Всего новостей: 2319600, выбрано 3 за 0.002 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Гусман Михаил в отраслях: Приватизация, инвестицииВнешэкономсвязи, политикаСМИ, ИТОбразование, наукавсе
Россия > Образование, наука. СМИ, ИТ > fadm.gov.ru, 7 августа 2017 > № 2267824 Михаил Гусман

Михаил Гусман: Борьба за общественное мнение — нормальная часть нашей жизни

Образовательная программа смены молодых политологов и социологов на «Территории смыслов» стартовала со встречи с первым заместителем генерального директора ТАСС Михаилом Гусманом. Участники площадки расспросили гостя о его видении информационной политики государственных медиа, их влиянии на общественное мнение и ответственном отношении к работе с информацией.

По словам Гусмана, формирование общественного мнения является сегодня естественным процессом.

«Борьба за общественное мнение — нормальная часть нашей жизни. Она не только может, но и должна существовать. Другое дело, что вести её нужно честными методами», — сказал первый заместитель гендиректора ТАСС.

Михаил Гусман также подчеркнул, что «ключевая задача информационного агентства сегодня — ничего не замалчивать».

Гость форума предостерёг молодых людей от угроз «анонимной информации».

«Информация в наше время тоже стало оружием. А медиа или СМИ теперь являются видами такого оружия. За профессиональной информацией, прежде всего, должна идти персональная ответственность. В этом плане анонимная информация очень опасна. Именно поэтому я призываю вас с максимальной ответственностью относиться к тому, чем вы занимаетесь», — отметил Гусман.

Один из участников площадки поинтересовался у Михаила Гусмана его отношением к ситуации вокруг ещё не вышедшего в прокат художественного фильма «Матильда» режиссёра Алексея Учителя.

«Я никак не отношусь к фильму «Матильда», потому что не видел его. Считаю, что крайне неприлично говорить о том, чего не видел. Пойти на него собираюсь обязательно. В этом смысле мы с госпожой Поклонской принципиально расходимся», — сказал Гусман.

Напомним, Всероссийский молодёжный образовательный форум «Территория смыслов на Клязьме» проходит во Владимирской области с 27 июня по 20 августа 2017 года. В этом году площадка принимает 7 тематических смен.

Партнёрами смены «Молодые политологи и социологи» являются Всероссийский центр изучения общественного мнения, Фонд «Общественное мнение», Московский государственный университет имени М. В. Ломоносова и Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики».

Организатором форума «Территория смыслов на Клязьме» выступает Федеральное агентство по делам молодежи.

Россия > Образование, наука. СМИ, ИТ > fadm.gov.ru, 7 августа 2017 > № 2267824 Михаил Гусман


Россия > СМИ, ИТ > russiancouncil.ru, 22 апреля 2016 > № 1769709 Михаил Гусман

Михаил Гусман о профессиональной журналистике без рецептов

На полях семинара, посвященного отношениям России и ЕС, редактор рубрики «Свой взгляд» Мария Смекалова встретилась с первым заместителем Генерального директора ИА ТАСС Михаилом Гусманом. Он рассказал, почему Россия и Европа сталкиваются с трудностями в отношениях, есть ли у России «мягкая сила» и какие бывают журналисты.

Поделитесь, пожалуйста, своими впечатлениями от семинара «Отношения Россия-ЕС в период председательства Нидерландов в Совете ЕС»

Сегодняшняя дискуссия крайне важна. То, что Российский совет по международным делам собрал столь представительный состав участников: и послов стран Европы, и посла Евросоюза, господина Ушацкаса, и российских спикеров очень высокого уровня, и представителей МИДа и академической общественности. Это люди, которые десятилетиями занимаются проблемами Европы и европейской безопасности. И мы, и европейцы нуждаемся в подобного рода дискуссиях, попытках прояснить позиции. Я хотел бы поблагодарить Игоря Сергеевича Иванова вместе с коллегами из Евросоюза за инициативу круглого стола, значение которого выходит далеко за рамки простого академического семинара.

Тема прошедшего мероприятия — отношения России и ЕС. Россия — это часть Европы?

Россия, конечно, — часть Европы. Этот вопрос носит больше иронический, чем подлинный характер. Для этого достаточно посмотреть на карту мира. Очень большая часть территории России находится на азиатском континенте, но в экономические и политические центры, включая Москву и Санкт-Петербург, сконцентрированы в Европе. Достаточно вспомнить выражение о том, что Петр прорубил окно в Европу, строя Санкт-Петербург — оно указывает на европейский вектор нашего развития. У России нет поворота к Азии, как говорят некоторые мои коллеги. У нас прекрасная многовекторная политика с очень активными, интересными проектами и программами на азиатском направлении. Тем не менее европейское сотрудничество никто не сворачивал и не собирается. Другое дело, что его сейчас осложняет целый ряд обстоятельств, которые всем известны. С нашей стороны мы всегда готовы развивать европейский вектор сотрудничества по экономическому, политическому, гуманитарному направлениям.

Насколько важен раскол в ценностях, с которым мы сейчас сталкиваемся?

Я бы сказал, что это не столько раскол в ценностях, сколько расхождение в их понимании и расстановке приоритетов. Нас с европейцами объединяют одни и те же ценности, но мы их расставляем в разном порядке. Одни вопросы у европейцев находятся на более высоком уровне восприятия, другие — на более низком. Разумеется, у нас могут быть какие-то расхождения. Можно провести условную аналогию — и католики, и православные исповедуют христианство, и это главное, а дальше начинается разделение по канонам и церковным правилам. Эта аура переносится и на политические вопросы.

Говорят, что Россия «растеряла свой потенциал “мягкой силы”». Вы согласны с этим утверждением?

Я считаю, что правильно говорят. Российской «мягкой силы» очень не хватает на уровне академических встреч, конференций и общественных диалогов. Эта нехватка также переносится и в культурную сферу. Кстати, в советский период (я хорошо помню то время) когда российско-европейские взаимоотношения переживали очень серьезные проблемы, очень большое значение придавалось именно «мягкой силе». При этом мне не нравится само словосочетание «мягкая сила» — это, скорее, развитие разного рода общественных, культурных, гуманитарных контактов. Это направление нам необходимо активно развивать.

Существует ли рецепт успешного интервью?

У каждого свои рецепты. В отличие от врачей, которые для лечения определенных болезней должны выписывать одни и те же лекарства, каждый интервьюер обладает набором своих маленьких секретов и определенным видением. Меня часто спрашивают, как я оцениваю успешность того или иного интервью, и я даю очень простой ответ. Если я вижу, что встреча идет к концу и все заготовленные вопросы заданы, а мой собеседник не хочет меня покидать, и ему хочется продолжать разговор, то это значит, что интервью состоялось.

А есть ли табу при проведении интервью? Что ни в коем случае нельзя делать?

Это опять-таки строго индивидуально. Давайте снова проведем параллель между интервьюером и медиком. У врачей разные специальности: хирурги, терапевты, есть врачи-патологоанатомы, есть врачи-гинекологи, дантисты. Вот у нас в профессии (журналистике прим. ред.) тоже есть некоторые нейрохирурги, которые черепушку вскрывают. Есть журналисты, которых я называю гинекологами — они интересуются прежде всего ориентацией и вопросами личной жизни. Есть, кстати, журналисты-патологоанатомы тоже. Допустим, некий политик стал политическим трупом, и они начинают его резать вдоль и поперек — это уже не представляет никакой сложности и, на мой взгляд, большого интереса. Поскольку мой отец был врачом-терапевтом, я по своим журналистским наклонностям тоже терапевт. Чтобы понять своего собеседника, мне не нужен скальпель или особенное оборудование. Я по-старинному — ухо к сердцу и стараюсь понять человека.

Какие интервью вам давались тяжелее всего?

Я всегда готовлюсь одинаково тщательно. Я провел более трехсот пятидесяти интервью, и среди них было немало очень тяжелых и по атмосфере, и иногда по настроению собеседника. В свое время меня очень сильно потряс премьер-министр Великобритании Тони Блэр. У нас было назначено интервью на Даунинг-стрит, 10 на 18 часов. Целый день по телевизору показывали, как его рвали на куски в Вестминстерском аббатстве во время слушаний в парламенте — от него только пух и перья летели. Я про себя подумал, что, скорее всего, он не придет на интервью, потому что после такого страшного дня ему, вероятно, захочется просто прийти в себя. Однако к его чести, он пришел на интервью, как ни в чём не бывало, с улыбкой, как будто за плечами не было этого сложнейшего дня, проведенного в жарких дискуссиях в парламенте. Для меня это пример того, как политик должен уметь переключаться.

Часто говорят, что политики бывают по профессии, бывают — по призванию. Можно ли то же самое сказать про журналистов?

Безусловно, талант нужен в любой профессии. Есть много профессиональных журналистов, но в них нет искры божьей. А искра божья нужна в любом деле.

А как вы относитесь к набирающей популярность так называемой гражданской журналистике?

Для меня журналистика — это профессия. Здесь тоже можно провести параллель, но уже с театром. Есть театр, а есть студенческие объединения, есть уличные труппы, кружки самодеятельности — это все замечательное приложение человеческих творческих возможностей. Однако театр как храм искусства — это классический профессиональный театр. Артист — это профессия, при этом есть замечательные артисты-любители. Певец — это также профессия, и если кто-то любит петь у себя в ванной, то это не значит, что он должен выступать в Ла Скала.

Что касается социальных сетей — это не журналистика вовсе. Это замечательное приложение человеческих творческих сил, энергии, мозгов, желания коммуницировать. Но опять-таки это не журналистика.

Сейчас динамика показывает, что люди меньше стали смотреть телевизор, особенно в столице. Как Вы считаете, причина только в том, что люди больше заняты и удобнее что-то посмотреть в Интернете, или в качестве продукта?

Во-первых, я не согласен, что телевидение теряет популярность. Есть огромный слой людей, особенно среднего, старшего поколения, который не оторвешь от телевидения. Возможно, молодежь смотрит меньше, но молодежь тоже постепенно становится не молодежью. Помните, в фильме «Москва слезам не верит» один из героев говорил, что скоро ничего не будет, останется одно телевидение. Вот ничего не будет, театра не будет. Выяснилось, что и театр остался, и телевидение осталось. Я думаю, что телевидению еще жить долгие-долгие годы. Другое дело, что человек сможет программировать сам для себя телевизионный вечер, он не будет привязан к одному каналу, а будет составлять программу из набора каналов. Я думаю, что телевидение как форма донесения до человека определенных культурных и информационных продуктов останется на долгие годы.

Работая в ТАСС, где Вы сами читаете новости?

Понимаете, есть точная формула: то, о чем не сообщил ТАСС, не существует в природе.

Россия > СМИ, ИТ > russiancouncil.ru, 22 апреля 2016 > № 1769709 Михаил Гусман


Россия. Азербайджан > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 7 апреля 2016 > № 1713833 Сергей Лавров, Михаил Гусман

Интервью Министра иностранных дел России С.В.Лаврова Первому заместителю генерального директора информагентства ТАСС М.С.Гусману, Баку

Вопрос: Сейчас ведется трехсторонняя работа министров иностранных дел России, Азербайджана и Ирана. Это новый, но давно запланированный формат. Как я понимаю, события в Нагорном Карабахе слегка поменяли повестку дня. Вчера сразу по прибытии в Баку Вы встретились с Президентом Азербайджана И.Г.Алиевым. Смею предположить, что ситуация в Нагорном Карабахе была основной темой вашей беседы. Не могли бы Вы рассказать об основном содержании Вашего разговора с И.Г.Алиевым? Какие выходы из сложившейся ситуации Вы видите?

С.В.Лавров: К тому времени, как мы встречались с И.Г.Алиевым сразу после приезда в Баку, ситуация уже стабилизировалась. Вы знаете, что Президент России В.В.Путин общался по телефону со своими коллегами в Азербайджане и Армении, Председатель Правительства России Д.А.Медведев прибывает в Ереван, сегодня и завтра будет в Баку. На уровне начальников генеральных штабов Азербайджана, Армении и России была достигнута договоренность (мы посредничали в этом процессе) о прекращении боевых действий. Было объявлено прекращение огня, которое сейчас в целом соблюдается. Мы следим за ситуацией. Главное, что обе стороны подтвердили свою приверженность этому режиму.

Вчера мы зафиксировали состояние дел в этом ключе. Сегодня у нас продолжится разговор на уровне министров иностранных дел. Помимо трехсторонней, будет двусторонняя встреча с Министром иностранных дел Азербайджана Э.М.Мамедъяровым, а завтра в Москве, где будет проходить заседание СМИД СНГ, состоится давно запланированная встреча с Министром иностранных дел Армении Э.А.Налбандяном.

Главная задача сейчас – не допустить вновь всплеска насилия. Вчера мы обсуждали с Президентом Азербайджана И.Г.Алиевым (надеюсь, это будет обсуждаться и с участием армянской стороны), что очень важно вернуться к тем идеям, которые были закреплены в совместных заявлениях России, Азербайджана и Армении еще три-четыре года назад, когда проходили встречи с участием президентов наших стран. Помимо усилий на треке политического урегулирования, поиска договоренности о том, как быть с разблокированием всей этой ситуации в принципе, там обсуждались вопросы, связанные с мерами доверия на линии соприкосновения, имея в виду наличие убитых. Были случаи, которые заканчивались жертвами с обеих сторон, были люди, взятые в плен, нужно обменяться телами убитых. Потом была идея развести снайперов на линии соприкосновения. Очень рискованно, когда люди смотрят в прицелы и видят друг друга каждый час, каждую минуту – у кого-то не выдерживают нервы. Такие шаги давно были запланированы.

По договоренности президентов Азербайджана, Армении и России, ОБСЕ вместе с сопредседателями Минской группы (помимо России, это Франция и США) занималась подготовкой конкретных шагов. Есть даже пока еще не одобренный до конца документ, но он существует, и над ним работают уже несколько лет. Полагаю, что нынешняя ситуация подстегнет всех нас и заставит поскорее одобрить и ввести в действие эти меры.

Вчера в ходе встречи с И.Г.Алиевым я затрагивал эту тему. Он поддержал такой подход при понимании, что мы будем вводить эти меры не для увековечения статуса-кво (этого никто не хочет), а для того, чтобы сейчас стабилизировать и нормализовать ситуацию, создать более благоприятную атмосферу для политического процесса, в рамках которого Россия, помимо усилий трех сопредседателей с нашими американскими и французскими партнерами, предпринимает и собственные инициативы.

Президент России В.В.Путин, а до него Президент Д.А.Медведев активно продвигали различные идеи, которые позволят разблокировать ситуацию через освобождение районов вокруг Карабаха при одновременном решении вопроса о его статусе. Не буду вдаваться в детали, но несколько вариантов остаются на столе переговоров. Вчера на встрече с Президентом Азербайджана мы тоже касались этого вопроса. Будем продолжать наши усилия.

Вопрос: Вы будете проводить совещание с министрами иностранных дел Ирана и Азербайджана. Почему возник такой формат, и чего Вы ждете от этой встречи? Не станет ли она прологом возможной встречи глав трех государств?

С.В.Лавров: С Азербайджаном и Ираном мы имеем очень давние, тесные, добрые, дружественные отношения стратегического партнерства. Повестка дня наших двусторонних контактов с Баку и Тегераном охватывает экономику, политический диалог, вопросы безопасности, борьбу с терроризмом, наркотрафиком, сотрудничество на Каспии, инфраструктурные проекты. В ходе недавних телефонных контактов президентов Азербайджана и России И.Г.Алиев предложил В.В.Путину собрать такой трехсторонний формат, чтобы посмотреть, как мы можем обсудить втроем взаимоперекликающиеся темы. Было решено, что идея саммита в принципе одобрена, и для его подготовки соберутся министры иностранных дел (что мы и делаем сегодня в Баку) и обсудят основные области, в которых наши три страны могут дополнять свои двусторонние контакты трехсторонним взаимодействием. Как я сказал, уже ясно, что это будут вопросы безопасности, в том числе в регионе, сотрудничества по пресечению трафика боевиков-террористов, а также трафика наркодельцов, осуществляемого в этом регионе, безопасности в общем плане, борьбы с оргпреступностью, сотрудничества на Каспии, где мы работаем над пятисторонней конвенцией с участием всех прибрежных государств (вчера и сегодня эксперты в Баку продолжали работать над конвенцией). Помимо пятистороннего процесса работы над юридическим документом о статусе Каспия, у нас есть взаимные проекты с Азербайджаном и Ираном. Это может быть более интенсивное использование портов, туризма и его продвижение между собранными в этой «тройке» странами. Конечно, инфраструктурные проекты давно обсуждаются в контексте международного коридора «Север-Юг», в котором заинтересованы около двадцати стран, которые уже под этим подписались, начиная от Индии и до скандинавских стран.

Железнодорожники России, Ирана и Азербайджана работают, в частности, над участком Решт-Астара, который проходит в основном по иранской территории. В случае его создания железнодорожный маршрут «Север-Юг» обретет уже очертания завершенности и, повторю, будет выгодно использоваться многими странами. Мы заинтересованы проработать возможности нашего участия, и это сегодня тоже будет обсуждаться. Затем, конечно, подключатся уже специалисты из министерств транспорта, таможенных органов, разумеется, железнодорожники.

Еще один большой блок – гуманитарные и культурные связи, связи между регионами России, Азербайджана и Ирана, которые давно и интенсивно осуществляются по двусторонним каналам. Есть очевидный интерес к тому, чтобы сотрудничество дополнялось и трехсторонними мероприятиями.

По итогам сегодняшней встречи я надеюсь, что мы примем итоговое коммюнике и будем докладывать нашим руководителям, имея в виду их интерес, который они уже обозначили. По итогам нашего сегодняшнего трехстороннего заседания доложим наши соображения, а президенты уже будут принимать решения. Цель саммита поставлена.

Вопрос: Вы коснулись каспийской тематики. Россия, Азербайджан, Иран, каспийские государства. Есть пятисторонний формат. Ожидается саммит в Казахстане. Вы говорили о том, что эксперты сейчас готовят документы. Каковы перспективы подписания долгожданного всеобъемлющего документа по Каспию на предстоящем саммите в Казахстане?

С.В.Лавров: Перспективы обозначены президентами полтора года назад в Астрахани на предыдущем саммите пяти каспийских государств. Следующий состоится в Астане. Взят прицел на то, чтобы завершить к этому саммиту многолетнюю работу над Конвенцией «О правовом статусе Каспия». Прогресс налицо. Около полудюжины вопросов, которые долгие годы оставались спорными, сейчас «закрыты» на уровне экспертов. Остается два-три главных вопроса, не буду вдаваться в детали. Состоится еще не одна экспертная встреча. Затем летом пройдет встреча министров иностранных дел каспийской «пятерки», на которой мы сможем понять, о каких сроках может идти речь в том, что касается созыва саммита и подписания Конвенции. Прицел взят на то, чтобы созывать саммит, когда будет поставлена точка по всем проблемным аспектам этого документа. Повторю, там еще остаются два-три вопроса.

Вопрос: Недавно МИД России четко сформулировал свою позицию о реформах СНГ, о которых сейчас много разговоров. Речь идет об определенных изменениях, корректировках в деятельности тех или иных институтов СНГ. Как Вы видите в этом контексте предстоящую встречу с министрами? Какова в данном случае позиция России именно в аспекте развития СНГ?

С.В.Лавров: Никакие формы сотрудничества не бывают застывшими. Любая организация, если она дееспособная и активно работает, – это живой организм, который понимает, что конкретно на данном этапе необходимо сделать для более эффективной деятельности. Это в полной мере относится и к СНГ. Мы видим реформы не как какой-то лист бумаги, на котором будет написано «создать новый орган, упразднить старый». Это гораздо более тонкая настройка.

На постсоветском пространстве много структур. Это верно. Появился Евразийский Экономический Союз (ЕАЭС), очень эффективно и активно действует Организация Договора о коллективной безопасности (ОДКБ). Многие наши коллеги говорят, о том, что может быть не стоит дублировать экономическое сотрудничество в ЕАЭС и СНГ. То же самое касается вопросов безопасности. Казалось бы, зачем обсуждать их в СНГ, когда есть ОДКБ. Дело в том, что в ОДКБ и ЕАЭС включены не все страны СНГ, например, Азербайджан не входит ни в ЕАЭС, ни в ОДКБ. Хотя, надеюсь, что эта ситуация может измениться. Но, тем не менее, сейчас несколько постсоветских стран не являются членами этих продвинутых интеграционных объединений в сферах экономики и безопасности. Но в СНГ есть зона свободной торговли, в которую входят не пять, как в ЕАЭС, а девять стран. Потерять ее было бы неправильно, потому что это нанесло бы ущерб интересам стран, включая Россию, которые входят в зону свободной торговли. В СНГ есть структуры, которые посвящены совместной борьбе с общими угрозами, например Совет командующих пограничными войсками. Если брать формальную логику, то все вопросы безопасности необходимо сконцентрировать в рамках ОДКБ. Такие структуры, например, как Совет министров внутренних дел стран СНГ, пограничники занимаются очень конкретными вещами. Здесь дело не в том, что это какая-то искусственная конструкция. Угнанные автомобили, которые надо искать по всему бывшему Советскому Союзу, наркотрафик, просто перемещение лиц, которые находятся в розыске – это все очень предметные вещи, о них мало кто знает, потому что это будничная работа людей из соответствующих министерств. Но это очень важная составляющая нормального функционирования всех наших государств. Поэтому мы будем смотреть на штат Секретариата СНГ, на структуру органов. Какие-то органы, наверняка, можно собирать пореже или объединить с какими-то другими. Но это все должно строится по принципу, чтобы «с лишней водой не выплеснуть ребенка». Надеюсь, что мы будем ориентироваться именно на это, в том числе, когда эти вопросы будут рассматриваться в Москве на заседании Совета министров иностранных дел стран СНГ.

Вопрос: Несколько часов назад были опубликованы результаты референдума, который прошел в Нидерландах, по отношению жителей этой страны к Ассоциации Украины с Евросоюзом. Как показывают результаты не экзит полов, а уже подсчитанных голосов, референдум признан состоявшимся – 32% голландцев приняли в нем участие и более 60% проголосовали против Ассоциации Украины с ЕС. Насколько ожидаемы были эти результаты? Как Вы их оцениваете? Как я понимаю, юридический тупик для Нидерландов?

С.В.Лавров: Это внутреннее дело Нидерландов. Референдум – это механизм демократии. Нидерланды его организовали в соответствии со своими законами, когда поступило определенное количество подписей граждан, предложивших провести такой референдум. Результаты референдума – это результаты для голландского правительства. Как я понимаю, это совещательный референдум, не имеющий обязательного характера. Я смотрел сегодня выступление Министра иностранных дел Нидерландов, моего коллеги, который сказал, что правительство будет анализировать, учитывать его итоги в своей практической деятельности, и сделает выводы в том, что касается дальнейших шагов в отношении между Нидерландами, Евросоюзом и Украиной. Мы не вмешиваемся в этот процесс.

Когда готовился референдум, нас пытались обвинять в том, что мы кого-то агитируем голосовать против. На самом деле там была колоссальная кампания со стороны официальных киевских властей и очень многих западных покровителей украинской власти. Они очень сильно «обрабатывали» население. Мы вообще «ни сном, ни духом» не касались этой проблемы, потому что были уверены, что не надо вмешиваться в процессы, которые называются демократическими. Поэтому мы имеем то, что имеем. Я не знаю, как Европейский Союз будет дальше действовать, это не наш вопрос.

У нас всегда была очень простая позиция в отношении связей, которые развиваются между нашими соседями и Евросоюзом. Мы все это приветствуем. Каждая страна развивает социальные, экономические и прочие контакты со своими зарубежными партнерами, исходя из своих интересов. Единственное, о чем мы говорили, что в тех случаях, когда вырабатываемые с третьими странами договоренности затрагивают обязательства, имеющиеся между нашим соседом и Россией, необходимо, конечно, гармонизировать те и другие вопросы. Так было в ситуации, когда Украина готовила соглашение об Ассоциации – Президент Украины В.Ф.Янукович увидел, что обязательства в рамках зоны свободной торговли СНГ вступают в некоторые противоречия с частью обязательств, которые Украине придется взять на себя, подписав соглашение об Ассоциации. Для того, чтобы эти обязательства примирить и снять эти противоречия, он взял паузу, что сразу же привело в итоге к удавшимся попыткам осуществить государственный переворот. Понятно, что это был только повод, многие спекулировали на том, что В.Ф.Янукович якобы предал европейские идеалы, подорвал мечту украинского народа. Это демагогия, и всем это было понятно.

Но впоследствии новый руководитель Украины П.А.Порошенко вместе с немцами, французами, руководством Еврокомиссии договорился с нами, что будет специальный процесс, который будет нацелен на то, чтобы гармонизировать обязательства Украины в рамках зоны свободной торговли СНГ, и что ей необходимо делать, раскрывая свои рынки для товаров стран Евросоюза. К сожалению, эти договоренности ничем не закончились. Мы относимся к этому философски. Мы ввели те защитные меры, которые имеем право вводить на основе принципов ВТО, когда наши торговые режимы с Украиной подверглись рискам из-за того, что между Украиной и Европейским Союзом были приняты несогласованные решения. Нашей конечной целью, конечно же, остается продвижение идеи общеевропейского, экономического, социального, гуманитарного пространства.

Еще прошлой осенью Евразийская экономическая комиссия через свой аппарат, через коллегию ЕАЭС направила предложения в Европейскую комиссию. Совсем недавно, спустя более 4-х месяцев, к сожалению, но тем не менее, Председатель Еврокомиссии Ж.-К.Юнкер ответил, что он поддерживает идею развития контактов между Евразийским экономическим союзом и Европейским союзом. Ему еще предстоит принять соответствующее решение. Пока окончательной ясности нет, но концептуально он идею поддерживает. Мы остаемся ей верны. Я думаю, что в русле гармонизации интеграционных процессов на Западе Европы и на Евразийском пространстве мы можем активно решать вопросы с выгодой для всех участников.

Россия. Азербайджан > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 7 апреля 2016 > № 1713833 Сергей Лавров, Михаил Гусман


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter