от среднего уровня в Западной Европе, а к середине 2010-х годов он достиг 70-75%».

Это утверждение покажется нелепым любому, кто жил в Советском Союзе в 1989-1990 годах и кто еще помнит длинные очереди за хлебом, о которых постоянно сообщали в новостях на государственном телевидении. Почти все потребительские товары, от туалетной бумаги до кроссовок, были в дефиците. Получив зарплату, я шел в продуктовый магазин, где на прилавках стояли только трехлитровые банки со сладким березовым соком. 60% от среднего уровня жизни в Западной Европе? Таким является нынешний разрыв в паритете покупательной силы с поправкой на объем производства на душу населения между Польшей и Германией. Разрыв между Советским Союзом и Западной Европой в 1989-1990 годах был существенно больше. Когда я впервые попал в западноевропейскую страну, Грецию, в 1992 году, меня поразило то, насколько местные жители богаче россиян. Тогда мне казалось, что преодолеть этот разрыв невозможно.

Официальная статистика в последние годы существования Советского Союза была очень далека от того, чтобы характеризовать те экономические трудности, с которыми мы сталкивались, а также истинный уровень неравенства. Тогда в советском обществе уровень неравенства был чрезвычайно высоким, однако он измерялся скорее степенью доступа к различным товарам и услугам, а не размером доходов, которые можно учесть в экономической статистике. В 1990-х годах переход к капитализму сделал это неравенство неравенством такого типа, который Западу проще всего понять, но данные о доходах россиян в любом случае были бесполезными: правительственная статистическая система переживала болезненный переход, лишенная адекватного финансирования, и в течение десяти лет почти никто в России не платил налоги, в результате чего правительство не могло точно знать, сколько люди зарабатывают. В результате исследователи тоже не могут этого узнать — это лишает достоверности их вывод о том, что рост доходов 50% россиян был очень незначительным или даже отрицательным, а рост доходов еще 40% россиян был умеренным. На самом деле скачок к нынешним 70% от среднего уровня Западной Европы — это кажется довольно высоким, хотя и возможным уровнем, и это основано на гораздо более достоверных данных — оказался гораздо более стремительным, чем полагают Пикетти и его коллеги.

Пикетти и его коллеги признают, что те данные, с которыми им приходилось работать, могут быть недостоверными и что в советские времена огромное значение имело неденежное неравенство, однако они все равно продолжают навязывать свои выводы касательно того, как уровень неравенства в России менялся начиная с 1905 года. Учитывая имеющиеся в их распоряжении данные, гораздо разумнее было бы отказаться от этого анализа, назвав его безнадежным.

Работа исследователей становится интересной и ценной в тот момент, когда качество статистических данных существенно возрастает, то есть начиная с 2000-х годов, когда был введен «13-процентный фиксированный налог на доходы самых богатых россиян — доходы, о которых Рейган, Тэтчер и Трамп могли бы только мечтать». Эта перемена — независимо от того, насколько она была ужасной с точки зрения левых — дала исследователям возможность проводить серьезный анализ государственной статистики, поскольку она положила конец эпохе массового уклонения от налогов.

Впервые западные исследователи воспользовались данными об общегосударственном подоходном налоге, а также данными исследований, чтобы выяснить уровень доходов. Это увеличивает коэффициент Джини, который используется для оценки неравенства, и повышает долю доходов, приходящихся на самые богатые 10% населения. Но что еще интереснее, исследователи обратили внимание на разницу между огромным активным сальдо торгового баланса и небольшой чистой стоимостью зарубежных активов, которые России удалось накопить — всего 25% от национальных доходов к 2015 году.

Отчасти это расхождение объясняется огромной прибылью, которую иностранные инвесторы получали от скупки российских активов в середине 1990-х годов, когда те продавались по смешным ценам. Однако гораздо более значимым фактором стало бегство капитала. Пикетти и его коллеги считают, что к 2015 году размеры офшорного богатства, которое состоятельные россияне сумели скопить, составило 75% от национального дохода — это было в три раза больше официальных золотовалютных резервов страны. Это не точные цифры, однако, в отличие от расчетов уровня неравенства в конце 1980-х и начале 1990-х годов, они интуитивным образом кажутся вполне правдоподобными, учитывая офшорные структуры крупных и даже средних российских компаний и массу свидетельств того, что российские деньги проходят через западные финансовые центры.

Нет ничего удивительного в выводе о том, что за рубежом находится столько же российских денег, сколько и в самой России. Сергей Глазьев, экономический советник президента Владимира Путина, считает, что размеры офшорных богатств россиян составляют примерно один триллион долларов, и половина этих богатств никогда не вернется на родину. Один триллион долларов — это 78% прошлогоднего объема производства, и эта оценка во многом перекликается с выводами Пикетти и его коллег. Однако Глазьев придерживается взглядов, которые настолько далеки от современного экономического мейнстрима, что на Западе почти никто не обращает на него внимания. Между тем имена Пикетти и его коллег позволяют их оценкам и выводам приобретать совершенно иную степень авторитетности.

Картина, которую рисуют Пиккетти и его коллеги, — это картина страны, разоренной олигархами, сумевшими сконцентрировать в своих руках огромные богатства. «Чрезмерное неравенство в России кажется приемлемым до тех пор, пока миллиардеры и олигархи остаются верными российскому государству и предполагаемым национальным интересам», — пишут они.

Все это ставит перед нами вопрос о том, действительно ли западные санкции бьют в самое сердце российской системы или же все это — только видимость. С момента введения санкций ни одно западное правительство не предприняло значимых попыток разобраться в происхождении тех сотен миллиардов долларов, которые находятся на офшорных счетах россиян. Никаких значимых попыток заморозить счета тоже предпринято не было. Деньги до сих пор находятся там, где они и были, или же инвестируются внутри или за пределами России ради реализации «предполагаемых национальных интересов» или же с другими целями. (Путин тоже хотел бы получить контроль над частью этих средств, но они не принадлежат его соратникам.)

Попытки Запада проследить источники этих богатств и сделать их доступными для демократической России после ухода Путина могут коренным образом изменить ситуацию. Но это потребует гораздо больше работы и, возможно, обернется множеством весьма неприятных разоблачений, касающихся западного бизнеса и политики. Нынешний санкционный режим попросту не рассчитан на то, чтобы ворошить это змеиное гнездо.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 16 августа 2017 > № 2341573 Леонид Бершидский


Германия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 августа 2017 > № 2272814 Леонид Бершидский

Нудизм как важный вопрос на выборах в Германии

Ностальгия по нудизму, который был распространен в Восточной Германии — свидетельство прочной политической традиции

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

Есть немного стран, где лидер крупной политической партии занимался бы предвыборной агитацией на нудистском пляже. Но немецкий политик Грегор Гизи (Gregor Gysi), лидер партии антикоммунистических левых Die Linke, которая является третьей по численности в нынешнем парламенте, на этой неделе провел такое мероприятие, чтобы посетовать на снижение популярности натуризма в своей стране. Тем самым он проник за «культурный барьер», до сих пор существующий между Востоком и Западом, и, возможно, заручился поддержкой еще нескольких избирателей.

Политическая карьера Гизи началась в Восточной Германии, где он был кем-то вроде диссидента внутри правящей Социалистической единой партии Германии (СЕПГ). В 1980-е годы, когда Гизи активно выступал за реформы, в коммунистической Восточной Германии был широко распространен нудизм или, как его называют в Германии, «культура свободного тела» (FKK), с помощью которой политически подавляемые люди демонстрировали окружающим, что у них на самом деле существует нечто вроде свободы. В 1982 году в этой коммунистической стране насчитывалось 40 официальных нудистских пляжей и еще множество других, которые не упоминались в туристических путеводителях, печатавшихся в государственных издательствах.

Хотя в немецкой организации натуристов DFK, по-прежнему состоят около 40 тысяч человек, объединенных в 135 местных общества, их число неуклонно сокращается, и нудистские пляжи закрываются. Это заметно в Берлине. Начиная с 2014 года, когда я туда переехал, некоторые из многих городских пляжей на берегу озера отказались от своей политики «отказа от одежды».

В своем интервью на нудистском пляже Гизи (он был в брюках и рубашке) процитировал слова сексолога, который сказал ему, что из-за западногерманских мужчин, не знакомых с восточногерманской культурой натуристов и приходящих на пляж со своими «эротическими взглядами», многие восточногерманские женщины стали чувствовать себя на пляже уже не так комфортно.

«Но женщины, — говорит Гизи — не пытались выставлять себя напоказ, они просто хотели ощущать свободу для собственного удовольствия». Говоря о своей ностальгии в интервью журналу «Плейбой», он также упомянул о владельцах гостиниц, которые больше не желают, чтобы на гостиничных пляжах находились обнаженные люди. «В некоторых вопросах ГДР была более ханжеской страной, чем бывшая ФРГ, — говорит Гизи, имея в виду две прежние Германии. — Зато в других сферах она была более открытой».

Как это ни парадоксально, в результате смены поколений теперь становится легче пропагандировать идеалы бывшей ГДР, вызывать в душах людей «остальгию» (от немецкого слова Ost, означающего «восток» — прим. пер.): молодые люди, которых привлекают идеалы, пропагандируемые левыми, не помнят всех отвратительных сторон коммунистического режима. Все идет к тому, что на всеобщих выборах в сентябре партия Die Linke выступит так же, как в 2013 году, или несколько лучше. И Гизи предпринял удачный «маркетинговый ход», выбрав это место для продвижения своих идей: официального признания движения FKK в Восточной Германии удалось добиться только в результате упорного сопротивления общественности властям.

Движение FKK приобрело популярность в Веймарской Германии, где оно было связано как с национализм, так и с социал-демократическим пацифизмом. В 1933 году нацисты запретили натуризм, но вскоре после этого отменили запрет под давлением со стороны влиятельных членов партии и офицеров СС, которые утверждали, что в естественной красоте немецкого тела нет ничего плохого. В 1950-е годы коммунисты снова запретили его: им были очень неприятны ассоциации со старыми социал-демократами и фашистами и они следовали ханжеской советской политике во всем, что хоть даже отдаленно было связано с сексом. «„Нудистские союзы" были побочным продуктом распада империализма в области культуры тела и массового спорта, — говорилось в заявлении государственной спортивной организации, прозвучавшем в 1951 году. — „Нудистские союзы", являющиеся проявлением империалистической распущенности, „недопустимы"». К 1954 году на пляжах Балтийского моря купание в обнаженном виде было запрещено — даже при том, что нудисты и не состояли ни в каких группах.

Запрет долго не продержался, и его опять отменили, что стало редким примером того, как простые жители ГДР смогли отстоять свое мнение. В 2007 году Джози Маклеллан (Josie McLellan) из Бристольского университета написал в своей статье:

Основной причиной этого было постоянное неповиновение со стороны граждан Восточной Германии, которые считали запрет абсурдным и отказывались его соблюдать. Их тактика была разнообразной — они не только продолжали купаться и загорать в обнаженном виде, но и демонстративно саботировали решение властей, препятствовали им, когда те пытались обеспечить соблюдение запрета, и высмеивали их действия.

Обнаженные купальщики завязывали на шеях галстуки, чтобы показать полиции, что они не совсем раздеты. Когда приближалась полиция, можно было услышать крики «мятежников»: нудисты придумали свою систему оповещения. Иногда патрули «нарывались» на группы голых партийных и государственных чиновников.

Жители ГДР также засыпали власти гневными петициями, утверждая, что нагота не опасна для дела строительства социализма. Поэтому в 1956 году нудистские пляжи были разрешены официально, и хотя еще несколько лет время от времени предпринимались попытки очистить пляжи от обнаженных людей, было ясно, что натуристы победили. Приверженность идеям FKK стала приемлемой формой выражения индивидуальной свободы. Восточногерманский режим к моменту своего падения уже принял эту идеологию. Официальная пропаганда даже расхваливала нудистские нормы, «проталкивая» их в другие страны, как свидетельство прогрессивности страны.

В Западной Германии тоже существовала культура «обнаженного тела» — традиция, зародившаяся в союзах нудистов еще до прихода нацизма. Но традиция это была далеко не так распространена и предусматривала больше правил, чем в ГДР, где нагота была повсюду.

Падение популярности FKK, вероятно, объясняется не столько ханжеством и распущенностью капиталистического общества, сколько увеличением численности мусульманского населения и распространением мобильных телефонов с мощными и качественными камерами. В этом меняющемся мире культура FKK сведена до минимума и теперь занимает в обществе очень скромное место. Она уже никогда не будет такой популярной, как в той почти закрытой, этнически однородной коммунистической стране.

Но было бы досадно, если бы Германия утратила свою богатую традицию коллективных действий, которая не только заставила власти ГДР разрешить нудизм, но еще и позволила разрушить Берлинскую стену. Совсем недавно она служила основой политики «открытых дверей», проводившейся канцлером Ангелой Меркель по отношению к беженцам (пока общественное мнение не отказалась от этой политики). Благодаря этой традиции стало возможным признание законности однополых браков. В эпоху политического застоя эту в основном «левацкую» традицию необходимо всячески беречь. И даже если партия Die Linke, пытаясь обелить ГДР, явно действует в своих собственных интересах, она играет свою роль — помогает сохранить и уберечь скрытую «неудобную» и неформальную демократию. Не давая ей погибнуть.

Германия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 августа 2017 > № 2272814 Леонид Бершидский


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 11 августа 2017 > № 2272838 Леонид Бершидский

Почему некоторые бывшие американские разведчики не верят «истории о вмешательстве русских»

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

В 2003 году, когда несколько бывших разведчиков-профессионалов создали организацию в знак протеста против того, как разведслужбы заставили обвинить Ирак в производстве оружия массового уничтожения, колумнист газеты The New York Times Николас Кристоф (Nicholas Kristof) написал о них благожелательную статью, в которой привел высказывания членов организации. В 2017 году в крупных американских изданиях никаких материалов о последней кампании, проводимой этой же организацией, в не найдете.

Организация «Профессиональные разведчики-ветераны за здравомыслие» (VIPS) изучают распространенное сегодня мнение о том, что прошлогодние утечки файлов из почтового сервера Национального комитета Демократической партии (DNC) произошли в результате действий российских хакеров. Но бывшие разведчики обнаружили доказательства обратного.

В отличие от «действующих и бывших сотрудников разведки», цитируемых на условиях анонимности в сообщениях о скандале, вызванном связями Трампа с Россией, члены организации VIPS реальны и у них есть имена. Но о добытых ими сведениях, выводах и сомнениях сообщают только в неофициальных и малоизвестных изданиях, которые легко обвинить в том, что они являются каналами распространения российской дезинформации. Издания The Nation, Consortium News, ZeroHedge и другие СМИ указывают на выводы, сделанные бывшими разведчиками, согласно которым файлы демократов — по крайней мере, некоторые из них — были похищены не российскими или какими-то другими хакерами, а, скорее, это сделал кто-то из своих.

В январе был обнародован аналитический доклад американского разведывательного сообщества, который служит основанием для обвинения в том, что Россия взламывала компьютерные сети политиков в попытке вмешаться в выборы. В докладе, помимо прочего, говорится: «Согласно нашим оценкам мы можем с высокой степенью уверенности сказать следующее. Российская военная разведка (Главное управление Генштаба Вооруженных Сил Российской Федерации или ГРУ) использовала хакера, действовавшего под ником Guccifer 2.0, и сайты DCLeaks. com и WikiLeaks с тем, чтобы предоставить в открытый доступ данные американской пострадавшей стороны, полученные в ходе киберопераций, а также распространять их в виде эксклюзивных материалов в СМИ».

А организация VIPS подозревает, что после того как основатель и владелец WikiLeaks Джулиан Ассанж объявил 12 июня 2016 года о своем намерении опубликовать электронную переписку, имеющую отношение к Хиллари Клинтон, DNC начал поспешно фабриковать доказательства того, что его почтовые серверы были взломаны российскими хакерами. Так демократы пытались свести на нет значимость разоблачений, опубликованных на WikiLeaks. С этой целью, согласно версии разведчиков-ветеранов, DNC воспользовался услугами «онлайн-деятеля» Guccifer 2.0 для обнародования в основном безобидных данных Комитета. Впоследствии хакера Guccifer 2.0 условно «связали» с Россией, поскольку в его файлах были обнаружены российские метаданные, и он использовал российскую виртуальную частную сеть.

Теория разведчиков-ветеранов основана на криминалистических данных, полученных независимыми экспертами, которые известны под никами Forensicator и Adam Carter. Первый из них обнаружил, что файлы объемом 1976 мегабайт, выложенные Guccifer, были скопированы с сервера DNC пятого июля всего за 87 секунд, то есть, со скоростью передачи 22,6 мегабайт в секунду или (в более привычных для большинства пользователей единицах) около 180 мегабит в секунду. Интернет-провайдеры в США обычно такую скорость не предоставляют. Быстро скачать эти файлы через интернет, особенно через VPN (ее использует большинство хакеров), было бы практически невозможно, потому что сетевая инфраструктура, через которую пришлось бы передавать трафик, еще больше замедляла бы его передачу. Однако, как отметил Forensicator, файлы могли быть скопированы примерно с такой скоростью на внешнее накопительное устройство, что мог сделать только человек, имеющий доступ к серверу — то есть, кто-то из своих.

Другой аналитик, работающий под псевдонимом Adam Carter, показал, что в какой-то момент была произведена «синтетическая вставка» — материалы, содержавшиеся в файлах хакера Guccifer, были вырезаны и вставлены в русскоязычные шаблоны Microsoft Word. В начале этого месяца Adam Carter опубликовал длинный пост, в котором представил многочисленным критикам все имеющиеся доказательства и ответил на их вопросы.

Среди членов организации ветеранов-разведчиков есть бывшие сотрудники АНБ, обладающие богатым техническим опытом, например, Уильям Бинни (William Binney), бывший технический директор Агентства, возглавлявший службу глобального геополитического и военного анализа, и Эдвард Лумис-младший (Edward Loomis Jr.), бывший технический директор, руководивший отделом электронной обработки. В организации работают и другие вывшие сотрудники разведки, имеющие высокую профессиональную квалификацию. Разумеется, это не означает, что члены организации правы, считая убедительным экспертный анализ, проведенный независимыми специалистами Forensicator и Adam Carter. Еще один бывший разведчик-профессионал, который изучал результаты анализа, Скотт Риттер (Scott Ritter), отметил, что они не обязательно указывают на то, что материалы, находившиеся в распоряжении Guccifer, не были добыты в результате хакерского взлома.

Вполне возможно, что из-за бурной и «неуправляемой» деятельности организации VIPS журналисты центральных изданий не считают ее теории и выводы достаточно серьезными и ценными. Рэй Макговерн (Ray McGovern), один из основателей организации разведчиков-ветеранов, который раньше обычно готовил и проводил брифинги ЦРУ для Белого дома, был отстранен от расследования событий, связанных с Хиллари Клинтон, за то, что раньше он выступал против ее политики. И хотя группа была права относительно Ирака в 2003 году, это не значит, что она права со своими выводами в отношении России в 2017 году, учитывая, что некоторые из ее членов «застряли» в далеком прошлом и мыслят давно забытыми категориями.

И все же это не повод для того, чтобы избегать обсуждения того, что же на самом деле произошло в Национальном комитете Демократической партии в прошлом году. Тем более, что ни одна из спецслужб фактически не проверяла серверы демократов. А что касается фирмы CrowdStrike, выводами которой в основном руководствовалось разведывательное сообщество при составлении своего аналитического доклада, здесь явно были конфликты интересов. Следует учитывать и то, что фирма была подрядчиком DNC и получала от нее деньги, и то, что ее соучредитель Дмитрий Альперович связан с Атлантическим Советом — вашингтонским неправительственным аналитическим центром, который в принципе считает Россию вражеским государством.

Будем надеяться, что многочисленные расследования связей Трампа с Россией основаны на убедительных доказательствах, а не просто на предположениях. Но поскольку на данный момент эти расследования не являются прозрачными, единственный способ убедиться в том, что они по-прежнему сосредоточены на технических аспектах хакерских атак и «слива информации», предположительно совершавшихся русскими — это представить общественности имеющиеся доказательства, а также доводы, опровергающие их.

Многие американцы уверены во вмешательстве русских в выборы, что способствует усилению враждебности по отношению к России. В этом отчасти виноват российский президент Владимир Путин. Путин снискал репутацию человека, который увиливает от ответа. Он бессмысленно отрицает участие России в украинском конфликте и упорно пытается фальсифицировать доказательства в деле о гибели пассажирского лайнера, сбитого над восточной Украиной в 2014 году. Но настроения американцев — это еще и результат борьбы откровенно ангажированных СМИ.

После того, как разведка скомпрометировала себя заявлениями об Ираке в 2003 году, можно было бы рассчитывать на то, что в этом вопросе главные американские СМИ будут в большей мере руководствоваться журналистским скептицизмом и будут более требовательны. Даже если для большинства американцев Россия является далекой страной, которой легко приписать практически любые незаконные действия и любой злодейство. Вместо этого, эти СМИ, похоже, более склонны указывать на обнаженный торс Путина, обсуждать его физическую форму и обвинять его в дальнейшем вмешательстве в социальные сети. Для проведения своих кампаний в соцсетях альтернативные правые в помощи России в использовании ботов в Твиттере, наверное, не нуждаются, но использование ими этих ботов привлекает меньше внимания, чем аналогичные действия России.

Американская общественность в прошлом году не особенно поверила словам Клинтон, утверждавшей, что «это сделали русские» («the Russians did it»), и она проиграла выборы. Сейчас, правда, многие американцы в них поверили и ухватились за эту идею. Возможно, это — такая же серьезная ошибка, как и заявления об Ираке, которая чревата опасными последствиями. Совершая эту ошибку, мы так и не сможем признать, что победа Дональда Трампа — это исключительно американский феномен, а не результат деятельности русских. Авторитарные режимы, подобные путинскому, раз за разом используют внешних врагов, чтобы скрыть существующие в стране разногласия и отвлечь внимание общественности от внутренних проблем. В стране, где действует демократия, подобная тактика сработать не должна.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 11 августа 2017 > № 2272838 Леонид Бершидский


США. Украина. РФ > Армия, полиция > inosmi.ru, 3 августа 2017 > № 2263080 Леонид Бершидский

Поставки «оборонительных» вооружений на Украину принесут лишь смерть

Российские и американские генералы проявляют интерес к испытанию друг на друге новейших вооружений.

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

В рамках последнего обострения российско-американского кризиса сообщается, что Пентагон и Госдепартамент выработали совместный план по снабжению Украины «оборонительным оружием смертельного действия». Что представляет собой заманчивую перспективу как для американских, так и для российских генералов, которым представится возможность испытать друг на друге некоторые из своих самых современных вооружений. Но при этом возрастет число жертв конфликта на востоке Украины.

В статье Wall Street Journal отмечается, что США будут поставлять Украине противотанковые ракеты «Джавелин», а, возможно, и зенитно-ракетные комплексы. Поскольку воздушная война на востоке Украины в данный момент не идет, необходимость в последних невелика, если только Россия не перейдет в полноценное наступление — маловероятное, учитывая множество уже упущенных ею возможностей. «Джавелины» — совсем другое дело. Украинцам они нужны по практическим соображениям.

Новый спецпредставитель США по Украине Курт Волкер заявил, что на Украине «сейчас больше российских танков, чем у всех стран Западной Европы, вместе взятых». Вполне возможно, что данную информацию он получил в Киеве, где отсутствует единое мнение о количестве танков, выступающих под знаменами двух непризнанных пророссийских «народных республик» — Донецкой и Луганской. Порой цифры достигают 1 000, а российское телевидение как-то мельком показало таблицу соотношения военной мощи сторон, согласно которой у повстанцев значилось 700 танков. К слову сказать, общее количество танков Германии и Франции — 949.

Россия опровергла поставки танков сепаратистам, утверждая, что их добыли в бою или нашли среди оставшихся с советских времен огромных складов оружия. Однако действительности это, похоже, не соответствует. Стокгольмский институт исследования проблем мира (СИИПМ), следящий за международными поставками и продажей вооружений, зафиксировал передачу повстанцам российских танков. Существуют доказательства того, что в 2015 году Россия уже проделывала подобное для обеспечения условий крупнейшего поражения украинской армии у Дебальцево, одного из крупнейших железнодорожных узлов Украины.

«Противотанковые комплексы „Джавелин" пришлись бы очень кстати, — заявил председатель украинского парламента Андрей Парубий на пресс-конференции в июне. — Если бы у Дебальцево нам удалось сжечь несколько сотен российских танков, это стало бы важным шагом на пути восстановления мира на востоке нашей страны».

Фактически использование «Джавелинов» против большинства танков сепаратистов — как и против большинства задействованных в восточной части Украины российских танков — не более чем попытка прихлопнуть муху кувалдой. У России танков намного больше, чем у любой другой страны — более 20 000 — и они представляют собой по большей части расходный материал, который легко сжечь — а именно старые модели, такие как впервые представленная в 1973 году Т-72 и появившаяся десятилетием позже Т-80. Многие из них необходимы лишь для формирования численного преимущества, и сколько бы танков враг не сжег, некоторым в любом случае удастся прорваться.

Россия с переменным успехом задействовала их в локальных конфликтах, начиная с гражданской войны в Чечне 1990-х, когда повстанцы быстро научились превращать их в погребальные костры, до непродолжительного вторжения в Грузию в 2008 году, когда силы маленькой закавказской страны были попросту смяты в ходе стремительного российского маневра. А теперь на эти древние технологии полагается и украинская армия. Обе страны проводили модернизацию Т-72, но удалось им это лишь отчасти.

До сих пор Т-72 и Т-80 удавалось успешно обезвредить с помощью советского оружия, имеющегося в распоряжении как украинских войск, так и пророссийских сепаратистов. ПТРК «Джавелин», принятый на вооружение американской армией в середине 1990-х годов, предназначен для подрыва лучших из имеющихся у России танков Т-90, оснащенных современной динамической защитой «Реликт» (разновидность защиты, при которой броню покрывают тонким слоем взрывчатого вещества). «Джавелин» справляется с такими системами эффективнее большинства существующих противотанковых ракет.

Однако ни одного случая поражения Т-90 «Джавелином» зафиксировано не было. В прошлом году сирийские повстанцы ударили менее современной американской ракетой BGM-71 TOW-2A по танку Т-90, оснащенному системой встроенной динамической защиты «Контакт-5», и он ушел практически не поврежденным. «Джавелин» мог бы его уничтожить, но неизвестно, чем обернулось бы дело при наличии у танка более современной защиты.

Россия утверждает, что новейшие танки Т-14 на универсальной боевой платформе «Армата» будут способны выстоять против любых противотанковых средств Североатлантического альянса: их защитные системы превосходят даже «Реликт». Но «Армата» еще не прошла все испытания.

Россия рассматривает недавние и текущие конфликты в качестве полигонов для испытания своих вооружений. Президент Владимир Путин заявил, что участие в сирийской войне оказалось более рациональным с точки зрения использования бюджета на проведение учений и боевую подготовку, чем сами учения: «только в боевых условиях то, что применялось, можно было по-настоящему проверить, выявить имеющиеся проблемы и устранить их». И у него явно возникнет искушение испытать против «Джавелинов» предыдущее, а, возможно, и новое поколение российских танков.

Американские генералы тоже, вероятно, заинтересованы в такого рода испытаниях — ведь США необходимо найти наиболее эффективные средства защиты против современных российских танков.

Хотя группа гражданских журналистов Bellingcat, отслеживающая все аспекты вмешательства России в ситуацию на востоке Украины, обнаружила в зоне конфликта танки Т-90, боевые действия проводились с использованием в основном советского оружия. Было бы, однако, разумно ожидать, что при появлении на сцене вооружений из США в руки повстанцев попадет еще более передовая техника. Но это лишь сделает войну, уже унесшую 10 000 жизней, еще ожесточеннее.

После того, как на протяжении двух лет стороны старались придерживаться существующих демаркационный линий (за исключением незначительных вмешательств), снабжение Украины оружием смертельного действия нецелесообразно с военной точки зрения, если только США не стремятся поспособствовать ее попыткам вернуть в свой состав «народные республики». Это было бы ошибкой. Хоть Россия и не располагает таким количеством ресурсов, чтобы захватить и удерживать Украину, не переставая при этом проявлять осмотрительность в отношении других военных угроз, денег, огневой мощи и решимости для защиты сепаратистских образований у нее предостаточно. Отказ от них будет означать разрушение ореола непобедимости Путина и поставит его в уязвимое положение как в России, так и за рубежом.

Весьма вероятно, однако, что к усилению противостояния США подтолкнут внутриполитические причины — те же, что побудили вице-президента США Майка Пенса отправиться в Эстонию, Грузию и Черногорию с целью заверения этих стран в американской поддержке, и те же, что подталкивают президента Трампа подписать законопроект о санкциях против России. Однако в отличие от вышеозначенных действий, вооружение Украины с высокой долей вероятности приведет к еще большему кровопролитию.

США. Украина. РФ > Армия, полиция > inosmi.ru, 3 августа 2017 > № 2263080 Леонид Бершидский


Германия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 26 июня 2017 > № 2222644 Леонид Бершидский

Меркель использует идеи немецкого национализма с небольшими вариациями

Он кажется прогрессивным, только если сравнивать его с концепциями националистов в других европейских странах

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

В истории порой наступают моменты, когда лидеру необходимо решить, что это значит — принадлежать той или иной культуре и стране. В 2017 году многим странам, по всей видимости, необходимо об этом напомнить. Канцлер Германии Ангела Меркель только что попыталась — в равной степени непринужденно и серьезно — определить, что это значит — быть немцем.

Ее определение, опубликованное в газете Bild в четверг, 22 июня, приняло форму алфавитного глоссария, куда вошли те вещи и понятия, которые она считает чисто немецкими. Некоторые из пунктов чрезвычайно серьезные — к примеру, «вечная ответственность Германии за Холокост» или «Статья 1, параграф 1 Конституции Германии» (в которой говорится о незыблемости человеческого достоинства). Другие пункты, такие как, к примеру, традиционные приветствия ярмарочных клоунов «Helau» и «Alaaf», кажутся довольно странными. Есть и такие пункты, которые в других странах традиционно ассоциируются с немцами и их традициями: «пунктуальность», «точная работа», «братвурст», «порядок», «Октоберфест» «Фестиваль Вагнера в Байройте». Другие обозначают традиции, которые в меньшей степени известны: «коллективные договоры», «хоровое пение» и «церковный налог». Несколько пунктов можно объединить в группу понятий, связанных с национальной гордостью: «четвертая звезда» (имеется в виду четвертый Чемпионат мира по футболу в Германии) и «мировой чемпион по экспорту».

Разумеется, все это является одним из трюков предвыборной кампании. В период предвыборной кампании 2013 года на видео, которое очень быстро распространилось в сети, Меркель сердито забрала немецкий флаг у стоящего рядом с ней члена ее партии, который попытался махнуть им. В этом году флаги снова вернулись, и цвета флага тоже были упомянуты в списке Меркель. Ее Христианско-демократический союз пытается вернуть себе статус патриотов, которым бравируют популисты из партии «Альтернатива для Германии». Закрепление политики «Leitkultur», то есть «ведущей культуры», является одним из элементов стратегии Христианско-демократического союза. Министр внутренних дел и союзник Меркель Томас де Мезьер (Thomas de Maiziere) в апреле опубликовал свой собственный список «10 главных» элементов «Leitkultur», и из религий в него попало только христианство (в списке Меркель тоже появляется иудейско-христианская традиция).

Между тем — специально для тех, кому кажется, что Меркель сожалеет о своем решении пустить в страну более миллиона беженцев в 2015-2016 годах — ее список также включает в себя «мусульман» и «миграционные корни» — то есть то, чем сегодня обладает 21% жителей Германии. Отчасти Меркель повторяет ту мысль, которую озвучил новый президент Франции Эммануэль Макрон (Emmanuel Macron) в своей речи в Марселе: тогда он говорил о том, как на французскую национальную идентичность влияет множество мигрантов из разных стран: «Армяне, выходцы с Коморских островов, итальянцы, алжирцы, марокканцы, тунисцы, малийцы, сенегальцы, выходцы из Кот-д'Ивуара». Эти его слова стали открытым вызовом его ультраправому сопернику, Марин Ле Пен (Marine Le Pen).

То, как эти два лидера видят свою национальную идентичность, является отступлением от лозунгов о разнообразии, многокультурности и сверхнациональном федерализме. Они говорят о глубоко укоренившейся, старой культуре, которая приобретает некоторые новые черты, при этом не отклоняясь слишком далеко от своей сути. Она выглядит прогрессивной, только если ее сравнивать с альтернативными движениями — к примеру, с напыщенными речами Ле Пен и других националистов по всей Европе.

В то же время она во многом напоминает то видение русской национальной идентичности, которое Владимир Путин изложил в своей статье 2012 года. Он назвал русский народ и русскую культуру «скрепляющей тканью» исторически многонационального общества. Путин процитировал слова Ивана Ильина, его любимого философа-эмигранта, которого многие считают идеологом раннего фашизма (несмотря на все его разногласия с нацистским режимом в Германии): «Не искоренить, не подавить, не поработить чужую кровь, не задушить иноплеменную и инославную жизнь, а дать всем дыхание и великую Родину… всех соблюсти, всех примирить, всем дать молиться по-своему, трудиться по-своему и лучших отовсюду вовлечь в государственное и культурное строительство».

Путинская версия мягкого национализма, в рамках которого все могут присоединиться к «ведущей культуре» и полная ассимиляция необязательна, если только вы не принимаете непосредственного участия в «государственном строительстве», оказалась довольно успешной в России. Большинство из тех, кого я там знаю — даже те, кому Путин не нравится — разделяют эту точку зрения. Однако мне многое известно о том, насколько опасны посягательства политиков на культурную идентичность. Спустя некоторое время концепция радушной, но все же ведущей культуры может принять гораздо более неприятные формы, как это случилось с Россией, когда она начала войну против Украины — страны с похожей, но все же самобытной идентичностью, которая не захотела сливаться с Россией.

Я не думаю, что Меркель или Макрон станут вторгаться в соседние страны. Однако, будучи ключевыми членами Евросоюза, Германия и Франция находятся в уникальной позиции, позволяющей им оказывать влияние на довольно внушительный блок очень разных народов. Инклюзивный ура-патриотизм — это все же ура-патриотизм. Хотя несложно понять, почему некая версия национализма необходима для победы на выборах в этом году, она может превратиться во властную настойчивость, которую объединенная Европа стремилась искоренить. В связи с этим мне интересно, какие именно пункты этого алфавитного списка имеют наибольшее значение для Меркель — те, которые связаны с инклюзивностью и открытостью, или те, которые связаны с традицией и идентичностью. Ее прежняя политика свидетельствует о том, что для нее важнее первое. Но может ли быть так, что в 2017 году значение второго стремительно растет — и не только по причине приближающихся выборов?

Германия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 26 июня 2017 > № 2222644 Леонид Бершидский


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 12 мая 2017 > № 2171386 Леонид Бершидский

Прямой репортаж из Овального кабинета: это Сергей Лавров!

Леонид Бершидский, Bloomberg, США

Оцените русский юмор.

Официальная должность Сергея Лаврова — министр иностранных дел Российской Федерации, но его визит в Вашингтон в среду запомнится отнюдь не каким-то дипломатическим прорывом, а лишь нескрываемой и резкой иронией Лаврова и его умением провоцировать противников. Его манеру говорить, отражающую стиль речи его начальника Владимира Путина, часто подвергают критике как не подходящую для дипломата. Но я бы сказал, что Лавров точно знает, что делает, и что главное здесь — способ выражения идеи.

В Вашингтоне Лавров изобразил удивление, отвечая американской журналистке, спросившей его об увольнении во вторник директора ФБР Джеймса Коми (James Comey): «Его уволили? Вы шутите! Вы шутите!». Российский МИД не без злорадства выложил этот видеоролик в Twitter.

Кроме того, он в нарушение протокола привел на встречу с президентом Дональдом Трампом фотокорреспондента государственного информационного агентства ТАСС в качестве своего официального фотографа. ТАСС сразу же опубликовал фотографии Трампа, лучезарно улыбающегося своим российским гостям — Лаврову и послу Сергею Кисляку — которые явно довольны оказанным им приемом. Учитывая, что представителей американских СМИ на встречу не пустили, эти источающие радость фотографии из российского пропагандистского источника вызвали возмущение.

В высказываниях Лаврова всегда ощущается сарказм, провокация и желание вывести собеседников из себя. Он постоянно поражает западных собеседников грубыми или оскорбительными репликами.

На недавнем заседании министров стран Североатлантического альянса госсекретарь США Рекс Тиллерсон язвительно отметил: «Танцевать танго с Лавровым нельзя, поскольку ему этот танец танцевать не позволено». Он имел в виду то, что политику в России определяет президент Владимир Путин, и Лавров не уполномочен заключать соглашения. На что российский министр иностранных дел ответил: «Мне… мама запрещала с мальчиками танцевать».

В этом стиль Лаврова созвучен стилю его начальника. В 2006 году Путин, как известно, попросил премьер-министра Израиля Эхуда Ольмерта (Ehud Olmert) передать привет тогдашнему президенту Моше Кацаву (Moshe Katsav), которого обвинили в изнасиловании и сексуальных домогательствах в отношении женщин: «Передавайте привет своему президенту! Оказался очень мощный мужик! Десять женщин изнасиловал! Я никогда не ожидал от него! Он нас всех удивил! Мы все ему завидуем!» Кремлю, который тогда в своих высказываниях был более щепетильным, пришлось объяснять, что Путин ни в коем случае не одобряет насилие, что его слова были шуткой, перевести которую довольно трудно.

Грубые шутки Путина часто списывают со счетов, объясняя их тем, что он провел детство на улицах Санкт-Петербурга. И его манеры отточены не больше, чем это было необходимо для офицера разведки, служившего в бывшей ГДР. Лавров же является высокопрофессиональным дипломатом. Он знает протокол, говорит на трех языках, не считая русского, и в том, что касается его вкусов и интересов, является человеком утонченным. Даже его стихи (хотя гениальными их не назовешь) написаны довольно мастерски и не вызывают такого чувства досады и неловкости, как поэтические потуги многих других российских чиновников.

Лавров прекрасно знает, как его высказывания звучат для западного уха. Он также понимает, что в англоязычном мире — и особенно в США — сарказм и насмешки часто считаются проявлением непрофессионализма и воспринимаются как признак невоспитанности. И, тем не менее, он продолжает говорить то, за что любого западного дипломата уволили бы, разыгрывать язвительные комедии и выдавать грубые шутки на уровне студента.

Своей манерой поведения он дает понять, что россияне по чужим правилам не играют. Но он не кичится размерами России и ее ядерным арсеналом — это, скорее, провокация, вызов.

Путинская Россия вступила в союз с западными популистскими силами, позиция которых — противодействие политкорректности и сопутствующей ей постоянной самоцензуре — весьма импонирует избирателям. Во время прошлогодней предвыборной кампании в США мне много раз говорили, что склонность Трампа к употреблению нецензурных выражений является его самым привлекательным качеством. То же самое говорят голландцы о Герте Вилдерсе (Geert Wilders), а французы — о Марин Ле Пен (Marine Le Pen). Свобода говорить все, что хочешь, не задумываясь о том, что эти высказывания могут быть истолкованы абсолютно по-разному (как женоненавистнические, расистские, гомофобные или оскорбительные), является, по мнению многих избирателей, дополнительным преимуществом.

Россияне после развала СССР пользуются своей свободой и говорят все, что угодно, выражаются с насмешкой и сарказмом, используя грубый и неформальный язык, действуя вызывающе, и тем самым излучают уверенность в себе. Нецензурная брань на рабочем месте, отсутствие уважения к приличиям и требованиям протокола, отсутствие лингвистических и идеологических рамок — именно этого добилось общество, только что сбросившее с себя коммунистическую смирительную рубашку.

Майкл Горэм (Michael Gorham) в своей книге «После новояза. Культура языка и политика в России от Горбачева до Путина» (‘After Newspeak: Language Culture and Politics in Russia from Gorbachev to Putin', 2014) пишет: «Одной из очевидных причин постсоветской сдержанности в отношении западных понятий политкорректности является то, что советская эпоха выступала в качестве государственной формы политкорректности, которая была и повсеместной, и гипертрофированной. Широко известный шаблонный деревянный язык официальных речей, документов и газет предполагал такую степень доминирования, что в горбачевскую эпоху протестов против этой системы он стал символом всего плохого в этой системе».

В последние годы в России наблюдаются негативные последствия этой неограниченной свободы. Приход западной корпоративной культуры и восхищение многих представителей интеллигенции принятым на Западе более благопристойным, отредактированным дискурсом — это одна «линия нападения». С противоположной стороны действуют русские православные консерваторы. Строгие законы способствуют искоренению из языка кино и театра сквернословия и богохульства, которые прежде были широко распространены. Говорить на темы религии стало опасно. Общественный дискурс стал более спокойным и сдержанным.

Лаврову доставляет удовольствие выставлять Россию неполиткорректной — российское посольство в Великобритании выложило в Twitter фото делающего селфи Дарта Вейдера с язвительной подписью с призывом переходить на «темную сторону»: «Переходи на нашу сторону — в день „Звездных войн" подпишись на нас в Twitter на #StarWarsDay». И это действует. Западные дипломаты под влиянием троллинга на официальных российских сайтах начали отвечать тем же.

В России зарождаются новые виды политкорректности — и в пропутинском лагере, и среди тех, кто выступает против него. Хотя, как говорится, на экспорт Лавров все еще может предложить российскую постсоветскую непосредственность и пренебрежение к правилам. Какой еще министр иностранных дел разрешил бы прокручивать на автоответчике на горячей линии своего министерства текст на английском языке, в котором позвонившего просят нажать «3» для вмешательства в выборы? А вот Лавров может. Это его метод продвижения России. Так он всем внушает, что она является более свободной страной, чем ее западные противники.

На мой взгляд, большая проблема с Лавровым состоит не в том, что он эксцентричен и склонен выходить за рамки приличия — в духе ранней постсоветской эпохи. Проблема заключается в том, что такая демонстрация внутренней свободы лицемерна и цинична. За этим фасадом скрывается политика лжи и жестокости. И зная это, трудно наслаждаться чувством юмора Лаврова.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 12 мая 2017 > № 2171386 Леонид Бершидский


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Армия, полиция > inosmi.ru, 11 мая 2017 > № 2171370 Леонид Бершидский

Послание Путину от 42 миллионов погибших

Потери Советского Союза во Второй мировой войне могут значительно превышать официальные цифры

Леонид Бершидский, Bloomberg, США

По официальным данным, в состоявшемся во вторник шествии в память участвовавших во Второй мировой войне предков только в одной Москве приняли участие 800 тысяч человек, включая президента Владимира Путина. Память об участниках войны лежит в основе путинской версии российского патриотизма и стала важной частью идеологии, укрепляющей российскую геополитическую самоуверенность. Однако у так называемого движения «Бессмертный полк» есть и другая сторона, подрывающая эту идеологию. Его лидеры утверждают, что, согласно рассекреченной статистике, Советский Союз потерял за время войны астрономическое количество жизней — 42 миллиона человек вместо официально признанных 27 миллионов.

«Бессмертный полк» — традиция выходить 9 мая, в годовщину советской победы, на шествие с фотографиями воевавших родственников — возник в 2000 годах. Начинался он как низовое движение. Название ему дали три журналиста из Томска. Решение Кремля возглавить эту инициативу заменило патриотический порыв местных активистов официозными пропагандистскими усилиями, направленными на превращение победы 1945 года в опору российской национальной гордости. Вопрос о сближении с официальными властями перессорил организаторов, и в итоге московское отделение «Бессмертного полка» откололось и полностью подчинилось кремлевским указаниям.

Однако в исходной идее «Бессмертного полка» имелось нечто, противоречащее официальному подходу. В конце концов, почти все люди на этих фотографиях мертвы. Многие из них погибли на войне, погубившей изрядную часть населения Советского Союза и оставившей целые семьи и даже деревни без мужчин.

В феврале российский парламент провел слушания, посвященные «Бессмертному полку» как элементу «патриотического воспитания». В этом мероприятии участвовали множество депутатов и целый ряд представителей различных государственных ведомств, что стало знаком поддержки на самом высоком уровне, которую получило движение. Открывая слушания, парламентарий Вячеслав Никонов говорил о необходимости защищать российскую победу от гибридных атак и от возрождения нацизма на Украине. Однако после этого другой парламентарий, Николай Земцов, бывший одним из основателей «Бессмертного полка» и одним из наиболее активных сторонников придания ему официального характера, сделал неожиданное заявление.

В подготовленном для слушаний докладе Земцова было сказано, что, согласно рассекреченным в постсоветские времена данным, во Второй мировой войне погибли 41,979 миллиона советских граждан — примерно 19 миллионов военнослужащих и 23 миллиона мирных жителей.

В России подсчет потерь Второй мировой войны всегда был вопросом государственной политики. Иосиф Сталин преуменьшал советские потери — при нем речь шла о семи миллионах. Позднее Никита Хрущев признал, что погибли 20 миллионов человек, и в 1970-х и 1980-х годах в советской школе мне называли именно эту цифру. В последние годы советской власти, при президенте Михаиле Горбачеве, официально стали говорить о 27 миллионах. Это была неудобная цифра: Германия потеряла — по официальным подсчетам, которые некоторые историки считают заниженными, — 7,3 миллиона человек. Гигантская цена, заплаченная за советскую победу, заставила многих задаться вопросами о качестве сталинского руководства и о том, насколько советское государство ценило человеческие жизни.

В дальнейшем 27 миллионов оставались официальной цифрой. Путин ссылался на нее в своих речах. Согласно известной работе генерала Григория Кривошеева «Великая Отечественная без грифа секретности», выпущенной при государственной поддержке в 2009 году, общее количество погибших составляет 26,6 миллионов. Эта цифра была получена с помощью экстраполяции на основании данных определенных переписей. Оценка Земцова, основанная на работе историка Игоря Ивлева, опирается на другие источники. У Государственного планового комитета, статистического и распределительного центра советской плановой экономики, были более конкретные данные, однако, как уточнял Ивлев, они не относились к военнослужащим, информация по которым учитывалась отдельно.

Население Советского Союза, по данным Ивлева, составляло в общей сложности 205 миллионов человек в 1941 году и 169,8 миллиона — в 1945 году. Если учесть 17,6 миллиона рождений и предположить естественную смертность на уровне 1941 года, это означает, что связанные с войной потери доходят до 42 миллионов человек.

Хотя подход Ивлева вызывает сомнения у ряда историков, его данные теперь полуофициально обсуждаются людьми, ответственными за использование памяти о войне для «патриотического воспитания». Если эти цифры верны, они подчеркивают масштаб российской трагедии и цену, которую страна заплатила за избавление мира от нацизма. Но одновременно они свидетельствуют о пирровой победе диктатора, которого не волновало, сколько людей погибнет, исполняя его приказы. Помпезные торжества в честь годовщины победы после состоявшегося в 2014 году вторжения в Крым, и вездесущий лозунг «Можем повторить» выглядят на фоне выведенной Ивлевом цифры потерь просто зловеще.

Потери России были так велики, что она должна была бы стать самой миролюбивой страной в мире — даже менее воинственной, чем Германия, осознанно держащая военную активность на низком уровне, несмотря на полный отказ от наследия своих агрессивных лидеров 20 века. Если она, действительно, потеряла во Второй мировой войне четверть населения, она должна стремиться к тому, чтобы никогда больше это не «повторять». Однако налеты Путина на соседние страны и его готовность к военным операциям вдалеке от российских границ игнорируют те печальные воспоминания, которые пробуждает «Бессмертный полк».

Даже победы иногда обходятся невероятно дорого. Путин мог бы об этом задуматься, когда он шел вместе с толпой, неся портрет своего отца, который воевал и вернулся живым, — но не своего брата Виктора, умершего от дифтерии в блокадном Ленинграде.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Армия, полиция > inosmi.ru, 11 мая 2017 > № 2171370 Леонид Бершидский


Франция. Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 10 мая 2017 > № 2171360 Леонид Бершидский

Почему Макрон победил, а Клинтон проиграла

Леонид Бершидский, Bloomberg, США

Хиллари Клинтон возлагает часть вины за свое поражение на то, что она называет «русским WikiLeaks», который «посеял сомнения» в умах ее потенциальных сторонников и «отпугнул их». Между тем тот же самый арсенал средств — боты, фейковые новости и хакерские атаки — был применен и против Эммануэля Макрона, однако он все равно одержал победу на президентских выборах во Франции, набрав две трети голосов избирателей.

Состав набора интернет-инструментов для вмешательства в выборы уже хорошо известен. Сеть аккаунтов в социальных сетях, как реальных, так и управляемых ботами, ведет агитацию за популистского кандидата и против его центристского соперника, публикуя мемы и истории, которые зачастую являются фейковыми, но при этом кажутся вполне достоверными людям, пребывающим в определенной информационной среде. Между тем хакеры проводят фишинговые атаки против представителей предвыборного штаба центристского кандидата, а затем сливают в сеть свои находки, в чем им опять же помогает сеть активистов и ботов. Именно так все и происходило в ходе президентских выборов в США в 2016 году и во Франции в 2017 году. В обоих случаях в проведении этих кампаний обвиняют Россию, потому что они были направлены против кандидатов, которые относятся к России с относительной враждебностью.

Применение инструментов из этого арсенала в ходе французской президентской кампании было тщательно задокументировано экспертами по кибербезопасности и теми, кто занимается проверкой достоверности информации.

К примеру, Лаборатория цифрового криминалистического анализа при Атлантическом совете дала характеристику «онлайн-армии» Марин Ле Пен (Marine Le Pen) в Твиттере. Ряд ключевых аккаунтов запускали хештег, одновременно публиковав множество однотипных постов. Эти аккаунты много раз делились постами друг друга, после чего к процессу подключалась «сеть распространения», куда входили как активисты, так и боты, которая подхватывала эти твиты и занималась их дальнейшим распространением. В некоторых случаях такой подход позволял некоторым хештегам попадать в список самых популярных тем Твиттера. Однако эксперты лаборатории отметили:

У нас нет причин полагать, что какие-либо из изученных хештегов сумели распространиться далеко за пределы онлайн-сообщества сторонников Ле Пен. Они действительно попадали в списки наиболее популярных тем, однако не могли задержаться там надолго. Как правило, они исчезали в течение нескольких часов.

Американское сообщество альтернативных правых, возможно, вдохновленное заявлениями о том, что они помогли Трампу одержать победу, попыталось помочь Ле Пен, однако столкнулось с непреодолимой преградой в форме языкового барьера. Символ альтернативных правых Лягушонок Пепе не нашел отклика у французских избирателей.

Аккаунты сторонников Ле Пен, как французские, так и иностранные, а также аккаунты сторонников ультралевых кандидатов, таких как Жан-Люк Меланшон (Jean-Luc Melenchon), пытались распространять истории, опровергающие сообщения традиционных СМИ. Авторы исследования, проведенного компанией Bakamo, специализирующейся на социальных сетях, и опубликованного в апреле, выяснили, что примерно 24% связанных с выборами ссылок, которыми обменивались пользователи во Франции, преследовали именно такую цель. Значительная часть этих ссылок была взята из российских источников государственной пропаганды, таких как RT и Sputnik, которые, по словам представителей Макрона, распространяли фейковые новости.

Те, кто публиковал подобные ссылки, как правило, демонстрировал гораздо более заметную активность в социальных сетях по сравнению с теми, кто цитировал новости традиционных СМИ. Однако на долю традиционных СМИ пришлось 56% ссылок, которыми делились пользователи. Попытки перекроить новости традиционных СМИ и фейковые новости — разоблачением которых активно занимались такие платформы, как CrossCheck и Les Decodeurs газеты Le Monde — не смогли повлиять на мнение значительного числа избирателей.

Результаты исследования, проведенного экспертами из Оксфордского университета и опубликованного в конце апреля, показали, что «люди, обсуждающие французскую и немецкую политику в социальных сетях, как правило, пользуются более высококачественными источниками информации, чем те, кто обсуждает в сетях американскую политику». Согласно результатам этого исследования, подобные дискуссии во Франции и Германии «в меньшей степени искажены», чем в США, и несколько реже основаны на контенте, распространяемом ботами. Эксперты из Оксфорда также отметили, что ссылки, которыми делились французские пользователи в два раза чаще приводили к материалам солидных изданий, чем к подделкам и откровенно желтым статьям. В США в прошлом году это соотношение было практически 1-1.

Самая опасная фейковая новость — «документы» об офшорном счете Макрона, которые всплыли между двумя раундами голосования — была очень быстро и убедительно опровергнута, и поэтому она не нанесла никакого урона.

Хакеры тоже не смогли повлиять на исход французских выборов. До первого раунда голосования существовала вполне реальная вероятность того, что Макрона можно будет устранить, если будет опубликована какая-либо компрометирующая информация о нем. Именно так и случилось с первым фаворитом предвыборной гонки во Франции, Франсуа Фийоном (Francois Fillon). Однако в тот период, когда Макрон был относительно уязвимым, никакой особенно компрометирующей информации о нем опубликовано не было. И только в прошлую пятницу, накануне начала «периода тишины», хакеры опубликовали серию украденных электронных писем соратников и членов предвыборного штаба Макрона.

Выбор времени был достаточно любопытным. Французские СМИ и блогеры ничего не могли поделать с этими данными, потому что в этом случае они нарушили бы режим тишины накануне выборов, что повлекло бы за собой соответствующее наказание. Но кто бы ни собрал и ни опубликовал эту серию документов (кто это был? Сотрудник IT-компании, работающей на российское правительство? Человек, имеющий почтовый ящик в немецком почтовом сервисе? Целая группа самых разных людей?), он не смог найти в них ничего особенно интересного. Целых два дня отчаянных попыток отыскать в этих письмах сочные детали и секреты не принесли никаких результатов ни WikiLeaks, ни иностранным репортерам, которые имели полное право не обращать внимание на требования режима тишины. Все, что удалось найти сторонникам Ле Пен, — это откровенно ироничное высказывание «Je baise le peuple» («к черту народ») в конце одного письма, написанного одним из членов предвыборного штаба Макрона.

Эти опубликованные письма будут подробно изучены после выборов, и, вполне возможно, в результате проверки будут выявлены некоторые незначительные нарушения или ошибки. Однако это не изменит результаты выборов и, судя по тому, что я видел, ни в коей мере не осложнит жизнь Макрону на посту президента. Незадачливые хакеры, должно быть, надеялись посеять смятение и создать атмосферу подозрений в день выборов. Но Макрон все равно победил — и с гораздо более серьезным отрывом, чем многие прогнозировали.

Выводы:

• Кампания в поддержку Ле Пен в социальных сетях не смогла выйти далеко за рамки круга сторонников Ле Пен, чьи границы были гораздо четче очерчены по сравнению с границами круга сторонников Дональда Трампа в США, поскольку у Ле Пен намного более богатый опыт работы в политике.

• Распространению фейковых новостей помешала относительная искушенность и образованность французских избирателей, особенно если сравнивать их с американскими избирателями.

• В отличие от ситуации в США, центристскому кандидату во Франции было нечего скрывать — или же ему хватило здравого смысла, чтобы не допустить утечки потенциально компрометирующей информации в интернет.

Клинтон проиграла не потому, что против нее были использованы онлайн-инструменты воздействия на общественное мнение. Она проиграла, потому что значительное число американцев решило, что она не заслуживает доверия. Поэтому они с такой легкостью верили фейковым новостям и намекам на ее коррумпированность и нечестность, содержавшимся в опубликованных электронных письмах.

Затянувшиеся попытки проанализировать и объяснить проигрыш Клинтон Трампу скрывают от нас самое простое объяснение: крайне важно убедить избирателей в том, что вы не имеете никакого отношения к коррупции. Макрон также извлек очевидную выгоду из нежелания избирателей давать Ле Пен зеленый свет, потому что ее партия давно проповедует расистские и ксенофобские взгляды (американские избиратели спустили Трампу с рук его провокационные заявления).

Клинтон выразила радость в связи с победой Макрона, которую она назвала «поражением для тех, кто пытается вмешаться в механизмы демократии». Однако в истории демократии можно найти множество примеров грязных методов ведения предвыборных кампаний. Онлайн-инструменты — будь то инструменты России, альтернативных правых или кого-то еще — далеки от того, чтобы считать их супероружием. Это просто набор грязных технологий, основанных на современных методах передачи информации. Но эти инструменты не стоит считать волшебным средством решения всех проблем. Страна со здоровой политической культурой и заинтересованными избирателями может с легкостью им противостоять. Неслучайно воскресная явка избирателей, составившая 74,56%, считается во Франции относительно низкой, тогда как в США такая явка стала бы рекордно высокой с 1896 года.

Франция. Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 10 мая 2017 > № 2171360 Леонид Бершидский


Украина. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 3 марта 2017 > № 2093476 Леонид Бершидский

Чего МВФ не знает об Украине

Леонид Бершидский, Bloomberg, США

В среду конфликт между Украиной и Россией вступил в новую фазу. Пророссийские сепаратистские «народные республики» восточной Украины объявили, что берут на себя управление предприятиями украинских олигархов, которые расположены на их территории. За пределами Украины мало кто знает о том, что все три года с начала конфликта эти заводы и шахты платили налоги в украинскую казну, а их объем производства учитывался в украинском ВВП. Если отчуждение предприятий состоится, Украине не видать прогнозируемого экономического роста.

В отличие от военных действий и их геополитических последствий, экономическая сторона конфликта на востоке Украины никогда особо не освещалась. Все исходили из того, что Украина просто потеряла предприятия, расположенные на контролируемых сепаратистами территориях Донецкой и Луганской областей. В октябре 2016 года МВФ опубликовал доклад о реализации программы помощи Украине на 17,5 миллиарда долларов, и там была схема, на которой восточные регионы были показаны в виде отдельного куска, изъятого из украинского экономического пирога.

Самопровозглашенными народными республиками в Донецкой и Луганской областях заправляет непостоянная группа в составе местных бандитов, полевых командиров, российских военных и офицеров спецслужб. Все они при проведении любых крупных действий обязаны получать разрешение от Кремля. Поскольку самопровозглашенные народные республики не признаны, у них нет банков, предоставляющих весь спектр услуг, нет нормальной системы налогообложения, нет правопорядка в обычном смысле слова. Утрата Украиной промышленных предприятий в этом регионе внесла свою лепту в снижение ВВП страны в 2015 году на 9,9%. Но примерно 20 крупных заводов и шахт в удерживаемых повстанцами районах, где трудятся примерно 75 тысяч рабочих, продолжали работать по весьма шаткой схеме. Их продукция считалась украинской; частично она экспортировалась через Украину и давала стране остро необходимую валюту.

Трудно подсчитать, какой вклад эти компании вносят в украинский ВВП, потому что место их регистрации не соответствует фактическому месту их расположения. МВФ, который подписал с украинскими властями новый меморандум, подтвердив передачу нового кредита на один миллиард долларов, не обладает такими данными. Но это очень важные активы. Депутат украинского парламента Наталья Веселова недавно запросила у правительства информацию о том, какую сумму налогов заплатили Украине восемь таких предприятий и шахт. Ей ответили, что за 2016 год эта сумма составила 1,3 миллиарда гривен (47 миллиардов долларов). Получается, что все зарегистрированные на Украине предприятия восточных регионов в 2016 году обеспечили ей более одного процента налоговых поступлений.

Большую часть необходимого для своей жизнедеятельности финансирования «народные республики» получают из Москвы. Это сотни миллионов долларов ежегодно. Это создает дополнительную нагрузку на российский бюджет, который и без того испытывает трудности. Москва дает эти деньги, однако требует, чтобы «республики» выжимали больше денег из местных компаний. А недавно Украина дала сепаратистам повод для наезда на предприятия с украинской регистрацией.

25 января группы ветеранов украинской армии заблокировали железные и автомобильные дороги между Украиной и сепаратистскими территориями, потребовав от правительства прекратить торговлю с повстанцами. Основная часть этой торговли велась в рамках вертикально интегрированных холдинговых компаний. Например, контролируемые повстанцами регионы поставляли уголь на украинские электростанции и металлургические предприятия. Правительство недовольно этой блокадой и пытается объяснить, что покупать уголь в других странах дорого, да и в любом случае, на это потребуется время. С 17 февраля из-за этой блокады в украинской энергетике введено чрезвычайное положение.

Правительство в Киеве не осмеливается снимать блокаду силой. Такой шаг будет чрезвычайно непопулярным; более того, он может спровоцировать беспорядки и даже новую насильственную смену власти. «Невозможно представить себе ничего хуже, чем вооруженный конфликт между украинцами вблизи линии фронта», — написал недавно в Фейсбуке популярный мэр западноукраинского города Львова Андрей Садовый.

Киевский инвестиционный банк Dragon Capital подсчитал, что блокада в этом году может уменьшить украинский ВВП на 0,6%. Сюда не входят потери от вступления сепаратистов во владение промышленными предприятиями на востоке. Если блокада будет продолжаться весь 2017 год, а «национализация» этих предприятий будет проведена более или менее полностью, то на Украине вообще не будет экономического роста, тем более, в 2,5%, которые прогнозировал Bloomberg. А МВФ, как и в прошлом году, придется объяснять, что экономические прогнозы, легшие в основу его помощи Украине, были слишком радужными.

Большая часть металлургических предприятий и шахт в этом регионе принадлежит уроженцу Донецка и самому богатому человеку Украины Ринату Ахметову, который поддерживает отношения как с местными властями, так и с Киевом. Ахметов старается не спорить с властями и регуляторами, и правительство Порошенко воздерживается от нападок на него. Благодаря этому такая схема работала на протяжении последних трех лет. Его деньги помогают сглаживать гуманитарные проблемы восставших регионов, а его компании отапливают украинские дома и подают туда электричество. Меньшая часть промышленных предприятий на востоке Украины принадлежит другим украинским олигархам Сергею Таруте и Вадиму Новинскому. Они тоже научились находить компромиссы.

Ахметов и другие олигархи будут бороться против «национализации» своих предприятий. Но им будет очень трудно, даже если Украине каким-то образом удастся снять блокаду. Москва передачу управления одобрила. «Речь идет о жизнях нескольких миллионов людей, — сказал пресс-секретарь президента Владимира Путина Дмитрий Песков. — Людям надо выживать». Порошенко объявил, что потребует ввести дополнительные международные санкции против тех, кто будет наживаться на этой «национализации». Однако новые антироссийские санкции сегодня в Европе непопулярны.

Кремль всерьез задумался о том, чтобы оказать экономический нажим на Украину. В России живут и работают около 2,1 миллиона украинцев. Эта большая диаспора является самым крупным источником идущих на Украину денежных переводов. По данным Всемирного банка, среди стран Европы и Центральной Азии Украина сильнее всех зависит от таких переводов, ибо они составляют шесть процентов ВВП страны. В октябре прошлого года Украина ввела запрет на российские системы денежных переводов. Российский парламент в ответ рассматривает законопроект о запрете на использование иностранных платежных систем типа Western Union для перевода денег из России на Украину.

Сохраняющиеся экономические связи между Россией и Украиной, включая договоренность о работе украинских компаний на контролируемом повстанцами востоке, это единственное, что мешает началу полномасштабной войны. Теперь, когда эти связи рвутся, вероятность вооруженных беспорядков на Украине и более прямого российского вмешательства увеличивается. Но даже если до самого страшного дело не дойдет, экономическая ситуация на Украине в этом году будет хуже, чем предсказывают ее кредиторы и надеются люди.

Содержание статьи может не отражать точку зрения редакции, компании Bloomberg LP и ее владельцев.

Украина. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 3 марта 2017 > № 2093476 Леонид Бершидский


Турция. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 19 июля 2016 > № 1833124 Леонид Бершидский

Неудавшийся переворот в Турции: уроки для Путина

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

За неудавшимся государственным переворотом в Турции и попыткой свергнуть Реджепа Тайипа Эрдогана жадно наблюдали в России. Не только потому, что Эрдоган и его авторитарный брат-близнец президент Владимир Путин только что восстановили отношения после инцидента со сбитым Турцией в ноябре российским бомбардировщиком, но и потому что многих интересовало, не может ли против самого Путина быть направлена попытка переворота, и сможет ли он ее выдержать.

«Ну вот смотрите, как это бывает. На примере Эрдогана», — написала в своем твиттере российская телеведущая и в прошлом представительница антипутинской оппозиции Ксения Собчак в субботу утром, 16 июля, когда разворачивались события турецкого переворота.

Проецировать турецкие события на Россию вполне естественно. Как и Эрдоган, Путин апеллирует к консервативным, неевропейским ценностям. Как и Эрдоган, он консолидировал личную власть за долгое время правления, не сдерживая себя сроками, установленными Конституцией. Как и Эрдоган, он начал подавлять свободу слова и собраний и инициировал строгие «антитеррористические» законы, которые закрывают пути оппозиции. Как и Эрдоган, он нанес удар по некоммерческим организациям, назвав их «иностранными агентами», работающими против его режима.

Помимо этого, Россия, как и Турция, — это страна, где военные и дворцовые перевороты имели место в не столь отдаленном прошлом. В 1991 попытка переворота, предпринятая консервативной советской элитой, желавшей избавиться от президента Михаила Горбачева, была пресечена немедленно, но способствовала распаду Советского Союза. В 1993 представители крайне левых и националистов едва не свергли президента Бориса Ельцина, который подавил восстание при помощи военных, которые, как многие помнят, обстреливали из танков здание парламента (занятого его оппонентами). В 1998 году генерал Лев Рохлин, герой войны против сепаратистов в Чечне, был обвинен в подготовке военного переворота и свержения Ельцина, но был убит до того, как заговор начал воплощаться в жизнь. В убийстве обвинили его жену, русские националисты эту версию отвергают.

В конце 2014 и начале 2015 после падения цен на нефть и резкой девальвации рубля поговаривали о том, что у Путина может возникнуть проблема «в его собственном окружении», как выразился бывший нефтяной магнат Михаил Ходорковский. Эти разговоры поутихли, как только экономика стабилизировалась.

За сходствами скрываются существенные различия между турецким и российским режимом. В этих различиях и заключаются уроки, которые и Путин, и Эрдоган могут извлечь из событий прошедшего уикенда.

Путину, скорее всего, ничем не угрожают военные. Российский президент резко увеличил военные расходы за последние годы. В отличие от Ельцина он культивировал теплые взаимоотношения с генералами, его министр обороны Сергей Шойгу пользуется популярностью у офицеров, а последние военные предприятия России — аннексия Крыма и сирийский блиц против врагов президента Башара Асада — способствовали подъему боевого духа. Отношения же Эрдогана с военными характеризовало взаимное недоверие, переворот президенту помогла подавить верная ему полиция. Путин не рассчитывает на поддержку армии или полиции, хоть и старательно следит за сохранением их лояльности: недавно он учредил Национальную гвардию, в которую вошли элитные подразделения различных служб, которые подчиняются ему непосредственно.

В целом создается впечатление, что он гораздо лучше, чем Эрдоган, позаботился о российских службах безопасности. Кроме того, его консерватизм и ностальгия по советскому вполне соответствуют культуре этих служб. Оба лидера пытались взять под контроль свободу слова в своих странах, но подошли к этой задаче по-разному. Правительство Эрдогана при возникновении любых проблем пытается блокировать социальные сети. В прошлые выходные (16-17 июля) Эрдоган сам испытал последствия своей же политики: заговорщики, по всей видимости, нашли способ сделать то же самое, перекрыв трафик социальных сетей. Он резко снизился в первые часы переворота, когда все были в растерянности, не давая Эрдогану призвать своих сторонников выйти на улицы (в конце концов ему удалось сделать это, транслируя обращение с мобильного телефона по телевидению).

Путин еще не осуществлял действий подобного масштаба, хотя его правительство заблокировало ряд оппозиционных сайтов. Вместо этого Кремль вел дорогостоящую войну за умы в социальных сетях, нанимая армии пропутинских троллей. Неясно, однако, насколько они окажутся эффективны, если Путину потребуется защита в случае попытки переворота.

В чем был прав Эрдоган, и, очевидно, неправ Путин, — он дал иностранным и частным СМИ широко, пусть и не совсем свободно, работать в Турции. В результате не государственная, а секуляристская частная медиагруппа Доган, которой принадлежит турецкий телеканал CNN, первая выпустила в эфир Эрдогана, чтобы он сообщил народу о совершающейся попытке переворота. Путин не смог бы найти столь неожиданной поддержки: в прошлом году он вытеснил иностранных издателей с российского рынка, его окружение захватило частные медиакомпании, и даже относительно независимые СМИ оказались в подчиненном положении. Весьма возможно, что при попытке дворцового переворота ручные СМИ будут лишь обслуживать новых хозяев — так же, как сейчас они обслуживают Путина.

Крепкие связи с институционализированной религией — еще одна сильная сторона режима Эрдогана. Муэдзин призвал сторонников президента выходить на улицы и оказывать сопротивление мятежникам, он будил районы города и мобилизовал верноподданных Эрдогана так, как это неподвластно ни одной социальной сети, ни одному телеканалу. Путин искал поддержки РПЦ, участвовал в назначении ее иерархов, но россияне не столь набожны, как большинство турков, и звон церковных колоколов среди ночи не вывел бы их на улицы в поддержку президента. Даже религиозные россияне считают путинский консерватизм отнюдь не искренним.

Путин перековал российскую политику так, что в стране не осталось реальной оппозиции. По своей сути российская демократия однопартийна, она вызывает у избирателей скорее зевоту, чем стремление срочно ее поддержать. При Эрдогане в турецкой политике сохранилась конкуренция. Его 52%, возможно, более весомы, чем 80-процентный рейтинг одобрения Путина, потому что сторонники Эрдогана по-настоящему готовы отстаивать свой выбор перед угрозой альтернативы, которую они знают и которой не доверяют. Сторонники Путина пассивны и часто зависимы от государственной материальной поддержки, которую может с тем же успехом оказать и любой, кто захочет свергнуть президента.

Победа Эрдогана может служить подсказкой Кремлю, что у менее имитативной демократии есть свои преимущества: реальный подход к консервативным избирателям (что требует допущения настоящей либеральной альтернативы) и разнообразие СМИ. Это пошло бы России на пользу. Однако представить себе это сложно. Первые действия Эрдогана после попытки переворота — массовые чистки в военных и судебных структурах — могут лишь укрепить уверенность Путина в правильности его версии авторитарной власти. Он может даже закрутить гайки потуже.

Турция. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 19 июля 2016 > № 1833124 Леонид Бершидский


Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 10 июля 2016 > № 1832960 Леонид Бершидский

Выборы 2016 года — самые скучные в России

Леонид Бершидский, Bloomberg, США

Захватывающие зрелища в ходе президентских выборов в США, референдум в Великобритании о выходе из Евросоюза и даже остросюжетные выборы президента Австрии затмили избирательную кампанию в России, в результате которой 18 сентября будет создан новый парламент. Объясняется это тем, что даже при наличии всех внешних атрибутов демократии российские выборы, судя по непродолжительным экспериментам страны с состязательной политикой — это, по большей части, театр теней.

Теоретически выборы скучными быть не должны. Предыдущие выборы, проходившие в 2011 году, вызвали наиболее значимые и активные протесты против коррумпированной системы Владимира Путина, сформировавшейся за более чем 15-летний период его пребывания у власти. Тогда десятки тысяч москвичей вышли на улицы в знак протеста против того, что, по их мнению, было фальсификацией результатов голосования — судя по статистическому анализу, пропутинская партия «Единая Россия» получила большинство голосов в результате широко применявшихся «вбросов».

На какое-то время даже показалось, что Кремль — который тогда занимал дублер Путина Дмитрий Медведев — довольно обеспокоен, и может пойти на некоторые изменения. Были вновь введены отмененные до этого выборы губернаторов, кроме того, власти постарались сделать голосование на президентских выборах 2012 года более прозрачным, организовав прямую видеотрансляцию со всех избирательных участков, и обеспечили беспрепятственную работу наблюдателей. Путин, однако, считал эти протесты угрозой революции, спровоцированной Соединенными Штатами — наподобие той, которая всколыхнула и дестабилизировала Украину в 2013-2014 годы. Как только начался третий президентский срок Путина (после его абсолютной победы на выборах), он начал закручивать гайки, используя парламент — Государственную Думу, для принятия законов, резко ограничивавших свободу собраний и слова. Из-за скорости, с которой Госдума штамповала репрессивные законы, она получила прозвище «взбесивший принтер».

В сентябре на место этого состава Думы придет новый, и если будут какие-то фальсификации, заметить их будет гораздо труднее, чем в 2011 году. Путин не хочет, чтобы его обвинили в мошенничестве. Он хочет явной, убедительной победы — и такого парламента, где будут заседать сплошные лоялисты или представители проверенных на деле партий, которые уже давно поступаются любыми принципами ради официального признания, государственного финансирования и возможности заработать деньги на лоббировании. Именно это Путин и получит — несмотря на некоторые весьма циничные попытки придать этим выборам видимость настоящих.

Ранее в этом году «Единая Россия» провела так называемые праймериз, чтобы определить список тех, кто будут участвовать в реальных выборах. По заявлению партии в них приняло участие 10,5 миллиона человек — даже при том, что результаты этих пробных выборов не имели обязательной силы, и окончательный список кандидатов определяла партийная иерархия, то есть, Кремль. В России даже есть свой собственный рынок электоральных прогнозов, созданный прокремлевским центром изучения общественного мнения, и «Единая Россия», разумеется, является фаворитом.

И по результатам опроса, проведенного недавно независимым «Левада-Центром», эта партия тоже оказалась лидером — ее поддерживают 55% тех, кто собирается голосовать. По последним данным «Левада-Центра», только у трех других партий есть реальные шансы попасть в парламент. Это коммунистическая партия, по-прежнему возглавляемая Геннадием Зюгановым, который чуть не победил Бориса Ельцина на президентских выборах в 1996 году, так называемая Либерально-демократическая партия популиста Владимира Жириновского и аморфная левоцентристская партия «Справедливая Россия», созданная Кремлем искусственно в качестве противовеса «правоцентристской» «Единой России». В выборах будут баллотироваться три относительно либеральные партии, но поддержка каждой из них составляет не более 1%. Партия, имеющая наилучшие шансы (по прогнозам экспертов она может получить до 3%) — это «Яблоко» во главе с Григорием Явлинским, еще одним кандидатом в президенты на выборах 1996 года. Баллотируются и другие примелькавшиеся «лица», представляющие видавший виды российский либерализм — Владимир Рыжков и Ирина Хакамада.

Не вошел в список кандидатов Алексей Навальный — антикоррупционный активист, который, видимо, сделал больше всех, чтобы возродить российскую политику и который получил больше четверти голосов избирателей на выборах мэра Москвы в 2013 году, не сумев опередить лишь тяжеловеса «Единой России» Сергея Собянина. Навальный дважды был осужден по сфабрикованным обвинениям, что лишает его права выставлять свою кандидатуру на выборах.

На этой неделе он разместил пост, в котором как нельзя лучше описал порочную суть избирательной кампании 2016 года:

«1993 год. Я только что закончил школу. Мне 17 лет. Идут выборы в Госдуму, в них участвуют Явлинский, Хакамада, Рыжков, Зюганов, Жириновский. Я интересуюсь политикой, но участвовать в выборах мне нельзя. Прошло 23 года. 2016 год. Мне 40 лет. Идут выборы в Госдуму, в них участвуют Явлинский, Хакамада, Рыжков, Зюганов, Жириновский. Я интересуюсь политикой, но участвовать в выборах мне нельзя».

Застой очевиден — и не только для Навального, но и для всех остальных. По данным «Левада-Центра», 42% россиян считают, что эти выборы будут лишь имитацией политической борьбы. Явка, вероятно, будет крайне низкой, и если учесть ответы тех, кто не собирается голосовать, 55% «Единой России» сократятся до 35%.

Путин создал политический климат и систему, в которых подтасовка результатов выборов становится излишней. Средства информации жестко контролируются. Немногим относительно независимым СМИ регулярно дают понять, что они должны ходить по струнке. В своем выступлении на недавнем съезде «Единой России», Путин объяснил, как он себе представляет проведение предвыборной кампании в современной России, окруженной врагами и живущей в нелегких условиях западных санкций:

«Самое опасное сегодня — спекулировать на текущих трудностях. Речь не о критике действующей власти — она нужна и обязательно должна быть, и, разумеется, будет. Предвыборная кампания — это то самое время, когда претензии звучат прямо и жестко, и это очень хорошо, так как в большинстве случаев все это идет на пользу делу. Речь о другом — о лжи и передергивании фактов, о прямом предательстве интересов страны, о пустых обещаниях, которые хуже всякого предательства и которые ничем не подкреплены, и за которыми лишь стремление дестабилизировать ситуацию, расколоть общество, любой ценой прорваться к власти».

Возможно, Дональд Трамп и произвел на Путина впечатление, но, судя по этой тираде, ему бы не дали баллотироваться в Госдуму. Особо ярких там нет. Как отметил Федор Крашенинников в статье, опубликованной ежедневным изданием «Ведомости», в основных партийных списках очень мало бизнесменов, что является серьезным изменением по сравнению с предыдущими выборами. Тогда состоятельные россияне пытались попасть в парламент, чтобы получить депутатский иммунитет, возможность лоббировать свои бизнес-интересы и приобрести статус, который позволял им быть ближе к крупным государственным контрактам на закупки.

«Списки полны партийными работниками, бюджетниками и провластными общественниками, то есть, заведомо несамостоятельными персонажами, — пишет Крашенинников. — С учетом всех существующих сейчас формальных и неформальных ограничений перспектива задекларировать все свое имущество, перестать заниматься бизнесом и получить большой шанс попасть под какие-нибудь очередные санкции для многих стала важным основанием для уклонения от продолжения политической карьеры».

Другими словами, Путин выровнял и подмял под себя политический ландшафт настолько основательно, что избранными могут быть только закостенелые, умирающие со скуки и всем надоевшие представители «политических элит» 1990-х годов и его собственные ничем не примечательные лоялисты более молодого поколения. Если российскому лидеру опять нужен «сбесившийся принтер» (либо если он вдруг передумает и опять захочет заигрывать с Западом или заняться либеральной экономикой), Дума следующего созыва будет такой же послушной, как и предыдущая.

В других странах политические элиты, наверное, дрожат от страха, боясь народных протестов. По правилам, среди них должна быть и Россия — ведь это первые выборы с 1990-х годов, проходящие в период экономического спада, и люди, которые управляют этой страной, невероятно коррумпированы. Но совершенно ясно, что россиянам эти старые лица, те же самые имена и та же политика не так уж и надоели, чтобы требовать перемен.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 10 июля 2016 > № 1832960 Леонид Бершидский


США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 23 марта 2016 > № 1697138 Леонид Бершидский

Что делает Америку великой?

На этот вопрос пытаются дать ответ кандидаты в президенты Соединенных Штатов.

Леонид Бершидский, Bloomberg, США

Путешествуя два месяца по стране и занимаясь освещением первичных выборов, я пришел к выводу о том, что Соединенные Штаты переживают своего рода кризис идентичности после десятилетий доминирования. Кандидаты в президенты размышляют о том, о чем думают и избиратели: что значит для Америки быть великой?

Для путешественника величие Америке открывается простым визуальным способом. Везде, даже в малонаселенной сельской местности, можно видеть здоровое бурление активности. Американцы встают рано, и они не могут сидеть без дела. На одном перекрестке во Флориде я наблюдал за тем, как человек умело жонглировал вывеской магазина по продаже матрасов для привлечения покупателей. Вероятно, он держал эту вывеску за минимальную плату, но не по этой причине он ею жонглировал. Вся страна никогда не находится в состоянии покоя; такой энергии, как в Америке, не найдешь в другом месте, и, кроме того, там неизменно присутствует чувство постоянной и привычной конкуренции. Америка — крупнейшая экономика в мире, и именно это там ощущается. Чувствуется, что это великая нация.

Но, если посмотреть на президентских кандидатов, то вопрос о величии представляется спорным.

«Мы больше не побеждаем», — жалуется Дональд Трамп, который бесстыдным образом воспользовался лозунгом Рональда Рейгана во время кампании 1980 года — «Сделай Америку вновь великой» (Make America Great Again). Для него как для кандидата и потенциального лидера, это игра с нулевой суммой: если ты побеждаешь, то кто-то должен проиграть. Трамп много рассуждает о переговорах, а также о заключении сделок, однако при этом он не имеет в виду, как это делают европейцы или азиаты, достижение компромисса или консенсуса: те переговоры, о которых он говорит, представляют собой силовую игру, а сделки — это победа для Соединенных Штатов и поражение для их партнеров. Это, по своей сути, фундаментальная империалистическая концепция величия, в соответствии с которой Соединенные Штаты берут от других то, что им надо, будь то нефть из исламских государств («возьмите нефть», часто повторяет Трамп), или деньги из Мексики для строительства стены, которая будет помогать удерживать мексиканцев за пределами Соединенных Штатов.

Со времени окончания Второй мировой войны Америка в этом отношении была великой, и существующее во всем мире мнение, что она способна брать то, что хочет, находится в основании негативного восприятия Соединенных Штатов. Нарратив российской государственной пропаганды состоит в том, что Обама — задира, который делает ставку на использование силы. Трамп и его сторонники в это не верят, они хотят, чтобы Соединенные Штаты в еще большей степени были задиристыми. Возможно, даже Трамп сочтет это нелегкой задачей.

После своей победы в штате Айова Тед Круз (Ted Cruz) заявил, что Америка «является величайшей нацией в истории человечества», однако она отошла от тех принципов, которые и сделали ее таковой, она отошла от свободного рынка, от конституционных свобод, а также от того, что консервативные кандидаты продолжают называть «иудео-христианскими ценностями» — непонятный для меня, как еврея, термин, но он является мобилизующим для миллионов людей, подобных тем, которых я видел в мегацерквях на Юге, людей, которые считают, что их религиозная свобода находится в опасности.

Среди всех кандидатов Круз отличается тем, что его концепция величия Америки наиболее сложна для понимания посторонними. Конституция, в верности которой Круз постоянно клянется, уже в значительной мере превратилась в священную корову, чем во что-либо другое. Во многих странах конституции развиваются; в Соединенных Штатах Конституция — это нечто священное и неприкосновенное, своего рода религиозный артефакт. Рыночные свободы также находятся в поле зрения в значительно большей степени, чем в Европе: здесь меньше взаимодействия с правительством и явно больше коммерческой, предпринимательской культуры. Что касается вопроса о религиозной свободе, за счет которого Круз постоянно получает поддержку на митингах, то это является загадкой.

Нигде я не видел такого впечатляющего разнообразия форм христианской веры, а также таких богатых и процветающих церквей, как в Соединенных Штатах. Нужно обладать невероятно сильным воображением, чтобы найти здесь какие-нибудь признаки преследования. Религиозная культура в Америке — живая, радостная, открытая для эксперимента; и нет никаких видимых причин для того, чтобы христиане вынуждены были занимать оборонительные позиции.

Поэтому Круз, судя по всему, просто хочет, чтобы Соединенные Штаты имели еще больше того, чего у них и так в избытке. У него квантитативная концепция величия, которая предназначена исключительно для внутреннего потребления. Неамериканцы не смогут ничего заметить, если Америка станет более великой на условиях Круза.

В тот день, когда он занял второе место в штате Нью-Гемпшир и получил импульс к продолжению борьбы, Джон Кейсик (John Kasich) говорил о необходимости «отполировать» и «подправить нашу великую нацию». Интуитивно нетрудно понять, на что он намекает: речь идет о более высокой эффективности, об ощущении хорошо смазанной машины, которое возникает, скажем, в промышленных регионах Германии. При сравнении Америка оказывается более небрежной, в большей мере настроенной на какую-то конкретную цель: часто можно видеть бедность и сбои в работе. Я много летал на самолете за последние два месяца, и ни один из рейсов не вылетел по расписанию. Концепция Кейсика — это представление практичного и рассудительного менеджера. Величие для него — это хорошо закрученные гайки и болты.

Однако подобную концепцию сложно оценить из Белого дома или из штата Огайо, который Кейсик постоянно выставляет в качестве примера для остальной страны. Почти осязаемый дух свободы, пропитывающий Соединенные Штаты, не особенно благоприятен, когда речь заходят о мелочах жизни. Эта страна — слишком разноплановая, чтобы ею можно было управлять как механизмом.

Марко Рубио (Marco Rubio), снявшийся с президентской гонки на прошлой неделе, использовал свой вариант напыщенной речи с целью представить ясную и привлекательную концепцию величия:

«Америка — великая нация. Потому что каждое поколение до нас сделало свою часть работы. Каждое поколение до нас шло на жертвы, люди принимали вызовы, пользовались возникавшими возможностями, и на протяжении двух веков каждое новое поколение улучшало ситуацию для следующего поколения».

Смысл послания Рубио состоял в том, что этот вариант больше не работает из-за предательства Американской мечты со стороны членов Демократической партии, что произошло из-за чрезмерного регулирования и излишнего вмешательства со стороны правительства. Его претензии были бы более убедительными, если бы он не посетил Флориду, включая Хайалиа — американский город с самой большой долей кубинцев, то есть народа, к которому принадлежит и сам Рубио. В городе с населением 230 тысяч человек имеется 44 тысячи предприятий малого бизнеса, и их владельцы до сих пор вынуждены идти на жертвы, они принимают вызовы, пользуются возникающими возможностями и реализуют Американскую мечту. Именно американская социальная ткань делает эту страну великой, и ее материал, судя по всему, продолжает оставаться неповрежденным.

Что касается Демократической партии, то Берни Сандерс (Bernie Sanders) предлагает привлекательную концепцию, основанную на ином виде величия. «Величие нации, — говорит он, — измеряется тем, как она относятся к наиболее уязвимым из нас». А вот еще цитата: «Испытание на величие нации состоит не в том, как много войн она может вести, а в том, насколько она способна урегулировать международные конфликты мирным путем».

Понимание Сандерсом величия имеет много общего со справедливостью и состраданием. Иностранцу в этой стране уже легко почувствовать себя как дома. Где бы я ни был, везде люди готовы были оказать помощь, они вежливы и внимательны, что не является обычным делом в остальной части мира. Американская культура довольно любезна. Однако на более глубоком уровне многие американцы чувствуют себя неуверенными, они бояться остаться без помощи, если окажутся в беде. Сандерс намерен заниматься именно этими проблемами. Он не понимает, как страна, оборонный бюджет которой составляет 34% всех мировых военных расходов, имеет одну из самых плохих систем здравоохранения в богатом мире. Он не понимает, почему студенты в этой стране отстают от своих европейских и азиатских сверстников в области навыков чтения и математики. Конечно же, все кандидаты хотели бы, чтобы Америка лидировала по этим параметрам.

Однако я подозреваю, что идея Сандерса относительно исправления ситуации за счет давления на бизнес и увеличения налогов несколько умалит то величие, которое Рубио столь лаконично описал. Вмешательство в вопросы относительно социальной ткани является опасным делом, и в результате она может оказаться менее функциональной, а не более справедливой.

Хиллари Клинтон внесла типичный прагматичный вклад в дебаты относительно величия. «Вопреки тому, что вы слышите, нам не надо делать Америку вновь великой, — заявила она несколько раз в последние время. — Америка никогда не переставала быть великой». Клинтон меняет предмет: она хочет говорить о преодолении разрывов, о том, чтобы «страна вновь стала единой».

Клинтон не обещает мгновенного прыжка в величие. Она хочет, чтобы Соединенные Штаты стали глобальным лидером — например, в области устойчивых источников энергии, однако такого рода лидерство, судя по всему, не может быть достигнуто даже за два следующих президентских срока. Лидер среди кандидатов от Демократической партии хочет, чтобы Соединенные Штаты постепенно становились более приятной страной. Это не очень вдохновляющая цель, но в ней есть смысл. Возможно, именно поэтому Клинтон получила пока больше голосов, чем другие кандидаты в президенты.

Я родом из страны, которая раньше была великой как империя и как тоталитарное государство. Величие всегда было в центре внимания российских правителей. И продолжает там находиться, хотя экономика страны в настоящее время переживает сложный период, а многие из числа ее наиболее способных граждан пытаются устроить свое будущее где-то в другом месте. Здесь я встретил многих из них за последние два месяца, когда я пытался понять смысл американской мечты. Было бы лучше, если бы политические лидеры на моей родине забыли на время о величии и сфокусировали бы свое внимание на более мирских приоритетах.

Было бы неплохо, если бы американские лидеры сделали то же самое. Соединенные Штаты, несомненно, могут это себе позволить. Однако кандидаты в президенты не могут сбросить с себя бремя американского величия. Как и в случае с Россией, это сидит в генах нации.

Стремление к величию имеет глубокие корни. Оно неотвратимо. Тем не менее, американцы пока еще не договорились о том, к чему они стремятся. Означает ли величие быть непобедимым задирой или бастионом предпринимательства и изобретательности, или предметом зависти для всего мира в области здравоохранения и образования? Попытка сразу добиться всех трех перечисленных целей представляется маловероятной. Если учитывать силы Клинтон, то Соединенные Штаты, вероятно, отложат вопрос о «величии», поскольку она меняет тему. В таком случае этот разговор будет отложен, по меньшей мере, до следующего цикла. Но пока не будет найден консенсус относительно величия Америки, все президентские выборы будут представлять собой попытку дать ответ на этот вопрос. Все они будут такими же спорными и яростными, как и ее нынешний вариант.

Эта статья не обязательно отражает мнение редакционной коллегии, компании Bloomberg LP или ее владельцев.

США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 23 марта 2016 > № 1697138 Леонид Бершидский


Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 6 января 2016 > № 1605040 Леонид Бершидский

Изоляционизм Путина обрел официальный характер

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

Эволюция Стратегии национальной безопасности — документа, новая версия которого была опубликована 31 декабря — является ценным материалом для изучения страхов, паранойи и смятения, которыми сейчас охвачен Кремль.

Известно, что на протяжении своего третьего президентского срока Путин создавал образ западного врага, который стремится уничтожить Россию. Тот факт, что этот образ нашел отражение в стратегическом документе, не является ни удивительным, ни особенно важным. Значение новой Стратегии национальной безопасности заключается в том, что впервые за последние 18 лет — с того момента, когда президент Борис Ельцин подписал первый подобный документ — Кремль выразил официальные сожаления о том, что он открыл свою страну в экономическом и культурном смыслах.

Ельцин подписал свой первый указ об утверждении Концепции национальной безопасности, как ее тогда называли, в 1997 году. Даже в первые постсоветские годы, когда Россия изо всех сил старалась сблизиться с западным миром, в этом документе расширение НАТО на восток было названо угрозой национальной безопасности, потому что такие военные группировки вблизи российских границ «представляют собой потенциальную военную опасность даже при отсутствии агрессивных намерений в отношении России». Однако, с точки зрения составителей этого указа и самого Ельцина, это была не самая серьезная опасность. Главным источником тревог тогда была экономика:

«Главной причиной этого является сохранение кризисных явлений в российской экономике. Сократилось производство и ухудшилась его структура по сравнению с дореформенным периодом. Снижается инвестиционная и инновационная активность. Нарастает научно-техническое отставание России от развитых стран. Усиливается зависимость от импорта продовольствия и потребительских товаров, оборудования и технологий. Растет внешний и внутренний государственный долг».

Тревога Ельцина была вполне оправдана. Менее чем через год после утверждения указа о Концепции национальной безопасности цены на нефть упали до 10 долларов за баррель, в России произошел дефолт по внутреннему долгу, и ее репутации был нанесен самый серьезный удар за весь постсоветский период. Страна оказалась совершенно беспомощной в экономическом смысле, и только резкая девальвация и наличие неиспользуемых промышленных мощностей позволили ей постепенно оправиться от удара, увеличив производство.

Этот документ был несколько изменен в 2000 году, после того как Ельцин ушел в отставку и президентом стал Владимир Путин. В центре внимания его составителей все еще были экономические проблемы, однако в нем также нашла отражение растущая тревога по поводу вмешательства Запада и расширения НАТО:

«Возведенный в ранг стратегической доктрины переход НАТО к практике силовых (военных) действий вне зоны ответственности блока и без санкции Совета Безопасности ООН чреват угрозой дестабилизации всей стратегической обстановки в мире».

В новый документ были внесены и другие, более заметные изменения. К примеру, там, где в первоначальном документе говорилось о необходимости конструктивной децентрализации, которая позволит многочисленным регионам страны приобрести больше полномочий, первый путинский вариант содержал указание на необходимость создания «жесткой вертикали исполнительной власти» — это словосочетание стало лейтмотивом первого президентского срока Путина. В этом документе делался акцент на необходимости усиления роли государства в противостоянии всем видам угроз, как военных, так и экономических. В отличие от первоначального документа, в нем не было никаких указаний на то, что чрезмерно большая армия является серьезным бременем для ослабленной экономики России. В целом, Путину удалось реализовать свои планы, чему способствовал рост доходов от продажи нефти.

Следующая версия программы национальной безопасности была разработана в 2009 году, когда Дмитрий Медведев временно заменял Путина на должности президента. Его версия стратегии должна была просуществовать до 2020 года. Медведев, который теперь занимает пост премьер-министра, любит многословные и чрезмерно прогрессивные документы. В отличие от двух предыдущих версий, его вариант стратегии был несколько тщеславным: в нем говорилось, что последствия экономического спада в России были преодолены и что ее ресурсы и богатства помогают ей повышать свое влияние на международной арене.

Даже уже ставший традиционным пункт о НАТО, как об угрозе национальным интересам России, создавал впечатление, что этот альянс представляет собой лишь небольшую помеху, которую можно преодолеть при помощи решительных дипломатических шагов:

«Россия готова к развитию отношений с Организацией Североатлантического договора на основе равноправия и в интересах укрепления всеобщей безопасности в Евро-Атлантическом регионе, глубина и содержание которых будут определяться готовностью альянса к учету законных интересов России».

Этот бравурный тон казался оправданным. Россия успешно пережила глобальный финансовый кризис благодаря своим гигантским валютным запасам, цена на нефть приближалась к 70 долларам за баррель, и долгосрочные прогнозы были крайне благоприятными.

Нынешняя версия Стратегии национальной безопасности является самой антизападной из всех. НАТО и Евросоюз обвиняются в том, что они не смогли обеспечить безопасность Европы, и в качестве подтверждения в пример приводится миграционный кризис. В документе говорится, что США и Евросоюз поддержали «антиконституционный государственный переворот» на Украине, который привел «к глубокому расколу в украинском обществе и возникновению вооруженного конфликта».

Авторы документа утверждают, что Запад намеревается свергнуть «законные политические режимы», что приведет к дестабилизации и возникновению новых горячих точек. Там также говорится, что причиной подъема Исламского государства стала «политика двойных стандартов, которой некоторые государства придерживаются в области борьбы с терроризмом». Эти «некоторые государства» также используют «информационные и коммуникационные технологии для достижения своих геополитических целей, в том числе путем манипулирования общественным сознанием и фальсификации истории». Сама же Россия с ее контролируемой государством машиной пропаганды, которая вытеснила независимые СМИ, по всей видимости, не относится к числу этих «некоторых государств».

В списке угроз экономические проблемы занимают второстепенное место. Кремль все еще озабочен зависимостью от экспорта энергоресурсов, однако наряду с этим в число экономических угроз попали «незащищенность национальной финансовой системы от действий нерезидентов и спекулятивного иностранного капитала, уязвимость ее информационной инфраструктуры», а также «регистрация прав собственности в отношении значительной части организаций в иностранных юрисдикциях».

Путин также обеспокоен «размыванием традиционных российских духовно-нравственных ценностей и ослаблением единства многонационального народа Российской Федерации путем внешней культурной и информационной экспансии».

Стратегия национальной безопасности 2000 года выдавала планы Путина по укреплению центральной власти и государства во всем его советском и царистском величии. Стратегия 2015 года — это декларация оборонительных, изоляционистских устремлений. Нет никаких причин полагать, что Путин планирует решать экономические проблемы России, сделав ее более доступной для иностранного капитала или усилив ее интеграцию в глобальные рынки. Нет, он планирует продолжить движение в обратном направлении.

У него еще много времени, чтобы это сделать. У России все еще остались золотовалютные запасы, чтобы продержаться до конца этого года и даже — при более бережливом подходе — до президентских выборов 2018 года. Легендарное терпение русского народа, возможно, рано или поздно лопнет, но, вероятнее всего, оно сохранится до 2018 года благодаря работе обширного аппарата обеспечения безопасности. Даже если Путину придется уйти из власти в результате следующих выборов, к моменту смены политического режима Россия станет гораздо более закрытым и изолированным обществом.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 6 января 2016 > № 1605040 Леонид Бершидский


Украина. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 31 декабря 2015 > № 1605048 Леонид Бершидский

Россия и Украина наконец-то расходятся

Леонид Бершидский

Обозреватель агентства Bloomberg, Bloomberg, США

Россия и Украина большую часть своей постсоветской истории жили, как сиамские близнецы, но на протяжении последних двух лет им делают хирургическую операцию, разделяя их экономически. Скорее всего, операция эта будет закончена в 2016 году, и хотя обоих близнецов ждут суровые времена, у того из них, кто послабее — Украины — перспективы в некотором отношении получше.

Еще с тех пор, когда в августе 1991 года Украина провозгласила независимость, она стремится сформировать идентичность, отличную от России. Второй украинский президент Леонид Кучма даже написал в 2003 году книгу под названием «Украина — не Россия». Однако на практике Украина продолжала следовать за своим более крупным соседом даже во время своей несостоявшейся вестернизации в период с 2005 по 2010 годы. Она унаследовала ту же самую основу правовой системы и системы управления — советскую бюрократию — и даже предпринимала попытки проведения реформ, часто копировавших действия Москвы. Когда в 2011 году я переехал из Москвы в Киев, никакого дискомфорта я не ощутил: все — от бюрократических процедур до повсеместно распространенной коррупции, выставлявшей их на посмешище, — в этих двух странах было в основном одинаковым.

В экономическом отношении Украина оставалась российской колонией. В 2013 году ее товарооборот с Россией, объем которого по официальным данным украинского государственного комитета статистики составлял 31,8 миллиардов долларов, достиг 28% от ее общего внешнеторгового товарооборота. Для Москвы Украина не имела такого значения, но, тем не менее, она была для России пятым по величине торговым партнером. Ее доля в российском внешнеторговом обороте составляла 5%. В тот последний мирный год Россию посетили 6,1 миллиона украинцев (при общем количестве населения 45,5 миллиона), причем примерно две трети из них приезжали туда на работу. Чуть больше украинцев приезжали лишь в Польшу, через которую украинцы едут в страны ЕС.

Российские власти к этому привыкли. Даже в этом году российский президент Владимир Путин признал, что «русские и украинцы — это один народ». Но теперь это не так: за последние два года, прошедшие со времени украинской «революции достоинства», аннексии Россией Крыма и действий повстанческих сил на востоке Украины при поддержке России, произошел, судя по всему, самый серьезный разрыв между этими соседними и тесно взаимосвязанными странами за весь период после Второй мировой войны. В 2014 году число приезжих с Украины в Россию составило лишь 4,6 миллиона человек — почти на 70% меньше чем в Польшу. Статистических данных за этот год пока нет, но с высокой долей вероятности можно предположить, что число украинцев, приезжавших в Россию, было еще меньше. Дело в том, что Москва ужесточает правила с тем, чтобы затруднить для украинских рабочих-мигрантов бессрочное пребывание в стране, а также, начиная с этого лета, между двумя странами отменены прямые авиарейсы. К тому же, с середины 2016 года украинцы смогут ездить в страны Евросоюза без виз, что, скорее всего, сделает поездки в Европу значительно более популярными.

Что же касается двухсторонней торговли, ее объемы резко сократились.

Объемы международной торговли сократились в обеих странах в результате резкого обесценивания национальных валют (в этом году рубль по отношению к доллару потерял 30% своей стоимости, а гривна обесценилась на 34%). Однако сокращение объемов экспорта и импорта между этими двумя странами было более ощутимым по сравнению с торговыми отношениями с остальными странами мира. Например, в течение первых десяти месяцев этого года объем украинского экспорта в Россию составлял 44% от уровня 2014 года, а общий объем экспорта — 67%.

Украинские компании изо всех сил старались поддерживать продажи в Россию, использую свободную экономическую зону в Крыму, которую обе страны негласно сохраняли как окно для поставок дешевых украинских продуктов. Правда, осенью 2015 года крымско-татарские и ультраправые украинские активисты перекрыли движение грузового транспорта, а Киев решил не вмешиваться. Что касается импорта, объем поставок российского газа сократился в связи с тем, что значительная часть украинских предприятий, являющихся активными потребителями энергии, расположены в разрушенной войной восточной части страны. Кроме того, зима в этом году теплая, и властям удалось обеспечить альтернативные поставки из Европы.

В следующем году остатки взаимозависимости между Украиной и Россией будут, по-видимому, устранены, поскольку Москва решила закрыть зону свободной торговли с Киевом в ответ на отмену торговых барьеров между Украиной и Евросоюзом. Две страны будут по-прежнему конфликтовать из-за аннексированной территории, статуса регионов, находящихся под контролем повстанцев и из-за долга в 3 миллиардов долларов, который Украина недавно отказалась выплачивать. Но все эти мучительные споры являются лишь последствиями (все менее интересными) процесса, который был более резким, чем любой другой разрыв.

Хирургическая операция по разделу серьезно истощила силы обеих стран.

В экономическом отношении Россия пострадала гораздо сильнее от падения цен на нефть, нежели от экономических санкций, введенных за ее отношение к Украине — эти санкции, главным образом, заставили гигантские госкорпорации уменьшить долю заемного капитала и сократить число бесполезных проектов. Правда, в ответ на санкции путинское правительство само себе навредило, введя продуктовое эмбарго на импорт из западных стран. Это решение привело к серьезным последствиям: импортозамещения так и не произошло из-за неблагоприятного климата для бизнеса, и ограничения на импорт нанесли серьезный удар по сфере розничной торговли. В ноябре объемы розничных продаж сократились по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года на 13%.

По прогнозу агентства Bloomberg, сокращение российского ВВП составит в этом году 3,8%, и неуклюжая реакция Кремля на бойкот из-за Украины, видимо, способствовала этому не меньше, чем дешевая нефть. Это приблизило конец модели экономического роста, основанного на потреблении, за счет которой Россия держалась на протяжении последнего десятилетия.

Украина, в свою очередь, потеряла по сравнению с 2013 годом около 3 миллионов жителей, и главной причиной этого (несмотря на то, что уровень естественного прироста населения в стране — один из самых низких в мире) является аннексия Крыма. Кроме того, объем промышленного производства на Украине снизился на 20% — в основном из-за остановки предприятий, расположенных на востоке страны.

Безусловно, это катастрофа для страны, которая была изначально бедной и которая сейчас является самой бедной в Европе. Однако есть достаточное основание полагать, что резкое падение экономики достигло предельной точки: у России больше нет желания предпринимать дальнейшие военные авантюры на Украине. Судя по последним показателям в месячном выражении, начинается умеренный выход экономики из рецессии. Хотя по согласованному прогнозу Bloomberg экономический спад в этом году составит 10,7%, экономисты полагают, что в следующем году рост украинской экономики составит 1,4%, в то время как ВВП России в следующем году сократится на 0,2%.

Российской падающей экономике до дна еще далеко, и правительство не имеет ни малейшего представления о том, как решить экономические проблемы в условиях падения цен на сырье. Ключевыми словами в 2016 году по-прежнему будут «изоляция» и «репрессии», поскольку терпение россиян проходит очередную проверку в условиях спада экономики потребления, к которой они привыкли.

И хотя в 2016 году Россия по сравнению с Украиной по-прежнему останется более богатой и более сильной страной, Украина будет на подъеме, и там начнется относительное развитие — даже при том, что она не может справиться со своей губительной коррупцией и некомпетентностью руководства. Киев по-прежнему пользуется поддержкой Международного валютного фонда (несмотря на недавние споры по бюджету на 2016 год и новому налоговому законодательству), а также согласовал с большинством своих кредиторов вопрос о сокращении долга и продлении срока оплаты. Отмена европейских виз также будет способствовать столь необходимому подъему боевого духа.

Бесспорно, положение России далеко не безнадежно: она выходила и из более тяжелых кризисов. Но и Украина вряд ли станет большим победителем: ее политическая и экономическая системы, возможно, слишком прогнили, чтобы обеспечить особые улучшения. Однако у украинцев в 2016 году больше перспектив, чем у русских.

Украина. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 31 декабря 2015 > № 1605048 Леонид Бершидский


Германия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 23 декабря 2015 > № 1595454 Леонид Бершидский

Германия правильно поступает, игнорируя санкции против России

Леонид Бершидский

Обозреватель агентства Bloomberg, Bloomberg, США

Германия сплотила Европу для поддержки связанных с Украиной санкций против России, но при этом в отношении их соблюдения она менее добросовестна. Лидеры Германии поддерживают эти неэффективные меры, главным образом потворствуя Соединенным Штатам, и совершенно правильно делают, не желая из-за этих санкций слишком страдать.

Выступая недавно перед своей партией ХДС — после чего ей девять минут аплодировали стоя — канцлер Ангела Меркель сказала о санкциях следующее: «Это была правильная реакция, как бы мы ни хотели поддерживать хорошие отношения с Россией. Мы должны соблюдать свои принципы».

Как же в таком случае объяснить осуществляемую банком Германии Deutsche Bank внутреннюю проверку, в результате которой в российском отделении были выявлены сомнительные транзакции на сумму 10 миллиардов долларов? Видимо, эти операции должны были помочь российским бизнесменам переводить свои средства за границу. Говорят, что среди клиентов этого банка числятся друзья президента Владимира Путина Аркадий и Борис Ротенберги, которые находятся под санкциями и, следовательно, не должны иметь доступа к банкам, работающим в США и Европе. Сделки на сумму более одного миллиарда долларов — в том числе и «зеркальные сделки», когда ценные бумаги покупаются на одном рынке, а продаются на другом с тем, чтобы вывести средства в другую юрисдикцию — осуществлялись в 2014 и 2015 годах, когда санкции уже действовали.

Но, похоже, что немецких регуляторов эти очевидные нарушения интересуют даже меньше, чем российских. За эти сделки Центробанк России предъявил банку Deutsche Bank штраф на сумму 5 тысяч долларов, а власти Германии пока эти банковские операции игнорируют. Расследованием этого дела занимается министерство юстиции США — оно же и требует от немецкого банка провести более тщательную внутреннюю проверку.

Точно так же от властей Германии не последовало реакции и на сообщения о том, что российская компания, 65% активов которой принадлежит немецкому техническому гиганту Siemens, заключила договор по производству газовых турбин для электростанций Крыма. За счет этих электростанций аннексированный полуостров должен будет преодолеть энергетическую зависимость от Украины, но компании стран-членов ЕС не должны поставлять энергетическое оборудование в Крым.

Формально этот контракт условиям санкций соответствует, поскольку турбины должны будут поставляться в Тамань — российский город на Азовском море. А затем Россия должна будет отправлять их в Крым. Кроме того, ООО «Сименс Технологии газовых турбин» — это не немецкая компания, а компания, зарегистрированная в России, несмотря на преобладающее долевое участие Siemens.

Все это — явные факты мошенничества. И то, что немецкая компания поставляет оборудование в Крым, не соответствует духу санкций.

К тому же, есть контракт между российским государственным экспортером природного газа «Газпромом» и европейскими компаниями — такими как немецкие E. ON и BASF — по строительству двух ниток газопровода «Северный поток-2» в Германию. Сделка была подписана в сентябре и в случае ее реализации Россия получит возможность осуществлять основную часть газовых поставок в обход Украины.

В конце прошлого года России пришлось свернуть строительство другого газопровода — «Южного потока», который позволил бы качать российский газ по дну Черного моря напрямую в Южную Европу. Такие страны, как Болгария, Италия и Австрия, активно поддерживали этот проект в надежде, что он обеспечит их более дешевой энергией и позволит получать транзитные сборы. Однако Еврокомиссия, департамент энергетики которой в то время возглавлял гражданин Германии, сочла, что проект нарушает законы ЕС. Согласно этим законам, экспортер газа не может быть собственником газопроводов или обладать монопольным правом на их использование — что как раз и было прописано в условиях проекта «Газпрома». Комиссия инициировала против Болгарии специальную процедуру с тем, чтобы заставить страну остановить строительство.

Таким же сомнительным является и проект «Северный поток-2». Изначально предполагалось, что в рамках проекта доля «Газпрома» в швейцарской управляющей компании составит 51%, и он будет единственным поставщиком газа, который будет поступать по газопроводу. Теперь же, принимая во внимание возможные проблемы с Евросоюзом, «Газпром» намерен продать 1% своей доли в проекте одному из акционеров проекта — французской компании Engie.

Теоретически это позволит другим российским газодобывающим компаниям при необходимости принять участие в проекте. Но и в этом случае проект противоречит энергетическим законам ЕС, который стремится диверсифицировать источники поставок энергоносителей в страны Союза. «Газпром» уже поставляет 38% газа, используемого в Германии. «Есть явные признаки того, что „Северный поток-2“ противоречит целям согласованной европейской политики», — заявил недавно председатель Европейского совета Дональд Туск.

Страны Южной Европы, лишенные возможности получить свой собственный газопровод, встретили идею строительства северного газопровода в штыки. Из-за «Северного потока-2» Италия потребовала провести дискуссию до того, как она сможет поддержать продление санкций против России до следующего года. Премьер-министр Италии Маттео Ренци в своем интервью изданию the Financial Times повторил слова, сказанные Ангеле Меркель во время этой дискуссии: «Итак, мы говорим „нет“ „Южному потоку“, и вдруг мы спокойно обнаруживаем, что есть „Северный поток“. Кто решил? Это что — выбор ЕС в области энергетической политики? Когда я поднял этот вопрос за столом переговоров, только Германия и Голландия выступили в его поддержку. Я понимаю, что это важный бизнес, хорошо; я не возмущаюсь, но я хочу сказать — либо правила распространяются на всех, либо ни на кого».

В ответ Меркель заявила, что контрактом занимаются частные компании, и она не хочет вмешиваться. Ее партнер по коалиции и министр экономики Зигмар Габриэль (Sigmar Gabriel) является сторонником строительства «Северного потока-2», и вполне понятно, что канцлер хочет избежать конфликта с ним. Кроме того, Германии необходимы дополнительные поставки газа, если она намерена постепенно закрывать электростанции, работающие на угле, и выполнять поставленные задачи по переходу на экологически чистые источники энергии.

Некоторые могут назвать снисходительность Германии в отношении сомнительных с точки зрения санкций сделок лицемерием, как это делает Ренци. Однако санкции — это, прежде всего, политическое заявление. По чисто экономическим показателям на долю санкций пришлись не более 10% спада российской экономики в этом году или около 0,3% ВВП страны. Они ограничили возможности российских банков и компаний брать кредиты на западных финансовых рынках, и это стало препятствием для их расширения. Но, в конечном счете, компании начали выплачивать свои долги, деноминированные в долларах и евро, что, учитывая слабость рубля, лишь укрепило их финансовое положение. Другого заметного воздействия санкций не наблюдается.

Идея введения санкций принадлежала США, и американской администрации понравилась поддержка со стороны Меркель. Вместе союзники США создали единый западный фронт против российской агрессии. В этом отношении санкции уже приносят свои плоды, но заставлять немецкие компании расплачиваться за это нерационально. Со стороны правительства проявление активности в отношении санкций было бы делом излишним и контрпродуктивным.

Не исключено, что в следующем году Меркель будет вынуждена предпринять шаги против строительства «Северного потока-2», чтобы предотвратить очередной конфликт со странами Южной Европы, в которых антигерманские настроения уже весьма ощутимы. Однако она, скорее всего, постарается сделать так, чтобы этот газовый проект соответствовал европейским законам. А Италии и ее соседям надо было активнее отстаивать «Южный поток» вместо того, чтобы принимать внешне антироссийскую политику Евросоюза за чистую монету.

Германия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 23 декабря 2015 > № 1595454 Леонид Бершидский


Франция > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 8 декабря 2015 > № 1596333 Леонид Бершидский

Марин Ле Пен побеждает по экономическим причинам, а не из-за ксенофобии

Леонид Бершидский

Обозреватель агентства Bloomberg, Bloomberg, США

Может показаться, что победа крайне правых в первом туре региональных выборов во Франции, состоявшемся в конце прошлой недели, представляет собой эхо произошедших в этом году терактов в Париже. Но это не так.

Триумф на выборах Национального фронта под руководством Марин Ле Пен в большей степени связан с экономикой, чем со страхом или ксенофобией.

Нельзя не признать, что Марин Ле Пен и ее партия получили на выборах лучшие результаты в своей истории, и в результате они теперь могут контролировать почти все во Франции (проходившие в прошлом году выборы в Европейский Парламент, на которых победу одержал Национальной фронт, не в счет). После проведения реформы, сократившей количество административных регионов в континентальной Франции с 22 до 12 (13-м считается Корсика), правящая Социалистическая партия в итоге стала управлять всеми департаментами, кроме одного. Теперь партия Марин Ле Пен обладает большинством в шести регионах, а после второго тура, запланированного на следующее воскресенье, может победить еще в четырех.

Это настоящий шок для партий истеблишмента Франции — социалистов, а также республиканцев, возглавляемых бывшим президентом страны Николя Саркози. Газета Figaro в понедельник вышла под крупным заголовком: «Шок». Ведутся разговоры о создании Республиканского фронта для борьбы с Марин Ле Пен, в рамках которого социалисты и республиканцы могли бы объединить свои силы. Саркози и некоторые социалисты не в восторге от подобного варианта, однако он может стать необходимыми в ходе следующих выборов, если Национальный фронт продолжит свое победное шествие.

Политикам французского истеблишмента нужно всерьез заняться испытывающей серьезные проблемы экономикой страны, а не Марин Ле Пен. Результаты голосования в самом Париже свидетельствуют о том, что те люди, соседи которых были убиты или ранены террористами, не верят в то, что ограничения на въезд иммигрантов или преследование мусульман — традиционные темы Национального фронта — помогут решить проблему терроризма. Валлеран де Сен-Жюст (Wallerand de Saint Just), крайне правый по своим убеждениям казначей этой партии, не смог победить или даже занять второе место ни в одном из 20 округов французской столицы. Сен-Жюст получил всего 59429 голосов во всем Париже, и его обогнали все кандидаты истеблишмента, упорно боровшиеся между собой, — за них было отдано втрое больше голосов, если не больше.

Президент Олланд выхватил антитеррористический козырь из рук Марин Ле Пен и объявил о войне против Исламского государства. Он приказал провести агрессивные полицейские рейды против предполагаемых террористов в самой Франции, а также пообещал направить больше ресурсов на разведку и в полицию. Рейтинг его популярности с 20% поднялся до 27%, а показатели одобрения его деятельности — теперь самые высокие с 2012 года. Популярность премьер-министра Мануэля Вальса, заявившего после терактов о том, что Европа «не в состоянии больше принимать беженцев», сегодня также выросла — с 26% до 32%. Избиратели хотят видеть твердость, а Олланд и Вальс ее демонстрируют. И если бы Марин Ле Пен была у власти, то она вряд ли вела бы себя иначе.

Другие неудачи истеблишмента привели к успеху партии Марин Ле Пен. Корреляция между показанными ее партией результатами в ходе проведенного в воскресенье голосования и уровнем безработицы во французских регионах составляет 0,8 — этот показатель весьма убедительно свидетельствует о наличии причинной связи.

Марин Ле Пен — весьма искусный политик. Судя по всему, она получила немало голосов в результате устроенной ею семейной драмы — она вытолкнула своего отца, основателя Национального фронта, из партии за отрицание значения холокоста. Вероятно, эффект этого хода был хорошо просчитан: вечером в воскресенье сияющий Жан-Мари Ле Пен записал приветственное послание в адрес всех кандидатов и активистов, работа которых обеспечила высокие результаты «первой партии во Франции». Тем не менее, желание Марин Ле Пен противостоять своему отцу, судя по всему, произвело впечатление на некоторых французов, стеснявшихся отдавать свои голоса за политическую силу, в которой нераскаявшийся антисемит является почетным председателем.

Лидер Национального фронта способна также учиться на своих ошибках. В отличие от ее заявлений после нападения на редакцию еженедельника Charlie Hebdo в январе этого года, на этот раз она не осудила тех, кто выразил солидарность с жертвами, и не назвала их «клоунами», а ее фраза «я же вам говорила» оказалась относительно скромной.

Но ничто из перечисленного, вероятно, не поможет ей пройти так далеко, как ей бы того хотелось — то есть выиграть президентские выборы во Франции в 2017 году. Пока французы поддерживают ее там, где ставки невысоки. На последних муниципальных выборах в прошлом году представители Национального фронта получили должности мэров в 11 городах из 36 тысяч, хотя и этот результат был тогда представлен как историческая победа. Нынешние региональные выборы не окажут большого влияния на избирателей (этим объясняется их низкая явка) — регионы занимаются только такими вопросами, как общественный транспорт, средние школы, а также субсидии, направляемые на развитие искусства и культуры. Национальный фронт не сможет получить значительный опыт управления к моменту проведения президентских выборов, которые состоятся в апреле и в мае 2017 года. Партия Марин Ле Пен, вероятнее всего, получит протестные голоса, и это можно объяснить только следующим образом — партии истеблишмента продолжают полагать, что экономика каким-то чудесным образом излечит сама себя при минимальных действиях с их стороны.

«Для граждан, выражающих свое недовольство, голосование за Национальный фронт является „полезным“ голосованием, — написал в передовой статье газеты Figaro Алексис Брезе (Alexis Brezet). — Ни один другой выбор не вызовет такого шума, как этот, и никакой другой бюллетень не скажет более ясно тем, кто нами управляет, или тем, кто собирается занять их место: защитите нас, или мы попросим других сделать это».

Чтобы победить Национальный фронт, партиям истеблишмента требуется смелость и ясность — два качества, которые у них отсутствуют. Это сложная задача, поскольку сама Марин Ле Пен не должна предпринимать каких-то особых усилий — ей просто нужно предлагать себя в качестве альтернативы. Если не будет конкретных улучшений в экономике — или ясного плана, предложенного оппозицией правого центра, — то французы, возможно, предоставят Марин Ле Пен шанс сделать нечто большее, чем управлять несколькими системами средних школ.

Этот комментарий не обязательно отражает точку зрения редакции, компании Bloomberg LP или ее владельцев.

Франция > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 8 декабря 2015 > № 1596333 Леонид Бершидский


Сирия > Армия, полиция > inosmi.ru, 15 ноября 2015 > № 1550085 Леонид Бершидский

Пока в Сирии война, все мы в опасности ("Bloomberg", США)

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky)

Хотя многие детали терактов, унесших жизни более 120 человек в Париже в пятницу, 13 ноября, остаются неизвестными, ответственность за них взяло на себя Исламское государство. Франция и другие страны, принимающие участие в сирийском конфликте, не должны забывать об опыте России, столкнувшейся с подобной разновидностью терроризма: теракты не прекратятся, пока не будет уничтожен их эпицентр.

Утром в субботу, 14 ноября, президент Франции Франсуа Олланд заявил, что эти атаки стали «актом войны», осуществленным «армией» джихадистов. В определенном смысле это может быть правдой, даже если выяснится, что некоторые из нападавших не имели специальной подготовки или были французскими гражданами (свидетели событий, видевшие нападавших, которые открыли огонь в концертном зале «Батаклан», утверждают, что те говорили на французском языке без всякого акцента).

Четверо из восьми известных нападавших — трое в непосредственной близости от стадиона «Стад де Франс», где французская команда играла с Германией, и один на бульваре Вольтера — взорвали себя, не сумев причинить окружающим никакого серьезного вреда. В результате этих взрывов пострадал только один человек.

Другим террористам удалось убить более 120 человек, одновременно открыв огонь в концертном зале «Батаклан» и по клиентам оживленного кафе. Такая синхронность усилила эффект от этих терактов, которые произошли спустя менее года после атаки на редакцию Charlie Hebdo, в ходе которой погибло 17 человек. И эти схемы хорошо знакомы всем россиянам.

В 2004 году Россию потрясла серия терактов. Вторая чеченская война между российскими спецслужбами и сепаратистскими повстанцами на Кавказе шла уже более пяти лет, когда в феврале 2004 года террорист-смертник взорвал поезд московского метро, в результате чего погибло 42 человека. В июне 10 человек погибли в результате взрыва на оживленном рынке Самары, и вскоре после этого нападению подверглись сразу несколько участков правоохранительных органов в Республике Ингушетия — тогда пострадали сотни людей. В августе камикадзе взорвали два пассажирских самолета, унеся жизни 90 человек, а еще одна смертница привела в действие взрывное устройство у входа в метро, в результате чего погибло 10 человек (жертв было бы больше, если бы ей удалось спуститься в метро, но ее остановил бдительный полицейский).

Наконец, в начале сентября банда чеченцев захватила 1 128 заложников в школе Беслана, Северная Осетия: 334 человека, в том числе 186 детей погибли в ходе трехдневной осады. Все закончилось после того, как бойцы спецназа взяли здание штурмом и убили 31 террориста.

С тех страшных времен в России произошло еще несколько терактов, однако подобной серии больше не было. В 2005 году президент Владимир Путин выбрал сына бывшего влиятельного религиозного деятеля Ахмада Кадырова — убитого в ходе одного из терактов в 2004 году — чтобы тот управлял Чечней от его имени. Рамзан Кадыров, которому тогда было 29 лет, хотел отомстить за смерть своего отца, а поскольку Кадыровы некогда сами были сепаратистами, у него имелась отличная агентурная сеть в этом разоренном войной регионе.

Кадыров получил от Путина щедрое финансирование, а также разрешение игнорировать федеральные законы и уничтожать всех, кого он считает врагами. Кадырову потребовалось немногим более трех лет, чтобы закончить войну и сделать заговоры с целью совершения терактов в российских городах бессмысленными. Та кампания была — Олланд использовал этот эпитет в контексте Исламского государства — «безжалостной». Несколько атак, которые последовали за ней, оказались лишь слабым эхом некогда мощного наступления.

В 2004 году основная война велась в горах Чечни, и теракты в Москве и других мирных городах были тем способом, при помощи которого исламистские повстанцы пытались внушить страх простым россиянам, увеличив, таким образом, цену этой войны для правительства.

Возможно, парижские террористы руководствовались теми же мотивами. Сегодня основная война идет на территории Сирии. В субботу, 13 ноября, Исламское государство взяло на себя ответственность за теракты в Париже, а также за атаки смертников в Бейруте в четверг, 11 ноября, в результате которых погибли 43 человека. Сейчас кажется все более правдоподобной версия о том, что именно боевики Исламского государства взорвали российский самолет над Египтом в октябре, убив при этом 224 человека — в отместку за российскую бомбовую кампанию в Сирии. Теперь эта группировка, по всей видимости, отомстила французам, которые расширили границы своих авиаударов против ИГИЛ, включив в них Сирию. 5 ноября Франция объявила о том, что она направляет свой авианосец в Средиземное море, чтобы поддержать свою кампанию. Подобно чеченским террористам в 2004 году, террористы Исламского государства пытаются сделать военные действия против него чрезвычайно затратными для государств, которые их ведут.

Франция усилила меры безопасности внутри своих границ после теракта в редакции Charlie Hebdo. Французское правительство увеличило число сотрудников антитеррористических структур более чем на 2500 человек. Службы разведки постоянно ведут наблюдение за теми 1500 боевиками, которые сражались на стороне джихадистов в Сирии и Ираке, а теперь у них появился список из 11 тысяч человек, которые считаются опасными радикалами. Барьеры для масштабного и постоянного наблюдения падают. Новый закон о слежке, принятый после терактов Charlie, позволяет премьер-министру давать разрешение на мониторинг электронной коммуникации в режиме реального времени, на физическую слежку и прослушку домов с целью предотвращения террористических угроз — уже без соответствующего разрешения суда.

Франция почти перестала принимать беженцев из Сирии, избавив свои спецслужбы от необходимости проверять сотни тысяч людей на предмет их связей с террористическими группировками.

Однако ни одна из этих мер не поможет предотвратить новые теракты — точно так же, как мощные, ни перед кем не отчитывающиеся правоохранительные органы Путина не смогли остановить ужас 2004 года. У них тоже были списки подозреваемых и практически неограниченные полномочия в наблюдении и прослушке. Иногда им удавалось опережать террористов на несколько шагов, однако подобные усилия не могут быть успешными на 100%. Исламистские группировки умело привлекают новых рекрутов, а чтобы организовать теракт, не нужно много времени.

Путин вторгся в Сирию отчасти потому, что он хорошо помнит Чечню, а также потому, что тысячи террористов, сражавшихся против него там, теперь вступили в ряды Исламского государства и сирийской ветви «Аль-Каиды», «Фронта ан-Нусра». Эти люди представляют собой такую угрозу, с которой Россия столкнулась в 2004 году, потому что новая война несет в себе новую цель и новые источники финансирования.

В Сирии Путин действует точно так же, как он действовал в Чечне: он помогает безжалостному местному лидеру Башару аль-Асаду идти войной на всех, кто берет в руки оружие, будь то исламист, террорист или сепаратист.

Франция и другие страны, вошедшие в американскую коалицию, теперь должны понять, что они являются потенциальными мишенями для террористов. Им необходимо решить, готовы ли они воспользоваться путинским методом борьбы с терроризмом. Его метод оказался довольно эффективным в Чечне, хотя даже Путин сейчас не знает, сработает ли он в Сирии. Ясно одно: пока сирийский конфликт не будет урегулирован и пока не будет уничтожен его эпицентр, то есть Исламское государство, ни одна страна не может чувствовать себя в безопасности и быть уверенной, что на ее территории не произойдут теракты, подобные тем, которые произошли в Париже в пятницу, 13 ноября.

Сирия > Армия, полиция > inosmi.ru, 15 ноября 2015 > № 1550085 Леонид Бершидский


Украина > Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 8 ноября 2015 > № 1543712 Леонид Бершидский

Украина превращается в государство-банкрот? ("Bloomberg", США)

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky)

Самым эффективным шагом президента России Владимира Путина, направленным на дестабилизацию Украины, стало то, чего от него требовал Запад: он заставил пророссийских сепаратистов на востоке страны прекратить огонь. Оставшись без крайне необходимого прикрытия войны, внутренние подразделения и недееспособное ядро украинской политической элиты быстро продемонстрировали свое истинное лицо. Вместо того чтобы стать надеждой демократии после прошлогодней «революции достоинства», Украина превратилась в очередной некомпетентный и коррумпированный постсоветский режим. Поэтому неудивительно, что во взаимоотношениях между Киевом и Западом начинают появляться трещины.

Внутри правительства царит хаос: премьер-министру Арсению Яценюку грозит увольнение в тот момент, когда это станет возможным, а именно в декабре, что может негативно сказаться на хрупкой правящей коалиции, в которой партия Яценюка является второй по степени влияния силой. Если эта коалиция распадется — это вполне вероятно, если Яценюка заставят уйти в отставку — нужно будет проводить досрочные парламентские выборы. Возможно, проевропейские украинцы воспримут это с некоторым облегчением. В законодательной власти сейчас доминируют популисты, что всерьез затрудняет проведение значимых реформ — если кто-то вообще собирался их проводить. В четверг, 5 ноября, парламент отклонил законопроект, запрещающий дискриминацию в отношении гомосексуалистов на рабочем месте.

Несмотря на то, что новое поколение бюрократов предприняло попытки внести определенные изменения, экономика Украины так и осталась нереформированной. Налоги остаются очень высокими, и многие до сих пор стараются их обходить, объемы теневой экономики продолжают расти, а нормативно-правовой климат почти не изменился. Международный валютный фонд, ставший главным источником твердой валюты для Украины после резкого снижения объемов экспорта, рассматривает перспективы роста в следующем году с некоторым оптимизмом, прогнозируя 2% роста, однако в октябре он пересмотрел свои прогнозы на этот год, предсказав спад на 11%. Самый популярный украинский политик — бывший президент Грузии Михаил Саакашвили, назначенный Петром Порошенко губернатором Одесской области — предложил либертарианский пакет реформ, однако Порошенко официально его не поддержал, и нынешний парламент, вероятнее всего, его не примет.

Никаких реформ не было проведено и в чрезвычайно коррумпированной судебной системе. В сентябре, после своего визита на Украину, Кристоф Хейнс (Christof Heyns), спецдокладчик ООН по вопросам внесудебных и произвольных казней заявил, что эта страна живет в «вакууме подотчетности». Хейнс указал на то, что украинские власти провалили расследование гибели более 100 человек на улицах Киева в последние дни революции, а также 48 пророссийских протестующих в сгоревшем одесском Доме профсоюзов в мае 2014 года. Оба расследования остановились, и все попытки адвокатов жертв ускорить процесс пресекаются властями, поскольку некоторые подозреваемые в киевских расстрелах до сих пор работают в Министерстве внутренних дел Украины.

Хейнс также отметил, что служба безопасности Украины, «по всей видимости, стоит над законом». Помимо рейдов в некоторых технических компаниях, проведенных в последние несколько недель, очевидно, с целью запугивания, в прошлые выходные сотрудники службы безопасности арестовали Геннадия Корбана, одного из главных помощников олигарха Игоря Коломойского, выступившего против консолидации власти Петром Порошенко. Украинская пресса отреагировала на этот арест обвинениями в выборочном правосудии. В конце концов, другие олигархи пока не столкнулись с преследованиями — возможно, потому, что они согласились с господством Порошенко.

Спустя два года после того, как коррумпированная команда президента Виктора Януковича покинула Украину, коррупция продолжает процветать в этой стране, а у неустрашимых журналистов, ведущих независимые расследования, снова много работы. Одной из главных фигур в их расследованиях стал сам Порошенко — единственный из 10-ти самых богатых граждан страны, сумевший приумножить свой капитал в прошлом году, который, по всей видимости, забыл об обещании продать свои предприятия: его банк расширился в то время, когда многие другие банки лишились лицензии. Имена близких помощников Порошенко и Яценюка регулярно упоминаются в связи с коррумпированными схемами с участием украинской таможни и энергетических компаний. В четверг, 5 ноября, самый известный украинский журналист Сергей Лещенко, который в прошлом году был избран в парламент по партийному списку Порошенко, опубликовал статью в издании «Новое время», в которой он кратко описал нынешний политический расклад:

«Проданная» американцам конструкция сдержек и противовесов не работает. Вместо взаимного контроля команды Порошенко и Яценюка вступили в сговор. Они поделили сферы влияния и ответственности, чтобы не пересекаться и не конфликтовать.

Американцы принимают чрезвычайно активное участие в украинском политическом процессе. Посольство США в Киеве превратилось в центр силы, а украинские политики открыто говорят о том, что назначения и увольнения согласовываются с послом США Джеффри Пайеттом (Geoffrey Pyatt) и даже с вице-президентом Джо Байденом. «Посол Джеффри Пайетт и американская администрация находятся на пике влиятельности за всю историю независимой Украины», — написал Лещенко.

Европейцы тоже участвуют в принятии решений о системе управления Украиной, и не только потому, что они являются донорами — в этом отношении США имеют гораздо больше значения, поскольку они оказывают непосредственное влияние на МВФ — но и потому, что безвизовый режим с Европой — это одна из главных целей Порошенко. С его точки зрения, это придаст законную силу его попыткам сделать Украину более европейской страной и поможет восстановить его популярность.

Одним из главных условий Европы для введения безвизового режима является борьба с коррупцией. Недавно Евросоюз отказал в выполнении просьбы о предоставлении дополнительных средств для антикоррупционной прокуратуры из-за «опасений, вызванных личностями тех людей, которые принимают участие в отборе» прокуроров этого подразделения. По всей видимости, имелся в виду генеральный прокурор Виктор Шокин, протеже и давний соратник Порошенко, которого обвиняют в подрыве антикоррупционной инициативы.

В четверг, 5 ноября, глава Европейской комиссии Жан-Клод Юнкер (Jean-Claude Juncker) написал Порошенко письмо о том, что «прогресс в реформах в области борьбы с коррупцией остается одним из ключевых приоритетов для достижения безвизового режима», приложив к нему длинный список реформ, которые Украина должна будет воплотить в жизнь.

Таким образом, можно сделать вывод, что война Украины со своим прошлым оказалась еще менее успешной, чем ее военная кампания против России и ее посредников. С «революции достоинства» прошло слишком много времени, чтобы можно было оправдать отсутствие ощутимого прогресса. Попытки США и Европы управлять Украиной извне тоже оказались по большей части безуспешными: власть олигархов и коррумпированной бюрократии над тем, что осталось от украинской экономики, оказалась слишком сильной, а их схемы — слишком укоренившимися.

Интересы влиятельных кругов тормозят развитие украинского гражданского общества. Я сомневаюсь, что оно сможет направить страну в более цивилизованном направлении при помощи привычных инструментов электоральной демократии: местные выборы подтвердили, что постсоветские практики мошенничества, подкупа и запугивания никуда не исчезли. Сейчас у народа нет желания поднимать новое восстание, потому что прошло слишком мало времени после революции и войны на востоке. Однако если нынешняя политическая элита не найдет в себе силы навести порядок в своих рядах — что чрезвычайно маловероятно — история насильственных смен режимов на Украине, скорее всего, продолжится.

Украина > Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 8 ноября 2015 > № 1543712 Леонид Бершидский


Украина. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 14 мая 2015 > № 1378058 Леонид Бершидский

Моделирование украинского кризиса ("Bloomberg", США)

Леонид Бершидский

Если Россия ведет себя на Украине несговорчиво и непокорно, считая Запад своим противником почти во всех вопросах мировой политики, то зачем госсекретарь США Джон Керри приехал в Сочи на встречу с президентом Владимиром Путиным, сделав это впервые с тех пор, как Россия вторглась в Крым? Скорее всего, это даже не первый детский шажок в сторону нормализации российско-американских отношений, а просто признак того, что стратегическое взаимодействие двух стран приблизилось к тому, что в теории игр называют конечным результатом.

Игра, развернувшаяся между Россией и Западом, описана в статье, опубликованной в апрельском номере журнала Peace Economics, Peace Science and Public Policy. Ее авторы, экономисты Ричард Эриксон (Richard Ericson) и Лестер Зигер (Lester Zeager), с готовностью признают, что не обладают особыми знаниями об этом регионе. Чтобы смоделировать взаимодействие с использованием теории ходов, они читают материалы об украинском кризисе, которые публикует Wall Street Journal и прочие ведущие средства массовой информации США. На таком фоне их выводы и заключения кажутся еще более удивительными. Похоже, что логика игры на самом деле не очень-то зависит от личности, истории и эмоционального багажа.

Ходы в игре это односторонние изменения в стратегии. Скажем, Россия осуществляет вторжение на востоке Украины, а Соединенные Штаты в ответ ужесточают санкции. Вместо того, чтобы сделать ход, игрок может пропустить его, воздержавшись от каких-либо изменений в своем курсе. Два пропуска подряд со стороны одного игрока означают завершение игры.

Согласно модели Эриксона и Зиглера, Россия может осуществлять три вида стратегий: «стратегия отказа» (прекращение вмешательства на Украине), «стратегия дестабилизации» (продолжение помощи сепаратистам, что она делает в настоящее время, или экономическое давление) и «стратегия вторжения» (открытый ввод войск). Запад тоже может использовать три вида стратегий: «все как обычно» (не обращать внимания на российские действия на Украине), «санкции» и «военная помощь» (Украине, естественно). Сторонники Путина могут оспорить характеристику отправной точки в игре, данную авторами. «Дестабилизация» (со стороны России) и «все как обычно» (со стороны Запада) означает, что Запад не вступал ни в какую стратегическую игру, когда Россия начала вмешиваться в дела Украины после свержения президента Виктора Януковича. Официальная российская линия состоит в том, что Запад помогал осуществлять противозаконный переворот на Украине, из-за чего Россия была вынуждена пойти на ответные меры. Но по условиям игры это спорный пункт, потому что мы знаем, как каждая из сторон действовала в течение года после изгнания Януковича.

Из этих ходов авторы делают логический вывод (правильный, как мне кажется) о том, что Россия не желает использовать «стратегию отказа», и что она гневно реагирует на любые признаки западного вмешательства. Запад же в целом готов реагировать на эскалацию напряженности со стороны России, но всякий раз он по возможности будет выбирать более слабую реакцию. Однако Эриксон и Зигер проводят эксперимент, перегруппировывая предпочтения сторон. Кроме того, они замечают, что действия Украины, которая в целом является инертной пешкой в этой большой игре, могут влиять на порядок российских предпочтений. Например, военные успехи украинской армии в борьбе с поддерживаемыми Россией сепаратистами летом 2014 года заставили Москву усилить свое дестабилизирующее вмешательство.

Поэтому теоретики игр составили матрицы и ориентированные деревья с решениями по 13 разным сценариям, принимая во внимание все более или менее вероятные комбинации ходов. Идея состоит в том, чтобы назначить каждой стратегической линии выигрыш, основанный на порядке предпочтений, и рассчитать выгоды от серии ходов для каждого из игроков.

В большинстве сценариев устойчивое равновесие возникало при сочетании стратегий «санкции» и «дестабилизация». Говоря словами Эриксона и Зигера, «Россия дестабилизирует Украину, создавая замороженный конфликт, который мешает консолидации демократического, ориентированного на Запад государства, а Запад создает стабильную конфигурацию непрекращающихся санкций, наказывая Россию за «плохое поведение», причем зачастую с большим ущербом для себя. Второе наиболее вероятное сочетание стратегий это «все как обычно» / «дестабилизация», в котором «Запад считает, что сохранение демократической, ориентированной на него Украины стоит затраченных усилий и понесенного ущерба, и опять же позволяет России добиваться своих геополитических целей посредством успешной дестабилизации».

Если предположить, что обе стороны в этой игре рациональны, то им удастся избежать «западни взаимодействий», в которой Россия начинает полномасштабное вторжение, а Запад наращивает военную помощь Украине. Посылка о рациональности, особенно что касается Путина, это в значительной степени прыжок в неизвестность, однако я, как и авторы статьи, готов с ней согласиться. В конце концов, рациональность можно описать экономическими и геополитическими категориями, а Путин явно мыслит именно такими категориями, что бы он ни говорил на государственном телевидении.

Во всех сценариях Эриксона и Зиглера конечный результат достигается всего за несколько ходов. В реальном исчислении мы можем уже сейчас находиться на конечном этапе игры — ведь Россия продолжает дестабилизировать Украину, а Запад не намеревается отказываться от санкций. Теперь для реализации наиболее вероятного сценария остается лишь формально создать зону замороженного конфликта, типа Приднестровья в Молдавии, после чего ни одна из сторон уже не захочет отказываться от достигнутого или идти на дальнейшую эскалацию.

Путин и Керри до сих пор беседуют, выставив за дверь всю прессу сразу после первого рукопожатия. Неважно, какие слова прозвучат в коммюнике после встречи. Исход украинского кризиса практически предрешен, если анализ возможных шагов двух сторон является относительно рациональным. Керри приехал в Россию, чтобы стороны могли согласиться не соглашаться по Украине, а затем перейти к другим вопросам, таким как Сирия и Иран, потому что там конструктивное сотрудничество по-прежнему возможно.

Самой Украине роль пешки в большой игре может показаться несколько унизительной, но ей не следует волноваться по этому поводу. Если страна успешно проведет преобразования и превратится в демократию западного образца с жизнеспособной и открытой экономикой, то она справится с российскими попытками дестабилизации, а со временем сделает их гораздо менее эффективными. Неучастие в этой большой стратегической игре даже выгодно Украине. Когда страна поймет, что не может оказать особого воздействия на ее исход, она сможет сосредоточиться на решении своих внутренних проблем.

Украина. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 14 мая 2015 > № 1378058 Леонид Бершидский


Россия > Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 7 мая 2015 > № 1379009 Леонид Бершидский

Цены на нефть восстанавливаются ("Bloomberg", США)

Леонид Бершидский

Когда нефть марки Brent в среду превысила отметку 68 долларов за баррель, установив рекорд за 2015 год, аналитики начали отказываться от своих прежних прогнозов, в которых они говорили о 40-50 долларах. Но повышение цен может оказаться непродолжительным. Похоже, что биржевые спекулянты просто сорвали стратегическую игру Саудовской Аравии, которую она ведет против американских компаний, добывающих сланцевую нефть.

Прогнозирование нефтяных цен - рискованное занятие. Их уровень определяется множеством политических, экономических, психологических и климатических факторов, которые невозможно смоделировать с большой точностью. Поэтому аналитики высказывают предположение, что цена Brent поднимается из-за неожиданно быстро роста спроса в Китае, очередной волны беспорядков в Ливии, где закрылся важнейший нефтяной порт, снижения запасов в США, продолжения боевых действий в Йемене и ряда других событий.

Но причина повышения нефтяных цен может быть и другой. Дело в том, что хедж-фонды удерживают длинные позиции по 550 тысяч фьючерсов и опционных контрактов. А это 550 тысяч баррелей воображаемой нефти. Это требует дополнительных доказательств, но когда реальный объем предложения составляет около 92,5 миллиона баррелей в день, а фьючерсные рынки продают и покупают примерно один миллиард баррелей в день, биржевые спекулянты в установлении цены становятся намного важнее, чем факторы из реального мира. Но биржевики прислушиваются к аналитикам, которые изо всех сил стараются учитывать факторы реального мира. А это значит, что возникает определенное взаимовлияние и искажение, из-за чего сдвиги цент становятся еще более непредсказуемыми.

Но иногда за всем этим шумом и гвалтом из виду ускользает более важная картина.

Я предсказывал сегодняшнее восстановление цен в ноябре прошлого года. Самым важным фактором является уменьшение нефтяных инвестиций в результате прошлогоднего резкого снижения цен. Высокопоставленный руководитель из саудовского государственной нефтяной компании Aramco заявил в марте, что во всем мире в предстоящие два года будет отменено проектов на общую сумму один триллион долларов. Нефтяные компании постоянно сообщают о том, как они сокращают рабочие места и отказываются от проектов. Уменьшается также число буровых установок в США, из-за чего американское Управление по информации в области энергетики в прошлом месяце сделало прогноз о том, что добыча нефти будет снижаться с июня по конец сентября.

Отказавшись прошлой осенью сократить добычу, и тем самым вызвав падение цен, Организация стран-экспортеров нефти хотела прежде всего нанести удар по американским нефтяным копаниям, ведущим добычу в сланцевых породах, потому что у них стоимость добычи выше, чем на большинстве месторождений Ближнего Востока, бывшего Советского Союза, Африки и Латинской Америки. Но мрачные настроения распространились по всей отрасли, и в этом году биржевые дельцы хватаются за любые, даже самые незначительные новости, чтобы поднять цены. Вследствие этого 50 долларов за Brent продержались недолго, и нанести мощный удар по американским компаниям, использующим технологию гидроразрыва пласта, они не сумели. Американцы выжили, а при нынешних ценах мы можем ожидать, что сланцевая нефть пойдет в ограниченное контрнаступление.

Саудовцам нужно было больше времени, а еще какое-нибудь деструктивное событие, например, возвращение Ирана на рынки нефти, чтобы их игра произвела опустошительное воздействие. Но успех оказался лишь частичным. Нефтяное королевство показало, что по-прежнему обладает большой властью на рынке. Оно очень сильно напугало нефтедобывающие компании в США, которые используют большую долю заемных средств и работают с низкой нормой прибыли. Оно также вернуло себе некоторую долю рынка, вынудив других игроков сократить инвестиции. Но ведя торги на базе саудовской угрозы, финансовые спекулянты в действительности ослабили эту угрозу.

Вполне может оказаться, что своими действиями саудовцы, добытчики сланцевой нефти и хедж-фонды создали новый паритет, и нынешние цены продержатся еще какое-то время. Благодаря игре саудовцев операторы сланцевых месторождений достаточно хорошо понимают риски и умеряют свои амбиции. Саудовцы, со своей стороны, не могут увеличить добычу достаточно быстро для того, чтобы причинить сланцевым оператором еще больше огорчений, и для них цена в 65-70 долларов вполне комфортна. Комфортна она и для стран, не входящих в ОПЕК, таких как Россия, которая девальвировала свою валюту и в основном справилась с последствиями такой девальвации. Текущий российский бюджет сверстан на основе 50 долларов за баррель марки Brent, и дополнительные доходы Москва будет только приветствовать.

Когда цены стабилизируются, недовольны будут только спекулянты. Они любят волатильность. А когда рынок в равновесии, они могут делать ставки только на сенсационные заголовки в новостях. Конечно, будут взлеты и падения, но в основном до конца года нефтяной рынок должен стать более стабильным.

Россия > Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 7 мая 2015 > № 1379009 Леонид Бершидский


Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 16 мая 2014 > № 1082971 Леонид Бершидский

Почему в России не сработает китайская модель

Леонид Бершидский, колумнист Forbes

Несмотря на изоляцию, Китай остается привлекательным для инвесторов. Российский рынок слишком мал, чтобы развиваться по этому пути

Обещают, что 20-21 мая Владимир Путин договорится с Си Цзиньпином о цене на газ, который Россия будет поставлять Китаю в течение 30 лет — как только построит газопровод из Якутии, сразу начнет. То, что эти вечные, казалось, переговоры близки к завершению — только один из симптомов «китайского поворота», наблюдающегося в нынешней российской политике.

Новая холодная война создает для России много проблем, которые Китай потенциально может исправить. 

Европа грозит сокращением закупок российских энергоресурсов — ну так есть Китай, которому срочно надо переходить с угля на менее экологически вредный газ. Западные финансовые институты неохотно финансируют российские компании, даже раньше у них беспроблемно кредитовавшиеся, – ну так кредиты и инвестиции можно привлечь в Китае (это тоже одна из тем путинского визита). Из-за Украины могут возникнуть проблемы с экспортом российских вооружений — ну так можно стать чуть менее осторожными в продаже этого товара китайцам, а заодно и подорвать украинский оружейный бизнес с Пекином, который и нынешние киевские власти хотели бы продолжать.

Путин десять лет своего правления потратил на попытки укрепить отношения с Европой. Только придя к власти, он и членства в НАТО для страны не исключал, а европейский путь считал единственным приемлемым. Сотрудничество с Китаем никогда не было приоритетной темой – скорее, Москва ограничивалась дежурными демонстрациями добрососедских отношений. Поскольку китайские политики традиционно неторопливы и осмотрительны, трудно поверить, что теперь, когда срочно нужен «план Б», отношения получится сделать более интенсивными в пожарном порядке.

Зато можно спешно сымитировать китайские практики управления в самой России.

Аналогии между создаваемой национальной платежной системой и UnionPay очевидны, и в госструктурах обсуждают партнерство с ней.

Фильтрация интернет-контента, введение которой, кажется, дело недалекого будущего, и возможный перенос DNS-серверов российских доменов на территорию страны – это китайский сценарий «Великого брандмауэра».

Даже угроза вице-премьера Дмитрия Рогозина отключить в России наземную структуру GPS и перестать экспортировать в Америку ракетные двигатели – это движение в сторону Китая, где действует своя навигационная система «Бэйдоу» и где вполне успешно существует космическая программа, изолированная от американской.

Беда только в том, что поспешно может получиться только дешевая имитация. Своего рода китайская подделка.

UnionPay вырос из проекта «Золотой карты», затеянного еще в начале 90-х. «Великий брандмауэр», также известный как «Золотой щит», начали строить в 1998 году. Изоляция китайской космической программы – результат ссоры с Советским Союзом в 1960 году.

России, конечно, почти удалось сымитировать западную модель с открытой рыночной экономикой и подобием демократических институтов – на это ушло каких-то пять лет в 1990-е, притом что начинать пришлось с прогнившей советской базы, так что подобие Китая слепить наверняка получится быстрее.

Вопрос, что потом с ним делать. Китайская модель работает так успешно, потому что ее приемлет внешний мир. Экономика страны – вторая в мире после американской по привлечению прямых иностранных инвестиций. В прошлом году КНР получила их на $127 млрд, всего на $32 млрд меньше, чем Соединенные Штаты. Портфельные инвесторы тоже относятся к китайским компаниям получше, чем к российским. Рыночная капитализация «Яндекса» – меньше $10 млрд, китайского поисковика Baidu – почти $54 млрд, причем коэффициент P/E – отношение капитализации к прибыли – у китайской компании превышает 30, а у российской не дотягивает до 25.

Запад смотрит на Китай с уважением и надеждой из-за его огромного населения.

Лидер китайской интернет-коммерции Alibaba в скором времени привлечет на американском рынке до $20 млрд, хотя компания, в которой купят доли инвесторы, не будет владеть лицензиями ни на один из ресурсов, приносящих деньги. Таковы китайские законы, которые хотели бы сымитировать и российские законодатели: только китайские граждане и компании могут владеть стратегическими интернет-ресурсами. Тем не менее западные финансисты ринутся скупать бумаги Alibaba – ради причастности к самому большому в мире рынку. Даже ограниченная деятельность в Китае – это невозможные для большинства других стран объемы бизнеса, и международные компании согласны идти на любые компромиссы с китайскими регуляторами. Нельзя Visa и MasterCard обрабатывать внутренние транзакции? Ничего, они согласны работать только с трансграничными.

А вот вкладывать деньги в российскую компанию, которой ничего не принадлежит, вряд ли кто-нибудь стал бы даже в лучшие времена. Ради каких-то 140 млн человек? То ли дело 1,4 млрд. Да и для тех же платежных систем одни трансграничные операции российских клиентов – бизнес малозаметный: если им придется ограничиться, Visa и MasterCard просто потеряют к нашей стране интерес.

Но дело не только в размерах, но и в векторе движения.

Китайская инвестиционная история – про постепенное открытие гигантского рынка. Российская – про неожиданно быстрое закрытие относительно крупного. Такую историю неинтересно покупать, потому что будущее в ней мрачнее настоящего.

А с неинтересной историей Россия, имитирующая китайскую модель, годится только в сателлиты Китая. В Пекине не будут торопиться с превращением России в Провинцию Северной Трубы: там продолжат оказывать великому северному соседу всяческие почести, кланяться и улыбаться. Пока в разговорах о преемнике 90-летнего Путина не зазвучат ненароком китайские фамилии. 

Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 16 мая 2014 > № 1082971 Леонид Бершидский


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter