Всего новостей: 2524588, выбрано 18 за 0.068 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Евтухов Виктор в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаГосбюджет, налоги, ценыТаможняЭкологияНедвижимость, строительствоОбразование, наукаАгропромЛеспромЛегпромвсе
Узбекистан. Россия > Недвижимость, строительство. Леспром. Внешэкономсвязи, политика > uzdaily.uz, 23 октября 2017 > № 2517798 Виктор Евтухов

Делегация Узбекистана посетила Россию для обсуждения возможности применения российского опыта строительства домов из дерева с применением российских деревянных строительных материалов в Узбекистане.

Представители Узбекистана посетили производство деревянных домокомплектов из клееного бруса и демонстрационные кварталы деревянных домов, сообщила пресс-служба Лесопромышленного комплекса РФ.

«То, что привлекает иностранных покупателей в продукции российского лесопромышленного комплекса – это, в первую очередь, качество. Россия зарекомендовала себя как надежный торговый партнер на мировом рынке», – считает статс-секретарь, заместитель Министра промышленности и торговли Российской Федерации Виктор Евтухов.

Он отметил, что сотрудничество с Узбекистаном даст российскому ЛПК новый импульс к развитию.

Заместитель председателя правления «Узагротехсаноатхолдинг» Cаидабосс Сайдаминов отметил, что Узбекистан заинтересован в поставках лесопромышленной продукции с высокой степенью переработки из России. По его мнению, Узбекистан и РФ страны должны наладить сотрудничество в области технологий деревянного домостроения.

«В климатических условиях Средней Азии современные разработки в деревянном строительстве позволят создать качественное и доступное жильё», – отметил Сайдаминов

Узбекистан. Россия > Недвижимость, строительство. Леспром. Внешэкономсвязи, политика > uzdaily.uz, 23 октября 2017 > № 2517798 Виктор Евтухов


Россия > Легпром > mirnov.ru, 24 ноября 2016 > № 1979458 Виктор Евтухов

Легпром: ставка на инновации

Россия обязана сделать рывок к несырьевым секторам экономики.

В легкой промышленности России идет серьезное оживление. Растет производство одежды, обуви, геотекстиля и инновационной продукции, на возрождение промышленности тратятся миллиарды рублей.

Сегодня правительство ставит перед собой амбициозные задачи - встроить легкую промышленность в мировые тенденции, подготовить предложение на запрос глобального рынка, поддержать наших производителей и не просто нагнать упущенное, а двигаться вперед и больше не отставать. О том, как идет процесс возрождения отрасли, и о некоторых положительных результатах, которых уже удалось добиться, рассказал статс-секретарь, заместитель министра промышленности и торговли РФ Виктор ЕВТУХОВ.

- Виктор Леонидович, первый вопрос, который оказывается на поверхности, когда мы говорим о возрождении легкой промышленности, - найдет ли российская продукция своего покупателя здесь?

- Я уверен, выбор в пользу отечественного производителя будет сделан в любом случае. Россия обязана сделать рывок к несырьевым секторам экономики, и у нее сегодня есть уникальная возможность сделать большой шаг именно в легкой промышленности, встроиться в мировую систему разделения труда и начать удовлетворять глобальный мировой спрос на инновационную продукцию.

Мы видим, что в России и в мире увеличивается роль высокотехнологичных материалов в авиастроении, строительстве, медицине, сельском хозяйстве и во всем, что касается спорта и военной тематики.

По нашим оценкам, к 2025 году (это заложено в стратегии развития легкой промышленности) более 60% продукции легпрома, которая основана на производстве тканей из химических нитей и волокон, будет как раз приходиться на смежные отрасли. Нужно понимать, что легкая промышленность - это не только одежда и обувь, кожгалантерея и постельное белье, как считает обыватель. Легкая промышленность - это стратегическая отрасль, и в ней сегодня огромное внимание приковано к созданию высокотехнологичных умных тканей.

Наши нефть и развитая нефтехимия - основы для химических волокон и нитей, а лес и развитый лесопромышленный комплекс - это вискозная целлюлоза, которая сегодня пользуется в мире большим спросом.

- Но рядовой потребитель пока не готов полностью отказаться и от натуральных материалов. С ними как обстоят дела?

- У нас много предприятий, которые делают великолепные изделия из хлопка. Плюс у нас сырые шкуры крупного рогатого скота, из которых мы делаем полуфабрикат, вывоз которого запрещаем уже не первый раз, что дало очень сильный толчок развитию у нас кожевенной отрасли (16% роста).

Мы выпускаем новые виды высокотехнологичных кож, в том числе с очень хорошими потребительскими свойствами для автопрома и авиации. А разве потребителю не интересно, что мебель или салон автомобиля, который он купит, будет обит прекрасно выделанной на российском предприятии кожей?

У нас есть прекрасный домашний текстиль, постельное белье, где мы занимаем очень неплохие позиции. По сравнению с аналогичным периодом 2015 года текстильное и швейное производство в целом выросло на 4%.

Положительный темп выпуска продукции достигнут в производстве хлопчатобумажных, льняных тканей, нетканых материалов, трикотажных и чулочно-носочных изделий, в выпуске пиджаков, мужских блейзеров, пальто и спецодежды.

Мне отрадно констатировать, что среди всех отраслей экономики страны легкая промышленность - одна из немногих, которая демонстрирует рост.

- Наверняка какие-то и внешние факторы дали такой толчок развитию отрасли?

- Ввиду девальвации рубля наш легпром получил дополнительные конкурентные преимущества, так как стоимость производства в России стала привлекательной не только для крупных российских брендов, как, например, «Спортмастер», но и для мировых, как «Икеа», «Декатлон», «Зара Хоум» и др. Особенно заметен этот эффект в сегменте поставщиков, работающих с госзаказом, - они резко сократили импорт и переориентировались на российский рынок.

Во-вторых, импортозамещение сыграло отложенный эффект - падение импорта открыло большие возможности развития российским производителям, которые успешно заполняют нишу. Сегодня практически во всех крупных торговых сетях представлены товары российских производителей домашнего текстиля, одежды и обуви.

Но все же повторюсь: перспектива легкой промышленности в высокотехнологичных материалах, которые будут востребованы во всем мире.

- Без поддержки государства здесь никак не обойтись...

- Совокупно в этом году на поддержку легпрома было выделено 2,2 млрд рублей. Эти средства позволили оказать значимую поддержку целому ряду подотраслей. Планом мероприятий по поддержке легкой промышленности в 2016 году предусмотрено 1,4 млрд рублей только из антикризисного фонда.

В 2015 году были приняты антикризисные меры в виде субсидирования процентов по кредитам, привлеченным на пополнение оборотных средств. К этому очень востребованному инструменту поддержки обратились 42 предприятия, а объем субсидий превысил 650 млн рублей.

Кроме того, в течение этого года по вопросу закупки продукции легкой промышленности отечественного производства Минпромторг провел ряд встреч более чем с двадцатью компаниями c государственным участием. Эта работа продолжится и дальше.

А на днях премьер-министр России Дмитрий Медведев подписал постановление, снижающее в четыре раза требования к уставному капиталу претендующих на субсидии лизинговых компаний, которые обеспечивают оборудованием предприятия легкой промышленности. Теперь субсидии могут получить компании с уставным капиталом 250 млн рублей за последний отчетный год, а не 1 млрд рублей, как раньше. На программу льготного лизинга выделено 500 млн рублей. Принятая мера способна ускорить реализацию технической и технологической модернизации предприятий легкой промышленности, что как никогда актуально.

- Сейчас часто прикидывают по цифрам, сколько у нас будет в структуре внешней торговли занимать несырьевой экспорт. А если говорить о производстве легкой промышленности, есть ли данные о том, какова ее доля в ВВП сейчас?

- Пока она не очень большая. Хотя как судить. Только по одним высокотехнологичным синтетическим материалам и по синтетическому текстилю мы видим, что можно прирастить ВВП на 0,12%. Это, кстати, большой рост. Кому-то кажется, что такое 0,12%? Но это много. И столько мы теряем от импорта, и особенно от «серого» импорта. Это две проблемы нашей отрасли, о которых говорят предприниматели.

Сейчас идет реализуемый Минпромторгом проект по маркировке чипами изделий из меха. Первый вице-премьер Игорь Шувалов, курирующий от России этот вопрос на уровне Евразийской экономической комиссии, сказал, что мы в следующем году будем развивать и расширять линейку продуктов, которые будут маркироваться.

Борьба с нелегальным производством и нелегальным импортом - одна из наших основных и главных задач на перспективу, и здесь у нас есть очень хорошая возможность показать результат с точки зрения увеличения вклада легкой промышленности в ВВП.

Елена Казанцева

Россия > Легпром > mirnov.ru, 24 ноября 2016 > № 1979458 Виктор Евтухов


Россия > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 23 мая 2016 > № 1767412 Виктор Евтухов

Виктор Евтухов рассказал об изменениях в закон «О торговле», проблемах и перспективах ритейла.

В ближайшее время Госдума должна внести изменения в закон «О торговле», которые, по мнению экспертов, способны существенно повлиять на взаимоотношения субъектов отрасли. Об этом и других проблемах ритейла рассказал заместитель министра промышленности и торговли РФ Виктор Евтухов.

– Минпромторг по поручению правительства разработал свои предложения по корректировке поправок в закон «О торговле», внесенных большой группой депутатов и сенаторов. Госдума должна окончательно утвердить эти поправки, одобренные правительством и в конце апреля переданные в парламент, в весеннюю сессию (законопроект принят пока только в первом чтении). О каких изменениях идет речь?

– Отношения производителей продуктов (прежде всего говорим о них, хотя претензии к торговым операторам высказывают и производители непродовольственных товаров) и сетей складывались очень тяжело. Долгое время нормы, установленные законом «О торговле» от 2010 года, не являлись инструментом защиты всех участников процесса. Я имею в виду и производителей, и ритейлеров. Ритейлеры, которые пытались вести бизнес ответственно, выполняя обязательства перед поставщиками, ставили себя в заведомо проигрышное положение по отношению к конкурентам. Со временем и они отказывались от такой модели поведения. В то же время парламентарии всегда уделяли пристальное внимание этой отрасли и занимали сторону производителей. Мы с ними в принципе разделяли озабоченность, но предложили существенно смягчить требования в отношении торговых операторов, особенно учитывая ситуацию в российской экономике.

– Какие предложения Минпромторга в итоге одобрил кабмин?

– Мы сохранили четыре основных положения законопроекта. Во-первых, сокращение так называемых ретробонусов, достигающих 10 процентов стоимости проданного товара. Это вознаграждение, которое получают сети при выполнении обязательств по объемам продаж. Остальные услуги – маркетинг, реклама, продвижение, фасовка, упаковка, логистика и прочее – не входят в этот платеж и фактически составляют так называемую «бэк маржу», или, как называли ее между собой отдельные поставщики, «легальную форму отката». Депутаты предлагают сократить этот бонус до 3 процентов, включив в него стоимость всех услуг. В этом есть логика, потому что суммы расходов на рекламные и другие услуги зачастую совершенно космические. И эта проблема неоднократно рассматривалась и на совещаниях в министерстве, и на заседаниях Межотраслевого экспертного совета, куда входят представители заинтересованного предпринимательского сообщества.

– Насколько космические?

– В зависимости от категории. От 20 до 50 процентов стоимости товара, а на алкогольную продукцию достигают 70. Поставщики называют это платой за право присутствия на полке. Поэтому мы поддержали предложение, но рекомендовали снизить планку не до 3, а до 5 процентов и исключить логистику. Мы полагаем, что эта услуга должна оплачиваться отдельно. Все дополнительные услуги по продвижению могут оплачиваться за счет дополнительной скидки, то есть за счет учета этих услуг в так называемой «фронт-марже», прямой наценке.

– Производители жаловались также на значительные отсрочки оплаты товара со стороны сетей…

– Это второе предложение – сокращение сроков оплаты поставленного товара, которые сейчас составляют от 10 до 45 дней в зависимости от срока годности. Однако здесь важно соблюсти баланс и не перегнуть палку. Поставщики жалуются, что они кредитуют сети, отчасти это справедливо. Но задача торговли – продавать не только быстро оборачиваемые товары, пользующиеся стабильным спросом, но и сохранить широкий ассортимент для потребителя. А это возможно за счет приобретения товаров, за которые в свою очередь сетевые операторы рассчитываются быстрее, чем товары реализуются по факту. Третье важное изменение, также поддержанное нами, – это перенос условий, запрещенных к навязыванию сторонами друг другу, в безусловный запрет по включению их в договор поставки. Это направлено на то, чтобы полностью исключить любые дополнительные сборы с производителей в рамках договора о поставке продуктов. И, наконец, четвертое положение в законопроекте: создание возможностей для ФАС привлекать к административной ответственности за длящиеся правонарушения.

– Контролировать исполнение требований к сторонам договора будет ФАС России?

– Да, это компетенция ФАС. Но пока нам неясна позиция ведомства. Глава антимонопольной службы Игорь Артемьев недавно заявил, что поправки в закон «О торговле» вообще не нужны, хотя именно ФАС неоднократно предлагала ввести дополнительные требования к взаимоотношениям торговых сетей и поставщиков.

– Как отнеслись торговые сети к инициативам правительства?

– Мы еще осенью обращались в Ассоциацию компаний розничной торговли (АКОРТ) с предложением совместно откорректировать поправки, чтобы не был принят чрезмерно жесткий вариант. Но, к сожалению, в АКОРТ нас не услышали. Всем стало понятно, что градус напряжения зашкаливает, после того как Ирина Яровая задала вопрос об изменениях в законе «О торговле» президенту России Владимиру Путину в ходе прямой линии в апреле 2016 года. Она, правда, назвала нас лоббистами ритейлеров. Мы, как регулятор отрасли, действительно поддерживаем торговлю, хотя стараемся делать это разумно. Отрасль очень важная, вносит большой вклад в ВВП, уплачивает существенный объем налогов в консолидированный бюджет России, создает огромное число рабочих мест, успешно адаптируется к любым кризисам. Самое главное – это каналы продаж для российских производителей. Обывателю кажется, что это очень легко: за рубль купил, за два продал. Но торговля – крайне сложный бизнес с точки зрения привлечения инвестиций, логистики, программного обеспечения. Наши крупнейшие торговые сети активно участвуют во многих социальных проектах, и надо прекратить рассматривать торговлю как простую спекуляцию. Я как человек, отвечающий за отрасль, вижу, что отношение общества к российскому ритейлу за последние годы изменилось в позитивную сторону.

– Почему вы поддерживаете развитие малоформатной торговли? В крупных сетях цены ниже, а проконтролировать качество проще.

– Да, крупные торговые сети – это в основном дискаунтеры с низкими ценами. На первый взгляд, хорошо, что сетевики в регионах развиваются. Но что если они займут весь рынок? У нас проблемы с малыми форматами в регионах. В связи с кризисом оборот российской торговли в 2015 году снизился на 10 процентов, а выручка крупных сетей, наоборот, выросла. То есть малые торговые форматы не выдерживают конкуренции на падающем рынке. У нас от 30 до 40 процентов сельхозпродукции вообще не доходят до потребителя, потому что не хватает каналов продаж. Поэтому нужно развивать ярмарки, рынки, нестационарную торговлю. Это абсолютно неадекватная ситуация, когда для производителя в каком-то муниципалитете не хватает места на ярмарке. Но чтобы развивался такой формат торговли, а мелкие производители могли без проблем сбывать продукцию, нужны четкие юридически закрепленные правила игры.

Показательна ситуация с мобильной торговлей. В законе прямо написано, что объект должен быть привязан к определенному месту, как, к примеру, ларек или павильон. Это противоречит самой идее торговли с колес. Там, где такие мобильные фургончики работают на свой страх и риск, цены на 10-20 процентов ниже, чем в обычной рознице. Минпромторг разработал для них новые правила, которые в ближайшее время рассмотрит Госдума. По нашим оценкам, в России спрос на специализированные торговые автомобили составляет около 50 тысяч единиц. А такие машины, кстати, выпускают наши автоконцерны, и это послужит дополнительной мерой поддержки автопрома. Аналогичная ситуация по нестационарным объектам – существующая система во многом непрозрачна. Неясно, как составляются схемы размещения объектов, по какому принципу выделяются места, почему меняются требования к оформлению и сроки ведения торговой деятельности. Необходимые изменения в законодательство уже разработаны.

– Вы хотите сказать, что Минпромторг не поддерживает снос ларьков в Москве?

– Для Москвы мы сделали исключение в законопроекте. Это огромная агломерация, куда притягиваются и финансовые, и трудовые ресурсы. Инфраструктура мегаполиса активно развивается, и все хотят торговать исключительно в Москве. Наша задача – привлечь инвестиции малых предпринимателей в регионы. К тому же в Москве не так много своих сельхозтоваропроизводителей, но их хватает в субъектах. По мобильной торговле – правила будут одинаковые для всех, а для нестационарной сделали исключение для городов федерального значения. Кроме того, договорились с некоторыми сетями, например, о размещении ярмарок на территории около торговых центров и других мерах поддержки малого торгового бизнеса.

Но в целом если бы все торговые операторы, прежде всего крупные, охотнее шли на компромиссы, то, возможно, не пришлось бы вводить жесткие, а иногда, как кому-то может показаться, избыточные требования. Но есть и те, кто не прислушивается. Хотя я считаю, что в перспективе мы должны достичь саморегулирования в отрасли, чтобы по большинству спорных вопросов стороны находили решение через создание добросовестных практик и следование им. Поэтому мы в министерстве, безусловно, поддержали идею бизнес-сообщества по формированию саморегулируемого Совета рынка.

– Нужна ли России система tax free?

– Убежден, что нужна. Количество туристов, посещающих Россию, ежегодно растет. Недавно, например, был в ГУМе и встретил там игроков одной из хоккейных сборных, участвующих в чемпионате мира. Они приобретали у нас то, что, в принципе, могут купить и у себя. А внедрим систему tax free, уверен, что иностранцы станут увозить еще больше различных товаров, в том числе и отечественных. Для пилотного проекта обсуждаются три города с крупными торговыми комплексами и достаточной прозрачностью бизнеса: Москва, Санкт-Петербург и Казань. Нам нужно выбрать оператора и определить, как работать системе – через агента, помогающего с администрированием, или напрямую. Tax free – это, в том числе, и имиджевая история, это одно из конкурентных преимуществ любого государства. В соответствии с поручением первого вице-премьера Игоря Шувалова, модель работы tax free должна быть представлена до конца года.

– Недавно президент России подписал документ о чипировании изделий из меха. Кроме того, планируется выявлять некачественную школьную форму. Все эти инициативы направлены на борьбу с контрафактом?

– Мы ждем, когда решение о введении радиочастотной маркировки ратифицируют все страны Евразийского союза (кроме России, туда входят Белоруссия, Казахстан, Армения, Киргизия). В России некоторые производители уже тестируют эту систему. Важно, что когда эти требования сделают обязательными, немаркированный товар будет изыматься и уничтожаться, а штрафные санкции предусмотрены не только за реализацию, но и за оборот таких товаров в целом. Избежать ответственности невозможно. Даже потребитель, скачав соответствующее приложение на телефон, сможет считать всю информацию о товаре, обязательном для чипирования. Мы рассчитываем серьезно зачистить рынок от нелегально ввезенной и нелегально произведенной продукции. После того как пройдет «пилот» по меховым изделиям, RFID-метки появятся и на других товарах. Прежде всего будем предлагать маркировку школьной формы. Также есть поправки, ужесточающие ответственность за нелегальный оборот товаров легпрома, в том числе для ускоренного их изъятия и уничтожения. Соответствующие изменения подготовлены в КоАП, Уголовный кодекс и УПК.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 23 мая 2016 > № 1767412 Виктор Евтухов


Россия > Агропром > minpromtorg.gov.ru, 8 февраля 2016 > № 1642215 Виктор Евтухов

Виктор Евтухов рассказал о подробностях введения электронных продовольственных сертификатов.

В России появится электронный продовольственный сертификат, по которому нуждающиеся граждане (их категории будут определены) смогут получать от государства субсидии на покупку отечественных продуктов. Минпромторг разработал и направил в правительство Программу дополнительного питания. Поддержка нуждающихся в данном случае считается лишь составной частью масштабного комплексного плана государства по стимулированию потребительского спроса, поддержке промышленности, сельского хозяйства и торговли, подчеркнул в интервью «Российской газете» статс-секретарь, заместитель министра промышленности и торговли РФ Виктор Евтухов.

– Виктор Леонидович, получается, вводится система адресной продовольственной помощи населению. Расскажите подробнее, как Программа дополнительного питания будет воплощаться на практике?

– По двум направлениям. Первое – с помощью субсидий – целевых денежных средств (точнее, эквивалентов денежных средств – например, баллов, бонусов) на приобретение определенных групп продовольствия в розничной торговле.

Второе – посредством организации бесплатного или льготного питания в учреждениях общественного питания. Основная задача Программы дополнительного питания – улучшить рацион тех людей, которые не могут позволить себе купить полезные для здоровья продукты. А сегодня наибольший дефицит потребления уязвимые категории населения испытывают в свежих овощах, зелени, фруктах, молочной, мясной, рыбной продукции с небольшими сроками годности.

– Как будет организована работа с претендентами на бесплатную продовольственную помощь?

– От имени семьи человек обращается с заявлением в отделения уполномоченного органа исполнительной власти на подключение к Программе дополнительного питания (ПДП). Затем проходит собеседование и проверку необходимых документов, подтверждающих его соответствие установленным требованиям для получения средств. После подтверждения статуса заявитель идет в отделение банка-участника Программы, где получает банковскую карту для начисления средств. Это и есть электронный продовольственный сертификат – обычные современные средства электронных платежей.

– В СМИ уже озвучены многомиллиардные суммы финансирования Программы – 140–200 миллиардов рублей. Так сколько денег потребуется и из каких источников?

– О точных суммах пока речи нет. Финансирование предлагается обеспечить на основе консолидации возможных источников средств со стороны государства, бизнеса и населения, включая средства федерального и регионального бюджетов, добровольного участия в финансировании Программы производителей продовольствия, оптовых и розничных операторов, а также любых юридических и физических лиц – спонсоров.

Речь идет и о привлечении средств граждан, физических лиц на принципах добровольного софинансирования своего участия в Программе дополнительного питания. Ее экономический эффект должен составить до двух и даже более рублей дополнительного роста внутреннего валового продукта на каждый рубль, вложенный в нее.

– Кто будет контролировать на федеральном уровне Программу дополнительного питания и Федеральный фонд, в который будут стекаться средства?

– Администрировать Программу будет поручено вновь создаваемой автономной некоммерческой организации «Национальный администратор Программ поддержки спроса» (АНО «НАППС»). В его задачи входит организация и осуществление операционной деятельности, взаимодействие с региональными органами власти, оператором процессинга Программы, ведение реестра допущенных в нее товаров и так далее. На региональном уровне администрированием займутся уполномоченные органы исполнительной власти.

– Что представляет собой единый общероссийский процессинговый центр?

– Правительство определит оператора центрального процессинга Программы и банка-эмитента электронных продовольственных сертификатов, причем исходя из максимально широкого охвата оператором процессинга территории страны. Уполномоченный банк формирует файлы зачисления средств, а также отчеты по списаниям средств, осуществляемым процессинговым центром.

Такая схема позволяет собирать адресную информацию о приобретаемых товарах конкретными получателями помощи, вести оперативный и достоверный мониторинг объемов и динамики потребления каждой категории отечественных продуктов, и, разумеется, спроса на них со стороны потребителей. Это, в свою очередь, позволит выявлять наиболее эффективных и востребованных производителей продуктов питания и лучших отечественных брендов.

– А как будет реализован механизм покупки товаров по сертификатам в магазинах и торговых сетях?

– Торговое предприятие, которое планирует участвовать в Программе и отпускать товары по электронным сертификатам, подключается к процессинговому центру на основании открытой оферты. В ней содержатся все организационные и технические требования, обязательные для исполнения магазином.

Далее НАППС передает в процессинговый центр перечень продукции (перечень штрихкодов с привязкой каждой позиции к Общероссийскому классификатору продукции, которая подлежит реализации через электронные продовольственные сертификаты). Затем торговое предприятие вправе продавать товары по электронным сертификатам. В момент покупки на кассе, в режиме онлайн, высвечивается сумма баллов (средств) электронного сертификата, идет проверка, какие товары можно списать за средства электронных сертификатов и нет ли среди них «запрещенных».

– А что нельзя покупать по сертификатам?

– Алкоголь, пиво, сигареты, импортные товары. Средства (баллы) с продовольственных сертификатов не могут быть обналичены в банкоматах и не должны накапливаться. По истечении месяца неиспользованные баллы будут сгорать и возвращаться в бюджет финансирования Программы.

– А автолавки и рынки могут участвовать в Программе?

– Объекты розничной торговли всех торговых форматов, то есть сетевые и несетевые магазины, рынки, мобильные, нестационарные торговые объекты вправе участвовать. Единственное требование – они должны подключаться к центральной процессинговой системе на условиях публичной оферты оператора по предложенным правилам. Никаких специальных ограничений, отборов, аккредитаций операторов розничной торговли не предусматривается и категорически не должно допускаться. Принципиально важно обеспечить участие в Программе сельскохозяйственных рынков и малых форматов торговли. Именно через них, как правило, идет сбыт продукции местных мелких и средних сельхозпроизводителей и производителей продуктов питания.

– Махинации возможны?

– Разработан действенный механизм контроля за всеми участниками Программы при их недобросовестных действиях. Для производителей, задекларировавших и реализующих продукцию, которая не соответствует требованиям по локализации, степени переработки, за первое нарушение предусматривается штраф. За повторное – дисквалификация всех товаров нарушителя.

Для торговых организаций, нарушивших правила проведения транзакций с использованием сертификатов, – штраф и дисквалификация организации из Программы. Получатели помощи, физлица, также несут ответственность за попытки обналичивания субсидий и другие махинации с использованием сертификатов. Но закончим беседу на позитивной ноте.

Государство будет иметь возможность дополнительно стимулировать потребление конкретных групп товаров, в том числе из соображений поддержки определенных секторов агропромышленного комплекса. Например, технически возможно направлять держателям продовольственных сертификатов дополнительные целевые баллы, которые можно потратить только на приобретение, к примеру, молочных продуктов, чтобы поддержать соответствующие молочные производства в каком-то регионе или группе регионов.

Россия > Агропром > minpromtorg.gov.ru, 8 февраля 2016 > № 1642215 Виктор Евтухов


Россия. Весь мир > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 12 ноября 2015 > № 1550180 Виктор Евтухов

Виктор Евтухов: мы имеем основания занять нишу между дорогим европейским сегментом и азиатским ширпотребом.

Статс-секретарь — заместитель министра промышленности и торговли РФ Виктор Евтухов в интервью изданию Коммерсант.ru рассказал об отечественных костюмах и одежде для экстремалов, ставке на синтетику и иммунитете легкой промышленности от кризисов.

— Вы сами пользуетесь продукцией российского легпрома? Если да — какой именно?

— Я пользуюсь! У меня никаких предрассудков по поводу бренда «Сделано в России» нет. В костюмах, например, российских марок «Сударь» и «Трувор» ходят многие мои коллеги. Они есть и в моем гардеробе. Другое дело, в силу высокого роста периодически вынужден заказывать себе индивидуальный пошив. С ним, кстати, вполне успешно справляются наши отечественные фабрики.

Но не только в офис или на совещание можно надеть российские марки. В отечественном, как говорится, хоть на полюс, хоть на Эльбрус. У нас неплохо развито производство оборудования и одежды для туристов и экстремалов. Отечественные компании изобретают собственные образцы одежды и обуви в соавторстве со спортсменами, полярниками и альпинистами. Экипировка от российских фирм прошла огромное количество испытаний в самых сложных экспедициях. Сейчас наши компании осваивают такую нишу: производство горнолыжной, сноубордической, велосипедной экипировки.

Мы преуспели и в разработке и производстве домашнего текстиля, который даже экспортируется. За какие-то двадцать лет смогли реанимировать эту подотрасль. Например, в 90-е годы предприятие «Донецкая мануфактура» с огромными долговыми обязательствами было на грани банкротства. Высококвалифицированные специалисты могли оказаться на улице, оставшись без работы. Но нашлись люди, которые вложили не только финансы, но и душу и компетенцию в восстановление мануфактуры. Сегодня результат их усилий налицо. Производство занимает большую долю российского рынка и уже успешно конкурирует с ведущими мировыми компаниями. К слову, в сфере домашнего текстиля у нас вообще достаточно устойчивое положение — около 60% рынка занимают российские предприятия, которые давно уже завоевали любовь российского покупателя. «Камышинский текстиль» из Волгоградской области выпускает пряжу, ткани, постельное белье. Общий оборот — примерно 1,5 млрд рублей.

У нас очень серьезное производство детской обуви. Например, Егорьевская фабрика выпускает продукцию под маркой «Котофей». Показывает ежегодный рост, в год выпускает уже до 2,5 млн пар. В прошлом году в Московской области фабрика построила логистический центр, который призван обеспечить продукцией Москву и ближайшее Подмосковье.

В Вышнем Волочке началось производство флисовых полотен — это миксовка хлопка и синтетики, данная ткань используется для производства спортивной одежды. Компания закупила новое оборудование. С учетом наших климатических условий такой специфический материал для спортивной одежды переходит в повседневный сегмент.

Можно говорить о некоей обнаружившейся специализации на нашем рынке. Поскольку мы северная страна, мы достаточно требовательны к верхней одежде. Уже сейчас появляются компании, которые шьют пуховики, изготавливают «начинку» для них. Существуют компании, работающие как на премиум-класс, так и на масс-маркет. Так, компания «Баск» выпускает отечественные пуховики, которые уже способны составить конкуренцию известной во всем мире марке Canada Goose. Ксения Чилингарова — дочь известного исследователя Арктики — создала свой бренд Arctic Explorer. Она производит жилеты и пуховики. Так называемые невесомые куртки — их изготавливают из лебяжьего пуха.

А вот компания «Весь мир» Евгения Котова изготавливает синтетические утеплители. Шелтер - это инновационный утеплитель из ультратонких волокон. Он используется как в гражданских, так и в военных целях. Думаю, что в таких куртках точно наши граждане не замерзнут, поскольку утеплитель на основе этого материала используется даже для строительства жилья.

В нашей стране и в советское время существовали многолетние традиции в области швейного и текстильного дела, и сегодня мы имеем все основания занять нишу между достаточно дорогим европейским сегментом и азиатским ширпотребом. Это можно сделать, с одной стороны, через реализацию собственных проектов, поддерживая и развивая отрасль, а с другой — создавая условия для локализации иностранных производителей.

— При этом российские дизайнеры за рубежом — это иногда яркие, но практически никогда не прибыльные истории. А в России даже те марки, которые принято считать отечественными, всячески маскируют свои бренды под иностранное звучание. С трудом представляю, как у нас можно сделать аналог продвижения японского легпрома Cool Japan или испанского — «Инвестируй в Испанию», если люди просто стесняются российской одежды и обуви.

— Я бы здесь с вами не согласился. Минпромторг провел социологическое исследование. Оно показало, что у российских производителей на данный момент есть все возможности завоевать доверие целевой аудитории. Об этом свидетельствуют социологические опросы, которые показали, что более 65% опрошенных положительно оценивают ассортимент российских товаров легкой промышленности. По данным исследования, 30% реципиентов выбирают российское, руководствуясь доступной ценой на изделие. Для 22% опрошенных причиной покупки российской одежды служит «потребительский патриотизм».

— Политическая ситуация накладывается?

— Это уникальное явление. В условиях довольно жесткого международного обострения мы наблюдаем интересный эффект: покупатели принципиально останавливают свой выбор на российских товарах, в том числе, на мой взгляд, демонстрируя проявление национального самосознания. Мы наблюдаем интересную метаморфозу. Стереотип, который достаточно долго владел умами российских покупателей, что импорт более качественный, более модный товар, кажется, начинает меняться.

Результаты нашего исследования показывают, что у российских граждан уже нет предубеждения к отечественным товарам. Более того, особым интересом и спросом пользуются товары, на которых подчеркнута их принадлежность к нашей стране: либо триколором, либо надписью «Россия», либо Russia, кому как больше нравится. Приведу пример. Коллекция «Армия России», представленная на Неделе моды Mercedes-Benz Fashion Week Russia, произвела фурор.

Хотя, конечно, представления многих граждан о российской индустрии отчасти основаны на стереотипах, которые вы сейчас описываете. Действительно, многие марки не афишируют свое российское происхождение. Например, далеко не все знают, что такие достаточно известные бренды, как Ralf Ringer, Giotto и Gloria Jeans, созданы российскими компаниями и производятся на российских фабриках. Внутренняя установка, что у нас ужасное качество — лучше импортное покупать, действительно осталась с советских времен. Тогда модно было щеголять в иностранном. Очевидно, что нам и вам, журналистам, предстоит серьезная работа по продвижению российских марок и развенчанию сложившихся стереотипов. Но ситуация уже меняется.

В прошлом году Минпромторг, например, провел большой проект #OpenRussianFashion.

На мой взгляд, мы нашли удачное название «Открой российскую моду». Этот проект направлен на продвижение российских брендов за рубежом. Программа стала первым подобным опытом в истории российской моды. Основная цель проекта #OpenRussianFashion — помочь молодым талантам преодолеть границы российского рынка, демонстрируя высокий уровень качества и креативности российской моды, а также открыть российским производителям новые рынки сбыта.

Среди последних мер Минпрома — продвижение интернет-портала в качестве коммуникационной площадки участников отрасли и потребителей, где предусмотрен раздел виртуального шоу-рума производителей: www.rustekstile.ru.

Чтобы закрепить установку, что российское значит качественное и современное, в массовом сознании, в Минпромторге решили утвердить специальный «Знак качества». Им будут маркироваться все товары, прошедшие систему подтверждения качества. Для потребителей это станет сигналом для покупки, который будет означать, что они покупают качественную продукцию, поддерживают российского производителя и защищены от покупки контрафактных товаров.

Потребность в формировании новой системы уже давно назрела как среди потребителей, так и производителей. Идея ее создания поддержана крупнейшими объединениями отрасли. В этом году «Знак качества» будет присвоен детской обуви, трикотажному и нательному белью для новорожденных и детей ясельного возраста, махровым полотенцам и одеялам. В перспективе — это создание стандартов качества для одежды и обуви.

— Можно ли говорить о неких экспортных амбициях российской легкой промышленности?

— Внешний рынок более перспективен для высокотехнологичной продукции, такой как технический текстиль и нетканые материалы. Существует большой сегмент технической продукции для нужд медицины, автомобиле-, авиа- и судостроения. Сейчас на этот рынок приходится порядка 30% продаж отрасли. За последние пять лет объем производства нетканых материалов в нашей стране вырос в восемь раз. Как показывает опыт, на рынке ЕС, особенно Германии, технический текстиль в целом дает 50% роста отрасли.

Рынок легкой промышленности в России — второй после продовольственного, его объем — около 3 трлн рублей. Однако отечественной продукции на нем пока не больше трети. Как повлиял кризис на ситуацию в отрасли?

Экономический кризис привел к падению спроса на товары легкой промышленности как со стороны населения, так и в секторе b2b и, как следствие, вызвал снижение объемов производства предприятий текстильной и легкой промышленности. Отрицательная динамика пока сохраняется в секторах производства, которые напрямую ориентированы на потребительский рынок.

Приведу неприятную статистику. По данным торговых сетей, падение потребительского спроса только на легпром за первую половину 2015 года в натуральном выражении составило 30–35%. Во-вторых, наблюдается переориентирование спроса на продукты питания, в-третьих, падение спроса со стороны смежных отраслей, в-четвертых, есть системная проблема с привлечением кредитных ресурсов. В-пятых, высокая зависимость от импортного сырья и материалов, в-шестых, высокая доля незаконного оборота.

Хотелось бы отдельно остановиться на причинах, которые привели к подобному положению в отрасли.

Поставщики сырья и материалов перешли на 100% предоплаты. Это привело к кассовым разрывам и повлекло необходимость дополнительно привлекать кредитные ресурсы на пополнение оборотных средств. В ситуации, когда 90% приобретаемого оборудования — импортное, остро встал вопрос о доступности кредитных средств для технического перевооружения и модернизации производства.

Больше всего от кризиса пострадала швейная подотрасль — по итогам работы за девять месяцев падение производства к аналогичному периоду прошлого года по разным видам продукции составило от 10–20% (костюмы, пальто, плащи) до 50–70% (куртки, платья, комбинезоны).

Но давайте не будем посыпать голову пеплом. У нашей отрасли за последние десятилетия в целом сформировался иммунитет к любому кризису. Российский легпром переживал и не такие времена: у легкой промышленности отнюдь не легкая судьба. Вспомните, что еще десять лет назад о российском легпроме вообще не было и речи. Отрасль сильно пострадала от спада отечественной экономики в 80–90-х годах. Многие фабрики разорились, некоторым показалось выгоднее сдавать помещения под офисы в аренду, чем продолжать производство. С прилавков исчезла российская продукция, магазины оккупировал ширпотреб из Юго-Восточной Азии. С тех пор уже много воды утекло, а картина значительно изменилась: товары российского легпрома пользуются массовым спросом.

Кроме того, полагаю, что те меры поддержки, которые инициировал Минпром, смогут качественно изменить ситуацию в отрасли, а также реанимировать легпром во время этого кризиса.

Например, к концу третьего квартала этого года мы начали выходить из зоны турбулентности, и интенсивность падения производства ослабла. Текстильное и швейное производство, как и производство кожи и изделий из нее, просело на 14%, тогда как по итогам первой половины года снижение составляло более 17%.

Наши швейные фабрики, не имея собственных идей, часто вынуждены работать по «давальческой» схеме, упуская значительную часть маржи — как в свое время, скажем, алюминиевые заводы. Что нужно сделать, чтобы вырваться из этого порочного круга?

После распада СССР мы потеряли нашу сырьевую базу. Производство хлопка осталось в бывших советских республиках. Сегодня хлопчатобумажные ткани производятся из 100% импортного хлопка, доля импорта химических волокон и нитей и шерстяного сырья составляет более 60%, меньше всего импортируется льна (30%) и кожи (10,8%).

В России спрос на химические волокна в среднем выше производства на 70%. При этом мы импортируем тканей с содержанием полиэфирных волокон и нитей на общую сумму 631,9 млн долларов.

Для того чтобы в целом поменять ситуацию, мы запускаем ряд инновационных проектов по производству синтетического волокна.

Несмотря на то, что сейчас большинство видов синтетических тканей импортируется, сделан большой задел для создания собственного производства. В частности, речь идет о масштабном проекте по выпуску тканей из синтетических волокон в городе Шахты Ростовской области. По имеющейся у нас информации, комплекс высокотехнологичного производства готов на 90%.

Поскольку Россия является лидером в добыче углеводородов, мы имеем большие шансы добиться успеха по развитию производства химических волокон и нитей на территории нашей страны, в том числе за счет развития производственной цепочки в высоких переделах нефтехимического комплекса.

Несмотря на то, что производство химических волокон и текстильное производство идут рука об руку, примеров глубокой интеграции между производителями химических волокон и нитей, а также производителями тканей и трикотажа не так много. В России примером служит интеграция «Куйбышевазот — Курскхимволокно — Балтекс»: одни производят сырье, другие производят полиамидные волокна, а другие выпускают ткани из них. Такой вид объединений, помимо значительного снижения себестоимости продукции и повышения ее ценовой конкурентоспособности, облегчает обмен научно-технической информацией и способствует успешной разработке и внедрению новых технологий.

К сожалению, в России практически не выпускаются ткани для производства модной одежды. Этот сегмент наиболее рисковый и требующий постоянной смены ассортимента, при этом стабильности заказов здесь также ожидать не приходится, а следовательно, для текстильных комбинатов более выгодно работать с крупными заказчиками, производящими спецодежду или работающими в рамках госзаказа.

Чтобы производить востребованный модный ассортимент, необходимо иметь хорошее качественное сырье, современное оборудование и грамотных квалифицированных специалистов. Текстильные комбинаты — достаточно капиталоемкие производства, и средств для их переоснащения требуется намного больше, чем, например, для создания швейной фабрики. Поэтому процесс появления предприятий, производящих модные ткани, пока идет менее активно.

Если говорить о тенденциях, инновационная часть легкой промышленности — это синтетическое волокно и технический текстиль. Он востребован практически всеми предприятиями экономики страны. В целом же, возрождение текстильной и легкой промышленности возможно только через воссоздание собственной сырьевой базы на фоне постоянно дорожающего натурального сырья (хлопок, шерсть, лен).

— Многие страны поддерживают своих производителей. Делают это по-разному: от полного запрета на использование импортных материалов в Белоруссии до законодательного регулирования всех нюансов торговли в США. Какую поддержку государство оказывает и планирует оказывать российскому легпрому?

— Одной из таких мер поддержки является предоставление предприятиям отрасли субсидий по кредитам на закупку сырья и материалов.

Эта мера является наиболее важной для легкой промышленности. Доля кредитных средств, используемых на закупку сырья и материалов, в общем объеме кредитов колеблется от 50 до 85%. Кроме того, производство имеет резко выраженный сезонный характер. В низкий сезон складские запасы позволяют предприятиям выравнивать производственный поток, сохранять стабильный уровень числа рабочих и оплаты их труда. При фактическом отсутствии доступа к «дешевым» деньгам субсидии по кредитам на сырье позволяют предприятиям чувствовать себя более уверенно и реализовывать продукцию по конкурентоспособной цене.

Минпромторгом России сформирован перечень предприятий, оказывающих существенное влияние на развитие промышленности. Предприятиям, включенным в указанный перечень, предоставляются субсидии на выплату процентов по кредитам на оборотные средства на сумму до 70% ставки рефинансирования ЦБ. В настоящее время данную субсидию получили 24 предприятия легпрома.

В целях активизации инвестиционной деятельности все импортное оборудование для легкой промышленности освобождено от ввозных пошлин и НДС, осуществляется субсидирование процентных ставок по кредитам, взятым на реализацию проектов по техническому перевооружению и инвестиционным проектам.

В марте этого года приказом министра утвержден план по импортозамещению в легкой промышленности. План распространяется на сектор поставок по гособоронзаказу, сектор поставок для государственных и муниципальных нужд и сектор товаров повседневного спроса.

Пожалуй, самый действенный инструмент, который мы в ближайшее время сможем использовать для реализации инвестиционных проектов, — это Фонд развития промышленности. По нашей инициативе в рамках фонда разработана и принята специальная программа финансирования проектов, а именно: увеличена предельная величина суммы займа с 300 млн до 500 млн руб. Целевой объем продаж должен составлять не менее 50% суммы займа. До этого решения действовала минимальная фиксированная сумма — 500 млн рублей. Предельная доля допустимых расходов на технологическое оборудование, включая пусконаладку, увеличена с 50 до 80%.

В августе 2014 года подписано постановление правительства Российской Федерации № 791 «Об установлении запрета на допуск товаров легкой промышленности, происходящих из иностранных государств, для целей осуществления закупок для обеспечения федеральных нужд и дополнительного требования к участникам закупок таких товаров».

Постановление правительства устанавливает запрет на поставку товаров легкой промышленности, изготовленных из иностранных материалов и полуфабрикатов, в рамках осуществления госзакупок.

В рамках высокой капиталоемкости рынка легкой промышленности абсолютно логичными становятся приоритеты государства по развитию собственного производства, увеличению доли товаров, произведенных в Российской Федерации. Чтобы поддержать наших производителей, мы готовы гарантировать им определенную долю рынка. Речь идет о государственном заказе. На мой взгляд, государственные нужды должны обеспечиваться за счет российской промышленности. Рост спроса на российский легпром будет способствовать и росту производства, что повлечет увеличение налогооблагаемой базы, расширение производства и создание новых рабочих мест. При этом будет продолжена работа по внедрению новых научных разработок, позволяющих повысить качество продукции и продлить срок ее службы, что также приведет к экономии бюджета за счет сокращения количества закупок в долгосрочном периоде.

По информации экспертов, благодаря принятию постановлений правительства Российской Федерации № 269 и № 791 доля материалов стран — членов Таможенного союза, поставляемых для силовых ведомств страны, увеличилась с 30% в 2011 году до 83% в 2015 году. В 2015 году тенденция по увеличению доли материалов производства стран ЕАЭС, используемых для производства вещевого имущества, сохраняется и по прогнозам составит около 85–90%.

Безусловно, нынешние экономические реалии диктуют свои условия производителям. В жестких условиях кризиса именно повышение конкурентоспособности, модернизация производств и создание новых производственных мощностей будут способствовать завоеванию прочных рыночных позиций и станут залогом эффективного экономического развития в перспективе. А мы со стороны государства постараемся принять все возможные меры поддержки для интенсификации этого процесса.

Россия. Весь мир > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 12 ноября 2015 > № 1550180 Виктор Евтухов


Россия. Весь мир > Таможня > minpromtorg.gov.ru, 26 октября 2015 > № 1535336 Виктор Евтухов

Виктор Евтухов рассказал о работе комиссии по противодействию незаконному обороту промышленной продукции.

Согласно данным созданной недавно в России межведомственной комиссии по противодействию незаконному обороту промышленной продукции, доля незаконно ввезенного и произведенного товара на территории нашей страны — 35%. Из-за этого казна недополучает миллиарды рублей, диспропорции уродуют целые отрасли экономики, зато в выгодном положении оказываются мошенники разного калибра. Замминистра промышленности и торговли РФ Виктор Евтухов в интервью «Огоньку» рассказал о том, как государство борется с нелегальным ввозом товаров.

— Почему вопрос о незаконном производстве и ввозе товаров на территорию страны стал обсуждаться на межведомственном уровне? Не хватало координации?

— У нас есть несколько ведомств, которые обладают контрольно-надзорными полномочиями в этой сфере,— это и Федеральная налоговая служба, и Федеральная таможенная служба, и Роспотребнадзор, и Россельхознадзор, и МВД, и ряд других. Безусловно, координация между ними существовала, но ее недостаточно. Именно поэтому еще в начале этого года президентом Российской Федерации было принято решение о создании государственной комиссии по противодействию незаконному ввозу, производству и обороту промышленной продукции. Государственную комиссию возглавляет руководитель нашего министерства Денис Мантуров, но в нее входят первые лица практически всех министерств и ведомств. Собственно, в России существует всего три межведомственных института такого уровня — это антинаркотический комитет, антитеррористический комитет и наша госкомиссия. Отсюда понятно, какое внимание уделяется проблеме незаконного оборота продукции, какой урон этот теневой сектор экономики наносит России. Должен отметить: на уровне регионов созданы свои комиссии по противодействию незаконному ввозу и производству товаров, и их возглавляют руководители субъектов РФ.

— А почему все это административное громадье возникло в начале этого года, а не тремя или, скажем, пятью годами раньше? Поскольку сюжет наверняка существовал и прежде, напрашивается очевидный вывод: это связано с текущими событиями, с санкциями и контрсанкциями. Правильно напрашивается?

— Конечно, особое внимание к этой проблеме связано с той турбулентностью, которую мы сейчас переживаем. В условиях импортозамещения, когда мы стараемся максимально поддержать своих производителей во всех отраслях, странно было бы не озаботиться их защитой от нелегального импорта и других видов недобросовестной конкуренции на отечественном рынке. С другой стороны, понятно, что проблема возникла не вчера. Непрозрачность в этой сфере накапливалась, и хорошо, что комиссия начала свою работу. Пока прошло только два заседания, третье запланировано на декабрь, но мы уже активно взялись за решение этих проблем, рассматриваем актуальные вопросы и вырабатываем конкретные решения. Во всяком случае у комиссии есть очень важные полномочия: если проект нормативно-правового акта одобрен на заседании, в разы упрощается процедура его согласования. Это важно. Когда мы говорим о проблемах с координацией, то надо учитывать, что у нас зачастую нормативные акты согласуются годами: пока в одном министерстве рассмотрят и проанализируют, пока в другом... А здесь все одобряется первыми лицами, соответственно, на стадии прохождения документа проблем не возникает.

— Комиссия в первую очередь занимается незаконным оборотом товаров легкой промышленности?

— Она занимается всей промышленной продукцией. Здесь и авиация, и фармацевтика, и производство продовольственной продукции, и автопром, и многое другое. Потому что проблемы есть везде. Просто везде они имеют свои особенности. Соответственно, на базе комиссии созданы рабочие группы по отраслям, которые к каждому заседанию готовят свои предложения по изменению нормативно-правового регулирования.

— Какие проблемы характерны для разных отраслей?

— Для начала полезно разобраться с тем, что подразумевается под незаконным ввозом, производством и оборотом товаров. Для многих граждан, да и экспертов тоже, контрафакт и нелегально произведенная или ввезенная продукция — это одно и то же. Однако здесь есть разница. Контрафакт — это лишь часть проблемы, она касается защиты авторских, интеллектуальных и других прав на какой-либо бренд. Известный пример контрафакта — дамские сумочки якобы люксовых марок, продаваемые в переходах метро. С точки зрения безопасности страны в целом и каждого отдельного гражданина в частности пугают больше не сумочки, а контрафакт в авиации и автопроме, где подделка известных брендов угрожает безопасности. Кроме контрафакта есть фальсификат — это товар ненадлежащего качества, производство и распространение которого — экономическое преступление, связанное с введением потребителей в заблуждение. Характерный пример — добавление пальмового масла в продукты. Производитель не пишет об этом на этикетке, а товар становится более конкурентоспособным из-за своей дешевизны. Проблема с фальсификатом затрагивает прежде всего продовольственную сферу и сферу оборота лекарств. Есть еще незаконное производство и оборот товаров, когда применяются разнообразные мошеннические схемы для уклонения от уплаты налогов и прочее, такое может встречаться во всех отраслях. Наконец, основная проблема — незаконный ввоз товаров в страну. Он связан с неуплатой таможенных платежей, вследствие чего импортная продукция оказывается более конкурентоспособной на отечественном рынке, чем наша. Эта проблема сильнее прочих затрагивает легпром. Вот всем комплексом этих проблем и занимается комиссия.

— Незаконный ввоз — это, собственно, контрабанда?

— Ну да. А как еще назвать ситуацию, когда фирма занижает инвойс, или счет-фактуру, с целью минимизации таможенных платежей и провозит дорогостоящую продукцию, или под видом одних товаров провозит другие... Что это как не контрабанда? Между тем относительно промышленной продукции в законодательстве отсутствует понятие «контрабанда». Такие вещи называются, например, «недостоверным декларированием товаров», и наказания за них полагаются, по сути дела, смешные. Ты ввез товар, задекларировал его ненадлежащим образом. Если тебя на этом поймают, в большинстве случаев наказание ограничится административным взысканием в виде штрафа и доплаты недостающей суммы таможенных платежей. После этого товар можно везти дальше. А в отдельных случаях товар может быть возвращен экспортеру через процедуру реэкспорта, что позволит вообще избежать каких-либо санкций. Получается, что ты по большому счету ничем не рискуешь: попробовал — если повезло, провез. Не повезло — доплатил. Иными словами, не жесткий порядок и ответственность за нарушения, а так... немного адреналина. Все это создает условия для того, чтобы недобросовестные дельцы себя чувствовали относительно вольготно. Поэтому мы работаем над тем, чтобы распространить ответственность за контрабанду для всей промышленной продукции.

— Вы думаете, что ужесточение наказания поможет решить проблему?

— Суть не в том, чтобы всех взять и посадить в тюрьму. Идея в том, чтобы повысить финансовую ответственность фактических контрабандистов и максимизировать их риски утраты товаров. Ведь они наносят колоссальный урон нашей экономике. Я могу сказать, что, например, теневой ввоз обуви, по данным Российского союза кожевников и обувщиков, составляет порядка 20%, а детской — до 60%. А по данным Российского пушно-мехового союза, в их отрасли уплачивается всего 16% таможенных платежей, которые подлежат оплате. Я не представляю даже, под какими тогда кодами ввозятся меха... Под видом туалетной бумаги разве что. Непрозрачность поставок — наша давняя проблема: много незадекларированных грузов идет из Китая, Бангладеш, Турции, Польши и, к сожалению, из Казахстана. С учетом того что в легпроме импорт составляет 70% рынка, понятно, какое давление испытывают наши производители.

— И так во всех отраслях?

— В принципе, доля незаконно произведенного и ввезенного товара в нашей стране, по данным разных ассоциаций, которые собирает наше министерство, составляет 35% всего рынка. Вот смотрите, если говорить о легпроме: объем рынка в прошлом году составил 2,7 трлн рублей. Это значит, что из-за действий недобросовестных производителей, контрабандистов и жуликов всех мастей и так далее страна не видит 910 млрд рублей в год только в одной этой отрасли. Это колоссальная сумма.

— Какие меры госкомиссия может предложить, чтобы изменить ситуацию, по-видимому, ухудшавшуюся годами?

— Наша главная идея — это введение сплошной маркировки товаров на территории Таможенного союза. С ее помощью весь комплекс проблем, связанный с контрафактом, фальсификатом, незаконным ввозом, решается одновременно. Уже инициирован пилотный проект маркировки, который поддержали все ведомства: с апреля следующего года будем маркировать меховые изделия на территории Евразийского экономического сообщества. Сейчас ведется работа по созданию механизма маркировки товаров контрольными (идентификационными) знаками с применением электронного чипа — RFID (Radio Frequency Identification). Такой электронный чип смогут получить только те товары, которые произведены на легальных предприятиях или ввезены на территорию союза с соблюдением всех таможенных процедур. Соответственно, выявить контрафактные и «серые» товары будет значительно легче. Ведь появление такой системы позволит обеспечить прослеживание движения подлинного товара на всех этапах от производства или ввоза на территорию ЕАЭС до момента продажи конечному покупателю. Это позволит упорядочить оборот товаров на внутреннем рынке ЕАЭС, минимизировать ущерб от незаконного оборота таких товаров, упростить контроль и надзор, а также повысить уровень общественного контроля. Скажем, если покупатель видит в магазине немаркированный товар, он тут же может понять: это незаконно произведенная или незаконно ввезенная продукция, она запрещена к продаже. И, проявив гражданское сознание, сообщить об этом.

— И какие кары обрушатся на владельца магазина?

— По крайней мере штрафы. И, конечно, изъятие немаркированного товара и его уничтожение. Очевидный плюс предлагаемой системы — удобство в применении. Любому контрольному ведомству, поймавшему компанию на реализации или перевозке немаркированного товара, не составит труда привлечь ее к ответственности. Сразу все ясно — один знак на все. Тут уже не нужно проверять массу документации, смотреть, как и что ввезено: легально или нет, уплачены ли пошлины, есть ли сопроводительные документы и отметки, подлинные ли они...

— А сами маркировочные чипы не нужно будет проверять на подлинность?

— Их будет гораздо проще проверить. Органом, отвечающим за маркировку, является Федеральная налоговая служба: в последние годы она взяла на вооружение самые современные технологии, далеко продвинулась в борьбе с фирмами-однодневками, с отслеживанием движения товаров, уплаты налогов. У них есть отличный софт, позволяющий за несколько кликов получить всю информацию о конкретной фирме — кто ее поставщик, кто потребитель: сразу становятся видимыми «серые» зоны. Думаю, с разработкой современной технологии маркирования проблем не возникнет.

— А какова будет процедура изъятия немаркированного товара? Его, как и санкционные продукты, станут уничтожать?

— Понятно, что всю систему с изъятием товаров необходимо упростить. Сейчас она чрезвычайно затруднена. Сначала товар изымается, возбуждается административное или уголовное производство, этот товар долго хранится, потом принимается решение суда: конфисковать его и обратить в государственную собственность, тут уже подключается Росимущество, ищет место на складах, чтобы разместить товар, проводит экспертизы... Проходит очень много времени. Поэтому мы сейчас в тесном взаимодействии с нашими коллегами из профильных министерств и ведомств, прежде всего с Росимуществом, дорабатываем упрощенную процедуру уничтожения товаров, в отношении которых судом установлен факт незаконного оборота, в том числе за счет собственника. В случае с немаркированными товарами это будет сделать просто, поскольку доказательства их незаконного ввоза или производства будут сразу на виду. Возможно, с такими категориями товаров мы будем просить разрешения действовать так же, как и с санкционной продукцией: через указ президента, минуя решение суда.

— Скажите, поддерживают ли ваши идеи коллеги по Таможенному союзу?

— Они согласились ввести маркировку на меховые изделия, что уже можно считать прогрессом. Но если кто-то из наших партнеров по Таможенному союзу после реализации пилотного проекта не захочет или будет неспособен ввести маркировку на другие виды товаров, мы примем соответствующее решение сами, введем ее только на территории РФ. Сейчас на высшем уровне, под руководством первого вице-премьера РФ Игоря Шувалова, обсуждается предполагаемый список товаров, подлежащих маркировке.

Россия. Весь мир > Таможня > minpromtorg.gov.ru, 26 октября 2015 > № 1535336 Виктор Евтухов


Россия > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 2 сентября 2015 > № 1477880 Виктор Евтухов

Виктор Евтухов: Все больше ребят носят красивую и удобную форму российского пошива.

Год назад все ученики страны должны были надеть школьную форму. Этого требовала поправка, внесенная Госдумой в закон «Об образовании». И вот прошел год. В День знаний большинство учеников вышли на линейки в красивой, удобной, современной одежде. Во многом это заслуга Министерства промышленности и торговли, сделавшего немало для того, чтобы детский гардероб пополнили стильные, здоровые и недорогие вещи, пишет «Комсомольская правда Москва». Но немало предстоит и сделать. Об этом в интервью изданию рассказал статс-секретарь – заместитель министра промышленности и торговли Виктор Евтухов.

– Виктор Леонидович, как сейчас обстоят дела? Ведь действительно удалось одеть многих школьников!

– Удается. Может быть, не такими быстрыми темпами, как мы надеялись год назад. Оно и понятно – сложности в экономике. Но главное, что удалось сделать, – изменить мнение родителей. Еще пару лет назад введение школьной формы наталкивалось на сопротивление родителей. Они помнили советскую форму. И, видимо, не у всех от этого остались приятные ассоциации.

Сегодняшние модели и единообразную форму времен Советского Союза сравнивать не стоит. То, что предлагают наши предприятия, – это модно, стильно, молодежно, удобно, современно, безопасно. Это с одной стороны.

С другой – оказалось, форма – это помощь семье в период объективных трудностей, возникших в нашей экономике. Теперь ребенка стало проще готовить к школе. Во-первых, есть утвержденный школой фасон.

Во-вторых, родители знают, где можно купить комплект одежды.

В-третьих, покупка формы требует меньше затрат, чем приобретение перед 1 сентября разнообразного гардероба. Тем более форма, которую шьют отечественные производители, качественна и безопасна для здоровья.

РЕГИОНЫ ПОДДЕРЖИВАЮТ

– Но если так обстоят дела, почему все-таки многие школы вводят дресс-код, а не переходят на форму?

– Процесс идет. Вот смотрите: в Брянской области пошли на то, чтобы за счет местного бюджета первоклассникам малообеспеченных семей бесплатно выдавать школьную форму. Одно дело, когда подросток ни разу не надевал форму, и вдруг от него требуют: «Завтра в класс в пиджаке и классических брюках». Совсем другое, когда дети с первого класса привыкают ходить в удобной и красивой форме.

На Алтае, например, открыли большой оптовый склад, где собирается школьная форма от российских производителей. Сюда может прийти директор школы вместе с родителями, выбрать то, что понравилось, и договориться о закупке. Да и магазинам наличие таких центров значительно облегчает работу по поиску ассортимента...

В Тамбове уже три года подряд во время весенних каникул проводят выставки-ярмарки школьной формы и спортивной одежды. Участвуют в них не только местные производители, но и фабрики, например, из Липецка и Москвы. На такую ярмарку приходят тысячи родителей!

По нашим данным, около сорока регионов активно используют выставки-ярмарки школьной формы. И это дает результаты.

– Но все-таки кризис сказывается на швейниках?

– Ситуация непростая. Семьи вынуждены расходовать деньги осторожнее. Но говорить об общем кризисе в отрасли не стоит. Те предприятия, которые выпускают красивую и недорогую одежду для детей, и сегодня развиваются, демонстрируют конкурентоспособность. В этом году впервые основным каналом сбыта готовой продукции стали прямые поставки формы школам – они составили 38%. Школам и производителям удалось наладить взаимодействие. От этого выиграли все: у потребителей появилась возможность покупать форму без торговой наценки, а предприятия смогли заранее спланировать объем производства продукции на сезон. 60% производителей школьной формы вышли за пределы своих регионов и успешно продают продукцию в других областях и республиках.

Постепенно повышается доля использования отечественных тканей в производстве формы. По нашим данным, российские материалы при ее пошиве так или иначе используют 44% производителей. Отдельный пример – школьная форма предприятий текстильного холдинга «БТК-групп», которая шьется из тканей Брянского и Свердловского камвольных комбинатов. Причем ее изготавливают на новейшем инновационном оборудовании. За процессом следят компьютерные системы. Окончательная отделка изделий производится на оборудовании, выполненном специально по заказу «БТК-групп». Поэтому качество формы, которую здесь шьют, на уровне лучших европейских образцов.

СЕРЫЕ СХЕМЫ

– Виктор Леонидович, по данным Союза производителей школьной формы, у нас только 35 процентов учеников носят форму российского производства. Велика доля и серых поставок...

– Сегодня существует обилие незаконно ввезенной и произведенной продукции. Поэтому для нас основное направление поддержки отечественного производителя – борьба с незаконным производством и с незаконным оборотом продукции легкой промышленности. В соответствии с указом президента образована Государственная комиссия по противодействию незаконному обороту промышленной продукции, при которой действует рабочая группа по легкой промышленности. Мы координируем свои усилия с МВД, Роспотребнадзором, Федеральной таможенной службой, чтобы целенаправленно выявлять точки распространения контрафакта, вводить меры противодействия незаконному обороту.

– Например?

– Первое – введение системы маркировки. Будет введена система идентификации, которая позволит отследить товар – проверить, кто производит, какими путями он попадает на рынок, отсечь попадание незаконного товара в розницу, а также определить непосредственно изготовителя контрафакта.

Второе – усилить контроль Роспотребнадзора за соблюдением технического регламента производства.

– Я знаю, что швейникам не хватает оборотных средств...

– Чтобы наши предприятия могли свободно ориентироваться на рынке, у них должен быть достаточный запас финансовой прочности. Нужно успеть вовремя закупить сырье. Форма – это ведь сезонный товар. Ее начинают покупать в конце весны и летом. Осенью и зимой она не продается. Значит, нужно привлечь кредиты.

К сожалению, наша отрасль для банков пока непривлекательная. Она признана очень рисковой.

Поэтому мы со стороны государства субсидируем процентные ставки по кредитам на сезонные закупки сырья и материалов, организуем взаимодействие с банками.

Мы серьезно занимаемся повышением конкурентоспособности отечественной продукции. За счет чего этого можно достигнуть? За счет модернизации оборудования, проведения инвестиционных проектов. Уже создан и действует Фонд развития промышленности, который на льготных условиях предоставляет займы. При этом большая часть денег может пойти на закупку оборудования.

Реализуется программа по импортозамещению. Развиваются индустриальные парки. В одном из них – в Пикалево Ленинградской области – будут и швейные предприятия.

– Виктор Леонидович, если уж речь зашла о поддержке наших школьников, то ведь не только форма нужна им для успешной учебы...

– Конечно. Мы уделяем внимание и развитию сегмента школьно-письменных принадлежностей. Количество российских канцелярских товаров на прилавках медленно, но увеличивается. Примерно на 2% в год. Можно сказать, что российские производители тетрадей научились делать хорошую продукцию, которая ни в чем не уступает импортной. А по стоимости она намного дешевле. Мощности российских предприятий в состоянии обеспечить собственный рынок тетрадей.

С производством пишущих принадлежностей дела не так хороши. У нас выпуск ручек пока происходит в основном на уровне «отверточной сборки». Хотя и тут есть исключения.

А вот рынок товаров для творчества – гуаши, акварели, пластилина – наш. Лидеры на нем – отечественные ОАО «Гамма» и ПК «Луч». Их совокупная доля составляет около 70% рынка. Проект «Гаммы» в 2014 году выиграл на конкурсе приоритетных предприятий, проводимом Минпромторгом в соответствии со Стратегией развития индустрии детских товаров до 2020 года. Уже к концу года мы ждем серьезного расширения ассортимента товаров для детского творчества.

МОДЕЛИ ОТ РОССИЙСКИХ ДИЗАЙНЕРОВ

– Ну и популяризация формы...

– Безусловно. На Mercedes-Benz Fashion Week Russia в Москве прошел День школьных коллекций. Специально для него российские дизайнеры подготовили свои коллекции формы для детей.

Провели мы и Всероссийский открытый конкурс на лучшие образцы школьной формы. Победители – производители и дизайнеры страны – получили возможность продавать свою продукцию во флагманских магазинах сети «Детский мир».

Такие конкурсы, на которые съезжаются модельеры, дизайнеры, представители торговых сетей и производители, помогают наладить взаимодействие между торговлей и промышленностью, стимулируют закупать товары у отечественного производителя. Ну а кроме того, коллекции, которые показывают тут дизайнеры, «оживают» – запускаются в производство.

Стал популярным портал, созданный Минпромторгом: www.nashaforma.ru. Сейчас на нем представлено 180 производителей формы из разных регионов России. А моделей больше трех тысяч! Здесь можно подобрать нужный фасон, получить всю информацию о том, как приобрести одежду.

Этот портал – как раз пример того, как информационные технологии можно использовать в продвижении российских производителей, сделать доступными родителям и школьной администрации самые широкие возможности при выборе формы. Ситуация явно меняется. И это, думаю, уже заметили родители, которые покупали школьную форму к 1 сентября. Детских товаров отечественного производства стало больше, у них хорошее качество и при этом вполне демократичная цена.

Россия > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 2 сентября 2015 > № 1477880 Виктор Евтухов


Россия > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 29 июля 2015 > № 1445567 Виктор Евтухов

Государство комплексно поддержит народные промыслы.

Золотая вышивка, лаковая роспись, дымковская игрушка – эти и сотни других видов ручного художественного труда будет комплексно поддерживать государство. В России впервые появилась отраслевая стратегия развития народных художественных промыслов до 2020 года.

Документ подписал министр промышленности и торговли Денис Мантуров. Народным умельцам, которых, по официальной статистике, в стране свыше 30 тыс., разрешат продавать свои высокохудожественные изделия без уплаты НДС, снизят страховые взносы, помогут федеральными и региональными субсидиями. Еще одна государственная задача – превращение мест традиционного «обитания» народных художественных промыслов в туристические комплексы национального и международного значения. В России, подсчитали в Минпромторге, таковых свыше 60 мест.

Новую отраслевую стратегию в интервью «Российской Бизнес-газете» прокомментировал статс-секретарь – заместитель министра промышленности и торговли Виктор Евтухов.

– Виктор Леонидович, запланированы ли в бюджете средства на субсидии и дотации предприятиям народных художественных промыслов? Каковы размеры господдержки?

Виктор Евтухов: Субсидирование расходов этих предприятий остается важной мерой поддержки отрасли. В бюджете на 2014, 2015 и 2016 годы заложена сумма в 315 млн руб. Мы выступаем за увеличение объемов субсидирования. В этом году удалось получить дополнительно 50 млн руб. для покрытия расходов предприятий. В перспективе планируем изменить вектор поддержки отрасли народных художественных промыслов от предприятия к мастеру. Может быть, это будут гранты мастерам, имеющим учеников и тем самым обеспечивающим сохранение и воспроизводство исторически сложившихся народных ремесел.

– В стратегии указывается на региональный вектор господдержки. Какие, на ваш взгляд, появляются стимулы у регионов?

Виктор Евтухов: Предприятия, располагаясь на территориях, где исторически сложился и развивается тот или иной народный художественный промысел, есть инфраструктура, сырье, фактически являются градообразующими. В качестве первоочередных антикризисных мер по финансовой поддержке отрасли министерство предлагает правительству включить эти организации в перечень системообразующих предприятий, оказывающих существенное влияние на промышленность и торговлю. А это означает стабильную господдержку.

– Именно работа местных властей в перспективе позволит обеспечить развитие предприятий на бездотационной основе. Каким образом?

Виктор Евтухов: В нескольких регионах: в Рязанской области, в Карелии, Дагестане, других субъектах – созданы специализированные центры народных художественных промыслов. С помощью этих площадок участники рынка координируют формирование экспозиций, организацию торговых точек в областных музеях, библиотеках, клубах, в других культурно-досуговых учреждениях. Включение народных художественных промыслов в образовательные стандарты регионов тоже дает эффект.

– Согласен ли Минфин на понижающие тарифы соцстраха для таких организаций?

Виктор Евтухов: Пока нам не удалось согласовать подготовленный законопроект с Минфином. Тем не менее надеемся, что сможем убедить коллег. Кроме того, есть и другие варианты льготирования, например, введение субсидирования затрат предприятий на уплату страховых взносов.

– Когда в стране может появиться единая информационная система продвижения народных художественных промыслов?

Виктор Евтухов: Единый информационный портал – это следующий виток развития отрасли. Но не следует забывать, что большинство предприятий являются коммерческими организациями, заинтересованными в получении прибыли. И в первую очередь подобная инициатива должна исходить от них самих и их объединений.

– В документе говорится о ежегодных закупках высокохудожественных изделий современных мастеров-ремесленников для государственных нужд – в фонды государственных музеев, в подарочные фонды органов исполнительной власти, для госкорпораций и госкомпаний. Это будет на обязательной основе?

Виктор Евтухов: Министерство выступило с подобной инициативой. Сейчас обсуждаем механизм как на федеральном уровне, так и с органами исполнительной власти регионов.

– Есть ли прогнозные экономические значения по результатам исполнения стратегии? Сколько новых рабочих мест будет создано?

Виктор Евтухов: Рост или снижение рабочих мест не поддается точному прогнозу. Ведь эта сфера объединяет необычайно творческих людей. Тем не менее мы ожидаем увеличения совокупного объема выпуска изделий народных промыслов в денежном выражении, а также роста производства изделий признанного художественного достоинства. Кстати, в 2014 году в России произведено изделий народных промыслов на сумму более 5 млрд рублей.

Россия > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 29 июля 2015 > № 1445567 Виктор Евтухов


Германия. Россия. Весь мир > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 16 июля 2015 > № 1433672 Виктор Евтухов

Виктор Евтухов: российское снаряжение для активного отдыха не уступает западным аналогам.

Статс-секретарь – заместитель министра промышленности и торговли России Виктор Евтухов принимает участие в международной выставке производителей продукции для активных видов отдыха «Outdoor 2015», которая проходит в Германии в городе Фридрихсхафене с 15 по 18 июля.

В преддверии выставки Виктор Евтухов дал интервью ее организаторам:

— Рынок outdoor-продукции в России начал активно развиваться гораздо позже, чем на Западе. Как отечественным производителям удалось совершить этот мощный технологический прорыв? Насколько наши предприятия сегодня конкурентоспособны на мировом рынке? В чем их сильные стороны?

— Действительно, изготавливать специализированную одежду для туризма и экстремальных видов спорта в России начали во второй половине 80-х – начале 90-х годов. В основном это были мелкие предприятия, которые работали исключительно на энтузиазме. Они сами методом проб и ошибок изобретали технологии. Но за два последних десятилетия отечественные производства претерпели очень мощную модернизацию. И сегодня продукт наших outdoor-компаний не уступает по качеству западным аналогам. А цены при этом немного ниже. На российском рынке сейчас работают порядка 150 outdoor-предприятий. Почти половина из них – дистрибьюторы, которые распространяют на территории страны горнолыжную, сноубордическую одежду, велосипедную экипировку, спортивную обувь, туристическое снаряжение популярных западных брендов. Более 30 предприятий занимаются непосредственно производством outdoor-продукции. И примерно 40 компаний обслуживают это производство, выпускают высокотехнологичные, инновационные ткани, специальную фурнитуру. Объем рынка в этом сегменте составляет десятки миллиардов рублей.

Одно из основных конкурентных преимуществ российских производителей – это многолетний опыт. Отечественные компании не копируют уже созданные кем-то образцы одежды и обуви. Они их буквально изобретают в соавторстве со спортсменами, полярниками и альпинистами. Поэтому экипировка, которую выпускают российские фирмы, прошла огромное количество испытаний в самых сложных экспедициях, подверглась научному анализу и была неоднократно модернизирована.

Кстати, не могу не упомянуть знаменитый на весь мир российский гусиный пух, который используют для изготовления сверхтеплой экипировки, рассчитанной на максимально низкие температуры. Российская так называемая пухо-перовая смесь считается лучшей. И этому есть логичное объяснение. Пух отечественной птицы очень крупный и упругий, поскольку она обитает в более суровом климате, нежели ее европейские и китайские сородичи. Его поэтому чаще всего называют «сибирским» и высоко ценят зарубежные производители.

— Спасибо, Виктор Леонидович, а почему outdoor-продукция считается важным рыночным сегментом в экономике любого государства? Это ведь, по большей части, специализированное снаряжение и экипировка, которые не очень нацелены на массового покупателя. В чем значимость этой продукции?

— В большинстве развитых стран активный отдых очень популярен. К тому же компании-производители одежды для экстремальных видов отдыха и туризма всегда считались полигоном для создания новых технологий. К примеру, сверхпрочные, облегченные, морозо- и износоустойчивые ткани появились во многом благодаря outdoor-сегменту. В создании экипировки для военных и снаряжения спасательных подразделений зачастую используются технологические решения, придуманные outdoor-производителями. Это мировая практика с тех пор, как появилась данная индустрия. Специалисты этой сферы, по сути, обладают уникальным опытом и знаниями. С ними нередко консультируются эксперты военной и космической отраслей. А предприятия outdoor-сегмента, в свою очередь, использовали многие технологии космической промышленности. В частности, мембранную ткань, новые сплавы алюминия, сверхсовременные утеплители. Создание подобных технологических решений требует огромных затрат. Окупить их как раз и помогает outdoor-направление. Выходит, что государство, развивая эту отрасль, получает высокотехнологичные производства.

— Один из основных приоритетов российской промышленности сегодня – курс на импортозамещение. Коснется ли это продукции для туризма и экстремальных видов отдыха?

— Естественно, выбранный государством путь коснется всех без исключения сфер экономики. В стороне не останутся и outdoor-компании. Они уже активно включились в процесс импортозамещения. Повторюсь, отечественная продукция для туризма и активного отдыха не уступает по качеству импортной, но более привлекательна по цене на внутреннем рынке. Проблема в том, что массовый потребитель, в отличие от профессиональных спортсменов, военных или спасателей, мало знает об отечественных outdoor-товарах. И мы возлагаем большие надежды на эту международную выставку. Она дает прекрасную возможность российским производителям громко заявить о себе, в том числе и на мировом уровне.

— Можно ли сказать, что организация российского коллективного стенда на выставке «Outdoor-2015» — одна из мер государственной поддержки для отечественных производителей?

— Конечно! Причем с полной уверенностью. Спросите у самих участников Russian Outdoor Village, насколько для них важна поездка. Некоторые компании попали на эту крупнейшую в мире специализированную выставку впервые. Российским производителям, по сути, представился уникальный шанс обменяться опытом с западными коллегами, найти партнеров по бизнесу, новые рынки сбыта, заключить взаимовыгодные контракты.

— Кого бы вы особо выделили из отечественных производителей outdoor-продукции? Можете ли назвать самых сильных игроков на рынке среди представителей этого сегмента?

— Выделять кого-то – дело неблагодарное. Не хочу обижать остальных. Если вы внимательно ознакомитесь с российскими стендами на выставке, вы убедитесь, что каждое из предприятий, приехавших в Германию, считается довольно сильным игроком на рынке. Просто их продукция очень разная. Одни специализируются на высококачественной одежде, другие – на альпинистском снаряжении. У нас в России есть компании, которые шьют одежду для полярников и экипировку для профессиональных экспедиций. Ее можно использовать в условиях максимально низких температур. Одно из отечественных предприятий изготавливает шнур для фри-дайвинга на Северном полюсе. Буквально пару лет назад этот завод, закупив сверхсовременное оборудование, начал производить уникальную по своим свойствам страховочно-спасательную веревку для альпинистов. Их продукция, кстати, сегодня пользуется большим спросом в Таиланде.

— Вы имеете в виду ОАО «Канат» из Коломны? А какие еще отечественные компании активно сотрудничают с западными партнерами? Насколько наши производители сильны как экспортеры?

— Да, это бывшая коломенская канатная фабрика. Старейшее подмосковное предприятие, лидер по поставкам продукции для рыбодобывающих и судоходных компаний во все регионы России и СНГ. 15% его продукции сегодня идет на экспорт. Очень надеюсь, что благодаря этой поездке в Германию доля экспорта на предприятии увеличится еще больше. Компания «Венто», которую мы знаем как официального технического партнера Федерации альпинизма России, тоже активно работает с зарубежными заказчиками. Европейские рынки осваивает и компания «Сивера». Она по праву считается одним из лучших в мире производителей экспедиционной экипировки. Компания «Ред Фокс» уже открыла свои фирменные магазины в трех частях света: Европе, Азии и Америке. Это единственный партнер Gore-Tex в производстве спортивной одежды на территории России. «БАСК» тоже активно торгует с Европой, Канадой и другими странами не только знаменитым гусиным пухом, но и своей качественной, стильной одеждой. Так что наших экспортеров на Западе уже достаточно хорошо знают. Но мы нацелены не только на экспорт.

Российский рынок также заинтересован в появлении новых торговых площадок крупных зарубежных сетей, таких как «Декатлон» и «Адидас». Они обеспечивают солидные налоговые отчисления в бюджет и новые рабочие места. Открытие одного магазина приносит многомиллионные инвестиции в экономику государства. Мы хотим убедить наших западных партнеров в том, что Россия не только отличный рынок для ведения торговли. Наша страна обладает очень мощной производственной базой, высокотехнологичным оборудованием, а также высококлассными специалистами и заинтересована в размещении заказов от крупнейших торговых марок, таких как «Адидас» и «Декатлон».

— Известно, что вы на профессиональном уровне занимались спортом. К тому же возглавляли региональные отделения крупнейших союзов в Санкт-Петербурге: Федерацию гребного спорта, Федерацию горнолыжного спорта и сноубординга, Федерацию хоккея Санкт-Петербурга. А сейчас входите в попечительский совет Федерации хоккея России. Говорят, что вы мастер спорта по академической гребле и, по слухам, имеете черный пояс по боевым искусствам. Если не секрет, лейблы каких производителей на вашей спортивной форме?

— Спорт в моей жизни появился с самого детства, за что благодарен своим родителям, которые отвели меня в первую спортивную секцию. Это было плавание и академическая гребля. После возвращения из армии пару лет играл в регби, занимался боевыми искусствами. Очень люблю сноуборд и горные лыжи. На лед встал, уже будучи зрелым человеком, в то самое время, когда для большинства учеба давно осталась позади. Конечно, я понимал, что высокого технического уровня в этом возрасте добиться невозможно, но к своим тренировкам всегда подходил очень ответственно. И результат не заставил себя долго ждать. Так, весной 2013 года меня выбрали капитаном команды «Невский легион», которая в этом году заняла первое место в Ночной хоккейной лиге. Сейчас регулярно выхожу на лед в хоккейном свитере «Армия России», пошитом, кстати, у нас.

Полагаю, что спорту, а уж тем более туризму все возрасты покорны.

Безусловно, у меня есть как импортная спортивная амуниция, так и отечественная. Ведь у любого итальянца, француза, японца гардероб состоит не только из национальных марок, разделение труда и кооперацию еще никто не отменял.

Кстати, Минпромторг не так давно проводил исследования: сейчас наши покупатели выбирают в пользу «made in Russia», в первую очередь, из-за оптимального соотношения цена – качество.

Германия. Россия. Весь мир > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 16 июля 2015 > № 1433672 Виктор Евтухов


Россия > Госбюджет, налоги, цены > minpromtorg.gov.ru, 20 марта 2015 > № 1326940 Виктор Евтухов

Минпромторг рассказал о грядущих изменениях в торговле продовольствием.

К сентябрю Министерство промышленности и торговли предложит правительству схему поддержки незащищенных слоев населения через продовольственные карты покупателей, возможность введения которых предусмотрена стратегией развития торговли до 2020 года, утвержденной приказом главы Минпромторга. Статс-секретарь – заместитель министра промышленности и торговли Виктор Евтухов прокомментировал в интервью «Российской газете» грядущие новации, среди которых будут и продовольственные ярмарки.

– Виктор Леонидович, что в министерстве подразумевают под продуктовыми картами?

– Главное, не надо их путать с отголоском прошедших времен тотального дефицита, с карточной системой распределения, при которой количество получаемых продуктов нормируется.

Но это и не дисконтная система, при которой предъявитель карты, как в Тульской области, получает при покупке продуктов скидку. В данном случае цели шире, поэтому и механизм иной.

Речь идет о современной безналичной адресной продовольственной помощи населению и поддержке эффективного отечественного товаропроизводителя. Правильнее всего эту помощь называть программой дополнительного питания, причем исключительно свежими скоропортящимися продуктами по образцу food stamps.

– То есть это программа улучшения питания, да?

– Улучшения структуры питания определенным категориям граждан, которые не могут себе позволить приобретать нужное количество здоровых продуктов. В итоге россияне получат возможность вместо дешевых суррогатов покупать свежее охлажденное мясо, вместо восстановленного стерилизованного молока – пастеризованное, вместо консервов – свежий салат и овощи. Не тушенку впрок, не макароны и крупы и тем более не алкоголь.

С одной стороны, это будет система поддержки населения, которая даст людям возможность купить широкий спектр продуктов местного производства. А с другой – поддержка отечественного, прежде всего регионального сельхозпроизводства, продвижение отечественных товаров. С третьей – будет поддержан спрос и ритейл. А это увеличение потребления, а значит, рост экономики.

Таким образом, косвенно получателями субсидий станет и местный продавец, и местный производитель продуктов, и местный животновод, и местный производитель кормов, и местный хлебороб. То есть все звенья экономики региона. При этом стимулируется создание локальных рабочих мест.

– Как практически это может работать?

– Предполагается, что каждый месяц гражданам на обычную расчетную банковскую карту из бюджета будут перечислять некую фиксированную сумму. Сейчас в Кировской области, которая реализует пилотный проект – это 1000 рублей.

В течение фиксированного промежутка времени, например месяца, данную сумму надо потратить. Причем только на свежие скоропортящиеся продукты питания любых российских производителей в любом магазине, который в заявительном порядке подключился к процессингу этой системы. Иначе деньги, точнее баллы, «сгорают». Эти суммы нельзя обналичить, нельзя накапливать. Спиртное из продовольственной «корзины» исключено.

– Вы уже определились со списком продуктов?

– Предполагается, что это будут мясо и мясная гастрономия, в том числе колбасы, молоко и молочная продукция (скорее всего, с небольшими сроками годности, то есть самая свежая продукция), овощи, фрукты, ягоды, хлеб и хлебобулочные изделия (кроме круп, макарон и товаров с длительными сроками хранения). Конечно же, рыба. В Кировской области, например, за период реализации проекта количество продуктов, которые можно купить по карте, удвоилось и на сегодняшний момент их около трех тысяч от 44 местных товаропроизводителей. Довольны все – и производитель, и потребитель, и торговля.

– Где и как можно будет людям получить карты?

– Скорее всего, этим займутся местные органы соцзащиты. Соответственно, социальные службы будут определять и категории населения для оказания такой помощи. Далее банк – участник проекта выпускает и обслуживает продуктовые карты.

– Сколько всего россиян сегодня, по вашим оценкам, нуждаются в социальных продуктовых картах?

– Целевая аудитория прямых получателей субсидии может быть очень широкая, критерии могут быть разными – малоимущие, пенсионеры, многодетные семьи, школьники, студенты и т.д. Здесь должен решать регион.

Сегодня в России до 10 миллионов проблемных семей с детьми, а многодетных семей один миллион. Они нуждаются именно в таком комплексном подходе к их интересам.

Тем не менее к решению проблемы нужно подходить осторожно, без шаблонов и тотального единообразия. Денежные возможности у регионов разные. Кроме того, в каждом регионе своя структура населения и специфика. Объединив все базы данных регионов в одну, можно выявить самых обездоленных и расширить зону продовольственной адресной поддержки.

Опыт с продовольственными картами будет гармонично вписываться в общий государственный антикризисный план.

– Хватит ли денег в бюджете?

– Сейчас мы ведем консультации с заинтересованными ведомствами. Вероятнее всего, деньги будут поступать по двум каналам: из федерального и регионального бюджетов. В Кировской области, как я уже говорил, регион на карту зачисляет тысячу рублей. Если учесть, что половину расходов в прожиточном минимуме составляет продовольственная корзина, то есть 3,5 тысячи рублей, то одна тысяча рублей (почти треть корзины) – весьма ощутимый вид адресной помощи семье.

– Виктор Леонидович, Минпромторг подготовил рекомендации по организации ярмарок в стране. Почему именно их?

– Мы работаем над развитием всех форматов торговли, а не только ярмарок. Просто ярмарки – это самый быстрый, простой и эффективный способ «вытащить» на рынок продукцию мелких и средних хозяйств, хозяйств населения. Развитая ярмарочная торговля позволит нарастить их производство.

Кроме того, ярмарки по сути являются эффективными бизнес-инкубаторами, то есть инфраструктурой, позволяющей с минимальными затратами и рисками начинающим предпринимателям открывать торговое дело, а мелким отечественным производителям – получать дополнительные и гарантированные каналы сбыта с последующим расширением своих производств.

– Зачастую на ярмарках торгуют импортными продуктами – картошка из Египта, яблоки из Израиля. Будет определена доля преобладания отечественных продуктов над импортными?

– Никаких ограничительных и квотных моментов не будет. Должна быть здоровая конкуренция. Не должны же мы запрещать продавать бакинские помидоры только потому, что они импортные. У нас нет такой задачи. Места должно хватить всем.

Сама постановка вопроса, что кому-то на ярмарке не хватает места, кто-то не может попасть на ярмарку – абсурдна! Ведь если не хватает мест – расширь ярмарку, открой новую, а не создавай искусственный дефицит мест. Чем больше торговцев, тем выше конкуренция, ниже цены и больше возможностей для производителей увеличить объемы производства. И именно на это и нацелена наша политика.

Принцип работы государственной ярмарки: пригласить всех, ни одна заявка на участие в ярмарке не должна быть не удовлетворена. Кроме того, необходимо развивать институт профессиональных организаторов ярмарок – приоритет должен быть закреплен за отраслевыми профессиональными союзами.

– Хорошо, подам я заявку, а свободных мест нет!

– Тогда организатор обязан предоставить продавцу на выбор свободные места на других ярмарках. А при невозможности – на следующей ярмарке, в порядке очередности заявок. Но это плохой вариант.

Нехватка торговых мест на ярмарках как системное явление не должна допускаться. В наших городах достаточно свободных пространств для организации ярмарок. Возникающий дефицит торговых мест приводит к ограничению конкуренции, сопряженному, как правило, со злоупотреблениями.

Ситуация, когда возникает конкурсный или иной отбор участников, тоже не является нормальной.

– Кто будет контролировать развитие ярмарочной торговли и кому пожаловаться местным торговцам, огородникам и фермерам?

– Организационные вопросы должны решаться на уровне субъекта Федерации и муниципалитетов, но в случае если проблема приобрела системный характер, Минпромторг, как регулятор отрасли, не оставит ее без внимания. Кроме того, наши документы – именно руководство к действию, так как наше министерство отвечает за формирование торговой политики в России.

– Где министерство рекомендует проводить ярмарки?

– Конечно же, в местах, генерирующих наиболее активные пешеходный и покупательский потоки: городские площади, популярные пешеходные бульвары, территории вблизи гипермаркетов и супермаркетов и, конечно же, исторически зарекомендовавшие себя места проведения ярмарок. Ярмарки – настоящее украшение любого города. Чем больше их будет, тем интереснее, живее, разнообразнее и комфортнее будут наши города. Ведь не секрет, что унылости в советской застройке хватает.

– Если ярмарки не включаются в схему размещения нестационарных торговых объектов, то как этому виду торговли «пробиваться» на территории городов?

– Для проведения ярмарки не требуется выделения земельного участка и оформления земельно-правовых отношений, поэтому ярмарку можно организовать на любой подходящей площадке, в первую очередь на территориях общего пользования.

Органы государственной власти субъектов должны сформировать к ближайшему времени справочную общедоступную систему ярмарочных площадок. Обращаю внимание, это не схема размещения нестационарных торговых объектов. Это информационная система для того, чтобы все желающие могли начать торговлю. Ведь именно эту задачу мы сейчас решаем.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > minpromtorg.gov.ru, 20 марта 2015 > № 1326940 Виктор Евтухов


СНГ. Евросоюз. РФ > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 23 декабря 2014 > № 1265713 Виктор Евтухов

Виктор Евтухов: «Масштабная евразийская интеграция – противовес однополярному миру».

23 декабря в Москве проходит заседание Высшего Евразийского экономического совета на уровне глав государств. ЕАЭС на современном этапе – интеграционное объединение с населением более 170 млн человек, один из самых значительных потребительских рынков планеты, а также крупнейший в мире экспортер энергоресурсов.

Статс-секретарь, заместитель министра промышленности и торговли РФ Виктор Евтухов, принимающий участие в работе совета, отметил:

«Мы были очевидцами, как после распада Советского Союза возникли проблемы самоидентификации и выбора пути развития государств. И уже вскоре были озвучены идеи интеграции. И это абсолютно правомерно, потому что у истоков евразийской идеи, рожденной в 20-х годах прошлого века на территории Европы (в Германии), были достойнейшие русские люди, эмигранты поневоле: Трубецкой, Савицкий, Вернадский. Это изначально русский проект! В наше время эту идею перенес великий мыслитель Л.Н. Гумилев. И ее воплощение началось уже в самом дебюте президентства В.В. Путина – в 2000 году. И вскоре лидеры трех стран – России, Казахстана и Белоруссии – увидели в евразийстве не просто противовес мировым гигантам, а возможность создания геополитической оси – от Лиссабона до Владивостока.

На мой взгляд, именно опора на исторический цивилизационный базис, на философско-политическое движение евразийства обеспечила сегодняшний успех экономической интеграции на евразийском пространстве.

Несложно догадаться, что евразийство неудобно для той модели однополярного мира, которую поддерживают некоторые страны евроатлантики. Евразийство лежит вне их видения мироустройства, оно возникало без них и без их ведома. Мы, Россия, наконец, действительно пошли своим путем!

О необходимости многополярного устройства современного мира неоднократно говорил президент Путин. Он справедливо отметил, что нарушение взаимодействия России с Евросоюзом отражается на экономиках многих стран. Президент считает, что бизнес не должен нести убытки в угоду несостоятельной политике. Серьезной альтернативой таким тенденциям со стороны стран евроатлантики он рассматривает именно масштабный евразийский интеграционный проект».

СНГ. Евросоюз. РФ > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 23 декабря 2014 > № 1265713 Виктор Евтухов


Россия > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 8 декабря 2014 > № 1246660 Виктор Евтухов

Виктор Евтухов: Знак качества появится в следующем году.

Замминистра промышленности и торговли Виктор Евтухов рассказал в интервью газете «Коммерсант» о перспективах развития отечественного легпрома и мерах государственной поддержки отрасли.

– В 2015 году в правительство должна быть представлена обновленная Стратегия развития легкой промышленности. Связана ли необходимость внесения изменения в стратегию с новыми экономическими реалиями?

– Действительно, на отраслевом совещании 31 октября с участием Дмитрия Медведева министр промышленности Денис Мантуров вышел с инициативой по обновлению Стратегии развития легкой промышленности России на период до 2020 года. Предыдущая версия принималась пять лет назад. Однако экономическая ситуация за это время поменялась, и определенные коррективы были необходимы. В настоящий момент рынок изделий легкой промышленности составляет порядка 2,7–3 трлн рублей, однако российские товары занимают только четверть этого рынка. В стратегию теперь решено включить новые механизмы поддержки отрасли, чтобы вывести из тени тех производителей, которые сейчас работают с контрафактом и заняты незаконным производством и «серым» импортом. Такие изделия занимают более трети существующего рынка и не включаются в статистику официальных российских производителей. Мы надеемся создать условия, при которых легальное производство в нашей стране будет более рентабельным и конкурентоспособным. Полагаю, что российские товары способны при этом занять до 40% отечественного рынка – при адекватной политике эта цифра вполне реальная и достижимая. Кроме того, в обновленной стратегии мы делаем упор на реализацию комплексных инвестиционных проектов в отрасли, привлечении туда «длинных» денег, предоставлении государственных гарантий и субсидировании процентной ставки по кредитам.

Уже сейчас предприятия легкой промышленности получают субсидии по кредитам на техническое перевооружение, закупку сырья, а также создание новых производств. Однако мы планируем разработать и дополнительные меры поддержки. Например, в Иваново на совещании с премьером Дмитрием Медведевым Денис Мантуров предложил распространить на легкую промышленность механизм государственных гарантий. Сейчас государственные гарантии предоставляются по кредитам на сумму от 5 млрд рублей, однако очевидно, что капиталоемкость в нашей отрасли не так велика и для нее этот критерий должен быть снижен. А это, в свою очередь, облегчит получение «длинных» денег, так необходимых для предприятий отрасли. Эту задачу призвано решить агентство кредитных гарантий, готовое работать с проектами от 10 млн рублей.

– Насколько введение торговых санкций, с одной стороны, и ослабление рубля, с другой, влияют на положение российской легкой промышленности и перспективы ее развития?

– Западные санкции несильно повлияли на ситуацию в отрасли. Российский рынок легкой промышленности очень емкий. Если нашим западным партнерам он кажется неперспективным, то свои предложения могут сделать наши восточные друзья.

Во время недавней поездки в Пекин в ходе встреч с руководством CNTAC (Национальной текстильной ассоциации) и ведущих текстильных компаний Китая местные производители неоднократно подчеркивали, что рассматривают Россию не только как рынок сбыта своей продукции, они также готовы инвестировать в развитие производств на территории России.

Что касается ослабления рубля, то влияние этого фактора противоречивое. Предприятиям, ориентированным на российское сырье, это не мешает. Более того, для них открываются неплохие возможности по укреплению своих позиций на отечественном рынке. Однако если производство зависит от импортных поставок комплектующих или сырья, то «слабый» рубль, естественно, повлияет на увеличение себестоимости продукции. Вообще, анализируя динамику промышленного производства в 2014 году, можно отметить, что наиболее успешно развивались виды деятельности, ориентированные на внутренний спрос, и здесь потенциал у нашей легкой промышленности достаточно высокий.

– Легкая промышленность России существует в условиях жесткой конкуренции с начала 1990-х. В чем, на ваш взгляд, заключаются конкурентные преимущества российского легпрома? За счет чего эта отрасль может выжить и развиваться?

– Начну с того, что сегодня конъюнктура по производству различных видов товаров легкой промышленности меняется в нашу пользу. Во-первых, производство в Юго-Восточной Азии перестает быть дешевым, во-вторых, все дороже становится логистическая составляющая, в-третьих, механизмы повышения инвестиционной привлекательности отрасли, в том числе на основе государственной поддержки, начинают давать свои первые плоды.

На многих продаваемых в наших магазинах товарах легкой промышленности уже написано «сделано в России». Мы занимаем лидирующие позиции, например, в сфере домашнего текстиля: порядка 60% этого рынка принадлежит российским предприятиям. Довольно сильные позиции мы занимаем и в сфере производства обуви. Ее российские фабрики выпускают более 100 млн пар в год. Одна только фабрика «Брис – Босфор» выпускает в год до 20 млн пар, немалая доля продукции приходится также на детскую фабрику «Котофей»: она выпускает в год до 2,5 млн пар.

Можно говорить также об особой специализации, складывающейся на нашем рынке. Поскольку мы северная страна, мы вынуждены быть требовательными к верхней одежде. И полагаю, что у нас скоро сформируется сегмент рынка, где мы сможем успешно конкурировать с западными брендами. Уже сейчас появляются компании, которые шьют верхнюю одежду, пуховики и изготавливают «начинку» для них. Существуют предприятия, работающие как на масс-маркет, так и на премиум-класс и использующие в основном натуральное сырье, такое как гусиный пух. Но и наши искусственные волокна не уступают им по качеству. Можно упомянуть и конкретный пример отечественных разработок в этой сфере. Это термопол – инновационный синтетический утеплитель для верхней одежды. Он настолько хорошо и широко себя зарекомендовал, что сейчас используется в качестве утеплителя даже при строительстве жилья.

– Насколько остро стоит проблема модернизации предприятий российской легкой промышленности? Что делается для исправления этого положения?

– Безусловно, использование изношенного и морально устаревшего оборудования сейчас является одной из основных проблем легкой промышленности в сфере переработки сырья и производства готовой продукции. 60% оборудования эксплуатируется более 15 лет. Именно поэтому расширение мер господдержки технического перевооружения наших предприятий становится ключевой задачей. На сегодня на эти цели федеральным бюджетом уже предусмотрены субсидии по кредитам в размере 425 млн рублей. Надо особенно отметить, что все поступающее на предприятия новое технологическое оборудование освобождается от начисления НДС и в отношении него установлены нулевые таможенные пошлины.

– Мы знаем и о других формах стимулирования отрасли. В настоящее время, согласно утвержденным правилам, изделия, предназначенные для армии, должны выполняться из отечественных тканей. Насколько существенной является эта поддержка для российского легпрома?

– Размещение государственного заказа действительно является серьезной мерой поддержки российских предприятий легкой промышленности. Этот инструмент приобрел особую важность в условиях вступления России во Всемирную торговую организацию. Тем более что условия, на которых мы вступили, позволяют нам разместить у собственных производителей вплоть до 100% государственных и муниципальных заказов.

Объем ежегодного заказа Минобороны на обмундирование и одежду составляет около 25 млрд рублей. Известно, что после запрета импортных поставок для гособоронзаказа закупки всей продукции легкой промышленности у отечественных производителей увеличились с 30% до 70%. Полагаю, что это хороший опыт. Его не стоит ограничивать лишь вооруженными силами. Сейчас мы ведем переговоры с различными российскими компаниями и организациями, убеждая их закупать форменную и фирменную одежду и экипировку у отечественных предприятий. Наши производители также могут предложить и другой ассортимент товаров легкой промышленности: это и постельное белье, и занавески, и различный промышленный текстиль.

Представляется вполне логичным, чтобы государственные нужды и потребности крупных корпораций обеспечивались за счет национальной промышленности. Все перечисленные меры поддержки помогут обеспечить эффективное импортозамещение в современных международных условиях.

– Можете ли вы выделить какие-то новые перспективные проекты в области легкой промышленности, реализуемые в России «с нуля»?

– Компания «БТК групп» реализует новый проект в городе Шахты по созданию высокотехнологичных синтетических тканей и швейных изделий из них. По имеющейся у нас информации, комплекс высокотехнологичного производства готов на 90%. Компания инвестировала в производство порядка 2,5 млрд рублей. Полагаю, что это хороший сигнал для других инвесторов, свидетельствующий о том, что легкая промышленность, безусловно, перспективная отрасль.

Практически на 50% модернизирован и продолжает модернизацию Камышинский хлопчатобумажный комбинат: в Волгоградской области появилось современное производство по выпуску хлопчатобумажной пряжи и постельного белья. А вот в небольшом городке на границе с Украиной на Донецкой мануфактуре производят очень качественную махру: халаты и полотенца. Изделия этой фабрики, на мой взгляд, имеют огромный экспортный потенциал.

Созданы и производят высококонкурентную продукцию в сфере нетканых материалов такие предприятия, как «Термопол» и «Весь мир». В качестве интересного примера можно отметить крупное предприятие «Русская кожа», которое организовало производство кожи для автомобильной промышленности. Оно реализует инвестиционный проект по производству специальных натуральных автомобильных кож с высокими эксплуатационными свойствами на базе новых импортозамещающих химических материалов.

Кроме того, стоит отметить новый проект #OpenRussianFashion. Он направлен на продвижение российских брендов за рубежом. У нас уже есть хороший опыт в Милане, где эта программа стартовала в сентябре, и Пекине, где российская делегация побывала в конце октября.

– Будет ли проект возрождения знака качества способствовать повышению покупательского спроса на рынке российского легпрома?

– Идея создания проекта по специальной маркировке, которая поможет потребителю определить качественный российский товар в широком ассортименте российского рынка, назревала уже довольно давно. Российский знак качества призван стать таким ориентиром.

Изображение знака качества представляет собой букву «К», заключенную в стилизованный пятиугольник, что является неким визуальным отсылом к советскому предшественнику знака. Выбирая символ, мы опирались именно на общественное мнение, тем более что оно сошлось с экспертными оценками. Выбранный знак узнаваем уже на сегодняшний день, несмотря на то что проект на данный момент пока не запущен. Его старта ждут и потребители, и производители. Минпромторг России активно прорабатывает вместе с ними все детали системы подтверждения качества российской продукции, в рамках которой будет присваиваться знак. В процессе подготовки участвуют представители бизнеса, потребительских сообществ, межотраслевых и отраслевых общественных объединений и ведущих научных организаций.

Как будет функционировать система? Знак не будет вручаться в виде премии, не будет присваиваться предприятиям, как это было в советские времена. Проект построен на основе системы добровольной сертификации. Сертифицироваться будет конкретный продукт. Право на использование знака будет строго ограничено временными рамками. Помимо первичных веерных испытаний постоянно будут осуществляться проверки качества товара, взятого прямо с полки в точках продаж. К исследованиям планируется привлекать независимые лаборатории. Результаты исследований станут публичными и доступными потребителям.

Разработка требований системы по качеству и по локализации продукции проходит отдельно по каждой категории продукции. Это очень трудоемкий процесс. В связи с этим запуск системы будет проходить поэтапно.

В стартовую группу товаров, которые будут сертифицироваться в рамках системы, попал целый ряд товаров легкой промышленности по категориям «дом» (подушки, одеяла, полотенца) и «дети» (детская обувь и трикотаж для детей 0–3 года). Выбор таких категорий был сделан неспроста. Каждый день люди сталкиваются с этими вещами.

С точки зрения производителей этот проект призван стать стимулом к производству отечественной продукции повышенного качества за счет создания на нее повышенного покупательского спроса. Мы надеемся, что уже в следующем году российские потребители увидят на полках магазинов первые товары, маркированные российским знаком качества.

Россия > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 8 декабря 2014 > № 1246660 Виктор Евтухов


Россия > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 25 сентября 2014 > № 1199512 Виктор Евтухов

Виктор Евтухов: В России хотят покупать отечественную одежду.

На международной профильной выставке Super в Милане впервые был представлен масштабный проект Минпромторга – Open Russian Fashion. О новой программе поддержки молодых отечественных дизайнеров газете «Известия» рассказал статс-секретарь – заместитель министра промышленности и торговли Виктор Евтухов.

– Как появилась идея этого проекта?

– Мы искали форму для представления российских производителей за рубежом. Некоторые российские компании уже давно заявляют о своих коллекциях на ключевых международных мероприятиях и пользуются определенным успехом. Именно этот факт и привел нас к мысли, что процесс нужно сделать более коллективным и организованным.

Я вижу смысл именно в коллективных презентациях, потому что совместные акции дают больше возможностей для продвижения российских производителей. Естественно, это не отменяет индивидуальные проекты по выходу на международные рынки. Я считаю, что если все участники рынка: министерство, производители, дома моды, журналисты и даже блогеры – будут работать сообща, то это позволит действительно открыть русскую моду для всего мира.

– Результаты уже есть?

– Мы не ожидаем немедленных коммерческих побед, задача на этом этапе – консолидировать тех участников рынка, которые работают и производят в России, предоставить им больше возможностей для развития бизнеса. Кто как использует предоставленные возможности – это уже другой вопрос. Мы только начинаем, можно сказать, проводим тестирование рынков, вырабатываем векторы развития. Здесь Министерство промышленности и торговли выступает в роли объединяющей силы. Судя по первым результатам, интерес к российской продукции есть.

По отдельности все эти бренды не вызвали бы такой интерес, как в совместной презентации. Мы нашли удачное название для программы «Открой российскую моду»: идея открытости лежит в основе нашей международной деятельности, а это для иностранных партнеров оказалось очень важным. Достаточно сказать, что все руководители итальянской модной индустрии, президенты основных профильных ассоциаций, включая Национальную палату моды Италии и даже Палату байеров Италии, выступили в поддержку проекта Open Russian Fashion, за развитие отношений с Россией.

Это выглядело почти как политическая декларация, особенно на фоне разговоров о санкциях. И в то же время основные дивиденды от участия получили дизайнеры: международные контакты, первые заказы, внимание прессы и блогосферы.

– Могут ли российские модные бренды конкурировать с теми же итальянскими?

– У нас много талантливых модельеров. Но, конечно, таланта мало для настоящей конкуренции: нужно заниматься бизнес-развитием. Одна из задач нашей программы – помочь развить бизнес-составляющую российской моды, масштабировать бизнес производителей.

– Некоторые известные модельеры, например, считают, что гораздо дешевле отшить коллекцию в Китае или других азиатских странах.

– Это стереотип. Юго-Восточная Азия – хорошее место, если речь идет о низкой стоимости производства. Но в этом случае нужно говорить о больших тиражах. Тем, кто отшивает миллионы единиц, изменение цены на 1 доллар может сэкономить миллионы. Но таких брендов с российскими корнями не так много. Для остальных Китай может оказаться не настолько привлекательным.

У нас в стране достаточно швейных производств, которые могут работать на хорошем уровне и по приемлемым ценам. Более того, многие наши швейные фабрики выполняют заказы для европейских брендов. Вот с чем есть проблемы, так это с тканями. Практически все производства работают на импортных тканях. И большой вопрос, сможем ли мы изменить эту ситуацию в короткие сроки.

– Хорошо, что государство начало помогать модной индустрии, но участие в международных неделях моды стоит недешево. Вы уверены, что затраты окупятся?

– А зачем показываться на мировых неделях моды, тем более за счет государства? Российские дизайнеры должны показываться в Москве, так же как американские показываются в Нью-Йорке, а французские – в Париже. Конечно, если у вас есть возможность сделать показ в Лондоне или Париже, для России будет только лучше, но внимание должно концентрироваться именно на Москве.

Сейчас складывается благоприятная ситуация для развития российской легкой промышленности – она становится одним из приоритетов государственной политики, продукция отрасли признана стратегически значимой для государственных закупок. Кроме того, мы стремимся организовать программы развития и продвижения для малого бизнеса, к которому относятся многие участники рынка моды.

Для предприятий легкой промышленности субсидируется процентная ставка по кредитам на сырье, техническое перевооружение и реализацию инвестиционных проектов, существуют и соответствующие региональные программы. В перспективе – разработка новых инструментов и механизмов по стимулированию создания новых производств на территории России.

Сейчас Минпромторг разрабатывает комплексную программу по поддержке легкой промышленности – этому будет посвящен специальный форум в ноябре в Москве, который будет впервые проводиться под крылом нашего ведомства. Самое важное сегодня – оказывать помощь конкурентоспособным участникам рынка, а также развивать перспективные направления в этом секторе.

– Вы говорите, что российские дизайнеры должны показываться в Москве, но везете их в Милан.

– Если наши российские компании смогут эффективно конкурировать на международных рынках, процесс импортозамещения будет естественным. Потенциал у многих участников рынка есть – его надо только развить. Кроме того, сегодня в России потребитель хочет покупать товары отечественного производства, и одежда стоит в этом ряду на одном из первых мест. Об этом говорят данные исследований потребительской активности, данные ритейлеров. Не забывайте также и о пиар-эффекте для страны от всех этих мероприятий.

– Планируете ли вы развивать проект или он ограничится Миланом?

– В конце октября мы планируем провести ряд мероприятий в Пекине в рамках Китайской недели моды (China Fashion Week). В Китае будет не только коллективный стенд на выставке, но и специальный русский показ, в котором примут участие такие бренды, как Кира Пластинина и Слава Зайцев (с коллекцией для Уфимской трикотажной фабрики).

Мы рассматриваем варианты экспансии как в Европе, так и в Азии. Ведем переговоры с профильными выставками в Милане, Париже, Флоренции, Гонконге на следующий сезон. Мы прорабатываем эти идеи с соответствующими ассоциациями, постараемся вовлечь в программу максимальное количество участников – как домов моды, так и производителей. Успех российских производителей в последние несколько лет показал, что в России могут создавать продукт, интересный на международных рынках.

– Некоторые известные модельеры говорят, что в России как таковой моды нет.

– Пренебрежение модой – это тоже мода, и она существует, реализуя право потребителей с такой жизненной позицией. Однако для тех модельеров, которые занимаются в России тем, чего, по их мнению, нет, эта точка зрения – настоящая трагедия. Психологический парадокс. Возможно, им следует сменить род деятельности. Тех же, кто считает по-другому, ждет блестящее будущее.

Из России с любовью

Впервые в истории мировой модной индустрии итальянско-российские потребительские отношения обрели взаимность: благодаря масштабному проекту Open Russian Fashion итальянские модники стали засматриваться на одежду российских производителей. На выставке Super в Милане стенд российских дизайнеров располагался в непосредственной близости от входа – пройти мимо было невозможно.

Среди счастливчиков, получивших путевку в Милан, – 13 молодых дизайнеров, отобранных по ряду критериев. Прежде всего бренд должен быть не моложе года и не старше пяти лет, он должен обладать ярко выраженной концепцией и, самое главное, иметь производство в России. В итоге на стенд попали производители как одежды (Александр Хрисанфов, Katerina Fee, Лесь, Люда Никишина, Натали Лескова, Мария Голубева, Янина Вехтева), так и аксессуаров: Анна Славутина, Георгий Рушев, Mineral Weather и др.

Несмотря на коммерческую молодость, некоторые из этих брендов уже успешно продаются за рубежом, правда, пока в небольших масштабах. Все три дня выставки стенд Open Russian Fashion неизменно привлекал внимание профессиональной публики – и вполне заслуженно. На фоне итальянских коллекций, подчас эпатажных (например, сумочек со встроенным телефонным циферблатом или платьев, сотканных из тканевых макарон), российский стенд отличался прежде всего обилием натуральных тканей и тем, что называется wearability (предрасположенность к носке).

Итальянцы с удовольствием примеряли розово-серые пальто из шерсти и полушубки из овцы и ламы из новой коллекции «Весна–лето – 2015» Люды Никишиной. Как призналась «Известиям» дизайнер, самое сложное в Италии – конкурировать по цене: итальянским кутюрье не нужно тратить средства на таможню, доставку за пределы страны.

«Здесь мы видим живой интерес к пальто и мехам. На российском рынке я чувствую пробел в сегменте одновременно качественных и доступных пальто, которые при этом обладали бы современным дизайном, модно выглядели бы и создавались из натуральных материалов. Для европейского рынка цена получается чуть выше, поэтому особенно важно, чтобы нравился дизайн. Иначе будет легче выбрать своего, итальянского производителя», – отметила Люда Никишина.

Других же дизайнеров, например Александра Хрисанфова, ценовая конкуренция не волнует: в коллекции модельера нет ни одной вещи дешевле 1 тыс. долларов. По словам дизайнера, его одежда предназначена исключительно для знатоков кроя и пошива, а также «серых кардиналов и людей за кадром при власти».

Вещи из новой коллекции бренда Les', представленные на выставке, созданы в сотрудничестве с художницей из Тайваня: на уютных пижамах и боди поселились гуси с оленьими рогами и выросли сказочные грибы.

Особенно международной публике полюбилась коллекция петербургского модельера Натали Лесковой, посвященная любимому городу. Принты на юбках и платья воссоздали культовые места Северной столицы.

По словам представителя бренда Лесковой Дарьи Ядерной, «отсутствие матрешек и другого лубка мгновенно покоряет публику за рубежом».

«Наша коллекция не столько про природу, сколько про архитектуру и урбанистику и создана для людей, которые живут в большом городе. Но больше всего нам хотелось показать, что и в России можно делать вещи хорошего качества, хотя принт-машины – дорогое удовольствие», – сказала собеседница «Известий».

Одной из главных интриг Open Russian Fashion стало представление новой коллекции уже известных брендов: Алены Ахмадуллиной, Vassa, Юли Далакян, Юлии Прохоровой («Белое золото») и Laroom. Неожиданностей здесь оказалось меньше всего. Vassa в поисках вдохновения обратилась к истокам русского супрематизма: на платьях и свитшотах ожили знаменитый «Черный квадрат» Малевича и его вариации.

Алена Ахмадуллина продолжила тему сказок, интерпретировав «Аленький цветочек»: в принтах он превратился в пион, гвоздику, алоэ и даже гортензию. Впрочем, вряд ли итальянцы оценят «сказочное» творчество Алены. И дело даже не в требовательности жителей столицы моды, а в ценовой политике: пострадавшие от кризиса итальянцы крупные суммы тратить не готовы, а пальто от Ахмадуллиной стоит ни много ни мало 58 тыс. рублей.

Россия > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 25 сентября 2014 > № 1199512 Виктор Евтухов


Россия. Весь мир > Агропром > minpromtorg.gov.ru, 18 августа 2014 > № 1157526 Виктор Евтухов

Виктор Евтухов: У наших аграриев появился шанс занять место на мировом рынке.

Замминистра промышленности и торговли Виктор Евтухов в интервью «Огоньку» рассказал о новых бизнес-связях с зарубежными партнерами, системе импорта, мониторинге цен и борьбе с их повышением.

– Виктор Леонидович, трудно представить, что латиноамериканские и китайские экспортеры так уж охотно соглашаются заменить европейцев и американцев всего лишь на год. Россия намерена предоставить им какие-то спецусловия, чтобы привлечь к сотрудничеству?

– Абсолютно с вами согласен, никто не захочет уходить с такого хлебного места, как Россия. Возможно, за этот год будут созданы настолько устойчивые бизнес-связи, что европейцам будет тяжело потом потеснить их. Кстати, этот срок – один год – изначально формулировался как раз с другой стороны, инициировавшей так называемые санкции, а реально – недружественные акты. И мы отнюдь в таком случае не обязаны после ликвидации этих актов восстанавливать торговые отношения с европейскими странами в прежнем объеме.

Мы вправе расширять свои контакты со всеми заинтересованными государствами. Ведь, как известно, свято место пусто не бывает. Например, 12 августа президент Египта Абдель-Фаттах ас-Сисси сделал Владимиру Путину предложение закрыть почти половину потребности в запрещенных к ввозу в Россию сельскохозяйственных продуктах. И подобные предложения мы слышим со всех концов мира. Есть основание говорить о серьезном и продолжительном сотрудничестве и со странами БРИКС, которые моментально откликнулись предложением возместить импорт.

Главное спецусловие, которое мы уже предложили, – это открыли наш рынок для новых поставщиков, которые мечтали попасть на него, в то время как их основные конкуренты находятся под санкциями. Но у нас нет цели заменить один импорт другим. Как в той сказке, пошла бабка, по сусекам поскребла, по амбару помела, да наскребла-таки муки на колобок. Нам чужого не надо, у нас своего в избытке.

Мы создаем благоприятные условия прежде всего для национальных производителей. Уверен, что за этот год очень сильно изменится сельскохозяйственная карта мира. У наших аграриев появился шанс занять на ней свое место. Как не вспомнить здесь слова Петра Аркадьевича Столыпина, произнесенные им в Думе: «Цель у правительства вполне определенна: правительство желает поднять крестьянское землевладение, оно желает видеть крестьянина богатым и достаточным».

– Вы разделяете мнение, что Белоруссия может стать теперь главным «производителем» фуа-гра, пармезана или семги для России?

– Про «белорусские мидии» в Интернете уже достаточно пошутили. Если речь идет о проблеме реэкспорта, то Правительство России провело с Белоруссией и Казахстаном все необходимые переговоры. Таможенные службы будут пристально следить за страной происхождения товара. Что касается Белоруссии, то мне жаль, что она стала в СМИ объектом каких-то шуток о моллюсках, фуа-гра и т.д. Эта страна – наш ближайший партнер, она производит прекрасные молочные продукты и другие доброкачественные продовольственные товары. Наверное, если захочет, то и гусей может откармливать. А лосось, в отличие от Норвегии, у нас натуральный. В год вылавливают до 250 тысяч тонн дикого тихоокеанского лосося. А «инкубаторскую», точнее фермерскую, семгу из Норвегии мы частично можем заменить своей из Мурманска и Карелии, где выращивают до 25 тысяч тонн в год, а также со временем из Чили, второй страны по производству лосося. В целом, красную рыбу всегда можно заменить белой – менее жирной, более диетической. Например, прекрасной мурманской треской, пикшей, минтаем. Кстати, для гурманов рекомендую барабульку, ей пели славу еще Цицерон и Гораций.

– Столь масштабная смена импортеров открывает возможность для изменений в самой системе импорта, например сделав ее менее коррупционной. По-вашему, такое возможно? Или все останется по-старому?

– Согласен, что смена импортеров внесет изменения в систему импорта, и мы сделаем все для того, чтобы эта система стала прозрачной и некоррумпированной. Также мы готовы подключить наших торговых представителей в дружественных государствах и обеспечить сети и поставщиков соответствующими контактами. Что касается реальной продовольственной безопасности страны, то на нее как раз и стал посягать третий пакет так называемых санкций. Это и послужило причиной симметричного ответа руководства нашей страны.

– Много говорят о том, что сокращение импорта приведет к росту цен. Каким, по вашему мнению, он может быть и на какие группы товаров?

– Только ленивый еще не сказал о росте цен. Но его на сегодняшний день, спустя неделю после подписания указа, не наблюдается. Мы получили мониторинг от половины субъектов Федерации, согласно их данным, цены остались на прежнем уровне. Гадать о том, какие будут цены, согласитесь, дело неблагодарное, а уж тем более создавать вокруг этого ажиотаж. Сейчас с уверенностью можно сказать, что рост цен у нас наблюдался в пределах инфляции, где скачки не предвидятся. Кстати, один из ключевых параметров, который рассматривали при составлении списка, – влияние на баланс спроса и предложения, а в конечном счете, на инфляцию. Выбраны продукты, которые не представляет сложности заместить.

– Какие меры могут быть применены во избежание роста цен?

– Наше законодательство имеет рычаги, чтобы пресекать попытки спекулировать на продуктах. Согласно закону «О торговле», если в течение 30 дней в определенном регионе розничные цены на отдельные виды социально значимых продовольственных товаров выросли более чем на 30 процентов, Правительство России имеет право установить предельно допустимые розничные цены на территории такого субъекта или субъектов. Если продавцы их нарушат, то будут платить штраф в двукратном размере излишне полученной выручки от реализации товара за весь период. Причем контролировать соблюдение таких предельных цен будет Роспотребнадзор. Также предусмотрена уголовная ответственность за картельный сговор между розничными продавцами. ФАС России совместно с правоохранительными органами отслеживает нарушения по статье 178 Уголовного кодекса. В зависимости от степени тяжести варьируется и ответственность. Она может быть либо в виде штрафа, либо в виде лишения свободы на срок до 3 лет с лишением права заниматься определенной деятельностью.

Ситуация по росту цен будет пристально мониториться как на уровне нашего министерства, так и на уровне субъектов, в целом эту функцию на протяжении уже многих лет достаточно успешно осуществляет Правительственная комиссия по мониторингу и оперативному реагированию на изменение конъюнктуры продовольственных рынков, возглавляемая вице-премьером Аркадием Дворковичем.

Если производители не дрогнут и не начнут взвинчивать цены, то и сети не станут этого делать. Рынок действительно сузился, и, возможно, некоторые захотят заработать на этой новой, особой экономической ситуации. Для того чтобы предупредить такое искушение, и будут действовать региональные оперативные штабы.

Мониторинг продукции будет проходить по 40 товарным наименованиям, 27 из которых ограничены принятым постановлением Правительства. Остальные 13 товарных наименований относятся к социально значимым продовольственным товарам и выбраны в качестве маркера в случае изменения конъюнктуры продовольственных рынков.

Мониторинг будет проводиться комплексно и охватывать различные форматы розничной торговли: под контроль попадут федеральные сети в регионах, сетевые локальные и несетевые магазины, рынки, нестационарные торговые объекты. Сводные отчеты отправляются в Минпромторг ежедневно. А мы в дальнейшем будем направлять данную информацию в Правительство и во все заинтересованные органы. Работа оперативных штабов началась уже в 19 регионах. Ежедневные отчеты уже поступили от Орловской, Тульской, Волгоградской, Нижегородской, Пензенской, Саратовской, Томской и Тюменской областей, а также из Москвы, Краснодарского и Алтайского краев, Республики Мордовия. Согласно полученной информации, роста розничных цен в торговых объектах на сегодняшний день не выявлено. Так что мы держим руку на пульсе.

Россия. Весь мир > Агропром > minpromtorg.gov.ru, 18 августа 2014 > № 1157526 Виктор Евтухов


Россия > Агропром > minpromtorg.gov.ru, 15 августа 2014 > № 1157510 Виктор Евтухов

Виктор Евтухов: Мониторинг не выявил повышения цен на продукты питания.

Статс-секретарь – заместитель министра промышленности и торговли Виктор Евтухов рассказал в интервью «России 24» о ситуации на продовольственном рынке и мониторинге цен на продукты питания.

– Виктор Леонидович, здравствуйте. Минпромторг дал поручение в каждом регионе создать штаб по мониторингу цен. Какие задачи ставите перед этими организациями?

– Было принято решение в новых экономических и геополитических условиях создать в каждом субъекте России штаб во главе с руководителем региона. Штабы должны выполнять три задачи.

Во-первых, это координация между производителями, поставщиками продовольственных товаров и продавцами. Речь идет о ретейле во всем его разнообразии, от крупных торговых сетей федерального уровня до нестационарной торговли и колхозных рынков.

Вторая задача – это, безусловно, мониторинг уровня цен на продовольственные товары. Третья – обеспечение доступности всех продовольственных товаров для широких слоев населения.

– Где-то подобные штабы уже организованы?

– В принципе это не новая работа. У нас уже много лет на регулярной основе работает правительственная комиссия по мониторингу и оперативному реагированию на изменение конъюнктуры на продовольственных рынках. Ее возглавляет вице-премьер Аркадий Дворкович.

Работа понятная. В связи с тем, что нашим государством были приняты определенные ответные меры по отношению к ряду, как уже знают телезрители, государств и по отношению к ряду продовольственных товаров, было принято решение сделать этот контроль более регулярным, ежедневным. При этом центр компетенции, центр мониторинга решили опустить на более низкий уровень.

Хотя штабы создаются на уровне субъектов России, они будут получать информацию со всех муниципалитетов, которые находятся на территории этих субъектов. Уже в половине субъектов такие штабы созданы, они начали мониторинг, они ежедневно присылают нам отчеты, которые мы отправляем в Правительство.

– Что вошло в перечень товарных позиций для мониторинга цен?

– Мы выбрали 40 товарных групп в продовольствии. Из них 27 – это товары, которые непосредственно попали в приложение к постановлению Правительства России. Остальные 13 – это своеобразные маркеры. Это социально значимые продовольственные товары. Цены на них постоянно мониторят, чтобы понять, как меняется конъюнктура цен и конъюнктура присутствия товаров на продовольственных рынках.

– Получается, что есть целый алгоритм работы. Могли бы Вы поподробнее о нем рассказать?

– Я уже говорил, что мы мониторим весь спектр нашей торговли, от федеральных розничных сетей до объектов нестационарной торговли и колхозных рынков и ярмарок. Собираем информацию, она предоставляется в оперативный штаб субъекта, субъект ее в надлежащей форме заполняет, проводит еженедельный анализ динамики цен.

То есть мы в министерстве получаем информацию ежедневно. Плюс мы также еженедельно получаем информацию по динамике.

Помимо информации от субъектов, мы получаем данные от розничной торговли, ретейлеров о том, что где-то повышаются цены. Мы также получаем данные от Минсельхоза, как ответственного за эту отрасль ведомства. Я считаю, что сейчас работа выстроена и, я думаю, она даст свои положительные результаты.

– Каких результатов мониторинга цен Вы ждете?

– Сейчас продовольственный рынок несколько сузился. Меня порадовало, что мы провели уже много встреч с союзами, объединяющими поставщиков и производителей продовольственных товаров, при этом поставщиков не только российского продовольствия, но и импортного. Были представители крупного ретейла. Никакой паники нет, и опасений никто не высказывает.

На сегодняшний день по результатам уже четырехдневного мониторинга мы не обнаружили никакого повышения цен. Есть колебания, при этом как в плюс, так и в минус. Эти колебания существуют всегда, они в пределах той волатильности, которая всегда существует на рынке.

Ситуация под контролем. И, безусловно, во время таких кардинальных решений, а это решение было достаточно серьезным для нашего руководства, всегда у отдельных хозяйственных субъектов есть соблазн воспользоваться ситуацией и изменить свою ценовую политику.

Вот для этого мы и организовали такое взаимодействие, чтобы всегда быть в курсе того, что происходит.

– Получается, что информация СМИ о повышении цен для торговых сетей поставщиками не подтвердилась?

– Информация в СМИ действительно проходила. Надо отдать должное нашему ретейлу. У нас часто ругают торговлю, всегда пытаются ее излишне зарегулировать, установить очень жесткие требования. Но сегодня ретейлеры явно на нашей стороне.

Они оперативно информируют не только нас, но и средства массовой информации, если поступают такие предложения от поставщиков. Нужно сказать, что все крупные поставщики от повышения цен открестились и тоже дали разъяснения в средствах массовой информации. Эта гласность позволяет нам эффективно бороться с такими искушениями.

В законе «О торговле» сказано, что если в каком-либо субъекте России на социально значимые товары в течение 30 дней цена поднялась выше чем на 30%, то правительство может установить фиксированный уровень цен в рознице на такой вид продовольствия.

Если понадобится (хотя я думаю, что вряд ли, и такая мера ни разу не применялась), то в каком-либо субъекте такое решение может быть принято. Срок введения такой меры – 90 дней. И есть административная и даже уголовная ответственность за то, что хозяйствующие субъекты вступают в сговор. В таком случае решение будет принимать Федеральная антимонопольная служба.

Россия > Агропром > minpromtorg.gov.ru, 15 августа 2014 > № 1157510 Виктор Евтухов


Россия > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 11 августа 2014 > № 1148349 Виктор Евтухов

Виктор Евтухов: Российских продуктов так много, что не хватает полок в магазинах.

Статс-секретарь – заместитель главы Минпромторга Виктор Евтухов в интервью «Комсомольской правде» рассказал о том, как запрет на ввоз импортного продовольствия повлияет на жизнь потребителей.

– Виктор Леонидович, главный вопрос, который сейчас всех волнует: нас ждет дефицит? Как известно, вы на днях встречались с представителями сетевой торговли… Что они говорят?

– Самое важное, что я хотел бы сказать – продовольственных товаров, российского производства, так много, что для них не хватает полок в магазинах. Физически. Предложение продуктов питания, в том числе от отечественного производителя, впятеро превышает возможности торговых предприятий. И многие мечтают попасть на прилавок. Но очень высока конкуренция. И мне смешно было сегодня видеть по CNN репортаж, что, дескать, Россия оголодает. Господа, сейчас не 1992-й, когда полки были пусты, и даже не 2005 год, когда импорт в наших магазинах составлял более 50%. Сейчас он от силы 20%.

– Говорят, чтобы просто попасть на полку, надо платить деньги...

– В самом деле, производители сообщают нам, что есть такая ситуация. И она опять же вызвана сильной конкуренцией. Такие требования нарушают добровольность сделки, делают ее кабальной. Я думаю, что в новой ситуации сети станут более сговорчивыми. Тем более что потребитель ждет от магазинов именно отечественного товара. Люди российским товарам доверяют.

Конечно, на полки придут товары из Латинской Америки, Юго-Восточной Азии, в Беларуси многие также мечтают продавать свой товар в России. Магазины будут работать со всеми, потому что их цель – сделать, чтобы покупатель не почувствовал неудобств и не отправился покупать продукты в другом месте. А выбор мест продажи сегодня большой. Но при этом наша главная задача – чтобы до прилавков добрался именно российский товар.

– Я тоже говорил с сетевиками. Мне показалось, что они получили приказ – не наращивать цены. Это так?

– Приказать торговле нельзя. Вообще торговля в России – самый независимый бизнес, они не получают помощи от государства и нормально зарабатывают сами. У законодателя часто возникает желание ужесточить регулирование торговой деятельности. Но вот просто приказать не повышать цены – нет, этого сделать нельзя. Да и сами торговцы не заинтересованы в этом. Многие сети разместили свои акции на бирже или готовятся сделать это. Они понимают, что проблемы с клиентами вызовут падение акций. И при этом видят: за один день после предъявления ответных мер акции российских продовольственных компаний выросли на 35%, акции западных компаний, напротив, опустились.

ГЛАВНОЕ – ПОМОЧЬ КРЕСТЬЯНИНУ

– Вы уже сказали: что до прилавков должен добраться российский товар. Но в этом случае нужно поддерживать собственного крестьянина. Многие из них сейчас не в состоянии быстро нарастить производство.

– Что касается нашего АПК, то там все не так плохо, господдержка в последние годы только растет.

– Но множатся и претензии.

– Какие?

– Денег мало.

– Денег всегда мало. Конечно, при распределении государственной поддержки бывают сбои, и Минсельхоз это открыто признает. Но к этим ответным шагам в отношении санкций мы готовились загодя, просчитывали варианты, балансы. На Западе наивно полагают, что президент принял эмоциональное решение. Все уже давно знают, что его решения никогда не основаны на эмоциях.

Вы думаете, мы или сотрудники Минсельхоза не знали, что такие меры будут приняты? Да все мы знали заранее. Наша задача поддержать АПК, помочь ему. И наши расчеты говорят, что помощь будет очень существенной. Тем более там есть кому помогать, за последние годы частные компании сделали огромные инвестиции и построили современные производства. При этом, скорее всего, никаких дополнительных денег на поддержку села из бюджета не понадобится.

ПРО БЕЛОРУССКИЕ МИДИИ

– В Интернете появилась шутка про «белорусские мидии». В самом деле, через страны Таможенного союза в Россию можно ввозить любой импорт. Как вы закроете эту лазейку?

– Проблема реэкспорта (товар приходит из дальнего зарубежья в Белоруссию, и затем в Россию уже как белорусский товар) была и есть. Но Правительство России провело с Белоруссией и Казахстаном все необходимые переговоры. Таможенники со своей стороны давно научились вычислять, откуда в самом деле пришел товар, у них рука набита. А главное – белорусам настолько выгодно поставлять именно свой товар в Россию, что у них там, наверное, народные гуляния сейчас. Поэтому я уверен, что проблема реэкспорта не будет такой острой, как кажется.

– Как быть с такими российскими продуктами, которые вроде как наши, но на самом деле производятся из импортного сырья? Например, весь российский сыр делается из иностранного молока, потому что нашего не хватает…

– Глава объединения «Союзмолоко» Андрей Даниленко недавно выступал и говорил, что молока у нас достаточно. Просил, чтобы мы не покупали молоко из Новой Зеландии, которая в список «запретных стран» не попала. И у потребителей проблем не возникнет. Ну не будет на полках 60 сортов сыра, будет 30. Это заметят лишь некоторые хорошо обеспеченные гурманы. И, кстати, в список «запретных» стран не попала Швейцария, так что швейцарские превосходные сыры – пожалуйста.

ГЕНЕТИКОЙ НЕ ПРОЙМЕШЬ

– Что будет, если в ответ страны Запада запретят продажу в Россию семян, саженцев, другого генетического материала? Ведь на нем держится наш АПК.

– Мы следим за планами Запада. Мы готовы ко всему, потому что планы там обширные. Именно поэтому мы уже несколько лет тратим деньги на науку – и у нас уже есть собственные генетические разработки. В конце концов, генетический материал можно всегда закупить в Юго-Восточной Азии, их производители – мировые чемпионы. А вообще, мы будем стараться не разрушать баланс отношений даже в условиях торговой войны.

– Лично вы как пострадаете?

– Лично я никак. Да и вы тоже. Я хорошо помню, что такое талоны. Талонов не будет. Распределительная система в нашем демократическом государстве возможна только в отношении преступивших закон и то по приговору суда. Вот Шнур уже спел песню, что он «разлюбит фуа-гра и вонючие сыра». Под этими словами многие могут подписаться. Что касается меня, то, чем старше я становлюсь, тем проще питаюсь. Фуа-гра – жирная пища, не полезная. В России достаточно мяса птицы и полно баранины – а это самое полезное мясо. Так чего волноваться?! Моя жена даже обрадовалась, когда запрет ввели, – меньше соблазнов.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 11 августа 2014 > № 1148349 Виктор Евтухов


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 7 августа 2014 > № 1143074 Виктор Евтухов

Виктор Евтухов: Продовольственной зависимости у нас нет.

Крупные ритейлеры заявили, что сделают все, чтобы не было ни роста цен, ни дефицита товаров. Об этом в интервью «России 24» сообщил статс-секретарь – заместитель главы Минпромторга Виктор Евтухов. О санкциях и ответе России на них – в интервью замминистра.

– Когда политика вмешивается в экономику, тем более в рыночные взаимоотношения – это хорошо или мешает экономике? Как вы в принципе относитесь к санкциям?

– Я, как и руководство нашего государства, отрицательно отношусь к санкциям. Когда принималось это решение, Дмитрий Анатольевич Медведев сказал, что мы долго терпели и не принимали по сути никаких ответных мер.

Безусловно, до поры до времени можно проявлять сдержанность, можно принимать какие-то действия в наш адрес с кротостью и смирением. Но только до поры до времени. Я абсолютно не понимаю логику поведения наших партнеров.

Все прекрасно знают историю: сколько раз пытались различными экономическими, политическими механизмами и инструментами заставить Россию подчиниться, предпринять какие-то шаги, которые бы позволили диктовать нам свою волю, ни разу это в истории не получилось.

Опять наступают на те же грабли. Причем, как только были приняты ответные меры, в Евросоюзе заговорили о том, что необходимо преодолеть логику санкций и перейти в русло переговоров с Россией. А это нельзя было понять сразу? Что бесконечно терпеть никто не будет.

Еще на Петербургском экономическом форуме, выступая, наш президент послал всему миру месседж: политика не должна влиять на экономику. Не надо вмешиваться в работу хозяйствующих субъектов, не надо навязывать свою волю.

Бизнес не терпит такого грубого вмешательства. Приглашают к себе руководителей крупных компаний, звонят по телефонам, делают предостережения, что не надо работать с российскими партнерами, не надо поставлять им продукцию, прежде всего высокотехнологичную. Мы говорили, что это до хорошего не доведет.

Потом нами были приняты абсолютно взвешенные решения, это было не спонтанно, это все долго прорабатывалось и просчитывалось. Сейчас пытаются некоторые западные эксперты сказать, что это эмоциональное решение. Да какое это эмоциональное решение? Хоть одно эмоциональное решение за последние годы наш президент принял? Все решения абсолютно просчитаны и продуманы.

– Какого экономического эффекта сейчас можно ожидать от санкций и от антисанкций как для России, так и для Европы? Как это отразится на нашей экономике, сможет ли наше производство восполнить недостаток импорта?

– Во-первых, я надеюсь, что санкции прекратятся, и мы сядем за стол переговоров с нашими зарубежными партнерами. Но мы сейчас говорим о сельскохозяйственной продукции и о конечной продукции – о продовольствии. Последний пример: Польша не смогла выдержать даже ограничение на ввоз яблок из этой страны. Для них российский рынок огромен.

Может быть, США не думают о своих партнерах. Продовольственной зависимости у нас нет ни от кого, а от США тем более. У нас ограничатся поставки птицы из США, но эту птицу мы уже давно заместили.

Что касается нашей импортозависимости, еще в 2010 году наш президент объявил о доктрине продовольственной безопасности. И были обозначены показатели, что мы практически по всей продукции должны заместить импорт на 80% и более.

Мне приходится часто ездить по регионам. Сейчас у нас нет импортозависимости, у нас на 80% в торговле представлены отечественные товары. Даже если это западные бренды, они локализованы на территории России, здесь производятся. Другое дело сырье, очень часто мы используем импортное сырье.

Но то, что мы используем из США, мы заместим из Латинской Америки. Бразилия готова, Аргентина готова, Парагвай готов, австралийскую говядину даже не заметили. То, что надо заместить из Евросоюза, мы с удовольствием заместим из стран Таможенного союза и наших бывших советских республик.

Что касается крупного рогатого скота и молочных продуктов: здесь с переориентацией проблем не будет. Нашим ритейлерам и поставщикам нужно будет менять ассортимент и пул поставщиков. За последнее время в наше сельское хозяйство инвестировано такое большое количество средств, что мы оказались готовы к этому сценарию.

Мы собрали у себя крупных и средних ритейлеров и с ними разговаривали. Они сказали, что сделают все, чтобы не было ни роста цен, ни дефицита товаров. В регионах сейчас лежит большая ответственность на главах субъектов: им необходимо будет мониторить ситуацию вместе с нами, собирать поставщиков, производителей, находить с ними общий язык. И очень важно развивать различные форматы торговли. Тогда наш потребитель не почувствует того, что есть какие-то санкции.

– Подскочит ли инфляция? Как наладить контроль за ритейлерами, чтобы не было спекуляции?

– Владимир Владимирович Путин поставил задачу: во-первых, поддержать производителя, во-вторых, не навредить нашему российскому потребителю. Это задача нам понятна, мы понимаем, как ее решать. Мы находимся в диалоге с нашими коллегами. Нас уверили, что этот вопрос будет под контролем и никто не позволит себе наживаться на наших потребителях в условиях, я бы не сказал холодной войны, но в условиях, когда нам всем придется сплотиться.

Ритейлеры заявили о том, что они готовы пойти даже на то, чтобы максимально снизить свои заработки. Это нужно для того, чтобы преодолеть сложившуюся ситуацию, найти новых поставщиков. Пока будет переориентация, может быть нехватка по каким-то группам товаров, в основном это будет премиальный сегмент.

Если мы будем иметь какие-то очаги по продовольственным товарам, где будет резкое повышение цен, мы понимаем, как мы будем на это реагировать.

– Виктор Леонидович, вы упомянули о том, что антисанкции в продовольственной сфере – это первая волна. Ну, а что может быть дальше?

– Поживем – увидим. Мы готовимся ко всему.

– Ну, и насколько наше производство будет готово к возможным следующим этапам?

– Знаете, как только против нас начались эти недружественные действия, по-другому я их назвать не могу, мы, безусловно, стали анализировать все отрасли промышленности, за которые отвечает наше министерство. А это практически вся промышленность.

И мы прекрасно знаем, где готовы на сегодняшний день к активному импортозамещению, а где у нас есть зависимость, поэтому никто нас врасплох не застал.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 7 августа 2014 > № 1143074 Виктор Евтухов


Россия > Легпром > itogi.ru, 23 декабря 2013 > № 982485 Виктор Евтухов

Шить-пошивать

«Мы на всех парусах мчимся к тому, чтобы на наших товарах было написано Made in Russia», — уверяет замглавы Минпромторга Виктор Евтухов

Когда наконец гордая надпись «Сделано в России» вытеснит непатриотичную этикетку Made in China с наших товаров? О российской олимпийской гордости, ситцевом патриотизме и настоящем русском хлопке «Итоги» расспросили заместителя министра промышленности и торговли РФ Виктора Евтухова.

— Виктор Леонидович, Олимпиада не за горами. Скажите, экипировка наших спортсменов опять будет с биркой Made in China?

— Это смотря что вы имеете в виду. Если чисто спортивную одежду, то она все-таки импортного производства. Причем не обязательно китайского. А вот что касается одежды с олимпийской символикой, то тут наши производители завоевали право ее выпускать. Получить права на использование этой символики, как известно, могут только партнеры МОК и компании, получившие лицензию. С 2008 года суммарно должно быть выпущено пять тысяч наименований продукции с уникальной символикой и брендом. И уже в 2009 году в страну пошел контрафакт с символикой. Причем лидирует среди таких товаров именно одежда — шорты, футболки, кепки. С этим борются правоохранительные органы. Что же касается оригинальной продукции, то на прилавках она есть в больших количествах и активно покупается. Это для нашего министерства является хорошим знаком.

Но и спортивную одежду производить мы сможем, если не сейчас, то в ближайшем будущем. К чемпионату мира по футболу-2018, например.

— К Олимпиаде не успели?

— Идея, что к российским знаковым событиям мы могли бы делать товары своими силами, поддерживается всеми. И Олимпиада стала отправной точкой для принципиальных перемен в структуре нашей легкой промышленности. Дело в том, что мы пока далеки от массового производства спортивной одежды из-за того, что наша промышленность не выпускает нужного количества искусственных синтетических тканей. Сейчас большинство видов полиэфирных волокон и нитей, из которых как раз и производится профессиональная спортивная одежда, импортируется, а отечественные аналоги практически отсутствуют. За несколько лет до Игр мы активизировали работу в этом направлении, и уже сейчас наше собственное производство способно обеспечить порядка 46 процентов спроса. Пока есть проблемы и с ассортиментом... Так что спортивная форма, произведенная на Западе, все же лучше. Мы находимся в самом начале пути, а Олимпиада не за горами. Но чемпионат мира пройдет в 2018 году, и к тому моменту мы, что называется, нарастим мышцы. Важно то, что российский легпром ожил, стал работать и конкурировать. Наши компании вполне успешны в нише мужских костюмов, постельного белья, домашнего текстиля, обуви и ряда других позиций. У нас есть дизайнерские работы, мы представлены нашими российскими именами и в haute couture. А что касается Made in China... Вспомним, что на этапе экономических трансформаций в России легкая промышленность осталась без надлежащего государственного внимания. Не успев возродиться после 90-х с их массовым наплывом импорта, отечественный легпром в начале 2000-х был вынужден конкурировать с дешевой рабочей силой из Китая, куда мировые компании начали переводить свое производство. Соперничать было невозможно: к 2004 году произведенная в России продукция оставалась низкомаржинальной: не более 5 процентов в текстиле и 7—8 процентов в обуви — это очень мало, невыгодно производителям. Тем не менее отрасль сохранилась благодаря профессионалам и производственным традициям.

— Многие страны сегодня возвращают производство из Азии домой. Ей-богу, стыдно, когда на русской матрешке написано: «Сделано в Китае».

— На многих вещах уже написано: «Сделано в России». Например, дизайнер Кира Пластинина уже перенесла часть производства одежды под своим брендом из Поднебесной в Московскую область, возродив в городе Озеры фабрику, существовавшую с 1827 года. А Алена Ахмадуллина открыла предприятие в Санкт-Петербурге. Сейчас у нас есть серьезный шанс в корне изменить ситуацию на мировом текстильном рынке. Вы правы, начался массовый исход мирового производства из Китая, и для развития отечественного легпрома наступил удобный момент. Знаменитая дешевая рабочая сила в Поднебесной становится все дороже, и производство начинают переводить в другие страны, в том числе в Восточную Европу. Надо воспользоваться этой ситуацией и поддержать наших производителей: помочь с получением льготных кредитов, ввести стимулирующие бизнес-программы, ужесточить борьбу с контрафактом, предоставить налоговые преференции. Важно, чтобы проекты стали реальностью.

— Минпромторг предложил запретить госструктурам закупать товары, произведенные из импортных материалов. Звучит несколько популистски, не находите?

— Это один из важнейших механизмов господдержки — ограничение закупок импортных товаров легкой промышленности для обеспечения государственных нужд. Что мы и будем делать. Мы можем сами производить ткани, текстиль в нужном количестве и хорошем качестве. Вся военная экипировка — бушлаты, куртки, плащ-палатки, носки, ботинки — станет отшиваться из своего сырья. Кроме того, с 1 января 2014 года вступит в силу закон о федеральной контрактной системе, который даст правительству возможность устанавливать запреты или ограничения для закупок у иностранных предприятий товаров для госнужд. К слову, Минпромторг уже подготовил проект постановления правительства, предполагающий запретить госзакупки одежды, обуви и другого вещевого имущества, изготовленного за рубежом или из иностранных материалов. Запрет может коснуться федеральных и муниципальных органов власти, заказчиков, поставщиков, исполнителей госзаказов для нужд обороны страны.

— Хватит ли отечественного сырья для всех государственных нужд? Ведь тонны узбекского хлопка остались в советском прошлом...

— Хлопок у нас сегодня и в самом деле золотой — он полностью ввозится из-за рубежа. Как и натуральный шелк. Мы надеемся, что и проблему с хлопком вскоре решим: наши ученые вывели скороспелый сорт хлопка АС-1, который способен пережить даже жесткую засуху. Они выделили гормон роста, позволивший получать не хилые росточки, а хлопковые кусты, соответствующие всем стандартам. В прошлом году этими семенами засеяли экспериментальное поле в Астраханской области, собрали первый урожай. Он пошел на семенной фонд и на изготовление ткани.

Результаты хорошие, но это не значит, что мы уже готовы засеять сотни тысяч гектар. Однако бизнес заинтересовался и хочет участвовать в этом проекте, который, безусловно, потребует господдержки.

— А с шерстью как? Вспоминается фраза президента: «У нас баранов много, а шерсти мало...»

— Это было сказано на одном из совещаний в Вологде. И справедливо — с шерстью у нас и впрямь не очень... Чтобы получать тонкорунную шерсть, из которой можно делать материал на костюмы и пальто, надо разводить особые породы овец. Над этим мы тоже работаем. Если продолжить, то придется признать, что нет у нас и достаточного объема производства льна — мы можем покрыть процентов 60 спроса. Но мы сейчас плотно занимаемся сырьевой темой: разработано два проекта создания заводов по производству синтетического волокна мощностью 150 тысяч тонн в Ивановской области и 486 тысяч тонн в год в Северо-Кавказском федеральном округе. В Карачаево-Черкесии будет построена фабрика по переработке шерсти и производству пряжи с объемом финансирования 1,32 миллиарда рублей...

— Разрабатывается дизайн российского знака качества. Знак советского образца уже не устраивает?

— Мы решили попробовать создать знак другого поколения. Конкурс стартовал 11 ноября 2013 года, а 8 декабря завершился прием работ — меньше чем за месяц было получено 484 предложения. Участвовали и студенты, и профессиональные дизайнеры. Я видел эти работы, там есть интересные идеи. Например, многие обыгрывают букву «К» (качество) или Q (quality). Некоторые номинанты предложили логотип, напоминающий знак качества СССР. Не обошлось, конечно, и без изображения медведя. Но все работы очень творческие и профессионально выполненные. Сейчас начнется интернет-голосование, которое будет учитываться оргкомитетом при вынесении решения. А победитель получит денежный приз в 200 тысяч рублей.

Не исключено, что результат открытого голосования в сети Интернет может совпасть с мнением оргкомитета, который возглавляет министр промышленности и торговли РФ Денис Мантуров, Но в любом случае правила конкурса предусматривают дополнительную номинацию конкурса «Лучший знак качества — выбор общественности».

— Не получится ли так, что знак появится, а качество — нет?

— Конечно, истинная цель не просто в создании некоего символа качества. Знак будет инструментом продвижения качественной отечественной продукции. Фактически в нашей новейшей истории мы впервые начали говорить о качестве как о национальной стратегии. Экономика должна строиться не на примитивном принципе «купи — продай», а на суверенитете отечественного производства, когда товары производятся на территории России российскими гражданами из отечественного сырья. У нас есть огромная группа товаров, которая может сама популяризировать знак качества, например продукция оборонного производства, востребованная на Западе.

Не могу отвечать за всех, но большинство, с кем мне приходилось общаться, относятся к этой идее хорошо. Более того, ассоциации производителей сами вышли с инициативой создания знака качества. Комиссия по присуждению знака — коллективный орган, состоящий из представителей бизнеса, потребительских сообществ и общественных организаций. А продукцию с отметкой высокого качества мы сможем увидеть уже в следующем году.

— Потеснит ли новый знак качества ГОСТ и ТУ? Или они будут существовать параллельно?

— Сейчас у нас обязательны для выполнения только технические регламенты Таможенного союза, которые определяют требования к безопасности продукции. ГОСТы и ТУ носят рекомендательный характер. Знак качества не должен заменять существующую систему стандартизации, а напротив, он станет инструментом ее развития. Планируется, что в рамках системы подтверждения качества российской продукции будет сформирован перечень документов по стандартизации. Так вот там для маркировки национальным знаком качества будут прописаны требования к продукции по каждому ее виду. И, уверяю вас, эти требования будут высокими.

— Как все это соотносится с нашим членством в ВТО?

— Все в законных рамках. Все переживали, что вступление в ВТО плохо отразится на легпроме в первую очередь. Но на сегодняшний день таможенные пошлины на многие виды товаров легкой промышленности сохранились на прежнем уровне, понижения следует ожидать только через два-три года. Нас пугали ВТО, но некоторые производства показали рост. Это не случайно. Был разработан комплекс мер поддержки, который содержится в плане действий правительства РФ, направленных на адаптацию отраслей экономики к условиям ВТО. Эти меры включают в себя в том числе сохранение субсидирования процентных ставок по кредитам, модернизацию правил госзакупок и проведение специальных защитных, антидемпинговых и компенсационных расследований, которые направлены на ограничение недобросовестной конкуренции со стороны зарубежных производителей. Кроме того, в 2014 году будут введены новые правила предоставления субсидий на компенсацию части затрат при реализации инвестпроектов. Легкая промышленность давно не проходила комплексную модернизацию, поэтому мы обнулили ставки таможенных пошлин и НДС для ввоза оборудования, которое не производится в нашей стране. Думаю, что инвесторы оценят наши усилия и придут в отрасль, ведь очевидно, что точек роста в легкой промышленности очень много.

— Есть ли новые отечественные бренды, хорошо узнаваемые за пределами России?

— Это ведь как посмотреть... Производитель танков и вагонов «Уралвагонзавод» — один из самых раскрученных в последнее время брендов. Но он делает не только танки. Не так давно предприятие заявило о желании выпускать одежду, обувь и аксессуары под своей торговой маркой. Другой пример — двое братьев-предпринимателей наладили производство и продажу оригинальных свитеров. Сначала они находили у разных производителей — преимущественно отечественных — просто интересные и качественные свитеры, покупали их оптом и продавали через Интернет в пределах России. А сейчас их продукцию делают на трех отечественных заводах. Пряжу покупают в Костромской области. И все это региональные предприятия, работавшие еще в СССР, многие из них выжили и развиваются.

Мы решили, что надо пользоваться известностью существующих брендов — российских, советских. Можно восстановить и уже забытые, но когда-то гремевшие на весь мир, создавать новые кластеры и индустриальные парки легкой промышленности... Думаю, что в результате появятся новые русские бренды мирового уровня.

— И что будет с нашим текстилем? Могу только представить, что из него начнут строчить глупые кофточки...

— Ну почему же глупые? У наших дизайнеров, которые часто известны в Париже и Лондоне больше, чем дома, есть огромный интерес к тому, чтобы создавать промышленные коллекции из наших материалов. И покрывать таким образом нишу массмаркета. Более того, наши дизайнеры на последней Неделе моды показали хорошие капсульные коллекции. Когда и дизайнер может сделать что-то для себя, и производство получить заказы. Я еще раз повторю то, с чего мы начали: у нас есть шанс побороться за перевод производства из Китая в Россию. У нас все хорошо и с идеями, и с дизайнерами. Наш легпром на всех парусах мчится к тому, чтобы на отечественных товарах было написано Made in Russia. Посмотрите этикетки на вещах с олимпийской символикой — на многих из них вы это уже прочтете.

А что касается ситцевого патриотизма, то я не вижу ничего плохого даже в квасном патриотизме на фоне засилья известных импортных напитков. И вполне согласен с известным автором, который «в березовые ситцы нарядил бы белый свет». Но это поэзия. Я же сегодня представляю суровую сферу производства и потому еще замечу, что ситец — весьма полезная ткань, как, впрочем, и все натуральные продукты, которыми так богата Россия.

Юлия Славкина

Россия > Легпром > itogi.ru, 23 декабря 2013 > № 982485 Виктор Евтухов


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter