Всего новостей: 2356359, выбрано 8 за 0.000 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Жирар Рено в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаЭлектроэнергетикаАрмия, полициявсе
США > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 16 января 2018 > № 2458594 Рено Жирар

Губительные последствия американского одностороннего подхода

Рено Жирар | Le Figaro

Вместо дипломатии консенсуса Дональд Трамп навязывает дипломатию ультиматумов, требуя для Америки всех прав при отсутствии всяких обязательств, пишет обозреватель Le Figaro Рено Жирар.

В сфере международных отношений два мандата президента Обамы были отмечены поиском консенсуса. Это позволило осуществить большие дипломатические подвижки, такие как подписание соглашения по иранской ядерной программе (СВПД, Совместный всеобъемлющий план действий, июль 2015 года) или Парижское соглашение по ограничению глобального потепления, связанного с деятельностью человека (декабрь 2015 года), говорится в статье.

После года деятельности администрации Трампа становится ясно, что американская дипломатия избрала совершенно иной путь. От многостороннего подхода к большим международным целям и задачам она перешла к одностороннему. И предала забвению дипломатию консенсуса, предпочтя ей дипломатию ультиматумов. Последний ультиматум прозвучал 12 января 2018 года. Он адресован трем европейским державам, подписавшим СВПД: Франции, Великобритании и Германии. У них остается 120 дней, чтобы "устранить катастрофические изъяны", от которых страдает данное соглашение в глазах Трампа, отмечает обозреватель.

Постоянная эскалация напряженности в отношении страны, которая в американской психике вот уже в течение 38 лет возведена в ранг врага, без труда будет принята республиканским и даже демократическим электоратом, неизменно склонным к равнению на Израиль в ближневосточной политике США. Однако Трамп не соизволил проинформировать своих сограждан о двух ключевых фактах, поясняет автор.

Во-первых, СВПД учреждает самую усиленную систему международной инспекции за всю историю после подписания в 1968 году Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), говорится в статье.

Во-вторых, европейцы уже сказали, что не исправят ни строчки в столь сложном и ценном соглашении, по которому велись переговоры более двух лет. Даже если бы они захотели это сделать, ничего бы не изменилось, так как, помимо Ирана, Китай и Россия (тоже подписанты СВПД) и слышать не желают о новых переговорах с целью пересмотра соглашения. "Если бы Америка захотела ослабить лагерь реформаторов в Иране и подтолкнуть Стражей исламской революции к возвращению к курсу на атомную бомбу, она не смогла бы придумать ничего лучшего!" - уверен Жирар.

После окончания Второй мировой войны США вели внешнюю политику, отмеченную преемственностью: отдельные президенты могли вводить новшества, но они никогда не уничтожали то, что было очерчено их предшественниками, напоминает автор. Трамп покончил с принципом преемственности.

Односторонний подход Трампа приводит к губительным последствиям. Он требует для Америки всех прав и не признает никаких обязательств. Он не следует понятию "суверенной облигации". В Европе он вызвал недоверие (своим выходом из Парижского соглашения и расплывчатостью суждений об условиях обороны, предусмотренных статьей 5 хартии НАТО). В Латинской Америке он породил недоверие (своим отказом от многостороннего подхода к миграционным проблемам). В арабо-мусульманском мире и в Африке он вызвал ненависть тем, что заклеймил отдельные народы и отказался от традиционной американской нейтральности по израильско-палестинскому досье. В Азии он, сам того не желая, усилил китайские гегемонистские устремления (выходя из ТТП, Транс-Тихоокеанского торгового партнерства, подписанного в Окленде в феврале 2016 года), комментирует Жирар.

Со времен Рузвельта все привыкли к тому, что Америка задает тон в международных отношениях (чаще к лучшему, чем к худшему). Сегодня это не так, заключает обозреватель.

США > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 16 января 2018 > № 2458594 Рено Жирар


КНДР. Иран > Электроэнергетика. Армия, полиция > inopressa.ru, 5 января 2018 > № 2449445 Рено Жирар

Северная Корея и Иран: 2018 год - год атомного риска

Рено Жирар | Le Figaro

"В этом году мы отмечаем 50-ю хаотическую годовщину Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО). Его подписали все страны мира за исключением Индии, Пакистана и Израиля", - пишет обозреватель французской газеты Le Figaro Рено Жирар.

В своей речи "О положении страны" в январе 2002 года американский президент Джордж Буш сказал, что Северная Корея принадлежит к "оси зла", продолжает автор. Менее чем через год КНДР официально вышла из ДНЯО. В ходе своего поздравления с новым 2018 годом Ким Чен Ын заявил, что Северная Корея стала ядерной державой, обладающей межконтинентальными ракетами, равно как и США, говорится в статье. "Затем он протянул руку Южной Корее, выразив пожелание о том, чтобы северокорейские спортсмены смогли туда поехать для участия в зимних Олимпийских играх в феврале 2018 года, - сообщает Жирар. - Власти Сеула сразу же отреагировали положительно".

"Учитывая настрой его южнокорейского союзника, незаметно, чтобы американский президент распорядился о какой-либо превентивной войне против Северной Кореи, чтобы лишить ее нового статуса атомной державы, - комментирует журналист. - Таким образом, в борьбе между Пхеньяном и Вашингтоном выиграл Пхеньян. Это плохая новость для нераспространения ядерного оружия".

"Наряду с Ираком и Северной Кореей в "оси зла" президента Буша фигурировал и Иран, - говорится далее. - После того как в 2002 году он тайно возобновил военную атомную программу, Иран официально от нее отказался посредством соглашения от 14 июля 2015 года, подписанного постоянными членами Совбеза ООН и Германией. МАГАТЭ регулярно констатирует в своих докладах, что Иран соблюдает должным образом свои обязательства. Несмотря на это, с момента своего прихода к власти в январе 2017 года Дональд Трамп грозится денонсировать этот договор, который, на его взгляд, представляет собой "худшее соглашение, когда-либо подписанное Америкой за всю ее историю".

По словам автора, есть два возможных сценария развития событий политической ситуации в Иране. "В случае мирного сценария власти Исламской Республики примут во внимание недовольство манифестантов и решат вывести стану на более либеральный путь", - предполагает обозреватель. Этот сценарий предполагает, что власти ограничат свои внешние экспедиции, чтобы направить государственные деньги на улучшение повседневной жизни иранских граждан. "Если Иран откажется от всех претензий на региональное господство, атомное соглашение ожидает безоблачное будущее", - пишет автор.

"Однако после того, как высший руководитель Хаменеи назвал протестующих 2 января 2018 года "врагами, проплачиваемыми и манипулируемыми Саудовской Аравией", увы, мрачный сценарий становится более вероятным, - говорится в статье. - Этот сценарий предполагает суровое подавление протестного движения со стороны "Пасдаран" ("Корпуса стражей исламской революции") и поворот к еще более авторитарному и религиозному режиму". Когда это случится, Трампа больше ничто не будет сдерживать от денонсирования атомного соглашения, считает Жирар. "Почувствовав, что им угрожает Америка, открыто призывающая к смене режима в их стране, муллы возобновят производство обогащенного урана, вновь повергнув весь Ближний Восток в опасную гонку атомных вооружений", - предполагает обозреватель.

КНДР. Иран > Электроэнергетика. Армия, полиция > inopressa.ru, 5 января 2018 > № 2449445 Рено Жирар


США. Израиль. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 12 декабря 2017 > № 2421056 Рено Жирар

Рено Жирар: «США утратили роль арбитра на Ближнем Востоке»

Признав Иерусалим столицей Израиля, Трамп разрушил нанес вред переговорам об арабо-израильском мирном договоре, гарантом которого с самого начала были Соединенные Штаты.

Рено Жирар (Renaud Girard), Le Figaro, Франция

Почему признание Иерусалима столицей Израиля президентом США 6 декабря 2017 года вызвало столько эмоций не только во всем арабо-мусульманском мире, но и в Европе? В конце концов, прошло почти 70 лет с тех пор, как Кнессет и премьер-министр Израиля обосновались в Иерусалиме. В конце концов, Иерусалим был уже столицей еврейского государства при царе Соломоне 3 000 лет тому назад. Там он построил большой храм, от которого осталась лишь западная стена, знаменитая Стена Плача. В таком случае, может быть, Дональд Трамп всего лишь признал истинное положение дел? Именно это он и утверждает, и его аргумент вполне приемлем.

Но решение перенести посольство США из Тель-Авива в Иерусалим, отвечающее инициативе Конгресса двадцатилетней давности, создает две серьезные дипломатические проблемы.

Во-первых, это противоречит всем документам ООН, подписанным до настоящего времени Соединенными Штатами. План раздела Палестины в 1947 году (после прекращения британского мандата) предусматривал создание еврейского и арабского государств, а также международный статус Иерусалима как священного города трех великих монотеистических религий — иудаизма, христианства и ислама. Евреи унаследовали 58% территории Палестины, а арабы — 42%. Этому плану не суждено было осуществиться. Как только последний британский солдат покинул эти земли в мае 1948 года, и Дэвид Бен-Гурион провозгласил независимость, арабские государства (Египет, Ливан, Сирия, Иордания, Ирак) напали на совсем молодое еврейское государство. После того, как они проиграли войну, государство Израиль расширило свою территорию до 78 % Палестины, остальные 22 % остались под контролем иорданской армии. В 1967 году, благодаря своей победе в Шестидневной войне, Израиль завоевал Восточный Иерусалим (вместе со Стеной Плача), Западный берег реки Иордан, сектор Газа, Синайский полуостров и сирийские Голанские высоты. Резолюция 242 Совета Безопасности ООН призвала тогда израильтян уйти с оккупированных территорий в обмен на мир со всеми арабскими государствами. Таким образом, «зеленая линия» (линия прекращения огня в феврале 1949 года) стала признанной мировым сообществом границей государства Израиль. Но эта резолюция никогда не была применена. Согласно Кэмп-Дэвидским мирным соглашениям (сентябрь 1978 года) Израиль вернул Синайский полуостров Египту. В мирном договоре с Израилем, подписанном в октябре 1994 года, Иордания отказалась от всех претензий на Западный берег, который должен был стать территорией будущего Палестинского государства в соответствии с условиями соглашений между Рабином и Арафатом в сентябре 1993 года (тайно обсуждались в Осло прежде чем были подписаны на лужайке перед Белым домом). Но соглашения Осло были сорваны из-за серии атак ХАМАСа и неготовности Ликуда. Вот почему по-прежнему нет мира на Ближнем Востоке.

Окончательный статус Иерусалима должен был стать одним из элементов арабо-израильского мирного договора под защитой ООН. Своим, по меньшей мере, поспешным решением, Трамп нанес вред переговорам, которые США поддерживали с самого начала.

Вторая проблема заключается в том, что своим решением Трамп лишил Америку ее способности играть роль арбитра в арабо-израильском конфликте. До сих пор, будучи гарантом Израиля с 1948 года, США всегда стремились сохранить сбалансированную позицию, что позволяло им стать реальным «честным посредником». В ноябре 1956 года именно Вашингтон заставил англичан и французов, союзников Израиля, положить конец Суэцкой войне против Насера. В октябре 1973 года Киссинджер убедил израильтян ослабить кольцо вокруг окруженной египетской третьей армии. В октябре 1991 года президент Джордж Буш инициировал проведение Мадридской мирной конференции, пригласив туда палестинскую делегацию, несмотря на яростное сопротивление стороны Израиля.

Все геополитики знают, какое решение для Иерусалима было бы разумным. Его западная часть должна оставаться столицей государства Израиль, а его арабский квартал мог бы стать под именем аль-Кудс будущей столицей Палестинского государства. Стена Плача, конечно же, должна стать окончательно израильской. С другой стороны, было бы нормально, если бы две святые мечети стали частью палестинской территории.

Когда израильско-палестинская территориальная проблема была просто политической, она казалась вполне решаемой. Теперь, когда все большее число людей с обеих сторон примешивают к этому религию, решение кажется почти нереальным. И еще одна плохая новость: Америка больше не играет роли потенциального арбитра в этом бесконечном конфликте.

США. Израиль. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 12 декабря 2017 > № 2421056 Рено Жирар


Франция. Украина. Евросоюз. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 5 декабря 2017 > № 2413098 Рено Жирар

Рене Жирар: «Ошибочно было думать, что Майдан — это Украина»

В эксклюзивном интервью le Courrier de Russie в трех частях французский геополитолог Рено Жирар анализирует ухудшение отношений России и Запада на фоне украинского кризиса.

Жан-Клод Галли (Jean-Claude Galli), Le Courrier de Russie, Россия

Часть I: революция на Майдане и неспособность европейских держав обеспечить выполнение договора, который они заставили подписать президента Виктора Януковича и лидеров оппозиции 21 февраля 2014 года.

Le Courrier de Russie: В конце ноября 2013 года, после саммита в Вильнюсе, когда президент Украины Виктор Янукович отказался подписать соглашение об ассоциации с Европейским союзом, на киевском Майдане началась революция. Не получилось ли так, что ЕС сам невольно способствовал возникновению украинского кризиса?

Рено Жирар*: Нет, мне так не кажется. Кризис и последовавшая за ним война на Украине стали результатом череды нежелательных и совершенно непредсказуемых событий, как это часто бывает в истории. Как бы то ни было, европейская дипломатия не лучшим образом проявила себя в начале и середине кризиса. Когда Украине предлагалось партнерство, ЕС следовало торжественно провозгласить, что те же самые условия предлагаются и России. У нас предпочли оставить этот вопрос в руках Брюсселя, что стало ошибкой.

Москве нужно было предложить такое же соглашение об ассоциации, как после Второй мировой войны странам Восточной Европы и СССР был предложен план Маршалла (Советский Союз и его сателлиты ответили тогда отказом, но это уже была их проблема).

Далее, на Европе лежит большая ответственность за этот кризис. В частности, это касается тогдашних министров обороны Германии, Франции и Польши: Франка-Вальтера Штайнмайера (Frank-Walter Steinmeier), Лорана Фабиуса (Laurent Fabius) и Радослава Сикорского (Radosław Sikorski).

19 февраля 2014 года была организована встреча Франсуа Олланда и Ангелы Меркель в Париже. В Киеве же началась стрельба. Чтобы остановить кровопролитие, президент Франции и канцлер ФРГ решили отправить туда глав своих дипломатий. На следующий день Фабиус и Штайнмайер заехали в Варшаву за Сикорским и вылетели на Украину. Там, как всем известно, были начаты переговоры с Януковичем и лидерами оппозиции. Уже одного этого оказалось достаточно, чтобы остановить убийства. Это уже стало значительным успехом! Переговоры продолжались всю ночь и оказались весьма непростыми. Но 21 февраля 2014 года европейской тройке блестяще удалось добиться внутриукраинского соглашения.

В тот день к пяти часам вечера все увидели, как Арсений Яценюк, Олег Тягнибок и Виталий Кличко пожали руку пророссийскому президенту Януковичу. К сожалению, европейские министры совершенно непонятным образом не смогли защитить этот чудом возникший плод их трудов. Они попросту уехали!

Когда вам удается добиться такого феноменального успеха, каким было соглашение от 21 февраля, с ним нужно «нянчиться». Напомню, что договор предусматривал поправки в конституцию, досрочные выборы и правительство национального единства. Ночью же европейские министры вернулись к себе, а лидеры оппозиции были освистаны толпой и отказались от поставленных подписей. Президент Янукович испугался и уехал из Киева в Харьков.

— Янукович бежал…

— Говорят, что он бежал, но это звучит пренебрежительно. Конституция Украины не запрещает президенту путешествовать, как он считает нужным. Он мог бы отправиться на месяц в отпуск на Бали, и это не было бы неконституционным. Когда россияне говорят о государственном перевороте (Януковича сместили на следующий день после его отъезда из Киева), у них имеются определенные основания, поскольку ничто не запрещало Януковичу куда-то уехать. Кроме того, в воскресенье Рада провела спешное голосование и отменила признание русского вторым официальным языком восточных областей Украины. Все это на блюдечке предоставило Владимиру Путину предлог для вмешательства. А европейских министров там уже больше не было… Это большая ошибка, которую будут разбирать в дипломатических академиях по всему миру.

— Что могли сделать Фабиус и Штайнмайер?

— После шампанского и рукопожатий в пятницу вечером нужно было позвонить Владимиру Путину и договориться с ним об ужине в Кремле. Если бы французский и немецкий министры попросили устроить им встречу, их обоих бы приняли. Там им следовало бы сказать Путину три вещи. Во-первых, Севастополь в любом случае останется вашим. Во-вторых, Украина никогда не станет членом НАТО, а альянс не расширится на Киев. Как вы помните, Владимир, в апреле 2008 года в Бухаресте мы, французы и немцы, наложили вето на вступление Украины в НАТО. В третьих, в восточных областях Украины, разумеется, надо продолжить говорить на русском языке.

Несколько работающих в России дипломатов заверили меня, что если бы мы выступили с таким предложением, президент Путин принял бы его. То же самое сказал мне год назад в Париже украинский олигарх Сергей Тарута, защитник Мариуполя, который придерживается откровенно антироссийских взглядов, но лично знал Путина до кризиса. Таким образом, европейцы допустили очень серьезный промах в плане превентивной дипломатии.

— Объясняет ли такой недостаток превентивной дипломатии взятие Крыма Россией?

— Взятие Крыма прошло мирным путем. Тем не менее нужно называть вещи своими именами: это аннексия, противоречащая обязательствам, которые взяла на себя Россия в декабре 1994 года в Будапеште, выступив гарантом территориальной целостности Украины в обмен на ее отказ от ядерного оружия.

Что касается конфликта в Донбассе, мне кажется, Россия допустила ошибку, когда начала эту гибридную войну. Она может принести ей только проблемы. Сейчас там сформировался режим, который России, судя по всему, непросто контролировать.

Да, в истории наций, хотя бы той же французской, допускаются стратегические ошибки. К их числу относится Донбасс. Я считаю, что нам нужно помочь России избавиться от этой занозы и поспособствовать ее примирению с Украиной. Кроме того, необходимо, в целом, вернуть Россию в европейскую семью.

— Как вам кажется, США разделяют эту политическую позицию? Клан Януковича и некоторые эксперты по Украине обвиняют их в подрыве соглашения 21 февраля 2014 года, которого удалось добиться европейской тройке…

— Нет, мне не кажется, что американцы действительно пытались сорвать соглашение. Как бы то ни было, часть сотрудников Госдепартамента и в частности Виктория Нуланд (Victoria Nuland, заместитель госсекретаря по Европе и Евразии в администрации Обамы — прим.ред.) вели себя, мягко говоря, небеспристрастно, и играли отнюдь не дипломатическую роль. Представьте, что бы у нас подумали об американском дипломате, который раздавал бы печенье на бульваре Сен-Мишель в Париже в мае 1968 года? И что сказали бы о российских дипломатах, если бы они участвовали в протестах против Обамы в США?

То есть, я считаю, что американская дипломатия продемонстрировала недостаток объективности и вышла за границы своей роли. Но я не верю в существование у Барака Обамы плана по подрыву европейского переговорного процесса для разжигания кризиса и войны. Все произошло слишком быстро. Возможно, тут имели место личные инициативы некоторых прибывших из Вашингтона сенаторов, однако внешнюю политику США определяет президент.

В то же время совершенно не исключено, что некоторые украинцы и в частности лидеры оппозиции придерживались экстремистских позиций, поскольку думали, что заручились поддержкой США. Так было с президентом Грузии Саакашвили, когда он решил обстрелять Цхинвали вечером 7 августа 2008 года. Он тоже думал, что американцы поддерживают его, хотя они призывали его к сдержанности. Такая же точка зрения могла сформироваться и в Киеве. Это, кстати говоря, объяснило бы готовность прозападных украинцев идти до конца. При этом они получили предупреждение на родном языке от Сикорского. Тот вышел на Майдан после подписания соглашения и сказал им: «Вам нужно принять его, потому что лучше уже не будет».

Связана эта непреклонность и с наивностью лидеров украинской оппозиции, которые посчитали Майдан всей Украиной. Майдан не был Украиной, как театр Одеон в мае 1968 года не был Францией. Пусть даже их освистали, отступаться было нельзя.

Просто в голове не укладывается, что европейские державы могли так просто смириться с попранием соглашения, на котором стояла их подпись. В России этого тоже не поняли. В те выходные они не знали, что делать. Они не понимали, что происходит. Не понимали, почему Запад не говорит трем лидерам: «Постойте, раз вы подписали договор, выполняйте его!»

Владимир Путин взял инициативу в свои руки лишь в понедельник. Он собрал советников и принял с ними решение о силовой операции в Крыму, которая началась в четверг. Но если ознакомиться с сообщениями Кремля на тех выходных, можно увидеть в них полную растерянность. События не поддавались их пониманию. Они были поражены тем фактом, что европейцы позволили растоптать договор, гарантами которого выступили. Европа же, повторюсь, ушла с дипломатического поля еще в пятницу вечером. Разумеется, нужно было остаться в Киеве и проследить за выполнением этого чудом подписанного соглашения. Были забыты уроки великого Киссинджера, который три недели пробыл на Ближнем Востоке, чтобы добиться прекращения огня в войне Судного дня.

* Рено Жирар (Renaud Girard), геополитолог, преподаватель Парижского института политических исследований, эксперт по международной политике, обозреватель le Figaro.

Франция. Украина. Евросоюз. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 5 декабря 2017 > № 2413098 Рено Жирар


Россия. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 22 ноября 2017 > № 2440709 Рено Жирар

Бессмысленный конфликт Европы и России

Россия также нужна Европейскому союзу, как Евросоюз России

Рено Жирар (Renaud Girard), Le Figaro, Франция

15 ноября 2017 года Дума единогласно приняла закон, который позволяет причислить к «иностранным агентам» работающие на территории Российской Федерации международные СМИ. Голосование в нижней палате стало ответом Кремля на решение американцев поступить так со спутниковым телеканалом RT, который контролируется президентом Путиным. Как бы то ни было, закон, очевидно, будет применим и к европейским СМИ.

Пусть сама по себе эта мера не имеет большого значения, она все же усиливает зародившуюся в 2008 году тенденцию к постепенному разрушению отношений Европейского союза и России. В том факте, что пришедший к власти в 2000 году Владимир Путин все больше отдаляется от Европейского союза (хотя и ощущает культурную и политическую близость к нему), не было ничего неизбежного.

В течение первых девяти лет у власти он следовал дружественной политике по отношению к Западу, которая значила для него намного больше стратегии добрососедских отношений с Китаем. На встрече с министром иностранных дел Франции Юбером Ведрином (Hubert Védrine) в Москве в 2000 году президент Путин выразил надежду на то, что европейцы помогут России установить правовое государство и торговое законодательство, сравнимые с их собственными. После исламистских терактов в Нью-Йорке и Вашингтоне 11 сентября 2001 года россияне предложили американцам всю свою логистическую поддержку в «войне с терроризмом» Буша-младшего. После взятия Кабула в ноябре 2001 года и тактического отступления талибов американцы организовали во Франкфурте международную конференцию по восстановлению и «демократизации» Афганистана: эту миссию они хотели доверить НАТО. Россияне же не забыли, какими проблемами обернулось для них собственное военное присутствие в стране (1979-1989гг.) и пытались отговорить американцев от этой затеи. США не послушали Россию, но та все равно предоставила американской армии логистическую помощь. Москве было не по душе вторжение «англосаксов» в Ирак Саддама Хусейна в марте 2003 года, но она ничего не сделала, чтобы этому помешать. В то же время она входила во все структуры диалога, куда приглашали ее брюссельские институты.

Переход Путина на более жесткую линию связан с двумя явлениями: расширением НАТО дальше на восток (вступление в альянс стран Балтии в 2004 году) и «цветными» революциями в соседних бывших советских республиках (Украина, Грузия, Киргизстан…). У Путина как у геополитика классической школы, который верит, что география определяет силу в большей степени, чем экономика, сложилось ощущение, что США пытаются взять Россию в кольцо. Существовал ли на самом деле в Белом доме такой план? Честно говоря, на этот счет имеются сомнения, поскольку американцам последние 20 лет явно не хватает стратегического стержня. Как бы то ни было, в дипломатии чувства играют большую роль, чем факты. Раз Кремль впал в паранойю, европейцам нужно было его успокоить. Но они этого не сделали.

В ходе последнего украинского кризиса Франция, Германия и Польша упустили историческую возможность, когда не настояли на реализации внутриукраинского соглашения от 21 февраля 2014 года между сторонниками России и Запада. При этом они сами блестяще провели переговоры о его подписании и выступили его гарантами. Результатом этой непонятной небрежности Европы стали аннексия Крыма, отделение Донбасса, санкции против России и ответные меры Москвы.

Была ли оправдана военная реакция России, которая зачастую носила «гибридный» характер? Нет. Она противоречит гарантии территориальной целостности, предоставленной Украине в обмен на ее денуклеаризацию президентом России в декабре 1994 года. По счастью, Путину (в стране его считают центристом) хватило мудрости вовремя остановить казаков, пока они не попытались установить территориальную связь между Россией и Крымом.

Проблема в том, что дрязги на Черном море и Днепре скрыли от глаз Европы и России важные современные вопросы. Их конфликт совершенно бессмыслен с точки зрения угроз для их цивилизации (радикальный ислам) и экономики (шелковый путь Китая). Европейский союз нуждается в России, чтобы дать эффективный отпор торговой гегемонии Пекина. Россия же нуждается в Европе, чтобы построить у себя то, чего ей так остро не хватает: правовое государство.

Россия. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 22 ноября 2017 > № 2440709 Рено Жирар


Россия. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 21 ноября 2017 > № 2395453 Рено Жирар

Абсурдность разлада между Европой и Россией

Рено Жирар | Le Figaro

Евросоюз нуждается в России, как и Россия нуждается в ЕС, пишет международный обозреватель Le Figaro Рено Жирар.

В среду 15 ноября 2017 года Госдума единогласно приняла закон, позволяющий называть "иностранными агентами" зарубежные СМИ, присутствующие на территории Российской Федерации, говорится в статье.

Такая мера, сама по себе не очень важная, все же усиливает движение геополитического фона, сложившегося в 2008 году, в сторону постепенного разрушения отношений между Евросоюзом и Россией. Владимир Путин, находящийся у власти с 2000 года, не всегда стремился отдалиться от Евросоюза, с которым он ощущает свою культурную и политическую общность, отмечает обозреватель.

Ожесточение Путина было вызвано двумя явлениями: все большим расширением НАТО на восток (вступлением в альянс стран Балтии в 2004 году) и демократическими "цветными" революциями в бывших советских республиках, находящихся по соседству с Россией (Украина, Грузия, Киргизии). Будучи классическим геополитиком, верящим в то, что география определяет величие державы в большей степени, нежели ее экономика, Путин стал ощущать, будто США стремятся взять Россию в окружение. Имелся ли когда-нибудь подобный план в Белом доме? Это вызывает сомнения, настолько недоставало американцам стратегического станового хребта в течение двух последних десятилетий. Однако в дипломатии ощущаемое является важнее реального. Если Кремль впал в паранойю, то европейцам подобало бы его успокоить. Чего они не сделали, указывает Жирар.

По последнему украинскому кризису Франция, Германия и Польша упустили исторический шанс, не уделив внимания применению на практике мирового соглашения власти и оппозиции на Украине от 21 февраля, подписанного между пророссийскими и прозападными участниками, после того как они прекрасно провели переговоры и стали его гарантами. Результатом этой непостижимой европейской небрежности стала аннексия Крыма, отделение Донбасса, санкции против России, контрсанкции, принятые Москвой, комментирует автор статьи.

Легитимно ли российское военное реагирование, зачастую "гибридное"? Нет. Оно противоречит гарантии территориальной неприкосновенности, данной Украине президентом России в декабре 1994 года в обмен на ее превращение в безъядерную зону. Путин, который у себя дома считается центристом, к счастью, проявил благоразумие, остановив казаков, прежде чем они попытались обеспечить территориальную непрерывность между Россией и Крымским полуостровом, подчеркивает обозреватель.

Проблема в том, что эти дрязги в Черном море и по ту сторону от Днепра скрыли от Европы и от России большие современные цели и задачи. Их разлад абсурден с точки зрения нависших угроз - над их цивилизацией, в виде радикализации ислама, и над их экономиками, в виде китайской стратегии "Новых шелковых путей". Евросоюз нуждается в России, чтобы лучше противостоять стремлению Китая к торговой гегемонии. Россия нуждается в Европе, чтобы построить у себя то, чего ей так ужасно недостает: правовое государство, подытоживает Жирар.

Россия. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 21 ноября 2017 > № 2395453 Рено Жирар


США. КНДР > Армия, полиция > inopressa.ru, 26 сентября 2017 > № 2325056 Рено Жирар

Какова американская стратегия в отношении Северной Кореи?

Рено Жирар | Le Figaro

Когда в геополитике переходят от стадии конфронтации с военными маневрами к стадии обмена косвенными оскорблениями в ООН, это значит, что напряженность начитает снижаться, пишет международный обозреватель Le Figaro Рено Жирар.

8 августа 2017 года Дональд Трамп пообещал "огонь и ярость" Северной Корее, в случае если она продолжит свою программу по вооружению ядерными баллистическими ракетами. 29 августа молодой северокорейский диктатор Ким Чен Ын приказал запустить баллистическую ракету межконтинентальной дальности, которая упала где-то в Тихом океане, пролетев над японским архипелагом и не подвергшись перехвату. Во избежание усиления эскалации Китай и Россия призывают США возобновить дипломатический диалог с маленькой сталинистской и воинственной страной (25 млн жителей, территория - четверть французской), говорится в статье.

Пекин и Москва предлагают следующую сделку: прекращение Пхеньяном ядерных и баллистических испытаний в обмен на приостановку американских маневров. Но Вашингтон отказывается, указывает автор.

Сегодня кажется очевидным, что США не станут вести превентивную войну против Северной Кореи: обжегшись на молоке, дуют на воду, пишет Жирар. США сдерживают себя после катастрофы, которой стала их последняя превентивная война - вторжение в Ирак в марте 2003 года. Что еще хуже, американские односторонние действия могут спровоцировать северокорейские карательные операции против Сеула с десятками тысяч жертв.

Столь же очевидным сегодня представляется тот факт, что Северная Корея в 2003 году вышла из ДНЯО (Договора о нераспространении ядерного оружия, применение которого контролируется МАГАТЭ), намереваясь стать признанной ядерной державой, наряду с Индией и Пакистаном, отмечает обозреватель.

Большая стратегическая ошибка восходит к эпохе администрации Джорджа Буша-младшего, считает автор. В 2002 году он поставил Северную Корею в один ряд с Ираком и Ираном, провозгласив "ось зла". Но затем Вашингтон ошибся с выбором мишени: во имя борьбы с "оружием массового уничтожения" неоконсерваторы воевали с Ираком, у которого его не было, вместо того чтобы заняться Северной Кореей. Сегодня, когда Пхеньян располагает бомбой, уже поздно действовать военными методами.

Но Америка еще не сказала последнего слова, пишет автор, прогнозируя "двойное гибкое реагирование". С одной стороны, она будет действовать через Китай. Ей достаточно будет применить финансовую угрозу против китайских компаний, издав указ о том, что всем, кто продолжит торговать с Северной Кореей, будет запрещено вести дела с Америкой и проводить транзакции в долларах. С другой стороны, США запустят знаменитую "звездную войну", дорогую сердцу покойного президента Рональда Рейгана. С тех пор лазерные технологии сильно продвинулись вперед. Легко представить, как с геостационарного спутника над северокорейской территорией пролетает система, способная дезориентировать наведение любой ракеты в фазе взлета, пишет Жирар.

Однако, предостерегает обозреватель, тут существует еще больший стратегический риск: подобный технический прогресс запустит новую нежелательную гонку вооружений между Вашингтоном, Пекином и Москвой.

США. КНДР > Армия, полиция > inopressa.ru, 26 сентября 2017 > № 2325056 Рено Жирар


Россия. Франция > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 12 мая 2015 > № 1378072 Рено Жирар

Зачем унижать Россию? ("Le Figaro", Франция)

Франсуа Олланд напрасно не поехал в Москву на военный парад в честь 70-летия победы советской армии над нацистской Германией.

Рено Жирар (Renaud Girard)

Франсуа Олланд много путешествует на посту президента. И в нынешнюю эпоху экономической глобализации это можно только приветствовать. Кроме того, в истории человечества не существовало прочной внешней политики без личных связей глав государств и правительств. Таким образом, президент Республики был совершенно прав, когда отправился на Кубу 11 мая 2015 года.

Но он ошибся, когда не поехал 9 мая в Москву на парад по случаю 70-летия победы СССР над нацистской Германией. Причем промах нашего президента носит одновременно дипломатический, нравственный и стратегический характер. В дипломатии он повел себя невежливо по отношению к Владимиру Путину, который принял его приглашение на мероприятия по случаю высадки в Нормандии. В нравственном плане Франции следовало бы почтить жертву русского народа, который заплатил ни с чем несравнимую кровавую цену за уничтожение гитлеровской армии. Наконец, в стратегической сфере Париж без видимой на то необходимости равняется на американскую позицию бойкота России, чем лишь неосторожно толкает ее в объятья Китая.

Разве это означает, что мы, французы, должны стать путинцами? Разумеется, нет! После прихода к власти в январе 2000 года Владимир Путин, безусловно, вытащил страну из оборонного и экономического хаоса, в который ее погрузил либеральный маскарад 1990-х годов. Однако затем он так и не смог установить в России правовое государство, без которого невозможно надежное и устойчивое развитие.

Разве это означает, что нам, французам, нужно взять на вооружение антиукраинский настрой? Конечно же, нет! Президент Олланд был совершенно прав, когда со всеми почестями принял президента Порошенко 22 апреля. Франция совершенно верно напоминает о Будапештском меморандуме, который был подписан президентом России Борисом Ельциным и служит гарантом территориальной целостности Украины. Эта страна стремится стать правовым государством, и нам следует поддержать ее в борьбе с коррупцией, провести разделительную черту между политикой и деньгами (горсткой олигархов). Олланд выступил с посреднической инициативой в урегулировании вопроса русскоязычных сепаратистов Донбасса, и это увенчалось подписанием минских соглашений. Да, они несовершенны и периодически нарушаются обеими сторонами, но им хотя бы удалось остановить кровопролитие на востоке Украины. Как напомнила канцлер ФРГ во время визита в Москву 10 мая, они формируют рамки, в которых можно работать. Отдав дань памяти миллионам русских, которые погибли в результате немецкой агрессии в 1941 году, Ангела Меркель все же открыто призвала Владимира Путин активнее добиваться реализации минских соглашений.

Но с чего вдруг наша сдержанность по поводу путинского стиля управления или поддержка демократических устремлений Украины должны мешать нам выстраивать упредительную и умную дипломатию по отношению к России? Последние десять лет мы больше не пытаемся понять ее и удовлетворить стремление присоединиться к тому, что Горбачев называл «общим европейским домом». Это непонимание стало как никогда очевидным, когда мы начали читать ей мораль из-за жесткой реакции на обстрел Цхинвали, столицы сепаратистской Южной Осетии, катюшами прозападного грузинского лидера Саакашвили. Тем вечером 7 августа 2008 года погибли сотни людей, в том числе десять российских военных наблюдателей. Представим себе, что сербская артиллерия обстреляла бы Приштину, убив десятерых американских солдат: разве в НАТО стали бы сидеть, сложа руки? Когда в марте 1999 года Запад начал вмешательство в поддержку албанских сепаратистов, он торжественно пообещал превратить Косово в многонациональную и мирную землю. Сегодня же это настоящий очаг преступности, откуда прогнали все неалбаноязычные меньшинства. Кроме того, бывшие бойцы сепаратистов попытались подорвать мир в соседней Македонии. Перед тем, как учить других жизни, Западу стоило бы хорошо посмотреть на себя в зеркало...

На военном параде 9 мая (в нем принял участие китайский батальон) Си Цзиньпин стоял справа от Владимира Путина. Замглавы ЦК китайской Компартии впоследствии заявил, что эти празднования «вывели стратегическое партнерство Китая и России на новый уровень». Пекин, кстати, уже предоставил Москве неограниченной кредитование для развития инфраструктуры.

Сложно представить себе, чтобы такое неторопливое смещение России в сторону Азии соответствовало стратегическим интересам Франции.

Рено Жирар, заслуженный международный репортер le Figaro. Он освещал крупнейшие конфликты 30 последних лет и в частности выпустил книги о войнах на Ближнем Востоке и в Афганистане.

Россия. Франция > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 12 мая 2015 > № 1378072 Рено Жирар


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter