Всего новостей: 2259506, выбрано 4 за 0.003 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Груздев Алексей в отраслях: Внешэкономсвязи, политикавсе
Груздев Алексей в отраслях: Внешэкономсвязи, политикавсе
Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 14 декабря 2015 > № 1581292 Алексей Груздев

Торгпред РФ в Китае Алексей Груздев рассказал в интервью агентству Sputnik о перспективах роста товарооборота между двумя странами и о том, как продвигается сотрудничество в области взаиморасчетов в национальных валютах.

— Как вы оцениваете перспективы роста товарооборота между Россией и Китаем с учетом того, что темпы его снижаются? Каков ваш прогноз, смогут ли страны выйти на заданный уровень в будущем году? Какие меры могли бы способствовать росту товарооборота?

— Действительно, с начала 2015 года товарооборот между нашими странами демонстрирует отрицательную динамику. Согласно данным ФТС России, по итогам первых трех кварталов 2015 года объем взаимной торговли составил 46,8 миллиарда долларов, уменьшившись по сравнению с аналогичным периодом 2014 года на 29,6%, в том числе экспорт — 21,3 миллиарда долларов (-25,6%), импорт — 25,5 миллиарда долларов (-32,7 %).

Китайская таможенная статистика по стоимостным объемам экспорта и импорта несколько отличается от российских данных, однако суть не меняется — Главное таможенное управление КНР также зафиксировало падение товарооборота на 29,3%.

В этих условиях приходится констатировать, что до конца текущего года выйти на уровень 100 миллиардов долларов, к сожалению, не удастся.

Про причины сложившейся в двусторонней торговле ситуации уже сказано немало, думаю, что не стоит повторяться: это совокупность объективных внешних и внутренних факторов, влияющих на экономические процессы как в России, так и в Китае.

Вопрос в том, что следует предпринять в первую очередь для изменения текущей тенденции.

Нам мой взгляд, потребуется еще более тесная координация на межправительственном уровне, в частности, в рамках действующих комиссий: по подготовке регулярных встреч глав правительств, по инвестиционному и по энергетическому сотрудничеству.

Необходимо совместными усилиями правительственных экспертов и представителей делового сообщества двух стран выявлять потенциальные точки роста, новые векторы движения с учетом текущей конъюнктуры рынков, приоритетных задач, стоящих перед двумя экономиками. Несомненное преимущество межправительственного диалога — возможность не только в доверительном ключе обсуждать проблемные вопросы, но и принимать конкретные меры, способствующие укреплению торговых обменов и инвестиционного взаимодействия.

Уверен, что в ходе предстоящей 20-й регулярной встречи глав правительств России и Китая, которая состоится 17 декабря в Пекине, значительное внимание будет уделено вопросу стимулирования взаимной торговли.

Влиять на рыночные процессы можно по-разному, но, на мой взгляд, наиболее эффективный путь — создание более благоприятных условий для ведения бизнеса, совершенствование торговой политики, устранение излишних барьеров, гармонизация систем технического регулирования, упрощение таможенного администрирования, повышение эффективности функционирования пограничных переходов, развитие трансграничной транспортной инфраструктуры, создание новых транспортно-логистических узлов, перевалочных пунктов, строительство портов и т.п. Все это будет способствовать развитию трансграничной товаропроводящей сети, снижать издержки на пути продукции от производителя к конечному потребителю.

Полагаю, что упомянутые мною меры могут стать важным элементом работы по реализации принятого руководителями двух стран в мае этого года решения о сопряжении строительства Евразийского экономического союза и экономического пояса Шелкового пути.

Не стоит забывать и о серьезном потенциале (пока задействованном далеко не в полной мере) малого и среднего предпринимательства. Представителей этого сегмента бизнеса традиционно отличает мобильность, инновационность подходов, оперативность в принятии решений. Конечно, на первых этапах освоения новых рынков им требуется определенная помощь со стороны государства, которая, на мой взгляд, впоследствии сполна окупается.

В этом году при поддержке президента и правительства Российской Федерации был создан Российский экспортный центр (РЭЦ) в качестве государственного института поддержки экспорта. В его функции входит предоставление в режиме "одного окна" комплекса финансовых и нефинансовых услуг для российских компаний, занятых в сфере внешнеэкономической деятельности. В планах на следующий год — открытие в ряде стран, среди которых и Китай, российских торговых домов как инструмента продвижения российского несырьевого экспорта на зарубежные рынки. Уже ведется активная подготовительная работа в тесном взаимодействии с Минэкономразвития России и торговыми представительствами.

Полагаю, что деятельность Российского торгового дома позволит обеспечить системное сопровождение внешнеэкономических проектов отечественных компаний и в значительной степени заполнить информационный вакуум, зачастую препятствующий установлению взаимовыгодных контактов между предпринимателями двух стран. Это особенно актуально для малого и среднего бизнеса. Порой достойная продукция, несмотря на существующий на зарубежном рынке спрос, не находит своего потребителя в силу недостаточно эффективного механизма подбора партнера, или, как говорят в Китае, "дуйцзе" — "состыковки". Рассчитываю, что российский торговый дом и торгпредство, объединив усилия, смогут создать обширную "клиентскую базу" из китайских компаний, которые будут выступать партнерами российских экспортеров.

Сейчас прорабатываются все аспекты, связанные с его открытием, осуществляется выбор модели работы. Сама идея поддержана китайскими партнерами.

Одновременно формируется пул резидентов: мы работаем со всеми российскими регионами с тем, чтобы выявить заинтересованность компаний, которые могли бы воспользоваться услугами торгового дома и под них же сформировать набор таких услуг. Очевидно, что востребован будет консалтинг, рекомендации по правильному позиционированию на рынке, подбор партнеров, консультирование по логистике, таможенному оформлению, особенностям привлечения финансовых средств. Всем этим должны будут заняться РЭЦ и торговый дом при содействии торгпредства. Полагаю, что это будет знаковый проект следующего года.

Что касается прогнозов динамики товарооборота на 2016 год, то пока сложно делать какие-либо предположения — слишком велико негативное влияние внешних факторов. Тем не менее рассчитываем на определенную коррекцию, так как, на мой взгляд, российская и китайская экономики в целом адаптировались к новым реалиям во взаимной торговле, а предпринимаемые российским и китайским правительствами стимулирующие меры позволят переломить ситуацию и существенно сократить темпы падения товарооборота в 2016 году. Полагаю, что статистические показатели за счет эффекта низкой базы в этом году вновь вернутся в область положительных значений.

Потенциал роста объемов двусторонней торговли весьма значителен, это касается сельскохозяйственной продукции, инновационных продуктов, информационно-телекоммуникационной сферы, биотехнологий.

К примеру, в области программного обеспечения уже неплохо работает целый ряд российских компаний на китайском рынке, хотя конкуренция здесь довольно жесткая. Программные продукты "Касперского" хорошо известны в Китае. Есть ряд компаний, которые сейчас нащупывают рынок в области промышленной автоматизации, создания автоматических систем управления на основе программного обеспечения собственной разработки.

Компания ABBYY — ведущий разработчик программ распознавания текстов — уже успешно продает свои продукты на китайском рынке. Сейчас речь идет о более глубокой кооперации с китайскими партнерами и о внедрении этих продуктов в государственную систему обслуживания населения, использовании программных решений в госорганах. Это непростая задача, так как любой проект в области информационных технологий затрагивает вопросы информационной безопасности. Китай принял соответствующее решение по повышению требований к этой продукции и развивает собственные наработки. Но с учетом характера наших отношений полагаю, что здесь можно найти взаимоприемлемые варианты.

Существенно возросла активность в межрегиональных контактах, прекрасные возможности для взаимовыгодного товарообмена формируются благодаря созданию свободного порта Владивосток.

— В России сохраняются ограничения на поставки в Китай зерна, мяса, молочных и некоторых других продуктов. Есть ли перспективы отмены этих ограничений?

— Я бы несколько иначе обозначил проблему: в Китае существуют ограничения на поставки широкой номенклатуры российской сельскохозяйственной продукции. Связаны они с действующими в стране санитарными и фитосанитарными требованиями к импортируемым товарам. В соответствии с национальными требованиями для начала поставок конкретных видов продукции должно быть подтверждено отсутствие в регионе их происхождения любых эпидемий, а поставщики таких товаров должны быть сертифицированы в качестве экспортеров сельскохозяйственной и пищевой продукции и пройти соответствующую аккредитацию в китайском уполномоченном органе — Главное государственное управление КНР по контролю качества, инспекции и карантин.

В настоящее время Россельхознадзором совместно с торгпредством ведется соответствующая работа по целому ряду направлений, в частности по мясу: группа китайских экспертов этой осенью побывала с инспекцией на шести российских мясомолочных предприятиях Брянской, Белгородской, Воронежской, Оренбургской областей и Республики Мордовия. Они — в "коротком списке" на право поставок свинины и говядины в Китай.

Завершается работа по согласованию фитосанитарных требований к зерновой продукции. Идут активные консультации по молочной продукции.

Есть все основания рассчитывать на рост поставок нашей сельхозпродукции в Китай в следующем году.

— Как продвигается сотрудничество в области взаиморасчетов в национальных валютах, сохраняются ли какие-то нерешенные вопросы в этой сфере взаимодействия?

— Расчеты в национальных валютах — актуальная тема российско-китайского сотрудничества в финансовой сфере, особенно в настоящий момент в условиях западных санкций в отношении ведущих российских финансово-кредитных институтов. Это направление активно прорабатывается в рамках российско-китайской подкомиссии по финансовому сотрудничеству, в ее составе сформирована специальная рабочая группа по вопросам расчетов в национальных валютах.

С правовой точки зрения никаких препятствий для использования рубля и юаня в качестве расчетной валюты по торговым контрактам между российскими хозяйствующими субъектами и их китайскими контрагентами нет. Созданы необходимые условия: в 2010 году внесены поправки в соответствующее межправительственное соглашение, в 2011 году подписано соглашение между Банком России и Народным банком Китая о расчетах и платежах в национальных валютах, которое предусматривает, что субъекты экономической деятельности двух стран могут самостоятельно определить использование свободно конвертируемой валюты, китайского юаня и рубля при расчете и оплате товаров и услуг. В октябре 2014 года между центральными банками наших стран заключено соглашение о валютном свопе.

Создана и необходимая инфраструктура, обеспечивающая такие расчеты: финансовыми учреждениями двух стран открыты корреспондентские счета в национальных валютах, отработаны механизмы проведения расчетов, валютные рынки России и Китая обеспечены рублевой и юаневой ликвидностью.

Выбор валюты платежа по заключенным контрактам осуществляется участниками внешнеэкономической деятельности, исходя из соображений эффективности бизнеса и минимизации банковских издержек, связанных с конвертацией валют. По данным Банка России, по состоянию на 1 июля 2015 года российские банки использовали 110 юаневых корреспондентских счетов НОСТРО, открытых в китайских банках; китайские банки использовали 31 рублевый корреспондентский счет ЛОРО, открытых в российских банках.

В первом полугодии 2015 года доля национальных валют во взаиморасчетах по экспортным контрактам составила 6%, по импортным — 11,8%, т.е. усреднено доля расчетов в национальных валютах вплотную приблизилась к 9%, в приграничной торговле это показатель существенно выше.

Полагаю, что с принятием на днях решения Банком России о включении китайского юаня в корзину резервных валют, а также соответствующего решения МВФ деловому сообществу двух стран послан вполне определенный сигнал, интерес российских и китайских участников внешнеэкономической деятельности к использованию национальных валют во взаиморасчетах будет постепенно возрастать. Этому также будут способствовать специализированные семинары и форумы с участием банков и предпринимателей двух стран, о проведении которых в октябре этого года договорились регуляторы.

— Россия и Китай намерены создать сельскохозяйственную зону свободной торговли между провинцией Хэйлунцзян и Амурской областью с прямым обменным курсом между рублем и юанем. Как продвигается этот проект?

— Как я уже отмечал, сельское хозяйство становится одним из перспективных направлений углубления торгово-экономического взаимодействия между Россией и Китаем.

В мае этого года во время визита Председателя КНР Си Цзиньпина в нашу страну Российский фонд прямых инвестиций, Российско-китайский инвестиционный фонд и Народное правительство провинции Хэйлунцзян подписали соглашение о создании специализированного инвестиционного фонда объемом 2 млрд. долл. для финансирования проектов в области сельского хозяйства в России и Китае. Стороны договорились об укреплении сотрудничества в области сельского хозяйства, земледелия, таможенного оформления, логистики и продажи продуктов питания, а также льготной политики в отношении высокотехнологичных сельскохозяйственных предприятий России и Китая.

Не удивительно, что партнером в этом проекте с китайской стороны выступает Хэйлунцзян — ведущий регион Китая по производству зерновых культур. Что же касается режима "свободной торговли", то, мне кажется, на начальном этапе речь все же будет идти о льготных режимах хозяйствования с упором на осуществление инвестиций в создание современных агропроизводств.

Для этого на Дальнем Востоке создаются необходимые условия: уже юридически оформлены две территории опережающего развития, которые будут специализироваться на сельском хозяйстве — в Приморском крае и в Амурской области. С китайскими партнерами достигнута договоренность о создании совместного фонда агропромышленного развития.

Многие китайские компании проявляют живой интерес к возможности сотрудничества с Россией в сфере сельского хозяйства.

— Есть мнение, что Китай недобросовестно относится к использованию земли, применяя недоброкачественные удобрения при ее обработке. В этой связи не очень приветствуется привлечение китайского бизнеса в российские сельхозпроекты, напрямую связанные с обработкой земли.

— В таких вопросах нужно найти золотую середину между опасениями в отношении недобросовестности китайских эксплуатантов и потребностью развивать отечественное сельское хозяйство в международной кооперации. В Китае мы видим множество примеров рационального ведения бизнеса в сельском хозяйстве. Есть современные агрохолдинги, где соблюдаются все нормы и правила, применяются передовые технологии.

Опасения, на мой взгляд, возникают в связи с пережитками времен расцвета приграничной торговли. В тот период на обработку наших земель приезжали китайские крестьяне и по старинке, по той логике, которая использовалась в Китае — максимальное повышение урожайности — обрабатывали земельные угодья. Когда мы говорим о межрегиональном сотрудничестве при поддержке таких фондов (Российско-китайский инвестиционный фонд — ред.), то имеем в виду отнюдь не массовое освоение земель с применением устаревших технологий. Речь идет о развитии современных производств с соблюдением всех правил и требований.

Здесь, на мой взгляд, рисковый фактор преувеличен.

Задача — в обеспечении всесторонней проработки таких проектов, четком определении прав, обязанностей и ответственности сторон, а также в организации должного контроля. Крупные китайские компании регулярно обращаются к нам с предложениями о сотрудничестве. К примеру, китайская корпорация СИНОМАШ в последнее время проявляет большой интерес к подключению к проектам на Дальнем Востоке в области сельского хозяйства, в том числе к созданию современных агропроизводств.

— Российско-китайская интернет-торговля активно развивается. Российские платежные системы выходят на китайский рынок, заключают соглашения с китайскими интернет-магазинами. Как вы оцениваете перспективы такого сотрудничества? Существуют ли препятствия для расширения взаимодействия в этой сфере?

— В Китае сегодня наиболее динамично развивающийся рынок интернет-торговли, который растет ежегодными темпами свыше 30%. Но и в России этот сегмент набирает обороты.

Стремительно развивается и трансграничная электронная торговля между двумя странами. Согласно данным статистики, в 2014 году доля китайских товаров на российском рынке электронной торговли достигла 70% и оценивалась в 3,5 миллиарда долларов.

За 2014 год объем заказов россиян в китайских интернет-магазинах достиг около 50 миллионов единиц, что на 40% больше, чем в 2013-м. Россияне активно приобретают товары на таких торговых электронных площадках, как на AliExpress, JD.com, DX.com и др.

Бытует мнение, что с приходом Алибаба и JD.com в Россию наши традиционные интернет-площадки серьезно пострадают.

Действительно, конкуренция обострилась с появлением на рынке более сильных и опытных игроков. Но надо видеть и другую сторону медали, ведь интернет — свободное пространство, где навязывать волю покупателю очень сложно. Это улица с двусторонним движением, по которой могут осуществляться поставки не только к нам, но и есть хорошая возможность российского экспорта в Китай.

Уверен, что опыт китайских интернет-компаний будет для нас полезен при создании и развитии собственных интернет-площадок для продвижения отечественных товаров за рубеж — такую задачу поставил президент России в послании Федеральному Собранию.

Российские электронные платежные системы активно взаимодействуют с китайскими интернет-магазинами, в числе лидеров — компания "Яндекс", которой принадлежит электронная платежная система Yandex.Money. В 2014 году компания осуществила подключение системы онлайн-платежей к 40 китайским интернет-магазинам. В 2015 году компания успешно продолжила развивать свою партнерскую сеть.

Другие российские электронные платежные системы также осваивают китайский рынок Так, QIWI сотрудничает с китайскими онлайн-магазинами с 2012 года, и в настоящее время электронным кошельком Visa QIWI Wallet можно расплатиться в большинстве крупнейших онлайн-магазинов в Китае.

Говоря о перспективах, можно с уверенностью предположить, что мы станем свидетелями расцвета российско-китайской электронной торговли в ближайшие годы не только в секторе B2C, но и секторе B2B. Уже предпринимаются практические шаги в этом направлении: на днях было объявлено о заключении соглашения между китайской компанией электронной коммерции XBniao.com и российским центром электронной торговли B2B Center о сотрудничестве в создании совместной площадки трансграничной торговли в секторе B2B.

Развитие современных механизмов торговли, широкое применение интернета сопровождается не только очевидными выгодами, но также выявляет и узкие места. Так, серьезным рискам подвергаются представители малого и среднего бизнеса, которые зачастую используют сетевые ресурсы для поиска партнеров, ведут переговоры исключительно посредством электронной переписки и даже подписывают контракты дистанционно, через интернет. Без должной проверки благонадежности партнера нередко возникают отрицательные последствия такого, чересчур "продвинутого", поведения: партнер оказывается виртуальным, не имеющим реального офиса, штата, производственных площадей. Крайне важно создать механизм отсеивания таких недобросовестных компаний. Создание совместных В2В площадок — один из возможных вариантов.

Сейчас на межправительственном уровне обсуждается вопрос стимулирования двусторонней торговли, дальнейшей диверсификации ее структуры. И было бы неправильно не учитывать потенциал электронной коммерции в нынешних условиях определенного проседания традиционной торговли под влиянием известных факторов.

Полагаю, что в рамках предстоящих мероприятий в декабре (в ходе визита Дмитрия Медведева в КНР — ред.) этой теме также будет уделено определенное внимание.

— В последнее время все больше обсуждается тема сотрудничества регионов Дальнего Востока и северо-восточных регионов Китая. На ваш взгляд, какие меры должны быть приняты с российской стороны, чтобы китайский бизнес был более заинтересован и шел в регион?

— Тема межрегионального сотрудничества является одной из основных в торгово-экономических отношениях России и Китая.

Особое внимание мы и наши китайские партнеры уделяем вопросу комплексного взаимодействия российских дальневосточных и восточносибирских регионов с северо-восточными провинциями Китая (Хэйлунцзян, Цзилинь, Ляонин, автономный район Внутренняя Монголия).

На северо-восток Китая приходится до 30% двустороннего товарооборота и до трети общего объема взаимных инвестиций. Без преувеличения можно сказать, что Дунбэй ("северо-восток" по-китайски —ред.) является главным торговым партнером России в числе региональных образований Китая.

В целях дальнейшего укрепления практической кооперации было принято решение о создании Совета сотрудничества между регионами Дальнего Востока России и провинциями северо-востока Китая, который возглавили заместитель председателя правительства Российской Федерации — полномочный представитель президента Российской Федерации в Дальневосточном федеральном округе Юрий Трутнев и вице-премьер Госсовета КНР Ван Ян. В сентябре этого года во Владивостоке в рамках Восточного экономического форума состоялось первое заседание Совета. Полагаю, что прямой диалог губернаторов сопредельных территорий России и Китая позволит существенно интенсифицировать торгово-экономическое и инвестиционное сотрудничество в регионе.

Дополнительными стимулами для привлечения китайских инвестиций на российский Дальний Восток служат принятые в 2015 году федеральные законы "О территориях опережающего развития" и "О свободном порте Владивосток". Набор льгот, которые предлагаются резидентам этих образований, вызывает повышенный интерес у китайских партнеров. Сказывается, конечно, и географическая близость, позволяющая удобно и эффективно выстроить логистику.

Что касается дополнительных мер, которые смогли бы повысить привлекательность региона для Китая, то полагаю, что это в первую очередь развитие транспортной и пограничной инфраструктуры. При принятии инвестиционного решения в расчет принимается множество факторов, в том числе и транспортная доступность. Это прекрасно понимают все, на межправительственном уровне обсуждается целый ряд совместных проектов, призванных усовершенствовать транспортную инфраструктуру.

Еще один ключевой фактор, который всегда учитывают китайские инвесторы — поддержка со стороны государства-реципиента инвестиций. Это своего рода гарантия надежности капиталовложений. В рамках формируемых инвестиционных механизмов на Дальнем Востоке это момент также учитывается.

Тема гарантий под инвестиции традиционна для российско-китайских экономических отношений. При реализации крупных проектов наши китайские партнеры стремятся к получению суверенных гарантий. Это объяснимо. В Китае влияние государства на экономику велико, крупный китайский бизнес в основном представлен государственными корпорациями, которые в своей деятельности обеспечены финансовой и политической поддержкой правительства. Эту парадигму они переносят и на международное сотрудничество. Однако зачастую под государственными гарантиями китайский бизнес понимает не столько поручительство правительства, сколько его незримое покровительство проекту. Предпринимателям из Китая, работая за рубежом, важно понимать, что местное правительство знает об их деятельности и одобряет ее, готово оказывать в рамках своих полномочий необходимое содействие, сопровождать проект.

Руководство российских регионов осознает эту особенность национального бизнеса, уже входит в практику организация бизнес-миссий в Китай, в рамках которых губернаторы лично презентуют проекты, рассказывают об инвестиционном климате и порядке организации работы в регионе.

Если вернуться на Дальний Восток, то и здесь правительством предусмотрен механизм нефинансового гарантирования. Создана корпорация развития Дальнего Востока, которая будет обеспечивать режим "одного окна" во взаимоотношениях с инвестором, а при необходимости выступать на стороне инвестора в случае ущемления его интересов, в том числе защищая его права в суде.

Это очень мощный сигнал для китайских компаний. Уверен, что в скором времени территории опережающего развития и свободный порт Владивосток будут принимать первых резидентов из Китая.

— Готовятся ли к подписанию новые контракты в ходе предстоящего визита Дмитрия Медведева в Китай? В каких сферах?

— 17 декабря в Пекине состоится юбилейная 20-я встреча глав правительств России и Китая. Повестка дня заседания находится в финальной стадии согласования, формируется перечень документов, планируемых к подписанию. Несомненно, в него войдут не только межправительственные и межведомственные документы, но и коммерческие соглашения. Но представляется преждевременным анонсировать какие-либо проекты до окончательного согласования сторонами всех вопросов. Могу лишь сказать, что ожидается подписание ряда документов по вопросам углубления экономического сотрудничества в отдельных сферах, в том числе в области торговли, сельского хозяйства, промышленности.

Значительные изменения в динамике двусторонней торговли в текущем году привлекают большое внимание. Несомненно, сложившаяся ситуация будет рассмотрена в ходе регулярной встречи. Полагаю, что могут быть приняты определенные решения по стимулированию торговых связей. Среди возможных рычагов, на мой взгляд — более адресная поддержка экспортеров двух стран, создание новых информационных ресурсов в интересах участников российско-китайской торговли, развитие выставочно-ярмарочной деятельности, устранение излишних барьеров в торговле, последовательное снятие ограничений по доступу на рынки и прочее.

Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 14 декабря 2015 > № 1581292 Алексей Груздев


Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 16 ноября 2015 > № 1551248 Алексей Груздев

Россия и Китай сотрудничают по широкому кругу проектов: "Новый Шелковый путь", создание совместного самолета, существенное расширение поставок продовольствия, туризм. Однако сейчас одним из приоритетных направлений должна стать транспортная доступность, которая позволит расширить взаимные поставки, построить необходимую инфраструктуру, а также привлечь интерес инвесторов.

О том, какие возможности на Дальнем Востоке РФ привлекают компании из Китая, а также в какие проекты в КНР может вложить средства российский бизнес, рассказал в интервью РИА Новости торговый представитель России в Китае Алексей Груздев. Беседовала Вероника Буклей.

— Алексей Владимирович, Китай в настоящий момент активно развивает проект создания экономического пояса Нового Шелкового пути. Какую роль в нем занимает Россия?

— Китайская инициатива формирования экономического пояса Шелкового пути и морского Шелкового пути XXI века вызвала широкий международный резонанс. Полагаю, что наше участие в реализации заявленных Китаем планов может придать новый импульс развитию российско-китайских отношений, активизировать кооперацию в отдельных сферах. Китайская инициатива "Один пояс, один путь" направлена на укрепление торговых связей и либерализацию торговых режимов, развитие "взаимной доступности", под которой Китай в первую очередь понимает транспортную доступность: для расширения торговли нужны развитые пути сообщения. Одновременно необходимы разнообразные финансовые инструменты поддержки банковских структур, в том числе расчеты в национальных валютах.

Теперь о российских интересах и роли нашей страны в проекте "Один пояс, один путь". У России, наравне с двусторонними приоритетами сотрудничества с Китаем, есть определенные обязательства, в том числе в части торговых режимов, перед партнерами по ЕАЭС, которые уже сформированы и активно развиваются. Именно поэтому перед нами стоит первоочередная задача органичного сопряжения этих двух процессов.

На мой взгляд, необходимо прежде всего идентифицировать те сферы взаимодействия с Китаем, которые будут иметь одинаково важное значение для всех членов Союза. Анализ внешнеэкономических приоритетов ЕАЭС и конкурентных преимуществ Китая позволит эффективно организовать процесс сопряжения на взаимовыгодных началах.

Что могло бы быть интересно для России? В первую очередь это тема транспортной доступности. Речь может идти как о развитии новых маршрутов, так и о модернизации существующих (Транссиб и БАМ), что будет способствовать дальнейшему укреплению наших связей, дополнительной загрузке уже действующих маршрутов. Во-вторых, это крупные инфраструктурные и промышленные проекты.

— Мы заговорили о развитии сотрудничества в транспортной сфере. Китайские инвесторы проявляли интерес к участию в зоне свободного порта Владивосток. Поступают ли предложения от компаний?

— Интерес очень большой с момента опубликования закона. К нам постоянно поступают запросы с уточнениями, мы проводим расширенные презентации, рассказываем о преимуществах режима "свободного порта". В рамках Восточного экономического форума во Владивостоке в сентябре 2015 года начались первые контакты китайских компаний с региональными и федеральными органами власти, с российскими предпринимателями. Сейчас продолжаются консультации по конкретным проектам, определяются оптимальные бизнес-модели.

Недавно Приморский край посетила представительная делегация корпорации COFCO — ведущего китайского сельхозпроизводителя и трейдера. Был проявлен интерес к организации переработки сельхозпродукции, сооружению элеваторов на территории края. С учетом многопрофильности корпорации, китайским гостям были предложены и другие проекты, в частности гостиничный бизнес. Потенциал Приморья с точки зрения въездного туризма из азиатских стран достаточно высокий, но для его использования необходимо совершенствовать инфраструктуру индустрии гостеприимства.

Я убежден, что уже в скором времени свободный порт Владивосток примет первых резидентов из Китая.

— Проявляют ли компании из Китая интерес к строительству верфей в России?

— Речь идет скорее о портах, модернизации портового хозяйства, строительстве новых терминалов. Думаю, что китайские компании готовы прийти в такие проекты, у них накоплен большой опыт строительства и организации эксплуатации. В Китае расположены крупнейшие порты мира. Подключение китайских компаний к сооружению новых портовых комплексов и модернизации действующих, на мой взгляд, хорошо укладывается в базовый постулат концепции экономического пояса Шелкового пути. Транспортная доступность, эффективная работа портового хозяйства, оперативная перевалка грузов, формирование на основе современных портов новых транспортных коридоров будет также способствовать упрощению взаимной торговли.

Уже ведутся переговоры по большому порту Зарубино. Есть конкретные китайские компании, которые заинтересованы в этом проекте. Одна из компаний — это известный перевозчик Китая China Merchants Group. У компании серьезная компетенция, в том числе в сфере портового хозяйства.

— Как развивается сотрудничество по проекту российско-китайского широкофюзеляжного самолета?

— Сотрудничество развивается планомерно. Компании находятся в продвинутой стадии формирования бизнес-модели, определения технических параметров самолета, включая дальность полета, пассажировместимость. Доработанный бизнес-план будет представлен в правительства двух стран. В случае поддержки подготовленной компаниями концепции на межправительственном уровне будет приниматься решение о продолжении этого проекта.

Ставится задача освоить определенную нишу рынка, которую сейчас занимают Airbus и Boeing. Реализация такой амбициозной задачи требует кропотливой работы и определенного времени.

— Может ли этот этап быть завершен уже в этом году?

— Не исключены определенные решения и до конца этого года. По крайней мере, компании активно работают в этом направлении. Однако, в силу сложности проекта, может потребоваться дополнительное изучение на уровне правительственных структур.

— Китайские партнеры интересовались самолетами SSJ-100. Поступили ли уже заказы на эти самолеты?

— Заказов пока нет, хотя были интересанты, и речь шла о закупке до 50 машин. Не так давно был подписан документ о создании совместной российско-китайской компании, которая на первом этапе займется лизингом самолетов. В условиях временного отсутствия твердых заказов от китайских авиакомпаний это логичное решение, позволяющее повысить узнаваемость бренда и постепенно приблизить товар к покупателю. На пути российских лайнеров в Китай существуют и определенные сложности административного порядка — для доступа на внутренние маршруты самолету необходимо пройти сертификационные процедуры.

Этот процесс обычно занимает 2-3 года, процедура запущена. Однако, конечно же, это время скрадывает определенные конкурентные преимущества самолета.

Ниша для SSJ100 на китайском рынке есть, это региональный самолет, востребованный на внутренних и трансграничных перелетах в рамках азиатского региона. Мы присматриваемся к китайским авиакомпаниям, специализирующимся на таких перевозках, их число в последние годы уверенно растет. Я думаю, что при соответствующей маркетинговой работе с нашей стороны они будут готовы рассматривать этот самолет при смене и обновлении своего авиапарка.

— Как вы думаете, могли бы китайские компании проявить интерес к летчикам "Трансаэро"?

— Рынок пилотов в Китае большой. Местных кадров не хватает в силу специфики профессиональной подготовки, недостаточной зрелости национальной школы, разветвленности маршрутов, поэтому на китайских авиалиниях работает немало иностранцев. В этом смысле не исключено, что такой спрос может быть предъявлен, особенно учитывая квалификацию и опыт российских пилотов.

— Власти Китая особенное внимание уделяют развитию свободных экономических и бондовых зон. Насколько интересны подобные проекты инвесторам из России?

— Любой инвестор приветствует возможность использования льготных режимов при организации производства. Другое дело, что пик развития свободных экономических зон в Китае уже прошел — первые зоны были созданы с началом политики реформ и открытости (1979 год). Сейчас Китай переходит к национальному режиму для инвесторов, уравнивая права внутренних и внешних инвесторов, соответственно, льготы постепенно упраздняются.

Более интересным может быть опыт зоны свободной торговли в Шанхае. По итогам функционирования в пилотном режиме было принято решение о распространении отдельных элементов этой зоны на всю страну, а также о создании трех дополнительных зон: в Тяньцзине, провинциях Гуандун и Фуцзянь. В шанхайской зоне существенно упрощены административные процедуры, много послаблений с точки зрения расчетных операций, использования юаневых средств, упрощенная процедура регистрации компаний, инвестиции допускаются в те сектора, которые ранее были закрыты для иностранных компаний. Этот опыт может быть интересен нашим инвесторам.

— Кто-то из российских компаний уже интересовался подобным опытом?

— Принятие инвестиционного решения имеет свою внутреннюю логику. Сейчас большинство наших компаний не готовы масштабно инвестировать в Китай. Пока речь в основном идет о продвижении готовой продукции. Не исключаю, что на последующем этапе, если компания обнаружит для себя рынок, может быть принято решение о размещении производства в Китае — близость к рынку сбыта и локализация производства в определенной степени позволит снизить издержки, например транспортные. В таком случае инвестор с большой долей вероятности выберет площадку одной из зон свободной торговли.

— Какие ниши еще могли бы занять российские компании в Китае?

— Тема сельского хозяйства и продуктов питания сегодня очень актуальна. Поставки растут, по данным статистики, и в денежном, и в физическом выражении. Однако в двусторонней торговле сельхозпродукцией пока существует немало барьеров в доступе на рынок. Они вызваны фитосанитарными, карантинными требованиями, зачастую такие ограничения носят взаимный характер. Но ситуация постепенно выправляется. Наглядный пример — свинина. Россия сделала первый шаг, аккредитовав несколько китайских компаний для поставок в нашу страну.

У российской стороны — аналогичные пожелания. Недавно завершилась поездка делегации полномочного китайского карантинного ведомства в Россию: коллеги проводили инспекцию российских переработчиков мяса и мясной продукции. По итогам инспекции будет обобщен весь материал, и мы ожидаем, что в ближайшее время будут аккредитованы наши первые предприятия для поставок в Китай.

Структура потребления в Китае меняется, появляется спрос на колбасные изделия, молочную продукцию, масло. Есть ниша для шоколада, напитков. Почти по всем товарным позициям, в отношении которых имеются ограничения, ведутся переговоры. До конца года мы ожидаем, что будет решен вопрос с поставками пшеницы, риса, кукурузы, сои, семян рапса. Поставщики меда уже работают в Китае и проявляют интерес к наращиванию поставок.

Туризм — одно из направлений, востребованность которого будет возрастать. Это, конечно, не в прямом виде торговля — туризм в большей степени относится к сфере услуг. Но рост турпотока из Китая обеспечивает стабильный спрос на российские товары.

Сейчас все больше китайских граждан выбирают именно Россию для своих поездок, так как их себестоимость существенно снизилась, доступнее стали и товары за счет курсовой разницы.

— Может ли девальвация рубля снизить привлекательность идеи проведения расчетов в нацвалютах для китайских экспортеров?

— На такие вопросы нужно смотреть с точки зрения долгосрочной перспективы. В краткосрочном плане эффект снижения заинтересованности из-за опасения курсовых колебаний может быть. Но при прочих равных условиях расчеты в национальных валютах для двух стран-стратегических партнеров удобны и надежны.

— Окажет ли создание транстихоокеанского партнерства прямое влияние на отношения России и Китая?

— Вопрос неоднозначный. Полагаю, будет способствовать еще более скоординированным действиям на международной арене, углублению партнерского взаимодействия. ТТП — это договоренности о преференциальных режимах в торговле (и не только) при ведущей роли США. Однако то, о чем договариваются стороны соглашения, распространяется ровно на взаимные отношения этих стран и никак не на страны, не участвующие в этом партнерстве. То, что мы должны это учитывать, — несомненно.

Очевидно, стоит ожидать роста товарооборота между странами, достигшими договоренности о партнерстве. Для нас это дополнительный стимул наращивать оборот и торговые отношения со странами, не вошедшими в это объединение, но имеющими общность интересов. Это страны ШОС, БРИКС.

Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 16 ноября 2015 > № 1551248 Алексей Груздев


Россия. Китай > Внешэкономсвязи, политика > economy.gov.ru, 23 октября 2015 > № 1528457 Алексей Груздев

Алексей Груздев: Объем операций китайских банков в рублях превысил 18 миллиардов в долларовом эквиваленте

В середине октября в Харбине прошло Второе Российско-Китайское ЭКСПО. По его итогам торгпред России в Китае Алексей Груздев рассказал ТАСС о влиянии сложной экономической ситуации на товарооборот между странами, перспективах взаиморасчетов в национальных валютах, совместных проектах, двусторонних поставках и развитии интернет торговли.

- Как влияет на торговый обмен кризисные явления в экономике, девальвация валют? Стоит ли ожидать роста товарооборота между Россией и Китаем по итогам текущего года?

- Я оптимист и всегда рассчитываю на позитивную динамику, но надо опираться на факты и реальное положение дел. В этом году у нас наблюдается сокращение объемов взаимной торговли. Это вполне объективная ситуация. Оказывает свое влияние и конъюнктура мировых рынков, в первую очередь, цена на нефть - при таком ее резком падении сложно ожидать роста российско-китайского товарооборота, учитывая преобладающую долю энергоресурсов в российском экспорте. Девальвация рубля сказывается на платежеспособности российских потребителей, что также приводит к замедлению торговли.

Но и в китайской экономике наметились тенденции к замедлению роста как промышленного производства, так и внешней торговли. Это, в том числе, затрагивает и Россию. По данным ФТС России за восемь месяцев этого года, снижение двустороннего товарооборота составило около 29% - до $42 млрд. Российский экспорт в Китай за этот период снизился на 26% - до $19 млрд, по импорту отрицательная динамика более выраженная - около 32%.

- Как отразились сложности в экономике двух стран на поведении инвесторов? Ушли ли какие-то китайские компании с российского рынка? Есть ли приостановленные проекты?

- По тем проектам, которые отслеживает и сопровождает торгпредство, мы пока не фиксировали случаи закрытия производств или приостановки сотрудничества. Более того, продолжается реализация крупных проектов и ведутся переговоры по ряду новых соглашений, китайские инвесторы продолжают проявлять интерес к инвестированию в Россию. В качестве примера: в рамках визита президента РФ в Китай 3 сентября 2015 г. было подписано соглашение между ОАО "КАМАЗ" и китайским автомобильным производителем "Хуатай Моторс", предусматривающее создание современного автопроизводства в Татарстане. Кроме того, подписано и соглашение о совестном развитии центров обработки данных в Иркутской области, а также ряд документов об инвестиционном сотрудничестве в энергетике.

И экономисты, и предприниматели понимают, что определенные кризисные явления отнюдь не только риск, но и потенциальная выгода. Когда вы инвестируете в экономику, где все стабильно и спокойно, то вы один среди многих. А когда заходите на стадии снижения, то имеете возможность стать первым в очереди, которая за вами выстроится на этапе восстановления. Китайские предприниматели хорошо осознают это преимущество, принимая во внимание и фактор существенного удешевления части российских активов, а также снижения производственных издержек на инвестиции.

Такой интерес дополнительно подкрепляется улучшающимся инвестиционным климатом. Это и решения по территориям опережающего развития (ТОР) - в России уже действуют восемь таких зон. Разумеется, это и свободный порт Владивосток: мы отмечаем существенный интерес со стороны китайских партнеров. Ни одна наша встреча не обходится без вопроса о Дальнем Востоке и предлагаемых льготных режимах.

Поэтому, по нашим данным, проекты не закрываются, и китайские капиталы не уходят. Другое дело, что инвесторы сейчас могут быть менее активными в реализации своих решений, ведь стратегия любого предпринимателя должна быть скорректирована с учетом сложившейся ситуации. Только в портфеле российско-китайской межправительственной комиссии по инвестиционному сотрудничеству, которую курируют первый вице-премьер РФ Игорь Шувалов и вице-премьер Госсовета КНР Чжан Гаоли, насчитывается 58 проектов. Обсуждение по этим проектам ведется регулярно.

22-23 октября в Пекине проходит седьмая Китайская ярмарка зарубежных инвестиций (COIFAIR-2015). В рамках этого мероприятия под эгидой межправкомиссии проводится круглый стол, посвященный развитию инфраструктурных проектов с упором на транспортную составляющую, где китайским инвесторам предлагается целый ряд проектов, как уже одобренных межправкомиссией, так и совершенно новых.

- На каком этапе находится проработка вопроса по переходу на взаиморасчеты в рублях и юанях? Когда этот механизм может заработать?

- Юридическо-правовые основы для таких взаиморасчетов существуют уже давно, между центробанками двух стран подписаны необходимые соглашения. Осуществляются торги парой "рубль-юань" на Московской и Шанхайской биржах. По итогам прошлого года объем операций, совершенных через юаневые счета российских банков в китайских кредитных учреждениях, превысил отметку в $20 млрд. Объем операций в рублях китайских банков превысил $18 млрд.

Если брать обслуживание взаимной торговли, то в первом полугодии 2015 г. около 6% российских экспортных контрактов были номинированы в национальных валютах. Показатель по импорту чуть больше - 12%. Усредненно получается, что доля национальных валют во взаимных расчетах составляет 8%. Да, это не 50%, но, тем не менее, и не 2%, как это было несколько лет назад.

Решение о взаиморасчетах, например в юанях, каждая конкретная компания принимает самостоятельно с учетом особенности коммерческой сделки, а также себестоимости привлекаемого банковского финансирования. Если речь идет о китайских банках, то стоимость их кредитов не всегда приемлема для российских компаний. Поэтому сейчас ведутся консультации с финансовыми учреждениями, чтобы сделать продукты, которые будут более востребованы российскими и китайскими компаниями. Дешевые кредиты в юанях создадут больше стимулов использовать эту валюту во взаиморасчетах.

Соглашение о валютных свопах между Россией и Китаем было подписано в том числе для создания необходимой ликвидности, которая могла бы использоваться российскими банками для предоставления российским компаниям кредитов в юанях и наоборот. Если компания на долгосрочной основе работает с Китаем, ей проще взять у российского банка юани и рассчитаться ими со своими контрагентами. Сейчас прорабатывается вопрос, как предоставлять российским банкам этот лимит, какие принципы будут использоваться для привлечения компаний. И самое главное, на каких финансовых условиях российские банки смогут выдавать такие кредиты в юанях, а китайские - в рублях. 20 октября в Санкт-Петербурге прошло очередное заседание подкомиссии по финансовому сотрудничеству, эта тема там обсуждалась.

- За последний год на российский рынок вышло несколько китайских игроков электронной коммерции. Видите ли Вы в этом больше плюсов или минусов для России?

- С точки зрения интересов конечных потребителей и развития свободной конкуренции, вижу только положительные моменты в приходе на российский рынок китайских торговых онлайн площадок. На первом этапе это может стать ударом для отечественных игроков, однако впоследствии создаст дополнительный стимул к качественному развитию. Всегда лучше соперничать с сильным - это заставляет становиться крепче.

Приход китайских игроков в Россию интересен еще и тем, что они попутно открывают рынок Китая для российских производителей: по этим каналам могут пойти встречные потоки отечественных товаров. Здесь, в Китае есть колоссальный потребительский спрос. В первую очередь, это касается российских продуктов питания: шоколада, меда, мороженого, колбас, напитков. Китайских потребителей могут заинтересовать и интересные, инновационные решения российских производителей. В частности, на площадке китайской Alibaba есть специальный проект для продвижения иностранных брендов и товаров на территории Китая, и российские производители также могут участвовать в нем.

На недавнем заседании подкомиссии по таможенному сотрудничеству обсуждались вопросы трансграничной электронной торговли. Таможенные службы двух стран смотрят позитивно на это явление, готовы оказывать содействие. При этом будет обеспечиваться четкий контроль, чтобы исключить злоупотребления. Не должны формироваться схемы, когда под видом розничной покупки создается оптовый заказ.

- Недавно компания Yota Devices договорилась с китайской ZTE о производстве российских смартфонов YotaPhone на мощностях в Китае. Какие еще компании заинтересованы в локализации производства российской продукции в Китае?

- Таких компаний, думаю, немало. Вопрос в другом: чтобы принять решение о локализации, нужно подготовить серьезные технико-экономические обоснования и понять, будет ли эта продукция здесь востребована. Кроме того, в Китае постоянно растет себестоимость производства, что неминуемо сказывается на конкурентоспособности произведенных в стране товаров. В Китае ажиотажный спрос на смартфоны, пользователи постоянно меняют модели по мере выхода новинок на рынок. Рынок покажет реальный спрос на эту продукцию.

Думаю, что хороший шанс есть у российских высокотехнологичных предприятий, обладающих современным, инновационным продуктом - Китай предъявляет серьезный спрос на такие товары. Есть у партнеров и потребность в международной кооперации, так как, несмотря на серьезный прорыв в инновационном развитии, страна далеко еще не все может производить самостоятельно. Речь, частности, может идти об IT-продуктах, программном обеспечении. Сейчас на этом направлении активно работает российская ABBYY Production. Буквально на днях при нашем содействии в Шанхае прошла презентация этой компании. Их активно поддерживает Российская венчурная компания (РВК). Кроме того, в Китае представлена пермская компания Prognoz, которая делает программные решения для промышленных предприятий. Не говоря уже об успешном опыте Касперского. В нашем портфеле заявок есть еще ряд таких компаний, которые предлагают продукты по автоматизации производства для металлургии и других крупных промышленных секторов.

Что касается промышленной сферы, есть интересный проект в области алюминиевой промышленности. Это группа компаний "Ви Холдинг", они ведут свой бизнес в провинции Хэнань достаточно давно. Создан ряд современных предприятий, суммарно объем капиталовложений группы в Китай уже превысил $3 млрд.

Насчитывается не один десяток российских компаний, которые хотят работать в Китае, потому что локализация - это возможность упрощенного выхода на рынок. Если готовая продукция "не проходит", можно подумать о том, чтобы здесь организовать производство.

На днях вице-губернатор провинции Хэйлунцзян рассказал, что они для себя не видят проблемы, если мы будем разделять компетенции. По его мнению, необязательно производить в Китае полностью готовое изделие. Стоит проанализировать конкурентные преимущества российских предприятий, для начала приграничных (это обусловлено удобной и дешевой логистикой), и, например, часть изделия производить в России, а окончательную сборку - в Китае. Договорились, что китайские коллеги проанализируют производственную структуру своих предприятий на предмет выявления тех элементов взаимодействия, которые могли бы быть интересны китайским промышленникам. Мы со своей стороны вместе с регионами на Дальнем Востоке для начала, могли бы понять, какие у нас есть компетенции и попытаться сопрячь промышленную кооперацию на примере отдельно взятых территорий.

- Ранее был подписан меморандум о создании российско-китайского альянса экономического развития сотрудничества "Шелковый Путь". Каковы основные направления деятельности по данному документу? На какой срок он рассчитан?

- В мае было принято решение о сопряжении важных интеграционных процессов-развития Евразийского экономического союза (ЕАЭС) и инициативы формирования "Экономического пояса Шелкового пути". Совместное заявление было подписано лидерами России и Китая. Но ЕАЭС - это пять стран, поэтому сейчас идет речь о том, чтобы в рамках договоренности развивать диалог именно в формате "5+1". У этого заявления нет определенных сроков, оно о принципиальной готовности работать над сопряжением. Сотрудничество будет созревать по мере формирования условий. В заявлении определены направления сотрудничества: создание максимально льготных условий для укрепления торговли, технологическая кооперация, инновации, совершенствование инфраструктуры.

В конце сентября в Пекине состоялись первые экспертные консультации научного сообщества, где представители всех пяти стран ЕАЭС и Китая обсудили предпосылки и возможные направления сотрудничества.

Эта работа будет серьезным дополнением к инвестиционному сотрудничеству в двустороннем формате. Задача - найти те направления и проекты, которые отвечают интересам всех стран ЕАЭС.

С точки зрения России очень важно в контексте сопряжения развитие международных транспортных коридоров "Приморье-1" и "Приморье-2". Мы также заинтересованы в максимальном использовании транзитного потенциала РФ. Это и Байкало-Амурская магистраль (БАМ), и Транссибирская магистраль (Транссиб). Есть программа по их модернизации, а подключение Китая в рамках инициативы развития "Экономического пояса Шелкового пути" может ускорить этот процесс. Уже есть товарные поезда, которые идут из Центрального и Восточного Китая в Европу через Казахстан и европейскую часть России. А северо-восточные провинции Китая (Хэйлунцзян, Цзилинь) заинтересованы в организации транзита через всю территорию нашей страны.

- В свое время СССР построил на севере Китая несколько предприятий. Недавно появилась информация, что они могут быть модернизированы с участием российской стороны. Действительно ли это так, и о каких предприятиях идет речь?

- Эта идея возникла еще в прошлом году в рамках подготовки к первому российско-китайскому ЭКСПО. Китайская сторона помнит помощь, которую Советский Союз оказал в первые годы становления КНР. При содействии советских специалистов закладывалась основа отраслей молодой экономики. Всего было сооружено 156 промышленных объектов, часть из них как раз в провинции Хэйлунцзян (автомобильные и тракторные заводы). Китайские коллеги предложили совместно с нашими профильными ведомствами найти в России те предприятия (если, конечно, они еще функционируют), которые в свое время участвовали в строительстве упомянутых объектов, и посмотреть, какие остались, может ли быть взаимовыгодная кооперация уже на современном этапе. Пока это только идея, без выхода на конкретные договоренности. Необходимо учитывать, что с момента создания промышленных объектов в Китае прошло уже больше полувека. Модернизация многих из тех предприятий проводилась без участия наших специалистов. Поэтому речь видимо должна идти о всестороннем анализе того, насколько технические стандарты и технологии сейчас совместимы, как может быть использовано российское оборудование или "ноу-хау".

- Какие основные вопросы российско-китайского экономического сотрудничества были обсуждены в рамках Второго Российско-китайского ЭКСПО?

- Российско-китайское ЭКСПО проводится уже второй год подряд. Это универсальная выставка достижений в экономике, в совместной кооперации. Насыщенная деловая программа (только в официальной программе - 13 мероприятий) позволяет рассмотреть самые актуальные аспекты двустороннего взаимодействии: торговля, таможенное сотрудничество, ветеринарный и фитосанитарный контроль. Была рассмотрена и другая важная тема - техническое регулирование. Вопрос совместимости, гармонизации стандартов напрямую связан с доступом на рынок, в том числе и российского оборудования в Китай.

Повышенное внимание было уделено сельскому хозяйству - это направление сейчас крайне актуально. У нас здесь есть определенные достижения, но пока еще не реализован потенциал с точки зрения поставок российской сельхозпродукции на рынок Китая, в частности свинины и говядины. За последние годы в России серьезно увеличился потенциал производства мясной продукции, были созданы современные агрохолдинги, и целый ряд отечественных предприятий проявляют большой интерес к поставкам на китайский рынок.

В настоящий момент такие поставки запрещены, компетентными ведомствами двух стран ведется напряженная работа по урегулированию вопросов доступа на рынок. В ближайшее время мы ждем инспекцию китайских специалистов в Россию на ряд предприятий. Это обязательная процедура, предполагающая, в частности, оценку технологии производства и переработки. Надеемся, что после завершения этой работы начнутся первые поставки российской продукции. До конца года должны также выйти на договоренности о поставках в Китай зерновой продукции из России.

Кроме сельского хозяйства, рассматривались вопросы углубления сотрудничества в области освоения лесных ресурсов с упором на их глубокую переработку на территории нашей страны.

Тема транспортной доступности и трансграничного сообщения особенно актуальна здесь, на северо-востоке Китая. Поэтому на ЭКСПО были представлены проекты в области портового хозяйства, дорожного и мостового сообщения для совместного инвестирования с китайскими партерами.

Еще одно направление - это инновации и высокие технологии. На ЭКСПО прошло заседание Российско-Китайской палаты по содействию торговле машинно-технической и инновационной продукцией. На российской экспозиции свои проекты представили РОСНАНО, Швабе, Объединенная двигателестроительная корпорация и "Вертолеты России". Заключено соглашение о сотрудничество в области спутников гражданского назначения.

Взаимный интерес, несомненно, растет. Убежден, что Третье Российско-Китайское ЭКСПО, которое пройдет в следующем году уже в России, будет не менее успешным.

Беседовали Алексей Селищев, Ксения Петрова

Россия. Китай > Внешэкономсвязи, политика > economy.gov.ru, 23 октября 2015 > № 1528457 Алексей Груздев


Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > russian.china.org.cn, 30 декабря 2014 > № 1265766 Алексей Груздев

Торгпред России в Китае: надежное стратегическое партнерство с Китаем -- один из факторов "запаса прочности" для преодоления экономических затруднений в России

К концу 2014 года торговый представитель РФ в Китае Алексей Груздев дал эксклюзивное интервью корр. агентства Синьхуа по вопросам об успехах торгово-экономического сотрудничества двух стран в уходящем году и возможной роли Китая в преодолении экономических затруднений в России.

Синьхуа: Охарактеризуйте нынешнее состояние российско-китайского торгово-экономического сотрудничества.

А. Груздев: Большинство экспертов сходятся в мнении о том, что российско-китайские отношения сейчас переживают один из лучших периодов в своей истории. Действительно, несмотря на многочисленные факторы неопределенности в мировой экономике, сложную геополитическую ситуацию, неприкрытое внешнее давление на российскую экономику с использованием нерыночных методов, в целом российско-китайское торгово-экономическое сотрудничество на протяжении всего 2014 г. сохраняло тенденцию к устойчивому развитию. Положительная динамика отмечается как в торговле товарами и услугами, так и в инвестиционной сфере.

Согласно данным российской таможенной статистики, товарооборот между нашими странами за январь-октябрь вырос на 3 проц и составил 72,3 млрд.долл. При этом отмечается существенный рост российского экспорта в Китай -- 10,3 проц. По данным же китайской статистики, взаимная торговля в обозначенный период росла еще более уверенными темпами -- 7,1 проц, и ее объем оставил 78,9 млрд. долл. А по итогам 11 месяцев мы уже вышли на уровень 86,7 млрд. долл. с ростом в 6,9 проц.

Следует также отметить, что темпы прироста российско-китайской торговли выше средних показателей в торговле Китая с другими странами.

По прогнозным оценкам, к концу 2014 г. товарооборот между Россией и Китаем превысит рубеж в 90 млрд. долл., что создаст хорошую основу для достижения в 2015 году индикативного показателя 100 млрд. долл., который был ранее обозначен руководителями наших стран.

Синьхуа: На фоне украинского кризиса и замедления темпов роста российской экономики, наше экономическое сотрудничество получило стабильное развитие. По вашему мнению, благодаря чему удалось этого добиться?

А. Груздев: Российская экономика в настоящее время испытывает определенные трудности, темпы экономического роста действительно замедлились. Факторов несколько -- это и падение мировых цен на нефть, и экономические санкции со стороны западных стран, девальвация национальной валюты. В этих условиях, как отметил президент России В. Путин, нам необходимо сформировать дополнительный "запас прочности". И одним из факторов такой "прочности", на мой взгляд, могут выступать российско-китайские отношения, которые приобрели за последние годы характер стратегического партнерства.

Взаимное доверие и поддержка в трудную минуту -- вот основные критерии, благодаря которым наше экономическое сотрудничество успешно развивается в сложной геополитической ситуации на принципах равноправия, взаимодополняемости и взаимной выгоды.

Наглядным подтверждением приверженности двух стран к дальнейшему укреплению всего комплекса взаимоотношений явилось подписание лидерами 20 мая этого года в Шанхае совместного заявления о новом этапе отношений всеобъемлющего партнерства и стратегического взаимодействия, заложившего основу для всестороннего развития сотрудничества на среднесрочную перспективу.

Многое было сделано на межправительственном уровне. В целях укрепления торгово-экономического сотрудничества в различных секторах экономики в этом году была учреждена Подкомиссия по сельскому хозяйству в рамках Комиссии по подготовке регулярных встреч глав правительств России и Китая, достигнута договоренность на уровне Министерства промышленности и торговли Российской Федерации и Министерства промышленности и информатизации КНР о создании Подкомиссии по промышленности путем преобразования ныне действующей Подкомиссии по сотрудничеству в области гражданской авиации и гражданского авиастроения, начала работу Рабочая группа высокого уровня по контролю за реализацией стратегических проектов экономического сотрудничества. С этого же года начались консультации по возможному участию китайских компаний в инвестиционных проектах на территории Дальнего Востока России, призванных содействовать подъему и ускоренному экономическому развитию этого региона.

Для укрепления контактов между предпринимателями двух стран мы впервые в этом году провели совместное Российско-китайское ЭКСПО в Харбине и договорились продолжить эту успешную практику.

В интересах развития взаимной торговли и расширения расчетов в национальных валютах между Центральным банком России и Народным банком Китая заключено соглашение о валютных свопах. По решению глав государств учреждена отдельная межправительственная комиссия по инвестиционному сотрудничеству.

Все эти шаги, наравне с постоянно возрастающим взаимным интересом деловых кругов России и Китая, существенно укрепили торгово-экономические связи между нашими странами.

Синьхуа: Что может сделать китайская сторона для того, чтобы Россия вышла из трудного положения?

А. Груздев: Оставаться надежным, стратегическим партнером, таким, каким ваша страна являлась и является сейчас для России. Китай занимает первое место в списке ключевых торговых партнеров нашей страны, четвертое место в рейтинге ведущих иностранных инвесторов.

Сейчас Россия заинтересована в импортных поставках современной, высокотехнологичной продукции, аналоги которой пока не производятся в нашей стране, в развитии промышленной кооперации, в углублении сотрудничества в сельском хозяйстве, в привлечении инвестиций для реализации масштабных инфраструктурных проектов. Кредитные учреждения и коммерческие компании заинтересованы в привлечении доступного финансирования.

Но при этом речь идет отнюдь не о гуманитарной помощи, а о партнерском взаимодействии на взаимоприемлемых и взаимовыгодных началах.

Синьхуа: Какие основные перспективные направления сотрудничества в будущем?

А. Груздев: Говоря о перспективах развития российско-китайских экономических отношений, я бы выделил следующие ключевые, на мой взгляд, направления:

-- взаимная торговля товарами и услугами с приоритетным использованием национальных валют;

-- сотрудничество в энергетической сфере, как традиционной, так и нетрадиционной /атомная энергетика, возобновляемые источники энергии/;

-- инвестиционное сотрудничество;

-- научно-техническое сотрудничество в сфере инноваций;

-- сотрудничество в сфере модернизации промышленного производства;

-- взаимодействие в высокотехнологичных секторах -- авиа- и судостроение, IT, радиоэлектроника, космос, фармацевтика и пр.

Синьхуа: Каковы основные проблемы, которые могут препятствовать экономическому сотрудничеству?

А. Груздев: Как я уже упоминал, одним из приоритетов экономического сотрудничества является расширение взаимной торговли товарами и услугами.

Наращиванию объемов товарооборота между нашими странами препятствуют торговые ограничения в виде антидемпинговых пошлин и технических барьеров. В настоящее время в Китае действуют антидемпинговые пошлины в отношении 5 видов российской продукции химического и металлургического сектора. Установлены технические барьеры в отношении российской зерновой продукции. Устранение торговых барьеров, несомненно, окажет положительное воздействие на развитие торговли.

Другим стимулирующим фактором может послужить более активное использование национальных валют при внешнеторговых сделках. В октябре 2014 г. между центральными банками наших стран заключено соглашение о валютном свопе объёмом 150 млрд. юаней /24,4 млрд. долл./. Вместе с тем, использование национальных валют во взаимных расчетах пока еще недостаточно активно -- в среднем не превышает 8 проц от суммарного товарооборота.

В целом, считаю, что предпринятые нашими странами действия позволят ограничить зависимость от доллара и евро при внешнеторговых операциях и сократить финансовые издержки российских и китайских компаний.

Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > russian.china.org.cn, 30 декабря 2014 > № 1265766 Алексей Груздев


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter