Всего новостей: 2394688, выбрано 31 за 0.006 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Донской Сергей в отраслях: Приватизация, инвестицииВнешэкономсвязи, политикаМеталлургия, горнодобычаГосбюджет, налоги, ценыНефть, газ, угольЭкологияНедвижимость, строительствоЛеспромвсе
Россия. ЦФО > Экология > mnr.gov.ru, 11 января 2018 > № 2452211 Сергей Донской

Глава Минприроды России Сергей Донской ответил на вопросы РБК

Министр рассказал в большом интервью, как будет решаться проблема с нехваткой мусорных полигонов в Подмосковье, что мешает раздельному сбору мусора, а также как стимулировать компании вкладываться в геологоразведку.

«Силовые решения» мусорного кризиса

— 2017 год был объявлен Годом экологии в России. Какие природоохранные мероприятия удалось реализовать за это время?

— Если выделить наиболее важные шаги, то это, конечно, старт перехода на наилучшие доступные технологии (НДТ; закон «Об охране окружающей среды» предусматривает применение промышленными предприятиями таких технологий, которые обеспечивают комплексное предотвращение или минимизацию негативного воздействия на окружающую среду. Государство стимулирует компании к переходу на НДТ льготными налоговыми кредитами — РБК). Это одна из наиболее важных наших задач, выполнение которой по закону станет обязательной только с 2019 года. В рамках отдельных проектов в Год экологии мы начали выполнять ее уже сейчас. С использованием наилучших доступных технологий введено в эксплуатацию 11 новых объектов и еще четыре модернизировано. Это новые очистные сооружения «Биосфера» на МНПЗ, перевооружение установки сухого тушения кокса на Нижнетагильском металлургическом комбинате. Примеров — много.

Ключевой же в 2017 году стала, наверное, тема утилизации бытовых отходов. Во-первых, мы приняли достаточно большой пакет изменений в законодательство. Прежде всего, это касается раздельного сбора мусора, стимулирования вторичной переработки, развития института расширенной ответственности производителя (прописана в законе «Об отходах производства и потребления» и предусматривает обязательство производителя товаров, подлежащих утилизации после утраты ими потребительских свойств, отправить их на переработку вместе с их упаковкой; доля от производства товаров, подлежащих утилизации с 2018 по 2020 год, прописана в распоряжении правительства, подписанном 28 декабря 2017 года — РБК).

Второй момент — это практическая работа по формированию территориальных схем и программ по обращению с отходами, строительству мощностей. После поручения президента был закрыт всем известный Кучинский полигон [в Подмосковье]. Но на этом подмосковные власти не останавливаются, планируется закрыть еще несколько полигонов. В период с 2013 по 2017 годы в регионе перестали свозить отходы на 24 полигона из 39, из них на 4 — в 2017 году. В соответствии с поручением президента после «Прямой линии» будут также закрыты полигоны: «Сабурово» — до 1 января 2019 года и «Егорьевский» — до 1 января 2021 года.

Полигоны закрываются, но мы понимаем, что отходы необходимо складировать, перерабатывать или обрабатывать термически. Поэтому подмосковные власти должны построить два современных новых полигона и провести реновацию пяти старых.

Кроме того, уже сейчас реализуется целая программа «Чистая страна», в рамках которой планируется строительство нескольких заводов по термической обработке. В Подмосковье их будет четыре. (Федеральная программа «Чистая страна» предусматривает строительство в 2017-2025 годах пяти мусоросжигающих заводов: четырех в Московской области и одного в Татарстане, а также восстановление и рекультивацию полигонов — РБК).

— Кто будет в это вкладываться? Какая здесь помощь государства необходима?

— В рамках программы «Чистая страна» предусмотрены существенные средства федерального бюджета на создание мощностей. На 2018 год предусмотрено 2,7 млрд рублей. Если мы говорим о закрытии «Кучино», о рекультивации полигонов, то здесь как федеральный бюджет вкладывается, так и местный. Пропорции — приблизительно 50 на 50. В целом необходимо уходить от схемы, когда государство вкладывает ресурсы в рекультивацию — должны быть созданы специальные финансовые инструменты, которые бы обязали собственника [полигона] изначально еще при проектировании полигона закладывать, в том числе, расходы на закрытие и рекультивацию, потому что каждый полигон имеет свой срок эксплуатации.

— Какой планируется средний срок службы, объем хранения отходов на новых полигонах Подмосковья?

— Среднего я не стал бы приводить. В Подмосковье пока крупных полигонов строить не планируется. Два новых полигона будут строиться так, чтобы обеспечить эффективную перевозку отходов автомобильным или железнодорожным транспортом. Полигон должен удовлетворять всем санитарным нормам. Размер и количество зависит от потребности региона. Сейчас ежегодно в Подмосковье утилизируется 12 млн тонн отходов, из них около 10 млн привозят из Москвы.

В Советском Союзе Подмосковье изначально рассматривалось как анклав, прилегающий к Москве, среди прочего и для захоронения отходов. Но понятно, что это бесконечно не может продолжаться. Мы реформируем систему с целью стимулирования переработки, прежде всего. Как оперативную меру прорабатываем совместно с РЖД вопрос о возможности вывоза отходов в другие регионы страны. Коллеги уже подтвердили готовность осуществления перевозок.

— Но в основном для полигонов будут старые точки расположения использоваться?

— Это зависит от планов подмосковного правительства, от возможностей модернизации, рекультивации старых объектов.

— После закрытия «Кучино» увеличилось число несанкционированных свалок. Как с этим бороться и куда направлять мусор?

— Когда закрыли «Кучино», мусор перераспределили между другими полигонами — «Ядрово», «Тимохово», «Лесная» и «Алексинский карьер». Логистика позволяет туда перераспределять мусор. Что касается несанкционированных свалок, то включились все проверяющие органы, которые жестко реагируют на незаконное складирование. Здесь и Генпрокуратура подключилась, и другие структуры, которые используют, в том числе, силовые решения.

Сергей Донской родился в 1968 году. Он окончил РГУ нефти и газа им. И.М.Губкина, на госслужбу пришел в 1999 году в должности советника департамента по подготовке и реализации соглашений о разделе продукции Минтопэнерго. В 2000-2001 годах работал в главном управлении по корпоративному финансированию и инвестициям ЛУКОЙЛа, с 2001 по 2005 год — начальник отдела в «Зарубежнефти». В 2005 году вернулся в Минприроды на должность директора департамента экономики и финансов. В 2008 году назначен заместителем министра природных ресурсов и экологии, а в мае 2012 года возглавил это министерство.

Министерство природных ресурсов и экологии через подведомственные агентства курирует вопросы экологии, природопользования, обращения с отходами, выдачу лицензий на разведку и добычу полезных ископаемых и контроль за исполнением прописанных в них условиях. Ему подчиняются Роснедра, Росприроднадзор, Росгидромет, Рослесхоз, Росводресурсы.

— Вы недавно говорили о необходимости ввести обязательный раздельный сбор мусора. Идея хорошая, но как ее воплотить? Допустим, мы поставили контейнеры для разных видов отходов во дворах. Сознательные жильцы бросают в них «правильный» мусор. А потом приезжает мусоровоз, сваливает вс е в одну кучу. Что с этим делать, как такое переработать?

— То, что проблема раздельного сбора мусора не решается установкой контейнеров, я думаю, всем уже понятно. Нужна в первую очередь инфраструктура по вывозу и дальнейшей переработке раздельно собранного мусора. Понятно, что люди, положив в контейнер пачку газет, ожидают, что она попадет на переработку, и дальше из нее будут вторично производить бумагу. Если цепочка рвется, система раздельного сбора не выстраивается. Сейчас в законе (президент Владимир Путин подписал его в конце декабря 2017 года) прописаны нормы, стимулирующие первый этап — раздельный сбор, потому что без этого невозможно выделить полезный компонент. Второй этап — это через расширенную ответственность производителя создавать мощности по переработке того самого сортированного нового отхода.

В качестве дополнительного стимула в 2017 году принято постановление правительства, запрещающее размещать на полигонах отдельные виды отходов. Год от года запретительный список расширяется, а значит, эти отходы должны [c начала 2018 года] вовлекаться во вторичную переработку.

— Вы говорите, что физлица, которые разделяют мусор, могут платить меньше за вывоз мусора, если будет принят закон о раздельном сборе мусора.

— Мы рассматриваем возможность создания механизма, чтобы муниципальные власти, управляющие компании, ТСЖ могли дифференцировать плату.

— А те, кто не разделяет мусор, получается, будут платить больше. Как отследить, кто разделяет мусор?

— Вариантов много. В конце концов, камеры могут поставить.

— У каждого мусоропровода?

— Требования в СНиП к мусоропроводам должны соответствовать принятым изменениям, касающимся раздельного сбора. Давайте не будем никого пугать, подходы могут быть разные, но возможен вариант, когда мусоропроводы придется просто заварить.

Во многих странах люди выносят и выбрасывают отходы сразу в мусорный контейнер. В любом случае этот вопрос должен решиться в сфере жилищно-коммунального хозяйства и градостроительства. Требования к накоплению, сбору мусора в жилищно-коммунальном хозяйстве должны быть построены так, чтобы гражданам удобно было разделять его. И инфраструктура должна способствовать этому.

— График мероприятий программы «Чистая страна» в части строительства заводов по термической обработке отходов не выполняется. По плану осенью 2017 года «Ростех» уже должен был получить разрешение на строительство трех заводов, однако на практике готов только проект по одному из заводов, в Воскресенском районе Подмосковья. Чем вызвана задержка, есть ли у Минприроды рычаги для влияния на сроки?

— Исполнителем является госкорпорация «Ростех» в лице ООО «РТ-Инвест». Мы не видим необходимости ускорять сущностные этапы работы, в частности, все, что касается экспертизы и общественных слушаний. Это приоритет. Коллеги должны пройти все этапы и при необходимости вносить корректировки, в том числе в сроки. Здесь нет государственных вложений, и инвестор сам следит за сроками проведения работ.

Возврат инвестиций обеспечивается за счет «зеленого тарифа» (этот тариф позволяет производителям электроэнергии из возобновляемых источников получать компенсацию за поставленную в сеть электроэнергию, превышающую розничный тариф — РБК) в течение 15 лет. После ввода заводов в эксплуатацию будет осуществляться продажа энергии промышленным потребителям. Максимальный уровень нагрузки на рынок: для потребителей Московского региона — 2,6% [от всей потребляемой в регионе энергии], для потребителей Республики Татарстан — 1,6%.

— Согласовано ли решение о вводе налога на пластиковые пакеты, который предложил спецпредставитель президента по экологии и транспорту Сергей Иванов? Какой будет ставка, кто будет платить налог?

— Не налога, а ставки экосбора, если производитель самостоятельно не утилизирует упаковку [включая пластиковые пакеты]. Механизм заработал. Норматив утилизации — сейчас 10% [от производства], с 2019 года — 15%. Ставка [экосбора]— около 4 тысяч рублей за тонну. Со временем норматив утилизации будет увеличиваться и может дойти до 100%.

— Прорабатывается ли введение экосбора на сигаретные фильтры? Эту идею осенью прошлого года предлагал Минздрав.

— У нас действует постановление правительства, которое описывает все группы товаров, уровень утилизации этих продуктов и ставку экосбора. Давайте отталкиваться от этого, что у нас есть. С другой стороны, конечно, мы будем расширять перечень продуктов, которые будут вовлекаться в систему РОП (Расширенной ответственности производителя). Потому что есть и поручение президента о том, чтобы развивать вторичную переработку отходов.

Этот институт [утилизации] необходим и в связи с дефицитом полигонов, который есть уже сейчас, и для того, чтобы окупить строительство новых полигонов. С точки зрения экономики, логистики — невозможно строить полигон за 1000 км от населенных пунктов, никто туда отходы не повезет. Поэтому сортировка и переработка — это наилучший выход.

Акцент на геологоразведке

— Роснедра не раз говорили о том, что практически все крупные месторождения нефти в России из числа разведанных уже распределены, а на выдачу шельфовых лицензий действует заморозка. Как стимулировать компании к новым открытиям? Сейчас их практически нет, а запасы небольшого числа новых месторождений зачастую оказываются завышенными.

— В послесоветский период открытия были за счет государственных средств, участки в нераспределенном фонде предоставлялись недропользователям. Сегодня крупных и средних объектов становится мало, они распределены. Но все хорошо понимают, что компания-недропользователь устойчиво будет развиваться, если у нее будет определенный запас для развития собственной добычи. Поэтому компании начинают акцентировать внимание на геологоразведке. Появился заявительный принцип (этот принцип предполагает, что компании могут без аукционов и конкурсов получать участки до 500 тыс кв. км, включая прилегающие к их действующим месторождениям — РБК), различные формы стимулирования геологоразведки, в том числе через экономику, снижение административных ограничений и так далее. Здесь одна из ключевых задач — стимулировать компании активно вкладываться в геологоразведку и вести работу на открытие [новых месторождений] самостоятельно.

К нераспределенному фонду недр сейчас относятся 418 нефтесодержащих месторождений — 26 средних, из них 2 находятся на территории заказников и 10 расположены в районах с неразвитой инфраструктурой. Единственное крупное по запасам нефти [и нераспределенное] месторождение Ростовцевское находится на территории заказника регионального значения «Ямальский», но объекты на особо охраняемых природных территориях, разумеется, не будут лицензироваться.

В 2017 году открыто 53 новых месторождения в пределах уже выданных ранее лицензий. В Оренбургской области открыты Судьбадаровское нефтяное месторождение с запасами 13 млн т и Южно-Моховое — 10 млн т. Состояние запасов по всем категориям жидких углеводородов выросло на 0,8 млрд т [в России], а прирост запасов промышленных категорий за счет геологоразведки составил 526 млн т. С 2012 по 2016 годы было открыто 227 месторождений с суммарными запасам категорий С1+С2 по нефти более 900 млн т, по газу — около 900 млрд куб. м. (по данным ЦДУ ТЭК, которые приводит «Интерфакс», в 2017 году добыча нефти в России составила 546,8 млн т, газа — 690,5 млрд куб. м — РБК)

— В какой стадии подготовка законопроекта Минприроды, предусматривающего льготы и преференций для геологоразведки, включая отмену, сокращение или отсрочку по разовым платежам за пользование недрами при открытии месторождений и учет затрат на геологоразведку при расчете налога на прибыль?

— Минфин пока только на словах поддержал наш законопроект. Будем убеждать коллег. Мы предлагаем стимулирование геологоразведки за счет вычетов из налога на прибыль в виде повышающих коэффициентов. Для участков суши предполагается установить коэффициент 1,5 к расходам на поиски и оценку месторождений нефти и газа, для новых морских месторождений — 3,5, столько же — в отношении месторождений на суше в наиболее рисковых и сложных регионах, включая Арктику.

— Как часто будет использован принцип приостановки действия лицензий по просьбам компаний вместо их возврата или отзыва? Не кажется ли вам такая практика порочной? У «Газпрома» и «Роснефти» уже были такие прецеденты на шельфе Черного моря и Камчатки. Поступали ли новые запросы о заморозке лицензий?

— Нет, других решений нет. Что касается возврата…Хорошо, они вернули, кому мы отдадим?

— То есть либерализация доступа на шельфе сейчас даже не обсуждается?

— Сейчас она правительством не рассматривается.

— Как вы намерены сотрудничать с «Росатомом», который правительство назначило основным исполнителем работ по развитию Северного морского пути в процессе освоения Арктики? В чем будут состоять функции Росгидромета как соисполнителя мероприятий в рамках этой программы?

— С руководителем «Росатома» [Алексеем Лихачевым] я хорошо знаком с тех пор, когда он еще был заместителем министра экономического развития. Сейчас мы сотрудничаем, например, готовили прогноз по объемам поставок по Севморпути на долгосрочный период. Прогноз сделали, исходя из лицензий и обязательств, которые есть у компаний. Это одна из форм сотрудничества. Другая форма — это когда возникнет задача более конкретных обязательств, которые необходимо будет в лицензиях прописывать с точки зрения обеспечения развития Севморпути. Мы открыты и готовы сотрудничать в том числе и в рамках работы Росгидромета, развития систем мониторинга ледовой обстановки и так далее.

— Есть вещи, которые вы не успели сделать в 2017 году? Какие задачи на 2018 год?

— Те задачи, которые мы начали в 2017 году, невозможно решить в течение одного года. Экология сама по себе требует постоянного внимания. Мы будем дальше заниматься реформированием сферы отходов, развитием этой системы в целом, будем заниматься внедрением наилучших доступных технологий, экологическим образованием, вопросами сохранения биоразнообразия, охраной ландшафтов и вообще уникальных природных территорий.

Источник: РБК

Россия. ЦФО > Экология > mnr.gov.ru, 11 января 2018 > № 2452211 Сергей Донской


Россия > Экология > mnr.gov.ru, 14 декабря 2017 > № 2422170 Сергей Донской

Сергей Донской: Наша задача - до 2029 года ликвидировать все старые мусорные полигоны в стране

Глава Минприроды России Сергей Донской дал интервью «Комсомольской правде» в рамках V Всероссийского съезда по охране окружающей среды и II международной выставке-форуме Экотех побывал Министр природных ресурсов и экологии РФ 13 декабря 2017 г. в в Крокус Экспо (Московская область).

- Сергей Ефимович, я благодарю Вас за то, что нашли время зайти к нам. Каковы ваши впечатления от форума?

- На этой площадке проходит не только выставка «ЭКОТЕХ», но и пятый юбилейный съезд по охране окружающей среды. В связи с этим и событие получилось весьма содержательным. Люди могут не только обсудить, но и посмотреть, пощупать, скажем так, те объекты или те технологии, которые необходимо внедрять. А также обсудить – как это все будет развиваться. На выставке представлены многие регионы. Они могут показать, что их волнует, какие они предпринимают усилия для решения проблем. Здесь же представлены выставки компаний. Есть общественные организации, которые тоже представляют свою деятельность. Волонтерские организации. Проводятся круглые столы, обсуждения на актуальные экологические темы. При этом интерес к мероприятию очень большой. И я думаю, все хорошо понимают, что именно съезд и выставка Экотех являются ключевыми событиями этого года.

- В начале Года экологии перед всеми регионами, я думаю, ставились определенные задачи. Можно ли сейчас подвести некие итоги, выделить регионы-передовики в сфере экологии?

- Я честно могу вам сказать, как на духу: я боюсь передовиков объявлять. Как только их начинаешь хвалить… Ну, на самом деле, если серьезно, есть регионы, которые активно в Год экологии реализуют свои проекты. В частности, очень важное направление – это сфера, связанная с внедрением новой системы оборота отходов. С 2019 года все регионы должны перейти на новую систему.

Многие уже сейчас начинают и разрабатывать, и утверждать территориальные схемы, которые позволяют четко определить, где открыты действующие полигоны, внедрены перерабатывающие, сортировочные мощности, как идет переток отходов. Это одна задача. Другая задача – в этой терсхеме нужно обозначить будущую инфраструктуру для переработки и сортировки ТБО. Около 80% регионов уже утвердили эти схемы. И на сегодня можно прогнозировать, как в дальнейшем они будут свою деятельность разворачивать.

Регионы также утверждают инвестиционные программы, которые позволяют определиться, где будет что строиться, когда все это будет строиться.

Следующий этап – это выбор региональных операторов. Сейчас их, может быть, не так много, около 16-ти регионов выбрало регионального оператора, но это тоже немаловажно.

Что касается конкретных регионов, то, например, Челябинская область уже выбрала регионального оператора и ликвидирует свалку в центре города. Можно выделить Ивановскую и Калужскую области, Волгоград.

- Переработка отходов - это не единственная экологическая проблема?

- Второе направление, которым мы тоже активно занимаемся – это внедрение технологий модернизации производства. Ну, конечно, этим не мы занимаемся, а производители. Но как раз в Год экологии мы заключили более 60-ти соглашений с предприятиями именно для того, чтобы с одной стороны помогать им проводить реформу, а с другой - контролировать. В частности Росприроднадзор подключился к этим соглашениями, чтобы отследить, как выполняются обязательства. И в Год экологии многие компании строят очистные сооружения, переходят на экологически чистые технологии. Недавно, кстати, мы вместе с вице-премьером Александром Геннадиевичем Хлопониным были на Московском НПЗ. Там внедрена очень большая программа по модернизации

- Если вернуться опять к теме мусорных полигонов, можно ли сейчас вот спрогнозировать, в каком году закроется последний полигон в том виде, в каких они сейчас существуют во многих регионах?

- Это очень сложно спрогнозировать.

- По-другому вопрос поставлю. Когда, будет все-таки создана та самая система переработки мусора?

- Мы ставим задачу, что, начиная с 2019 года в течение десяти лет регионы должны решить все проблемы. Это и закрытие, и ликвидация, и рекультивация старых полигонов. Но это еще не все. Одна из ключевых задач - строительство новых перерабатывающих мощностей. Здесь много аспектов - логистика подвоза отходов, вопрос согласования строительства заводов с местными жителями. Ну, и само строительство завода – это тоже не за один месяц происходит.

Вот я для себя срок поставил где-то в течение 10 лет последнюю точку, что ли, поставить. Хотя, скорее, если вот так, положить руку на сердце, точки поставлено не будет. Будут возникать какие-то новые задачи, которые нам нужно будет решать.

- Большое спасибо Вам за эту беседу.

Россия > Экология > mnr.gov.ru, 14 декабря 2017 > № 2422170 Сергей Донской


Россия > Экология > ecolife.ru, 13 декабря 2017 > № 2445468 Сергей Донской

Сергей Донской: когда вокруг тебя один бетон и стекло - это не жизнь

Очистка Волги, сохранение Байкала, раздельный сбор мусора, снижение вреда от промышленности, восстановление популяции лошади Пржевальского — эти и многие другие задачи были поставлены в Год экологии в России. О первых итогах их реализации, о долгосрочном экологическом планировании, о том, какие виды животных должны попасть в Красную книгу и как привлечь школьников к сбору макулатуры, в интервью ТАСС рассказал министр природных ресурсов и экологии России Сергей Донской.

— Год экологии подходит к концу. Какой проект оказался наиболее сложным для реализации?

— Заканчивается не только Год экологии, но и Год особо охраняемых природных территорий (ООПТ). Мы очень благодарны президенту за это решение, за то, что смогли сконцентрировать внимание не только министерства, но и всего правительства, всех ведомств на экологической тематике. Мы провели совместные мероприятия со многими министерствами, с Госдумой, с Советом Федерации, с прокуратурой… Все включились! С одной стороны, это огромная помощь, а с другой — это большой объем ответственности, большой объем работы, которую удалось провести в этом году.

Понятно, что поднятые в Год экологии проблемы мы будем решать не в течение одного этого года, а на протяжении долгого периода, на самом деле выходящего за 2025 год.

Одна из ключевых задач, выполнение которой по закону станет обязательной только с 2019 года, — модернизация производства, переход на наилучшие доступные технологии (НДТ). В рамках отдельных проектов в Год экологии мы начали выполнять ее уже сейчас. Нам удалось через механизм совместных соглашений простимулировать предприятия.

Один из примеров — модернизация нефтеперерабатывающих заводов (НПЗ). Коллеги из Московского НПЗ вкладывают средства и в улавливание различных загрязняющих веществ, и в очистные сооружения, и в модернизацию производства. Я хорошо помню это предприятие, когда я туда студентом приезжал в 80-е годы. Сейчас это современное предприятие.

В этом году подписано около 60 соглашений с различными предприятиями о начале их экологической модернизации. Конечно, за год многие эту модернизацию закончить просто физически не могут.

— А что можно назвать главным достижением Года экологии?

— НДТ, отходы, биоразнообразие, ООПТ, лес — это все направления, которые мы для себя выделили. Говорить, какое из них важнее, я бы не стал. Может быть, по масштабам экономических последствий модернизация предприятий важнее. Ну, просто по цифрам.

Но по проблематике я бы не сказал, что, например, внедрение новой системы обращения с отходами — это менее важная задача, чем внедрение НДТ. Задачи, которые приходится решать в сфере обращения с отходами, тоже масштабные: и раздельный сбор, и вовлечение отходов во вторичный оборот, и выстраивание системы задействования населения. А последнее фактически решается на уровне изменения менталитета людей в городах.

Действительно важное достижение этого года — обновление всех ключевых госпрограмм, которые касаются экологии, и, в частности, старт приоритетных проектов.

— Что вы думаете о предложении возродить практику сбора макулатуры и металлолома в России? Чем в современном мире мотивировать школьников?

— Это необходимое решение. Может быть, даже нужно сделать это частью программы экологического образования в школах в целом.

Школьников можно мотивировать разными способами, в том числе бесплатным вайфаем и биткойнами (смеется). Если серьезно, должен быть мотив, аналогичный возможности получить за стопку газет книгу — как это было в советское время. Над этим нужно подумать.

Помимо экологического просвещения есть не менее действенные инструменты. Объективно один из них, который должен простимулировать развитие сбора макулатуры, стекла, пластика, металлов, цветных металлов, — это расширенная ответственность производителей. Производителям необходимо не просто в сфере ретейла, в супермаркетах организовывать сбор отходов, но выстраивать целую систему. И тогда начнутся и публичные акции, и вовлечение школьников.

Кто первым начнет этим заниматься из производителей, тот выиграет. Кто будет смотреть и ждать, пока сосед выстроит систему, тот будет платить все больше и больше экологических платежей. Самому перерабатывать дешевле, а для этого нужно собирать и выстраивать систему, налаживать все контакты. Как это будет решаться? Через соглашения какие-то, через взаимодействие между торговыми сетями и производителями, и даже школами…

— Принеси три старые тетрадки в «Магнит“ и получи киндер-сюрприз?

— Почему нет? Я думаю, подходов может быть много. Реально это большая сфера, которую предстоит выстраивать. Я думаю, что здесь малый бизнес еще себя не показал. Все еще впереди.

— А нет ли планов создать еще один завод по переработке батареек? Он у нас один на всю страну, в Челябинске.

— Когда потребуется от производителей по всей стране утилизировать эти батарейки, логистика потребует строительства новых мощностей. Государство может построить завод, но все равно требуется тонкая настройка. Мы предложили, кстати, Минпромторгу проработать такую возможность.

География таких перерабатывающих мощностей должна отвечать и объему образования опасных отходов. Везти из Москвы или Калининграда на Дальний Восток, если там завод будет, неэффективно. Хотя зависит от того, сколько это будет стоить.

— Можно ли все же назвать улучшение биоразнообразия третьим ключевым направлением года?

— Для человека природа, животный мир в его многообразии в окружающей среде — это естественно. Даже для современного человека, который привык жить в урбанистическом мире. Мы живем в городах, может, пару сотен лет, а до этого-то мы жили совсем по-другому. В природе. И именно такая жизнь естественна. Когда вокруг тебя один бетон, стекло — это не жизнь.

Наша задача — сохранить природу на охраняемых природных территориях, но при этом обеспечить доступ людей, чтобы они могли ее увидеть. Экологический туризм, минимизирующий воздействия на окружающую среду, с определением зон, куда человек имеет доступ, а куда — нет.

В естественной среде увидеть дикое животное — это самый большой хайп, как сейчас говорят подростки, он возвращает нас к богатству естественных взаимоотношений с миром природы.

— Эксперты считают, что уровень сервиса в сфере экологического туризма в России нельзя сравнивать с зарубежным, как, например, в Йеллоустоне. То есть у нас нельзя рассчитывать на миллионный поток экотуристов, как там. А есть ли вообще в России задача равняться в этом отношении на зарубежные достижения или у нас “свой путь»?

— У нас тоже есть нацпарки, которые достаточно много людей посещает. Сказать, что мы Йеллоустон «сделаем», ориентироваться на чужие примеры — себя ограничивать. Мы достигнем показателей Йеллоустона, а дальше куда двигаться?

Конечно, нужно использовать опыт других стран, но не забывать о собственной богатой истории.

В любом случае систему нужно развивать. Для каждой ООПТ мы хотим найти формулу, при которой развитие экологического туризма будет естественным, то есть не будет ухудшать состояние национального парка, а даст дополнительный импульс для повышения интереса людей к посещению этой территории. Такая система обеспечит в том числе экономическое вовлечение местного населения.

— Как вы считаете, насколько обоснованы опасения общественных организаций, что принятие поправок в закон об ООПТ может привести к массовой приватизации участков на заповедных территориях?

— Конечно, мы прислушиваемся к таким мнениям, даже крайним и радикальным, чтобы выработать подход, который реально будет работать на те цели, которые изначально закладывались.

Приватизация земель заповедников? Это абсурд. Мы исходим из того, что это попросту невозможно. Мы хотели, чтобы на ООПТ можно было развивать проекты по экологическому туризму. Для этого, в принципе, и создавались, и прописывались эти поправки.

У Минприроды России нет планов по снижению уровня защиты особо охраняемых природных территорий. И мы собирались с коллегами, все вопросы обсудили. Ключевая тема была следующая: коллеги увидели возможность юридической интерпретации, двоякого толкования, мы еще раз прошли по этому закону и определили, что еще необходимо добавить, чтобы трактовки такой не было.

Вся система подготовки нормативных актов сегодня изначально включает необходимость критики, разных, в том числе радикальных, оценок. Это процедура, придуманная специально, чтобы оценивать документы со всех сторон. И очень некорректно, когда участники этого процесса ставят себе в заслуги результаты работы, которая задана параметрами государственного нормотворчества. Гораздо честнее предлагать правильные решения, участвовать в нормотворчестве, а не паразитировать на нем. И очень многие организации исповедуют именно такой подход — работать совместно, а не заниматься выискиванием блох, выстраивая из этого пиар-кампании.

— Когда все-таки можно ожидать выхода обновленной федеральной Красной книги, издание которой в августе в очередной раз отложилось из-за смены состава комиссии?

— Для того чтобы была более взвешенная оценка, коллеги уточнили состав комиссии. Исходя из того, что перечень спорных видов должен быть исчерпывающим, что нельзя допускать волюнтаризма, когда возобладают частные, субъективные мнения.

Самое важное, что, какой бы состав комиссии ни был, главная цель — это не административное решение. Министерство в данном случае даже не выступает субъектом принятия решения. Решение принимают ученые. В основном представители РАН.

— Научное сообщество недовольно исключением ученых из состава комиссии. Есть некое открытое письмо к президенту, которое подписали, если верить приведенному списку, члены РАН.

— Мы исходим из того, что у нас есть интересы охраны животного мира, но есть еще и социально-экономическая среда, где эти животные находятся. Любое решение в итоге влияет на жизнь людей, в том числе коренных малочисленных народов Севера. Кроме того, если тот или иной вид вносят в Красную книгу, регионы должны выстроить в дальнейшем системы охраны и увеличения популяции этого животного.

На сегодняшний день нам нужно тот вариант Красной книги, который мы имеем, сделать бесспорным. Около 20 спорных видов не будут включены в нее. Они требуют дополнительной оценки, учета и так далее. В следующем году можно будет к утвержденной Красной книге сделать дополнение с этими видами, которые мы изучим и объективно оценим, чтобы не возникало вопросов ни у кого из участников процесса.

— То есть благородный олень и гималайский медведь пока не будут включены в книгу?

— Коллеги на Дальнем Востоке с ужасом воспринимают идею включения гималайского медведя в Красную книгу. Велика опасность, что этот зверь будет выходить в города и ничего с ним нельзя будет сделать. Я был на заседании комиссии, где глава WWF России Игорь Честин, которого нельзя обвинить в предвзятости, голосовал как раз против внесения гималайского медведя в Красную книгу. Тогда мнения практически разделились. И чтобы оценка была всесторонней, а не только экспертной, она должна основываться на объективном учете численности популяции. До этого момента зверь будет в спорном списке.

— В Госдуме осенью озвучивали идею внести в закон об охоте поправку о введении бесконтактной притравки животных, «не дожидаясь принятия большого закона об ответственном обращении с животными». Не нужно ли поступить так и с положениями о запрете на содержание диких и экзотических животных в качестве домашних, чтобы начать регулировать эту сферу уже сейчас?

— Нет. У нас в самом проекте закона уже прописано, что правительство должно издать перечень животных, содержание которых дома запрещено или ограничено. А те, которые уже живут, останутся у хозяев, но на учете, под контролем и до первого нарушения.

— О каких видах нарушений идет речь?

— Животное вышло на улицу, например. Список нарушений будет прописан подзаконными актами, чтобы не было тех опасных историй, которые мы все хорошо знаем.

В любом случае человек, который содержит животное, должен будет соблюдать правила. Их нарушения будут приводить к тому, что животное будет изыматься. Все животные будут поставлены на учет.

— Этот список появится все-таки после того, как будет принят «большой» закон?

— Список есть уже сейчас. Но в любом случае его утверждение возможно только после принятия закона. Речь идет в основном об опасных хищных животных.

— То есть в любом случае раньше весны мы этого не увидим, так как второе чтение законопроекта не прошло?

— Дата не назначена, правильно. Но еще пока осенняя сессия не закончилась.

— Но она близка к завершению.

— Согласен. Но давайте делать выводы, когда все будет окончательно ясно.

— Вы с оптимизмом смотрите на судьбу этого законопроекта в этом году?

— Я буду со своей стороны стараться, чтобы этот законопроект все-таки был принят, проблема была решена.

Беседовали Анастасия Носова и Екатерина Ефимова

Россия > Экология > ecolife.ru, 13 декабря 2017 > № 2445468 Сергей Донской


Россия > Экология > kremlin.ru, 27 ноября 2017 > № 2403715 Сергей Донской

Рабочая встреча с Министром природных ресурсов и экологии Сергеем Донским.

Обсуждались актуальные вопросы природоохранной деятельности, в частности реализация мероприятий в рамках Года экологии.

В.Путин: Сергей Ефимович, добрый день!

Сергей Ефимович, календарный год уже близится к завершению, но забота об экологии не заканчивается на этом. Год экологии, 2017-й, как он идёт и как в этом смысле он будет завершаться?

С.Донской: Владимир Владимирович, прежде чем я начну рассказывать о мероприятиях Года экологии, я хотел бы от лица природоохранной общественности, от экологов поблагодарить Вас за то, что Вы приняли решение, что 2017 год будет Годом экологии. Сегодня можно сказать, что тема, которую мы подняли, которая сейчас очень активно обсуждается, приобрела большие масштабы: в этом году, по нашим оценкам, около 20 миллионов человек участвовали в различных мероприятиях Года экологии.

На самом деле это произошло благодаря консолидации. Консолидации всех уровней – и власти, и общественности. Если привести примеры, у нас практически все крупные международные мероприятия: и Питерский экономический форум, и Сочинский, и Красноярский, и Владивостокский – все обязательно содержали блок, связанный с экологией, и там были подняты достаточно острые вопросы, и всё это обсуждалось. Конечно, надо отдать должное, что СМИ принимали здесь активное участие и освещение всех мероприятий позволило сделать их такими масштабными в течение года.

Хотел бы сказать, что именно в этом году были начаты крупные инфраструктурные природоохранные проекты. По оценкам, около 500 миллиардов рублей будет потрачено на реализацию этих проектов, и уже в этом году будут реализованы мероприятия на 105 миллиардов рублей. «Норильский никель» закрывал производство, расширял мощности по улавливанию серы, «РТ-Инвест» занимается мероприятиями по подготовке строительства заводов по мусоросжиганию, и многие другие предприятия начали как раз в этом году крупные проекты.

Второе направление, которое тоже хотелось бы отметить, – это, конечно, реформа системы управления отходами. На самом деле мы её раньше начали. В 2019 году она должна начаться повсеместно. Но уже многие регионы, многие компании начали работать и внедрять эту систему.

Мы акцент делаем на внедрение раздельного сбора и вторичной переработки отходов. И тоже хотел бы отметить, в этом году было принято решение о запрете захоронений отдельных видов отходов, полезных компонентов. Конечно, не всё повсеместно, но речь идёт о запрете захоронений металлолома с 2018 года, цветных металлов, с 2019 года – пластика, пластиковой упаковки, других видов отходов. И так каждый год отдельные виды отходов будут запрещаться к захоронению, в связи с этим необходимо будет вовлекать их уже во вторичный оборот и, соответственно, развивать сортировку.

В.Путин: И мощности создать.

С.Донской: И мощности. Это общее движение: с одной стороны – создание мощностей, с другой стороны – обязательства по тому, чтобы вовлекать отходы во вторичный оборот, – это одна из тем, которой в этом году мы занимались.

Плюс ко всему сейчас, в конце года, должен быть принят закон, дополнение в закон, который был принят в 2014 году, по внедрению системы по обороту отходов, где будут уточняться некоторые принципы по внедрению сортировки отходов. Это тоже важная задача, практически все экологи основной акцент делают на этом. Она, понятно, сложновнедряема, не за один год это делается, но в любом случае мы в этом году должны завершить окончательную нормативную базу для внедрения этой системы.

В.Путин: Послушайте, нужно плотно работать с регионами, очень плотно, потому что нельзя поощрять ситуацию, когда в одном месте полигон закрывают, а в другое место в совершенно неконтролируемом масштабе начинают свозить, на неподготовленные площадки, опять рядом с жильём и так далее. Это вызывает абсолютно законную негативную реакцию людей.

С.Донской: Да, Владимир Владимирович. Это одно из обязательных направлений, потому что, конечно, без инфраструктуры, без строительства новой инфраструктуры тот объём отходов, который формируется, конечно, утилизировать будет достаточно сложно.

В.Путин: И сам принцип этой утилизации, расчётов в этой системе – чрезвычайно важная вещь, с этими талонами и так далее. Надо просто наводить порядок. Особенно, разумеется, это актуально для крупных населённых пунктов и для Центрального федерального округа – Москва и Московская область. Я Вас прошу ещё раз с коллегами к этому вернуться.

С.Донской: Да, Владимир Владимирович, мы как раз с Минстроем сейчас активно взаимодействуем. Поправки в закон об отходах мы совместно делали, совместно с Госдумой. Сейчас это на площадке Госдумы дорабатывается, будет второе, третье чтение, в этом году должны это всё принять.

В.Путин: Хорошо.

С.Донской: Плюс хотел бы сказать ещё о трёх направлениях. У нас в этом году принято три приоритетных проекта: «Чистая страна», «Дикая природа России» и «Чистая Волга».

По «Чистой стране» у нас основной акцент делается на ликвидацию прошлого экологического ущерба. В этом году мы уже запустили 25 проектов в 13 регионах, 10 проектов в этом году мы должны реализовать: это ликвидация старых полигонов, старых производственных мощностей, всего, что рассматривается как прошлый экологический ущерб.

Что касается «Дикой природы», здесь основной акцент – это экологический туризм, и у нас уже выбраны пилотные национальные парки, где совместно с инвесторами мы будем выстраивать всю эту систему.

И последнее. В этом году принят приоритетный проект – очень большой, масштабный – по очистке Волги, общая сумма – более 254 миллиардов рублей. Конечно, здесь и федеральный бюджет, и региональный бюджет, и инвесторы, которые тоже должны вкладывать средства – более 100 миллиардов рублей. Это и строительство очистных сооружений, и ликвидация экологического ущерба по берегам, потому что там, конечно, за многие годы накопилось и это всё нужно убирать.

На наш взгляд, этот проект позволит, во-первых, снизить уровень загрязнения Волги в девять раз, это мы рассчитываем до 2025 года сделать. Но на самом деле здесь требуются большие, с одной стороны, вливания, с другой стороны – усилия для того, чтобы всё это реализовать.

И конечно, нам важно, что 60 миллионов человек, которые проживают в этом регионе, получат чистую Волгу, окружающую среду, которая у нас должна быть одним из результатов этого проекта.

В.Путин: Хорошо. Спасибо.

Россия > Экология > kremlin.ru, 27 ноября 2017 > № 2403715 Сергей Донской


Россия > Нефть, газ, уголь > newizv.ru, 8 ноября 2017 > № 2463604 Сергей Донской

Сергей Донской: "Мы не исключаем возможности крупных открытий в Западной Сибири"

О перспективах нефтегазодобывающей отрасли, государственной геологоразведке, освоении Арктики и экологических аспектах добычи углеводородов рассказал в интервью министр природных ресурсов и экологии Российской Федерации Сергей Донской.

За последние 25 лет значительная часть разведанных в России нефтегазовых месторождений оказалась распределена между недропользователями. Сейчас доля нераспределенного фонда по газу и нефти составляет порядка 5-6% всех существующих в стране запасов углеводородного сырья. Министерство природных ресурсов и экологии Российской Федерации меняет акценты своей деятельности, переходя от распределения лицензионных участков к стимулированию компаний к эффективному использованию уже осваиваемых месторождений.

Сергей Ефимович, остались ли в стране так называемые «белые пятна» для геологоразведчиков? Возможно ли открытие в России крупных месторождений нефти и газа?

– Показатель изученности нефтегазоносных провинций в стране достиг значительного уровня. Это способствовало открытию крупных и уникальных по запасам месторождений нефти и газа в России.

Наиболее крупные месторождения обнаружены в Иркутской области: Гораздинское с извлекаемыми запасами нефти в 26,1 млн тонн, а также Вятшинское – 18,9 млн тонн (оба открыты Иркутской нефтяной компанией). В Оренбургской области – Судьбадаровское (16,3 млн тонн, открыто ООО «Степное»). На шельфе Охотского моря «Газпром» открыл газоконденсатное Южно-Лунское с запасами газа 48,9 млрд м3. Также в Охотском море на открытом только что месторождении Аяшское (Нептун) «Газпром нефть» ожидает, что из геологических запасов нефти в 250 млн тонн извлекаемые составят 70-80 млн тонн.

В октябре «Роснефть» сообщила, что Государственная комиссия по запасам (ГКЗ) поставила на баланс месторождение нефти с извлекаемыми запасами 80,4 млн тонн, открытое по результатам бурения скважины «Центрально-Ольгинская-1» на Хатангском лицензионном участке в Хатангском заливе моря Лаптевых.

Однако все же нужно констатировать, что в последнее время открываются преимущественно небольшие по запасам месторождения нефти и газа. Так, по предварительным данным, в этом году (по состоянию на начало октября 2017 года) в России открыты 32 нефтегазовых месторождения. Средняя оценка величины месторождения (по сумме категорий С1+С2) составляет по извлекаемым запасам нефти 3,6 млн тонн, по газу – 24,6 млрд м3. Вместе с тем мы не исключаем возможности открытия крупных месторождений в пределах изученных провинций.

Перспективны также глубокие горизонты известных нефтегазоносных бассейнов – доюрского комплекса Западной Сибири и глубоких палеозойских горизонтов Прикаспийской впадины.

В плане открытия новых месторождений нефти и газа перспективна, по оценкам экспертов, Карская морская нефтегазоносная провинция. В 2014 году в этом районе открыто нефтегазовое месторождение «Победа». В целом российский арктический шельф – один из самых перспективных нефтегазоносных регионов мира. Также значительные ресурсы углеводородов нетрадиционного типа содержатся в отложениях Западно-Сибирской, Тимано-Печорской, Волго-Уральской и Северо-Кавказской провинций.

Как Вы оцениваете обеспеченность России углеводородными ресурсами?

– По экспертным оценкам, разведанных запасов нефти в нашей стране хватит на 36 лет, а с учетом месторождений, находящихся в разведке, – на 57 лет. На сегодняшний день из 3030 нефтесодержащих месторождений в разработке находятся 1926, разведка ведется на 663 месторождениях (распределенных между недропользователями), еще 441 месторождение – в нераспределенном фонде.

Из 942 месторождений, содержащих свободный газ, а также газ в газовых шапках, в разработке находится 465, ГРР выполняется на 242 месторождениях, распределенных между недропользователями, а в нераспределенном фонде – 235 месторождений.

Что можно сказать о результатах работы геологов в последние годы – государственной геологоразведки и компаний?

– Геологоразведочные работы на нефть и газ проводятся в пределах всех нефтегазоносных провинций России, а также в акваториях арктических и дальневосточных морей. Так, особое внимание в прошлом году уделялось пяти основным нефтегазоперспективным зонам, расположенным в пределах Западной и Восточной Сибири, а также в Прикаспийской впадине.

В 2016 году затраты на проведение ГРР на нефть и газ в России за счет всех источников финансирования составили свыше 260 млрд руб. Из них на долю недропользователей пришлась большая часть – 252,2 млрд руб. (95,6%), из федерального бюджета на эти цели было направлено 11,53 млрд руб. (4,4%). Большая часть геологоразведочных работ на нефть и газ в России выполняется силами десяти крупнейших компаний.

По предварительным данным, представленным территориальными органами Роснедр, были открыты 49 месторождений, из которых 43 нефтяных. Прирост запасов нефти составил 559,3 млн тонн, конденсата – 64,4 млн тонн, свободного газа – 658,8 млрд куб. м.

В целом на 2017 год запланировано финансирование геологоразведочных работ в сумме, превышающей 12 млрд руб. Основные объемы сейсморазведки в этом году сосредоточены на территории Республики Саха (Якутии) – 2297 пог. км, а также Красноярского края – 2071 пог. км. Продолжается строительство трех параметрических скважин: Северо-Новоборской-1, Чумпаловской-1 и Гыданской-130.

Как Минприроды оценивает возможности повышения коэффициента извлечения нефти на уже разрабатываемых месторождениях?

– Мы считаем, что увеличение коэффициента извлечения нефти будет происходить за счет повышения эффективности добычи на уже разрабатываемых месторождениях. Это связано с тем, что на таких месторождениях уже создана необходимая инфраструктура и есть соответствующие предпосылки для максимального извлечения нефти.

Повышение эффективности разработки месторождений будет достигаться за счет использования современных методов повышения нефтеотдачи, в том числе бурения и зарезки боковых стволов, расширения использования методов ограничения водопритока, восстановления оптимальной системы заводнения, а также связанной с ними программой реинжиниринга. Все эти работы предусматриваются в проектных документах компаний на разработку месторождений.

Как сейчас обстоят дела с сокращением выбросов попутного нефтяного газа в стране?

– Для снижения загрязнения атмосферного воздуха министерством проводится работа, направленная на стимулирование полезного использования попутного нефтяного газа и снижение выбросов в атмосферный воздух загрязняющих веществ.

Ведущие нефтедобывающие компании инвестировали в проекты более 266 млрд руб.

Действующим законодательством предусмотрены меры государственной поддержки внедрения наилучших доступных технологий и иных мероприятий по снижению негативного воздействия на окружающую среду. В их числе – корректировка размера платы, когда из суммы платы за негативное воздействие на окружающую среду вычитаются затраты на реализацию мероприятий по снижению негативного воздействия на окружающую среду. Затратами на реализацию мероприятий по снижению негативного воздействия на окружающую среду признаются документально подтвержденные расходы, в том числе на реализацию мероприятий по проектированию, строительству, реконструкции сооружений и установок по улавливанию и утилизации выбрасываемых загрязняющих веществ, термической обработке и очистке газов перед их эмиссией в атмосферный воздух, полезному использованию попутного нефтяного газа.

Дополнительные стимулы для поддержки экологической модернизации, реабилитации производств и территорий, снижения негативного воздействия на окружающую среду предусмотрены в принятом в конце 2015 года Федеральном законе № 404-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об охране окружающей среды» и отдельные законодательные акты Российской Федерации». В частности, законом внесены уточнения в механизм взимания и исчисления платы за негативное воздействие на окружающую среду для осуществления возможности с 1 января 2016 года корректировки размера платы за выбросы загрязняющих веществ, образующихся при сжигании на факельных установках и (или) рассеивании попутного нефтяного газа.

Как Вы оцениваете перспективы освоения арктических ресурсов в России?

– Арктические ресурсы уже сейчас вносят значительный вклад в развитие нефтегазового и горнорудного комплекса страны. Более 80% газа добывается в Арктической зоне, здесь работают горнорудные и металлургические предприятия Кольского полуострова и Норильска.

Сейчас мы выходим на новые территории, ставшие доступными благодаря развитию морской арктической транспортной системы. Последние проекты известны всем – разработка Новопортовского месторождения, реализация проекта «Ямал СПГ» и другие. Современный этап включает освоение удаленных месторождений углеводородов, металлов и угля на побережье арктических морей. Речь идет не только о разработке выявленных месторождений, но и поиске новых – достаточно сказать о поисково-оценочных работах, которые ведут «Роснефть» и ЛУКОЙЛ в Хатангском заливе, геологоразведочных работах в западной части Таймырского угольного бассейна.

Следующий этап – переход на шельф. Это сложная задача, и не только с позиций освоения месторождений. Перед нами стоит задача формирования отечественного флота сейсмических, а также арктических буровых судов, острый дефицит которых существует в стране (всего две установки, пригодные для работы в Арктике, есть у «Газпром флота»).

Еще одна задача – геологическое исследование нефтегазоносных бассейнов арктического шельфа. Компании «Роснефть» и «Газпром», по сути, выполняют задачи регионального этапа изучения арктического шельфа (я имею в виду, прежде всего, акватории Карского моря, моря Лаптевых, Восточно-Сибирского и Чукотского морей). Для успешного их изучения и последующего освоения необходима консолидация накапливаемых недропользователями знаний.

Даже в известных районах природа преподносит геологам сюрпризы. Кто мог предположить, что разведочная скважина на нефтяном Долгинском месторождении выявит газовую залежь, что приведет к пересмотру геологической модели не только самого месторождения, но и углеводородных систем Печорского моря?

Развитие геологического изучения арктических акваторий – это не только наша насущная потребность, но и наших соседей. В сезон 2017 года норвежская компания Statoil пробурила в норвежском секторе Баренцева моря пять скважин, некоторые из них оказались сухими, а на других были сделаны некоммерческие открытия. На самой северной структуре Корпфьелль, расположенной вблизи с границей с Россией, в перспективной части бывшей «серой зоны» ранее прогнозировалось до 1,5 млрд тонн нефти. Несмотря на надежды геологов компании, здесь было сделано открытие лишь небольшого месторождения газа с запасами от 6 до 12 млрд м3, которых, по заключению самой компании, недостаточно для коммерческой разработки. Эти примеры, на мой взгляд, свидетельствуют о том, что в изучении арктического шельфа сотрудничество необходимо не только российским компаниям, но и международным.

Какова судьба российской заявки в ООН?

– Рассмотрение российской заявки будет продолжено в ноябре 2017 года на 45-й сессии новым составом Комиссии ООН по границам континентального шельфа. Исходя из сведений, которыми мы располагаем сегодня, можно предположить, что с новым составом подкомиссии по рассмотрению российской заявки мы, скорее всего, продолжим ее рассмотрение в 2018 году. Многое сегодня зависит от конструктивности диалога подкомиссии и российской делегации.

Как министерство оценивает объемы и число нефтяных разливов и аварий у компаний?

– Важнейшим направлением в области обеспечения экологической безопасности работ на месторождениях являются меры по предупреждению и ликвидации разливов нефти и нефтепродуктов. На реализацию мер по снижению данных рисков направлены уже принятые и разрабатываемые министерством нормативные акты. В настоящее время Минприроды России осуществляет подготовку методических рекомендаций по выявлению нефтеразливов.

Кроме того, министерством с участием заинтересованных федеральных органов исполнительной власти разработаны новые законопроекты, направленные на гармонизацию правового регулирования отношений в сфере предупреждения и ликвидации разливов нефти и нефтепродуктов на сухопутной территории и в морских акваториях Российской Федерации. Они учитывают специфику условий, влияющих на проведение аварийно-спасательных операций и восстановительных работ, а также обеспечение готовности сил и средств к ликвидации разливов нефти и нефтепродуктов. Устанавливают меры административной ответственности за правонарушения, связанные с невыполнением предусмотренных законодательством требований по предупреждению и ликвидации разливов нефти и нефтепродуктов.

Хочу также отметить, что в государственную программу социально-экономического развития Арктики по инициативе Минприроды России было включено мероприятие по строительству с 2021 года для Росприроднадзора природоохранного флота для обеспечения экологического надзора в морях и на континентальном шельфе с объемом финансирования 3,1 млрд руб., что позволит повысить эффективность государственного экологического надзора в морских акваториях.

Получается ли ликвидировать накопленный экологический ущерб, в том числе в годы Советского Союза? Есть ли какие-то оценки масштабов загрязненных территорий?

– Относительно ликвидации накопленного вреда в 2017 году предусмотрено начало реализации 25 мероприятий по ликвидации свалок в пределах крупных городов страны на территориях 14 субъектов Российской Федерации.

В частности, в рамках «Чистой страны» производится рекультивация свалок и полигонов в Карачаево-Черкесской и Удмуртской Республиках, в Республике Чувашия, Волгоградской, Калининградской, Московской и Нижегородской областях. На сегодняшний день проекты реализуются в основном за счет внебюджетных средств, также предусмотрены налоговые льготы на имущество для таких объектов.

В 2018 году планируется реализация 25 мероприятий по ликвидации объектов, оказывающих негативное воздействие на окружающую среду, на территории 15 субъектов Российской Федерации. Планируемый объем финансирования из федерального бюджета в следующем году составит порядка 2,5 млрд руб., из бюджета субъектов Российской Федерации – 0,7 млрд руб.

Основными итогами реализации приоритетного проекта «Чистая страна» в части ликвидации накопленного вреда станут восстановление и возврат в хозяйственный оборот 1,45 тыс. га земель и улучшение условий проживания 4,3 млн человек.

Интервью подготовила Мария Кутузова (журнал "Нефть и Капитал")

Россия > Нефть, газ, уголь > newizv.ru, 8 ноября 2017 > № 2463604 Сергей Донской


Россия > Экология > mnr.gov.ru, 18 сентября 2017 > № 2319621 Сергей Донской

Сергей Донской рассказал ТАСС о планах по привлечению молодежи в лесную отрасль, борьбе с контрабандой леса и восстановлении деревьев после вырубок

Лесному хозяйству в России в 2017 году исполняется 315 лет, а День работников леса, празднуемый 17 сентября, отмечается с 1980 года.

— В последние годы лесная отрасль сталкивается с невероятными вызовами: нападения насекомых на леса, пожары, контрабанда леса. Решение таких проблем требует высокого профессионализма от работников сферы. Кто туда сейчас идет, есть ли обновление кадров как рядовых лесников, так и представителей других отраслей лесного хозяйства? Быть может, наблюдается кризис кадров?

— Безусловно, как и любая другая отрасль, лесное хозяйство испытывает существенный дефицит кадров, высококвалифицированных специалистов. Если говорить языком цифр, то штатная численность лесной отрасли составляла в прошлом году около 75 тыс. человек, средний возраст сотрудников — 43 года. Для такой крупной лесной державы, как Россия, — это, безусловно, мало, поэтому сегодня приоритет — заинтересовать молодежь, вырастить новый кадровый резерв. Ему придется работать с учетом всех современных требований в области лесовосстановления.

— А кем они должны быть: экологами, инженерами или требуются какие-то другие специалисты?

— Я неслучайно сделал акцент на лесовосстановлении, это основная цель, поэтому большая часть специальностей в этой сфере имеет инженерно-техническую и практическую направленность, в том числе лесные инспекторы. И численность этих специалистов должна составлять в нашей стране порядка 40 тыс. человек. А сейчас вдвое меньше, поэтому мы совместно с Минфином России прорабатываем возможность дополнительного финансирования для ее увеличения. При этом в первом полугодии 2017-го штат инспекторов по стране вырос на 3%. Сейчас в Минюсте России коллеги смотрят наш законопроект о мерах государственной защиты лесных инспекторов.

Молодых специалистов обеспечим доплатами к зарплате, поможем с жильем и предоставим льготные места в детских садах

Прорабатываем вопрос о включении молодых кадров в специальные региональные программы, что обеспечит доплаты к заработной плате, выплаты на строительство и аренду жилья, предоставление земли, льготных мест в детских садах и так далее. Это сегодня очень важно, чтобы воссоздать престиж профессии, сформировать приток кадров в отрасль.

— Часто в СМИ и на общественных советах и заседаниях встает вопрос торговли круглым лесом. Этот тип ресурса имеет самую низкую добавочную стоимость: спилил-продал. Какие есть планы у Минприроды России по изменению этого положения, стимулированию торговли российскими компаниями "некруглым" лесом?

— У нас на сегодня внедрена информационная система учета древесины. Она довольно эффективно работает — мы видим все сделки с древесиной, повышая тем самым прозрачность оборота леса. Следующий шаг по развитию системы — введение требований по учету в системе уже и продукции первичной переработки (брус, пиломатериал). Это даст стимул по производству продукции более высокого передела.

Что касается стимулирования переработки в целом — мы подготовили законопроект, в котором предусмотрена конкурсная форма торгов на лесные участки, в ней победитель будет определяться исходя из имеющихся у него производственных мощностей по переработке древесины. То есть мы заставляем лесной бизнес производить первичную переработку древесины на территории страны.

— И снова вопрос о лесозаготовках. Какие программы действуют по развитию культуры лесопользования?

— Повысить общую культуру лесозаготовителей без контроля на местах нельзя. Тем не менее в рамках федерального регулирования мы установили единые требования по всем этапам лесозаготовительных работ, с отдельным порядком их приемки и ответственности за его нарушение.

Во-вторых, мы определили главную задачу отрасли — это обеспечение баланса выбытия и восстановления лесов. Сегодня мы вывели формулу "1 га рубок = 1 га лесовосстановления", возлагая обязанность по воспроизводству лесов на всех лесопользователей.

— Лес страдает не только от прямых вырубок, его сводят при разработке полезных ископаемых и строительстве. Как восстановить такие потери?

— Мы разработали поправки в Лесной кодекс в части компенсационного лесовосстановления, предусматривающие создание "компенсационных лесов" при разработке месторождений полезных ископаемых, строительстве линейных объектов, при переводе земель лесного фонда в другие категории. Также установим квалификационные требования к специалистам, осуществляющим лесовосстановление, ужесточим контроль за обеспечением семенами и посадочным материалом.

— Лес — это тот же ресурс, нет ли планов у Минприроды развивать лесопользование в новых труднодоступных районах?

— На заготовку древесины в резервных труднодоступных лесах введен двадцатилетний мораторий — активно вовлекать их в разработку нецелесообразно как с экологической, так и с экономической точки зрения. Тем не менее у наших лесозаготовителей большой выбор: в эксплуатационных лесах доля неосвоенных высокая: из 1,2 млрд га лесов для заготовки передано в аренду порядка 240 млн га, а это менее 30%.

Нужно вовлекать в оборот вторичные, уже освоенные леса, "привязанные" к развитой инфраструктуре. Поэтому сегодня мы внедряем модель интенсивного использования и воспроизводства лесов, направленную как раз на освоение таких вторичных лесов, ценность и продуктивность которых может постоянно улучшаться за счет посадочного материала и своевременного ухода.

— Расскажите о том, какие объемы леса у нас утекают нелегально за рубеж, в частности в Китай, если нет точных данных, то в какую страну больше всего оценочно вывозится. И какие меры противодействия этому использует Минприроды России? Это бизнес-инициативы, силовые методы борьбы? Или сотрудничество со стороной, куда ввозится нелегальная древесина?

— "Черные лесорубы", безусловно (помимо пожаров), — суперпроблема лесного сектора. Причем не только у нас, но и за рубежом, поэтому и бороться с ними нужно сообща, в тесном сотрудничестве с коллегами из других стран.

Но и внутри страны мы должны координировать усилия, прежде всего с силовыми структурами. Поэтому План по предотвращению незаконной заготовки и оборота древесины мы реализуем совместно с ними. Он направлен прежде всего на пресечение спроса на незаконно заготовленную древесину, контроль за перерабатывающими предприятиями, пунктами приема и отгрузки древесины и за транспортировкой. В прошлом году почти 80% незаконных рубок было в Сибирском федеральном округе, 67% из них — в Иркутской области. Большие объемы зафиксированы также в Свердловской и Вологодской областях.

Но об Иркутской области вообще разговор особый. В соответствии с планом, который я упомянул, для региона определен и уже реализуется отдельный комплекс мер. Разработана система маркировки и отслеживания древесины при транспортировке. Реализация круглого леса происходит только по результатам электронных биржевых торгов. На территории некоторых лесничеств осуществляется постоянный космический мониторинг.

При этом без помощи "народного контроля" бороться с "черными лесорубами" и этими средствами чрезвычайно сложно. Нужно на уровне общества сформировать просто табу на рубки леса. И сегодня в регионе в этом смысле активно работают активисты ОНФ.

Россия > Экология > mnr.gov.ru, 18 сентября 2017 > № 2319621 Сергей Донской


Россия > Экология > mnr.gov.ru, 6 сентября 2017 > № 2305661 Сергей Донской

Сергей Донской: Минприроды предлагает полностью перевести EDC под российскую юрисдикцию

Министр природных ресурсов и экологии России дал интервью ТАСС на полях Восточного экономического форума

Российские нефтяники планируют инвестировать в текущем году в геологоразведку порядка 360 млрд рублей, однако с учетом текущего уровня цен на нефть этот показатель может не превысить 300 млрд рублей, в целом сохраняя рост год к году на 15–20%. При этом инвестиции в геологоразведку на континентальном шельфе могут составить 108 млрд рублей.

Кроме того, одной из горячих тем остается возможная покупка Schlumberger доли в Eurasia Drilling Company (EDC). В частности, помимо уже известных предложений Минприроды России обязать Schlumberger предоставить гарантии по продолжению работы в РФ, ведомство считает необходимым полный перевод EDC под российскую юрисдикцию, а также ввод требования к формированию органов управления этой компанией из лиц, имеющих доступ к гостайне. Об этом министр природных ресурсов и экологии России Сергей Донской сообщил в интервью ТАСС на полях Восточного экономического форума.

— Сергей Ефимович, в конце 2016 года Россия и Япония подписали меморандум о сотрудничестве в области геологии и недропользования. Можно ли уже подвести первые итоги действия меморандума? Расширен ли за прошедший период спектр областей для взаимодействия в рамках его действия?

— Меморандум был подписан в декабре прошлого года и предполагал именно то, что будет развиваться сотрудничество в геологоразведке, в том числе по направлению наземных и морских геологических изысканий, совместной разведке с применением передовых японских и наших отечественных технологий. В том числе совместное исследование с использованием японского судна Shigen, обмен опытом по наилучшим доступным технологиям. Одна из тем, которая нас интересует и которой занимаются наши коллеги в Японии, — это газогидраты.

В России это направление развивается достаточно давно, есть определенные успехи, мы слышали, чего добились японцы, и нам интересно обменяться опытом. Безусловно, мы получаем информацию из открытых источников, но хотелось бы как раз провести более подробное обсуждение этого опыта совместно с японскими коллегами. В связи с этим весной этого года прошла первая рабочая группа в рамках меморандума. И я думаю, уже в этом году мы отработаем все необходимые процедуры, а затем перейдем к практической реализации, подготовке практических проектов и конкретным действиям.

— А говоря о газогидратах в России, вы какой регион имеете в виду?

— Во-первых, Арктика. Арктика очень богата газогидратами, и на самом деле мы рассматриваем газогидраты как тему будущего, это очень перспективная тема. Если брать соотношение запасов природного газа, который сегодня разрабатывается, и того, что в перспективе можно будет добывать из газогидратов, это значительные объемы: 1/1000 к сегодняшним запасам природного газа.

— Но у нас ведь традиционных запасов газа очень много, и мы сейчас добываем меньше, чем могли бы. Насколько для нас вообще актуальны еще и газогидраты?

— Надо смотреть в будущее. Мы понимаем, что газогидраты — это не только перспективный вид сырья, но и, скажем, один из элементов формирования будущего рынка и технологий.

— О какой временной перспективе может идти речь?

— С учетом темпов, с учетом активности наших коллег в других странах, в том числе японцев, я думаю, что в ближайшее десятилетие первые проекты по газогидратам появятся и начнут развиваться.

— Китай, насколько я помню, уже занимается такими проектами.

— Абсолютно верно. У экспертов есть ряд вопросов к тем проектам, которые они реализуют, но в любом случае многие страны рассматривают газогидраты как альтернативу природному газу, и соответственно, многие делают ставку на них.

— Но Китай, скажем так, вынужден этим заниматься. Для чего это нам?

— Мы понимаем, что в будущем спрос на энергию будет сохраняться, расти, и соответственно, надо предлагать какие-то новые подходы и технологии.

— Чтобы не случилось так, как со сланцевым газом.

— В любом случае именно с точки зрения инновационных проектов газогидраты — это вот такой вызов, который важно принять, и соответственно, искать ответы.Борьба с "черными лесорубами".

— Как все-таки министерство планирует ужесточать борьбу с вывозом необработанного леса за рубеж, в том числе и в Китай? Как вы оцениваете объем этого рынка сегодня?

— Начиная с 2014 года размер вреда, причиненный лесам незаконными рубками, превысил 11 млрд рублей. В 2016 году почти 77% от общего объема незаконных рубок в стране приходилось на Сибирский федеральный округ (1,3 млн куб. м), в том числе 67% на Иркутскую область (1,1 млн куб. м). Также в 2016 году наибольшие объемы незаконной рубки лесных насаждений зафиксированы в Свердловской (54,4 тыс. куб. м), Вологодской (52,7 тыс. куб. м) областях. Поэтому, безусловно, проблема незаконной заготовки остается одной из ключевых для министерства и правительства. И для решения этого вопроса необходим комплексный подход, в частности контроль за деятельностью по всей цепочке лесозаготовки.

— Начиная от "черных лесорубов"?

— Мы понимаем, что это нонсенс для рынка, когда лес мимо всех пунктов контроля — и таможенных, и финансовых — провозится за границу. Поэтому необходим тотальный контроль, это понятно абсолютно. Это прежде всего контроль деятельности пунктов приема и отгрузки древесины и пиломатериалов, предприятий, перерабатывающих древесину. Это внедрение системы маркировки древесины ценных пород и отслеживания ее транспортировки. Кроме того, регион должен перейти на реализацию круглых лесоматериалов исключительно по результатам электронных биржевых торгов. Сегодня современные технологии это позволяют делать.

У нас есть несколько проектов, которые мы уже начали реализовывать в Иркутске в рамках Года экологии. Мы изначально договаривались с нашими коллегами, что будем проводить проект по изменению местного законодательства, соответственно, регулирования точек приема заготовленной древесины, внедрения новых систем контроля через чипы, через современные информационные технологии. Плюс, ко всему…

— …дроны?

— Вы знаете, это тоже возможно, потому что сегодня у тех, кто занимается незаконной деятельностью, есть ресурсы и средства, и они активно сами используют всю современную технику. Мы не должны отставать. Это первое. И второе: конечно, нужно вводить регулирование, которое бы дестимулировало занятие этим незаконным производством. Кроме того, учитывая, что Китай, как вы правильно сказали, — один из основных рынков этого сырья, есть идеи договориться с правительством, чтобы на международных соглашениях мы бы обязали стороны исключить из оборота у себя на рынке древесину, которая не подтверждается документами о законном ее происхождении. То есть, с одной стороны, мы внедрим систему подтверждения законности заготовки древесины, с другой стороны, коллеги могли бы использовать это для контроля, для фильтрации потока древесины.

Предложения по покупке доли в Eurasia Drilling

— Можно тогда перейти к самой горячей теме последних дней — по поводу возможной покупки Schlumberger доли в Eurasia Drilling (EDC). Вы подчеркивали, что покупка Schlumberger EDC требует гарантий по продолжению работы в РФ. Не предоставила ли Schlumberger таких гарантий на текущий момент? Как вы оцениваете потенциальную возможность этой сделки?

— Начнем с самого главного. На сегодняшний день мы договорились провести рабочие встречи с рядом ведомств и обсудить, какие здесь могут быть механизмы. В частности, РСПП (Российский союз промышленников и предпринимателей — прим. ТАСС) решил выступить посредником в этих переговорах.

Что касается предложений от конкретных заявителей на покупку доли в компании — к нам никаких предложений пока не поступало. Ждем, когда эти предложения будут сформулированы, и соответственно, готовы на любых площадках их обсуждать. Мы заинтересованы, чтобы любая сделка давала бы устойчивость в развитии отрасли, давала гарантии, что мы не будем останавливать производство на наших участках только из-за того, что кто-то там не может привлечь ту или иную технологию. Надо изначально задумываться, каким образом избежать этих проблем.

— В случае, если сделка не состоится, вы не видите рисков для отрасли в том, что у нас не будет доступа к каким-то технологиям, которые, может быть, могла бы принести Schlumberger?

— Первое, на сегодняшний день санкции сами искусственно создают такие преграды. То есть в любом случае отрасль уже в определенной степени работает в таких условиях. Если у нас появятся собственники, которые сами будут привносить дополнительные риски в отрасль, то наоборот, это будет ухудшать и устойчивости для отрасли не добавит. Поэтому изначально нужно установить какие-то процедуры, обеспечивающие гарантированную работу на наших участках.

— То есть я правильно понимаю, что мы просто опасаемся, что эта сделка, точнее приход Schlumberger, — как троянский конь?

— В какой-то мере да. Перспектива покупки Schlumberger 51% в Eurasia Drilling увеличивает санкционные риски в отношении проектов, в которых нефтесервисная компания привлечена в качестве подрядчика.

В условиях санкций эта сделка может привести к срыву выполнения договоров с российскими компаниями-недропользователями, что, в свою очередь, приведет к невыполнению лицензионных обязательств, принятых компаниями перед государством. Соответственно, мы считаем подобную сделку недопустимой, поскольку приостановка геологоразведочных работ на участках недр федерального значения несет угрозу безопасности государства.

То есть, как мы и говорили, для того чтобы решение по покупке акций EDC было принято, самой Schlumberger необходимо предусмотреть варианты минимизации санкционных рисков и предоставить гарантии по выполнению обязательств перед компаниями-недропользователями.

— Эти предложения Минприроды как раз были недавно озвучены. А есть ли другие условия, помимо запрета Schlumberger разрывать уже существующие контракты нефтесервисной компании и ввода обязательства по принудительной продаже доли в Eurasia Drilling инвестору из России в случае ввода дополнительных санкций со стороны США?

— Есть еще один нюанс. Минприроды предложило ФАС установить требование к сделке Schlumberger в части перевода EDC полностью под российскую юрисдикцию и формирования органов управления компании из лиц, имеющих доступ к гостайне в соответствии с российским законодательством.

— Тогда давайте поговорим о еще одном претенденте — дочерней структуре арабского фонда Mubadala Thirty Seventh. В начале августа Минприроды представило свою позицию в ФАС в отношении этого претендента на долю в активе, и тогда было указано, что актуализированной информации о заключенных дочерними предприятиями Eurasia Drilling нет. Вот завершена ли эта работа в настоящее время? И если, допустим, сейчас EDC не работает на участках федерального значения, не означает ли это, что она не заключит такие договоры позже?

— Скажем так, то, что Eurasia Drilling работает на участках недр федерального значения, — факт. На самом деле они работают уже не первый год. Поэтому мы со своей стороны изначально рассматривали эту сделку в призме как раз работ на участках недр федерального значения.

— А идет ли речь о том, что все-таки эту сделку можно будет вынести на рассмотрение комиссии по иностранным инвестициям?

— Да, скорее всего, так оно и будет. Если сделка будет подготовлена, проработаны все вопросы — она будет вынесена на комиссию. По всем правилам она должна выноситься на рассмотрение правительственной комиссии по контролю за осуществлением иностранных инвестиций в России.

— То есть и мы, собственно, ждем только получения от них документов, чтобы вынести на рассмотрение комиссии?

— Мы ждем, когда будут представлены механизмы, необходимые документы, которые бы позволяли нам сделать вывод о том, что здесь гарантии определенные присутствуют.

Участки на Хатанге

— Сегодня стало известно, что объявление аукциона на два участка на Хатанге — Хара-Тумус и Бегичевский — запланировано до конца года. Есть ли более конкретные данные?

— Бегичевский участок является участком недр федерального значения, и по нему будет проведен аукцион после того, как правительство объявит соответствующее распоряжение. Проект распоряжения уже направлен на согласование в федеральные органы исполнительной власти. Мы внесем его в правительство после того, как получим документ из Роснедр.

Хара-Тумус не является участком недр федерального значения и по заявке от "Роснефти" включен в перечень объектов лицензирования по Красноярскому краю для геологического изучения, разведки добычи углеводородного сырья в текущем году. Конкурс по предоставлению права пользования этим участком недр будет проведен в четвертом квартале 2017 года.

— Когда "Роснефть" объявила о том, что они открыли большие запасы на Таймыре, вы говорили, что такого же результата ожидаете от "Лукойла". Когда вы ждете от "Лукойла" завершения работ по бурению?

— Начнем с того, что "Лукойл" пока не представлял по Хатанге своих материалов. По их оценкам, это, скорее всего, произойдет в первом квартале следующего года. Не раньше. Дальше будем смотреть. Естественно, коллеги выбирают свои правила, когда они будут подавать, когда результаты будут готовы и они смогут работать с ГКЗ.

Инвестиции в геологоразведку

— Давайте по инвестициям в геологоразведку. Роснедра сообщали, что к концу 2017 года ожидается рост инвестиций в эту отрасль почти до 400 млрд рублей. Можно ли по итогам первого полугодия говорить об общей тенденции — подтверждаются эти прогнозы или нет? Каков объем инвестиций крупнейших нефтяных компаний в ГРР по итогам полугодия и на сколько это выше или ниже показателя 2016 года?

— Инвестиции на проведение ГРР в 2017 году недропользователями запланированы в объеме более 360 млрд рублей, или 143% по отношению к 2016 году, в том числе на континентальном шельфе — 108 млрд рублей (168% по отношению к 2016 году). Но планы явно завышены.

Здесь мы, конечно, более консервативны, исходим и из конъюнктуры рынка, и из новых условий, которые нам предъявляют зарубежные партнеры, в том числе санкций. С учетом сохранения нынешнего уровня цен на нефть, принятых изменений в Налоговый кодекс РФ, предусматривающих возможность применения повышающего коэффициента 1,5 к расходам на геологическое изучение на шельфовых месторождениях, реальный объем инвестиций на углеводородное сырье в 2017 году может составить порядка 300 млрд рублей.

Конечно, мы ожидаем рост. Мы придерживаемся 15–20%. Это будет рост по отношению к 2016 году.

Что касается геологоразведки на шельфе — в 2017 году планируется отработать 36,1 тыс. погонных километров сейсмопрофилей 2D и 17,4 тыс. квадратных километров 3D. Запланировано пробурить 14 глубоких скважин, из них 11 поисковых и три разведочные. Объем бурения составит 36,9 тыс. м, из них 30,2 тыс. м — поисковое и 6,7 тыс. м — разведочное.

— Когда ваша очередная встреча с нефтяниками и с добытчиками твердых полезных ископаемых?

— Традиционно такие встречи проходят в ноябре, когда будут получены предварительные результаты по году и намечены планы работ на предстоящий год.

Действие санкций

— Раз уж мы заговорили про санкции. Их действие в том числе предусматривает новый законопроект Минприроды, который облегчает внесение изменений в лицензии на пользование недрами. В частности, вводится оговорка, что лицензия может быть изменена "при возникновении обстоятельств, существенно отличающихся от тех, при которых лицензия на пользование недрами была предоставлена". Идет ли тут речь о санкциях? Разрабатывает ли Минприроды новые инструменты для облегчения работы компаний, попавших под действие санкций?

— Вы знаете, я бы не сказал, что законопроект нацелен на облегчение внесения изменений в лицензии. Я считаю, что термин "облегчение" — это не совсем правильный термин. То есть здесь как раз речь идет о новой регламентации, установлении порядка. Но с учетом внешних, скажем так, параметров или факторов, которые влияют в том числе и на работу компаний, мы постарались здесь внести в законопроект условие, которое даст возможность предъявлять аргументацию в части влияния санкционных условий. Но в любом случае для этого требуется хорошая доказательная база.

Здесь нужно предъявить аргументы, почему предлагается переносить тот или иной срок и так далее. Мы исходим из того, что у нас в лицензиях прописываются основные условия. Они касаются геологоразведки, предоставления геоинформации, предоставления проектных документов. И на мой взгляд, санкции на эти условия особо не влияют: если есть обязательства о предоставлении геоинформации в определенные сроки, значит, они должны предоставить такую информацию; если есть задача к определенному периоду подготовить проектный документ, соответственно, этот проектный документ должен быть подготовлен.

Можно, конечно, спорить по поводу технологий, которые применяются в геологоразведке, потому что в лицензию попадают сроки и объемы геологоразведки. Но в любом случае, на мой взгляд, в сегодняшних условиях на то, что прописано в лицензиях, все санкционные условия имеют меньше влияния, чем на проектные документы. А все остальное, на что влияет конъюнктура, на что влияет технология, объемы добычи и так далее, — все остальное помещено в проектный документ, в нем прописываются все основные параметры работы на участке недр. И соответственно, внесение изменений в проектный документ происходит как раз в режиме работы Центральной комиссии по разработке. То есть законопроект просто определил основные параметры того, как будет происходить фиксация в лицензиях основных условий. И соответственно, как будет работать механизм подготовки и изменения проектных документов.

— Когда этот законопроект может быть принят?

— Мы внесли его в правительство совсем недавно. Сейчас идет работа в правительстве. Мы надеемся, в осеннюю сессию он будет внесен в Государственную думу и, кстати, вполне возможно, будет принят. Он на достаточно высоком уровне подготовки.

— А не было никаких возражений по законопроекту со стороны компаний?

— На сегодняшний день уже есть определенный опыт. В рамках актуализации лицензий мы четко выделили в лицензии параметры, которые фиксируются, являются основными для инвестора и которые не должны меняться. И соответственно, обозначили, что попадает в проектный документ. Сегодня существует процедура работы с проектными документами, изменения проектного документа. Соответственно, все эти процедуры сейчас в новом проекте закона как раз и прописаны.

— Ну и, собственно, опять же про санкции. В том пакете, который был принят 2 августа, прописано, что западные компании могут сотрудничать с нами, если доля российской компании составляет менее 33% в проектах. По вашему мнению, это уточнение про 33% как может повлиять на работу наших компаний?

— Наверное, лучше спросить у компаний, как они будут при таких условиях взаимодействовать с иностранными партнерами. Единственное, могу сказать, что у нас достаточно широкий спектр инструментария у компаний, они работают и на международных рынках, и многие уже имеют партнерские взаимоотношения с иностранными инвесторами достаточно давно.

— Я правильно понимаю, что это условие, возможно, облегчает работу компаний за рубежом, где они могут войти в проекты с такой долей?

— Это действительно лучше спросить у компаний. В любом случае, у наших нефтяников очень хороший заряд, очень хорошая база, чтобы найти способы, как продолжать работу и сделать бизнес эффективным.

— Еще в апреле планировалось завершить работу по расширению принципа вычета затрат на ГРР к рисковым проектам. В частности, Минприроды предлагало повысить коэффициенты к вычетам до 3,5 по рисковым шельфовым проектам и 2,5 по проектам на суше, на текущий момент для всех видов ГРР установлен коэффициент 1,5. На какой стадии переговоры по этому вопросу? Согласованы ли коэффициенты 2,5 и 3,5?

— Осенью должна начаться активная стадия, сейчас вопросы по коэффициентам 2,5 и 3,5 прорабатываются. Мы планируем, что поправки будут подготовлены осенью, есть соответствующее поручение Минфину. Однако согласованных решений по данному вопросу пока нет.

"Новатэк"

— Недавно "Новатэк" получил три газовых месторождения на Ямале. При этом условия изначально были прописаны таким образом, что никто другой подать заявку и не мог. То есть условия настолько жесткие, что, по сути, являются ограничением.

— Да, как мы знаем, в порядок проведения аукционов на право пользования Штормовым, Верхнетиутейским и Западно-Сеяхинским месторождениями были включены дополнительные требования — об обязательном использовании недропользователем ресурсной базы месторождений для производства СПГ на существующих и планируемых объектах инфраструктуры в Ямало-Ненецком автономном округе и требование наличия у участника аукциона лицензии на право пользования недрами месторождений, расположенных на полуостровах Ямал и Гыдан.

Эти дополнительные требования были приняты исходя из необходимости создания в Ямало-Ненецком автономном округе центра по добыче и сжижению природного газа. Мы рассматриваем, что именно в этом районе должен возникнуть центр по производству СПГ, именно исходя из того, что это возможность для России войти на этот рынок. И сейчас откладывать или каким-то образом сдерживать развитие этого рынка не совсем, на мой взгляд, на пользу государству.

— Ну, собственно, получается, лицензию получил тот, кто там работает и кому это нужнее.

— Лицензии получили те, кто участвовал в конкурсе и, соответственно, выиграл.

— А по поводу возможной передачи "Новатэку" четырех газовых месторождений "Газпрома" — Северо-Тамбейского, Западно-Тамбейского, Малыгинского и Тасийского лицензионных участков — в прошлом году была соответствующая просьба от главы "Новатэка" Леонида Михельсона, а в этом году этот процесс приостановлен?

— В данный момент владельцем лицензий на все эти месторождения является "Газпром". И Минприроды не располагает информацией по передаче этих участков "Новатэку".

Бывшая "серая зона" с Норвегией

— Подписание соглашения о бывшей "серой зоне" с Норвегией было отложено до формирования нового состава правительства. 11 сентября в Осло пройдут парламентские выборы. Когда планируете возобновить переговоры по этому вопросу?

— Норвежской стороне предлагалось подписать соглашение в ходе моего визита в Норвегию в начале июня, но с учетом рабочего графика министра нефти и энергетики Норвегии подписание не состоялось.

В сентябре в Норвегии должны пройти выборы, появятся наши новые партнеры. Или, скажем так, партнеры с новыми лицами. Дальше будем вести переговоры с ними. На самом деле документ в достаточно высокой стадии подготовки, и его подписание — это воля сторон.

— То есть принципиально все уже согласны.

— С нашей стороны мы все согласования уже получили. Соответственно, сейчас новое правительство Норвегии должно определиться. В целом подписание могло бы состояться осенью текущего года или же путем обмена дипломатическими нотами.

— На какой стадии переговоры с комиссией ООН по заявке на расширение границ Арктического шельфа? Ранее анонсировалось, что очередная встреча пройдет в июле этого года.

— У нас с новой комиссией встреча как раз сейчас происходит.

— Прямо сейчас?

— Прямо сейчас. Киселев Евгений Аркадьевич, мой заместитель, в Нью-Йорке встречается с членами новой комиссии ООН. Начало работы комиссии по российской заявке приходится на 5 сентября. Сейчас стоит задача наладить взаимоотношения с новыми экспертами, а все дальнейшие взаимодействия будем развивать на следующей встрече. В ноябре будет 45-я сессия, и я надеюсь, у меня все-таки получится туда доехать.

— Мы по-прежнему ожидаем, что решение по заявке будет принято в 2018 году?

— Новая комиссия, я знаю, активно занялась рассмотрением заявки. Соответственно, мы будем стараться, чтобы окончательные выводы были сделаны в самое ближайшее время. Конечно, в этом году они уже не успеют точку поставить, но такой сценарий вероятен в 2018 году при несопротивлении всех сторон. Но давайте не будем загадывать.

В любом случае работа сейчас активизировалась, новые члены комиссии достаточно активно начали проводить все необходимые работы. Так что надеемся, что при конструктивном взаимодействии мы получим все необходимые материалы и вопросы. Если у коллег, именно у членов комиссии, возникнут какие­-то вопросы и необходимо будет проводить работы, значит, будем проводить их в следующем году. Но мы нацелены на то, чтобы как можно быстрее все-таки получить резолюцию комиссии на нашу заявку.

Беседовали Евгения Соколова, Ирина Мандрыкина

Россия > Экология > mnr.gov.ru, 6 сентября 2017 > № 2305661 Сергей Донской


Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 5 сентября 2017 > № 2464706 Сергей Донской

Министр природных ресурсов и экологии России дал интервью ТАСС на полях Восточного экономического форума

Российские нефтяники планируют инвестировать в текущем году в геологоразведку порядка 360 млрд рублей, однако с учетом текущего уровня цен на нефть этот показатель может не превысить 300 млрд рублей, в целом сохраняя рост год к году на 15–20%. При этом инвестиции в геологоразведку на континентальном шельфе могут составить 108 млрд рублей.

Кроме того, одной из горячих тем остается возможная покупка Schlumberger доли в Eurasia Drilling Company (EDC). В частности, помимо уже известных предложений Минприроды России обязать Schlumberger предоставить гарантии по продолжению работы в РФ, ведомство считает необходимым полный перевод EDC под российскую юрисдикцию, а также ввод требования к формированию органов управления этой компанией из лиц, имеющих доступ к гостайне. Об этом министр природных ресурсов и экологии России Сергей Донской сообщил в интервью ТАСС на полях Восточного экономического форума.

— Сергей Ефимович, в конце 2016 года Россия и Япония подписали меморандум о сотрудничестве в области геологии и недропользования. Можно ли уже подвести первые итоги действия меморандума? Расширен ли за прошедший период спектр областей для взаимодействия в рамках его действия?

— Меморандум был подписан в декабре прошлого года и предполагал именно то, что будет развиваться сотрудничество в геологоразведке, в том числе по направлению наземных и морских геологических изысканий, совместной разведке с применением передовых японских и наших отечественных технологий. В том числе совместное исследование с использованием японского судна Shigen, обмен опытом по наилучшим доступным технологиям. Одна из тем, которая нас интересует и которой занимаются наши коллеги в Японии, — это газогидраты.

В России это направление развивается достаточно давно, есть определенные успехи, мы слышали, чего добились японцы, и нам интересно обменяться опытом. Безусловно, мы получаем информацию из открытых источников, но хотелось бы как раз провести более подробное обсуждение этого опыта совместно с японскими коллегами. В связи с этим весной этого года прошла первая рабочая группа в рамках меморандума. И я думаю, уже в этом году мы отработаем все необходимые процедуры, а затем перейдем к практической реализации, подготовке практических проектов и конкретным действиям.

— А говоря о газогидратах в России, вы какой регион имеете в виду?

— Во-первых, Арктика. Арктика очень богата газогидратами, и на самом деле мы рассматриваем газогидраты как тему будущего, это очень перспективная тема. Если брать соотношение запасов природного газа, который сегодня разрабатывается, и того, что в перспективе можно будет добывать из газогидратов, это значительные объемы: 1/1000 к сегодняшним запасам природного газа.

— Но у нас ведь традиционных запасов газа очень много, и мы сейчас добываем меньше, чем могли бы. Насколько для нас вообще актуальны еще и газогидраты?

— Надо смотреть в будущее. Мы понимаем, что газогидраты — это не только перспективный вид сырья, но и, скажем, один из элементов формирования будущего рынка и технологий.

— О какой временной перспективе может идти речь?

— С учетом темпов, с учетом активности наших коллег в других странах, в том числе японцев, я думаю, что в ближайшее десятилетие первые проекты по газогидратам появятся и начнут развиваться.

— Китай, насколько я помню, уже занимается такими проектами.

— Абсолютно верно. У экспертов есть ряд вопросов к тем проектам, которые они реализуют, но в любом случае многие страны рассматривают газогидраты как альтернативу природному газу, и соответственно, многие делают ставку на них.

— Но Китай, скажем так, вынужден этим заниматься. Для чего это нам?

— Мы понимаем, что в будущем спрос на энергию будет сохраняться, расти, и соответственно, надо предлагать какие-то новые подходы и технологии.

— Чтобы не случилось так, как со сланцевым газом.

— В любом случае именно с точки зрения инновационных проектов газогидраты — это вот такой вызов, который важно принять, и соответственно, искать ответы.

Борьба с "черными лесорубами"

— Как все-таки министерство планирует ужесточать борьбу с вывозом необработанного леса за рубеж, в том числе и в Китай? Как вы оцениваете объем этого рынка сегодня?

— Начиная с 2014 года размер вреда, причиненный лесам незаконными рубками, превысил 11 млрд рублей. В 2016 году почти 77% от общего объема незаконных рубок в стране приходилось на Сибирский федеральный округ (1,3 млн куб. м), в том числе 67% на Иркутскую область (1,1 млн куб. м). Также в 2016 году наибольшие объемы незаконной рубки лесных насаждений зафиксированы в Свердловской (54,4 тыс. куб. м), Вологодской (52,7 тыс. куб. м) областях. Поэтому, безусловно, проблема незаконной заготовки остается одной из ключевых для министерства и правительства. И для решения этого вопроса необходим комплексный подход, в частности контроль за деятельностью по всей цепочке лесозаготовки.

— Начиная от "черных лесорубов"?

— Мы понимаем, что это нонсенс для рынка, когда лес мимо всех пунктов контроля — и таможенных, и финансовых — провозится за границу.

Поэтому необходим тотальный контроль, это понятно абсолютно. Это прежде всего контроль деятельности пунктов приема и отгрузки древесины и пиломатериалов, предприятий, перерабатывающих древесину. Это внедрение системы маркировки древесины ценных пород и отслеживания ее транспортировки. Кроме того, регион должен перейти на реализацию круглых лесоматериалов исключительно по результатам электронных биржевых торгов. Сегодня современные технологии это позволяют делать.

У нас есть несколько проектов, которые мы уже начали реализовывать в Иркутске в рамках Года экологии. Мы изначально договаривались с нашими коллегами, что будем проводить проект по изменению местного законодательства, соответственно, регулирования точек приема заготовленной древесины, внедрения новых систем контроля через чипы, через современные информационные технологии. Плюс, ко всему…

— …дроны?

— Вы знаете, это тоже возможно, потому что сегодня у тех, кто занимается незаконной деятельностью, есть ресурсы и средства, и они активно сами используют всю современную технику. Мы не должны отставать. Это первое. И второе: конечно, нужно вводить регулирование, которое бы дестимулировало занятие этим незаконным производством. Кроме того, учитывая, что Китай, как вы правильно сказали, — один из основных рынков этого сырья, есть идеи договориться с правительством, чтобы на международных соглашениях мы бы обязали стороны исключить из оборота у себя на рынке древесину, которая не подтверждается документами о законном ее происхождении. То есть, с одной стороны, мы внедрим систему подтверждения законности заготовки древесины, с другой стороны, коллеги могли бы использовать это для контроля, для фильтрации потока древесины.

Предложения по покупке доли в Eurasia Drilling

— Можно тогда перейти к самой горячей теме последних дней — по поводу возможной покупки Schlumberger доли в Eurasia Drilling (EDC). Вы подчеркивали, что покупка Schlumberger EDC требует гарантий по продолжению работы в РФ. Не предоставила ли Schlumberger таких гарантий на текущий момент? Как вы оцениваете потенциальную возможность этой сделки?

— Начнем с самого главного. На сегодняшний день мы договорились провести рабочие встречи с рядом ведомств и обсудить, какие здесь могут быть механизмы. В частности, РСПП (Российский союз промышленников и предпринимателей — прим. ТАСС) решил выступить посредником в этих переговорах.

Что касается предложений от конкретных заявителей на покупку доли в компании — к нам никаких предложений пока не поступало. Ждем, когда эти предложения будут сформулированы, и соответственно, готовы на любых площадках их обсуждать. Мы заинтересованы, чтобы любая сделка давала бы устойчивость в развитии отрасли, давала гарантии, что мы не будем останавливать производство на наших участках только из-за того, что кто-то там не может привлечь ту или иную технологию. Надо изначально задумываться, каким образом избежать этих проблем.

— В случае, если сделка не состоится, вы не видите рисков для отрасли в том, что у нас не будет доступа к каким-то технологиям, которые, может быть, могла бы принести Schlumberger?

— Первое, на сегодняшний день санкции сами искусственно создают такие преграды. То есть в любом случае отрасль уже в определенной степени работает в таких условиях. Если у нас появятся собственники, которые сами будут привносить дополнительные риски в отрасль, то наоборот, это будет ухудшать и устойчивости для отрасли не добавит. Поэтому изначально нужно установить какие-то процедуры, обеспечивающие гарантированную работу на наших участках.

— То есть я правильно понимаю, что мы просто опасаемся, что эта сделка, точнее приход Schlumberger, — как троянский конь?

— В какой-то мере да. Перспектива покупки Schlumberger 51% в Eurasia Drilling увеличивает санкционные риски в отношении проектов, в которых нефтесервисная компания привлечена в качестве подрядчика.

В условиях санкций эта сделка может привести к срыву выполнения договоров с российскими компаниями-недропользователями, что, в свою очередь, приведет к невыполнению лицензионных обязательств, принятых компаниями перед государством. Соответственно, мы считаем подобную сделку недопустимой, поскольку приостановка геологоразведочных работ на участках недр федерального значения несет угрозу безопасности государства.

То есть, как мы и говорили, для того чтобы решение по покупке акций EDC было принято, самой Schlumberger необходимо предусмотреть варианты минимизации санкционных рисков и предоставить гарантии по выполнению обязательств перед компаниями-недропользователями.

— Эти предложения Минприроды как раз были недавно озвучены. А есть ли другие условия, помимо запрета Schlumberger разрывать уже существующие контракты нефтесервисной компании и ввода обязательства по принудительной продаже доли в Eurasia Drilling инвестору из России в случае ввода дополнительных санкций со стороны США?

— Есть еще один нюанс. Минприроды предложило ФАС установить требование к сделке Schlumberger в части перевода EDC полностью под российскую юрисдикцию и формирования органов управления компании из лиц, имеющих доступ к гостайне в соответствии с российским законодательством.

— Тогда давайте поговорим о еще одном претенденте — дочерней структуре арабского фонда Mubadala Thirty Seventh. В начале августа Минприроды представило свою позицию в ФАС в отношении этого претендента на долю в активе, и тогда было указано, что актуализированной информации о заключенных дочерними предприятиями Eurasia Drilling нет. Вот завершена ли эта работа в настоящее время? И если, допустим, сейчас EDC не работает на участках федерального значения, не означает ли это, что она не заключит такие договоры позже?

— Скажем так, то, что Eurasia Drilling работает на участках недр федерального значения, — факт. На самом деле они работают уже не первый год. Поэтому мы со своей стороны изначально рассматривали эту сделку в призме как раз работ на участках недр федерального значения.

— А идет ли речь о том, что все-таки эту сделку можно будет вынести на рассмотрение комиссии по иностранным инвестициям?

— Да, скорее всего, так оно и будет. Если сделка будет подготовлена, проработаны все вопросы — она будет вынесена на комиссию. По всем правилам она должна выноситься на рассмотрение правительственной комиссии по контролю за осуществлением иностранных инвестиций в России.

— То есть и мы, собственно, ждем только получения от них документов, чтобы вынести на рассмотрение комиссии?

— Мы ждем, когда будут представлены механизмы, необходимые документы, которые бы позволяли нам сделать вывод о том, что здесь гарантии определенные присутствуют.

Участки на Хатанге

— Сегодня стало известно, что объявление аукциона на два участка на Хатанге — Хара-Тумус и Бегичевский — запланировано до конца года. Есть ли более конкретные данные?

— Бегичевский участок является участком недр федерального значения, и по нему будет проведен аукцион после того, как правительство объявит соответствующее распоряжение. Проект распоряжения уже направлен на согласование в федеральные органы исполнительной власти. Мы внесем его в правительство после того, как получим документ из Роснедр.

Хара-Тумус не является участком недр федерального значения и по заявке от "Роснефти" включен в перечень объектов лицензирования по Красноярскому краю для геологического изучения, разведки добычи углеводородного сырья в текущем году. Конкурс по предоставлению права пользования этим участком недр будет проведен в четвертом квартале 2017 года.

— Когда "Роснефть" объявила о том, что они открыли большие запасы на Таймыре, вы говорили, что такого же результата ожидаете от "Лукойла". Когда вы ждете от "Лукойла" завершения работ по бурению?

— Начнем с того, что "Лукойл" пока не представлял по Хатанге своих материалов. По их оценкам, это, скорее всего, произойдет в первом квартале следующего года. Не раньше. Дальше будем смотреть. Естественно, коллеги выбирают свои правила, когда они будут подавать, когда результаты будут готовы и они смогут работать с ГКЗ.

Инвестиции в геологоразведку

— Давайте по инвестициям в геологоразведку. Роснедра сообщали, что к концу 2017 года ожидается рост инвестиций в эту отрасль почти до 400 млрд рублей. Можно ли по итогам первого полугодия говорить об общей тенденции — подтверждаются эти прогнозы или нет? Каков объем инвестиций крупнейших нефтяных компаний в ГРР по итогам полугодия и на сколько это выше или ниже показателя 2016 года?

— Инвестиции на проведение ГРР в 2017 году недропользователями запланированы в объеме более 360 млрд рублей, или 143% по отношению к 2016 году, в том числе на континентальном шельфе — 108 млрд рублей (168% по отношению к 2016 году). Но планы явно завышены.

Здесь мы, конечно, более консервативны, исходим и из конъюнктуры рынка, и из новых условий, которые нам предъявляют зарубежные партнеры, в том числе санкций. С учетом сохранения нынешнего уровня цен на нефть, принятых изменений в Налоговый кодекс РФ, предусматривающих возможность применения повышающего коэффициента 1,5 к расходам на геологическое изучение на шельфовых месторождениях, реальный объем инвестиций на углеводородное сырье в 2017 году может составить порядка 300 млрд рублей.

Конечно, мы ожидаем рост. Мы придерживаемся 15–20%. Это будет рост по отношению к 2016 году.

Что касается геологоразведки на шельфе — в 2017 году планируется отработать 36,1 тыс. погонных километров сейсмопрофилей 2D и 17,4 тыс. квадратных километров 3D. Запланировано пробурить 14 глубоких скважин, из них 11 поисковых и три разведочные. Объем бурения составит 36,9 тыс. м, из них 30,2 тыс. м — поисковое и 6,7 тыс. м — разведочное.

— Когда ваша очередная встреча с нефтяниками и с добытчиками твердых полезных ископаемых?

— Традиционно такие встречи проходят в ноябре, когда будут получены предварительные результаты по году и намечены планы работ на предстоящий год.

Действие санкций

— Раз уж мы заговорили про санкции. Их действие в том числе предусматривает новый законопроект Минприроды, который облегчает внесение изменений в лицензии на пользование недрами. В частности, вводится оговорка, что лицензия может быть изменена "при возникновении обстоятельств, существенно отличающихся от тех, при которых лицензия на пользование недрами была предоставлена". Идет ли тут речь о санкциях? Разрабатывает ли Минприроды новые инструменты для облегчения работы компаний, попавших под действие санкций?

— Вы знаете, я бы не сказал, что законопроект нацелен на облегчение внесения изменений в лицензии. Я считаю, что термин "облегчение" — это не совсем правильный термин. То есть здесь как раз речь идет о новой регламентации, установлении порядка. Но с учетом внешних, скажем так, параметров или факторов, которые влияют в том числе и на работу компаний, мы постарались здесь внести в законопроект условие, которое даст возможность предъявлять аргументацию в части влияния санкционных условий. Но в любом случае для этого требуется хорошая доказательная база.

Здесь нужно предъявить аргументы, почему предлагается переносить тот или иной срок и так далее. Мы исходим из того, что у нас в лицензиях прописываются основные условия. Они касаются геологоразведки, предоставления геоинформации, предоставления проектных документов. И на мой взгляд, санкции на эти условия особо не влияют: если есть обязательства о предоставлении геоинформации в определенные сроки, значит, они должны предоставить такую информацию; если есть задача к определенному периоду подготовить проектный документ, соответственно, этот проектный документ должен быть подготовлен.

Можно, конечно, спорить по поводу технологий, которые применяются в геологоразведке, потому что в лицензию попадают сроки и объемы геологоразведки. Но в любом случае, на мой взгляд, в сегодняшних условиях на то, что прописано в лицензиях, все санкционные условия имеют меньше влияния, чем на проектные документы. А все остальное, на что влияет конъюнктура, на что влияет технология, объемы добычи и так далее, — все остальное помещено в проектный документ, в нем прописываются все основные параметры работы на участке недр. И соответственно, внесение изменений в проектный документ происходит как раз в режиме работы Центральной комиссии по разработке. То есть законопроект просто определил основные параметры того, как будет происходить фиксация в лицензиях основных условий. И соответственно, как будет работать механизм подготовки и изменения проектных документов.

— Когда этот законопроект может быть принят?

— Мы внесли его в правительство совсем недавно. Сейчас идет работа в правительстве. Мы надеемся, в осеннюю сессию он будет внесен в Государственную думу и, кстати, вполне возможно, будет принят. Он на достаточно высоком уровне подготовки.

— А не было никаких возражений по законопроекту со стороны компаний?

— На сегодняшний день уже есть определенный опыт. В рамках актуализации лицензий мы четко выделили в лицензии параметры, которые фиксируются, являются основными для инвестора и которые не должны меняться. И соответственно, обозначили, что попадает в проектный документ. Сегодня существует процедура работы с проектными документами, изменения проектного документа. Соответственно, все эти процедуры сейчас в новом проекте закона как раз и прописаны.

— Ну и, собственно, опять же про санкции. В том пакете, который был принят 2 августа, прописано, что западные компании могут сотрудничать с нами, если доля российской компании составляет менее 33% в проектах. По вашему мнению, это уточнение про 33% как может повлиять на работу наших компаний?

— Наверное, лучше спросить у компаний, как они будут при таких условиях взаимодействовать с иностранными партнерами. Единственное, могу сказать, что у нас достаточно широкий спектр инструментария у компаний, они работают и на международных рынках, и многие уже имеют партнерские взаимоотношения с иностранными инвесторами достаточно давно.

— Я правильно понимаю, что это условие, возможно, облегчает работу компаний за рубежом, где они могут войти в проекты с такой долей?

— Это действительно лучше спросить у компаний. В любом случае, у наших нефтяников очень хороший заряд, очень хорошая база, чтобы найти способы, как продолжать работу и сделать бизнес эффективным.

— Еще в апреле планировалось завершить работу по расширению принципа вычета затрат на ГРР к рисковым проектам. В частности, Минприроды предлагало повысить коэффициенты к вычетам до 3,5 по рисковым шельфовым проектам и 2,5 по проектам на суше, на текущий момент для всех видов ГРР установлен коэффициент 1,5. На какой стадии переговоры по этому вопросу? Согласованы ли коэффициенты 2,5 и 3,5?

— Осенью должна начаться активная стадия, сейчас вопросы по коэффициентам 2,5 и 3,5 прорабатываются. Мы планируем, что поправки будут подготовлены осенью, есть соответствующее поручение Минфину. Однако согласованных решений по данному вопросу пока нет.

"Новатэк"

— Недавно "Новатэк" получил три газовых месторождения на Ямале. При этом условия изначально были прописаны таким образом, что никто другой подать заявку и не мог. То есть условия настолько жесткие, что, по сути, являются ограничением.

— Да, как мы знаем, в порядок проведения аукционов на право пользования Штормовым, Верхнетиутейским и Западно-Сеяхинским месторождениями были включены дополнительные требования — об обязательном использовании недропользователем ресурсной базы месторождений для производства СПГ на существующих и планируемых объектах инфраструктуры в Ямало-Ненецком автономном округе и требование наличия у участника аукциона лицензии на право пользования недрами месторождений, расположенных на полуостровах Ямал и Гыдан.

Эти дополнительные требования были приняты исходя из необходимости создания в Ямало-Ненецком автономном округе центра по добыче и сжижению природного газа. Мы рассматриваем, что именно в этом районе должен возникнуть центр по производству СПГ, именно исходя из того, что это возможность для России войти на этот рынок. И сейчас откладывать или каким-то образом сдерживать развитие этого рынка не совсем, на мой взгляд, на пользу государству.

— Ну, собственно, получается, лицензию получил тот, кто там работает и кому это нужнее.

— Лицензии получили те, кто участвовал в конкурсе и, соответственно, выиграл.

— А по поводу возможной передачи "Новатэку" четырех газовых месторождений "Газпрома" — Северо-Тамбейского, Западно-Тамбейского, Малыгинского и Тасийского лицензионных участков — в прошлом году была соответствующая просьба от главы "Новатэка" Леонида Михельсона, а в этом году этот процесс приостановлен?

— В данный момент владельцем лицензий на все эти месторождения является "Газпром". И Минприроды не располагает информацией по передаче этих участков "Новатэку".

Бывшая "серая зона" с Норвегией

— Подписание соглашения о бывшей "серой зоне" с Норвегией было отложено до формирования нового состава правительства. 11 сентября в Осло пройдут парламентские выборы. Когда планируете возобновить переговоры по этому вопросу?

— Норвежской стороне предлагалось подписать соглашение в ходе моего визита в Норвегию в начале июня, но с учетом рабочего графика министра нефти и энергетики Норвегии подписание не состоялось.

В сентябре в Норвегии должны пройти выборы, появятся наши новые партнеры. Или, скажем так, партнеры с новыми лицами. Дальше будем вести переговоры с ними. На самом деле документ в достаточно высокой стадии подготовки, и его подписание — это воля сторон.

— То есть принципиально все уже согласны.

— С нашей стороны мы все согласования уже получили. Соответственно, сейчас новое правительство Норвегии должно определиться. В целом подписание могло бы состояться осенью текущего года или же путем обмена дипломатическими нотами.

— На какой стадии переговоры с комиссией ООН по заявке на расширение границ Арктического шельфа? Ранее анонсировалось, что очередная встреча пройдет в июле этого года.

— У нас с новой комиссией встреча как раз сейчас происходит.

— Прямо сейчас?

— Прямо сейчас. Киселев Евгений Аркадьевич, мой заместитель, в Нью-Йорке встречается с членами новой комиссии ООН. Начало работы комиссии по российской заявке приходится на 5 сентября. Сейчас стоит задача наладить взаимоотношения с новыми экспертами, а все дальнейшие взаимодействия будем развивать на следующей встрече. В ноябре будет 45-я сессия, и я надеюсь, у меня все-таки получится туда доехать.

— Мы по-прежнему ожидаем, что решение по заявке будет принято в 2018 году?

— Новая комиссия, я знаю, активно занялась рассмотрением заявки. Соответственно, мы будем стараться, чтобы окончательные выводы были сделаны в самое ближайшее время. Конечно, в этом году они уже не успеют точку поставить, но такой сценарий вероятен в 2018 году при несопротивлении всех сторон. Но давайте не будем загадывать.

В любом случае работа сейчас активизировалась, новые члены комиссии достаточно активно начали проводить все необходимые работы. Так что надеемся, что при конструктивном взаимодействии мы получим все необходимые материалы и вопросы. Если у коллег, именно у членов комиссии, возникнут какие­-то вопросы и необходимо будет проводить работы, значит, будем проводить их в следующем году. Но мы нацелены на то, чтобы как можно быстрее все-таки получить резолюцию комиссии на нашу заявку.

 Евгения Соколова, Ирина Мандрыкина

Россия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 5 сентября 2017 > № 2464706 Сергей Донской


Россия > Экология > mnr.gov.ru, 22 мая 2017 > № 2187045 Сергей Донской

Сергей Донской: важно привлекать население к охране природных территорий

День биологического разнообразия отмечается во всем мире 22 мая. О том, что ждет нацпарки и заповедники в Год особо охраняемых территорий, совпавший с Годом экологии в России, как сохранить амурских тигров, дать отпор браконьерам и привлечь население к сохранению природы для будущих поколений, в интервью ТАСС рассказал министр природных ресурсов и экологии Сергей Донской.

— Сергей Ефимович, ранее заявлялось, что в этом году в России будут открыты семь новых особо охраняемых природных территорий (ООПТ). Расскажите, как идет эта работа? Какие заповедники и национальные парки уже открыты, а какие еще предстоит открыть?

— В этом году мы отмечаем 100 лет с момента создания первого заповедника в России. Мы взяли на себя особые обязательства: в этом году мы планируем создать семь новых ООПТ. Это два заповедника — «Восток Финского залива» в Ленинградской области и «Васюганский» в Новосибирской и Томской областях — и пять национальных парков: "Ладожские шхеры" (Республика Карелия), "Хибины" (Мурманская область), "Ленские столбы" (Якутия), "Кодар" (Забайкальский край) и "Зигальга" (Челябинская область). Кроме того, планируется открытие еще двух государственных природных заказников: "Новосибирские острова" (Якутия) и "Соловецкий архипелаг" (Архангельская область).

Есть несколько блоков работы: борьба с браконьерством, создание ареалов для проживания животных без влияния человека, создание условий для развития: поддержка кормовой базы, увеличение количества инспекторов на особо охраняемых территориях и наделение их полномочиями

С начала года уже создан один национальный парк в Ульяновской области — "Сенгилеевские горы". Это уникальный природный объект, который за живописность называют "ульяновской Швейцарией". Парк специально создавался для сохранения меловых Сенгилеевских гор, на которых растут реликтовые леса хвойных пород.

Особо охраняемая территория является одной из наиболее эффективных форм охраны природных объектов, на мой взгляд. В заповедниках, с одной стороны, запрещается любая хозяйственная деятельность, а с другой стороны, устанавливается режим поведения для посетителей.

— На днях вы выпустили в заповеднике "Бикин" амурского тигра Владика. Как думаете, ему там понравится? Какие меры по поддержанию биоразнообразия в особых зонах еще принимаете?

— Для всех жителей Владивостока, я думаю, история тигра Владика стала ярким, запоминающимся событием. Как и для тех, кто его выпускал в природу, в том числе для меня. Место, в котором мы выпустили Владика, труднодоступное, и оно специально выбиралось именно таким, чтобы не было людей и, естественно, чтобы никто, с одной стороны, не нарушал ареал обитания тигра, а с другой — не подвергал себя опасности.

Что касается поддержки биоразнообразия, то напомню, что Минприроды ведет Красную книгу, куда заносятся редкие виды. В прошлом году мы разработали проекты стратегий сохранения таких редких видов, как зубр, дзерен, сайгак, стерх, дальневосточный аист, степной орел. В этом году планируем проект по возвращению архара (горный баран) в Забайкалье на базе государственного природного биосферного заповедника "Даурский". Кроме того, в Лазовском государственном природном заповеднике (Приморский край) такой проект будет работать для дальневосточного леопарда в южном Сихотэ-Алине.

Инспекторы в ООПТ должны быть вооружены и иметь все полномочия для выполнения своих функций. Плюс ко всему должны быть легализованы перекрестные полномочия, когда у нас лесники, инспекторы охотничьи и рыбнадзор смогут задерживать, оформлять факты нарушений не только по своему профилю, но и по профилю коллег

В целом же есть несколько блоков работы: борьба с браконьерством, создание соответствующих ареалов для проживания животных без влияния человека на среду обитания, а также создание условий для развития. К примеру, поддержка кормовой базы для развития видов. Кроме того, необходимо увеличить количество инспекторов, в том числе общественных, на особо охраняемых территориях и наделить их полномочиями, чтобы они могли и задерживать, и оформлять документы, и вести административное производство.

— Планируется выдача оружия инспекторам?

— Общественным вряд ли, а что касается штатных инспекторов, да. В федеральных заповедниках и нацпарках есть у сотрудников табельное оружие. Но недавно мы столкнулись с тем, что, оказывается, инспекторы в региональных ООПТ не обладают оружием. Такая недоработка существует.

— Будете ее ликвидировать?

— Обязательно законодательно это надо установить. Мы считаем, что они должны быть вооружены и иметь все полномочия для выполнения своих функций. Плюс ко всему идет работа над легализацией перекрестных полномочий, когда у нас лесники, охотничьи инспектора смогут задерживать, оформлять факты нарушений не только по своему профилю, но и по профилю коллег. Если, например, браконьеры работают в лесу, а Рыбнадзор, находясь на реке, это увидел, они смогут отреагировать. Поручение президента есть, документы готовятся, в этом году мы его должны выполнить.

— Нет ли противоречия: нацпарки и заповедники надо сохранить в первозданном виде, но в то же время увеличить туристический поток в них до 20 млн человек ежегодно?

— Даже еще в СССР, если взять программные документы, которые готовились в 1930–1960-х годах, одним из факторов создания природных охраняемых территорий является не только задача охраны, но и предоставление возможности людям увидеть и посетить природные объекты. Мы считаем, что, если это не стихийный туризм, а именно экологический, мы сможем создать условия, чтобы не нарушать территорию. Экологический туризм позволяет привлекать средства, в том числе для охраны, он дает возможность развивать научную деятельность, инфраструктуру.

Когда мы просто все запрещаем, у нас возникает такое явление, как саботаж со стороны местных жителей. Люди, привыкшие жить в определенных условиях, сопротивляются, когда их размеренный быт нарушается другими правилами присутствия человека в природе, начинают проявлять свой характер, скажем так.

И, конечно, нам очень важно сделать так, чтобы ООПТ имели естественное взаимоотношение с населением, которое там проживает. Для этого жители привлекаются к работе в этих национальных парках и заповедниках, создаются условия для местного населения, чтобы они могли свой промысел вести, не уничтожая природный объект. Самое главное — привлекать население к охране территорий.

Нам очень важно сделать так, чтобы ООПТ имели естественное взаимоотношение с местным населением. Для этого создаются условия для местного населения, чтобы они могли свой промысел вести, не уничтожая природный объект. Самое главное — привлекать население к охране территорий

Кстати, в 2016 году более 10 млн человек посетили федеральные нацпарки и заповедники, что, по сравнению с 2011 годом, больше на 46%.

— Если вернуться к тигру Владику, как за ним будет вестись наблюдение?

— На нем есть ошейник с GPS-модулем, с помощью которого можно наблюдать перемещения, как далеко он уходит, где мигрирует, чтобы понять, как он приживается в этом месте. Важно и отследить, чтобы большая кошка снова не вышла к людям.

— Ошейники с GPS закупаются за рубежом, а нет ли планов по развитию отечественного производства, с датчиками ГЛОНАСС?

— Мы хотим обратиться в Минпромторг, чтобы коллеги рассмотрели возможность как раз создания не только ошейников, но и других атрибутов контроля и слежения за животными через ГЛОНАСС. Также сегодня активно для борьбы с браконьерством используются квадрокоптеры зарубежного производства, а хочется нашего.

— А что касается конфискованных на таможне животных, как вы считаете, пора уходить от практики их уничтожения?

— Уничтожать их нельзя. Готовим поправки в законодательство о создании государственных центров передержки животных.

Беседовала Екатерина Ефимова

Россия > Экология > mnr.gov.ru, 22 мая 2017 > № 2187045 Сергей Донской


Россия. Арктика > Экология > mnr.gov.ru, 28 марта 2017 > № 2127489 Сергей Донской

Сергей Донской в интервью журналу «Огонёк» рассказал об издержках и выгодах освоения Арктики

На этой неделе Архангельск станет столицей Арктики. Международный арктический форум соберет в этом древнем российском городе представителей полутора десятка стран, которых интересуют перспективы освоения региона. Как ни странно, среди них полно "неарктических": Север, как выясняется, манит Японию, Германию, Индию, Южную Корею, Китай, Сингапур... Но, конечно, главный сюжет — отечественный. Как распорядиться вековым опытом российского освоения Арктики, в котором сплавлены удачи и неудачи? Что такое вообще сегодня Арктика для нас с вами, когда бизнес-подход, по идее, должен заменить героизм? О том, как подходить к освоению богатейшей полярной кладовой планеты в новом тысячелетии, "Огонек" расспрашивал и министра природных ресурсов, и экспертов

Что такое Арктика для России: экономический ресурс, который нужно быстро освоить, уникальный заповедник, который надо сберечь, или вечная головная боль, подаренная географией? "Огонек" искал ответы на эти вопросы у министра природных ресурсов и экологии России Сергея Донского

— Сергей Ефимович, ключевой темой форума станет не добыча природных богатств или дележ континентального шельфа, а "человек в Арктике". Почему?

— А кому нужен шельф и природные богатства, если не человеку? Для человека и ведется добыча, идет развитие. Человек в Арктике — по-своему уникальное явление. Арктика по сложности условий и задач — это образно космическая одиссея homo sapiens. Казалось бы, она ближе, и сегодня попасть туда технически проще, но условия жизни на этой территории на грани экстремальных: перепады температур до 80 градусов — с минус 50 до плюс 30, долгая полярная ночь, пространства, которые подчас невозможно преодолеть по земле и даже по воздуху. Арктика — это вызов для человека, своего рода особое измерение. Недаром в советские времена отношение к полярникам было как к уникальным людям А сегодня героическое стало обыденным — и в космосе, и в Арктике, хотя героизма в обоих случаях меньше не стало. И без Арктики человек по-прежнему не может до конца раскрыть и осмыслить многообразие этого мира. Недавно прочел одну гипотезу — о том, то прародиной homo sapiens была не Африка, а именно Арктика. И это не удивляет: в Арктике как раз без труда и усилий не выжить....

— Но человек приносит Арктике больше вреда, чем пользы, или наоборот?

— Я бы здесь ответил словами известного французского зоолога Жана Дорста: "В глазах биологов появление человека в истории земного шара — крупнейший катаклизм в масштабах геологического времени".

И биологи говорят так не напрасно, всем известно, что в связи с деятельностью человека сегодня мы навсегда потеряли таких пернатых, как дронта, эндемика острова Маврикий, бескрылую гагарку, странствующего голубя, а также сумчатого волка в Австралии и другие виды. Но это все примеры безусловного воздействия на природу, а человек еще отличается от других существ тем, что воздействует на нее разумно — он добывает и использует природные ресурсы. Иначе он не может, и весь вопрос в том, какими методами он будет это делать. Если как раньше — от экологического разнообразия Арктики немного что останется. Одна из версий исчезновения мамонта и шерстистого носорога в этом регионе — деятельность человека, который, как выяснили в прошлом году якутские ученые, поселился в Арктике 45 тысяч лет назад. А ведь к творению рук человеческих сегодня присоединяется и сама природа — глобальное потепление, последствия которого на полюсах особо заметны. Не скажу, что все совсем печально: мы фиксируем не только исчезновение, но и появление новых видов существ — например, в районе Земли Франца-Иосифа (ЗФИ) обнаружили полярную акулу, которая живет (не поверите!) 400 лет.

— Холода способствуют долголетию...

— С холодом как раз проблема: то есть морозы в Арктике по-прежнему зашкаливают каждую зиму за минус 50 градусов, но вместе с тем площади полярных льдов сокращаются год от года. Для акул это, возможно, и к лучшему, а вот популяция белых медведей, по оценкам ученых, под угрозой. Из-за изменения климата в Арктике Россия теряет не только представителей арктической флоры и фауны, но и территории — уходят под воду целые острова.

Средняя скорость отступания берегов морей Лаптевых и Восточно-Сибирского составляет 1 м/год, максимальная — 20 м/год.

— Что же тогда Россия делит с Западом?!

— Звучит несколько провокационно, не делим, а в рамках международного права разграничиваем Арктический континентальный шельф. Процесс это небыстрый — соответствующую заявку мы подавали давно, даже успели ее переписать, пару лет назад я представлял ее в Комиссии ООН в Нью-Йорке, но процедура рассмотрения может занять еще лет пять-шесть. А вот нашу заявку на расширение шельфа в Охотском море в ООН удовлетворили еще весной 2014 года.

— Что на кону?

— Богатейшая кладовая, но с очень сложным замком (смеется). В Арктике сосредоточены колоссальные запасы природных ископаемых — не только углеводородов, но и металлов, золота.

— По прогнозу футуролога Яна Пирса, чьи предсказания сбываются на 85 процентов, уже к 2030 году человечество забудет про нефть и газ...

— Полвека назад обещали, что закончится эра угля. Закончилась? По данным Мирового энергетического совета, на угольные станции в США и Германии приходится около половины вырабатываемой электроэнергии, а в Австралии, Индии и Китае эта доля подтягивается к 80 процентам или даже превышает ее. Евросоюз восстанавливает свою угольную генерацию, несмотря на растущий процент альтернативной генерации. И сегодня, и завтра будут востребованы экономически приемлемые ресурсы: где-то это будет уголь, где-то — солнечная энергия, где-то — нефть или газ. Главное — баланс между экономикой и экологией.

— Вам это удается? У Минприроды может рано или поздно возникнуть когнитивный диссонанс: вы ответственны и за освоение природных богатств, и за сохранение природы...

— Мы за золотую середину: активно продвигаем внедрение экологически чистых технологий, которые при этом экономически доступны, мы стремимся создать условия для обеспечения баланса между экологией и экономикой, в том числе полностью защитить территории от негативного воздействия. За последние годы мы создали немало национальных парков и заповедников в Арктике.

— Представляю, как вы встречаетесь с Сечиным, и он вам говорит: или наполнение бюджета, или тюлени...

— Не тот пример. Вообще, у "Роснефти" действительно целый блок экологических проектов — есть и программы сохранение белого медведя, моржа в районах перспективного освоения углеводородов. Недавно мы обсуждали с компаниями, как объединить отдельные проекты в единую программу по улучшению биоразнообразия Арктики. Чтобы, например, не десяток проектов по разведению рыбы, а одна масштабная программа. Освободившиеся же в этом случае средства можно было бы направить на решение других экологических задач — их в Арктике немало.

Вообще, за пару десятков лет наши соседи дошли до того, что природной популяции рыбы и не осталось: сегодня они вынуждены ее выращивать, а это иное качество продукта. "Племенное стадо" многих промысловых рыб осталось сегодня только в России.

— Но с экологией у них получше?

— Я бы так не сказал. Проблема мусорных свалок — общемировая и актуальна для всех стран. Но Арктика, конечно, особая статья, согласен. Первым о необходимости проведения там "генеральной уборки" заявил еще в 2011 году президент. Мы провели инвентаризацию — что, где и сколько у нас лежит — и начали работу... За 5 лет вывезли порядка 40 тысяч тонн "железа" и мусора, рекультивировали 270 гектаров территории. Сегодня пришли практически к завершению очистки острова Врангеля, архипелага Шпицберген, Земли Франца-Иосифа и Александры, поселка Амдерма в Ненецком автономном округе, начали чистить свалку судов вдоль побережья Кольского залива (Мурманская область). На реализацию проекта выделено пока 50 млн рублей. Минобороны тоже подключился — вывезли 10 тысяч тонн военного лома. Я недавно летал в те места, видел, как выглядит Арктика без ржавого железа и пятен солярки — красота! Мы пошли дальше: с прошлого года Росприроднадзор стал брать на учет объекты, оказывающие негативное воздействие на среду, таковых в Российской Арктике 228 штук (4 процента от общего числа по стране). Но уборка уборкой, а нужно сделать так, чтобы мусор не появлялся вновь. Чтобы наладить высокотехнологичную переработку мусора, потребуется время, деньги и помощь бизнеса. Сегодня на Западе много говорят об "экономике замкнутого цикла", это когда мусора почти не остается — все уходит в переработку. Мы ставим такие же приоритеты — увеличивать срок службы, эксплуатации товаров, снижать объем природных ресурсов на единицу продукции. Мы можем быть лидерами в этой сфере. Что касается Арктики, то здесь главное — покончить с мусором, хотя кое-что, естественно, останется.

— Белым медведям?

— Нет, туристам. Для них — материальные свидетельства эпохи освоения Арктики XIX-XX веков — машины, трактора, самолеты, оставшиеся в одном-двух экземплярах на планете. Это артефакты — фактически экспонаты для развития туризма. Сегодня для туризма работают уникальная сезонная станция Борнео (для посещения полюса), рейсы атомных ледоколов из Мурманска к полюсу. В 2015 году на архипелаге Земля Франца-Иосифа был создан специальный пункт пропуска морских пассажирских судов через границу России, что позволило сократить на трое суток путь круизных рейсов, стартующих со Шпицбергена на ЗФИ, уменьшило стоимость таких вояжей и сэкономило время в дороге, что с учетом короткого "туристического сезона" в Заполярье немаловажно. Этим летом планируются уже три таких рейса.

— А еще куда турист стремится?

— Пользуются популярностью туры по посещению Соловков, Архангельска, Нарьян-Мара, Мурманска. Наиболее доступна для посещения западная часть Арктики, в первую очередь — акватория Баренцева моря: там благодаря Гольфстриму более длительная летне-осенняя навигация, не требующая использование ледоколов. Привлекательны для туристов и фьорды западного побережья Новой Земли, со сползающими в море ледниками, а также арктическая тундра с колониями гнездящихся пернатых, термоабразионные (разрушающиеся под действием тепла и волн) берега северного побережья острова Колгуев (там можно наблюдать дислоцированные погребенные льды древних ледников), капище ненцев на горе Болванская на острове Вайгач и лежбища гренландского моржа на западном побережье того же острова и у острова Долгий... Словом, романтика Арктики никуда не делась. Понятно, что такие туры дороги и сложны, но от желающих нет отбоя, хотя мы и ратуем за то, чтобы россиян в регион приезжало больше, чем иностранцев.

— А на деле?

— Больше всего китайцев, есть норвежцы (особенно много их на Шпицбергене), но из европейцев больше всего немцев. Но дальнейшее развитие круизного туризма уже потребует упрощения процедуры пересечения границы, для чего может быть использован принцип безвизового посещения наших территорий на какой-то срок, как это было сделано, например, в Санкт-Петербурге.

— Если человек так засоряет Арктику, то, может, расширять его присутствие там не следует?

— В том-то и отличие Российской Арктики от норвежской или какой-либо другой, что у нас большая территория суши, а не только моря, и она давно заселена. У наших соседей люди в Арктике появляются или на научных станциях, или работая вахтенным методом. В 90-е годы мы рассматривали опыт Канады именно в части формата присутствия на территории, у России есть выбор — ставить поселения или организовывать вахты. Единого решения, в каком направлении двигаться, пока нет. И наверное, и не будет — решение будет приниматься для каждого конкретного случая или проекта.

— Например?

— Вспомните, как возводился Норильский горно-металлургический комбинат в 1935 году... Это был подвиг порой ценой жизни — самый северный город и завод строились силами заключенных Норильлага, переброшенных туда с Соловков. За годы его существования погиб каждый четвертый заключенный. Сегодня такое даже представить себе жутко. Сейчас технологии позволяют производить блоки будущего завода на Большой земле, а потом привозить их в Арктику и собирать, как конструктор Lego — так строится, например, завод по проекту "Ямал СПГ". И все это так быстро!.. Я был на Ямале до начала реализации проекта — льды, тундра, комары... Прилетел совсем недавно: слева строится завод, справа — настоящий город, в заливе — портовая инфраструктура, урбанизация. И высокий экологический контроль.

— Сколько может стоить гуманизация Арктики?

— Трудно сказать... Это не посчитать заранее, как и, например, затраты на освоение космоса — слишком масштабные и долговременные проекты. На сегодняшний день гуманизация Арктики — скорее далекая перспектива. Конечно, планы строятся, затраты считаются, но в отношении каждого конкретного проекта. Пока каждый из них штучный "товар" — и сложно, и дорого (десятки миллиардов рублей). Но вкладывать их надо уже сейчас, так как ключ от "арктической кладовой" потребуется очень скоро — лет через пять-десять самое позднее. Так что полным ходом идет расширение уже запущенных проектов, решаются инфраструктурные, прежде всего транспортные, задачи.

— Вы о Северморпути?

— Не только. Хотя сегодня по нему ежегодно проходят до 8 млн тонн грузов. В прошлом году по Северморпути прошли почти 80 рейсов: все же он — самая короткая дорога из Европы в Азию. Китайцы весьма активно интересуются ею, но вопрос активизации маршрута упирается в его экономическую целесообразность — сначала пусть вырастет спрос на перевозки. Последний раз такое было связано с реализацией ямальских проектов.

— Кстати, о шельфе... У России достаточно технологий для его освоения?

— Не без проблем, конечно, но вопрос решаем. СССР стал первым в мире добывать арктические газ и нефть, но на суше. В море, на шельфе Запад нас опередил. Технологический разрыв особенно увеличился в 90-е годы, когда России было не до шельфа. Но все меняется: сегодня мы активно наверстываем упущенное. И заметьте: Запад любит говорить о трудности и дороговизне добычи в Арктике, задаваться вопросом, а целесообразно ли это делать, но одновременно, вводя санкции против России, первым делом ограничивает поступление шельфовых технологий для арктических проектов. О чем это говорит? О том, что они всеми силами пытаются затормозить глобальную конкуренцию, и о том, что они сами крайне заинтересованы в перспективах региона. И недавние открытия месторождений на Аляске только разожгли аппетиты.

— Санкции нам сильно помешали?

— Наши нефтегазовые компании объективно решают проблему. Находятся и технологии, и техника. Другое дело, что упустили время и поэтому сроки реализации проектов увеличились. Запад просчет понял: иностранцы сегодня весьма охотно идут на сотрудничество, если их приглашают, конечно,— те же американцы, итальянцы, недавно обсуждали тему привлечения индийских, французских и китайских компаний.

— Но почему освоение Русской Арктики идет так медленно?

— Не соглашусь. Арктика уже сегодня обеспечивает добычу 85 процентов газа нашей страны, 11 процентов нефти, не говоря уже о многих металлах. Арктика — это важный, но дополнительный источник целого ряда минеральных ресурсов к уже имеющимся освоенным регионам. Подчеркну — мы не начинаем, а продолжаем освоение Арктического региона, выходим на новые территории и акватории. Его дальнейшее освоение будет происходить при благоприятных экономических условиях. Когда в 2014 году цены на нефть упали, изменилась экономика целого ряда арктических проектов. На мой взгляд, это временные трудности: без углеводородов человечество еще долго не сможет обходиться, а Арктический регион — это ожидаемый источник минерального сырья для многих поколений. Но вскрыть замок арктической кладовой будет непросто — без усилий в этих широтах ничего сделать нельзя. Впрочем, последнее, как ни странно, и привлекает сюда исследователей, ученых и бизнес со всего мира. Как века назад, так и сегодня.

Сергей Донской, министр природных ресурсов и экологии России: Арктика — богатейшая кладовая, но с очень сложным замком. И ключ от "арктической кладовой" потребуется скоро — лет через пять-десять самое позднее.

Беседовала Светлана Сухова

Россия. Арктика > Экология > mnr.gov.ru, 28 марта 2017 > № 2127489 Сергей Донской


Россия > Экология > kremlin.ru, 20 марта 2017 > № 2111763 Сергей Донской

Рабочая встреча с Министром природных ресурсов и экологии Сергеем Донским.

С.Донской доложил Президенту о мерах по повышению эффективности недропользования, развитию системы особо охраняемых природных территорий, поддержке экологического туризма.

В.Путин: Сергей Ефимович, мы с Вами многократно обсуждали вопросы эффективности недропользования. Я знаю, что Министерством был приготовлен целый набор инструментов, в том числе работа с лицензиями, давайте об этом сейчас и поговорим.

С.Донской: Да, Владимир Владимирович.

Я хотел бы начать с того, что 25 лет назад с принятием закона о недрах началось формирование новой системы недропользования. И за это время недропользователи получили, были распределены, практически все разведанные месторождения полезных ископаемых. Сейчас доля нераспределённого фонда недр составляет по разным видам полезных ископаемых от 3 процентов: по алмазам – 3 процента, по природному газу – около 5 процентов, по нефти – 6 процентов, медь – 6,9–7 процентов. На самом деле фактически меняются акценты. Мы изменяем акценты от распределения недр к обеспечению эффективности недропользования.

И я хотел бы сказать, что мы сделали за это время, чтобы решить этот вопрос. Первое, в целях рационального недропользования была обновлена, фактически выстроена новая система подготовки и согласования технических проектов, введена новая классификация по нефти и газу, которая соответствует рамочной классификации ООН. Мы осенью прошлого года подписали с ООН соответствующий документ, который сопрягает эти две классификации. Установлены новые правила оборота геологической информации, фактически повышена доступность и оперативность геоинформации. Проведена по Вашему поручению, я уже докладывал, актуализация лицензий, мы закончили эту разовую актуализацию. У нас проведена работа по 5326 лицензиям. Фактически 70 процентов всех лицензий были актуализированы, остальные 30 процентов по разным причинам недропользователи не стали актуализировать. Соответственно, эти 30 процентов сейчас у нас под особым контролем.

Кстати, ещё хотел бы отметить, что актуализация позволила включить чёткие обязательства недропользователей в лицензии, тем самым повысилась эффективность контроля, то есть сейчас у нас прописаны сроки проведения геологоразведки практически во всех лицензиях, предоставление геологической информации и многое, многое другое.

В.Путин: Они стали более конкретными.

С.Донской: Да, более конкретными, чёткими, и, соответственно, здесь уже можно продолжать работу по повышению качества контроля в сфере недропользования.

В то же время приняли несколько законов, которые, во-первых, позволили нам сейчас реализовать принцип предоставления на геологоизучение по заявительному принципу недропользователям участков недр. И когда во всём мире объёмы инвестиций в геологоразведку падали (по нашим оценкам, где-то в 2,8 раза инвестиции в геологоразведку в мире упали), у нас инвестиции стабилизировались, а это немаловажно, – в том числе, мы считаем, за счёт тех мер, которые мы предприняли. Объём инвестиций, которые мы сейчас привлекаем в рамках заявительного принципа, составляет около 28 миллиардов, он в принципе сопоставим с государственным финансированием.

Плюс ко всему увеличены сроки геологоизучения. В труднодоступных, сложных территориях, там, где потребуется больше времени для того, чтобы провести геологоизучение, мы увеличили сроки. На суше где-то на 40 процентов, то есть с пяти до семи лет, на шельфе сейчас фактически предоставлено право проведения геологоизучения на 10 лет.

Введены также меры экономического стимулирования, в том числе за счёт снятия излишних издержек, снятия административных барьеров. Установлена возможность исправления технической ошибки в лицензиях и изменения границ лицензионных участков. Отменена дублирующая государственная экспертиза проектов скважин. Введена возможность добычи попутных полезных компонентов (пока только для государственных компаний, но в целом по мере того, как мы будем набирать темп в этой сфере, мы планируем также расширить это уже на более широкий спектр компаний). Установлена возможность изъятия земельных и лесных участков для целей недропользования.

В целом считаем, что предпринятые меры как раз и позволили сделать работу независимой от внешних вызовов, что, в принципе, в какой-то мере показали последние годы.

Теперь, когда завершилась работа по совершенствованию в этой сфере, проведена очистка лицензионного фонда от неактуальных обязательств, тех, которые в принципе устарели или не соответствуют текущей конъюнктуре, мы считаем, сложились условия для перехода к отраслевому оздоровлению. Что мы имеем в виду. Во-первых, необходимо наведение порядка в сфере недропользования через ужесточение контроля. В случае необходимости также мы рассматриваем и возможность изъятия лицензий у недропользователей, которые не выполняют условия. У нас сейчас, как я уже сказал, конкретные условия в лицензии прописаны. То есть это более чёткая форма принятия решения.

Также система экономических стимулов. Что мы имеем в виду. В прошлом году было принято решение и законом установлены вычеты затрат на геологоразведку из налога на прибыль с учётом повышающих коэффициентов. Но это мы сделали пока только для шельфа. Мы считаем, что, в принципе (этот механизм в мире тоже очень часто используется, и мы с Минфином уже ведём переговоры), мы можем распространить его и на сушу, – на отдельных территориях, там, где мы хотим стимулировать.

То есть там, где мы хотим стимулировать, этот механизм может заработать. Но здесь же мы хотим развивать уже механизм другого рода. Сейчас недропользователь платит «ренталс» – это платежи за площади, на которых он проводит геологоразведку. Мы хотим поднять эти платежи для тех недропользователей, которые не выполняют работы и выходят за сроки геологоразведки. Тем самым – стимулировать их выполнять всё в сроки, с теми объёмами, которые прописаны в лицензии, чтобы своего рода мотивировка появилась у компаний.

Плюс ко всему мы также рассматриваем возможность развития новых технологий поиска и добычи полезных ископаемых на технологических полигонах. Соответствующий законопроект, который позволяет развивать технологические полигоны на разных территориях, специально под разные виды трудноизвлекаемых запасов, под разные виды технологий, – такой законопроект мы надеемся в этом году принять. В принципе он уже готов, сейчас идёт согласование.

И создание новых форм участия государства в масштабных проектах по поиску – такая работа тоже ведётся. В частности, сейчас как раз акцент делаем в том числе на развитии государственно-частного партнёрства в этой сфере.

В целом такая картина на сегодняшний день нами подготовлена для повышения эффективности в этой сфере.

В.Путин: Сколько времени вы работали над этими мерами?

С.Донской: Что касается этих мер, с 2012 года мы активно начали ими заниматься. Единственное, конечно, над новой классификацией работало очень много людей, старая, 1983 года, уже не соответствовала сегодняшним реалиям, мы переходили на новую, которая бы позволила и экономические факторы учесть, и многие современные подходы, в том числе и технологические, – там целая большая работа велась, она начиналась в 2005 году. Но акцент мы сделали именно в 2012-м, и закончили как раз за этот период. Плюс международных экспертов привлекали, для того чтобы мы могли международные аспекты национальной классификации здесь рассмотреть и сделать так, чтобы это было в определённой степени сопоставимо.

В.Путин: Что, по Вашему мнению, подлежит дополнительному закреплению в нормативно-правовой базе?

С.Донской: Нам необходимо на сегодняшний день акцент сделать на меры экономического стимулирования именно в сфере геологоразведки, чтобы был точечно направленный инструментарий на новые территории, там, где мы планируем развивать геологоразведку, новые открытия делать. Это первое. Плюс ко всему, конечно, стимулирование недропользователей к выполнению тех правил, обязательств, которые в лицензиях прописаны. Мы считаем, что сейчас это одна из ключевых задач, чтобы выданные лицензии давали эффект. С одной стороны, как доход недропользователям, но в первую очередь, конечно, это эффект для развития страны. Потому что это хорошая база для того, чтобы регионы могли развиваться.

В.Путин: Это вы в самих лицензиях прописываете. А я спросил, что, по Вашему мнению, подлежит дополнительному закреплению в нормативно-правовой базе, в каких-то нормативных актах Правительства, в законодательной базе. По Вашему мнению, нужно что-то дополнительно?

С.Донской: Первое, о чём я говорил, потребует в том числе изменения законодательства. Конечно же, потребуют изменения в закон о недрах меры, связанные со стимулированием разработки трудноизвлекаемых месторождений. И, как я уже говорил, создание полигонов позволит привлекать сюда компании, которые могли бы развивать инновации, – это малый, средний бизнес, который развивает и инноватику. А дальше это будет использоваться нашими крупными компаниями уже для своей работы.

Тема, связанная с государственно-частным партнёрством: здесь возможно развитие и юниорного бизнеса, стимулирование малых компаний, которые работают на ранних стадиях, реализуя свои идеи по геологоразведке. Плюс ко всему возможно создание государственно-частных фондов для стимулирования.

В.Путин: В какие сроки вы предполагаете это сделать?

С.Донской: Всё сейчас, на данный момент, находится на стадии согласования, мы надеемся в этом году ещё дополнительные меры в этой сфере реализовать, приняв эти изменения в закон.

В.Путин: Когда в Думу вы собираетесь вносить закон?

С.Донской: Осенью, мы надеемся, все эти новации будут в Государственной Думе, и мы должны их принять.

В.Путин: Хорошо, спасибо.

Вы хотели рассказать ещё об особо охраняемых природных территориях?

С.Донской: Да. У нас в этом году особая ситуация. Мы в соответствии с Вашими указами реализуем мероприятия и по Году экологии, и по Году особо охраняемых природных территорий, которым в этом году исполняется 100 лет. В 1917 году в царской России был создан первый Баргузинский заповедник специально для восстановления популяции соболей.

В.Путин: В 1917 году?

С.Донской: В 1917 году по новому стилю, тогда это был декабрь 1916 года, но с учётом нового стиля сейчас дата приходится на январь 2017 года. В связи с этим в рамках реализации мероприятий Года ООПТ – особо охраняемых природных территорий – первое мероприятие, которое проводили, было на Байкале, в байкальском заповеднике: открывали там визит-центр – один из лучших визит-центров, который на сегодняшний день сделан и куда мы приглашаем всех посмотреть и увидеть все красоты Байкала.

Что касается современных ООПТ, сразу хотел бы подчеркнуть, у нас на данный момент более 200 различных заповедников и национальных парков, и в этом году планируем создать ещё семь различных ООПТ: опять же и заповедники, и национальные парки. Около 10 миллионов гектаров будет вовлечено в систему охраны. Здесь я тоже хотел бы сказать, что и по оценке международных экспертов, и по оценке наших специалистов, система ООПТ (заповедник, национальный парк) – одна из лучших форм сохранности территорий, которые могут подвергаться антропогенному воздействию с точки зрения охраны территорий, на которых находится практически от 50 до 80 процентов редких видов животных.

Осенью прошлого года Вы были в Оренбургском заповеднике, где мы реализуем проект по реинтродукции лошадей Пржевальского. Мы осенью завезли ещё десяток лошадей из Венгрии. И планируем в этом же году, в сентябре, ещё 10 лошадей из Венгрии привезти. Таким образом, у нас состоится проект, и мы создадим здесь хорошее ядро лошадей Пржевальского для дальнейшего развития. В этом же году, летом, планируем начать и проекты по развитию там экологического туризма, приглашать людей, которые смогут увидеть лошадей в дикой природе и дальше уже приобщиться к этой очень важной и, на мой взгляд, очень ранимой сфере.

И самое главное, я хотел бы тоже это подчеркнуть, по оценке специалистов, наши национальные парки могут привлечь в сфере экологического туризма до 20 миллионов человек. На сегодняшний день это только 2 миллиона. Мы, конечно, акцент в этом году делаем на том, чтобы можно было строить в национальных парках инфраструктуру, связанную с развитием экологического туризма. Мы планируем и изменения в законодательство, и продолжение проектов по строительству инфраструктуры.

И, наверное, самый яркий или самый эффективный способ привлечения внимания к экологическому туризму, к нашим объектам, красотам, – это Ваша поддержка, Владимир Владимирович. В качестве предложения у нас подготовлены три объекта. «Русская Арктика» – это архипелаг Франца-Иосифа, это Байкальский заповедник и плато Путорана. Достаточно красивые, интересные объекты. Если бы Вы согласились посетить, это был бы очень заметный, важный вклад в развитие экологического туризма на наших особо охраняемых природных территориях.

В.Путин: Спасибо. Обязательно. Мы с Вами выберем места и посмотрим, где посещение принесёт больший эффект в данный момент времени.

С.Донской: Спасибо, Владимир Владимирович.

В.Путин: Спасибо.

Россия > Экология > kremlin.ru, 20 марта 2017 > № 2111763 Сергей Донской


Россия > Экология > mnr.gov.ru, 3 февраля 2017 > № 2060633 Сергей Донской

Глава Минприроды России Сергей Донской в интервью интернет-газете «Лента.ру»: «Нужно предотвращать появление «концлагерей» для животных»

Законопроект "Об ответственном обращении с животными" был внесен в Госдуму в далеком 2011 году, но дальше первого чтения дело не пошло - документ вызвал многочисленные споры. Однако после резонансных историй с хабаровскими живодерками и последовавшей реакции общества президент России Владимир Путин поторопил депутатов с рассмотрением закона. Правда, за пять потерянных лет спорных моментов в нем меньше не стало. Какие правила установит новый закон, как ужесточится наказание за живодерство и чем Россия похожа на солнечный Неаполь, "Лента.ру" поговорила с главой Минприроды Сергеем Донским.

В поисках компромиссов

"Лента.ру": Неужели должна была произойти эта шокирующая история, чтобы Госдума наконец вернулась к законопроекту об ужесточении наказания для живодеров? И где все эти годы было министерство?

Донской: Тема действительно очень сложная и вызывает много споров. Все это время не прекращалось обсуждение основных развилок документа. Слава богу, мы вернулись к работе над законопроектом. Теперь важно добиться его принятия.

Что нового будет в документе?

В нем будут определены ключевые понятия, в том числе и "жестокое обращение с животным". Нужно понимать, что граница, отделяющая его от гуманного обращения, может быть очень тонкой.

Предлагается установить общие требования к обращению с животными. При этом следует понимать, что животные могут использоваться в разных целях, для чего прописаны отдельные их категории (безнадзорные; домашние; служебные; лабораторные; животные, используемые в культурно-зрелищных целях). Также определяются специализированные термины, необходимые для полноценного регулирования правовых отношений.

Сейчас документ проходит стадию обсуждения, его концепция формируется. Наша задача - найти компромиссы, которые устроили бы и зоозащитников, и общество в целом. И, конечно, приоритетной задачей является, собственно, защита животных.

Слабого, как известно, обидеть может каждый.

Хочу сказать, что это разговор не только о защите слабого, но и о здоровье общества. Жестокость к животным потом выливается в жестокость к людям. Отношение к братьям нашим меньшим - это фактически показатель нашего отношения друг к другу. Такие вещи особенно тяжело воспринимать тем, кто вырос рядом с животными.

У меня в детстве было несколько собак. Сегодня, честно говоря, я не могу себе позволить содержать домашнего питомца, но понимаю, какое отношение должно быть к собаке в семье. Несмотря на все просьбы детей, сдерживаю их. Первый вопрос, который возникает: "Дорогие мои, а кто в пять утра будет вставать и гулять с собакой?"

Неужели у министра природных ресурсов и экологии нет дома животных?

Я мало бываю дома, жена на работе, дети загружены учебой. Если животное будет находиться круглые сутки в одиночестве - это как раз и будет примером негуманного отношения.

Наказание - строже, штрафы - выше

В будущем будет создан реестр животных, каждое из них чипировано - звучит как утопия. Сможем ли мы в России создать такую систему?

Следует отметить, что идентификация и учет животных, в том числе кошек и собак, уже предусмотрена ветеринарным законодательством. Эти данные должны размещаться в государственной информационной системе в области ветеринарии. Ее создает Минсельхоз. Мы вместе с коллегами сейчас прорабатываем вопрос о целесообразности регистрации всех животных в этой системе.

Что касается чипирования: да, законопроект предусматривает такую возможность по желанию владельца и за его счет. Введение обязательной процедуры, очевидно, потребует отдельной проработки, в том числе на предмет финансовых затрат для собственников животных.

Просьбы зоозащитников об ужесточении наказания за издевательства над животными наконец нашли отражение в законе?

Не только наказание стало строже, но и список действий, за которые наступает ответственность, расширился. По новому закону полиция обязана возбуждать административные дела за истязание голодом и жаждой, за побои и неоказание помощи пострадавшему животному - за все это граждан будут штрафовать на сумму до 15 тысяч рублей, а компаниям грозит штраф до 150 тысяч. Также предлагается установить административную ответственность за пропаганду жестокого обращения с животными и соответствующие призывы.

В новой версии законопроекта есть, в частности, понятие "бой животных": "схватка двух и более животных, возникшая в результате натравливания животных друг на друга при намеренном бездействии по ее прекращению со стороны ответственных лиц". За организацию боев отдельным индивидуумам грозит штраф до 30 тысяч рублей, компаниям - до 800 тысяч.

У зоозащитников появятся официальные права

Самый главный вопрос: кто будет контролировать исполнение закона? Кто, например, проследит за хозяевами, которые выбросили животное на улицу?

Законопроект разделяет ответственность между федеральными органами власти и субъектами, вводит государственный надзор в области обращения с животными с привлечением общественных инспекторов. Последнее очень важно, это можно назвать ключевым моментом.

Общественный инспектор - это зоозащитник?

Да. И закон дает ему официальные права и возможности, в том числе фиксировать правонарушения в приютах. Примеров того, что приюты превращаются в фабрики смерти, немало - нужно быстро реагировать, закрывать их, а также заранее отрегулировать вопрос, куда перемещать животных в таких случаях.

Директор московского приюта "Эко Вешняки", ставшего такой фабрикой смерти, год за годом выигрывала госконтракты. Кто будет контролировать таких людей?

Мы очень надеемся на привлечение общественности. В законе будут прописаны условия содержания в приютах. Что касается того, частный это приют или созданный на государственные деньги, мы готовы поддержать и первые, и вторые. Частные центры передержки и приюты бывают не хуже государственных, им тоже нужно создавать условия для работы. И, конечно, предотвращать появление "концлагерей" для животных.

Приютить или отпустить

Московская областная дума в 2014 году запретила безвозвратный отлов бездомных собак и ввела методику "Отлов - стерилизация - вакцинация - возврат". По какому пути мы пойдем: помещение в приют или возвращение в городскую среду?

Есть разные подходы, и точка в этом вопросе не поставлена. Мы хотим выработать гибкие механизмы, чтобы их могли реализовать города, обладающие разными возможностями. Например, столица финансово может строить приюты, чего не скажешь о провинции: в глубинке не найдется ни денег для создания таких помещений, ни работников для них.

Поэтому в одних регионах будут строить приюты, в других будет действовать система стерилизации и возврата в городскую среду. Но, конечно, надо стараться, чтобы люди разбирали животных из приютов, ведь в столице миллионы жителей - думаю, многие готовы взять питомца.

В Якутске, например, здоровых животных усыпляют в приюте на 10-й день. Они это называют "утилизацией". Их просто не успевают пристроить. И вряд ли в этот короткий срок животных содержат в нормальных условиях.

Хочу подчеркнуть, что законопроектом запрещено регулирование численности животных путем умерщвления, за исключением случаев необходимости прекращения страданий нежизнеспособного животного, если они не могут быть прекращены иным способом либо если животное больно бешенством. Если гибель или вред для здоровья животного неизбежны, должны приниматься меры для снижения продолжительности и интенсивности страданий животного.

"Судьям нужно идти на принцип"

"Лента.ру" рассказывала, как в одной из подмосковных притравочных станций устраивают кровавое шоу: псы разрывают скованного цепью медведя, после чего один из работников станции добивает животное и тут же освежевывает. Все происходит на глазах у зрителей - собачников, их друзей и родственников. На потеху. Работа таких заведений оговаривается в новом законе?

Случаями таких кровавых расправ нужно правоохранительным органам заниматься, потому что на такие действия есть соответствующая уголовная статья. И знаете, судьям нужно, что называется, идти на принцип: все такие случаи заслуживают наказания в виде серьезных штрафов и принудительных работ, а общественное порицание - спасибо вам за это - дополнительный элемент ответственности живодеров.

Что касается притравочных станций, пока мы в этом вопросе не пришли к решению - комментировать его рано. Но в любом случае необходимо усилить контроль за ветеринарно-санитарными условиями содержания животных. Также надо упорядочить деятельность океанариумов, передвижных цирков и зоопарков. Нужно разработать порядок оборота диких животных на территории России и правила их содержания в неволе и нормы контроля за выполнением этих правил.

Летом и осенью на совещаниях с президентом несколько раз звучали предложения уничтожить диких кабанов в Центральной России. Это объяснялось угрозой распространения африканской чумы свиней (АЧС). Дословно говорилось так: "Кабаны должны встречаться реже, чем слоны и леопарды". Что-то в итоге решили?

Во-первых, хочу заметить, что роль кабана как главного виновника в распространении вируса африканской чумы свиней на территории России сильно преувеличена. Человек тоже может быть переносчиком АЧС. Не заболев сам, он разнесет это по всему свиноводческому комплексу. Мы неоднократно этот вопрос обсуждали, и могу сказать, что основным фактором распространения болезни являются инфицированные объекты - в частности, пищевые отходы, вывозимые хозяевами ферм и свинокомплексов на свалки и в лесополосы. Иными словами, безответственные действия людей. Кроме того, надо понимать, что зараженный кабан далеко не побежит, он очень быстро погибает.

Значит, истреблять мы их не будем?

Нет. У нас выработана рекомендация по регулированию численности, уже согласованная с Минсельхозом. Создаем буферные зоны на границе со странами-соседями, которые безуспешно борются с АЧС. В зоне сельскохозяйственного производства доводим до минимума численность кабанов.

"Крестные отцы" свалок

В ноябре Владимир Путин рассказал, что ему лично пришлось отдавать приказ и задействовать внутренние войска, чтобы разобраться с криминальными свалками мусора. Создается ощущение, что у нас, как в Неаполе, процветает "мусорная мафия".

Многие в молодости смотрели "Крестного отца", и кто-то эту романтику перенял, ассоциируя себя с героями романов Марио Пьюзо. Действительно, эта отрасль считается очень криминализированной, поскольку прибыли от нелегального захоронения очень высоки. Только в прошлом году, по предоставленным Росприроднадзором в правоохранительные органы материалам, выявлены десятки случаев незаконной деятельности в области утилизации отходов.

То есть все-таки мафия действует?

Мафия не мафия, но по большей части полигоны имеют "серый" статус, полулегальные условия функционирования. Имеют право принимать один вид отходов, а принимают другой. Все это завозится по ночам, закапывается. Или, например, устраивают свалку на закрытых военных территориях, куда, кроме военных, заходить никто не может, и гонят туда КамАЗы с мусором. Бывает, закрываем полигон, а мусор все равно свозится, и милиция не всегда способна проконтролировать. Поэтому единственный источник информации о нарушениях - местные жители.

В Год экологии вашему министерству дали карт-бланш для наведения порядка?

С криминальными элементами у нас разбирается МВД и Росгвардия. Мы, со своей стороны, регламентировали деятельность в области обращения с отходами и разработали нормативную базу по управлению отходами. Возникли сложности с переходом на новую систему во всех регионах, дали им еще два года на подготовку. Из 85 субъектов более 15 готовы запускать все механизмы в этом году, в том числе все прибайкальские регионы.

Сегодня вокруг Байкала вся территория подвержена антропогенному воздействую. Людей становится все больше, а инфраструктуры по сбору и утилизации мусора нет. Отсутствует даже концепция ее развития. И нам нужно все это сдвинуть с места.

А раньше, 10-15 лет назад, некому было сдвигать с места?

По большей части это упиралось в отсутствие денег, в отсутствие правил, в непонимание серьезности проблемы. А сейчас появились ресурсы, изменилось законодательство, и чиновники наконец осознали масштабы проблемы. Теперь главное - планомерно продолжать работу в этом направлении.

Россия > Экология > mnr.gov.ru, 3 февраля 2017 > № 2060633 Сергей Донской


Россия > Экология > kremlin.ru, 28 декабря 2016 > № 2021680 Сергей Донской

Встреча с Министром природных ресурсов и экологии Сергеем Донским.

Обсуждались планы по реализации мероприятий в рамках Года экологии. Министр также информировал Президента о ходе работы по актуализации лицензий в сфере недропользования.

В.Путин: Сергей Ефимович, следующий год объявлен в России Годом экологии. Всё это в известной степени условно, потому что так же, как литературой, культурой, экологией нельзя заниматься один год, а потом всё бросить. Но всё-таки это даёт нам возможность сосредоточить внимание на наиболее острых вопросах и проблемах. Как Ваше ведомство, как профильное министерство, планирует организовать эту работу?

С.Донской: Владимир Владимирович, до середины этого года Правительством был утверждён план проведения Года экологии, куда вошло около 600 мероприятий на различных уровнях. Мы как раз сейчас активно готовимся к реализации этих мероприятий. Все эти мероприятия в целом нами оцениваются в сумму около 350 миллиардов рублей.

Большая часть, конечно, это внебюджетные деньги в первую очередь, потому что там прописаны мероприятия по модернизации и частных компаний, предприятий. И регионы, которые проводят совместно с инвесторами мероприятия, связанные с оборотом отходов, организацией всей системы отходов. Как раз в 2017 году – несмотря на то что мы немножко сдвинули сроки по началу реализации этой реформы, – всё равно ряд регионов готов и уже начнёт реализовывать эту схему.

Плюс ко всему у нас стоит задача принятия в следующем году соответствующих решений Правительства по созданию новых особо охраняемых природных территорий – национальные парки, заповедники. Для этого как раз в этом году были проведены все необходимые мероприятия.

На вопросах, связанных с лесовосстановлением, с водоочисткой, в следующем году мы тоже делаем акцент.

В целом весь план по Году экологии нами разбит на восемь крупных блоков. Сюда входят Байкал, крупные проекты, связанные с дикой природой, реинтродукцией животных, восстановлением краснокнижных животных. Проект очень масштабный.

Мы на этот период, для того чтобы обеспечить контроль реализации этих мероприятий, заключаем с предприятиями соглашения, чтобы у нас появился действенный инструмент контроля за реализацией этих мероприятий, реализацией планов компаний в следующем году.

В целом, конечно, мы хотели бы, чтобы всё, что мы планируем сделать в рамках Года экологии, стало масштабным, действенным и значимым для людей, для всех, кто у нас заинтересован в чистой экологии, в чистой природе.

В.Путин: Думаю, что незаинтересованных просто нет.

С.Донской: Да, абсолютно верно.

В.Путин: Хорошо. Есть что-то, что Вы хотели ещё сказать?

С.Донской: Да, я ещё хотел доложить по тем мероприятиям, которые мы проводим по Вашему поручению. Речь идёт о разовой актуализации лицензий в сфере недропользования.

В 2015 году было поручение. В течение двух лет мы проводим разовую актуализацию. Основная задача – это приведение всех лицензий, которые находятся сейчас у недропользователей, в соответствие с действующим законодательством.

Во многие лицензии, которые были выданы еще в 1992 году и позже, естественно, не вносились изменения. Мы сейчас, актуализируя, во-первых, устанавливаем единую форму по этим лицензиям, приводим их к определённой форме. Плюс те показатели, данные, которые прописаны в проектных документах, мы, соответственно, тоже актуализируем. И у нас получается, что все лицензии, которые прошли актуализацию, формально единого вида. Те показатели, которые требуют актуализации, актуализируются и в проектных документах. У нас получилось, что на 1 декабря более 4 тысяч лицензий, точнее 4467 лицензий, актуализированы, из них 84 процента – по углеводородам (это 2380 лицензий), и 2087 лицензий – по твёрдым полезным ископаемым. Это фактически все сто процентов лицензий, которые мы должны были актуализировать.

Хотел бы сказать, что разовая актуализация позволила нам, во-первых, увеличить объём обязательств, которые прописаны в лицензиях. Мы прописали в лицензиях проектные обязательства из новых подготовленных проектов. Фактически объём обязательств по лицензиям увеличился на 25–30 процентов.

Плюс ко всему у нас наметилась тенденция: раньше недропользователи сдерживали геологическую информацию, считая, что геологическая информация – это коммерческая задача. Но, учитывая, что всё-таки лицензию и право пользования недрами мы выдаём недропользователям, но недра принадлежат государству, – геологическая информация тоже должна поступать государству.

Тенденция по сдаче геоинформации, с учётом того, что все хотят актуализироваться, увеличилась, потому что без проведения работ по сдаче геоинформации государству, без проведения работ по геологическому изучению и в случаях, если по лицензиям есть задолженность по платежам, мы такую актуализацию не проводим. В соответствии с Вашим поручением именно такие условия поставлены.

Хотел бы сказать, что в целом у нас по этой системе лицензии становятся более прозрачными и более понятными, и инвестор заинтересован, чтобы у него эта лицензия в таком виде была. Плюс государству это тоже удобно с точки зрения проверки и с точки зрения проведения в том числе всех взаимоотношений с недропользователями. На наш взгляд, актуализация ещё позволила в том числе и стабилизировать в какой-то мере объём геологических инвестиций за этот период, учитывая, что в мире – существенная тенденция по снижению (с учётом конъюнктуры) затрат на геологоразведку.

Хотел бы подчеркнуть, что уже на протяжении трёх лет у нас идёт как минимум простое воспроизводство в сфере углеводородов. Мы на сегодняшний момент фиксируем уже 575 миллионов тонн прироста запасов.

У нас прирост запасов по газу. При объёме добычи 572 миллиарда кубометров мы собираемся прирастить 701 миллиард кубических метров газа. Существенно выросли запасы полезных ископаемых по углю. Здесь прирост 502 тысячи тонн при добыче 387 тысяч тонн.

По золоту – 1194 тонны при добыче 293 тонны, то есть существенно выше, чем объём добычи. По серебру – 5818 тонн при добыче 2440 тонн. Фактически в два раза больше объём прироста запасов по отношению к добыче.

Сейчас, чтобы перейти на более системную работу, занимаемся подготовкой закона по актуализации лицензий. Эта работа будет уже не разовая, а системная, с определённым периодом, чтобы у нас постоянно происходила актуализация и, соответственно, выравнивание системы взаимоотношений государства и инвесторов.

В.Путин: Сергей Ефимович, видимо, без актуализации не обойтись. По сути, это продление действия лицензий.

С.Донской: Где-то продление, а где-то мы даже просто фиксируем обязательства, которых не было в лицензии. В 1992 году мы давали лицензии, где даже не было обязательств по проведению работ.

В.Путин: Вот это, конечно, нужно сделать, и нужно, чтобы недропользователи понимали, что это не может продолжаться бесконечно. Если лицензию взяли, то нужно работать, вкладывать ресурсы, организовывать производство. Если этого не происходит, к сожалению для них, нужно лицензии забирать. Думаю, что это дисциплинирует тех, кто останется и действительно будет работать.

С.Донской: Владимир Владимирович, то же хотел сказать. В рамках актуализации мы уже изъяли более 140 лицензий, как раз где есть невыполнение условий и видно, что никакая актуализация здесь ничем не поможет.

Плюс мы не всё актуализировали по тем условиям, о которых я сказал. Где не проводятся работы, где не сдаётся геоинформация, – а в случае если не проводятся работы, геоинформация не может быть сдана, – где задолженности по налогам, по платежам, мы такие лицензии тоже не актуализируем.

Соответственно, заканчивая разовую актуализацию сейчас, коллеги, если они не успели, выходят на режим, когда к ним приходит уже Росприроднадзор, и дальше уже, если они не делают никаких шагов по активизации работ, то, соответственно, как Вы сказали, режим изъятия лицензий автоматически должен наступить.

Россия > Экология > kremlin.ru, 28 декабря 2016 > № 2021680 Сергей Донской


Россия > Экология > kremlin.ru, 27 декабря 2016 > № 2021682 Владимир Путин, Сергей Донской

Заседание Государственного совета по вопросу об экологическом развитии Российской Федерации в интересах будущих поколений.

Президент провёл в Кремле заседание Государственного совета по вопросу «Об экологическом развитии Российской Федерации в интересах будущих поколений».

В.Путин: Уважаемые коллеги, добрый день!

В нашей сегодняшней повестке – задачи поэтапного перехода России к модели устойчивого развития, и не просто к модели устойчивого развития, а экологически устойчивого развития. Я хочу это подчеркнуть, мы говорим о развитии экономики страны, но с упором на решение экологических проблем.

Вопрос исключительно важный для повышения эффективности прежде всего всей национальной экономики, с одной стороны, и в то же время для улучшения качества жизни наших людей, для раскрытия потенциала наших регионов – с другой.

Напомню, что наступающий, 2017 год объявлен Годом экологии, а экологическое направление как приоритетное заложено в недавно утверждённую Стратегию научно-технологического развития России.

Понятно, что работа предстоит долгосрочная – на 20, на 30 лет и более. Но если не начинать масштабные мероприятия по этому направлению, то мы будем вечно топтаться на месте, ссылаясь на то, что денег не хватает на решение текущих задач, – это не даст нам перейти к решению задач стратегического характера. «На потом» откладывать уже невозможно.

Хочу подчеркнуть, гигантский, именно гигантский ресурсный потенциал России, безусловно, имеет планетарное значение. Наша страна располагает колоссальными запасами пресной воды, лесных ресурсов, огромным биоразнообразием и выступает как экологический донор мира, обеспечивая ему почти 10 процентов биосферной устойчивости.

Ещё в начале ХХ века Владимир Иванович Вернадский предупреждал, что наступит время, когда людям придётся взять на себя ответственность за развитие и человека, и природы. И такое время, безусловно, наступило. Человечество уже накопило огромное количество экологических долгов и продолжает испытывать природу на прочность. Это отражается и на самих людях. Не хочется говорить, но не сказать об этом тоже нельзя: каждый год в мире умирает только 7–8 миллионов человек в результате загрязнения атмосферного воздуха и воздуха помещений. Очень тяжёлые и тревожные цифры. Это имеет прямое отношение и к нашей стране. По ряду направлений нагрузка на природу достигла критических значений. В итоге ежегодный экономический ущерб доходит до 6 процентов ВВП, а с учётом последствий для здоровья людей – и до 15 процентов.

Обозначу самые острые экологические проблемы, которые требуют приоритетного решения. Ключевой вопрос – достижение кардинального снижения выбросов вредных веществ в атмосферу, их сбросов в водоёмы и в почву прежде всего за счёт технологического перевооружения промышленности, внедрения наилучших доступных технологий. Ряд крупных компаний уже реализуют свои программы по охране окружающей среды, но мы знаем, что далеко не все предприятия уделяют этим вопросам должное внимание.

Конечно, как я уже сказал в самом начале, это требует вложения средств, но нужно понимать, что экологически чистые технологии – это не только приоритет, это в конечном итоге приводит и к серьёзному экономическому выигрышу. Полагаю, что бизнес услышит меня, требования о внедрении таких технологий не будут откладываться. Мы уже не можем спускать всё на тормозах; принято решение отложить некоторые мероприятия, я ещё об этом скажу, но дальше уже переносить ничего не будем. Добавлю, что наилучшие доступные технологии – это мощный ресурс повышения эффективности и конкурентоспособности отечественных компаний, всей российской экономики.

Обращаюсь также и к министерствам, к ведомствам, ответственным за выпуск нормативных актов по таким технологиям: необходимо обеспечить их своевременную подготовку и учесть, что предприятиям нужно, конечно, разумное время для внедрения технологий, а значит, нужно своевременно готовить и нормативную базу. Но, повторю, бесконечно затягивать вопрос тоже невозможно.

Ситуация с вредными выбросами остаётся крайне неблагополучной. Половина городского населения живёт в условиях высокого уровня загрязнения воздуха. Вклад автотранспорта: и личного, и общественного – составляет от 50 до 90 процентов. Значительная часть поверхностных вод оценивается сегодня как «грязные» и «экстремально грязные». Семь процентов жителей не обеспечены качественной питьевой водой. Практически во всех регионах сохраняется тенденция к ухудшению состояния почв и земель. Если мы и дальше будем обходиться полумерами и ссылаться на более важные задачи, то к 2050 году выбросы загрязняющих веществ и парниковых газов достигнут критического предела, а это значит – мы с вами прекрасно понимаем, что это значит, – это значит, что будущим поколениям мы оставим среду, непригодную для жизни. Поэтому необходимо как минимум в два раза сократить загрязнения и выбросы.

Важное направление – совершенствование системы экологической информации. Кстати, само это понятие пока не закреплено в законе. Данные о загрязнении окружающей среды фрагментарны и оседают в разных ведомствах, а так называемые сводные расчёты загрязнения воздуха проводятся в крупных городах всего лишь 12 регионов Российской Федерации. Всё это осложняет оценку состояния окружающей среды в целом по стране, не говоря уже о возможности долгосрочных прогнозов. Конечно, хотелось бы сегодня услышать, что нужно сделать, по вашему мнению, для исправления такой ситуации.

Ещё одна важная задача – обезвреживание отходов производства и потребления. Их общее количество составляет сейчас свыше 30 миллиардов тонн. Мусор выбрасывают где придётся и как придётся, и такие свалки занимают почти 48 тысяч гектаров. Вы знаете, что законодательно уже введены жёсткие нормы утилизации и обезвреживания коммунальных отходов, но вступление в силу этих норм мы тоже пока сдвигаем вправо. Хотел бы услышать, как идёт разработка необходимых документов и что уже сделано, что граждане знают об этих нововведениях.

Прошу также докладчиков особое внимание уделить вопросам обращения с отходами повышенной опасности.

Далее – это постоянно звучит в выступлениях на эту тему, в Послании этого года тоже об этом говорилось, – активная вовлечённость граждан, общественных организаций в различные социальные проекты, в том числе в решение экологических проблем. Уже говорил: не нужно прятаться от людей в своих кабинетах. Люди, безусловно, хотят знать и имеют право знать, и имеют право участвовать в экологических, просветительских акциях, в конкретных делах по улучшению качества жизни, по благоустройству домовых территорий, парков, скверов. Я просто убеждён: доверие к инициативам граждан, диалог и партнёрство с общественными движениями – очень важное условие формирования высокой экологической культуры в стране.

Прошу Сергея Борисовича Иванова, председателя оргкомитета по проведению Года экологии, взять под свой патронат экологические проекты с участием волонтёров, в том числе по линии Русского географического общества и других объединений.

Уважаемые коллеги!

Я обозначил только некоторые, далеко не все вопросы, требующие нашего внимания, – полагаю, что они прозвучат в докладах и в выступлениях: это решение проблем энергосбережения, сохранение лесов, почв, водного пространства, уникальных природных объектов, редких видов животных и растений. Необходимо также обеспечить реализацию программ сбережения и экологического оздоровления таких наших общенациональных объектов, как Волга, Байкал, Телецкое озеро на Алтае.

И прошу выступающих сконцентрироваться на мерах и предложениях по улучшению ситуации, на мерах и предложениях, которые мы можем и должны в самое ближайшее время реализовать.

Пожалуйста, слово Борису Александровичу Дубровскому.

Б.Дубровский: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые члены Госсовета, коллеги!

Тема Госсовета «Об экологическом развитии Российской Федерации в интересах будущих поколений» вызвала живой интерес и в научно-экспертном сообществе, и в самых широких кругах. На этапе подготовки доклада был дан анализ степени влияния глобальных экологических проблем на развитие России и сформирован перечень внутренних экологических проблем и вызовов. В докладе мы обосновали необходимость перехода к «зелёному», экологически устойчивому развитию в качестве национального стратегического приоритета.

Достойное существование нынешних и будущих поколений сможет обеспечить только эффективное использование природного капитала. Идея сама по себе не новая, и, как отметил в своём выступлении Владимир Владимирович, родилась она в России. Именно наш великий соотечественник академик Вернадский почти столетие назад первым ввёл в научный оборот термин «устойчивое развитие». Суть идеи проста и понятна: нельзя противопоставлять природу и человека, который сам является неотъемлемой частью природы. При этом нужно честно признать: ни сегодня, ни в обозримом будущем мы не сможем отказаться от использования природных ресурсов, но мы должны ясно представлять себе механизмы и процессы измерения природного капитала. Поиск новой шкалы измерений идёт сейчас во всём мире, и Россия, я уверен, должна опередить всех в этом процессе.

Со времён Адама Смита природные ресурсы оцениваются по степени их вовлечённости в хозяйственный оборот. Даже зная об экологических пределах роста, мы продолжаем оценивать уровень развития типовыми показателями. Ключевым из них считается рост валового внутреннего продукта: он лишь фактически иллюстрирует скорость перевода природного капитала в физический без комплексного учёта социальных и экологических результатов. Они могут быть, коллеги, отрицательные. Думаю, здесь будет уместно вспомнить принцип двойной записи, которая с XV века используется в бухгалтерском учёте. Применительно к нашей тематике это выглядит следующим образом. У человечества есть пассивы – это наши природные ресурсы, наш природный капитал, и есть активы – человеческий капитал. Наша задача – перевести пассивы в активы с минимальными потерями, то есть использовать природные ресурсы для наращивания человеческого капитала.

В докладе мы обосновали необходимость дополнения показателя валового внутреннего продукта новыми индикаторами, которые будут количественно отражать устойчивость развития. Потребуется сформировать систему национальных счетов, которая оценивает состояние окружающей среды и стоимость экологических благ. Это должно учитываться в документах стратегического планирования и позволит нам реально управлять процессами. Мы уверены, результат построения такой системы планирования усилит роль России в решении глобальных экологических проблем, о чём Вы, уважаемый Владимир Владимирович, говорили в своём выступлении.

Уважаемые коллеги!

В ходе работы над докладом нам было полезно подняться на академический уровень, чтобы увидеть большое на расстоянии. Это помогло нам с коллегами системно сфокусироваться на конкретных вопросах, которые волнуют большинство людей уже сегодня, в порядке актуальности: это качество атмосферного воздуха и потребляемой питьевой воды, ситуация с бытовыми отходами, ликвидация нанесённого вреда природе, сохранение привычных природных ландшафтов.

В статье 42 Конституции России закреплено право каждого на благоприятную окружающую среду, достоверную информацию о её состоянии, на возмещение ущерба, причинённого его здоровью или имуществу экологическим правонарушением.

Мы видим три основные составляющие, каждая из которых требует работы. Авторы доклада предложили блок решений для реализации этой комплексной задачи в средней и в долгосрочной перспективе. В него входят изменения и дополнения в действующее законодательство в сфере природопользования и охраны окружающей среды, многоуровневая система мотиваций, создание чистых производств, в том числе через введение специальных рыночных инструментов, комплекс мероприятий по развитию возобновляемых источников энергии, новые требования к экологическому просвещению и эффективные механизмы взаимодействия с гражданским обществом. Предлагаемые меры масштабны, во многом взаимоувязаны, поэтому не могут уложиться в так называемые простые решения.

Алгоритм реализации предлагаемых мер достаточно подробно изложен в докладе. Коротко остановлюсь на ключевых вопросах.

Во–первых, управление качеством атмосферного воздуха. После 2000 года практически не наблюдается ощутимого снижения загрязнения атмосферы промышленных городов. Это говорит о том, что мы исчерпали возможности действующей модели управления качеством атмосферного воздуха, и надо искать новые инструменты.

Такие инструменты и суть их мы видим в следующем. Предлагается оценивать совокупное воздействие всех источников загрязнения в городе, проводить сводный расчёт предельно допустимых выбросов и на его основании определять допустимый вклад каждого источника в формирование нормативного качества воздуха в жилой зоне. Этот вклад, квота станет основой для принятия предприятиями конкретных программ и технологических решений. Их результатом должен стать темп уменьшения загрязнения в городской черте.

Одновременно квота определяется для транспортных потоков. Ответственность за её обеспечение ляжет на муниципалитеты и региональные власти. Они должны определить свои инструменты влияния, а это прежде всего направление развития общественного транспорта, переход на экологически безопасные транспортные средства, современные градостроительные решения для регулирования мощности транспортных потоков.

Эффективность такого управления легко определяется по тому, насколько снижается концентрация вредных веществ в воздухе жилых зон. Необходимые данные для управленческих решений дадут уже существующие системы мониторинга Росгидромета и Роспотребнадзора. Основным показателем результативности этой совместной деятельности станет степень удовлетворения общественного запроса на чистый воздух, а это уже можно считать индикатором устойчивого развития.

В докладе предлагается включить эти инструменты, а именно, перечислю их: сводный расчёт загрязнения, квоты концентрации загрязняющих веществ, мониторинг в жилых зонах – как основу управленческих решений в действующие законодательные и нормативно-правовые акты. Это даст возможность максимально предметно ставить задачи перед органами власти и промышленными предприятиями. Предлагаю определить пилотные регионы для отработки предложенных мер и сразу скажу, что Челябинская область готова стать таким регионом. При этом мы ожидаем, что это придаст новый импульс нашему развитию.

В своей практике мы также нередко сталкиваемся с ростом общественных и экологических рисков в ходе реализации крупных инвестиционных проектов. Мы считаем, что комплексная оценка экологических последствий таких проектов на начальном этапе их реализации позволит сбалансировать интересы бизнеса и общества. Этому должны способствовать чёткие и прозрачные механизмы государственной экологической экспертизы.

Следующая проблема – уменьшение площади земель, которые должны обеспечивать потребности нынешних и будущих поколений. Уже сейчас на планете безвозвратно утрачена треть плодородных почв. В России этот показатель составляет 7 процентов. Но мы все понимаем, что это не повод для самоуспокоения. Процесс утраты земель ускоряется, из оборота постоянно выводятся новые площади, причём не только под производство, но и под его отходы и свалки.

Как Вы, Владимир Владимирович, отметили, вызывает особую тревогу неконтролируемое обращение отходов высоких – первого и второго – классов опасности, которые по факту можно рассматривать как химическое оружие. Их обращение должно регулироваться специальными требованиями безопасности для защиты населения, предотвращения возможных террористических угроз. Мы считаем, что именно здесь должны в первую очередь внедряться высокотехнологичные механизмы контроля при транспортировке и наилучшие доступные технологии в переработке. Надеюсь, Сергей Ефимович коснётся этой темы более подробно.

Очень коротко скажу о проблеме коммунальных отходов, решение которой невозможно более откладывать. При этом регионы оказались в разной степени готовности к построению новой системы обращения с отходами.

Уважаемые коллеги, степень остроты этой проблемы у всех в регионах разная. Принятое решение предоставить регионам право самостоятельно определить срок внедрения новой системы в течение определённого переходного периода соответствует интересам «зелёной» экономики и вполне реалистично. Граждане к введению такой системы должны быть подготовлены, и это уже работа региональных властей.

Ещё одна чрезвычайно важная, на наш взгляд, тема – экологическое просвещение. Важно сформировать у каждого гражданина чёткую позицию в отношениях с природой, чтобы он понимал, как его бытовое поведение влияет на глобальные природные процессы. Замечу, что отсутствие необходимого уровня экологической грамотности, неготовность объективно оценить соответствующую информацию способствуют росту уровня экологического нигилизма, а значит, отрицанию любого развития. Мы с этим сталкиваемся. На этом фоне многие наши сограждане утрачивают способность критично воспринимать поступающую из разных источников экологически значимую информацию.

Экология – это прежде всего знание. И мы считаем, что это знание наша система образования должна давать не факультативно, а в качестве базовой дисциплины. Экологический компонент должен присутствовать во всех образовательных программах начиная с детского сада. Только тогда на уровне сознания станет нормой понимание личной ответственности каждого за будущее, где человечество, ставшее уже сегодня геологической силой, может уверенно продолжать своё развитие.

Уважаемые коллеги!

В своём выступлении я конспективно и где–то, наверное, эмоционально изложил итоги нашей почти полугодовой работы. Надеюсь, что мне и моим коллегам удалось сформулировать принципы, которые помогут нам обеспечить дальнейшее устойчивое развитие России в интересах нынешнего и будущих поколений. В этой связи не удержусь и процитирую Владимира Ивановича Вернадского, который почти век назад, когда издержки индустриальной эпохи ещё носили контурный характер, писал: «Перед человеком открывается огромное будущее, если он поймёт это и не будет употреблять свой разум и свой труд на самоистребление».

Искренне надеюсь, что в Год экологии мы войдём с общим пониманием задач и подходов к их решению, чтобы совместно реализовать задуманное.

В заключение я хотел бы поблагодарить всех участников рабочей группы за их вклад в результаты нашей работы и, пользуясь случаем, поздравить всех с наступающим Новым годом. Здоровья, благополучия и чистого неба над головой!

Спасибо за внимание.

В.Путин: Спасибо.

Сергей Ефимович Донской продолжит, пожалуйста.

С.Донской: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Хотел бы начать с результата всероссийского опроса общественного мнения, который буквально на днях завершил ВЦИОМ. Согласно оценке социологов, почти 45 процентов респондентов называют отходы основной угрозой для окружающей среды, поэтому именно с мусорной тематики я и начну.

Два года назад был принят закон, который направлен на решение этого вопроса. Он предусматривает несколько ключевых механизмов. Первое – это формирование в каждом регионе прозрачной системы оборота твёрдых коммунальных отходов. С этой целью регионы должны утвердить терсхемы. Этот документ предусматривает объективную оценку объёмов образования отходов, порядок управления их трафиком. В соответствии также с законом региональные власти выбирают на конкурсной основе регионального оператора.

Мы понимаем, что сейчас регионы находятся в разной степени готовности, и их переход к новой системе можно осуществить только при полной поддержке федеральной власти. Как пример приведу процесс подготовки региональных терсхем. В настоящее время эти документы согласованы с Росприроднадзором в 82 регионах, 69 их утвердили. Хочу сказать, что такие результаты связаны с тем, что Росприроднадзор буквально в ежедневном режиме работал с каждым регионом в отдельности.

На следующем этапе должны быть выбраны региональные операторы, установлены тарифы. Считаю, такая работа регионами должна быть проведена при адресной поддержке и контроле со стороны наших коллег из профильных федеральных органов исполнительной власти. Решено переходить на новую систему регулирования поэтапно, но, понятно, эта тема не откладывается. Во–первых, сегодня уже 12 регионов подтвердили свою готовность в 2017 году начать работать на основе новой системы регулирования, они в первую очередь нуждаются в нашей поддержке. Во–вторых, в полном объёме заработал второй ключевой механизм принятого закона: сегодня производители и импортёры обязаны либо самостоятельно утилизировать товары после утраты ими потребительских свойств, либо заплатить за это государству экологический сбор. В 2017 году мы планируем собрать более 6 миллиардов рублей экологического сбора, эти средства будут направлены в виде субсидий пионерным регионам.

Мы также планируем постепенно увеличить группы товаров, подлежащих утилизации, – сейчас их только восемь, – а также повысить нормативы их утилизации. Это позволит получать ежегодно значительные суммы: это 300 миллиардов рублей; эти средства будут направлены на субсидирование региональных программ в сфере обращения с твёрдыми коммунальными отходами.

Очевидно, эти меры будут успешными только при условии создания необходимых мусороперерабатывающих мощностей. Первым решением в этом направлении будет запуск в следующем году пилотных проектов по строительству пяти мусороперерабатывающих заводов. При этом, чтобы сделать мусоропереработку экологически безопасной, необходим раздельный сбор и сортировка отходов, и как раз в этой сфере мы видим направление для привлечения малого и среднего бизнеса.

К сожалению, сегодня помимо реформы управления вновь образующимися отходами мы вынуждены бороться и с накопленными проблемами в этой сфере. И, чтобы поставить заслон нелегальному размещению отходов, мы упорядочили систему лицензирования по всей цепочке оборота отходов. Выдано 12 тысяч лицензий, ведётся лицензионный контроль. Также планируется введение дополнительных средств автоматизированного контроля транспортировки отходов независимо от классов опасности – включая использование системы ГЛОНАСС. Ну и вместе с общественными организациями в 2017 году мы вводим в эксплуатацию публичную информационную систему по выявлению и контролю за ликвидацией свалок, своеобразную систему народного контроля.

А теперь о накопленных промышленных отходах. По результатам работы за последние четыре года нами убрано 4 миллиона тонн мусора в арктической зоне России, Сибири, Дальнем Востоке, Кавказе, Поволжье, а также на Байкальской природной территории. Однако с учётом масштабов проблемы мы понимаем, что необходимо её системное решение. Мы приняли соответствующий закон, который предусматривает внедрение новой системы: выявление таких объектов и категорирование их по степени опасности для окружающей среды. В результате уже в следующем году мы расширяем объёмы деятельности, запланирована очистка ещё 25 загрязнённых территорий в 20 регионах.

Общий объём бюджетного финансирования работ в этой сфере в период до 2019 года составит более 7 миллиардов рублей. Однако одних бюджетных средств недостаточно. Необходимо стимулирование частных инвесторов к выполнению таких работ. В качестве возможных мер можно рассматривать льготное предоставление освобождённых от полигонов и свалок земельных участков, а также проведение таких работ в счёт возмещения вреда, причинённого окружающей среде.

Реализация всех перечисленных мер позволит существенно повысить уровень переработки, по нашей оценке. Сейчас уровень утилизации твёрдых коммунальных отходов – 8 процентов. К 2025 году этот уровень составит около 40 процентов. Также, конечно, это предотвратит появление незаконных свалок.

Перейду ко второму направлению природоохранной реформы – технологическому нормированию через закон о наилучших доступных технологиях [НДТ]. Закон носит комплексный характер, направлен на совершенствование экологического надзора и контроля, экологической экспертизы, экологического нормирования, стимулирования деятельности в сферах охраны окружающей среды. Каждый из этих элементов реализуется поэтапно в период с 2015 по 2025 годы с горизонтом планирования по 2035 год.

Для реализации первого, самого главного, этапа необходимо выделить 300 предприятий наивысшей, первой, категории экологической опасности, оказывающих до 60 процентов негативного воздействия на компоненты окружающей среды. Эти предприятия за три года начиная с 2019 года будут обязаны реализовывать программу модернизации. Остальные объекты первой категории должны будут перейти на новую систему к 2025 году. Для этого сегодня мы ставим предприятия на государственный учёт, выделяем из них наиболее грязные и с 2018 года оснащаем их системами автоматического контроля, а также внедряем экологическую экспертизу в отношении строительства и реконструкции таких объектов. В результате информация о суммарных выбросах, сбросах, об объёмах размещения отходов будет доступна широкой общественности.

Также для обеспечения перехода на НДТ в 2017 году будет завершена разработка всех справочников для реализации различных отраслей экономики. Сегодня утверждена половина таких справочников: это 24 справочника.

Чтобы повысить эффективность этих мер и упростить их реализацию, считаем необходимым предусмотреть поэтапное оснащение предприятий приборами автоматического контроля выбросов и выдачу комплексных экологических разрешений для новых предприятий осуществлять до начала их строительства. А проведение государственной экологической экспертизы инвестиционных проектов мы предлагаем перенести на этап выбора места размещения промышленных предприятий.

Вместе с тем мы понимаем, что для реализации этой масштабной задачи предприятиям потребуются значительные инвестиции: по предварительным оценкам, порядка 1,5 процента ВВП, – поэтому в законе предусмотрены различные льготы и меры экономического стимулирования. Кроме того, Российским фондом технологического развития за счёт средств федерального бюджета осуществляется поддержка развития предприятий, тоже внедряющих НДТ. При этом для предприятий, отказавшихся внедрять НДТ, с 2020 года плата за выбросы и сбросы, осуществляемые с превышением установленных нормативов, увеличивается в четыре раза.

Эффективность данного механизма подтверждена в рамках внедрённого в 2013 году опыта регулирования ответственности за сжигание на факельных установках попутного нефтяного газа. Применение этого механизма позволило повысить уровень утилизации ПНГ с 77 процентов в 2012 году до 90 в текущем году. При этом объём вложений, инвестиций составил более 200 миллиардов рублей.

Хочу особо отметить, что, несмотря на то что основные механизмы по внедрению НДТ заработают только с 2019 года, уже сейчас многие крупные предприятия включились в работу. В частности, совместно с Росприроднадзором мы заключили 55 соглашений с предприятиями, и ожидаемый объём природоохранных инвестиций составит свыше 130 миллиардов рублей.

Кроме того, в целях очистки сточных вод Министерством обеспечивается поддержка реализации 59 инвестпроектов по строительству и модернизации очистных сооружений с общим объёмом частных инвестиций свыше 125 миллиардов рублей. Их завершение обеспечит сокращение объёма сброса в водные объекты загрязнённых сточных вод почти на 2 кубокилометра в год.

В перспективе переход на НДТ обеспечит не только рост качества жизни населения, но и стимулирует, конечно, машиностроение к выпуску современного технологического оборудования, задаст вектор импортозамещения и локализации производств, в конечном счёте приведёт к повышению конкурентоспособности российской экономики.

Теперь о сохранении природных объектов. Одним из самых эффективных способов сбережения дикой природы для будущих поколений является развитие системы охраняемых природных территорий и сохранение биоразнообразия. Поэтому первой задачей мы здесь видим расширение режима ООПТ с учётом социального и экономического развития тех регионов, где они будут находиться. За последние четыре года мы увеличили площадь ООПТ на 14 процентов, она достигла более 62 миллионов гектаров. На этом мы не останавливаемся и планируем создать только в следующем году 10 новых ООПТ.

В современном мире особо охраняемые природные территории активно вовлекаются в сферу экологического туризма. Потенциально наши парки и заповедники способны принять около 20 миллионов человек в год, однако существующая инфраструктура позволяет привлечь здесь 2 миллиона человек. Для создания соответствующей инфраструктуры средств государства недостаточно, поэтому в следующем году мы предлагаем внедрить механизм привлечения частных средств к созданию такой инфраструктуры, в том числе через концессионные соглашения. Такие механизмы позволят нам в 2018 году начать реализацию пилотных проектов по развитию экологического туризма на Байкальской природной территории, Горном Алтае, на Кавказе и к 2025 году увеличить посещаемость национальных парков жителями нашей страны в три раза.

По всем исчезающим видам животных: амурскому тигру, переднеазиатскому и дальневосточному леопардам, белому медведю, зубру, лошади Пржевальского – реализуются целевые программы по стабилизации и увеличению их популяции. Мы планируем запуск новых программ по другим редким видам животных, в частности по аргали, снежному барсу, сайгаку. В следующем году, безусловно, продолжим работу в направлении расширения перечня таких программ, в том числе с участием бизнеса.

В завершение хотел бы привести ещё один результат исследования ВЦИОМа, с которого начал. Отвечая на вопрос о факторах положительного влияния на окружающую среду, наши граждане на первое место поставили государственный экологический надзор, затем наказание нарушителей природоохранного законодательства. И, пользуясь тем, что большинство глав регионов находятся сегодня в этом зале, хочу попросить вас, тем более учитывая наши планы по Году экологии, воспринять общественный запрос и исходить из неотвратимости наказания за нарушение природоохранного законодательства. Прошу именно таким образом относиться к планам на Год экологии.

Спасибо за внимание.

В.Путин: Благодарю Вас.

Сергей Борисович Иванов, пожалуйста.

С.Иванов: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Охрана окружающей среды и ответственное природопользование становятся всё более важными задачами государственной политики. Собственно, об этом уже Президент только что говорил. Без их эффективного решения невозможно нормальное социально-экономическое развитие страны и повышение качества жизни людей. Без сомнения, это важное решение, мобилизующее все уровни власти, а также общество и бизнес на совместные действия, направленные на то, чтобы воздух и вода были чистыми, чтобы сохранились леса, растения и животные, чтобы окружающие нас пейзажи не портили уродливые свалки бытовых и промышленных отходов.

Хотел бы также обратить внимание на то, что мы должны работать не только в интересах будущих поколений, но и заботиться о здоровье и благополучии ныне живущих граждан нашей страны. О соответствующих цифрах уже было только что сказано.

Очевидно, проблем в экологической сфере у нас накопилось очень много, и год от года их число растёт, ухудшая не только общую ситуацию, но и повышая цену, которую нам в итоге всё равно придётся платить за возрождение окружающей среды. Здесь как с болезнью: если запустить её и вовремя не заняться лечением, то на восстановление уходит гораздо больше времени, сил и ресурсов.

Вообще, здоровье человека, как известно, прочно связано с экологией, так же, впрочем, как и состояние окружающей среды напрямую зависит от уровня антропогенного воздействия на неё. Всё это взаимосвязано между собой. Поэтому перед началом реализации каждого крупного проекта необходимо объективно оценивать риски причинения вреда как здоровью человека, так и окружающей среде.

Хочу подчеркнуть, что сложная финансово-экономическая ситуация, неблагоприятная конъюнктура на мировых рынках, обострение конкуренции среди поставщиков сырьевых и энергетических ресурсов не могут служить поводом для того, чтобы в очередной раз откладывать модернизацию грязных производств. Это всё отговорки. Достижение таких стандартов по выбросам, сбросам и образованию отходов, которые надёжно бы обеспечили экологическую безопасность на конкретных территориях, – вот то, что нам на самом деле нужно.

Недавно на заседании оргкомитета Года экологии, который я возглавляю, обсуждалась тема современных заводов по термической переработке отходов. Во всём мире применяются уже подобные технологии, и давно доказано, что они абсолютно безопасны, потому что такие заводы в ряде стран расположены в центре мегаполисов и никакого вреда окружающей среде не наносят. У нас на сегодняшний день при поддержке одного из лидеров в данной сфере в мире – это японская компания «Хитачи», планируется построить заводы силами госкорпорации «Ростех». Для начала четыре, об этом сегодня говорилось, четыре в Московской области и один в Татарстане.

Хотелось бы также, Владимир Владимирович, обратить внимание на Крым. Там скопилось огромное количество отходов. И с учётом всё возрастающего – и это хорошо – потока туристов, на мой взгляд, созрела уже необходимость аналогичный завод строить и в Крыму, по крайней мере на южном побережье Крыма, в районе Ялты. Нынешний так называемый Гаспринский полигон, когда на него смотришь с моря, а это в окрестностях Ай–Петри, очень красивой местности в Крыму, производит ужасающее впечатление. Я с Сергеем Валерьевичем уже говорил на этот счёт, он тоже готов приступить к планированию строительства именно такого завода на южном берегу Крыма.

Если же говорить в целом об отрасли обращения с отходами, включая регулирование, контроль и надзор, то в той или иной степени этим занимаются – внимание! – 15 федеральных министерств и 14 федеральных служб и агентств. Такое их количество, безусловно, усложняет выработку комплексных решений. Как говорится, у семи нянек дитя без глаза.

Следующий аспект, который хорошо известен, – это несоблюдение экологического и санитарного законодательства, а также пробелы в госрегулировании. Буквально на слуху вопрос использования фосфатов в различных чистящих и моющих веществах. По оценкам специалистов, именно такая бытовая химия составляет немалую, если не большую долю загрязнения водоёмов. При этом она не только значительно усложняет процесс очистки воды для нужд человека, но и является катализатором неудержимого роста некоторых видов водорослей, которые заполняют наши реки и озёра. Даже наша жемчужина Байкал находится под угрозой.

В Европе фосфорнокислые соединения давно находятся под запретом. Крупнейшие мировые производители успешно используют безопасные рецептуры. У нас же до сих пор работают по старинке. Как оказалось, для исправления ситуации, мы это обсуждали на оргкомитете, нужно всего лишь внести небольшое изменение в один из документов, который утверждается комиссией Таможенного союза. При этом сами компании – изготовители этих чистящих и моющих средств давно готовы быстро переориентировать своё производство.

Теперь что касается обращения с высокоопасными отходами. Владимир Владимирович, очевидно, что в этой сфере нужно максимально ужесточить контроль, привлекать для этого, если необходимо, правоохранительные органы и прокуратуру. Сегодня уже прозвучало сравнение таких особо опасных веществ с химическим оружием, и это правомерно, ведь такие отходы – это прямая угроза не только здоровью, но и жизни людей.

Я также считаю, что все транспортные средства, перевозящие опасные грузы, отходы и мусор, в обязательном порядке должны быть оснащены приёмниками ГЛОНАСС. Причём не в каждом регионе по отдельности, потому что те же мусоровозы ездят из одного региона в другой, – мы должны видеть это всё на централизованном уровне: куда едет опасный груз, как он едет, куда везутся отходы и так далее.

Теперь несколько слов о разрабатываемом законопроекте об ответственном обращении с животными, об этом сейчас много говорят. По моему глубокому убеждению, во–первых, нельзя делить наших братьев меньших на диких и домашних, а нужно выстраивать действенную систему по недопущению того, чтобы люди выбрасывали своих питомцев на улицу как надоевшую игрушку. Причём выбрасывают не только собак и кошек: наши СМИ в последнее время часто дают сообщения о так называемых бесхозных медведях, тиграх и даже крокодилах. Разумеется, необходимо поддерживать сеть приютов и центров передержки животных.

Во–вторых, ужесточения, на мой взгляд, требует законодательство в отношении различных передвижных цирков, дельфинариев и зоопарков, где зачастую животные содержатся в невыносимых условиях, а также в отношении граждан, которые используют животных для зарабатывания денег – фотографирования с ними туристов и так далее. Вы все это хорошо знаете.

Ещё одна проблема – это правоприменительная практика. Наши эксперты неоднократно отмечали, что экологическое законодательство в силу его комплексности по–разному применяется судами. Думаю, что будет целесообразным обобщить всю подобную практику и на этой основе унифицировать применение норм в сфере охраны окружающей среды. В проекте поручения такая норма записана.

И в завершение хочу заверить, что ни один из экологических вопросов, которые тревожат граждан нашей страны, а тревожат они очень серьёзно, как сегодня уже, по данным социологии, было заявлено, не останется без внимания оргкомитета Года экологии. Гражданские экологические инициативы мы будем всесторонне поддерживать и, собственно, уже начали поддерживать в лице Общероссийского народного фронта, Русского географического общества, Общероссийского движения школьников, различных волонтёрских организаций. И, пользуясь случаем, я прошу губернаторов также оказывать всестороннюю поддержку таким волонтёрским движениям. Без них экологическую ситуацию мы никогда, чиновники, не улучшим. Нам надо максимально привлекать гражданское общество.

Спасибо за внимание.

В.Путин: Спасибо, Сергей Борисович.

Шохин Александр Николаевич, прошу Вас.

А.Шохин: Спасибо, Владимир Владимирович.

В своём выступлении, Владимир Владимирович, Вы высказали пожелание – конечно, хотелось бы, чтобы это было уверенностью, – что российские компании не будут уклоняться от работы по улучшению экологии, окружающей среды. Должен сказать, что для компаний – членов РСПП да и для всех ведущих компаний России снижение негативного воздействия на окружающую среду является неотъемлемой частью программ модернизации, инвестиционных программ.

Борису Александровичу Дубровскому неудобно было, наверное, хвалить Магнитогорский металлургический комбинат, как бывшему генеральному директору, но должен сказать, что за последние пять лет он выделял на природоохранную деятельность от 3,5 до 4 миллиардов рублей. Новолипецкий металлургический комбинат только в этом году инвестировал 4 миллиарда рублей в эту работу. Одним из самых крупных экологических инвесторов является «Норникель»: за четыре года он выделил и будет выделять до 2020 года порядка 300 миллиардов рублей. Примеров достаточно много, я сошлюсь на выступление Сергея Ефимовича Донского, который сказал, что 55 предприятий уже заключили соглашения с Минприроды. Я думаю, что в Год экологии численность таких предприятий будет многократно больше.

В течение многих лет РСПП проводит активную работу по развитию так называемой ответственной деловой практики, которая направлена прежде всего на повышение прозрачности экологической информации, которая раскрывается промышленными предприятиями. Мы разработали инструменты, которые способствуют добровольной отчётности об устойчивом развитии. На нашем сайте в открытом доступе размещается база данных Национального реестра нефинансовых отчётов компаний. Нефинансовый отчёт – это прежде всего экологическая отчётность компаний, она подготовлена с учётом международных стандартов и лучших отечественных практик. И мы хотели бы, чтобы это распространялось, тиражировалось практикой, использовалось в масштабе всех отраслей российской экономики. Прежде всего мы пытаемся вместе, в том числе с Московской биржей, внедрять это в качестве добровольной части публичных акционерных компаний, которые размещаются на Московской бирже. Всё это, безусловно, должно дать свои плоды и даёт уже свои плоды. Минприроды фиксирует, что выбросы и сбросы загрязняющих веществ из года в год всё-таки снижаются, несмотря на те цифры, которые уже назывались.

Российский бизнес поддерживает начавшийся в 2014 году процесс перехода на экологическое технологическое нормирование и регулирование, основанное на принципах наилучших доступных технологий. Более того, мы вместе с Правительством и с Администрацией Президента активно участвовали в подготовке этого законодательства.

Мы считаем, что экологическое регулирование, НДТ вместе с законом о промышленной политике, который создаёт ряд стимулов для инвестиционной деятельности компаний, и начавшийся процесс реформирования контрольно-надзорной деятельности создают новые возможности для дальнейшего повышения эффективности всей природоохранной деятельности в масштабах страны и в масштабах российских компаний.

Вместе с тем мы хотели бы, чтобы новое законодательство эффективно работало, чтобы не надо было, как говорят в бюрократических кругах, сдвигать вправо введение тех или иных норм. Поэтому было бы желательно оценить работоспособность тех или иных положений существующего законодательства и внести определённые коррективы, которые позволят в том числе и в сроки реализовать его.

Я хотел бы, пользуясь случаем, назвать несколько направлений такого совершенствования.

Первое – это нормативы качества окружающей среды. Для перехода на НДТ это, безусловно, важнейший вопрос. Разработка данных нормативов, на наш взгляд, должна осуществляться, безусловно, с учётом оценки рисков причинения вреда здоровью человека на основе санитарных норм и правил, также и целевого назначения территорий, а также необходимости нормирования качества отдельных компонентов природной среды с учётом природного фонового состояния территорий и акваторий.

Второе. По новым требованиям законодательства до 1 января 2018 года источники выбросов и сбросов на объектах НДТ должны быть оснащены приборами автоматического мониторинга и передачи данных в государственные органы. По графику Правительства все справочники НДТ, где должны указываться вещества, подлежащие мониторингу, будут утверждены до конца 2017 года. А нормативы, соблюдение которых следует контролировать, планируется установить к середине 2018 года. Порядок же выдачи и условия новых комплексных разрешений на выбросы и сбросы, где должны быть указаны требования к автоматическому мониторингу, ещё не разработаны, а сами эти разрешения будут получаться компаниями с 2019 по 2025 год. То есть у нас, на наш взгляд, есть некоторое согласование вот этих всех процессов. И в этой связи предлагается внести в законодательство изменения, обеспечивающие поэтапность оснащения источников выбросов загрязняющих веществ приборами автоматического контроля в рамках программ создания систем производственного экологического контроля на предприятиях.

Сергей Ефимович Донской упоминал о том, что такая поэтапность предусмотрена, и по 300 предприятиям первой категории опасности это в первоочередном порядке будет вводиться; надо бы и применительно к приборам автоматического контроля также, на наш взгляд, предусмотреть именно эту этапность.

Третье. По требованиям законодательства с 1 января 2019 года экологической экспертизе подлежат материалы обоснования получения новых комплексных разрешений на выбросы и сбросы действующими предприятиями, которые переходят на НДТ. По нашему мнению, государственная экологическая экспертиза должна проводиться однократно на этапе определения места размещения объекта намечаемой хозяйственной деятельности – здесь мы поддерживаем Минприроды, о чём говорил Министр, – но также необходимо внести в закон изменения, которые исключали бы в проведении государственной экологической экспертизы материалов комплексных экологических разрешений уже работающих объектов, работающих предприятий. Безусловно, важно также и сокращение сроков проведения государственных экологических экспертиз по объектам невысокой категории опасности. Это соответствует общему подходу в рамках реформы контрольно-надзорной деятельности, рискориентированного подхода, его здесь можно было бы реализовать.

Четвёртое. Ещё одним административным барьером, который увеличивает нагрузку на компании, является двойная классификация отходов. По действующему законодательству каждый из более 4 тысяч видов отходов должен быть классифицирован дважды: один раз согласно нормам природоохранного законодательства – это пять классов опасности, второй раз – согласно нормам законодательства о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения – четыре класса. В этой связи мы предлагаем рассмотреть возможность формирования единой системы классификации, которая не только была бы гармонизирована по двум видам законодательства, но также и с требованиями Базельской конвенции о контроле за трансграничной перевозкой опасных отходов и их удалением, которая ратифицирована Россией более 20 лет назад.

Пятое – это вскрышные и вмещающие породы при добыче твёрдых полезных ископаемых. Вопрос давно обсуждается, но до сих пор не решён. По сути дела, вскрышные и вмещающие породы – это пустые породы, покрывающие залежи руды и извлекаемые на поверхность до начала добычи. Как правило, они не опасны для окружающей среды. При этом данные породы составляют, по нашим оценкам, до 90 процентов всех отходов. Отсюда и страшные цифры про миллиарды тонн отходов, которые образуются в стране ежегодно. Поэтому мы считаем возможным исключить требования по отнесению к отходам производства инертных неопасных материалов, таких как вскрышные и вмещающие породы, которые образуются при добыче рудных и нерудных полезных ископаемых, а также хвостов обогащения.

В заключение я хотел бы сказать, что РСПП активно участвовал в подготовке к заседанию Государственного совета. Мы провели серию обсуждений с Минприроды, другими федеральными ведомствами, с рабочей группой. Многие наши предложения были приняты к рассмотрению, частично учтены. Мы просили бы в окончательном варианте поручения Президента по итогам Госсовета учесть озвученные, в частности, предложения. Готовы включиться в их реализацию.

Кроме того, хотел бы сказать, что в рамках Года экологии мы готовы провести целую серию публичных мероприятий. В частности, в рамках Недели российского бизнеса в марте этого года мы будем проводить специальную конференцию по экологии. Также в соответствии с приоритетным проектом реформы надзорно-контрольной деятельности мы планируем представить консолидированные предложения бизнеса по систематизации, сокращению количества и актуализации обязательных требований в сфере экологии.

Поэтому ещё раз хотел бы выразить уверенность в том, что российские компании включатся в эту работу и в течение года покажут дополнительные позитивные результаты.

Спасибо.

В.Путин: Благодарю Вас.

Пожалуйста, коллеги, кто хотел бы что–то добавить? Владимир Вольфович, пожалуйста.

В.Жириновский: Я не услышал от основного докладчика, что, по мнению учёных всего мира, мы вступили в новую геологическую эру, и ей дано название «антропоцен». То есть впервые… В истории нашей Земли все изменения происходили под влиянием каких-то событий – падение метеорита, и сейчас мы перешли в новую эпоху – под влиянием человека. Впервые. Поэтому назвали её «антропоцен». И сколько тысяч лет мы проживём в этой системе?

И демографический переворот произошёл. Тоже докладчики почему–то не захотели сказать, что городское население планеты превысило сельское. Кто же нас будет кормить? И кто будет заниматься экологическими проблемами?

Конечно, про мусор можно много говорить, но нужно переходить от «мусорной» экономики к «зелёной» экономике. И в органах власти надо вводить принципиально новую, современную систему экоуправления. У нас вообще этого нет. У нас мусорная свалка, отходы отвезли – построили завод. Должна быть система в масштабах всей страны. И основная доктрина должна быть, что человек не должен жить среди небоскрёбов, он от этого чахнет, озлобляется и перестаёт размножаться. Никакая медицина не поможет.

Русский язык, экология нашего образования. Нас сейчас слушают миллионы людей, ребёнок спрашивает: «Папа, о чём они говорят?» Экология – что это такое? Мы в советское время говорили, что экология – чуть ли не буржуазное какое–то учение, течение, доктрина, нам это не надо. По-русски – это дом, жилище, удобный дом, чтобы там жилось хорошо. Если бы мы в Кремле обсуждали проблемы удобства проживания наших граждан, они бы лучше нас поняли. А у нас постоянно везде иностранные слова, и это тоже даёт определённый минус.

Не прозвучало: а где самый лучший опыт решения проблемы мусора? Швеция. Там не только всё решено – им уже не хватает своего мусора для переработки, и они завозят мусор: единственная в мире страна, которая импортирует мусор. Давайте и мы, может, направим? Санкт-Петербург ближе всего. Но это же достижение. Почему наши ответственные чиновники об этом не говорят, что есть страна, которая вышла вперёд в этом вопросе?

Чтобы наши губернаторы и мэры городов могли влиять на решение важных проблем, я считаю – это доктрина ЛДПР, – надо сделать вертикаль власти ещё более жёсткой, опустить её до главы поселения. Выборы мешают. Где права губернатора? Он вышел из своего кабинета – всё, у него никаких прав нет. Город не его – там мэр, поехал в область – там избранные главы районов. Кто ему подчиняется? Никто. А ответственность есть. Давайте добавим к ответственности больше прав.

Я считаю, что все должностные лица должны назначаться, тогда они будут бояться, что их снимут с работы через 15 минут после выявления крупных недостатков. А избранные – у них пять лет или сколько ещё? Ведь при царе было так, я ничего не выдумываю, и при советской власти: была жёсткая вертикаль. Мы 25 лет пытаемся создать модель: у них самоуправление – пускай у нас будет. То, что у них, нам не подходит: у нас другой климат, другие условия, другие традиции. И почему нам брать пример с кого–то? Нам же нужны успехи. Вот результаты будут при жёсткой вертикали власти.

Роспотребнадзор – главная структура, мы немножко убрали её полномочия для контроля. Мы правильно убрали дополнительные проверки малого бизнеса. Но там, где касается здоровья людей, надо восстановить права Роспотребнадзора. На всех рынках, во всех торговых сетях 70 процентов продукции продаётся с превышением нитратов, то есть мы травим наших людей. Никакой Минздрав их не вылечит. Я говорю Роспотребнадзору: проверяйте. Они говорят: не имеем права, нас лишили такого права. Я хожу и по всей стране проверяю. Что я один сделаю? Меня боятся, я ушёл – снова эти товары на прилавок положили. В этом смысле надо восстановить права, это должна быть мощная структура: это наше здоровье.

Потом возьмите, кто нас заставлял пить воду из–под крана? 300 миллионов 70 лет пили воду из–под крана, считалось, что она очищенная. Да, очищенная, но хлорированная. Сегодня вся страна с гастритом. Пусть нам доложат, сколько хронических заболеваний гастритом выявлено, это же ущерб здоровью. Где те чиновники, которые принимали такое решение, что можно пить воду? Весь мир – из бутылочек: родниковая нейтральная вода, природная. Только в Советском Союзе и некоторое время в новой России пили воду из–под крана. Это же тоже решение каких–то чиновников, они решили, что можно.

И последнее. Все доклады хорошие, но когда монотонное чтение и без конкретных примеров, то это плохо усваивается. Я с удовольствием слушаю, чтобы посмотреть интеллект докладчика, но мы же должны, чтобы это поняло всё население. Мы должны преподавать экологию в школах. Но нам снова скажет Министр образования: а кто будет преподавать? Некому. Это нужно обязательно делать, хотя школа перегружена, но с детства это должно быть.

И конкретный пример. Вот шикарный зал, красивый пол, но это же лак, он извергает вредные вещества, формальдегид или стирол. Белая краска хорошая, красивая на столах, всё отлично, но лак, краска и клей извергают формальдегид. Вся страна дома и в офисах дышит этой гадостью. И нормы есть. Значит, надо запретить, видимо, нам, чтобы в строительных материалах не было материалов, которые вредны для здоровья человека. Вот посмотрите, я сделал свой кабинет, он самый экологически чистый в Европе. Ну и что, кто-то мне сказал спасибо или взял за образец? Я не понимаю. Давайте проверим, на чём сидят наши сенаторы, министры. В их кабинетах замерьте воздух, они радуются, приходя на работу каждый день, а уходят с больной головой. Это же превышение норм везде.

Что нужно сделать? Только сосна, русская сосна – и ни капли клея, краски и лака. Все чиновники должны сидеть вот в таких кабинетах, а они закупают итальянскую мебель. Это лишние расходы и удар по здоровью. Поэтому, если не хотят меня прославлять, что я единственный в мире сделал нормальный, экологически чистый кабинет, использовал русские материалы и дешевле, надо тогда ввести как норму, а не тратить огромные деньги, чтобы из отравленных материалов состояла офисная мебель всех чиновников, которые должны принимать важные решения.

Поэтому экология – каждый день, на каждом шагу, но начать с того, чтобы по-русски говорить, тогда у нас будет больше порядка.

В.Путин: Спасибо, Владимир Вольфович.

Г.Зюганов: Сложный и очень важный год мы завершаем исключительно интересной темой, связанной с экологией. Сегодня на планете каждому третьему-четвёртому не хватает стакана чистой воды и куска свежего хлеба. Нам от предков досталась страна, которая в состоянии прокормить не только своё население, но и ещё 500 миллионов человек отборными продуктами, если мы к этому подойдём по-хозяйски и максимально используем данные нам возможности.

Уже сегодня на парижском рынке тонна чистой пресной воды гораздо дороже отборного бензина, и она будет удваиваться в цене каждые пять лет. Хочу вам напомнить, что 50 лет тому назад после начала космической эры в Вашингтоне собрался самый уникальный форум. Он рассмотрел перспективы развития человечества. Обязались, что к 2000 году решат многие проблемы: избавятся от голода, болезней, каждый получит коттедж, будет восьмичасовой рабочий день для всех на полгода, а дальше будут отдыхать, путешествовать, и на 1999 год уже намечали всемирный фейерверк в связи с уничтожением последних запасов ядерного оружия. Но когда сессия ООН в 2000 году собралась, то они увидели десять угроз, которые встали перед человечеством ещё более грозно: бедность, инфекционные болезни, третье место заняла деградация окружающей среды, терроризм тогда был на девятом месте. В прошлом году рассматривали – всё стало хуже, терроризм ворвался в тройку главных опасностей, с точки зрения экологии всё ушло в минус.

В этой связи мы считаем, что у нашей страны есть возможность исторического прорыва. К слову сказать, и Государственная Дума, Владимир Владимирович, за последнее время приняла около 40 законов, которые позволяют решать многие из этих проблем при условии иного финансово-экономического курса и наполнения бюджета.

Принят закон об экологических нормативах. Если его выполнить, то это будет совершенно иное современное производство с суперсовременными технологиями, развитой наукой и многими другими решениями.

Принят закон о переработке мусора. Но его откладывают в который раз, потому что оказались не готовы к решению этой проблемы, а уже под мусором миллион гектаров территории страны, представляете? Целый миллион гектаров неиспользованных земель!

Принят очень интересный закон об обороте леса. При нормальной переработке леса без ущерба для природы мы могли бы получать 100 миллиардов долларов чистого дохода в год, но для этого надо построить полторы сотни суперсовременных предприятий. Они есть, но эта программа должна лечь в основу нашей работы воспроизводства лесов. Кстати, леса, в том числе и в европейской территории, сейчас страдают от многих вещей. И серьёзной подвижки в этом отношении пока, к сожалению, нет.

Хочу вам напомнить, что одним из самых великих творений Всевышнего является женщина, она под сердцем вынесла всё человечество, цветы, которые прорастают новыми всходами и дают плоды, и пчела – она является главным экологом планеты. Если пчелу убрать, 80 процентов продовольствия у вас исчезнет со стола сразу. К слову сказать, тревогу не бьём, но в Южном полушарии уже исчезла половина пчёл. Американцы провели десять огромных сложных встреч и крайне обеспокоены. У нас было в своё время 10 миллионов пчелосемей, сейчас осталось меньше трёх. Ситуация продолжает усугубляться. Когда я готовил закон по этой теме – пока его не приняли, 20 регионов приняли, надо отдать должное, на местах, – то был поражён: в 1919 году идёт гражданская война, а Ленин издаёт указ о защите пчеловодов и развитии этого хозяйства, прекрасно понимая, что останемся без продовольствия. У нас с вами уникальный опыт на сей счёт, и мы можем получить великолепную продукцию и для лечения, и для детей. К слову сказать, японцы уже 20 лет подряд во всех детских садах дают драже с маточным молочком и стали по продолжительности жизни самой первой страной на планете: 85 лет – средний возраст жизни.

Мне представляется, если бы мы реализовали, а мы с Вами, Владимир Владимирович, не раз обсуждали проблему земли, у нас 41 миллион гектаров гуляет, можно было давно пустить их в оборот, там растёт бурьян, который превращается в сухостой, а потом полыхают пожары, можно было и по переработке леса включиться. И, кстати, многие регионы готовы. Готова наша Иркутская область, она в этом году всё сделала для того, чтобы взять под контроль «чёрных» лесорубов, и только по этой строчке прибавила почти 40 процентов, 6 процентов в промышленности прибавила – занимается всерьёз этой темой.

Можно было бы решить проблемы, связанные с водой. В одном Байкале четверть запасов мировой чистой пресной воды. Если все реки мира направить в Байкал, то они его заполнят только через год. Более уникального резервуара нет, а потребность будет возрастать колоссально. Благодарю Президента, он принял жёсткое решение, уже три года: ликвидировали тот комбинат, который загрязнял. Ситуация на глазах меняется к лучшему.

Владимир Владимирович, мы с Вами обсуждали, Вы подписали, приняли меры. На стыке Волги и Оки у нас «атомная бомба» – Дзержинск. Там чёрная дыра: это место, куда сбрасывали отвратительные химотходы, все отравляющие вещества. Белое море – 5 миллионов тонн, Игумново – почти 50 миллионов тонн, вторая по объёму в Европе свалка. Деньги выделены – в основном разворовали; двоих посадили, а воз и ныне там. Надо подогнать, потому что сейчас бывают затяжные дожди, и, если они переполнят этот резервуар, мы отравим Волгу, и всё вниз по Волге. Это будет катастрофа мирового масштаба. Нам срочно надо принять меры.

И очень важно подумать о чистоте души, помыслов: чистый двор, чистый дом, чистый посёлок – это облагораживает, и в этом отношении исключительно важно подумать о высокой чистоте нашей духовности.

Краснознамённый гениальный ансамбль, известный на всю планету, который потерял половину состава, – мы должны не только высказать соболезнования вместе, но и всё сделать, чтобы его восполнить. Каждый регион, каждый народный хор, каждый коллектив – у нас немало институтов культуры – мог бы поработать на это.

Я был вчера в ансамбле, они просили к Вам обратиться. У них расписан был график по всей Европе, они недавно выступали во всех столицах – ни одного места свободного на стадионах. Он пользовался колоссальной поддержкой. Но он будет такой же нашей визитной карточкой патриотической, военной, народной, советской песни, если там будут мастера, как они были, экстракласса. Давайте вместе подумаем и поможем, потому что легко отказаться, а у них расписано на весь следующий, экологический, год выступать и в Европе, и в Азии, и в Китае. Если мы поможем, коллектив быстро восстановится, это будет и нашим общим памятником этому светлому, талантливому коллективу.

И хотел бы вам всем напомнить слова Фёдора Достоевского, который как–то сказал: «Кто не любит природы, тот не любит человека, тот не гражданин». У нас есть возможность в Год экологии, тем более после таких интересных докладов, многое сделать и для людей, и для детей, и в целом для страны.

Спасибо.

В.Путин: Спасибо большое.

Сергей Михайлович, пожалуйста.

С.Миронов: Уважаемый Владимир Владимирович!

Уважаемые коллеги!

Кратко и по делу хочу остановиться на четырёх проблемах.

Первое – проблема повседневной жизни наших граждан, прежде всего питания наших граждан, качества продуктов питания. Всемирная организация здравоохранения фиксирует, что 70 процентов всех смертей сегодня на планете напрямую связаны с вредным питанием, в частности с химическими компонентами современной еды и пищевыми фальсификациями. Причина половины смертей в нашей стране – онкологические и сердечно-сосудистые заболевания, и один из главных факторов – это качество питания, выбор продуктов питания. Органические продукты, или, как обычно их называют, экологически чистые продукты, сегодня в мире в целом составляют всего лишь 5 процентов, иными словами – ниша свободна. И именно наша страна, как никакая другая, обладающая такими мощными запасами пашни, могла бы здесь составить мощную конкуренцию и стать крупнейшим производителем экологически чистой продукции. Однако без государственной помощи, без соответствующих законов, без поддержки научных разработок, в частности микробиологической рекультивации почв, и многих других государственных шагов, включая контроль движения продукции с любой фермы, с любого поля до прилавка, до покупателя, конечно, мы ничего сделать не можем. Хотел бы обратить внимание, что Минсельхозом подготовлен специальный законопроект о производстве и обороте органической продукции, но до сих пор он пока не внесён в Государственную Думу.

Мы успешно решаем продовольственную безопасность нашей страны, но нужно думать уже о безопасности самих продуктов питания. Это не потребует больших затрат, поскольку проблема не столько финансовая, сколько организационная.

Второе – отсутствие системы раздельного сбора твёрдых бытовых отходов. Сегодня об этом уже говорилось. Основные препятствия: отсутствие предприятий по сортировке потока отходов и его переработки, монополизированная и непрозрачная система управления отходами, неподготовленность людей к раздельному сбору твёрдых бытовых отходов – может быть, это одна из самых главных причин, с которой и нужно начинать. Для того чтобы налаживать эту работу, необходимо разъяснять населению, для чего это нужно, нужно устанавливать контейнеры для раздельного сбора отходов.

В нашем с Вами родном городе – Петербурге, в пригороде, в Пушкине, уже действует по инициативе общественности замечательная инициатива. И миф о том, что люди не будут выносить раздельно, – это миф. Люди, когда видят и понимают, для чего они делают, чётко, очень аккуратно раскладывают стекло к стеклу и так далее. Конечно, нужно этим серьёзно заниматься. Обязательно нужно наладить раздельный сбор таких отходов во всех официальных учебных заведениях: медицинских, фастфудах и так далее.

Организовать систему, наладить вывоз твёрдых бытовых отходов. Министр докладывал, здесь движение идёт. Надеюсь, что скоро соответствующие решения будут приняты, в том числе по назначению специальных ответственных за такие процессы в регионах.

Конечно, нужно ужесточать санкции и штрафы за несанкционированный выброс мусора. Обязательно людям нужно разъяснять, что даже раздельный сбор отходов ни в коем случае не повлечёт повышения тарифов за вывоз мусора.

Третье. Сергей Борисович уже об этом говорил, тоже должен высказать озабоченность ситуацией с экологией в Крыму. То, что сегодня разрушается уникальная система особо охраняемых природных территорий Республики Крым, вызывает очень большую тревогу. Кроме тех факторов, о которых говорил Сергей Борисович, хочу сказать, что очень большие проблемы со степной фауной и флорой, с отдельной степной экосистемой в Крыму. Несанкционированная застройка уничтожает десятками краснокнижные и растения, и животный мир, и экосистему. Ну и, конечно, проблема границ объектов природно-заповедного фонда, потому что они не зафиксированы, и здесь очень большие нарушения.

Четвёртое. Много лет наша партия «Справедливая Россия» сотрудничает с таким общественным экологическим движением, как «Зелёный патруль». Наверняка многие коллеги-губернаторы знают, что они проводят очень интересный мониторинг экологического состояния в регионах. Губернаторы справедливо волнуются, я знаю, как регион будет отмечен в этом рейтинге, потому что это очень важная составляющая. Мы поддерживаем предложения о создании проекта «Зелёный патруль школьников» в рамках всероссийского движения школьников. Знаю, что Сергей Борисович Иванов эту идею поддерживает. Думаю, что это очень хорошее начинание.

Отвлекусь буквально на одну минуту. Я не могу не высказать от десятков миллионов наших граждан страны, которые очень озабочены проблемой братьев наших меньших. Хочу высказать от их имени, Сергей Борисович, Вам благодарность за то, что Вы сейчас чётко высказали свою позицию по многострадальному закону об ответственном отношении к животным.

Я напомню, коллеги: пять лет – закон принят в первом чтении, 400 поправок принято, споры идут очень большие. И вот одна из проблем, которая мешает продвижению закона, что он должен регулировать: только домашних животных или всех? Конечно же всех, нельзя разделять. И то, что Сергей Борисович высказал здесь очень чёткую позицию, за это Вам, Сергей Борисович, большое спасибо.

И последнее. Уважаемый Владимир Владимирович, в будущем году в Москве пройдёт Всемирный фестиваль молодёжи и студентов. Программа предварительно будет называться «Культура и глобализация». Мы предлагаем в рамках этого международного фестиваля молодёжи и студентов организовать самостоятельную дискуссионную площадку «Экологическая культура молодёжи».

Спасибо за внимание.

Думаю, что в завершающемся году, накануне Года экологии Госсовет, посвящённый этой проблеме, – это очень важно и своевременно. За это отдельное спасибо Вам, уважаемый Владимир Владимирович.

Спасибо.

В.Путин: Благодарю Вас.

Коллеги, кто хочет добавить что–то ещё? Пожалуйста.

С.Орлова: Я очень коротко, с учётом того, что уже многие темы были озвучены.

Первое, очень важное и главное, Владимир Владимирович, уважаемые коллеги, то, что органы власти – региональные, муниципальные, поселенческие – не просто стали заниматься этими вопросами, а стали заниматься серьёзно.

Второе. Хочу сказать, что уже очень много школьников и студентов могут дать фору даже нам, взрослым, потому что по многим вопросам экологическое воспитание, которое проходит в школах и вузах, и добровольческие отряды, которые начинают работать в этом направлении, дают свои результаты.

Третье. Владимир Владимирович, сейчас мы можем на базе наших предприятий – я тоже за «Хитачи», я тоже за новейшие технологии, но мы с Сергеем Викторовичем Чемезовым на нашем заводе в Коврове уже начали подготовку по заводу по переработке мусора. У нас тоже много хороших специалистов. И вот здесь можно посмотреть тот же Фонд развития промышленности, который сегодня работает очень эффективно, многие сидящие в этом зале мои коллеги прошли уже через этот фонд. Благодаря импортозамещению мы уже начинаем делать продукцию, которая будет не хуже, тогда будет большой интерес для нашей промышленности. Это очень важный фактор.

Четвёртый момент. Попросила бы всё-таки программу очистки рек, Владимир Владимирович, ни в коем случае не останавливать. Программа очистки рек заставляет на региональном и муниципальном уровне начинать чистить малые реки и чистить озёра. И народ, гражданское общество начинает в этом вопросе объединяться.

Пятая позиция. Нам нужен постоянно действующий хороший экологический форум, такой форум проводит Совет Федерации. Можно расширить ряд позиций. Любая выставка показывает, что уже в этих технологиях мы не хуже по мировым позициям. Этот форум может привлечь очень много мировой общественности. Почему? Мы должны понимать, что, если не займёмся экологией, никакой продолжительности жизни не будет, и можно об этом забыть. Поэтому мы серьёзно этим вопросом занимаемся.

Теперь по переработке мусора. Владимир Владимирович, я тоже с Вами согласна, Вы говорили на пресс–конференции, эта тема в некоторой степени и криминальная: и перевозка мусора, и полигоны. Конечно, на 2019 год мы перенесли, но нужно очень грамотно отработать именно работу операторов.

Теперь у нас три территории: Москва, Московская область и Владимирская область. Конечно, по большому счёту одна Москва и Московская область не разрешат эту проблему, даже если они по десять заводов поставят. Но есть опасность, что если мы будем принимать мусор из Москвы и Московской области, то не примут граждане Владимирской области. Конечно, к этому нужен очень грамотный, серьёзный, профессиональный подход.

И последнее. Владимир Владимирович, я хотела от всех наших коллег поздравить Вас с наступающим Новым годом. 2016 год был непростой, но у нас сохранился мир, стабильность, мы растём потихонечку, мы развиваемся. Мы делаем новые проекты, мы строим хорошую инфраструктуру.

Спасибо Вам большое, здоровья Вам, удачи, успехов, и будьте всегда с нами!

В.Путин: Большое спасибо.

С.Чернин: Уважаемый Владимир Владимирович!

Чернин Сергей Яковлевич, председатель комиссии Общественной палаты по экологии и охране окружающей среды.

Опираясь на опыт работы комиссии по экологии Общественной палаты, считаю целесообразным в первую очередь сосредоточиться на следующем.

Первое. Выработать конкретные экономические механизмы и обеспечить переход крупнейших природопользователей на наилучшие доступные технологии в установленные законом сроки, не допустив их срыва. С 2018 года безотлагательно внедрить автоматические методы контроля с выводом результатов измерений в режиме онлайн на сайтах надзорных органов и Общественной палаты.

Несмотря на лоббирование некоторыми силами переноса сроков этой обязанности на 2023 год, могу сказать, что уже сегодня имеется положительный опыт подтверждения реальности установленных сроков. Так, в ноябре 2014 года после происшедшего выброса сероводорода в воздух города Москвы Общественная палата и правительство Москвы в лице департамента экологии всего за полтора месяца оборудовали один из объектов энергетики автоматическими приборами учёта с выводом информации полностью в режиме онлайн на сайт Общественной палаты и другие сайты.

Второе. Предусмотреть меры поддержки российских компаний, внедряющих гармонизированные с международными стандартами практики устойчивого экологического развития, и установить критерии оценки их эффективности. Данная норма позволит российским компаниям сохранить конкурентоспособность на внешних рынках в случае чрезмерной активности декарбонизации европейской экономики.

Третье. Ускорить темпы ликвидации объектов накопленного экологического вреда включая наиболее приоритетные объекты – Байкальский ЦБК, полигон «Красный Бор» и объекты накопленного экологического вреда, о которых говорил Геннадий Андреевич, в Нижегородской области – кстати, там сменился подрядчик в 2016 году, и всё идёт с опережением сроков на полгода фактически сейчас.

Четвёртое. Несмотря на конкретную работу нового руководства Росприроднадзора на повышение результативности государственного экологического надзора, существующий механизм проведения проверок, в частности отсутствие принципа внезапности, не позволяет эффективно реализовать надзорные функции в области охраны окружающей среды. Поэтому считаю необходимым проработать механизм повышения эффективности экологического надзора, предусмотрев постоянный экологический надзор в первую очередь в отношении крупнейших загрязнителей, особенно в период неблагоприятных метеоусловий. Это очень заметно и в таких городах, как Челябинск, Красноярск и других.

Пятое. Анализ содержания схемы обращения с отходами показывает, что основным видом удаления отходов в регионах является захоронение. Территориальные схемы не предусматривают возможности глубокой переработки отходов. Региональным органам власти необходимо обеспечить увеличение доли отходов, в том числе твёрдых коммунальных, направленных на повторное использование.

Полагаю, что разработанные Общественной палатой предложения позволят наиболее эффективно решить поставленные высшим руководством страны задачи по улучшению качества окружающей среды для миллионов россиян.

Уважаемый Владимир Владимирович!

Считаю, что реализация всех запланированных мероприятий не должна ограничиться только Годом экологии. Уже сейчас есть шанс, что в дальнейшем масштаб и динамика мероприятий, ориентированных на снижение негативного воздействия, будут только расти. Уверен, это будет происходить не только в результате регулирования государством, а в первую очередь опираясь на осознание всеми важности и необходимости сохранения окружающей среды будущим поколениям.

Спасибо большое.

В.Путин: Спасибо.

В заключение я вот что хотел бы сказать. Тема, которую мы с вами сегодня рассматриваем, не просто политически выгодная и модная – она действительно чрезвычайно важна: важна и с точки зрения сохранения здоровья граждан, и с точки зрения экономического развития страны.

Да, вкладываться в современное оборудование, которое обеспечивает высокие экологические стандарты, – это всегда затратно на первом этапе, но вы хорошо знаете, что внедрение современного оборудования, экологически чистого, если можно так сказать, в конечном итоге должно вести и к повышению производительности труда, поскольку это современное высокотехнологичное оборудование, а это и есть основной тренд развития нашей промышленности и нашей экономики.

В этой связи я бы хотел отметить и ответственность государства, и ответственность бизнеса. Ведь не должно быть так, что решения, необходимые для движения по обсуждаемому нами сегодня пути, зависят от людей, которые сами и воду чистую пьют, и живут в хороших экологических условиях, а огромные трудовые коллективы и всё, что вокруг движется и живёт, живёт и движется в условиях неблагоприятной экологической ситуации. Вот эта ситуация недопустима абсолютно. Обращаю внимание на это и представителей бизнеса, и представителей региональных властей, и федеральных.

Безусловно, мы должны действовать очень аккуратно, чтобы не разрушать экономику, не действовать как слон в посудной лавке, не требовать невозможного. Но все решения должны быть тщательно продуманы, а приниматься – своевременно. И двигаться нужно по этому пути без всяких рывков, но стабильно, – и двигаться вперёд. Если мы этого с вами не сделаем, то будет то, о чём я сказал в своём вступительном слове: к 2050 году у нас наступят серьёзные труднообратимые, а в некоторых местах и необратимые последствия.

Я хочу всех вас и всех нас настроить на эту совместную, чрезвычайно важную и нужную для нашей страны работу. Большое вам спасибо за участие в сегодняшней встрече и за те усилия, которые были приложены рабочей группой для подготовки сегодняшнего заседания.

Спасибо большое.

Россия > Экология > kremlin.ru, 27 декабря 2016 > № 2021682 Владимир Путин, Сергей Донской


Россия > Экология > premier.gov.ru, 21 декабря 2016 > № 2016490 Сергей Донской

Брифинг Сергея Донского по итогам заседания президиума Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и приоритетным проектам.

Из стенограммы:

С.Донской: Сначала расскажу о приоритетном проекте «Чистая страна». Подходы к этому проекту мы предварительно рассматривали в августе. Сегодня был утверждён паспорт этого проекта. Этот проект базируется на трёх группах мероприятий. Первая – это создание мусороперерабатывающей отрасли, и первые шаги здесь мы делаем, строя пять заводов по термической обработке отходов: четыре завода в Подмосковье и один завод в Казани, в Татарстане. Эти заводы являются как раз такими ключевыми способами утилизации отходов. Потому что надо признать, что сегодня отрасль фактически работает с минимальным уровнем эффективности. Утилизация отходов около 8% – это минимальный уровень даже со времен Советского Союза. Повышение эффективности работы этой отрасли, а фактически создание новой отрасли – это ключевая задача которую мы рассматриваем, реализуя этот приоритетный проект. Начали с этих заводов, с создания мусороперерабатывающих мощностей.

Вторая группа мероприятий акцентируется на задачах, связанных с ликвидацией прошлого экологического ущерба. В 20 регионах планируется проведение работ по ликвидации старых полигонов по захоронению отходов, накопленных промышленных отходов. Все объекты прошлого экологического ущерба в следующем году в соответствии с законодательством будут размещены в реестре. То есть мы хотим, кроме проведения конкретных работ, ещё и запустить всю процедуру, связанную с подсчётом или оценкой прошлого экологического ущерба, который накопился за всё это время у нас в России.

И последняя тема – это ликвидация незаконных свалок, которые возникли за последние годы. Оценки разные. Более 20 тыс. незаконных свалок было зафиксировано за последние пять лет, когда мы начали активно этим заниматься. В 2014 году был принят новый закон об отходах, который определяет ответственность тех, кто занимается незаконными, несанкционированными свалками и создаёт условия для образования источника финансирования подобных мероприятий. Этот закон позволяет нам сейчас масштабно развернуть уборку таких свалок. Вокруг городов, в лесах несанкционированных свалок достаточно много.

Один из элементов общей системы обнаружения и контроля работы по ликвидации этих свалок – это создание общественной информационной системы, где каждый человек сможет сообщить об обнаруженной свалке, а потом проследить и зафиксировать, что её убрали. Такую общественную информационную систему мы собираемся в следующем году ввести в эксплуатацию. Она уже фактически создана, надо будет отработать и регламентировать порядок её работы и получения информации от населения. Это третья группа мероприятий, которая включена в проект «Чистая страна».

Исходя из объёма планируемой работы в рамках приоритетного проекта и количества людей, которое проживает на территориях, затронутых мероприятиями, можно сказать, что через уборку и утилизацию отходов снижение негативного воздействия на окружающую среду затронет около 33 млн человек. Этот проект при его удачной реализации даст хороший эффект для решения проблем, связанных с качеством жизни, окружающей средой и конкретно с оборотом отходов.

Данный приоритетный проект является ключевой задачей в рамках реализации перехода всех регионов на новую систему оборота отходов. Несмотря на то что планируется некоторая корректировка по срокам введения в действие ряда мер (в Госдуму внесён и рассматривается закон), некоторые пилотные регионы собираются переходить на новую систему. Приоритетный проект является основным элементом, который поможет этим пилотным регионам перейти на новую систему. Мы стараемся это взаимоувязать.

Вопрос: Какие средства из бюджета будут выделены на мусоросжигательные заводы?

С.Донской: Из бюджета средства не выделяются. На строительство заводов будут потрачены исключительно частные инвестиции. Есть привлечённые средства банков, инвестора. Ключевая задача – сделать систему окупаемой с учётом новых тарифов. Планируется, что оператором всех пяти проектов будет «Ростех», который потратит на все проекты около 30 млрд рублей. Всё остальное – привлечённые средства.

Инициативу проявили регионы, они выступили с предложениями построить у себя и отрегулировать всю систему обработки отходов. Плюс ко всему учитывались возможности наиболее эффективно реализовать этот проект с точки зрения создания самих заводов по переработке. Машиностроительные мощности находятся ближе к Московской области. Исходя из этого «Ростех» выбирал территории.

Вопрос: Вы сказали, что на пять проектов «Ростех» выделит 30 млрд рублей. Какая общая стоимость всех пяти проектов?

С.Донской: Пока цифра – 150 млрд. Но эта цифра предварительная и ещё будут проходить разные экспертизы, цифры будут уточняться и скорее всего снижаться. А пока прошла только общая оценка.

Вопрос: Сергей Ефимович, получается, что проект «Чистая страна» – это как раз реализация поручений, содержащихся в Послании Президента, потому что он говорил в том числе про необходимость ликвидировать свалки.

С.Донской: Это в том числе. У нас кроме этого проекта рассматривались и подходы по другим направлениям. Речь идёт, в частности, о водном хозяйстве, и здесь акцент мы делаем на Волгу. У нас есть поручение отработки схемы финансирования всех мероприятий по волжскому проекту с Минфином. Речь идёт о том, что для реализации задачи по очистке Волги, приведения её в благоприятное состояние, потребуется (предварительная оценка) от 150 до 200 млрд рублей. Сумма огромная. С другой стороны, конечно, это не в один год должно выделяться. Это распределяется на достаточно длительный период, когда надо будет и очистные строить, и разные мероприятия проводить. Исходя из этого, для того чтобы эту сумму можно было бы собрать и направить на конкретные мероприятия, у нас есть поручение провести согласительные, подготовительные работы с Минфином, выработать механизм финансирования.

Мы, естественно, затронули тему, связанную с Байкалом, эта тема и в прошлый раз, в августе, звучала. Речь идёт о подготовке приоритетного проекта по Байкалу. К апрелю мы должны сделать все необходимые шаги в части подготовки проекта, включая мероприятия, связанные с экологической реабилитацией, развитием экологического туризма и так далее.

Также рассматривался наш приоритетный проект «Дикая страна. Сохранить и увидеть». В качестве приоритета мы здесь ставили создание условий для расширения экологического туризма на особо охраняемых природных территориях, в национальных парках. Сейчас, по оценкам министерства, около 2 млн человек – исходя из той инфраструктуры, которая есть – могут посетить наши уникальные уголки природы. А потенциал здесь в 10 раз больше, около 20 млн человек. И мы взяли на себя обязательства в рамках подготовки приоритетного проекта отработать механизм концессионных соглашений на территории ООПТ, тем самым привлекая частных инвесторов для строительства такой инфраструктуры. На самом деле здесь очень большое поле деятельности и интерес у инвесторов достаточно большой. Такие уникальные объекты и с туристической, и рекреационной точки зрения очень интересны. Для того, чтобы их создать, чтобы они негативно не влияли на нацпарки и позволяли людям бывать в таких местах, мы как раз такие изменения в законодательстве и планируем.

В рамках проектов мы поставили задачу, связанную с созданием новых национальных парков и заповедников: у нас в Год экологии их запланировано больше восьми. Рассматривалась и тема по животным. В Послании Президента эта тема также прозвучала, что необходимо завершить подготовку законодательства, касающегося бездомных животных. Наша задача – подготовить все основания для того, чтобы весной можно было этот закон принять. А паспорт проекта мы собираемся разработать и утвердить после закона.

Вопрос: Вы встречались с коллегами из Норвегии. Обсуждали ли шельф? И каковы итоги заседания комиссии ООН по заявке?

С.Донской: Что касается Норвегии, была очень позитивная встреча. Мы возобновили работу межправкомиссии. Кроме встреч с министром экологии и климата и министром нефти и энергетики состоялась встреча с моей коллегой, которая возглавляет межправкомиссию со стороны Норвегии. Мы обсудили планы, и ожидается, что весной заседание межправкомиссии будет проведено. Мы не встречались с 2014 года.

Планируем до заседания комиссии в апреле подписать соглашение по обмену информацией и проведению геологоразведки в бывшей спорной, серой зоне. Сейчас там все интересы определились. Сейчас задача – подписать подобное соглашение. Об этом договорились с министром нефти и энергетики.

Звучала и климатическая тема. Мы рассказали о проведении у нас Года экологии и пригласили коллег участвовать в мероприятиях, в частности в «Экотехе». Эта встреча показала, что Норвегия готова начать активную деятельность в рамках межправкомиссии.

По ООН ситуация следующая. Эта встреча в какой-то мере является продолжением августовской встречи. Мы дополнительно предоставили информацию, дали четыре презентации по исследованиям, которые были проведены. В том числе выразили своё отношение к датской заявке. Договорились, что следующая встреча состоится весной.

Мы поставили вопрос о необходимости увеличения времени работы комиссии в отношении нашей заявки. Комиссия должна это рассмотреть и дать ответ. Пока ответа мы не получили. Мы настаиваем на том, чтобы максимально отработать нашу заявку до изменения состава комиссии по рассмотрению заявок стран о внешних границах континентального шельфа, которое произойдет летом этого года.

Россия > Экология > premier.gov.ru, 21 декабря 2016 > № 2016490 Сергей Донской


Россия > Экология > ecolife.ru, 19 ноября 2016 > № 1982966 Сергей Донской

Министр Сергей Донской - о том, почему сортировка отходов задача государственной важности

Переработка отходов, максимальное использование исходного сырья — приоритетное направление государственной политики. Особенно в преддверии будущего, 2017 года, объявленного в нашей стране распоряжением правительства России Годом экологии.

Глубоко убежден, что это станет поворотным событием в области обращения с отходами во всех регионах нашей страны. Ведь за последние три года мы с коллегами из смежных ведомств очень много сделали для того, чтобы законодательные инициативы в этой сфере стали реальностью и начиная со следующего года могли заработать на практике.

Минприроды России подготовило законодательную базу для введения раздельного сбора мусора — в частности, 89 ФЗ «Об отходах производства и потребления» утверждает порядок сбора ТКО, а также транспортировки и переработки отходов. Законом эти функции относятся к компетенции регионов России.

Сейчас регионы завершают подготовку территориальных схем, в соответствии с которыми будут утверждаться региональные программы и строиться новые мощности. Фактически мы дали старт формированию целой отрасли переработки отходов.

В целом мы рассчитываем, что требования законодательства позволят создать современные предприятия, сформировать рыночные условия для активного введения раздельного сбора.

Однако всем нам — и представителям власти и бизнеса, и общественникам, и простым гражданам — следует помнить, что раздельный сбор отходов — это практика, которая не может быть внедрена в одночасье. Для этого потребуется время. Опыт других стран подтверждает этот вывод. Например, в одной из наиболее продвинутых стран с точки зрения технологий и практики переработки отходов — Германии — население привыкало к раздельному сбору отходов 20 лет, и даже сейчас этим правилам следует только 80% населения.

Очевидно, нам тоже придется пройти непростой путь. Но главное, что сегодня мы создали условия для формирования этой практики. В частности, в законодательстве отходы разделены на однородные группы — в связи с экономической целесообразностью данного процесса и соответствующим спросом на полезные компоненты, которые могут быть получены в результате переработки. На это же работает запрет на захоронение ряда отходов, а также возможность сбора отходов торговыми предприятиями, в том числе в рамках инструмента залоговой стоимости.

Меры по организации раздельного сбора будут реализованы через региональные программы и территориальные схемы обращения с твердыми коммунальными отходами.

Мы уверены, что создание современных предприятий, формирование рыночных условий потребуют введения раздельного сбора. Мы обязательно придем к этой практике. Рассчитываем, что к 2020 году до 20% отходов будет проходить сортировку. Очевидно, предстоит проводить большую разъяснительную работу, это происходит уже сегодня в рамках экспериментов в Москве и северной столице.

По данным департамента экологии Москвы, на сегодня уже до 15% образующегося в городе мусора, коммунальных отходов сортируется гражданами и юрлицами. В основном это происходит на юго-западе Москвы, в Таганском районе и Замоскворечье. Если это соотношение будет 36% — мы практически достигнем показателей европейских стран. У лидера в этой сфере, Германии, жителями сортируется до 50% отходов.

Наиболее успешно сбор отходов по их видам осуществляется юридическими лицами в связи с необходимостью вносить плату за негативное воздействие на окружающую среду при размещении отходов.

В то же время к сортировке отходов по их видам постепенно подключаются и граждане. В Минприроды России, например, система раздельного сбора — и в здании, и во дворе министерства — установлена уже несколько лет назад. И ею активно пользуются жители окрестных домов.

Очень рад, что инициативу Минприроды поддерживают и наши коллеги из других ведомств. К примеру, Минздрав, Минфин, Минобороны и МИД осуществляют раздельный сбор отходов по фракциям: крупногабаритный строительный мусор, твердые бытовые отходы, бумага (картон), пищевые отходы и пластик.

Минкультуры планирует предусмотреть эти меры в 2017 году.

Сегодня, к сожалению, у нас есть откровенно проблемные, «горячие» экологические точки. Они просто переполнены отходами, представляющими опасность для здоровья граждан нашей страны. И если мы, образно выражаясь, всем миром не возьмемся за раздельный сбор и грамотную переработку отходов уже сегодня, то завтра такие «черные дыры» будут зиять на всем пространстве нашей огромной страны.

Впереди — большая, я бы даже сказал, гигантская работа. Но если мы хотим жить в чистой стране, то нужно засучить рукава.

Автор — министр природных ресурсов и экологии Российской Федерации

Россия > Экология > ecolife.ru, 19 ноября 2016 > № 1982966 Сергей Донской


Россия. Арктика > Экология > mnr.gov.ru, 15 июня 2016 > № 1921787 Сергей Донской

Министр природных ресурсов и экологии РФ Сергей Донской в интервью ТАСС рассказал о перспективах геологоразведочных работ на шельфе, инвестиционных ожиданиях и прогнозах по развитию Арктики

Арктическая тема вновь станет одной из ключевых на грядущем Петербургском международном экономическом форуме, в частности на площадке ПМЭФ пройдет конференция по экономическому развитию Арктики. В преддверии форума министр природных ресурсов и экологии России Сергей Донской в интервью ТАСС рассказал о перспективах геологоразведочных работ на шельфе, инвестиционных ожиданиях и прогнозах по развитию территории, а вместе с тем обсудил, как отечественные нефтяники справляются с текущим курсом рубля и процессом импортозамещения.

Сергей Ефимович, расскажите подробнее, какие вопросы планируется обсудить на ПМЭФ? Каких решений ожидать по окончании конференции по экономическому развитию Арктики?

В этом году мы впервые так глубоко погружаемся в арктическую тематику. Целый день 18 июня будет посвящен эффективности управления арктическими территориями и инвестиционной привлекательности Арктики, на этот день запланировано четыре сессии, в которых будет участвовать Министерство. В частности, одна из них будет посвящена инвестиционному потенциалу арктических регионов. Отдельная сессия - Северному морскому пути (СМП), где мы намерены вести диалог, прежде всего, с позиций разбора ошибок по этому проекту.

На каких еще площадках будет представлено Министерство?

Помимо Арктики, в эти три дня мы планируем участвовать в сессиях, посвященных вопросам климата, недропользования, природоохранной повестке. Пройдет также обсуждение подготовки к Госсовету, посвященному экологии, запланированному на конец года. Здесь же, на этой площадке, планируем презентовать проекты Года экологии - 2017. В частности, у нас запланировано подписание нескольких соглашений с компаниями, которые в следующем году собираются инвестировать во внедрение современных природоохранных технологий – "Норникель", "ЕвразХолдинг", Новолипецкий металлургический комбинат, завод им. Свердлова в Нижегородской области, "РУСАЛ Братск".

К вопросу о природоохранных технологиях. Можно ли ожидать, что в краткосрочной перспективе количество заводов по переработке твердых бытовых отходов увеличится? Что будет с полигонами? Какова общая картина в регионах?

В рамках Года экологии мы запланировали увеличение мощностей – это переработка более 40% образующихся отходов I-IV класса опасности в регионах, которые участвуют в выполнении плана. В результате мы сможем рекультивировать 16 объектов накопленного загрязнения, в том числе в Арктике, утилизировать более 7 тыс. тонн высокоопасных отходов.

Что касается общей картины, здесь пока нет единой программы, нет и данных о том, сколько производств будет создано. Единая картина сложится после того, как регионы составят свои программы и территориальные схемы. Часть полигонов будут рекультивировать, а часть будет необходимо реконструировать, переоборудовать, создавая новые мощности и более современные способы захоронения.

Два года назад, в 2014 году, на Россию были наложены экономические санкции. Что изменилось за эти два года? Как проходит процесс импортозамещения? Нашли ли отечественные нефтяники и недропользователи достойную альтернативу импортной продукции?

Учитывая, что отрасль не рухнула, как хотелось нашим "партнерам", и продолжает увеличивать объемы добычи, компании адаптировались к сложившейся ситуации на рынке. С другой стороны, и до введения санкций чувствовался определенный избыток импортного оборудования. Если коснуться шельфа, то мы изначально планировали, что именно он может стать очень мощным драйвером развития отраслей нашей экономики – от машиностроения, транспорта до приборостроения. В сегодняшней ситуации для компаний созданы достаточно хорошие условия работы на шельфе. Конъюнктура, конечно, сегодня для привлечения инвестиций не самая лучшая, но с точки зрения перспективы и того, что спрос на ресурсы будет увеличиваться, уверен, эти проекты будут успешными.

Плюс ко всему обязательства компаний на сегодняшний день предусматривают подход к этим проектам с учетом привлечения российских подрядчиков при строительстве буровых платформ, судов и всего, что требуется для изучения и освоения шельфовых месторождений. На мой взгляд, основные векторы сейчас заданы верно, и нужно просто реализовать тот потенциал в части спроса на отечественное оборудование, который мы имеем.

И мы снова невольно вернулись к теме Арктики.Ранее вы говорили, что в долгосрочной перспективе возможен доступ частных компаний на шельф. Можно ли говорить, что это решенный вопрос?

Это вопрос не решенный, пока еще идет оценка. На сегодняшний день нет такого ажиотажа вокруг этих проектов, как в период высоких цен на нефть. Сегодня компании рассматривают все проекты с точки зрения долгосрочных перспектив. Понятно, что проекты на шельфе наиболее капиталоемкие и рискованные, и первые реализованные проекты сразу же снизят риск для реализации последующих. Государство, вполне возможно, будет привлекать частные компании, и они будут рассматривать эти проекты с меньшей опаской.

То есть частные инвестиции можно ожидать только в дальней перспективе?

Почему? Частные инвестиции уже идут, частные компании продолжают работать на шельфе. Да, сейчас мы предоставляем лицензии только двум госкомпаниям, но до 2008 года ряд частных предприятий уже их получили и сейчас работают – тот же "Лукойл", "Газпром нефть" и ряд других. С другой стороны, именно крупные государственные компании сейчас могут разворачивать работы в большем объеме.

На днях стало известно, что "Газпром" и "Роснефть" переносят сроки геологоразведки и начало добычи на 31 месторождении нефти и газа на шельфе на срок от двух до 12 лет. Как Минприроды относится к этому факту? Согласны ли вы с тем, что перенос сроков ГРР необходим?

Работа по актуализации продолжается постоянно. У нас действительно актуализировано свыше 30 лицензий с 2013 года и сроки по бурению сдвинуты на два-три года – это 11 лицензий у “Газпрома” и около 20 лицензий у “Роснефти”. Имеется в виду не только бурение, в ряде лицензий откорректированы объемы геофизики, сроки начала добычи.

На трех месторождениях скорректирован ввод в разработку месторождений – это Долгинское и Чугорьяхинское месторождения, Штокман. В принципе, это рабочая ситуация, которая позволяет адаптировать разработку к сегодняшним условиям, и в том числе по максимуму привлечь производителей отечественного оборудования. Чтобы компании могли бурить нашим оборудованием, необходимо его здесь произвести. Для этого нужен разбег.

Будет ли Минприроды России настаиватьна выполнении текущих обязательств компаний без переносов сроков выполнения работ по другим заявкам?

Прежде, чем принять решение о переносе сроков, оцениваются причины. В ряде случаев компании в качестве причины называют отсутствие необходимого бурового оборудования. С учетом актуализации у компаний появляется несколько лет для того, чтобы и здесь, в стране, начать его производство на наших верфях, где в свое время строились буровые установки. Сейчас они активно используются, например на Южно-Киринском месторождении.

При этом по поручению Президента мы проводим разовую, то есть однократную, актуализацию до конца 2016 года. Лицензионные требования к компаниям будут приведены к единому формату. В дальнейшем они будут работать в конкурентной среде, без изменений лицензий.

Но, так или иначе, вопрос по заявке будет решен в этом году, верно?

- По заявке “Газпрома” в рамках актуализации, которую мы закончим до конца года, вопрос будет решен. Но не стал бы спешить. Для начала хотел бы послушать, что они хотят предложить и какие вопросы у них возникают.

В продолжение беседы о "Газпроме". Недавно вы сообщали, что "Газпром нефть" обратилась за увеличением периода льгот на шельф после 2032 года. Есть ли решение по данному вопросу? Если нет, то когда его ожидать?

Мы не рассматриваем льготы ради льгот, мы рассматриваем их как поддержку - могут ли они обеспечить стабильную работу компании в долгосрочной перспективе или нет? Совсем недавно мы обсуждали меры стимулирования геологоразведки на шельфе на совещании у двух вице-премьеров - Александра Хлопонина и Аркадия Дворковича. Обсуждали вопросы стимулирования геологоразведки через вычеты из налога на прибыль по проектам на шельфе и на суше. Пока к общему знаменателю пришли в отношении вычетов для проектов на суше - согласовали повышающий коэффициент 1,5 к тем затратам, которые будут вычитаться из налога на прибыль.

Это уже согласованный коэффициент?

Я надеюсь, в протоколе это появится. В конце заседания все участники высказались в поддержку этой позиции, в том числе Министерство финансов. Таким образом, решение о вычетах на суше окончательное, а по шельфу будем еще обосновывать. Там коэффициент повыше, так как и объем инвестиций, и риски выше. "Газпром нефть" предлагает использовать повышающий коэффициент 3,5, увеличивающий затраты, которые можно вычесть. Считаем это предложение обоснованным.

В июне вы сообщили, что работы по проведению аукциона на право разработки крупнейшего в стране золоторудного месторождения Сухой Лог в Иркутской области могут быть ускорены. Каковы ваши прогнозы, можно ли рассчитывать, что аукцион пройдет в 2016 году?

Аукцион, вероятнее всего, будет объявлен до конца лета.

Появились ли новые претенденты, в частности "Алроса"?

Я когда-то говорил, что на это месторождение заявились все компании. И "Алроса" интерес свой проявляла, и другие недропользователи. Понятно, это крупный объект, один из крупнейших в мире. Его можно назвать жемчужиной для любого недропользователя. Но отмечу, что реальные претенденты, как правило, появляются после того, как аукцион объявлен. Пока это по большей части разговоры.

Есть ли у вас информация, что "Ростех" и "Полюс" готовятся создать консорциум для освоения крупнейшего золоторудного месторождения РФ?

Кто с кем будет объединяться и на каких условиях, покажет время. Но в целом о таких намерениях мне известно.

Буквально на минувшей неделе в Министерство поступило письмо главы Российского фонда прямых инвестиций (РФПИ) Кирилла Дмитриева с просьбой обязать победителя аукциона по освоению Эргинского месторождения нефти привлечь в проект арабский фонд Mubadala. Изменится ли в этой связи форма проведения торгов?

Действительно, у нас есть поручение по дополнительным условиям на аукцион от правительства РФ. И в этой связи многие интересуются - конкурс будет или аукцион. По закону на месторождения федерального значения проводится только аукцион. Поэтому у нас будет аукцион с обязательствами по срокам ввода месторождения, по добыче, по привлечению инвесторов. Это нормальный режим работы для правительства - выбор наиболее эффективного способа привлечения недропользователя. Сейчас Роснедра дорабатывают условия аукциона.

Когда ожидать итогов рассмотрения этого обращения? И нет ли изменений в составе участников аукциона?

В течение месяца – но не календарного, мы должны его рассмотреть и подготовить необходимые документы. Что касается участников - заинтересованность в получении права пользования Эргинским участком на объявленных условиях уже высказали "Роснефть", "Газпром", "Газпром нефть", "Лукойл", "Сургутнефтегаз", "Новатэк" и "Независимая нефтегазовая компания".

Пожалуй, крайний вопрос об аукционах. 17 июня пройдут торги на право пользования недрами Бинштоковского участка в ХМАО. Кто его проведет и не изменился ли состав участников?

Заявки на право участия в аукционе подали "Газпромнефть-Хантос", "РН-Уватнефтегаз", "КанБайкал" и "Юганский 3", ни один из них на текущий момент не отозвал свою заявку, новых участников тоже нет. Запасы нефти по категории С1 на этом участке составляют почти 2 млн тонн и 11 млн тонн по С2, ресурсы – свыше 20 млн тонн. Что касается самой процедуры – 17 июня аукцион проведут "Уралнедра". Стартовый размер разового платежа составит почти 340 млн рублей.

Сергей Ефимович, давайте к более общим темам. По результатам саммита ОПЕК члены картеля пришли к выводу, что в целом рынок нефти справляется с ситуацией без их активных действий, и сохранили квоту на добычу, действующую с 2011 года. В этой связи каковы ваши прогнозы по росту либо снижению цены на нефть на текущий год и дальнюю перспективу? Как она отразится на объемах инвестиций компаний в геологоразведку?

Что касается сложившейся ситуации на рынке, то здесь бы я в первую очередь подчеркнул, что экономика уже адаптировалась к уровням цен, сложившимся сегодня на рынке, и это немаловажно. Именно стабильные условия позволяют устойчиво реализовывать крупные проекты. И именно нестабильность на рынке не позволяет привлекать инвестиции и делать долгосрочные вложения. Поэтому сложившаяся сегодня рыночная конъюнктура всех устраивает. Это первое. Что касается прогноза – в течение 12 следующих месяцев, на мой взгляд, может быть значительное повышение цены – к 70 долларам за баррель.

Что касается инвестиций в геологоразведку, то, на мой взгляд, сегодняшние цены, безотносительно к моему прогнозу, в принципе позволяют компаниям активнее заниматься ГРР по сравнению с предыдущим годом. Думаю, в этом году ситуация в геологоразведке будет лучше, хотя провала не произошло и в прошлом году – у нас всего на 3% снизились инвестиции компаний.

Каковы ваши прогнозы по темпам развития альтернативной энергетики в России? Как вы оцениваете потенциал этого вида энергетики? Каковы необходимые объемы инвестиций в это направление для его развития?

В России достаточно большой потенциал альтернативной энергетики - ветровой, солнечной, геотермальной. Но ее развитие сейчас в первую очередь закрывает потребности конкретных регионов – там, где не развита инфраструктура традиционной электроэнергетики и где есть экономический потенциал развивать это направление. Здесь можно говорить о геотермальных станциях на Камчатке, солнечной энергетике в Крыму, ветровой - в Калмыкии и так далее. В настоящее время разведано 67 месторождений теплоэнергетических вод с запасами более 470 тыс. кубометров в сутки, на 42 месторождениях ведется промышленная эксплуатация. Недавно построена геотермальная станция мощностью 9 МВт на Ханкальском месторождении в Чеченской Республике - первая станция, которая обеспечивает подъем теплой энергии и ее возврат обратно. Проектов достаточно много, я не буду все их перечислять, но особенность их в том, что они локальные и ориентируются на спрос в конкретных территориях. По данным Минэнерго России, в 2013-2015 годах в развитие альтернативной генерации было привлечено 187 млрд рублей инвестиций, из них 155 млрд – в солнечные станции. При этом запасы геотермальной энергии в России в 10-15 раз превышают запасы традиционного сырья – практически по всей стране есть подобные объекты, пусть и с разными объемами запасов. И именно здесь я вижу очень большой потенциал для развития.

Что касается инвестиций в развитие этого направления – по большей части их объемы зависят от спроса, ведь для того, чтобы не просто построить, но и реализовать выработанную электроэнергию, необходим рынок.

В мае на заседании Федерального экологического совета по проблемам нефтеразливов в Ханты-Мансийске вы заявили, что Минприроды и Ростехнадзор намерены провести проверку технического состояния всех нефтепроводов в РФ. На минувшей неделе руководитель Федеральной службы по надзору в сфере природопользования Артем Сидоров сообщил, что план проверки объектов транспортировки и перекачки нефти уже разрабатывается. Когда ориентировочно начнутся проверки и какие регионы будут проверены в первую очередь?

Основная причина нефтеразливов – это износ трубопроводов, именно поэтому необходима комплексная проверка их состояния. Сейчас речь идет о комплексной проверке в первую очередь в Уральском и Сибирском федеральных округах. В конце июня у нас запланировано совещание с участием Росприроднадзора и Ростехнадзора для определения плана дальнейшего взаимодействия. У нас уже есть документы и административные регламенты по совместной работе – доработаем их, и коллеги выйдут на масштабную проверку уже осенью этого года.

И мы плавно вернулись к теме экологической безопасности. Одним из острых вопросов текущей повестки остается проект строительства трех ГЭС на реке Селенге и ее притоках. В частности, вы заявляли, что ГЭС не будет построена из-за протеста России против ее строительства.

Мы выступали и выступаем против строительства ГЭС. По этому поводу свою позицию высказывали, и не раз. Совсем недавно представители министерства и Росприроднадзора были в Монголии и обсуждали эту тему с уполномоченными лицами монгольского правительства. Договорились о том, что проекты нужно оценивать совместно.

И по итогам достигнута договоренность, что они представят обоснования того, что их действия не повредят экосистеме озера?

Маловероятно, что они представят необходимые доказательства, и это лежит на поверхности: наличие крупного гидротехнического объекта на притоках Байкала не может не сказаться на центральной экологической зоне озера. Но в любом случае мы продолжим с коллегами диалог.

Но как вы намерены контролировать выполнение обещаний, данных монгольской стороной? Можно ли ожидать, что Минприроды России разорвет отношения с Монголией по этому вопросу в случае нарушения обязательств с их стороны?

До этого доводить, конечно, не будем. В октябре-ноябре в Монголии пройдет межправительственная комиссия, я являюсь ее сопредседателем, и мы, конечно, эту тему будем обсуждать. Мы слушаем аргументацию монгольской стороны. Но, поскольку это трехсторонняя история и финансирование предполагается из средств Всемирного банка, мы договорились, что этот финансовый институт никаких принципиальных решений без нашего участия не примет.

А какова в целом ваша оценка экологической ситуации в стране? Можете выделить наиболее проблемные с точки зрения экологии регионы?

В последние годы ситуация имеет положительную динамику, хоть и незначительную. Прежде всего, отмечается снижение выбросов загрязняющих веществ в атмосферный воздух. В список городов с наибольшим уровнем загрязнения воздуха в 2015 году включено 11 городов – на 8 городов меньше, чем в 2014 году.

Тем не менее в 147 городах, или 60% крупных городов, средние за год концентрации какого-либо вещества превышают 1 ПДК. В этих городах проживает 50 млн чел. Еще в 44 городах (20%) уровень загрязнения воздуха характеризуется как высокий и очень высокий. В среднем по стране 17% городского населения испытывают воздействие высокого и очень высокого уровня загрязнения воздуха. Города, где загрязнение воздуха характеризуется как высокое и очень высокое, – Норильск, Иркутск, Чита, Дзержинск, Красноярск, Екатеринбург, Челябинск, Магнитогорск. Сюда же я бы включил и Москву. В 54 регионах высокий и очень высокий уровень загрязнения воздуха городов не отмечен.

Уровень загрязнения поверхностных вод за десяток лет существенно не изменился. Улучшилось состояние экосистем ряда водных объектов. Это Казань, Благовещенск, речь идет об Амуре и его притоках, в том числе реке Зее, Зейском водохранилище. Ухудшение поверхностных вод мы регистрируем в Чите, Красноярске, в нижней Волге и отдельных реках Кольского полуострова.

И конечно, у нас в стране сохраняется высокий объем образования отходов – более 5 млрд тонн. При этом за последние пять лет накопленные объемы размещения отходов у нас увеличились где-то в 3 раза.

Что, по вашему мнению, является главной экологической угрозой для России в настоящее время? А какая, наоборот, раздута?

Самая большая угроза – потребительское отношение к природе, прежде всего со стороны компаний, но и граждан тоже.

Если вернуться к статистике, то ключевая проблема – загрязнение атмосферного воздуха, отходы. Если брать все факторы, влияющие на состояние здоровья человека, то четверть из них – экологические, а загрязнение воздуха сказывается на здоровье сильнее всего. Ежегодно на восстановление ухудшившегося из-за загрязнения воздуха здоровья населения тратится от 3% до 6% ВВП.

Наиболее яркий пример преувеличения экологических проблем – намерения перевести заповедник «Столбы» в Красноярском крае в статус национального парка. Это место, где десятилетиями тренируются скалолазы, там отдыхают жители города. И созданная там инфраструктура отлично вписывается в природу, не нарушая ее. Но когда соответствующий законопроект рассматривался, экологические активисты создали ажиотаж, в итоге многие люди, не понимая сути изменений, поддержали эти организации. И теперь мы имеем то, что имеем: ряд заповедников остаются в этом статусе и постоянно обращаются к нам, чтобы решить постоянно возникающие проблемы и находить компромисс.

Беседовали Ирина Мандрыкина, Алиса Веселкова

Россия. Арктика > Экология > mnr.gov.ru, 15 июня 2016 > № 1921787 Сергей Донской


Россия > Леспром > mnr.gov.ru, 16 марта 2016 > № 1701137 Сергей Донской

Глава Минприроды России Сергей Донской дал интервью журналу «Лесная индустрия». Министр рассказал об актуальных вопросах ведения лесного хозяйства и «лесной политике», реализуемой сегодня в Российской Федерации

«Свыше 70% субвенций идет на содержание органов управления и лишь 30% – на выполнение лесохозяйственных мероприятий»

– Минприроды России направило в Правительство РФ для утверждения «дорожную карту» развития лесной отрасли. Что представляет собой этот документ?

– Говоря о «дорожной карте», нельзя не сказать о ее ключевой составляющей – «Стратегии развития лесного комплекса до 2030 г.». Документы обширные, поэтому выделю главное.

Первое – Рослесхоз наделяется функцией «сквозного» надзора в лесах. Это позволит возбуждать дела об административных правонарушениях в лесной сфере в отношении региональных властей и подведомственных им учреждений. Второе – предусмотрено увеличение штата сотрудников парашютно-десантной пожарной службы. Третье – предполагается совершенствование ценообразования на лесные ресурсы, а точнее – изменение подходов к определению ставок платы за древесину, отпускаемую на корню.

В 2015 г. была проведена большая работа по подготовке к такому переходу, разработана концепция интенсификации и воспроизводства лесов, прорабатываются нормативы ухода за лесами, лесовосстановления, заготовки для каждого лесного района. Кроме того, «дорожная карта» охватывает мероприятия, направленные на поддержку и развитие деревянного домостроения, биоэнергетики, формирование лесопромышленных кластеров, импортозамещение в лесном машиностроении.

– Этот вариант учитывает интересы всех участников рынка или в нем еще есть узкие места, требующие дополнительных обсуждений?

– Нужно четко понимать, что «дорожная карта» – это в первую очередь правила, единый свод мер, составленный с учетом пожеланий всех заинтересованных сторон. И то, насколько эффективно они будут реализованы, зависит от участников – государства, бизнеса и общественных организаций.

Работая над «дорожной картой», мы учитывали все поступившие предложения. Однако с рядом федеральных ведомств – Минфином, Минпромторгом – у нас имеются концептуальные разногласия, которые попробуем снять при доработке. Мы рассчитываем, что меры по использованию, охране, защите и воспроизводству лесов, реализуемые в одно и то же время в разных регионах России, позволят заложить крепкий фундамент экономических преобразований в лесном комплексе.

– Какие предполагаются меры для увеличения эффективности государственного управления в области интенсификации использования и воспроизводства лесов?

– Системная проблема лесного сектора – низкая эффективность. Так, при сопоставимых лесорастительных условиях и характеристиках лесов, экономический эффект от их использования в пересчете на 1 га в России составляет $38, а в Швеции и Финляндии – $508 и $512, это в 13 раз выше.

Наша проблема в том, что в ряде регионов, в том числе лесных, снижается доля хвойных насаждений в составе лесного фонда. Решить эту проблему поможет переход на модель интенсивного использования и воспроизводства лесов. Мы отобрали по ряду критериев семь пилотных регионов России, в которых проведем апробацию и внедрим интенсивную модель лесопользования. Это Иркутская, Архангельская, Ленинградская и Вологодская обл., республики Карелия и Коми, а также Пермский край.

– В чем заключается принятая «Концепция интенсификации использования и воспроизводства лесов»?

– «Китов», на которых держится Концепция, пять. Во-первых, это баланс трех основных элементов – экономики, экологии и социального развития территории. Во-вторых, экономическое обоснование исчисления расчетной лесосеки и лесохозяйственных мероприятий на всех уровнях лесного планирования. Третий фактор – система рубок, ориентированная на полное изъятие прироста древесины за цикл хозяйства. Четвертый – экономическая эффективность лесохозяйственного цикла, получение сортиментов, востребованных предприятиями. И, наконец, пятое – переход к контролю результатов лесовосстановления – перевод в покрытые лесом земли.

– За организацию сельхозпалов в России введут административное и уголовное наказание. Чем вызвана такая строгая мера?

– За последние годы у нас резко возросло количество лесных пожаров, которые возникли из-за перехода огня с территории земель сельхозназначения на лесные земли. Это происходит главным образом из-за элементарной человеческой безответственности, а также недостатка контроля над проведением сельхозпалов и низким качеством профилактических противопожарных мероприятий. Ужасно, что халатность должностных лиц в регионах ежегодно приводит к непоправимым последствиям – гибели людей. Кроме того, огонь уничтожает населенные пункты и объекты экономики. Статистика показывает, что за последние пять лет от сельхозпалов ежегодно возникало свыше 160 крупных лесных пожаров, которые привели к серьезным экологическим последствиям и потребовали больших финансовых вложений для ликвидации.

– Какие регионы России наиболее горимые?

– Согласно статистическим данным за последние пять лет, самые горимые регионы – Красноярский, Забайкальский, Хабаровский край, Ханты-Мансийский автономный округ, республики Бурятия, Тыва и Саха (Якутия), Иркутская и Амурская обл.

В силу метеоклиматических условий, пиковые значения по горимости лесов ежегодно приходятся на три-четыре региона, в которых происходит серьезное ухудшение лесопожарной обстановки, и в связи с этим – резкая нехватка региональных сил и средств пожаротушения.

По итогам 2015 г. на долю Забайкальского края, Иркутской обл., а также республик Бурятия и Тыва пришлось свыше 90% площади всех лесных пожаров в Российской Федерации. В 2014 г. к таким субъектам относились Республика Саха (Якутия), Красноярский край и Амурская обл.

– Каковы были затраты на тушение пожаров в 2015 г.?

– Затраты на тушение лесных пожаров превысили 2 млрд руб.

– Как вы оцениваете выполнение противопожарных мер и мероприятий по предупреждению лесных пожаров в регионах страны?

– Рослесхоз еще в начале 2015 г. выделил необходимое финансирование в полном объеме, однако в ряде регионов противопожарные мероприятия не были проведены или проведены некачественно. А к началу пожароопасного сезона соответствующие работы были выполнены только на 7–15%.

Кроме того, крайне слабо сработали сводные планы тушения лесных пожаров – в ходе пожароопасного сезона выяснилось, что необходимая для этого техника либо отсутствует, либо находится в плохом состоянии, либо ее нельзя использовать, так как нет соглашений с владельцами.

К примеру, сводный план Иркутской обл. в период чрезвычайной горимости в 2015 г. предполагал привлечение к тушению пожаров 7 375 человек. Однако на деле было привлечено чуть более 900 человек, из них арендаторов лесных участков – всего 230 человек. Получается, что руководство региона не смогло привлечь 80% сил и средств, которые были запланированы, дефицит сил пожаротушения составлял около 6 тыс. человек. Аналогичная ситуация происходила и в Республике Бурятия.

– Чем было вызвано ваше решение о введении в регионах, не справляющихся с профилактикой лесных пожаров, внешнего управления? Как это поможет улучшить ситуацию с пожарами?

– Внешнее управление было вызвано недостаточными действиями должностных лиц региона, направленными на принятие необходимых мер по организации тушения лесных пожаров.

Механизмы внешнего управления и упреждающего тушения опробованы на территории Забайкальского края и Республики Саха (Якутия). Под руководством представителя Рослесхоза, который был назначен временным координатором сил и средств по итогам совещания в Чите заместителем председателя Правительства Российской Федерации Александром Хлопониным, удалось ликвидировать пожары в Забайкальском крае на площади более 200 тыс. га.

Кроме того, на территории Республики Саха (Якутия) в 2015 г. в экспериментальном порядке было опробовано привлечение сил Парашютно-десантной пожарной службы. Силы федерального резерва ввели из-за увеличения класса пожарной опасности. Результатом этих действий стало уменьшение в 58 раз площади, пройденной огнем, и более чем в 10 раз – уменьшение затрат на тушение лесных пожаров в сравнении с 2014 г.

В 2016 г. запланирован переход на заключение соглашений с регионами, в которых нужно детально зафиксировать соответствующие права и обязанности сторон, порядок и условия передачи оперативного управления силами и средствами пожаротушения, региональные особенности проведения профилактических мероприятий и финансирования мероприятий по охране лесов от пожаров.

Россия > Леспром > mnr.gov.ru, 16 марта 2016 > № 1701137 Сергей Донской


Россия > Нефть, газ, уголь > mnr.gov.ru, 4 марта 2016 > № 1679207 Сергей Донской

Глава Минприроды России Сергей Донской в интервью Rambler News Service рассказал о перспективах расширения российского арктического шельфа, планах по созданию низкоуглеродной зоны в Восточной Сибири и динамике инвестиций в геологоразведку

Какие вопросы обсуждались с нефтяными компаниями на традиционной встрече с руководством министерства в феврале?

На встрече рассматривались утвержденные бизнес-планы и наши общие задачи на 2016-2017 годы. Компании представили предварительные оценки по развитию минерально-сырьевой базы, обратив внимание на возможные изменения стратегий в связи с внешними макроэкономическими факторами. Коллеги заявили о возможных корректировках в течение года, в зависимости от внешней ситуации.

В ходе мероприятия обсуждали планы всех вертикально-интегрированных компаний, а это 80% отрасли, и они разнятся. «Роснефть» делает акцент на увеличении объёмов эксплуатационного бурения на 40% по сравнению с прошлым годом. При этом затраты на геологоразведку на суше также вырастут практически в 1,5 раза.

Другие компании говорили, что в 2016 году снизят активность. В частности, «Лукойл» в ближайшие 3 года планирует несколько снизить инвестиции, потому что у компании мало новых проектов.

«Сургутнефтегаз» не планирует снижения объемов финансирования геологоразведочных работ, объем поисково-разведочного бурения до 2020 года стабилен. В 2015 году компания провела большой объем поискового бурения, но меньше разведочного. В любом случае мы видим, что ситуация сложная, но без критических явлений, которые нельзя было бы сгладить действиями государственного регулятора.

Прозвучали ли конкретные предложения от нефтяных компаний?

Что касается конкретных предложений компаний, то все говорили, что нужно продолжить работу по снижению административных барьеров. Совсем недавно, уже в этом году прошло первое заседание рабочей группы, где обсуждались вопросы отвода земель, упрощения процедур аренды лесов и так далее. Все те барьеры, которые сейчас тормозят развитие инвестиционных планов компаний, мы уберем.

Важно, что компании, фактически одновременно с нами попросили ввести заявочный принцип на углеводородные участки с ресурсами. Как вы знаете, этот вопрос обсуждался у Президента Владимира Владимировича Путина и эта инициатива одобрена. Это совершенно точно обеспечит рост поискового бурения, процентов на 30%/

Мы считаем, что в ряде случаев процедура получения разрешения на бурение должна быть существенно упрощена. Напомню, что в нефтедобывающих странах ранее в разы сократились сроки на получение разрешения на бурение. Это позволило увеличить количество скважин, ускорить темпы их строительства. А в нынешних условиях ценовой конъюнктуры это важнейший элемент устойчивой разработки месторождений, и на этом мы делаем особый акцент.

Особо хотел бы отметить, что компании не собираются останавливать работу с трудноизвлекаемыми запасами (ТРИЗ). Даже сейчас. Например «Сургутнефтегаз» предполагает, что запасы, которые компания будет разрабатывать к 2020 году, на 100% будут относиться к трудноизвлекаемым. Поэтому сейчас компания активно занимается разработкой технологий, которые позволят работать с ТРИЗ.

И это не только «Сургутнефтегаз», практически все компании подтвердили готовность работать с ТРИЗ и в сегодняшней ситуации. Компании понимают, что трудноизвлекаемые запасы, или запасы, которые сейчас считаются трудноизвлекаемыми, очень перспективны.

Что необходимо предпринять для ускорения вовлечения в разработку трудноизвлекаемых запасов?

Здесь встает следующий вопрос. Трудноизвлекаемым запасы, по крайней мере, те, что отражены в государственном балансе запасов, находятся в основном на уже лицензированных территориях, но в нижележащих пластах, тот есть они не попадают в горный отвод. Поэтому на эти запасы распространяются действующие ограничения по разработке более глубоких пластов. Мы обсуждали с компаниями возможность внесения изменений в законодательство, что позволит им разрабатывать трудноизвлекаемые запасы, находящиеся на уже лицензированных территориях, без ограничений по глубине.

Таким образом, новый механизм даст компаниям дополнительные возможности для стабильной добычи за счёт введения трудноизвлекаемых запасов в разработку. Мы это предложение рассмотрели и сейчас двигаемся к конкретным результатам.

Когда могут быть утверждены законодательные инициативы по трудноизвлекаемым запасам?

Надеемся, что в этом году. Мы это рассматриваем как приоритет.

Как Вы оцениваете шансы на разрешение спора с "Роснефтью" по распределению участков недр?

Спора как такового с «Роснефтью» нет, с формальной точки зрения в ближайшее время вопрос также будет закрыт. Я имею в виду дело антимонопольной службы. Это касается изменений, в Порядок рассмотрения заявок на получение права пользования недрами для геологического изучения, эти изменения никак не снижают конкурентность процедур.

Насколько целесообразно, по вашему мнению, создавать единую инфраструктуру для месторождений «Роснефти» и «Лукойла» на Таймыре?

Могу сказать, что теоретически общая инфраструктура позволила бы снизить ряд затрат, но насколько это эффективно - решать компаниям.

Когда Вы ожидаете аукциона на Мурманское месторождение, на которое претендуют "Роснефть" и "Газпром"?

Мы подготовили изменения в законодательство для проведения аукционов на шельфе, но пока изменения не внесены. Сейчас мы ведём согласование документов с различными ведомствами. Поэтому лицензирование Мурманского месторождения пока не состоится.

Сколько ещё осталось в нераспределённом фонде нефтегазовых участков на шельфе, на которые могут претендовать компании? Сколько у "Газпрома" и "Роснефти" участков на шельфе?

Сейчас у "Газпрома" в пользовании находятся 28 участков, у "Роснефти" - 36. То есть, с одной стороны, у нас большая часть участков арктического шельфа уже распределена, но есть часть шельфа, которая ещё не отлицензирована, она ещё не разбита на участки. Поэтому неправильно так ставить вопрос: сколько ещё осталось участков. Их может быть количественно намного больше, чем уже выдано "Газпрому" и "Роснефти".

Сейчас на шельфе имеется ряд неотлицензированных участков, и по ним ещё идут работы. Компании, в том числе "Газпром" и "Роснефть", подают свои заявки, а мы их рассматриваем.

Когда можно ждать первых предварительных итогов по рассмотрению заявки на расширение континентального шельфа? Ожидаются ли в ближайшее время дополнительные консультации?

Рассмотрение нашей заявки в рабочей группе при комиссии ООН по континентальному шельфу планируется летом этого года, соответственно, первые вопросы возникнут именно тогда. Раньше, я думаю, эксперты не будут озвучивать свои оценки, в первую очередь потому, что заявка очень большая и ,естественно, для ее глубокого анализа требуется время. Комиссия запланировало встречу экспертов и представителей Российской Федерации на лето текущего года.

Какие предложения по созданию низкоуглеродной зоны в Восточной Сибири Минприроды представило правительству?

Пока это все находится на самой ранней стадии – речь, в первую очередь, идёт о том, как простимулировать компании к глубокой переработке угля. По выданным лицензиям мы должны добывать 670 млн тонн, но на самом деле добываем в два раза меньше. В любом случае, нам необходимо стимулировать переработку угля по новым технологиям, с пониженными выбросами, с пониженным воздействием на окружающую среду. В том числе, это касается и энергетики: переход на чистые технологии, газогенерацию потребует учитывать социальные интересы угольных регионов, интересы людей, занятых в этой отрасли. Потребуются их вовлекать в какие-то новые проекты, чтобы социально-экономическое развитие региона не остановилось.

Идея пока обсуждается, любые шаги в части формирования безуглеродной территории в Восточной Сибири должны быть сформированы в программе. Должны быть прописаны меры со сроками по разработке конкретных технологий, программ по переводу энергетики на газ и так далее.

Россия > Нефть, газ, уголь > mnr.gov.ru, 4 марта 2016 > № 1679207 Сергей Донской


США. Россия. Арктика > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 9 февраля 2016 > № 1643821 Сергей Донской

Сегодня российская делегация во главе с министром природных ресурсов и экологии РФ Сергеем Донским представит в штаб-квартире ООН заявку нашей страны на расширение арктического шельфа. В случае успеха Россия прирастет огромным куском Северного Ледовитого океана вплоть до полюса. Накануне вылета в Нью-Йорк министр рассказал в интервью специальному корреспонденту РИА Новости Игорю Ермаченкову, как долго будет рассматриваться заявка, каковы шансы России на успех, какое отношение к заявке у комиссии ООН.

— Какие мероприятия предусматриваются в ходе представления российской заявки экспертам?

— В соответствии с установленной процедурой, 9 февраля делегация Российской Федерации представит российскую заявку по шельфу Арктики членам соответствующей комиссии ООН на ее пленарном заседании, которое состоится в рамках работы 40-ой сессии комиссии ООН в Нью-Йорке.

По результатам представления нашей заявки комиссия ООН должна принять решение о создании подкомиссии по рассмотрению российской заявки. В соответствии с правилами процедур комиссии ООН, эта подкомиссия должна организовать и осуществить проверку представленных материалов, обосновывающих право Российской Федерации на расширение внешних границ ее континентального шельфа за пределами двухсотмильной экономической зоны.

Итогом работы подкомиссии будет вынесение рекомендаций (заключения), которые, как мы рассчитываем, подтвердят обоснованность российской заявки.

Эти рекомендации будут рассмотрены комиссией ООН, которая примет окончательное решение по российской заявке.

— Как долго может рассматриваться российская заявка? Ожидаете ли вы быстрое или медленное рассмотрение?

— Процедура и практика комиссии с момента подачи Россией своего представления получила развитие. С одной стороны, у государств появились более широкие возможности для взаимодействия с комиссией и подкомиссией для продвижения своих заявок. Делегация имеет право представить любые дополнительные материалы к заявке в любое время в процедуре ее рассмотрения. Время на представление ответов на вопросы и замечания подкомиссии не лимитируется (есть прецеденты представления ответов через четыре-шесть месяцев). Не ограничено время и на рассмотрение заявок в подкомиссии. Так, заявки Австралии и Японии рассматривались в течение четырех лет. Практика рассмотрения заявок в среднем в течение двух лет является обычной. Это дает возможность заявителям подготовить необходимые материалы и при необходимости даже провести дополнительные исследования. Поэтому, учитывая значительный объем российской заявки, рассмотрение может занять от трех до пяти лет.

— Каков состав комиссии ООН, которая рассматривает заявку? Из представителей каких стран она состоит?

— В настоящее время в составе комиссии ООН работают представители от Канады, Мексики, Тринидада и Тобаго, Дании, Нидерландов, Польши, России, Хорватии, Индии, Кореи, Японии, Ганы, Нигерии, Камеруна, Мозамбика, Бразилии, Аргентины, Пакистана, Малайзии, Китая и Кении. Всего в состав комиссии входит 21 человек. Все они избираются на пять лет путем тайного голосования на совещании стран-участниц конвенции ООН по морскому праву. Именно эти страны, согласно региональным квотам, могут выдвигать своих кандидатов в члены комиссии ООН.

В период своей работы члены комиссии ООН выступают в качестве независимых экспертов. Семеро из них войдут в состав подкомиссии по рассмотрению российской заявки после ее презентации в феврале.

— В связи со сложной внешнеполитической ситуацией, каковы шансы на успех российской заявки?

— Шансы российской заявки на положительное решение комиссии ООН в первую очередь определяются соответствием ее материалов нормам международного права и требованиям научно-технического руководства комиссии.

В настоящее время комиссия ООН является независимым экспертным органом, который практикой своей работы, ответственным и объективным отношением к исполнению возложенных полномочий заслужено обладает высоким авторитетом и принимает свои решения исключительно на основе норм права.

Принятие комиссией ООН в марте 2014 года, в период резкого обострения внешнеполитической ситуации, единогласного положительного решения по российской заявке по шельфу Охотского моря достаточно показательно характеризует членов комиссии как специалистов, принимающих взвешенные и объективные решения.

Учитывая качество материалов российской заявки и сложившуюся практику работы с комиссией ООН, мы рассчитываем, что решение по заявке будет положительным.

— Пытаются ли неарктические государства отклонить нашу заявку, а также заявки на расширение шельфа Дании и Канады?

— Неарктические государства, безусловно, внимательно следят за ситуацией в Арктике. Конвенция ООН по морскому праву, а также другие нормы международного права предоставляют государствам, прежде всего прилежащим и противолежащим государствам, достаточные правовые возможности по обеспечению своих интересов на шельфе.

Применительно к Арктике такими государствами являются Россия, США, Канада, Дания (Гренландия) и Норвегия. Именно от позиции этих государств в основном зависят вопросы разграничения континентального шельфа и последующей делимитации морских пространств в Арктике. При этом, безусловно, учитываются законные права государств, непосредственно не граничащих с арктическим бассейном.

Обеспечение их прав в этой ситуации в основном лежит в плоскости принятия комиссией ООН обоснованных решений по изменению внешних границ континентального шельфа. Это обстоятельство напрямую влияет на конфигурацию границ так называемого международного района, права на который в равной степени принадлежат всем государствам и определяют его правовой режим – правила судоходства, проведения научных исследований, добычи природных ресурсов и так далее.

Разумеется, неарктические государства пристально следят за процессами в этой сфере и тоже имеют возможности защищать свои права, в том числе и через соответствующие обращения в комиссию ООН.

— Ведутся ли между учеными России, Дании и Канады консультации по поводу научного обоснования наши заявок? Совпадают ли наши подходы?

— Да. Такие консультации ведутся на регулярной основе — в двухстороннем формате, в формате традиционных конференций геологических служб приарктических государств и в рамках работы Арктического совета. Организуются и проводятся совместные научные исследования, международные экспедиции, обеспечивающие глубокое изучение проблем эволюции арктического бассейна.

Эти данные являются открытыми, используются всеми государствами и, безусловно, служат сближению наших подходов.

Начиная с 2007 года по инициативе России проводятся ежегодные консультации государственных геологических служб России, Канады, Дании, Норвегии и США. По итогам консультаций достигнута договоренность об обмене рабочими материалами с представителями приарктических государств по проблеме расширенного континентального шельфа в Арктике в рамках статьи 76 Конвенции ООН по морскому праву 1982 года.

— Будет ли решение комиссии по российской заявке окончательным или его можно будет пересмотреть в дальнейшем?

— В соответствии с конвенцией ООН по морскому праву, в случае несогласия с рекомендациями комиссии по континентальному шельфу прибрежное государство может сделать пересмотренное или новое представление своей заявки.

— Когда комиссия будет рассматривать заявки других стран? Кто следующий в очереди?

— С момента своего создания в 1997 году комиссия ООН регулярно рассматривает внесенные в нее заявки. В настоящее время в комиссию внесено 77 заявок. Из них 22 уже рассмотрено.

На 40-ой сессии Комиссии ООН в феврале 2016 года будут представлены девять заявок. Российская заявка, как уже ранее рассмотренная в комиссии в 2002 году, обладает правом внеочередного рассмотрения.

Применительно к арктическому бассейну следует отметить, что комиссия ООН уже рассмотрела и приняла положительное решение по заявке Норвегии. В декабре 2014 года свою совместную с Гренландией заявку внесла в комиссию ООН Дания. Рассмотрение этой заявки начнется также на 40-й сессии комиссии ООН в феврале 2016 года. В 2014 году свою заявку вносила и Канада, но позже она была отозвана. США готовят заявку, однако смогут подать ее лишь при условии присоединения к конвенции ООН по морскому праву 1982 года.

США. Россия. Арктика > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 9 февраля 2016 > № 1643821 Сергей Донской


Россия > Экология > mnr.gov.ru, 8 февраля 2016 > № 1656086 Сергей Донской

Глава Минприроды России Сергей Донской дал интервью Кириллу Позднякову (НТВ)

Министр рассказал о снижении российскими компаниями расходов на геологоразведку,о заявке России в Комиссию ООН на расширение континентального шельфа в Северном Ледовитом океане, о Байкале, о загрязнении окружающей среды, о создании отрасли по переработке отходов, о балансе между экономикой и экологией.

О снижении российскими компаниями расходов на геологоразведку

Ожидается по итогам (2015) года в районе 10–15%, где-то между этими цифрами будут сокращения по углеводородам. По твердым полезным ископаемым ситуация получше. Снижение на 15% нас отбрасывает по объемам инвестиций где-то в 2013 год.

Понятно, что конъюнктура имеет обыкновение возвращать рост цен. Есть период, когда цены падают, есть период, когда цены растут. Вот к тому моменту, когда цены растут, у нас должны быть подготовлены запасы для того, чтобы можно было их вовлечь в разработку и добывать полезные ископаемые. Здесь ситуация долгосрочного снижения инвестиций в геологоразведку — это достаточно плохой сигнал.

О российских претензиях на арктический шельф

Мы подготовили свою заявку (в ООН), мы объявили о том, что мы претендуем на более миллиона квадратных километров Арктической зоны. На мой взгляд, у нас есть все основания доказать это. Я знаю, что уже некоторые эксперты в комиссии скептически смотрят на эти материалы, которые мы представили. У нас, в принципе, на сегодняшний день хорошо подготовленный материал, с которым можно работать и который можно доказывать. И мы это будем активно делать.

О Байкале

Ни в коем случае мы его не потеряли. Да, на сегодняшний день уровень воды озера Байкал ниже минимального установленного правительством для нормальной водности. Засуха, которая наблюдается сейчас в районе Байкала, была за последние сто лет только два раза. Говорить о том, что все нормально, ни в коем случае нельзя. Уровень падает, и, конечно, на это нужно реагировать.

Плюс ко всему, у нас высокая антропогенная нагрузка на Байкале, потому что опять же, территория развивается, приезжают туристы. Все это имеет не всегда положительное влияние. В ряде случаев то, что мы привлекаем туристов на байкальскую территорию, это очень хорошо. А с точки зрения экологии Байкала — скажем так, нормальных, обустроенных мест для посещения не так много. У нас берега очень часто захламляются, у нас очень мало очистных сооружений на Байкале. Плюс ко всему, у нас идет разрушение берегов. И конечно, нужно быстрее закончить исследования по поводу спирогиры (водоросль, загрязняющая Байкал — Прим.ред.), быстрее выработать меры, как все-таки остановить распространение этой водоросли. Ну, и самое главное, необходимо закончить здесь строительство очистных сооружений и организовать утилизацию отходов.

А для этого в свое время, в 2012 году, была принята федеральная целевая программа, которую мы сейчас начинаем реализовывать. ФЦП по охране озера Байкал и развитию социально-экономическому байкальской территории. Сумма была изначально 57, 58 миллиардов рублей. Сейчас это больше 52 миллиардов. То есть в принципе урезание произошло. Но ресурс большой, и нам необходимо здесь реализовать много всяких проектов, в том числе и по ликвидации прошлого экологического ущерба, потому что на Байкальской территории есть очень много заводов, в том числе всем известный Байкальский бумажный комбинат. Есть другие заводы, где накопилось много техногенных отходов.

О том, кто загрязняет Россию

На сегодняшний день нами выделено 11 тысяч предприятий, которые в целом по стране производят 90% экологических загрязнений. Из них 50% загрязнений в воздух осуществляют 60 предприятий, и 110 предприятий — это загрязнения в воду. То есть, в принципе, не такое большое количество. И вот мы в первую очередь будем нацелены на работу именно с этими предприятиями, то есть 60 по воздуху и 110 по воде.

Для этого разрабатываются справочники по наилучшим технологиям, их всего 28 должно быть создано, совместно с нашими коллегами из Минпромторга это делаем, Минэнерго, Минсельхоза. То есть по всем сферам, где идут загрязнения, там разрабатываются справочники, чтобы специалисты, которые будут разрабатывать программы по модернизации, могли бы из этих справочников взять соответствующие технологические подходы, наилучшие технологии и уже разработать на этой базе программу по модернизации. Это ключевая задача, которую мы перед собой ставим. Это фактически должно начаться с 2017 года.

О переработке промышленных отходов и бытового мусора

Чиновника, на кого больше всего иногда грешат, что вот, коррупцией занимается, мы из этой системы исключаем — в первую очередь за счет того, чтобы именно производитель сам создавал производства по переработке в первую очередь. Или с оператором по переработке отходов создавал какое-то взаимодействие. Ну, в крайнем случае уже государство должно будет создать перерабатывающие производства, заводы по переработке тех или иных видов отходов. И уже сюда будет производитель поставлять свои отходы. Но в этом случае производителю придется платить большие платежи.

Мы стараемся не давить на сознательность, а создавать условия, в том числе и институциональные условия, для того чтобы предприятия были заинтересованы в переработке, сами заинтересованы в переработке отходов.

Граждане, если им создать условия, я думаю, они с удовольствием эти отходы будут сдавать на переработку, а не бросать рядом со своим жилищем. Ну, по крайней мере нормальные граждане именно так себя и ведут.

О балансе между экономикой и экологией

Наша задача — конечно, охранять природу, создавать условия для того, чтобы природа, если использовалась, то без ущерба для состояния, чтобы мы могли и потомкам нашим передать нормальные, уникальные природные объекты. Но это все равно требует от нас в том числе и очень взвешенного отношения при принятии решений, потому что мы не можем запретить хозяйственную деятельность. Регионы должны развиваться. Мы должны привлечь технологии, которые имели бы наименьшее негативное влияние на окружающую среду. Наша задача — дать возможность развиваться предприятиям, но при этом соблюсти экологические интересы уже той территории, где это предприятие развивается. И руководство любого предприятия должно понимать, что в долгосрочной перспективе уничтожать вокруг себя окружающую среду или, скажем так, ее ухудшать — это в том числе и уничтожать свой бизнес.

Россия > Экология > mnr.gov.ru, 8 февраля 2016 > № 1656086 Сергей Донской


Россия > Нефть, газ, уголь > mnr.gov.ru, 3 декабря 2015 > № 1594787 Сергей Донской

Глава Минприроды России Сергей Донской дал интервью журналу «Нефтегазовая вертикаль», в специальном выпуске, посвященном конференции «Накануне новой классификации запасов углеводородов»

Организаторами конференции выступают Минприроды России, журнал «Нефтегазовая вертикаль» и Vygon consulting.

Сергей Донской: новая классификация как гармонизация отношений в недропользовании

Новая классификация призвана оценить качество запасов, добыча которых экономически рентабельна для компаний, и трудноизвлекаемых запасов, освоение которых требует помощи государства. Таким образом, недропользователи получат надежную площадку для принятия решений, возможность прямого диалога с государством по поводу инфраструктурных проектов, административных мер, налоговых льгот. Тем самым мы сформируем основу для инновационных процессов в ТЭК, внедрения новых технологий.

Также важным стимулом развития отрасли недропользования станет снижение административных барьеров. В том числе речь идет о введении принципа «одного окна» в вопросах экспертизы запасов и технических проектов разработки месторождений углеводородного сырья и твердых полезных ископаемых, что предполагает интеграцию ГКЗ и ЦКР...

Ред.: Сергей Ефимович, в этот сложный для России период хотелось бы начать с вашей оценки проблем финансирования поиска и разведки углеводород. ных ресурсов…

С.Д.: Основной объем финансирования приходится на частные инвестиции компаний-недропользователей. Примерное соотношение бюджетного финансирования к частному составляет 1:10.

За счет средств федерального бюджета выполняются геологоразведочные работы ранних стадий, по результатам которых формируется поисковый задел. В 2014 году объем бюджетного фи нансирования на ГРР составил 35,7 млрд рублей, в 2015 году – 28,4 млрд. В результате работ, выполняемых за счет средств федерального бюджета, формируются участки недр с локализованными и оцененными прогнозными ресурсами полезных ископаемых, подготовленные для постановки поисковых и разведочных работ и получения прироста запасов.

Последующая разведка и освоение месторождений осуществляются компаниями-недропользователями за счет собственных средств.

На объем инвестиций, вкладываемых недропользователями в геологоразведку, существенное влияние оказывают три взаимосвязанных фактора: предложение, цена и спрос на сырье на рынке. Естественно, низкая цена на полезные ископаемые оказывает влияние на рост инвестиций.

Однако замечу, что начиная с 2009 года компании-недропользователи ежегодно наращивали инвестиции. В прошлом году средства инвесторов составили рекордную сумму – свыше 300 млрд рублей. Мы надеемся, что в 2015 году достигнутый уровень инвестиций как минимум сохранится на этом же уровне.

Ред.: Рост цен на минеральное сырье в среднесрочной перспективе мог бы привести к росту инвестиционной активности в геологии и недропользовании, а пока…

С.Д.: А пока складывающаяся экономическая ситуация в стране, санкции, неблагоприятная конъюнктура рынка сырья предопределяют сокращение государственных расходов. Сокращение расходов коснулось и геологоразведки. В связи с этим нами намечены меры реагирования – сконцентрировать бюджетные средства на приоритетных направлениях воспроизводства минерально-сырьевой базы.

В этих условиях мы, прежде всего, должны поддержать добычу там, где она осуществляется сегодня. Во-вторых, организовать поиски в новых районах, где есть перспективы и возможность новых крупных открытий. И, в-третьих, обеспечить изучение и освоение трудноизвлекаемых запасов полезных ископаемых, которые представляют мощный резерв в поддержании достигнутого уровня добычи.

Наша задача – удержать достигнутый темп за счет замещения выпавших государственных средств частными инвестициями. Для этого необходимо создавать максимально благоприятные условия для инвесторов, на что мы и нацелены.

Ред.: Ваши приоритеты в нормотворческой деятельности?

С.Д.: Большой поддержки заслуживают те законопроекты, которые уже находятся в проработке и направлены на снятие административных барьеров, привлечение инвестиций, стимулирование развития геологоразведочных работ.

Эти изменения касаются упрощения передачи права пользования недрами и переоформления лицензий на пользование недрами; предоставления недропользователям, ведущим геологическое изучение участков недр, гарантий на право их промышленного освоения в случае отнесения таких участков к участкам недр федерального значения, упорядочения процедур предоставления и использования техногенных образований, содержащих полезные ископаемые.

Ред.: Нетрудно представить, что недропользователей налоговые стимулы интересуют в первую очередь…

С.Д.: И мы целенаправленно над этим работаем. За последние годы при активном участии Минприроды России принят ряд законов, направленных на активизацию вложений частных инвестиций в геологоразведочную деятельность. Они предусматривают для недропользователей существенные льготы: введение налоговых каникул по НДПИ на Дальнем Востоке по твердым полезным ископаемым, дифференциацию ставок НДПИ при разработке трудноизвлекаемых запасов нефти, установление особого налогового режима при добыче углеводородного сырья на континентальном шельфе.

Мы внесли изменения в законодательство о недрах, предусматривающие рассрочку уплаты разовых платежей, вознаграждение первооткрывателям месторождений.

В прошлом году введен заявительный принцип предоставления лицензий в отношении участков недр с низкой степенью геологической изученности, на которых отсутствуют данные о наличии запасов и прогнозных ресурсов категорий Р1 и Р2. Всего за полгода его применения количество поданных заявок выросло по сравнению с 2013 годом в 20 раз и достигло нескольких сотен. Планируется распространить этот порядок и в отношении участков недр с УВ-ресурсами.

В мае 2015 года принят 121-ФЗ, который устанавливает правовые гарантии пользователей недр на получение лицензий с целью добычи полезных ископаемых при установлении факта открытия месторождения на участках акватории Балтийского моря.

Разрабатывается система вычетов расходов, понесенных недропользователями на проведение геологоразведочных работ из налогооблагаемой базы по налогу на прибыль, в зависимости от региона проведения работ.

Ред.: Что же касается снижения административных барьеров, то…

С.Д.: …еще в 2014 году мы отменили экспертизу проектной документации на бурение всех видов скважин – направлять проекты на экспертизу и получать разрешение на ввод их в эксплуатацию теперь не нужно.

Определен статус подтоварных вод – их закачка в пласт теперь не требует платы за негативное воздействие на окружающую среду.

Мы разработали законопроект, касающийся конкретизации условий лицензирования и проведения торгов, и внесли на рассмотрение в правительство. Работаем над возможностью неоднократного и более чем 20-процентного расширения границ лицензионного участка. Установлена возможность использования сервитута для сферы геологического изучения и разведки, тем самым исключена необходимость аренды.

В июне приняты поправки в закон «О недрах» о создании единого фонда геологической информации – государственной информационной системы, содержащей реестр первичной геологической информации о недрах и интерпретированной геологической информации о недрах.

Фонд станет основой для подготовки отраслевых документов стратегического планирования, позволит эффективнее вести государственный кадастр месторождений полезных ископаемых, государственный баланс запасов полезных ископаемых.

Внесенные изменения в законодательство о недрах создают условия для роста инвестиционной привлекательности недропользования и конкуренции на рынке. Будут защищены права правообладателя геологической информации.

В 2015 году мы начали системную работу по актуализации всех лицензий на пользование недрами, выданных с начала 1990-х. Мы завершим ее до конца 2016 года. В рамках разовой актуализации лицензий мы планируем решить целый комплекс задач: закрепить четкие обязательства недропользователей в интересах развития минерально-сырьевой базы страны и снижения административных барьеров, обеспечить отражение в лицензиях и проектных документах новых законодательных требований.

Ред.: Что ожидает иностранных инвесторов в геологической отрасли?

С.Д.: Мы понимаем, что, с одной стороны, через 15–20 лет нет альтернативы континентальному шельфу в обеспечении текущих потребностей экономики страны и экспортных обязательств в поставке жидких углеводородов. На смену падающей добычи на суше должна прийти добыча на шельфе, которая к 2030 году вырастет в три раза.

Лицензионные обязательства государственных компаний предусматривают выполнение весьма значительного объема геологоразведочных работ. Несмотря на то, что в настоящий момент госкомпании выполняют лицензионные обязательства в полном объеме и даже с превышением, приходится констатировать, что, с другой стороны, существует значительный риск снижения темпов геологоразведки на шельфе. Это обусловлено тем, что условиями лицензий предусматривается на начальных этапах выполнение наименее капиталоемких видов геологоразведки.

В условиях тех объективных трудностей, которые в настоящий момент испытывают госкомпании (недостаток денежных средств и кредитных ресурсов, недостаток российских судов и буровых установок, трудность привлечения иностранных мощностей в условиях действующих секторальных санкций, отказ партнеров госкомпаний продолжать нести расходы на осуществление геологоразведочных работ), выполнение даже того минимального объема обязательств, которые предусматриваются лицензиями, становится нереальным.

Задержки в геологическом изучении континентального шельфа, иными словами, создают существенные экономические и геополитические риски. В этой связи в конце июля с.г. Минприроды России внесло в Правительство РФ законопроект, устанавливающий институт предварительного согласия на предоставление права пользования участками недр федерального значения по совмещенной лицензии.

Следует понимать, что предлагаемые поправки не направлены на автоматическое предоставление лицензий на разведку и добычу всем без исключения недропользователям, которыми были проведены геологоразведочные работы и открыты месторождения федерального значения.

Предлагаемый законопроектом механизм будет интересен, прежде всего, тем иностранным компаниям, которые готовы инвестировать в разработку месторождений на территории страны и при этом хотели бы гарантировать себе получение права на разведку и добычу месторождения федерального значения в случае открытия такового.

Ред.: Сергей Ефимович, заканчивается и разработка, и апробация Новой классификации запасов и прогнозных ресурсов нефти и газа…

С.Д.: ...и ее ведение связано с нынешней экономической ситуацией, которая требует более точного стратегического планирования в сфере добычи полезных ископаемых, а значит, необходимо откорректировать имеющиеся у нас подходы к оценке их запасов.

Основная цель новой классификации запасов – обеспечить переход от административного регулирования недропользования к механизму, основанному на геолого-экономической и техникоэкономической оценке возможности разработки запасов полезных ископаемых.

Чтобы достичь этой цели, требуется решить целый комплекс задач, таких как повышение достоверности запасов, упрощение схемы утверждения запасов, снижение административных барьеров, обеспечение комплексного подхода к администрированию льготируемых параметров, гармонизация с международными системами, наконец, совершенствование механизма госрегулирования для вовлечения в разработку неэффективных и трудноизвлекаемых запасов.

Ред.: Тем более что большая часть запасов нефти на территории страны относится именно к такой категории…

С.Д.: Однако четких и прозрачных критериев, по которым те или иные запасы могут быть отнесены к ТРИЗ, до сих пор нет. Это реальная проблема, тем более что льготы на добычу нефти из трудноизвлекаемых объектов уже начали появляться. Если мы хотим, чтобы такие льготы были эффективными, понятие трудноизвлекаемых запасов требует четкого определения и систематизации.

Новая классификация повысит достоверность данных о запасах, упростит схемы их утверждения, позволит лучше администрировать льготы по налогам в сфере недропользования. Появятся дополнительные условия для вовлечения трудноизвлекаемых запасов в оборот. То есть запасы, которые вчера считались неэффективными, забалансовыми, станут значительной частью сырьевой базы страны.

Таким образом, мы отходим от субъективного подхода к налоговому стимулированию ТРИЗ и переходим к стимулированию их отработки уже в зависимости от потребности государства в тех или иных видах полезных ископаемых, экономической целесообразности их разработки. Это позволит более объективно планировать добычу и потребности народного хозяйства в необходимых минеральных ресурсах на средне- и долгосрочную перспективу.

Ред.: Подготовка к переходу на новую классификацию потребует изменения действующей правовой базы?

С.Д.: Безусловно, понадобится обновление комплекта нормативно-методических документов на основе анализа действующей нормативной базы, и в этом направлении уже многое сделано. Так, ФБУ ГКЗ под руководством Роснедр и совместно с профильными организациями, ведущими экспертами отрасли, представителями компаний-недропользователей подготовила целый пакет инструктивно-методических документов (порядок применения новой классификации, положения об этапах и стадиях ГРР, правила разработки и проектирования разработки месторождений, новые формы отчетности и госбаланса) и нормативно-правовых актов (постановлений правительства).

Уже завершены общественные рассмотрения проектов новых документов, достигнуты соглашения по всем ключевым вопросам. В ближайшее время будут разработаны правила по проведению экономических расчетов при составлении технологических документов на разработку месторождения. Апробация новой схемы утверждения запасов и методики экономической оценки извлекаемых запасов будет проведена до конца текущего года.

Россия > Нефть, газ, уголь > mnr.gov.ru, 3 декабря 2015 > № 1594787 Сергей Донской


Россия > Металлургия, горнодобыча > mnr.gov.ru, 29 октября 2015 > № 1594718 Сергей Донской

Министр природных ресурсов и экологии РФ Сергей Донской дал интервью телеканалу «360 Подмосковье»

Глава Минприроды России рассказал о перспективах и рисках развития геологоразведки в России

Сфера недропользования. С какими вызовами столкнулась геологическая отрасль в текущем году? Чем вызвано сокращение государственного финансирования геологоразведки? Что необходимо сделать для того, чтобы разрешить назревшие в отрасли вопросы? Об этом и не только поговорим с министром природных ресурсов и экологии России, Сергеем Донским. Это "Интервью 360".

- Мы не будем скрывать, что экономика России в значительной степени зависит от добычи и экспорта полезных ископаемых. При этом инвестиции в отрасль составляют всего лишь 3% от общемировых показателей, а часть суши, которую занимает Россия - это 11%. Почему такой дисбаланс и есть ли здесь проблема?

- Начнем с некоторой корректировки цифр. Потому что то, что вы говорили о 3% от общего объема мировых инвестиций в геологоразведку, это скорее уже устаревшие данные. Цифра, которую можно сегодня озвучить, например, по итогам 2014 года, Россия инвестировала в геологоразведку (это государственные и частные инвестиции) больше 370 млрд рублей, что составляет около 9% от мировых инвестиций в геологоразведку.

- Хорошая корректировка. В положительную сторону.

- Несколько больше, хотя мы понимаем, что в сегодняшней ситуации, когда еще очень много территорий, очень много новых направлений, которые нужно изучать, где необходимо проводить геологоразведку, инвестиций должно быть больше. Мы придерживаемся такой политики. У нас есть часть государственных инвестиций, то есть, когда финансирование проектов геологоразведки идет из бюджета, а есть часть, которую финансируют частные компании. Это и углеводороды, и твердые полезные ископаемые, и общераспространенные полезные ископаемые. Та цифра, которую я назвал, в сумме, то есть, это и углеводороды, и твердые, это 379 млрд рублей. Эта цифра масштабная, но ее на сегодняшний день все-таки недостаточно. Хотя так же следует признать, что, например, с 2010 года количество инвестиций, как частных, так и государственных, к 2014 году выросло примерно в 1,8 раза. То есть, на самом деле существенный рост за последнее время. Но это в первую очередь было обусловлено восстановлением после 2008 года, когда цены пали, и геологоразведка, естественно, тоже снизилась. Так как геологоразведка, все-таки, очень зависит от конъюнктуры, ценовых перспектив. И на протяжении 4-х лет был постепенный рост, где-то даже бурный рост вложений. Но на сегодняшний день мы уже наблюдаем динамику снижения. Это опять же зависит от того, что практически по всем видам полезных ископаемых, по сырьевым ресурсам у нас произошло падение цен на мировых рынках. Конъюнктура поменялась, стратегически компании увидели, что перспективы не самые радужные, ожидания ухудшились. И естественно, компании начинают снижать риски.

- Менять свои планы.

- Менять планы, менять стратегии. Это относится не только к России, это относится и к зарубежным инвестициям в геологоразведку. Могу сказать, например, что по итогам 2015 года в целом по оценкам экспертов снижение инвестиций в геологоразведку по миру составит 30%.

- Давайте разбираться. В недавнем интервью вы сказали о том, что расходы из госбюджета на геологоразведку сократятся на 20%.

- По факту оно так и есть.

- То есть, это реальная цифра?

- По 2015 году так и случилось. Прошлый год - 37,5 млрд рублей, в этом году чуть больше 28 млрд рублей.

- Но геологоразведка будет продолжаться в нашей стране?

- Обязательно.

- За счет чего? За счет инвесторов, о которых вы уже сказали?

- И государство, и инвесторы будут продолжать вкладывать в геологоразведку, потому что это необходимо, потому что это будущее с точки зрения перспективы. Единственно, государство в первую очередь старается провести работы начальных стадий - это самые рискованные работы. А частный инвестор старается сконцентрироваться на менее рискованных направлениях, там, где уже есть геоинформация, есть перспективы открыть месторождения. Высокие перспективы. А в ряде случаев, особенно когда мы говорим о сегодняшнем дне, компании концентрируются на доизучении территорий, доизучении месторождений.

- Это 55% территорий необходимо доизучить?

- На самом деле, если мы говорим о доизучении территорий всей страны, эта цифра не то, что устарела, она теряет содержание по мере того, как появляются новые технологии, появляются новые подходы к изучению, новые модели. И в ряде случаев компания приходит на старое место, где до настоящего времени не могли ничего найти, новая компания с новыми подходами, технологиями смотрит на это по-другому. Это реально новый взгляд. Очень часто бывает, что одна крупная компания приходит, приобретает лицензионный участок, изучает, делает вывод, что перспектив нет. Но это с точки зрения компании, которая приобрела этот участок. Соответственно, она оценивает бесперспективность. Приходят другие, более агрессивные, они готовы брать на себя больше рисков, и готовы уже принять решение о том, что это перспективный объект, и они начинают бурить и проводить работы.

- И находят то, чего не нашли раньше.

- Верно. С новыми подходами, взглядами. И находят объекты. Это очень часто случается в мировой практике. Это практически каждый третий такой объект.

- Многие эксперты склоняются к тому, что ряд проблем, который сейчас существует в отрасли, связан с дисбалансом в законодательстве. И с несовершенством норм. Вы согласны с этим? Какие корректировки вы бы внесли?

- Что касается дисбаланса законодательства, и несовершенства законодательства как такового, нет предела совершенству, это понятно. Любой закон имеет свои недостатки, шероховатости, недоработки. При этом жизнь постоянно изменяется. Постоянно происходит эволюция. Как мы упомянули - в технологиях, в подходах. Меняется конъюнктура рынка.

- Корректировки необходимы в любом случае.

- Верно. То есть, происходит постоянное совершенствование законодательства. Конечно, бывают законы, которые десятками лет меняются, но в ряде случаев это приводит к тому, что экономика начинает сталкиваться с тем, что, например, невозможно внедрять какие-то технологии или проводить работы именно из-за ограничений по законодательству.

- Законодательство не успевает?

- И здесь, конечно, понимая это, мы ежегодно ведем мониторинг законодательства, ведем совместную работу с компаниями. У нас есть рабочие группы, например, по ликвидации административных барьеров. Есть соответствующие органы, которые готовят инициативы по совершенствованию каких-то инвестиционных подходов к законодательству. Те же самые изменения в законодательстве, которые позволяют применять те или иные технологии. И могу сказать, что за 2014 год у нас около 20 различных изменений в законах, и по снижению административных барьеров, и по совершенствованию инвестиционной привлекательности сферы недропользования, и просто создания каких-то новых объектов, подходов к проведению работ, например, с трудноизвлекаемыми запасами. Фактически мы внесли изменения в 20 случаях в законодательство. В первую очередь, конечно, в закон о недрах. И совершенствование по этому направлению идет. Я не говорю о том, что не надо вносить больше изменений. Мы и в этом году готовим изменения, связанные с работой с зарубежными инвесторами. В этом году приняли очень важный закон, связанный с оборотом геоинформации. Недавно Президенту докладывал об этом. И, в принципе, мы будем и в дальнейшем совершенствовать законодательство, не только закон о недрах, но и другие законы, чтобы у недропользователей появлялось все больше возможностей для работы, для того, чтобы они могли вкладывать свои ресурсы в высокорискованные проекты. А геологоразведка - это один из самых рискованных проектов в сфере недропользования, потому что это начальная стадия. И как говорят специалисты, успех того или иного проекта, особенно в твердых полезных ископаемых, 1/100 - это мировая цифра. У нас, кстати, эта цифра немного лучше - 1/80, а, может быть в некоторых регионах еще выше. Но мы свои проекты, конечно, поддерживаем.

- Еще один важный вопрос, которым вы вплотную занимаетесь, это доведение российской системы классификации запасов в соответствие с европейскими стандартами.

- Не только европейскими. Мировыми стандартами.

- А насколько сейчас эта работа продвинулась вперед? Чего нам еще не хватает? И насколько это необходимо?

- Это необходимо, об этом говорили уже давно. И, в принципе, работа ведется не первый год. Мы в прошлом году утвердили классификацию, сейчас идет доработка рабочих документов, методик, регламентов. Мы на постоянном контакте с компаниями. Ключевая задача - перейти от административной формы управления запасами к направлению, где в первую очередь оценка ведется по экономическим показателям, по проектам, то есть там, где уже можно оценить перспективу разработки этих запасов, то есть, возможность использования технологий. Естественно, наложить вот эту технологическую перспективу на экономику сегодняшнего дня, потому что у нас, естественно, запасы постоянно изменяются, с точки зрения их рентабельности, интересов к ним компаний, инвесторов. Это изменение конъюнктуры должно отражаться, в том числе, и в государственном балансе. На сегодняшний день у нас большинство документов готово, мы надеемся, что в следующем году уже компании будут активно считать свои запасы по новой классификации. Это первое. Второе, совсем недавно наши коллеги из государственной комиссии по запасам были в специализированном органе ООН, и там презентовали нашу классификацию. И в следующем году мы будем уже адаптировать классификацию, утверждать ее на уровне ООН. То есть, мы использовали подходы ООН при подготовке и утверждении классификации, которой мы сейчас занимаемся.

- Хочу спросить о присутствии России в Арктике. Наряду с развитием Крыма этому вопросу уделяется действительно большое внимание сейчас. По вашему мнению, необходимо ли создавать отдельное министерство по делам Арктики?

- Мне уже когда-то задавали такой вопрос. В первую очередь надо исторически разложить эту тему. Впервые появился вопрос о создании какого-то отдельного органа по Арктике… Вот мне задавали этот вопрос, наверное, в 13-14 году.

- Ваше мнение могло поменяться, кстати.

- Я начну с того, что тогда я ответил, что возможно, должен быть создан орган, который бы объединил интересы различных ведомств. Мы занимаемся Арктикой, Минэнерго занимается Арктикой. Все. Единственно, пока еще Минсельхоз Арктикой не занимается, но поменяется климат, и все может быть. Но хочу сказать, что на сегодняшний день существует созданная правительством комиссия по Арктике. Ее возглавляет Дмитрий Олегович Рогозин. И эта комиссия рассматривает у себя на площадке все вопросы всех органов, которые Арктикой занимаются. Она только начала работу, и пока идет наработка вопросника и решений, которые предлагаются министерствами, и отработка всей этой системы. Единственно, как всегда не хватает денег. Сегодняшний бюджет очень скупой в этой части. Работы ведутся, то есть, федеральный бюджет финансирует, но, на мой взгляд, недостаточно с точки зрения развития этого направления, этого региона.

- Если говорить о предъявлении Россией права, насколько я знаю, Россия первая заявила об изучении морского дна.

- Не совсем. Мы были одними из первых.

- Мы в лидерах. Но за это право борются еще 8 стран Северного совета. Насколько мы себя чувствуем уверенно? Насколько мы реально заявили о своей позиции и придерживаемся ее?

- Я с уверенностью могу сказать, что мы держимся той позиции, которую мы в свое время озвучили. И мы, кстати, в августе внесли в ООН свою заявку, в комиссию ООН по границам континентального шельфа. Внесли заявку, она опубликована. И весной, я надеюсь, в феврале-марте, мы эту заявку будем презентовать на очередной сессии. Конечно, здесь есть различные точки зрения. Но мы провели огромный объем работы. Работало огромное количество институтов, и мы работали, Министерство природных ресурсов, Минобороны работало, представляли свои мощности для того, чтобы можно было проводить работы подготовки соответствующих карт. МИД работал тоже очень активно. Было очень много различных органов, которые участвовали в этой работе. Заявка подготовлена, она достаточно качественная. Мы продолжаем сейчас работать в ООН. При необходимости, сейчас еще рано, но весной мы можем предоставить дополнительную информацию. Если будет надо, мы проведем дополнительные работы по изучению. Но я надеюсь, что тот объем информации, который сейчас представлен, достаточен для того, чтобы начать работу. Нам есть, на что опереться при доказательстве, и все основания у нас тоже существуют. С другой стороны, конечно, есть страны, которые, например, представляют свои заявки, которые пересекаются с нашей заявкой. Дания, например. Есть Канада, которая представила свою заявку, но отозвала. Норвегия утвердила свою заявку, но это было в позапрошлом году. И в данном случае границы нашей и норвежской заявок совпадают. Так что у нас здесь все нормально. Работа идет.

- А в чем наше преимущество?

- В первую очередь, как всегда, в наших огромных территориях. Это раз. И в качестве и объеме работ, которые были сделаны для доказательной базы участия нашей заявки.

- Риски всегда бывают. Они, наверное, есть и сейчас. Какой сегодня основной риск?

- В первую очередь, конечно, скорее даже не риск, а начало очень длительного процесса, который потребует дополнительной информации именно в части работы с комиссией, с экспертами. Во-первых, кроме каких-то организационных моментов, Министерство сейчас активно занимается популяризацией этой темы. Популяризацией обсуждения этой темы со специалистами, с заинтересованными органами власти. И не только органами власти, компаниями. Все, кто интересуется Арктикой. Например, у нас 19-21 ноября состоится очередное мероприятие. Это дни Арктики в Москве. Мы проводили их в прошлом году, мне очень понравилось. Было очень много вопросов, активное участие всех заинтересованных лиц. И полярников, и тех, кто интересуется Арктикой. А в этом году мы проводим это мероприятие уже совместно с Академией наук. Я надеюсь, что в этот раз тоже будут подняты очень интересные вопросы.

- И их будет даже больше, чем в прошлом году.

- Намного больше будет, я уверен. Просто накапливается. И я всех приглашаю к участию в этом очень интересном мероприятии.

- Удачи вам в этом непростом вопросе и важном деле. Спасибо вам большое за интересный разговор.

Источник:

Пресс-служба Минприроды России

Россия > Металлургия, горнодобыча > mnr.gov.ru, 29 октября 2015 > № 1594718 Сергей Донской


Россия > Металлургия, горнодобыча > kremlin.ru, 23 октября 2015 > № 1530473 Сергей Донской

Рабочая встреча с Министром природных ресурсов и экологии Сергеем Донским.

Владимир Путин провёл рабочую встречу с Министром природных ресурсов и экологии Сергеем Донским. Глава Минприроды России информировал Президента о результатах проведённых в текущем году геологоразведочных работ, мерах по стимулированию инвестиционной активности, завершении доформирования госкомпании по геологоразведке – Росгеология.

Отдельно обсуждались принятые изменения в законодательство, в частности по вопросам оборота геоинформации, процедуре упрощения проведения бурения и установлению гарантий на лицензирование права пользования участками недр на Балтийском море.

В.Путин: Сергей Ефимович, давайте поговорим о геологоразведке. Как у нас запасы?

С.Донской: Владимир Владимирович, разрешите доложить по результатам геологоразведочных работ в этом году. Сейчас складываются следующие условия. Во–первых, объёмы геологоразведочных работ за счёт средств федерального бюджета в 2015 году, учитывая, конечно, состояние бюджета, снизились по сравнению с 2014 годом, но до этого они росли. [Финансирование] снизилось на 20 процентов и составило 28 миллиардов 400 миллионов рублей.

Что касается средств недропользователей, то ситуация другая. Хотя они тоже снизились (мы это прогнозировали с учётом инвестиционных ограничений) на 10 процентов по сравнению с прошлым годом – 310 миллиардов рублей, надо учитывать, что в прошлом году инвестиции составили 350 миллиардов рублей. Это был максимальный объём инвестиций за 20 лет, в принципе за весь российский период, после Советского Союза.

При этом надо сказать, что физические объёмы по поисковому, разведочному бурению, сейсморазведке тоже снизились примерно пропорционально тем объёмам снижения инвестиций, частных инвестиций, которые сложились, где–то на 10 процентов.

Поступления в федеральный бюджет от разовых платежей составили около 37 миллиардов рублей. Это где–то на 8 миллиардов больше плановых показателей. Конечно, они тоже снизились по сравнению с прошлым годом. До этого, конечно, ситуация складывалась немножко более положительно, скажем так.

Наиболее значительное снижение произошло на шельфе. Компании бурят, но не в тех объёмах, которые складывались, например, в прошлом году. Снижение – примерно 50 процентов.

В.Путин: Это естественно. Это во всём мире происходит.

С.Донской: Несмотря на это, мы совсем недавно ещё раз провели встречу со всеми компаниями, оценили ситуацию по приросту запасов. Здесь можно сказать, что простое воспроизводство, то есть компенсация объёмов добычи, которая сложится в этом году (мы прогнозируем, Минэнерго прогнозирует в районе 530 миллионов тонн), по добыче и по жидким углеводородам, и по газу, – компенсация будет.

Мы ожидаем по нефти прирост запасов в районе 710 миллионов тонн, а по газу – около 700 миллиардов кубометров. Но это за девять месяцев, потому что мы ещё, конечно, ожидаем, что за последние три месяца компании принесут в государственную комиссию запасы материала, и соответственно идёт работа по доказательной базе, по постановке на баланс запасов, которые в этом году были приращены.

В основном, конечно, компании работают на участках недр, которые разрабатывают, то есть не на новых участках. Но это тоже закономерно, потому что, естественно, долгосрочные инвестиции сейчас стимулируют компании снижать риски и работать, скорее, на доразведке. Они приращивают месторождения за счёт пропущенных залежей, за счёт запасов, которые находятся на их лицензионных участках. Работа ведётся, и ещё раз говорю, что простое воспроизводство у нас в этом году по нефти и по газу будет.

Теперь что мы делаем в отношении стимулирования, потому что в этой ситуации, конечно, обязательно стимулировать инвестиционную активность, стимулировать недропользователей для работы. Мы в 2014 году ввели так называемый заявительный принцип, я Вам в конце прошлого года рассказывал, при котором недропользователь без проволочки получает лицензию на геологоразведку на самой начальной стадии на участке недр, где [разведанных] запасов нет, где спроса как такового до этого не было.

Но за счёт того, что мы упростили процедуру, раньше у нас в течение года готовился перечень, сейчас по заявительному принципу недропользователь приходит, и мы участки в размере 100 квадратных километров даём на геологическое изучение.

На геологическое изучение в данном случае в этом году будет выдано 215 участков по заявительному принципу, но спрос очень большой. Это небольшие компании, в основном по твёрдым полезным ископаемым.

В принципе это говорит о том, что даже в сложной, казалось бы, ситуации, когда и цены падают по большинству видов полезных ископаемых, всё равно недропользователи готовы рисковать, готовы выходить на неразведанные участки. Главное – давать им возможность это делать.

Плюс ко всему по Вашему поручению, по указам, которые Вы подписали, мы в этом году закончили доформирование государственной компании по геологоразведке – Росгеология, полностью консолидировали все предприятия по геологоразведке, которые находились в государственной собственности: и сейсморазведочные компании, и предприятия по бурению. И сейчас идёт как раз уже операционная работа, скажем так – повышение эффективности этой компании.

Принят ряд важных, на мой взгляд, документов. Это документы, которые полностью урегулируют вопросы оборота геоинформации, в том числе и создание соответствующего геологического информационного фонда. Мы на данный момент очень хорошо продвинулись, и, на мой взгляд, этот закон позволяет нам говорить, что, когда он будет полностью реализован, у нас правило по обороту геоинформации будет вполне на международном уровне. Принят закон, и соответственно мы можем говорить о том, что сейчас уже идёт работа по его внедрению.

Плюс ко всему в этом же году приняты изменения в законодательство в части упрощения проведения бурения. В частности, мы исключили большинство экспертиз по бурению скважин, тем самым упростили процедуру, ускорили её в подготовке проектных документов и проведении бурения. На наш взгляд, это очень важно, особенно, учитывая, что компаниям сейчас нужно давать меньше ограничений на проведение буровых работ.

Также один из законов, который принят в этом году, – это установление гарантий на получение лицензий на право пользования [участками недр] на Балтийском море. Там соответственно тоже все поручения выполнены.

В.Путин: Хорошо.

Россия > Металлургия, горнодобыча > kremlin.ru, 23 октября 2015 > № 1530473 Сергей Донской


Россия > Нефть, газ, уголь > mnr.gov.ru, 3 сентября 2015 > № 1498245 Сергей Донской

Глава Минприроды России Сергей Донской накануне Восточного экономического форума дал эксклюзивное интервью МИА «Россия сегодня»

С.Донской рассказал о разработке месторождений в Арктике, о том, что добывающие компании в России смогут адаптироваться к работе в условиях санкций, а также о возможном рассмотрении законопроекта о доступе иностранцев к российским недрам.

Глава министерства природных ресурсов РФ Сергей Донской в преддверии Восточного экономического форума рассказал в интервью РИА Новости о разработке месторождений в Арктике, о том, что добывающие компании в России смогут адаптироваться к работе в условиях санкций, а также о возможном рассмотрении законопроекта о доступе иностранцев к российским недрам.

— Сергей Ефимович, во Владивостоке с 3 по 5 сентября пройдет Восточный экономический форум (ВЭФ). В каких мероприятиях форума Минприроды России и вы лично примете участие? Какую программу подготовило министерство?

— Программа Восточного экономического форума очень насыщенная, интересная. Мы участвуем и в деловой программе, и в тематических выставках, и еще в организации благотворительного аукциона.

В первый день — сессия по недропользованию. Мы представим опыт работы инвесторов, в том числе иностранных, в этой сфере. Естественно, мы хотим предложить новые проекты для инвесторов, получить от них обратную связь. Это поможет выработать в сегодняшней сложной экономической ситуации условия, правила, по которым инвесторам все-таки было бы комфортно работать в России. Это вообще одна из ключевых задач, которые мы перед собой ставим в ходе работы на ВЭФ.

Мы подведем итоги зимнего сплошного учета амурского тигра, озвучим окончательные данные по численности популяций. Кроме того, проведем дискуссию с представителями крупного бизнеса об их проектах в сфере сохранения биоразнообразия, о том, как вовлекать компании в эту деятельность на системной основе.

— Какие компании принимают участие?

— Это практически весь крупный бизнес в разных сегментах — от недропользователей до авиакомпаний. Будет "Роснефть", "Сахалин Энерджи", ВЭБ, ВТБ, Росатом, "Русал" и "Норникель", "Трансаэро". В общем, это такой первый системный разговор с бизнесом о том, как сделать природоохранные проекты эффективными и выгодными. То есть мы хотим, чтобы компании инвестировали не только в охрану отдельных флаговых видов, но и в сохранение экосистем в целом, в развитие заповедников и нацпарков.

— А из международных организаций кто-нибудь заявился?

— Да, будут коллеги из Японии, Южной Кореи, Китая, будут международные природоохранные организации.

— А Памела Андерсон приедет?

— Если бы организаторы форума делали подборку самых часто задаваемых вопросов, этот был бы первым в списке. Госпожа Андерсон долго просила о встрече. Она приедет, будет участвовать в деловой программе, в благотворительном экоаукционе, предложила, кстати, два лота от себя лично.

— Что это, если не секрет?

— Увидите. Один из них — спасательный круг — символизирует спасение диких животных.

Из своей коллекции я отдал на аукцион фотокартину с кадром из фильма "Территория" по одноименному роману Олега Куваева. Мы поддерживали этот проект с самого начала. На фото — автографы создателей фильма и исполнителей главных ролей — актеров Константина Лавроненко и Егора Бероева.

— Сергей Ефимович, вы сказали, что будете обсуждать инвестиционный климат. Ваше ведомство внесло в правительство законопроект, согласно которому иностранная компания гарантированно сможет получить в разработку месторождение в России, если она его открыла.

— Речь идет о том, что этот законопроект позволяет правительству до проведения основных работ по освоению месторождения дать гарантии недропользователю, что у него нет рисков в отношении получения лицензии, если он открыл месторождение.

— Учитывая непростую экономическую ситуацию в мире и введение санкций против России, может ли быть ограничен список стран, которые смогут получить такую лицензию?

— Те страны, которые вводят санкции, уже ввели ограничения для своих инвесторов. Если мы будем дополнительно вводить что-то еще, то это лишние палки в колеса. Мы хотим, чтобы локомотив двигался и набирал обороты. Те инвесторы, которые работали в России, продолжают работать даже несмотря на то, что правительства их стран пытаются вводить для них кучу всяких ограничений.

Сегодня мы должны создавать такие условия, чтобы инвестиции продолжались, увеличивались и компании могли работать. Надеемся, что осенью законопроект будет рассмотрен в правительстве РФ.

— Ранее вы говорили, что Минприроды России может рассмотреть ужесточение требований по работе иностранных компаний в России при продлении санкций.

— Я говорил, что мы рассмотрим возможность ужесточения требований к иностранным компаниям. Понятно, что если меняется ситуация на рынке или же страны начинают выстраивать недружественную политику, в ряде случаев мы должны реагировать. Однако в данном случае лучше инвестиционный климат не ухудшать.

— Но США ухудшили инвестиционный климат, расширив санкции на Южно-Киринское месторождение "Газпрома".

— "Газпром" продолжает работать дальше. Самое главное, что у "Газпрома", я хорошо это знаю, есть серьезные планы по импортозамещению. Да, в ряде случаев компании придется поднапрячься, но проект будет реализован.

— Одна из тем, которая будет обсуждаться на ВЭФ на площадках с участием Минприроды, — привлечение инвестиций в добывающую отрасль, в том числе и в геологоразведку. По итогам первого полугодия 2015 года как изменились объемы инвестиций в геологоразведку в России? Каков ваш прогноз по объемам ГРР в 2015 году? В начале года вы прогнозировали снижение инвестиций на 15% по году.

— В начале 2015 года уже существовала тенденция по снижению цен на углеводороды. Кроме того, на возможность привлекать нашими компаниями инвестиции за рубежом влияют санкции. Все эти ограничения на тот момент уже давали основание говорить, что снижение на 15% возможно.

На сегодняшний день мы пока ожидаем 10-процентное снижение инвестиций в геологоразведку. По итогам прошедшего полугодия нефтегазодобывающие компании профинансировали геологоразведку в России на 143 миллиарда рублей. На первом месте "Газпром" — 82 миллиарда рублей, на втором "Роснефть" — 20 миллиардов рублей, на третьем ЛУКОЙЛ — 18 миллиардов рублей, далее идет "Сургутнефтегаз" и другие компании.

Это предварительные цифры, но в целом инвестиции в геологоразведку несколько меньше, чем в прошлом году. Хотя необходимо учитывать, что по итогам прошлого года мы достигли максимума инвестиций в геологоразведку за последние несколько лет — 340 миллиардов рублей за год.

— Меняется ли в связи с экономической ситуацией ваш прогноз по приросту запасов углеводородов в РФ по итогам 2015 года? Ранее вы прогнозировали прирост запасов нефти в 550 миллионов тонн, газа — в 715 миллиардов кубометров.

— На сегодняшний день мы ожидаем объем приростов запасов чуть ниже уровня прошлого года. Исходя из текущих объемов геологоразведки, мы планируем, что уровень запасов будет сопоставим с объемами добычи. Некоторое снижение инвестиций в геологоразведку в целом не должно повлечь кардинального снижения объемов воспроизводимых запасов.

— Минэкономразвития РФ в своих прогнозах исходит из того, что санкции продлятся до конца 2018 года. Как вы считаете, сможет ли экономика РФ в целом и добывающая отрасль в частности полностью адаптироваться к этим условиям?

— Я думаю, сможет. Во-первых, компании уже выстраивают свои стратегии с учетом этих ограничений, идет переориентация на те проекты, где санкции будут иметь наименьшее влияние. Во-вторых, мы видим, что компании активно работают в сфере импортозамещения: ищут способ, каким образом заместить ту или иную технику, ищут аналоги на рынке. В том числе ищут альтернативные источники финансирования.

— Вслед за падением цен на нефть наблюдается серьезное снижение цен на другие ресурсы — золото, алмазы, уголь, металлы. Санкции также касаются компаний, добывающих твердые полезные ископаемые. Смогут ли они адаптироваться к новым условиям?

— Нужно разделять крупные и небольшие добывающие компании. Те, кто реализуют крупные проекты, на мой взгляд, в меньшей степени пострадают от санкций.

Что касается небольших производителей, здесь у нас есть очень хороший набор инструментов поддержки. Как пример — выдача лицензий на разработку месторождений по так называемому заявительному принципу.

В прошлом году мы приняли документы, по которым компании могут получать лицензии на те участки недр, где нет подтвержденных запасов, нет спроса со стороны других недропользователей: эти участки не стоят в каких-либо перечнях, на них не ведется геологоразведка со стороны государства.

После того, как будет открыто месторождение, компания может получить лицензию на разведку и добычу. По таким лицензиям спрос растет: например, в 2014 году за весь год было выдано 285 подобных лицензий по заявительному принципу, а в 2015 году за полгода — более 300.

Люди готовы рисковать даже в сложных экономических условиях, потому что понимают, что это хороший инвестиционный актив. Когда людям дают возможность работать, они готовы это делать даже в условиях санкций.

— Возможно ли введение таких заявительных лицензий для нефтегазовых компаний?

— Пока мы только рассматриваем такую возможность. Заявительный принцип — это способ мотивировать геологов, недропользователей к риску на самой начальной стадии изучения недр. Мы могли бы попробовать применить этот принцип на тех территориях, где изученность углеводородов очень низкая, там, куда крупные компании пока не готовы идти по разным причинам — из-за отсутствия инфраструктуры, а также желания сконцентрироваться на других территориях, где они уже стратегически себя позиционируют. Однако мы пока не пытаемся ускорить эту тему, потому что хотели бы сначала отработать и получить достаточный опыт по заявительному принципу по твердым полезным ископаемым.

— Ранее сообщалось, что Минприроды предлагало временно приостановить выдачу лицензий на разработку шельфовых месторождений до тех пор, пока не будет решен вопрос о доступе частных компаний к шельфу. Идет ли рассмотрение этого предложения?

— Предложение рассматривалось, но мы продолжаем выдавать лицензии в рамках действующего законодательства. Пока окончательного решения не принято, мы продолжаем работать в прежнем режиме. Сегодня закон предполагает бесконкурсную выдачу лицензий на разработку месторождений на шельфе.

— "Роснефть" и "Газпром" вскоре получат новые лицензии на разработку четырех месторождений на шельфе?

— Да, сейчас документы находятся в правительстве РФ.

— "Роснефть" обратилась в суд с иском к Роснедрам о признании недействительным конкурса на право получения лицензии на освоение Восточно-Таймырского участка. Будет ли Минприроды дополнительно анализировать итоги конкурса и сам ход его проведения Роснедрами?

— У нас есть поручения от президента РФ и председателя правительства РФ до 11 сентября проанализировать ход конкурса, который проводили Роснедра. С учетом заинтересованности всех сторон я поручил представить тщательный анализ всех материалов конкурса с учетом цифр и данных, которые были поданы компаниями в Роснедра при проведении этого конкурса.

— Сергей Ефимович, в последнее время в РФ участились случаи нефтеразливов. Устраняются последствия крупных аварий в Нефтеюганске, на Московском НПЗ. В то же время штрафы, которые выплачивают компании за ущерб окружающей среде, как правило, незначительны. Когда может быть ужесточена ответственность нефтегазовых компаний за ущерб окружающей среде? Могут ли быть увеличены штрафы?

— Действительно, на сегодняшний день разливы нефти продолжают оставаться одной из наиболее рисковых точек. Чтобы решить эту проблему, необходимо добиться обеспечения информационной прозрачности, поскольку компании не всегда представляют данные о произошедших разливах. К примеру, компании дают ежегодную оценку по количеству разливов в 5 тысяч случаев, Росприроднадзор фиксирует 10 тысяч разливов, а общественные организации — 25 тысяч. По закону за непредставление или несвоевременное представление информации о нефтеразливах компании, юридические лица должны заплатить штраф от 3 до 5 тысяч рублей. Такие суммы штрафов достаточно низкие, они не побуждают нарушителя представлять информацию. Поэтому Минприроды России подготовило изменения в административный кодекс по повышению административных штрафов компаний. Повышение достаточно существенное — минимальный предел штрафа теперь будет на уровне 50 тысяч рублей, максимальный размер — до 500 тысяч рублей.

Кроме того, необходимо мотивировать компании к инвестициям в обновление своей инфраструктуры, в первую очередь трубопроводов и тех объектов, которые связаны с транспортировкой углеводородов. Около 50% случаев разливов происходят из-за аварии на нефтепроводе, это связано с изношенностью инфраструктуры. По нашим оценкам, инвестиции, которые потребуются для обновления подобной инфраструктуры по всей стране, составляют более триллиона рублей.

Для обновления инфраструктуры потребуется несколько лет, но это нужно делать как можно быстрее.

— Ранее вы говорили, что Росприроднадзор проведет переоценку ущерба от крупного нефтеразлива под Нефтеюганском, который произошел в июне. Известна ли окончательная сумма ущерба? Будет ли он взыскиваться с компании через суд?

— Комиссия еще продолжает вести оценку, но, по предварительным данным, ущерб составил несколько десятков миллионов рублей, больше 20 миллионов. Итоговая цифра будет озвучена в середине сентября. Ущерб будет взыскан с компании через суд.

— Сергей Ефимович, если можно, от геологии — к метеорологии. Как проходит исследование подледного озера Восток в Антарктиде?

— Три года назад мы первыми в мире осуществили проникновение в подледниковое антарктическое озеро Восток. Тогда в леднике толщиной 3769 метров была пробурена самая глубокая из всех ледяных скважин, когда-либо сделанных на Земле.

Сейчас мы овладели технологией управления подъемом уровня воды в скважине и можем регулировать этот процесс. Теперь планируется создавать в конце каждого антарктического сезона "ледяные пробки", которые с началом нового сезона будут разбуриваться для изучения водной толщи реликтового озера.

В этом году подледниковое антарктическое озеро снова пробурили, добрались до воды, взяли пробу для исследований. Исследования ведутся как в России, так и во французском Гренобле, где вторая группа специалистов параллельно изучает воду во избежание претензий к российским результатам исследований.

— Не помешает ли финансовый кризис дальнейшему исследованию Антарктики и озера Восток?

— В последнее время у нас есть проблемы с финансированием. На днях в Минфине России прошли все необходимые переговоры, и я надеюсь, что на озеро Восток и нашу станцию на Антарктиде ресурсы найдутся и исследования там не будут остановлены.

— Как будет развиваться российский научный центр на Шпицбергене?

— Когда я посещал центр весной, то убедился, что он в хорошем состоянии, там был сделан ремонт, завезено оборудование, работают специалисты. Конечно, нужно увеличивать количество специалистов и объемы исследований, а это зависит от финансирования.

Сегодня можно сказать, что пока финансирование нашего научного центра на Шпицбергене на следующий год запланировано. Если все будет в порядке, то в 2016 году там будет проводится весь спектр метеорологических исследований и арктической зоны, которая прилегает к Шпицбергену.

— Возвращаются ли метеорологи в Арктику? Увеличит ли возвращение точность прогнозов погоды?

— Метеорологи и не покидали Арктику. Они продолжали работать на пунктах государственной наблюдательной сети и прогностических центрах. В Арктике работают 70 основных станций, почти 60% из них являются труднодоступными. Безусловно, количество станций должно увеличиваться. Такие работы мы ведем и с частными компаниям — "Роснефтью", "Газпромом", военные тоже участвуют в этом процессе. К советскому уровню числа станций мы еще не приблизились, но стремимся — делаем их автоматическими, размещаем на буровых платформах.

Совместно с Гидрометом продолжаем вести работу по подготовке проекта модернизации наблюдательной сети в Арктике.

Кроме того, мы планируем нарастить российское научное присутствие в Арктике: к 2031 году при оптимальном сценарии планируется проводить до 100 комплексных экспедиций ежегодно, будет введено девять новых научных судов, общий бюджет — 93 миллиардов рублей.

Плюс хотим реализовать проект самодвижущейся ледостойкой платформы.

— В декабре в Париже пройдет климатическая конференция по определению нового климатического соглашения на период после 2020 года. Ранее вы заявили, что Россия готова к 2030 году снизить уровень выбросов парниковых газов на 25-30% от показателей 1990 года. Принято ли уже решение о том, кто возглавит российскую делегацию в Париже и каким Россия хочет видеть будущее соглашение?

— Пока решение о главе делегации не принято, но в моих планах посещение данной конференции вместе со специалистами Росгидромета.

Российская Федерация является ключевым участником переговорного процесса по климату. Мы считаем, что необходимо включить в соглашение правила отчетности, мониторинга и верификации действий стран по сокращению выбросов парниковых газов.

Соглашение с конкретными обязательствами должно действовать для всех стран. Мы свои обязательства озвучили и будем их планомерно отстаивать, при этом наше условие — максимально возможный учет поглощающей способности наших лесов. Мы направили коллегам предложение о проведении в Париже презентационного мероприятия по вкладу российских лесов в поглощение выбросов парникового газа.

Решение по российскому предложению пока не принято, но мы активно осуществляем подготовку к мероприятию.

— Сегодня в Байкальском регионе сложилась достаточно тревожная экологическая обстановка: уровень Байкала падает, вокруг озера горят леса. Эти две чрезвычайные ситуации связаны между собой, так как низкий уровень Байкала и, следовательно, понижение грунтовых вод приводят к высыханию лесной подстилки и опустошительным пожарам. Что сегодня можно сделать для повышения уровня заповедного озера?

— По последним данным Росводресурсов, уже в декабре этого года мы достигнем минимального уровня воды в озере Байкал в 456 метров и окажемся в той же ситуации, которая сложилась в начале этого года. Экстремально низкая водность в озере отмечается в связи со значительным дефицитом осадков в Забайкалье и Прибайкалье. В связи с этим мы уже поручили Росводресурсам готовить ответные меры, в первую очередь изменение нормативных актов, регулировки попусков. Потребление водных ресурсов Байкала сегодня, естественно, находится на минимуме и таким же останется.

— Как потушить пожары вокруг Байкала?

— Еще весной, когда на селекторном совещании с регионами мы обсуждали подготовку к пожароопасному сезону 2015 года, не раз обращали внимание Бурятии, что регион, в отличие от прошлого года, когда они одни из лучших были в Сибири, не готовился к пожарам в полной мере. До этого у нас такая же ситуация была в Забайкалье, и пока вице-премьер туда не приехал и не провел достаточно жесткое совещание с губернатором, ситуация не поменялась. Зато теперь, хотя погода тоже неблагоприятная в Забайкальском крае, у них нет таких пожаров, как в Бурятии.

Вопрос в организации лесной охраны на региональном уровне и ответственности властей. При этом мы не снимаем с себя задачу оказать максимальное содействие региональной власти. В частности, в этом году мы были вынуждены постоянно направлять силы федерального резерва в пожароопасные районы Сибири. Всего в 2015 году проведено 79 перебросок общей численностью 3 035 человек, в том числе ФБУ "Авиалесоохрана" — 47 перебросок общей численностью 1 896 человек. На сегодняшний день в Республике Бурятия работает 1 087 сотрудников парашютно-десантной пожарной службы, в Иркутской области — 445.

— Удалось ли решить все проблемы с водоснабжением Крыма?

— Сейчас мы совместно с Минстроем России, Советом министров Республики Крым и правительством Севастополя реализуем план по обеспечению бесперебойного хозяйственно-бытового и питьевого водоснабжения Крыма. В целом, можно говорить, что в этом году задача водообеспечения решена.

Запасы водохранилищ естественного стока Крыма на сегодняшний день на 86 миллионов кубометров больше, чем за аналогичный период прошлого года. Они составляют около 100 миллионов кубов.

— Ведутся ли с Украиной переговоры по возобновлению поставок воды из Днепра?

— Насколько я знаю, такие переговоры не ведутся.

Пресс-служба Минприроды России

Россия > Нефть, газ, уголь > mnr.gov.ru, 3 сентября 2015 > № 1498245 Сергей Донской


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 16 июля 2015 > № 1431360 Дмитрий Медведев, Сергей Донской

Заседание Правительства.

Основной вопрос повестки — о ходе работы по разовой актуализации лицензий на пользование недрами.

Стенограмма:

Д.Медведев: Прежде чем обратиться к текущей повестке дня, несколько замечаний по ряду документов, которые я подписал, достаточно важных, на мой взгляд. В Екатеринбурге мы недавно говорили об эффективности регулирования промышленной деятельности, в том числе с использованием такого инструмента поддержки, как специальный инвестиционный контракт. Его смысл – мотивировать бизнес, создавать новые и модернизировать действующие промышленные предприятия. В этом контракте фиксируются условия, достаточно привлекательные для реализации проекта, и гарантируется, что эти условия не будут меняться на срок в течение 10 лет. Я подписал постановление Правительства, которым организуется эта работа, определяются правила, по которым будет заключаться специальный инвестиционный контракт. Надеюсь, это позволит ускорить технологическое переоснащение нашей промышленности.

Ещё одно постановление касается малого и среднего бизнеса. Речь идёт о том, что мы приняли решение в два раза увеличить нормативы предельных значений выручки для юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, согласно которым их можно относить как раз к малому и среднему бизнесу. Таким образом большее число компаний сможет пользоваться теми преференциями, которые государство предоставляет такому бизнесу. Это прежде всего доступ к государственному заказу, финансовая поддержка в рамках различных программ и ряд других инструментов.

Теперь несколько слов о повестке.

Первый вопрос также связан с реализацией нашего «антикризисного плана» – плана устойчивого развития экономики. Сегодня обсудим ход работы по разовой актуализации лицензии на пользование недрами. Значительная часть лицензий была выдана довольно давно, в первой половине 1990-х годов, тогда их оформление носило массовый характер, потому что поменялась нормативная база, поменялись вообще правила ведения дел в экономике, экономический строй, по сути, поменялся, ну и опыта, конечно, не было практического.

Не проводилось детальной проработки условий недропользования. По данным, которыми мы сейчас располагаем, имели место довольно многочисленные случаи внесения незаконных поправок в лицензии. В частности, изменялись границы участков, продлевались сроки действия лицензий и целый ряд других нарушений был.

Поэтому, конечно, бо?льшую часть выданных лицензий необходимо актуализировать. Это сфера ответственности Министерства природных ресурсов. По результатам ревизии, которую провело министерство и подведомственные ему Роснедра, из более чем 7,6 тыс. лицензий следует переоформить свыше 5,5 тыс. – эта цифра, естественно, требует уточнения, но работа должна быть завершена до конца 2016 года. В результате государство должно получить более понятную, более прозрачную картину в сфере недропользования, а компании смогут выстроить свою работу в соответствии с современной нормативно-правовой базой.

Сегодня мы распределим целый ряд субсидий регионам, прежде всего на поддержку малого и среднего предпринимательства, включая крестьянские хозяйства. На эти цели из федерального бюджета планируется выделить почти 17 млрд рублей. Деньги пойдут на софинансирование региональных и муниципальных программ, которые направлены на развитие малого и среднего бизнеса.

Все субъекты получат субсидии, но они, естественно, разные. Их сумма была определена по итогам конкурса, который провёл Минэкономразвития. При проведении конкурса учитывались такие показатели, как численность населения, доходы местных бюджетов и эффективность использования ранее предоставленных субсидий.

3 млрд рублей предлагается направить на приобретение автобусов и техники, которые работают на газомоторном топливе, для жилищно-коммунального хозяйства, ещё 384 млн рублей – на закупку троллейбусов и трамвайных вагонов. Это также меры, которые предусмотрены нашим планом устойчивого развития экономики и социальной сферы в текущем году. Они позволят поддержать объёмы производства, продаж у российских автопроизводителей, стимулировать спрос на автомобильную технику.

В рамках ФЦП «Устойчивое развитие сельских территорий» регионам предлагается выделить 4,5 млрд рублей на строительство и реконструкцию сельских дорог. Речь идёт о дорогах с твёрдым покрытием.

Ещё мы примем ряд решений, включая восстановление некоторых ранее обсуждавшихся позиций по бюджетным ассигнованиям, в частности, в Калининградской области.

Пожалуйста, по актуализации лицензий на пользование недрами – слово предоставляется Сергею Ефимовичу Донскому.

С.Донской: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Я ещё раз хотел бы подчеркнуть, что минерально-сырьевой комплекс России играет существенную роль при формировании внутреннего валового продукта государства, при этом более половины федерального бюджета формируется за счёт добычи и реализации полезных ископаемых. Хотя за последние 20 лет было передано для освоения до 90% разведанных запасов полезных ископаемых на территории Российской Федерации, в нераспределённом фонде недр остаются 2 млрд тонн извлекаемых запасов нефти, около 4,5 трлн кубометров природного газа и значительные запасы других видов полезных ископаемых.

Вместе с тем одной из наибольших проблем в отрасли является невовлечение в добычу значительной части разведанных запасов. К примеру, лишь 82% разведанных запасов нефти введено в разработку. Даже на осваиваемых месторождениях есть неразрабатываемые залежи (их достаточно много), и это тоже можно считать серьёзным резервом для увеличения добычи. Необходимо также оптимизировать темпы отбора как ещё один резерв добычи, который нужно использовать.

При этом сырьевая безопасность экономики зависит прежде всего от того, насколько эффективно организовано государственное управление в этой сфере. Здесь ключевым механизмом государственного управления наряду с экономическими и налоговыми инструментами является лицензирование. Лицензия не только удостоверяет право пользования недрами в установленных границах и на определённый срок, но и содержит обязательства перед государством, которые недропользователь должен выполнить, при этом важнейшее из них – это сроки начала выполнения геологоразведочных работ и ввода месторождений в эксплуатацию.

Как Вы уже сказали, в настоящее время действует 7605 лицензий на право пользования недрами, в том числе 3290 лицензий на углеводородное сырьё и 4315 лицензий на твёрдые полезные ископаемые. Из общего количества лицензий более 5,5 тыс. лицензий нуждается в актуализации.

Одним из важных условий организации системы лицензирования является формирование однозначно понимаемых условий пользования недрами и прекращение излишнего бюрократизма в лицензировании, на что было указано Президентом на заседании комиссии по ТЭКу летом 2013 года.

На решение задачи, а также на обеспечение устойчивого недропользования, развития экономики направлена разовая актуализация лицензий, которая осуществляется министерством и Роснедрами в соответствии с «антикризисным планом» Правительства Российской Федерации. В своём докладе я расскажу о ходе текущей работы по актуализации лицензий на пользование недрами.

По Вашему поручению, Дмитрий Анатольевич, в марте текущего года нами была проведена инвентаризация лицензий. В результате выявлено, что более половины лицензий сегодня имеет или неустранимые нарушения лицензионных обязательств, или ошибки, или не содержит вообще чётких условий пользования недрами. Кроме того, ряд лицензий на оборудование не содержит обязательств, необходимых для обеспечения рационального недропользования.

Вы уже говорили, основные причины заключаются в том, что значительная часть действующих в настоящее время лицензий выдана в 1990-х годах как подтверждение прав предприятий, получивших их в советский период. Оформление таких лицензий осуществлялось в сжатые сроки, в условиях отсутствия практического опыта лицензирования и необходимой нормативно-методической базы. Соответственно, условия таких лицензий не были унифицированы и не учитывали факторы, негативно влияющие на темпы освоения участков недр, например, отсутствие необходимой инфраструктуры, сезонность работ, влияние технико-экономических показателей.

Вместе с тем наличие накопленных неустранимых нарушений создаёт для добросовестных компаний угрозу досрочного прекращения права пользования недрами, а применение крайних мер для них неизбежно приведёт к неблагоприятным последствиям как для инвестиционного климата, так и для экономики страны в целом.

Теперь об основных условиях актуализации лицензии, которые определены поручением Президента Российской Федерации весной этого года. В соответствии с этим документом актуализация в полном объёме должна быть завершена до конца 2016 года. Основными условиями, при которых допускается актуализация, являются отсутствие у недропользователя или обеспечение им устранения нарушений в проектной документации, отсутствие задолженности по платежам за пользование недрами, а также реализация им предписаний Росприроднадзора или уведомлений Роснедр и выполнение недропользователями обязанностей по предоставлению геологической информации. Помимо этого недропользователи должны понимать, что в обновлённые лицензии будут включаться обязательства по срокам подготовки проектных документов и видам и срокам выполнения работ. В результате проделанной работы мы должны получить по каждому участку недр единый, соответствующий текущему законодательству и интересам отрасли комплект документов – лицензию и проектную документацию на разработку.

Для обеспечения эффективного государственного управления фондом недр актуализация лицензий на пользование недрами должна сопровождаться также совершенствованием проектной документации на проведение работ, связанных с пользованием недрами, обеспечением достоверного учёта запасов и созданием единого фонда геологической информации.

В этой связи разработан и принят ряд поправок в законодательство о недрах Российской Федерации в части установления единой формы лицензии, требований к проектной документации, изменения границ участков недр, введения новой классификации запасов и прогнозных ресурсов углеводородного сырья и формирования единого фонда геологической информации.

Таким образом, в рамках разовой актуализации лицензий мы планируем решить целый комплекс задач: это обеспечение прозрачного и стабильного недропользования в интересах экономики Российской Федерации; закрепление чётких обязательств недропользователей в интересах развития минерально-сырьевой базы страны; также обеспечить отражение в лицензиях и проектных документах новых законодательных требований и снизить административные издержки.

С учётом ключевых требований к актуализации лицензий нами отработана процедура актуализации. Она осуществляется через внесение с согласия недропользователей изменений в лицензию и занимает по каждой лицензии не более трёх месяцев. Лицензии, формы и содержание которых соответствуют современным требованиям, будут актуализироваться в оперативном режиме, а лицензии, формы и содержание которых устарели, будут рассматриваться индивидуально, в том числе с приглашением недропользователя на заседание рабочей группы, созданной при Правительственной комиссии по вопросам природопользования и охраны окружающей среды.

Лицензии на пользование участками недр, освоение которых влияет на минерально-сырьевую безопасность страны, по которым имеются неустранимые нарушения, мы выделили в отдельную группу и будем предлагать рассматривать спорные вопросы по ним также на Правительственной комиссии по вопросам природопользования и охраны окружающей среды.

Как я уже говорил, актуализация – это только часть задач обеспечения рационального недропользования. Бóльшая часть задач – повышение эффективности недропользования – реализуется через чёткую и прозрачную систему подготовки проектной документации, выполнения работ и достоверного учёта запасов.

Указанные задачи будут решены на основе принятых нормативно-правовых актов, наделяющих Минприроды России полномочиями по утверждению правил разработки месторождений полезных ископаемых и правил подготовки технических проектов разработки месторождений, а также регулированию оборота геологической информации и формированию единого фонда геологической информации. Их решение будет способствовать также принятию и внедрению новой классификации по запасам и ресурсам полезных ископаемых, которая вступает в силу уже с 1 января 2016 года.

Теперь о результатах актуализации. На текущую дату по поступившим с начала 2015 года заявкам в настоящее время актуализировано 324 лицензии, из них 240 по углеводородному сырью и 84 лицензии по твёрдым полезным ископаемым. До конца текущего года осталось актуализировать 560 лицензий по углеводородному сырью и 416 лицензий по твёрдым полезным ископаемым. В течение 2016 года мы планируем актуализировать 1690 лицензий по углеводородному сырью и 3315 – по твёрдым полезным ископаемым.

Фиксируемая в настоящий момент низкая активность в части актуализации имеющихся лицензий приводит к необходимости инициативного, в ряде случаев незаявительного характера организации данной работы. В целях решения этой проблемы Роснедрами направлен в территориальные органы перечень из 340 лицензий, в том числе 250 лицензий по углеводородному сырью, которые не отвечают современным требованиям. Это предложение Роснедр необходимо для инициирования по ним процедур актуализации, то есть совместной работы с недропользователями. Еженедельно этот перечень пополняется, то есть еженедельно у нас увеличивается количество актуализированных лицензий.

Учитывая изложенное, уважаемый Дмитрий Анатольевич, коллеги, министерство предлагает продолжить работу, в том числе на основе направленных недропользователям предложений о необходимости актуализации их лицензий. В свою очередь министерство и Роснедра примут меры по обеспечению открытости, прозрачности и публичности данных процедур. Спасибо за внимание.

Д.Медведев: Спасибо. Коллеги, какие будут предложения, комментарии?

Пожалуйста, Аркадий Владимирович.

А.Дворкович: Спасибо. Первое. Я поддерживаю работу, которая проводится Минприроды и Роснедрами по актуализации лицензий. Это действительно антикризисная мера, связанная с невозможностью завершения в срок соответствующих работ, хотя отчасти и результат накопленных проблем в этом секторе. Тем не менее, чтобы полностью обеспечить прозрачность и соответствие законодательству более высокого уровня данных процедур, этих процессов, ещё предстоит актуализация нескольких сотен лицензий. Считаю необходимым рассмотреть целесообразность фиксации критериев и правил актуализации в законе, а не на уровне актов и регламентов соответствующих органов исполнительной власти. Это позволит предотвратить возможные дальнейшие претензии третьих лиц либо контрольных органов по отношению к этому процессу. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо. Есть ещё комментарии? Пожалуйста.

С.Донской: Дмитрий Анатольевич, я просто хотел сказать, что основные условия актуализации зафиксированы в поручении Президента, и в данном случае мы исходим именно из этих условий при проведении актуализации. Просто боюсь, что изменение законодательства… Тогда надо останавливать актуализацию, получается, что мы не сможем до 2016 года её завершить. То есть быстро изменить законодательство в данном случае, понятно, будет тяжело.

Д.Медведев: Можно вот о чём договориться. Сейчас мы актуализацию ведём, и, конечно, взламывать всё неправильно, это полезная работа.

Но на будущее: это же всё равно будет происходить, мы с вами понимаем. Инвестиции приходят, уходят, инвесторы меняются, условия экономической деятельности меняются. Нам всё равно нужны чёткие правила. На будущее можно предусмотреть прямо в законе условия актуализации лицензий, но при понимании того, что этот законопроект обратной силы иметь не будет.

И ещё. Вы сказали о том, что вы побуждаете к активным действиям недропользователей. Понимаете, мы, конечно, заинтересованы в том, чтобы недропользователи осваивали те участки недр, которые получили, вкладывались, инвестиции свои сделали, но специально польку-бабочку вокруг них плясать не надо. Надо известить их о том, что в установленном порядке проходит актуализация, а кто ничего не предпримет до конца года – значит, до свидания. Вот из этого просил бы исходить.

С.Донской: Да, хорошо, Дмитрий Анатольевич.

Д.Медведев: Договорились. Спасибо. Принимаем решение.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 16 июля 2015 > № 1431360 Дмитрий Медведев, Сергей Донской


Россия. СЗФО > Экология > wood.ru, 1 июня 2015 > № 1387082 Сергей Донской

Более 65% территории России - не затронутые хозяйственной деятельностью естественные экосистемы

Министр природных ресурсов и экологии РФ Сергей Донской выступил на VII Невском международном экологическом конгрессе 29 мая 2015 г. в Санкт-Петербурге.

Глава Минприроды России рассказал о масштабах природно-ресурсного потенциала России, основных экологических проблемах, стоящих на повестке дня, и путях их решения.

"Подчеркну, что на сегодняшний день более 11 млн кв. километров территории страны не нарушены хозяйственной деятельностью. Вместе с тем, на протяжении многих лет в местах проживания значительной части населения сохраняется низкое качество окружающей среды, что напрямую влияет на формирование неблагоприятных условий для жизни миллионов россиян, их здоровья", - сообщил министр.

По его словам, вызывает значительные нарекания рост образования отходов производства и потребления на фоне стагнации в сфере утилизации отходов, их переработки и повторного использования.

С целью изменения негативных тенденций в сфере обращения с отходами, за последние 3 года приняты ключевые документы стратегического планирования, в том числе Основы государственной политики в области экологического развития Российской Федерации. Вопросы ликвидации прошлого экологического ущерба, снижение текущего негативного воздействия и экологическая модернизация экономики выделены в качестве приоритетных.

Говоря о проблеме накопленного экологического ущерба, С. Донской отметил, что по результатам прошлогодней инвентаризации, на территории России с советских времен осталось по меньшей мере 340 "горячих точек" с накопленными промышленными загрязнениями объемом 400 млн.тонн. "К сожалению, в основной массе - это не заброшенные территории и 17 млн человек сегодня находятся в зоне влияния этих объектов", - сообщил он.

Начиная с 2012 г., Минприроды России приступило к последовательной и системной ликвидации данных объектов. В конце 2014 г. распоряжением правительства были утверждены новые проекты по ликвидации прошлого экологического ущерба в 14 регионах, их реализация уже начата, что позволит исключить негативное влияние объектов накопленного ущерба на качество проживания 1 млн человек.

Однако основное внимание уделяется арктическим территориям России, озеру Байкал и Байкальской природной территории, как наиболее уязвимым и значимым зонам с точки зрения сохранности естественных экосистем. В ближайшее время должны начаться практические работы по ликвидации накопленных отходов Байкальского ЦБК: "Сначала будет производиться ремонт карт, откачка излишков воды и в дальнейшем консервация отходов, что обеспечит исключение загрязнения Байкала через грунтовые воды. В целом же, по результатам реализации "байкальской" ФЦП около 80% Байкальской природной территории будет рекультивировано", - отметил С. Донской.

Кроме того, глава Минприроды России заявил, что в течение недели в Правительство РФ будет внесен документ, позволяющий исключить возможность формирования в будущем объектов накопленного ущерба, а также выстроить единую финансовую и организационную модель по ликвидации старых загрязнений.

Помимо накопленного экологического ущерба, особое внимание в докладе министра было уделено вопросам образования стихийных незаконных свалок твердых бытовых отходов.

"На сегодняшний день выявлено 110 тысяч мест незаконного складирования отходов. Вред почвам составил почти 6 миллиардов рублей. На сегодня в рамках административных мер и судебных решений мы ликвидировали 72% мест несанкционированного размещения ТБО на площади более 30 тысяч гектар", - сообщил С. Донской.

Глава Минприроды России подчеркнул, что основной причиной образования незаконных свалок является отсутствие экономических стимулов для создания современных предприятий по переработке мусора и слабый государственный экологический контроль.

В настоящее время министерством подготовлены предложения по проведению компаниями масштабной ревизии всех нефтепроводов с целью их замены: "Кроме того, мы подготовили закон о ликвидационных фондах, средства которого гарантированно будут направляться на устранение негативных последствий от добычной деятельности и на восстановление нарушенной природной среды по завершению разработки месторождений полезных ископаемых", - прокомментировал ситуацию С. Донской.

"В заключение хотелось бы акцентировать внимание на том, что расходы бюджетов всех уровней на решение проблем улучшения состояния окружающей среды и обеспечения экологической безопасности в Российской Федерации в последние годы составляли 0,7% от ВВП. Это на порядок ниже, чем в большинстве развитых государств, несмотря на то, что среда обитания в таких государствах значительно более благоприятна", - завершил свое выступление глава Минприроды России.

Россия. СЗФО > Экология > wood.ru, 1 июня 2015 > № 1387082 Сергей Донской


Россия > Экология > kremlin.ru, 30 декабря 2014 > № 1262358 Сергей Донской

Рабочая встреча с Министром природных ресурсов и экологии Сергеем Донским.

Владимир Путин провёл рабочую встречу с Министром природных ресурсов и экологии Сергеем Донским.

В.ПУТИН: Сергей Ефимович, у нас большой фронт работ. Но начать хотелось бы с экологических стандартов. Мы знаем, насколько это важно и для экологии, и для экономики. Здесь нужны выверенные, взвешенные решения. Мы давно это обсуждаем, дискутируем. В каком состоянии сейчас вопрос находится?

С.ДОНСКОЙ: Да, Владимир Владимирович. Вот в последнем Послании Федеральному Собранию Вы как раз упомянули, что в этом году принято новое законодательство, как раз новые экологические стандарты и меры по стимулированию внедрения наилучших доступных технологий. Эта тема обсуждалась достаточно давно. Благодарим, нас поддержали, закон принят, и уже со следующего года он начинает внедряться.

Фактически это затронет 26 отраслей и большую часть подотраслей. Со следующего года мы начинаем масштабную подготовку справочников по наилучшим технологиям. У нас 2015–2017 годы – это подготовка большого перечня справочников, больше сорока шести. Совместно с Минпромторгом, Минсельхозом, то есть все министерства будут задействованы.

На базе этих справочников уже будут готовиться планы по модернизации предприятий. С 2019 года они все должны уже потихонечку начать приступать к этой работе. При этом мы выделили 160 предприятий, которые являются 60 процентами загрязнителей по стране. Сюда входит и «Норильский никель», и Магнитогорский металлургический комбинат, и ряд предприятий цветной металлургии в Красноярске, водоканалы ряда городов, там, где, конечно, необходимо создавать масштабные очистные сооружения.

Это всё, я ещё раз повторю, с 2019 года должно уже войти в режим реализации планов. Мы надеемся, что как раз этот закон позволит нам провести эту масштабную модернизацию и перейти на современные экологические стандарты. На самом деле для этого фактически всё готово. И со следующего года мы планируем уже начать реализовывать этот закон.

В.ПУТИН: Хорошо.

Вы в контакте с представителями объединений предпринимателей?

С.ДОНСКОЙ: Да, конечно. И с РСПП, и с другими нашими объединениями.

В.ПУТИН: Они понимают, о чём идёт речь? В курсе?

С.ДОНСКОЙ: Они понимают.

В.ПУТИН: Должны готовиться.

С.ДОНСКОЙ: Абсолютно верно. Конечно, многие высказывают определённую озабоченность, потому что это, конечно, масштабное мероприятие. Но в любом случае мы наметили основные целевые направления, и к ним надо двигаться, потому что весь мир к этому идёт, мы тоже должны не отставать. Это важно и с точки зрения конкурентоспособности наших предприятий.

В.ПУТИН: Ясно.

Пожалуйста, что бы Вы хотели ещё доложить?

С.ДОНСКОЙ: Я ещё хотел, Владимир Владимирович, доложить о ситуации в геологической отрасли.

Несмотря на сложную ситуацию, всё-таки хотел бы отфиксировать, что геологическая отрасль в этом году сохранила темпы развития. В частности, если говорить о результатах этого года, то, по оперативному предварительному учёту, у нас до конца года и в начале I квартала будет ещё дополнительное уточнение, мы имеем по нефти 550 миллионов тонн прироста запасов, по газу – 900 миллиардов кубометров.

В.ПУТИН: С Бованенковским месторождением?

С.ДОНСКОЙ: В том числе. И по газовому конденсату 100 миллионов тонн. В принципе это как раз позволит, во-первых, восполнить ту добычу, которая в этом году сложится, в общем, по концу года, конечно, там будут уточняться все цифры. Но окончательно уже то, что будет поставлено в баланс и уже утверждено, в следующем году мы уже отфиксируем в I квартале следующего года.

То же самое могу констатировать и по твёрдым полезным ископаемым: это касается алмазов, угля, поваренной соли и ещё многих основных наших твёрдых полезных ископаемых. Здесь тоже у нас простое воспроизводство будет обеспечено, где-то будет расширено.

Ещё хотел бы тоже отфиксировать, что российские геологи в этом году открыли 33 месторождения углеводородов, 53 месторождения твёрдых полезных ископаемых. При этом некоторые мирового уровня, я бы сказал вот так. Вам уже докладывали наверняка по нашему арктическому месторождению «Победа», это одна из масштабных побед и с точки зрения уровня проведённых работ, и с точки зрения арктических перспектив, где ещё раз подтвердили, что очень хорошие перспективы, хорошее направление, которое сейчас развивается.

Плюс ко всему я хотел бы отметить и открытие новых месторождений в Западной Сибири. Казалось бы, настолько изученная территория, но реально в этих нефтегазоперспективных зонах открываются месторождения. Речь идёт об Уринском месторождении, это 33, ну практически 34 миллиона тонн. На самом деле для мирового уровня, мы смотрели, входит в шестёрку крупнейших открытых в этом году месторождений. Это ещё и суша, в основном сейчас все открытия в мире на [морском] шельфе происходят. Есть ещё ряд открытий.

По приросту запасов тоже хотел бы отметить. «Газпром» в рамках своей деятельности на двух месторождениях – Астраханском и Южно-Киринском прирастил запасов на 716 миллиардов кубометров. Тоже цифра достаточно масштабная. То есть мы говорим о том, что, даже несмотря на все сложности, работа идёт, естественно, мы будем и дальше поддерживать эти темпы.

При этом мы хотели бы здесь особый акцент сделать. Понятно, что сокращается бюджетное финансирование, есть определённая оптимизация, и мы сейчас упор делаем на задачи, связанные со снятием административных барьеров и подстёгиванием, или, скажем так, стимулированием, частных инвесторов.

Что касается частных инвесторов, в этом году запустили так называемый заявительный принцип, то есть мы выделяем участки, проводим все согласования, а уже на самих участках предлагаем всем заявившимся, геологам, тем, кто готов вложить деньги, готов рискнуть, брать эти участки. Это низкие категории, где пока никаких открытий нет, но инвесторы готовы идти.

На самом деле даже в сегодняшней ситуации мы наблюдаем практически десятикратный рост заявок на подобные проекты по сравнению с прошлым годом. Казалось бы, прошлый год, когда всё было без санкций, – а в этом году ситуация существенно лучше. Этот механизм достаточно эффективный, мы считаем, что и дальше будем его развивать.

Также мы сейчас в третьем чтении приняли законопроект, который снимает лишние экспертизы при строительстве скважин. Это как раз, по нашим оценкам, должно сократить сроки подготовки к строительству скважин, и сама процедура упрощается.

Ещё один, скажем так, элемент стимулирования. Мы сейчас дорабатываем механизм, по которому по трудноизвлекаемым запасам мы хотим упростить процедуру выдачи участков. Это фактически тоже своего рода заявительный принцип. Мы снимаем все обязательства, кроме, единственное, отработки технологий.

То есть мы хотим запустить здесь механизм инноватики, потому что это очень важно с точки зрения дальнесрочной перспективы и с точки зрения того, чтобы у нас своего рода импортозамещение здесь происходило, нам нужно трудноизвлекаемые запасы тоже отрабатывать. Это позволит в том числе прирастить запасы уже на тех территориях, где сейчас компании не работают.

Ещё хотел бы доложить, Владимир Владимирович, по одной теме. В 2010 году участвовали в тигрином саммите, если помните. Большое, масштабное мероприятие, и на нём как раз было принято решение, что зимой 2014–2015 годов будем проводить учёт амурского тигра.

Мы, планируем в этот зимний период провести учёт на площади 150 тысяч квадратных километров. Там фактически 1500 маршрутов определено, задействовано будет около двух тысяч различных специалистов как федерального, так и регионального уровня. Хотим как раз, проведя этот учёт, подтвердить наличие на нашей территории 550 особей амурского тигра.

В.ПУТИН: Мы считали тогда: где-то 450.

С.ДОНСКОЙ: Да. Мы надеемся, конечно, [на прирост], но учёт покажет. Мы планируем за два с половиной месяца провести все необходимые мероприятия, и в мае месяце будет готова вся первичная информация, ДНК, будут проведены все экспертизы, анализ. Где-то в середине года следующего мы планируем Вам доложить о результатах этого учёта.

В.ПУТИН: Хорошо, я буду ждать этого доклада.

Спасибо большое.

Россия > Экология > kremlin.ru, 30 декабря 2014 > № 1262358 Сергей Донской


Россия. СФО > Экология > wood.ru, 29 июля 2014 > № 1134862 Сергей Донской

Сергей Донской: Закрытие БЦБК создало предпосылки для формирования "зелёной" экономики

Министр природных ресурсов и экологии РФ Сергей Донской ответил на вопросы корреспондента газеты "Восточно-Сибирская правда".

"- Сергей Ефимович, большое спасибо, что выкроили время для ответов на вопросы "Восточно-Сибирской правды". Давайте начнём разговор с проблем Байкальского целлюлозно-бумажного комбината. Он наконец-то остановлен. Официально и, надеюсь вместе с читателями, теперь уже навсегда. Но это не значит, что экологические проблемы, рождённые БЦБК на Байкале, минули в прошлое, что их больше не существует, что о них можно забыть. Предстоит долгая, трудная и очень дорогостоящая реабилитация природной территории, её санация, рекультивация. Бывшая промышленная площадка на берегу участка всемирного природного наследия, по выражению академика РАН Михаила Грачёва, должна быть превращена в зелёную лужайку, на которой может быть создано что-то новое, полезное, приятное и гарантированно экологически чистое. Как, какими силами и на какие средства это может быть сделано?

- Во-первых, нужно сказать, что озеро Байкал - единственный природный объект, который охраняется отдельным федеральным законом. Благодаря этому государство может эффективно регулировать нагрузку на байкальскую экосистему. Кроме того, в июне 2014 года Госдумой РФ был принят разработанный Минприроды России закон о запрете любого строительства или реконструкции на Байкальской природной территории без прохождения государственной экологической экспертизы. Появление чётких и понятных правил - важный шаг вперёд для гармоничного развития этого региона. Рост экологической ответственности предприятий приведёт сюда со-временные технологии и новых инвесторов для их внедрения.

Что касается БЦБК, то на ликвидацию последствий его деятельности из федерального бюджета до 2020 года будет выделено более 3 миллиардов рублей. В прошлом году на борьбу с негативным воздействием отходов было направлено 232,1 миллиона, в 2014-м сумма увеличится до 267,8 миллиона.

Чтобы общественность знала, на что именно выделяются средства, все проекты по рекультивации проходят общественные слушания и государственную экологическую экспертизу. Внимание экспертов, активную позицию общественных организаций мы очень ценим. В ходе последних слушаний, прошедших в середине мая в Байкальске, разработчики проекта рекультивации получили ряд важных замечаний, которые нужно будет проанализировать и устранить.

Кроме того, Западно-Байкальской прокуратурой во время последней проверки были выявлены грубые нарушения природоохранного законодательства и законодательства о промышленной безопасности при ликвидации БЦБК. Так, была зафиксирована гибель активного ила, необходимого для биологической очистки сточных вод. Очевидно, что виновных привлекут к ответственности, но это только полдела. За рекультивацией БЦБК наблюдает, без преувеличения, всё мировое экологическое сообщество, и нам нужно приложить максимум усилий, чтобы этот опыт впоследствии стал образцовым для решения подобных масштабных задач. Соответственно, следить за исполнением всех экологических требований в рамках этого проекта мы будем очень жёстко.

- Когда затевалось строительство этого предприятия на Байкале (в то время оно называлось БЦЗ - Байкальским целлюлозным заводом), советское правительство тоже искренне полагало, что предприятие станет образцово-чистым, и для достижения этой цели на очистные сооружения промышленных стоков денег не пожалело. Их стоимость оказалась сопоставимой со стоимостью комбината. Но проблему утилизации образующегося шлам-лигнина учёные того времени решить не сумели. Она и сегодня не решена. К настоящему времени, к моменту ликвидации предприятия, его скопилось на берегу Байкала несколько миллионов тонн. За минувшие десятилетия его химический состав мог и наверняка сильно изменился, но что конкретно представляют теперь те отходы, толком никто не знает. Некоторые исследования иркутскими учёными проводились, но разово, локально, поскольку денег на такие исследования у учёных нет.

- Вопрос действительно непростой, и Минприроды России занимает здесь очень чёткую позицию. Для понимания: отходы, о которых вы говорите, размещены на двух полигонах. Это свыше 150 га, где расположены как действующие, так и выведенные из эксплуатации карты-накопители шлам-лигнина. Сложность в том, что все эти отходы находятся на расстоянии 350-750 метров от Байкала. Если совершать резкие и непродуманные движения, то 6 миллионов тонн ядовитых отходов могут попасть в озеро и вызвать экологическую катастрофу. Чтобы этого избежать, федеральной целевой программой по охране озера Байкал предусмотрено проведение специальных исследований карт-накопителей с целью найти оптимальный вариант их обезвреживания. В прошлом году в рамках мероприятий по рекультивации компания "ВЭБ Инжиниринг" провела инженерные изыскания и исследования, в том числе геодезические, геологические и гидрогеологические на 13 картах-накопителях и прилегающей к ним территории.

- Самый частый вопрос, который задают газете наши читатели в связи с закрытием БЦБК, я, воспользовавшись случаем, переадресую вам: что может и что должно быть создано на месте главного загрязнителя Байкала, на той пока ещё гипотетической "зелёной лужайке", в которую когда-то превратится промышленная площадка комбината?

- Закрытие предприятия позволило не только решить застарелую экологическую проблему региона, оно создало условия для формирования здесь сектора экологического бизнеса, новых предприятий "зелёной" экономики.

В этом году мы скорректировали перечень видов деятельности, запрещённых на Байкальской природной территории. Отмена запрета, например, на розлив питьевой воды или переработку овощей и ягод с подсобных и фермерских хозяйств, а также производство лекарственных растительных препаратов позволит стимулировать создание новых производств, не травмирующих окружающую среду.

Расширение возможностей для предпринимателей, в свою очередь, позволит стимулировать развитие в регионе малого и среднего бизнеса.

Что касается самой территории, на которой располагался комбинат, то её судьба ещё не определена. Были разные социально-культурные проекты, но финального решения по ним пока не принято. В то же время правительство Иркутской области совместно с Внешэкономбанком в 2013 году подготовило план модернизации экономики города Байкальска и Слюдянского района на 2013-2020 годы (предполагаемый объём финансирования - около 42 миллиарда рублей). План включает мероприятия, направленные на решение экономических, экологических и социальных вопросов. В него вошли инвестиционные и инфраструктурные проекты, нацеленные на создание комфортной среды для жизни людей.

- В Иркутске многие говорят о необходимости развития на Байкале, в том числе и в Байкальске, большого туристического бизнеса. Некоторые ответственные чиновники, как и представители общественных природоохранных организаций и движений, усматривают в нём едва ли не панацею. Но мировой опыт показывает, что это не самый чистый бизнес на свете. А главное, он всегда неизбежно и коренным образом изменяет ландшафты природных территорий, на которых развивается. Байкал, наряду с прочим, уникален малой антропогенной нарушенностью природы. Сегодня он привлекает тысячи путешественников как раз своей естественностью, первозданностью. Пока ещё привлекает. Но на доступном для автотранспорта проливе Малое море, где построено большое количество примитивных туристический баз, его природная естественность уже утрачена. Там даже рыба на удочку в прошлом году не ловилась - отдыхающие "туристы" вычерпали её сетями.

- Как я уже говорил, на сегодняшний день важнейшей задачей для нас является гармоничное развитие Байкальского региона с условием соблюдения природоохранных требований. Особо хочу отметить, что в центральной экологической зоне Байкальской природной территории никакой промышленной деятельности вестись не будет. Здесь акцент должен быть сделан исключительно на развитие туристической инфраструктуры с учётом природоохранных ограничений.

Региональными и муниципальными органами исполнительной власти Республики Бурятия и Иркутской области формируется соответствующая нормативная правовая база, принимаются региональные программы и прилагаются усилия для их финансового обеспечения, создаются места массового отдыха на побережье, рекреационные местности регионального и муниципального значения.

Именно на это нацелены все проекты и законодательные инициативы. Людям должно быть не только комфортно жить, работать и отдыхать в этих местах, они должны почувствовать свою ответственность за их сохранность. Именно озеро и уникальные природные ландшафты, магнитом притягивающие туристов со всего мира, являются весомым конкурентным преимуществом прибайкальских регионов.

То, о чём вы говорите, случилось не за один день, природная естественность на Малом море была нарушена уже примерно 7-10 лет назад. Во многом это произошло из-за безответственного отношения к природе как со стороны туристических фирм и самих отдыхающих, так и из-за недостаточного внимания к этому вопросу со стороны местных властей. Наглядным примером является количество мусорных баков, которых на всей территории Прибайкальского национального парка насчитывается всего 40. Есть ещё около 30 мусорных площадок, но, конечно, этого категорически мало для обслуживания десятков тысяч туристов, ежегодно посещающих эти места.

Что касается незаконной рыбалки, то здесь я с вами не соглашусь. Основная масса браконьерского вылова омуля (95-99 %) производится не туристами, а местным населением. Отчасти это вызвано сложной социально-экономической ситуацией в населённых пунктах центральной экологической зоны БПТ. Со стороны туристов существует проблема захламления акватории брошенными дешёвыми китайскими сетями, в которых рыба гниёт. Осенью 2013 года проводились работы по очистке района Малого моря от брошенных сетей. В общей сложности их длина составила более 35 км (или 1800 кг в сухом состоянии)!

- Меня тревожит судьба особо охраняемых природных территорий на Байкале в целом и в Иркутской области в частности. Они существуют как-то зыбко, неустойчиво. Постепенно стирается грань между очень строго охраняемыми (по определению) заповедниками, когда-то созданными исключительно для изучения естественной эволюции природы, и демократичными национальными парками, создаваемыми специально для отдыха и знакомства людей с естественной природой. Байкальский заповедник в Бурятии, к примеру, стремясь заработать себе сам, уже давно и активно работает с туристами. Сохранив формальное название "заповедник", он фактически превратился в природный парк...

- Это совершенно не так. Во-первых, не стоит преувеличивать стремление Байкальского заповедника к получению дополнительных (замечу, совершенно легальных) доходов от собственной деятельности. За 2013 год 97,4% финансирования Байкальского заповедника составили средства федерального бюджета.

Во-вторых и самое главное - Федеральный закон "Об особо охраняемых природных территориях" к числу задач, возложенных на государственные природные заповедники, относит и развитие познавательного туризма. Причём, в соответствии с законодательством, речь идёт о посещениях территории только в познавательных целях и лишь на отдельных, специально определённых участках заповедника. Замечу, что мировая практика наглядно демонстрирует, что познавательный туризм в полной мере (при должных управленческих решениях) гармонирует с задачами сохранения биологического и ландшафтного разнообразия на особо охраняемых природных территориях.

Сравнение же Байкальского заповедника с природным парком вовсе неуместно. Природный парк - это территория, на большей части которой допускается именно массовый отдых. Это не имеет ничего общего с действующим режимом Байкальского заповедника.

- К сожалению, теория и практика совпадают не всегда. Недавнее объединение Байкало-Ленского заповедника с Прибайкальским национальным парком (это уже Иркутская область), на мой взгляд, скорее всего тоже приведёт к фактическому превращению заповедной и пока ещё совершенно естественной, практически не тронутой человеком природной территории в "шашлычную" зону национального парка, где вместо рёва медведей и лосей будет круглосуточно завывать шансон.

- Это - домыслы, в основе которых заложена подмена понятий. Дело в том, что и Байкало-Ленский заповедник, и Прибайкальский национальный парк - особо охраняемые природные территории (ООПТ). Режим каждой из них определяется индивидуальными положениями, утверждаемыми в соответствии с требованиями законодательства об ООПТ. Так вот, никакого объединения двух ООПТ в одну единую не было и не будет. Байкало-Ленский заповедник остаётся заповедником, режим которого не меняется. Где "шашлыки" (то есть массовая рекреация) были разрешены (рекреационная зона Прибайкальского национального парка), там они и останутся, где не допускались - там их не будет и дальше.

Объединение проведено на уровне федеральных государственных бюджетных учреждений (ФГБУ). В своё время они создавались для управления особо охраняемыми природными территориями. Из двух ФГБУ создано одно - "Объединённая дирекция Байкало-Ленского заповедника и Прибайкальского национального парка". То есть вместо двух юридических лиц в итоге объединения появилось одно юрлицо. Для чего? Во-первых, для минимизации затрат на содержание аппарата управления (сэкономленные средства будут направлены на решение природоохранных задач на обоих ООПТ). Во-вторых, это - путь к реализации единой политики на двух соседствующих ООПТ (охрана лесов от пожаров, борьба с браконьерством и т.д.), проведению научных исследований и экомониторинга, экологического просвещения и работы с населением.

- С большим трудом допускаю целесообразность и саму возможность реализации единой политики управления пусть и в соседствующих, но функционально разных структурах, каковыми являются заповедники и национальные парки. Они могут быть похожими визуально, иметь общее определение ООПТ, но, на мой взгляд, преследуют принципиально разные цели. Возможно, я заблуждаюсь, поэтому перейду к другой теме, крайне актуальной для Иркутской области и для многих субъектов РФ.

Отвечая на мой вопрос, вы произнесли важное, определяющее слово - "управление". У меня сложилось... ну, пока ещё, пожалуй, не убеждение, а только ощущение, что фактическое государственное управление лесами в России утрачено. Теперь у нас нет даже единой государственной структуры управления. На федеральном уровне и в Иркутской области управлением лесами занимаются агентства. А ещё у нас на региональном уровне есть министерство промышленной политики и лесного комплекса. В Красноярске - МПРиЭ, в Чите - Государственная лесная служба, в Кемерове - Департамент лесного комплекса, в Республике Алтай - Минлесхоз, в Алтайском крае - Главное управление... При таком разнобое насколько эффективно организовать управление лесами в масштабах страны? Это примеры одного только Сибирского федерального округа.

- Действительно, в разных регионах за управление лесами отвечают разные государственные структуры: министерства, агентства, департаменты и т. д. Выбор системы управления лесным хозяйством зависит от задач, стоящих перед регионом, и объективных природных факторов. Например, нельзя эффективно применять одну и ту же управленческую модель к Астраханской области, где совсем мало леса, и к Иркутской, где леса занимают более 80% территории. Поэтому губернаторы, по согласованию с Минприроды России, вправе самостоятельно определять структуру органов управления лесами и назначать в них руководителей. Для нас, я имею в виду федеральные органы власти, главное, чтобы в итоге область давала хорошие результаты в сфере лесного хозяйства.

- В управленческих кругах на федеральном и региональном уровнях пока ещё используется (по крайней мере звучит) такой термин, как расчётная лесосека, но при многолетнем фактическом отсутствии должного государственного лесоустройства этот термин уже не имеет под собой никакой реальной базы. Расчётная лесосека сегодня не соответствует реальным запасам древесины. Если ситуацию не изменить, это неизбежно приведёт к истреблению русского леса лесной промышленностью.

- Это не совсем так. Каждый лесопользователь или арендатор должен иметь допустимый объём заготовок на своём участке. Основой для этого является лесоустройство, то есть регулярная "инвентаризация" лесов на отдельных территориях. Таким образом, основная проблема скрывается не в расчётной лесосеке, а в устаревших данных лесоустройства. В ряде регионов лесной учёт в последний раз проводился более 20 лет назад. За это время в лесном фонде могут пройти очень большие изменения. С каждым годом мы наращиваем объёмы лесоустроительных работ. В первую очередь на тех территориях, где реализуются инвестпроекты и идёт активная эксплуатация лесов. В ближайшее время необходимо довести объёмы лесного учёта до 20-25 миллионов гектаров в год.

- Официально об этом нигде не читал, но де-факто дело подошло вплотную к внедрению в нескольких регионах России (в том числе в Иркутской области) скандинавской модели интенсивного лесопользования. Той самой, которая в Финляндии обрушила, обвалила биоразнообразие лесов. Лесной бизнес заработал на выращивании... нет, не леса, а качественной древесины. А государство теперь разрабатывает специальные программы и тратит большие деньги, пытаясь хоть как-то восстановить былое биоразнообразие, приблизительно напоминающее естественное.

- Действительно, в ряде европейских стран экологи бьют тревогу, когда лесозаготовители применяют интенсивные технологии и направляют на переработку практически каждую ветку или пень. Ещё одной причиной беспокойства западных экологов является практика высадки так называемых монопородных лесных плантаций. Так, в Швеции долгое время проводилось активное выращивание сосны. Это привело к тому, что сосновые леса стали занимать свыше 70% территории страны. Естественно, что искусственно созданное доминирование одной породы над всеми остальными негативно сказалось на природных экосистемах.

Я убеждён, что зарубежный опыт, в том числе и негативный, надо учитывать и анализировать. Но так как Россия только начинает переход на интенсивную модель, то и проблемы у нас немного другие. Часть из них должна решиться в рамках законодательства по защитным лесам. Очевидно, что лесное хозяйство вести в таких лесах необходимо, но при этом на законодательном уровне необходимо чётко прописать, насколько существенными должны быть ограничения для каждой категории защитных лесов.

- В управлении российскими лесами остаётся всё меньше людей с базовым лесохозяйственным образованием. Их сменили "эффективные менеджеры", знаний которых достаточно, чтобы лес рубить и продавать, но недостаточно, чтобы управлять живым лесом. В Иркутской области в лесном министерстве и в агентстве лесного хозяйства среди первых и вторых лиц в настоящее время нет ни одного образованного лесохозяйственника. Какая сейчас кадровая политика в лесном хозяйстве и в экологии?

- Главы регионов вправе назначать руководителей своих лесных ведомств по согласованию с Минприроды России. Нам важно, чтобы в каждом регионе руководитель лесного или природоохранного ведомства не был свадебным генералом, а мог принимать необходимые решения, обеспечивать выполнение поставленных задач, организовывать работу по профилактике и тушению пожаров, создавать условия для рационального использования и воспроизводства лесов. От личности руководителя и его организаторских способностей многое зависит. Мы очень серьёзно относимся к процедуре назначения и согласования руководителей органов лесного хозяйства в субъектах РФ.

Когда у нас возникают вопросы по результатам и качеству работы, мы сначала предупреждаем руководителей региона о проблемах. Если ситуация не меняется, то приходится действовать более жёстко. И, как показали последние кадровые перестановки в министерстве природных ресурсов и агентстве лесного хозяйства Иркутской области, наши опасения имеют основания.

- Арендаторы не обязаны и не хотят тушить лесные пожары - мне это кажется противоестественным. Тем более что российский лес на корню они покупают многократно дешевле финского, шведского и прочего. Насколько эта ситуация будет регулироваться законодательством?

- Вопрос о привлечении арендаторов к тушению пожаров стоит уже много лет. У каждой стороны есть свои веские аргументы за и против. Надо сказать, что не везде арендаторы отказываются тушить лесные пожары. Более 200 лесозаготовительных компаний получили лицензию на право тушения лесных пожаров, так как имеют долгосрочные планы и заинтересованы в сохранении сырьевой базы для своего производства.

По действующему лесному законодательству арендатор должен заниматься профилактикой, чтобы исключить возможность появления лесных пожаров. Если пожар по его вине возникнет, то арендатор несёт за него полную ответственность.

К сожалению, у нас есть информация об арендаторах, которые откровенно пренебрегают профилактическими лесопожарными мероприятиями и своё бездействие оправдывают отсутствием лицензии на тушение пожаров. Чтобы решить эту проблему, Минприроды России выступило с инициативой об отмене лицензирования деятельности по тушению лесных пожаров. Когда закон вступит в силу, региональные власти смогут привлекать арендаторов к тушению пожаров в рамках своих сводных планов.

Надо сказать, что буквально на днях внесены изменения в 261-ю статью УК РФ, по которым в два раза увеличиваются штрафы за уничтожение или повреждение лесных насаждений, в том числе и от пожаров. Кроме того, теперь за умышленный поджог предусмотрено максимальное наказание в виде лишения свободы на срок до десяти лет и штраф до 500 тысяч рублей. Серьёзное ужесточение ответственности призвано повысить дисциплину в рядах арендаторов и будет стимулировать их более внимательно относиться к вопросам лесопожарной безопасности.

Число туристов, посетивших Байкал, в 2013 году снизилось на 3% и составило 1479 тыс. официально зарегистрированных, в том числе 88,1 тыс. зарубежных (в 2012 году - 1 529 тыс. туристов, в том числе 80,1 тыс. зарубежных, в 2011 году - 1 303 тыс. человек). В Иркутской области в 2013-м по сравнению с предыдущим годом количество туристов уменьшилось на 16%, а в Республике Бурятия увеличилось на 10%. Высокую долю среди иностранных туристов занимают гости из КНР, Германии, Монголии, Кореи, Франции, США, Великобритании, Польши, Японии. Объём оказанных в 2013 году туристических услуг оценивается в 10235,4 млн рублей (в 2012-м - 10130 млн рублей). В этой сфере было занято 21,2 тыс. человек (в 2012-м - 20,5 тыс. человек).

За 2013 год наиболее посещаемый туристами Прибайкальский национальный парк, к территории которого относятся часть побережья Малого моря и остров Ольхон, принял 2860 (в 2012 году - 995) туристических групп в количестве 20125 человек (в 2012 году - 14989 человек), в том числе 1232 (в 2012 году - 232) иностранные группы в количестве 8625 (в 2012 году - 3756) человек. На данный момент в парке имеется 30 утверждённых маршрутов.

В 2013 году были дополнительно построены три смотровые площадки (в 2012 году - четыре), 20 (в 2012 году - 129) пикниковых точек, а также один визит-центр на острове Ольхон."

Россия. СФО > Экология > wood.ru, 29 июля 2014 > № 1134862 Сергей Донской


Россия > Экология > ecoindustry.ru, 5 июня 2014 > № 1097180 Сергей Донской

МИНИСТР ПРИРОДНЫХ РЕСУРСОВ И ЭКОЛОГИИ РФ СЕРГЕЙ ДОНСКОЙ ОТВЕТИЛ НА ВОПРОСЫ КОРРЕСПОНДЕНТА ЖУРНАЛА «СНОБ» АННЫ КАРПОВОЙ

Сергей Донской: Справиться с проблемами экологии можно, только победив бедность

5 июня — Международный день окружающей среды, для России праздник достаточно новый. В 2013 году в экологическом рейтинге Йельского университета Россия заняла 72-е место. Но за последние полгода ситуация несколько улучшилась: были закрыты Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат, главный источник загрязнения Байкала, и никелевый завод в Норильске. Министр природных ресурсов и экологии Сергей Донской рассказал «Снобу» об экологической сознательности россиян, неэффективности акций «Гринпис» и о том, сколько нужно котят леопарда для компенсации экологического ущерба в Сочи.

Как вы стали министром природных ресурсов и экологии?

Во время одной из своих рабочих поездок я побывал в норвежском городе Тромсё, где находится знаменитый Арктический институт. В нем мне показали лабораторию, в которой изучают состояние флоры и фауны в районах разработки месторождений. Эта поездка напомнила мне о давней мечте, когда я хотел стать ихтиологом и изучать мир морей и океанов. С ранних лет меня окружало все, что связано с морем. Я много времени проводил в доме у моего деда в Геленджике и часто общался с учеными научного центра «Южморгеологии». И, конечно же, меня вдохновлял пример известного путешественника и исследователя морских глубин Жака-Ива Кусто. Когда пришло время выбирать вуз, во всех газетах и журналах началось обсуждение шельфовых проектов и будущие перспективы отрасли. Я без сомнений подал документы в Академию нефти и газа им. Губкина, чтобы получить профессию, которая объединила бы мой интерес к морской тематике и современным технологиям.

После окончания академии я работал в добывающих компаниях, в Министерстве энергетики. Этот опыт позволил мне в 2004 году перейти в Минприроды России на должность директора департамента экономики и финансов.

Одна из задач Минприроды — экологический надзор за организациями, занимающимися добычей углеводородного сырья. То есть вы оказались «по ту сторону баррикад» относительно бывших коллег из «Газприборавтоматики» и «Лукойла»?

Бывают споры, не без этого. Например, у «Роснефти» в районах собственной добычи есть участки с неликвидированным прошлым экологическим ущербом, который был нанесен задолго до того, как территории стали активами компании. Никому не хочется отвечать за чужие просчеты, однако, чтобы выполнить требования российского экологического законодательства, компания все же включила эти участки в свои программы по ликвидации прошлого экологического ущерба. Так что конфликты с недропользователями разрешаются, тем более если компания ориентирована на международный рынок, где «зеленый» имидж крайне важен. Как правило, споры возникают из-за того, как сами компании интерпретируют законодательство, какие задачи они ставят перед собой с учетом экономики и собственных стратегических планов. Но экология добычи сырья — наш общий приоритет, поэтому мы тесно сотрудничаем. В сложных случаях приходится вести жесткий диалог с компаниями, но на наши требования они в результате реагируют. Так что как такового противостояния у нас нет.

Министерство природы сейчас уделяет особое внимание добыче сырья в недрах арктических морей и на арктическом шельфе. Готовы ли российские компании к работе в таких тяжелых условиях?

Сейчас мы только приступаем к освоению арктического шельфа и разрабатываем проекты по разведке и добыче нефти и газа. Есть проекты акваторий, например, Каспийской, Сахалинской и Балтийской, где уже ведутся активные работы. Но все равно эти условия не сравнить с Арктикой. Пока есть две ключевые компании, которые будут вести добычу на арктическом шельфе. Сейчас они разрабатывают проекты месторождений, но пока не сформировали окончательную стратегию по добыче на шельфе. Например, «Роснефть» в рамках своей стратегии привлекает ряд международных компаний. Их опыт будет использован при освоении месторождений в будущем.

Как будет обеспечена экологическая безопасность при разработках и добыче сырья на арктическом шельфе?

Первые разработки на шельфе шли еще в дореволюционной России. В семидесятых годах советские специалисты начали работать уже и на арктическом шельфе. Тогда еще ни Норвегия, ни Великобритания подобными проектами не занимались. Поэтому в то время мы были первыми и накопили огромный опыт. Арктика — это экстремальная среда со всех точек зрения: климата, инфраструктуры, самого присутствия человека. Поэтому перед нами стоит задача, с одной стороны, создать условия для экономической рентабельности проектов: налоговые преференции и льготы для компаний. С другой стороны, мы должны использовать особые технологии, которые обеспечат безопасность добывающих платформ для хрупкой природы Арктики. Ведь любой шрам от последствий экономической деятельности в Арктике останется надолго. Когда пролетаешь над Ямалом, с высоты видно следы от вездеходов, которые прошли по тундре 30 лет назад. Эти шрамы до сих пор не зажили. Поэтому наш приоритет — внедрение безопасных технологий.

В 2013 году вступили в силу поправки в законы о шельфе и внутренних морских водах. Теперь компании-недропользователи обязаны ликвидировать негативные экологические последствия в районах добычи. Ни один проект обустройства и освоения месторождений не принимается без плана ликвидации разливов. Существует система лицензий, которая оценивает технологии с точки зрения их минимального воздействия на окружающую среду. Если нет плана и безопасных технологий, то у компании нет и права работать на шельфе.

О компенсации экологического ущерба шла речь и после стройки олимпийских объектов в Сочи. Что уже сделано в этом направлении?

Олимпийская стройка развернулась на особо охраняемых природных территориях, поэтому так важно было свести к минимуму воздействие на окружающую среду. Например, на Грушевом хребте находится реликтовый лес, поэтому строительство бобслейной трассы, горной олимпийской деревни и других объектов перенесли на другие участки. Мы снизили количество запланированных рубок, активно применяли зеленые стандарты строительства и выполнили план «нулевого углеродного следа». Была реализована большая программа по реконструкции котельных, в итоге мы перевели на газ окружающие поселки и населенные пункты. По данным Росгидромета, с 2007 года воздух в Сочинском регионе стал чище в два раза, т. е. люди смогли вздохнуть свободнее.

Экологическая компенсация стала отдельным направлением нашей работы: от высадки деревьев до реабилитации реки Мзымта и восстановления популяции животных, которые обитали в Сочи. Например, еще в 30-е годы был уничтожен как вид переднеазиатский леопард, а теперь в Сочинском национальном парке мы восстанавливаем популяцию этих редких кошек. Недавно в питомнике появились на свет четыре котенка леопарда, которых мы хотим выпустить на волю уже в 2016 году.

Вы занимаетесь и проблемами, связанными с природными катастрофами, например, с наводнением на Дальнем Востоке, которое произошло прошлым летом. Можно ли было заранее спрогнозировать масштаб бедствия и исходя из этого подготовиться к нему?

Бедствие на Дальнем Востоке не с чем сравнивать, такого в истории нашей страны еще не было. Ежегодные паводки на Амуре ни для кого не секрет. Многие готовятся к ним из года в год, люди уже привыкли к таким капризам природы. Предугадать примерный масштаб такого паводка Росгидромет смог примерно за месяц, а первое сообщение о серьезном наводнении поступило в конце июня. Но даже тогда никто не ожидал, что уровень воды поднимется настолько высоко и река затопит такую огромную территорию. После первых предупреждений энергетики подготовили ГЭС для приема воды. Коллегам удалось сдержать воду и дать местным службам время на подготовку к более высокому уровню воды. К счастью, все обошлось без жертв, в отличие от Китая. После наводнения мы анализировали и оценивали его последствия. Сейчас этими вопросами занимаются ученые, которые должны определить взаимосвязь между осадками и площадью разливов, показать, какие территории могут оказаться в зоне риска при различных уровнях осадков. Пока Росгидромет, Росводресурсы и Академия наук пришли к общему мнению, что спрогнозировать масштабы такого паводка нельзя.

То есть к таким бедствиям невозможно подготовиться?

Это не совсем так. Чтобы быстрее реагировать на катастрофические изменения, нужно больше данных, более плотная сеть метеорологических и гидрологических постов. Поэтому первое, что мы сделали после наводнения на Амуре, — восстановили посты, разрушенные во время паводка, и построили новые. К лету Росгидромет готовит первый вариант модели, которая позволит прогнозировать развитие паводка на Амуре. Прогнозы и оценка последствий — это только часть работы, нам необходимо построить специальные сооружения, которые защитят территории от наводнений. Речь идет о резервуарах для воды, которые уже есть на ГЭС, но должны быть и дополнительные емкости, с помощью которых можно регулировать уровень воды на Амуре. Другие варианты защиты от паводка будут подготовлены по итогам исследования Росгидромета.

Среди антропогенных факторов, представляющих наибольшую экологическую опасность, на первом месте находятся бытовые отходы. В нашей стране очень слабо развита система вторичной переработки мусора. Почему?

Тут есть два камня преткновения. Это, прежде всего, традиционный менталитет: нам свойственно потребительское, я бы даже сказал, пренебрежительное отношение к природным ресурсам, в силу их якобы неистощаемости. Сегодня такой подход претерпевает изменения, однако, как отмечают специалисты ЮНЕП, полностью справиться с проблемой можно только путем борьбы с бедностью и с повышением благосостояния людей. Экологическая система жизнеобеспечения требует определенного масштаба экономики. Для этого в западных странах в свое время была сформулирована концепция устойчивого развития. Для России это пока вопрос будущего, тем не менее мы работаем над тем, чтобы зеленые технологии и стандарты стали нормой нашей экономической и социальной жизни, и в этом видим одно из предназначений нашего ведомства.

Второй «камень преткновения» — сама система сбора и переработки отходов. Мы ориентируемся на европейский опыт, когда производитель берет на себя ответственность за произведенный объем отходов. Сейчас вносим поправки в законодательство, которые предлагают бизнесу три варианта работы с отходами. Первый вариант: производитель самостоятельно перерабатывает и утилизирует твердые бытовые отходы. Второй вариант: он может привлечь оператора, который перерабатывает отходы. И, наконец, третий вариант — заплатить государству, которое привлечет оператора. Еще один рациональный вариант использования отходов — это производство энергии, однако пока у нас эта практика не распространена.

Как независимые общественные экологические организации могут принять участие в деятельности Минприроды?

Для Минприроды крайне важен диалог с экологами, поэтому мы постоянно привлекаем их для совместного обсуждения важных проектов. В основном мы сотрудничаем с общественностью при проведении экологической экспертизы и оценке воздействия на окружающую среду в двух случаях. Во-первых, когда затрагиваются интересы особо охраняемых природных территорий, во-вторых, в отношении шельфовых проектов. Я считаю, что такой подход ограничивает наше сотрудничество, поэтому многие резонансные истории, например, со строительством трассы через лес, проходят мимо общественного обсуждения. В результате люди получают всю информацию по факту, не имея возможности повлиять на принятое решение. Поэтому необходимо расширить список объектов экологической экспертизы, чтобы люди могли принимать участие в разработке важных для них проектов. У Минприроды есть такая площадка для обсуждения — Общественный совет.

Сработали ли эти механизмы в диалоге с «Гринпис»? «Гринпис» утверждает, что до акции на платформе «Приразломная» цивилизованные формы диалога были исчерпаны. Так ли это?

Мы давно сотрудничаем с «Гринпис России». Поэтому я воздержусь от оценки их действий с юридической точки зрения. Но я убежден, что высказывать свою позицию в формате таких акций неправильно и неконструктивно. Свои конкретные предложения и видение проблемы «Гринпис» мог представить как мне лично, так и на Общественном совете при Минприроды России, в работе которого эта экологическая организация активно участвует. За каждой буровой платформой — а все они являются объектами повышенной опасности! — Министерство и Росприроднадзор следят очень внимательно. Их строительство и запуск в эксплуатацию каждый раз проходят обязательное многоуровневое согласование. За время строительства «Приразломной» в Росприроднадзор не поступило ни одного сигнала о необходимости провести дополнительные проверки. Хотя если «Гринпис» был бы заинтересован в том, чтобы выявить или предотвратить нарушения, то в первую очередь ему следовало обратиться именно к нам.

Требуются ли экологическому законодательству какие-то серьезные реформы?

Комплексная реформа, безусловна, нужна. Последние два года мы разрабатываем законопроекты в сфере переработки отходов и модернизации производств, которые негативно влияют на окружающую среду. Если они будут реализованы, то мы сможем качественно улучшить ситуацию в стране. Сейчас Минприроды сталкивается с сопротивлением со стороны бизнеса. Но благодаря совместной работе с Минпромторгом и другими ведомствами, недавно был принят план реализации законов по модернизации производства. Готовится закон по ликвидации прошлого экологического ущерба, частично принят большой пакет законов в сфере лесного законодательства.

Связаны ли проблемы в сфере экологии с некачественной работой институтов и ведомств?

С начала 2000-х, когда вопросы экологической безопасности и рационального природопользования находились на периферии государственной политики, система охраны природы в нашей стране понесла большие потери. И здесь речь идет не только о деньгах, которых тоже, конечно, выделялось крайне мало даже на самые «горячие» проблемы. В первую очередь я говорю о том, что за эти годы из природоохранной системы ушли многие специалисты с огромным опытом работы и практическими знаниями: лесники, охотничьи инспектора, егери и многие другие. Разрушительные последствия этого лучше всего видны на примере Росприроднадзора. Кадровый состав этого ведомства в течение последних 10 лет очень сильно сократился, существующих инспекторов категорически не хватает для эффективной работы на всей территории страны. То же самое происходит и в области охоты: на огромной территории охотничьих угодий Российской Федерации работают всего 3,5 тысячи государственных охотинспекторов. В общей сложности на одного инспектора приходится 450 тысяч гектаров — на самолете не облетишь. О какой эффективной охране, то есть исполнении их прямых обязанностей, может идти речь в такой ситуации?

Кроме того, в 2006 году был уничтожен институт государственной экологической экспертизы. В итоге на сегодняшний день только 5% промышленных объектов обязаны проводить у себя экологическую экспертизу. Таким образом, современный государственный экологический надзор не имеет объективной информации о реальных объемах выбросов и сбросов. Более того, по действующему закону, органы надзора не имеют права проводить внезапные проверки предприятий, и это, конечно, очень сильно сказывается на эффективности контроля. Поэтому в существующей ситуации не нужно вешать на людей и ведомства ярлык «некачественной работы», а нужно создавать стимулы и условия, чтобы в природоохранный сектор возвращались специалисты, росли новые профессиональные кадры и т. д. Без реформирования законодательства, в том числе и в области ужесточения надзора и контроля, сегодня, очевидно, не обойтись.

В декабре состоялся Всероссийский съезд по охране окружающей среды, первый за 10 лет. Чем был вызван такой большой перерыв, неужели все это время отсутствовала необходимость встречи экспертов? Чего вы ожидали от этого форума и каковы его главные итоги?

Сложно говорить за моих предшественников, но съезд действительно не собирался 10 лет. Мы же решили его провести в честь Года охраны окружающей среды. Съезд привлек огромное количество людей из всех уголков нашей страны. Большой интерес общественности показал, что люди в целом поддерживают нашу политику в сфере экологии. Очень важно, что съезд прошел в дружественной обстановке, без конфликтов, как это было в 2004 году. Это показывает, что диалог министерства с экологическим сообществом уже вышел на качественно новый уровень.

Россия > Экология > ecoindustry.ru, 5 июня 2014 > № 1097180 Сергей Донской


Россия > Экология > kremlin.ru, 4 апреля 2014 > № 1044620 Владимир Путин, Сергей Донской

Владимир Путин провёл рабочую встречу с Министром природных ресурсов и экологии Сергеем Донским. Обсуждались вопросы включения анклава в Охотском море в континентальный шельф России, а также подача в Комиссию ООН по границам континентального шельфа российской заявки на расширение континентального шельфа в Арктике.

Кроме того, С.Донской информировал Президента об итогах Года охраны окружающей среды, экологической ситуации в Крыму и представил предложения по защите природных территорий полуострова.

* * *

В.ПУТИН: Сергей Ефимович, у нас тем много – хотел бы начать с проблем Арктики, там определённые решения были приняты в последнее время, и [поговорить] о работе на шельфе.

С.ДОНСКОЙ: Да, Владимир Владимирович, совсем недавно Комиссия ООН по континентальному шельфу положительно оценила нашу заявку по анклаву международных вод в Охотском море. Работа по подготовке этой заявки была давно организована, проводилась: фактически в первый раз мы подавали эту заявку ещё в 2001 году. Тогда у нас с учётом того, что было недостаточно информации, были замечания японских коллег, эту заявку отклонили. И в прошлом году, в августе, мы подали доработанную заявку, и мы анализировали, как работала Комиссия в этот раз, – оказалось, что она в самое короткое время была рассмотрена, и две недели назад было принято положительное решение.

Теперь нам необходимо будет организовать работу уже вместе с МИДом, с другими заинтересованными органами по официальному оформлению. Сейчас, согласно Конвенции, решение Комиссии бесповоротно, и соответственно уже ни один международный орган не будет, естественно, здесь как-то по-другому это рассматривать, нам нужно просто формальную процедуру провести. Надеюсь, мы быстро это всё сделаем.

Это был первый шаг, потому что у нас заявка как таковая состоит из двух составляющих. Вторая составляющая – арктическая. Она сама важная, самая масштабная, и я бы сказал – самая экономически ценная. Мы тоже на протяжении всего этого времени проводили необходимые работы, активно с 2007 года геологи изучали, проводили геофизику, батиметрию, глубинное изучение, собирали информацию, строили модель, общались с нашими коллегами-геологами из других стран. И на сегодняшний день с учётом того, что нам летом предстоит провести ещё одну экспедицию, мы планируем осенью этого года окончательно подготовить заявку, и она будет готова для внесения.

Дальше уже, скажем, чисто дипломатические шаги, когда её лучше вносить. Желательно, конечно, её внести до лета следующего года, дабы мы могли работать с теми же членами Комиссии, потому что в принципе у нас хорошие, конструктивные взаимоотношения сложились, мы их знаем, они нас знают, специалисты, мы понимаем, какие вопросы нам будут задавать, – поэтому нам желательно именно весной следующего года внести эту заявку.

В.ПУТИН: Вы должны согласовать свои действия с МИДом.

С.ДОНСКОЙ: Обязательно, мы вместе работаем. Эта вся работа велась в очень плотном контакте с МИДом, с Минобороны, с другими органами, которые здесь играют активную роль.

По охотской заявке МИД проводил консультации и переговоры с японскими коллегами, которые сняли все свои замечания, положительное решение от этого как раз тоже зависело. Что касается арктической заявки, конечно, МИД здесь играет немаловажную роль, и мы с ними очень плотно вместе идём работать.

В.ПУТИН: Хорошо.

Вы хотели ещё ряд вопросов обсудить.

С.ДОНСКОЙ: Да, Владимир Владимирович. Во-первых, хотел бы от всех экологов поблагодарить за прошлый год. Прошлый год, как известно, был Годом охраны окружающей среды. Для нас это был очень важный период времени. С одной стороны, сам Год объявлялся для того, чтобы как можно больше людей вовлечь в эту сферу. И на самом деле, по тем оценкам, которые мы на сегодняшний день имеем, коллеги мне сообщили, у нас около 15 миллионов человек в различных акциях приняли участие – фактически каждый десятый. Здесь мы, конечно, получили очень серьёзную поддержку.

Плюс ко всему, конечно, в рамках Года охраны окружающей среды мы провели очень большое количество международных мероприятий, в первую очередь чтобы обозначить позицию России, обозначить направления, по которым мы движемся. Был и Балтийский саммит, и, кстати, перед Олимпиадой мы проводили вместе с МОК большую конференцию, где они оценили экологическое сопровождение Олимпиады. Мы проводили много всяких мероприятий, связанных с защитой животных. В конце года проводили конференцию по белым медведям, где все страны – ареалы, где обитают белые медведи, подписали соглашение по сохранению животного.

В прошлом году впервые за десятилетний период проведён съезд экологов. Там тоже был рассмотрен весь перечень вопросов, и это очень помогло, в частности, в принятии ряда законопроектов: и лесной, и водный, и экологические законы в прошлом году были приняты.

В целом, конечно, можно сказать, что Год охраны окружающей среды прошёл удачно. Но я бы ещё хотел затронуть другую тему: учитывая, что вопросы Крыма сейчас активно обсуждаются, и коллеги проводят там совместно с крымскими специалистами инвентаризацию, что у нас есть, я бы хотел затронуть две тематики.

Это вопросы прошлого экологического ущерба – то, что там накоплено. Сейчас мы собираем всю информацию, очень серьёзное наследие, вопросы оборота твёрдых бытовых отходов, скажем так, не совсем там решены. И мы хотели бы предложить, чтобы те задачи, те мероприятия по ликвидации прошлого экологического ущерба, которые мы здесь решаем, мы могли бы расширить на Крым, чтобы там активно заняться этими вопросами. Мы подготовили такое предложение.

И вторая тема связана уже с биоразнообразием, защитой природных территорий. Очень важно, что Крым фактически на 10 процентов – особо охраняемая природная территория: заповедники, нацпарки. Там расположен один из самых старых заповедников России. И мы хотели бы – конечно, тоже при Вашей поддержке – внедрять те подходы, которые мы здесь реализуем, в частности по усилению охраны, ужесточению ответственности, потому что, конечно, там есть потери, и мы хотели бы здесь на этом этапе по максимуму использовать наши возможности, чтобы эти территории были охраняемыми и здесь никаких потерь с точки зрения всех природоохранных задач не было. Поэтому здесь тоже хотели бы получить Вашу поддержку.

В.ПУТИН: И та, и другая темы чрезвычайно важны для этого региона. Поэтому давайте ваши предложения, сейчас мы их рассмотрим и, безусловно, поддержим.

С.ДОНСКОЙ: Спасибо.

Россия > Экология > kremlin.ru, 4 апреля 2014 > № 1044620 Владимир Путин, Сергей Донской


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter