Всего новостей: 2321896, выбрано 1 за 0.000 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Ермекбаев Нурлан в отраслях: Внешэкономсвязи, политикавсе
Ермекбаев Нурлан в отраслях: Внешэкономсвязи, политикавсе
Казахстан > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 3 ноября 2017 > № 2377263 Нурлан Ермекбаев

«Степень запретов в религиозной сфере Казахстана ничтожно мала»

Если бы в Казахстане составляли рейтинг самых инициативных госорганов, то наверняка Министерство по делам религий и гражданского общества, несмотря на малый срок своего существования, заняло бы в нем одну из лидирующих позиций. На протяжении всего нынешнего года оно не только было в центре внимания СМИ и соцсетей, но и держало «в тонусе» всю религиозную часть населения страны. Разумеется, не обошлось без критики, дискуссий и определенных сомнений, развеять которые мы попросили самого главу ведомства Нурлана Ермекбаева.

Не прогадали

– Нурлан Байузакович, со дня появления руководимого вами министерства прошло чуть больше года, и сегодня уже можно делать выводы о том, насколько оправданным было его создание...

– Действительно, прошел, даже пролетел, первый год работы министерства. И, как показало время, решение Елбасы о его создании оказалось весьма своевременным. Во-первых, необходим был взвешенный подход к проблеме распространения деструктивных религиозных течений в Казахстане. Во-вторых, потребовалось обеспечение эффективного взаимодействия государства и гражданского общества, включая молодежную среду.

Анализ результатов работы и данные социологических исследований в сфере религии, гражданского общества и молодежной политики показывают высокий уровень доверия населения к нашему министерству и одобрение его деятельности. Причем все это обеспечивается при минимальном бюджете и штатной численности.

– И все-таки, каковы основные задачи министерства?

– Наши основные усилия сосредоточены на упрочении светских устоев государства, национально-культурных и исторических традиций народа, на ограничении сферы влияния религии принципами нравственности и этики, на противодействии религиозному фанатизму любого течения и конфессии.

Стоит сказать и о том, что одной из ключевых наших задач является партнерство с гражданским сектором, реализация позитивного и конструктивного потенциала неправительственных организаций для решения общих задач. Мы стремимся обеспечить права и свободы граждан, сделать их жизнь комфортнее и безопаснее.

Объединяй и властвуй

– Многие считают, что министерство занимается только вопросами религии, хотя, как вы сказали, оно еще и координирует вопросы гражданского общества и молодежной политики. Почему было решено собрать в одном ведомстве эти сферы?

– Проблемы как религий, так и гражданского общества во многом взаимосвязаны и очень часто пересекаются, поэтому нельзя рассматривать их по отдельности. Ведь даже самые перспективные проекты в сфере религии не могут быть реализованы без независимых от государства социальных институтов, а без конфессионального мира невозможны согласие и процветание общества. С учетом этого работа министерства была выстроена таким образом, чтобы проводить эффективную государственную политику одновременно во всех этих сферах. Совместная скоординированная работа незаметна, но дает первые результаты. Так, за прошедший год с 4,2% до 3,8% снизился уровень безработицы среди молодежи; уменьшилось на 9% численность т.н. NEET (не обученной, не трудоустроенной) молодежи; на 10% сократилось количество суицидов среди молодежи.

– Часто можно слышать мнение, что в Казахстане нет полноценного гражданского общества, соответственно у нас не так уж и много реально работающих общественных организаций. Согласны ли вы с такой оценкой?

– Гражданское общество в Казахстане не только есть, но и является реальной силой, активно участвующей в жизни страны. На сегодняшний день в стране зарегистрировано более 19000 НПО. Проекты, реализуемые ими, в основном ориентированы на социальное обеспечение, консультирование граждан, оказание поддержки в сложных жизненных ситуациях.

Как отметил президент в приветствии участникам VII Гражданского форума Казахстана год назад, важная составляющая грандиозного успеха суверенного государства за четверть века связана с вкладом именно гражданского сектора. По его словам, гражданские форумы сформировали общенациональное движение казахстанцев, которые через свой личный труд, через свои инициативы решают важные задачи развития страны.

И действительно, за 25 лет независимости благодаря демократическим реформам в стране были созданы условия для успешного развития гражданского общества. Оно стало надежным партнером государства в решении животрепещущих общественных вопросов, представителем и выразителем интересов и проблем отдельных социальных групп на общественном уровне.

Сама идея построения и развития гражданского общества является одним из приоритетных направлений государственной политики. Более того, повышение его роли – одна из целей Плана нации «100 конкретных шагов по реализации пяти институциональных реформ».

– А какие меры поддержки, в том числе финансовые, предусмотрены сегодня для развития гражданского общества?

– Практика показывает, что основная часть НПО, участвующих в конкурсах на получение государственного социального заказа, существует за счет его выполнения. Причем 95% средств государственного социального заказа реализуется местными исполнительными органами. В нынешнем году мы дополнительно ввели механизм премирования НПО. Основной его целью является поощрение тех, кто уже достиг существенных результатов в реализации социально-значимых проектов. Премии будут выдаваться по 15 номинациям в различных направлениях. Размер каждой из них составляет 2000 МРП (около 4,5 млн. тенге). На сегодня поступили уже 224 заявки.

Кроме того, были разработаны новые правила и расширен перечень направлений, по которым выделяются гранты для НПО. Например, с введением в прошлом году норм о грантовом финансировании они получили возможность использовать средства государственных грантов на собственное институциональное развитие.

К слову, в 2016-м на выделенные нами гранты было реализовано 11 проектов. Причем все они получили практическое применение. В этом году было рассмотрено 320 заявок от 183-х организаций. В итоге присужден 41 грант. Надо заметить, что треть из них — это региональные проекты, направленные в том числе на развитие местных сообществ. Планируем в будущем развить эту тенденцию, тем более что она находит всемерную поддержку в обществе.

Не прячьте лица

– Давайте поговорим о нашумевшем законопроекте по вопросам религиозной деятельности и религиозных объединений. А конкретнее — об одной из его норм, которая вводит запрет на элементы одежды, мешающие распознаванию лица. Она вызвала определенное напряжение в обществе, поскольку многие граждане расценили это как покушение на их права и свободы. Как вы это прокомментируете?

– Уверяю, здесь не может быть и речи о покушении на права и свободы граждан. Наоборот, наши предложения, а также сложившиеся исторически духовно-нравственные ценности многоконфессионального, полиэтнического общества направлены на то, чтобы казахстанцы чувствовали себя в безопасности и были более защищены в своих правах.

Как известно, в апреле с.г. глава государства в ходе встречи с представителями Духовного управления мусульман Казахстана поручил проработать данный вопрос на законодательном уровне. При этом особое внимание он заострил на отсутствии связи между черными одеяниями и традиционной одеждой казахских женщин.

Согласитесь, такие вещи, как никаб, чадра, паранджа, балаклава и даже хиджаб, не являются типичными или исторически традиционными для жителей нашей рес­публики. Более того, в таких одеяниях (за исключением хиджабов) невозможно идентифицировать личность. Бездумные попытки слепо копировать традиции чужих стран, когда у нас есть свои собственные, тянут общество в средневековье, а не двигают к прогрессу.

Это очень серьезный вопрос, связанный с общественной стабильностью и безопасностью казахстанцев. И вполне закономерно, что государство стремится оперативно реагировать на вызовы времени и принимать надлежащие контрмеры.

Разумеется, это решение не было спонтанным. Группа экспертов, которая вырабатывала предложения по всем положениям законопроекта, изучила мнения и предложения граждан, представителей общественных объединений, государственных органов, научного сообщества. В фокусе пристального внимания также находился опыт ведущих стран мира.

Еще раз хочу подчеркнуть: предлагаемые на законодательном уровне меры продиктованы велением времени и направлены на благо всех граждан страны.

– Определены ли механизмы таких ограничений?

– Прежде всего, хочу отметить, что принятие нового закона обеспечит переход государственно-конфессиональных отношений на новый, более цивилизованный в правовом плане уровень. Если сравнивать с другими странами, то степень применения запретительных мер в религиозной сфере у нас ничтожно мала, и мы не намерены отдавать им приоритет.

Законопроект состоит не только из ограничений, в нем содержится ряд очень серьезных и важных мер по улучшению ситуации в данной сфере. Например, впервые даются определения религиозному радикализму, деструктивным религиозным течениям. Есть нормы, направленные на уточнение, конкретизацию, защиту прав самих религиозных объединений, создание более понятных и удобных условий для их деятельности.

Высшие для нашей страны ценности – это человек, его жизнь, права и свободы, и государство будет защищать их всеми имеющимися законными средствами и способами.

Обращаю внимание на то, что законопроект еще обсуждается и дорабатывается, поэтому рано говорить о конкретных механизмах его реализации. В настоящее время нам важно знать мнение общественности, мы открыты для диалога.

Умеренная религиозность

– Как вы считаете, почему наши граждане перенимают идеи нетрадиционных течений ислама? Только ли потому, что они не находят ответов на свои вопросы в традиционном исламе?

– Следует помнить, что ислам провозглашает право каждого выбирать для себя ту веру, которая ему по душе. В Коране декларируется принцип «Нет принуждения в религии», который оставляет проблему выбора веры на рассмотрение самого человека: «Кто хочет, пусть верует, а кто не хочет – пусть не верует».

Как вы знаете, большинство казахского народа традиционно придерживается ислама ханафитского мазхаба матуридитской школы. Вместе с тем, многим нашим гражданам свойственна умеренная религиозность, особенностью которой является то, что религиозные нормы и правила воспринимаются в качестве традиций, а не обязательных предписаний. Они учитывают и национальные особенности, и требования современности.

Как правило, к критическому, рациональному мышлению способны люди с достаточно высоким уровнем образования, психологически крепкие, сильные духом. Некоторые из них могут верить в Бога, но при этом избирательно, без фанатизма воспринимать религиозные догмы.

На сегодня статистика такова: 68,9% граждан страны – казахи, которые считают себя мусульманами. Но лишь 10,3% из них реально соблюдают все каноны и выполняют все обряды. 15,8% относят себя к православным христианам, 2,1% – к католикам.

Что касается вашего вопроса о деструктивных течениях ислама, то это проблема всего общества, поскольку речь идет о чуждых для нашего народа ценностях. Причем рекрутирование в ряды приверженцев таких течений происходит в силу самых разных обстоятельств, а иногда и просто «за компанию», под влиянием окружающих. Проблема еще и в том, что некоторые верующие стали ставить на первое место буквальное соблюдение предписаний религий, а не соблюдение законов и норм общечеловеческой морали. Решающие значение имеет адекватная нашим реалиям, менталитету интерпретация, трактовка Корана и хадисов. К сожалению, до сих пор этого нет.

Нельзя забывать, что на религиозную аудиторию Казахстана влияют открытость информационного пространства и процессы глобализации. Интернет, социальные сети и другие средства коммуникации оказывают массированное идеологическое воздействие на сознание людей. С учетом этих обстоятельств министерство ставит в качестве своей ближайшей задачи формирование собственной школы изучения и понимания ислама. Отличительными ее чертами должны стать: опора на духовные, морально-этические ценности с учетом национальных и культурно-исторических особенностей нашей полиэтничной страны, умеренность и гибкое восприятие устаревших догм, их адаптация к современным реалиям, а также уважение и строгое соблюдение законов светского государства. Это стратегическая задача.

– Не секрет, что некоторые наши граждане выезжают из страны, чтобы воевать на стороне ИГИЛ. Что скажете по этому поводу?

– Данный вопрос не входит в компетенцию нашего министерства, поскольку эти люди преступили закон. Однако в случае необходимости мы оказываем помощь компетентным органам в проведении профилактической работы с ними. Все-таки те, кто уезжает воевать за ИГИЛ и другие террористические организации, прежде всего, неверно понимают ценности традиционного ислама, постулаты веры.

Кстати, в нынешнем году фактов выезда наших граждан в состав международных террористических группировок не зарегистрировано. Это, безусловно, результат совместной, точечной и разъяснительной работы, которую мы проводим совместно с компетентными органами и которую в будущем намерены усилить.

Конечно, нельзя исключать того, что некоторые просто хотят уехать и жить в исламской стране по шариату, то есть совершить так называемую «хиджру». Они не хотят жить в светской стране. Думаю, таких людей не стоит удерживать насильно. Они имеют право выйти из гражданства Республики Казахстан и жить там, где им хочется. Закон это не запрещает.

Радикальная профилактика

– Какие меры предпринимаются для того, чтобы не допустить прецедентов, подобных прошлогодним событиям в Актобе и Алматы? Как известно, «алматинский стрелок» пришел к исламу во время своего пребывания в колонии. Принимается ли это во внимание? Какая работа ведется в данном направлении?

– Если вы говорите о теракте в Алматы летом 2016 года, то совершивший его Р. Кулекбаев – никакой не стрелок, а обычный уголовник с психическими отклонениями. Его извращенное понимание религии стало лишь прикрытием для совершения преступления.

Под эгидой министерства сегодня продолжается системная информационно-разъяснительная работа среди населения. В настоящее время в стране действуют одна республиканская и 249 региональных информационно-разъяснительных групп (ИРГ) по вопросам религии. В их составы входят 580 имамов и 283 теолога, то есть 863 человека со специальным религиоведческим, теологическим образованием. Общее количество членов ИРГ достигает более трех тысяч человек.

За девять месяцев текущего года с участием ИРГ проведено более 20 тысяч разноформатных мероприятий с охватом более 1 млн. 800 тыс. человек, представляющих целевые группы населения. При этом среди различных категорий молодежи проведено свыше шести тысяч мероприятий с общим охватом около 800 тыс. учащихся.

Кроме того, министерство осуществляет комплекс мер по теологической и психологической реабилитации лиц, попавших под влияние радикальной и деструктивной религиозной идеологии. Конечно, в этой работе еще есть недостатки, которые мы видим и пытаемся устранить.

На республиканском уровне реабилитационная работа проводится общественным фондом «Информационно-пропагандистский и реабилитационный центр «Акниет». Он работает с лицами, осужденными за религиозный экстремизм и терроризм, а также с членами их семей. Деятельностью этой организации охвачено в 2016 году – 90, в 2017 году более 50 исправительных учреждений.

В регионах аналогичная работа проводится консультативно-реабилитационными центрами «Ансар» (Актюбинская область), «Шаңырақ» (г.Алматы), «Насихат» (Акмолинская область), Центром помощи пострадавшим от деструктивных религиозных течений «Шапағат» (Атырауская область), ОО «Нұрлы Білім», Центром социально-психологической и правовой помощи «Виктория» (Карагандинская область).

Особый акцент делается на снижение степени радикальности взглядов тех лиц, которые участвовали в террористической и экстремистской деятельности. Данная работа проводится совместно с заинтересованными государственными и местными исполнительными органами путем привлечения квалифицированных теологов, религиоведов, психологов, а также представителей религиозных объединений и НПО.

К диалогу открыты

– В июне текущего года была принята Концепция государственной политики в религиозной сфере. Что является ее основными приоритетами? И каких изменений нам следует ожидать?

– Концепция представляет собой систему взглядов на совершенствование государственно-конфессиональных и межконфессиональных отношений, она направлена на укрепление светских устоев государства и на то, чтобы не допустить использования религии в деструктивных целях. Уже принято постановление правительства РК «Об утверждении Плана мероприятий по реализации Концепции государственной политики в религиозной сфере Республики Казахстан на 2017-2020 годы».

В этом концептуальном документе не только дана оценка процессам, происходящим в религиозной сфере, но и изложено отношение к ним со стороны государства. Он четко и ясно обозначает плюсы и минусы, состояние и динамику текущей религиозной ситуации, при этом предлагает пути устранения существующих проблем и недостатков. Проще говоря, Концепция – это своего рода открытый и честный месседж обществу о позиции государства в отношении роли и места религии в жизни общества.

Хочу отметить, что дальнейшие усилия государства будут сосредоточены на решении таких задач, как укрепление государства, совершенствование законодательства в религиозной сфере, обеспечение прав граждан на свободу совести и уважение религиозных убеждений. Будут обеспечены условия для полноценного функционирования религиозных объединений, противодействия религиозному экстремизму.

Автор: Сауле Исабаева

Казахстан > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 3 ноября 2017 > № 2377263 Нурлан Ермекбаев


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter