Всего новостей: 2320597, выбрано 3 за 0.001 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Валовая Татьяна в отраслях: Внешэкономсвязи, политикавсе
Валовая Татьяна в отраслях: Внешэкономсвязи, политикавсе
Киргизия. Казахстан. РФ > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 30 мая 2016 > № 1772163 Татьяна Валовая

Нужно ли Кыргызстану ориентироваться на союзный рынок ЕАЭС?

Член Коллегии (министр) Евразийской экономической комиссии по основным направлениям интеграции и макроэкономике Татьяна Валовая поделилась с "ВБ" видением перспектив Евразийского экономического союза и Кыргызстана в нем.

- Татьяна Дмитриевна, на ваш взгляд, Евразийский экономический союз справляется с современными экономическими вызовами?

- Это объединение, безусловно, уже сейчас смягчает для всех стран - участниц ЕАЭС проблемы глобальной экономики. Кризис, начавшийся в 2008 году и временно приостанавливавшийся в 2012-13 годах, в 2014 году вступил в новую фазу. Наши страны неразрывно связаны с глобальной экономикой и ощущают негативные проявления, обусловленные падением цен на энергоресурсы и другими проблемами. Но не существуй ЕАЭС, воздействие внешних факторов на экономики наших государств было бы гораздо большим.

- Тем не менее преисполняться оптимизмом тоже пока не приходится.

- Будем объективны. Действительно, по итогам 2015 года падение союзного ВВП составило минус 3,1 процента. Правда, за счет Беларуси и России, в других странах ЕАЭС сохранялся рост по этому показателю. Начало 2016 года также было отмечено замедлением экономического роста в России, Беларуси, Казахстане, в определенной степени – в Кыргызстане. Но все же в текущем году ожидаем уже меньшее падение, чем в 2015-м – на уровне минус 1,4 процента. А прогнозы на 2017-2018 годы позволяют говорить о возможности возвращения экономического роста на положительный показатель. Опять же в январе-феврале 2016-го объем взаимной торговли в рамках ЕАЭС сократился примерно на 18 процентов, тогда как экспорт в третьи страны – на 40 процентов! Мы видим, что за счет внутренних резервов, сотрудничества внутриЕАЭС некоторые издержки, которые приходится нести из-за волатильности валют на глобальных рынках, уже начинаем компенсировать. И во все этом – тоже стабилизирующая рольЕвразийского экономического союза.

- За счет чего она обеспечивается?

- Еще при формировании пакета документов по Единому экономическому пространству, которое начало функционировать с 2012 года, в него было включено соглашение о согласованной макроэкономической политике. Оно предусматривало наличие необходимых инструментов регулирования в случае возникновения угроз нашим экономикам. На основании этого опыта и в Договор о ЕАЭС вошли соответствующий раздел, приложение к нему. Используя существующие механизмы, мы действуем в расчете на несколько временных горизонтов. Обеспечение устойчивости экономик – задача уже сегодняшнего дня, на нее надо реагировать некими краткосрочными решениями, и у нас есть их формат. Каждый год президенты стран ЕАЭС, по сложившейся традиции, в мае, на заседании Высшего Евразийского экономического совета утверждают основные ориентиры макроэкономической политики на ближайшую перспективу. Такие документы всегда носят определенную антикризисную направленность.

- А как эти договоренности реализуются на практике?

- На уровне правительств наших стран, Евразийской экономической комиссии ведется постоянная работа по использованию возможностей, предусмотренных Договором о ЕАЭС, и в макроэкономической, и в валютно-финансовой сферах. Сосредоточиваемся на первоочередных задачах, это снижение темпов инфляции, сокращение волатильности валютных курсов, стимулирование экономического роста, вырабатываем комплекс необходимых мер.

- И каковы они?

- Например, расширение использования национальных валют во взаимной торговле.

- А как насчет единой валюты, о которой столько уже говорилось?

- Для ее введения необходимо наличие и единого рынка, высоко интегрированного во всех секторах экономики. Такая задача ставится, но на более длительную перспективу. А пока такой рынок еще не создан, нет потребности и в единой валюте. И на нынешнем этапе переход на нее был бы не только преждевременным, но и чреватым негативными экономическими последствиями. Зато благодаря более активному использованию нацвалют стран ЕАЭС можно снимать и некоторые элементы волатильности в торгово-экономических отношениях, и развивать наш общий финансовый рынок.

- Как, по-вашему, будет чувствовать себя кыргызский сом на нем?

- Конечно, преимущество обычно имеет валюта, обслуживающая более крупную экономику, и в этом плане оно, казалось бы, у российского рубля. Однако сом является очень стабильной валютой, и у него преимущество – именно в этом. Какую валюту в рамках ЕАЭС будут предпочитать экономические операторы, пока трудно сказать. Но думаю, что сом может получить большую, как говорится, долю с точки зрения относительного веса кыргызской экономики в Союзе. Все будет определяться макроэкономической политикой республики, устойчивостью ее валюты и в целом экономическими показателями Кыргызстана. Хотела бы привести такой пример. В Евросоюзе еще до введения некоторые малые государства имели очень устойчивую валюту. И именно благодаря этому она активно участвовала во взаиморасчетах. Например, голландский гульден или датская крона.

- В прошлом году к ЕАЭС, образованному Беларусью, Казахстаном, Россией, присоединились Армения и Кыргызстан. Планируется ли дальнейшее расширение этого объединения?

- Думается, делать это самоцелью нет необходимости. Вступление Кыргызстана и Армении – это был объективный, абсолютно продуманный, хорошо подготовленный процесс. Но в целом расширение ЕАЭС не должно быть хаотичным, форсированным. Вместе с тем многие страны, и не только на постсоветском пространстве, уже охотно идут на контакт с ЕАЭС. Этот Союз является полноценным субъектом международного права, который может заключать международные договора от своего имени. В 2015 году он подписал первое соглашение о зоне свободной торговли, партнером по соглашению стал Вьетнам. Наднациональный регулирующий орган Союза – Евразийская экономическая комиссия – взаимодействует в формате меморандумов с правительствами Монголии, Чили, Перу, Камбоджи и Сингапура. В целом же ЕЭК подписала более 20 меморандумов с международными организациями, включая организации системы ООН.

- Страны Евросоюза пока дистанцируются от ЕАЭС?

- Европейское сообщество, в отличие от европейских бизнесменов, пока не осознает преимущества ЕАЭС. Это не вина последнего, государств, входящих в Евразийский экономический союз. Он с самого начала предлагал европейским коллегам начать активный диалог, подчеркивая: это важно для обеих сторон. Европейский бизнес не может обсуждать вопросы по техническому регулированию или по таможенному администрированию ни с Россией, ни с Беларусью, ни с Казахстаном, ни с Арменией, ни с Кыргызстаном в отдельности, только с Союзом целиком, с ЕЭК. Мы постоянно подчеркиваем актуальность темы, которая давно уже стоит в повестке дня, а именно: создание совместными усилиями общего экономического пространства от Лиссабона до Владивостока.

- Почему же Старый Свет никак не может проникнуться такой идеей?

- Причину того, что наши взаимоотношения с Евросоюзом сейчас находятся, скажем так, на самом начальном этапе, вижу в старых стереотипах, все еще исповедуемых в ЕС. Многие там представляют ЕАЭС как некое политическое объединение, тон в котором, мол, задает Россия. Так думают многие политики, но, повторюсь, отнюдь не бизнесмены, которые уже стремятся пользоваться преимуществами ЕАЭС. При этом замечу, в период 90-х годов именно ЕС, Еврокомиссия активно содействовали евразийской интеграции. В наших странах, включая и Кыргызстан, реализовывалось большое количество проектов по линии ТАСИС (разработанная по инициативе Европейского союза программа помощи новым независимым государствам в переходе от системы централизованного планирования к рыночной экономике и укреплению демократии. – "ВБ"). Финансировалось изучение европейского опыта интеграции, поддерживалась идея восстановления экономического союза на пространстве бывшего СССР. Надеюсь, в Еврокомиссии по-прежнему есть немало людей, который помнят этот опыт.

- Кто еще мог бы помочь пробить брешь в стене пресловутых стереотипов?

- Нурсултан Назарбаев, президент Казахстана, который сейчас председательствует в ЕАЭС, предложил европейским коллегам начать с неформального диалога. Его планируется осуществить в рамках совместного форума Евразийского экономического союза и Европейского союза, намечаемого на нынешнюю осень. В ходе форума представителям ЕС была бы представлена подробная информация о сущности и целях ЕАЭС, приоритетах в его деятельности, о том, какие преимущества от сотрудничества с ним получила бы Европа. На экспертном уровне сейчас производится совместная оценка экономических эффектов от такого взаимодействия, эти материалы также были бы озвучены в ходе форума. Напомню и о том, что президент Казахстана предложил сделать 2016 год годом углубления взаимодействия ЕАЭС с другими интеграционными объединениями и другими странами. Так что соответствующая работа сейчас разворачивается по различным направлениям.

- Как Кыргызстан позиционирует сегодня себя в ЕАЭС?

- Он активно участвует во всей многогранной работе Союза, Евразийской экономической комиссии, выступает с полезными для всех инициативами. Прошло еще не так много времени с момента вступления республики в ЕАЭС, но в рамках Союза она уже решила ряд актуальных проблем, возникавших на пути полновесной интеграции в него. Есть положительные показатели и по внутрисоюзному сотрудничеству. Например, если взять январь-февраль 2016-го к аналогичному периоду 2015-го, то кыргызский экспорт в Россию увеличился в 2,6 раза.

- Но активизировался и обратный процесс – поступление товаров из стран - партнеров поЕАЭС на рынок Кыргызстана. И именно возможный рост таких поставок беспокоит местных представителей малого и среднего бизнеса.

- Полагаю, опасения по этому поводу преувеличены. Кыргызстан был и раньше с Казахстаном и Россией в режиме зоны свободной торговли, поэтому по каким-то ключевым позициям и казахстанские, и российские производители и прежде могли выходить на его рынки. Сейчас для этого появились дополнительные возможности, но, мне кажется, больше преимуществ получает все-таки кыргызстанская сторона. Ведь большое количество товаров из республики на рынки Казахстана и России не выходило из-за определенных ограничений - санитарных, фитосанитарных, ветеринарных. Сейчас они потихоньку снимаются. Не все вопросы еще, конечно, решены, есть ряд тем, над которыми надо и дальше работать, тем не менее этот процесс идет. И я знаю, что в Казахстане уже говорят об увеличении поставок в него сельхозпродукции из Кыргызстана. На мой взгляд, это только плюс, потому что здесь есть перспективы и конкуренции, и снижения цен, что хорошо для потребителя. Вместе с тем здоровая конкуренция всегда приводит к повышению эффективности производства.

- Но если с санитарным и фитосанитарным контролем действительно вопросы успешно решаются, то ситуация со снятием ветконтроля остается более проблематичной. Как скоро она может разрешиться?

- Здесь вопрос абсолютно технический, и правительство Кыргызстана активно им занимается. Речь идет о создании необходимых лабораторий в достаточном количестве и на требуемом уровне, которые будут действовать на территории республики и выдавать необходимые сертификаты. Вместе с тем, для того чтобы полностью открывать и снимать ветконтроль, должна улучшаться и в целом соответствующая ситуация в стране. Также очень важно взаимодействие с партнерами-ветеринарными службами в наших странах. Надеюсь, желаемые подвижки все мы увидим в достаточно обозримой перспективе.

- Какие еще, на ваш взгляд, слабые звенья необходимо укрепить Кыргызстану в процессе интеграции в ЕАЭС?

- Самое главное, надо просто активнее пользоваться новыми возможностями. И одна из самых важных задач, которую, как мне представляется, необходимо решать Кыргызстану - становиться привлекательной точкой для зарубежных инвесторов.

- Из стран ЕАЭС?

- Не только. Скажем, из Китая, возможно, из государств Ближнего Востока и так далее. Ведь членство любой страны в ЕАЭС отнюдь не ограничивает ее возможности для торгово-экономического сотрудничества с другими государствами, наоборот, приветствует его. Раньше через Кыргызстан шли большие объемы реэкспорта из Китая…

- А сейчас уменьшились?

- Контрабандный поток стал сокращаться еще в процессе подготовки Кыргызстана к вступлению в ЕАЭС, когда нормализовался контроль на границе республики с Казахстаном, а к сегодняшнему дню уменьшился еще больше. И в недалекой перспективе, надеюсь, вообще прекратится. Так вот, наши партнеры, которые раньше свою продукцию транспортировали полностью через Кыргызстан, скажем, в Казахстан и Россию, теперь могут вкладывать деньги в кыргызстанскую экономику. Создавать там, к примеру, швейные производства, и, насколько я знаю, они на территории того же "Дордоя" уже появляются. От налаживания в республике собственных производств, естественно, не только в легкой промышленности, выиграет и Кыргызстан, и страны-союзницы. Открывать производства, создавать новые рабочие места надо именно в расчете на потребности большого союзного рынка. Усилия в этом нам направлении мне представляются приоритетными для Кыргызстана.

Евгений Денисенко

vb.kg

Киргизия. Казахстан. РФ > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 30 мая 2016 > № 1772163 Татьяна Валовая


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 16 мая 2016 > № 1754159 Татьяна Валовая

Формирование новой архитектуры мировой экономики: ЕАЭС и АСЕАН

Татьяна Валовая, Член Коллегии (министр) по основным направлениям интеграции и макроэкономике Евразийской экономической комиссии (ЕЭК)

Xарактерной чертой современной мировой экономики является активизация процессов региональной экономической интеграции. Успешный опыт создания Европейского союза в начале 1990-х годов стимулировал развитие как уже существовавших объединений, так и появление новых интеграционных блоков в различных частях мира - от Латинской Америки, Ближнего Востока до Юго-Восточной Азии. Данный тренд существенно активизировался в условиях глобального экономического кризиса, начавшегося в 2008 году, когда стали очевидны те дополнительные возможности, которые открывает региональная интеграция для преодоления кризисных явлений в экономике.

В этот период серьезный импульс к развитию получил и евразийский интеграционный проект: в 2010 году начал функционировать Таможенный союз Российской Федерации, Республики Беларусь и Республики Казахстан, в 2012 году вступили в силу 17 международных договоров, формирующих Единое экономическое пространство «тройки». Параллельно началась подготовка к запуску Евразийского экономического союза. 29 мая 2014 года был подписан Договор о ЕАЭС, который вступил в силу 1 января 2015 года. В результате на мировой экономической арене появилась новая международная организация региональной экономической интеграции, обладающая международной правосубъектностью. ЕАЭС сегодня - это пять государств-членов (в 2015 г. присоединились Республика Армения и Киргизская Республика) с населением более 182 млн. человек, общей территорией свыше 20 млн. кв. км (14% мировой суши), на долю ЕАЭС приходится около 3% мирового ВВП.

В рамках ЕАЭС обеспечивается свобода движения товаров, услуг, капитала и рабочей силы и проведение скоординированной, согласованной или единой политики в отраслях экономики, определенных Договором о ЕАЭС.

Уже в первые годы своего существования евразийский экономический интеграционный проект показал свою состоятельность и эффективность. Государства-члены максимально использовали возможности, которые открыла реализация свободы движения товаров. На внутренних границах был отменен таможенный контроль, стали действовать единый таможенный тариф, единая номенклатура внешне-экономической деятельности и Таможенный кодекс, начали применяться единые технические регламенты и система санитарного, ветеринарного и фитосанитарного контроля. В результате за первые четыре года функционирования Таможенного союза взаимная торговля государств увеличилась почти в два раза - с 36,4 млрд. долларов в 2009 году до 64,5 млрд. долларов в 2013-м. А в 2014-2015 годах, на которые пришлась очередная волна экономического кризиса, интеграционные связи позволили минимизировать негативные последствия для экономик государств-членов. Например, в 2015 году взаимная торговля в отличие от внешней сократилась менее значительно - на 25,8%, а не 33,6%.

Ожидается, что в ближайшие годы эффекты от интеграции на себе ощутят и новые члены Союза - Армения и Кыргызстан, что вполне логично после открытия для этих стран доступа на единый рынок ЕАЭС. Способствовать росту взаимной торговли будет и формирование единых рынков в тех областях, которые сегодня еще продолжают регулироваться национальными правилами. Так, в 2016 году завершается создание общего рынка фармацевтики, к 2019 году должен быть сформирован общий рынок электроэнергии, а к 2025 году - нефти, газа и нефтепродуктов.

Максимум усилий в рамках ЕАЭС прилагается для обеспечения и трех других свобод - передвижения услуг, капитала и рабочей силы.

В режиме единого рынка уже функционируют 43 сектора услуг, до 2025 года - после истечения переходных периодов - еще 21 сектор услуг перейдет в данный режим. Подразумевается, что компании, зарегистрированные и осуществляющие деятельность в одном государстве ЕАЭС, без каких-либо дополнительных разрешений и допусков смогут работать на территории всего Союза.

Не позднее 2025 года планируется гармонизировать законодательство в сфере финансового рынка, после чего принять решение о создании наднационального органа в рамках ЕАЭС по регулированию данной сферы со штаб-квартирой в Казахстане.

Что касается свободы движения рабочей силы, то граждане государств - членов Союза уже ощущают существенные преимущества в этой сфере. Исключается дискриминация при трудоустройстве на территории Союза вне зависимости от того, гражданином какого государства является работник. Признаются дипломы об образовании, трудовые мигранты могут рассчитывать на получение скорой медицинской помощи и социальных гарантий наравне с гражданами страны трудоустройства.

Таким образом, Договор о ЕАЭС не только зафиксировал достигнутый уровень интеграции, но и поставил новые масштабные задачи, решить которые члены Союза должны в ближайшие десять лет. Итогом будет полное обеспечение «четырех свобод», проведение единых или согласованных политик в ключевых сферах экономики. ЕАЭС стал вторым примером полноценного экономического союза в мире, до его создания на такой высокий уровень интеграционного развития смог выйти только Европейский союз.

Если первоначально интеграция в рамках АСЕАН носила преимущественно политический характер, то с начала 1990-х годов стала развиваться экономическая компонента АСЕАН, которая вышла на первый план в конце 1990-х годов на фоне усилий по преодолению негативных эффектов азиатского финансового кризиса 1997-1998 годов. К концу 2003 года в рамках АСЕАН фактически была запущена зона свободной торговли. В декабре 2015 года продекларировано создание Сообщества АСЕАН, одной из трех опор которого является Экономическое сообщество наряду с политической опорой (Сообщество политики и безопасности) и социально-культурной (Социально-культурное сообщество).

Перед Экономическим сообществом АСЕАН на ближайшие десять лет поставлены серьезные задачи, среди которых, во-первых, обеспечение свободы движения товаров, капитала, услуг, инвестиций и квалифицированной рабочей силы; во-вторых - создание максимально удобных условий и инновационной среды для бизнеса; в-третьих - обеспечение сбалансированного и устойчивого экономического роста и, в-четвертых, интеграция АСЕАН в мировую экономику.

Планы по укреплению экономической компоненты АСЕАН еще раз подтверждают, что сегодня мы являемся свидетелями зарождения новой архитектуры мировой экономики. Нынешний ее облик более не отвечает современным требованиям. Все менее эффективной оказывается модель, ключевыми элементами которой являются национальные государства. Существующие механизмы регулирования экономикой на глобальном уровне - МВФ, Всемирный банк, ВТО и др. - являются объектами нарастающей критики и требуют серьезного реформирования.

Таким образом, налицо предпосылки для смены парадигмы международных экономических отношений, серьезного концептуального сдвига в сторону новой глобальной архитектуры, ключевую роль в которой будут играть не отдельные государства, а их объединения или блоки. Новая конфигурация позволит сделать экономику на глобальном уровне более управляемой и повысит возможность достижения договоренностей среди ее участников (особенно в условиях кризисов, когда требуются оперативные и согласованные действия), поскольку очевидно, что два десятка интеграционных объединений смогут найти общие решения для проблемных вопросов намного быстрее и эффективнее, чем это сделают 200 участников, если продолжать мыслить категориями национальных государств.

Евразийский экономический союз имеет все предпосылки, чтобы стать важным элементом новой экономической архитектуры. Учитывая географию внешней торговли Союза, представляется необходимым развитие контактов с его партнерами как на западном треке, то есть с Европейским союзом, так и на восточном направлении - с ШОС, АСЕАН и АТЭС, при этом не следует забывать про бурно развивающиеся регионы Ближнего Востока, Африки и Латинской Америки.

На европейском направлении, несмотря на сложную внешнюю конъюнктуру, ЕАЭС предпринимает шаги по установлению взаимодействия с Европейским союзом. В октябре 2015 года Евразийская экономическая комиссия направила свои предложения по сотрудничеству в Европейскую комиссию. Очевидность таких контактов назрела и определяется практической необходимостью решения ряда вопросов, которые более не относятся к компетенции государств - членов ЕАЭС, а переданы на уровень Союза - в Евразийскую экономическую комиссию. Более того, такое взаимодействие подкрепляется поддержкой со стороны бизнеса.

Огромные перспективы для развития сотрудничества существуют и на восточном направлении, где локомотивом данного взаимодействия могли бы стать контакты ЕАЭС с АСЕАН.

Первый трек такого взаимодействия - это активизация торгово-экономического сотрудничества государств - членов двух интеграционных объединений. Наши страны традиционно имеют хорошие партнерские двусторонние отношения, которые дополняются и связями с АСЕАН. Так, полномасштабным партнером по диалогу с АСЕАН с 1996 года является Россия. Сформирована нормативно-правовая база взаимодействия. В формате «АСЕАН+1» Россия принимает участие в постминистерских конференциях АСЕАН с диалоговыми партнерами. В 2012 году принята «Дорожная карта» торгово-экономического и инвестиционного сотрудничества Россия - АСЕАН, а в 2013 году - рабочая программа по торговле и инвестициям Россия - АСЕАН.

С 2013 года своего представителя при Секретариате АСЕАН назначила Беларусь. Изучаются возможности налаживания сотрудничества в области сельского хозяйства и обеспечения продовольственной безопасности. Позитивна динамика контактов с АСЕАН у Казахстана. В 2014 году назначен представитель страны при Секретариате АСЕАН, а в Астане на базе дипломатических представительств государств Ассоциации создан Комитет стран АСЕАН, призванный развивать сотрудничество с Казахстаном.

Другой трек - это взаимодействие двух интеграционных структур. Анализ современного состояния развития ЕАЭС и АСЕАН говорит о том, что два объединения имеют во многом совпадающие цели - создание на своей территории подлинных единых экономических пространств, где гарантируются классические экономические свободы. Следовательно, много точек соприкосновения может быть в текущих повестках и планах на среднесрочную перспективу, поскольку приходится решать, по сути, схожие вопросы.

Возможности более тесного взаимодействия по линии ЕАЭС - АСЕАН обсуждались в июле 2014 года в Москве в ходе первой в истории встречи председателя Коллегии Евразийской экономической комиссии и генерального секретаря АСЕАН. Тогда оба интеграционных объединения находились на финишной прямой к переходу на следующий, более продвинутый уровень интеграции - соответственно к экономическому союзу и сообществу. Сегодня, когда запущены Евразийский экономический союз и Сообщество АСЕАН, актуальность вопроса контактов между двумя организациями существенно возросла. В 2015 году товарооборот ЕАЭС с АСЕАН составил 15,1 млрд. долларов (2,6% от всего товарооборота), экспорт - 7,1 млрд. долларов (1,9% от всего экспорта) и импорт - 8 млрд. долларов (3,9% от всего импорта). Очевидно, что потенциал экономического сотрудничества не исчерпан, его только предстоит раскрыть в дальнейшем, чему будут способствовать постоянная модернизация законодательства и инфраструктуры, которые осуществляются в рамках развития наших объединений.

Взаимодействие по линии ЕАЭС - АСЕАН обуславливается и тем, что у ЕАЭС уже начали складываться хорошие партнерские связи с отдельными государствами - членами АСЕАН. Так, например, Вьетнам стал первым государством, заключившим Соглашение о зоне свободной торговли с ЕАЭС (документ подписан 29 мая 2015 г.). Ведутся переговоры о заключении меморандумов о взаимопонимании между Евразийской экономической комиссией и правительствами Республики Сингапур и Королевства Камбоджа.

Учитывая солидный багаж двусторонних контактов, сотрудничество ЕАЭС - АСЕАН выглядит логичным и обоснованным. Его необходимость будет только возрастать по мере углубления интеграции в рамках данных объединений и расширения наднациональных компетенций в рамках ЕАЭС и круга вопросов, согласуемых в рамках АСЕАН. Формат ЕАЭС - АСЕАН позволит подключить к диалогу всех членов данных организаций, которые к настоящему моменту могут не иметь углубленных двусторонних форматов взаимодействия, что будет, безусловно, способствовать активизации экономических связей и увеличению товарооборота.

Взаимодействие ЕАЭС с АСЕАН, а также другими интеграционными структурами в Евразии, например ШОС, в состав которой входят ряд государств - членов Союза (Россия, Казахстан, Кыргызстан, Китай, Таджикистан, Узбекистан, при этом Беларусь имеет статус наблюдателя, Армения - партнера по диалогу), могло бы стать в будущем основой для формирования Трансъевразийского континентального партнерства - площадки для обсуждения широкого спектра экономических вопросов, координации экономических политик и действий, что особенно важно в контексте растущего влияния Евразийского региона в глобальной экономике. Создание такого континентального партнерства выглядит еще более актуальным в вопросе формирования Транстихоокеанского и Трансатлантического партнерств. При этом речь не идет о конкуренции объединений, напротив, межблоковое сотрудничество позволяет максимально диверсифицировать экономические связи и обеспечить сбалансированное развитие торговли. В итоге могут быть созданы предпосылки для формирования в будущем новой архитектуры глобальной экономики - многополярной и отвечающей интересам всех ее участников.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 16 мая 2016 > № 1754159 Татьяна Валовая


Казахстан. Белоруссия. РФ > Внешэкономсвязи, политика > newskaz.ru, 7 апреля 2016 > № 1715156 Татьяна Валовая

Член Коллегии (министр) Евразийской экономической комиссии по интеграции и макроэкономике Татьяна Валовая побеседовала с директором Евразийского коммуникационного центра Алексеем Пилько о глобальных экономических процессах.

– Татьяна Дмитриевна, как будет выглядеть мировая экономика в XXI веке, и какую роль будет в ней играть ЕАЭС? Конкретнее – что можно сказать о роли ЕАЭС на международной арене, и о том, как могут складываться наши отношения с другими региональными экономическими альянсами.

– Я полагаю, что та мировая экономика, которая существовала в ХХ веке, представляла собой фрагментированную модель, замкнутую на национальных рынках. Она так и не стала глобальной в настоящем смысле этого слова. В истории, даже в древней, есть примеры существования более глобальных экономических систем, чем та, национальные рынки, которой сформировались в XIX — XX веках.

Если вернуться в настоящее время, то нынешние большие экономические блоки тесно связаны между собой. Первопроходцем здесь является Европейский союз, мощный наднациональный интеграционный проект. И дальше по его пути пошли другие, в том числе и Евразийский экономический союз. При его строительстве европейский опыт учитывался во многих аспектах. Не исключаю, что в мире в недалеком будущем будут существовать 10-12 экономических блоков, выстраивающих партнерские отношения между собой. Для меня абсолютно понятно, что основой будущей глобальной экономики станут крупные интеграционные объединения с четкой внутренней дисциплиной, выходящей на уровень наднационального регулирования.

– Каким же будет механизм взаимодействия этих экономических блоков? Возможно, сегодня мы можем наблюдать его отдельные элементы?

– Да, такие элементы есть. В частности, сопряжение проекта Экономического пояса Шелкового пути и Евразийского экономического союза является той моделью, которая может стать эталонной в ходе строительства новой, по-настоящему глобальной экономики. Выстраивание некоего партнерства.

– То есть мы пока можем видеть только отдельные элементы новой глобальной экономики?

– Не совсем так. Кризис 2008–2009 годов показал, что в рамках как Всемирной торговой организации, так и Международного валютного фонда очень сложно добиться консенсуса всех участников. Поэтому не случайно появилась "Большая двадцатка". За многими входящими в нее странами стоит какое-либо интеграционное объединение. Например, в рамках G20 Россия отстаивает не только свои интересы, но и учитывает мнение всех входящих в ЕАЭС государств. Возможно, что это и есть площадка, на которой будут решаться вопросы, связанные с взаимодействием экономических блоков.

– Но если экономические блоки начнут договариваться и устанавливать между собой определенные правила игры, какая судьба ждет ВТО?

– Не исключаю, что через десять лет все государства, входящие в ВТО, будут принадлежать к тому или иному экономическому альянсу. Однако это только укрепит Всемирную торговую организацию, сделает ее более сбалансированной. Таким образом, ВТО из очень большой группы стран превратится в союз интеграционных объединений, в котором каждый знает, чего хочет.

– Не могу не затронуть вопрос взаимоотношений Евразийского экономического союза с Европейским союзом. Насколько реалистично создание общего экономического пространства ЕАЭС с ЕС?

– Еще до реализации проекта ЕАЭС, с 2003 года, Россия пыталась выстроить общее экономическое пространство с Евросоюзом. На мой взгляд, сама идея — абсолютно правильная. Я убеждена, чтобы если бы она была реализована, не было бы таких острых ситуаций, с которыми мы сталкиваемся сегодня в Молдавии и Украине. На мой взгляд, некоторым европейским политикам не хватило стратегического видения. К примеру, Романо Проди, который был инициатором идеи об общем экономическом пространстве, обладал им. Он до сих пор отстаивает эту идею. Ярчайшей фигурой являлся Жак Делор. Он всегда понимал, как выстраивать взаимоотношения с партнерами. Когда на смену таким людям философского склада ума приходят обычные политики, прогресс останавливается.

– Сегодня много говорят о возможном сотрудничестве ЕАЭС, Китая и ЕС в плоскости экономического коридора Восток — Запад. Может ли состояться коридор Север – Юг? Я говорю, прежде всего, об Индии, о странах Центральной Азии, Юго-Восточной Азии.

– Когда я говорю о партнерстве с Китаем, я думаю и о других странах этого региона. Пришло время континентальных партнерств в Евразии. На Западе мы можем развивать партнерство с Евросоюзом, но у нас еще есть и Индия, Иран, Монголия, государства АСЕАН. Мы должны стараться укрепить сотрудничество с ними. К примеру, присоединение Армении к ЕАЭС — это дополнительная возможность выстраивать отношения с Ираном. Нужно серьезно подойти к реализации этого проекта, он имеет перспективы.

– Сегодня в мире несколько активно действующих блоков — АСЕАН, МЕРКОСУР, НАФТА, ЕАЭС. Как сейчас между ними складываются отношения? Как у ЕАЭС с Евросоюзом — более или менее понятно. А с МЕРКОСУР, например? У нас ведь продолжают бурно развиваться отношения с Латинской Америкой. Придем ли мы к какому-либо экономическому взаимодействию между ЕАЭС и МЕРКОСУР? Или не стоит пока об этом говорить?

– Нет, об этом говорить стоит, и мы очень активно обсуждаем взаимоотношения с МЕРКОСУР и с АСЕАН. Здесь есть очень интересная вещь: существует много экономических альянсов, но они все разные. В принципе, блоков, где есть наднациональная структура, и в которых существует единое экономическое пространство — только два: ЕС и ЕАЭС. Других нет, потому что НАФТА, например, это только зона свободной торговли. МЕРКОСУР ставит задачу создания таможенного союза, но пока не реализовал ее на практике. При этом практически все эти объединения не имеют наднациональной структуры. Мы в Евразийском экономическом союзе, как и наши партнеры в ЕС, уже прошли через все это. Потому что пришли к простому выводу: до определенного уровня, до зоны свободной торговли, можно жить без наднациональных структур, а выше подняться уже невозможно. Поэтому, взаимодействуя с МЕРКОСУР и АСЕАН, мы должны понимать, что у этих организаций нет таких полномочий, которыми обладает Евразийский экономический союз. Возможно, в будущем эта ситуация изменится.

Казахстан. Белоруссия. РФ > Внешэкономсвязи, политика > newskaz.ru, 7 апреля 2016 > № 1715156 Татьяна Валовая


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter