Всего новостей: 2256868, выбрано 1 за 0.000 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Драге Бертран в отраслях: Медицинавсе
Драге Бертран в отраслях: Медицинавсе
Франция. Сирия. Весь мир > Медицина > rosbalt.ru, 19 февраля 2017 > № 2079171 Бертран Драге

«Поток беженцев из Сирии не прекращается»

«Врачи без границ» до сих пор не могут попасть в зону боевых действий в Алеппо из-за отсутствия разрешения от сирийских властей, сообщил медицинский директор MSF Бертран Драге.

О том, как работают «Врачи без границ» в горячих точках, и какие страны сейчас наиболее опасны, корреспонденту «Росбалта» рассказал медицинский директор «Врачей без границ» Бертран Драге.

— В начале этой недели группа российских депутатов, посетившая Сирию, заявила, что не заметила в Алеппо представителей международных гуманитарных организаций. Обвинения коснулись в том числе и «Врачей без границ». Насколько обоснованными являются эти претензии?

— Действительно, сотрудников организации «Врачи без границ» там сейчас нет. Мы просто не имеем доступа в Аллепо. И у наших специалистов эта история вызывает определенную фрустрацию. Тем не менее, мы нашли временный выход из этой ситуации — это работа и оказание помощи пострадавшим через врачей, которые находятся на местах. Мы поставляем туда оборудование и лекарства. Но пока нашего флага там нет — это действительно так. Нет по многим причинам.

— И в чем состоят эти причины?

— Одна из них в том, что на сегодняшний день это небезопасно для нашего персонала. Конечно, это не основная трудность, поскольку мы работаем в горячих точках в разных частях света. Да, мы могли бы проникнуть в Аллепо, но хотим это сделать абсолютно законным путем через переговоры с сирийским правительством. Только власти Сирии могут дать добро на это. Пока такого разрешения нет.

— Несмотря на то, что ваших сотрудников там нет, имеется ли информация о количестве беженцев, погибших и пострадавших?

— Масштабы бедствия в Сирии очень сложно оценить, поскольку, повторюсь, нас там нет. Мы находимся в соседних странах: Ливане, Ливии, Турции. И там, действительно, большое количество беженцев. Потоки людей, бегущих от войны, не прекращаются.

Россия в последние годы также столкнулась с потоком беженцев с юго-востока Украины, где уже почти три года идут боевые действия. В зоне так называемой АТО все это время работали и «Врачи без границ», но в октябре 2015 года власти самопровозглашенной ДНР обвинили ваших сотрудников в шпионаже. Сама же организация была лишена аккредитации на Донбассе.

— Тяжелее ли стало работать в непризнанной республике после этого?

— Наши мобильные бригады по-прежнему находятся в зоне военного конфликта на Украине. Нельзя сказать, что работать там стало тяжелее, ведь во время любого вооруженного противостояния каждая организация может быть воспринята как шпионская. Мы же как врачи занимаемся исключительно помощью людям.

Бывает так, что пациент хочет передать что-то своим близким, или друзьям, или просто миру. И задача врача — помочь ему, стать его голосом, не более того. Это не является позицией или мнением «Врачей без границ». «Врачи без границ» — это частная и ни в коем случае не политическая организация. И не хочет быть таковой.

— Медицинские организации часто сталкиваются не просто с критикой, но и с прямой угрозой жизни. В октябре 2015 года при бомбардировке американскими ВВС была разрушена ваша больница в Афганистане. На днях террористы запрещенной в России ИГ убили шестерых сотрудников Красного Креста. Вам не страшно работать?

— Это наша жизнь. Это то, с чем мы сталкиваемся каждый день. Действительно, в октябре 2015 года американская армия разбомбила нашу больницу в Кундузе, в результате чего погибли порядка 40 человек. Это было сделано в противоречие Женевской конвенции в связи с новой позицией властей США о противодействии террористической деятельности. Это стало сигналом и для других стран. Например, для Саудовской Аравии, которая разбомбила больницу в Йемене; для так называемой оппозиции в Сирии. С их точки зрения, врачи лечили не тех людей, а значит, можно бомбить госпиталь. С моей точки зрения, это абсолютно неприемлемо. Я проклинаю этих людей. Они должны быть не просто осуждены на словах, должен состояться настоящий суд, который вынесет им приговор. Сейчас мы пытаемся вести определенный диалог, собрали рабочую группу, куда входят, в том числе, представители США.

— Какая из стран, в которых сейчас работают «Врачи без границ», наиболее опасна?

— Я могу сказать, что все страны, где идут военные конфликты. И дело не в природе организации, и не в самой деятельности «Врачей без границ». Дело в том, что любая из сторон в какой-то момент может посчитать неприемлемым для себя лечение врага. А значит, его можно убить. И предсказать, кто на тебя нападет, абсолютно невозможно.

— «Врачи без границ» работали в том числе и с пациентами с лихорадкой Эбола. Ранее СМИ сообщили о том, что найдено на 100% эффективное лекарство от Эболы. Насколько эта информация соответствует действительности?

— На самом деле, в научных публикациях вы можете обнаружить, что эта вакцина имеет эффективность от 17 до 100%. Но, конечно, все знают, что вакцины никогда не бывают на 100% эффективны. Что важно понимать — вакцина не является лечением. Это всего лишь превентивный инструмент, который позволяет остановить превращение человека в пациента. Но он не является лекарством, не может лечить человека. В то же время, хотя он не гарантирует полный успех, но снижает риск заражения. Необходимо провести большое число исследований, поскольку до сих пор неясна длительность действия вакцины: это полгода, 9 месяцев, год или три года. Таких результатов пока нет.

— На сегодняшний день лекарства от этого вируса нет?

— Фактически это заболевание может быть излечено только собственным иммунитетом. Проблема заключается в том, что мы не знаем, кто выздоровеет, а кто — нет. Но на сегодняшний день лечения нет. Поэтому от 40 до 70% (в зависимости от типа вируса) умирают.

— Насколько сейчас серьезна ситуация с вирусом Эболы в мире? Можно ли говорить об эпидемии?

— Сейчас, к счастью, эпидемии нет. Но, даже несмотря на ее отсутствие, нельзя прекращать работу по поиску вакцины от Эболы. То, что сейчас в мире нет эпидемии, совсем не означает, что завтра она не случится. Проблема в том, что как такового лечения от вируса сегодня нет, есть лишь разработки. Огромное количество исследований еще предстоит провести — только тогда мы узнаем ее эффективность. Здесь очень важно, чтобы в работе принимали участие не только «Врачи без границ», но и все мировое научное сообщество. Планета должна быть готова к вспышкам заболевания, которые мы уже видели раньше.

— Россия каким-то образом помогает в поиске вакцины?

— Я общался с российскими врачами. Нужно понимать, что одной вакцины недостаточно, необходима последующая вакцинация. Для этого потребуются дальнейшие исследования. Сам вирус был открыт в 1976 году. С тех пор чего-то значимого не было сделано, кроме, разве что, поиска вакцины. Этим занималась Россия, Европа, другие страны. Любая попытка, в том числе и старания России в поиске вакцины, важны, поскольку эффективность должна быть только доказана. Учитывая серьезность заболевания и то, что эффективного лекарства от него нет, любой его поиск бесценен.

Беседовал Илья Давлятчин

Франция. Сирия. Весь мир > Медицина > rosbalt.ru, 19 февраля 2017 > № 2079171 Бертран Драге


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter