Всего новостей: 2225980, выбрано 1082 за 0.102 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Персоны, топ-лист Финансы, банки: Аскаров Тулеген (74)Вардуль Николай (33)Ормоцадзе Маргарита (30)Греф Герман (29)Костин Андрей (27)Аксаков Анатолий (23)Полухин Алексей (22)Набиуллина Эльвира (19)Задорнов Михаил (18)Улюкаев Алексей (18)Бараникас Илья (16)Иноземцев Владислав (15)Кричевский Никита (14)Панкин Дмитрий (14)Тосунян Гарегин (13)Шаяхметова Умут (13)Дмитриев Владимир (12)Медведев Дмитрий (12)Сухов Михаил (12)Акишев Данияр (11) далее...по алфавиту
Россия > СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 18 августа 2017 > № 2314732 Павел Врублевский

Почему за липовые размещения в криптовалютах можно пострадать

Павел Врублевский

владелец платежной системы Chronopay

Многие фаундеры компаний считают, что это просто быстрый способ озолотиться

Каждому успешному предпринимателю нужна деталь в гардеробе для демонстрации своей близости к новым технологиям. Начав разбираться с бизнесом ICO (размещений в криптовалютах), я всегда ношу с собой Apple Pen. Это изумительное устройство, которое гарантирует честность и прозрачность расходования средств, собранных на ICO в России.

В структуре краудфандинга ICO нет механизмов, которые бы обеспечивали отсутствие мошенничества или фрода со стороны фаундеров проекта – другими словами, ничто не мешает приличным людям взять и уйти с деньгами, которые они привлекли. Кроме одного – имени тех людей, кто выступает адвайзерами проектов. Ручку можно воткнуть в ухо или в глаз фаундерам проекта и они прекрасно справятся с работой и бесплатно и дотянут до следующего раунда инвестиций. Можно было бы носить с собой и пистолет, но такой Apple Pen это стильно и инновационно.

Без имени, без адвайзеров – привлечь средства в нормальном объеме невозможно. Тем не менее мои мессенджеры завалены предложениями о фейковых ICO. Мне совершенно не хочется рисковать ни своей, ни чужой репутацией, когда большинство фаундеров проектов не понимают основ делового оборота и уголовного права — даже того, что групповые обсуждения «как мы соберем деньги и всех кинем» представляют собой статью 159 Уголовного кодекса и документируются от технического контроля переговоров и до того простого факта, что порядка 15% любой команды ICO – это уже чьи либо информаторы. Коллеги еще не успели выдумать точно кого они разведут, а их уже задокументировали и занесли в список, возможно даже дважды, если проект международный – в ФСБ и в ФБР.

С другой стороны, существуют тонкости правоприменения в нашей стране. Сомнительный проект на условный суперкомпьютер за $40 млн на ICO нельзя заранее назвать мошенничеством, надо отдавать себе точный отчет в том, что лишь суд способен дать такое определение. В нашей стране находящейся под гнетом санкций и тяжких финансовых лишений, безусловно, каждый суперпроект будут расследовать правоохранительные органы. Более того, его начнут расследовать еще до создания интернет-странички для ICO. Но пока люди будут выяснять нарушено законодательство или не нарушено законодательство и после многочисленных расследований вряд ли от $40 млн что-либо останется. Распределяя бюджеты кстати, памятка новичкам ICO и фаундерам, всегда помните, что финальную точку может поставить суд.

Что остается тогда поручившимся экспертам и адвайзерам проекта? Суперкомпьютер будет банально не на что строить, а имя и репутация пострадают. Очевидно, что участникам не стоит чрезмерно рисковать , а регуляторам пора бы уже задуматься о том, что заниматься законодательством о ICO точно стоит.

Россия > СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 18 августа 2017 > № 2314732 Павел Врублевский


Россия > Финансы, банки > minfin.ru, 18 августа 2017 > № 2303200 Лариса Ерошкина

Интервью Директора Департамента межбюджетных отношений Ларисы Ерошкиной журналу "Финансы"

Основная цель – повысить эффективность межбюджетного регулирования

Ерошкина Лариса Александровна

Директор Департамента межбюджетных отношений

- Лариса Александровна, в этом году и федеральный центр, и регионы возвращаются к среднесрочному трехлетнему бюджетному планированию. Можно ли считать, что предпосылкой к этому послужило, в том числе, улучшение финансовой ситуации в субъектах Российской Федерации?

- Прежде всего, можно говорить о некой стабилизации бюджетной системы в целом, о ее адаптации к изменению внешнеэкономической конъюнктуры. Что касается региональных финансов, то в 2016 г. положительная тенденция отмечалась по всем основным доходным источникам: в целом доходы увеличились на 6,6%, в том числе налоговые и неналоговые доходы – на 8,7%.

Сдерживание темпа роста расходов привело к снижению дефицита в 2016 г. до 12,5 млрд руб. – самому низкому показателю с 2008 года. Безусловно, это результат совместной работы финансовых органов субъектов Российской Федерации и Минфина России по ограничению роста государственного и муниципального долга, по сокращению неэффективных бюджетных расходов, а также по увеличению доходных источников. Благодаря проведению консервативной долговой политики госдолг субъектов РФ на 1 января 2017 г. вырос только на 34,6 млрд. руб., или на 1,5%; в 32 регионах произошло его снижение. Для сравнения: в предыдущие годы ежегодный прирост госдолга составлял 15% и более.

Отношение госдолга к объему доходов бюджетов субъектов Российской Федерации без учета безвозмездных поступлений на 1 января 2017 г. составило 33,8% со снижением к уровню 1 января 2016 г. на 2,7%. С 14 до 8 уменьшилось количество регионов с уровнем долга выше 100% налоговых и неналоговых доходов бюджета.

Впервые с 2009 г. сокращен долг по заимствованиям у кредитных организаций.

В течение 6 месяцев текущего года сохраняется тенденция роста доходов консолидированных бюджетов субъектов РФ: налоговые и неналоговые доходы увеличились на 9%(аналогичный прошлогодний показатель – 6%).

Темпы роста основных налогов также превышают прошлогодние, например, по налогу на прибыль – 12% (за 6 месяцев 2016 г. – снижение на 1%), по налогу на имущество организаций – 13% (в 2016 г. – 7%).

Следует подчеркнуть, что бюджеты регионов текущего года сформированы в основном с учетом консервативных подходов (план по доходам составлен на уровне 2016 г.). То есть уже сейчас регионы получают дополнительные доходы, не учтенные при планировании бюджетов. При принятии решений об использовании этих доходов важно исходить из приоритетности социально значимых расходов, выполнения «зарплатных» указов Президента Российской Федерации. Бюджеты субъектов Российской Федерации исполнены с профицитом в 437 млрд. руб. при запланированном дефиците 971 млрд. рублей. Консолидированный долг регионов по данным на 1 июля 2017 г. снизился к уровню 1 января 2017 г. на 5,0%, или на 132,0 млрд рублей.

При этом сокращался как региональный, так и муниципальный долг. Рыночные заимствования уменьшились на 15,0%, или на 224,3 млрд. руб., а их доля в общем объеме долга снизилась на 6% и составляет 50%.

Несмотря на общие положительные тенденции в исполнении бюджетов, регионы не столь однородны: бюджеты некоторых из них характеризуются высокой величиной накопленного государственного и муниципального долга, низким качеством планирования и управления региональными финансами.

В этих условиях необходимо найти оптимальный баланс между поддержкой регионов с низким уровнем собственной налоговой базы и «проблемных» регионов с высоким уровнем государственного долга и стимулированием самостоятельных усилий по экономическому развитию других субъектов Российской Федерации.

Основные направления по обеспечению такого баланса содержатся в базовом документе стратегического планирования – в Основах государственной политики регионального развития на период до 2025 года, утвержденных Указом Президента РФ от 16.01.2017 № 13.

Согласно этому Указу предполагается поэтапное снятие бюджетных ограничений для регионов, стимулирующие виды господдержки регионов, дифференцированный подход к предоставлению субсидий в зависимости от уровня бюджетной обеспеченности и социально экономического развития, совершенствование разграничения полномочий между уровнями власти.

- Что предполагает снятие ограничений для регионов, которое стоит первым пунктом в названном Вами базовом документе?

- Речь идет о снижении регулирования на федеральном уровне налоговых доходов, составляющих основу региональных и местных бюджетов. Предприняты серьезные шаги и в отношении отмены льгот по региональным налогам.

Пересмотрена льгота по налогу на имущество организаций в части движимого имущества, установленная на федеральном уровне. Ее применение с 1 января 2018 г. на территории субъекта РФ возможно только по решению этого субъекта.

Аналогичный подход применен в отношении налоговой льготы по налогу на имущество организаций в части имущества, используемого при осуществлении деятельности по разработке морских месторождений углеводородного сырья в Каспийском море.

Это дает возможность построить диалог между инвесторами и органами власти регионов по установлению преференций и результатам деятельности бизнеса на территории субъекта Российской Федерации.

В настоящее время как на федеральном, так и на региональном уровне существует большое количество льгот и преференций; при этом значительная их часть является бессрочными; они не направлены на решение какой-либо конкретной задачи экономической политики государства, не носят «адресный» характер. Зачастую также льготы не поддаются корректной количественной оценке в силу отсутствия необходимых для этого данных.

На ближайшие несколько лет стоит задача ввести правило для отдельных видов льгот и преференций, которое означает, что они применяются на территории региона в случае принятия соответствующего закона субъекта РФ.

Также важно проработать в текущем году общую методологию оценки эффективности льгот с использованием в рамках бюджетного процесса подхода к ним как к «налоговым (неналоговым) расходам».

В настоящее время в субъектах РФ также достаточно широко распространена практика установления льготных режимов налогообложения. При этом зачастую устанавливаются бессрочные льготные режимы, не связанные с реализацией инвестиционных проектов на территории, участникам консолидированной группы налогоплательщиков и организациям нефтегазовой отрасли в основном по налогу на имущество организаций, транспортному налогу и налогу на прибыль.

Безусловно, регионам необходимо проводить оценку эффективности предоставленных льгот и пониженных ставок, разрабатывать планы по отмене неэффективных льгот, принимать меры, способствующие росту налогового потенциала по региональным и местным налогам.

На принятие таких мер направлены заключенные с Минфином России соглашения.

Например, многие субъекты Российской Федерации устанавливают налоговые ставки для транспортных средств значительно ниже максимально возможных, в том числе по транс-портным средствам, являющимся предметом «роскоши» (катера, яхты, самолеты). 24 региона не установили кадастровую стоимость в отношении отдельных видов имущества организаций (например, административных, торгово-развлекательных центров).

Кадастровая стоимость по налогу на имущество физических лиц в 2016 г. не была установлена 35 субъектами Российской Федерации.

Еще одно направление стимулирования роста доходов субъектов РФ предусмотрено при переходе к распределению региональной части акцизов (в бюджеты субъектов Российской Федерации зачисляется 50% от общего объема поступлений) на крепкий алкоголь на основе данных розничных продаж.

Сейчас Минфин России прорабатывает под ходы по переходу с 2018 г. к распределению нормативов от акцизов на крепкий алкоголь в большем объеме пропорционально розничным продажам по данным единой государственной автоматизированной информационной системы учета объема производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции с учетом необходимости повышения уровня легализации рынка крепкого алкоголя в данных регионах. Конечно, этот подход может привести к снижению поступления доходов в бюджеты ряда регионов, поэтому обсуждается механизм компенсации таким регионам «выпадающих доходов».

- Развитие межбюджетных отношений всегда было направлено на стимулирование роста экономического потенциала регионов, на расширение их налоговой базы. Какие новации планируются в этой части?

- Это по-прежнему остается важной задачей, для решения которой предусмотрены соответствующие меры.

Во-первых, для стимулирования регионов, где в последние годы добиваются высоких темпов роста экономики и налогового потенциала, планируется выделение грантов в размере по 20 млрд руб. начиная с 2017 года.

Во-вторых, разрабатывается механизм предоставления стимулирующих межбюджетных трансфертов регионам, в которых несколько лет формируется прирост налога на прибыль организаций, подлежащего зачислению в федеральный бюджет, в отчетном году по сравнению с предыдущим годом.

В-третьих, будут использоваться стимулирующие механизмы, содержащиеся в методике распределения дотаций на выравнивание бюджетной обеспеченности, что означает не сокращение ранее распределенных на очередной финансовый год и плановый период дотаций в случае высоких темпов роста налогов в регионе. С 2017 г. существенно, на 100 млрд руб., увеличен объем дотаций на выравнивание; по отдельным регионам ее прирост составил 1,5–2 раза.

Хочу подчеркнуть, что впервые при распределении дотаций на 2017 г. применяется подход по выравниванию уровня бюджетной обеспеченности по налоговому потенциалу регионов с учетом результатов инвентаризации расходных полномочий.

В текущем году это соотношение составляет 80 и 20%. Расчет коэффициента соотношения минимального объема расходных обязательств к фактическим будет производиться на 2018 г. по данным реестров расходных обязательств регионов 2016 г., которые были представлены в формате автоматизированной системы «электронный бюджет».

Расходы должны быть приведены по укрупненным группам полномочий (образование, здравоохранение, дорожное хозяйство и т.д.) к среднероссийским значениям с учетом корректирующих коэффициентов стоимости расходов. То есть будет рассчитан минимальный (модельный) бюджет субъекта Российской Федерации.

В 2017 г. предоставление дотаций на выравнивание бюджетной обеспеченности также стало элементом системы стимулирования регионов и сопровождается ростом ответственности высших органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации за результаты их деятельности, направленной на развитие региона.

С 2017 г. предоставление дотаций осуществляется в соответствии с соглашениями, содержащими обязательства по осуществлению мер, направленных на снижение уровня дотационности субъекта Российской Федерации, по росту налоговых и неналоговых доходов консолидированных бюджетов субъектов Российской Федерации, и мер, направленных на бюджетную консолидацию.

Сейчас для регионов важно принять реалистичные бюджеты на 2018–2020 гг., повысить качество прогнозирования бюджетов и документов стратегического планирования.

В случае невыполнения обязательств, зафиксированных в соглашении, предусматривается снижение объема дотаций на 5% на очередной финансовый год, но не более чем на 5% налоговых и неналоговых доходов в отчетном году. Хочу отметить, что никакая финансовая помощь не обеспечит сбалансированность региональных бюджетов, пока будут увеличиваться решениями из центра расходные обязательства регионов.

Сегодня существует огромное количество нормативных правовых актов, и в первую очередь федеральных органов исполнительной власти, которые непосредственно влияют на оценку полномочий субъектов Российской Федерации. Объем таких обязательств оценивается от 70 до 90% в общем объеме расходов консолидированных бюджетов субъектов Российской Федерации. Так, в сфере здравоохранения объем расходных обязательств регионов, регулируемых на федеральном уровне, достигает 98% от общего объема финансирования в данной сфере, в сфере образования – 77%, в социальной – 28%.

Предложения по возможной минимизации такого регулирования будут обсуждаться с коллегами из регионов.

- Лариса Александровна, Вы упомянули термин – «минимальный (модельный)» бюджет. Расскажите, пожалуйста, об этом подробнее.

- Основой для расчета модельного бюджета является информация финансовых органов субъектов Российской Федерации о расходах бюджетов по видам расходных обязательств, представленная в Министерство финансов Российской Федерации в форме реестра расходных обязательств.

Минфин России в текущем году разработал новый порядок сбора реестров расходных обязательств. Он предполагает представление регионами информации по финансированию расходных обязательств в соответствии с новыми формами – реестр расходных обязательств субъекта Российской Федерации, свод реестров расходных обязательств муниципальных образований, справочная таблица по финансированию полномочий субъектов Российской Федерации и муниципальных образований.

Для повышения понятности и прозрачности подготовки форм реестров разработаны указания по их заполнению. Введены новые справочники кодов для обеспечения кодировки полномочий: справочники кодов расходных обязательств, кодов указов Президента Российской Федерации, кодов государственных программ Российской Федерации. Коротко отмечу основные изменения.

По формам реестров расходных обязательств расширены перечень видов нормативных правовых актов и блок по заполнению объемов финансирования полномочий за отчетный и плановый период, оценки стоимости полномочий, введен блок для отражения методики оценки стоимости полномочий, реестр субъекта РФ предполагает раздельное отражение объемов финансирования по источникам финансирования (за счет средств федерального бюджета, бюджета региона и иных безвозмездных поступлений), а также осуществлена привязка расходных обязательств к группам полномочий для определения расчетного объема расходных обязательств за счет присвоения кода соответствующей группы каждому расходному обязательству для дальнейшей их интеграции в справочную таблицу по финансированию полномочий.

Расчет «модельного» бюджета осуществляется в соответствии с постановлением Правительства РФ от 22.11.2004 № 670 «О распределении дотаций на выравнивание бюджетной обеспеченности субъектов Российской Федерации».

В соответствии с действующей методикой при определении «модельного» бюджета расходные обязательства субъекта РФ и муниципальных образований разделяются на первоочередные и не первоочередные.

Нормирование расходов осуществляется по 23 направлениям, из них 22 первоочередные укрупненные «отраслевые» группы полномочий (образование, здравоохранение, культура, сельское хозяйство и пр.) и одна общая, включающая 3 группы не первоочередных расходных обязательств (расходные обязательства, установленные актами субъекта РФ, сверхнормативное финансирование федеральных полномочий, дополнительные меры социальной поддержки).

На первом этапе расчета «модельного» бюджета определяется среднероссийский показатель по каждой группе расходных обязательств (без учета 5 максимальных и 10 минимальных значений по каждой группе).

Далее к среднероссийским показателям применяются индивидуальные факторы, определяющие стоимость расходных обязательств и корректирующие коэффициенты.

Во-первых, это показатели приведения и корректирующие коэффициенты структуры расходов, например: численность населения и коэффициент расселения населения по субъекту РФ, площадь территории, объем сельскохозяйственного производства (в группе расходов «сельское хозяйство»), численность детей в дошкольных образовательных учреждениях, численность детей, получающих общее, дополнительное и среднее профессиональное образование и коэффициент расселения населения по субъекту РФ (в группе расходов «образование»).

Во-вторых, применяются корректирующие коэффициенты стоимости расходов: отношение стоимости фиксированного набора товаров и услуг к среднероссийскому уровню, коэффициент транспортной доступности, отношение уровня заработной платы в общем образовании к среднероссийскому значению, среднероссийское значение соотношения фонда оплаты труда прочего персонала к общему объему фонда оплаты труда работников учреждений по видам образования (в группе расходов «образование»), среднемесячный доход от трудовой деятельности по отношению к среднероссийскому значению, отношение величины прожиточного минимума к среднероссийскому уровню (в группе расходов «социальная поддержка населения»), отношение стоимости жилья за кв. метр к среднероссийскому уровню (в группе расходов «строительство жилья»).

Доведение объемов финансирования до среднего значения производилось в отношении расходов на образование, здравоохранение, культуру, физическую культуру и спорт, а также расходов на социальное обеспечение.

Следующий этап расчета – определение минимального объема расходов по каждому расходному обязательству, а также формирование «модельного» бюджета по субъектам Российской Федерации и его использование в межбюджетных отношениях.

- Как Минфин оценивает эффективность предоставления целевых межбюджетных трансфертов из федерального бюджета?

- При формировании федерального бюджета на 2018–2020 гг. мы должны закрепить положительные результаты, достигнутые в 2017 г. в рамках госпрограммы «Развитие федеративных отношений и создание условий для эффективного и ответственного управления региональными и муниципальными финансами», по следующим направлениям.

Во-первых, это продолжение работы по консолидации субсидий (в 2017 г. их стало уже 8) с учетом необходимости укрупнения показателей результативности предоставления субсидий (например, в субсидиях по сельскому хозяйству количество показателей достигает 35 на 1 субсидию).

При этом отмечу, что общее количество субсидий сократилось почти на 31% – с 95 в 2016 г. до 65 в 2017 году.

Во-вторых, необходимо продолжить работу по повышению предсказуемости объема финансовой помощи, предоставляемой из федерального бюджета регионам: распределять все субсидии между бюджетами регионов приложениями к федеральному закону о бюджете, а также проводить предварительное обсуждение с регионами результатов распределения и условий предоставления субсидий.

В подготовленном проекте изменений в Бюджетный кодекс предлагается установить обязанность распределения субсидий законом о бюджете и направления в регионы результатов распределения субсидий до 20 августа текущего года;

В-третьих, с 2018 г. будут действовать единые для всех субсидий, рассчитанные на формализованной основе, предельные уровни софинансирования расходных обязательств субъектов РФ из федерального бюджета.

Их размер напрямую зависит от бюджетной обеспеченности региона, снижаясь одновременно с ростом уровня бюджетной обеспеченности.

Подготовлены изменения методики расчета указанных уровней – они утверждены распоряжением Правительства Российской Федерации от 12.07.2017 № 1456-р на основе данных об уровне расчетной бюджетной обеспеченности текущего года и будут действовать в течение 3 лет.

Также внесены изменения в правила формирования, предоставления и распределения субсидий из федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации, предусматривающие в случае реализации в субъектах РФ по решению Президента Российской Федерации или Председателя Правительства Российской Федерации мероприятий, имеющих общегосударственное значение, возможность на 99% софинансировать из федерального бюджета капитальные вложения.

Продолжится работа по заключению соглашений о предоставлении субсидий на долгосрочный период в случае, если распределение субсидий утверждено более чем на 1 год.

Бюджетным законодательством предусмотрена возможность заключения соглашений на срок, превышающий срок действия утвержденных лимитов бюджетных обязательств.

Подготовлены изменения в правила формирования, предоставления и распределения субсидий из федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации, которые позволят устанавливать уровень софинансирования расходного обязательства субъекта РФ в соглашении с превышением предельного уровня софинансирования исходя из объема бюджетных ассигнований, предусмотренных в местном бюджете.

Однако такая возможность должна сопровождаться ростом ответственности муниципальных образований за невыполнение условий предоставления субсидий, которая отражается целым рядом требований, зафиксированных в соглашении.

- Несмотря на отмеченные Вами положительные тенденции в снижении госдолга регионов, он превышает 2,2 трлн рублей. Какие меры предусматривает Минфин для оздоровления ситуации?

- Для снижения нагрузки на региональные бюджеты по обслуживанию и погашению государственного долга с 2014 г. Минфин проводит работу по замещению их коммерческих долговых обязательств бюджетными кредитами из федерального бюджета, предоставляемыми под 0,1% годовых.

Одновременно с регионом заключается соглашение о проведении органами власти взвешенной долговой политики.

Общий объем таких бюджетных кредитов в 2014–2016 гг. составил 729 млрд рублей. Что касается 2017 г., то этот показатель – 200 млрд руб., из которых 150 млрд в целях погашения долговых обязательств распределено между субъектами РФ до начала текущего финансового года.

Такое решение позволило учесть эти средства при принятии законов о региональном бюджете, сократив расходы на обслуживание госдолга.

Отмечу, что начиная с 2017 г. бюджетные кредиты предоставляются на срок до 5 лет.

Правилами предоставления бюджетных кредитов предусмотрены обязательства по ограничению размера дефицита бюджета субъекта РФ и поэтапному сокращению доли общего объема государственного долга субъекта РФ, в том числе по рыночным заимствованиям, к объему доходов бюджета региона без учета безвозмездных поступлений.

По итогам проведенного в 2017 г. мониторинга 16 регионов нарушили условия предоставления бюджетных кредитов в целях замещения долговых обязательств и должны досрочно возвратить порядка 92 млрд рублей.

На Правительственной комиссии по региональному развитию одобрены подходы к рефинансированию бюджетных кредитов субъектов Российской Федерации, нарушивших условия в 2017 году.

При этом будут учитываться результаты выполнения Программ оздоровления государственных финансов регионом за 2016 г.: более 75% выполнения Программы и бюджетный эффект выше 2% от объема расходов – предоставление кредита в полном объеме; от 50 до 75% выполнения – повышающий коэффициент 1,5; менее 50% – увеличение кредита не предусматривается.

Принятые решения увеличат объем финансовой помощи в виде бюджетных кредитов на 73,9 млрд рублей.

Регионам-нарушителям они будут предоставляться при условии принятия мер по повышению финансовой дисциплины.

Например, предлагается предусмотреть санкционирование Федеральным казначейством расходов регионов-нарушителей с уровнем рыночного долга более 80%.

- Недостаток средств в местных бюджетах на исполнение переданных полномочий постоянно обсуждается экспертным сообществом. Предполагаются ли какие-либо усовершенствования межбюджетных отношений на региональном уровне?

- Минфин внимательно рассматривает предложения региональных финансовых органов, касающиеся совершенствования межбюджетного регулирования на региональном и местном уровнях.

Большинство из них нашли отражение в подготовленных изменениях в Бюджетный кодекс, которые в целом охватываю три основных направления: – расширение бюджетных полномочий регионов и муниципальных районов, которым предоставляется право устанавливать единые нормативы отчислений в бюджеты соответствующих видов муниципальных образований от отдельных неналоговых платежей, что создает условия для расширения доходной базы местных бюджетов; – уточнение положений, регламентирующих формы, порядки и условия предоставления межбюджетных трансфертов, в том числе на региональном и местном уровнях, в рамках которого расширяются формы предоставления межбюджетных трансфертов за счет введения «горизонтальных» субсидий, дотации на сбалансированность, предусматриваются нормы о предоставлении единой субвенции.

При предоставлении дотаций на выравнивание бюджетной обеспеченности муниципальных образований впервые предусматриваются случаи, при которых регионы имеют возможность снижать размеры критериев выравнивания расчетной бюджетной обеспеченности (финансовых возможностей) муниципалитетов, а также расширяется перечень случаев снижения размеров дотаций на выравнивание бюджетной обеспеченности муниципальных образований; – уточняются подходы, связанные с ограничениями по организации бюджетного процесса на муниципальном уровне, контролем за их исполнением и применением мер к нарушающим такие ограничения муниципалитетами.

Изменяется расчет размера дотационности муниципальных образований (не будет учитываться размер иных межбюджетных трансфертов между районом и поселениями по заключенным соглашениям на решение вопросов местного значения).

Вводится особый порядок расчет размера дотационности преобразованных муниципальных образований.

Впервые введено право регионов приостанавливать или сокращать межбюджетные трансферты в случае невыполнения условий соглашения о мерах по восстановлению платежеспособности муниципального образования.

Финансовый орган региона должен будет устанавливать ежегодно до 15 ноября перечень всех муниципалитетов, получающих дотации на выравнивание бюджетной обеспеченности и доходы по дополнительным нормативам отчислений, независимо от уровня дотационности.

Эти и некоторые другие нововведения позволят создать дополнительные условия для повышения эффективности межбюджетного регулирования на региональном и местном уровне.

Вопросы задавала Т.Н. Васильева

Россия > Финансы, банки > minfin.ru, 18 августа 2017 > № 2303200 Лариса Ерошкина


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 17 августа 2017 > № 2314742 Илья Перекопский

Биткоин — наш: как Россия стала одним из мировых центров криптокоммьюнити

Илья Перекопский, Олег Сейдак

У России есть шанс стать еще и географическим центром новой экономики. Для этого участники рынка очень ждут появление специального закона, который регулировал бы криптографический актив (валюту и токены), а также специального налогового режима для этих объектов.

Сегодня Россия — один из центров криптокоммьюнити, одно из самых активных пространств с точки зрения конференций, митапов, проектов и накопления экспертизы о криптомире. Более того, будто повторяя саму суть блокчейн-технологии с ее децентрализацией, российское присутствие не заключено в границах страны: в мире сегодня трудно найти успешный криптопроект за пределами Китая, в которых не было бы русскоязычных специалистов (в том числе украинцев и белорусов). Достаточно посмотреть на фамилии сотрудников таких проектов, как Bancor, BitShares, IOTA, чтобы сделать вполне определенные выводы о стране их происхождения. При этом публичная заинтересованность высшего руководства страны, в том числе президента, блокчейн-технологиями и совсем свежая новость о планах правительства создавать в стране майнинговые фермы дают дополнительные надежды, что Россия только укрепит свои позиции в криптомире.

Почему так получилось

Исторически крупными центрами криптомира являются Китай и США. Одной из причин, по которой Китай стал таким центром — жесткая политика финансовых регуляторов в стране, в первую очередь по отношению к трансграничному движению валют. На фоне большого теневого рынка экспорта товаров и еще не побежденной коррупции, все это вызвало изначальный спрос к доступному, глобальному и анонимному финансовому инструменту, которым стал биткоин. Дешевая рабочая сила, относительно дешевая электроэнергия и доступность технических средств (в Китае сосредоточено огромное количество заводов по производству компьютерного оборудования) помогли этот спрос удовлетворить: крупнейшие майнинговые фермы в 2009–2012 годах создавались именно в Китае, там же они и остаются до сих пор.

США, в свою очередь, исторически являются центром финансовой и инвестиционной экспертизы. Там сосредоточен огромный объем технических талантов и венчурного капитала, а также медийных возможностей. В США также любят и умеют создавать красивый пиар, аккумулировать аудиторию. Поэтому все крупнейшие конференции проходят в США или Китае, самые статусные эдвайзеры тоже из этих стран. Все это создает вполне определенный хайп. С другой стороны, этот хайп охлаждает специфика регулирования и отсутствие врожденного правового нигилизма у граждан США, о котором мы поговорим далее. Юридическая насыщенность регуляторного поля США, силовые возможности SEC – это барьеры, которые мешают США стать однозначным лидером в мире крипты. И это, пожалуй, хорошо для остального мира.

В России же мы видим следующие причины взрывного роста блокчейн-проектов:

Отсутствие систематического и понятного доступа к каналам венчурного и частного финансирования. Проще говоря, проектам просто некуда идти за деньгами;

отсутствие рынка ликвидности на имеющиеся активы, то есть некому продавать идеи и проекты;

высокая концентрация технологической экспертизы, качество технических команд и технического образования;

правовой нигилизм, точнее — готовность работать и вкладывать крупные ресурсы (время и деньги) в проекты, которые пока еще находятся в серой правовой зоне;

в целом склонность российского менталитета к халяве — или же склонность к предпринимательской деятельности в ситуации неопределенности, кому как нравится это называть. Трактовка может быть любой, и, скорее всего, меняется от проекта к проекту (и влияет в итоге на его качество).

Как к российскому влиянию относятся в мире

Для нас также актуален вопрос, как к тому, что во многих блокчейн-проектах есть российские (или русскоговорящие) специалисты, относятся в мире — особенно на фоне геополитики, историй про «русских хакеров», отмывание средств и т.д.

Мнения здесь разделились, и тоже понятно, почему. Восточных соседей из азиатских стран наличие российских специалистов не настораживает. Это воспринимается как нейтральный факт.

С США история намного сложнее. США — лидер финансовой индустрии, а за высказываниями американских регуляторов следит весь мир, ориентируется на них. История с SEC — яркий пример. Более того, ядро активной IT-тусовки в США составляют демократы, для них проигрыш Хиллари на президентских выборах стал личной трагедией. В первые несколько дней после объявления результатов с людьми было буквально невозможно взаимодействовать, так как они отказывались работать. Причина была простой и заявлялась письменно: «я в печали, не могу собраться с мыслями». И Россия сегодня во многом воспринимается как антипод США, особенно в связке с криптвалютами с их юридической неопределенностью. Арест Винника только подбрасывает дров в костер недоверия. Все ключевые медиа находятся под влиянием демократов, и эти медиа действительно создают негативный фон, когда проект originally from Russia.

Этот фон приходится преодолевать. Особенно сложно проектам, которые целиком российские. Но надо понимать, что этот негатив — иррациональная вещь, которая не формализована, и большинство людей преодолевают ее на личном уровне, то есть напрямую общаясь с инвесторами. Но некий порожек недоверия придется переступить.

Как «российским» проектам преодолеть недоверие к себе

Хороший пример, на который можно ориентироваться другим российским проектам – это уже всем известная децентрализированная краудфандинговая платформа Waves. Компания еще летом 2016 года, то есть до всеобщего хайпа вокруг ICO, сумела привлечь почти $16 млн. Команда Waves создала не только хороший, нужный рынку продукт, но и смогла построить действительно эффективное коммьюнити, особенно среди азиатских инвесторов. Это очень сложно сделать, так что это серьезное достижение. Также нужно отметить мощную работу фаундера Саши Иванова в международном масштабе: активное участие в конференциях, качественная работа с регуляторами.

Есть другой «русский» проект — Goldmint — который в мае 2017 года провел успешное preICO на $600 тыс. В Goldmint вошли серьезные венчурные «традиционные» инвесторы – например, управляющий партнер фонда Altair VC, «ангел Абрамовича» Игорь Рябенький, управляющий партнер DTI Александр Бутманов и другие. Сейчас компания готовится к проведению ICO. Goldmint создали международный сайт, ведут переговоры с крупными международными банками и в целом нацелены на международные финансовые рынки. Команда планирует строить свой токен на базе ETF, торгуемом на бирже в Лондоне, — это тоже хорошо. С точки зрения нацеленности на глобальный рынок проект все делает грамотно. Для Goldmint еще важно привлечь в проект иностранного эдвайзера (консультант, советник. — Forbes), а лучше нескольких, он поможет, в свою очередь, заинтересовать серьезных иностранных инвесторов.

Российским венчурным бизнесменам проще инвестировать в российские блокчейн-компании: у них есть возможность внимательно изучить предыдущие проекты команды, лично познакомиться с организаторами. Это не дает 100% гарантии избежать ошибки, но в настоящий момент — наиболее верный способ снизить риски. У иностранных инвесторов такие возможности есть не всегда, именно поэтому очень важно привлекать в проекты иностранного эдвайзера с репутацией, потратив силы и время на доказательство ему сильных сторон проекта.

Резюме: для снижения возможного негативного восприятия блокчейн-проекта с российским участием, нужно работать с иностранными эдвайзерами, у которых есть репутация именно в блокчейн-мире, а также быть максимально открытым и вести коммуникацию на иностранных языках: английском и, в идеале, китайском.

Как долго Россия будет центром криптомира

Оценка инвесторами криптобиржи Coinbase в $1,5 млрд говорит о том, что мир не будет прежнем. Появление первого «единорога» в мире крипты однозначно говорит о заинтересованности как владельцев традиционного капитала в участии в рынке криптовалюты, так и об обратном движении людей, сформировавших капитал в криптомире, в сторону его конвертации в реальные активы. Наличие такого моста, с одной стороны, является необходимой частью дальнейшего развития рынка, а с другой — показывает, что регуляторам во всем мире придется учитывать новую реальность (в виде новых технологий и новых продуктов) при разработке изменений к законодательству.

Это может многим не нравится, но альтернатива еще хуже. Попытка полностью запретить легальное хождение криптовалют и токенов создаст проблему для самих регуляторов: убрав «белых» игроков, готовых, как Waves, Goldmint, Blackmoon Crypto и другие, работать по правилам, регуляторы освободят дорогу «черной» части рынка. Вряд ли регуляторы на глобальном уровне пойдут на это.

Но Россия, как известно, часто идет своим путем. Сейчас дует очень мощный экономический ветер в паруса участников крипторынка. Если российское государство создаст благоприятную регуляторную и налоговую среду, которая будет лучше, чем у других отраслей экономики, то это может превратиться в долгосрочный тренд. Но такая ситуация кажется маловероятной. Более реалистичным видится сценарий, при котором русскоязычные команды релоцируются в другие страны, не найдя реальной поддержки внутри страны. При этом есть однозначная уверенность, что русскоговорящие в криптомире — это надолго. Наконец-то мы нашли то, что нам по душе.

И все же у России есть шанс стать еще и географическим центром новой экономики. Для этого участники рынка очень ждут появление специального закона, который регулировал бы криптографический актив (валюту и токены), а также специального налогового режима для этих объектов. По возможности, регулирование и налогообложение должно быть только в точке перехода криптоактива в фиатные классические активы. То есть до момента их конвертации нужно исключить НДС и налог на прибыль с прироста капитала (capital gains tax).

В идеале же нужна специальная форма юридического лица, которая могла бы вести международную деятельность без уплаты налогов по текущему налоговому кодексу, кроме налогов на ФОТ и имущество. Если же это юрлицо начинает вести деятельность на территории РФ, то оно будет облагаться стандартным налогом. По этому пути пошли многие страны, которые в итоге стали финансовыми центрами своих регионов. На наш взгляд, такой шаг позволит удержать команды блокчейн-проектов в России. Но вот пойдет ли правительство на такой шаг — большой вопрос.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 17 августа 2017 > № 2314742 Илья Перекопский


Казахстан. Грузия > Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > kursiv.kz, 17 августа 2017 > № 2294444

Ермухамет Ертысбаев: "Я еще в 2013 году выступал с предложением продать наши активы в Батуми"

Анатолий ИВАНОВ-ВАЙСКОПФ

Посол Казахстана в Грузии Ермухамет Ертысбаев в особом представлении не нуждается. Все потому, что относится он к тому редкому числу казахстанских политиков, которые не только умеют аргументированно дискутировать с оппонентами, но и не боятся общаться с журналистами. Впрочем, сегодня Ермухамет Ертысбаев, в силу особенностей своей занимаемой должности, не часто дает интервью прессе. Вот и 9 августа, приехав из Тбилиси в Астану, он ограничился проведением брифинга. И все же «Къ» удалось побеседовать с чрезвычайным и полномочным послом Казахстана в Грузии. Разговор получился достаточно пряным, словно грузинская кухня.

– Ермухамет Кабидинович, в 1987 году, в канун празднования 70-летия Октябрьской революции, мне довелось побывать на днях Грузии, которые проводились на ВДНХ СССР в Москве. Как и все остальные в тот момент советские республики, Грузия постаралась не ударить в грязь лицом: Брегвадзе, Гвердцители, вино рекой, «Боржоми» – пожалуйста, мандарины килограммами, чай в неограниченном количестве, модницам – интересный текстиль. Запомнилось, с какой гордостью демонстрировалась на тот момент недавно построенная сеть ГЭС. С тех пор 30 лет прошло. Ныне в Астане проводится ЭКСПО. И что мы видим в павильоне Грузии? Вино, воды, текстиль, да всё ту же гордость за свою сеть гидроэлектростанций, построенную 50 лет назад?

– Два года назад в Милане проходила выставка «Экспо-2015». Главный лозунг был – «Накормить планету. Энергия для жизни». В общем, человечеству должны быть доступны продукты питания, безопасные и в необходимом количестве. К моему удивлению и досаде Грузия не принимала участия в этой всемирной выставке. А жаль! Вот здесь им было что показать! У них великолепные и экологически чистые продукты питания. Вино и воды – традиционный экспорт Грузии. Интересно, что до пятидневной войны в августе 2008 года Грузия поставляла вина в 5 стран мира, а к 2013 году – уже в 49 стран мира. Потеря российского рынка заставила грузинских виноделов мобилизоваться и улучшить качество, дизайн, маркетинг и продвижение своих вин на мировые рынки.

– А как насчёт мандаринов и чая?

– Где сейчас грузинские мандарины и грузинский чай? Вопрос крайне болезненный для грузин, потому как многие из них с ностальгией вспоминают советские времена, когда Грузия обладала в Союзе цитрусовой, чайной, винной монополиями, а также наряду с Крымом монополией отдыха на черноморском побережье. Добавьте к этому и то, что почти 65% экономики Грузии было в тени («теневая экономика»). Среднестатистический грузин был богаче русского или казаха в раза три-четыре. Вы не правы, что в СССР грузинские мандарины и вина были во всех гастрономах. Это было страшным дефицитом. Народ потреблял «бормотуху» (плодово-ягодные вина) и закусывал килькой в томате или плавлеными сырками. Вы знаете, с тех пор Грузия сильно изменилась. У них нет нефтяной ренты, нет минералов, металлов, газа. Но у них есть стремление стать частью Европейского Союза. Они напряженно думают и ищут, пытаются изобрести что-то новое и оригинальное, чтобы поставить на европейский рынок. Тем более что у Грузии беспошлинная торговля с Европой. И с Китаем аналогичный режим. Стремительно развивается туризм и сфера обслуживания: 6 миллионов туристов в год – это впечатляет.

– Кстати, о туризме. Это, конечно, хорошо, что Грузии удалось сделать прорыв в этом секторе экономики. Но не кажется ли Вам, что во взаимоотношениях между нашими странами есть определённый перекос: они нам поставляют вино и минеральную воду, а мы к ним отправляем туристов, которые тратят там серьёзные деньги?

– Странный у вас подход!

– Это почему?

– Не можем же мы в сфере туризма работать 50 на 50! Богатый или обеспеченный казахстанец каждый год с семьей собирается в отпуск. Раньше в Турцию или в Эмираты, кто-то отправлялся в Европу. В Испанию там или в Италию. Сейчас популярна Грузия. И я рад этому! Грузия – идеальная страна для туризма. Небольшая по территории, компактная, уютная, с великолепным климатом, горы, долины, море и много старины древнейшей цивилизации. Кстати, по данным Грузстата (Национальной службы статистики Сакстат. – «Къ»), сумма, потраченная средним туристом в стране, составляет 822 доллара.

– И это мало?

– Но это существенно меньше, чем если бы наш турист поехал в Египет или в Грецию. Потом, мои наблюдения показывают, что сами грузины не склонны посещать другие страны. Очень много туристов из соседних стран – Азербайджана и Армении. А вот сами грузины туда приезжают крайне редко. Вообще, из 6 миллионов туристов в Грузии на первом месте стоит Россия, чтобы вы знали.

– По поводу россиян это действительно занятно. Но тогда зайдем с другого фланга. Например, какие казахстанские товары можно встретить в грузинских магазинах?

– Так… дайте вспомнить. Я лично видел наши макаронные изделия, соки, муку, газированные напитки, сигареты. Через железные и автомобильные дороги в Батумский порт идут не только сырая нефть и нефтепродукты, но и пшеница, химические удобрения, плоский прокат, листовое железо, бульдозеры, грейдеры.

– Хорошо. Но все же, знаете, что смущает? Грузии чуть ли не весь мир помогает, включая и нашу страну. Однако согласно статистическим данным за 2016 год, уровень безработицы в этой стране составляет почти 17%. Не странно ли? Такое впечатление, что Грузия по-прежнему относится к числу стран, инвестиции в экономику которой – достаточно рискованное занятие. Вспоминаются проблемы Батумского порта, тбилисской газотранспортной системы…

– Грузии никто не помогает. Грузия берет кредиты, займы. Например, Грузия имеет долг перед Казахстаном и в сентябре этого года начнет выплачивать. 27,5 млн долларов мы заняли грузинам в середине 90-х годов. Тогда у нас самих ситуация была достаточно тяжелой. Но Грузии очень нужны были эти средства. Эдуард Шеварнадзе с трудом удерживал власть, а наш президент очень хорошо относился к Эдуарду Амвросиевичу, и мы им заняли эти деньги.

- Так как на счет безработицы?

- Да, сейчас безработица высокая в этой стране. Ежедневно я вижу, как у российского консульства стоят толпы людей, желающих уехать в Россию на заработки. Что касается инвестиций, то они зачастую бывают рисковыми. Вы знаете, что до 1979 года Иран был важным партнером США на Ближнем Востоке. Американцы вложили в эту страну гигантские инвестиции. Но в 1979 году произошла антишахская, антиамериканская революция, и все вложения накрылись медным тазом. В нашем случае, когда мы взяли Тбилисскую газораспределительную сеть, мы рассчитывали на казахский газ, российские трубы и мегаполис Тбилиси, где этот газ можно было продавать. Но августовская война 2008 года и разрыв дипломатических отношений между Россией и Грузией фактически сорвали этот проект.

– Вот оно что!

– Да. Газ пошел азербайджанский, а это не то, что нам хотелось. Неприятный форс-мажор. Тем не менее, мы хотим возвратить вложенные средства, а это немалые деньги. Насколько мне известно, дело рассматривается в Лондонском арбитраже.

Тогда в 2007-2008 годах, когда у нас денег было много, цена на нефть зашкаливала за 110 долларов. Это были очень рисковые инвестиции, потому что они были рассчитаны на казахстанский газ, российские трубы и на распределительную систему Грузии. Но война 2008 года все разрушила за пять дней. Про казахстанский газ все забыли. А наш менеджмент оказался в очень трудном положении. Газ нужно поставлять в Тбилиси, а его нет. Пришлось закупать его в Азербайджане. И наш менеджмент влетел на 40 млн долларов долга.

– А все-таки как насчет Батумского порта и нефтяного терминала? На брифинге 9 августа Вы рассказали об их будущей судьбе. Учитывая туристическую направленность Аджарии, предстоящее их перепрофилирование, наверное, правильное решение. Только вот что грузинская сторона предлагает Казахстану взамен? Неужели теперь нам говорят «давай, до свидания»?

– На брифинге я рассказывал, мы взяли порт в аренду на 49 лет, и там было одно очень важное условие: не менее 6 млн тонн нефти и нефтепродуктов мы должны были перевалить через этот Батумский порт. До 2015 года мы этот темп еще сохраняли, но к сожалению, потом он пошел вниз и насколько я знаю, сейчас до этой цифры не дотягиваем. Но здесь есть и проблема Грузии. Понимаете, значение Батуми, как центра морского туризма Грузии после потери Абхазии, резко возросло. Среднесрочная и долгосрочная стратегия развития города Батуми не предполагает его развития как промышленного центра. В настоящий момент грузинские власти завершили переговоры с пулом инвесторов по строительству еще одного морского порта в поселке Анаклия. Так что скоро начнется строительство порта и тогда в перспективе Батумский порт вообще закроется и будет работать только для гражданских судов, как туристический центр.

Также в Грузии активно работают порты в городах Поти, Кулеви и Супса, где туризм, как таковой, отсутствует. Между портами идет жесткая конкуренция за потоки грузов. Эту борьбу казахстанские компании проигрывают, перевалка грузов через батумское направление из года в год стабильно снижается. Помимо этого, несмотря на все заверения в дружбе и сотрудничестве, грузинская сторона создала неравные условия по транспортировке грузов в морские порты по грузинской железной дороге, увеличив тариф для батумского направления. На взгляд экспертов, все эти факторы являются звеньями одной цепи по постепенному выдавливанию Казахстана из города Батуми. Есть такая проблема. Поэтому я еще в 2013 году выступал с предложением продать наши активы в Батуми.

– Кстати, а насколько сложно вести переговоры с представителями Грузии? Ранее мне неоднократно доводилось сталкиваться с гражданами этой страны. Да, они доброжелательные, улыбчивые, но только до той поры, пока всё идет по их сценарию. Но если что не так, чуть ли не в драку лезут.

– Знаете, казахи тоже доброжелательные и улыбчивые, пока все идет по их сценарию. Такие же и русские, и европейцы. Хотя последние не так импульсивны и эмоциональны. С грузинами действительно сложно вести переговоры по бизнесу. У них нет Национального фонда, нет громадной нефтяной ренты, нет газа и цветных металлов. Они считают каждую копейку. На казахские деньги в Тбилиси и в Батуми построены шикарные отели «Рэдиссон», великолепный санаторий в Боржоми, система АЗС «Ромпетрол». Грузия никогда, и ни при каких обстоятельствах, не стала бы этого делать. Даже если бы имела лишние деньги. Давайте говорить откровенно! Мы вкладывали в 2007–2009 годах на пике громадного потока нефтедолларов.

– Ну да. В данном случае все понятно. И последний вопрос: Грузия по-прежнему дешевле Казахстана или наблюдаемая там инфляция последних лет по ценам на основные товары и услуги таки уравняла наши страны?

– Я приехал в Грузию в апреле 2013 года и был, в первую очередь, поражен дешевизной во всем – в сфере обслуживания, в продуктах питания, в сдаче в наем квартир и так далее. Но в связи с девальвацией лари, жизнь на глазах дорожает. Помнится, на берегу Куры в Мцхете я заказал жареные коровьи мозги с луком. Представляете, приносят большую дымящуюся сковородку с коровьими мозгами стоимостью всего в 7 лари (тогда это было 5 долларов). Бутылка воды стоила 10 центов. Вообще, в Грузии свыше 200 подземных источников, воды здесь много, и она дешевая. Но повторяю, девальвация сказывается, жизнь дорожает. Что вызывает недовольство грузин и туристов одновременно.

– И тем не менее Вы считаете, что Грузию стоит посетить?

– Несомненно! Я уже говорил, что это очень уютная, компактная страна с великолепным климатом, горами, долинами и морем, в сочетании с хорошо сохранившимися уникальными архитектурными памятниками.

– Спасибо за беседу!

Казахстан. Грузия > Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > kursiv.kz, 17 августа 2017 > № 2294444


Россия > Финансы, банки. Недвижимость, строительство > kremlin.ru, 17 августа 2017 > № 2280610 Андрей Костин

Встреча с президентом – председателем правления Банка ВТБ Андреем Костиным.

А.Костин информировал Президента об итогах деятельности банка в первом полугодии 2017 года и ходе работы над программой развития арендного жилья.

В.Путин: Как дела, Андрей Леонидович? Как работа идёт?

А.Костин: Спасибо, Владимир Владимирович, неплохо.

Надо сказать, что в первом полугодии банк продемонстрировал хорошую, позитивную динамику. Достаточно сказать, что прибыль по итогам шести месяцев составила 60 миллиардов рублей, это даже больше, чем за весь прошлый год банк заработал. Мы чувствуем, как оживление в экономике приводит к тому, что начинает расти кредитный портфель, в том числе и работа с населением. Хотел бы сказать, что в этом году мы ожидаем прирост ипотечного портфеля на 23 процента. Причём позитивная тенденция в снижении ставок. Сегодня средняя ставка в ипотеке составляет порядка 11 процентов, но мы считаем, что к концу года она должна снизиться до 10.

В.Путин: Когда-то мечтали о 12.

А.Костин: Вдобавок к ипотеке я хотел бы сказать, что есть ещё новый элемент: мы сейчас с Агентством по ипотечному жилищному кредитованию работаем над программой развития арендного жилья. Мы уже профинансировали строительство 85 тысяч [квадратных метров] арендного жилья, проинвестировали примерно 16 миллиардов рублей. Это важная социальная задача, которую Вы поручили агентству, особенно для молодых семей, которые не в состоянии приобрести квартиру, но могут арендовать хорошее, надёжное жильё. Уже в 2018–2019 году это жильё появится на рынке. Новая программа, которую мы сейчас разрабатываем с агентством, рассчитана ещё на 25 миллиардов рублей.

В.Путин: А в каких регионах?

А.Костин: Пока в Москве, но следующая программа будет уже в пяти-шести российских городах, то есть мы идём дальше, за пределы Москвы.

В.Путин: Хорошо.

Россия > Финансы, банки. Недвижимость, строительство > kremlin.ru, 17 августа 2017 > № 2280610 Андрей Костин


Узбекистан > Финансы, банки > gazeta.uz, 16 августа 2017 > № 2278957 Юлий Юсупов

Независимый эксперт, директор Центра содействия экономическому развитию Юлий Юсупов в интервью «Газете.uz» прокомментировал выпуск 50-тысячной сумовой купюры и поделился мнением о дальнейшем развитии валютного рынка Узбекистана.

— Центральный банк вводит в обращение 50-тысячную купюру. Почему, по вашему мнению, это сделано именно сейчас? Не скажется ли такая мера на ускорении инфляции?

— Раньше власти не выпускали крупные и даже средние купюры (купюры стоимостью меньше одного доллара вряд ли можно назвать средними) по двум причинам:

идеологической: они как бы сами себя успокаивали: «У нас инфляции нет, поэтому крупные купюры не нужны»;

в рамках борьбы с наличным обращением.

С наличным обращением власти боролись также по двум причинам: пытаясь обуздать теневую экономику, которая по понятным причинам предпочитает иметь дело с наличными, и желая контролировать черный курс доллара — если у людей нет наличных, то и на базар за долларами не с чем идти.

Результаты были налицо: приходилось ходить за покупками чуть ли не с мешком денег, а за крупными покупками — с настоящим чемоданом. Иностранцы с изумлением фотографировали пачки сумов, вырученные за 100 долларов и выкладывали фото в интернет.

50-тысячная купюра — это меньше 10 долларов. Ее крупной тоже назвать нельзя. Давным-давно надо было выпускать 100-тысячные купюры. Конечно, купюры такого номинала свидетельствуют о том, что наши официальные показатели инфляции просто нарисованы. Но об этом давно все знают.

Повлияет ли выпуск новой купюры на инфляцию? Конечно, нет! Просто вместо пачки в 100 тысячных купюр у вас в кошельке будет лежать две купюры по 50 тысяч. С чего инфляция должна от этого подскочить? Зато сколько мы сэкономим бумаги и краски (на печать купюр), времени, уходящего на пересчет пачек денег и прочего!

Другой вопрос, повлияет ли на инфляцию снятие административных ограничений на наличное обращение (когда нельзя свободно снять наличные деньги со счета или с карточки). На самом деле, инфляция зависит не от количества наличной денежной массы, а от общего количества наличных и безналичных денег. Смена формы денег, превращение безналичных денег в наличные не увеличивает общую денежную массу, а следовательно, на инфляцию не влияет. Я думаю, при снятии ограничений на наличное обращение инфляция может даже замедлиться, так как пропадет разница в стоимости продажи товаров за «нал» и «безнал».

— Последнюю неделю курс на так называемом черном рынке снижался, однако девальвация официального курса пока остается незначительной. Что будет происходить далее с черным рынком? Стоит ли ожидать усиления девальвации официального курса в ближайшее время?

— Предсказывать, как будет меняться рыночный обменный курс, — самое бесперспективное и неблагодарное занятие. На обменный курс оказывает влияние очень много факторов, о некоторых из них мы можем только догадываться. Почему упал черный курс в последнее время? Думаю есть два взаимодополняемых объяснения.

Первое. Предприниматели получили возможность покупать доллары в банках в безналичной форме. Раньше, если они не имели доступа к официальной конвертации, им надо было либо покупать доллары на так называемой «бирже» (а это чревато большими издержками и весьма рискованно), либо превращать «безнал» в «нал» и покупать доллары на черном рынке. Использование второго варианта порождало повышенный спрос на наличные доллары. Но так как у бизнеса теперь есть более простой путь приобретения иностранной валюты, спрос на наличные сумы и доллары существенно сократился. Как результат — сокращение разрыва стоимости «нала» и «безнала» и падение черного курса.

Второе. Начали работать ожидания на унификацию обменных курсов. А курсы должны выровняться где-то между рыночными и официальным. То есть рынок реагирует на ожидания девальвации официального курса и его сближения с рыночным. Эти ожидания выливаются в падение спроса на доллары — участники рынка хотят «сыграть на понижении», то есть продать дорогие доллары, чтобы потом купить дешевые.

Я надеюсь, что унификация курсов произойдет в сентябре, в том числе за счет ускоренной девальвации официального обменного курса. Давно пора было это сделать. Но лучше поздно, чем никогда.

— Сейчас активно обсуждается тема унифицированного курса. Какую стоимость доллара к суму можно ожидать? Насколько важны сейчас эти цифры?

— Не имея данных об объемах сделок на официальном, черном и биржевом рынках, предсказывать равновесный уровень обменного курса, то есть курс, обеспечивающий равенство спроса и предложения, — все равно что гадать на кофейной гуще. Точные предсказания невозможны. Можно говорить лишь о диапазоне. В январе я прогнозировал диапазон в 5000—7000 сумов за доллар, но при условии, что либерализация рынка произойдет в ближайшие один-два месяца. С учетом накопившейся инфляции сейчас я назову диапазон в 6000—8000. Конечно, о 10 тысячах речи не идет. Но если мы не обуздаем инфляцию, то рано или поздно к этой отметке подойдем.

И еще один важный момент. Центральный банк может, скупая доллары, попытаться искусственно завысить курс доллара — 8000−9000 сумов и даже больше. Это было бы выгодно местным производителям: дорогой доллар (=дешевый сум) делают более дорогим импорт и дешевым экспорт. Политику удешевления своей национальной валюты проводят многие успешно развивающиеся страны. И нам эта политика очень была бы кстати. Но есть одно «но». Сначала нужно обуздать инфляцию. А слишком дешевый сум может эту инфляцию усилить (дорожают импортные товары). Поэтому я бы подождал с реализацией этой политики «до лучших времен», то есть до достижения приемлемого уровня инфляции.

— МВФ одобрил решение властей поднять ставку рефинансирования, а также меры по контролированию денежной массы. В теории это должно привести к снижению потребительского спроса и спроса на кредиты, в том числе валютные. Как отреагирует рынок кредитов на предпринятые меры?

— Центральный банк сделал и делает пока все правильно. В рыночной экономике ставка рефинансирования действительно напрямую влияет на процентные ставки коммерческих банков, так как последние могут свободно брать кредиты у ЦБ, и берут они эти кредиты именно по ставке рефинансирования. Естественно, если ставка повышается (да еще так сильно, с 9% до 14%), кредиты не могут не подорожать.

Однако у нас ЦБ не выдает свободно коммерческим банкам кредиты по ставке рефинансирования (как и не продает свободно валюту по официальному курсу). Поэтому указанный механизм не работает. Но влияние все-таки есть: чисто административное. Коммерческие банки обязаны привязывать свои процентные ставки по кредитам к ставке рефинансирования. Это совершенно антирыночный инструмент, но именно в таких условиях работают наши банки. И надо понимать, что эти процентные ставки у нас занижены — они не позволяют обеспечить равенство спроса и предложения на денежном рынке. Поэтому при либерализации кредитной сферы их повышение неизбежно.

Я уверен, что увеличение ставки рефинансирования — это шаг, предшествующий масштабной банковской реформе и реформе регулирования денежного обращения. Эти реформы должны освободить коммерческие банки от чрезмерной опеки ЦБ и позволить им действительно стать самостоятельными коммерческими организациями, работающими на потребителя, дать в «руки» ЦБ рыночные инструменты воздействия на процентные ставки и обменный курс. Это, кроме того, мера борьбы с инфляцией. Если оставить ставку рефинансирования на уровне 9% — а это очень заниженная ставка — и начать выдавать по ней кредиты, то инфляция взлетит до небес.

Думаю, что через несколько месяцев мы уже не узнаем наши валютный рынок и банковскую систему. Хочу пожелать ЦБ и правительству удачи и правильных решений!

Узбекистан > Финансы, банки > gazeta.uz, 16 августа 2017 > № 2278957 Юлий Юсупов


Казахстан > Финансы, банки > dknews.kz, 16 августа 2017 > № 2278486 Тулеген Аскаров

Летний кредитный позитив

Как отмечалось в первой части банковского обзора, опубликованного в предыдущем номере «ДК», к моменту завершения сделки по покупке Казкоммерцбанка Народным банком Казахстана последний из них был лидером рынка по всем ключевым показателям, за исключением размера ссудного портфеля.

Тулеген АСКАРОВ

Более того, к концу первого полугодия Казкоммерцбанк сумел укрепить свою лидирующую позицию здесь за счет увеличения объема выданных кредитов в июне на 0,4% до 3 трлн 504,1 млрд тенге, тогда как Народный, хотя и сумел прибавить гораздо больше – 2,4%, располагал значительно меньшим ссудным портфелем на начало июля в 2 трлн. 390,0 млрд тенге. Напомним читателям, что в портфеле Казкоммерцбанка на тот момент значительная доля приходилась на задолженность БТА Банка в 2,4 трлн тенге по займу, полученному от первого из них. Погашение же этой задолженности за счет средств Национального фонда произошло самом в начале июля, судя по официальному пресс-релизу Казкоммерцбанка на эту тему, и по этой причине не отражается в данных оперативной отчетности регулятора, рассматриваемых в данном обзоре.

В группу «триллионеров» по размеру ссудного портфеля к началу второго месяца лета входили также Цеснабанк, у которого за июнь сложился прирост на 2,8% до 1 трлн 651,4 млрд тенге, и дочерний Сбербанк России (3,7% до 1 трлн 60,1 млрд тенге). Так и не смог войти в эту группу Банк ЦентрКредит, поскольку его ссудный портфель уменьшился весьма значительно – на 6,3% до 861,6 млрд тенге (в абсолютном выражении – на 57,7 млрд тенге). В итоге его обошел Kaspi Bank, поднявшийся на пятое место с шестого за счет прироста на 4,0% до 884,2 млрд тенге. Замкнули же первую десятку банковского сектора по этому показателю АТФБанк (1,3% до 774,4 млрд тенге), Bank RBK (0,05% до 737,3 млрд тенге), Евразийский банк со снижением на 6,1% до 669,2 млрд тенге и ForteBank, показавший прирост на 2,8% до 548,8 млрд тенге. Совокупный же объем ссудного портфеля банков второго уровня увеличился в июне на 0,9% до 15 трлн 533,3 млрд тенге, в абсолютном выражении – на 139,2 млрд тенге.

При этом общий объем «плохих» займов с просрочкой платежей свыше 90 дней уменьшился за первый месяц лета весьма заметно – на 2,5% до 1 трлн 663 млрд тенге, в абсолютном выражении – на 42 млрд тенге, что, безусловно, является позитивом на фоне майского драматического скачка значения этого показателя на 39,5%. Напомним читателям, что тогда главный вклад в эту негативную динамику внес Delta Bank, у которого объем «плохих» займов вырос за май в шокирующие 251,7 раза! В июне же у лидировавшего по объему таких займов Казкоммерцбанка сложился значительный прирост на 4,6% до 489,1 млрд. тенге, тогда как у занимавшего второе место Delta Bank произошло снижение на 5,4% до 309,5 млрд тенге. В группу участников рынка с объемом «плохих» займов свыше 100 млрд тенге к началу июля вошли также Народный банк Казахстана (0,4% до 204,7 млрд тенге) и дочерний Сбербанк России с приростом на 2,8% до 118,1 млрд тенге. А покинул эту группу АТФБанк благодаря впечатляющему – почти на четверть – сокращению размера займов с просрочкой платежей свыше 90 дней за первый месяц лета до 83,4 млрд тенге (в абсолютном выражении – на 26,5 млрд тенге).

Снизилась за июнь и доля таких займов в совокупном ссудном портфеле банковского сектора – с 11,08% на начало этого месяца до 10,71% к 1 июля. Впрочем, если учесть, что на 1 мая было 8,0%, то радоваться особо и нечему. К тому же у ряда ведущих банков этот показатель превысил 10%-ную планку, на которую нацеливает участников рынка регулятор: у Казкоммерцбанка оказалось 13,96%, дочернего Сбербанка России – 11,14%, АТФБанка – 10,78%. Но наибольшими значениями отличились меньшие по размеру участники – Delta Bank (98,31%), Национальный банк Пакистана в Казахстане (33,19%) и дочерний Банк ВТБ (Казахстан) (14,11%).

Общая сумма просроченной задолженности по кредитам, включая просроченное вознаграждение, также уменьшилась за июнь – на 1,1% до 1 трлн 854,5 млрд тенге. Но Казкоммерцбанк, лидировавший по этому показателю к началу июля, и здесь шел не в ногу с общим трендом, показав увеличение «просрочки» на 0,8% до 618,3 млрд тенге. Зато у других участников рынка, превысивших здесь отметку в 100 млрд. тенге, ее объем в июне снизился: у Delta Bank – на 0,5% до 251,7 млрд тенге, Народного банка Казахстана – 0,9% до 233,7 млрд тенге, АТФБанка – 1,5% до 127,5 млрд тенге.

Казахстан > Финансы, банки > dknews.kz, 16 августа 2017 > № 2278486 Тулеген Аскаров


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > premier.gov.ru, 16 августа 2017 > № 2276412 Аркадий Трачук

Встреча Дмитрия Медведева с генеральным директором АО «Гознак» Аркадием Трачуком.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Аркадий Владимирович, предприятие, которое Вы возглавляете, известно во всём мире и, естественно, в нашей стране. Но не только как основной производитель банкнот для денежного обращения в нашей стране и целом ряде других стран (с чем вы с успехом справляетесь), но и как предприятие, которое активно внедряет технологии, необходимые для развития цифровой экономики.

Буквально вчера я проводил на эту тему совещание с участием ведущих компаний, которые вовлечены в это. Мы определяли механизмы внедрения основ цифровой экономики в нашу жизнь в рамках программы, которая недавно была Правительством утверждена. Вы этим тоже занимаетесь, и, когда я посещал Ваше предприятие, целый ряд технологических решений мне был представлен. Каковы успехи? Что нового?

А.Трачук: Очень точно замечено, что сегодня с точки зрения цифровой экономики задачи, которые нам приходится решать, являются, пожалуй, самыми приоритетными. В этой части я хотел бы обратить внимание на два важных момента. Мы концентрируемся на двух основных направлениях.

Одно из направлений – это системы и центры обработки данных. В Гознаке реализуется инвестиционный проект, который включает в себя центр обработки данных, две очереди которого уже функционируют.

Д.Медведев: Что это даёт Гознаку? ЦОД – это, конечно, очень важный аккумулятор деятельности, но какие дополнительные возможности возникают?

А.Трачук: Это принципиальная возможность оказания комплекса услуг с точки зрения современного идентификационного документа. Современный идентификационный документ – это не просто сама по себе существующая сущность, бланк. Это система, которая связана с соответствующей базой данных, позволяющая использование удалённой идентификации. Например, если говорить о современном паспорте, то уже сегодня документы, которые выдаются МВД, – заграничные паспорта – содержат микросхему.

Начиная с 2015 года проводится достаточно большая работа по разработке такого рода документов, которые могли бы использоваться как внутренний паспорт, как удостоверение личности гражданина. Аналогичные наработки есть по водительскому удостоверению, также содержащему микросхему.

Д.Медведев: Что это даст водителю? Если у него будет такое удостоверение?

А.Трачук: Прежде всего этот документ будет содержать электронную подпись. То есть этот документ может быть использован в любых юридически значимых взаимодействиях – как с органами внутренних дел, так и с другими органами. Второй важный момент: при наличии там биометрических параметров этот документ может быть использован для удалённой идентификации и фактически позволяет человеку подтверждать свою личность при оказании, например, финансовых услуг.

Д.Медведев: То есть его можно будет, по сути, везде использовать, где применяется возможность идентификации по такого рода документам со всеми электронными возможностями, которые в них зашиты. А с другой стороны, для государства это возможность видеть всю картинку того, что происходит – не только по линии дорожно-транспортной обстановки, но и в целом. Так?

А.Трачук: Абсолютно точно. Это как раз эффективное использование и государственных информационных ресурсов, и самого документа, и системы выдачи документа, и, соответственно, в том числе федеральных бюджетных средств.

Д.Медведев: Чем ещё занимаетесь сейчас?

А.Трачук: В 2018 году Гознаку 200 лет. Гознак 200-летие встречает в качестве акционерного общества. Один раз за это время меняли название и четыре раза – организационно-правовую форму. Очень рассчитываем, что последнее изменение организационно-правовой формы позволит нам быть более гибкими, эффективными, перейти от органического роста к реальным коммерческим результатам.

Д.Медведев: Это важно для развития самой компании. Я обратил внимание – в презентации говорится о системе прослеживаемости товаров. Недавно в Казахстане было заседание межправительственного совета государств Евразийского союза, и мы как раз одним из вопросов рассматривали прослеживаемость товаров. Это очень важно для того, чтобы понимать, какие товары идут через территорию России, какие производятся, какие направляются транзитом, где они оседают. Это вопросы конкуренции и защиты нашего национального рынка. Поэтому, если этому тоже уделить внимание, это будет иметь большое значение для нашей экономики и, стало быть, для людей.

А.Трачук: Безусловно. Мы очень активно сейчас участвуем в реализации этих проектов. Вы, наверняка, знаете о результатах, которые были достигнуты, например, при маркировке меховых изделий.

Д.Медведев: Да. Но это была тестовая тема, на которую согласились все государства, – маркировать сначала меховые изделия, потому что их не так много и это довольно дорогостоящие изделия. Но в принципе систему прослеживаемости (у нас есть такая договорённость с коллегами по Евразийскому союзу) нам нужно будет распространить практически на все значимые товары. И надеюсь, Гознак в этом будет помогать.

А.Трачук: Техническая готовность для этого имеется.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > premier.gov.ru, 16 августа 2017 > № 2276412 Аркадий Трачук


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 15 августа 2017 > № 2314684 Пол Донован

Управляемая рецессия: станут ли мировые финансовые проблемы менее острыми?

Пол Донован

управляющий директор, главный глобальный экономист UBS

Будущие рецессии в экономике могут быть менее глубокими за счет повышения эффективности управления запасами

Рецессии, как правило, бывают вызваны политическими ошибками или схлопывающимися пузырями. Ущерб, который причиняет Центральный банк, совершая ошибку, бывает вполне очевиден. Если позволять пузырям надуваться, вероятнее всего, в экономике будет происходить бурный рост, за которым будет следовать резкий спад. Такие ситуации будут возникать и в будущем. Трудно ожидать, что глобальная рецессия произойдет в следующем году, но в какой-то момент спад обязательно начнется.

То, насколько существенна рецессия и насколько активно происходит восстановление, в определенной степени зависит от управления запасами. Компании держат запасы на складах, в подсобных помещениях мелких магазинов, на полках, чтобы удовлетворять спрос клиентов. При падении спроса компании уменьшают свои запасы. Когда компании уменьшают объемы своих заказов поставщикам, чтобы израсходовать свои нераспроданные запасы, их поставщики реагируют сокращением своих запасов. Так уменьшение спроса движется вверх по цепочке поставок. Когда начинается восстановление, происходит обратное. Магазины начинают размещать заказы у своих поставщиков в объемах, немного превышающие необходимые для пополнения распроданных запасов, в надежде на повышение спроса в будущем.

В период глобального финансового кризиса около 70% снижения реального ВВП США было вызвано сокращением объемов запасов компаниями. Запасы увеличивают волатильность экономических циклов — из-за запасов экономический рост достигает более высоких уровней, а экономические спады — более низких уровней. Также важно отметить, что большая часть запасов находится у малых предприятий. Крупные, зарегистрированные на фондовом рынке компании держат у себя, возможно, 30% запасов экономики.

Есть три причины, по которым контроль за уровнем запасов может быть подвергнут меньшей волатильности в будущем.

Первая из них заключается в том, что для некоторых продуктов запасов более не существует. Десять лет назад музыка в основном приобреталась в реальном мире на компакт-дисках. Магазины хранили запасы нераспроданных компакт-дисков на случай возникновения спроса в будущем. Сейчас в основном музыка виртуальна — ее загружают или воспроизводят в потоковом режиме. Продавцам музыки не требуется хранить совсем никаких запасов. Из музыкальной индустрии почти полностью ушли неопределенности, связанные с циклом управления запасами.

Вторая причина состоит в том, что объемы дешевых кредитов, которые использовались для финансирования запасов малых предприятий, значительно уменьшились в период глобального финансового кризиса. Малые предприятия пользовались периодом отсрочки платежа, который им предоставляли их поставщики для оплаты приобретенных товаров. Такая поставка называется поставкой в кредит (invoice credit). Малые предприятия могут совершить закупку сейчас, а оплату произвести позже. В результате хранение запасов не стоило им практически ничего. Как только поставщики начали требовать предоплату, стоимость хранения запасов возросла. У малых предприятий появился серьезный стимул повысить эффективность.

Третья причина состоит в том, что в последние годы технологии внесли изменения в то, как компании осуществляют контроль. Управление запасами обходится дешевле благодаря штрих-кодам и онлайновым системам заказов. Программное обеспечение позволяет малым предприятиям с большей точностью прогнозировать характер спроса. Все это позволяет малым предприятиям управлять своими запасами так же эффективно, как это делают крупные предприятия. Технологии также позволяют осуществлять производство на местах; товары производятся гораздо ближе к потребителям. Хорошим примером является компьютеризированная пекарня, управляемая роботами, выпекающая хлеб в местном деревенском магазине. Приближение места производства к покупателю является практически производством «по требованию», а для производства «по требованию» требуются лишь небольшие запасы.

Если запасы будут подвержены меньшей волатильности, рецессии по-прежнему будут происходить. Рецессии вызывают не запасы. Но рецессии, скорее всего, станут менее глубокими. Аналогичным образом восстановление экономического роста, скорее всего, будет менее бурным. С повышением эффективности управления запасами рецессии будущего могут оказаться менее масштабными, чем рецессии прошлого.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 15 августа 2017 > № 2314684 Пол Донован


Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > bankir.ru, 14 августа 2017 > № 2290613 Геннадий Марголит

Геннадий Марголит, Московская биржа: Публичное размещение – это возможность активного развития

Геннадий Марголит, исполнительный директор Московской биржи

Беседовала: Елена Гостева, редактор Банкир.Ру

О том, по каким правилам будет работать на Московской бирже рынок компаний малого и среднего бизнеса – «Сектор роста» - и на какие льготы предприятия МСБ могут рассчитывать, размещая свои бумаги на рынке, порталу Bankir.Ru рассказал исполнительный директор Московской биржи Геннадий Марголит.

— Почему для старта нового сектора биржи выбраны именно компании малого и среднего бизнеса?

— Если взглянуть на любую из развитых стран, то мы увидим, что наличие малого и среднего бизнеса - это необходимая основа успешной экономики. Для развития любому бизнесу нужны деньги, а традиционный способ их привлечения - банковский кредит - для такого бизнеса зачастую или непомерно дорог, или просто не доступен в силу отсутствия качественного залога. Именно для них мы решили создать возможность облегченного доступа на рынок – «Сектор роста».

Для инвесторов это также интересная история. Они всегда находятся в поиске новых идей и инструментов для диверсификации своих портфелей. Да, риск таких инвестиций достаточно высок, но срок окупаемости и темпы развития таких компаний могут быть значительно выше, чем у компаний со сложившейся публичной историей. Как результат, доходность может быть также более значительной.

Более того, сегодня развитие малого и среднего бизнеса - один из приоритетов государственной политики. Есть возможность не только помочь властям в большом и нужном деле, но и опереться на их поддержку. Для бирж традиционной практикой является стимулирование небольших, но перспективных компаний к выходу на публичный рынок. Из таких компаний потенциально могут вырасти «голубые фишки». Для биржи тоже важны расширение круга торгуемых активов и диверсификация клиентской базы.

— Появления каких компании вы ожидаете в новом секторе? Какие инструменты привлечения средств будут задействованы?

— Прежде всего, это будут компании из секторов, которые в настоящее время интересны инвесторам и работают на потребности человека. Это пищевая и легкая промышленность, медицина. Есть и представители классической промышленности – например, в сфере транспорта, часть - на стыке с технологическим сектором, та же фармацевтика.

На новом рынке мы в первую очередь ожидаем размещения облигаций. Появление акции в «Секторе роста» также возможно, прежде всего среди тех компаний, которые ближе по своим размерам к верхнему лимиту сектора - 10 млрд рублей по выручке в год - и у которых есть якорные инвесторы и поддержка государства.

Стандартной стратегией является комбинация инструментов. Например, сначала компания размещает облигации, получает опыт публичности и репутацию на рынке, а затем готовит IPO. С другой стороны, публичной компании проще и дешевле размещать облигации, в том числе с использованием торгуемых акций в качестве ликвидного залога.

Объектом инвестирования может выступить любая российская компания. Для включения ценных бумаг компании в «Сектор роста» необходимо выполнение всего двух основных условий: срок существования предприятия должен быть не менее одного года и выручка, не превышающая за последний год 10 млрд рублей. Дополнительным плюсом является поддержка от наших партнеров – институтов развития.

— Давайте поговорим про поддержку компаниям, которые выходят для размещения в этот сектор. Кто должен – или кто может - ее оказывать?

— В «Секторе роста» мы опираемся на поддержку Фонда развития промышленности (ФРП), Российского фонда прямых инвестиций (РФПИ), корпорацию МСП и Российский экспортный центр (РЭЦ). Это и есть наши партнеры, представители которых вошли в рабочую группу при бирже по развитию нового сектора наряду с представителями профильных ведомств – Банка России, Минэкономразвития, Минпромторга.

Например, с ФРП у нас уже есть работающий продукт – кредиты под залог торгуемых бумаг. Сейчас обсуждаем с партнерами различные инструменты поддержки для эмитентов: субсидирование процентных ставок по выпускаемым облигациям, выдачу поручительств и (или) гарантий по облигациям, стимулирование независимой аналитики по новым отраслям и сегментам, недостаточно представленным на публичном рынке и другие варианты информирования инвесторов.

Также обсуждаем тему якорных инвестиций для новых эмитентов, чьи бумаги будут размещаться в новом секторе.

— Что такое якорный инвестор? Это компания, которая должна при размещении бумаг выкупить определенный лот? Как якорный инвестор может выкупить бумаги? В момент размещения? Или он обязан заявить о своем интересе к компании заранее, на этапе пре-IPO?

— Якорные инвесторы – высокопрофессиональные институциональные инвесторы, обладающие высоким уровнем экспертизы и доверия со стороны инвестсообщества. Их наличие особенно важно на этапе создания рынка, и является ключевым элементом успеха сделок и снижения рисков частных инвесторов. Они выкупают определенный пакет, и сделать это могут как до размещения, так называемое пре-IPO финансирование, так и в процессе самого размещения.

— Якорный инвестор обязан какое-то время держать бумагу в своем портфеле и не продавать ее?

— Законодательно у нас нет Lock up периода, но, как правило, фонды, тем более с государственным участием, держат какое-то время бумагу в своем портфеле, чтобы не обрушивать рынок.— Для бумаг, размещаемых в секторе РИИ – рынок инвестиций и новаций, есть целый спектр разнообразной поддержки, кроме маркетинга. Это и налоговые льготы, и доступ к деньгам пенсионных фондов, пре-IPO финансирование. Будет ли что-то похожее создано для компаний, размещаемых в секторе малого и среднего бизнеса?

— Да, это одна из основных идей данного проекта. Кроме инструментов поддержки от биржи и наших партнеров, мы предполагаем получить набор льгот и преференций, который есть на РИИ. В частности, налоговые льготы, доступ пенсионных фондов и прочее. Я считаю, что мы находимся накануне качественного сдвига в области размещений ценных бумаг инновационных компаний, прежде всего ИТ-сектора. Сейчас готовятся первые пилотные сделки. В случае успеха число компаний может вырасти до 8-10 на горизонте двух лет.

Логично распространить этот опыт для развития новой площадки.

— Когда можно будет говорить о начале размещения бумаг в секторе роста? Это будет осеннее окно возможностей?

— Думаю, что до конца этого года будет несколько сделок. Мы ожидаем, прежде всего, размещения облигаций, но есть и кандидаты на IPO. У нас нет никакого плана по количеству, здесь важно, чтобы было качество, истории успеха.

— Какие инвестиционные дома работают со средними компаниями?

— Здесь нет определенного списка. На российском рынке есть достаточно большой пул профессиональных брокеров и инвестбанков, активно работающих на рынке размещения облигаций и акций.

— Какие мотивы у компаний по выходу на публичный рынок? Ведь это дорогое удовольствие.

— Публичное размещение - потенциально это более дешевый способ привлечь средства, чем все остальные. Банки неохотно кредитуют небольшие компании при отсутствии ликвидного залога. А публичный рынок открывает новые возможности, включая снижение стоимости последующих кредитов для прозрачной и публично торгуемой компании, проведение новых эмиссий на более привлекательных условиях. Важный мотив – возможность экспансии и активного развития, в том числе, путем покупки других компаний, что зачастую становится ключом к быстрому росту.

Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > bankir.ru, 14 августа 2017 > № 2290613 Геннадий Марголит


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > forbes.ru, 11 августа 2017 > № 2272853 Кирилл Царев

Старые фонды: имущество компаний в России изношено на 50%

Кирилл Царев

президент ОЛА

Рынок лизинга в России составил 3 трлн рублей

За четверть века рынок лизинга заметно вырос в объемах, и в подходах, и в методах работы. Если раньше о лизинге говорили как о нетрадиционном способе получения финансирования для компаний, которые не проходили по банковским требованиям, то сейчас его роль заметно выросла. Сегодня лизинг является важнейшим инструментом, по значимости не уступающим стандартному кредитованию, а то и обгоняющим его, когда речь идет о модернизации и развитии несырьевых секторов экономики. Лизинг сегодня – это не только возможность для обновления основных средств, но и один из наиболее действенных механизмов стимулирования сбыта.

За время своего развития отрасль сделала огромный рывок, и сегодня российский лизинговый рынок находится на 11 месте среди страновых рынков в мире и по масштабу сопоставим с рынками Австрии, Швейцарии, Испании, Дании, Бельгии и многих других западноевропейских стран. По подсчетам Объединённой лизинговой ассоциации, за 14 лет объем нового лизингового бизнеса вырос в 17 раз, а портфель компаний – в 40.

Рынок лизинга в первом полугодии 2017 года вырос самыми большими для финансового сектора темпами. Объем лизингового портфеля в первом полугодии увеличился на 14% и достиг 3,22 трлн рублей. Согласно данным исследования «Эксперт РА», объем нового бизнеса (стоимости имущества) за первые шесть месяцев 2017 года составил около 425 млрд рублей (прирост по отношению к первому полугодию 2016 года около 55%). В прошлом году рынок достиг 742 млрд рублей по стоимости переданных в лизинг основных средств, что составляет около 0,9% ВВП России. Для сравнения: объем совокупного кредитного портфеля банков по итогам 2016 года сократился на 6,9%.

Лизинговая отрасль в России переживала разные времена, но сегодня именно лизинг стал мощным стимулом обновления основных фондов – и для крупного промышленного бизнеса, и для системообразующих отраслей экономики (например, аграрный сектор, строительство, транспорт), и для представителей малого и среднего бизнеса (МСБ). Именно лизинг является гарантом применения средств поддержки, поскольку через лизинговые компании субсидии доходят до реальных потребителей и используются целевым образом. Некоторые индустрии, вообще, просто не могут развиваться без лизинга — авиационная, железнодорожная отрасли, добыча полезных ископаемых и другие сырьевые отрасли.

Например, лизинг является фактически единственным вариантом финансирования на приобретение авиационной техники, железнодорожного транспорта, активно применяется для приобретения добывающего оборудования в связи с высокой стоимостью и большими расходами на владение (если покупать в собственность или кредит). В 2016 году на авиационный лизинг пришлось более 21%, на ж/д сегмент – 13% (подсчеты «Эксперт РА»). На добычу полезных ископаемых и сельское хозяйство пока приходится 2% и 3% соответственно, однако эти сегменты показали очень активную динамику.

В строительстве доля лизинговых сделок в продажах техники в 2016 году составила около 50% против 30% в 2015 году. Активно развивается и агролизинг – по оценкам «Эксперт РА», в прошлом году доля сельхозтехники в общей структуре рынка лизинга выросла с 1,5% до 3,0%. При этом в сельском хозяйстве высока концентрация компаний из сегмента МСБ.

Активно развивается и агролизинг – по оценкам «Эксперт РА», в прошлом году доля сельхозтехники в общей структуре рынка лизинга выросла с 1,5% до 3%. При этом в сельском хозяйстве высока концентрация компаний из сегмента МСБ.

Малый и средний бизнес занимает свыше 50% рынка по объему стоимости имущества в новых договорах, увеличение этого показателя является одной из важнейших тенденций отрасли. МСБ с помощью программ лизинга запускает производственные мощности, активно покупают и внедряют технологичное оборудование, обновляет транспортные парки. Этому способствует стимулирующая политика государства – в частности, программа льготного лизинга Минпромторга. Программа предполагает субсидию части авансового платежа по договорам лизинга. Скидка компании-лизингодателя приблизительно равна 10% стоимости автомобиля, причем купить можно до 20 транспортных средств. В общей сложности в рамках этой программы все лизинговые компании заключили свыше 50 000 договоров лизинга, в 2016 году – 30 000 на общую сумму более 50 млрд рублей. На 2017 год программа продлена, ожидается, она позволит увеличить число проданных транспортных средств более чем на 40 000 единиц, есть все основания полагать, что автолизинг продолжит оставаться одним из драйверов для лизингового рынка в целом.

На нашем рынке активно развиваются не только крупнейшие лизинговые компании, входящие в финансовые группы, но и небольшие региональные лизингодатели. Именно они, в основном, работают с малым бизнесом в регионах. Стоит отметить, что небольшие лизинговые компании вносят ощутимый вклад в обновлении технологической инфраструктуры. Согласно исследованию, проведенному НРА среди небольших лизингодателей, в их портфелях лизинг на технологическое оборудование приходится порядка 30-40%.

Следующей стадией за финансовым лизингом и новым драйвером лизинговой отрасли становится операционный лизинг. По мере развития операционного лизинга мы видим новую адаптацию предложений под потребности клиентов. В ближайшие 5-10 лет нас ожидает развитие, как в сегменте операционного лизинга, так и его специализации.

Лизинг, по сути, — это долгосрочные инвестиции в обновление основных средств, таким образом, без дальнейшего развития лизинга может быть заметный провал в инвестициях. Проседание объемов лизинга приводит напрямую к проседанию объема инвестиций в основной капитал. Сегодня же лизинг в целом растет темпами быстрее экономики: доля лизинга в ВВП в 2016 году выросла до 1,2% с 0,9% в 2015 году. У бизнеса есть спрос на обновление основных фондов, есть желание инвестировать в модернизацию, следующим этапом после чего становится обновление и рост экономики страны в целом. По оценкам НРА, объем инвестиций в основной капитал в 2016 году вырос на 1,5% (до 14 трлн рублей), а доля лизинга в инвестициях увеличилась с 6% в 2015 году до 8%. По подсчетам Минэкономразвития, в 2017 году ожидается положительная динамика инвестиций в основной капитал — прирост на 3,5%. Ориентировочно такие параметры достижимы при приросте лизинга в текущем году порядка на 10%.

Сейчас в лизинговой отрасли происходят реформы и решается будущее рынка. То, по какому пути он пойдет дальше, важно не только для лизинга и финансового рынка, но и экономики в целом, так как лизинговый рынок является органическим стимулом ее оздоровления и модернизации, с учетом того, что изношенность основных фондов в России составляет почти 50% (данные Росстата). Эти цифры доказывают, что другие формы финансирования не смогут восполнить спрос на переоснащение промышленности, сельского хозяйства и развитие малого бизнеса.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > forbes.ru, 11 августа 2017 > № 2272853 Кирилл Царев


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 11 августа 2017 > № 2272793 Ангелина Кречетова

Миллиард на биткоины: биржа Coinbase стала первым криптовалютным стартапом-«единорогом»

Ангелина Кречетова

Редактор Forbes.ru

Криптовалютовую биржу Coinbase в очередном раунде инвестиций оценили выше $1,5 млрд. В 2016 году пользователи этой платформы провели операций с криптовалютами более чем на $25 млрд

Криптовалютовая биржа Coinbase в очередном раунде инвестиций привлекла $100 млн, свидетельствуют данные crunchbase. В ходе раунда финансирования инвесторы оценили стартап выше $1,5 млрд, таким образом, сделав его «единорогом» (так называют компании с капитализацией более $1 млрд), отмечает Forbes.

В результате компания стала первым криптовалютным стартапом с такой высокой оценкой. В компанию решили вложиться несколько венчурных фондов, среди них Institutional Venture Partners, который до этого инвестировал в Twitter, Netflix и Snap. В раунде компания выступила лидирующим инвестором.

«Нам посчастливилось работать с IVP, одной из ведущих фирм в США в области венчурных инвестиций на поздних стадиях развития компаний. Созданная в 1980 году, IVP вложила более чем в 300 компаний, акции 106 из которых торгуются на биржах. Заслуживающие упоминания инвестиции IVP включают Dropbox, Netflix, Twitter, Slack и Snap», — подчеркнули в Coinbase.

В раунде приняли участие также Battery Ventures, Draper Associates, Greylock Partners, Section 32 и Spark Capital. С учетом этих $100 млн Coinbase за время своего существования получила $217 млн, среди ее более ранних инвесторов — Нью-Йоркская фондовая биржа.

Coinbase, основанная в 2012 году, является одной из крупнейших криптовалютных бирж. Bloomberg напоминает, что в 2016 году в ходе «беспрецедентного роста» биржи пользователи платформы провели операций с криптовалютами более чем на $25 млрд.

Агентство отмечает, что в ходе недавнего хардфорка, то есть запуска нового протокола работы биткоина Segwit2x, фактически разделившего криптовалюту на две версии — «обычный» биткоин и Bitcoin cash, биржа Coinbase отказалась поддерживать и новый блокчейн, и связанную с ним валюту, поскольку они несовместимы с оригинальной версией биткоина. «В преддверии разделения 1 августа мы говорим, что будем поддерживать лишь одну версию. У нас нет планов работать с форком биткоина», — подчеркивали в Coinbase.

CEO Coinbase Брайан Армстронг позже пояснил в своем Twitter, что его компания не является противником добавления новых активов на платформу, однако каждое такое решение должно быть тщательно взвешено и принято с учетом целого ряда факторов, включая вопросы безопасности.

В то же время руководитель биржи заметил, что не исключает добавления новых активов на биржу в будущем, но для этого требуется время и уверенность, что новый актив является безопасным. «Мы планируем добавление новых активов в будущем. Это будут активы, которыми наши клиенты хотят торговать, и которые будут находиться в законном поле», — уточнил он. Сейчас на платформе, помимо биткоина, доступны другие криптовалюты — Ethereum и Litecoin.

4 августа Coinbase сообщила, что все же добавит поддержу токена Bitcoin cash и позволит пользователям получить причитающиеся им монеты. Forklog отмечал, что такое решение компания, вероятно, приняла, чтобы избежать возможного коллективного иска клиентов. В Coinbase уточняли, что как биткоин, так и Bitcoin Cash надежно хранятся на Coinbase. Кроме того, пользователи, на счету которых на момент хардфорка были биткоины, получат эквивалентное число монет Bitcoin cash. Решение о возможности добавления Bitcoin Cash для трейдинга компания намерена принять на более позднем этапе.

2 августа стоимость Bitcoin cash за сутки после его появления выросла более чем на 100%, свидетельствовали данные Coinmarketcap. «Отколовшаяся» от биткоина валюта торговалась на уровне $592 (плюс 113%). Ее капитализация в ходе торгов превысила $10 млрд. Сегодня она торгуется на уровне $303 при капитализации в $5 млрд. «Оригинальный» биткоин – на уровне $3455 при капитализации в $57 млрд.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 11 августа 2017 > № 2272793 Ангелина Кречетова


Россия > Приватизация, инвестиции. Финансы, банки > forbes.ru, 11 августа 2017 > № 2272786 Владимир Черников

Некорректные продажи: почему рынок инвестиционного страхования жизни может застопориться

Владимир Черников

генеральный директор СК «Ингосстрах-Жизнь»

В ближайшее время первые покупатели ИСЖ увидят реальную доходность по своим программам и она может разойтись с их ожиданиями

Серьезной преградой для развития инвестиционного страхования жизни (ИСЖ) в России может стать мисселинг. Мисселинг – это действия продавца, вследствие которых производится некорректная продажа продукта или услуги. Чаще всего под мисселингом подразумевается задействование нецелевой аудитории, использование неверной аргументации или мотивации, утаивание рисков. Проданный таким образом продукт совершенно логично не будет соответствовать ожиданиям клиента.

В ближайшее время первые покупатели ИСЖ увидят реальную доходность по своим программам и она может разойтись с их ожиданиями, оказавшись ниже обещанной при заключении договора. Это самый распространенный вариант неправильных ожиданий, связанных с ИСЖ.

Мисселинг может заморозить рынок инвестиционного страхования жизни. По словам зампреда ЦБ Сергея Швецова, инвестпрограммы нередко предлагаются как депозиты, защищенные системой страхования вкладов. Регулятор выразил сомнения касательно квалификации сотрудников, продающих ИСЖ. В этой связи ЦБ готов ввести для продавцов ИСЖ обязательные требования, регулирующие информирование розничных клиентов об отличиях ИСЖ от банковских вкладов и предоставление максимально полной информации о возможных рисках.

Разработка и внедрение этих требований для продавцов инвестиционных продуктов положительно скажутся на сегменте ИСЖ – добросовестные участники рынка заинтересованы в высоком качестве продаж целевому покупателю. ВСС уже выпустил свой стандарт по раскрытию информации и страховые компании приветствуют вывод этого нововведения на законодательный уровень.

Наряду с широким и подробным информированием клиентов, для борьбы с мисселингом можно применять инструменты контроля качества: запись процесса продажи и использование «тайных покупателей». Как показывает наш опыт, подобные проверки дают возможность подробно анализировать действия продавцов, оценивая компетентность менеджеров и степень достоверности информации, предоставляемой покупателю.

На мой взгляд, в дополнение к договору ИСЖ целесообразно выдавать схематичные памятки с условиями продукта и делать пост-обзвон первичных клиентов-покупателей ИСЖ. Эти меры помогут продавцу убедиться в точности попадания в целевую аудиторию и выяснить ряд моментов: верно ли держатель полиса расценивает риски, понимает ли долгосрочный характер программы, ее отличия от банковского вклада, а также санкции за досрочное расторжение программы. Существующим законодательством для покупателей страховых полисов предусмотрен «период охлаждения» – возможность отказа от покупки в течение 5 дней. При выявлении неверного понимания условий программы следует предлагать клиентам воспользоваться этой возможностью.

Доходность по полису ИСЖ – это разница стоимости активов на момент начала действия и окончания действия договора. Финансовый результат программ ИСЖ индивидуален и зависит, в том числе, от даты открытия и закрытия выбранной стратегии инвестирования. Обратившись к европейскому опыту, мы выяснили, что в европейском варианте ИСЖ – страховании unit-linked, опция возврата средств, вложенных в программу, полностью отсутствует. Российский вариант ИСЖ является более лояльным к ожиданиям клиентов, так как в рамках полисов есть номинал (гарантированная сумма к возврату) однако это одновременно снижает потенциальную доходность продукта.

В перспективе итоговые доходности ИСЖ могут оказаться привлекательнее вкладов, а инициативы регулятора по повышению прозрачности данного вида страхования положительно скажутся на дальнейшей динамике сегмента.

Стоит отметить еще несколько факторов дальнейшего развития ИСЖ в России. По приблизительным оценкам, сегодня полисы долгосрочного страхования жизни есть только у 4% россиян, то есть уровень проникновения ИСЖ остается невысоким и потенциал по охвату клиентов достаточно велик. Культура финансового планирования постепенно развивается, люди стремятся создавать сбережения и интересуются различными финансовыми инструментами. На рынке наблюдается снижение входного чека с 1 миллиона до нескольких сотен и даже десятков тысяч рублей. Кроме роста доступности программ ИСЖ, развивается сам продукт: расширяется продуктовая линейка, разрабатываются новые инвестиционные стратегии, а также дистанционные возможности для клиентов — как при приобретении программы так и при пост-продажном обслуживании .

В прошлом году к Федеральному закону от 23.07.2013 №234-ФЗ «Об организации страхового дела в Российской Федерации» были приняты поправки, предусматривающие возможность оформления договоров страхования жизни в электронном виде. В личном страховании перспективы диджитал фантастические – не только интернет-продажи и «онлайн-экосистемы», но и дистанционный мониторинг, использование телемедицины, нейросетей. Я назвал бы диджитализацию отрасли еще одним «лекарством» от мисселинга, поскольку от нее ожидается положительное влияние на корректность восприятия программ инвестиционного страхования. В онлайн-каналах можно будет оперативно получать консультации по финансовым вопросам, контролировать в режиме реального времени доходность своих программ и управлять ими, что позволит минимизировать разрыв между ожиданиями и реальной доходностью.

По данным опроса страховщиков, проведенного КПМГ, прирост рынка страхования жизни в 2017 году составит 28%. Половина респондентов полагает, что высокие темпы роста (около 30%), сохранятся еще 2–3 года. Я уверен, что комплекс мер для борьбы с мисселингом поможет в разы повысить точность данного прогноза.

Россия > Приватизация, инвестиции. Финансы, банки > forbes.ru, 11 августа 2017 > № 2272786 Владимир Черников


Казахстан. ЕАЭС > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > kursiv.kz, 11 августа 2017 > № 2272189 Михаил Демиденко

«3 года в ЕАЭС: результаты и перспективы для Казахстана»

Демиденко Михаил, замдиректора Центра интеграционных исследований Евразийского банка развития

Создание ЕАЭС — серьезное достижение его участников после нескольких «интеграционных фальстартов» 1990–2000-х годов. В перспективе этим участникам предстоит преодолеть еще множество препятствий. Однако уже сейчас можно говорить о том, что Союз вполне состоялся. У Евразийского экономического союза есть значительные успехи, но есть и ограничения для дальнейшего развития.

Казахстан — крупнейшая экономика в Центральной Азии и вторая по величине после России экономика постсоветского пространства. 20 лет назад сложно было представить, что ВВП Казахстана когда-нибудь станет больше украинского.

Казахстан экспортирует сырье, произведенное добывающей, топливной, металлургической и химической промышленностью. Как и в России, в структуре казахстанского экспорта преобладает нефть и нефтепродукты — 35 %. Цветные и черные металлы занимают еще около 30 %. Схожесть структуры казахстанской и российской экономик уменьшает вероятность асимметричных внешних шоков в этих двух странах и тем самым повышает стабильность интеграционных процессов.

Для интеграции важны сравнительные темпы роста государств-участников по отношению друг к другу, то есть экономическая конвергенция (этот показатель в принципе имеет центральное значение для экономической интеграции). На рис. 2.4 представлены данные по относительному подушевому ВВП четырех государств — участников ЕАЭС в процентах от подушевого ВВП России. Три страны из четырех уверенно сближаются с Россией, уменьшая разрыв в уровне развития примерно на 0.7–1.4 % в год. Единственная страна, в которой такая динамика отсутствует, — Кыргызстан. Казахстан, достаточно успешно догонял Россию и в 2015 году, даже сравнялся по уровню дохода.

Главным торговым партнером Казахстана является Россия, но в 2000-е годы резко возросла роль КНР. Данные статистики демонстрируют растущий уровень влияния Китая на казахстанскую экономику (доля КНР во внешнеторговом обороте за 2016 год составляет примерно 16 %). Инвестиционная политика КНР (инвестиции в нефтедобычу, нефте- и газопроводы) способствует росту торговли.

Мировой финансовый кризис сильно замедлил рост казахстанской экономики. Со среднего показателя в 10 % в годовом исчислении до кризиса рост ВВП снизился примерно до 7,5 % в 2010 и 2011 годах и далее приблизительно до 4,5 % в 2014-м. Однако в Казахстане не было ни одного года, когда экономика сокращалась бы. Это большое достижение. Удалось это, на наш взгляд, за счет сочетания нескольких факторов: относительно низкой социальной нагрузки на бюджет, фискального стимулирования, эффективной госполитики и низкого государственного долга. Драйвером роста были гос. инвестиции и привлечение иностранных инвестиций. Вклад инвестиций в экономический рост в 2014-2016 гг. составлял в среднем около 2 п.п. Такой уровень инвестиций стал возможным в основном за счет активного привлечения иностранных инвесторов и принятия дополнительных бюджетных расходов в рамках стратегических программ развития.

Состояние государственных финансов является устойчивым. Масштабный экспорт сырья до кризиса позволил уменьшить и без того небольшой государственный долг до уровня ниже 6 % ВВП (по данным МВФ за 2007 год). После кризиса контрциклическая фискальная политика привела к возникновению бюджетного дефицита, и долг вновь вырос, однако остается очень низким по международным стандартам (13 % ВВП).

Рост казахстанской экономики заметно замедлился в последнее время из-за снижающихся цен на нефть и слабого зарубежного спроса. Власти, стремясь не допустить падения конкурентоспособности страны, ослабили тенге почти вдвое и перешли к политике плавающего курса в 2015 году.

Инфляция в Казахстане исторически колебалась между 5 и 10 %, за исключением 2008 года, когда она временно подскочила почти до 20 % в связи с высокими мировыми ценами на продукты питания. К началу 2016 года инфляция вновь ускорилась до двухзначных показателей (около 17 %), что в значительной степени явилось следствием девальвации тенге в 2015 году. К концу 2016 года инфляция снова вошла в пределы однозначных чисел, что говорит о правильности выбранной стратегии монетарной политики.

Инвестиции

Общие рынки ЕАЭС позволяют компаниям-инвесторам пользоваться рядом преимуществ в ведении бизнеса, а также более активно строить трансграничные цепочки создания добавленной стоимости. Общее историческое и экономическое прошлое, территориальная и языковая близость определяют высокую информированность корпоративного сектора о специфике ведения бизнеса в государствах — членах ЕАЭС. Сегодня у стран ЕАЭС уже имеются положительные результаты в инвестиционной деятельности. Но есть и ограничения, которые оказывают или могут оказать влияние на динамику бизнес-активности на территории стран ЕАЭС.

Успех экономической интеграции может выражаться не только в росте взаимных инвестиций, но и в «амортизации» негативных тенденций. В этом плане одним из достижений ЕАЭС можно назвать то, что на фоне замедления роста мировой экономики государства-члены удерживают относительно стабильный уровень инвестиционного взаимодействия.

Казахстан — второй по масштабам экспорта капитала в ЕАЭС. Накопленные прямые инвестиции Казахстана в регионе составили к концу 2016 года $3.6 млрд. Как и российские инвесторы, казахстанские компании показали восстановительный рост ПИИ в страны ЕАЭС в течение 2016 года. Основной объем прямых инвестиций Казахстана в рамках ЕАЭС сосредоточен в России и Кыргызстане.

Отраслевая структура накопленных казахстанских ПИИ в странах ЕАЭС заметно отличается от структуры российских ПИИ. Первое место по привлечению казахстанских инвестиций занимает агропродовольственный комплекс (20.8 %). На втором месте – туристический комплекс (19.7 %), на третьем — (19.1 %). Выделяются также топливный комплекс, цветная металлургия, финансовый сектор и строительство.

Китай — второй по важности внешнеэкономический партнер ЕАЭС. Партнерство с ним носит стратегический долгосрочный характер. Львиная доля китайских ПИИ в странах ЕАЭС традиционно сосредоточена в Казахстане. По итогам 2015 года объем накопленных ПИИ Китая в Казахстане составил $21 млрд (82 % от всех накопленных китайских ПИИ в ЕАЭС). Для китайских компаний, инвестирующих в экономику Казахстана, наиболее привлекательными являются топливный комплекс (добыча нефти и газа), а также транспортировка углеводородов по магистральным трубопроводам. В совокупности данные отрасли привлекли около 98 % китайских инвестиций.

Яркий и во многом неожиданный факт: российская экономика уступает Казахстану по объемам накопленных китайских ПИИ в шесть раз. Китайские инвесторы пока не так активно входят на российский рынок. По данным ЦИИ ЕАБР, объем накопленных китайских ПИИ в России составил по итогам 2016 года всего $3.4 млрд.

Осенью 2013 года в ходе визита в Казахстан председатель КНР Си Цзиньпин предложил концепцию создания «Экономического пояса Нового Шелкового пути», которая предусматривала глубокую интеграцию рынков, развитие региональной кооперации и транспортной инфраструктуры, свободное передвижение капитала и рабочей силы. Инициатива Экономического пояса Шелкового пути (ЭПШП) — это стратегия по международному сотрудничеству и экономическому развитию КНР. С практической точки зрения концепция содержит три основных инструмента: политическое сотрудничество, торговля и инвестиции. Основная цель расширения сотрудничества для Китая — обеспечение энергетической безопасности, диверсификация источников энергоресурсов и поиск рынков сбыта для своих многочисленных товаров. Еще

Активизация проектов трансграничной транспортно-логистической инфраструктуры — безусловный приоритет и ключ к раскрытию практического потенциала сотрудничества. Основной вопрос здесь — удастся ли привлечь часть международного транзита с морских маршрутов на сухопутные. С точки зрения стратегических интересов России и Казахстана есть две ключевые задачи в этой сфере. Первая (но не главная) — стимулировать «переключение» части транзита с моря на сушу, чтобы товары из Китая в Европу и наоборот шли через территорию ЕАЭС. На этом можно будет заработать. Вторая (главная) — развить логистику внутренних регионов, не имеющих прямого выхода к морским коммуникациям. Это сверхактуально для российских Урала и Сибири и, конечно, для всех государств Центральной Азии. Транспортные коридоры ЭПШП теоретически могут «сшить» макрорегион воедино, обеспечив связь между ресурсами, производствами и рынками сбыта. Необходимо отметить, что не контекста сотрудничества ЕАЭС данная задача почти не выполнима.

В рамках ЭПШП перспективным видится развитие двух транспортных коридоров: двух маршрутов Центрального Евразийского коридора, идущего через Казахстан (Китай — Казахстан — Россия — ЕС), и Северного Евразийского коридора, проходящего по Транссибу (Шанхай — Владивосток — Транссиб — ЕС). Эти коридоры имеют ряд преимуществ: используют только железнодорожный транспорт; проходят через минимальное количество пограничных переходов; уже освоены, причем объем контейнерных перевозок на обоих направлениях быстро растет; и, главное, являются наиболее конкурентоспособными по цене.

Координация макроэкономической политики в ЕАЭС — вопрос исключительно сложный, но в долгосрочной перспективе критически важный. Договор о ЕАЭС предусматривает обеспечение макроэкономической стабильности, формирование единых принципов функционирования экономики, согласование параметров основных показателей в целях повышения устойчивости и углубления интеграции экономик участников. Одной из ключевых задач развития ЕАЭС является обеспечение полноценной координации макроэкономических политик государств-членов, в первую очередь в монетарной сфере.

Первейшие необходимые меры в этой области: во-первых, снижение уровня долларизации экономик и, во-вторых, снижение инфляции в государствах-членах с выходом на схожие долгосрочные инфляционные траектории. Высокая и волатильная инфляция затрудняет проведение денежно-кредитной политики снижает доверие к экономическим властям.

Взлет цен на нефть в первое десятилетие 21 века, последующие колебания и падение показали, что для Казахстана режим привязки валютного курса к резервным валютам в любой модификации не вполне приемлем. Во время высоких цен на нефть отсутствие гибкости валютного курса приводит к укреплению реального курса, в том числе по причине высокой инфляции, росту реальных доходов, слабо коррелирующих с ростом производительности труда, снижением конкурентоспособности несырьевых секторов экономики. Во время существенного снижения цен на нефть отсутствие гибкости валютного курса сказывается на потерях золотовалютных резервов, приводит к дефициту бюджета, а также излишней макроэкономической волатильности.

Необходимо также отметить, что проведение достаточно консервативной налогово-бюджетную политику в части расходования нефтегазовых доходов, а также принципов построения бюджета и фонда накопления нефтегазовых доходов положительно влияет на экономику. В долгосрочном плане – именно стратегия сбережения и расходования нефтегазовых доходов (бюджетное правило) существенным образом позволит стабилизировать валютный курс, отвязав его от цен на нефть.

В среднесрочном плане решение вопроса о снижении зависимости валютного курса российского рубля от цен на нефть будет связано с эффективной работой бюджетного правила.

Что касается номинальных обменных курсов государств — членов ЕАЭС, то, в целом, между ними также имеет место корреляция и их динамика в общем остается однонаправленной. Все государства — члены ЕАЭС в той или иной степени отреагировали на существенное снижение цен на нефть в 2014 году ростом номинальных обменных курсов. В Казахстане девальвация национальной валюты произошла с существенным отставанием от России и Беларуси, хотя в конечном счете ее темпы были весьма высокими. В итоге к середине 2016 года номинальные курсы в России, Казахстане и Беларуси показали схожий результат: стабилизировались на уровне 185–195% относительно их уровня в августе 2014 года. И это заставляет серьезно задуматься о большей координации макроэкономических политик в ЕАЭС: мы слишком близки в плане взаимной связи экономики, чтобы позволить себе не координировать свои усилия.

Подушевой ВВП государств — участников ЕАЭС в % от подушевого ВВП России (по ППС)

Казахстан. ЕАЭС > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > kursiv.kz, 11 августа 2017 > № 2272189 Михаил Демиденко


Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 11 августа 2017 > № 2272186 Сергей Коваленко

Зампред правления АТФ Банка Сергей Коваленко: Банки усиливают борьбу за клиента, и это только начало

Мадия ТОРЕБАЕВА

Казахстанская банковская система все сильнее претерпевает изменения. О том, как стоит строить отношения с клиентами и насколько сильно растет конкуренция, в эксклюзивном интервью «Къ» рассказал заместитель председателя правления АТФ Банка Сергей Коваленко.

– Сергей, у Вас очень интересная биография. Вначале Вы увлекаетесь точными науками, а потом вдруг оказываетесь в банковской сфере. Почему и как так получилось?

– Мне очень нравятся точные науки. Мое первое образование – это теоретическая физика. Учиться было интересно, но через два-три года стало понятно, что занятие теоретической физикой особых доходов мне не принесет. Поэтому параллельно я получил дополнительное образование. Выбор пал на «Банковское дело», оно казалось мне более правильным, более математически расчётным, чем та же экономика международных отношений. Теперь уже более 15 лет я специализируюсь на разработке и внедрении бизнес-стратегий для крупных компаний и сейчас сфокусирован на банковском секторе так, что принятое тогда решение оказалось верным.

– Если проводить параллель между полученными знаниями, помогают ли они Вам в работе сегодня?

– Лично мне базовое образование позволяет сегодня быстрее схватывать новые тенденции в различных сферах. Любое решение – будь то производственная компания или банк – завязано на множестве факторов. Поэтому если у тебя есть навык складывания логических цепочек и их взаимосвязи, то это позволяет принимать любое решение достаточно быстро. Появилась, к примеру, идея запустить новый продукт – кредитную карту. Эта задача раскладывается на логические блоки, начиная от определения целевой аудитории, заканчивая тем, как будет выглядеть этот продукт, и анализ внутри каждого блока приводит в итоге к тем или иным выводам.

Второй момент, который дают точные науки, – это то, что ты никогда не знаешь все наверняка. То же самое происходит и в менеджменте. Ты никогда не обладаешь 100%-ной информацией. Можно бесконечно копаться в поисках более точной информации, но момент уйдет, а нужного вовремя решения не будет. Математика учит выстраивать гипотезы. К тому же, когда есть база, то тебе легче воспринимать теорию, тебе легче воспринимать данные. Если ты сдал курс высшей математики, то экономические формулы не кажутся слишком сложными, просто физически ты их легче воспринимаешь, и, соответственно, принимаешь и понимаешь изменения, которые происходят вокруг.

Кстати, здесь еще есть один немаловажный аспект – образование не конечно. Учиться приходится каждый день. Откуда, например, у меня знания по маркетингу и степень MBA? Потому что в какой-то момент в этом возникла потребность. Когда возникает ощущение достижения предела в чем-то, нужно идти за новыми знаниями. И сейчас ситуация такова, что если ты хочешь развиваться и двигаться дальше, тебе все время приходится учиться. Без вариантов.

– А вот в течение 2,5 лет Вашей работы в банке маркетинговая политика изменилась, Вам удалось привнести что-то свое?

– Я надеюсь, что да. Конечно, оценивать себя не самое благодарное дело. В первую очередь, работу должны оценивать клиенты, акционеры банка, коллеги. Но если рассматривать этот вопрос с точки зрения клиентов, я думаю, что мы стали более открытыми, более мобильными. Мы стали быстрее реагировать на клиента, причем, как на негатив, так и на позитивные моменты.

– Что означает «реагировать на клиента»?

– Мы у себя в банке выстроили систему оценки уровня сервиса. В один индикатор – Индекс заботы о клиенте – объединили все сервисные показатели. Соответственно, следим за динамикой индекса для того, чтобы понимать, насколько мы продвигаемся в улучшении качества обслуживания. У нас есть три базовых источника информации от клиентов, на каждый из которых мы соответственно реагируем. Первый источник – это непосредственно обращения клиентов, которые делятся на две категории. С одной стороны, это разного рода жалобы, которые поступают к нам через письменные обращения, интернет, отделения банка. С другой – это предложения, когда клиенты просят внести те или иные изменения в процессы или в условия по продуктам, высказывают свои пожелания. Это, так называемый, входящий поток.

В Казахстане сокращается дефицит платежного баланса

Далее второй источник информации – это контакт-центр, через который мы формируем исходящий поток. Не каждый клиент позвонит в банк и расскажет о своем опыте. Поэтому мы сами проводим исследование. Сейчас у нас более полумиллиона клиентов. Мы берем статистическую выборку, выделяем несколько тысяч клиентов и обзваниваем их, чтобы понять их отношение не в целом к банку, а конкретным продуктам и услугам. Каждый месяц формируется выборка, которая охватывает все продукты и все категории клиентов. Ведь на самом деле один пользуется карточкой, но не пользуется кредитом, другой пользуется кредитом, но не любит ходить в отделения. И здесь нужно понять всех.

Клиент не только ставит оценку продукту, которым он пользовался, но и объясняет причину, почему ему что-то понравилось, или наоборот. В результате появляется совокупная оценка Индекса лояльности (NPS – Net Promoter Score). Наша задача, чтобы NPS был 80 пунктов и выше. Это значит, что не менее 80% клиентов нас порекомендуют. Сейчас уровень NPS у нас находится в этом пределе. Это очень хороший показатель.

В этом процессе нам интересны два момента: растет или не растет NPS в целом, но самое важное – это детракторы – критики продукта, те люди, которые оценивают нас от 1 до 6 баллов. Здесь нам важно знать, почему так происходит. Когда мы знаем «почему» – из этого появляется решение. Каждый случай с детрактором по всем регионам мы проверяем и анализируем, и если проблема, поднятая клиентом, подтверждается, то тогда, естественно, возникает необходимость в ее решении.

– И как это происходит?

– Обычно в этом случае нужно работать с тремя вещами. Во-первых, это люди. Если наш работник повел себя не совсем корректно или предоставил неполную информацию, то тут нужно обучать персонал. Второй момент – это процесс. К примеру, в свое время клиенты жаловались на очереди в обеденное время. Поэтому мы внедрили плавающий график для сотрудников. И третий момент – это внесение изменений в сам продукт. Если есть возможность и целесообразность – мы это сделаем, если нет, то постараемся предложить клиенту какие-то альтернативные сервисы.

– Получается, что во многом работа основывается на реагировании на жалобы и предложения, но ведь если их нет, это не значит, что все работает идеально?

– Здесь Вы правы. Я не могу все время ждать жалоб или предложений от клиентов. Я должен контролировать процесс работы банка. Поэтому мы используем такой инструмент, как тайный покупатель (mystery shopper), который позволяет выявить «слабые места» в коммуникации сотрудников с клиентом. Это и есть тот третий источник информации, о котором мы говорили в начале. Тайные покупатели подходят к каждому нашему сотруднику по разным продуктам: кто-то за карточкой, кто-то кредит брать, кто-то по депозитным вопросам. Таким образом мы получаем отчеты по менеджеру, по каждому отделению и, соответственно, по каждому региону. Если стандарт не соблюдается – принимаются меры и проводится дополнительное обучение. Если наоборот – все хорошо, то, конечно, такого работника мы благодарим, приводим в пример. Должна быть какая-то адекватная оценка. Это позволяет держать в тонусе всю сеть.

– Насколько же такая трехсторонняя оценка сервиса оправдана?

– Знаете, не бывает так, что ты чем-то не занимаешься, а оно само у тебя хорошо. Я в такое не верю. Это не работает. Все люди разные, все приходят с разным уровнем подготовки. Все меняется, а банк должен оказывать определенный уровень сервиса и держать планку независимо от конкретного сотрудника. Поэтому должна быть система, которая позволяет контролировать этот процесс. Ведь если даже на идеальной машине не ездить, то через какое-то время она развалится. Поэтому система отношения с клиентами – это некая машина, которая должна соответствовать своим стандартам. Мы этот механизм постоянно поддерживаем на определенном уровне и стараемся как-то улучшить.

– Пока мы обсуждали тему работы с клиентами, у меня возникли еще вопросы. Когда же был зафиксирован наибольший рост негативного отношения клиентов к банку? Не в 2015 году, когда вокруг АТФ Банка разразился громкий скандал с ипотечниками?

– У нас более 500 тысяч клиентов. У каждого идет с банком какая-то коммуникация. Миллионы операций проходят каждый день, поэтому естественно в какие-то моменты у клиента может возникнуть негодование по разным причинам. Это текущие вопросы и в этом отношении нет пиковых периодов.

Вопрос с ипотечными заемщиками не касался только нашего банка и тем более не касался сервиса и условий конкретного продукта. В целом, сложилась такая ситуация, когда определенная категория заемщиков начала испытывать проблемы с обслуживанием своих ипотечных займов. Банк всегда заинтересован в том, чтобы клиент не допускал просрочек, и поэтому когда у клиента что-то происходит, что не позволяет ему нормально выплачивать свой кредит, банк всегда готов на поиск адекватных инструментов решения вопроса. Понимаете, если клиент нацелен на уплату своего кредита, то он всегда с банком найдет общий язык. Если клиент не нацелен на уплату, то здесь, как и в любых других отношениях, решение найти практически невозможно. Вот собственно и все. Со своей стороны, как банк, мы сделали все, что было необходимо, рассматривали обращения и искали приемлемые варианты решения индивидуально в каждом случае.

– Но в этом скандале была и другая фаза, когда государство выделило деньги БВУ на рефинансирование ипотечных займов.

– В середине апреля 2015 года была утверждена государственная Программа рефинансирования ипотечных и ипотечных жилищных займов, которая как раз и была направлена на снижение долговой нагрузки заемщиков. Я скажу так: большинство из них этому обрадовались. Мы провели большую работу по информированию наших клиентов о возможности рефинансирования, обзванивали, отправляли сообщения, рассказывали, как подать заявку, объясняли, какие документы нужно собрать. Но, как и в любой математической выборке, всегда есть часть, которая отличается от основной массы. Есть клиенты, которым были неинтересны даже эти условия, и выдвигаемые ими требования просто невозможно принять. Поэтому когда я говорю, что банк должен быть лоялен к каждому клиенту, это не тот случай. Я не знаю, что еще банк мог сделать лучше в данных отношениях.

Большую работу вместе с другими банками и Национальным Банком РК мы провели по внесению изменений в условия программы с тем, чтобы расширить перечень заемщиков, которые смогли бы принять в ней участие. В том числе рассматривали предложения со стороны общественных организаций и непосредственно самих заемщиков. Впоследствии изменения в Программу были приняты. Это позволило большему количеству заемщиков получить рефинансирование.

– А что же сейчас происходит с теми людьми, которые два года назад пикетировали отделения банка?

– Среди тех людей, которых приходили к зданию банка с плакатами, непосредственно наших клиентов было всего несколько человек. Все эти случаи были рассмотрены в индивидуальном порядке. Я, конечно, не говорю, что у нас не было проблемных заемщиков, они были, но, в основном, наши клиенты обращались в банк напрямую, очень маленькая часть обратилась через общественные организации. Самые сложные случаи заемщиков мы рассматривали в рамках рабочих групп вместе с представителями Нацбанка РК, акимата и лидерами общественных движений. Могу сказать, что конструктивный диалог запустить удалось.

Средства, выделенные по программе рефинансирования ипотечных и ипотечных жилищных займов, мы освоили самыми первыми, в том числе и потому, что технически хорошо выстроили процесс и максимально упростили процесс рассмотрения заявок. На текущий момент по программе рефинансирования 1961 заем, одобрена 2291 заявка. Процесс рефинансирования продолжается за счет высвобождения средств по очередности. Часть заявок еще находится на рассмотрении, это значит, что если заявки будут одобрены, то рефинансирование будет тоже осуществлено согласно очередности.

Сейчас мы продолжаем в индивидуальном порядке работать с клиентами, в том числе с теми, кто не подпадает под условия государственной программы. Не скрываем, еще остаются, так называемые, проблемные клиенты. Но невозможно на 100% решить все вопросы, остались только очень сложные проекты.

– Как же в таком случае банк намерен взыскивать долги? Обратитесь в коллекторские компании?

– Банк всегда двигается только в рамках закона. Есть определенные процедуры, которых мы должны придерживаться в таких случаях.

– Отдельные пользователи социальных сетей, которые внимательно следят за развитием государственных программ, в своих постах пишут о том, что данные программы направлены только на поддержку БВУ. Так ли это?

– Тут нужно очень четко разделять процессы. Все государственные программы направлены на поддержку страны и конкретного ее жителя через финансовые инструменты. Поскольку банки являются проводниками государственных денег, создается ощущение, что государство помогает банкам. Но банк не может существовать отдельно. Банк – это всегда часть экономического цикла, и он очень сильно зависит от всей экономики. Поэтому, когда мы говорим о том, что государством выделяются деньги, то это, прежде всего, значит, что средства выделяются для всей экономической цепочки, чтобы экономика работала.

Возьмем для примера полученный социально-экономический эффект в результате кредитования в нашем банке компаний по государственным программам фонда «Даму» в 2016 году. Итог такой – предприятия увеличили свои обороты на 21%, на 17% увеличились их налоговые отчисления. Кроме того, на 8–9% увеличилось количество работников в этих компаниях. Вопрос: кому в этой ситуации выгодно? И государству, и компаниям, и людям, которые нашли работу. Естественно, в этой цепочке есть и банк, который тоже получил определенный доход. Нам, как банку, выгодно участвовать в госпрограммах, поскольку так у нас есть возможность предложить своим клиентам новый выгодный продукт. Более выгодная ставка, то есть более дешевые деньги, соответственно снижает долговую нагрузку, увеличивает рентабельность бизнеса и как следствие – при таких условиях у большего количества предприятий есть возможность получить финансирование и в последствии – качественно обслуживать свой кредит. Другими словами – государственные программы являются неким «впрыском бензина» для экономики, который позволяет взять более динамичный старт, эффективнее запустить тот или иной процесс.

– Как Вы оцениваете казахстанскую банковскую систему? Если сравнить, что было, когда вы только приехали в Казахстан, с тем, что наблюдается сегодня?

– Самое главное, что, на мой взгляд, произошло на банковском рынке за это время – это усиление конкуренции за клиента. Причем, изменения происходят очень быстро. То, что было даже 2,5 года назад и то, что мы видим сегодня – это совершенно разные вещи. И это только начало. Дальше все будет серьезнее и серьезнее. Постоянно появляются новые инструменты, банки существенно продвинулись в карточных продуктах, в IT-сервисах. Например, в сегменте МСБ два года назад не было такого количества продуктов, не было такой скорости рассмотрения заявок, как сейчас. Изменилась сама концепция отношения к клиенту, теперь банкиры, которые хотят быть успешными, больше не ждут клиента в своих офисах, теперь мы сами идем к клиентам. И эта борьба не останавливается, клиенту постоянно нужно предлагать какие-то новые возможности, постоянно реагировать на его потребности. Сейчас банки стоят в очереди за клиентом, и выбирает именно клиент. И я всегда говорю: чтобы клиент нас выбрал, одной из главных составляющих является скорость и внимание. Поэтому мы постоянно изучаем, как еще можно оптимизировать свои процессы, как сократить время и увеличить эффективность. Скажем, для розничного клиента мы планируем в 2018 году выдавать решение о кредите за 10 минут, а для клиента МСБ перевести выдачу предварительного решения по финансированию из категории нескольких дней в категорию нескольких часов.

– Что ж, надеюсь так и будет, спасибо за беседу.

Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 11 августа 2017 > № 2272186 Сергей Коваленко


Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 11 августа 2017 > № 2272172 Евгений Давыдович

Десять фактов о Евгении Давыдовиче

Татьяна Терновская, редактор Банкир.Ру

Банкир, поразивший российское общество тем, что в критической ситуации со Связным Банком честно работал, берег деньги клиентов и не врал... На этой неделе стало известно, что Евгений Давыдович вернется в банковский бизнес и возглавит Бинбанк. Bankir.Ru представляет подборку наиболее ярких фактов его биографии, жизненных принципов и главных ценностей.

В детстве играл в хоккей и мечтал быть военным

Евгений Давыдович родился на Дальнем Востоке. Его отец был военным, на пенсию ушел подполковником танковых войск. Когда маленькому Евгению было 12 лет, семья переехала в Одессу. «По-украински не говорю — детей военных тогда от уроков украинского освобождали, но на слух понимаю, читаю. Есть слова на украинском, которые мне нравятся больше русских аналогов. Например, «натхнення» — вдохновение», - вспоминал он.

Будущий банкир увлеченно занимался хоккеем, а стать, когда вырастет, собирался военным. Но – не сложилось: «Помню, в 14 лет у меня обнаружили близорукость. Это была трагедия всей жизни — не смогу поступить в военное училище!»

«Тебе точно надо на экономический»

Школу закончил с медалью. Тогда выпускные экзамены засчитывались при поступлении, но на экономический факультет Одесского государственного политехнического университета в рамках эксперимента поступить было нельзя. Евгений тогда прислушался к совету дяди: «Сдашь ты экзамены, случайно не поступишь — и окажешься в армии. Поэтому лучше иди на другой факультет, а потом переведешься». Он отучился год на факультете автоматизации и электрификации промышленности, потом перевелся на экономический.

«Летом после первого года обучения я сел перед магнитофоном, забыв вытащить провод из розетки. Разрезал его скальпелем, меня ударило током. Отец это дело увидел: «М-да, тебе точно надо на экономический», - вспоминает Евгений Давыдович.

Первый заработок – валютные спекуляции

«В студенческие годы в общежитии было много иностранцев. Из Индии, арабских стран, Южной Америки, - рассказывал Евгений Давыдович в интервью. - В Одессе эта тема до сих пор работает. Тогда рынок был ограниченный, я покупал доллары и перепродавал. Получил первый опыт финансовых операций — как зафиксировать покупателей, как договориться. Потом открылись банки, я работал в Одессе, затем в Киеве».

Банкир на две страны

Окончил вуз закончил по специальности «инженер-экономист». С 1997 года работал в банке «Пивденный» управляющим филиалом, зампредом правления в Укрсиббанке, председателем правления банка «Русский стандарт» на Украине. В 2009 переехал в Москву на должность зампреда правления, а затем стал председателем правления Связного Банка. Это был амбициозный проект, розничный бизнес банка бурно рос, например, в 2011 году - на сотни процентов в месяц. Евгений Давыдович оставался на этом посту вплоть до ноября 2015 года, когда у банка отозвали лицензию. В январе 2016 года он стал президентом сети «Связной». В начале августа 2017 года Бинбанк объявил, что Евгений Давыдович станет его председателем правления, официальное назначение состоится после согласования его кандидатуры в Банке России.

Крах Связного Банка

События, которые привели к краху Связной Банк, начались в 2014 году. Бизнесмен Максим Ноготков, являвшийся на то время владельцем ГК «Связной» (в группу входил и банк) не смог рассчитаться по кредитам. Ему было направлено уведомление о дефолте по долгу, залогом по которому выступал контрольный пакет холдинговой компании группы. Когда это стало известно, Связной Банк пережил настоящую панику вкладчиков: в первый же день они забрали 3 млрд рублей, а за ноябрь — 11 млрд. Вступивший во владение банком бизнесмен Олег Малис не проявлял интереса к банку, некоторое время в ЦБ даже не знали, кто новый собственник и с кем вести диалог.

В марте 2015 года менеджмент банка написал письмо акционерам с просьбой добавить в капитал 5 млрд рублей — или банк нарушит нормативы ЦБ. Акционеры денег не дали. Менеджмент банка подсчитал, что, если акционеры ничего не сделают, достаточность капитала будет снижаться на 2 п.п. в месяц и уже в августе пробьет критический уровень в 2%, при котором ЦБ обязан отозвать лицензию. В июле банк использовал последний шанс, списав субординированные займы от компании Trellas и владельца Финпромбанка Анатолия Гончарова. Займа было три на общую сумму 1,64 млрд рублей. Их можно списывать, если нормативы пробивают критическую отметку в 2%. Эта акция помогла банку улучшить показатели достаточности базового и основного капитала до 3,16%. Но пополнять капитал больше было нечем, помощи больше ждать было не от кого.

Евгений Давыдович еще с момента возникновения первых проблем у банка решил ни при каких обстоятельствах не покидать его по своей инициативе: «Положить заявление и уйти было бы, наверное, самым простым решением. Из любой ситуации есть три выхода: Шереметьево, Домодедово и Внуково. Но мы выбрали четвертый: просто находиться здесь каждый день и работать, делать все то, что можно делать». Это при том, что многие участники команды при первых признаках надвигающегося краха предпочли сменить место работы.

«Платим деньги вкладчикам до последнего»

«Когда начался кризис, моя позиция была такой: платим деньги вкладчикам до последнего, пока не закончатся, - рассказывал Евгений Давыдович. - Я как раз сотрудникам прочел отрывок из романа «Менялы» Артура Хейли, в котором было описано ровно то, что мы пережили. А книга написана в 1963 году. Там была ситуация, когда директор банка увидел вкладчиков, пришедших за деньгами. Кризис, это пожилые люди, в банке держат все накопления жизни. Директор не только распорядился выдать деньги, но и дал указание инкассаторскому броневику отвезти их домой, чтобы никто не позарился по дороге».

«Капитан покидает корабль последним»

Евгений Давыдович постоянно сравнивает банк с кораблем и напоминает правило: капитан покидает корабль последним. «Самое сложное все это время было находить для себя мотивацию ежедневно ходить на работу и выполнять трудовые обязанности, временами толком не понимая, зачем мне самому все это нужно, - признавался он. - Но некоторые сотрудники банка пришли и сказали: «Евгений, мы будем с тобой до конца, не будем искать работу». Наверное, такие слова были лучшим мотиватором находиться здесь в тяжелый момент, потому что ты не можешь обмануть веру людей в тебя лично».

Евгений говорил, что и сам не понимает, как удавалось банку почти год оставаться в живых и выполнять обязательства перед вкладчиками. «Банк нарушал один норматив за другим, и каждый раз я думал, что все, и этот месяц уж точно последний, - рассказывал он. - В шутку можно сказать, что, наверное, по сути, мы выполнили огромную работу, обычно выполняемую временной администрацией, которую ЦБ вводит в банках в кризис. Может, я впоследствии пригожусь как кризис-менеджер, а всерьез — глупо говорить, что мы делали все правильно…»

«Профессионал года»

В декабре 2015 года, через месяц после отзыва лицензии у Связного Банка, газета «Ведомости» подвела итоги 2015 года, назвав самых выдающихся, по мнению издания, людей за последние 12 месяцев. В номинации «Профессионал года» редакция назвала победителем Евгения Давыдовича.

«Крупный банк в кризис остался без владельцев и шансов на спасение; после отзыва лицензии его руководитель попадает в черный список ЦБ и не может остаться банкиром. Вопрос: что ждет клиентов банка? Ответ очевиден, если посмотреть сообщения Центробанка о сотне рухнувших в этом году банков. Но Евгений Давыдович целый год сражался за обреченный банк, владельцы которого – и старый, и новый – отказались и от банка, и от ответственности перед клиентами… На самом деле Давыдович последний год всего лишь делал то, что должен. Работал, берег деньги клиентов, не врал – им, регуляторам, журналистам. Это и есть профессионализм», - писали тогда «Ведомости».

В любом бизнесе важна команда

Евгений Давыдович уверен, что в любом бизнесе очень важна команда. «Я часто говорю сотрудникам: мне помогает то, что я занимался командным видом спорта, - говорит он. - В принципе, управление командой и управление коллективом не особенно отличаются. Есть распределение ролей, защитники, нападающие. Выиграть можно только командой. Вы вместе работаете на один результат, можете подстраховать друг друга, взять ответственность на себя. Я занимаюсь спортом, играю в Сокольниках в хоккей. У нас есть своя команда. Когда я прихожу в раздевалку, сразу попадаю в другой микромир с теми же командными законами».

Главные качества – настойчивость и упорство

Своими главными качествами Евгений Давыдович считает настойчивость и упорство, умение держать удар. Он вспоминал в интервью: «Я благодарен спорту — когда мы бегали кроссы, я говорил: «Добегу вон до того дерева и умру». Добегал и говорил: «А сейчас добегу до этого дерева и умру». Так преодолевал много деревьев».

При подготовке материала использовались публикации изданий «Ведомости», РБК, «Коммерсант», журнала «Москва Ерушалаим».

Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 11 августа 2017 > № 2272172 Евгений Давыдович


Россия. США > Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > carnegie.ru, 11 августа 2017 > № 2271773 Антон Табах

Какими будут финансовые последствия новых санкций США против России

Антон Табах

Новые санкции не приведут к катастрофе, но их прямым следствием будет деградация финансовых возможностей для российских компаний, все большая местечковость финансового рынка с дорогой инфраструктурой и высокими процентными ставками, болезненными для промышленности и населения. А минус процент годового роста ВВП на отрезке сто лет дает разницу между Австралией и Аргентиной

Подписанный на прошлой неделе президентом Трампом закон о новых санкциях против России (Сountering America’s Adversaries Through Sanctions Act, H.R. 3364) активно обсуждается с разных точек зрения. Тут и расширение возможностей влиять на российскую элиту через слежку и доклады, предписанные актом. И расширение бюджета на контрпропаганду, возможно более эффективную, чем во времена холодной войны. Кассандры, предрекающие скорый крах «кровавого режима», обещают массированную распродажу российского долга, арест российских активов в США и (почему-то) Евросоюзе, перекрытие каналов финансирования частным компаниям и финансовый зомби-апокалипсис.

Примерно такие же кошмары обещали три и два года назад, и всплывающие в соцсетях старые прогнозы вызывают зубоскальство патриотической общественности. Однако будь этот закон действительно беззубым, вряд ли бы он собрал настолько огромное большинство в Конгрессе, что у президента Трампа просто не осталось возможности отклонить его – разве что оспорить с конституционной точки зрения в Верховном суде. Поэтому стоит как можно внимательнее разобраться в том, чего ожидать России в ближайшие месяцы и годы.

Краткосрочные последствия, скорее всего, будут малозаметными. Закон предписывает не конкретные меры, а скорее направления, по которым американский Минфин (исторически наиболее жесткое по отношению к России ведомство) будет предоставлять свои предложения и доклады Конгрессу. В закон встроен механизм, обеспечивающий обязательность исполнения этих требований вне зависимости от позиции президента.

Арест российских вложений в госдолг США наименее вероятен – незыблемость выплат по нему стоит слишком дорого, чтобы так легко ее разменивать на нужды текущего момента. Такие меры в свое время накладывались на Иран (когда после исламской революции иранцы взяли в заложники американских дипломатов) и на инвесторов из Германии и Италии во Вторую мировую войну – так что за исключением совсем уж особых случаев «Ланнистеры всегда платят».

Ограничения на операции на рынке еврооблигаций также маловероятны – стабильность рынка тут тоже важнее политики. Показательным здесь можно считать недавнее решение Лондонского суда, постановившего, что Украина обязана выплатить России $3 млрд долга по евробондам, который был предоставлен Януковичу в последние месяцы правления. Несмотря на резко негативное отношение Запада к российской политике в отношении Украины, вердикт все равно оказался в пользу Москвы, потому что дефолты на рынке суверенного долга поощрять нельзя.

Однако после одобрения новых санкций ружье на сцене повешено, и теперь американский Минфин будет неспешно разрабатывать меры, которые будут применены в случае необходимости.

На отрезке в несколько лет даже при отсутствии прямых запретов финансовая жизнь российских компаний станет значительно более сложной. Отделы контроля над рисками международных банков не будут подвергать себя опасности американских штрафов, которые могут быть разорительными. А значит, даже мелкие сделки будут медленнее или дороже.

Использование посредников или дополнительных «прокладок» за последние десятилетия стало сложнее (скажем, жившей под санкциями ЮАР в 1960–1970-е годы было легче использовать дружественные британские и израильские банки) и приведет к удорожанию стоимости долга и уменьшению его объемов. Причем это будет относиться не только к российским госкомпаниям, но и к частным корпорациям, хоть как-то связанным с Россией. Анекдотическая история, когда в начале 1990-х инвесторы отказывались от инвестиций в «Кубаньтелеком» из-за риска нарушить закон о санкциях против Кубы (реальный случай), может повториться.

Обход санкций по энергетическим проектам будет возможен, но потребует высоких издержек и сложного структурирования, чтобы не подставиться под санкции и не подставить инвесторов. Финансисты из Азии и стран Залива, конечно, могут выступить в сделке (как, например, было с «приватизацией» «Роснефти»), но это будет недешево.

В долгосрочной перспективе основная проблема с новым санкционным пакетом состоит в том, что он резко увеличивает неопределенность, не формализуя конкретные меры, и гарантирует, что риск расширения санкций теперь сохранится очень надолго (если закон по внутренним американским причинам не отменит Верховный суд). А для финансистов самое страшное – неопределенность, которую невозможно оценить, и риск, не выражаемый в деньгах.

Прямым следствием будет деградация финансовых возможностей для российских компаний, все большая местечковость финансового рынка – с дорогой инфраструктурой и высокими процентными ставками, необходимыми при таком раскладе для поддержания притока капитала, болезненными для промышленности и населения.

Минус процент годового роста ВВП (примерная оценка стоимости санкций) дает разницу между Австралией и Аргентиной на отрезке сто лет. Повышенный процент по госдолгу (в нынешней ситуации сверхнизких ставок сценарий экзотический) существенно давит на возможности развития компаний.

Надо сказать, что бизнес явно принимает меры по защите себя и от американских, и от российских рисков в рамках деофшоризации. Крупные покупки российскими холдингами активов за рубежом даже по очень высоким ценам, произошедшие в последний год, могут иметь одной из целей возможность привлечения финансирования внутри холдингов (что легче в рамках санкционного режима) и смену прописки на не попадающую под санкции. Однако новый американский закон структурирован так, что и это может не спасти.

В итоге не стоит ждать вселенской катастрофы. Но регулярная стирка грязного белья, мелочные претензии комплаянса и рисков зарубежных банков, излишняя осторожность российских банков будут давить на экономику и требовать дорогостоящих обходных мер, причем продолжаться это будет многие годы. Что, скорее всего, и было реальной целью авторов закона.

Россия. США > Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > carnegie.ru, 11 августа 2017 > № 2271773 Антон Табах


Казахстан > Финансы, банки > dknews.kz, 10 августа 2017 > № 2272672 Тулеген Аскаров

Всё в «плюсе», кроме корпоративных депозитов

Данные оперативной отчетности регулятора о состоянии банковского сектора по итогам первого полугодия стали последними перед завершением масштабной сделки, в результате которой Казкоммерцбанк был приобретен Народным банком Казахстана.

Тулеген АСКАРОВ

К этому историческому событию последний подошел в качестве абсолютного лидера рынка по ключевым показателям деятельности, за исключением объема ссудного портфеля. Активы «Народного» к 1 июля достигли 4 трлн 712,4 млрд тенге с приростом за первый месяц лета на 2,5%, в абсолютном выражении – на 115,7 млрд тенге. Казкоммерцбанк по итогам полугодия финишировал вторым с 4 трлн 598,3 млрд тенге, показав увеличение активов на 1,2%, или 52,6 млрд тенге. В группу «триллионнеров» вошли также к началу июля Цеснабанк (6,6% до 2 трлн 171 млрд тенге), дочерний Сбербанк России (1,7% до 1 трлн 673,5 млрд тенге), поднявшийся за июнь с пятого на шестое место ForteBank (2,5% до 1 трлн 327,7 млрд тенге), обошедший АТФБанк(0,4% до 1 трлн 301,3 млрд тенге), и переместившийся с 8-й на 7-ю позицию Kaspi Bank (4,0% до 1 трлн 283,5 млрд тенге), сумевший оттеснить на ступеньку ниже Банк ЦентрКредит, у которого активы сократились на 4,6% до 1 трлн 227,5 млрд. тенге. Замкнул же эту группу Евразийский банк с приростом на 1,2% до 1 трлн 34,6 млрд тенге. А покинул ее «Bank RBK», потерявший за июнь 7% своих активов до 997,9 млрд тенге. В целом же совокупные активы банковского сектора за первый месяц лета выросли на 1,0% до 25 трлн 141,6 млрд тенге, в абсолютном выражении – на 252,7 млрд тенге.

Увеличился в июне и совокупный собственный капитал банков второго уровня – на 1,6% до 2 трлн 992,9 млрд тенге. По его размеру также лидировал Народный банк Казахстана (1,8% до 703,5 млрд тенге), вторым и здесь шел «Казкоммерцбанк», но он потерял в «весе» 0,6% до 441,1 млрд тенге. Другим участникам рынка по-прежнему было далеко до этого тандема. 100-миллиардную планку по этому показателю сумели пересечь к началу июля ForteBank (0,9% до 178,8 млрд тенге), Цеснабанк (1,7% до 175,5 млрд тенге), дочерний Сбербанк России (0,9% до 158,2 млрд тенге), Kaspi Bank (5,5% до 142,9 млрд тенге), Жилстройсбербанк Казахстана (1,9% до 128,6 млрд тенге), Ситибанк Казахстан (1,8% до 121,7 млрд тенге) и «Банк ЦентрКредит» (0,4% до 100,7 млрд тенге).

По-прежнему впечатляющей выглядит динамика финансового результата банковского сектора. Его совокупная прибыль (превышение текущих доходов над расходами после уплаты подоходного налога) за первый месяц лета увеличилась еще на 15,8% до 204,0 млрд тенге, в абсолютном выражении – на 27,8 млрд тенге. Доминирует на рынке и по этому показателю тандем Народного банка Казахстана и Казкоммерцбанка. У первого прибыль выросла в июне на 18,4% до 77,7 млрд тенге, тогда как у второго произошло ее падение на 23,0% до 34,4 млрд тенге. Для сравнения: у шедшего третьим на начало июля Kaspi Bank она составила 20,4 млрд тенге, правда, увеличилась феноменальными темпами – в 1,7 раза! Отметку в 10 млрд тенге по этому показателю превысили также Жилстройсбербанк Казахстана (19,8% до 12,7 млрд тенге), Ситибанк Казахстан (21,5% до 12,4 млрд тенге) и Банк Хоум Кредит (21%% до 10,9 млрд тенге). В убытках же по-прежнему «сидели» Евразийский банк (минус 8,0 млрд тенге), Delta Bank (минус 5,5 млрд тенге), Capital Bank Kazakhstan (минус 0,5 млрд тенге) и Национальный банк Пакистана в Казахстане (минус 0,07 млрд тенге). Отметим, что за июнь группу финансовых аутсайдеров покинули дочерний Альфа-Банк и Банк Астаны.

Перейдем теперь к изменениям в депозитной базе банковского сектора. Совокупный объем депозитов юридических лиц за первый месяц лета уменьшился на 0,9% до 8 трлн 931,5 млрд тенге. Но при этом лидирующий здесь Народный банк Казахстана сумел прибавить 1,9% до 1 трлн 746,9 млрд тенге, а у занимающего второе место Казкоммерцбанка произошло снижение на 0,3% до 1 трлн. 337,6 млрд тенге. На почтительном расстоянии от этого тандема держится Цеснабанк, где произошел отток депозитов корпоративных клиентов на 5,2% до 849,5 млрд тенге. Далее расположились АТФБанк с приростом на 0,5% до 603,9 млрд тенге, дочерний Сбербанк России (снижение на 0,9% до 541,8 млрд тенге), ForteBank (увеличение на 1,3% до 523,7 млрд тенге), Ситибанк Казахстан (9,8% до 454,1 млрд тенге), «Банк ЦентрКредит», выделившийся значительными потерями таких депозитов – 11,8% до 411,3 млрд тенге, и Евразийский банк, прибавивший 2,1% до 397,0 млрд тенге. А замкнул первую десятку Bank RBK, масштабы оттока из которого корпоративных депозитов выглядели и вовсе драматическими – 17,5% до 377,2 млрд тенге, в абсолютном выражении – почти 80 млрд тенге!

По вкладам населения в июне сложилась позитивная динамика в виде увеличения их совокупного объема на 2,9% до 7 трлн 885,4 млрд тенге, в абсолютном выражении – на 223,7 млрд тенге. Конечно, свой значимый вклад внесла в этот позитив и значительная девальвация тенге к доллару за первый месяц лета на 3,2%, что автоматически дало положительную курсовую разницу по инвалютным депозитам. У идущего на первом месте Народного банка Казахстана прирост составил 2,1% до 1 трлн 639,3 млрд тенге, а у следующего за ним Казкоммерцбанка – 3,4% до 1 трлн 296,3 млрд тенге. Другие участники рынка по-прежнему держатся далеко от триллионной планки по вкладам населения. Занимающий третье место здесь Kaspi Bank к началу июля располагал 792,9 млрд тенге с приростом за первый месяц лета на 3,1%. За ним следовали «Цеснабанк» (2,6% до 663,9 млрд тенге), дочерний Сбербанк России(2,0% до 645,0 млрд тенге), Банк ЦентрКредит(2,8% до 508,2 млрд тенге), Жилстройсбербанк Казахстана (0,9% до 469,3 млрд тенге), ForteBank (1,7% до 432,5 млрд тенге), АТФБанк (4,6% до 361,0 млрд. тенге) и замкнувший первую десятку Евразийский банк(2,9% до 319,8 млрд тенге).

Об изменениях в ссудных портфелях ведущих банков за июнь «ДК» расскажет в следующем номере.

Казахстан > Финансы, банки > dknews.kz, 10 августа 2017 > № 2272672 Тулеген Аскаров


Казахстан > Финансы, банки > dknews.kz, 10 августа 2017 > № 2272666 Тулеген Аскаров

«Самая красивая» досталась Народному. Что дальше?

Практически никак не реагировали в социальных сетях банкиры и другие пользователи на решение регулятора отменить свое же апрельское постановление далекого теперь 2002 года о выдаче согласия Нуржану Субханбердину на приобретение статуса крупного участника Казкоммерцбанка.

Тулеген АСКАРОВ

«Sic transit Gloria mundi» – «Так проходит мирская слова» – говорится в подобных случаях издревле. Что было, то было! Фигуру г-на Субханбердина, на протяжении многих лет входившего в глобальный список миллиардеров, из банковской истории независимого Казахстана никак не вычеркнуть, как и принадлежавший ему ранее Казкоммерцбанк. Кстати, последний является ровесником нашей Независимости, ибо ведет отсчет своей истории под этим названием с 1991 года после перерегистрации «Медеу банка», основанного годом ранее.

Увы, так сошлись звезды над Казкомом, что в прошлом году его топ-менеджменту было не до празднования славного четвертьвекового юбилея, ибо финансы былого лидера банковского сектора ощутимо пели романсы, а по рынку циркулировали упорные слухи о его неизбежном поглощении Народным банком Казахстана.

ТРУДНЫЙ ПУТЬ РОВЕСНИКА НЕЗАВИСИМОСТИ

И если десятью годами до этого юбилея, когда Казком достиг подросткового возраста в 15 лет, на его именинах благодаря приезду легендарной рок-группы Deep Purple гулял весь продвинутый Алматы, имевший официальный титул регионального финансового центра, то в октябре прошлого года скорее господствовал принцип «дешево и сердито».

Сейчас уже трудно понять, что побудило тогдашний топ-менеджмент банка запустить рекламную кампанию «Парасатты ұлт – Умная нация» и обновить свой розничный бренд на «Qazkom», сделав упор в нем на первую букву. Кстати, из топ-менеджеров, презентовавших обновленный бренд – Кенеса Ракишева, Абая Искандирова и Нурлана Жагипарова, – ныне в банке остался только последний. «Суть перемен заключается не в смене логотипа и не в новом написании названия, – декларировал тогда г-н Ракишев, сменивший г-на Субханбердина в качестве ключевого владельца Казкоммерцбанка. – Главное – качественные изменения в работе банка, которые были заявлены нами в рамках новой стратегии развития. Речь идет о масштабной реформе сервиса, который должен быть максимально ориентирован на потребности наших клиентов. Литера Q на логотипе символизирует наше стремление выйти на новый уровень развития инноваций, чтобы обеспечить клиентам большую мобильность, простоту и скорость банковского сервиса».

Cпустя месяц после своего 25-летия в ноябре прошлого года ККБ официально опроверг распространявшиеся в СМИ слухи о возможном слиянии с Народным банком Казахстана. А в подтверждение своей финансовой состоятельности еще и погасил еврооблигации на полмиллиарда долларов. Между тем в ситуацию уже вмешался президент страны, пообещавший в интервью агентству Bloomberg не допустить краха этого отечественного гиганта и заявивший, что «мы упасть этому банку не дадим» и «сейчас очень плотно над этим работаем».

Тем не менее в декабре топ-менеджмент Казкома вновь выступил с опровержением информации СМИ о начале госпрограммы по его спасению, оценивавшемуся тогда в 1,5 трлн тенге. Правда, банк признал, что получил экстренный заем от Нацбанка в 400 млрд тенге для пополнения ликвидности в качестве стандартной процедуры.

И только после новогодних праздников тайное стало явным – прежнее руководство Казкома, наконец-то, заявило о начале предварительных переговоров с Народным банком Казахстана в отношении потенциальной сделки между ними. Грустный итог этих переговоров читателям ДК известен. Казком, истощенный непосильным бременем «плохих» займов и приобретением ранее БТА Банка, был продан по частям за общую сумму в 2 тенге Народному банку Казахстана и ФНБ «Самрук-Казына». Чтобы эта сделка состоялась, государству пришлось мобилизовать для его спасения 2,4 трлн тенге, а Народному еще и влить 185 млрд тенге, чтобы докапитализировать свою новую «дочку». В итоге сделка потянула почти на 2,6 трлн тенге, а с расходами Нацбанка на поддержание Казкоммерцбанка – и вовсе за 3 трлн тенге!

«МЕНЯЕТСЯ ВСЕ В НАШ ВЕК ПЕРЕМЕН»

Конечно, если вспомнить о скорбной доле БТА Банка, АльянсБанка и Темiрбанка, национализированных государством в кризисную зиму 2009 года и канувших затем в Лету вместе с огромными расходами на их спасение, то крутой поворот в судьбе ККБ выглядит хэппи-эндом.

Рейтинговые агентства Standard­&Poor’s и Moody’s повысили ему рейтинги после вхождения в группу Народного банка. Радикально обновлен состав руководящих органов Казкома – правления и совета директоров, где вполне логично тон задают представители Народного.

Началось объединение банкоматной сети «дочки» и «мамы» с отменой дополнительных комиссий за обналичивание денег для держателей карт обоих банков. Какой была первая реакция на эти пертурбации их корпоративных и розничных клиентов, пока еще неизвестно, ибо соответствующие данные оперативной отчетности появятся только осенью. Но уже сейчас можно предположить, в каких значительных масштабах уже перемещаются клиентские и собственные средства этих банков, включая и депозиты вкладчиков, влияя, в том числе, и на обменный курс тенге, заметно ослабевший в последнее время. Понятно, что сделка такого огромного размера с разовым вливанием в экономику триллионов тенге не может не вызвать потрясений в финансовой системе.

По воле судьбы эта историческая для банковского сектора сделка совпала с радикальной реконструкцией центра Алматы, все еще остающегося финансовым центром страны, пока готовится к запуску его новый конкурент в столице. Но если аким города, превращающий южную столицу по наброскам своего датского консультанта в «город для людей», регулярно отчитывается перед местной общественностью о проделанной работе и дальнейших планах, то вокруг сделки Народного с Казкомом образовался некий информационный вакуум. Его сейчас заполняют слухи и неофициальные сведения, циркулирующие по Алматы, что и не удивительно, – ведь именно здесь находятся штаб-квартиры обоих банков.

К примеру, немало вопросов возникает и по поводу зарплатных проектов, обслуживаемых Казкоммерцбанком, которые теперь по идее должны интегрироваться в единую систему с Народным при том, что сейчас условия по ним различаются, и о будущем платежных карт, выпущенных первым, и депозитов, размещенных в нем.

МАРЧЕНКО НА ВАС НЕТ!

Здесь, конечно же, нельзя не вспомнить о том, какое эпохальное влияние оказывал в свои лучшие времена на банковский сектор в целом и на Народный банк Казахстана Григорий Марченко. В ту славную пору он выступал современной медийной персоной с публичным подходом к ведению больших и малых финансовых дел и при малейшей возможности входил в прямой контакт с прессой, не уворачиваясь от острых вопросов и болезненных тем. Не удивительно, что его пресс-конференции и в качестве главы Нацбанка, и в качестве руководителя Народного банка собирали тогда медийные аншлаги. Такого же открытого публичного подхода хотелось бы сейчас и от участников сделки Народного банка и Казкома с тем, чтобы у их клиентов и вкладчиков не было опасений за будущее своих денег, особенно во втором из них.

В случае с отсутствием той же наличности в банкоматах ККБ топ-менеджерам обоих банков ничего не стоило появиться на публике перед прессой со своими платежными картами, чтобы продемонстрировать удобство пользования объединенной банкоматной сетью. Тем пользователям Казкома, которые давно сделали выбор в пользу более широкого ассортимента его карточных продуктов по сравнению с выбором в Народном, нужны твердые гарантии на будущее, что «меню» первого не будет сокращено, ибо его «мама» не предлагает, к примеру, карты системы American Express.

Хотелось бы также знать, какое будущее ждет и популярную в народе систему онлайн-банкинга Homebank, ибо у Народного работает свой интернет-банкинг myHalyk. Отдельный вопрос – порядок работы карточек за рубежом, поскольку уже не раз пользователи ряда банков сталкивались с неприятными сюрпризами после того, как забывали получить авторизацию на операции по ним за пределами Казахстана. А ведь у Казкома есть еще опции по заказу карточек с индивидуальным дизайном, неплохой и полезный для повышения финансовой грамотности корпоративный журнал «Казкоммерц News», спонсорство оперного театра в Алматы, часов на бывшем здании Главпочтамта, не говоря уже о его богатом наследии в части жизнерадостной видео-рекламы. «Самая красивая», «Я люблю леденцы и хлопушки» и другие веселые стильные ролики во многом помогали переносить тяготы первых лет становления Независимости, попутно укрепляя доверие к банкам и их сервису.

И, конечно же, такие важные для Алматы работодатели и налогоплательщики, коими выступают оба банка, должны четко объяснить работающим в них горожанам, да и всем жителям южной столицы, какой видится кадровая политика теперь уже единого банковского холдинга, – сколько сотрудников планируется сократить и какие отделения закрыть.

В общем, подводя первые итоги «разбору полетов» в этой эпохальной теме для отечественного банковского сектора, можно констатировать, что пока, к сожалению, все участники исторической сделки не оценили должным образом ее истинный информационный потенциал для общества, не говоря уже о клиентах обоих банков.

Тот же г-н Субханбердин вместе со своими верными сподвижниками по топ-менеджменту Казкоммерцбанка мог прийти на совместную пресс-конференцию по итогам сделки наряду с г-ном Ракишевым и его командой, чтобы достойно попрощаться с клиентами и пожелать успехов новым владельцам этого банка и управленцам.

Последним в свою очередь, приняв эстафету от отцов-основателей Казкома, ничего не мешало в свою очередь заверить его клиентуру в том, что традиции сервиса, заложенные четверть века тому назад, будут бережно сохранены. Вполне естественным было бы присутствие там и главы Нацбанка Данияра Акишева вместе с представителями правительства, ФНБ «Самрук-Казына» и акимата Алматы. Хороший концерт по этому поводу для жителей южной столицы, да и всей страны, конечно, тоже бы не помешал, хотя кажется, что одного Deep Purple по такому случаю было бы маловато!

Казахстан > Финансы, банки > dknews.kz, 10 августа 2017 > № 2272666 Тулеген Аскаров


Казахстан. Литва > Медицина. Финансы, банки > inform.kz, 10 августа 2017 > № 2271924 Гинтарас Кацявичус

Гинтарас Кацявичус, независимый член Совета директоров НАО «Фонд социального медицинского страхования», международный консультант Всемирного банка по внедрению системы обязательного социального медстрахования в Казахстане, директор департамента развития страхования Национального фонда медицинского страхования Литвы, ответил на вопросы о том, что даст вводимая система ОСМС нашей стране, когда мы увидим эффект и к чему нужно быть готовым казахстанским клиникам.

- Главный вопрос, который часто задается как представителям сферы здравоохранения, ответственным за реформу, так и вам, как эксперту с международным опытом: что даст Казахстану система обязательного медицинского страхования?

- Это очень важная реформа, которая послужит хорошим, сильным стимулом для развития системы здравоохранения - это если говорить в общем.

Если более конкретно, прежде всего, считаю правильным, что бремя финансирования, которое сейчас лежит на государстве и на пользователях медицинской помощью, в новой системе распространится на всех участников. Сейчас у вас в стране доля частных расходов населения (так называемых расходов из кармана) на медицинские услуги составляет 37,5%, в то время как ВОЗ рекомендует не превышать 20%, так как более высокий уровень значит, что на частные домовые хозяйства падает слишком большое бремя, и часть их из-за этого обедняется, а самые малоимущие попадают под риск так называемых катастрофических расходов.

Новая система эту ситуацию должна постепенно изменить, так как создаются предпосылки для постепенного роста общего финансирования и более справедливого распределения его бремени. Конечно, это будет не такой быстрый процесс. Второй момент - так как сейчас и работодатели, и работники, и другие категории населения будут вносить свои взносы и отчисления, они станут более требовательными к системе здравоохранения. Постепенно пациент станет клиентом системы здравоохранения, он будет в центре внимания. Это опять же процесс, который, скажем, в моей стране все еще идет, но все-таки когда люди платят за что-то, они спрашивают: что я за это получаю? Как медики, так и сами пациенты должны готовиться к этой важной перемене в их отношениях.

Третий момент - все-таки с вводом новой системы произойдет переход от финансирования здравоохранения на закуп медицинских услуг. Закуп будет проходить на конкурентной основе, будут созданы условия для более широкого участия частных поставщиков медицинской помощи, и вот в такой среде создаются предпосылки как для роста качества медицинских услуг, так и для роста эффективности системы здравоохранения. Конечно, здесь я вижу небольшой риск - когда есть единый плательщик, как у вас, для большинства медицинских организаций Фонд становится если не единственным источником средств, то наверняка основным. Многие медицинские организации, возможно, захотят, чтобы Фонд их просто содержал, т.е. просто покрывал их расходы. Но Фонд представляет пользователей медицинской помощи, он получает их взносы (в том числе - взносы государства) и от их лица закупает медпомощь, обязуясь использовать собранные средства наиболее эффективно и с максимальной пользой для них. Поэтому Фонд не может быть обязан содержать сеть поставщиков медицинских услуг, причем растущую, а медорганизации должны будут подстроиться под эту новую ситуацию. Верю, что для многих медорганизаций это станет настоящим вызовом.

- Вы сейчас озвучили один из рисков, а какие могут возникнуть еще?

- Очень важен момент перехода. В Казахстане медицинские организации привыкли к тому, что в начале каждого года они получают до 30 % авансирования для закупа медикаментов и других целей. В будущей системе не будет возможно это авансирование обеспечить. Медицинские организации должны понять, что в условиях ОСМС им необходимо иметь оборотные средства как минимум на месяц, чтобы платить зарплаты, закупать необходимое. Могу сказать, что в других странах такое авансирование, как сейчас в Казахстане, не имеет места. Медицинская организация как нормальный экономический организм должна планировать свои доходы и расходы и иметь свои оборотные средства.

Для населения также в новой системе появляются новые обязательства, и, конечно, никто никогда этому не радуется, возникает недовольство. Но население должно понимать, что появляются не только обязанности, но и права на получение доступной и качественной медицинской помощи, покрываемой за счет средств ОСМС.

- Чей опыт учитывался при разработке казахстанской модели страхования, и какой опыт наиболее близок к системе, которую принимает Казахстан?

- Казахстанская модель не является копией модели какой-то конкретной страны, и это правильно. В целом казахстанская модель больше напоминает то, что работает сейчас в подавляющем большинстве стран Центральной и Восточной Европы, что, наверное, логично, потому что мы все вышли из системы Семашко (примечание - система Семашко - советская модель здравоохранения). Основные характеристики такой модели - присутствие единого плательщика - Фонда СМС, и важная роль государства, которое выступает в роли страхователя экономически неактивной части населения. Это является отличием от некоторых моделей западноевропейских стран, где существует так называемое «семейное» страхование, когда работающий глава семьи обеспечивает страхование остальных ее членов. Хотя надо заметить, что и на западе существует отчетливая тенденция увеличения роли государства в финансировании здравоохранения через механизм ОСМС.

Я думаю, что Казахстан выбрал самую современную модель ОСМС на этот момент развития систем здравоохранения, такая модель во многих странах доказала свою эффективность и устойчивость. Единый плательщик предполагает единые правила закупа медицинских услуг, значит, едины условия как для получателей медуслуг, так и их поставщиков. Положительно и то, что Фонд сам не собирает взносы - это будет делать Государственная корпорация, а отслеживать Комитет государственных доходов. Это признак эффективности, так как не нужно создавать отдельную систему сбора взносов и ее содержать. Так что, ваша модель является оптимальной во многих аспектах.

В Литве тоже система единого плательщика, около 55% населения страхуется государством, и это работает достаточно неплохо. Испытанием для литовской модели стал недавний глобальный экономический кризис, когда был большой спад в нашей экономике, но наша модель ОСМС в этих условиях оказалась устойчивой. Одна из причин - это механизм, который, между прочим, заложен и в законе ОСМС Казахстана - это связка взносов государства за льготные категории населения со средней заработной платой позапрошлого года. Эта связка дает двойной положительный эффект. Первое - это то, что взносы государства основаны на определенном индикаторе, и запрограммирован рост этих взносов вслед за ростом экономики страны. Второе - это противоцикличный эффект. Взносы государства основаны на зарплатах за два года до текущего периода, поэтому, когда начинается спад экономики, растет безработица и падают доходы и соответственно взносы работающего населения, а взносы государства еще два года продолжают расти. Именно это дает стабилизирующий эффект на общие доходы Фонда и позволяет в большей степени сохранить для населения доступность медпомощи (потребность которой во время спада экономики как раз увеличивается), а для медицинских организаций - определенную стабильность и возможность адаптироваться.

Литовскую модель страхования из-за этого механизма Европейский офис Всемирной организации здравоохранения очень высоко оценил и показывал как пример другим странам. Насколько мне известно, что-то похожее планирует Словения, нашей моделью также интересовались коллеги из Эстонии.

- Ваша экспертная оценка, что нужно сейчас делать государству и населению, чтобы реформа была успешной, и сколько времени понадобится, чтобы она заработала и принесла ощутимый результат?

- Нет никаких сомнений, что система обязательного страхования - это не действие, а процесс. У нас в Литве я даже уже не сосчитаю, сколько правок в закон мы вводили, потому что это постоянной процесс, ведь жизнь не стоит на месте. Становление системы в Казахстане тоже произойдет не за несколько месяцев, я думаю, что как минимум полтора года потребуется, и период до конца 2018 года будет очень важным. Важно, чтобы во время этого переходного периода не произошло разрывов в потоках финансирования. Недавно приняты правки в закон, снижаются ставки, и Фонд соберет меньше средств, чем планировалось ранее, поэтому этот переходный момент станет очень важным. Это ответственность не только Фонда и Минздрава, но и Госкорпорации, КГД, других министерств и Правительства в целом. Реформа комплексная, она вовлекает много разных организаций и ведомств, поэтому все должны работать в координации, каждый делать свое дело.

Люди болеют всегда, медицинская помощь нужна постоянно, поэтому все должно работать без всяких сотрясений. Ведь именно для улучшения оказания медицинской помощи людям и строится система.

- Спасибо за беседу!

Казахстан. Литва > Медицина. Финансы, банки > inform.kz, 10 августа 2017 > № 2271924 Гинтарас Кацявичус


Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 10 августа 2017 > № 2271138 Андрей Цалюк

Андрей Цалюк: «В ближайшее время волатильность курса доллара к тенге не будет большой»

Мадия ТОРЕБАЕВА

KASE представила итоги работы биржевого рынка в июле 2017 года. Общий объем торгов составил 9 998,5 млрд тенге. Относительно предыдущего месяца показатель снизился на 47,5% или 9 061,6 млрд тенге. Впрочем, как всегда «дьявол кроется в деталях».

Снижение, в основном, наблюдалось на рынке денег, куда относятся операции по привлечению и размещению коротких тенге, операции валютного свопа и операции репо.

Объем торгов на рынке иностранных валют продемонстрировали менее значительное снижение – на 116,5 млрд тенге или 10,4%, в то время как торговая активность на рынке ценных бумаг выросла более чем в 10 раз (+1 060,9 млрд тенге или 917,2%).

Рынок иностранных валют

Объем торгов на спот-рынке иностранных валют сложился на уровне эквивалента 1 005,0 млрд тенге, что ниже результата предыдущего месяца на 10,4 % или 116,5 млрд тенге. В июле курс тенге демонстрирует волатильность ко всем торгуемым не KASE иностранным валютам.

Наибольшее номинальное снижение тенге наблюдалось к евро – 4,4%, к юаню – 2,5%. Доллар и рубль показывают более скромные результаты – 1,8% (доллар) и 0,9% (рубль).

«Основными системообразующими факторами стали: укрепление евро к доллару; ослабление рубля, вызванное антироссийскими санкциями и рост цены нефти на мировых рынках, который смягчил в июле влияние санкций против России», - отметил заместитель председателя правления KASE Андрей Цалюк.

Впрочем, на KASE валютная структура оборота по-прежнему характеризуется выраженным преобладанием объема сделок с американским долларом за тенге – 99,4%. На втором месте операции с российским рублем – 0,51%. Евро и юань имеют резко подчиненное значение – 0,06% (евро) и 0,01% (юань).

Кстати, отвечая на вопрос «Къ» о наблюдавшемся в начале августа ажиотаже вокруг курса тенге к доллару, зампред правления KASE отметил ряд стресс-ситуаций, повлиявших на данное событие. «Во-первых, это экзогенные факторы. Наверное, основную роль сыграли санкции к РФ. Причем, я глубоко убежден, что влияние этих санкций уже было заложено в курс рубля. Буквально сегодня я видел, что рубль ниже 60 (на момент подготовки материала курс USD/RUB составлял - 59,8 – Авт.). Народ России отреагировал достаточно сдержанно. Ну а вот наш народ среагировал достаточно эмоционально. Мы рост интереса почувствовали в виде роста объема торгов, до полумиллиарда долларов. Это движение было во многом спекулятивным. Сейчас ситуация успокоилась. Произошла достаточно быстрая и резкая коррекция курса вниз. Ну и помогла немножко нефть, потому что она немного дорожает. И я думаю в ближайшее время волатильность на курсе доллара/тенге не будет столь большой», - говорит Андрей Цалюк.

Рынок акций: Куда инвестировать

Данный рынок порадовал несколькими хорошими новостями. В частности, индекс KASE вышел из бокового тренда и в течение июля опять устремился вверх. Он добавил в весе 8,5%.

Рост был зафиксирован по акциям 6 наименований из 8, включенных в индекс и лидером роста почти традиционно стали акции KAZ Minerals PLC, стоимость которых увеличилась за месяц на 42 % до 3 026,00 тенге, что соответствует примерно 500% годовых. Рост акций происходил на фоне положительного тренда котировок меди, оптимизма инвесторов, а также публикации сильных производственных результатов компании. Объем производства меди вырос более чем в два раза до 118 тысяч тонн за счет наращивания производственной деятельности на новых проектах Бозшаколь и Актогай. «С начала 2016 года по сегодняшний день для рынка Казахстана этот период является достаточно благоприятным. Так вот стоимость простых акций KAZ Minerals PLC увеличилась почти в 6,8 раза, а с начала текущего года в 2,1 раза. Это тот инструмент, в который можно инвестировать на KASE и фактически это инвестиции в фунты, потому что цены коррелируют с ценами на Лондонской фондовой бирже, а там эти бумаги торгуются в фунтах», - подчеркнул Андрей Цалюк.

Также существенно поддержали Индекс в июле акции АО «Разведка Добыча «КазМунайГаз», которые выросли на 6% (цена за акцию на 01 июля текущего года составляла – (исх. - 15 270 тенге за акцию) 18 300 тенге за акцию, на 1 августа 2017 года - 19 400 тенге за акцию) и АО «Народный банк» на 5,3% (цена за акцию на 01 июля текущего года составляла – (исх. - 50,34 тенге за акцию) 73,50 тенге за акцию, на 1 августа 2017 года – 77,40 тенге за акцию).

Лидером падения в Индексе KASE стали акции АО «КазТрансОйл», которые подешевели на 1,2 % до 1 198 тенге. Как отметил г-н Цалюк, для нашего рынка характерно, что, когда дивиденды выплачиваются, акции в цене быстро падают приблизительно на сумму дивидендов. Посему стоимость данных акций продолжает боковое движение после дивидендной отсечки в мае на фоне некоторого улучшения производственных результатов деятельности эмитента. Но это вовсе не значит, что с акциями КазТрансОйл не все в порядке.

Вторая хорошая новость в том, что объем торгов акций вырос в июле относительно предыдущего месяца вырос в 3,6 раза или на 87,9 млрд тенге до 121,3 млрд тенге. Как подчеркнул Андрей Цалюк, весь объем прошел на вторичном рынке и в основном он связан с одной сделкой, а точнее с продажей на специализированных торгах KASE 26 июля акций АО «Каспий нефть». Объем сделки, целью которой стала смена акционеров, достиг 110,8 млрд тенге, что составляет 91,4 % от общего объема торгов акциями в июле. Предметом сделки стали все размещенные акции компании.

Третья новость связана с листингом акций АО «Altyn Bank», которые были включены в официальный список KASE по категории «стандарт» основной площадки. А сектор нелистинговых ценных бумаг пополнили двумя бумагами – это акции АО «КазТрансГаз» и АО «Рейтинговое агентство регионального финансового центра города Алматы».

В результате на конец месяца в торговых списках биржи находились акции 124 наименований 106 эмитентов.

Еще одним положительным моментом для KASE стало то, что с 17 июля акции еще 6 наименований переведены на схему расчетов Т+2. Это простые акции АО «Актюбинский завод металлоконструкций»; привилегированные акции АО «Казкоммерцбанк»; привилегированные акции АО «Казахтелеком»; простые акции ПАО «Газпром»; простые акции ПАО «Ростелеком» и простые акции ПАО «Аэрофлот - российские авиалинии». Таким образом, общее количество наименований акций, поставленных KASE на клиринговое обслуживание по схеме расчетов Т+2, достигло 19.

«Фактически это весь список акций первого класса ликвидности. Третий класс – это класс, по которому вообще никогда не бывает сделок. Перевод на схему расчетов Т + 2 очень важен, потому что он удобен для наших участников. Они могут выставлять в качестве обеспечения не все 100% стоимости акций. Некоторые брокеры дают «плечо» своим клиентам своим клиентам для работы с этими акциями», - пояснил Андрей Цалюк.

Корпоративные облигации: не так хорошо, как хотелось бы

На данном рынке в конце июля находилось 258 наименований от 65 эмитентов. Здесь ситуация быть может не такая оптимистичная как на рынке акций. В отчетном месяце в список основной площадки были включены только 15-летние долговые бумаги АО «KEGOC», а вот 5 выпусков облигаций были исключены из списков в связи с истечением срока их обращения.

Кроме того, Индекс доходности корпоративных облигаций KASE_BY снизился за месяц на 135 базисных пунктов до 9,27 % годовых, тем самым подтвердив широкий понижающийся канал, в котором данный индикатор живет с начала 2016 года.

В целом, объем торгов корпоративными облигациями сложился в отчетном месяце на уровне 27,5 млрд тенге и снизился относительно предыдущего месяца на 43,2 % или на 20,9 млрд тенге. Снижение объема торгов обусловлено почти полным отсутствием новых размещений. Среднедневной объем торгов не превысил 1 376,0 млн тенге, снизившись на 37,5 %.

Если в июне объем сделок первичного рынка корпоративных облигаций достигал 44,5 млрд тенге, то а июле мы видели только одно размещение. Зато оно было публичным. 1 млрд тенге привлекло АО «Фридом Финанс» в рамках проведенной с 01 по 17 июля подписки на собственные индексированные по изменению курса тенге к доллару облигации. Суммарный спрос достиг 1,1 млрд тенге и превысил объем предложения на 7,8 %. Всего в рамках подписки было заключено 37 сделок. Юридические лица выкупили бумаги на 842,8 млн тенге (86,3 % от объема размещения), физические лица – на 134,0 млн (13,7 %).

Объем торгов на вторичном рынке корпоративных облигаций составил 26,5 млрд тенге, что выше результата предыдущего месяца почти в 7 раз или на 22,6 млрд тенге. В разрезе основных категорий инвесторов на рынке корпоративных облигаций доля брокеров- дилеров составила 6,5 %, БВУ – 13,9 %, других институциональных инвесторов – 26,0 %, других юридических лиц – 51,9 %. Доля физических лиц не превысила 1,6 %, а на долю нерезидентов пришлось 0,6 %.

Государственные ценные бумаги (ГЦБ): лидируют ноты Нацбанка

Совокупный объем торгов ГЦБ на KASE достиг в июле 1 026,7 млрд тенге, что выше результата предыдущего месяца в 36 раз(!). Прирост дал первичный рынок, объем размещения на котором благодаря Министерству финансов увеличился в 52 раза до 1 017,7 млрд тенге. В структуре покупателей при размещении ГЦБ на БВУ пришлось 98,7 %, на других институциональных инвесторов – 1,0 %, 0,4 % выкупили другие юридические лица.

Объем вторичного рынка ГЦБ вырос на 0,4 %, достигнув 9,0 млрд тенге. Весь торговый оборот вторичного рынка пришелся, уже второй месяц подряд, только на ноты Национального Банка.

В структуре инвесторов на вторичном рынке на долю БВУ приходится 24,2 %, на долю других институциональных инвесторов – 43,4 %, брокеры-дилеры контролировали 15,7 % оборота, другие юридические лица – 16,8 %. Физические лица и нерезиденты в данном секторе биржевого рынка в отчетном месяце не работали.

Ценные бумаги инвестиционных фондов: рынок постепенно оживает

Как отмечает Андрей Цалюк, данный рынок постепенно оживает. До июля на нем торговались лишь 4 бумаги и вот в прошлом месяце мы увидели еще 2 листинга, это: паи KZPFN0012216 (KZPF00000058, BCCI_cc) ИПИФ «ЦентрКредит – Валютный» под управлением АО «BCC Invest» и паи KZPFN0043054 (KZPF00000066, ASYL_or) ИПИФ «ОРКЕН» под управлением АО «АСЫЛ-ИНВЕСТ».

В результате общее число наименований ценных бумаг инвестфондов, торгуемых на KASE, достигло шести. Суммарный объем торгов в отчетном месяце по данному виду инструментов составил 14,4 млн тенге, что выше предыдущего месяца на 36 % или 3,8 млн тенге. В июле наибольшую активность в секторе проявили юридические лица, доля которых достигла 72,2 %. Доля физических лиц составила 13,9 %, брокеров-дилеров – тоже 13,9 %.

«Активизация данного сектора вызвана двумя факторами. На мой взгляд, это специфика большинства листинговых паев, которые позволяют хеджировать валютные риски. Второй фактор вызван тестируемый брокерами – возможностями по повышению ликвидности интервальных паев», - говорит Андрей Цалюк.

Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 10 августа 2017 > № 2271138 Андрей Цалюк


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 10 августа 2017 > № 2271047 Алексей Мамонтов

Возвращение сберкасс: закрывается эра банковской конкуренции

Алексей Мамонтов

Президент Московской международной валютной ассоциации

Ситуация вокруг крупнейших частных банков продолжает будоражить банковское сообщество

После отзыва лицензии у частного банка «Югра», входившего в топ-30 по активам, банковское сообщество взбудоражено мыслью, что за ним могут последовать и более крупные банки. Высказываются самые различные версии происходящего, делаются прогнозы на будущее. «Принимаются ставки» как на отзыв лицензий, санацию, а также на лайт-вариант – докапитализацию банков заинтересованными инвесторами, смягчение требований по нормативам и пр.

Между тем, в этой истории есть еще один, малообсуждаемый, но примечательный момент. Дело в том, что, отзыв лицензии у какого-то банка, находящегося в числе лидеров, может обернуться не только громадным финансовым ущербом (его размер может «посрамить» даже нынешних рекордсменов – Татфондбанк, «Югра», Внешпромбанк, Росинтербанк и др.), но и открыть-ознаменовать новый этап очевидной трансформации российской банковской системы.

На первом этапе, в 2013-2016 г.г., массовый отзыв лицензий затронул, прежде всего, бизнес малых и средних банков. В этой фазе уход их с рынка сопровождался ожесточенной схваткой за их клиентуру — т.н. «юриков» — учреждения, предприятия, компании т.д. — между более крупными кредитными организациями из топ-100. Они не только охотно принимали так сказать «беженцев» из рухнувших финансовых институтов, но и усиленно переманивали этих клиентов из пока еще достаточно устойчиво работающих на рынке других банков (дескать, «им тоже уже недолго осталось…»)...

На втором этапе, в 2016-2017 г.г., участившийся отзыв лицензий у банков из топ-100 и выше побудил к бегству клиентов-юрлиц уже и из этой категории достаточно серьезных по российским меркам кредитных учреждений. Часть таких «юриков» переместилась на обслуживание в уровень банков из топ-50 и выше.

Отзыв лицензии (или даже введение внешнего управления, санация и прочее) у крупного банка фактически будет означать начало завершения кампании по уничтожению частного финансового сектора в России вообще, создание или точнее реставрация прежней модели, в которой остаются лишь госбанки, делящие между собой различные отрасли экономики и сферы обслуживания.

Недоверие субъектов предпринимательской деятельности ко всем негосударственным финансовым институтам достигнет апогея и приведёт к массовому исходу из них в госбанки, квазигосбанки (в той или иной степени аффилированные с государством) и в «дочки»-нерезиденты (пока и этих «иностранцев» не изгонят с рынка под натиском лоббизма «отечественных» гигантов). Полагаем, все они уже готовят «парадные сени» для торжественной встречи своих новых и новых волн «прихожан»-клиентов.

Именно между этим «кланом» вышеназванных групп банков на заключительном этапе этой эволюционной драмы развернется, а, по сути, уже разворачивается схватка за доминирование на рынке, за привлечение свои «чертоги» все новых и новых масс разочаровавшихся в надежности всего частного банковского бизнеса клиентов-«юриков». Чем больше с рынка уходит банков, тем алчнее аппетиты остающихся на нем «китов» и яростнее конкуренция между ними за «поедание» выносимого из частного банковского бизнеса клиентского планктона.

Сегодня, подстраиваясь под нынешнюю риторику и тактику регулятора, крупнейшие финансовые институты ратуют за «добросовестность банковского бизнеса», за «чистоту банковского сообщества», за наведение порядка в нем. За скобками остаются истинные интересы этой «солидарности» — борьба за клиентуру гонимых с рынка кредитных учреждений. А поскольку нынешнее состояние экономики не генерирует ни новых стимулов к росту, ни новых предпринимательских инициатив, и, соответственно, новых корпоративных клиентов почти не появляется, то борьба за тех, кто еще пока остаётся в активной фазе своего бизнеса, будет только обостряться. Создается впечатление, что гиганты банковской индустрии скорее аплодируют уходу (изгнанию) с рынка своих «братьев-меньших» (мирясь до поры до времени с существованием своих ключевых конкурентов), нежели «горюют» по ним.

Стоит ли удивляться тому, что даже попытки противодействовать этому натиску «тиранозавров», воспринимаются ими как неуместный бунт с соответствующим устранением мятежников и возглавляемых ими структур с лоббистского поля. Сегодня в России стремительно монополизируется все, даже мнения, суждения и взгляды. В угоду своему корпоративному росту, усилению доминирования, монополистическим целям, крупнейшие финансовые институты готовы организовать атаку и принести на жертвенный алтарь и демократические ценности, и рыночные принципы, и нормальную общественную дискуссию, и право выражать и защищать свою позицию. Даже понятное и простое желание изложить иную, некомфортную для «капитанов банковского бизнеса» оценку текущей ситуации, выступить в защиту свободной и равносправедливой конкуренции на рынке воспринимается ими как «оскорбление», приводит в бешенство и подвигает к остракизму осмелившейся на эту попытку персоналия или возглавляемого им объединения участников рынка.

Похоже, сегодня на долю большинства представителей финансового сообщества достается лишь пассивная роль наблюдателя этого все более отчетливого перехода к одноуровневой, «псевдо-советской» системе «сберкасс» (пусть и на высоком «облачном», или даже заоблачном цифровом уровне), «промстройбанков», «жилсоцбанков», «сельхозбанков» и «внешэкономбанков».

Мы становимся свидетелями закрытия эры развития банковского бизнеса на принципах свободной и одинаково справедливой для всех его участников конкуренции.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 10 августа 2017 > № 2271047 Алексей Мамонтов


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ. Приватизация, инвестиции > bankir.ru, 10 августа 2017 > № 2271036 Александр Пономарев

Онлайн-платежи в малом бизнесе: трудности приема и подводные камни подключения

АЛЕКСАНДР ПОНОМАРЕВ

коммерческий директор платежного сервиса Payler

Дорога предприятия малого бизнеса в мир онлайн-платежей с первого взгляда кажется широкой и беспрепятственной. Нужно просто выбрать банк, подписать пару договоров и дело в шляпе. Однако на этом пути малый бизнес могут поджидать неожиданные трудности.

Российский рынок онлайн-платежей ежегодно растет на 25%. Положительная динамика сохраняется из года в год, несмотря на кризисы и пессимистичные прогнозы. Но жить легче малому бизнесу от этого не становится.

Банк или не банк — вот в чем вопрос

Первая дилемма, с которой столкнется предприятие малого бизнеса, решившее начать принимать платежи онлайн — пойти напрямую в банк или обратиться к посреднику?

Всего существует три способа принимать онлайн-платежи: напрямую через банк, через агрегатора платежей или через сервис-провайдера. Терминология неочевидная, но пугаться не стоит. Принципиально важных отличий всего два — это безопасность ваших денег и количество сгоревших нервных волокон.

Работать напрямую с банком дешевле. Например, Тинькофф Банк предлагает малому бизнесу ставку в 2,79%, начальная ставка за платежи по банковским картам от Робокассы, популярного агрегатора платежей — 3,9%. Сервис-провайдеры занимают нишу между банками и агрегаторами со средней ставкой в 3,5%.

Работать напрямую с банком сложнее. Если посредники так или иначе заточены на качество обслуживания, то банк физически не в состоянии обеспечить каждое малое предприятие должным вниманием. Если целевая аудитория предприятия — это держатели карт американских банков, находящиеся в Европе, а в системе безопасности банка сочетание этих двух критериев считается высокорисковыми, то такие платежи будут “отрезаться” без разбора. В этом случае покупатель банально не сможет оплатить покупку на сайте, а вносить коррективы в свои внутренние процессы ради предприятия с оборотом в несколько сотен тысяч рублей банк не станет. Грубый пример, но он наглядно иллюстрирует ситуацию — банки не слышат боль малого бизнеса, не слушают, не хотят слышать.

В глазах малого бизнеса среднестатистический банк — это бюрократизированная машина, пробиться сквозь двери которой практически невозможно. Работая с банком напрямую, следует быть готовым к тому, что решение любого пустякового вопроса будет занимать дни и недели.

Именно по этой причине абсолютное большинство предприятий малого бизнеса принимает онлайн-платежи через посредников. Но если при работе напрямую с банком все понятно (деньги поступают в банк, который и переводит их на ваш счет, за вычетом всех комиссий), то на схемах работы через агрегатора и сервис-провайдера стоит остановиться подробнее.

Агрегатор — это компания, поставляющая множество методов оплаты. Агрегаторы отличаются быстрым подключением, упрощенной технической интеграцией и несколько завышенными ставками. Чаще всего, агрегатор — сам себе НКО (небанковская кредитная организация), и производит все расчеты через самого себя. Это объясняет, почему подключиться к агрегатору быстрее и проще, чем к банку или сервис-провайдеру.

Есть в этой бочке мёда и деготь: при работе через агрегатора за деньги предприятия фактически отвечает не банк. Весь оборот денежных средств предприятия, проходящий онлайн, агрегатор принимает на своей стороне — без участия какого бы то ни было гаранта безопасности. Когда производить выплаты на расчетный счет, и производить ли вообще — агрегатор тоже вправе решать сам. Рынок знает случаи, когда агрегатор останавливал выплаты из-за внутренних проблем, тем самым парализовав работу сотен предприятий.

Сервис-провайдер (IPSP — Internet Payment Service Provider) отличается от агрегатора тем, что не касается денег. Сервис-провайдер работает с банком, чаще — с несколькими банками, и все финансовые операции происходят напрямую между торговой точкой и банком. Сам же сервис-провайдер в этой цепи выступает технологическим звеном, которое обеспечивает стабильность приема платежей и отвечает за успешное прохождение транзакций. А еще у сервис-провайдера есть выделенные менеджеры на стороне банков, и решение текущих вопросов — в отличие от обращения напрямую, когда предприятие работает без посредника — происходит если не моментально, то за разумные 15-30 минут.

Главная ценность такого формата для малого бизнеса заключается в быстрой оборачиваемости денег. Сроки возмещения на расчетный счет предприятия жестко прописаны в договоре с банком и составляют — по стандартным условиям — три дня с момента проведения платежа, но чаще всего это происходит уже на следующий день.

Подключиться к сервис-провайдеру легче, чем к банку, но сложнее, чем к агрегатору. Например, для подключения к сервис-провайдеру Payler предприятию нужно заполнить анкету, предоставить сканы учредительных документов и подписать договор с банком. Вся процедура занимает от 5 до 14 дней. Приятная особенность работы с этой категорией посредников заключается в том, что банк можно выбрать по своему усмотрению, а вся рутинная работа по согласованию и оформлению документов, ежемесячной отчетности, подготовке реестров, технической поддержке клиентов снимается с плеч предпринимателя и ложится на менеджера сервис-провайдера (который, скорее всего, будет выделен персонально для предприятия).

Дешево и сердито не будет

Парадокс, но чем меньше бизнес — тем больше он будет платить. Комиссии за онлайн-платежи на стартовых оборотах на 1-2% выше, а большинство дополнительных услуг, которые по умолчанию достаются бесплатно крупным предприятиям, стоят дополнительных сумм.

Это не рэкет и не вымогательство, просто так устроен рынок. Комиссию, которую предприятие платит с каждого платежа, делят между собой по меньшей мере четыре звена. Это и банк-эквайер, и банк-эмитент, и международные платежные системы, и посредник — если вы работаете не напрямую с банком. Самый большой кусок пирога традиционно достается банку-эмитенту — он забирает в среднем 1,5% с каждой транзакции. Международная платежная система забирает фиксированную сумму, в среднем 3-4 рубля с платежа. Оставшееся делится между банком-эквайером и посредником. В сухом остатке каждый из них получает десятые и сотые доли процента с транзакции. Разумеется, сотая доля процента от оборота в сто тысяч рублей несопоставима с аналогичной долей от ста миллионов. А компенсировать расходы надо всем участникам цепи. Так и получается, что малый бизнес влетает в копеечку там, где крупные игроки экономят миллионы.

Желание малого бизнеса сэкономить на платежах объяснимо, но делать этого не стоит. Низкая цена всегда сопровождается высокими рисками — влететь на штрафы от международных платежных систем, потерять половину трафика, нарваться на фрод.

Идеальный мир, в котором клиент приходит на сайт, платит картой и уходит довольный, складывается из десятков нюансов и полутонов. Если компания продает американцам экскурсионные туры по Золотому Кольцу, то оплата с американского IP-адреса не вызывает подозрений. Но если она продает холодильники в Подмосковье, скорее всего, попытка оплаты с американского IP-адреса скрывает за собой мошенника — за умение лавировать в этих взаимосвязях в хороших платежных сервисах отвечают антифрод-системы, разработка и поддержка которых тоже стоит денег. Дешево и сердито не получится. Этот неприятный факт нужно принять — чем раньше, тем лучше.

Очень важно осознавать, что за минимальную цену можно получить только минимальный продукт. Фактически это означает, что предприятие будет как-то принимать платежи — и всё. Этого может показаться достаточно при поверхностном рассмотрении, но очень скоро внимательный предприниматель заметит, что само по себе движение денег по маршруту плательщик-банк-расчетный счет — только верхушка айсберга. На деле же значение имеет не сам факт приема платежей как-нибудь, а скрупулезная и дотошная настройка платежного шлюза под особенности конкретного бизнеса.

Разработчик — ваш лучший друг

Слабые IT — это реальная проблема малого бизнеса. Стоит ли говорить о компаниях, где владелец — он же бухгалтер, маркетолог, продавец, и во всех этих заботах ему совсем не до штата разработчиков. Но прием платежей — это история в равной степени финансовая и технологическая, потребность в технических специалистах появляется уже на этапе подготовки к подключению онлайн-платежей.

Речь о требованиях к сайту, которые устанавливают международные платежные системы и без соответствия которым дорога в мир онлайн-платежей закрыта. Например, на сайте должен быть реализована функциональность корзины, опубликованы порядок оплаты, доставки и возврата товара, политика конфиденциальности и информация о продавце.

Многие малые предприятия создают сайты на конструкторах или используют шаблоны для CMS и могут справиться с подготовкой своими силами. Но когда дело доходит до интеграции с платежным шлюзом, требуются серьезные знания в области серверной разработки, а любая ошибка может больно ударить по кошельку.

Нужно трезво оценивать свои технические ресурсы еще на этапе выбора партнера по платежам. Если штатных разработчиков нет, лучше отказаться от идеи прямого сотрудничества с банками. Отсутствие технической поддержки и затянутая процедура решения возникающих вопросов — а вопросы будут возникать чуть ли ни ежедневно — сыграют против компании.

Сага о 54-ФЗ

С 1 июля 2017 года новые требования закона обязали все торговые предприятия перейти на обновленную контрольно-кассовую технику, а именно — на онлайн-кассы, обеспечивающие передачу электронной копии чека в налоговую. Ажиотаж вокруг самой масштабной реформы в ритейле за последние десять лет привел к дефициту фискальных накопителей, который на сегодняшний день составляет порядка 300 тысяч единиц техники.

Но дефицит — не главная проблема. Гораздо больше трудностей у представителей малого бизнеса вызывает непонимание процессов и отсутствие ресурсов на внедрение технических доработок. Еще одна проблема — нехватка бюджетов. По скромным оценкам, стоимость перехода на новую ККТ составляет порядка 37 тысяч рублей, это при условии самостоятельных технических доработок. Если своих IT-специалистов нет, к этой сумме нужно добавить еще пару десятков тысяч рублей за аутсорсинг.

Новый закон закручивает гайки малому бизнесу, остаться в онлайне смогут только самые настойчивые предприятия. Оптимальное решение в сложившихся условиях — сотрудничество с платежными сервисами, у которых есть готовые интеграции с онлайн-кассами. Хотя полностью избавиться от связанных с 54-ФЗ заботами не получится — заключать договор с оператором фискальных данных и регистрировать оборудование в ФНС все равно придется самостоятельно — платежный сервис может как минимум обеспечить понимание происходящего вокруг и помочь с техническими доработками, оставив предпринимателю время для решения более глобальных вопросов.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ. Приватизация, инвестиции > bankir.ru, 10 августа 2017 > № 2271036 Александр Пономарев


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 9 августа 2017 > № 2271066 Владислав Лысенко

Долг за связь: почему абоненты сталкиваются с коллекторами?

Владислав Лысенко

директор коллекторского агентства «ЦЗ Инвест», член Национальной ассоциации профессиональных коллекторских агентств (НАПКА)

Что делать, если вам звонит коллектор из-за долгов за услуги телеком-оператора или интернет-провайдера?

Одна из наиболее конфликтных категорий должников коллекторских агентств — это абоненты сотовых и телеком-операторов, а также интернет-провайдеров. В общении с кол-центром они уверяют, что никакого долга за ними нет, отказываются сотрудничать и активно пишут жалобы на коллекторов в СМИ, на форумах и в соцсетях. Почему такую бурную реакцию вызывают именно долги за связь, чаще всего копеечные? Потому что они самые неожиданные для потребителей и звонки взыскателей часто кажутся абонентам мошенничеством.

Забыт, но не прощен

Вряд ли недобросовестный заемщик ипотеки или крупного потребительского кредита забудет о своем тяжком бремени. А вот неоплаченный в далеком прошлом роуминг или месячный платеж за интернет быстро вылетают из памяти. В отличие от бдительных сотрудников банков и МФО телеком-операторы и провайдеры услуг редко напоминают о старых долгах — их слишком много, суммы мелкие, и тратить усилия на информирование должников зачастую невыгодно. Поэтому звонок или письмо от коллекторского агентства (иногда через 3-5 лет после образования просрочки) вызывает возмущение должника — а где вы были раньше и почему я первый раз об этом слышу?

При этом распространенный среди должников миф про трехлетнюю исковую давность не соответствует действительности. Договор с оператором может быть заключен хоть 10 лет назад и столько же лет уже не использоваться вами, но если он не был расторгнут и по нему начисляются пени, то ваш долг вполне свеж и молод. Кроме того, исковая давность высчитывается с момента письменного уведомления кредитора о просрочке, а не с момента ее возникновения.

Более того, долг может переходить по наследству родственникам умершего абонента, что вызывает у юридически неграмотных граждан особенно бурную реакцию. Если наследники не потрудились переоформить или закрыть договор, к ним на вполне законных основаниях могут обратиться коллекторы, даже если должник умер уже несколько лет назад.

Мелкая неприятность

Крупная задолженность за пользование сотовым телефоном или услугами интернета в практике взыскателей — редкость. Услуги связи нечасто предоставляются в кредит, в основном по предоплате. Средний чек должника этой категории обычно не превышает 500-1000 рублей. Естественно, коллекторы не выкупают такие долги штучно: провайдеры услуг (тот же «Ростелеком») накапливают их годами, после чего избавляются оптом. Именно такие долги удобно оплачивать через онлайн-сервисы, которые есть на сайтах многих коллекторских агентств — ради небольшого долга не придется идти к банкомату или в банк.

Вот несколько самых распространенных причин образования задолженности такого рода.

Забытая SIM-карта. Абонент давно ею не пользуется, но договор не расторгнут. Тариф предполагает регулярное списание фиксированного платежа за услугу или пользование мобильной связи в кредит.

Неоплаченная аренда оборудования для пользования интернетом или ТВ. Пользователь перешел на обслуживание к другому провайдеру, закрыл платежи за интернет, но не расторг договор, предполагающий регулярную оплату за эксплуатацию модема.

Нерасторопность поставщика услуги в оформлении платежек. Клиент расторг договор, но провайдер на момент расторжения контракта не выставил счет за последний период. Такие ситуации характерны для услуг по предоставлению интернета.

Нелюбовь операторов и провайдеров к напоминанию забывчивым абонентам об их старых долгах в ближайшее время должна уйти в прошлое. С 1 января 2017 года вступил в силу 230-ФЗ о защите прав должников, согласно статье 9 п.1 которого кредитор обязан уведомить должника о передаче долга сторонней организации в течении 30 рабочих дней с даты привлечения такой организации к взысканию. Кредитором в данном случае является поставщик услуги, так как у абонента образовался долг. Поэтому для абонентов звонки коллекторов уже не будут громом среди ясного неба. Правда, обратной силы эта норма закона не имеет, и если продажа долга была осуществлена до 1 января 2017 года, извещения об этом должник не получит.

Советы и предостережения

Не стоит считать, что ради долга в несколько сотен рублей коллектор поленится обратиться в суд. Это действие в коллекторских агентствах поставлено на поток вне зависимости от суммы задолженности. И выигрывают они тоже массово — отказать истцу в удовлетворении такого иска судья может лишь в случае неверно оформленного договора с должником или при отсутствии юридических предпосылок к взысканию долга. Так как все обязательные платежи абонентов сотовой и интернет-связи четко прописаны в контрактах, дело решится в пользу взыскателя. И тогда должнику придется не только оплатить сумму долга, но и пообщаться с судебными приставами, которые имеют в своем арсенале право напрямую списать долг с его банковской карточки или арестовать счета, не выпустить должника за границу и т. п.

Если у вас все-таки остаются сомнения в полномочиях коллекторского агентства, которое к вам обращается, изучите положения 230-ФЗ «О защите прав физлиц при взыскании»:

Коллектор обязан представиться: сообщить свое ФИО и полное название организации, которую он представляет.

Коллектор не может проводить переговоры с должником чаще 1 раза в сутки, 2 раз в неделю и 8 раз в месяц. Судебная практика уже показала, что засчитывается не сам факт звонка, но полноценные переговоры — представление кредитора, информация о происхождении задолженности, ответ должника.

Зная название компании, легко проверить легальность ее действий. Все лицензированные взыскатели находятся в реестре Федеральной службы судебных приставов (ФССП), с которым можно ознакомиться на сайте ведомства

Если вы не нашли коллектора в «белом списке», не поленитесь написать жалобу в ФССП или Национальную ассоциацию профессиональных коллекторских агентств (НАПКА). Формы для жалоб можно найти у них на сайте. Агентство, не входящее в госреестр, занимается незаконным взысканием и возвращать ему долг не надо.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 9 августа 2017 > № 2271066 Владислав Лысенко


Россия > Финансы, банки. Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 9 августа 2017 > № 2271065 Евгений Гавриленков

Неожиданный поворот. Курс рубля перестал реагировать на изменения цены нефти

Евгений Гавриленков

Партнер Matrix Capital

Ужесточение денежно-кредитной политики привело к тому, что в прошлые месяцы при снижении цены нефти c $55 до $50 за баррель курс рубля оставался практически неизменным

В экономике наблюдается весьма умеренный поквартальный рост. Исключением стало разве что неожиданное ускорение роста промышленного производства в мае. Промышленность в мае выросла на 5,6% по сравнению с маем прошлого года, что привело к росту общего объема промышленного производства за первые пять месяцев этого года на 1,5% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. В I квартале годовой рост в промышленности составлял всего лишь 0,1%, а в апреле промышленность выросла уже на 2,3% по сравнению с аналогичными периодами 2016 года. В мае резкий рост показала обрабатывающая промышленность, динамика которой в первые четыре месяца года находилась на околонулевом уровне: она выросла на 5,7%. Бурный рост был зарегистрирован и в производстве легковых автомобилей, что в значительной мере отражает эффект базы. Однако серьезно повышать прогноз роста промышленного производства на год в целом (он может составить 2–2,2%) пока представляется преждевременным, поскольку резкое улучшение динамики в отдельно взятый месяц может быть обусловлено наличием статистических сбоев, которые регулярно случаются. Так или иначе, но промышленный рост восстанавливается, и вопрос лишь в том, насколько активно идет это восстановление.

Сельское хозяйство, скорее всего, в этом году покажет умеренный результат (вплоть до отрицательного роста) — особенно в сравнении с рекордным урожаем прошлого года, поскольку погодные условия весной нынешнего года были не самыми благоприятными. В январе — мае продукция сельского хозяйства выросла на 0,6% по сравнению с январем — маем 2016 года, а в мае годовой рост составил лишь 0,3%.

Как и ожидалось, потребление постепенно восстанавливается. Объем оборота розничной торговли в мае вырос на 0,7% по сравнению с маем прошлого года, вследствие чего спад за первые пять месяцев года составил лишь 0,8%. По итогам года ожидается умеренный рост оборота розничной торговли. Следует отметить, что эти данные вызывают некоторые сомнения, и, скорее всего, статистика оборота розничной торговли со временем будет скорректирована в сторону повышения, но это отдельная тема. Пока можно лишь отметить, что снижение оборота розничной торговли плохо перекликается с данными о росте потребления домашних хозяйств в I квартале на 2,7% по сравнению с I кварталом прошлого года.

Восстанавливается и внутренний спрос в целом — в I квартале рост инвестиций в основной капитал составил 2,3% (также по сравнению с I кварталом 2016 года). ВВП же вырос лишь на 0,5%, что в основном обусловлено отрицательной динамикой чистого экспорта и изменения запасов материальных оборотных средств.

Снижение годовой инфляции приостановилось. На протяжении примерно двух месяцев она оставалась около 4,1%, то есть до конца июня понедельная инфляция сохранялась на уровне 0,1%, и это было сопоставимо с понедельной инфляцией в соответствующие месяцы прошлого года. Однако в последние две недели инфляция ускорилась, что привело к ускорению июньского темпа роста цен до 0,6% и годового — до 4,4%. Судя по всему, инфляция в июле также может превысить уровень июля 2016 года, когда она составила 0,5%.

Показательно, что инфляция начала повышаться в условиях, когда политика Центробанка была крайне жесткой. Осторожное снижение ключевой ставки с 11% в августе прошлого года до нынешних 9% вряд ли можно назвать смягчением денежно-кредитной политики, поскольку в реальном выражении ключевая ставка сохранялась на уровне примерно 5%. По сути, это означало относительное ужесточение денежно-кредитной политики, так как влияние на экономику ставки такого уровня (в реальном выражении) в условиях более низкой инфляции весьма отличается от влияния на экономику того же уровня реальной ставки в случае двузначной инфляции.

Вследствие такого относительного ужесточения политики спрос на рефинансирование со стороны банков упал до ничтожно малого уровня: совокупные требования Центрального банка к кредитным организациям в последние месяцы редко превышали 400 млрд рублей, что ничтожно мало по сравнению с рекордными 7,5 трлн рублей в декабре 2014 года. Относительное ужесточение денежно-кредитной политики естественным образом привело к избыточному укреплению рубля, причем с конца прошлого года курс рубля перестал реагировать на изменения цены нефти, в то время как традиционно такая связь всегда прослеживалась, хотя интенсивность зависимости менялась. Ужесточение денежно-кредитной политики привело, например, к тому, что в прошлые месяцы при снижении цены нефти c $55 до $50 за баррель курс рубля оставался практически неизменным. В свою очередь, избыточно сильный и стабильный рубль способствовал снижению инфляции.

До поры до времени все это было возможным в силу того, что, несмотря на изменение цены нефти и постепенный рост импорта, профицит счета текущих операций поддерживался на высоком уровне без необходимости коррекции курса. Например, в I квартале этот профицит достиг $23,3 млрд, а по итогам января — мая ЦБ оценил его в размере лишь $27 млрд. Это означает, что в апреле и мае месячный профицит составлял уже лишь порядка $2 млрд против почти $8 млрд в I квартале (в среднемесячном исчислении).

Движение цены нефти в диапазоне $45–50 на фоне роста импорта должно было повлиять на курс — по причине того что нефть на уровне $45 за баррель и достигнутые в последние месяцы объемы импорта снижали профицит счета текущих операций до более близкого к нулю уровня. Естественно, чтобы все эти расчеты материализовались, необходимо не просто касание ценой нефти того или иного уровня с последующим возвратом к прежним более высоким значениям, а сохранение этого нового уровня на относительно продолжительном отрезке времени. И, собственно говоря, снижение цены нефти до уровня $46–47 за баррель при соответствующей коррекции курса эти соображения и проиллюстрировало. Соответствующим образом повела себя и инфляция, начав ускоряться.

Несмотря на улучшение динамики, рост экономики остается весьма вялым: пока можно рассчитывать на 1,5–2% по итогам года. Это лучше спада в 2015–2016 годах, но гораздо медленнее темпов роста мировой экономики, которые могут составить 3,5–3,6%. В последние месяцы появились сомнения и в возможности достижения и удержания инфляции на целевом 4%-ном уровне, несмотря на сохранение крайне жесткой денежно-кредитной политики.

Россия > Финансы, банки. Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 9 августа 2017 > № 2271065 Евгений Гавриленков


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 8 августа 2017 > № 2268924 Александр Ермак

Банк России готовится к выпуску облигаций. Будет ли спрос?

Александр Ермак

главный аналитик по долговым рынкам БК «РЕГИОН»

Банк России 15 августа 2017 года проведет на Московской бирже аукцион по размещению первого выпуска купонных облигаций (КОБР) в объеме 150 млрд рублей по номинальной стоимости. Новый инструмент может стать достаточно привлекательным

Согласно решению о выпуске, номинальная стоимость одной купонной облигации Банка России составляет 1000 рублей. Датой погашения облигаций определено 15 ноября 2017 года. Облигации имеют плавающий купон, ставка которого будет привязана к ключевой ставке ЦБ на каждый день купонного периода. К участию в размещении КОБР допускаются только российские кредитные организации, обращение облигаций будет осуществляться также только среди отечественных банков. В сообщении регулятора было отмечено, что «проведение указанного аукциона позволит кредитным организациям оценить собственную готовность к работе с купонными облигациями Банка России и при необходимости уточнить соответствующие внутренние процедуры».

В современной истории российского финансового рынка это не первый опыт Банка России по выпуску собственных облигаций. Дебютное размещение бескупонных облигаций Банка России (БОБР) состоялось в сентябре 1998 года. В течение четырех месяцев было размещено 12 выпусков облигаций на общую сумму 26 млрд рублей. БОБРы были хорошо восприняты банками, быстро заняли «свободную» нишу на фондовом рынке после краха рынка ГКО-ОФЗ. Однако в связи с тем, что процедура эмиссии этих бумаг противоречила законодательству, Банк России был вынужден прекратить свою практику выпуска собственных облигаций. После изменения законодательства Банк России возобновил выпуск своих облигаций в сентябре 2004 года, однако реальный интерес к ним со стороны кредитных организаций был проявлен лишь в 2007 году на фоне мирового кризиса и в дальнейшем в 2010-2011 годах после преодоления последствий финансового кризиса в России. В середине 2007 года объем вложений в облигации ЦБ достигал 373 млрд рублей, в то время как вложения в государственные облигации составляли около 368 млрд рублей. В июле — сентябре 2010 года вложения в ОБР достигали 950-990 млрд рублей, превышая на 130-150 млрд вложения в государственные ценные бумаги.

С сентября 2004 года по сентябрь 2011 года Банк России за счет выпуска собственных облигаций смог привлечь денежные средства кредитных организаций на общую сумму более 4,2 трлн рублей, при этом более 86% приходилось на 2007-2011 года. Наибольший интерес к ОБР был проявлен банками в периоды появления избытка банковской ликвидности, связанной с ожиданиями ухудшения ситуации на финансовых рынках и нежеланием банков рисковать при кредитовании или инвестировании свободных денежных средств на длинные сроки. При этом сроки обращения ОБР не превышали 9 месяцев, преимущественно составляли около 4-6 месяцев. К концу 2011 года ситуация в российской экономике и на финансовых рынках стала улучшаться, в результате чего спрос на ОБР со стороны кредитных организаций сошел на нет.

О возможности возобновления выпуска ОБР заговорили еще год назад на фоне ожиданий регулятора роста структурного профицита банковской ликвидности, что подтверждается результатами ежедневных расчетов этого показателя Банком России. Кроме того, достаточно продолжительное время наблюдаются стабильно высокие остатки денежных средств на корсчетах (около 1,7-2,2 трлн рублей ежедневно) и депозитных счетах (660-760 млрд рублей, из которых около 80% приходится на депозитные аукционы сроком одна неделя) в Банке России. Таким образом, очевидно, что расширение списка инструментов для абсорбирования «устойчивой части» профицита можно оценивать как своевременное и правильное решение регулятора.

Привязка ставки купона по КОБР к уровню ключевой ставки Банка России на каждый день купонного периода будет способствовать, по мнению регулятора, поддержанию ставок денежного рынка вблизи ключевой ставки в условиях значительного структурного профицита ликвидности. Ожидаем, что спрос на первом аукционе будет достаточно высоким, ставка размещения может сложиться в диапазоне между ставками недельного депозитного аукциона и уровнем доходности полугодового выпуска ОФЗ.

Перспективы дальнейшего развития рынка КОБР будут определяться, в первую очередь, спросом со стороны кредитных организаций, который во многом будет зависеть от экономической ситуации в стране, а также решениями Банка России, которые, согласно сообщению регулятора, «будут приниматься по мере необходимости, с учетом прогноза ликвидности банковского сектора в целях абсорбирования устойчивой части 

структурного профицита ликвидности, если ее объем станет значительным».

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 8 августа 2017 > № 2268924 Александр Ермак


Россия > Финансы, банки > kremlin.ru, 7 августа 2017 > № 2270346 Герман Греф

Встреча с президентом, председателем правления Сбербанка России Германом Грефом.

Г.Греф информировал Президента об итогах работы Сбербанка в первом полугодии 2017 года.

В.Путин: Как себя чувствует наше ведущее финансовое учреждение?

Г.Греф: Спасибо, мы как раз подвели итоги первого полугодия. Чистая прибыль составила 317 миллиардов рублей.

В.Путин: Это почти половина, больше половины прибыли всех других финансовых учреждений.

Г.Греф: Этот год будет лучше для банков, чем предыдущий. Но я думаю, что от 40 до 50 процентов, наверное, обычно. Примерно такой объём.

За первое полугодие у нас по сравнению с прошлым годом прибыль выросла на 38 процентов, хотя прошлый год был рекордным за всю нашу историю. Но самое главное, что в этом году качественно меняется целый ряд трендов. Мы видим, что у нас подросли выдачи кредитов юридическим лицам по сравнению с прошлым годом на 11 процентов, а физическим лицам – на 20 процентов. В целом в этом году впервые идёт прирост кредитования юридическим лицам. За полгода мы выросли не намного, на один процентный пункт, но это уже рост.

Пока мы кредитный портфель уменьшаем только в двух сегментах – это сегмент муниципальный и субфедеральный, и также крупнейшим предприятиям. Малый, средний бизнес и физические лица – кредитный портфель растёт очень хорошо. В этом году самое главное – по малому бизнесу у нас прирост составил уже порядка шести процентов за шесть месяцев. Впервые за последние три года такое быстрое восстановление кредитного портфеля.

В.Путин: Это ещё может быть результатом того, что крупные наши компании с госучастием начали создавать вокруг себя малые и средние предприятия. Вы знаете, это одно из направлений работы Правительства.

Г.Греф: Да.

В.Путин: Поскольку им поручено часть своих заказов размещать на малых и средних предприятиях, это в том числе вызывает такой рост.

Г.Греф: Думаю, да, Владимир Владимирович. Здесь целый ряд факторов, в том числе и падение ставок, конечно. Мы очень сильно снизили ставки. Если посмотреть на те ставки, по которым мы сегодня выдаём [кредиты] для малого бизнеса, то за год они опустились примерно на 4–5 процентных пунктов. Это очень много.

В том числе мы поменяли технологию работы с малым бизнесом. У нас сегодня решения по малому бизнесу принимаются автоматически по большинству продуктов.

В.Путин: Да, Вы мне рассказывали. Это в том числе и результат автоматизации?

Г.Греф: Да. Мы стали использовать при принятии решения искусственный интеллект и в ноябре прошлого года запустили новый продукт, мы его назвали «Смарт-кредит». Я очень боялся что-то анонсировать с точки зрения качества, потому что всё равно, когда автоматизируешь процесс, всегда очень переживаешь за то, как будет выглядеть вызревание портфеля.

Пока, за первые восемь месяцев с момента, как мы запустили новую технологию, у нас рекордно низкие просрочки. Боюсь говорить о том, как будет складываться на рубеже двух-трёх лет, но это очень хороший результат. У нас никогда не было такого маленького объёма просрочки. У нас на весь кредитный портфель, который мы выдали, всего 170 миллионов рублей просроченных. Это рекордный результат.

Второе, о чём бы я хотел сказать как об очень важном тренде, – то, чем мы сейчас занимаемся, – это перевод полностью всего банка в цифру. Мы 2,5 года назад начали создание новой платформы, гибкой платформы, которая резко изменит время вывода новых продуктов на рынок. Сегодня вывести новый продукт на рынок у нас занимает от одного года до двух лет. Только тестирование на наших объёмах, на нашей огромной платформе, занимает от четырёх до шести месяцев, потому что платформа не гибкая. И когда мы делаем какое-то изменение в одной её части, то в любой момент времени может оказаться, что не работает совершенно другая часть в силу того, что платформа построена по сегодня уже абсолютно неконкурентоспособным, старым принципам.

Поэтому мы в 2014 году приняли решение начать разработку новой платформы собственными силами. И сегодня два банка в мире нашего размера, которые активно занимаются этим. Это мы и испанский банк BBVA. Они начали раньше, они начали это делать в 2007 году и ушли подальше нас. Но мы за последние три года прошли очень большой путь. Задача, которую мы перед собой ставим, – до конца 2018 года своими силами создать новую банковскую платформу и заменить старую платформу. В течение ещё двух-трёх лет после этого мы будем менять все приложения к этой платформе, но она уже будет нашего производства.

Сегодня над платформой работает примерно 14 тысяч человек у нас. Наше дочернее предприятие «Сбербанк-Технологии», в котором сегодня 10,5 тысячи программистов работают, – сегодня одно из крупнейших российских предприятий в области IT. Мы его учредили в 2011 году, и оно за эти годы так выросло. Мы переводим на работу в режиме agile, когда программисты и специалисты других специальностей сидят вместе в маленьких командах и работают над созданием принципиально новой платформы.

Если будет всё удачно и в 2018 году мы закончим создание платформы, думаю, что мы будем одной из самых конкурентных компаний на мировом рынке цифровых компаний. Гибкость нашей платформы позволит нам работать, во-первых, в большом количестве сфер. Во-вторых, выводить новые продукты на рынок уже не в течение года или двух, а в течение недель. И это, конечно, очень серьёзно повлияет на скорость принятия нами решений, на скорость работы, и платформа будет построена на принципиально других принципах.

В.Путин: Повлияет на качество работы.

Г.Греф: Абсолютно.

Россия > Финансы, банки > kremlin.ru, 7 августа 2017 > № 2270346 Герман Греф


Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 7 августа 2017 > № 2267895 Валерий Лях

Мнение ЦБ: советы финансовых гуру могут привести к убыткам и судебным разбирательствам

Валерий Лях

директор департамента противодействия недобросовестным практикам Банка России

Как действовать, чтобы первые инвестиции не обернулись потерями и разочарованием? Чьим советам и рекомендациям доверять?

Начинающий инвестор, поддавшись призывам ведущего модного финансового телешоу, вложил свои сбережения в акции перспективной компании. Ему было 24 года, он работал водителем, а все накопления составляли $60 000. Но акции неожиданно обвалились, деньги ухнули в никуда.

Дальше можно не продолжать, сюжет криминальной драмы «Финансовый монстр» наверняка помнят многие. Помимо захватывающего действа, фильм интересен историей — у главных героев были реальные прототипы, а также моралью — не стоит безоговорочно доверять даже самым раскрученным финансовым гуру.

В России большая часть граждан пока не распробовали как следует финансовый рынок. Но процесс, что называется, идет. Сейчас клиентами профучастников рынка ценных бумаг являются около 3 млн человек, и почти каждый квартал их ряды пополняются еще на 100 000. Эти люди — потенциально активные инвесторы.

На самом деле случаи, когда эксперты, претендующие на роль рыночных прорицателей, вольно или невольно вводят инвесторов в заблуждение, не столь уж редки. В том числе и в нашей стране. Причем подчас такие действия совершаются даже не корысти ради. Мы не раз наблюдали, как некоторые аналитики сотрясали рынок, мягко говоря, непродуманными заявлениями. Например, на страницах специализированных порталов и форумов анонимные пользователи настойчиво публикуют рекомендации в отношении конкретных инструментов. А для того чтобы придать своим словам дополнительную весомость, скрываются под многозначительным ником «Инсайдер». Видимо, для того чтобы создать впечатление осведомленности, причастности к эмитенту, инвестиционной или юридической компании. Однако информация, выдаваемая ими за «инсайдерскую», является либо вымыслом чистой воды, либо «художественно переработанными» сведениями из открытых источников.

Тем не менее преподнесенная уверенно, да еще и под соусом некоей таинственности, она, как показывают наблюдения, может быть воспринята частью аудитории как руководство к действию. И даже — такое тоже бывало — оказать влияние на рыночные параметры ценной бумаги. Ну а если каналом распространения информации становится даже не портал или форум, а газета, радио, телевидение?

В качестве примера — случай не из кино, а из жизни. Правда, не вчерашнего и даже не позавчерашнего дня, а примерно годичной давности. Но, к сожалению, не единственный, а всего лишь один из.

Довольно известный аналитик, выступая на популярном телеканале, эмоционально предложил торговую идею в виде покупки акций одной не слишком раскрученной, но вполне благополучной компании — УК «Арсагера». А для того, чтобы подогреть интерес зрителей, скорее в шутку сказал, что, по его сведениям, акции компании скупает некий трейдер, обладающий, в свою очередь, инсайдерской информацией. А раз уж это делает инсайдер, сами, мол, понимаете, что… Аналитик обошелся без ссылок на источник информации, данных о финансовом положении компании и анализа текущего состояния дел на рынках. И все же такого выступления оказалось достаточно, чтобы стремительно развернуть рынок. Малоликвидные акции рванули вверх на 20%. А доверчивые инвесторы в ходе необоснованного ралли понесли реальные и весьма ощутимые убытки.

Дело кончилось склокой в сети: рассерженные пострадавшие не скупились в выражениях в адрес ни в чем не повинной, но не оправдавшей их надежд компании; она, в свою очередь, затеяла судебные разбирательства в отношении тех, кто порочил ее имя в сети.

Инвесторам, естественно, никто ничего не вернул.

Безусловно, каждый гражданин имеет право высказывать свою точку зрения — в том числе публично. Размышлять, строить версии и прогнозы. Однако эксперты и аналитики как никто другой должны понимать, какое влияние опубликованная и озвученная ими информация может оказать на финансовый рынок и в частности на справедливое ценообразование финансового инструмента, а соответственно — и на результаты работы инвесторов. Причем, неважно, что в упомянутом выше случае, скорее всего, никакого злого умысла и не было. Точнее, выступавший, очевидно, просто не задумывался о последствиях. И это распространенная проблема.

Внимательные читатели и уж, конечно, журналисты знают: есть пул спикеров, которые буквально специализируются на кошмарных прогнозах, невероятных предсказаниях, разоблачительных сенсациях. Надо честно признать, что в нашей правоприменительной практике опыт разбора подобных случаев отсутствует. Но, кстати, не исключаю — пока отсутствует.

По закону «О противодействии манипулированию и инсайде» умышленное распространение через СМИ и интернет заведомо ложных сведений, которые приводят к существенному отклонению цены, спроса, предложения или объема торгов от уровня, который бы сформировался без такого воздействия, является манипулированием. Соответственно, и наказание за такие действия тоже предусмотрено. Некоторым экспертам и аналитикам, легкомысленно делающим громкие заявления, следовало бы об этом помнить.

Что же касается инвесторов, то тут есть набор простых, но всегда актуальных советов.

Старайтесь критически оценивать, проверять и анализировать информацию. К необычным прогнозам, особо оригинальным рекомендациям и заявлениям, не подкрепленным фактами, отнеситесь с наибольшей осторожностью. Во всяком случае пусть они сначала станут пищей для размышлений и лишь потом — толчком для принятия решений. И помните, что, поддержав, как говорят на рынке, навязанный тренд, вы можете оказаться и жертвой, и орудием манипуляторов. Помните о возможных рисках.

И, как говорится, удачных вам инвестиций.

Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 7 августа 2017 > № 2267895 Валерий Лях


Россия > Нефть, газ, уголь. Финансы, банки > forbes.ru, 7 августа 2017 > № 2267890 Владимир Богданов

Сургутские тайны. Две загадки миллиардера Владимира Богданова

Елена Березанская

Редактор Forbes

Генеральный директор и совладелец «Сургутнефтегаза» Владимир Богданов умеет хранить секреты. Зачем его компания держит астрономические суммы на депозитах в российских банках преимущественно в долларах США?

Самый богатый житель Ханты-Мансийского автономного округа, генеральный директор и совладелец «Сургутнефтегаза», третьей по размеру российской нефтяной компании после «Роснефти» и «Лукойла», Владимир Богданов F 49 недавно стал лауреатом государственной премии, первой в своей жизни. Премия в области науки присуждена ему за «создание рациональных систем разработки нефтяных, нефтегазовых и газонефтяных месторождений Западной Сибири». Вручил ее лично президент Путин в торжественной обстановке в Кремле 12 июня 2017 года.

Мало кто из российских миллиардеров может похвастаться столь высокой оценкой своего труда. В первой десятке списка Forbes государственной премии нет ни у кого, включая президента «Лукойла» Вагита Алекперова F 6. Между тем Богданов занимает в рейтинге скромное 49-е место с состоянием $1,9 млрд. Он входил во все списки Forbes с 2004 года, и оценка его состояния менялась незначительно, от $1,7 млрд до $4,4 млрд.

В жизни миллиардер скромен, и он избегает публичности. Последний раз он дал интервью Forbes в 2004 году. Тогда за ним на долгие годы закрепился образ аскета, живущего в Сургуте в обычном многоквартирном доме и бюджетно отдыхающего в Карловых Варах. Очередной вопрос Forbes о том, изменилось ли что-нибудь с тех пор, остался без ответа. Секретарь в приемной Богданова сообщила Forbes, что он в отпуске, электронная почта во всей компании отключена «из-за угрозы хакерских атак» и никакой оперативной связи с руководителем нет.

Богданов пришел на работу в ПО «Сургутнефтегаз» в 1976 году, в 1984 году в возрасте 33 лет стал гендиректором предприятия, а в 1995 году организовал схему по выкупу государственного пакета в размере 40,16% акций через залоговый аукцион. С тех пор структура акционерного капитала компании несколько раз менялась, но кто ее реальные владельцы, до сих пор остается тайной за семью печатями. В отчете за 2016 год «Сургут» сообщает, что «акции компании распределены между акционерами, ни один из которых не является конечной контролирующей стороной и не оказывает существенного влияния». Богданову как физическому лицу сегодня принадлежит 0,37% обыкновенных акций «Сургутнефтегаза».

Еще одна тайна «Сургута» — астрономические суммы средств, которые компания держит на депозитах в российских банках преимущественно в долларах США. К концу 2016 года эта сумма составляла 2,181 трлн рублей, или $36 млрд. Это почти 20% от всех депозитов российских компаний во всех российских банках. В Сбербанке российские компании держат на депозитах 2,637 трлн рублей, в ВТБ — 2,181 трлн рублей (ровно столько накопил «Сургут»). Во всех остальных банках этот показатель гораздо ниже.

Зачем «Сургуту» столько наличности? «Нам есть на что тратить: мы осваиваем новые провинции. Эти деньги — страховочный механизм: никто не знает, что будет с ценами на нефть. Они нужны нам, чтобы коллектив спокойно жил. Если опять будет ситуация 1998 года, что мы тогда будем делать?» — отвечал Богданов на вопросы акционеров на годовом собрании в 2013 году. К тому времени «Сургут» уже накопил 1 трлн рублей, или $31 млрд по тогдашнему курсу. Цена на нефть упала больше чем в два раза, но заначка так и осталась нетронутой. На рынке «Сургутнефтегаз» с накопленными $36 млрд стоит всего $20 млрд.

Россия > Нефть, газ, уголь. Финансы, банки > forbes.ru, 7 августа 2017 > № 2267890 Владимир Богданов


Россия. ПФО > Нефть, газ, уголь. Финансы, банки > snob.ru, 4 августа 2017 > № 2267058 Владислав Иноземцев

Подкоп под «Систему»

Владислав Иноземцев

Судебный процесс против АФК «Система» навевает невеселые вопросы о том, в какую сторону развивается российская экономика

На следующей неделе в Уфе состоится заседание суда, на котором может быть принято решение по самому крупному в России за последние годы (и способному заложить важный прецедент) имущественному спору: нефтяная компания «Роснефть» пытается взыскать с АФК «Система» 170,6 млрд руб. в виде компенсации за убытки, якобы понесенные «Башнефтью» в связи с ее реорганизацией в тот период, когда «Система» владела этим активом. Провластные аналитики поспешили заявить, что «Система» приобрела «Башнефть» дешево и извлекала из нее дивиденды так, что «за пять лет владения "Башнефтью" затраты "Системы" на ее приобретение окупились как минимум в 2,5 раза».

Однако следует посмотреть на факты, а не поддаваться эмоциям.

Обстоятельства

1. Сделка 2009 года и предшествующие ей операции были сугубо рыночными. История началась в 2005-м, когда «Система» начала входить в башкирскую энергетику, полностью контролировавшуюся молодым и талантливым предпринимателем Уралом Рахимовым, по странному совпадению сыном президента этой отличавшейся своим демократизмом республики. Летом и осенью 2005 года АФК за 613 млн долларов выкупила миноритарные и блокирующие пакеты в «Уфанефтехиме» (22,4%), «Уфаоргсинтезе» (24,9%), «Башнефти» (25%) Уфимском НПЗ (25,5%) и «Новойле» (28,2%). В 2008 году г-н Рахимов решил избавиться от остальной части принадлежавших ему акций — и сделал это вовремя, так как впоследствии ему было предъявлено обвинение в их незаконном отчуждении у республиканских властей, и сейчас он скрывается в Австрии. В начале 2009 года «Система» довела свою долю в указанных предприятиях до контрольной за 2 млрд долларов. Была ли сделка справедливой? Несомненно: все компании группы «Башнефть» были публичными, и их капитализацию легко посчитать. Пакет, купленный «Системой», стоил на рынке 3,7 млрд долларов. Поэтому можно ли говорить, что цена была занижена? Нет. «Система», по расчетам банка ВТБ, выкупила активы со средней премией к рынку в 77%.

2. Оценим производственные показатели «Башнефти». Компания, как и весь башкирский ТЭК, без малого 20 лет находилась в собственности республики, а на деле — семьи ее руководителя. Эффективность государственного «предпринимательства» в России хорошо известна. Рост цены на нефть порождал дополнительные финансовые потоки, а если они есть, на «реальный сектор» внимания обычно не обращают. В результате рачительного хозяйствования добыча предприятий «Башнефти» снизилась с 1991 по 2005 год почти вдвое — с 19,4 до 11,9 млн тонн нефти в год. Перелом наступил в 2006-м, а с 2009-го начался быстрый восстановительный рост. В 2013 году добыча составила 16,1 млн тонн, по итогам 2016 года — 21,4 млн тонн (для сравнения следует заметить, что добыча нефти в России за весь период с 2005 по 2016 год выросла всего на 18,7%). При этом весь прирост добычи и разведанных запасов осуществлялся органически, без приобретения конкурентов или присоединения других производственных мощностей. Рост нефтедобычи был одним из самых быстрых среди российских компаний — в 2016 году он составил 7,1% против 0,3% у «Роснефти» и падения на 3,2% у «Лукойла». Поэтому рассуждать о том, что «Система» «оставила после себя» чуть ли не руины и «"высасывала башкирское яблочко" с особым цинизмом», нет никаких оснований.

3. Посмотрим на финансовые показатели и на отраслевую структуру компании в период, когда она входила в состав частного московского холдинга. Выручка от операционной деятельности выросла с 2009 по 2013 год с 139,1 до 563,3 млрд рублей, а прибыль до налогообложения — с 20,3 до 62,9 млрд рублей. Компания провела масштабную реструктуризацию (за нее-то «Роснефть» и требует возмещения), объединив разрозненные предприятия башкирского ТЭК в единую «Башнефть». Данная мера позволила превратить «Башнефть» в инвестиционно привлекательную компанию; вместо того, чтобы покупать и продавать малоликвидные бумаги отдельных заводов, инвестор мог входить в акции «Башнефти» как единого холдинга. Неудивительно, что капитализация компании выросла с цены ее покупки в 2,6 млрд долларов в 2005–2009 годах до максимальных значений в 12,8 млрд долларов летом 2014 года.

Так же не вызывает удивления и начисление дивидендов собственникам — 241,2 руб./акцию в 2010 году, 131,3 руб./акцию в 2011-м, 99,0 руб./акцию в 2012-м и 24,0 руб./акцию в 2013-м. По расчетам банкиров из Credit Suisse, АФК «Система» получила от «Башнефти» (которую, как известно, в результате отняли у нее посредством возбуждения уголовного дела в 2014 году) 3,8 млрд долларов дивидендов — и таким образом положительное сальдо от инвестиций в нее составило для АФК 1,2 млрд долларов. Это соответствует доходности в 8-9% годовых — показателю, нормальному и обычному не только для российского, но и для западных рынков. Претензии же «Роснефти» делают последствия сделки с «Башнефтью» для АФК поистине катастрофическими.

Вопросы

Сейчас не хочется рассуждать о том, сколько потеряют собственники АФК «Система» в случае, если суд в Уфе вынесет решение в пользу «Роснефти». Интереснее подойти к данному кейсу с действительно системной стороны и задаться несколькими вопросами, которые, на мой взгляд, не утратят своей актуальности в ближайшие годы.

1. Все дело против «Системы» и В. Евтушенкова указывает на совершенно новый уровень государственной мести в отношении компаний, по какой-то причине попадающих под немилость властей. Просто потому, что ни сама «Система», ни ее владелец явно не представляют никакой политической угрозы. Если раньше захваты собственности и раскулачивание проводилось против тех, кто мешал госполитике и власти, то теперь, как говорится, добропорядочный предприниматель тоже находится в зоне риска. В 2017-м И. Сечину, всесильному хозяину государственной «Роснефти», показалось, что он переплатил государству за актив, который его компания выкупила в 2014-м при крайне странных обстоятельствах (в день завершения процесса в Уфе в Москве начинается другое дело — бывшего министра экономики А. Улюкаева). Отсюда вопрос: есть ли теперь в России хотя бы какие-то гарантии того, что сделки, которые ранее были признаны законными, таковыми и останутся, а ранее заплаченные налоги не будут востребованы снова?

Конечно, можно возбудить десяток дел против беглых детей чиновников, но главный бенефициар всей эпопеи — бывший президент Башкирии, кавалер ордена «За заслуги перед Отечеством» II и I степеней, по-прежнему вне подозрений. Судя по всему, сейчас у следственных органов есть указание свыше — проверять, контролировать, бороться с коррупцией. Но в итоге получается, что власть по указанию президента в ходе распутывания клубка грязных дел «выходит» на саму себя. Но сам себя не посадишь, поэтому и начинают крушить всё вокруг без разбора. А кого можно трогать, не имея последствий? Частный бизнес.

2. Дело «Башнефти» ставит совершенно новые вопросы в связи с российской приватизацией — актуальные в том числе и для иностранных инвесторов. Несмотря на то что Россией правят сегодня те же люди, что и в середине 2000-х, начинает казаться, что приватизация этого десятилетия более опасна, чем приватизация 1990-х: государство, по сути, отнимает «Башнефть» у «Системы», но оно же через «Газпром» и «Роснефть» почтительно выкупало приватизированные в 1990-х «Сибнефть» и «ТНК-ВР» у частных владельцев. Учитывая тот факт, что к середине 2000-х годов значительная доля «государственной» собственности управлялась чиновниками и их близкими доверителями фактически в собственных интересах (и казус «Башнефти» примечателен в данном случае не сущностными особенностями, а скорее только масштабом), в каждом из кейсов продажи государственного имущества за последние десять лет можно обнаружить признаки злоупотребления полномочиями, мошенничества и хищений. Случай «Системы» показывает, что никто сегодня не может считаться добросовестным приобретателем государственной собственности, и, соответственно, дается сигнал как раз на «высасывание» всего и вся из полученных таким образом активов.

Здесь, естественно, хочется спросить: каким образом Кремль собирается обеспечивать экономический рост, экспроприируя частные бизнесы и, по сути, перекладывая их деньги в карманы госмонополий? Их эффективность уже была продемонстрирована «Башнефтью» в те годы, когда она была в руках Рахимовых — и ничего более впечатляющего ждать не стоит.

3. На протяжении многих лет власти заявляли о том, что поощряют честный и открытый бизнес, надеясь на то, что российские компании в будущем войдут в топы мировых рейтингов. Самый значимый показатель в этих рейтингах — оценка компании инвесторами, ее капитализация. Долгое время казалось, что Россия на правильном пути. В 2008 году «Газпром» стоил дороже, чем Microsoft, но сейчас он оценивается в сумму, в 12 (!) раз меньшую. Капитализация интернет-ритейлера Amazon за последний год приросла на величину бóльшую, чем текущая стоимость нашего газового гиганта.

Но сейчас задача увеличения стоимости компаний снята с повестки дня: «Башнефть», которая подорожала почти в пять раз с 2009 года, поглощается «Роснефтью», постоянно разрушавшей все эти годы свою акционерную стоимость. Сегодня компания оценивается в меньшую сумму, чем та, что была ею уплачена за ТНК-ВР и «Башнефть» — а ведь когда-то и без этих приобретений она стоила почти 130 млрд долларов. Следует ли считать, что такой подход отражает очередную черту российской «особости» и что теперь стоит ориентироваться на возможно более стремительный «распил» и отправку в более надежные юрисдикции всей имеющейся прибыли? Что рост капитализации вашей компании, если он слишком быстр, означает, что за ней столь же быстро придут? Когда неудачники уничтожают успешных, экономика не имеет привычки проявлять тенденций к росту.

4. Наконец, главный вопрос, преследующий меня на фоне эпической битвы «Роснефти» и «Системы»: остаются ли в стране люди, которые готовы принципиально оценивать происходящее? Недавно стало известно, что выдающаяся отечественная правозащитница Л. Алексеева убеждала президента В. Путина помиловать бывшего сенатора от Башкортостана И. Изместьева, приговоренного в конце 2010 года к пожизненному заключению за участие в организованных преступных группировках, а также за организацию и подготовку ряда заказных убийств. Обвинения в адрес бывшего политика многими ставились под сомнение. Но меня все равно удивляет то, что именно в разгар судебных тяжб между «Роснефтью» и «Системой» правозащитник просит президента помиловать человека, на показаниях которого в 2014 году было основано практически все обвинение, позволившее отнять «Башнефть» у АФК «Система». Неужели в России не нашлось больше безвинно осужденных граждан, которые пострадали действительно за свои идейные позиции или приверженность четким жизненным принципам? Или наши правозащитники присоединились к числу лакеев крупнейших государственных корпораций, дружбе с которыми сейчас не просматривается альтернатив?

Конечно, вопросов, которые возникают в связи с действиями «Роснефти» в отношении частных компаний, возникает намного больше — но пора остановиться. И подождать, какой ответ на них даст уфимский суд и последующее развитие событий.

Россия. ПФО > Нефть, газ, уголь. Финансы, банки > snob.ru, 4 августа 2017 > № 2267058 Владислав Иноземцев


Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Финансы, банки > stroi.mos.ru, 3 августа 2017 > № 2262597 Владислав Мельников

Владислав Мельников: «Квартира с хорошим ремонтом и вменяемой ценой на мебель становится реальностью»

В Москве совсем скоро появятся первые доходные дома. Арендовать жилье можно будет у АИЖК, то есть у государства. Платишь рыночную стоимость аренды и получаешь полностью меблированную квартиру с современной планировкой и качественным ремонтом.

Несколько пилотных объектов уже активно строятся. Один из них – МФК Match Point в районе Парка Победы.

В интервью порталу Стройкомплекса старший вице-президент банка ВТБ, руководитель проекта МФК Match Point Владислав Мельников рассказал, почему АИЖК выбрало этот комплекс в качестве пилотного для программы арендного жилья и как совместно со шведским брендом ИКЕА был разработан интерьер апартаментов.

– Владислав Владимирович, что предшествовало сделке между ВТБ и АИЖК, которое выкупило часть апартаментов в комплексе Match Point для программы арендного жилья?

– Эта площадка на улице Василисы Кожиной попала к нам как непрофильный актив. Была договоренность между банком и городом о строительстве спортивной арены для общества «Динамо». В ходе переговоров проект был дополнен жильем.

Поскольку вдоль улицы Василисы Кожиной проходит железная дорога, было дано разрешение на строительство апартаментов. В итоге согласовали возведение многофункционального комплекса с жилыми апартаментами, подземным паркингом и спортивной ареной на 3,5 тыс. мест. АИЖК в лице Александра Плутника обратили внимание на наш проект, когда начались строительные работы.

– Как Вы считаете, почему именно ваш проект попал в поле зрения агентства?

– Два года назад мы первыми анонсировали, что не хотим строить и продавать только бетонную коробку, а решили реализовывать апартаменты с готовым ремонтом. Провели большое исследование, которое показало, что в любом жилом комплексе площадью более 100 тыс. квадратных метров средняя продолжительность ремонта составляет от 7 до 10 лет. То есть вы услышите последний звук дрели в своем доме только тогда, когда закончит ремонт самый последний покупатель, который приобрел жилье после нескольких перепродаж.

– То есть у вас в Match Point чистовая отделка?

– Не чистовая. Мы отдаем апартаменты под ключ: в них установлены двери, сантехника, уложена паркетная доска, готов точечный свет – владельцам останется повесить люстру. То есть это апартаменты с полноценным готовым ремонтом, куда покупатели привозят только мебель и личные вещи.

– Вы первыми в Москве предложили такой продукт покупателю?

– В таком объеме мы абсолютно точно первые. И наша сделка с АИЖК (12 млрд рублей) до сих пор самая крупная. Позднее агентство заключило сделку с компаниями «Интеко» и «Дон-Строй», приобрело апартаменты в Екатеринбурге.

Эти пилотные проекты свидетельствуют о том, что в течение нескольких десятков лет в нашей стране может сформироваться огромный пласт прозрачного арендного бизнеса, легко управляемый и понятный.

– Кто будет принимать участие в управлении комплексом Match Point после ввода в эксплуатацию?

– АИЖК не сможет выполнять функции эксплуатирующей организации без нас. Общая площадь комплекса – 203 тыс. квадратных метров с учетом паркинга и волейбольной арены, агентство выкупило 46 тыс. квадратных метров. Остальные площади будут принадлежать еще 800 собственникам. При этом не будет никакой разницы, купил человек апартаменты в собственность или он арендует жилье – все жильцы смогут рассчитывать на одинаково высокий уровень сервиса.

– Арендатор жилья по госпрограмме получит полноценную квартиру с мебелью. Расскажите о дизайн-проектах ваших апартаментов.

– В 2014 году мы решили реализовать совместный продукт с командой ИКЕА. Время непростое – сами понимаете, санкции. Но они согласились. Над интерьерами Match Point работала интернациональная команда из 18 талантливых дизайнеров из России, Дании, Нидерландов и Швеции.

Средний чек на мебель для двухкомнатных апартаментов в Match Point, , – чуть больше миллиона рублей. Стоит отметить, что это интерьерное решение идеально подходит к конкретному помещение и по размерам, и по планировке. При этом вы получаете все: кухню, столы, стулья, ложки, свет, будильник. Поэтому в каждом апартаменте нашего шоурума есть полный чек-лист всей меблировки, которую можно приобрести в ИКЕА.

– Шоурум? Значит потенциальные арендаторы могут уже сейчас посмотреть, как будет выглядеть их апартаменты?

– Абсолютно верно! Он расположен на первом этаже делового центра «Парк Победы». Мы добились атмосферы жилого помещения в нашем шоуруме: там работает свет, застелены кровати, можно даже заглянуть в посудомойку, где расставлены чашки, а из окон можно полюбоваться захватывающими видами на Москву – именно такую панораму увидят владельцы апартаментов всего через два года.

У людей складывается впечатление, что они пришли к кому-то в гости, в обжитую квартиру. 70-80% покупателей, которые проходили через наш шоурум, оставляли свои паспортные данные для оформления сделки. Кстати, в 2016 году офис продаж с шоурумом «Match Point» стал лауреатом в специальной номинации интерьерной премии Interia Awards 2016.

– Какой он, потенциальный покупатель и арендатор жилья в Match Point?

– Match Point расположен напротив Парка Победы, неподалеку от крупнейших московских вузов, рядом с ММДЦ «Москва-Сити», где находится центр деловой жизни столицы. Наш потенциальный покупатель/арендатор – это деловой человек в возрасте до 40 лет либо молодые семьи, которые хотят быть в эпицентре городской жизни.

Во всех крупных мировых мегаполисах больше половины квартир сдаются: в Нью-Йорке 80% арендного жилья, в Лондоне – 65%, в Мадриде – 50-60%. Если не ошибаюсь, на сегодняшний день АИЖК планирует аренду исходя из цифры до 1,5 тыс. рублей за квадратный метр в месяц. Если учесть, что самый маленький наш апартамент площадью 29,5 квадратных метров, то сумма получается подъемная практически для любого человека, который работает в Сити или в деловых кругах.

– Вы находитесь рядом с Кутузовским проспектом, но между трассой и комплексом проходит железная дорога. Какая транспортная инфраструктура появится здесь в будущем?

– В комплексе запроектирован большой подземный паркинг, рядом пройдет северный дублер Кутузовского проспекта. Плюс здесь будет реконструирована улица Василисы Кожиной с тоннелем под улицей Барклая, чтобы через новый мост можно было выехать на территорию делового центра «Москва-Сити». Маршрут займет всего три минуты. Кроме этого, от спорткомплекса будет построен надземный переход через железную дорогу прямо в яблоневый сад.

Вдоль железной дороги построим шумозащитный экран со сложной конфигурацией. Такое инженерное решение позволит максимально отражать звук в сторону Кутузовского проспекта.

– Какой будет спортивная арена? Могут ли там заниматься спортом жители и арендаторы комплекса?

– Спортивная арена будет передана в собственность обществу «Динамо». Общая площадь волейбольного комплекса – 25 тыс. квадратных метров, трибуны рассчитаны на 3,5 тыс. мест. Арена соответствует международным нормам, на ней можно будет проводить соревнования любого уровня. При этом по новизне технического оснащения она превзойдет другие мировые арены, потому что всю «начинку» будем закупать в 2018 году.

Сейчас «Динамо» также принадлежит волейбольная арена, которая находится на улице Лавочкина. Она была построена еще к Олимпиаде 1980 года.

Безусловно, чтобы воспитать молодое поколение талантливых волейболистов, нужны профессиональные площадки для тренировок. Насколько мы знаем, «Динамо» откроет арену не только для жителей комплекса Match Point, но и для всех москвичей

– Какие услуги смогут получить собственники и арендаторы апартаментов?

– До конца этого года мы сформируем управляющую компанию с функцией гостиничного оператора. Хотим, чтобы любой человек, который живет в этом комплексе, мог снять телефонную трубку и заказать, например, еду из кафе, которое будет работать на первом этаже, или попросить сотрудников клининговой службы сделать уборку помещения.

Кроме того, гостиничный оператор сможет по желанию собственника сдавать в аренду его апартаменты, получая за это минимальную комиссию.

– Будут ли эти услуги входить в арендные платежи?

– Нет, это будут отдельные услуги со своим прайс-листом.

– Когда, на ваш взгляд, рынок сможет ощутить реальные результаты реализации программы арендного жилья?

– Если мы говорим о конкретном объекте, то через 2-3 года после сдачи в эксплуатацию увидим результат. Если говорить о продукте на рынке арендного жилья всей страны, – минимум 10 лет. К тому моменту будет сформирована некая масштабная модель, в которую войдут разные регионы, разные застройщики, разные ценовые сегменты арендного жилья.

– И в заключение, расскажите, пожалуйста, на каком этапе строительства находится сейчас комплекс?

– У нас был длительный начальный этап: работы «нулевого цикла», а это разработка котлована, установка стены в грунте и монолитные работы подземной части, заняли чуть больше года. Необходимо было соблюсти все технологические нюансы, тем более что объемы строительства с учетом трехуровневого паркинга, который занял всю площадь котлована, был колоссальным. В настоящее время идут монолитные работы по возведению седьмого этажа в зоне комплекса апартаментов, в зоне спортивной волейбольной арены возводят второй и трети этажи. В подземном паркинге, который рассчитан на 1609 машино-мест, начали укладку инженерных коммуникаций. Если обобщить, то монолитные работы выполнены практически на 60%, что полностью соответствует графику.

Алёна Терновая

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Финансы, банки > stroi.mos.ru, 3 августа 2017 > № 2262597 Владислав Мельников


Россия. ЕАЭС > Финансы, банки > camonitor.com, 3 августа 2017 > № 2261978 Сергей Рекеда

Казахстан-2017: Единая валюта ЕАЭС. Neverendingstory

Евразийский банк развития (ЕАБР) выступил с предложением к центробанкам стран Евразийского экономического союза создать региональную расчётную денежную единицу.

«Есть ряд инструментов, которые мы предлагаем для обсуждения монетарным регуляторам, в основном на долгосрочную перспективу. Например, расчётную региональную денежную единицу — речь идёт не о единой валюте, а об инструменте, который облегчает взаиморасчёты» - заявил 26 июля директор Центра интеграционных исследований ЕАБР Евгений Винокуров.

По мнению экспертов ЕАБР новая расчётная единица может стать альтернативой общей валюте союза. При этом, как отмечает издание "Век": знак равенства между единой расчетной единицей и общей валютой ставить нельзя – первая не имеет хождения и применяется как условная единица при конвертации расчетов между государствами. На данный момент страны ЕАЭС осуществляют сделки с РФ в рублях, а между собой – в долларах США. Стоимость единой расчетной единицы ЕАЭС будет определяться как стоимость корзины валют, в которой каждой национальной валюте сообщества будет присвоена своя доля. В перспективе на эту единицу, помимо стран сообщества, могут перейти все государства, участвующие в новом Шелковом пути.

Все упирается в тот факт, что отношение политиков и экспертов к этой теме далеко неоднозначно.Хотя Винокуров утверждает, что в Казахстане проект вызвал серьезный интерес. Вот только с чьей стороны? Об этом говорит известный российскийй эксперт Константин Симонов: "Здесь определенные сложности возникнут, потому что, естественно, наши партнеры будут думать, что они могут утратить свой валютный суверенитет, отказавшись от своей национальной валюты, не получив какого-то внятного понимания, как эмиссия этой валюты будет происходить. Но идея абсолютно правильная, просто надо осознавать все сложности и риски этого направления".

Напомним, что несколько ранее главы центробанков стран-членов ЕАЭС пришли к единому мнению, что введение общей валюты не будет обсуждаться до 2025 года. Формально, Евгений Винокуров не вышел за рамки решения национальных ЦБ, поскольку выдвинул на первый план «альтернативный инструментарий» – но без дополнительных пояснений саму суть идеи могут до конца понять только специалисты в сфере финансов.

К числу таких спецов, очевидно, относится министр экономики РК Тимур Сулейменов, имеющий богатый опыт работы в структурах ЕЭК и не понаслышке знакомый с проблемой интеграции финансовых систем. 1 августа он расставляет акценты с позиций Казахстана. И тут, собственно говоря, нет ничего принципиально нового.

Краткий спич министра более походил на отработанную до автоматизма домашнюю заготовку: «Мы видим необходимость в более близкой координации нашей денежно-кредитной политики, финансовой политики. В этом отношении мы видим необходимость, потому что, как вы сами подняли вопрос, то, что происходит в одной стране, в силу открытости границ влияет на другую страну. В этом отношении координация нужна, а во введении единого платежного средства - нет».

Даже, если бы министр такую необходимость видел, то публичное освещение вопроса было бы с его стороны точно таким же – политическим. Для казахстанской элиты «евразик» (или как его назовут после 2025 года) – ныне вопрос вовсе не экономический, а нечто имеющее прямое отношение к теме «суверенности».

Примерно в таком же ключе высказывались и многие комментаторы в социальных сетях. Содержание реплик не свидетельствовало о глубоком понимании простыми гражданами темы «за и против» единой валюты, но зато изобиловало негативными оценками ЕАЭС – без какой-либо конкретики – почему? И, конечно, было много высказываний подобного содержания: «через неделю единая валюта рухнет, потому как экономический потенциал стран ЕАЭС очень слабый, не подкреплен ни материально-технической базой, ни валютным резервами».

В очередной раз на широкую публику было вынесено расхождение позиций между представителями интеграционных структур и чиновниками национальных правительств. Временами создается впечатление, что информационная картина евразийской интеграции напоминает чемодан без ручки. Не сама интеграция, а ее отражение в СМИ. Кому-то этот груз нужно нести, но часто вместо продуманных шагов осуществляются хаотичные движения.

Президенты России и Казахстана стремятся сохранить позитивный информационный взгляд на евразийский проект. Напомним, что в середине июля Нурсултан Назарбаев достаточно ясно выразил свое отношение к ЕАЭС: «Это чисто экономическое объединение, которое служит интересам всех наших стран. Конечно, он попал в трудный момент кризиса. Как мы видим, в этом году торговля между государствами Евразийского союза поднимается в 30-40 процентов. Я считаю (союз) перспективным и мы докажем, что это живущая, нормальная организация, и не зря около 40 государств сегодня хотят сотрудничать, создать ассоциацию».

Но как только публичное освещение интеграции опускается на ступень ниже, ясность образов и мыслей теряется. Чиновники общаются друг с другом на разных языках, хотя и говорят на одном – русском языке. Пожалуй, лучшей демонстрации "параллельного сознания" чем история с единой валютой - расчётной региональной денежной единицей не придумать.

И это тот вопрос, который России и Казахстану необходимо решать сообща - как обеспечить адекватное отражение в СМИ той большой работы, которую выполняют структуры разных уровней в развитии основных интеграционных треков. В противном случае, сразу же вспоминается, а вы, друзья, как ни садитесь...

Сергей Рекеда

Источник - ИАЦ

Россия. ЕАЭС > Финансы, банки > camonitor.com, 3 августа 2017 > № 2261978 Сергей Рекеда


Россия. УФО > Финансы, банки > bfm.ru, 2 августа 2017 > № 2298578 Алексей Нефедов

Алексей Нефедов, банк «Югра»: «Прокуратура в течение года не приходила к нам с проверками»

В банке ответили на заявление ЦБ, что регулятор шесть раз с начала года просил прокуроров проверить банк

Об этом в Центробанке заявили в день, когда лишили «Югру» лицензии. Ранее «Югра» подала в суд на регулятора, первые слушания состоятся 15 августа. На что надеется банк? Об этом Михаил Сафонов поговорил с экс-президентом «Югры» Алексеем Нефёдовым.

15 августа начнутся слушания в суде по поводу отзыва лицензии банка «Югра». Банк считает решение неправомерным. Какие аргументы говорят в вашу пользу?

Алексей Нефедов: Неправомерность началась еще с момента введения временной администрации в банке, которая «чудесным образом» сумела найти проблемы, которые не смогли обнаружить представители главной инспекции и надзорного блока банка России. Конечно, основной вопрос части судебных слушаний — правомочным ли вообще было введение временной администрации и моратория на выплаты в тот момент. Банк был платежеспособным, в нем не было никаких проблем, связанных с тем перечнем случаев, по которым вводится временная администрация.

Банк был стабилен, клиенты были стабильны. ЦБ указал на то, что технически банк не исполнял предписания, которые ему выдавались — действительно, предписаний за последние несколько месяцев нам выкатили больше чем на восемьдесят миллиардов рублей. Я думаю, что любой банк, включая и банки, входящие в топ-10, от такой суммы, по меньшей мере, бы удивились. Когда была введена временная администрация, капитал банка составлял 30 млрд рублей. Сейчас, по тем данным, которые предъявляет ЦБ, «дыра» оценивается в минус семь миллиардов рублей. То есть дополнительных резервов еще на 37 миллиардов.

Вы говорите о том, что претензии ЦБ, вероятно, не обоснованы. Зачем тогда вводить временную администрацию в надежном банке?

Алексей Нефедов: Мне вообще непонятна позиция нашего регулятора. Он определенным образом говорит о том, что с начала года было очень много заявлений о том, что банковский надзор должен быть более консультационным. Я бы хотел рассказать о том, как с нами консультационно работал Центробанк. За последние два месяца ни на одно наше письмо, официально отправленное в ЦБ, ответов не поступало. Почти два месяца мы пытались добиться встречи с руководством или представителями Банка России, но ни одной встречи согласовано не было. Вроде как на нас нет времени.

Одна из главных претензий Центробанка заключалась в том, что «Югра» кредитовала мажоритарных акционеров и залоги были не самого лучшего качества.

Алексей Нефедов: По всем кредитам у нас заложено более чем 500 тысяч квадратных метров коммерческой и жилой недвижимости в Москве. У нас обслуживается более 150 представителей нефтяного сектора. В основном это малые нефтяные компании, и у нас заложены их запасы — то, что можно извлечь и продать, а это более 150 миллионов тонн.

А эти 500 тысяч квадратных метров недвижимости и нефтяные активы — они принадлежат Алексею Юрьевичу Хотину?

Алексей Нефедов: Нет. Они принадлежат различным компаниям, которые кредитуются в банке «Югра». И не всегда эти активы принадлежат непосредственно компаниям — иногда это бывает залог третьих лиц, опять же по договоренности с этими компаниями. И не всегда эти договоренности на уровне нашего акционера.

По поводу протестов прокуратуры. С одной стороны, когда ЦБ отозвал лицензию, он сообщил, что до этого шесть раз обращался в прокуратуру, требуя принять какие-то меры. С другой стороны, мы так до сих пор и не поняли, кто был инициатором обращения в Генпрокуратуру. Благодаря чему произошли протесты ведомства против введения временной администрации, или же прокуроры сами инициировали этот процесс?

Алексей Нефедов: Я никоим образом не являюсь человеком, связанным с ситуацией с Генпрокуратурой. Возможно, просто переполнилась чаша терпения по отношению к тому, что в нормально работающем банке вводят временную администрацию. Если прокуроров это действительно заинтересовало, то, вполне возможно, это и их инициатива. Я думаю, что Генпрокуратура могла бы сама рассказать о том, сколько раз она получала какие-либо представления о том, как она должна была реагировать на ситуацию, связанную с подобными данными со стороны регулятора. К нам никаких копий подобных обращений не поступало. Наверное, если бы у прокуратуры были бы вопросы непосредственно к банку, то они бы их непременно задали.

С начала года ведомство к вам с проверками не приходило?

Алексей Нефедов: Нет. Не приходило и даже не писало никаких письменных вопросов. Та же ситуация с финмониторингом РФ. Может быть, действительно, кто-то кому-то шесть раз написал, но это уже вопрос взаимодействия двух ведомств, которое нам неподконтрольно.

На что вы надеетесь?

Алексей Нефедов: Самое главное, на что мы надеемся — чтобы была восстановлена справедливость. Справедливость в отношении того, имел ли регулятор право действовать так, как он действовал. Если в ходе слушаний суд посчитает необходимым, приняв доводы сторон, рассудить нас — это будет самым правильным решением. Мы надеемся на возврат нашей лицензии и возможность продолжать деятельность в нормальном русле, восстановив хорошие отношения со всеми клиентами.

Всех очень волнует, поддерживаете ли вы контакты с владельцем банка «Югра» Алексеем Хотиным? Особенно на фоне слухов о том, что он покинул Россию.

Алексей Нефедов: Нет, Россию он не покинул. Он постоянно находится в стране, можете спросить у всех тех людей, с которыми он постоянно встречается — депутатами Госдумы, различными бизнесменами. Он постоянно находится, так скажем, на передовой общения. На прошлой неделе он посещал Госдуму, по крайней мере, его точно можно найти в списках посетителей, а Госдума у нас не в Лондоне находится.

При начислении подобных резервов, которые нам в этом году были предъявлены, и обвинениях в том, что из банка были выведены какие-то активы, могу еще раз повторить, что активов, наоборот, было заведено более чем на шестьдесят миллиардов рублей, в том числе и залогового обеспечения, и денежных средств акционера. Подтвердить это можно документами, и мы готовы представить их общественности и рассказать о том, что и как было внесено в банк и по каким компаниям. Поэтому, все это, зачастую, не более чем голословные заявления Центрального банка.

Ранее в ЦБ сообщили, что «дыра» в капитале банка составила 7,4 млрд рублей. Почти 90% портфеля «Югры» составили кредиты, связанные с бизнес-проектами собственников банка, отметил регулятор.

Россия. УФО > Финансы, банки > bfm.ru, 2 августа 2017 > № 2298578 Алексей Нефедов


Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 2 августа 2017 > № 2262862 Андрей Смирнов

АСВ борется в суде за кредит, выданный ПЧРБ Банком партии Марин Ле Пен

Андрей Смирнов

Агентство по страхованию вкладов требует в суде отменить сделку, в результате которой ПЧРБ Банк незадолго до своего банкротства лишился прав кредитора по денежному займу, выданному в 2014 году французской партии «Национальный фронт» Марин Ле Пен. В случае успеха в конкурсную массу вернется более 9 млн евро.

Как рассказал на заседании арбитражного суда Москвы представитель АСВ, оспариваемую сделку по уступке права требования по кредиту московскому ООО "Конти" от лица банка в марте 2016 года совершил тогдашний вице-президент ПЧРБ Банка Дмитрий Меркулов.

Юрист АСВ не уточнил условия сделки, в частности, была ли она возмездной. Он сообщил только, что Меркулов в настоящее время является основным фигурантом уголовного дела по факту вывода активов из кредитной организации. "Сейчас он находится под арестом", - сказал представитель АСВ, конкурсного управляющего ПЧРБ Банка.

По данным СМИ, Меркулов подозревается в хищении путем растраты более 2 млрд рублей. Но сам он настаивает на своей невиновности. По словам экс-банкира, вменяемые ему в вину сделки готовились без его участия, так как он успел проработать на своем посту в банке всего две недели. Какие именно сделки вменяют в вину Меркулову, в прессе пока не сообщалось.

В июле 2016 года Банк России отозвал у ПЧРБ Банка, занимавшего на тот момент 125-е место в банковской системе РФ, лицензию на осуществление банковских операций, а в сентябре того же года арбитраж Москвы признал кредитное учреждение банкротом. По оценке временной администрации, на ноябрь 2016 года активы банка слегка превышали 4 млрд рублей, а обязательства стремились к 32 миллиардам.

Подозрительный договор цессии между ПЧРБ Банком и "Конти" АСВ обнаружило в январе и тогда же подало заявление в столичный арбитраж с требованием отменить сделку и применить последствия ее недействительности - вернуть банку право требования к "Национальному фронту" в размере 9,4 млн евро по состоянию на март 2016 года.

Первые слушания по этому заявлению прошли в арбитраже 1 августа. В суде присутствовали российские адвокаты, представляющие партию Марин Ле Пен. Свою позицию по существу спора сообщить суду они отказались, чем вызвали немалое удивление слушающего дело судьи Евгения Кравченко. "Зачем же вы тогда обращались к председателю суда с заявлением об ускорении рассмотрения дела?", - полюбопытствовал судья.

Представители "Нацфронта" ответили, что следят за процессом, чтобы понять, кто в настоящее время является надлежащим кредитором. При этом они уточнили, что заемщик продолжает исправно исполнять свои обязательства по обслуживанию кредита.

«Мы продолжаем исполнять свои обязательства, перечисляя денежные средства в депозит нотариуса, и будем продолжать до момента определения надлежащего кредитора», — сказал адвокат французской партии, привлеченной к делу третьим лицом без самостоятельных требований.

Между тем, вопрос о надлежащем кредиторе на заседании суда еще больше затуманился. Как сообщил представитель АСВ, после обращения в суд выяснилось, что компания "Конти" еще в ноябре 2016 года также уступила право требования по кредиту. И новым кредитором стало московское АО "Авиазапчасть", одна из ведущих негосударственных компаний в сфере технического сопровождения авиационной техники гражданского назначения российского и зарубежного производства, как она себя представляет на своем сайте. Суд привлек "Авиазапчасть" к делу, в связи с чем отложил его рассмотрение по существу на 12 октября.

По данным ЕГРЮЛ, основным видом деятельности ООО "Конти" является "аренда и лизинг прочих машин и оборудования и материальных средств". Единственным учредителем фирмы, зарегистрированной в Южном Бутово, выступает физлицо, уставный капитал – 10 тыс рублей.

Кредит, полученный французским "Нацфронтом" от ПЧРБ Банка, в 2015 году стал причиной политического скандала. Депутат Европарламента обвинил Марин Ле Пен в том, что ее партия получает финансирование от правительства России. Политик эти обвинения отвергла. В то же время она не отрицала сам факт получения кредита в российском банке.

В феврале 2016 года во французских СМИ появилась информация о том, что «Национальный фронт» запросил у российских банков заем в размере 27 миллионов евро на финансирование предвыборной кампании партии на президентских и парламентских выборах. Позднее оказалось, что кредит партии предоставил Первый чешско-российский банк (в настоящее время – ПЧРБ Банк).

Лидер «Национального фронта» Марин Ле Пен в июне впервые вошла в состав нижней палаты парламента Франции по итогам выборов в Национальное собрание. Ранее она участвовала в президентских выборах во Франции, где в мае уступила во втором туре основателю движения «Республика на марше» Эмманюэлю Макрону.

Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 2 августа 2017 > № 2262862 Андрей Смирнов


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 2 августа 2017 > № 2262854 Сергей Хотимский

Мнение банкира: в чем слабость биткоина и криптоэкономики

Сергей Хотимский

первый заместитель председателя правления, совладелец «Совкомбанка»

Биткоину и другим валютам не видать денежного рынка, а значит, не завоевать серьезного места среди валют мира, не стать основной валютой накопления и оборота ни в одной стране

Криптовалюты пока не имеют серьезных перспектив получить значительную долю в денежном обороте или сбережениях. Сразу оговорюсь, это абсолютно не значит, что они не продолжат рост. Тут давать прогнозов я не берусь, так как на сегодня движением цен на криптоактивы управляют эмоции.

Начну с банальностей. Сам по себе биткоин, родоначальник всех криптовалют, — величайшее изобретение, роль которого еще много лет предстоит оценивать. Уверен, что пока мы не видим все возможности, которые несет этот замечательный алгоритм и другие, построенные на его идее.

Основное преимущество биткоина — это возможность оперировать им без центрального банка. Обычные (фиатные) валюты — это записи в центральном банке, а вся информация о криптовалютах хранится в тысяче банков одновременно и ни один из них не имеет возможности что-то сделать по своему желанию: эмитировать новые деньги, реквизировать деньги у контрагента, самовольно переводить или не переводить деньги между счетами. Все происходит по алгоритму, за точностью которого следит одновременно тысяча глаз. Собственно говоря, понимая, что желающих на биткоин может быть много, а число биткоинов жестко ограничено алгоритмом, люди и покупают эту «редкость», рассчитывая на дальнейший рост.

А вот теперь поговорим о слабости биткоина в монетарном плане. Слабость его в том же, в чем и его сила — в отсутствии возможности резко эмитировать дополнительные деньги. Для того чтобы оценить возможные последствия перехода с обычных денег на криптоденьги, нужно сравнить Великую депрессию и Великую рецессию в США. Кризис 1929 года не залечился, по сути, пока Вторая мировая война не унесла десятки миллионов жизней. А вот кризис 2008-го, который по своим предпосылкам был намного опаснее, фактически не доставил миру больших хлопот в историческом масштабе. Причина проста: в этот раз не существовало золотого стандарта, и центробанки всего мира впрыснули в глобальную экономики огромный объем новых денег, которые потушили пожар плохих долгов.

Долги. Именно они и будут основным препятствием на пути криптовалют к мировому господству. Без долга/кредита не существует способа делить капитал на высокорисковый (equity) и низкорискованный (bonds). То есть не будь в экономике кредита, масса населения, не имеющая представления о рисках, просто не могла бы накапливать средства с низким риском. Мир превратился бы в непрекращающуюся череду мошенничества.

В каждой экономике самым надежным заемщиком является государство. Потом банки, чьи обязательства по вкладам опять же государство и гарантирует. Почему мы воспринимаем государство столь надежным заемщиком? Ответ прост: государство имеет монополию на эмиссию денег и всегда может их просто напечатать, чтобы отдать долги в национальной валюте.

Если такая возможность исчезла бы в виду перехода на криптовалюту, то надежность государства как заемщика встала бы под большой вопрос. Государство не смогло бы гарантировать вклады в банках. Банки не смогли бы выдавать кредиты. Люди были бы обречены выдавать займы только друг другу. Но если биткоинов не будет больше, то несложно понять, что возвращать с процентами займы в биткоинах смогут немногие. Да и сейчас никто, кроме мошенников, не решится взять взаймы в этой валюте.

Лишенные долгового рынка криптовалюты не могут иметь рычага между денежной массой и денежной базой. Выдавая кредиты, банки превращают относительно небольшие объемы наличных и безналичных денег, выделенные им для обращения центральным банком в гигантские безналичные средства на счетах своих клиентов. Именно этот рычаг многократно увеличивает в объемах традиционные деньги и радует одних возможностью зарабатывать проценты, а других — потреблять и развиваться взаймы. Без того чтобы иногда государство не спасало участников этого пира от плохих долгов, накачивая систему новыми деньгами, такая система не может быть устойчивой.

Правительствам разных стран криптовалюты сейчас нравятся своей технологичностью, они являются символом прогресса человечной мысли. И, несмотря на проблемы с отмыванием денег и идентификацией преступных транзакций, тренд государственных взглядов в целом направлен в сторону криптовалют. Чего стоят одни ICO (первичные предложения криптоактивов), которые могут открыть уникальные перспективы развития фондовых рынков без посредников и границ!

Поэтому я рискну предположить, что криптосообщество и сочувствующие ему правительства будут интенсивно думать о том, как соединить прелести криптовалют и монополию на эмиссию денег государством. И если, на первый взгляд, монопольная эмиссия государством криптовалюты — оксюморон, я думаю, что исключать того, что будет разработана и такая модель или алгоритм, нельзя. Однако до этого момента криптовалютам не видать денежного рынка, а значит, не завоевать серьезного места среди валют мира, не стать основной валютой накопления и оборота ни в одной стране.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 2 августа 2017 > № 2262854 Сергей Хотимский


Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 28 июля 2017 > № 2258715 Филипп Шубин

На крючке: как привлечь клиента в нужное время и в нужном месте

Филипп Шубин

операционный директор приложения «Кошелёк»

Целевые программы лояльности и агрегаторы карт помогают донести до покупателя персональное сообщение в удобном формате и, главное, в подходящий момент.

Крупные торговые сети активно внедряют целевые маркетинговые кампании в практику общения с клиентами. На основе данных CRM аудиторию делят на значимые для каждого вида бизнеса сегменты, определяют цели работы с каждым из них и формируют персональные предложения. Все это повышает ценность акций для клиентов и приводит к увеличению важных для бизнеса показателей - роста среднего чека и частоты совершения покупок. Информация об истории покупок клиента, зарегистрированного в программе лояльности, позволяет точно предсказать, какими товарами он заинтересуется. И если в эти данные закрадывается ошибка, эффективность дальнейшей коммуникации бизнеса с клиентом падает. В связи с этим среди ретейлеров все актуальнее становится проблема «чистоты» пользовательского профиля и, как следствие, безопасность «узнавания» клиента на кассе.

Ретейлеры решают проблему, переводя карты лояльности в цифровой формат и создавая дополнительные уровни защиты от уникальных динамических изображений до одноразовых штрих-кодов для покупки. Все это обеспечивает гарантированную идентификацию клиента, ведь одной картой может пользоваться только один человек, следовательно, наличие «посторонних примесей» в его пользовательском профиле сводится к минимуму.

Не менее важная задача – донести сформированное персональное сообщение в удобном для клиента формате и в подходящий момент. На помощь приходят современные технологии. Ежедневно жители крупных городов России проводят в мобильном интернете в среднем 1,5-2 часа, а 86,2% молодежи – активные пользователи смартфонов. Это создает дополнительные возможности для формирования таргетированных предложений. Торговые сети могут сегментировать не только на основе пола, возраста, города проживания и активности клиентов в торговых сетях, но и используя информацию, которая стала доступной благодаря мобильным устройствам.

Одной из технологий, повлиявших на эффективность целевых кампаний, стал геотаргетинг. С его помощью можно определить не только город, но и конкретное место, в котором находится клиент: район, улица, дом и даже место напротив конкретного стеллажа в магазине. Разные технологии определяют положение пользователя в пространстве с разной степенью точности.

Стандартные смартфоны получают данные от GPS, GSM-сетей и Wi-Fi с точностью до пяти метров (в идеальных условиях). Использование данных дополнительных BLE-маячков (специальных Bluetooth-радаров), решений на основе ультразвука и специальных Wi-Fi-сетей повышает точность до нескольких сантиметров. И если раньше условная компания могла обозначить целевую аудиторию акции, как «женщины Екатеринбурга, которые покупают стиральный порошок с частотой раз в три месяца», то теперь она может отправлять сообщения клиенткам, задержавшимся напротив стеллажа.

Такую механику успешно используют многие сети, среди которых, к примеру, французская продуктовая Carrefour. При входе в магазин покупателям приходит приветственное сообщение. Более того, клиенты получают персональные купоны (сгенерированные на основе истории покупок) тогда, когда они нужнее всего, – прямо в магазине или во время выбора товара.

Для того чтобы поддержать современные технологии общения с клиентом через смартфон, компаниям нужен дополнительный тачпойнт – место контакта клиента и бренда, например приложение. При этом не все торговые сети готовы запустить полнофункциональную витрину магазина в смартфоне, так как это требует инвестиций, работы над привлечением пользователей и их удержанием, контроля за устойчивостью сервиса и адаптации к технологическим новшествам, а также поддержки пользователей брендированного приложения.

Клиенты тоже не спешат становиться активными пользователями собственных приложений ретейлеров. Память смартфона ограничена, и за нее идет настоящая битва. По данным Virtual Next, 84% пользователей смартфонов удаляют приложение ретейлера через месяц после использования, не увидев в них ценности. По сути, с сервисом остается лишь ядро аудитории. На помощь приходят приложения-агрегаторы, ставшие по мнению Mobile Payments Today, одним из главных трендов 2017 года.

Современные мобильные кошельки становятся посредниками между ретейлом и разработчиками технологических решений. Они обеспечивают удобное подключение бизнеса к современным технологиям: выпуску мобильных карт лояльности и электронных сертификатов, геолокационным сервисам, современным способам общения с клиентами через центры сообщений и легкому запуску кобрендов. Кошелек превращается в платформу для агрегации современных технологий и удобного подключения к ним бизнес-партнеров без капитальных вложений и масштабной разработки на стороне торговой сети.

Конечно, приложения-агрегаторы не могут полностью заменить приложение ретейлера, но они и не стремятся к этому. Их цель – повысить удобство совершения покупок на кассе и создать удобный инструмент для коммуникации. Это скорее еще один канал распространения и продвижения предложений ретейлера, а не конкурент его мобильного приложения (если таковое имеется).

Новые технологии, к которым относятся и мобильные приложения для агрегации карт, делают программы лояльности и целевые кампании бизнеса более эффективными и удешевляют многие процессы. Это трендовые приложения среди миллениалов и поколения X. Исследовательская компания Research and Markets предсказывают, что с 2017 по 2021 год активность использования мобильных кошельков будет расти на 35,5% ежегодно, и это только начало.

Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 28 июля 2017 > № 2258715 Филипп Шубин


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ. Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 28 июля 2017 > № 2258705 Артем Субботин

Экономика обмена: проверяй, доверяй, делись

Артём Субботин

Основатель автоматической системы подтверждения личности CheckU

Доверие — основной капитал экономики совместного потребления. Всего за несколько лет нас научили не бояться незнакомцев и доверять людям по ту сторону экрана. Но доверие требует уверенности в попутчике или арендаторах.

За последние сто лет человечество сделало индустриальный рывок, закрыв свои базовые потребности в пище, защите и безопасности. Многие услуги стоившие 20 лет назад немалых денег, сегодня демонетизированы: человечество перестало платить за новости, фотографии, информацию или образование. Смена парадигм затронула и экономику, фокус сместился с владения на пользование.

Появилось такое понятие, как «экономика совместного потребления». Люди разделились на тех, кто готов сдавать свои ресурсы в аренду и тех, кто готов за это платить, высвобождая личное время или экономя на крупных покупках. В ход пошло все: пустое место на автостоянке, пассажирское сиденье в автомобиле, свободный диван или весь дом, даже время.

Последние исследования показывают, что половина жителей развитых стран задействованы в экономике обмена:

Арендовали квартиру или дом — 13.64%

Арендовали комнату в чьем-то доме — 8.10%

Сдавали в аренду свою недвижимость — 7.17%

Пользовались каршерингом — 7.12%

Пользовались услугами домашней уборки — 20.72%

Покупали что-то на досках объявлений — 24.62%

Нанимали сиделку — 6.70%

Арендовали вещи — 4.58%

Ничего из этого — 49.44%

Подводные камни

Как и с любой новой бизнес-моделью взаимодействующей с реальным миром, существуют перегибы, которые нужно сглаживать. Когда запускался Uber, многомиллиардный тезка тренда «Уберизации», компанию часто обвиняли в плохой проверке водителей, позволяющей просачиваться криминальным элементам за руль автомобиля. Подобные проблемы были и у другого единорога «совместного потребления» — Airbnb.

Две девушки из Стокгольма решили сдать квартиру на время отпуска и немного заработать, они не представляли, что увидят по возвращению. А ждала их санитарная катастрофа из разбросанных презервативов и педикулюзных очагов заражения. Ну и записка от полицейских: «Извините, мы были вынуждены провести рейд в квартире, пока вас не было, потому что в ней устроили бордель».

Второй случай произошел с программистом из Сан-Хосе, к нему в берлинскую квартиру вломился «какой-то русский», с криками что убьет его, если он немедленно не уберется от туда. У русского на руках были все документы подтверждающие проживание в этой квартире. Калифорнийцу ничего не оставалось, как съехать и найти себе новое жилье.

Самое удивительное в историях описанных выше, не то, что герои оказались в этих ситуациях, а то что они попали туда по своей воле. Девушки сами сдали свою квартиру незнакомцу, а программист арендовал апартаменты, не зная с кем имеет дело.

Современный человек без задней мысли прыгает в пассажирское сиденье автомобиля, принадлежащего впервые встреченному водителю. Да, я говорю о BlaBlaCar, где любой желающий может купить место в попутной машине и за небольшие деньги добраться из одного города в другой. С незнакомцем! Хотя мама всегда твердила: «никогда не садись в машину к незнакомцу».

Но почему каждый месяц четыре миллиона человек (это больше чем перевозит «Аэрофлот»), забывая мамины советы, садятся в машину к чужим людям и пускают их в свои квартиры? Ответ прост — доверие. Вот что на самом деле продается на рынке совместного потребления. Пользователю нужна уверенность в том, что его квартира, вещи и жизнь будут в безопасности и только тогда он готов платить за сервис.

Международное консалтинговое агентство PwC провело опрос на тему экономики совместного потребления, 89% респондентов согласились с тем, что основа данного рынка это доверие между сервисом и пользователем. И сервисы готовы обеспечить безопасность своих клиентов. Они вводят денежные компенсации за понесенные убытки, как Airbnb, страхующий все риски связанные с размещением гостей на сумму до 1 000 000 долларов. Или используют систему рейтингов и отзывов, чтобы пользователи сами решали кому стоит доверять, а кого лучше не пускать на порог или в салон автомобиля.

Хотя эффективнее всего фильтровать нежелательных гостей на входе.

Кто там?

Жилище обычно является неприкосновенным, а проникновение в него без разрешения заведомо преступно, что наталкивает на мысль о необходимости представиться в ответ на вопрос: «Кто там?» Удаленная идентификация личности стала онлайн-аналогом такого представления: «Меня зовут, Николай, мне можно доверять, я не украду ваш китайский сервиз и вообще буду вести себя прилично».

У финансовых организаций это называется Know Your Customer (KYC) — знай своего клиента. Термин компаний, работающих с деньгами частных лиц, означает необходимость идентифицировать и установить личность контрагента перед проведением финансовой операции.

Рынок онлайн-идентификации, как и экономика совместного потребления, — только начинает свой рост. Его еще не поделили между собой крупные игроки. Места хватает всем, и каждый год на этом месте появляется все больше и больше компаний с интересными и уникальными предложениями. Кто-то делает ставку на охват и заявляет, что может работать со всем миром, а кто-то наоборот сосредотачивается на отдельной стране и занимает там большую долю рынка. Но структура работы у всех примерно одинаковая: проверка документа удостоверяющего личность и установление идентичности человека. Для этого используется два инструмента — распознавание паспорта или ID-карты и распознавание лица. Пользователю предлагают загрузить паспорт, который распознается и проверяется на подделку, следом просят посмотреть в веб-камеру своего компьютера или смартфона, чтобы провести сличение с фотографией в документе. Убедившись, что вы тот за кого себя выдаете, перед вами открываются парадные двери сервиса. С этого момента вы становитесь верифицированным пользователем внутри доверенного круга таких же людей.

Но это только базовый элемент верификации, вокруг которого выстраиваются дополнительные меры проверки человека. Например, в последнее время активно используется «цифровой след» (digital footprint) пользователя. Это когда помимо верификации собирается и анализируется информация о профилях в социальных сетях, опубликованных фотографиях и упоминаний в интернете. Это позволяет проследить историю онлайн-жизни пользователя.

В целом каждая компания занимающаяся проблемой онлайн верификации, старается наполнить свой продукт такими технологиями, которые легко будут раскрывать самозванцев. И в следующий раз, когда вы решите сдать в аренду пылящуюся на антресолях дрель, сесть к кому-то в автомобиль или пустить незнакомца переночевать вас будет волновать только статус его профиля — «верифицирован».

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ. Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 28 июля 2017 > № 2258705 Артем Субботин


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 28 июля 2017 > № 2258673 Наталия Орлова

На развилке: каковы шансы, что Банк России снизит ключевую ставку

Наталия Орлова

главный экономист «Альфа-Банка»

Протесты дальнобойщиков, волатильный курс рубля и быстрый рост зарплат могут убедить ЦБ не снижать ставку на заседании в пятницу, 28 июля

Если еще месяц назад дальнейшее движение ключевой ставки вниз выглядело базовым сценарием, то за последние недели фон для принятия такого решения изменился в негативную сторону. Развилка ближайшего заседания касается не масштаба снижения ставки, а скорее — снижать ставку на 25 базисных пунктов или же взять паузу.

Первое и главное изменение — неожиданный всплеск темпа роста цен в конце июня. Вместо того чтобы выйти на уровень 4,0% в годовом выражении, инфляция по итогам прошлого месяца составила 4,4% год к году по сравнению с уровнем 4,2% год к году в мае. Что еще больше настораживает, так это то, что не совсем понятны и причины ускорения инфляции — валютный курс на тот момент только начал ослабляться, и курсовой эффект вряд ли может объяснить динамику инфляции; рост цен наблюдался в основном на плодоовощную продукцию, что, возможно, отражает перебои с поставками товаров из-за протестов дальнобойщиков, но масштаб общей реакции цен на это событие оказался слишком значительным. Представители ЦБ даже назвали такую динамику цен «шоком», что закономерно должно повлиять на решение денежных властей по ставке.

Если фактор протестов дальнобойщиков уже учтен в ценах и, согласно последней статистике, даже перестал влиять на их динамику в июле (недельная инфляция вернулась на уровень 0,1% к 11-17 июля и составила 0% за неделю с 18 по 24 июля), то гораздо больше вопросов возникает по поводу воздействия недавнего ослабления курса рубля на цены. В прошлом ослабление курса демонстрировало 20%-ный эффект трансмиссии на динамику цен, то есть в условиях 5% ослабления курса рубля к доллару с 13 июня это означает, что темп роста цен может получить шок в масштабе 1 процентного пункта. Очевидно, что эти цифры рассчитывались на основе исторических данных, то есть в условиях фиксированного курса рубля, поэтому не совсем понятно, как будут вести себя цены в условиях плавающего курса. Однако эффект переноса работает с лагом в несколько месяцев, поэтому самое раннее, когда можно будет судить о нем, — это середина августа. Этот фактор является сейчас основным риском для успешного замедления инфляции до 4%-го уровня.

Есть и еще один более долгосрочный фактор, негативно влияющий на инфляцию, — избыточно быстрый рост зарплат. Последние два месяца демонстрируют ускорение экономического роста — и показатели производства, и показатели спроса показывают рост, превышающий ожидания рынка. Это происходит на фоне 7%-го роста номинальных зарплат за первое полугодие 2017 года, что отражает демографическое ограничение российской экономики и создает предпосылки для дальнейшего роста стоимости труда в реальном выражении. Этот фактор является наибольшей угрозой для удержания инфляции на уровне 4% в долгосрочной перспективе.

Таким образом, накануне заседания по ставке 28 июля индикаторы скорее говорят о росте инфляционных рисков, нежели об их снижении, что, на наш взгляд, делает сценарий сохранения ключевой ставки на 9,0% базовым. При этом негативные последствия этого решения по сути минимальны — сохранение относительно высокой ставки покажет рынку, что ЦБ гибко выстраивает свою политику в зависимости от условий в экономике, при этом неснижение ставки повышает шансы на скорейшее замедление инфляции в будущем; если по итогам августа или сентября Росстат зафиксирует долгожданную дефляцию, уже в сентябре ЦБ сможет понизить ставку на 50 базисных пунктов.

Тем не менее сценарий снижения ставки на 25 базисных пунктов также не следует совершенно сбрасывать со счетов. Есть несколько аргументов в пользу такого решения, если оно будет принято. Первый — это желание смягчить денежные условия в качестве компенсации ужесточения внешних условий, которые проявляются и через планы ФРС перейти к сжатию своего баланса уже до конца этого года, и в обсуждении нового раунда антироссийских санкций.

Второй момент — снижение ставки может быть компенсацией банковскому сектору в условиях, когда ЦБ продолжает его активную чистку. Если в предыдущие годы отзыв лицензий касался мелких банков, названия которых часто никто и не слышал вплоть до дня, когда у них забирали лицензию, то теперь угрозы отзыва лицензий касаются гораздо более крупных игроков. Ужесточение пруденциального надзора является фактором сдерживания волатильности рынков и косвенно создает для ЦБ больше комфорта в процессе снижения ключевой ставки. Кроме того, решение снизить ставку может быть воспринято и как индикатор уверенности денежных властей в своем ориентире по инфляции, что может позитивно повлиять на инфляционные ожидания.

Итак, развилка действий обозначена, решение за ЦБ.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 28 июля 2017 > № 2258673 Наталия Орлова


Саудовская Аравия > Нефть, газ, уголь. Финансы, банки > forbes.ru, 27 июля 2017 > № 2257985 Андрей Ляхов

Золото шейхов: состоится ли IPO Saudi Aramco

Андрей Ляхов

доктор юридических наук, арабист, директор группы «Третий Рим»

Выход саудовского нефтяного гиганта Saudi Aramco на биржу ждут уже 30 лет. Если IPO состоится, оно может стать крупнейшим в истории. Вопрос в том, готово ли правительство Саудовской Аравии снять вуаль секретности с одной из самых закрытых нефтяных компаний в мире.

C конца 1980-х в мировых СМИ время от времени появляются сообщения о готовящемся IPO Saudi Aramco, национальной нефтяной компании Саудовской Аравии. И все последние 30 лет дальше слов дело не идет. Причины, очевидно, лежат в ее уникальной и ключевой позиции, которую Aramco играет в клубе производителей нефти, делающей ее опорным стержнем Саудовской Аравии.

Впрочем, есть вероятность, что выход компании на биржу может наконец стать реальностью. Не так давно Aramco наняла два инвестбанка и ряд юристов для консультаций по поводу возможного IPO. Если размещение произойдет, оно, скорее всего, будет самым крупным в истории. Считается, что идеологом нынешней попытки разместить акции Aramco на бирже является принц Мухаммад ибн Салман Аль Сауд, который недавно стал кронпринцем, и что само размещение – часть его курса на модернизацию Саудовской Аравии.

В консультациях участвуют Нью-Йоркская (NYSE) и Лондонская фондовые биржи (LSE), вероятный объем размещения может потребовать привлечение обеих площадок. В то время как LSE была бы отличной площадкой для размещения акций любого производителя нефти, на сегодняшний день невозможно разместить предложение такого объема только для лондонских инвесторов, и именно в этом случае почти безграничный потенциал NYSE может сыграть решающую роль.

Делегации обеих бирж отправились в Эр-Рияд, чтобы изложить компании и правительству критерии, которым должна соответствовать компания для размещения акций, а также требования, которые она должна выполнить после него. Из публично доступной информации следует, что LSE предложила помочь Aramco получить освобождение от правила 25% акций в свободном обращении (25% free float requirement), установленного в правилах листинга. Существуют очевидные признаки того, что после IPO только 5% акционерного капитала компании будет свободно обращаться на биржах.

Одна из проблем, стоящих перед Aramco и ее советниками, – оценка стоимости компании. Saudi Aramco никогда не раскрывала показатели своих резервов и ресурсов, и сейчас оценки ее стоимости колеблются между $500 млрд и $3,5 трлн.

Даже с усредненной оценочной стоимостью в $2 трлн, 5%, которые Aramco, вероятно, предложит публике, будут оценены в сумму около $100 млрд – больше, чем общая стоимость пяти самых крупных размещений, которые когда-либо происходили в Нью-Йорке. В такой выгодной сделке каждая крупица акций превращается в кучу денег. Но с точки зрения более широкой общественности все выглядит по-другому.

Превращение такой компании, как Aramco, в публичную неотвратимо сделает ее более прозрачной и публично подотчетной. На сегодняшний день руководство компания занимает противоположную позицию. Aramco регулярно отказывается раскрывать инвесторам свою подробную геологическую информацию, производственные расходы по каждой скважине, особенности взаимоотношений с саудовским правительством, а также особенности найма персонала и операционные процедуры. Все это было строго охраняемой государственной тайной, как и условия оплаты менеджмента, отношения с коллективом, условия страхования и пенсионных выплат. Но прозрачность и равная доступность информации для каждого инвестора – краеугольный камень публичных финансовых рынков. Это требует снять вуаль секретности с отчетности Aramco, и доподлинно не известно, готово ли саудовское правительство, которое фактически управляет компанией, это сделать.

Также существует вопрос использования привлеченных средств. Каждый кандидат на публичное размещение акций должен иметь подробный бизнес-план, который базируется на финансовой модели перед размещением и хорошо аргументированном прогнозе того, как размещение скажется на эмитенте. В случае Aramco это будет требовать такого уровня раскрытия, которого ни сама компания, ни саудовское правительство не показали желания достичь.

Неясно, как сработает исключение из правила 25%, если оно будет позволено. Обычно эмитент заключает соглашение с мажоритарным акционером, цель которого – ограничить влияние мажоритария на управление и контроль за эмитентом. Акционер Aramco – суверенное государство, которое имеет намерение оставить 95% акций под своим жестким контролем. Как именно это сработает? Какие способы защиты будут доступны миноритарным акционерам в случае, если суверенный акционер начнет злоупотреблять своим доминирующим положением? Каковой будет роль неисполнительных директоров и каковы их полномочия, учитывая размер контрольного пакета акций? Достичь соблюдения режима корпоративного управления, скорее всего, будет невозможно, и определенный компромисс, приемлемый для рынка, должен быть достигнут. Впрочем, комплексное влияние всех уступок и специальных условий для предлагаемого размещения акций компании Aramco неизбежно потянет цену бумаг вниз. Большой вопрос в том, не разочарует ли негативная динамика компанию настолько, что она откажутся от всей затеи в последний момент.

Saudi Aramco – ключевой член Организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК), и время от времени она имела с ней непростые отношения. ОПЕК, несмотря на уменьшение ее доли на рынке за последние 40 лет, все еще оказывает значительное влияние на мировой рынок углеводородов. Прибыль Aramco и выплаты ее инвесторам зависят от непрозрачного процесса принятия решений в ОПЕК, который инвесторы никоим образом не могут контролировать.

Саудовская Аравия играет лидирующую роль в ОПЕК, и многие решения этой организации подчиняются бюджетным нуждам королевства. Как только акции компании будут выпущены в свободный оборот, они будут представлены в портфеле каждого пенсионного и инвестиционного фонда, а также в премиальных фондовых индексах. Это значит, что так или иначе большинство американцев и европейцев вложатся в эти бумаги и будут получать выгоду от колебания их цены.

Связь с ОПЕК может подвергнуть руководство Aramco под действие антимонопольного законодательства США и Соединенного Королевства с риском уголовного преследования. Саудовский менеджмент компании мог бы заявить о дипломатическом иммунитете, при этом большая часть ответственности пала бы на западный менеджмент. Если бы это случилось, то риски, связанные с занятием руководящих должностей в компании Aramco, могли бы стать неприемлемыми для западных руководителей и отпугнули бы их от принятия предложений о трудоустройстве в Aramco.

Изменение взаимоотношений Aramco с ОПЕК может быть еще одним ключевым условием для успешного размещения акций. Вопрос здесь в том, получится ли сформировать новый приемлемый курс для компании внутри ОПЕК. Это потребовало бы усилий со стороны как саудовского правительства, так и ОПЕК и других крупных стран-производителей нефти, не входящих в картель, что само по себе довольно сложно.

Один лишь список задач, которые необходимо решить Saudi Aramco и ее советникам, делает весь процесс подготовки к IPO беспрецедентной затеей, которая даст фору любому, даже самому сложному публичному размещению акций, случавшемуся ранее. Даже если принц Мухаммад ибн Салман Аль Сауд убедит свою семью продвигать эту инициативу, то на подготовку, вероятно, уйдет несколько лет, и это, вправду, может стать сделкой века, если мы когда-либо прочитаем предварительное уведомление о публичном размещении акций компании Aramco в Financial Times.

Саудовская Аравия > Нефть, газ, уголь. Финансы, банки > forbes.ru, 27 июля 2017 > № 2257985 Андрей Ляхов


Россия > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 27 июля 2017 > № 2257982 Кирилл Горбатов

За долги ответишь: как привлечь владельца бизнеса к личной ответственности при банкротстве

Кирилл Горбатов

Адвокат, партнер адвокатского бюро «Юрлов и партнеры», руководитель практики «Банкротство»

Законодатели постоянно ужесточают подход к недобросовестным бизнесменам, чьи действия прямо или косвенно привели к убыткам кредиторов. Поможет ли это возмещать понесенные убытки?

Еще несколько лет назад привлечь директора или собственника бизнеса к личной ответственности по долгам предприятия было исключением из правил. В настоящее время такая ситуация — обычное явление российской правовой действительности. Причем это касается не только громких резонансных дел. Согласно статистике, суды в первом квартале 2017 года привлекли к ответственности 279 лиц, контролирующих компании-банкроты (речь о директорах, владельцах, учредителях). Это в три раза больше, чем в первом квартале 2016 года.

Банкротство и вывод активов

Самые распространенные основания для привлечения руководителей и собственников бизнеса к личной ответственности — несвоевременная подача заявления о банкротстве компании, вывод активов и утаивание информации о соответствующих (направленных на вывод активов) сделках. Например, в одном судебном деле конкурсный управляющий настаивал на привлечении генерального директора строительной компании к ответственности по ее долгам, которые составляли более 44 млн рублей. Перед этим управляющий отправил запросы в государственные органы о наличии у компании какого-либо имущества.

В ответе Гостехнадзора было указано, что за должником незадолго до банкротства числилось девять единиц специализированной техники: бурильные установки, погрузчики, трактора. Директор не передал первичную документацию на технику управляющему, поэтому последний не смог вернуть выбывшее имущество и сформировать конкурсную массу для выплат кредиторам. В итоге суд заставил выплатить топ-менеджера всю сумму долга.

Привлечение руководства к субсидиарной ответственности по долгам компании предусмотрено законом «О несостоятельности (банкротстве)». Законодатель постоянно вносит в данный закон изменения, ужесточающие подход к недобросовестным руководящим лицам, чьи действия прямо или косвенно привели к банкротству предприятия и убыткам кредиторов. С 1 июля вступили в силу очередные изменения. Они предоставляют дополнительные возможности кредиторам.

Личная ответственность вне процедуры банкротства

Ранее привлечь контролирующих лиц к ответственности кредиторы могли только в рамках действующей процедуры конкурсного производства (последней стадии банкротства). При этом на практике зачастую происходила следующая ситуация. Поскольку у должника к моменту банкротства отсутствовало какое-либо имущество, достаточное для погашения расходов на проведение процедуры, кредиторы вынужденно финансировали процесс из своего кармана. Многие из них либо совсем не обращались с заявлением о банкротстве должника, либо суд самостоятельно прекращал дело из-за отсутствия средств на финансирование. Таким образом, кредиторы автоматически лишались права подать заявление о привлечении руководства к субсидиарной ответственности.

Законодатель частично исправил ситуацию. Теперь кредиторы смогут подавать заявления о привлечении к ответственности контролирующих лиц даже в том случае, если суд прекратил банкротное дело из-за отсутствия средств. Такое заявление подается в арбитражный суд, в котором рассматривалось дело. Однако остался неясным важный момент: по каким основаниям кредиторы будут обращаться с соответствующими заявлениями к контролирующим лицам?

Большинство оснований привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренных ст. 10 закона о банкротстве, могут быть обнаружены только в рамках процедуры банкротства должника. Например, собственники обанкротившегося предприятия вывели дорогостоящий актив на подконтрольные себе организации (за что, безусловно, они должны нести личную ответственность перед кредиторами). Но при этом — в отличие от банкротного процесса, в котором арбитражный управляющий получит максимальную информацию о деятельности должника и где такие сделки будут выявлены — в обычном судебном процессе кредиторы столкнутся с очень большими сложностями. Например, им потребуется доказать существование какой-либо сделки по выводу активов. У них просто не будет информации об этом, а ответчик не будет стремиться ее предоставить.

Еще пример. Исходя из судебной практики, самый распространенный случай привлечения к субсидиарной ответственности — непредставление генеральным директором (или иным контролирующим лицом) бухгалтерской и другой важной документации общества арбитражному управляющему или искажение таких документов. Получается, что привлечь к личной ответственности контролирующих лиц по этому основанию вне банкротства будет невозможно, так как работа арбитражного управляющего осуществляется только в рамках возбужденной процедуры банкротства.

Увеличение срока привлечения к ответственности

Ранее закон запрещал обращаться с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности руководителей после завершения банкротства и исключения компании из реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ). Если кредиторы не успевали это сделать, то контролирующие лица могли уклониться от ответственности.

Теперь кредиторы могут обратиться с таким заявлением в течение трех лет со дня завершения процедуры банкротства. При этом необходимо соблюдение двух условий. Первое — кредитор узнал об основаниях для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности после завершения процедуры. Второе — аналогичное требование по тем же основаниям и к тем же лицам до этого не рассматривалось.

Советуем кредиторам после обнаружения оснований для привлечения руководства должника к личной ответственности незамедлительно обращаться с соответствующим заявлением в арбитражный суд. Во-первых, не будет пропущен срок на подачу заявления и рассмотрения требования. Во-вторых, это сработает на предупреждение ситуации, когда топ-менеджмент банкрота через подконтрольного управляющего (либо кредитора) сам на себя подает заявление о субсидиарной ответственности с целью проиграть такой процесс и обеспечить прецедент, в результате которого другие кредиторы уже не смогут обратиться с аналогичными требованиями.

Каждому кредитору — право на выплату

Ранее деньги, взысканные в порядке субсидиарной ответственности, поступали в конкурсную массу должника. В результате задолженность привлеченных к ответственности лиц подлежала оценке и продаже на торгах, где директор и собственник могли через подставных лиц выкупить требования к себе по минимальной сниженной цене.

Законодатель устранил этот пробел. Теперь каждый кредитор, чьи требования в деле о банкротстве остались неудовлетворенными, самостоятельно получит исполнительный лист на принудительное взыскание денежных средств с контролирующих лиц.

Россия > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 27 июля 2017 > № 2257982 Кирилл Горбатов


Россия > Миграция, виза, туризм. Финансы, банки > forbes.ru, 26 июля 2017 > № 2257018 Дмитрий Руденко

Полис дешевле эвакуации: нужна ли туристам страховка

Дмитрий Руденко

генеральный директор, председатель правления страховой компании ООО «Абсолют Страхование»

Еще несколько лет назад туристическая страховка воспринималась как обязательное, но бесполезное условие для выезда за границу

Лет десять назад при упоминании страхования туристов в голове в лучшем случае всплывали «газели», стоящие у визовых центров. В худшем — люди вообще не понимали, о чем идет речь. По-другому и быть не могло — подавляющее большинство отдыхающих покупало готовые туры с минимальной страховой защитой, а те, кто летел сам, приобретал первый попавшийся полис, толком не понимая, от чего именно он сможет защитить и какие расходы покроет.

Поэтому полис для отдыхающих долгое время воспринимался не как полезный и нужный сервис, способный сохранить нервные клетки и финансы семьи во время отпуска, а как обязаловка, навязанная властями другой страны. Нет страховки — нет визы.

Когда нет желания разбираться, а нужно просто поставить галочку в списке необходимых документов, то тебе по большому счету все равно, в какой страховой компании покупать этот полис, какие риски он покроет, какие вообще в нем условия страхования и страховая сумма — скорее всего, ты будешь ориентироваться на его доступность (можно быстро купить по дороге в визовый центр) и цену (чем дешевле, тем лучше).

Такой спрос «для галочки» сформировал и рынок одинаковых предложений, покрывающих самый минимум услуг, по которому вам будут положены разве что зеленка, активированный уголь и бинт. И если случались страховые события, то все это не могло обойтись без бури негатива, связанного с качеством работы страховых компаний и организации турпоездок в целом. Не читая условия договора страхования, туристы сталкивались с совершенно обоснованными отказами в выплатах, что вызывало каждый раз волну негодования и обвинений всех страховщиков в нежелании платить и исполнять свои обязанности.

В отличие от России, где некачественный спрос порождал некачественное предложение, в Европе и США ситуация обратная. Здесь давно есть страховые программы с кучей разных дополнительных сервисов и услуг, часто даже напрямую не связанных со страхованием. Нам, конечно, пока сложно представить, но многие европейские компании, например Bupa Global или Virgin Money, предлагают полисы с безлимитным размером страхового покрытия или страховой суммой в размере 10-15 млн фунтов стерлингов.

У других страховщиков, например TravelSafe Insurance, даже в стандартные страховые пакеты, а не только в vip-предложения, можно включить услугу персонального помощника. Получается, вы покупаете не просто финансовые гарантии и поддержку в случае болезни или травмы, но можете в любое время суток получить рекомендации по лучшим ресторанам или шопингу, помощь в бронировании билетов в театр или на паром, юридические консультации и другие полезные сервисы.

Но, судя по всему, 26 лет поездок за рубеж и горький опыт научили нас более осознанно относиться к своему здоровью и кошельку. Во многом на это повлиял и пример зарубежных коллег. Рынок начал меняться и предлагать различные по стоимости и наполнению услугами продукты. Благодаря чему постепенно этот небольшой сегмент, еще в начале 2016 года оценивавшийся в 5 млрд рублей, стал трансформироваться из потока неосознанных покупок полисов с минимальной и самой простой программой в сегмент с потоком внимательных и требовательных клиентов, интересующихся и ищущих действительно нужные продукты и в массе своей понимающих, чем отличается полис для дайвера от полиса для горнолыжника.

Именно эти группы туристов осознали, что полис с хорошим покрытием обойдется в десятки раз дешевле, нежели вызов вертолета для эвакуации в Альпах или поиск аппарата для лечения кессонной болезни за свой счет.

Также и простые туристы поняли, что в Испании только прием врача обойдется от €70 до €130, а в Италии визит к специалисту уже может стоить от €200 до €400. А вот средняя стоимость полиса на две недели в Шенгенской зоне сегодня составит около €10-15.

Нам, конечно, пока сложно предоставить сопоставимый с европейскими и американскими коллегами сервис, но уже сейчас большинство страховых компаний, которые работают на рынке страхования туристов, предлагают дополнительные опции — страховку от невыезда, задержки рейса, защиту близких и имущества на время отсутствия или страхование багажа. Появилась возможность застраховаться на время всевозможных занятий спортом и других активностей и быть уверенным в том, что даже при травме, полученной на горном склоне, при катании на слоне или игре в гольф, вам не придется платить из своего кармана за дорогостоящее лечение за рубежом. Страховые компании начали использовать альтернативные каналы коммуникаций со своими клиентами: например, предлагают воспользоваться приложением, в котором можно планировать свой отпускной бюджет или прокладывать маршрут путешествия. Страховщики стали активнее продвигать полисы для туристов, желающих иметь поддержку по всем возможным вопросам и с достаточным покрытием, чтобы ни о чем не переживать в поездке. Страхование путешественников постепенно идет от стандартного медицинского покрытия к продвинутому консьерж-сервису, такому как предлагают отдельные банки для обеспеченных клиентов.

Дойдет ли культура страхования в нашей стране до такого уровня, что в рамках обычного страхового полиса будут, например, рекомендоваться клиентам интересные достопримечательности близ их местонахождения или помощь в выборе вина к ужину? Это пока вопрос открытый. Но я точно уверен, что сегмент страхования туристов и дальше продолжит меняться, корректируя предложение под новые потребности путешественников и туристов.

Россия > Миграция, виза, туризм. Финансы, банки > forbes.ru, 26 июля 2017 > № 2257018 Дмитрий Руденко


Россия. ЦФО > Транспорт. Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 26 июля 2017 > № 2257016 Алина Бисембаева

Эволюция проездного: как электронная карта «Тройка» заменила бумажные билеты

Алина Бисембаева

Заместитель главы Департамента транспорта и развития дорожно-транспортной инфраструктуры города Москвы

Транспортной картой «Тройка» сейчас оплачивается 80% поездок на городском транспорте

Когда четыре года назад мы в Департаменте транспорта запускали карту «Тройка», пополняемую карту для оплаты проезда на всех видах транспорта, многие консерваторы воспринимали проект скептически. Мы же рассчитывали, что по «Тройке» будет осуществляться 50% проходов на всех видах городского транспорта. Сейчас выдано более 13 млн. карт, по которым совершается 80% проходов в московском транспорте.

Сегодня проект дал городу очень многое. Первое — сокращение очередей за билетами, по нашим оценкам, более чем на треть. Второе — экономия около 2 млрд. рублей в год на изготовлении бумажных бланков. Третье — разгрузка водителей наземного транспорта, которым в большинстве случаев теперь не нужно принимать оплату за проезд в салоне подвижного состава, так как пассажиры пользуются «Тройкой».

При запуске «Тройки» мы руководствовались идеей создать по-настоящему городскую карту, с помощью которой можно было бы оплатить не только транспортные услуги, но и связанные сервисы в ближайших к транспортным пунктам торговых точках, музеях, бизнес-центрах, парковках, станциях велопроката и так далее. Чтобы реализовать эту концепцию, мы изучили опыт зарубежных коллег и взяли лучшее из мировых практик Лондона, Гонконга и Сеула. Прототипами «Тройки» стали карты Oyster, Octopus, T-money.

Картой Oyster в Лондоне, которая была запущена в 2003 году, сейчас оплачиваются 80% поездок. Ее популярность резко возросла в 2006 году — после введения 33% скидки при оплате по карте. Такой же стратегии мы придерживались, разрабатывая тарифы для «Тройки». Сейчас в Москве разница между ценой проезда по тарифу «Кошелек» и билетом на разовую поездку в метро по тарифу «Единый» составляет 20 рублей. Людям, которые хотя бы иногда пользуются городским транспортом, просто невыгодно тратить лишние время и деньги на покупку билета на одну поездку. Такое тарифное решение, а также возможность записывать на карту сразу несколько билетов из разных тарифных планов позволяет пассажирам экономить на поездках до 50%.

Гонконг, в котором транспортная карта Octopus появилась 20 лет назад, опережает аналоги по функционалу. Сегодня Octopus — единственный способ оплатить парковку. По «Тройке» тоже в скором времени можно будет оплачивать парковку в любом районе Москвы — из 72 плоскостных парковок закрытого типа на 41 уже смонтирован полный комплект оборудования, а на 15 — работает банковский эквайринг и «Тройка».

Еще по гонконгской карте можно бонусами расплачиваться в парках, магазинах и точках фаст-фуда. По ней осуществляется пропуск и учет посещения в школах, вузах, бизнес-центрах. В Москве тоже планируется развивать подобный функционал — уже сейчас по «Тройке» можно пройти в Третьяковскую галерею, Планетарий, на катки Парка Горького и ВДНХ, а также в МГУ и несколько столичных бизнес-центров. В ближайший год для пользователей московской карты будет запущена программа лояльности, предусматривающая бонусы в торговых точках партнеров программы.

Мы уже реализовали ко-бренды с банковскими картами Сбербанка и ВТБ, в этом году запустим ко-бренды и с другими банками. Кроме того, ВТБ совместно с нами выпустил карту «Супер Тройка» (Супер3), которая предоставляет так называемый cash back, накопленный при оплате покупок этой картой, его можно расходовать на оплату проезда в городском транспорте.

Как и карта гонконгский Octopus, «Тройка» имеет большую сеть дистрибуции, а пополнить ее можно в 50 тысячах точек города: в кассах и автоматах по продаже билетов, через партнеров агентской сети (Московский кредитный банк, «Элекснет» и др.), мобильные приложения партнеров («Сбербанк» и др.), а также через интернет, SMS и социальные сети.

Помимо ко-брендинга с банками мы будем активно развивать сервис онлайн-пополнения. Примером мегаполиса, в котором реализован этот функционал, можно считать Сеул, в котором владельцы карт T-Money на флеш-брелоке могут пополнять свою карту онлайн. В Москве сейчас можно записать билет на карту с помощью мобильного приложения Московского метрополитена.

Россия. ЦФО > Транспорт. Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 26 июля 2017 > № 2257016 Алина Бисембаева


Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 26 июля 2017 > № 2256959 Сергей Швецов

Сергей Швецов, ЦБ: «Самый главный риск на финансовом рынке – это человек»

Татьяна Терновская, редактор Банкир.Ру

Совет Федерации одобрил 25 июля закон с новыми подходами к оценке деловой репутации и финансового положения банкиров. Требования регулятора ужесточаются – в частности, попасть в «черный список банкиров» можно будет пожизненно. Вместе с тем, у банкиров появляется возможность подать апелляцию в ЦБ и доказать, что их попадание в такой список несправедливо. Первый зампред ЦБ Сергей Швецов рассказал об идеологии законопроекта и о том, как он может повлиять на российский финансовый рынок в целом.

Сергей Швецов рассказал, что работа регулятора в части обеспечения неотвратимости наказания за противоправные действия и ненадлежащее поведение на финансовом рынке раскрывается в два больших направления работы ЦБ.

Первый – это преследование должностных лиц в финансовых организациях за умышленные противоправные действия, которые нанесли ущерб кредиторам и вкладчикам и, возможно, акционерам финансовых организаций. «Здесь фигурирует некий умысел – и фигурирует административное или уголовное преследование, передача материалов в правоохранительные органы», - объяснил первый зампред ЦБ. При этом он отметил, что частота применения таких норм весьма незначительна. «Не только из-за того, что у нас практически все честные, а из-за того, что доказывается это достаточно тяжело. Потому что здесь нужно доказывать именно умысел, - отметил Сергей Швецов. - Но это необходимая часть работы для создания мотиваций для того, чтобы вести себя честно».

Второе направление носит более мягкий характер, однако является практически массовым – оно связано с деловой репутацией и профессионализмом. «Возможно, часть деяний или бездействия совершается без злого умысла, - объяснил он. - Тем не менее, они могут приводить к негативным последствиям для кредиторов и вкладчиков, и для самих финансовых организаций. И это будет стимулировать людей вести себя профессионально, получать адекватное образование, адекватные знания в финансовой области для того, чтобы принимать адекватные решения».

По мнению Сергея Швецова, закон в данном случае призван выдавить с финансового рынка непрофессионалов. Пока он распространяется не на все финансовые организации и не на все должности. Впоследствии будут приниматься дополнения к закону, которые расширят круг людей, которые под это подпадают.

«По сравнению с текущими правилами закон дает более жесткие варианты наказания в виде дисквалификации и включения в так называемый «черный список» наших граждан, которые засветились в финансовых организациях, у которых отозваны лицензии или произошли какие-то другие негативные события, - отметил первый зампред ЦБ. – В законе фигурируют и пятилетний, и десятилетний срок, и пожизненная дисквалификация».

Ужесточение сроков он объяснил тем, что существующего сегодня трехлетнего срока не хватает. «Недобросовестные банкиры очень часто до истечения трех лет становятся теневыми директорами. То есть, не занимая должность, оказывают существенное воздействие на принимаемые решения, - объяснил Сергей Швецов. - А когда проходит период дисквалификации, занимают уже формальную должность и занимаются тем же самым».

Для банкиров, которые считают свое попадание в «черный список» несправедливым, в новом законе предусмотрен новый формализованный институт апеллирования. «То есть гражданин, который был членом органа управления, по факту отзыва лицензии попадает в черный список. Но поскольку коллективные органы принимают решения большинством голосов, а единоличный исполнительный орган мог прийти в организацию, когда она уже испытывала существенные трудности, и как раз его миссия была в том, чтобы спасти организацию, но по каким-то причинам этого не удалось, то появляется возможность апеллировать к Центральному Банку, объяснив свое поведение в качестве члена органа управления как добросовестное, - рассказал первый зампред ЦБ. - И Центральный Банк на комиссионной основе будет рассматривать такого рода апелляции и принимать решения относительно того, действительно ли действия гражданина в качестве члена совета директоров, члена правления, руководителя организации, иногда акционера носили правильный характер. Действительно ли он сделал все, что требовал некий «джентльменский набор», чтобы были приняты правильные решения. При этом человек не должен пострадать, потому что вел себя и добросовестно, и профессионально».

Важным элементом нового закона Сергей Швецов назвал образование нынешних банкиров. В новой версии не указывается, каким именно оно должно быть, юридическим или экономическим, как сейчас. В новой версии используется термин «высшее образование». «Очень много банкиров закончили экономические или юридические вузы в Советском Союзе, и я не уверен, что это образование действительно адекватно решаемым ими задачам, - объяснил он. – С другой стороны, очень много людей закончили технические вузы, и с точки зрения управления рисками, экономики это образование ничуть не хуже». Первый зампред ЦБ отметил, что выдавливание недобросовестных специалистов с финансового рынка создаст дефицит кадров в профессии. «И этот дефицит позволит монетизировать правильную деловую репутацию, правильное образование», - подчеркнул он.

По словам Сергея Швецова, сочетание всех перечисленных факторов позволит российскому финансовому рынку принципиально измениться, потому что все риски на финансовом рынке происходят из-за людей. «Самый главный риск на финансовом рынке – это человек, - подчеркнул первый зампред ЦБ. - От того, какие люди будут руководить финансовыми организациями, в значительной степени зависит, какими будут финансовые организации, каким будет финансовый рынок».

Он также добавил, что криминальное поведение и профессиональное поведение банкира – очень разные вещи, и их не нужно смешивать. «Недостаточно быть честным, нужно еще быть профессиональным», - заявил Сергей Швецов.

Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 26 июля 2017 > № 2256959 Сергей Швецов


Казахстан > Финансы, банки > kapital.kz, 25 июля 2017 > № 2254230 Айгуль Тасболат

Кредитные рейтинги компаний — формальность или необходимость?

Может ли рейтинговая оценка влиять на эффективность бизнеса и привлечь инвесторов

В современных условиях, когда на горизонте маячит деглобализация, а доступ к внешним источникам финансирования сильно ограничен, актуальность использования возможностей внутреннего рынка капитала становится приоритетной. При этом казахстанские финансовые институты, стремясь минимизировать свои риски, перестраховываются и выдвигают к заемщикам жесткие требования.

О дополнительных способах повышения инвестиционной привлекательности компаний рассказывает председатель правления АО «Рейтинговое агентство РФЦА» Айгуль Тасболат.

— Каков опыт присвоения национальных кредитных рейтингов в Казахстане? Сколько отечественных компаний получили кредитные рейтинги с 2007 года и как повлияли рейтинговые оценки на привлечение финансирования?

Кредитные национальные рейтинговые агентства работают в Казахстане уже около девяти лет с неоднозначным результатом. Наверное, самым эффективным был период с 2009 по 2013 годы. На эти годы пришелся пик активности в использовании кредитных рейтингов казахстанских агентств. Рейтинги получили более 200 казахстанских компаний. Наше агентство присвоило за все время работы 230 рейтингов, это примерно 20 рейтингов в год. Небольшое количество для Казахстана, учитывая, что в стране работает не менее 10 000 компаний.

К сожалению, мы сейчас не можем сказать, что национальные кредитные рейтинги влияют на формирование благоприятных условий для роста инвестиций, на стабильность кредитных институтов, и в том числе на стоимость привлечения финансирования в Казахстане. Это может произойти только в том случае, если использование кредитных рейтингов получит широкое применение, и они будут присваиваться каждой второй компании, обращающейся к инвесторам и кредиторам. Только тогда, когда данные по кредитной устойчивости наших предприятий будут доступны в режиме on-line, кредитные институты и инвесторы смогут выстроить свои процессы таким образом, чтобы стоимость привлечения финансирования не включала в себя потенциальные убытки и высокие риски, связанные с дефолтами и невозвратом займов.

Пока же мы видим, что получение кредитного рейтинга самими компаниями рассматривается как никому не нужная формальность, а инвестиционные и кредитные аналитики банков очень слабо используют этот инструмент при оценке своих рисков. Это результат отсутствия доверия. В 2014 году на организованном фондовом рынке было отменено признание национальных кредитных рейтингов. Сделано это было с целью снижения нагрузки на эмитентов в надежде на более активный выход компаний на фондовую биржу. Но этого не произошло. Следовательно, проблема не в рейтингах, и должны быть найдены другие подходы к мотивированию эмитентов. Теперь уже очевидно, что они связаны не с требованием о наличии кредитного рейтинга, а с отсутствием доверия у инвесторов к ценным бумагам среднестатистических казахстанских компаний.

Нам, наконец, необходимо понять, что деятельность национальных рейтинговых агентств дает один из основных инструментов для защиты интересов инвесторов и кредиторов, и для более эффективной оценки их рисков. Рейтинговая оценка косвенным образом позитивно влияет и на развитие самих компаний, на дисциплину и эффективность бизнеса.

Институциональные инвесторы, для которых мы делали рейтинговую оценку компаний, проявили большую дальновидность и проницательность, внедряя в свои системы управления рисками кредитные рейтинги. Эти оценки были преимущественно закрытые и предназначены для внутреннего использования. В целом, это тоже нормальная практика. Сами компании тоже иногда заказывают у нас закрытые, непубличные рейтинги, поскольку для них это своего рода проверка состояния бизнеса. Однако в идеале для того, чтобы практика кредитных рейтингов давала существенную пользу инвестиционному процессу и совершенствованию финансового сектора, необходимо, чтобы информация о кредитных рейтингах была публичной, и всегда была доступна всем инвесторам, даже если рейтинги были присвоены несколько лет назад. Это позволит отслеживать динамику развития и строить более точные прогнозы. Мы часто объясняем нашим клиентам, что тренд заключается в том, что на инвестиционный рейтинг негативно влияет отсутствие системной информации о платежеспособности компаний.

— Нужно ли создание единой информационной базы, соответствующей ожиданиям инвесторов? Какова может быть структура ресурса, содержащего информацию о присвоенных или присваиваемых в настоящее время рейтингах?

Я думаю, что каждое рейтинговое агентство хочет иметь собственную базу данных и по отраслям, и по предприятиям. Мы должны понимать, что состояние отраслей очень сильно влияет на деятельность компаний. Если мы анализируем информацию о работе одного или двух предприятий, работающих в какой-то одной отрасли, а оценку отрасли даем только по официальным статистическим данным, то это нас сильно ограничивает в точности прогнозов по кредитной устойчивости этих компаний. Мы всегда говорим, что анализ отрасли — это базовый уровень. Он будет достоверным и эффективным, если мы будем владеть подробными данными о деятельности подавляющего большинства компаний в данной отрасли.

Вопрос создания единой базы данных для инвесторов и кредиторов связан с тем, кто будет поддерживать ее актуальность и за счет каких средств? Уже имеется хорошая база данных — Депозитарий финансовой отчетности (ДФО), который содержит много информации о финансовых показателях компаний и некоторых корпоративных событиях. Но в него включены далеко не все казахстанские компании. Более того, не все организации представляют сведения в ДФО в едином унифицированном формате. В нем нет данных по международным и национальным кредитным рейтингам. Хотя это все существенные детали.

— Какова методология присвоения рейтинга, насколько объективно она отражает положение дел в компаниях?

Мы представляем нашу базовую методологию по присвоению кредитных рейтингов в открытом формате. С ней можно ознакомиться на нашем сайте. Анализ компании включает в себя четыре больших направления: анализ отрасли, анализ бизнеса, финансовый анализ и анализ менеджмента. Это довольно обширный объем количественных и качественных показателей. Исходную информацию в идеале должна предоставлять сама компания. Хотя часто используются также данные официальных открытых источников, а также результаты наших собственных исследований. Для объективной оценки собирается вся достоверная информация о деятельности предприятия за несколько лет. Кредитный рейтинг — аналитический инструмент, удобный и эффективный для инвесторов и кредиторов, так как в нем лаконично и адекватно отражается результат большого комплексного исследования состояния компании. Мы стараемся постоянно совершенствовать нашу методологию и поддерживать ее в актуальном состоянии, чтобы она максимально точно отражала уровень компании. Это объективная необходимость в современных, быстро меняющихся условиях. Постоянно возникают все новые и новые факторы, оказывающие существенное влияние на экономику и бизнес.

— Какие кредитные рейтинги могут получить казахстанские компании?

Максимальный кредитный рейтинг по нашей национальной шкале — ААА с индексом 1. Как правило, он может быть присвоен только государственным институтам, которые имеют гарантированную широкую поддержку государственного бюджета. Таких организаций, которые могли бы получить ААА, в Казахстане единицы. Наша шкала кредитных рейтингов не включает в себя анализ страновых рисков. Это означает, что кредитный рейтинг ААА по национальной шкале будет условно соответствовать уровню суверенного кредитного рейтинга Казахстана, присвоенного по международной шкале. Мы регулярно проводим анализ соответствия международной шкалы кредитных рейтингов агентств «большой тройки» и своей национальной шкалы.

— Что нужно сделать для широкого применения национальных кредитных рейтингов в Казахстане?

Для этого необходимо, чтобы кредиторы и инвесторы перестали полагаться только на свои оценки компаний, и начали интересоваться наличием кредитного рейтинга у компаний, причем не только при принятии решения о финансировании. Следить за заемщиками и инвестициями нужно регулярно на протяжении всего периода взаимодействия. Только так компании поймут, что наличие кредитного рейтинга является важным условием. Финансовый сектор должен признать и оценить все преимущества, которые дает практика широкого применения национальных кредитных рейтингов. Кризис — самое подходящее время для этого. Еще одним аргументом в пользу системы национальных кредитных рейтингов являются последние тренды, наблюдаемыми на мировом рынке. Начинающийся процесс деглобализации, о котором сейчас говорят эксперты, закрывает внешние источники капитала для развивающихся стран. Зимой был опубликован доклад руководителя департамента развивающихся рынков Citigroup Дэвида Любина, в котором говорится, что рынкам развивающихся стран необходимо стабилизировать внутренние финансовые системы, чтобы обеспечить доверие международных инвесторов и привлечь внешние капиталы в будущем, а также максимально сократить зависимость страны от внешнего финансирования в краткосрочной перспективе. Системная практика национальных кредитных рейтингов может дать Казахстану положительные результаты, поскольку позволит не просто повысить прозрачность компаний, но и сделать нашу экономику более понятной и предсказуемой для нас самих. А это значит, что мы получим возможность минимизировать риски, связанные с внутренними инвестициями и займами, а также сократить время на принятие данных решений. Это позволит финансирование бизнеса за счет инвестиций и займов преобразовать в непрерывный поток.

Казахстан > Финансы, банки > kapital.kz, 25 июля 2017 > № 2254230 Айгуль Тасболат


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 24 июля 2017 > № 2254498 Дмитрий Монастыршин

Новые правила: как изменение Ломбардного списка отразится на рынке облигаций

Дмитрий Монастыршин

главный аналитик Промсвязьбанка

Банк России изменил подход к формированию Ломбардного списка, в котором сейчас находятся бонды на 8 трлн рублей

Первая новость состоит в том, что Банк России планирует в период с 1 октября 2017 года по 1 июля 2018 года поэтапно исключить из Ломбардного списка все облигации и еврооблигации российских банков и ВЭБа, а также международных финансовых организаций и страховых компаний. Облигации с ипотечным покрытием остаются в Ломбардном списке.

Прямой негативный эффект для банковской системы от этих решений будет минимальным, поскольку за последние два года банки практически полностью отказались от операций рефинансирования в ЦБ в силу высокого уровня ключевой ставки и избытка ликвидности в системе. Общая рублевая задолженность банков перед регулятором составляет сейчас около 0,5 трлн рублей. Остаток задолженности по операциям валютного РЕПО также незначителен — всего $1,9 млрд. При этом объем размещаемых банками средств на депозитах в ЦБ РФ в течение 2017 года вырос до 0,5–0,9 трлн рублей. До конца текущего года ЦБ прогнозирует, что профицит ликвидности в банковской системе (превышение депозитов над кредитами ЦБ) вырастет до 0,9–1,4 трлн рублей.

В случае ухудшения ликвидной позиции банки сохраняют возможность использовать для операций рефинансирования ОФЗ и бонды корпоративных заемщиков. Общая стоимость доступного для операций рефинансирования в ЦБ портфеля облигаций на балансе банков (за исключением финансового сектора) составляет около 7,2 трлн рублей, в том числе 3,2 млрд рублей — госбумаги и 4,0 трлн рублей — облигации корпоративного сектора.

В настоящее время в Ломбардный список включены облигации банков на 2,7 трлн рублей, в том числе 1 трлн рублей — рублевые облигации и 1,6 трлн рублей — евробонды. Исключение бумаг из Ломбарда снизит их привлекательность. Мы ожидаем, что в условиях профицита ликвидности банки не будут предлагать премию за размещение новых бондов в рынок, а также будет происходить уменьшение объема бумаг в обращении (примерно на 0,4 трлн рублей в год).

В первую очередь будет происходить сжатие рынка рублевых банковских облигаций. Еврооблигации, где значительный объем выкупается иностранными инвесторами, останутся доступным инструментом фондирования крупных частных банков. Госбанки, для которых рынок евробондов закрыт из-за санкций, будут стремиться заместить рыночное фондирование средствами клиентов. Причем для выполнения норматива краткосрочной ликвидности в соответствии с Базель-III банки будут предъявлять более высокий спрос на депозиты корпоративных клиентов, которые не могут быть досрочно отозваны.

Наибольший объем облигаций, включенных в Ломбардный список, имеют следующие банки: ВЭБ, Сбербанк, РСХБ, ГПБ, Альфа-Банк, ВТБ, МКБ, «ФК Открытие», группа SG, «Зенит». На топ-10 приходится 85% от всего объема включенных в Ломбардный список бумаг банковского сектора.

Сокращение спроса на бонды будет критично для ВЭБа, поскольку за счет облигаций (с Ломбардным статусом) сформировано около 20% пассивов госкорпорации. Правительство для поддержки ВЭБа готово разрешить госкорпорации привлекать во вклады средства юридических лиц. Изменения в федеральном законе «О банке развития» утверждены правительством 13 июля и направлены на рассмотрение в Госдуму. У остальных банков доля рыночного фондирования составляет менее 7% от пассивов. К тому же график погашения облигаций, распределенный на горизонте 1-5 лет, позволяет снизить риски рефинансирования.

Вместе с повышением спроса на средства клиентов со стороны крупных банков-эмитентов облигаций мы ожидаем сокращение их активности на депозитных аукционах Банка России.

Вторая новость: для облигаций корпоративного сектора и субфедеральных облигаций с 14 июля действуют новые критерии включения и сохранения в Ломбардном списке. Новые выпуски облигаций

субъектов РФ и муниципальных образований, для того чтобы их включили в Ломбардный список, теперь должны иметь кредитный рейтинг на уровне не ниже «ruВВВ» от агентства «Эксперт РА» или АКРА. Рейтинги международных агентств Банком России с 14 июля не применяются. С 1 января 2018 года облигации регионов, не соответствующие новым рейтинговым требованиям, исключаются из Ломбардного списка.

Для включения новых облигации корпоративных заемщиков в Ломбардный список с 14 июля необходимо наличие кредитного рейтинга на уровне не ниже «ruВВВ», присвоенного агентством АКРА. Ранее включенные в Ломбардный список облигации корпоративных заемщиков могут быть использованы для операций РЕПО с Банком России до окончания срока обращения или погашения бумаг.

Несмотря на то что операции РЕПО с Банком России сейчас практически не используются банками, Ломбардный статус бумаг повышает их привлекательность с точки зрения возможности привлечения ликвидности в случае необходимости. Поэтому мы ожидаем, что эмитенты начнут более активно получать рейтинги от АКРА и «Эксперта РА».

В настоящее время только два эмитента из числа корпоративных заемщиков имеют рейтинги АКРА («Автодор» и «Газпром нефть»). В свете отсутствия необходимых рейтингов мы ожидаем, что на рынке первичных размещений корпоративных бумаг во втором полугодии будет низкая активность. В прошлом году российские компании разместили новые облигации, которые вошли в Ломбардный список, на 1,1 трлн рублей. Для того чтобы компенсировать временное закрытие долгового рынка (пока не будут получены рейтинги АКРА), корпоративный сектор увеличит спрос на кредиты. В свою очередь, дефицит предложения новых Ломбардных бумаг будет стимулировать рост спроса на корпоративные облигации на вторичном рынке.

На рынок ОФЗ сокращение Ломбардного списка окажет позитивное влияние. Мы ожидаем, что в ответ на применение Банком России новых подходов к формированию Ломбардного списка российские банки будут исключать из своих портфелей неломбардные бумаги. В свою очередь, освобождающиеся ресурсы будут направляться на покупку ликвидных ОФЗ.

Для частных инвесторов рынок облигаций сейчас представляет более интересные возможности, чем хранение средств на депозите. Ликвидные ОФЗ со сроком погашения от 0,5 года до 3 лет можно купить с доходностью 8,0–8,1% годовых, тогда как средний уровень ставок по вкладам в топ-30 банков находится сейчас в диапазоне 5,5-6,5% годовых. Преимуществом облигаций перед депозитом является сохранение накопленного купонного дохода при продаже, тогда как при досрочном расторжении вклада процентный доход теряется. Кроме того, инвестор может заработать на росте котировок облигаций.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 24 июля 2017 > № 2254498 Дмитрий Монастыршин


Россия > Приватизация, инвестиции. Финансы, банки > fingazeta.ru, 23 июля 2017 > № 2251872

Инвестиции на паузе

Когда начнется приток?

Проблема привлечения инвестиций – одна из острых и актуальных тем, стоящих сейчас перед Россией в условиях западных финансовых санкций. И на первый взгляд все не так уж плохо – по итогам I квартала 2017 г. зафиксирован рекордный уровень прямых инвестиций за последние три года – $7 млрд.

Кризис распугал инвесторов

Однако если детально разбираться, то картина не столь уж радужная – иностранные инвесторы в Россию идут с трудом, а у внутренних просто нет средств для финансирования всех проектов, которые нуждаются в деньгах. В прошлом году в страну пришло чуть менее $33 млрд зарубежных средств. По сравнению с 2015 г. это кажется хорошим показателем – объем вырос в 4,8 раза. Но по сравнению с докризисным 2013 г. зарубежные инвестиции снизились в два раза.

Виноваты не только санкции – дело в том, что иностранные инвесторы считают прибыль не в рублях, а в той валюте, в которой они вкладываются, т.е. в долларах или евро. Когда курс национальной валюты за полгода падает вдвое, то мало кто из крупных инвесторов решится на вложения в такой рынок.

Но и рост инвестиций в прошлом году во многом был вынужденным. Многие западные фонды встали перед выбором – либо потерять профинансированный в Россию бизнес, либо пойти на дополнительные вложения. «Мы приняли решение пойти на серьезную докапитализацию нашего российского актива, который во время кризиса был на гране банкротства. В противном случае мы бы потеряли все вложенные средства. А так есть шанс с нормализацией ситуации сохранить бизнес и через несколько лет хотя бы отбить наши вложения», – сказал «Финансовой газете» представитель крупного западного инвестиционного фонда.

Пока макроэкономические факторы способствуют таким ожиданиям. Курс рубля за последние полгода не просто стабилен, но и немного укрепился, что повышает валютную выручку. Банк России и Минэкономразвития уверены в низкой инфляции, на уровне до 4% по итогам года. Это, хотя и выше американских и европейских стандартов, все равно будет рекордным значением для России. В июле, правда, инфляция скакнула до 4,4% в годовом исчислении с уровня 4,1% в мае. Минэкономразвития прогнозирует замедление инфляции в РФ в июле до 0,2–0,4% в месячном выражении и до 4–4,2% в годовом.

В целом же отток капитала из России продолжается. Чистый вывоз капитала частным сектором в первом полугодии 2017 г., по предварительной оценке Банка России, сложился на уровне $14,7 млрд, в то время как годом ранее из страны ушло $8,6 млрд. Однако этот факт не выглядит особо тревожным, если верить объяснениям ЦБ, который заявил, что «определяющее влияние на величину чистого вывоза капитала, в отличие от ситуации годом ранее, оказали операции банковского сектора, связанные с поступлением средств на счета клиентов-резидентов в начале года, а также с интенсивным погашением банками внешних долговых обязательств. Прочие сектора в условиях восстановления экономической активности, напротив, выступили нетто-импортерами иностранного капитала». Более того, ситуация улучшается и по статистическим данным: с января по май чистый вывоз капитала из России и вовсе составлял $22,4 млрд.

Пик спада пройден

Как считают экономисты Внеш­экономбанка, в 2017 г. по мере повышения предпринимательской уверенности и некоторого снижения кредитных ставок рост инвестиций в основной капитал возобновится и составит 2,2%. Но рост все равно будет скромным – на 2,2–3,2% ежегодно в период 2017–2020 гг. с постепенным ускорением темпов роста, пик которого придется на 2020 г.

ВЭБ ожидает и роста инвестиционной активности банков, и реинвестирования прибыли. «В процессе снижения процентных ставок доля кредитов банков в структуре инвестиций будет расти и достигнет к 2020 г. 11,2% против 10,5% в 2016 г. По мере стабилизации экономики увеличится также и доля прибыли в структуре инвестиций: до 25,8% против 24% соответственно», – говорится в обзоре банка.

Но при этом ожидается сокращение государственных инвестиций, причем на значительную величину – 10–20% в год. А основной вклад в рост инвестиций в 2017–2020 гг. внесут частные инвестиции, которые будут расти на 4,6–6,5% в год.

И этот прогноз вполне оправдан. Во-первых, ставки по банковским депозитам уже начали падать и по долгосрочным вкладам лишь чуть-чуть обыгрывают инфляцию. Во-вторых, Банк России рано или поздно будет вынужден пойти на серьезное снижение ключевой процентной ставки, иначе экономического роста при дорогих кредитах не видать. Следовательно, упадет доходность безрисковых ОФЗ. В результате, как частные инвесторы, так и крупные корпоративные при стабильности национальной валюты будут искать способы сложения средств в реальный сектор экономики. Но, предупреждает ВЭБ, «частные инвестиции одновременно являются и самой неустойчивой компонентой инвестиционного спроса, что создает негативные риски для роста инвестиций, который может оказаться ниже финансовых возможностей предприятий».

Нерезиденты бегут с рынка акций

Очень тревожна ситуация с инвестициями в рынок российских акций, который в развитых странах служит опережающим индикатором состояния экономики. Так, за первую неделю июля, по данным Emerging Portfolio Fund Research, из инвестиционных фондов, вкладывающих средства инвесторов в российские активы, ушло $29,4 млн – это в 73,5 раза больше, чем неделей ранее.

«При этом работающие на российском рынке структуры продемонстрировали негативную динамику четвертый раз подряд, а в общей сложности чистый отток по итогам четырех недель составил почти $230 млн», – сообщают эксперты инвестиционного банка Sberbank CIB.

Газета «Коммерсантъ» в начале месяца привела и вовсе пессимистичные цифры, которые, скорее, попадают под понятие не «отток», а «бегство» капитала. С конца февраля иностранные инвесторы вывели с российского рынка акций $1,6 млрд, притом что вложения в рынки развивающихся стран идут хорошими темпами. За тот же период, с конца февраля, фонды emerging markets привлекли почти $28 млрд, в том числе в акции индийских компаний пришло $2,6 млрд, а на бразильский фондовый рынок – $1 млрд. Это говорит о том, что инвестиционный климат в мире хороший и инвесторы готовы рисковать, покупая бумаги развивающихся стран.

Пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков так прокомментировал данный факт: «Капитал свободно приходит в страну и свободно отсюда уходит. Это во многом конъюнктурные факторы, и на смену одним процессам приходят другие в зависимости от того, когда те или иные параметры инвестиций становятся наиболее привлекательны для инвесторов». И в этом он абсолютно прав. Сейчас российские акции непривлекательны для крупных инвесторов, конъюнктура не в нашу пользу. Причины кроются в отсутствии прогресса нормализации отношений с США, низких ценах на нефть и недостаточно хорошем внутреннем инвестиционном климате, который еще более ухудшился с началом конфликта «Роснефти» и АФК «Система».

Впрочем, Банк России несколько смягчил картину, заявив, что с учетом фондов облигаций приток средств на российский фондовый рынок за последние четыре месяца полугодия все-таки сложился положительным в сумме $2,1 млрд. Действительно, российские ОФЗ пользуются спросом со стороны нерезидентов в основном благодаря возможности проведения операций carry trade – это когда инвестор получает финансирование под низкую процентную ставку и вкладывает полученные средства в государственные обязательства страны, где процентные ставки высоки.

Однако в последнее время привлекательность этих операций снижается. Основная причина в том, что Федеральная резервная система США не так давно подняла ставку, а Банк России ее понизил, таким образом снизилась доходность операций. Вторая причина – начавшееся падение рубля. Доходность вложений нерезидентов в ОФЗ с учетом стоимости займа валюты за рубежом составляет порядка 5–6% годовых, причем в рублях. Таким образом, падение курса российской валюты на 5%, а это около 3 руб., сделает уже совершенные покупки ОФЗ нерентабельными.

Поэтому не исключено, что часть инвесторов, вошедших в рынок гособлигаций зимой и весной, при дальнейшем росте курса рубля начнет продавать ОФЗ и фиксировать прибыль, пока она не превратилась в ноль. Это в свою очередь вызовет еще большее падение рубля, поскольку на вырученные от продажи ОФЗ средства сразу же будет покупаться валюта. При массовом выходе нерезидентов «в кэш» не исключено масштабное, граничащее с паникой, падение рубля. Естественно, если рубль встанет в повышательный тренд, новых участников carry trade будет становиться все меньше и меньше, ведь курсовые риски будут возрастать. Пока такие опасения хоть и существуют, но они носят среднесрочный характер. «Приток иностранного капитала в рублевые активы продолжился с новой силой и имеет тенденцию к дальнейшему расширению, – отмечает аналитик «Открытие Брокер» Тимур Нигматуллин. – В июне доля нерезидентов на рынке ОФЗ, по данным ЦБ РФ, достигла рекордных 1,89 трлн руб. (30,7%) против 1,52 трлн на начало года».

Возможно, что снижение нашей национальной валюты последние недели частично вызвано как раз продажей частью инвесторов ОФЗ или, по крайней мере, покупкой валюты и фьючерсов на валюту с целью хеджирования рисков обесценивания рубля. Впрочем, не исключено, что часть средств от продажи ОФЗ может пойти на рынок акций, цены на котором сейчас весьма привлекательны для покупок.

Робкие покупки

В целом же состояние российского рынка акций, сложись оно в развитой стране, можно было бы назвать фатальным. К середине прошлой недели основные индикаторы рынка – индекс ММВБ и индекс РТС теряли по сравнению с началом года более 15%. При этом распродажи происходили в общем-то на неплохом внутреннем и внешнем макроэкономическом фоне. Экономика страны по всем признакам перестала деградировать, появились первые ростки восстановления.

Впрочем, в середине июня ситуация была хуже – тогда индекс ММВБ достигал локальных минимумов, теряя более 20%. Не исключено, что на рынке акций наметился разворот – инвесторы все-таки обратили внимание на незаслуженно дешевые российские бумаги. Но без внешних средств рост продолжаться долго не будет, российским участникам торгов просто не хватит денег не только для того, чтобы продемонстрировать значимую положительную динамику по итогам года, но и просто откупить просевший рынок.

Сейчас же покупки идут практически по всем «голубым фишкам». Возможно, что первая волна покупок спровоцирована поступившими на рынок деньгами от выплаты дивидендов по акциям за прошлый год. Если рынку удастся продолжить рост и показать свою силу, не исключено, что на положительный тренд обратят внимание и крупные международные инвесторы. В таком случае очередная порция антироссийских санкций, зреющая в США, их не остановит, поскольку предлагаемые меры «воздействия» на Россию внутриэкономическую ситуацию ухудшат несильно.

Борис Соловьев

Россия > Приватизация, инвестиции. Финансы, банки > fingazeta.ru, 23 июля 2017 > № 2251872


Казахстан > Финансы, банки > kapital.kz, 21 июля 2017 > № 2250320 Александр Тен

Александр Тен: Моя задача — чтобы больше людей получали свой выигрыш

Как происходили изменения на лотерейном рынке Казахстана

В офисе «Сәтті Жұлдыз», официального оператора лотереи Казахстана, кипит работа. И пока мы ждем, когда освободится переговорная, Александр Тен, руководитель компании, рассказывает о новом для себя проекте. «До этого я никак не был связан с лотерейной деятельностью и, прежде чем согласиться на предложение акционеров возглавить компанию, много изучал рынок. Это очень технологичный бизнес», — рассказывает он.

Интересно, думаю я, а мои ассоциации с лотереей — это все еще советское «Спортлото» с его знаменитой музыкальной заставкой и дедушки на скамейке во дворе, карандашом зачеркивающие 6 из 49. Но после разговора с Александром твердо решаю купить лотерейный билет.

— В регулировании лотерейного бизнеса произошли большие изменения. Считаете ли вы Закон «О лотереях и лотерейной деятельности» шагом вперед?

— Закон, принятый в нашей стране, очень похож на подобные законы в России, странах Восточной и Западной Европы. Вообще, есть всего две схемы. Либо государство монопольно этим занимается и делегирует полномочия в виде одной лицензии бизнесу на основе государственно-частного партнерства. Когда же рынок начинает расти, чтобы условия были конкурентными, выдается еще одна лицензия. Либо — второй вариант — рынок никак не регулируется, как это было до принятия закона в Казахстане.

Нашу компанию часто обвиняют в лоббировании этого законопроекта. На самом деле я абсолютно уверен, что это неправильно с точки зрения бизнеса. Точно так же, как и компании, занимающиеся игорным бизнесом, а хочу уточнить, что лотерея — это не игорный бизнес, не лоббировали в свое время принятие закона об отдельных зонах для размещения казино.

По данным Министерства культуры и спорта РК, на апрель прошлого года в нашей стране было выдано порядка 70 лицензий на осуществление лотерейной деятельности. При этом за 20 лет Казахстан даже близко не достиг по объемам продаж и по весу лотереи в доходах бюджета того уровня, который есть в соседних странах или в Восточной Европе.

Очень большая проблема в том, что рынок было трудно регулировать, многие сомневались в тех цифрах, которые декларировали его участники. Кроме этого, появились электронные виды лотерей, которые на самом деле лотереями не являются, потому что это в чистом виде игорный бизнес — казино, терминалы, слот-машины. Как бы это ни называлось, люди играли против той математики, которая заложена в терминале. А принцип лотереи совершенно иной — это равное распределение возможностей среди игроков.

На лотерейном рынке могут быть только три действующих стороны: государство, регулирующее эту деятельность, игроки и сама лотерея. При этом задача оператора лотереи и государства сделать максимум для того, чтобы игроки понимали, что все прозрачно, честно и соответствует утвержденным правилам. Сама компания оператор не играет с игроками, участники между собой разыгрывают тот шанс, который может получить один или несколько человек. Лотерейная компания только организует это, а государство регулирует.

— По вашему мнению, в чем плюсы и минусы монополизации этого рынка?

— Действительно, только один оператор получил право на осуществление лотерейной деятельности. Но рынок будет жестко регулироваться, и это правильно. Мы этого не опасаемся, потому что те правила, которые устанавливает для нас мировое лотерейное сообщество, намного жестче внутристрановых требований.

Эти правила сосредоточены вокруг безопасности, прозрачности и недопущения игровой зависимости. Те лотерейные компании, которые хотят стать членами Всемирной лотерейной ассоциации, а это одна из наших бизнес-задач, в своей стратегии закладывают аспекты, связанные с программой responsible gaming. Это значит — мы должны обеспечить такие условия, чтобы человек не заболел игровой зависимостью.

Есть такая мировая практика: на обратной стороне лотерейного билета размещен номер телефона психологической помощи. По нему могут обращаться люди, которые считают, что они сами или их родственники стали покупать слишком много билетов. Таким людям за счет лотерейной компании будет оказана квалифицированная психологическая поддержка. Зачастую человек понимает, что болен, просто сам ничего с этим уже не может сделать.

— А не получается ли абсурдная ситуация с точки зрения бизнеса — пчелы против меда?

— У нас нет желания сделать так, чтобы какой-то гипотетический человек всю свою зарплату спускал на наши билеты. Мы хотим, чтобы все общество получало удовольствие от игрового процесса. И при этом люди, которые вовлечены в процесс, понимали, что у всех абсолютно равные шансы на выигрыш.

Когда вы играете в казино, вы же понимаете, что у владельца казино вариантов выиграть больше, чем у остальных. В лотерее же все транспарентно и прозрачно: если пять человек вложили по одному тенге, кто-то из этих пяти получит выигрыш и станет победителем. Так вот задача лотерейной компании — чтобы эти пять человек превратились в пятьдесят и разыграли между собой уже большую сумму. Вот в чем принцип лотереи. Если страхование — это перераспределение рисков, то лотерея — это распределение шансов, возможностей, удачи.

Мы правильные пчелы и делаем правильный мед. Мы не хотим, чтобы кто-то этим травился, мы хотим, чтобы люди наслаждались его вкусом. Наша задача расширять, а не «выдаивать».

— Как вы будете обеспечивать криптографическую защиту передаваемой и хранимой информации?

— В законе самые жесткие требования к потенциальным операторам лотереи предъявлялись по технологической составляющей, криптография — одно из них.

Но если внимательно почитать требования, все становится ясно. Согласно этому документу, юридическое лицо, претендующее на получение статуса оператора лотереи, должно соответствовать следующим требованиям. Пункт 7: размещение центра обработки лотерейной информации в дата-центре, имеющем собственную транспортную сеть и т. п., а также лицензию для обеспечения криптографической защиты передаваемой и хранимой информации. У нас еще до тендера было соглашение о стратегическом партнерстве с АО «Казахтелеком». Наше оборудование и центр лотерейной отчетности будут размещены в современном ЦОДе в Парке информационных технологий. Вообще, центра два, но работают они едино, и если что-то происходит с одним из них, игроки ничего не ощущают. По этому параметру мы полностью соответствуем требованиям.

Вообще, лотерея — это очень технологичный бизнес, мы на самом острие технологий. Наш партнер — компания Scientific Games — это мировой лидер лотерейного рынка в области технологий и разработок.

Практически сейчас мы строим «завод», у нас одновременно запущено огромное количество технологических процессов, ультрасовременное оборудование, которое будет стоять не только в ЦОДах, но и в точках продаж. Именно это оборудование обеспечивает полную прозрачность и полную защищенность сети, а также обеспечивает одинаковые шансы на выигрыш для всех, несмотря на должность и регалии.

Единственный момент — я и все сотрудники нашей компании приняли решение, что не будем играть в собственную лотерею, с целью построения максимального доверия со стороны казахстанцев, хотя закон это не запрещает.

— Сколько составят инвестиции в проект?

— Инвестиции в оборудование составят порядка $15 млн. Это сопоставимо с объемом всего лотерейного рынка Казахстана до принятия закона. Это только основные средства. Но в лотерее очень много процессов, и если где-то маркетинг считается условно операционными затратами, в таком сегменте, как лотерея, это можно воспринимать как условно постоянные затраты. Помимо фиксированных капитальных затрат, о которых мы говорим, у нас существует еще очень много издержек, которые сопоставимы с тем объемом инвестиций, которые мы делаем. А это уже два года продаж всего лотерейного рынка до этого времени.

Но нам мало инвестировать в основные средства, в маркетинг, нам сейчас необходимо вкладывать в людей и развивать культуру игры.

— Вы можете назвать источник инвестиций?

— Я могу сказать, что это казахстанские деньги, средства наших акционеров и финансовых институтов. Точнее, мы сможем сказать об этом, когда закончится действие договора о неразглашении. У нас очень хорошие условия договора с Scientific Games, и в определенном смысле она тоже инвестирует в нас.

Но деньги надо возвращать, потому что акционерный капитал — самый дорогой. Наш горизонт планирования — 15 лет, так как право быть оператором нам выдано именно на 15 лет, и мы инвестируем с этим расчетом, но рассчитываем, что в течение ближайших 7 лет выйдем на break-event или на самоокупаемость проекта.

— Есть ли у вас статистика по объему лотерейного рынка Казахстана в 2016 году, до принятия нового закона? Сколько в среднем тратили казахстанцы на покупку лотерейных билетов?

— Объем продаж, который официально показывали лотерейные компании, — от $15 млн до $18 млн в год, то есть удельный вес — порядка доллара на душу населения. Это очень мало. Вот одна из причин, почему государство приняло решение полностью реформировать этот рынок. Если мы посмотрим на опыт восточноевропейских стран, например, Венгрии, которая по ВВП на душу населения сопоставима с нашей страной, а по населению меньше нас примерно в два раза, там продажи на душу населения составляют порядка $120. То есть в 120 раз больше, чем у нас! Таких показателей они достигли за 15 лет. Я уже не говорю про Италию с ее $400 на человека. Наш оптимистичный прогноз — достичь за 15 лет таких же показателей, каких сейчас удалось достичь странам Восточной Европы.

И даже когда мы ставим пессимистичный прогноз порядка $20 на душу населения, мы имеем потенциал роста в 20 раз. В целом те прогнозы, которые мы заложили, более пессимистичные, чем те прогнозы, которые дали нам исследование нашего рынка и сравнительное исследование нескольких рынков.

- Вы говорили, что в сфере распространения билетов готовы сотрудничать с ранее действовавшими игроками. Как сейчас обстоят дела в этом вопросе? Достигнуты ли какие-то договоренности?

— Наши планы по развитию сети на начальном этапе — 3000 точек продаж, далее — 5000 и затем 10 000. На одной точке будут задействованы два-три человека. Поэтому ранее распространяемая информация об исчезновении рабочих мест в лотерейном бизнесе не совсем верна, рабочие места будут, и их число будет расти.

Мы уже обсудили со всеми компаниями, обладающими развитыми сбытовыми сетями, возможность сотрудничества в будущем и готовы налаживать полноценное взаимовыгодное партнерство. Но не так, как мы получали предложения вначале, — «работаем под вашей крышей, продаем свои билеты и платим вам определенный процент». Такого нам не нужно. Я лично встретился со всеми активными игроками и объяснил наш подход. Сейчас мы формируем агентскую сеть, договор практически готов, он будет абсолютно открытый, прозрачный и одинаковый для всех. Мы не придумываем этот подход, это бизнес-процессы компании Scientific Games. Математика лотереи, точность, секьюритизация — все будет соответствовать мировым стандартам.

— Расскажите немного о первом запуске. Как это будет проходить?

— Наш запуск будет состоять из двух этапов. Для того чтобы закрыть тот вакуум, который сейчас есть на рынке, мы согласились стартовать с пилотным проектом. В сентябре мы запускаем моментальную лотерею на технологической базе Scientific Games. Все затраты на нее идут сверх основного проекта, но мы осознанно идем на это, чтобы закрыть вакуум. Мы рассчитываем набить руку, отработать все технологии и обучить персонал, который в последующем станет тренерами агентов, которых мы будем обучать за свой счет. Научимся понимать рынок не на стандартных фокус-группах, это будет разведка боем. А когда мы будем переходить с пилотного проекта на основной, люди даже не почувствуют момента перехода.

А уже в первом квартале 2018 года система заработает в полную силу: 2 дата-центра, 3000 терминалов, тиражная и моментальная лотереи. Есть у нас в планах и запуск электронной лотереи.

- Насколько надежна защита лотерейных билетов от подделок? И, вообще, можно ли взломать математику игры?

— Невозможно. Подделывать лотерейные билеты нет смысла, потому что каждый билет учитывается в системе и каждому билету присваивается уникальный штрих-код, а выплата призов идет в автоматическом режиме. Система выстроена таким образом, что она отторгает возможность внедрения билетов со стороны, это вообще бессмысленно. В тиражной лотерее сам лототрон дистанцирован от системы, хакать розыгрыш бесполезно.

А если билет был украден со склада и не валидирован в IT-системе как проданный, то при попытке получить какое-либо вознаграждение система не только его не примет, но и укажет, что данный билет был украден. Вообще, разработчики системы защиты, которая будет внедрена у нас, по устойчивости неформально ее сравнивают с системой противоракетной обороны.

— Сколько будет стоить билет и каков максимальный выигрыш?

— В рамках пилотного проекта будет запуск моментальной лотереи, в которой представлено несколько разных игр и по цене, и по структуре выигрыша. В среднем цена лотерейного билета будет в районе 300 тенге.

На формирование призового фонда мы намерены направить от 65% до 70% от собираемых денежных средств от продажи билетов.

При тиражных лотереях немного ниже, но там и принцип формирования выигрыша совсем другой. Джекпот в тиражных лотереях может составить миллиарды тенге.

65% от общего пирога доходов от лотерейной деятельности — призовой фонд, это не наши деньги, они принадлежат людям. Оставшиеся 35% распределяются следующим образом: отчисления на развитие спорта — 15%, значительная часть — агентская комиссия для сбытовых сетей, операционные расходы, выплата налогов и обязательных платежей и только потом оставшаяся часть фиксированной прибыли.

С точки зрения бизнеса есть два подхода максимизации прибыли: попытаться расширить внутри этого пирога свою долю, но это можно сделать, только нарушив закон: ограничить или каким-то образом обманывать людей, забирая часть их призов, либо каким-то образом зажимать наших партнеров-агентов, либо не показывать государству эти цифры.

Или второй вариант — делать пирог больше. Но не за счет количества денег, которые тратит один человек, а за счет массовости — это единственно приемлемое для нас решение.

— Вам же увеличили налог на развитие спорта с 10 до 15% от разницы между выручкой от реализации лотерейных билетов и призовым фондом.

— Мы сами предложили это, потому что наши международные партнеры подсказали, что это общемировая практика, это нормально. Мы посчитали и согласились.

У нас есть центр лотерейной отчетности, вся информация напрямую в режиме онлайн будет идти из нашего центра обработки данных непосредственно регулятору. При этом в этом аппаратно-программном комплексе мы ничего не можем сделать, международные стандарты корпорации Scientific Games не позволят директору казахстанской лотереи что-то там подкрутить.

Моя основная задача — чтобы как можно больше казахстанцев участвовали и выигрывали в лотерее, чтобы они могли гарантированно и просто получить свои выигрыши и призы. Чтобы государство получило реальный контроль над оборотом от лотереи и взимало все причитающиеся налоги, а люди, покупающие лотерейные билеты, понимали, что это и их вклад в развитие спорта в нашей стране. Я хочу, чтобы как можно больше казахстанцев становились миллионерами, выигрывая в лотерею, поскольку только благодаря этому наша компания будет получать свой доход. Это единственно правильное решение.

Казахстан > Финансы, банки > kapital.kz, 21 июля 2017 > № 2250320 Александр Тен


Казахстан > Финансы, банки > kapital.kz, 20 июля 2017 > № 2248785 Умут Шаяхметова

Умут Шаяхметова: Без оздоровления Казком был бы убийственным для Халыка

Глава Народного банка о сделке года и программе оздоровления

Когда-то интеграция БТА Банка и Казкома обещала объединенному банку рыночное преимущество, лидерство по финансовым показателям и большие перспективы на рынке страны. Тогда было сложнейшим процессом объединить два банка, один из которых все еще был обременен проблемами.

В январе 2016 года Магжан Ауэзов, будучи председателем правления Казкома, победоносно отчитывался о том, что интеграция Казкома и БТА стала «лучшей сделкой M&А 2015 года на рынке СНГ»: «Завершив интеграцию, мы приняли на себя важную социальную роль по выполнению обязательств перед вкладчиками проблемного банка, а также по оздоровлению банковских активов. Перед нами стоит амбициозная цель — сделать Казком национальным чемпионом на рынке банковских услуг, и сегодня у нас есть все необходимые ресурсы для ее достижения».

Прошло всего полтора года, а несостоявшийся «национальный чемпион» Qazkom (уже не отягощенный долгом БТА) был куплен Halyk Bank. За этой покупкой пристально следили аналитики, эксперты, инвесторы и общественность. Некоторые из них не верили в то, что сделка может состояться, другие полагали, что у сторон нет выбора и покупка все же произойдет. «Зачем Халыку такой проблемный банк?» — задавались вопросом третьи. Другие и вовсе ратовали за банкротство ККБ. Тем не менее покупка была завершена в рекордно короткие сроки.

Как проходила 2-тенговая сделка, что будет с «чистым» Казкомом и должен ли кто-то понести ответственность за проблемы, возникшие в крупнейшем системообразующем банке страны, в эксклюзивном интервью «Капитал.kz» рассказала глава Народного банка Умут Шаяхметова.

— Умут Болатхановна, начнем с самого начала… Как вашему банку поступило предложение стать акционером Казкома? Было ли это решение экономическим или все-таки политическим?

— Предложение купить Казком нам поступило от его основного акционера Кенеса Ракишева. Решение о приобретении Казкома было принято исключительно на экономической основе. Мы, как группа Halyk, всегда действуем, основываясь на наших коммерческих интересах. Это подтверждает то, что в 2013 году мы отказались от покупки акций БТА. Напомню, тогда нам поступило предложение от государства через фонд «Самрук-Казына» (который был акционером банка) обменять наш пенсионный фонд на БТА Банк. Позже было предложено просто купить БТА и стать его акционером. Мы провели полный due diligence фининститута и поставили свои условия государству, но «Самрук-Казына» они не устроили. Предложение тоже было негативным для нас, поскольку предполагалось, что в БТА нужно было вливать дополнительный капитал. Хотя, если сравнивать цифры с Казкомом, они были значительно меньше, но государство решило продать банк другому инвестору, и мы тогда отошли от сделки.

В этот раз мы приняли предложение о покупке ККБ, провели большую работу по оценке банка и структуре сделки. В итоге мы выкупили больше 96% акций банка и уже 12 июля докапитализировали Казком на 185 млрд тенге. На сегодняшний день мы являемся основным акционером этого финансового института.

- Почему 185 млрд тенге? Агентство Bloomberg, например, оценивало сумму докапитализации в $750 млн?

— Не могу сказать, на каких данных строило свои расчеты Bloomberg. У нас эта цифра сложилась в результате очень подробного due diligence, который мы провели в рекордно короткие сроки — работали буквально круглосуточно, включая все мартовские, майские праздники и выходные. Иногда приходилось работать посменно — и до 12, и до 2 часов ночи. Мы понимали, что нужно достаточно быстро дать свой ответ, согласны мы или нет, и понять, интересен ли нам этот актив, и на каких условиях. Могу сказать, что отработали мы ударно. По итогам due diligence сложилась вся структура сделки и определен тот капитал, который необходим Казкому для поддержания его пруденциальных нормативов и дальнейшей деятельности. Так и сформировалась цифра в 185 млрд.

- И все же почему так спешили? Было принципиально закончить сделку как можно скорее?

— Если была бы возможность закончить ее раньше, мы бы сделали это. Как вы знаете, в процессе переговоров участвовало множество сторон: помимо Халыка и группы, участие приняли Кенес Ракишев, госфонд «Самрук-Казына», правительство, Нацбанк. В июне мы подписали рамочное соглашение, где были прописаны все шаги и обязательства каждой из сторон. Но достичь этого взаимопонимания и подписать рамочный документ было более трудоемко, чем провести саму сделку.

- Вернусь к сумме сделки. 185 млрд тенге — это почти 30% вашего собственного капитала. Как вы оцениваете в целом сумму покупки для такого крупного банка? Адекватна ли она?

— Если быть точной, это порядка 27% от нашего капитала. Повторюсь, что эта сумма должна была поддержать Казком, но она также должна была быть выгодной и для Халыка с точки зрения инвестиций. Для нашего банка также важно было сохранить наш уровень капитала, чтобы не было ухудшения по рейтингам. Здесь важно было соблюсти интересы двух сторон — Казкома и Халыка.

В итоге после завершения сделки мы видим реакцию рынка — наши акции на фондовом рынке подросли в цене. Я думаю, инвесторы верят в нас.

Если вы посмотрите на динамику наших акций с конца прошлого года, то, когда мы объявили о том, что Халык только вошел в переговоры с Казкомом о возможности сделки, наши бумаги значительно упали. Это была очень негативная новость для инвесторов и рейтинговых агентств. Последние сразу внесли наши рейтинги в список CreditWatch Negative. У нас был шквал звонков от аналитиков, внешних инвесторов, и все они задавались вопросом: зачем вам Казком, лучше выплатите нам дивиденды. Мы отвечали, что Халык будет принимать решение о покупке только того актива, который приносит добавочную стоимость группе. Так вот, тогда акции значительно упали, а сейчас они восстанавливаются до уровня, который был до сделки или чуть выше.

- Истории интеграции БТА и Казкома не так много лет. И многие полагают, что БТА утянул на дно Казком. Нет ли опасений, что этот шлейф утянет и Халык?

— Без процедуры оздоровления баланса Казком был бы убийственным для Халыка. Такой вариант приобретения мы даже не рассматривали. Поэтому первое наше условие заключалось в том, что заем БТА в объеме 60% от общего баланса Казкома должен быть отстегнут, то есть передан в Фонд проблемных активов. Только после его погашения Казком можно было считать оздоровленным. В итоге этот заем был погашен в объеме 2,4 трлн тенге: из этой суммы 650 млрд тенге в этот же день ушло на возврат стабилизационного займа Нацбанка, 202 млрд тенге — на погашения по операциям репо от Нацбанка, которые направлялись на поддержание ликвидности Казкома, плюс к этому 1 трлн тенге был направлен на покупку государственных ценных бумаг, и остаточная сумма в 565 млрд тенге — на поддержание текущей ликвидности ККБ.

- Означает ли это, что проблемы Казкома заключались только в «наследии» БТА? Если нет, то должна ли какая-то из предыдущих команд топ-менеджеров понести фидуциарную ответственность за то, каким стал Казком?

— Наверное, этот вопрос не ко мне, а к регулятору или, возможно, другим органам.

— В свое время вы называли сумму спасения БТА в $14 млрд. Если сложить суммы спасения БТА и Казкома, сколько в результате получится?

— Я думаю, что это большие цифры. Не задавалась целью посчитать эту сумму. Думаю, правильнее задать этот вопрос фонду «Самрук-Казына», который был акционером и БТА Банка, и Казкоммерцбанка, и на нем, как на крупном акционере, я думаю, тоже лежит большая ответственность за управление данными институтами все эти годы.

- Умут Болатхановна, и все же многие задаются вопросом: почему отказались от идеи слияния двух банков? Зачем вам второй банк?

— Здесь несколько факторов, но самый главный — юридически слияние в Казахстане провести невозможно. Для этого необходимо оценить акции одной и второй компании, и затем слить их — это очень сложная схема. В таких условиях самой понятной и приемлемой схемой было приобретение банка, а затем рассмотрение сценариев дальнейшего развития двух банков. Нам многие задают очень правильный вопрос: есть ли смысл содержать два фининститута? По сути, мы очень схожи по клиентской базе, продуктам, даже по размеру активов. Мы сейчас занимаемся стратегией развития Казкома и рассматриваем наиболее оптимальный и эффективный вариант для группы. Я думаю, что уже осенью мы сможем представить новую стратегию Казкома. Сегодня банки продолжают работать как два отдельных юридических лица. В Казкоме ничего не меняется, он обслуживает клиентов, кредитует и развивается, но мы будем искать синергию от существования этих двух институтов в одной группе.

- Мы помним историю про ребрендинг Казкома осенью прошлого года, будете ли вы продолжать менять вывески на Qazkom?

— Мы пока оставляем все как есть. Для меня, как управленца, это только расходы. Если бы этот ребрендинг приносил добавочную стоимость в виде новых клиентов или повышения комиссионных, то, конечно, продолжать его имело бы смысл, но этого нет.

- От Казкома вам досталось «наследство» в виде дочерних компаний. Что будет с ними?

— Они также остаются дочерними структурами Казкома, так скажем, «внучки» Халыка. По ним будут реализованы разные сценарии — объединение или продажа, содержать две одинаковые структуры неэффективно. Если говорить по банкам-«дочкам», то у Халыка не было банка в Таджикистане, а у Казкома не было «дочек» в Грузии и Кыргызстане, хотя у обоих институтов есть банки в России, но там, я думаю, тоже будет синергия. Мы будем выстраивать комплиментарный подход в развитии группы.

— Какие вызовы, риски вы видите от покупки ККБ для группы Halyk?

— Мы понимаем высокий груз ответственности, который лег на нас. Я думаю, будет более пристальное внимание к нам не только в Казахстане, но и на рынках СНГ, где мы присутствуем, потому что группа Halyk после приобретения Казкома — третья по размерам активов частная финансовая группа в СНГ.

Если говорить о рисках, то главный — быстро и эффективно реагировать на рынок и потребности клиентов. Понятно, что, когда становишься большим, можешь стать слишком забюрократизированным и неповоротливым в части принятия решений. Думаю, сейчас это самый большой вызов. Для того чтобы избежать этого, мы планируем сформировать команды по направлениям, которые смогут быстро решать те или иные вопросы.

— И все же, не ждет ли Казком судьба Altyn Bank? Последний был вами куплен, а затем продан китайским инвесторам…

— У нас нет планов по продаже Казкома, мы нацелены на построение оптимальной, эффективной, прибыльной коммерческой структуры. Не имеет смысла покупать банк, оздоравливать его, а потом продать и создать конкурента себе. Я бы, как менеджер, так бы не сделала.

- Тем не менее сделка с Altyn Bank — это больше исключение, чем правило. Согласитесь, что казахстанский рынок уже не тот и не так интересен иностранцам…

— Не могу согласиться. Мы видим, что сейчас идет сделка по Altyn Bank с Citic Bank, который покупает 60% акций. Я вижу интерес со стороны некоторых российских и ближневосточных банков. Насколько мне известно, еще один китайский банк собирается выйти на казахстанский рынок, но пока не могу озвучить какой.

Если говорить о западных банках, то они действительно свернули тут свою деятельность. Но это произошло не потому что казахстанский банковский рынок плохой, а потому что в целом развитые страны смотрят на развивающиеся рынки негативно. Это касается не только Казахстана, но и России, Латинской Америки, Азии. Причинами стали глобальный экономический кризис, а также ужесточение требований к комплаенс-контролю. Если говорить о Казахстане, то, помимо прочего, негативное влияние оказали упавшие цены на нефть, девальвация. У нас есть показательные примеры, когда иностранные банки закрывают корреспондентские счета казахстанским банкам. Банкиры и государство должны задуматься, как дальше работать и развиваться в этих условиях. Полагаю, правильным ответом будут экономические, структурные и политические реформы, а также борьба с коррупцией.

— Говоря о банковском секторе, как вы считаете, своевременно ли регулятор проводит программу оздоровления? Поддерживаете ли вы ее?

— В целом, да. Я не знаю, как будет решаться вопрос выделения средств отдельным игрокам, но это полезное для рынка начинание. Помните, два года назад была инициатива провести оценку активов банков — стресс-тестирование, чтобы понять, какие есть проблемы. Тогда мы, как Халык, выступали против, потому что не видели необходимости в проведении такого длительного дорогостоящего процесса, ведь у Нацбанка была и есть вся необходимая информация, которая позволяет ему оперативно принимать решения по каждому игроку. И все, что сейчас происходит на рынке, означает, что Нацбанк перешел к действиям, — это и лишение лицензии Казинвестбанка, и ограничение по приему депозитов у Дельтабанка, и то, что подтолкнуло акционеров Казкома искать стратегического инвестора. Все те шаги, которые сегодня делает регулятор, — это его определенное мужество и политическая воля. Эти проблемы видели управленцы Нацбанка с 2009 года, но, вероятно, надеялись, что все само собой разрешится. К сожалению, не только не разрешилось, а еще больше усугубилось. Особенно негативно отразилась девальвация 2015 года, когда в одночасье все кредиты, выданные в долларах, в два раза увеличились. У клиентов не было возможности их гасить, а у банков не было капитала для формирования провизий. И эту проблему нужно было решать. Мое мнение: средние банки тоже нужно поддерживать, потому что, если кто-то из них уйдет в дефолт или обанкротится, это негативно скажется на всем рынке. А вот если возникли проблемы у маленьких, то пусть они либо докапитализируются за счет акционеров, либо сливаются, либо сдают лицензию и спокойно уходят с рынка. Я вижу, что уже в социальных сетях обсуждается, что 40% от выделенных Нацбанком 500 млрд тенге уйдет Казкому. Это не так. Ни Казком, ни Халык в этой программе оздоровления банковского сектора не участвуют.

В целом Национальный банк делает правильные шаги, и я надеюсь, эта программа оздоровит рынок. Как только мы сможем оздоровить финансовую систему Казахстана, в среднесрочной перспективе должны начаться позитивные процессы — кредитование экономики, а значит и ее рост, что повлечет приток инвестиций в страну, рост ВВП на душу населения. Регулятор должен продолжать полноценно мониторить риски в системе, не допускать «надувания пузырей» в банках, а главное — заниматься развитием финансового рынка, смотреть вперед и думать о том, как банковская система Казахстана сохранит свою конкурентоспособность в новых реалиях и вызовах. Менять законодательство под ВТО, под такие вызовы, как цифровой глобальный мир, кибербезопасность, криптовалюты и управление данными. Работы много и для банкиров, и для Национального банка — надо успевать реагировать на вызовы времени.

Казахстан > Финансы, банки > kapital.kz, 20 июля 2017 > № 2248785 Умут Шаяхметова


Россия > Финансы, банки > gazeta.ru, 19 июля 2017 > № 2253163 Евгений Данкевич

«Мы довольны итогами первого полугодия»

Банк «Открытие» нарастил прибыль по итогам первого полугодия

Семен Михайлов

Банк «Открытие» в первом полугодии 2017 года нарастил прибыль и значительно сократил объем операций РЕПО. Итоги шести месяцев и планы в части M&A «Газете.Ru» прокомментировал председатель правления банка Евгений Данкевич.

— Как вы оцениваете результаты банка в первом полугодии 2017 года? И какой у вас прогноз на конец 2017 года?

— Мы довольны итогами первого полугодия — на фоне достаточно сложной ситуации в экономике наша прибыль выросла на 11% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года и составила 5,3 млрд рублей. Рассчитываем, что по итогам года результаты будут не хуже прошлогодних.

Кроме того, мы ведем работу по повышению эффективности бизнеса, которая направлена как на увеличение доходной части, так и на сокращение издержек, в том числе путем автоматизации ряда процессов, внедрения диджитал-технологий и совершенствования бизнес-процессов. Это большой проект, в котором нам помогают консультанты из McKinsey. Он очень важен не только с точки зрения прямого результата — а положительный эффект от него оценивается на сегодняшний день свыше 10 млрд рублей в течение ближайших лет. Главная цель — сделать повышение эффективности постоянной составляющей нашей работы, это будет одним из определяющих конкурентных преимуществ в долгосрочной перспективе.

— Одновременно с увеличением прибыли банк сократил депозитный портфель и активы. С чем это связано?

— Снижение депозитного портфеля связано с нашей работой по сокращению избыточной ликвидности, которую банк сформировал на фоне проблем в экономике и поддерживал достаточно долгое время. Показатель мгновенной ликвидности Н2 в январе 2017 года составлял 144%, превышая норматив почти в 10 раз. Сейчас ситуация в экономике нормализовалась, ставки снижаются, в связи с чем у нас нет необходимости держать такой запас ликвидности, и мы постепенно возвращаем наиболее дорогие деньги. В частности, в июне мы заблаговременно вернули средства клиентам, которые в связи с отменой действия международных рейтингов после 14 июля не могут размещать средства в банке.

Доля таких клиентов в наших пассивах невелика — она не превышает 3–4%. С учетом избыточной ликвидности их возврат не представляет никакого риска для ликвидности банка. В частности, по итогам июня, с учетом возврата этих средств, показатель мгновенной ликвидности Н2 составил 105% при нормативе не ниже 15%. Норматив текущей ликвидности Н3 составил 177% при нормативе 50%.

— А активы?

Сокращение активов связано с плановым постепенным закрытием сделок обратного РЕПО, заключенных в 2014–2015 годах. Мы всегда говорили, что эти сделки не являются составляющей нашей долгосрочной стратегии. Мы рассматриваем их как one off — безрисковые операции, которые были совершены в сложный для российской экономики период, когда возможности для формирования качественных активов у участников рынка были ограничены. В то же время некоторые аналитики считали, что, несмотря на первоклассное обеспечение по этим сделкам, их большой объем представляет собой определенные риски. Таким образом, мы сокращаем эти риски и в ближайшее время продолжим снижение объемов операций обратного РЕПО.

— Как вы оцениваете потребительское поведение? У россиян появилось желание брать кредиты?

— С одной стороны, спрос можно оценить как достаточно сильный. С другой — мы пока не видим и не ожидаем какой-то значительной динамики по его увеличению. А если сравнивать с лучшими временами, то желание россиян что-то купить в кредит значительно поубавилось на фоне снижения реальных доходов.

— На фоне, получается, стагнирующего спроса на потребительские кредиты не планируете нарастить долю ипотеки в портфеле?

— Для нас ипотека является ключевым розничным кредитным продуктом, ее доля в портфеле частных клиентов составляет около 50%. Ипотека — не просто финансовый инструмент Это тот банковский продукт, который помогает решить одну из базовых потребностей человека — в жилье. Мы планируем увеличить размер ипотечного портфеля и сейчас как раз снизили ставки по ипотеке — они точно являются одними из самых низких на рынке. Что касается доли, то она будет зависеть от того, как будут вести себя другие продукты. Если мы увидим восстановление качественного спроса на потребительские кредиты, то этот сегмент тоже вырастет в абсолютных цифрах, что сдержит рост доли ипотеки.

— Вы согласны с рейтингом АКРА и оценкой агентством тех рисков, которые оно упоминает? Устраивает ли вас их методология?

— Безусловно, мы не согласны с рейтингом. Нам кажется, что он не отражает реальный бизнес-профиль банка и является заниженным. Что касается рисков, то АКРА, как и любое рейтинговое агентство, в отчете вне зависимости от присваиваемого рейтинга указывает на определенные риски, которые присущи рейтингуемым организациям, будь это банк, коммерческое предприятие, промышленное производство. Однако эти риски не являются определяющими, а их потенциальное влияние на банк, на наш взгляд, переоценено.

В то же время АКРА — это довольно молодое агентство, которое пока оценило очень мало российских компаний, банков. Мы знаем, что ВТБ не стал раскрывать свой рейтинг по АКРА, многие крупные организации — не только в банковском секторе — рейтинг пока не получили. Это указывает на то, что возможна доработка методик. Мы рассчитываем, что в результате их доработки и наш рейтинг будет пересмотрен в сторону повышения.

— С учетом рейтинга будет ли банк как-то менять свою стратегию?

— Нет, мы считаем, что то, что мы делаем, разумно и правильно. Именно благодаря нашей стратегии мы стали одним из крупнейших и системообразующих банков, и именно наша стратегия позволила нам построить устойчивый, в том числе к воздействию макроэкономической ситуации, бизнес. Поэтому мы рассчитываем, что в результате исполнения той стратегии, которая у нас есть, в разумной перспективе у нас будут другие рейтинги.

— Сейчас активно всеми обсуждается цифровая революция. Что сейчас банк уже может предложить и что планирует представить в области услуг digital?

— Говоря о диджитализации, стоит отметить три ключевых момента.

Первый — это изменение внутренних процессов традиционного банкинга: бумажные платежки заменяются электронными, бэк-офис сокращается, колл-центр переходит в чат-боты. То есть происходит автоматизация многих процессов.

Второй — это современный маркетинг, который подразумевает цифровые продукты. Сегодня их наиболее активными потребителями является в первую очередь молодое поколение, но количество пользователей постоянно растет, а их круг — расширяется. Мы это видим на примере наших проектов «Рокетбанк» и банка для предпринимателей «Точка». Они являются лидерами в этих сегментах, и на их долю уже сейчас приходится около половины всех новых клиентов «Открытия» в розничном сегменте и МСБ.

Третий момент, возможно один из самых главных, — работа с большими данными. На мой взгляд, именно он в перспективе ближайших трех-пяти лет станет решающим для развития банковского рынка и определит, кто будет в числе лидеров, а кто будут отстающим или даже, может быть, в силу новых трендов, прекратит свое существование.

Это связано с тем, что банки становятся либо платформой, либо частью экосистемы, в которой большое количество данных о клиенте позволяет предлагать клиенту абсолютно новые сервисы, в том числе небанковские и даже нефинансовые, которые раньше были совершенно невозможны.

Например, кредитование в момент покупки, когда у вас кончились деньги. И не потому, что вы попросили кредит, а потому что именно сейчас у вас не хватает, допустим, 300 рублей для того, чтобы купить что-то очень важное для вас. И именно в этот момент банк понимает, что вам их не хватает, и говорит: вот те 330–350 рублей, мы вам можем дать их прямо сейчас. Причем даже, может быть, и без процентов, просто как сервис, если вы вернете быстро.

Такие предодобренные кредиты возможны не только в рознице, но и в корпоративном бизнесе.

— Сколько банк вкладывает в развитие big data?

— Если говорить в целом о цифровизации как о работе с платформой, то сейчас это уже десятки миллионов долларов.

— Что в «Открытии» думают по поводу block chain?

— Это действительно может оказаться абсолютно взрывной технологией, которая поменяет весь ландшафт, а может оказаться, как и многие другие, просто одной из технологий, которая встроится в определенные процессы и глобального влияния на рынок не окажет.

При этом мы не смешиваем коммерческие проекты и более исследовательские, такие как block chain. Мы пока не пытаемся внедрить block chain куда только можно, как у нас иногда это бывает, — если уж block chain, так везде…

И в вопросах поиска новых решений, которые потенциально могут повышать эффективность и генерировать ценность для клиента и доходность для банка, не ограничиваемся block chain. Мы, например, активно работаем в области цифровой идентификации, биометрики. То есть у нас есть работающие продукты, которые умеют распознавать голос, лицо. Мне кажется, что за этим будущее, это удобно.

— Касательно дальнейших планов банка — планируются ли в текущих условиях новые сделки?

— Крупных M&A в настоящее время не планируется. В то же время мы продолжим поиск перспективных финансово-технических стартапов. Это небольшие с точки зрения вложенных средств инвестиции, но они дают хорошую отдачу и важны для нашего развития.

— Какие планы «Открытия» в отношении QIWI и почему держатели миноритарных пакетов не продали вам достаточно бумаг, чтобы оферта состоялась?

— «Открытие» предлагало существенную премию — 20% к текущему рынку. Очевидно, что инвесторы очень высоко оценивают компанию и ее перспективы и уверены, что потенциал роста стоимости бумаг еще выше. Нас как миноритарных акционеров QIWI это, несомненно, радует. Обратная сторона этой веры в перспективы — количество акций QIWI, которые инвесторы предъявили к выкупу, оказалось меньше нижней границы, установленной в рамках оферты. Но мы сохраняем интерес к приобретению акций компании и планируем развивать наше взаимодействие с QIWI в части финтех-сервисов.

Россия > Финансы, банки > gazeta.ru, 19 июля 2017 > № 2253163 Евгений Данкевич


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 19 июля 2017 > № 2248881 Павел Самиев

Не спешите хоронить: почему нет причин для паники, а российские частные банки достаточно устойчивы

Павел Самиев

управляющий директор и член совета директоров Национального рейтингового агентства, исполнительный директор АЦ "Институт страхования" при Всероссийском союзе страховщиков, генеральный директор «Бизнесдром»

Очередная волна «банковской паники» накрыла Россию в последние две недели. Снова появились «черные» и «серые» списки банков, которые могут лишиться лицензии

Главная актуальная новость — это, конечно, введение временной администрации в банк «Югра» и признание у него регулятором множества проблем от большой доли кредитования связанных сторон и некачественного портфеля до фальсификации отчетности и забалансовых вкладов. С этим еще предстоит разбираться, и даже не объявлено решение — санация или отзыв лицензии. «Югра» — это очень масштабный случай, хотя нельзя сказать, что для участников банковского рынка такой исход стал сюрпризом. Вкладчики и клиенты не только «Югры», но и других банков на эту новость отреагировали очень нервно, возможно, по итогам июля мы увидим и отток депозитов из ряда частных банков.

Но давайте отбросим эмоции и посмотрим, что происходит на банковском рынке сейчас и есть ли реальные основания для паники.

Общее: относительная стабильность системы

Аналитики Райффайзенбанка высказались на прошлой неделе очень пессимистично: что в системе есть и недобросовестные участники, и финансово неустойчивые банки, причем и те и другие имеют дефицит капитала, и он нарастает. И все это означает, что за перечисленными банками могут последовать и другие, в том числе и крупные.

Собственно говоря это сейчас главный вопрос: устойчива ли бизнес-модель крупных частных банков? Могут ли они даже в отсутствии внешних шоков потерять кредитоспособность?

«Банкопад», как уже любовно окрестили постоянный отзыв лицензий у российских банков, сейчас на самом деле не столь интенсивен, как в прошлом году и начале этого года. Очевидно, что и проблемных банков с накопленным критическим балластом плохих активов, с хронической недокапитализацией среди топ-100 уже не так много. Остается, конечно, проблема некорректной отчетности, скрывающей реальное положение дел в банке, как это случилось с тем же «Пересветом» и Татфондбанком — из последних громких случаев.

Но если отбросить такие явно граничащие с криминалом случаи, то все не так плохо. Крупные и средние частные банки смогли за 2 года после локального кризиса конца 2014 — начала 2015 годов существенно нарастить капитал, диверсифицировать источники пассивов (кстати, среди топ-30 банков уже практически никто не имеет доминирующего источника фондирования, что очень хорошо для устойчивости всей системы). Рентабельность растет; по итогам этого года рекорд прибыли сектора, который был показан в прошлом году, будет, скорее всего, побит. Да, конечно, половина прибыли, как обычно, будет у Сбербанка, но и у частных банков сейчас растут уровень рентабельности и комиссионные доходы (наконец-то!) и пока не падает уровень процентной маржи. Даже совокупный уровень проблемных («стрессовых») активов падает несколько месяцев. Это не только и не столько просрочка, сколько суммарно просроченная, реструктурированная, в том числе пролонгированная, ссудная задолженность. Этот показатель близок к докризисному уровню.

Разумеется, российские банки — и частные и государственные — не могут быть более устойчивы, чем экономика, нефинансовый бизнес, фондовый рынок. Риски, которые несут финансовые структуры, напрямую следуют из качества нефинансовых активов, устойчивости заемщиков, стабильности фондового рынка и уровня рыночных рисков, динамики доходов населения и макроэкономических параметров. В этом глобальный риск банковского рынка, но это внешний риск, и при стабилизации этих факторов отечественные банки научились очень хорошо управлять остальными рисками.

Частное: рейтинг «ФК Открытие»

Интересен пример одного из крупнейших частных банков (сейчас фактически крупнейшего по активам) — банка «ФК Открытие». Полторы недели назад он раскрыл рейтинг АКРА на том уровне, который не позволяет ему в текущих регулятивных ограничениях получать доступ к средствам пенсионных фондов и бюджетным деньгам. Эта новость вызвала бурное обсуждение и общественный резонанс.

Мы не будем касаться ни уровня рейтинга, ни факторов, которые АКРА приводит в обосновании: мнение любого рейтингового агентства — это исключительно его позиция, которую другие рейтинговые агентства не комментируют. Однако сейчас прежде всего интересно посмотреть на потенциальные последствия присвоения этого уровня рейтинга и, соответственно, ограничения доступа банка к некоторым сегментам фондирования после этого решения, а также на ситуацию с его финансовой устойчивостью в перспективе.

Диверсифицированный холдинг — это хорошие ресурсы и большая подушка безопасности для банка. Именно такова ситуация с «Открытием» — большая группа, много рентабельных и самодостаточных небанковских активов, и они могут в том числе дать банку поддержку ликвидности в случае необходимости.

Напомню, что проблемные банки всегда имели ровно обратную историю: активы в группе нуждались в постоянной кредитной подпитке со стороны банка, а банк должен был «пылесосить» рынок (чаще всего депозиты населения под высокие ставки), чтобы поддерживать группу. И бизнесы вне банка были часто фиктивными. Но если рассматривать ситуацию с ликвидностью у «Открытия» даже безотносительно поддержки группы, то для опасений сейчас не видно оснований.

У банка избыточная ликвидность (и нормативы Н2 и Н3 выполняются с большим запасом), даже при снижении ресурсной базы на величину привлечений от пенсионных фондов и бюджета заместить их не составит труда. Доля средств от НПФ и бюджетных у «Открытия» уже менее 5% в пассивах, она постепенно снижалась в течение первого полугодия. Значит и последствия выхода из этих источников фондирования для банка фактически только некоторый рост стоимости пассивов без угрозы для ликвидности. Но сейчас и стоимость фондирования у «Открытия» очень низкая, и некоторое ее увеличение тоже не будет критичным. С учетом того, что ставки привлечения от населения и из многих других источников сейчас находятся на минимальном за несколько лет уровне (стоимость привлечения средств физлиц для банка, как и для всей системы в целом, на историческом минимуме, чуть более 5%), для банка замещение источников фондирования на те, которые не зависят от рейтинговых ограничений, будет иметь небольшую «стоимость». Сейчас рентабельность капитала у банка чуть менее 5%, вероятно снижение ее из-за изменения стоимости пассивов в пределах 1 п.п.

А если учесть, что у «Открытия» хорошая инфраструктура для привлечения средств и «юриков» и «физиков», главный риск — проблема с ликвидностью — фактически нивелируется. Кстати, выбор «Открытия» наряду со Сбербанком и ВТБ24 для осуществления выплат вкладчикам банка «Югра» (объявленный в понедельник) — это тоже очень хороший инструмент для увеличения базы депозитов физлиц именно сейчас.

Какие выводы можно сделать из вышесказанного?

С одной стороны, процесс оздоровления рынка будет продолжаться: слабые игроки, особенно те, кто увлекается фальсификацией отчетности, будут уходить с рынка — к сожалению, пока этот процесс не закончен. С другой — очередная волна паники, всяческие «черные списки» и прочие эмоции не имеют серьезных оснований. С учетом того, что крупнейшие частные банки испытали внешние шоки уже несколько раз за последние годы (как минимум очень серьезный в конце 2014 — начале 2015 годов) и смогли восстановиться, запас их прочности выше, чем считают пессимисты.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 19 июля 2017 > № 2248881 Павел Самиев


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter