Всего новостей: 2263267, выбрано 10 за 0.001 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Зиланов Вячеслав в отраслях: Рыбавсе
Зиланов Вячеслав в отраслях: Рыбавсе
Россия > Рыба > fishnews.ru, 2 июня 2016 > № 1784833 Вячеслав Зиланов

Время слышать и принимать прагматические решения

Вячеслав ЗИЛАНОВ, Председатель Координационного совета «Севрыба»

Прошедшие в Госдуме 19 мая парламентские слушания, главной темой которых стали поправки в закон о рыболовстве, показали, что федеральным ведомствам, рыбакам и регионам так и не удалось прийти к единому мнению в вопросе квот для инвестиционных целей и новых требований к прибрежному рыболовству. Со всех сторон остается слишком много замечаний, к тому же у депутатов появились альтернативные законопроекты. Что именно не устраивает бизнес в законопроекте, внесенном Правительством, и почему рыбопромышленники не склонны верить обещаниям регулятора о прозрачном механизме распределения «инвестквот», в интервью Fishnews рассказал председатель Координационного совета «Севрыба», заслуженный работник рыбного хозяйства России Вячеслав Зиланов.

– Вячеслав Константинович, законопроект об «инвестиционных квотах» внесен Правительством в Госдуму и недавно обсуждался на парламентских слушаниях. На 7 июня намечено его рассмотрение в первом чтении. В какой мере документ отражает ожидания рыбаков?

– Прежде всего, хотел бы сказать, что результат прошедших парламентских слушаний оказался ожидаемым, поскольку большинство тех, кто выступал, высказалось против этого законопроекта. Что тоже вполне закономерно, поскольку это очень объемный документ. Я приведу только некоторые показатели: предлагается изменить 16 статей и добавить девять новых, а всего внести аж 119 поправок. Конечно, переварить все это очень сложно. А потом, когда начинаешь смотреть, что надо принять еще 29 подзаконных актов, становится совсем грустно.

Такое впечатление, что авторы законопроекта не вникли в собственные предложения и не сумели спрогнозировать, как этот закон будет работать в практическом плане. Это существенный недостаток. Кроме того, законопроект выходит за рамки поручений президента. А ведь президент дал четкие указания, по каким направлениям внести поправки. И здесь тоже возникает вопрос.

На слушаниях депутаты «Справедливой России» заявили о внесении встречного законопроекта. В этих поправках, насколько я успел ознакомиться с ними, более четко реализованы задачи, которые поставил президент в своих поручениях. И по моей оценке, они будут более приемлемы для рыбаков. Но как поступит Государственная Дума в этих условиях, когда есть два законопроекта, для меня остается загадкой.

Конечно, парламентарии должны строго ориентироваться на регламент. А коли у нас два законопроекта, они должны рассматриваться вместе, и я не исключаю, что за это время могут поступить еще предложения. И депутатам, у которых осталось совсем мало времени, будет и сложно, и просто принимать решение. Если они хотят действительно отстаивать интересы рыбаков, интересы развития рыбного хозяйства, они должны поддержать законопроект «Справедливой России». Если они хотят усложнить работу отрасли, погрузить ее в вечное реформирование и изобретение новых подзаконных актов, тогда они примут решение в пользу законопроекта Правительства.

Таково лично мое видение. Какую позицию займут в этих условиях ассоциации и объединения рыбаков? Сейчас все знакомятся с обоими проектами, но я глубоко убежден, что большинство поддержит альтернативный вариант.

– В процессе доработки законопроекта на площадке профильного комитета Госдумы вы не ждете значительных изменений, поправок от субъектов Федерации?

– А это во многом зависит от того, пойдет ли законопроект в регионы. Есть две точки зрения. Одна из них гласит, что в регионы его не следует рассылать. Мое видение – отправлять нужно, поскольку он затрагивает интересы субъектов. Ведущий парламентские слушания председатель комитета ГД по природным ресурсам, природопользованию и экологии Владимир Кашин заявил, что законопроект будет направлен в регионы, но при всем уважении к этому заявлению у меня закрадываются сомнения. Были прецеденты в Госдуме, когда подобного рода законопроекты с регионами не согласовывались.

Но давайте посмотрим на ситуацию под другим углом. Можно ли в принципе через поправки улучшить законопроект Правительства? Мне кажется, он неисправляемый в силу того, что его сердцевину составляет не реализация поручений президента, а совершенно другие положения, в которых ни рыбаки, ни регионы, да и насчет авторов у меня закрадываются сомнения, не могут окончательно разобраться. Поэтому, на мой взгляд, тот законопроект, что представило Правительство, с помощью поправок невозможно приблизить к практическому воплощению.

– Представители Росрыболовства нередко высказывали мнение, что отраслевые объединения и вы лично только критикуете законопроект, порой даже его не читая, а конструктивных предложений не даете.

– Ну, это, по меньшей мере, лукавство, а говоря прямо, это ложь с целью манипуляции общественным мнением. С самого начала работы над реализацией поручений президента союзы и ассоциации рыбопромышленников и ваш покорный слуга, участвуя в заседаниях рабочей группы, неоднократно вносили свои предложения. Более того, целый ряд положений, которые выработаны коллективно, и сейчас поддерживается рыбаками. Это касается, в частности, увеличения порога выборки квот до 70%, освоения 70% уловов собственными судами.

Главный источник разногласий между Росрыболовством и рыбацким сообществом – это выделение 20% квот на инвестиционные цели. Я говорю так, как записано в поручениях – «выделение», а Росрыболовство и Правительство в своем законопроекте сформулировали норму о введении нового вида квот таким образом, что эти 20% отнимаются у всех и потом ими наделяются по определенной системе избранные. Вот в чем разница. С этой позиции, как мне представляется, не может отойти ни Росрыболовство, ни Правительство, и рыбаки с этим не могут согласиться. Вот здесь камень преткновения. К тому же предложения Росрыболовства экономически не обсчитаны.

Другое не менее важное разногласие – это предложение Росрыболовства по «прибрежке». Ее предлагают попросту ликвидировать, но чтобы шуму было меньше, обещают тем, кто все же останется в этом режиме, дать дополнительно 20% квот. А откуда их взять? Опять изъять у всех! Замечу, по этому направлению поручений президент не давал. Это уже творчество тех, кто писал идеологию законопроекта. Таким образом, потенциально у рыбопромышленников может быть изъято до 40% годовых квот! Это 20% инвестиционных квот плюс 20% «прибрежной» добавки. Вот он, «небольшой пакет» разногласий.

Как выйти из этого тупика? Я вижу два варианта. Правительство может доложить президенту, что все поручения в законодательство вносятся, они одобрены рыбаками и положительно оценены депутатами. Но что касается выделения 20% инвестиционных квот и 20% прибрежных, то по этому вопросу нет единого мнения и экономического обоснования, поэтому его следует дополнительно изучить. Вот таким может быть подход. И второй вариант, когда законопроект могут принять волевым порядком, но тогда мы окажемся, как в сказке Пушкина, у разбитого корыта. Потом придется это корыто склеивать, но это уже другая история.

– Тем не менее бизнес готовится к любому варианту развития событий. К тому же остается вопрос разработки подзаконных нормативных актов.

– К сожалению, те, кто готовил законопроект, и кто его отстаивает, скрывают от промышленности и от общественности сущность этих злополучных 29 нормативно-правовых актов. Замруководителя Росрыболовства на парламентских слушаниях заявила, что агентство гарантирует прозрачность этого механизма. Но почему мы должны верить на слово? Мы просим и просили ранее, чтобы наряду с внесенным законопроектом в пакете были подготовлены все проекты подзаконных актов. Так мы бы видели, что получится, ведь, как известно, дьявол кроется в деталях, а все детали как раз лежат в подзаконных актах.

– Разве Росрыболовство на последней рабочей группе не представило суть механизма распределения инвестиционных квот?

– Во-первых, они представили механизм на картинках. А во-вторых, рабочая группа не приняла этого механизма. Многие после заседания заявили, что так и не поняли, что же предлагается. Проблема в том, что Росрыболовство и Минсельхоз работают по очень удобному принципу: собирают рыбаков, рассматривают вопрос, выслушивают предложения и замечания, а затем выходит протокол, в котором ничего этого нет, а отмечается только одна позиция – Минсельхоза и Росрыболовства.

Если сравнить деятельность той же рабочей группы, когда ее возглавлял бывший первый заместитель министра сельского хозяйства Игорь Манылов, то она работала по другому принципу. Она слышала и другую сторону, вырабатывала компромиссные решения. Кстати все изменения, на которые сейчас рыбаки согласны и которые вошли в законопроект, были согласованы в период пребывания председателем комиссии Игоря Манылова.

– Значит, на ваш взгляд, тут наблюдается конфликт интересов из-за того, что рабочую группу как согласительную площадку возглавляет одна из заинтересованных сторон – руководитель Росрыболовства?

– Да, я усматриваю здесь конфликт интересов, который, прежде всего, вызван тем, что Росрыболовство лоббирует поправки в пользу крупных компаний, забывая о том, что основу рыбной промышленности помимо больших холдингов составляет средний, мелкий бизнес и рыболовецкие колхозы. Но Росрыболовство его не слышит.

А ведь что такое, отнять у компании с квотой в одну тысячу тонн 20% – 200 тонн? А если еще 20%. Это значит пустить ее по миру. Это понимают все профессионалы, но, к сожалению, в руководстве Росрыболовства их явно недостаточно.

– Вы считаете, было бы лучше отнять 20% только у крупных компаний, не трогая мелкие и средние?

– Нет! Я занимаю совершенно другую позицию, и высказывал ее еще год назад. В поручениях сказано, что определенное количество квот должно идти на инвестиционные цели, но президент не дает указания, что их нужно отнимать. Возникает вопрос, откуда же можно взять эти 20%. Я предлагал, чтобы наполнение этих квот происходило за счет неиспользуемых ресурсов, за счет недоиспользуемых ресурсов, за счет ресурсов, выставляемых на аукцион, и за счет вновь открытых объектов и районов промысла.

На парламентских слушаниях мы узнали мнение науки. Наука говорит, что в рамках годового прогноза порядка 2 млн. тонн ВБР может быть вовлечено в промысел. Это один источник. А вот и другой – руководитель Росрыболовства Илья Шестаков, выступая на президиуме Госсовета, сам говорил о том, что нужно убрать рантье, и тогда появится дополнительная квота. Но сейчас мы о рантье уже не слышим. Более того, согласно законопроекту Росрыболовства, при закреплении долей квот на предстоящие 15 лет все рантье сохранят свои объемы. Против этого промышленность тоже протестует.

Мое видение: те, кто строит суда на российских верфях, инвестирует в развитие флота и новые рыбоперерабатывающие фабрики, должны получать дополнительные квоты, не лишаясь предварительно своих, за счет этого ресурса. Но есть и другой вариант, который нашла «Справедливая Россия». Она предлагает, чтобы каждый рыбопромышленник самостоятельно выделял из своего объема 20% на инвестиционные цели и нес ответственность перед государством за их целевое использование.

Многие сразу выдвигают претензии: «А как проверить?». Да очень просто – все же будет отражено в бухгалтерской отчетности. А вот как проверить Росрыболовство, когда оно будет распределять 20% ресурсов, отобранных у всех, по тем нормативно-правовым актам и постановлениям правительства, которое оно само же напишет? Я вас на 100% уверяю, что это будет происходить на Рожественском бульваре в трех кабинетах на втором этаже. Опять будем ходить с сумками, ну или, в крайнем случае, с пластиковыми карточками. Пора все эти «игры» прекращать и принимать выверенные практикой прагматические решения.

Анна ЛИМ, Fishnews

Россия > Рыба > fishnews.ru, 2 июня 2016 > № 1784833 Вячеслав Зиланов


Россия > Рыба > fishnews.ru, 14 сентября 2015 > № 1499750 Вячеслав Зиланов

Мы против предложений, направленных на разрушение рыбной промышленности

Подготовка доклада к грядущему заседанию президиума Госсовета по вопросам развития рыбохозяйственного комплекса вступила в завершающую фазу, однако говорить о сближении позиций рыбацкого сообщества, Росрыболовства и других федеральных органов власти по ключевым вопросам не приходится. Напротив, разногласия только обостряются, в ведомствах не стесняются намекать на административные рычаги, а рыбаки пишут письма президенту. Почему участникам процесса не удается найти общий язык и каковы шансы выработать компромиссное решение, которое в итоге устроит всех, в интервью Fishnews рассказал председатель Координационного совета ассоциаций, объединений и предприятий рыбной промышленности Северного бассейна (КС «Севрыба») Вячеслав Зиланов.

– Вячеслав Константинович, руководство Росрыболовства неоднократно высказывалось в том духе, что рыбаки только критикуют предложенный ведомством законопроект, но ничего взамен не предлагают. Насколько справедливы эти упреки и чего на самом деле добиваются рыбаки?

– Я бы сказал, что такие заявления со стороны руководства Росрыболовства – это по меньшей мере передергивание фактов, которое допускается сознательно, с тем чтобы ввести в заблуждение вышестоящие органы власти и общественность перед заседанием президиума Госсовета по развитию рыбохозяйственного комплекса и создать определенное мнение в СМИ, что рыбаки ничего не предлагают. Но если обратиться к фактам, то руководитель Росрыболовства и его помощники прекрасно знают, что предложения рыбаков давно лежат у них на столе. Это, прежде всего, материалы III Всероссийского съезда работников рыбного хозяйства. В его решениях перечислены все вопросы, которые требуют решения на федеральном уровне и которые действительно приведут к повышению эффективности работы рыбной промышленности.

Более того, ассоциации и объединения рыбаков направляли свои предложения к материалам рабочей группы по подготовке к Госсовету. То, что руководство Росрыболовства предпочитает их не слышать, всем хорошо известно. Известны и причины такой избирательности: ведь эти предложения в основном расходятся с теми инициативами, которые усиленно лоббирует глава Росрыболовства Илья Шестаков и ряд его подчиненных.

Не подкрепленные экономическими расчетами идеи, вроде «квот под киль», повышающего коэффициента для «прибрежки» или недавно придуманных «квот для государственных нужд», рассматривались рыбацкой общественностью несколько раз. По мнению специалистов, они ведут, во-первых, к переделу ресурсов, а во-вторых, возвращают нас к ручному управлению распределением квот. Финал этой операции просматривается даже невооруженным глазом – это падение уловов российских рыбаков уже в ближайшее время и, разумеется, новый виток коррупции, поскольку «рулить» доступом к ресурсу будет чиновник. Это возврат к 1990-м годам, когда очередь с «чемоданами» стояла у входа в рыболовное ведомство.

При этом рыбаков пытаются заверить в том, что они не правы и просто не понимают сути новаций. Так чего же мы не понимаем? Мы работаем, и результаты нашей работы показывают, что существующая система вполне успешна. О том же говорят и доклады Росрыболовства, где чиновники рапортуют о том, что «нарастили вылов и производство пищевой продукции». Только это не они нарастили, а это следствие как раз той системы, которую они упорно пытаются сломать и которая была принята благодаря решению Госсовета в 2007 году под председательством президента Владимира Путина.

Посмотрите, что происходит. Выдвинут законопроект, который не прошел апробацию в рабочей группе Минсельхоза, не говоря уже о союзах и ассоциациях рыбаков. Даже попытки продавить его через Общественный совет при Росрыболовстве не увенчались успехом. Члены Общественного совета одобрили лишь те поправки к закону, которые были выработаны совместно с рыбацкой общественностью.

Поэтому все разговоры о том, что у рыбаков нет предложений, – чистая профанация. Да, мы не будем поддерживать предложения, которые направлены на разрушение рыбной отрасли. Мы не будем поддерживать предложения, анализ которых показывает, что они пагубно повлияют на эффективность работы рыбного хозяйства. Мы не будем участвовать в переделе ресурсов, посредством введения завуалированных поправок якобы для развития отрасли. Руководству Росрыболовства, как мне кажется, следует тщательно анализировать, что оно предлагает, открыто обсуждать эти изменения и адекватно реагировать на конструктивную критику.

– В недавнем интервью вице-премьер – полпред президента в ДФО Юрий Трутнев заявил, что если рыбная отрасль начнет хорошо работать, абсолютно все равно, в подчинении Минсельхоза она будет, Министерства внутренних дел или любого другого ведомства. Вы согласны с такой позицией?

– Знаете, я был очень удивлен, когда увидел такие высказывания в прессе, тем более из уст такого опытного и пользующегося влиянием в Правительстве лица, как вице-премьер Юрий Трутнев. Всегда относился к нему с уважением как к государственному мужу. Не думаю, что он не в курсе всей истории формирования и расформирования федерального органа исполнительной власти в области рыбного хозяйства хотя бы за последние 20 лет, когда он постоянно занимал высокие посты в федеральных ведомствах. Даже его предыдущая должность была определенным образом связана с рыболовством. Полагаю, Юрий Трутнев прекрасно знает, что за эти два десятилетия было 11 реформ системы управления рыбной отраслью и сменилось 13 руководителей Росрыболовства.

Удивляет странная логика: раз мы хорошо работаем, значит, можем идти под управление МВД. Ну почему бы тогда возглавляемому Юрием Трутневым ведомству, которое тоже хорошо работает, не уйти под МВД? Рыболовство – это специфичная отрасль, которая во многом работает за пределами территориальных вод России, а ее основные производственные фонды – флот – подвижны и находятся в частной собственности. Управление этой отраслью должно осуществляться на государственном уровне компетентным органом власти.

Отечественная практика показывает, что таким оптимальным органом было министерство рыбного хозяйства. Вы только вдумайтесь, у нас 13 морей, выход в три океана, огромные водные пространства! По многим важнейшим рыбным ресурсам мы занимаем ведущее место в мире. Всем этим надо управлять, но управлять не только сырьевыми запасами, но научно-техническим развитием отрасли и т.д.

Конечно, если есть намерение бросить рыбное хозяйство на произвол судьбы, то почему бы не передать его МВД. Кстати, вице-премьер Юрий Трутнев не так давно и сам выражал желание получить все, что связано с рыбной отраслью Дальнего Востока, в свое подчинение. На самом деле идея не нова – был и такой период в нашей истории, когда в послевоенные годы действовало два министерства рыбного хозяйства – Дальнего Востока и европейской части страны. Но потом убедились в необходимости одного органа, который бы полностью отвечал за развитие отрасли перед руководством страны.

Прежде чем отправлять рыболовство «под крышу» того или иного непрофильного ведомства, пусть уважаемый заместитель председателя Правительства задумается, почему из двух десятков поручений президента по проблемам рыбного хозяйства до сих пор выполнено чуть более половины? Да как раз потому, что выполнять-то некому. Все поручения разбросаны по разным ведомствам, а, как известно, у семи нянек дитя без глазу. Если уж поручения президента не выполняются, о чем тогда говорить? Даже сейчас, когда идет подготовка к Госсовету, согласовать позиции всех сторон никак не получается.

Другими словами, во всех странах, где развито рыболовство, управление отраслью на государственном уровне осуществляется, как правило, через министерство. Это разумно и подтверждается советской и российской практикой. В современных условиях смена формата органа по управлению рыбным хозяйством каждые два года подтверждает пагубность таких скоропалительных шагов. Уверен, какое решение бы ни было принято Госсоветом, если не будет федерального органа, ответственного за его выполнение и подчиненного напрямую Правительству, успехов не добьемся.

– Накануне финального заседания редакционной группы и рабочей группы по подготовке доклада к Госсовету заинтересованными сторонами озвучиваются разные точки зрения. Как вы оцениваете расстановку сил и есть ли шансы все-таки прийти к компромиссу?

– Действительно, рабочая и редакционная группы проработали уже два месяца, рассмотрев несколько вариантов доклада и самые различные предложения. В настоящее время очень четко определились позиция всех основных участников этого, я бы сказал, марафонского рыбного забега.

Прежде всего, это позиция рыбацкого сообщества. Как я уже сказал, в целом она выражена в документах съезда, но кратко ее можно изложить следующим образом. Рыбаки выступают за «исторический принцип» и за сохранение долгосрочного наделения пользователей квотами. Они согласны, что необходимы определенные изменения. В частности, предприятия готовы взять на себя обязательства по увеличению объемов освоения квотируемых объектов, по большему выбору ресурсов своим собственным флотом и повышению эффективности производства настолько, насколько позволяет рыночная экономика.

Огромный резерв рыбаки видят в устранении избыточных контрольных и административных функций целого ряда ведомств, прежде всего силовых, которые затрудняют работу и в портах, и на промысле, и при хранении и сбыте рыбной продукции в розничной торговле. Это мнение подтверждено практикой, которая показала, что за последние годы вылов растет, производство пищевой продукции повышается, налоги выплачиваются, заработная плата в отрасли, как потребовал президент, держится на уровне выше средней по региону. Спрашивается, что же еще надо?

Есть иная точка зрения, которой придерживаются в основном федеральные органы власти. В деталях их позиции могут отличаться, но общая канва вырисовывается достаточно четко. «Исторический принцип» следует модернизировать и распределять квоты, одни говорят – на пять, другие – на десять, а кто-то и на 25 лет, но с определенной периодичностью спрашивать о выполнении обязательств. Например, таких, как инвестиции не только в добычу и переработку рыбы на судах, но еще и в береговые предприятия или, скажем, в судостроение.

И особняком стоит позиция Росрыболовства, которое предлагает целый ряд новшеств, ранее не применявшихся и, более того, экономически ничем не оправданных. Это наделение прибрежного рыболовства дополнительными привилегиями по увеличению квот и недавнее предложение – создать квоты под государственные нужды. Промышленникам даже предлагается взять какие-то мифические, как их назвали сами подчиненные Ильи Шестакова, «обременения».

Причем утверждается, что забирать ресурс ни у кого не придется, дескать, кто хорошо работал, тот и продолжит работать в прежних объемах. А свободные квоты изыщут за счет «рантье» или тех, кто не справляется с освоением. У вас, но только нерадивых, будем отбирать, и через аукционы приобретайте те, кто хочет. Вновь аукционы! Так и до возрождения масштабного браконьерства дойдем с таким подходом штаба отрасли.

Мы же видим, что по факту идет неприкрытое лоббирование интересов отдельных компаний, и вся эта «хитроумная система» создается с единственной целью – отобрать у одних и отдать другим. Неудивительно, что орган, который непосредственно отвечает за результаты работы отрасли, никак не может прийти к единому мнению с рыбаками.

Такова, на мой взгляд, расстановка сил перед заседанием президиума Госсовета. Есть ли реальная возможность выработать согласованное решение? Да, конечно, и мы надеемся, что если до Госсовета этого не удастся сделать рабочей группе с участием губернаторов приморских регионов и под председательством Олега Кожемяко, которым рыбацкое сообщество доверяет, тогда этот компромисс установит президент Владимир Путин.

Есть ли реальная опасность того, что глава государства прислушается больше к позиции Шестакова и его команды? Только если предположить, что в аппарате президента не умеют анализировать факты и отличать предложения, которые будут способствовать развитию отрасли от прямо противоположных намерений. Но тогда и говорить не о чем. Мы все-таки верим, что в администрации президента работают ответственные люди, которые внимательно изучат все новшества, которые предлагают и федеральные органы, и рыбаки.

Анна ЛИМ, Fishnews

Россия > Рыба > fishnews.ru, 14 сентября 2015 > № 1499750 Вячеслав Зиланов


Россия > Рыба > fishnews.ru, 15 июля 2015 > № 1430000 Вячеслав Зиланов

Вячеслав Зиланов: Проект доклада к Госсовету требует кардинальной переработки

В нынешней редакции проект доклада к Госсовету не был рассмотрен на заседании рабочей группы по подготовке документа к заседанию президиума Государственного совета, а значит, по существу не может считаться одобренным, отмечает член редакционной группы Вячеслав Зиланов.

Обращение руководителю рабочей группы по подготовке заседания президиума Госсовета Олегу Кожемяко с серьезными замечаниями к проекту готовящегося доклада направил член редакционной группы, председатель КС «Севрыба» Вячеслав Зиланов.

Как сообщает корреспондент Fishnews, в первую очередь представитель отрасли обратил внимание, что в проекте доклада не учтены замечания членов рабочей и редакционной групп, а также многочисленные предложения от администрации Президента, федеральных и региональных органов исполнительной власти, отраслевых союзов и ассоциаций. Отмечено, что в нынешней редакции документ не был рассмотрен на заседании рабочей группы, а значит, «по существу не может считаться одобренным», заключает Вячеслав Зиланов.

Основные претензии эксперта относятся к разделу 4 «Меры, направленные на повышение эффективности рыбохозяйственного комплекса». Разделяя мнение коллег, он указывает на то, что основные положения этого раздела не вытекают из предыдущих трех, а в ряде случаев – прямо противоречат тексту доклада.

Напомним, что члены рабочей группы уже направили замечания руководителю рабочей группы по подготовке заседания президиума Госсовета, обратив внимание на недопустимость включения в доклад идей внедрения «квот под киль», «блокированных квот» и нового вида госконтроля при перемещении рыбопродукции на береговые перерабатывающие предприятия.

В частности, Вячеслав Зиланов ссылается на информацию, приведенную в основном тексте доклада: за последние 7 лет (2008-2014 гг.) в модернизацию флота его собственниками без какого либо участия государства инвестировано более 38 млрд. рублей. Это стало возможным благодаря введению механизма долгосрочного закрепления ресурсов на срок 10 лет. В документе также указывается, что в ближайшие 5-10 лет процесс обновления крупно- и среднетоннажного промыслового флота на отечественных верфях маловероятен по целому ряду причин.

«Дальнейшее обновление флота должно быть результатом бизнес-решений конкретных хозяйствующих субъектов и должно проводиться с учетом комплекса факторов, - заключает член редакционной группы. - При этом строительство флота может происходить как на российских, так и на зарубежных верфях».

Введение же квот в целях судостроения, по словам Вячеслава Зиланова, «основано на недостоверных данных о техническом состоянии рыбопромыслового флота, игнорирует произошедший рост производительности добычи и переработки флота, которые отражены в предыдущих трех разделах доклада».

«Предложение о введение «квот под киль» – это не стимулирование развития отечественного рыбопромыслового судостроения, а скрытая форма передела рыбных ресурсов», - убежден представитель рыбацкой общественности. К аналогичным результатам, по его мнению, способно привести и выделение дополнительных ресурсов для предприятий, осуществляющих поставки свежей и мороженой рыбы на береговую переработку, предложенное в разделе 4 проекта доклада.

Член редакционной группы указывает и на другие серьезные недостатки в нынешней редакции документа. Так, в тексте приводятся многочисленные ссылки на законодательные проекты, которых не было в материалах рабочей группы. Есть нарекания и к структуре самого доклада.

Необоснованно, по замечанию Вячеслава Зиланова, в тексте используется такой критерий, как «суда, эксплуатируемые сверх нормативного срока – СНС». «Этот показатель позаимствован из плановой экономики советского периода, когда рыбопромысловым флотом владело государство, и не применяется в странах с рыночной экономикой, где рыбопромысловый флот является частной собственностью», - поясняет заслуженный работник рыбного хозяйства.

Ошибочным, по его мнению, является и предложение ограничить рассмотрение принятия общего допустимого улова (ОДУ) узким кругом федеральных органов, отстранив от обсуждения общественность, включая отраслевые союзы и ассоциации рыбаков.

«Проект не может рассматриваться в качестве завершенного и окончательного, – делает вывод Вячеслав Зиланов. - Он требует кардинальной переработки, учитывающей результаты анализа всех поступивших предложений и замечаний».

По его мнению, корректировки должны быть внесены в разделы 1, 2 и 3, а раздел 4 необходимо полностью переписать.

«Вновь отредактированный доклад должен быть рассмотрен и одобрен на заседании редакционной группы и только после этого представлен на рассмотрение рабочей группы», - отмечает представитель отрасли.

Вячеслав Зиланов также указывает на необходимость изменить форму и методы работы редакционной группы для более объективного анализа поступающих предложений, а также «исключить принятие узким кругом лиц ошибочных выводов».

Россия > Рыба > fishnews.ru, 15 июля 2015 > № 1430000 Вячеслав Зиланов


Россия. СЗФО > Рыба > fishnews.ru, 11 июня 2015 > № 1395951 Вячеслав Зиланов

Российских рыбаков ждет жаркое лето

Вячеслав ЗИЛАНОВ, Председатель Координационного совета «Севрыба»

Рыбацкая общественность с надеждой восприняла решение собрать в сентябре президиум Государственного совета по развитию рыбной отрасли РФ. Какие ожидания связывают с этим заседанием рыбаки Северного бассейна, Fishnews рассказал председатель Координационного совета «Севрыба» Вячеслав Зиланов.

Хочу напомнить, что последний раз такое мероприятие проводилось в августе 2007 года. Тогда президиум Госсовета под председательством президента Владимира Путина действительно стал знаковым событием. Достаточно сказать, что на базе принятых решений были окончательно похоронены аукционы как основа распределения ресурсов. Была поддержана инициатива об изменении закона «О рыболовстве и сохранении водных биоресурсов», чтобы российские рыбаки наделялись долями квот на долгосрочный период. И, что самое главное, удалось исключить влияние чиновников на этот процесс. Все это позволило рыбакам почувствовать уверенность в завтрашнем дне, что показывают результаты, которых мы достигли за эти годы.

Сейчас положение тоже критическое в том смысле, что превалирование контролирующих органов и различных административных актов затрудняет работу рыбаков. Кроме того, вброшенная в массы два года назад идея о том, что нужно пересмотреть «исторический принцип», опять ввести аукционы, «квоты под киль», не только взволновала рыбацкую общественность, но и ухудшила инвестиционный климат в отрасли, привела к затишью в обновлении основных фондов со стороны рыбодобывающих компаний.

В связи с этим принятое президентом решение провести заседание президиума Госсовета по вопросам развития рыбной отрасли весьма своевременно. Радует, что в составе рабочей группы достаточное широкое представительство рыбацкой общественности Дальнего Востока, Запада, Юга России. А с недавних пор в рабочую группу включен и представитель Северного бассейна – председатель правления Союза рыбопромышленников Севера Владимир Григорьев.

В целом рыбаки намерены придерживаться тех позиций, которые были озвучены на третьем Всероссийском съезде работников рыбного хозяйства. А там, прежде всего, было заявлено о необходимости пролонгировать долгосрочное наделение квотами по «историческому принципу». Это подтвердил, выступая на съезде, тогдашний первый заместитель председателя Правительства Виктор Зубков. Более того, он особо отметил, что «исторический принцип» оправдал себя и правительство рассмотрит возможность удлинения срока закрепления долей с 10 до 20-25 лет.

Второе. Съезд подчеркнул, что идея «квот под киль» не имеет под собой четкого обоснования и не создает условий, о которых говорят ее идеологи. Вместе с тем рыбопромышленники уверены, что строительство судов с поддержкой государства должно осуществляться. И рыбаки Севера намерены внести соответствующие предложения.

Третье. Мы считаем, что очень большим полем деятельности рабочей группы должно стать расчищение рыболовства от контролирующих органов. Всевозможных контролеров развелось так много и они настолько обложились нормативно-правовыми документами, что здесь надо провести основательную чистку.

Четвертое. Пора понять, что же у нас происходит с сырьевой базой, почему она не прирастает новыми объектами и районами промысла. О необходимости усиления науки говорилось еще на прошлом Госсовете. Давно назрело обновление научно-исследовательского флота и строительство судов, которые могли бы работать не только в Северном полушарии, но и в арктических водах.

И наконец, надо разобраться с управлением рыбным хозяйством на федеральном уровне и региональном. Еще один вопрос, с которым мы будем выступать, это передача части полномочий от федеральных органов непосредственно на места и повышение роли общественных неправительственных организаций, ассоциаций и союзов, которые должны иметь возможность активно влиять на принятие решений, способствующих эффективному развитию рыболовства.

Отрадно, что в состав утвержденной редакционной группы по подготовке доклада рабгруппы Госсовета вошло сразу восемь экспертов от рыбацкой общественности, которые способны оказать содействие в правильном изложении тех процессов, которые сейчас происходят в рыбном хозяйстве нашей страны. Мы надеемся на взвешенное решение руководителя рабочей группы, временно исполняющего обязанности губернатора Сахалинской области Олега Кожемяко, который тоже не чужд нашей отрасли.

Другими словами, нас, рыбаков, ждет жаркое лето 2015 года. Мы должны с уверенностью взглянуть в будущее через призму Госсовета. Тем более президент Владимир Путин не новичок в рыбных делах и знает нашу отрасль достаточно хорошо.

Вячеслав Зиланов, председатель Координационного совета ассоциаций, объединений и предприятий рыбной промышленности Северного бассейна, член рабочей группы по совершенствованию законодательства о рыболовстве и сохранении водных биоресурсов

Россия. СЗФО > Рыба > fishnews.ru, 11 июня 2015 > № 1395951 Вячеслав Зиланов


Россия. СЗФО > Рыба > fishnews.ru, 15 апреля 2015 > № 1342419 Вячеслав Зиланов

Рыбаки завершили год с минимальными потерями

Росрыболовству стоит рассмотреть возможность включения в состав коллегии представителей крупнейших отраслевых объединений и ассоциаций и их выступлений в качестве содокладчиков на отчетных мероприятиях, считает председатель КС «Севрыба» Вячеслав Зиланов.

На заседании коллегии Федерального агентства по рыболовству Вячеслав Зиланов обратил внимание на три фактора, повлиявших на работу рыбной отрасли в 2014 г. Как сообщает корреспондент Fishnews, первый из них связан с новыми условиями, в которых оказалась рыбная промышленность после смены руководства Росрыболовства и перехода в структуру Минсельхоза.

Вторым важным элементом стали санкции и ответные меры со стороны России, осложнившие ситуацию на рыбном рынке. «Прямо скажу, что меры, принятые в отношении рыбного хозяйства, считаю непродуманными. Они тоже сказались на нашем производстве, особенно на работе береговых предприятий. Не надо было принимать никаких встречных мер по сырью. Для рыбы, которая у нас не вылавливается, ворота для наших фабрик должны быть открыты», – заявил председатель Координационного совета ассоциаций, объединений и предприятий рыбной промышленности Северного бассейна (КС «Севрыба»).

В довершение всего 2014 г. оказался богат на нормотворческие инициативы различных структур. Причем импульсы к изменению законодательства исходили не только из Росрыболовства и Минсельхоза или непосредственно из рыбацкой среды, но и от самых разных органов власти, зачастую не слишком компетентных в вопросах управления рыболовством и отраслевого законодательства. Все это негативно сказывалось на инвестиционном климате.

«Но даже в этих условиях отрасль сработала с минимальными потерями (по таким показателям как вылов и производство пищевой продукции)», – отметил Вячеслав Зиланов. Он обратился к руководству Росрыболовства с предложением дать возможность представителям крупнейших отраслевых объединений выступать содокладчиками на итоговых коллегиях, и может быть, ввести некоторых из них в состав коллегии как полноправных или ассоциированных членов.

Вячеслав Зиланов также рекомендовал внести ряд поправок в протокол заседания коллегии в части задач на 2015 г. «Первым пунктом мы должны обратить внимание предприятий и организаций на то, чтобы в текущем году все усилия направить на безаварийную работу и предотвращение таких случаев [как катастрофа траулера «Дальний Восток». – Прим. ред.]. Вспомнить старое правило «ни одна тонна рыбы не должна быть выловлена с нарушением правил безопасности мореплавания и правил рыболовства», – призвал эксперт.

По его мнению, необходимо четко прописывать целевые индикаторы для отрасли на 2015 г., если есть намерение преодолеть отставание по вылову. «Надо ставить задачу: выйти на уровень хотя бы 4,3-4,4 млн. тонн, – считает председатель КС «Севрыба». – «И у нас есть резервы, чтобы это делать». Напротив, в части законотворческой деятельности в 2015 г. «...лучше не углубляться в детали, а в целом обозначить курс на совершенствование нормативно-правовой базы, направленное на повышение эффективность работы флота и всей цепочки добычи, переработки и реализации ВБР…», – уверен глава отраслевого объединения.

Россия. СЗФО > Рыба > fishnews.ru, 15 апреля 2015 > № 1342419 Вячеслав Зиланов


Россия. СЗФО > Рыба > fishnews.ru, 1 апреля 2015 > № 1330665 Вячеслав Зиланов

Пора прекратить создавать заумные схемы, преследующие цель отнимать и делить

Вячеслав ЗИЛАНОВ, Председатель КС «Севрыба»

Диалог между рыбацким сообществом и Росрыболовством с Минсельхозом в последний год приобрел странный характер. Вроде бы обсуждение идет, экспертов собирают и даже выслушивают, дают разумные поручения, но решения проблем это не приближает, а всплывающие проекты документов то и дело заставляют рыбаков хвататься за голову и писать гневные письма во все инстанции. Беспокойство вызывают и все новые попытки переписать закон о рыболовстве, сильно смахивающие на очередную попытку передела квот. О причинах разногласий во взглядах на дальнейшее развитие отрасли и поиске решений, которые бы устроили обе стороны, журнал «Fishnews – Новости рыболовства» побеседовал с председателем Координационного совета ассоциаций, объединений и предприятий рыбной промышленности Северного бассейна, членом рабочей группы по совершенствованию законодательства о рыболовстве и сохранении водных биоресурсов Вячеславом Зилановым.

– Вячеслав Константинович, Росрыболовство заявляет о заинтересованности в сохранении темпов роста отрасли, в связи с чем предлагается множество нововведений, начиная с модернизации исторического принципа распределения квот, увеличения срока права на вылов до 25 лет и до изменения методики распределения ОДУ, то есть чиновники ищут баланс между государственными интересами и интересами бизнеса. Все эти идеи выносятся на обсуждение с рыбаками, с общественными объединениями. Диалог продолжается, но создается впечатление, что рыбаки многие предложения встречают в штыки, что кроме сохранения исторического принципа и закрепления долей на максимально возможный срок их, по большому счету, ничего не волнует, они не желают брать на себя никаких обязательств, являясь пользователями государственных биоресурсов. Почему так происходит?

– Действительно, Росрыболовство в последнее время выдвигало различные предложения, вроде бы направленные на увеличение темпа роста вылова и производства пищевой продукции. Но когда рыболовное сообщество анализирует предложенные поправки в закон о рыболовстве, оказывается, что они идут в другом направлении. По нашему анализу, либо нам подсовывают скрытые, а порой и открытые формы передела ресурсов на грядущий период наделения пользователей долями квот, либо проглядывается коррупционная составляющая.

Например, предлагается устанавливать ежегодно повышающий коэффициент 1,2 для прибрежного рыболовства или в целом создать привилегированное положение для прибрежки. Но, во-первых, увеличить квоту у одних, это значит урезать ее у других. Во-вторых, если это делать на ежегодной основе, тогда и договора на долю квоты придется заключать ежегодно, значит рыбак каждый год будет вынужден идти «на поклон» к столичным чиновникам. Пора прекратить создавать такие заумные схемы, преследующие цель отнимать и делить, вместо того чтобы наращивать сырьевую базу. Это направление ошибочное и не даст экономического эффекта.

Если ставится задача посредством прибрежного рыболовства развивать ускоренными темпами береговую переработку, то надо разобраться, что она представляет собой на сегодняшний день в каждом регионе. Действительно ли береговые заводы являются современным конкурентным производством? Востребована ли такая продукция на внутреннем рынке и в каком количестве? Или это остатки отжившей дорыночной системы, где над сырьем производятся минимальные операции, не сказывающиеся на характеристиках продукции, зато приводящие к увеличению ее стоимости?

Да, мы знаем, что есть передовые предприятия береговой переработки, которые сами решают вопросы и с сырьем, и со сбытом продукции. Конечно, им нужна поддержка государства, но в других экономических параметрах – таких, как снижение платы за участки, льготное обеспечение электроэнергией, налоговые преференции и т.д.

Или как прикажете понимать заявления Росрыболовства о готовности продлить срок закрепления долей до 25 лет при условии, что рыбаки возьмут на себя «обременения». Слово-то какое нашли – «обременения»! Какие обременения? Мы платим налоги, мы обеспечиваем занятость населения и создаем новые рабочие места, мы поставляем рыбу на внутренний рынок, мы удерживаем позиции на мировом рынке за счет экспорта продукции, которая менее востребована в России. Мы соблюдаем правила рыболовства и все требуемые законом нормативы. А теперь от нас требуют взять на себя еще какие-то обязательства и, грубо говоря, развивать за счет рыболовства смежные сектора экономики, например судостроение.

Не может не беспокоить и кулуарный стиль обсуждения последних поправок, которые рассматриваются с привлечением отдельных рыбопромышленников, а Северный бассейн к этой работе не привлекали. Могу сказать, что рыбацкое сообщество готово к сотрудничеству и пытается всеми силами понять, чего же хотят Росрыболовство и Минсельхоз, но, к сожалению, не находит разъяснений тем предложениям, которые выдвигаются. Вернее, разъяснения время от времени дают, но они не подкрепляются никакими экономическими расчетами. В них отсутствует даже здравый прагматический смысл. Вот скажите, зачем разрушать тот закон о рыболовстве, который за последние десять лет доказал, что он работает, дает возможность развиваться рыболовному бизнесу и поставлять рыбу на берег?

– А какие вы видите скрытые резервы в отрасли, которые могли бы простимулировать и рост вылова, и увеличение объемов и глубины переработки, если это необходимо?

– Резервы у рыбной отрасли, безусловно, имеются, и они лежат на поверхности. Назову только некоторые из них. Первое. Это обеспечение флота сырьевой базой в традиционных районах лова – в Охотском море, Беринговом, Баренцевом, Норвежском, Гренландском и т.д. Что я имею в виду? Оперативная промысловая разведка разрушена. Информационно-поискового обеспечения нет, за исключением фоновых прогнозов бассейновых НИИ, а это ведь государственная задача, а значит и задача Росрыболовства. В этом направлении мы совершенно обезоружили промысловиков, и по существу каждое промысловое судно сегодня занимается собственным поиском на свой страх и риск, что непосредственно влияет на его экономическую деятельность.

Мы предлагали создать государственно-частное партнерство по информационно-поисковому обеспечению флота сырьевой базой в традиционных районах промысла. Это увеличит вылов за единицу времени, то есть будет способствовать более эффективной работе судов на промысле, снизив издержки производства. Но пока нас не услышали.

Второе. В каждом бассейне имеются недоиспользуемые объекты промысла или виды, которые даже не вводились в промысел. Например, в прибрежной зоне огромное количество водорослей, исчисляемое сотнями тысяч тонн. Норвегия, Япония, Китай и многие другие страны активно используют водоросли для выпуска различных пищевых продуктов, для целей медицины, индустрии красоты и здоровья и т.д. У нас это направление капитально заброшено. Разве что на Сахалине продолжается добыча. Даже мы в Мурманске покупаем водоросли сахалинского производства, но надо наращивать эти объемы.

Другой пример – нужно развивать производство рыбной муки и жира из отходов, особенно тех, что образуются при промысле донных видов. Вот пусть Росрыболовство и поищет, какие экономические стимулы, не административные, позволят вовлечь в промысел недоиспользуемые или не используемые полностью запасы ВБР в российской экономической зоне. Это увеличит и вылов, и переработку, причем появятся совершенно новые виды продукции.

Третье. Это поиск и открытие новых районов и объектов промысла, как в нашей 200-мильной зоне, так и за ее пределами в прилегающих водах. По крайней мере, в северной части Атлантики и Тихого океана. Сегодня перспективная разведка совершенно не ведется, судов для этого вида лова нет, никто этим не занимается и не решает вопрос. Более того, законодательная база в этой области сформирована так, что сам промышленник, даже на свой страх и риск, не может заниматься этой деятельностью, а в советское время мог.

Четвертое. О технологии переработки рыбных продуктов и нехватке сырья для рыбопереработки не говорит только ленивый. К этой теме присосались даже те, кто в рыбе ничего не понимает, зато кричат, начиная с депутатов Госдумы: «Всю рыбу на берег!» Но на федеральном уровне не проведено ни одного специализированного рабочего совещания по анализу положения дел в рыбопереработке и тех направлений, которые надо развивать ускоренными темпами. А ведь это и правда резерв.

Если уж пропагандирует Росрыболовство терминологию типа «глубокой переработки», пусть даст эту дефиницию и объяснит, что под этим понимается. Мы, рыбопромышленники, готовы посмотреть на этот вопрос с точки зрения Росрыболовства, но ведь никаких объяснений нет, только одно название «глубокая переработка». Причем подразумевается, что это безусловно рентабельный и даже сверхрентабельный бизнес. Но начинаем спрашивать: «А что это применительно к тому же минтаю?» Отвечают: «Филе». И как много фабрик по производству филе у нас понастроили? Немного? Похоже, не такое уж это и прибыльное занятие.

И, наконец, пятый резерв, но не последний по значимости, – это профессионализм в управлении рыбной отраслью на федеральном и региональном уровне. Профессиональные кадры вымываются, я могу по пальцам одной руки пересчитать, сколько профессионалов из регионов появилось в Росрыболовстве за последние годы. А в основном это, так сказать, «околорыбные» чиновники, которые нередко не имеют опыта практической работы на производстве и, более того, не видят за принимаемыми документами того, как эти решения отражаются на экономике рыбной отрасли, а это огромный ущерб.

Простой пример. В прошлом году всерьез рассматривался проект закона, содержащего поправки по «незаходным» судам, где предусматривалось, что в российские порты смогут зайти суда, чей возраст не старше 7-8 лет. Но это же абсурд и вершина непрофессионализма! Чиновники даже не посмотрели, каков же состав «незаходного» флота. Или возьмите такое выражение в проекте предлагаемых поправок, как «...водный биоресурс, который был разрезан от шеи или затылка до хвоста…». Представляю, сколько потребуется профи, чтобы разобраться, где у «водного биоресурса» «шея», а где «затылок». Вот уж немереное поле штрафов для инспекторов береговой охраны!

– Более полугода российская экономика существует в условиях санкций, затрагивающих и рыбное хозяйство. Как, по вашей оценке, это сказалось на повседневной работе российских компаний?

– Во-первых, надо сказать, что санкции к любому государству или группе государств могут применяться только в соответствии с решениями Организации Объединенных Наций, в частности Совета Безопасности ООН. Таких решений в отношении России не принималось. Следовательно, применение к нашей стране так называемых санкций, или, как стыдливо называет их ЕС, «ограничительных мер», не имеет под собой международной правовой основы, я уж не говорю о нормальных отношениях между странами. Что касается антисанкций, введенных нашим правительством, то они были вынужденными, и в этих условиях государство должно было как-то защищать свои интересы.

Вместе с тем я считаю, что и санкции и антисанкции не способствуют развитию доверительных межгосударственных отношений и дальнейшему движению навстречу друг другу, они разъединяют. Например, на Северном бассейне у нас сложились очень хорошие отношения в области рыболовства с Норвегией, и введенные санкции с антисанкциями нарушают эту стройную систему. Я считаю, что отмена как санкций, так и антисанкций будет способствовать укреплению сотрудничества в сфере рыболовства и обеспечит ритмичную работу рыбаков Норвегии и России при проведении совместных научных исследований, принятии ежегодных решений об объемах изъятия рыбы в зоне регулирования СРНК. Тем более в Арктике в настоящее время формируется режим доверия, который жизненно важно сохранить.

Конечно, рыбопромышленные компании сталкиваются и с другими проблемами, потому что ограничения затрагивают и доступ к зарубежным банковским кредитам, и поставки на российский рынок сырья, которое не производится в нашей стране. В меньшей степени это касается Дальнего Востока, поскольку единственный крупный партнер в АТР, который готов поддержать санкционную политику, это Япония. Но, безусловно, взаимные санкции затрудняют работу российских рыбаков напрямую или косвенным образом, поэтому мы выступаем за их отмену по всему периметру, где мы ведем рыболовство.

– Рыбаки работают под крышей Минсельхоза уже второй год. На ваш взгляд, насколько оправданным оказалось административное решение передать рыбу в ведение министерства и в какой степени оно отвечает нынешним реалиям?

– Прежде всего, хочу подчеркнуть, что III Всероссийский съезд работников рыбного хозяйства высказал свою позицию по этому вопросу: орган в области управления рыбным хозяйством страны должен быть самостоятельным и достаточно весомым, чтобы быть представленным непосредственно в Правительстве РФ. Однако нас в пятый раз бросили под крышу Минсельхоза. Последовавший за этим почти двухлетний опыт работы доказывает отрицательное влияние такой структуры на принятие различных решений, особенно в области законодательства.

Приведу простой пример – возня с поправками в базовый закон о рыболовстве и вопрос по «незаходных» судам, который не решается уже не первый год, в условиях подчиненности отрасли Минсельхозу показывают, что пересылка бумаг с Рождественского бульвара на Орликов переулок и запросы разных документов усложняют эту работу. Если правительство хочет оптимизировать управление отраслью, оно должно либо полностью отсоединить Росрыболовство от Минсельхоза и курировать его напрямую, либо интегрировать полноценно, создав Министерство сельского и рыбного хозяйства. Хотя последнее будет скорее компромиссным вариантом. Еще раз подчеркну, неудовлетворенность рыбацкого сообщества существованием под крышей Минсельхоза налицо.

– В мае текущего года планировалось провести IV Всероссийскийсъезд рыбаков в Москве, но затем заговорили о переносе. Что повлияло на выбор даты? Какая повестка дня может быть у этого мероприятия?

– Напомню, что май 2015 года был определен решением III Всероссийского съезда работников рыбного хозяйства, поскольку его участники пришли к выводу о необходимости проведения съезда раз в три года. По этому вопросу я в прошлом году дважды встречался с руководителем Федерального агентства по рыболовству Ильей Шестаковым, и он первоначально подтвердил, что выбранные сроки его устраивают.

Мы с коллегами из ВАРПЭ, Росрыбхоза, профсоюза подготовили все документы, однако глава Росрыболовства, к сожалению, высказал пожелание провести съезд в более поздний период. Сейчас утрясаются сроки и другие организационные моменты, но скорее всего это будет конец 2015 года. Крайне нежелателен перенос на 2016 год. Если Росрыболовство все же примет такое решение, считаю, что рыбацкому сообществу нужно самостоятельно провести съезд в 2015 году.

Повестка дня в целом известна, она давно назрела – это положение дел в рыбном хозяйстве в условиях имеющихся сложностей в экономике в целом и вопросы, накопившиеся в отрасли, а их достаточно. Взять хотя бы решения третьего съезда, из которых выполнено не более трети. Или такой злободневный вопрос, как пресс контролирующих органов всех уровней, который буквально душит рыбную отрасль. Требует решения и немало социальных вопросов, например, о назначении пенсий, о медицинском обеспечении рыбаков, поскольку они работают в тяжелых условиях, и многие другие.

На мой взгляд, проведение IV Всероссийского съезда рыбаков подтолкнет федеральные органы все-таки заниматься этими проблемами вместе с рыбацким сообществом.

Анна ЛИМ, журнал «Fishnews – Новости рыболовства»

Россия. СЗФО > Рыба > fishnews.ru, 1 апреля 2015 > № 1330665 Вячеслав Зиланов


Россия > Рыба > fishnews.ru, 10 марта 2015 > № 1311075 Вячеслав Зиланов

Есть ли выход из законопроектного тупика?

Вячеслав ЗИЛАНОВ, Председатель КС «Севрыба»

10 марта в Минсельхозе на заседании рабочей группы по совершенствованию законодательства о рыболовстве и сохранении водных биоресурсов будет вновь рассматриваться проект изменений в закон о рыболовстве.

Материалы, поступившие из Минсельхоза, показывают, что предлагаемый документ фактически является принципиально новым законопроектом. Он в корне отличается от ранее обсужденных экспертами рабочей группы поправок.

По сути, вносимые изменения направлены на пересмотр концепции действующего федерального закона «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов». Между тем в материалах проекта отсутствует пояснительная записка и финансово-экономическое обоснование, также как перечень авторов (депутатов, ведомств или организаций) данной законодательной инициативы.

Нельзя забывать, что в настоящее время помимо проекта поправок, подготовленного Росрыболовством, существует как минимум пять законопроектов, касающихся отдельных вопросов работы рыбной отрасли, которые находятся на согласовании в различных ведомствах. Они до сих пор не сведены в единую таблицу поправок и не выставлены на сайте Минсельхоза для ознакомления и анализа ассоциациями и объединениями рыбаков, хотя такая задача была поставлена в протоколе совещания экспертов рабочей группы от 17 ноября 2014 года.

Принимая во внимание ограниченный срок для надлежащего анализа столь объемных и существенных поправок и определения их влияния на рыбное хозяйство в целом и рыболовство с учетом бассейновых особенностей, предлагаю:

1. Отложить рассмотрение пункта 1 повестки дня заседания на апрель 2015 года, чтобы дать время для анализа предлагаемых изменений федерального закона, как членам рабочей группы, экспертам, так и бассейновым ассоциациям и другим объединениям рыбаков.

2. Запросить от авторов вносимых изменений пояснительную записку и финансово-экономическое обоснование законопроекта и направить их членам, экспертам рабочей группы, ассоциациям рыбаков.

3. Обязать авторов вносимых изменений в течение марта публично озвучить и разъяснить их на специальном заседании экспертов рабочей группы и на совещаниях в основных рыбохозяйственных бассейнах – Дальневосточном, Северном, Западном, Каспийском и других.

4. Провести экспертную оценку других внесенных на согласование проектов поправок и выявить, как они согласуются с предлагаемыми изменениями федерального закона.

5. Обобщить результаты гласного обсуждения вносимых изменений в федеральный закон и только затем рассмотреть их на заседании расширенного состава рабочей группы с обязательным участием органов власти приморских регионов и других субъектов Российской Федерации, где рыбное хозяйство имеет существенное социально-экономическое значение.

Уверен, такой подход позволит квалифицированно принять решение по предлагаемым изменениям в федеральный закон о рыболовстве и будет соответствовать поручениям, которые председатель правительства Дмитрий Медведев дал по итогам совещания 23 апреля 2014 года в Магадане.

Вячеслав Зиланов, председатель Координационного совета ассоциаций, объединений и предприятий рыбной промышленности Северного бассейна, член рабочей группы по совершенствованию законодательства о рыболовстве и сохранении водных биоресурсов

Россия > Рыба > fishnews.ru, 10 марта 2015 > № 1311075 Вячеслав Зиланов


Россия. СЗФО > Рыба > fishnews.ru, 11 сентября 2014 > № 1176037 Вячеслав Зиланов

Поправки в закон не должны ухудшать условия работы рыбной промышленности

Вячеслав ЗИЛАНОВ, Председатель Координационного совета «Севрыба»

События последних полутора лет наглядно продемонстрировали отсутствие единой позиции органов государственной власти по отношению к вектору развития рыбной отрасли и направлению совершенствования нормативно-правовой базы рыболовства. Приближающийся срок нового распределения долей квот и креативные идеи различных ведомств по изменению условий допуска пользователей к ресурсу только усиливают напряжение бизнеса. Мнением по поводу последних законодательных инициатив с Fishnews поделился председатель Координационного совета ассоциаций, объединений и предприятий рыбной промышленности Северного бассейна, член Совета по развитию рыбохозяйственного комплекса, заслуженный работник рыбного хозяйства России Вячеслав Зиланов.

– Вячеслав Константинович, вы участвуете в ряде рабочих групп и совещаний на региональном и федеральном уровнях, где уже третий год ведется работа по пересмотру базовых положений ФЗ «О рыболовстве…» и, в частности, «исторического принципа». Пока ощутимых результатов не видно. Куда все-таки идет этот процесс?

– Внешне может показаться, что процесс зашел в тупик, поскольку окончательных решений так и не принято, хотя заседаний было много. Тем не менее я все же подчеркну, что главное решение, пускай пока не оформленное в виде документа, сейчас есть. Федеральные органы согласились, а рыбаки всегда придерживались мнения, что «исторический принцип» должен быть сохранен. Вопрос только в том, оставить его в таком виде, как зафиксировано в действующем законе, когда доли квот закрепляются каждые десять лет, либо продлить этот срок до двадцати пяти лет. В последнем случае часть чиновников настаивает, чтобы рыбаки взяли на себя новые обязательства, которые, по их мнению, должны повысить эффективность деятельности всей рыбной отрасли.

Собственно позиции различных ведомств можно сгруппировать по трем основным направлениям. Первое из них, которое активно продвигает Федеральная антимонопольная служба, заключается в том, чтобы как можно больше ресурсов бросить на аукционы. Второе – нужно выполнить указания, которые дают Президент и председатель Правительства, соблюдая интересы и рыбаков, и государства. И, наконец, третья точка зрения, которая тоже просматривается, - как можно больше нагрузить предприятия дополнительными обременениями и они начнут эффективно работать. Но эта последняя группа не задумывается, каким образом пресловутая «эффективность» отразится на налоговых поступлениях в бюджет и социальной защищенности рыбаков.

Думаю, что из этих трех линий самая опасная та, которую проводит ФАС. К сожалению, антимонопольный орган формально анализирует положение дел в отрасли и рассматривает конкуренцию как главную цель рыночной экономики, хотя это только один из ее механизмов. Упорство, с каким ФАС настаивает на возвращении к квотным аукционам, больше напоминает защиту чести мундира, хотя я не думаю, что руководители службы не понимают, что предлагают путь, который приведет рыбную промышленность к краху.

Я все же считаю, что главным принципом всех рабочих групп должно быть «не навреди» – это первое. И второе, если уж вводить поправки в федеральный закон о рыболовстве, то они должны улучшать условия работы производителей – рыбаков, а не ухудшать. А у нас зачастую преследуется цель создать вольготные условия для контролирующих органов, которые никогда ничего не производили и производить не будут. Поэтому нам, рыбакам, надо набраться терпения и настойчиво добиваться решений, которые нацелены на повышение экономических результатов всей рыбной промышленности и создание лучших условий, по сравнению с теми, в которых мы работали предыдущие десять лет.

– Кстати, об аукционах, хотя они в принципиальном плане отменены как инструмент наделения пользователей ресурсами, тем не менее в ряде случае, например при высвобождении долей квот, изъятых у пользователей, такой способ применяется. Какова ваша позиция, ведь вы всегда были противником аукционов?

– Да, я выступал против аукционной системы, и не только потому что такой упрямый. Против этой системы выступало все рыболовное сообщество, и тому имелись четкие экономические обоснования, потому что в период проведения аукционов показатели как рыбной промышленности в целом, так и отдельных предприятий, были более чем плачевные. Да и сам «отец аукционов» Герман Греф открыто признал на одном из заседаний Государственной Думы, что аукционы - это билет на браконьерство. Опыт прошлых лет показывает, что аукционы не принесли рыбной отрасли ничего хорошего. Продавать рыбу, которая находится в воде, фактически кота в мешке, – это двойное преступление, и экономическое, и моральное.

Сейчас в соответствии с законом на аукционы выносится часть ресурсов, которые изъяты у предприятий, лишенных квот, или которые до этого не эксплуатировались. Считаю, что аукционную продажу рыбных ресурсов необходимо убрать из всех статей закона о рыболовстве, а вместо них ввести конкурсы. Мне часто возражают, что конкурсы – это еще более коррупционная система. Ничего подобного! Если правильно все просчитать и прописать, то как раз конкурсная основа более приемлема для рыболовного сообщества.

Допустим, в результате расторжения договоров с пользователями появились свободные рыбные ресурсы. На мой взгляд, они в приоритетном порядке должны распределяться в рамках долей, которыми обладают законопослушные предприятия. Либо на конкурсной основе – среди рыбопромышленников того региона, к которому были «приписаны» изъятые квоты. И только в последнюю очередь к конкурсу могут быть допущены все субъекты того или иного бассейна. В этом случае замена аукционов на конкурсную систему будет более справедливой и более подотчетной при анализе положения дел в рыбном хозяйстве.

– Плата за пользование ВБР до сих пор сохранена, пусть и в меньшем размере. Однако в этом году ряд федеральных органов предлагал поднять ставку сбора до 100% для тех судовладельцев, кто экспортирует рыбу или не заходит в российские порты. Как вы относитесь к этой инициативе?

– Прежде всего, я хотел бы подчеркнуть, что ни одна страна в мире не берет со своих рыбаков плату за ресурсы, которые еще не выловлены и находятся в воде. Часто можно слышать заявления недобросовестных исследователей или высокого руководства, которое не вникло во все детали, что за рубежом – в США, в Норвегии – такая практика существует. Ничего подобного! Рыбаки США платят только за полученные разрешения на ведение промысла. Иными словами, это обходится им максимум в 1–1,5 тыс. долларов за весь промысловый сезон, за квоты они платить не должны.

Аналогичная система действует и в Норвегии. Более того, у норвежцев облавливание ряда объектов промысла поощряется дополнительными льготами, например, более низкой стоимостью топлива, в то время как у нас затраты на топливо в себестоимости продукции достигают 40%. А мы поднимаем плату за пользование водными биоресурсы – и тут же становимся неконкурентоспособными по сравнению с нашими соседями. На Северном бассейне – с теми же норвежцами, на Дальнем Востоке – с американскими рыбаками. Сейчас мы еще можем составить им конкуренцию, но только за счет того, что у нас заработная плата значительно ниже, чем на судах иностранных государств. Если увеличить ставку сбора, мы потеряем и это преимущество.

Считаю, что нужно полностью отменить плату за ресурсы, а не вводить критерий «если ты экспортер, значит будешь платить 100%». К чему это приведет? Только к тому, что рыбак вообще никуда свой улов пристроить не сможет: и за рубеж не повезет, и внутри страны эта рыба будет не востребована, поскольку платежеспособность населения все еще низкая.

– Проблема так называемых «незаходных» судов, а их в России около 120 единиц, из которых порядка 70 – в Северном бассейне, не решалась годами. Видите ли вы какие-то подвижки в этом вопросе?

– Согласен с вами, действительно вопрос уже, как говорится с бородой. Однако надо признать, что в руководстве Росрыболовства, да и Министерства сельского хозяйства, которое нас в настоящее время курирует, понимают эту проблему и уже приступили к формированию проекта закона, вносящего поправки в Налоговый кодекс. Он предусматривает освобождение от налогообложения всех судов рыбопромыслового флота, построенных, модернизированных или прошедших капитальный ремонт за рубежом до 1 января 2018 года. Соответственно действовать такая «амнистия» будет до 1 января 2019 года. После этого владельцам судов, не осуществивших заход в российские порты, вновь придется полностью платить и НДС, и пошлину.

К сожалению, в тексте проекта, с которым мне удалось ознакомиться, разработчиками допущены очень существенные ошибки. В частности, там введен критерий, согласно которому промысловые суда иностранной постройки должны иметь возраст не более семи лет, а транспортные - не более десяти лет. При обсуждении этого вопроса на одном из совещаний рыбаки Северного бассейна и наши коллеги с Дальнего Востока указали, что данная норма абсолютно надумана и приведет к тому, что ни одно судно не зайдет в наши порты, если закон будет принят в таком, извините, непрофессиональном виде.

Хочется надеться, что этот закон будет принят хотя бы к середине следующего года, с тем чтобы он начал работать с 1 января 2016 года. При этом в него необходимо внести коррективы и, прежде всего, снять ограничения требований к возрасту флота.

– Рыбаки Северного бассейна активно отстаивают принятие поправок в постановление Правительства № 486, которое предписывает везти в порт выловленную рыбу и рыбопродукцию со всего Баренцева моря, а не только из 200-мильной зоны, как в остальных бассейнах. Что мешает устранить этот барьер?

– Прежде всего, хотел бы подчеркнуть, что инициатором постановления Правительства № 486 в свое время выступила Пограничная служба ФСБ России. Обоснование у силовиков было простое: с одной стороны, увеличатся поставки рыбы на внутренний рынок страны, с другой стороны, дескать, будет искоренено браконьерство за пределами 200-мильной зоны России в Баренцевом море.

Ответственно заявляю, что обе эти цели надуманны. Во-первых, браконьерства в Баренцевом море в промышленных масштабах давно не существует. Об этом заявила и Смешанная российско-норвежская комиссия по рыболовству, и международная организация НЕАФК, которая курирует Северо-Восточную Атлантику, и наши коллеги из Норвегии. Да и руководство Росрыболовства подтверждает, что на Северном бассейне в отношении борьбы с браконьерством обстановка хорошая.

Что касается доставки рыбы в российские порты, в частности в Мурманск, то здесь картина следующая. Ежегодно из мурманского порта за рубеж экспортируется 40-50 тыс. тонн рыбы – это объем, который не востребован на внутреннем рынке России. И именно это количество рыбы рыбакам приходится возить в ущерб своей экономической деятельности из района Шпицбергена и из западных районов Баренцева моря. Расчеты показывают, что ежегодно только на переходы туда и обратно рыбаки затрачивают дополнительно 670 млн. рублей. Эти затраты предприниматели вынуждены относить на себестоимость продукции. В результате падает прибыль, падают налоги. Только по этой причине бюджеты всех уровней Северного бассейна в результате надуманного препятствия каждый год недополучают 60-70 млн. рублей налоговых отчислений на прибыль.

Сама жизнь подталкивает к мысли о необходимости внести изменения в постановление Правительства. Причем эти поправки приведут его в соответствие с общей нормой в российском законодательстве о том, что вся рыба из 200-мильной зоны России доставляется в порт, как это следует из закона о рыболовстве. Для промысла за пределами 200-мильной зоны действуют другие нормы, и они тоже должны быть одинаковы для всех.

Мы надеемся, что рано или поздно к нам прислушаются. Хотя прямо скажем, меня удивляет то упорство, с которым силовые структуры держатся за эту норму. Непонятны ни цели, ни упрямство пограничников. Пора бы этот образ действий «я сильнее вас, вы будете делать то, что я хочу» прекращать.

– На недавнем конгрессе рыбаков руководитель Росрыболовства Илья Шестаков предложил в будущем отдавать приоритет утверждению прибрежной квоты перед промышленной. Практически в то же время в Мурманской области произошло неординарное событие – вопреки решению Северного научно-промыслового совета «прибрежке» была передана дополнительная квота за счет научных лимитов. Как вы можете это прокомментировать?

–Я с большим интересом ознакомился с точкой зрения, которую на площадке конгресса рыбаков озвучил глава федерального агентства Илья Шестаков, о том, что на предстоящий период, надо полагать с 2019 года, предпочтение при наделении ресурсами Росрыболовство будет отдавать предприятиям прибрежного лова. Эта новость, как я понимаю, несколько обескураживает рыбаков в том плане, что такой шаг должен быть очень тщательно просчитан. Что значит отдать предпочтение «прибрежке»? А сможет ли «прибрежка» переварить все, что она запросит? Насколько это экономически выгодно и сможет ли эта мера решить социальные вопросы, как заявляют ее сторонники с трибун и в средствах массовой информации?

Это предложение требует детального обсуждения среди рыбацкого сообщества с привлечением специалистов и ученых и с учетом развития инфраструктуры в том или ином регионе. Приведу пример, который мне хорошо известен. В Северном бассейне береговая инфраструктура, и то на 90% сосредоточенная в порту Мурманск, имеется только в Мурманской области. Что касается Карелии, Архангельской области и даже Ненецкого автономного округа, развитой береговой инфраструктуры для переработки и приемки свежей и охлажденной рыбы в этих регионах почти нет. Поэтому мы должны четко понимать, сколько сможет освоить «прибрежка» и с какой эффективностью.

Тревожит тот факт, что прямо сейчас, даже не приняв эту идею в качестве доктрины или целевой установки, «прибрежке» начали «подбрасывать» дополнительные квоты. На прошлой неделе на Северном бассейне было созвано экстренное совещание рыбаков и переработчиков, на котором временно исполняющая обязанности губернатора Мурманской области Марина Ковтун и замруководителя Росрыболовства Владимир Соколов сообщили о решении передать часть научной квоты, которую не смогут освоить институты, прибрежному рыболовству. А это ни много ни мало – 6,1 тыс. тонн трески и 3,5 тыс. тонн пикши, или, если перевести в готовую продукцию, более 500 млн. рублей.

В этом году бассейновый научно-промысловый совет рекомендовал распределить неосвоенную научную квоту между предприятиями промышленного рыболовства, а квоты, которые недоиспользуются третьими странами, отдать «прибрежке». И вдруг без вторичного рассмотрения этого вопроса на НПС Росрыболовство идет на такой шаг. Считаю, что это нарушение регламента. Понятно, что решения научно-промыслового совета носят рекомендательный характер, окончательное слово остается за федеральным агентством, но игнорировать мнение рыбацкого сообщества как минимум неэтично. Если это будет повторяться, тогда зачем вообще созывается НПС?

Никто не спорит, что надо развивать прибрежное рыболовство, надо загружать береговые перерабатывающие предприятия, но мы все работаем в рыночных условиях. Нужно четко понимать, куда эта рыбная продукция пойдет и будет ли она иметь сбыт на внутреннем рынке. Экономических расчетов мы так и не услышали, только аргументы типа «надо дать прибрежникам – у них заканчивается квота». Ну так и у океанистов вылов на пределе. Мне кажется, эту идею надо внимательно изучить и только после тщательного анализа всех экономических и социальных аспектов принимать ее или каким-то образом ограничить.

Вместе с тем здесь имеется еще один принципиально важный вопрос. Идея, прозвучавшая в докладе главы Росрыболовства Ильи Шестакова во Владивостоке, о приоритетном выделении квот прибрежному рыболовству с 2019 года, потребует внесения существенных поправок в федеральный закон о рыболовстве. Такие поправки фактически меняют в корне концепцию закона от 2004 года. Если пойти на это, будет разрушена вся законодательная база, на которой основывается работа рыбного хозяйства России. Возникает вопрос, а следует ли идти по этому пути?

Людмила ДЕМЕНТЬЕВА, Fishnews

Россия. СЗФО > Рыба > fishnews.ru, 11 сентября 2014 > № 1176037 Вячеслав Зиланов


Россия > Рыба > fishnews.ru, 10 июня 2014 > № 1099640 Вячеслав Зиланов

Надо менять позицию «ты – враг, а я – защитник».

Вячеслав ЗИЛАНОВ, Председатель КС «Севрыба», член Совета по развитию рыбохозяйственного комплекса России.

С момента смены руководства Росрыболовства и встраивания рыбного хозяйства в систему Минсельхоза прошло полгода. Как сказались структурные перемены в управлении отраслью на работе рыбаков и какие болевые точки до сих пор тормозят ее развитие?

Прежде всего, нужно отметить положительные моменты, поскольку сейчас четко понятно, что руководитель Росрыболовства одновременно является заместителем министра. Мы, ветераны рыбной отрасли, считаем это сигналом, что недалек тот час, когда Министерство сельского хозяйства станет Министерством сельского, рыбного хозяйства и продовольствия, поскольку и сельское хозяйство, и рыбное хозяйство в конечном счете нацелены на обеспечение продовольственной безопасности страны. Главная задача – чтобы отечественная сельскохозяйственная продукция и рыбная продукция превалировала на столах у россиян.

С моей точки зрения, такие перемены логичны, хотя я не вижу возможности изменить свою принципиальную позицию, и по-прежнему считаю, что у страны с выходом в три океана и тринадцать морей должно быть министерство рыбного хозяйства. Это исторически оправдано и оправдано, если смотреть на состояние сырьевой базы. У России первое место в мире по запасам минтая, первое место в мире по запасам сельдевых (если брать тихоокеанскую и атлантическую сельдь), первое место по крабам, по треске, то есть у нас достаточно сырьевых ресурсов, которые требуют бережного, но в то же время оптимального использования.

В министерстве сельского хозяйства, наконец, создан департамент регулирования в сфере рыбного хозяйства и аквакультуры. Мы ждали несколько большего – что это будет департамент рыбного хозяйства, который сможет в комплексе решать не только правовые, но и другие вопросы. Может быть, в дальнейшем так и будет. Хотя ограниченные функции профильного департамента – только правовые вопросы – не вселяют в нас уверенность, что там будут решаться актуальные практические вопросы, под которые нужно подводить нормативно-правовую базу.

Практиков-профессионалов явно не хватает, что в департаменте рыболовства, что в нашем основном ведомстве. Безусловно, мы видим открытость руководителя Росрыболовства Ильи Шестакова, который уже побывал и на Дальнем Востоке, и на севере. Рыбопромышленники встречались с ним, рассказали о своих болевых точках. И мы видим, что руководитель отрасли обеспокоен тем, что эти проблемы не уменьшаются, а только растут.

Какие же болевые точки колоссально сдерживают наращивание вылова и производства пищевой рыбной продукции, прежде всего в нашей 200-мильной зоне? Приведу пример: для Дальнего Востока проблема многократного пересечения границы стала уже настолько критической, что может взорвать весь берег. Ситуация доходит до абсурда, ведь рыболовное судно под российским флагом с российским экипажем, проверенное-перепроверенное, оказывается, не может уведомительным порядком пересекать государственную границу.

Аналогичная ситуация у нас на Северном бассейне. Рядом есть сосед, в зоне которого мы ведем промысел примерно 60% объемов годового вылова. Никаких проблем с пересечением границы у норвежцев нет, никаких проблем с отстоем судов под российским флагом во время шторма. Но у нас – это целая эпопея.

Возникает вопрос: что мешает ввести уведомительный порядок пересечения госграницы. Руководители пограничной службы и низшего, и среднего, и высшего звена ссылаются на действующую нормативную базу. Но мы ведь неоднократно предлагали скорректировать законодательство. Депутаты нас заверяют, что они вносят эти проекты, однако их не визирует соответствующая служба ФСБ. В чем дело? Кто тормозит процесс? Кто создает условия для того, чтобы рыбная промышленность и Дальнего Востока, и Северного бассейна снижали вылов и производство пищевой рыбной продукции? Ведь рыба не признает границ: сегодня она ловится в одном районе, а завтра мигрирует в другой, да и просто чтобы везти продукцию – надо периодически пересекать государственную границу.

Кто мешает? Неужели опять по вопросу о пересечении границы мы должны писать открытые письма Президенту РФ? Когда наконец руководители федеральных органов будут думать не о том, как удобнее им контролировать, а о том, как создать условия, для того чтобы производство эффективно работало. Это одна из болевых точек.

Другая болевая точка, тоже относящаяся к погранслужбе, это предписание, которое было в свое время принято по настоянию ФСБ, о том, чтобы рыбную продукцию из отдаленных районов Баренцева моря обязательно везли в российский порт. Переход в район промысла – двое-трое суток, из района промысла в порт Мурманск – двое-трое суток. Таким образом, для того чтобы провести эту операцию, надо потерять шесть промысловых суток.

Почему нельзя выгрузиться непосредственно в районе Шпицбергена и направить продукцию тому потребителю, кому она предназначалась? Ведь есть общая норма, установленная ФЗ «О рыболовстве…», что вылов и выработанная продукция доставляется в порты Российской Федерации из российской экономической зоны, а не из других районов. Нет! Посуетился кто-то, взяли и подписали знаменитое постановление № 486, которое с успехом действует до сих пор. Годами мы просим его отметить и оставить формулировку только «из российской экономической зоны». Никто не может пробить брешь в этой бумажной стене. А в результате мурманские рыбаки ежегодно теряют 2-4 млрд. рублей только на этих переходах.

Не менее важна проблема избыточного контроля со стороны погранслужбы. Приходит корабль в порт: 15 человек экипажа и 7 проверяющих вместе со служебной собакой. Что проверять? Почему нет доверия к нам, к гражданам России? Почему, когда мы заходим в порты Норвегии, приходит агент, интересуется, все ли у нас в порядке, нет ли чего-то недозволенного, и начинается разгрузка, снабжение и т.д. У нас эта процедура хотя и ограничена сейчас тремя часами, и пограничники, надо отдать им должное, соблюдают эту норму, носит унизительный характер. Примечательную фразу мне сказал мой старый друг-капитан: «Заход в наш порт – как во вражеский». Надо ломать эту тенденцию.

Сейчас, когда мы должны оживить работу рыбных портов, дать возможность проводить и разгрузочные, и ремонтные операции, надо создать самые благоприятные условия, для того чтобы рыбаки заходили в российские порты. Мы не просим ничего лишнего. Многие чиновники высокого ранга пытаются нам говорить, что надо учиться, работать как в капиталистическом мире. Вот и учитесь, пожалуйста, в капиталистическом мире, у тех же норвежцев. Создайте нам такие же условия, как в Норвегии, и мы с удовольствием будем заходить.

Или взять контрольные точки, которые судно должно обязательно пройти, прежде чем выйти из экономзоны или войти туда, и получить разрешение от пограничников. Почему не ввести уведомительный характер – и на Дальнем Востоке, и по всем остальным бассейнам?

Контроль в нашей зоне непосредственно в море ослаблен Пограничной службой ФСБ, они больше контролируют в портах. И более того, сохраняют уровень штрафов из года в год почти одинаковым. Приведу пример по Северному бассейну. Сейчас он считается зоной, где, по сути, изжито браконьерство. Это подтверждено международной организацией, которая следит за контролем промысла непосредственно в море и в портах разгрузки. Это подтверждено и Смешанной российско-норвежской комиссией по рыболовству.

И тем не менее, как заканчивается год – 15-20 млн. рублей штрафов взимается с рыбаков. По самым незначительным административным нарушениям, за которые можно было бы просто ограничиться предупреждением, их исправлением и т.д. Но нет – через суд и штраф. А судьи не опытны в морских делах и склонны вставать на сторону представителей власти в погонах капитана первого ранга с аббревиатурой ФСБ. Почти все такие дела решаются в пользу пограничников. Это тоже нас беспокоит. Надо больше вести профилактическую работу, а не быть карающим мечом.

В конце концов, есть много других правонарушений, которые затрагивают безопасность государства. А здесь надо все делать, чтобы экономика работала на полную мощь, тогда как каждый такой конфликт отрицательно сказывается на экономике и, хуже всего, создает напряжение в отношении рыбаков к контролирующим органам. Здесь не должно быть позиции в стиле «ты – враг, а я – защитник», надо менять эту атмосферу.

Я все больше убеждаюсь, что не за горами точка кипения: не исключено что наступит тот момент, когда рыбаки-профессионалы выступят с предложением передать контрольные функции за соблюдением правил рыболовства в море и в порту Росрыболовству. Это было бы вполне логично. А охрану 200-мильной зоны и охрану биоресурсов в районах, где не разрешено вести промысел, оставить за Пограничной службой ФСБ России. Эта инициатива сейчас назревает, и я не исключаю, что рыбаки обратятся с такой просьбой к Президенту России. Кстати, в прежние времена эта схема прекрасно работала, велась профилактика, были строгие и требовательные инспекторы. Почему бы не прибегнуть к такому решению вновь? Пограничники же пусть занимаются своими прямыми обязанностями – защищают Отечество и борются с правонарушениями, которые несут угрозу безопасности государства.

Вячеслав Зиланов, председатель Координационного совета ассоциаций, объединений и предприятий рыбной промышленности Северного бассейна (КС «Севрыба»), член Совета по развитию рыбохозяйственного комплекса России, заслуженный работник рыбного хозяйства России

Россия > Рыба > fishnews.ru, 10 июня 2014 > № 1099640 Вячеслав Зиланов


Россия. Весь мир > Рыба > fishnews.ru, 26 февраля 2014 > № 1017692 Вячеслав Зиланов

Арктическое рыболовство на распутье

24-46 февраля в столице Гренландии Нуук проходит совещание пяти приарктических государств по проблемам рыболовства в центральной части Северного Ледовитого океана. Чем вызвано такое внезапное внимание к рыбному промыслу в Арктике? И что собственно представляет собой арктическое рыболовство?

Арктика – это широкое понятие. На сегодняшний день большинство исследователей и политиков считают южной границей Арктики Северный полярный круг. В этом районе находится пять государств, у которых 200-мильная исключительная экономическая зона выходит непосредственно в арктические моря и Северный Ледовитый океан. Это Норвегия, Дания, Канада, США и Россия.

Однако за пределами 200-мильных экономических зон в центральной части Северного Ледовитого океана образовался открытый район, или, как можно сказать по аналогии с Охотским, Беринговым или Баренцевым морями, громадный анклав. Это самый большой в мире анклав, окруженный экономзонами пяти приактических государств. Его площадь составляет 2,8 млн. кв. км, для сравнения – это две площади Баренцева моря.

Рыболовство в Северном Ледовитом океане и прилегающих морях интенсивно осуществляется только в Северо-Западной Арктике – в Баренцевом, Гренландском морях и северной части Норвежского моря. Объем вылова всех приарктических государств в этих районах составляет около 1,5 млн. тонн, из них 1 млн. тонн осваивает российский рыболовный флот, базирующийся на Северном бассейне и частично в Калининграде.

Казалось бы, причин для беспокойства о ближайшем будущем открытой части арктических вод пока нет. Но по данным ученых, в результате потепления в Арктике центральная часть Северного Ледовитого океана освобождается ото льда почти на 40%. В связи с потеплением в Баренцевом море наблюдаются интенсивные миграции большинства промысловых рыб в северном и северо-восточном направлении. Например, исследования Полярного научно-исследовательского института показали, что палтус – один из желаемых объектов промысла – уже вышел к северной части Новой Земли, а на севере Шпицбергена он давно попадается рыбакам. Аналогичным образом мигрируют треска и другие виды морских рыб.

Кроме того, в этой зоне обитают виды арктического происхождения. Это сайка, или, как ее называют, полярная тресочка, и в определенной степени мойва. Есть основания предполагать, что в освободившихся ото льда районах центральной части Северного Ледовитого океана ряд государств, не граничащих с арктическими морями, может начать исследования и рыбный промысел. Такие намерения вызывают беспокойство пяти приактических держав, поскольку рыбные запасы являются трансграничными. В связи с этим необходимо заблаговременно, до начала нерегулируемого промысла в Арктике, разработать механизм договоренностей или соглашение, которое бы регулировало управление запасами и не давало возможности вести неконтролируемый лов. И совещание в Нууке – один из этапов выработки этого соглашения.

В свое время рыбаки Северного бассейна высказались за то, чтобы такое соглашение было разработано и как можно скорее подписано всеми пятью странами региона Арктики. В его основу должны быть положены широкие научные исследования всех приарктических государств по единой программе с общим финансированием. Только на основании научных данных можно будет принимать решение о целесообразности или запрете промысла в полярных водах.

Нужно учитывать, что освобождаются ото льда и 200-мильные экономические зоны приактических государств. Это особенно актуально для России, ведь у нас самая большая ИЭЗ в Арктике, которая охватывает Баренцево, Карское, Лаптевых, Восточно-Сибирское, Чукотское моря. Регулярный промысел, как я уже говорил, осуществляется только в Баренцевом море, но мы не вели широких исследований в других акваториях.

Поэтому сейчас на первый план выходит задача обновления научно-исследовательского флота, в частности ПИНРО и дальневосточных институтов, с тем чтобы разработать единую программу по изучению состава ихтиофауны в этих морях. Не исключено, что там будут обнаружены промысловые запасы, которые могут стать дополнительной сырьевой базой для российского рыболовного флота. Безусловно, это должны быть комплексные исследования, которые бы охватывали не только выявление сырьевых ресурсов, но и их рациональное использование, а также выработку из них той продукции, которая бы пользовалась повышенным спросом, прежде всего, на внутреннем рынке.

На мой взгляд, руководству Росрыболовства и других организаций, которые работают в Арктике, в частности Русского географического общества, необходимо уделить этим вопросам как можно больше внимания, чтобы мы оказались здесь на передовых позициях. По некоторым сведениям, целый ряд государств, начиная с Норвегии, сейчас строит научно-исследовательский флот ледового класса, предназначенный для использования как раз в арктических водах. Так что впереди нас ждет сложный диалог по Арктике и серьезный вызов нашему арктическому рыболовству, но без масштабного обновления научного потенциала России достойно ответить на него будет очень тяжело.

Вячеслав ЗИЛАНОВ, Председатель Координационного совета «Севрыба»

Россия. Весь мир > Рыба > fishnews.ru, 26 февраля 2014 > № 1017692 Вячеслав Зиланов


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter