Всего новостей: 2321891, выбрано 8 за 0.003 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Абызов Михаил в отраслях: Приватизация, инвестицииВнешэкономсвязи, политикаГосбюджет, налоги, ценыСМИ, ИТМедицинавсе
Россия > Медицина > roszdravnadzor.ru, 18 апреля 2017 > № 2143665 Михаил Абызов

Министр Российской Федерации Михаил Абызов положительно оценил деятельность Росздравнадзора в 2016 году

Интервью М.А. Абызова

Расшифровка интервью с Министром Российской Федерации Михаилом Абызовым на итоговой коллегии Росздравнадзора, 14 апреля 2017 года.

- Михаил Анатольевич, какие Вы можете выделить основные позитивные изменения в работе Росздравнадзора за отчетный период?

- Один из самых главных, на мой взгляд, результатов работы Росздравнадзора, это – динамика снижения смертности и объемов заболеваний, потому что главная задача надзора в сфере здравоохранения – это обеспечить качественное предоставление медицинских услуг с целью снижения рисков и угроз, связанных с опасностью для жизни и здоровья граждан, и в этой части это самая главная задача и самый главный результат.

Я также бы отметил и качественную работу информационных ресурсов Росздравнадзора, он стал более понятен как для простых граждан, так и для сотрудников всех территориальных ведомств – четко структурированы задачи, и это в свою очередь, приводит к тому, что граждане все больше обращаются к органам Росздравнадзора с тем, чтобы получить защиту своих интересов. За последний год количество обращений граждан выросло более чем на 30%, это свидетельствует о доверии граждан к системе государственного надзора в сфере здравоохранения, и требует от нас своевременной реакции на те жалобы и претензии, которые возникают.

Много сделано для того чтобы за счет новых информационных технологий повысить качество оборота лекарственных препаратов и изделий. Но надо сказать, что еще больше задач у нас стоит в рамках контроля и надзора на будущий период, основные сегодня на итоговой коллегии обозначены.

- Как Вы считаете, Росздравнадзор, как блокиратор болевых точек здравоохранения, на что в первую очередь должен обращать внимание?

- Это хороший профессиональный вопрос, в первую очередь нам необходимо повысить контроль над основными рисками. По некоторым из них мы даже на сегодняшний день не имеем достоверной статистики по заболеваемости или по смертельным случаям. Без вот этого индикатора, без компаса, невозможно выработать четкую программу, в том числе, для работы наших поднадзорных субъектов.

А самым главным, я думаю, является совместная работа Росздравнадзора и медицинских учреждений, для того чтобы в кооперации между контролером и исполнителем медицинских услуг, человеком, который лечит, в их кооперации повысить качество помощи для наших граждан.

- Михаил Анатольевич, как Вы оцените публичность и открытость Росздравнадзора?

- Вот именно с открытостью в деятельности Росздравнадора сегодня дела обстоят крайне положительно. Именно поэтому может быть сегодня они в части моих акцентов ушли на второй план. Сегодня эта работа поставлена на регулярную основу, надо просто ее продолжать. Я обращаю внимание на те задачи, которые необходимо еще решить.

- Спасибо.

Россия > Медицина > roszdravnadzor.ru, 18 апреля 2017 > № 2143665 Михаил Абызов


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 22 марта 2017 > № 2116865 Михаил Абызов

Брифинг Михаила Абызова по завершении заседания президиума Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и приоритетным проектам.

Из стенограммы:

Вопрос: Одобрена ли на заседании концепция проекта по систематизации обязательных требований? Когда начнётся его внедрение?

М.Абызов: Первое, о чём сказал уже Председатель Правительства: мы приняли постановление, в рамках которого риск-ориентированный подход расширяется на дополнительные виды контроля и надзора. Это означает, что в этом году наиболее массовые виды государственного надзора будут применять в своей работе риск-ориентированный подход, в рамках которого проверки будут концентрироваться на объектах высокого уровня риска, которые несут потенциально наиболее значимый риск ущерба для жизни и здоровья или экономических интересов граждан и бизнеса.

В дополнение к этому нам необходимо проводить системную работу по пересмотру устаревших, неактуальных, противоречивых требований, которые установлены в рамках отраслевого надзорного законодательства.

Основные подходы, которые мы сегодня обсудили. Во-первых, необходимость при определении и пересмотре наших требований тоже использовать риск-ориентированный подход. То есть в первую очередь рассматривать и актуализировать требования, которые несут очень серьёзные издержки для бизнеса по их исполнению, и требования, которые фокусируются на снижении высокого уровня рисков жизни, здоровья и экономических интересов граждан и бизнеса, о чём я сказал.

Для этого мы будем применять несколько механизмов.

Первое решение, которое мы приняли, – это решение, в рамках которого все наши надзорные ведомства и курирующие их министерства должны будут в течение этого года провести сопоставление действующих в России требований с лучшими международными практиками и практиками стран, входящих в ОЭСР.

В рамках этого сопоставления мы будем определять, какие издержки, во-первых, несёт бизнес по их выполнению, а во-вторых, насколько эти требования актуальны с точки зрения защиты общественных ценностей, жизни и здоровья. Кроме того, мы будем стараться расчищать уже накопленный багаж устаревших требований, в том числе применяя новые. Стараться исключать требования, которые устарели и на сегодняшний день неактуальны. Связано это с тем, что многие из них приняты ещё в 1960–1970-х годах, в начале 2000-х, приняты в рамках ранее существовавших технологий, которые применялись в бизнесе и на производстве. Сегодня технологии изменяются, и эти требования являются неактуальными. Вот такую работу мы будем вести. Здесь надо быть последовательными, сфокусироваться на главном. Никакой штурмовщины, которая могла бы привести к коллапсу государственного надзора, не должно быть, потому что важная функция надзора – это защита интересов граждан, их жизни и здоровья. И мы именно в рамках этих приоритетов будем строить свою работу.

Вопрос: Михаил Анатольевич, вы сегодня осмотрели Центр содействия строительству Московской области и другие центры. Как Вы полагаете, насколько этот опыт может быть растиражирован по всей России?

М.Абызов: Во-первых, это действительно феноменальный опыт. И он является по многим параметрам передовым. Председатель Правительства отметил, что формат, в котором чиновники различного уровня – федерального, регионального, местного – работают в одном помещении над решением одних и тех же задач, в результате приводит к более оперативным и качественным решениям.

Это повышает качество государственного управления, и это в большей степени соответствует интересам бизнеса: решения принимаются быстрее, с наименьшими затратами, в том числе денежными.

Для того чтобы применять и масштабировать, необходимо не только форматы перенимать, но и по-другому готовить специалистов, которые работают в таких центрах. И здесь очень важно изменение, что называется, ментальности, потому что этот формат – когда человек находится не в привычном для бюрократии кабинете, а формат открытого пространства, когда люди находятся в одном большом помещении, – требует и дополнительной работы по подготовке персонала. И масштабируя это (а это надо делать), необходимо не только перенимать форму, но очень много работать в части подготовки специалистов и сделать так, чтобы они были готовы работать в новых форматах.

Московской области это удалось. Московская область в этом отношении показывает хороший пример другим, и Правительство всячески будет содействовать тиражированию этих подходов, в том числе привлекая внимание региональных руководителей к этим практикам в Москве.

Вопрос: Михаил Анатольевич, сейчас в рамках систематизации обязательных требований также обсуждается подход one in – one out. Когда можно ожидать его внедрения на практике?

М.Абызов: Мы будем поэтапно, очень аккуратно внедрять этот подход, с тем чтобы нормотворческий процесс, процесс принятия Правительством новых решений не остановился. Потому что это требует отдельного, выборочного, очень аккуратного подхода. В целом как направление, в рамках которого принятие новых государственных требований должно сопровождаться отменой старых требований, неактуальных, противоречивых и несовременных, это направление нами будет выполняться, и такую работу мы будем вести.

Мы определим, думаю, в течение месяца те акты и виды надзоров, где будем в первую очередь стараться эти подходы применить. Но тут не должно быть упрощённых формул, потому что принятие нового требования не всегда влечёт за собой дополнительные издержки. И многие новые требования, которые принимает Правительство, по сути, направлены на облегчение, в том числе для бизнеса, системы государственного регулирования и надзора. И наверное, по отношению к таким актам не надо применять принцип отмены устаревших актов.

Мы двигаемся двумя параллельными направлениями. С одной стороны, этот принцип, о котором Вы сказали (вместо одного нового отмена двух старых), должен мотивировать ведомства на пересмотр завалов устаревших и неактуальных требований. С другой стороны, это не единственный механизм по пересмотру старых требований. Мы считаем, что базовым подходом должны стать: ревизия тех требований, которые сегодня государство по каждому виду надзора установило, сравнение этих требований с лучшими международными практиками на предмет издержек для бизнеса по их исполнению, с одной стороны, а с другой стороны, определение тех рисков, от которых защищает государство, вводя эти требования, – риски для жизни, здоровья и экономических интересов. И это сравнение должно нам помочь определить те направления и те требования, которые нуждаются в пересмотре. И вне зависимости от того, будет ли это сопряжено с принятием новых требований, мы будем этот пересмотр проводить по определённым требованиям самостоятельно. И это будет абсолютно самостоятельная работа, которую мы будем делать.

Кроме того, мы приняли сегодня решение о том, что в этом году определим виды надзоров, по которым проведём кодификацию системообразующих и обязательных требований. У нас есть надзорные ведомства, которые имеют понятный для бизнеса и для участников экономической деятельности формат – кодексы (например, Налоговый кодекс), когда в одном документе, по сути дела, сведены все требования. По большинству государственных надзоров – а у нас их более 180 видов – кодификация не проведена, и это означает, что предприниматель, для того чтобы понять, каким требованиям он должен соответствовать, обращается к огромному количеству различных документов, которые в том числе существуют на разных уровнях принятия решений. Какие-то из этих документов принимаются законодательными актами, законами, какие-то – постановлениями Правительства, какие-то – решениями надзорных ведомств, а какие-то – региональными и местными властями. В результате одну и ту же отрасль (например, торговлю или строительство) регламентируют документы различного уровня, не сведённые в единое, понятное для поднадзорного субъекта, бизнесмена или гражданина, полотно, или систему.

Кодификация, сведение этого в соответствующие отраслевые кодексы, может помочь решить эту проблему. В этом году мы совместно с Министерством юстиции определим принципы кодификации и основные подходы. В том числе этот вопрос будет широко обсуждаться с участием международных экспертов в рамках питерского юридического форума, где мы будем рассматривать практики по кодификации, которые реализованы в том числе во Французской Республике – они, наверное, за последние годы наиболее масштабную работу в этом направлении провели. Определим на базе обобщения международного опыта наши подходы к кодификации, определим тот вид государственного контроля и надзора, по которому мы эту кодификацию начнём проводить в этом году.

Но это очень длинная, системная работа. Невозможно кодифицировать законодательство даже по одному виду за короткий период времени. Наше понимание: кодификация для отдельного вида – это от двух до трёх лет усиленной работы. Но эту работу надо начинать, она приведёт к ощутимым результатам.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 22 марта 2017 > № 2116865 Михаил Абызов


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 21 декабря 2016 > № 2016489 Михаил Абызов

Брифинг Михаила Абызова по итогам заседания президиума Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и приоритетным проектам.

Из стенограммы:

М.Абызов: Сегодня на заседании президиума был утверждён паспорт проекта по реформам контроля и надзора. В рамках этого паспорта были определены три ключевые цели. Первое – это снижение ущерба по контролируемым государством рискам. Второе – это снижение административной нагрузки на бизнес. Третье – повышение качества государственного контроля. Для достижения этих трёх целей были определены восемь приоритетных проектов, параметры которых были утверждены сегодня на заседании президиума. На каких основных проектах хотелось бы остановиться особенно?

Первое – внедрение риск-ориентированного подхода и концентрация работы контрольно-надзорных органов по контролю за рисками, которые представляют наибольшую потенциальную опасность. Уже с 2018 года, по итогам работы в следующем году, все плановые проверки контрольно-надзорных органов должны будут осуществляться по объектам высокой категории рисков. Такой же подход будет применяться к другим надзорным мероприятиям, в том числе внеплановым проверкам.

Второе – упор на профилактику в деятельности контрольно-надзорных органов. Это та задача, которая была поставлена перед Правительством Президентом Российской Федерации в Послании Федеральному Собранию. В рамках этой задачи в следующем году мы должны будем начать масштабную работу на уровне субъектов Российской Федерации, наших территориальных контрольно-надзорных подразделений, по профилактике особо опасных рисков. Это означает, что в ежеквартальном режиме мы будем проводить открытые слушания по итогам проверок, которые надзорные ведомства будут проводить в течение 2017 года. В рамках этой работы будем обобщать выявленные нарушения, выявлять нарушения высокой степени опасности и будем готовить соответствующие методические рекомендации и разъяснения для бизнеса, как организовать свою работу, чтобы избежать нарушений в будущем. За счёт этой масштабной работы мы рассчитываем существенно расширить понимание бизнесом тех требований, которые существуют на уровне государства и предъявляются контрольно-надзорными органами.

Третье – это существенная, глобальная информатизация и автоматизация в работе контрольно-надзорных органов. Необходимо за следующий год разработать и начать внедрение системы личных кабинетов. Такая практика в работе наших федеральных органов на сегодняшний день есть. Очень позитивно она себя зарекомендовала в деятельности Федеральной налоговой службы, когда бизнес своевременно оповещается о проверках и о системе надведомственного контроля и взаимодействия с контрольными органами.

Кроме того, это позволит нам существенно повысить качество межведомственного взаимодействия, когда информация о проверках, проведённых нашими ведомствами, будет доступна для других контрольно-надзорных органов. Это означает, что мы сможем избегать дублирующих проверок и снизить, таким образом, административную нагрузку для бизнеса.

Информационные системы являются мощным инструментом по профилактике коррупционных нарушений в деятельности контрольно-надзорных органов, потому что, чем меньше контакта у предпринимателя с контролёром, чем больше это взаимодействие построено в электронном формате, тем коррупционные риски меньше.

Нам необходимо существенным образом совершенствовать работу с кадровым составом наших надзорных ведомств. Это тоже сегодня обсуждалось. Высказывались в том числе предложения по оптимизации структуры контрольно-надзорных ведомств. На сегодняшний день на федеральном, региональном, межрегиональном, окружном уровне структур достаточно много, их деятельность может быть оптимизирована. А за счёт высвобождаемых ресурсов мы сможем в том числе поднять уровень оплаты труда нашего инспекторского состава.

Вот основные задачи, которые были определены на 2017 год. Сегодня мы этот паспорт проекта опубликуем, и можно будет детально ознакомиться со всеми параметрами его реализации – как в следующем году, так и на перспективу до 2024 года.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 21 декабря 2016 > № 2016489 Михаил Абызов


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 19 октября 2016 > № 1937611 Михаил Абызов

Брифинг Михаила Абызова по завершении заседания.

Из стенограммы:

М.Абызов: Сегодня на президиуме совета по приоритетным проектам рассматривались вопросы по реформе контрольно-надзорной деятельности, были представлены основные цели и параметры проектов. Их три.

Первая цель должна обеспечить значительное сокращение вреда в результате несчастных случаев, заболеваний. В течение 2018–2024 годов мы должны за счёт новой работы контрольно-надзорных органов существенно сократить статистику по смертности в результате рисков, которые контролирует государство, ущерб от заболеваемости и материальный ущерб.

Второе направление реформы контрольно-надзорной деятельности – это сокращение административного давления на бизнес. Контрольно-надзорная деятельность должна стать более прозрачной, объективной. Система требований должна быть актуализирована, мы должны исключить дублирующие избыточные требования для бизнеса, а также сокращать количество неэффективных проверок, которые проводятся без учёта того, насколько потенциальный риск представляет деятельность того или другого предприятия.

Третье направление – это совершенствование работы всей государственной машины, которая обеспечивает контрольно-надзорную деятельность. В этой части нам необходимо будет обеспечить и новые кадровые подходы, то есть работать над повышением квалификации нашего инспекторского персонала, активно внедрять информационные системы, без качественной работы которых невозможна в том числе и реализация современных методов контроля и надзора, которые осуществляются без фактического контакта физического инспектора и поднадзорного субъекта, а все данные по работе контрольно-надзорных органов получаются через информационные системы. Примеры такой работы в наших надзорных органах уже есть: Федеральная налоговая служба, Роструд, Росфинмониторинг активно используют эти подходы. Вот три цели, которые обсуждались, параметры по которым в целом были одобрены.

Вопрос: Рассматривался ли вопрос о слиянии трёх надзоров? Это Роспотреб-, Росздрав- и Россельхознадзор.

М.Абызов: Нет, такой вопрос сегодня не рассматривался. Более того, (это ещё раз сегодня подтвердило обсуждение): у нас не является самоцелью реструктуризация, слияние и изменение структуры органов государственной власти контроля и надзора. Это может быть одним из инструментов, но который в ближайшее время не является актуальным.

Вопрос: А вы запрашиваете какое-то финансирование на эти проекты?

М.Абызов: Основной объём финансирования будет осуществляться за счёт тех бюджетных средств, которые сегодня выделяются на обеспечение работы контрольно-надзорных ведомств.

Вопрос: Когда вы планируете подготовить паспорт проекта?

М.Абызов: В соответствии с графиком мы должны сделать это до конца года. Внутри этого приоритетного направления мы сегодня выделили восемь основных проектов, по каждому из которых будет подготовлен паспорт. Основные из этих проектов – проект по внедрению риск-ориентированного подхода и проект по совершенствованию и принятию системы эффективности деятельности контрольно-надзорных органов, то есть, по сути дела, внедрение системы KPI в деятельность каждого контрольного, надзорного органа.

Важным проектом является проект информатизации. Крайне важным является проект по переходу от репрессивной модели контроля и надзора к профилактической – проект по предупреждению и профилактике в работе наших контрольно-надзорных ведомств. Отдельного внимания требует проект, связанный со значительным снижением возможности коррупционных проявлений в деятельности контрольно-надзорных органов.

Также мы подготовим паспорт проекта по реализации контрольно-надзорных полномочий на уровне регионов и муниципалитетов. На сегодняшний день мы видим динамику, при которой количество проверок и давление на бизнес со стороны федеральных контрольно-надзорных ведомств снижается (пусть и незначительно), при этом значительно повышается количество проверок и давление на бизнес со стороны региональных и муниципальных надзорных ведомств. Нам необходимо совместно с нашими коллегами и руководителями регионов посмотреть, каким образом мы могли бы здесь объединить усилия и, совершенствуя систему на федеральном уровне, в том числе совершенствовать систему на уровне регионов.

Вопрос: У каждого из этих проектов будет свой руководитель?

М.Абызов: Да, предполагается назначение по каждому из проектов отдельного руководителя, исходя из профиля ведомств, которые выполняют основную нагрузку и работу по реализации этих проектов.

Вопрос: Все эти проекты должны быть до конца года?

М.Абызов: Паспорта проектов должны быть представлены и согласованы президиумом до конца года. Часть проектов уже реализуется сегодня, по другим реализация начнётся с 1 января после утверждения паспортов проектов.

Вопрос: Когда можно будет реально перейти на электронное общение между бизнесом и надзорными органами?

М.Абызов: Это зависит от сегодняшнего уровня информатизации конкретного надзорного ведомства. Налоговая служба полностью перешла уже сегодня на такую систему коммуникации, Роструд – в процессе перехода на эту систему, Росфинмониторинг её полностью внедрил.

Сегодня более 40 ведомств занимается контролем и надзором. Уровень их подготовки, их информационного развития различный. Будем выстраивать под каждое из ведомств индивидуальный график, который в итоге должен обеспечить в горизонте от 2018 до 2021 года полностью внедрение информационных систем, которые обеспечивали бы электронное взаимодействие между инспектором и поднадзорным субъектом.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 19 октября 2016 > № 1937611 Михаил Абызов


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 23 июля 2015 > № 1438932 Михаил Абызов

Брифинг Михаила Абызова по окончании заседания Правительства.

Стенограмма:

М.Абызов: Давайте я немного начну с истории. Экспертный совет при Правительстве Российской Федерации был сформирован в июле 2012 года. Таким образом, он работает уже более трёх лет и в течение этого времени готовил заключения и принимал участие в работе над ключевыми, приоритетными решениями Правительства. Накоплен достаточный опыт, который сегодня уже необходимо применять и, что называется, переводить работу Экспертного совета на принципиально иной уровень.

С самого начала в работе Правительства была определена задача сформировать Экспертный совет не как какой-то закрытый орган и элитный клуб, а сформировать большую, масштабную экспертную площадку, которая объединила бы представителей, экспертов из различных отраслей, и не только на федеральном уровне, но и на уровне регионов. За три года была проведена ротация Экспертного совета три раза, он был обновлён, и, действительно, нам удалось привлечь и экспертов из регионов к работе экспертного сообщества Правительства. Сегодня в состав Экспертного совета входит 366 человек, и мы будем продолжать постоянную работу по обновлению Экспертного совета.

Что касается новых полномочий, которые сегодня обсуждались на заседании Правительства. Дело в том, что экспертные заключения, которые мы готовили в течение этих трёх лет по приоритетам, о которых я говорил, носили характер заключений именно экспертный. И по разногласиям, которые были у Экспертного совета, проводились согласительные совещания, скажем так, в достаточно мягком, согласительном формате. Сегодня на заседании Правительства мы внесли изменения в регламент работы Правительства, в рамках которых заключения Экспертного совета будут обязательны для рассмотрения по тем вопросам, которые будут определены Председателем Правительства или заместителями Председателя Правительства, а также отдельными решениями Правительства. В случае наличия у Экспертного совета неурегулированных разногласий они должны будут быть рассмотрены как иные разногласия, которые рассматриваются в порядке снятия, по вопросам, которые готовят наши федеральные органы исполнительной власти, министерства и ведомства. Таким образом, на сегодняшний день это будет не просто экспертное заключение, это будет мнение, которое необходимо будет более чётко учитывать и рассматривать те вопросы, по которым не будет найдено компромиссное решение.

Вопрос: Можете рассказать подробнее, как будет определяться, какие именно документы должны проходить согласование?

М.Абызов: Если говорить о технической части, то основной набор документов, который будет рассматривать Экспертный совет, – это те приоритеты, которые будут определять Председатель Правительства или заместители Председателя Правительства, как я и сказал.

Но Экспертный совет работает на основании планов, и ежегодно он готовит набор приоритетных вопросов, которые эксперты считают важными для рассмотрения на площадке Экспертного совета. Таким образом, будет обеспечено взаимодействие: с одной стороны, Правительство будет определять задачи для Экспертного совета, с другой стороны, у нас очень активные члены Экспертного совета, которые имеют своё представление о том, какие приоритетные вопросы необходимо на площадке Экспертного совета рассматривать и доводить до сведения руководства Правительства. И в рамках этого подготовленного сводного плана будет строиться работа Экспертного совета.

Вопрос: Утвердили ФЦП развития Курил на заседании?

М.Абызов: ФЦП развития Курил сегодня была утверждена. Есть замечания и предложения, которые высказали представители Счётной палаты, и Председатель Правительства определил короткий срок, в течение которого эти замечания должны быть проанализированы, и до выпуска этой ФЦП внесены возможные дополнения.

Вопрос: То есть она в принципе утверждена?

М.Абызов: Да, она утверждена. Предложения Счётной палаты будут учтены сейчас на площадке Правительства в процессе выпуска этого документа.

Спасибо.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 23 июля 2015 > № 1438932 Михаил Абызов


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 5 декабря 2013 > № 1000225 Михаил Абызов

Брифинг Михаила Абызова по завершении заседания Правительства

М.Абызов: Добрый день, уважаемые коллеги! Вам представлены и презентация, и основные материалы к докладу, который сегодня был представлен на рассмотрение Правительства, а также решения, которые по результатам этого рассмотрения приняты.

Сразу хотел бы сказать, что стандарт открытости для деятельности органов исполнительной власти, который сегодня рассматривался на заседании Правительства, подготовлен на основании того практического опыта, который наши министерства и ведомства получили за прошедшие полтора года внедрения принципов открытости в их деятельность.

Мы смогли реализовать основные пилотные проекты, практика которых сейчас обобщена и положена в основу стандарта, который состоит из трёх основных частей. Первая часть – это непосредственная концепция открытости. Вторая часть – это методологические и методические рекомендации по внедрению механизмов открытости. И третья, новая часть, которая появилась в разделе стандарта, – это система независимой оценки и мониторинга открытости органов исполнительной власти.

Начну, наверное, с самого интересного, с третьей части, потому что это то новое, что будет в 2014 году внедрено в практику деятельности наших министерств и ведомств, а также независимых экспертов. Предполагается, что мониторинг и оценка деятельности министерств будет проводиться независимым экспертным сообществом, и она будет состоять из трёх частей. Первая часть этой оценки – это непосредственно самооценка внедрения механизмов открытости, которую будут проводить руководители министерств и ведомств. Вторая часть состоит из оценки, которая будет проводиться основными референтными группами, то есть теми отраслевыми организациями и общественными объединениями, которые в первую очередь заинтересованы в деятельности министерств и реализации их политик.

И третья часть этого мониторинга и оценки – это проведение социологических исследований по методике, которая подготовлена и тоже представлена.

Таким образом, в результате работы по этой оценке, которая будет проводиться не реже, чем раз в год, министерства и ведомства могут, во-первых, оценить, каким образом их система самооценки непосредственно соответствует тем показателям, которые даёт им общество и независимые эксперты. Увидев эти различия (они, очевидно, будут по некоторым министерствам), можно будет найти эффективные способы решения основных проблемных точек во взаимодействии министерства, заинтересованных сторон и общества в целом.

Нами проведена (я сегодня докладывал на заседании Правительства) пилотная работа по апробации этой системы оценки, мы по трём министерствам провели соответствующее социологическое исследование: Минтруд, Министерство здравоохранения и Министерство образования и науки. Мы провели это по уникальной, с моей точки зрения, методике социологического исследования, которая не только захватывала опрос широкого круга общества (было опрошено более 1,6 тыс. респондентов), но и концентрировалась на опросе и работе с этими референтными общественными группами, которые непосредственно взаимодействуют с министерством.

Кроме того, в этой работе по социологическому опросу исследовалось отношение к деятельности министерства со стороны основных учреждений, подведомственных министерству. То есть это такая попытка провести независимую оценку в формате, что называется, «360». Результаты показывают, что министерства и ведомства, которые внедряют механизмы наиболее эффективно, получают позитивный эффект в части вовлечённости граждан в работу министерств, позитивную оценку их деятельности. И это показывает, что в целом применение механизмов, которые заложены в основу концепции, даёт положительный результат, в том числе и в части понимания обществом основной политики, которую реализуют министерства и ведомства. Это важно, потому что зачастую государственные служащие и чиновники, определяя и донося до общества те приоритеты, которые реализуют министерства, формируют это на таком кондовом чиновничьем языке (у нас это называется языком нормативно-правовых актов – НПА, где сокращения ГРБС, ОНДП, ФАИП), и простой человек понять такого языка не может. И вот именно для того, чтобы обеспечить эту понятность, в методических рекомендациях присутствует целый раздел, который, я уверен, в следующем году будет применяться министерствами. Соответствующее поручение на заседании Правительства дано и приведёт к позитивному результату.

Первые результаты уже есть. Мы сегодня утром проводили с Министром финансов большое мероприятие, связанное с подведением итогов формирования бюджета для граждан на период 2014–2016 годов. Бюджет Российской Федерации – это основной финансово-экономический документ страны, который определяет основные расходы и формирует параметры доходной части бюджета. Для налогоплательщика, очевидно, важно на простом языке понимать, как формируется и как расходуется бюджет. Бюджет, который для граждан сегодня представлен и размещён в сети Интернет, представляется на общественных площадках, в ближайшее время будет представлен в том числе на площадке Государственной Думы, – должен показывать гражданам и доносить на понятном простом языке, куда и по каким параметрам расходуются средства налогоплательщиков. Мы эту работу продолжим на уровне региональном и муниципальном. Это хороший пример понятности деятельности органов исполнительной власти, когда простой гражданин, человек, предприниматель может за короткое время, не путаясь в бюрократических формулировках, понять суть деятельности министерств, задачи, которые ставит министерство перед своим коллективом, цели, которые будут реализованы в доступном понятном формате. Это основные направления, по которым мы будем работать в 2014 году.

Также будет продолжена работа в части реализации концепции открытых данных. Я напомню, что мы, Российская Федерация, в 2013 году в рамках саммита G8 в Великобритании подписали хартию по открытым данным, международный документ. На сегодняшний день Правительством по поручению Президента принят план по реализации Хартии по открытым данным, он предписывает вывести работу с раскрытием информации в машиночитаемом виде на абсолютно новый уровень. Эта работа проводится Советом по открытым данным в рамках комиссии, которую возглавляет Председатель Правительства. Она в 2014 году будет продолжена и станет для информационной открытости наших министерств и ведомств одной из основных.

Очевидно, будет продолжена работа по повышению уровня общественного контроля. Нам действительно необходимо за следующий год масштабно перезагрузить деятельность общественных советов. На сегодняшний день не при всех министерствах и ведомствах общественные советы созданы, не везде они работают эффективно. Нам важно не только сменить здесь вывеску, нам важно перевести работу общественных советов на неформальный и продуктивный уровень, когда их работа будет приводить к реальному учёту мнения общественных советов в деятельности наших ведомств.

Третье направление, которое будет продолжено в 2014 году, – это работа по экспертному сопровождению и общественному обсуждению контрольно-надзорных функций государства и государственных услуг. Что нового мы в этом году сделали? Мы перевели государственные услуги, которые оказываются нашими территориальными органами в наших регионах и муниципалитетах, на систему, при которой оценку качества государственным услугам непосредственно даёт гражданин, который эти услуги получает от государства. Мы в пилотном формате начали эту работу по линии Росреестра. Регулярно посещая регионы, многофункциональные центры, которые созданы с участием федерального Правительства и регионов, могу сказать, что это уникальная система, которая позволяет гражданам получить удобные государственные услуги и, главное, сделать это быстро и на высоком качественном уровне. Это внедрение системы гражданской оценки качества госуслуг мы будем развивать, и, более того, эта оценка будет иметь прямые последствия для оценки качества работы наших государственных служащих и руководителей соответствующих территориальных подразделений. На основании оценки граждан мы будем делать выводы в том числе о служебном соответствии или уровне компетенции наших специалистов на местах.

Большая работа будет связана с гражданским контролем и экспертным сопровождением вопросов, связанных с госрасходами. С 1 января внедряются принципы федеральной контрактной системы. Это сложный процесс. Нам важно при переходе на новую основу госзакупок и госрасходов обеспечить их прозрачность для общества, обеспечить высокий уровень общественного контроля. Новое законодательство даёт для этого дополнительные механизмы. Мы должны эффективно их запустить и посмотреть, каким образом их применять.

Вот, наверное, основные задачи, которые стоят по внедрению механизмов и системы Открытого правительства на 2014 год. Здесь мы сразу на Правительстве определили, что и мероприятия, которые мы планируем, и методические рекомендации носят формат открытой книги, и мы будем своевременно их дополнять по мере нашей работы и получения новых результатов и новых практик.

Бюрократическая часть работы будет выглядеть следующим образом. До 10 февраля в соответствии с решением Правительства министерства и ведомства должны будут внести в Правительственную комиссию по вопросам Открытого правительства свои собственные индивидуальные планы по внедрению открытости на период 2014–2015 годов, и до 1 марта правительственная комиссия должна их рассмотреть и внедрить. Кроме того, до 1 марта предполагается провести эту независимую систему мониторинга и оценки степени открытости министерств и ведомств, которая, по сути дела, на старте, такой входной контроль осуществить, для того чтобы при помощи этой независимой оценки, в том числе, министерствам и ведомствам помочь откорректировать эти планы, их дополнить и посмотреть, как реализация их будет приводить к изменению тех оценок, которые будут даны независимыми экспертами и обществом в феврале. Следующее исследование мы предполагаем сделать до конца 2014 года. Вот такая часть, которая будет поддерживать нашу работу с точки зрения административных правил и порядка.

Вопрос: Добрый день, ИТАР-ТАСС, Наталья Славина. Скажите, пожалуйста, по вашим данным на сегодняшний день, какое министерство и ведомство является наиболее открытым по этой системе и, наоборот, какое наиболее закрытым? И второй вопрос: вы говорили, что на основе этих данных об открытости будут выноситься суждения о служебной компетентности или некомпетентности их руководителей. Как вы себе это представляете и в какие сроки вы уже можете такие представления вносить в Правительство?

М.Абызов: С последнего начну. Необходимо уточнить, что это касается руководителей территориальных органов исполнительной власти, которые непосредственно предоставляют услуги населению, гражданам нашей страны. Именно на них будет распространяться правило, при котором негативная оценка гражданами уровня качества услуг, которые оказывает наше ведомство на местах, будет приводить, во-первых, к соответствующим служебным проверкам и, во-вторых, к принятию решения о соответствии людей и их квалификации требованиям по занимаемым должностям. Постановление Правительства, которое это предписывает, принято, там заложены критерии, они заключаются в том, что приемлемый уровень качества государственных услуг не должен быть ниже 70% удовлетворённости.

Методику я сейчас не буду детализировать, она в том числе представлена в открытом доступе в сети Интернет, но она учитывает оценку гражданами не только скорости предоставления услуг, но и удобства предоставления услуг, а также качествовзаимодействия с чиновником, который эту услугу предоставляет. Мы начали эту работу, как я уже сказал, в 2013 году по линии Росреестра, это одна из самых масштабных государственных услуг, которая предоставляется гражданам, – всё, что связано с регистрацией прав собственности и земельными отношениями в том числе. Мы (Правительство Российской Федерации) в 2014 году эту методику по оценке гражданами качества государственных услуг распространим и на миграционную службу, и на другие наши ведомства. Также в течение I квартала мы будем вырабатывать методические рекомендации и предложения для того, чтобы на такую систему оценки качества услуг и соответствия госслужащих перешли на местах, в регионах Российской Федерации. На сегодняшний день унифицированной формы оценки качества государственных услуг, которые предоставляют регионы и муниципалитеты, не существует. Наша задача – подготовить её и регионам предложить к внедрению.

Что касается вашего первого вопроса о том, какие министерства более открытые, какие менее. Я могу сказать, что все министерства те требования, которые предъявляются по основным направлениям (это направления, связанные с информационной открытостью, обеспечением вовлечённости граждан в принятие решений, в том числе посредством публичного и открытого обсуждения проектов решений, которые министерства и ведомства разрабатывают и вносят в Правительство, требования по обязательному общественному обсуждению крупных закупок – это элемент общественного контроля), – эти требования все министерства и ведомства выполняют. Выполняют в первую очередь потому, что внедрение системы Открытого правительства является одним из приоритетов Правительства, который в самом начале был обозначен Председателем Правительства.

Мы как единая команда реализуем те приоритеты Правительства, которые принимаются и являются действительно значимыми для работы всего кабинета министров. С другой стороны, формальные и административные процедуры предусматривают следующую систему: не пройдя общественное обсуждение, нормативно-правовой акт не может быть представлен в Правительство. Это общественное обсуждение в первую очередь проводится посредством публичного представления документа на интернет-ресурсах как министерств, так и на централизованном интернет-ресурсе http://regulation.gov.ru/.

Кроме того, многие министерства и ведомства используют площадку общественных советов для независимого аудита проектов своих решений, которые потом одобряет Правительство. Без проведения этих мероприятий Правительство не может рассматривать документы – это обязательный порядок для всех, и в этом отношении мне трудно кого-то выделить, потому что это уже стало нормой жизни для всех министерств и ведомств. То же самое касается крупных государственных расходов, сверх 1 млрд рублей: они обсуждаются в обязательном порядке с привлечением общественности и независимых экспертов. Без проведения публичной процедуры по их обсуждению невозможно выделение средств из федерального бюджета – это тоже норма, которая жёстко заложена.

Практики же, которые применяются министерствами и ведомствами, действительно дают различный результат. Я могу сказать, что те шесть пилотных министерств, которые в этом году реализовали проект по представлению обществу своей публичной декларации целей и задач на период до 2018 года и в привязке к задачам 2013 года, достигли определённых положительных результатов, и тоже этот опыт был показателен.

Вы знаете, в деятельности любого министерства и министра, у него под контролем находится приоритетных задач гораздо больше, чем это можно предъявить и качественно обсудить с обществом. Некоторые цели, которые поставлены перед министерствами, на самом деле состоят из 25–35 составных элементов. И действительно, если постараться, что называется, каждый из этих элементов представить и детально обсудить на общественной площадке и постоянно представлять ход его исполнения для средств массовой информации, то это достаточно тяжёлая работа, а по некоторым аспектам она не вызывает в том числе и значимого общественного интереса и находится в логике такой профессиональной деятельности министерства.

И в этом отношении было важно из вот этого набора целей и задач министерства выбрать приоритеты действительно общественно значимые. Мы сразу определили, что их не может быть больше пяти-шести, и министерства и ведомства должны по этим приоритетам организовать отдельную работу со своими и общественными организациями, и с заинтересованными и референтными группами. Это Министерство здравоохранения, Министерство образования, Министерство связи, Министерство энергетики, Министерство труда и Министерство природных ресурсов. Эти шесть министерств такую работу провели. И Министерство по чрезвычайным ситуациям – седьмое. Эти министерства такую работу провели, и надо сказать, что анализ результативности этой работы показывает, что этот механизм работает. Помимо того, что вашим коллегам, средствам массовой информации происходит представление и презентация того, как министерство будет эти цели и задачи реализовывать, они развернули соответствующую работу со своими территориальными органами (а это же огромные структуры, например Министерство по чрезвычайным ситуациям), когда эти цели и задачи министерств и их территориальных подразделений в регионах доводятся до граждан на местах. Мы стараемся это делать в максимально понятной и доступной для простых граждан форме.

От этого информированность граждан о работе Правительства и доверие к тому, что делает власть, с одной стороны, возрастает, с другой стороны, возрастает и информационное понимание деятельности органов власти, соответственно, повышаются возможности для реализации гражданского и общественного контроля. Поэтому здесь практики, которые получили мы в 2013 году, позволяют в том числе выделить вот такие министерства, которые проходили их в пилотном формате, – это практики позитивные.

Вопрос: Инга Юмашева, радио «Маяк», «Вести-FM». Михаил Анатольевич, вас только что буквально критиковали на заседании Общероссийского народного фронта, в частности по тому поводу, что у вас нет чёткой позиции по Бирюлёву. Также вопрос: как вы считаете, накануне удалось ли вам достигнуть взаимопонимания с участниками Народного фронта? И зачитаю ещё цитату Владимира Владимировича Путина, который сказал, что «министры Открытого правительства ещё недостаточно открыты». Как вы это прокомментируете?

М.Абызов: Я считаю, что взаимодействие, которое у нас есть с общественными организациями, в том числе с Общероссийским народным фронтом, очень нужно Правительству и полезно, в том числе для тех людей, которые принимают участие в деятельности ОНФ. То, что критикуют, – это нормальный процесс, главное, чтобы критика была объективной и конструктивной, и здесь важно в том числе и критические замечания совместно детально разбирать. Главное, чтобы эта критика и это обсуждение приводили к конкретным совместным решениям и изменениям власти там, где эта власть должна корректировать свои решения. Там, где обратная связь от общества – с площадки ОНФ, с площадки Общественной платы, она носит объективный и корректный характер. И такие предложения, в том числе вчера, многие высказывались. Я считаю, что для Правительства крайне важно продолжение взаимодействия с ОНФ, с общественными организациями. Те предложения, которые были вчера высказаны в адрес Правительства, безусловно, будут проанализированы, и по результатам мы будем принимать решение.

Что касается недостаточной открытости, то это порой справедливо, будем работать для того, чтобы обеспечивать больший интерактив с обществом. И это задача, которую в том числе мы сегодня на заседании Правительства обсуждали: за счёт каких механизмов Правительство и министры будут это делать.

Что касается Бирюлёва, я очень чётко высказал свою точку зрения вчера. Я считаю, что то, что произошло в Бирюлёве – и как происшествие, и то, что ему предшествовало, – это предмет серьёзного анализа и принятия серьёзных решений со стороны власти. Нам важно не только реагировать на происшедшие события, нам важно работать для того, чтобы их предотвращать. И в этом отношении, что касается вопросов трудовой миграции, что касается вопросов вообще миграционного законодательства, нам надо серьёзно усиливать работу и совершенствовать это правовое поле. Я действительно считаю, и вчера высказывался, что в первую очередь это задача, которую должна решать местная власть. Невозможно федеральным руководителям по каждому такому эпизоду моментально выезжать на места в любую точку России. Местная власть должна в первую очередь концентрироваться на предотвращении подобных ситуаций. Это необходимо, и необходимо, чтобы подключились в том числе и федералы. В этом отношении претензии, которые высказывались, и замечания были отчасти справедливы.

Вопрос: А как вы считаете, у вас всё-таки состоялось взаимопонимание вчера? Оно было, вы почувствовали его? Или немножко напряжённая была атмосфера?

М.Абызов: Я остался крайне доволен работой на площадке ОНФ вчера, несмотря на всю критику, несмотря на жаркие споры, несмотря на громкие голоса. Это правильная площадка, которая позволяет власти получать обратную связь, о которой мы говорим последние два года, а формы этого могут быть разные. Ещё раз я могу сказать: самое главное для меня во вчерашней работе и в сегодняшней работе площадки ОНФ – что формируется реальное предложение, которое необходимо обсуждать и по результатам этого принимать конкретные решения. И задача – не просто обсудить и где-то поспорить, задача, чтобы эти споры и обсуждения приводили к реальным результатам, изменениям. Изменениям чего? Качества жизни граждан, качества ведения бизнеса, качества работы власти. Любое решение, любое обсуждение можно свести к конкретным направлениям: что это решение и обсуждение дают для гражданина, что это обсуждение и решение дают для качества государства и качества власти, что это даёт для предпринимателя? Через призму этого легко любые споры вести, когда ты видишь свет в конце этой дискуссии.

Вопрос: Ирина Топоркова, «Сити-FМ». Какие базы уже открыты министерствами в формате открытых данных? Приведите, пожалуйста, какие-то удачные, на ваш взгляд, примеры.

М.Абызов: На сегодняшний день открыто более 5 тыс. наборов данных. Это только начало работы. Мы не прошли даже и четверти пути. В части открытых данных отдельно скажу, в чём идеология и принципы работы в системе раскрытия информации в формате открытых данных. Государство собирает в ходе своей работы огромное количество информации. По разным оценкам, на сбор и обработку информации в государственной машине задействовано от 15 до 20, а может быть, в некоторых случаях до 25% государственного аппарата и ресурсов. Без такой поддержки невозможна эффективная работа государства. Но огромный государственный ресурс тратится на то, чтобы собирать информацию, её анализировать, обрабатывать, её предоставлять и хранить. Это работа оплачивается налогоплательщиками. Часть информации является закрытой и секретной, связанной с государственной тайной. Эта информация должна соответствующим образом охраняться. Остальная информация, которая оплачена налогами наших граждан, должна быть представлена в открытом доступе.

Более того, важно, чтобы она ещё и была вовлечена в экономический оборот, для того чтобы эта информация улучшала качество жизни и качество ведения бизнеса, качество государственного управления. С последним элементом у нас дела обстоят не очень хорошо. И именно формат представления информации в машиночитаемом виде должен здесь существенно изменить ситуацию к лучшему. В следующем году мы рассчитываем, что в 4–5 раз увеличим количество данных, представленных в машиночитаемом виде нашими министерствами и ведомствами.

Для нас приоритетом является раскрытие информации, которая в первую очередь востребована либо гражданами, либо бизнесом. Для граждан важно знать, например, и иметь в открытом доступе информацию о результатах ЕГЭ в школах, это позволяет выбрать учебное заведение для своих детей. Качество медицинского обслуживания: для граждан важно видеть непосредственно по линии поликлиник доступность приёма к врачу и возможность воспользоваться системой дистанционной записи к врачу. Это тоже вопрос предоставления информации посредством сети Интернет.

И именно эти приоритеты – раскрытие информации, важной для граждан, для предпринимателей, для государственных служащих, – мы будем использовать, определяя те наборы данных, которые будут раскрываться в следующем году.

Что касается результатов работы министерств и ведомств, я считаю, большую работу по раскрытию информации провёл Росстат, Министерство чрезвычайных ситуаций и Прокуратура Российской Федерации, запустившая в этом году сервис и портал crimestat, который аккумулирует и предоставляет гражданам возможность получения информации относительно криминальной статистики и различного рода происшествий. Но это первый срез. В следующем году эта работа будет продолжена, и мы посмотрим, какие результаты получим.

Вопрос: Агентство «Прайм», Кирющенко Ольга. Была ли одобрена на сегодняшнем заседании концепция стандарта открытости? И, возможно, давались ли какие-то ещё поручения по её доработке, развитию?

М.Абызов: Из принятых решений первое – была одобрена концепция открытости. Второе – сам стандарт состоит из концепции, методологических рекомендаций и системы оценки. Было дано поручение правительственной комиссии в декабре утвердить методрекомендации и систему оценки на заседании Правительственной комиссии по Открытому правительству. Третье – в феврале каждое из министерств и ведомств представит свой индивидуальный план с учётом его особенностей для утверждения правкомиссией по реализации стандарта открытости. Обсуждалась и необходимость учёта специфики министерств и ведомств, в том числе нашего силового блока, по реализации стандарта открытости и подготовки соответствующих планов. По результатам этого обсуждения и дискуссий на Правительстве соответствующие дополнения будут в методрекомендации внесены.

Спасибо.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 5 декабря 2013 > № 1000225 Михаил Абызов


Россия > Госбюджет, налоги, цены > mn.ru, 20 августа 2013 > № 876358 Михаил Абызов

"КОММЕРЧЕСКОЙ ТАЙНЫ У ЕСТЕСТВЕННЫХ МОНОПОЛИЙ БЫТЬ НЕ МОЖЕТ"

Михаил Абызов министр по вопросам открытого правительства

Приложение "Большая экономика"

Министр Михаил Абызов об общественной системе контроля госмонополий

Михаил Абызов, министр по вопросам открытого правительства, рассказал "МН", как будет выглядеть система общественного контроля инвестиционных расходов и тарифов госмонополий

- Советы потребителей, которые президент поручил создать правительству, призваны ограничить аппетиты естественных монополий - и при формировании их инвестиционных программ, и в отношении предлагаемых ими тарифов на услуги. Правительственная рабочая группа, которую вы возглавляете, разработала механизмы общественного контроля и предложила усовершенствованные формы раскрытия информации естественными монополиями. Как на практике это будет работать?

- Советы потребителей должны проводить технологический и ценовой аудит инвестиций госкомпаний и естественных монополий с участием потребителей. Сначала будут оцениваться технологии, на основе которых формируются инвестпрограммы, их стоимость и эффективность. Инвестпроект ведь можно реализовать как на базе дорогих и неокупаемых за счет тарифов и госрасходов технологий, так и на базе дешевых, но не всегда надежных. Простой пример - можно построить мост и из композитных материалов, но он будет "золотым". Затем советы должны будут оценивать сами инвестпрограммы, создаваемые объекты и тарифные заявки монополий. В том числе смотреть, не перекладывается ли на потребителей то, что должна оплачивать сама госкомпания.

И, наконец, советы будут вести контроль исполнения проектов - сроки, качество, соблюдение стоимостных параметров.

Для того чтобы такой контроль стал возможен, необходимо по каждой естественной монополии прописать четкий регламент рассмотрения ее инвестпроектов в министерствах. Чтобы не было разночтений: когда в тарифный орган идет одна информация, а министерством при утверждении инвестпроекта выдается другая. Уже два месяца в формате открытого правительства работает специально созданная рабочая группа, члены которой предлагают обязать естественные монополии размещать заявки на инвестпроекты и, возможно, тарифные заявки на портале госуслуг. Причем вся информация будет в формате открытых данных - в машиночитаемом виде. Также общим мнением экспертов стала необходимость повышения информационной прозрачности естественных монополий. Иначе возможности осуществления общественного контроля сильно ограничиваются, советы не смогут работать эффективно. Новые формы раскрытия информации об инвестиционных проектах субъектами естественных монополий будут разработаны и утверждены правительством РФ до конца текущего года.

- А как заставить естественные монополии давать советам полную информацию? Ведь они всегда могут сослаться на коммерческую тайну.

- Рабочая группа сошлась на том, что закрытой может быть только информация, составляющая гостайну. Коммерческой тайны у естественных монополий быть не может. Их услуги оплачивают все граждане и государство, их риски минимизирует фактически вся государственная система. Они находятся вне конкурентного поля. У них изначально есть преимущество, поэтому должны вести свою деятельность открыто. Но чтобы обеспечить раскрытие естественными монополиями информации, необходимо будет внести изменения в несколько федеральных законов.

- Но даже при этих условиях смогут ли советы работать эффективно? Здесь требуется работа высококвалифицированных кадров, и советы не должны попасть под каблук монополий.

- Во-первых, изначально предложена схема, когда каждый совет работает не только с данной естественной монополией, а по всей цепочке - с Федеральной службой по тарифам (ФСТ), отраслевым министерством.

Во-вторых, сам принцип формирования советов должен обеспечить их независимость и сделать максимально работоспособными. Эксперты предложили формировать советы из 16 человек, которые профессионально подходят для этой работы . В них будут входить четыре независимых члена от Экспертного совета приправительстве, четыре представителя от четырех бизнес-объединений - ТПП, РСПП, "Деловой России" и ОПОРЫ, четыре - от отраслевых общественных организаций, четыре - от общественных организаций, причем четверка бизнес-объединений совместно с Общественной палатой РФ решает от каких. Таким образом, обеспечивается представительство интересов всех потребителей - и крупных, и малых, и средних. Советы также будут анализировать и обобщать предложения потребителей, аккумулирующиеся на сайте госуслуг. В советах должны быть представлены и регионы, так как сейчас зачастую слабо учитывается, как федеральные решения по естественным монополиям отражаются на региональном уровне.

Кстати, Минэнерго в тестовом режиме уже запустил процесс общественного технологического и ценового аудита инвестпрограмм Росавтодора (по четырем участкам) и "РусГидро" (по строительству четырех генерирующих объектов на Дальнем Востоке), а также проводил общественное обсуждение инвестпрограммы ФСК ("Рос сети"). Эксперимент показал, что такой механизм работает. Многие заявки после общественного обсуждения были сняты. Этот опыт был использован рабочей группой при подготовке предложений.

- Кроме Советов потребителей при естественных монополиях предлагается создавать по одному такому совету и в каждом регионе.

- Эксперты пришли к выводу, что если такой региональный совет будет просто при региональной службе по тарифам, то он не сможет быть эффективным. Потому что тарифы и инвестобъекты в регионах фактически определяются в кабинетах руководства области. Поэтому есть предложение, что состав совета сначала должен утверждаться местным заксобранием по представлению Общественной палаты. И потом уже согласовываться губернатором. А все разногласия можно будет поднимать на уровень ФСТ с участием профильного Совета потребителей.

- А если у самих советов возникают разногласия с естественной монополией, министерством, ФСТ и так далее, то как будет учитываться мнение потребителей? Ведь вы не даете им право вето на решения монополий и ФСТ.

- Все разногласия выносятся на профильные правительственные комиссии и рассматриваются там. Для этого у совета должно быть консолидированное мнение, которое поддержали две трети его членов.

Сам принцип формирования советов должен обеспечить их независимость и сделать максимально работоспособными

Россия > Госбюджет, налоги, цены > mn.ru, 20 августа 2013 > № 876358 Михаил Абызов


Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 28 мая 2012 > № 561813 Михаил Абызов

Зачем миллиардеру Михаилу Абызову власть

Надежда Иваницкая Валерий Игуменов Ирина Малкова

Этапы карьеры успешного новосибирского предпринимателя, оставившего бизнес, чтобы стать министром в правительстве Медведева

Худощавый небритый мужчина решительным шагом направился к участникам акции на Болотной площади в Москве. Десятого декабря 2011 года здесь собралось больше ?70 000 человек, протестовавших против итогов думских выборов. В толпе митингующих он чувствовал себя вполне уверенно. Те, кто стоял рядом, и не предполагали, что расспросами («где работаете?», «зачем пришли?») им докучает человек, которого в тот же день могут показать по центральным телеканалам рядом с президентом. Это был успешный предприниматель Михаил Абызов, который через месяц с небольшим был назначен советником Медведева.

Абызов говорит, что он пришел, чтобы оценить обстановку и понять, какое у людей настроение. С площади он уходил с ощущением: открытость власти — это то, что нужно обществу в данный момент. На другие митинги он не ходил.

Вскоре после этого Абызов передал свои активы в траст, а сам пошел на госслужбу. Он в бизнесе 20 лет, успел снискать славу жесткого менеджера, стать миллиардером (68-е место в списке Forbes, $1,3 млрд), нажить влиятельных врагов и стать координатором «открытого правительства»... Как человеку, которому нет еще и сорока, удалось протоптать тропинку из бизнеса во власть и зачем он к ней рвется?

Новосибирский неформал

Если бы не перестройка, Абызов мог пополнить список молодых ученых России. К 16 годам у него уже было два авторских патента в области электрофизики. В 10-м классе он победил в белорусской олимпиаде по математике и получил приглашение в знаменитую Колмогоровскую школу-интернат при МГУ, где с ним учился, например, другой участник «Золотой сотни» Forbes Андрей Мельниченко. Абызову дали рекомендацию для поступления на мехмат МГУ без экзаменов. Но учиться ему было некогда: вместо математики он занялся коммерцией.

Двадцатилетний парень выглядел как настоящий неформал: ядовито-желтая сумка, косичка и серьга в ухе. Абызов произвел

фото Дмитрия Тернового для Forbes

неизгладимое впечатление на депутата Госдумы от Новосибирской области Ивана Старикова. Он встретился с молодым бизнесменом в московском аэропорту по рекомендации друзей. После каникул, проведенных на сталинской даче на мысе Видный, Стариков согласился взять Абызова в помощники при условии, что тот вынет серьгу и изменит прическу. «Я понял, что он человек нестандартного мышления: присутствовала дерзость в суждениях, он подчеркивал, что весь этот депутатский антураж — полное фуфло», — вспоминает Стариков.

Еще в 1991 году у Абызова, которому тогда было 19, появился первый бизнес в Новосибирске: одна из его компаний поставляла туда оргтехнику. А к 1995 году у него уже были все атрибуты «нового русского» — 600-й «мерседес», мобильный телефон, золотая кредитка и охранники, вспоминает Стариков. По его словам, Абызов тогда дал ему $120 000 на губернаторскую кампанию (Абызов, впрочем, это отрицает).

С новосибирских времен за Абызовым тянется неприятный шлейф истории приватизации «Новосибирскэнерго». Местные журналисты назвали ее «ОРТЭК»-гейт. «ОРТЭК», торговая компания Абызова, работавшая в Западной Сибири, поставляла области топливо и сельхозтехнику для посевной. Область дала гарантию оплаты, но с осени 1995 года дважды пропускала платеж. «На третий раз мы потребовали залог», — рассказывает Абызов. 25-летнему бизнесмену было предложено три актива на выбор: нефтебаза «Красный Яр», акции «Новосибирскэнерго» и имущество муниципального торгового рынка. Нефтебазу ему в итоге не отдали, а рынок был с криминальным душком. Когда область снова не смогла заплатить, он получил 18,5% акций «Новосибирскэнерго». «Мы вынуждены были забрать ничего не определяющий пакет акций «Новосибирскэнерго», находившегося тогда в полубанкротном состоянии», — говорит Абызов. В 2000 году на выборах победил новый губернатор, нынешний полпред президента в Сибири Виктор Толоконский. Он начал проверки. Выяснилось, что долг администрации не подтвержден документами, а договоренности могли быть заключены «как притворные с целью легализации экономически ущербных и юридически несостоятельных хозяйственных решений». Делом занялась Генпрокуратура, на допросы не раз вызывали руководство «ОРТЭК», экс-губернатора Виталия Муху и его зама Василия Киселева. Но когда дошло до суда, акции «ОРТЭК» уже принадлежали другим компаниям и находились у номинальных держателей. «У Михаила бульдожья хватка и всегда была юридически подкованная команда», — говорит Стариков. Абызов утверждает, что на историю с судами и уголовными делами он не обращал серьезного внимания, поскольку «был уверен, что правда на нашей стороне».

К 1998 году Абызову кроме «Новосибирскэнерго» принадлежали уже пакеты и «Новосибирскнефтепродукта», и «Новосибирскавтодора», и многое другое. «Я пришел в РАО состоявшимся бизнесменом и состоятельным человеком», — говорит он. Но разве этого достаточно, чтобы чувствовать себя уверенно в Москве?

«Порвать всех, ?как промокашку»

«Миша опоздал к 1991 году и до сих пор продолжает решать проблему, с которой столкнулся в РАО: как сделать так, чтобы его не спрашивали, кто он такой», — говорит один из давних знакомых бизнесмена. К Анатолию Чубайсу Абызова привел Андрей Трапезников, помощник только что назначенного руководителя РАО ЕЭС России. Абызов не был образцом корпоративного поведения. Едва возглавив департамент инвестиций РАО, он ввязался в конфликт с зампредом правления Андреем Раппопортом. «Миша не любит никаких начальников, он сам себе начальник, но субординацию соблюдает», — вспоминает зампред РАО Леонид Меламед.

Рассказывают, что, когда после очередной ссоры Раппопорта и Абызова их вызвал к себе Чубайс и спросил, в чем суть конфликта, Абызов ответил: «У нас противоречия по аграрному вопросу — кто кого закопает». Первые месяцы прошли в условиях «лобового столкновения», подтверждает Раппопорт. Теперь он называет Абызова своим другом, а тогда хотел уволить строптивого подчиненного «и, наверное, уволил бы, если бы не [зампред правления РАО ЕЭС Валентин] Завадников, который его сильно защищал».

В конечном счете Чубайс обратил недостатки упрямого сотрудника на пользу компании — в 1999 году Абызов получил должность зампреда правления, возглавив один из самых тяжелых участков, борьбу с неплатежами и долгами. «Порвать всех, как промокашку, — это жизненное кредо Абызова, — говорит Меламед. — Возможно, Чубайсу нравилось это качество его характера». Меламед и Дмитрий Журба, друзья Абызова по Новосибирску, к тому времени уже тоже работали в РАО (кстати, вместе они контролировали «Новосибирскэнерго»). Эту троицу бросили на пополнение финансовых потоков. Реальные платежи за электричество в то время составляли около 8%, за остальное рассчитывались «зачетами» или не платили вообще. «Нужно было заставить платить олигархов, ФСБ, губернаторов, малый бизнес, и нетрудно догадаться, что никто не хотел этого делать, тем более что предыдущие 10 лет никто не платил», — говорит Чубайс. Абызов, как и другие топы РАО, не вылезал из командировок и с ночных совещаний. «Я говорил подчиненным: ваша работа — четко выполнять поставленные задачи, все непроизводственные проблемы — моя компетенция», — говорит Абызов.

Проблем было много. В 2001 году в Курганской области во время проверки счетчиков были зарублены топором два линейных контролера РАО ЕЭС. А губернатор Приморского края Евгений Наздратенко приказал арестовать топ-менеджеров РАО, как только они прилетят в край. РАО ЕЭС не боялось идти на обострение, как в истории с отключением военной станции слежения за космическими объектами на Камчатке зимой 2002 года. «Это был единственный раз из всех отключений, когда Владимир Владимирович [Путин] позвонил Чубайсу и сказал: Толя, я молчал, молчал, но это уже перебор», — вспоминает один из топ-менеджеров РАО ЕЭС. Но, вероятно, Путин позвонил и в Минобороны, которое тут же рассчиталось с долгом и заплатило за полгода вперед.

Пока Абызов занимался неплатежами, РАО, по его словам, удалось собрать около 200 млрд рублей долгов потребителей, и уже в 2000 году «живыми» деньгами оплачивалось 100% электричества.

«К Абызову никто никогда не относился безразлично. Его либо любили, либо ненавидели», — замечает бывший зампред правления РАО ЕЭС Владимир Аветисян. За время работы в компании Абызов нажил много недругов, причем не только из числа контрагентов. «Например, Греф не любил Мишу сильнее, чем кого-либо из нашей команды, считал его коммерчески мотивированным, не радеющим за страну человеком», — говорит один из бывших топов РАО ЕЭС России.

В 2005 году Абызов ушел из РАО. «Миша не хотел быть на последнем этапе реформы. Он считал себя бизнесменом, который создает, а не разрушает», — говорит бывший президент «КЭС-Холдинга» Михаил Слободин.

Опцион на десятилетия

Из РАО Абызов вышел не с пустыми руками. Еще в 2002–2003 годах он и несколько других топ-менеджеров РАО, включая Завадникова и Раппопорта, вложили деньги в акции АО-энерго, утверждают два источника Forbes, близкие к бывшему руководству энергохолдинга. По версии одного из них, речь шла об акциях трех компаний — «Самараэнерго», «Саратовэнерго» и «Ульяновскэнерго» (все три потом вошли в «ТГК-7»). У партнеров было понимание, что реформа РАО состоится и активы будут проданы частным инвесторам. Ждать окончания реформы и роста стоимости активов пришлось несколько лет, но в итоге все участники сделки, кроме Абызова, продали свои пакеты «Ренове» Виктора Вексельберга, хорошо на этом заработав. «ТГК-7» позднее вошла в «КЭС-Холдинг» Вексельберга, а Абызов стал владельцем опциона на 25% акций холдинга. Абызов и Завадников говорят, что в этой истории не участвовали, Раппопорт и представитель Вексельберга от комментариев отказались.

Вексельберг и Абызов пересеклись тогда не впервые. Их бизнес-отношения начались с конфликта. Абызов, работая в РАО, отключал предприятия Вексельберга от электричества, воюя за долги Волгоградского алюминиевого завода и ТНК. Впоследствии отношения наладились. «Дружба — особое понятие, но водку вместе мы иногда пьем», — описывает свои отношения с Абызовым Вексельберг. Он называет его «талантливым, настырным и агрессивным в отстаивании своей точки зрения — идеальный набор качеств для настоящего бизнесмена».

Опцион на акции «КЭС» надолго связал партнеров. Абызов заплатил за него немало: сначала $50 млн, затем еще $150 млн за продление срока действия опциона, утверждает источник, близкий к Абызову. Это не считая совместной с Вексельбергом покупки на Украине нескольких газораспределительных предприятий в 2003 году.

Сейчас реализовывать опцион нерационально. Для несостоявшейся сделки с «Газпромом» «КЭС» в начале года оценила свои активы в 120–160 млрд рублей, и эта сумма была сравнима с долгом компании (около 110 млрд рублей), рассказал Forbes источник, знакомый с результатами оценки. Представитель «КЭС» от комментариев отказался. На вопросы об опционе Вексельберг за месяц ответить не успел.

Последний романтик

Весной 2006 года в офисе бывшего сотрудника РАО и гендиректора ENEL ESN Energo Петра Безукладникова раздался звонок. Разгоряченный Абызов говорил: «Мы создадим лидера российского рынка в строительстве электростанций: все будет по международным стандартам, не на коленочке там три заказика сделал, миллиард рублей в карман положил и скрылся из виду. Это будет бренд на долгие годы!» Абызов был очень убедителен, и Безукладников согласился возглавить его новый холдинг «Е4».

Уйдя из РАО, Абызов сначала продолжал делать карьеру топ-менеджера, летом 2005 года возглавив «Кузбассразрезуголь». С ее хозяевами Искандером Махмудовым и Андреем Бокаревым он познакомился еще во время работы в РАО ЕЭС — помимо прочего Абызов отвечал за закупки топлива для электростанций и плотно общался со всеми угольщиками. Махмудов и Бокарев думали построить и вывести на IPO масштабную угольно-энергетическую компанию. Абызов взялся было реализовывать эту стратегию, купил 51% британской Powerfuel и запланировал строительство новой ГРЭС в Кузбассе. Однако через два года состоялся тихий, но цивилизованный развод: планы были свернуты, Абызов ушел с поста гендиректора, оставив себе некоторые активы, в частности долю в британской компании.

Абызов стал работать на себя. Он принялся энергично скупать активы для своего нового детища, подбирая все, что укладывалось в его новую концепцию: ремонтные конторы, проектные бюро, строительные фирмы. «Мозгом» «Е4» стали проектные институты в Санкт-Петербурге, Новосибирске и Киеве.

РАО ЕЭС в то время активно распродавало активы. Приватизацией руководил зампред РАО Владимир Аветисян, и складывалось ощущение, что его команда работает за процент от прибыли РАО, шутит Безукладников: «Они отлично умели разгонять цену и сшибать лбом покупателей — активы на торгах уходили по фантастической цене, в 2–3 раза выше справедливой». Конкурентов у «Е4» хватало — за ремонтные предприятия ей пришлось биться с фондом Дэвида Херна, одного из самых активных миноритариев РАО ЕЭС. Херн подтверждает, что покупать у РАО было дорого и не все вложения в итоге окупились.

Абызов действовал аккуратно и скрытно: тендеры выигрывала «Региональная компания Резерв», причастность к которой «Е4» не подтверждала. «Не светиться» и отрицать — излюбленная тактика Абызова. В интервью «Ведомостям» в 2005 году он сказал, что акции «Новосибирскэнерго» «давно продал», хотя компания до сих пор числится в его группе Ru-Com. «В стиле Михаила приехать к себе на завод и вдруг сказать на камеру, что он ему не принадлежит», — рассказал источник, близкий к «Е4».

На скупку активов ушло около 10 млрд рублей, но разве это деньги в сравнении с $1 млрд, за который хозяин «Е4» рассчитывал предложить свой новый холдинг инвесторам при публичном размещении? Абызов предполагал взять свое масштабом бизнеса. За три года «Е4» получила около 10% ремонтного рынка и почти 30% строительного. Выигрывая подряды на строительство электростанций, компания Абызова получала многомиллиардные авансы, которые частично шли на расширение бизнеса. Это позволяло «Е4» не залезать в долги. В 2009 году общий объем ее строительных контрактов составлял уже около 110 млрд рублей, говорит Безукладников.

Но не все шло хорошо — сервисные услуги «Е4» оказались не востребованы. «Собственники генерирующих компаний создали свои ремонтные подразделения и «сервисы» пришлось перепрофилировать», — говорит Абызов. Маржа компаний, подобных «Е4», за рубежом около 8%. «Многие считали, что Абызов — прагматичный, циничный и только про бабки», — говорит Безукладников. Но из всех бывших топ-менеджеров РАО Абызов оказался последним романтиком: единственный рискнул собственными деньгами, создавая независимого подрядчика в этом секторе.

Но амбициозный план — впервые вывести на биржу сервисную компанию — не сбылся. В 2009 году российский ВВП рухнул почти на 8%, об IPO помышлял только сумасшедший. Так и не ставшая публичной «Е4» не раскрывает, как ей жилось в эти трудные времена. А вместо портфельных инвесторов Абызов стал водить дружбу совсем с другим персонажем.

Своевременные партнеры

Во время интервью Абызов смотрит хоккейный матч, выключив звук. Он не скрывает своей страсти к спорту. На заседания «открытого правительства» довольно долго ходил на костылях: неудачно упал, играя в хоккей. Несколько лет назад он упал с мотоцикла. В день рождения сына Абызов вместе с ним решил прыгнуть с парашютом — парашют не раскрывался, и пришлось спускаться на запасном.

Однажды спортивные увлечения сыграли свою роль и в бизнесе Абызова. В РАО ЕЭС он курировал поддержку социальных проектов в Центральном федеральном округе. В спорте — греко-римскую борьбу и дзюдо. Так в 2003 году Абызов познакомился с друзьями Владимира Путина братьями Ротенбергами. «Уже после ухода из РАО мы имели с Аркадием и Борисом довольно регулярные партнерские отношения — мы работали с СМП Банком, со страховыми компаниями, которые были с ними связаны», — вспоминает владелец «Е4».

Есть разные версии, когда Абызов и Ротенберги стали серьезными партнерами. Одну из них рассказывает участник «Золотой сотни» Forbes, совладелец компании «Мостотрест» Константин Николаев. По его словам, весной 2006 года с Абызовым его познакомил Андрей Бокарев (на него Абызов тогда работал). Через несколько недель Абызов и Николаев договорились, что Абызов войдет в капитал «Мостотреста». Разговор получился предельно деловым: все решили за полтора часа. Незадолго до этого Николаев, по его словам, продал другой пакет Ротенбергу. Абызов утверждает, что бизнес-отношения с Ротенбергами завязались у него намного позже, только в 2010 году, когда он продал им свои 25% «Мостотреста». О том, что Ротенберги уже владели акциями этой компании (9,3%), он не знал.

За четыре года «Мостотрест» стал одним из главных господрядчиков в сфере строительства дорог и мостов. По расчетам Forbes, за последние четыре года компания получила от государства подрядов на 175 млрд рублей. А Ротенберги еще как минимум раз сыграли в жизни Абызова важную роль.

Против «Газпрома»

«Под давлением мы ничего никогда не продавали и сами давления не оказывали», — говорит Абызов, попивая имбирный чай. Три года назад конфликт Абызова с «Газпромом» поставил «Е4» на грань выживания. «Е4» была генподрядчиком на одной из газпромовских строек. Но после кризиса 2008 года энергетикам стало не до новых проектов. В какой-то момент «Газпром» сам попросил «Е4» не форсировать стройку, а потом и вовсе попытался расторгнуть договор с компанией Абызова под предлогом нарушения обязательств. Война за подряд длилась почти год. «Абызов действительно очень умный, все просчитывает на несколько шагов вперед, а еще у него отличные юристы», — говорит гендиректор «Газпром энергохолдинга» Денис Федоров.

Для «Е4», получившей от «Газпрома» 8,8 млрд рублей аванса, эта история могла закончиться банкротством. Под каждый контракт компания получает банковскую гарантию. Если бы «Газпром» вернул свои деньги, это могло привести к кросс-дефолту: все банки, выдавшие компании гарантии по другим стройкам, получили бы право их отозвать, говорит Безукладников.

Ситуация была очень сложная: Абызов переживал, что «Е4» не сможет выстоять против «Газпрома», хотя суды были на его стороне. «Это была такая война, почти год нервотрепки, я очень за Мишу переживал, — делится Раппопорт. — Вся эта история показала, что Миша — боец, ему, может быть, и страшно, но истина ему дороже».

Весной 2010 года война внезапно завершилась, причем мировым соглашением. Спорный контракт был закрыт, но возвращать аванс Абызову не пришлось. Он был зачтен в счет двух других строек, которые «Газпром» подарил «Е4». Общая сумма этих заказов в итоге перевалила за 30 млрд рублей.

Причина такой щедрости «Газпрома» — влиятельные покровители Абызова, утверждает один из его партнеров: за владельца «Е4» поручились Ротенберги, которые были в числе крупнейших подрядчиков «Газпрома». По словам собеседника Forbes, они дали гарантию главе «Газпрома» Алексею Миллеру, что Абызов доведет все стройки до конца. Ротенберги это не комментируют, а сам Абызов говорит, что «компромисса удалось достичь благодаря взаимным гарантиям и внимательным, уважительным отношениям сторон». По его словам, Ротенберги никогда не участвовали в его отношениях с «Газпромом». Через полгода после окончания конфликта Абызов продал Аркадию Ротенбергу свою долю в «Мостотресте», всего за месяц до IPO этой компании (сумма сделки не разглашается, в ходе размещения она была оценена в $1,55 млрд).

Работы для «Газпрома» были одним из последних крупных заказов на строительство, выигранных «Е4». Все последующие контракты были куда меньше: ввод новых мощностей в энергетике снижается. А поскольку реформа по Чубайсу практически свернута, инвестиционные перспективы туманны. Абызов нашел себе новое применение.

Модная тема

В октябре 2010 года в Москве приземлился самолет с делегацией крупнейших венчурных фондов Кремниевой долины во главе с губернатором Калифорнии Арнольдом Шварценеггером. Гостей, приехавших на форум «Глобальное инновационное партнерство», встречали с почетом. Президент Медведев зафрендил губернатора в твиттере, прокатил на кремовой «Чайке» и призвал иностранцев инвестировать в Сколково. Старшие товарищи Абызова уже активно занимались госинновациями. Чубайс возглавил «Роснано», а Вексельберг взялся развивать любимое детище Медведева — инноград Сколково.

Найти подход к обитателям американской Кремниевой долины «Роснано» пыталась не один год, вспоминает бывший директор проектного офиса госкорпорации Михаил Чучкевич. Иностранные фонды обычно не делятся со сторонними инвесторами своим главным активом — идеями, во что вкладывать деньги. Так что когда представители «Роснано» убедили представителей крупного венчурного фонда Sequoia Capital поделиться своими секретами, это была настоящая победа. «После визита фондов в Москву мы организовали поездку в Кремниевую долину. На обеде после мероприятия я подсел к партнеру Sequoia Дагу Леоне, мы почти два часа проговорили, — ?вспоминает Чучкевич. — Я попросил, чтобы он показал «Роснано» их портфель, дав возможность вместе с ними инвестировать».

Леоне пошел на контакт, а через неделю в Калифорнию прилетел не глава «Роснано», а Абызов (он к тому времени уже инвестировал в российский хай-тек). «Я сказал Анатолию Борисовичу, что Михаил попросил помочь в этом бизнесе, — говорит Чучкевич. — И если бы на тот момент Абызов не появился, то шанс для России по партнерству с западными венчурными фондами был бы упущен», — уверен он. В «Роснано» цикл принятия решений — 6–9 месяцев, никто бы не стал столько ждать.

В декабре 2010 года Абызов создал венчурный фонд Bright Capital, в который вложил $200 млн собственных средств. Чучкевич стал одним из управляющих партнеров фонда. При первом знакомстве с Sequoia Абызов выбрал для инвестиций компанию Alion, которая разрабатывает технологию тонкопленочного солнечного модуля. Сейчас Bright Capital инвестирует уже в 14 компаний из портфеля Кремниевой долины. В одну из них вложилась и «Роснано».

Тема инноваций по-настоящему зацепила Абызова и принесла ему еще один отличный бонус. Однажды он пересекся с владельцем скандального сайта по продаже музыки Allofmp3.com и членом комиссии по модернизации Георгием Тушинским. В партнерстве с Тушинским Абызов создал проект Digital October. «Как бизнес он ничего не стоит, это некий набор людей, связей и имиджа», — говорит знакомый Тушинского. Не зря же Digital October выбрал для проведения одной из комиссий по модернизации экс-президент Дмитрий Медведев, советником которого вскоре стал Михаил Абызов.

Нарком от власти

Формальное знакомство Абызова и Медведева состоялось еще в начале 2000 года — будущий президент тогда следил за судьбой РАО ЕЭС из администрации Путина. Но блеснуть перед Медведевым Абызову удалось намного позже. В ноябре 2010 года он оказался в числе бизнесменов, приглашенных на Госсовет по ЖКХ. «Абызов выступал вскоре после министра регионального развития Виктора Басаргина. На первом докладе президент чуть не заснул, а на втором заметно оживился», — вспоминает один из участников заседания.

Другой шанс Абызов, можно сказать, организовал себе сам. Перед выборами в Госдуму Медведев стал собирать людей, которые «соприкасались с ним и поддерживали его идеи в течение президентского срока». «Первое заседание было у нас на «Цифровом Октябре», и я тогда выступил с инициативой создания общественного комитета сторонников: там было 200 человек, свободный микрофон, свободная трибуна, каждый мог высказаться», — говорит Абызов. Идея комитета сторонников пришла ему в голову неожиданно. Медведеву понравилась. Сам Абызов называет свое появление в команде экс-президента «стечением обстоятельств».

Абызов получил карт-бланш. «В этом комитете он всегда был на первых ролях, хотя отнекивался и говорил, что из простого народа. Я сразу стал называть его команданте и генералиссимус», — рассказывает коллега по подготовке «открытого правительства».

Комитет сторонников трансформировался в «открытое правительство» — это общественная структура по образу и подобию той, что действует, например, в США. Суть идеи такова: государство должно быть открытым для общества и общаться с ним должно быть комфортно. Абызов придумал и спонсировал сайт «Большоеправительство.рф» и сайт «Россия без дураков», где любой может пожаловаться на глупости чиновника.

С путинским составом кабинета министров Абызов не сработался. «Он теоретик, а мы работали. Между нашими мирами нет переходника», — охарактеризовал Абызова один из членов путинского кабинета министров.

Хуже всего складываются отношения Абызова с влиятельным куратором ТЭК Игорем Сечиным. Вице-премьер вообще сложно относился к команде реформаторов РАО — ему и до сих пор близка идея возращения этих активов под крыло государства. Источник, близкий к «Е4», говорит, что Сечин доставлял неприятности Абызову. Например, в 2008 году «Е4» выиграла важнейший для группы подряд у финской компании Fortum по строительству ГРЭС в Нягани. Все договоренности были достигнуты, и вдруг пунктуальные финны пропали. Две недели соглашение не подписывалось. Этому предшествовало совещание у вице-премьера с руководителями энергокомпаний, где присутствовал глава российского подразделения Fortum, рассказал источник Forbes. Сечин сказал ему: «Вы собираетесь заключить контракт с группой «Е4»? Я бы на вашем месте серьезно подумал». Разблокировать контракт Абызову удалось только на Санкт-Петербургском экономическом форуме, куда приехало все руководство финской компании. Абызов этот эпизод отрицает. Представитель Fortum эту историю не комментирует.

Знакомый Сечина уверяет, что у вице-премьера нет неприязни к Абызову и что «Е4» никогда не была в поле его интересов — «слишком маленький участок работы». Однако однажды ему позвонил бизнесмен, с которым Абызов вел переговоры, и рассказал, что Абызов уверяет: когда Медведев станет премьером, он будет курировать в правительстве весь ТЭК. «Эта фраза запомнилась», — заключает собеседник Forbes.

Зачем власть?

«Если Прохоров — это уже политический наркоман, то Абызов — нарком от власти», — шутит один из участников проекта «открытого правительства». Еще в ноябре 2011 года в интервью «Ведомостям» он говорил, что не имеет амбиций на госслужбе, а возглавить может разве что ГИБДД — и то, чтобы упразднить. Но уже через два месяца Абызов получил корочку советника президента и, как сам объясняет, сдал бизнес в траст.

Неожиданный ход. Еще два года назад было ощущение, что Абызов собирается продать бизнес и уехать из страны, вспоминает чиновник правительства. Знакомый предпринимателя рассказывал Forbes, что обсуждалась возможность продажи бизнеса «Е4» Аркадию Ротенбергу. Владелец одной из инфраструктурных компаний, говорит, что обсуждается возможность свопа (обмена) активов между бизнесменами. Группа RU-COM не комментирует информацию о продаже активов, а сам Абызов говорит, что, став советником президента, не принимает участия ни в каких бизнес-переговорах. Ротенберг на вопрос Forbes не ответил.

Более того, Абызов хочет сменить не только профессию, но и отрасль. Достойным вызовом для себя он считает именно «открытое правительство», а «узкопрофильными отраслевыми вопросами заниматься не так драйвово».

Насколько успешной окажется чиновная карьера бизнесмена?

«Наличие собственного мнения и умение жестко его отстаивать может помочь Абызову стать успешным министром, — убежден глава РСПП и бывший вице-премьер Александр Шохин. — Такая манера была присуща Герману Грефу, и он был не менее успешен, чем, например, опытный бюрократ Игорь Сечин, который предпочитает добиваться результата без особого шума».

Каких результатов добьется участник списка Forbes, мы очень скоро узнаем.

(Текст из нового номера журнала Forbes, вышедшего в продажу в понедельник 18 мая 2012 года)

Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 28 мая 2012 > № 561813 Михаил Абызов


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter