Всего новостей: 2493620, выбрано 1487 за 0.122 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Персоны, топ-лист Финансы, банки: Аскаров Тулеген (83)Вардуль Николай (34)Греф Герман (31)Ормоцадзе Маргарита (30)Костин Андрей (29)Аксаков Анатолий (28)Набиуллина Эльвира (25)Акишев Данияр (24)Задорнов Михаил (23)Полухин Алексей (23)Иноземцев Владислав (18)Улюкаев Алексей (18)Бараникас Илья (16)Кричевский Никита (16)Силуанов Антон (16)Воротилов Александр (15)Тосунян Гарегин (15)Шаяхметова Умут (15)Волков Михаил (14)Горьков Сергей (14) далее...по алфавиту
Россия > Финансы, банки > banki.ru, 27 февраля 2018 > № 2511495 Альберт Кошкаров

На горизонте — застой и девальвация

Стоит ли инвесторам рассчитывать на рост нашего фондового рынка после решения S&P вернуть России инвестиционный рейтинг

Без структурных реформ российская экономика вряд ли сильно порадует инвесторов

Решение агентства S&P присвоить России инвестиционный рейтинг подтолкнуло фондовые индексы к новым максимумам. Приток средств на отечественный рынок обеспечивают нерезиденты. Как долго может продлиться рост и какой стратегии стоит придерживаться инвесторам?

Рейтинг эйфории

В День защитника Отечества, 23 февраля, международное рейтинговое агентство S&P повысило рейтинг России до инвестиционного уровня «BBB-», а Fitch подтвердило инвестиционный рейтинг страны на уровне «BBB-» с «позитивным» прогнозом. Российские рынки ожидаемо отреагировали на эти новости ростом: в понедельник, 26 февраля, индекс Мосбиржи на открытии торгов поднялся на 1,4%, на максимуме он достигал 2 376,96 пункта (что является историческим рекордом). Другой фондовый индекс — РТС в начале дня рос на 2,5%, обновив максимум с 2014 года — 1 339,41 пункта. В лидерах оказались акции ВТБ и «Норильского никеля». Трейдеры также отмечали активный спрос на бумаги «Газпрома» и Сбербанка.

Участники рынка отмечают, что повышение рейтинга было ожидаемо и частично уже отразилось в котировках акций. «В целом российские активы уже торгуются как активы инвестиционного уровня, пересмотр оценок давно назрел, поэтому отчасти был в ценах», — говорит аналитик УК «Альфа-Капитал» Дарья Желаннова. Однако она не исключает нового притока средств от глобальных фондов, покупающих активы инвестиционного уровня. Позитив на отечественном фондовом рынке наблюдается с начала прошлой недели. С 19 февраля индекс Мосбиржи прибавил уже 5,4%. Столь продолжительный рост последний раз наблюдался в январе: на фоне роста нефтяных котировок рынок тогда подрос почти на 10%.

Как полагает директор аналитического департамента «Альпари» Александр Разуваев, дополнительным драйвером для роста стоимости российских активов до конца года будет ожидание повышения рейтинга до инвестиционного уровня еще одним рейтинговым агентством — Moody's. «Отношение суверенного долга к ВВП у России одно из лучших в мире. Международные резервы РФ сейчас составляют около 450 миллиардов долларов. Банк России таргетирует инфляцию, а не курс рубля, у него нет острой необходимости в случае кризисной ситуации тратить свои резервы», — указывает Разуваев. По мнению аналитика компании «Открытие Брокер» Тимура Нигматуллина, повышение рейтинга агентством Moody's может произойти ближе к концу года.

Аналитики подчеркивают, что получение инвестиционного рейтинга от второго агентства открывает новые перспективы для российских бондов. «Присвоение долговым обязательствам России рейтинга инвестиционного уровня позволит включить ОФЗ и суверенные еврооблигации в расчетные базы глобальных долговых индексов, таких как JP Morgan EMBI, Barclays Global Aggregate Bond Index», — говорит директор по инвестиционному консультированию УК «Система Капитал» Искандер Луцко.

По планам Минфина, в этом году Россия может разместить еврооблигации на сумму более 3 млрд долларов. В бюджете на 2018 год и плановый период 2019—2020 годов предусмотрены внешние заимствования в размере до 7 млрд долларов ежегодно. Сколько евробондов будет предложено к размещению сейчас, в Минфине пока не раскрывают. Однако, как говорил глава ведомства Антон Силуанов, все зависит от спроса иностранных и российских инвесторов, которых заинтересует опция репатриации капитала. На днях министерство сообщило, что уже выбран банк-агент по размещению и обмену еврооблигаций в 2018 году — «ВТБ Капитал».

От простоя к застою

Вместе с тем оценка российской экономики экспертами из S&P отнюдь не внушает оптимизма. Доминирующая роль государства, негативный инвестиционный климат, отсутствие конкуренции, отсутствие инноваций, проблемы с демографией и низкая производительность труда — все эти факторы, которые перечисляются в релизе рейтингового агентства, не позволят достигнуть России заметного экономического роста. В лучшем случае в ближайшие три года нас ожидает ежегодный прирост в 1,7—1,8% (в реальном выражении), при этом уровень инвестиций к ВВП не превысит 23,5% в год (прогноз на 2018 год — 23,9%). Обращает внимание и достаточно неблагоприятный прогноз относительно сбережений россиян. Если в этом году, как полагают аналитики S&P, уровень сбережений граждан к ВВП составит 1,8%, то к 2020 году он уменьшится до 1,7%.

В агентстве не исключают дальнейшего повышения инвестиционного рейтинга России, однако для этого необходимы более высокие темпы экономического роста. Увы, но никаких структурных преобразований в экономике в ближайшее время от нашей страны S&P не ожидает. «Высокие в настоящее время рейтинги общественного доверия к руководству страны могут позволить ему провести в том числе потенциально непопулярные реформы. Однако наш базовый сценарий предполагает, что правительство будет использовать этот фактор для поддержания макроэкономической стабильности и восстановления бюджетных резервов на случай возможных стрессовых ситуаций… В связи с этим мы по-прежнему осторожны в своих прогнозах относительно перспектив значительных улучшений российской бизнес-среды, включая улучшения судебной системы и правоприменение», — говорится в комментариях агентства.

Российский рубль, по прогнозам S&P, ожидает плавная девальвация: к концу 2018 года доллар будет стоить 60,5 рубля, в следующем году курс дойдет до 61,5, а через три года за американскую валюту будут давать уже 64 рубля. В понедельник, 26 февраля, на Московской бирже курс доллара снизился на 60 копеек, на минимуме американская валюта торговалась по 55,85 рубля.

В Райффайзенбанке обращают внимание, что прогнозы S&P существенно хуже ожиданий роста экономики, которые озвучивали представители ЦБ и Минэкономразвития. «Это очень консервативный сценарий. Фактически все, что написано в релизе агентства, говорит, что следующего повышения рейтинга ждать пока не стоит», — считает аналитик Райффайзенбанка Денис Порывай. Однако, подчеркивает он, для инвесторов более важна оценка риска. «По этому показателю мы едва ли не лучшая страна с таким рейтингом. У нас низкий объем долга к ВВП, значительный объем золотовалютных резервов. Поэтому рост российского рынка более качественный, чем в странах, где это происходит за счет наращивания кредитной нагрузки на экономику, он не приводит к образованию «пузырей», — поясняет аналитик.

Главный экономист Альфа-Банка Наталья Орлова говорит, что S&P, по сути, выставило оценку макроэкономической политике страны. «В агентстве констатировали стабильную ситуацию в экономике, и, вероятно, там не ожидают сейчас какого-то ухудшения из-за введения новых санкций. Хотя эти риски никуда не делись», — отмечает она.

Никакой сенсации не случилось — российский рейтинг далее не будет пересматриваться на повышение, поскольку Россия не выполняет требований рейтинговых агентств и не дает оснований для повышенного оптимизма. Поэтому покупательский ажиотаж в данном случае неоправдан.

«Решение S&P было основано на уже ставших очевидными аргументах: взвешенная фискальная и денежная политика российских властей (которая позволила экономике быстро адаптироваться к низким ценам на нефть и санкциям), меры ЦБ по поддержанию финансовой стабильности, низкий уровень госдолга, профицит по счету текущих операций», —комментирует управляющий директор Sberbank CIB Александр Кудрин.

По словам Орловой, повышение рейтинга может дать импульс для краткосрочного роста фондового рынка, однако для многих инвесторов ключевым остается вопрос, что же будет после выборов. «Рынок может продолжить рост, если будут какие-то новые факторы, которые позволят инвесторам взглянуть на страну, на ее экономику по-новому», — считает эксперт.

В S&P не исключают, что рейтинг России снова может быть снижен, если, например, против страны будут введены новые санкции или если ухудшатся бюджетные показатели. Последнее может произойти, если правительству потребуются дополнительные деньги для поддержки госкомпаний или банковского сектора, указывают аналитики агентства.

Что покупать будем?

То, что происходит сейчас на фондовом рынке, многие участники рынка называют «эйфорией», «спекулятивной игрой» и ожидают, что уже в марте котировки могут пойти вниз. «Никакой сенсации не случилось — российский рейтинг далее не будет пересматриваться на повышение, поскольку Россия не выполняет требований рейтинговых агентств и не дает оснований для повышенного оптимизма. Поэтому покупательский ажиотаж в данном случае неоправдан. Если это «пузырь» из эмоций, то он сдуется в течение недели-двух», — полагает старший аналитик «Альпари» Анна Бодрова.

С Бодровой солидарен Тимур Нигматуллин из «Открытие Брокер», который объясняет рост фондовых индексов «спекулятивной реакцией». «В условиях плавающего курса рубля улучшение суверенных рейтингов должно транслироваться преимущественно в укрепление национальной валюты как наиболее ликвидного актива на рынке. Но из-за большой доли сырьевой составляющей крепкий рубль будет оказывать давление на индекс Мосбиржи ввиду негативной валютной переоценки сырьевых компаний», — говорит он. Поэтому, считает аналитик, инвесторам стоит обратить внимание на бумаги несырьевых компаний. В частности, на акции «Детского мира», банка «Санкт-Петербург», «Ростелекома», АФК «Система», Х5 и «Русагро». В компании «Открытие Брокер» ожидают, что в случае укрепления рубля котировки этих эмитентов могут показать более высокую по сравнению с индексом Мосбиржи динамику.

Искандер Луцко из УК «Система Капитал» также предупреждает о возможной коррекции. «На рынке наблюдается избыток длинных позиций в рисковых активах и коротких позиций на волатильность, что увеличивает чувствительность рынка, особенно к росту ставок. Глобально мы рекомендуем искать недооцененные секторальные истории в промышленности, финансах, сырье, потребительском секторе, которые могут выиграть от роста инфляции, глобального роста экономики, инфраструктурных расходов, M&A», — говорит он.

Руководитель дирекции по операциям с акциями «БКС Глобал Маркетс» Олег Ачкасов советует сосредоточиться на дивидендных стратегиях. «На горизонте ближайшего месяца-двух можно формировать портфель под годовые дивиденды. В более долгосрочной перспективе на настроения инвесторов все сильнее будут влиять ожидания рецессии в США в 2019 году, что может серьезно снизить аппетит к российскому рынку. Поэтому на горизонте свыше 12 месяцев следует покупать ликвидные надежные бумаги — например, таких компаний, как Сбербанк, «ЛУКОЙЛ», «Новатэк», — рассказывает директор аналитического департамента ИК «Регион» Валерий Вайсберг.

Несмотря на то что, по мнению профессиональных участников, рынок сейчас выглядит «перегретым», это не означает, что акции не будут расти. Как ожидают многие аналитики, вслед за повышением суверенного рейтинга будут повышены рейтинги ряда компаний и банков, и это подтолкнет рынок к дальнейшему росту. Об этом недавно заявил министр финансов Антон Силуанов в интервью телеканалу «Россия 24». «Присвоение инвестиционного рейтинга, безусловно, повысит интерес инвесторов к нашей стране, и не только к вложениям в государственные активы, но и в частный бизнес. Потому что пересмотр суверенного рейтинга позитивно скажется и на аналогичном повышении рейтингов корпоративных участников рынка и банков, и, как следствие, на снижении стоимости их заимствований», — заявил глава Минфина.

По прогнозам «Альфа-Капитала», при отсутствии негативных новостей (в частности, новых санкций) российский рынок акций может показать в этом году рост до 20%. В «Открытие Брокер» ожидают, что индекс Мосбиржи к концу года достигнет 2 440 пунктов, а доходность рынка составит около 16% (без учета дивидендов).

«Это, безусловно, не команда действовать крупным международным фондам, а скорее сигнал, что к отдельным бумагам и секторам стоит получше присмотреться», — комментирует решение S&P начальник управления операций на российском фондовом рынке ИК «Фридом Финанс» Георгий Ващенко. По его мнению, пересмотр рейтингов российских компаний может происходить в течение года. «В первых рядах будут, очевидно, рейтинги «Газпрома», «ЛУКОЙЛа», «Роснефти», ГМК, «Полюса». На мой взгляд, сейчас стоит покупать сырьевые бумаги компаний первого эшелона», — заключает он.

Альберт КОШКАРОВ, Banki.ru

Россия > Финансы, банки > banki.ru, 27 февраля 2018 > № 2511495 Альберт Кошкаров


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 24 февраля 2018 > № 2511452 Александр Василенко

Поединок с будущим. Как банкам защититься от киберугроз нового поколения

Александр Василенко

глава представительства VMware в России и СНГ

Из-за быстрого развития технологий старые методы защиты от киберугроз перестают работать. Для банков это чревато как финансовыми, так и репутационными издержками

Что вы успеете сделать за минуту? А за 30 секунд? А за секунду? Хотя нет… В современном мире секунда это очень долго. Правильный вопрос: «Сколько стоит одна миллисекунда?». Майкл Льюис в своей книге «Flash Boys: Высокочастотная революция на Уолл-стрит» показал, насколько скорость получения информации важна в современном финансовом мире.

В книге описана компания, которая прокладывает специальный оптоволоконный кабель Spread Networks от Чикаго до Нью-Джерси, чтобы ускорить передачу данных с 17 до 13 миллисекунд.

Льюис описал, как трейдеры совершают опережающие сделки, потому что они видят заказы других покупателей до того, как они будут исполнены. Этого вполне достаточно для победы, а также для того, чтобы компьютерные программисты стали крупнейшими игроками на Уолл-стрит. На следующий день после выхода книги ФБР объявило о начале расследования по высокочастотному трейдингу.

Технологии изменили подход к определению конкурентных преимуществ у банков — причем, настолько, что они постепенно превращаются в IT-компании с лицензией на осуществление финансовых операций.

Новые технологии порождают и дополнительные требования к обеспечению безопасности. Согласно недавнему исследованию VMware, лишь четверть банков и страховых компаний в России и СНГ (25%) используют цифровые инновации вместе с соответствующими инструментами кибербезопасности.

При этом почти половина (44%) ограничивается общими инфраструктурными средствами защиты. В целом, 2016 и 2017 годы запомнятся многочисленными инцидентами информационной безопасности: 80% опрошенных финансовых организаций России и СНГ подтвердили значительный рост угроз за этот период.

Технологии превыше всего

Поддержание репутации — одна из трех важнейших задач для финансовых организаций, наряду с обслуживанием клиентов и конкурентной борьбой. Все эти три направления, напрямую влияющие на доходы компании, основаны на доверии клиентов. Речь идет, во-первых, о безопасности данных. Клиенты доверяют банку свои персональные данные, потому что уверены в его надежности. В этой связи последствия ошибки могут быть огромными.

В сентябре 2017 крупнейший банк Италии UniCredit SpA признал, что хакеры украли личные сведения и кредитную историю 400 000 его клиентов. В Великобритании число случаев хищения данных у финансовых организаций за прошлый год выросло на 25%, причем этот показатель учитывает только те компании, которые сообщили о взломе в Управление Комиссара по информации (Information Commissioner’s Office).

Любая утечка конфиденциальных сведений сопровождается массовым уходом заказчиков — достаточно вспомнить, как после взлома в октябре 2015 года компания TalkTalk потеряла более 100 000 клиентов. Для финансовых организаций России репутационные потери — наиболее тяжелые последствия инцидентов информационной безопасности. Так считают почти половина (48%) опрошенных в ходе исследования.

Еще один ключевой компонент репутации банков — доступность услуг. Сегодня 71% специалистов Великобритании в области IT-безопасности отмечают, что их компании выделяют средства на защиту пользователей, которые работают с приложениями и программами через их внутренние системы.

Помимо быстрого отклика на запросы клиентов, компаниям необходимо обеспечить безопасность этих процессов на каждом этапе. Для этого требуется создать среду с «нулевым доверием» (zero-trust): между пользователями, устройствами и облачными сервисами устанавливаются защищенные соединения на основе правил доступа и единых средств идентификации и управления, а весь трафик по умолчанию проверяется.

Согласно опросу VMware в России, половина (50%) банков и страховых компаний ориентируются на модель «нулевого доверия» при построении систем информационной безопасности.

Прямая угроза доступности сервисов — атаки типа «отказ в обслуживании» (DDoS), которым подвергаются многие банки. Так, почти треть российских финансовых организаций (28%) выделили DDoS как самую распространенную угрозу, в результате которой клиенты не могут зайти в свои личные кабинеты, онлайн-банк или даже снять деньги через банкомат.

Наконец, еще одним ключевым компонентом репутации финансовой компании является ее инновационный потенциал — считается ли банк новатором или нет. В условиях конкуренции с финансово-технологическими фирмами это необходимо.

Стабильность и безопасность IT как раз позволит организациям внедрять инновации и новые сервисы ускоренными темпами. Например, ведущий банк Израиля Leumi создал платформу для предоставления цифровых банковских услуг. С ее помощью другие банки, крупные розничные предприятия и новые игроки рынка могут значительно быстрее выводить на рынок новые мобильные решения и выпускать для них обновления.

Новые угрозы

Традиционные модели защиты сети преимущественно на уровне периметра уже неэффективны против современных продвинутых атак и угроз нулевого дня. Старые методы работали против атак извне (таких как DDOS), но перестали работать против новых атак, использующих в том числе методы социальной инженерии, когда злоумышленник обманом вынуждает пользователя совершить какое-то действие.

И дело не только в фишинговых письмах, которые хакеры маскируют под письма от соискателей работы или банка. Многие ли из сотрудников устоят перед тем, чтобы вставить в USB-порт своего ноутбука зараженную флэш-карту с надписью 256Gb, найденную на ресепшене или рядом с офисом? Такие случаи проникновения действительно встречаются.

Если старые методы перестали работать, компании могут внедрить защищенный программный слой по всей инфраструктуре и на всех конечных устройствах, который будет работать независимо от базовой физической инфраструктуры или местонахождения защищаемого объекта.

А добавление функций искусственного интеллекта позволит обнаружить и остановить распространение вирусных эпидемий внутри компаний. Такой подход позволит увидеть все взаимодействия между пользователями и приложениями и лучше понять, какие дополнительные средства защиты необходимо внедрить.

В поисках защиты

В конечном итоге, репутация в сфере финансовых услуг сегодня строится вокруг анализа рисков. Если раньше компаниям было достаточно защиты на уровне инфраструктуры, то теперь для обеспечения безопасности в новом цифровом мире банковского обслуживания нужно анализировать риски и особенности приложений.

Организациям необходимо подходить к защите с точки зрения инфраструктуры, то есть конструировать ее таким образом, чтобы даже при мощной таргетированной атаке последствия и урон были минимальными. Выделение сегментов сети позволит настроить систему безопасности для каждой отдельной части среды, уменьшить поверхность атак и, следовательно, лучше защитить компанию от действий киберпреступников.

Финансовым организациям необходимы полная видимость работы всех систем, от конечных устройств до ЦОДов, и контроль над ними. Такая стратегия «всеобщей безопасности» может стать основой организации, которая позволит внедрять инновационную защиту в режиме реального времени.

И последний штрих: профессия профессиональных трейдеров уже попала в «красную книгу» исчезающих профессий — искусственный интеллект и современные технологии уже привели к тому, что большая часть сделок совершается не людьми, а программами. А значит, вопрос обеспечения безопасности таких транзакций становится еще острее.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 24 февраля 2018 > № 2511452 Александр Василенко


Казахстан > Финансы, банки. СМИ, ИТ > kursiv.kz, 22 февраля 2018 > № 2514376 Борис Батин

Борис Батин, CEO ID Finance: «Digital диктует правила игры в финансовом секторе»

Мадия ТОРЕБАЕВА

Многие считают, что все новое – это хорошо забытое старое, а фондовый и финтех-рынки в Казахстане сегодня больше похожи на дикий Запад. Так ли это на самом деле, каковы перспективы нового сегмента в финансовой сфере РК, чего стоит нам ожидать, а чего опасаться в интервью «Къ» рассказал сооснователь и генеральный директор компании ID Finance Борис Батин.

– Борис, расскажите о трендах на рынке финтех. Каковы они?

– Тренд сегодня один – диджитализация, цифровизация, то есть переход от offline-услуг в интернет. Традиционное общение между людьми уходит и меняется на формат общения с компьютером, с системами, с искусственным интеллектом. Это один большой тренд, который происходит везде.

Наверняка, вы слышали о чат-ботах. На самом деле – это и call-центр, и линия поддержки; это искусственный интеллект, который позволяет клиентам получать ответы на свои вопросы, запросы и т. д. По сути, это замена человека компьютером. Мы видим, что такая замена увеличивает эффективность и снижает расходы в 6–7, а при больших объемах и в 10 раз. У чат-бота не бывает плохого настроения. Кроме того, использование чат-ботов дает возможность анализировать ситуацию. Если мы видим, что конверсия плохая, можно понять, почему это происходит.

В Казахстане все больше наблюдается внедрение чат-ботов. И это не только рассмотрение заявки, выдача денег или указание адреса. А в том числе и работа с претензиями, с группой поддержки, с плохим портфелем, работа на продажу дополнительных услуг. Причем технологии уже настолько продвинулись, что не всегда можно понять – робот отвечает или оператор. Только по скорости ответа можно что-то определить. Но в целом работа робота не хуже, чем если бы это делал человек.

Давайте взглянем дальше на весь процесс. Раньше мы видели рекламу по радио и телевидению, сейчас эффективность такой рекламы уменьшается, а увеличивается эффективность рекламы digital. Да и аудитория все больше переходит в digital-каналы, YouTube, online-телевидение. А когда есть провайдер ТВ-трансляции, он зачастую имеет возможность вставлять свою рекламу. И это не только дешевле, чем пойти договариваться с центральным каналом, но и гораздо эффективнее.

Становится меньше бумажных носителей. Это тоже тренд. Больше информации можно проверить за счет digital, за счет интеграции между системами и пр.

– То есть цифровизация – это не дань моде, а реальность?

– Да, это реальность. Пару сотен лет назад люди ездили на лошадях, потом пересели на машины, потому что развились новые технологии. Мы живем в интересное время, так называемый транзитный период, когда все только развивается.

Сейчас во всех странах, в том числе и в Казахстане, идет массовая кампания по продвижению электронно-цифровых подписей (ЭЦП). Она должна быть у каждого человека. И в принципе повседневная жизнь выстраивается таким образом, что ЭЦП востребована как паспорт. Государство сформировало такую инфраструктуру, при совершеннолетии для идентификации человека необходим паспорт. Сейчас выстраивается такая же инфраструктура, что невозможно будет обходиться без электронно-цифровой подписи.

Например, в Эстонии, на мой взгляд, в одной из самых продвинутых стран в Европе, где внедряется идея digital, приравняли доступ к интернету к базовым потребностям человека. Государство обязано предоставить человеку бесплатный доступ к интернету, чтобы он мог пользоваться услугами в сфере медицины, образования. И это сделали на уровне Конституции.

– Вспоминаю наши необъятные просторы и сравниваю их с маленькой Эстонией.

– Конечно у них небольшая территория, и им в этом плане проще. Как некая песочница, где можно было попробовать что-то сделать. Но по сути это ждет все страны. Просто где-то это будет быстрее, где-то медленнее. Даже США, которые считают продвинутой страной, в некоторых моментах отстают от развивающихся рынков, и от Казахстана в том числе. За счет того, что у них большая страна и некоторые системы требуют больше времени для изменений.

– Например?

– IT-системы банков в Казахстане более продвинутые, чем в Америке. Потому что там они были написаны где-то в 60-х годах и это огромные банки, где стоимость изменений системы намного выше и сложнее, чем когда банковская инфраструктура создавалась относительно недавно, как на постсоветском пространстве.

– Продолжая тему трендов, наверное, можно было бы привести в пример страны, где вообще отказываются от наличности.

– Да, скандинавские страны и Южная Корея планируют вообще отказаться от наличных денег в ближайшие 5–10 лет. По данным агентства Bloomberg, в Швеции монеты и банкноты составляют лишь 1,8% ВВП. Я, когда бываю в Европе, замечаю, что можно приехать в страну и не снимать наличные. Раньше это было невозможно, всегда требовались бумажные деньги для оплаты такси или обеда в закусочной. Теперь этого не требуется. То же такси, к примеру, можно заказать через Uber, а он привязан к карте. Любые торговые точки по законодательству тоже обязаны иметь терминалы.

Конечно, в какой-то момент наблюдается сопротивление. Как у нас часто бывает. К примеру, говорят: «У нас терминал есть, но он сегодня не работает». Не работает, значит не плачу. Глядишь, вдруг заработал. В итоге хозяева торговых точек поймут, что это выгодно для них, поскольку, как правило, люди по карточкам тратят больше.

– Хотелось бы знать ваше мнение относительно попытки Нацбанка зарегулировать онлайн-кредитование

– Поскольку рынок в целом новый, то этот вопрос стоит практически перед всеми центробанками мира: как регулировать это сектор? Мне кажется, здесь надо учесть несколько моментов. Регулятору надо принять тот факт, что это немного другой сектор, отличный от традиционного. Его не надо загонять под уже существующие законы. Поэтому, действия казахстанского Центробанка, на мой взгляд, сейчас правильные, поскольку нет резких решений регулирования и нет массового оттока компаний из сектора. Важно осознать и принять, что это совершенно новый сектор рынка, и под него надо принимать другие формы регулирования. Да, на это требуются время и силы. Да, это небольшой сегмент экономики. Но он будет расти. И крайне важно, чтобы финтех рынок рос, потому что через него придут инновации, новые технологии. Во-первых, очень важно дать небольшому сектору развиваться и со временем стать довольно крупным сегментом в экономике. Во-вторых, это со временем даст толчок к развитию других более крупных отраслей. И если на раннем этапе государство сделает неправильный шаг и задушит зародыш, то страна рискует пропустить новую волну инноваций.

– А такое уже было?

– В начале 20 века за счет аграрного сектора Аргентина была самой богатой страной. Но они пропустили индустриализацию. Такой же пример с Нокиа, они были у всех, но упустили тренд смартфонов. TDK, Canon тоже упустили цифровизацию. Странам сейчас нельзя упускать момент цифровизации в финансовом секторе. Поэтому очень важно создать правильную почву для развития нового сегмента. Нужно создать новое регулирование, которое позволит ему развиваться. Да, он сейчас небольшой, но он имеет очень важную стратегическую роль для страны в целом.

– Это первый шаг. Какой же второй?

– Вести диалог с уже существующими игроками рынка. Понятно, что последние хотят одного, а регулятор может занять противоположную позицию. Главное найти консенсус, который устраивал бы всех. И мы видим, что в Казахстане этот диалог есть.

– Разве уже велись какие-то переговоры с Нацбанком РК?

– Мы создали Ассоциацию финтех-компаний Казахстана, которая очень быстро растет. Диалог уже идет. Это первый правильный шаг, который был сделан. Теперь второй шаг, который в настоящее время и происходит – найти золотую середину, которая устроит и нас, как рынок, и Нацбанк, как регулятора, которому важно защищать потребителя.

– В Казахстане значительную долю финтех-рынка занимают компании, которые имеют иностранные, как правило, российские корни, или даже из дальнего зарубежья. Как в данном случае регулировать процесс, выстраивая его в защиту конечного потребителя?

– На самом деле, все участники рынка – это локальные игроки. Они являются налогоплательщиками Казахстана. Это компании с юридическими адресами в Казахстане. И все меры, которые можно применить, ничем не отличаются от других финансовых структур, находящихся в Казахстане.

– Какая доля NPL у финтех-компаний?

– Не могу говорить за всех, но в нашей компании уровень просроченной задолженности составляет около 4–5%. И так практически во всех странах. Уровень просрочки в принципе сопоставим с банковскими экспресс-кредитами.

– Почему? Ведь если банк выдает кредит, то процентная ставка у него в отличие от финтех-компаний и МФО гораздо ниже.

– Сущность нашего продукта действительно подразумевает более высокую процентную ставку, чтобы покрыть стоимость процессов. Потому что на длинных кредитах даже при маленькой процентной ставке можно заработать больше. Допустим, если я выдал 100 тенге на 5 лет под 20% годовых, я заработаю больше 100, чтобы покрыть расходы на скоринг, на привлечение клиента, на перевод денег. А ведь эти расходы фиксированные. Выдаю 100 тенге или миллион тенге, стоимость запросов в кредитные бюро и другие источники базы данных, одинаковые. То есть экономика рынка подразумевает, что наш продукт даже с более высокой процентной ставкой должен иметь схожий уровень просрочки с другими игроками рынка для того, чтобы быть прибыльным. Поэтому новые финтех-компании не сильно отличаются от банков с точки зрения ведения процессов, риск менеджмента и уровня прострочки. Это сопоставимо.

– Как вы решаете вопросы по скоринговой системе?

– Также как и банки, работаем с базами данным кредитных бюро. Одобряем двоим клиентам из десяти по разным причинам. Уверен, что у многих компаний по уровню одобрений по новым клиентам такая же ситуация. Никто не будет выдавать деньги клиенту, который не может позволить себе обслуживать этот долг. Никому не нужно увеличивать проценты неплатежей. Даже несмотря на отсутствие закона, члены нашей ассоциации, например, понимают, что надо ограничивать себя в начислении процентных ставок, потому что это и для рынка хорошо, и для клиента правильнее. По сути мы в рамках ассоциации выполняем функцию саморегулирующей организации.

В некоторых странах на уровне Гражданского кодекса есть закон о саморегулирующихся организациях, когда часть надзорных функций передается самому органу. То есть мы создаем стандарты отрасли, мы разрабатываем правила работы, мы следим, чтобы игроки рынка выполняли эти правила. И каждая компания, появляющаяся на рынке, должна входить в эту ассоциацию. Если кто-то не выполняет установленные стандарты, то его могут исключить из ассоциации, и в итоге он не сможет продолжить свою деятельность.

– А если кто-то начнет демпинговать?

– Супер! Конкуренция – это всегда отлично. Это для всех хорошо. Другие игроки должны будут или снижать ставку, продавая конкурентный продукт, или уходить с рынка. Это как раз цель регулирования – создать конкурентный рынок, когда стоимость услуг будет падать, а качество услуг будет расти. Если мы будем бороться за клиента с пеной у рта и друг друга будем грызть – это отлично! Именно поэтому тот же Uber или Яндекс-такси изменили рынок. С их появлением, клиенты получили хороший и недорогой сервис. Доехать на такси с аэропорта раза в три стало дешевле, чем раньше.

– Как же тогда остаться на рынке и завлечь своего клиента?

– В прошлом году, например, прошла кампания по бесплатным кредитам. Хорошо ведь было взять бесплатный кредит на Новый год.

– Да, было такое.

– Вот. Это результат конкуренции!

– Возвращаясь к системе проверок. Как, к примеру, определить, способен ли человек погасить кредит? Как узнать, говорит ли он правду, рассказывая по телефону о своих доходах?

– Существует многоуровневая система. Первый этап, когда проверяется, чтобы не было фродов (от англ. fraud – «мошенничество»), что этот человек действительно тот, кто хочет взять заем, чтобы кредит не было бы взят на кого-то другого. Второй этап позволяет выяснить – способен ли человек погасить долг. Идет проверка DTI (уровень платежа по отношению к доходности), т.е. способности обратившегося человека погасить заем, который он хочет взять. Понятно, что мы не будем давать человеку кредит больше, чем он зарабатывает. Следующий этап проверки, когда человек может позволить себе погасить взятый заем, но просто не хочет платить. С этим, конечно, немного сложнее. Это, к сожалению, уже никак не зарегулируешь.

– Наверное, тогда уже в дело вступают коллекторы?

– На самом деле мы не сильно отличаемся от банковского сектора. Продукт другой. Но процессы, подход к регулированию, практически такие же. Лишь уровень и масштаб проблем банков и финтех-компаний несопоставимы. Ипотечный бум в США чуть всю мировую экономику не разрушил. Банки приходят, отбирают квартиры, выгоняют людей на улицу. Мы никого никуда не выгоняем.

– В прошлом году многие банки столкнулись с массированными хакерскими атаками. Вы говорите, что мир движется к всеобщей цифровизации. Если учесть этот тренд, то как людям защитить свои деньги?

– Никто из финтех-компаний не работает в offline. Нас нельзя просто взять и ограбить, как это можно сделать с банковскими сейфами. И в отличие от банков мы умеем защищаться в online. Наша экспертиза в online. Банки это offline-компании. Они умеют защищать деньги своих клиентов, создавая сейфы с мощной защитой, а от online-угроз еще не научились. А у нас наоборот. Можно легко прийти в офис, нет многоуровневой охраны, онлайн-компании не хранят нечего в офисе. Но забрать деньги в online – это уже гораздо сложнее, потому что мы живем в этом мире и понимаем, что наши системы должны быть безопасны. Банки вкладываются в защиту своих сейфов, мы в первую очередь вкладываемся в кибербезопасность.

– Проводя аналогию с другими странами, Вы не могли бы сказать где и как развивается этот сегмент рынка?

– В России, к примеру грамотное регулирование. Рынок был выделен в отдельный сегмент. Более того – разбит на подсегменты. И к каждому из подсегментов применяется разное регулирование и ограничения. Например беззалоговые кредиты имеют одни ограничения, а залоговые – другие. Это правильно. Разные продукты требуют разного подхода. За счет этого создалась достаточно понятная и прозрачная инфраструктура, что в свою очередь дает возможность рынку привлекать фондирование. Большое и дешевое фондирование в итоге выливается в более выгодные условия для клиента. Дальше можно выпустить публичные облигации, чтобы рынок развивался. То есть действительно была создана благодатная почва для роста финтеха.

Но в целом в Казахстане благоприятный рынок: есть отличный потенциал для развития мировых финтех-трендов. Следует отметить, что уровень мошенничества в Казахстане ниже, чем в других странах. Поэтому если совместно с Нацбанком получится разработать правильное регулирование, то есть возможность взрастить конкурентоспособный и сильный финтех-рынок.

В Грузии тоже начиналось все неплохо. Но, как мне кажется, с регулированием перемудрили. В итоге люди потеряли доступ к финансированию. А финтех-компании там были достаточно крупным сегментом. Были большие вложения в рекламу, было большое количество рабочих мест. Но так зарегулировали, что многие компании ушли с рынка. Надеюсь, что в Казахстане такого не произойдет. Здесь у Нацбанка совсем другой подход.

Казахстан > Финансы, банки. СМИ, ИТ > kursiv.kz, 22 февраля 2018 > № 2514376 Борис Батин


Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 22 февраля 2018 > № 2514370 Айгуль Ибраева

ТОП-10 самых дорогих компаний на Казахстанской фондовой бирже

Айгуль ИБРАЕВА

Акции каких компаний торгуются на фондовой бирже? Kursiv Research подготовил рейтинг крупнейших по рыночной стоимости компаний, листингуемых на Казахстанской фондовой бирже на начало 2018 года. Самыми дорогими эмитентами на отечественной фондовой бирже стали иностранные компании, а наибольший рост котировок в прошлом году показали казахстанские сырьевые предприятия.

Прошедший год оказался для казахстанской экономики сравнительно благополучным, судя по данным правительства. По предварительным итогам, рост ВВП в 2017 году составил 4% против 1% за 2016 год. Возобновившийся рост экономики наряду со стабильно высокими ценами на нефть оказали поддерживающее влияние на отечественный фондовый рынок, считают на KASE. Так, за 2017 год индекс KASE вырос на 804,8 пунктов, или 59,3% – это третий результат по скорости роста в мире, что подтверждает Bloomberg.

На конец 2017 года на Казахстанской фондовой бирже шли торги 127 акциями от 110 эмитентов. Kursiv Research решил определить, какие компании на KASE стали крупнейшими по рыночной стоимости. Для выборки были определены активные* участники рынка основной площадки акций KASE по категориям «Премиум» и «Стандарт».

В шорт-лист рейтинга вошли 25 акционерных обществ. Суммарная капитализация компаний рейтинга составила 162,33 трлн тенге. За 2017 год показатель вырос на 20,4%. В среднем, рыночная стоимость компаний рейтинга составила 6,24 трлн тенге, а медианная капитализация – 367,84 млрд тенге.

В основном в список попали представители финансового сектора – в рейтинге оказалось 10 банков второго уровня, деятельность четырех компаний связана с нефтегазовым сектором, три – из телекоммуникации. Также в шорт-лист вошли представители обрабатывающей промышленности, транспорта, металлургии, торговли и электроэнергетики.

Рейтинг по капитализации

В первую десятку наиболее дорогих компаний KASE вошло восемь иностранных предприятий и лишь две отечественные сырьевые корпорации.

Так, самой дорогой листинговой компанией на Казахстанской фондовой бирже на сегодня является Bank of America Corporation из США. Рыночная капитализация одного из крупнейших финансовых конгломератов мира на конец 2017 года составила 101,02 трлн тенге, или $303,68 млрд. За прошлый год цена акции банка выросла на треть – с 7 385,62 до 9 820 тенге. В текущем году тенденция роста продолжилась, 8 февраля торги ценной бумагой закрылись на уровне 10 060,09 тенге. На отечественной бирже акции торгуются с 2014 года.

Второй крупнейшей компанией, акции которой можно купить на казахстанской площадке, стал российский Сбербанк. Рыночная стоимость финансового холдинга на конец предыдущего года достигла 28 трлн тенге. Несмотря на общий упадок на российском фондовом рынке в 2017 году (индекс МосБиржи за год снизился на 5,5%), акции Сбербанка показали рост на 36,5% в пересчете на тенге. Тенденция продолжается и по сей день – за 1,5 месяца текущего года акции компании выросли еще на 11,8%.

Третьей по стоимости компанией стал российский нефтегазовый холдинг Газпром, который был оценен рынком в 16,53 трлн тенге. За 12 месяцев капитализация компании сократилась на 14%. Однако в новый год компания вступила на позитивном тренде. В январе текущего года стоимость акции компании взлетела до 860 тенге против 747 тенге в конце 2017 года.

На четвертом и пятом месте рейтинга также оказались предприятия из соседней страны – Банк ВТБ (3,5 трлн тенге) и сеть розничной торговли «Магнит» (3,43 млрд тенге). Стоимость акций обеих компаний сократилась примерно на треть за прошлый год.

Самой дорогой отечественной компанией на KASE стала KAZ Minerals. Стоимость компании к концу года составила 1,74 трлн тенге. Стоит отметить, что акции металлообрабатывающей компании оказались в лидерах роста в прошлом году.

Капитализация АО «Разведка Добыча «КазМунайГаз» к концу прошлого года достигла 1,74 трлн тенге, что делает компанию второй по стоимости отечественной публичной компанией в Казахстане.

Продолжают рейтинг российские компании, в числе которых Ростелеком (963,74 млрд тенге) и Уралкалий (916,33 млрд тенге). Завершает десятку наиболее дорогих компаний, котируемых на KASE, Аэрофлот с объемом капитализации в 915,88 млрд тенге. Акции трех компаний несколько подешевели в течение прошлого года и, судя по данным KASE, их котировки падают и сегодня.

Лидеры роста

Лидерами роста индекса KASE второй год подряд выступают акции KAZ Minerals PLC, цена которых за прошлый год выросла в 2,5 раза, или на 2 288 тенге, до 3 800 тенге за акцию. Впечатляющий рост акций KAZ Minerals PLC сопряжен с несколькими причинами, говорит эксперт аналитического центра Ассоциации финансистов Казахстана Рамазан Досов.

«Так, цены на медь в прошлом году увеличились на 31,3% на фоне уменьшения предложения и ожиданий по увеличению спроса в Китае. Тем временем по итогам прошлого года компания увеличила объем добычи сразу на 80%, добыв 259 тыс. тонн меди. Основной рост добычи был обеспечен благодаря началу производства меди из сульфидной руды на Актогае (Восточный Казахстан). При этом производство золота компанией в 2017 году составило 179 тыс. унций, на уровне верхней границы запланированного диапазона 160–180 тыс. унций. Рост объемов производства в сочетании с повышением цен на сырье очевидно приведет к увеличению выручки компании по итогам прошлого года. Следовательно, хорошие показатели способствовали увеличению цен на акции компании», – разъяснил эксперт.

На втором месте по росту оказались акции АО «Разведка добыча «КазМунайГаз», стоимость которых выросла на 69%, или 10 530 тенге, до 25 800 тенге за акцию.

Согласно последней финансовой отчетности по итогам трех кварталов 2017 года чистая прибыль РД «КазМунайГаз» составила 168,37 млрд тенге, что в 2,2 раза выше показателя за аналогичный период 2016 года. При этом добыча и реализация относительно предыдущего года уменьшились на 3% (8,88 млн тонн) и 3,6% (6,06 млн тонн) соответственно, отмечают в АФК.

В прошлом году компания увеличила экспорт нефти на внешний рынок при одновременном снижении поставок на отечественный. Рост экспорта составил 153,3%, до 4,2 млн тонн, а доля поставок сырой нефти на внутренний рынок снизилась с 40 до 31% (1,86 млн тонн).

«Основным драйвером роста прибыли, очевидно, стало повышение цен на нефть: в 2017 году цены на нефть Brent выросли на 17,7%, с $56,82 до 67,87 за баррель», – отмечает Рамазан Досов.

Финансовые и производственные показатели способствовали умеренному росту котировок в прошлом году, однако вслед за объявленным 4 декабря 2017 года делистингом на Лондонской фондовой бирже и KASE акции компании выросли в цене сразу на 15,7%.

«Рост акций РД КМГ связан в первую очередь с корпоративными событиями в компании. В частности, с объявлением обратного выкупа акций компании по $14 за ГДР и $84 за простую акцию. То есть к концу прошлого года цена просто стремилась к данным значениям», – считает директор департамента аналитики АО «Казкоммерц Секьюритиз» Нурлан Ашинов.

Акции крупнейшего банка второго уровня Народного банка Казахстана за прошлый год выросли в цене на 64,1% – с 50,34 до 82,59 тенге. Тем самым, рыночная капитализация компании на конец 2017 года составила 908,12 млрд тенге. При этом за 1,5 месяца 2018 года акции компании подросли еще на 25,9%.

Приобретение Казкоммерцбанка в III квартале 2017 года существенно увеличило баланс банка, отмечают в АФК. Инвесторы с оптимизмом восприняли решение об объединении банков в один, что послужило причиной нового витка роста по акциям банка. При этом, согласно актуальной корпоративной отчетности, прибыль Народного банка по итогам девяти месяцев 2017 года составила 135,37 млрд тенге, показав рост на 44%. Основной причиной увеличения чистой прибыли банка послужили рост чистого процентного дохода (увеличился на треть, до 142,66 млрд тенге) на фоне активной покупки инвестиционных ценных бумаг, а также рост прибыли по финансовым активам и обязательствам, оцениваемым по справедливой стоимости (до 59,54 млрд тенге против убытка в 9,4 млрд тенге).

На четвертом месте среди лидеров роста оказался Kcell, стоимость акций которого выросла на 61,9% в течение 2017 года. На конец прошлого года одну акцию компании можно было купить за 1784 тенге.

Рост акций Kcell связан со спекуляциями вокруг слухов по выходу Telia из Kcell и продажей доли компании крупному стратегическому инвестору. На этих слухах некоторые участники рынка активно скупали их акции, считают в «Казкоммерц Секьюритиз».

Напомним, что в конце января предыдущего года сразу несколько информационных агентств сообщили, что КРЕМЗК РК принял на рассмотрение заявление Казахтелекома на покупку 75% акций Kcell. Ранее основной акционер Kcell – Telia Company – заявляла о планах по продаже своей доли акций казахстанского оператора связи, что повлияло на рост котировок акций и самого Казахтелекома (45,4%, 6-е место). В АФК напомнили, что в 2011 году Казахтелеком продал шведской компании 49%-ную долю в ТОО «GSM Казахстан» (торговые марки Kcell, Active, Vegaline) за $1,5 млрд. При этом сегодня капитализация одного лишь Kcell составляет около $1 млрд.

В Ассоциации финансистов указывают, что часть роста цен на акции Kcell может быть объяснена технической коррекцией вверх: с 2014-го по 2016 годы акции компании снизились в цене в 2,6 раза, с 2,9 тыс. тенге за акцию до 1,1 тыс. тенге, тем временем за 2017 год они выросли до 1,8 тыс. тенге за акцию.

В самой компании рост цен акций связывают с улучшением финансовых и операционных показателей: «Во втором полугодии 2017 года акции АО «Кселл» показывали рост во многом благодаря тому, что уже начиная со II квартала наша компания стабильно показывала позитивные результаты. Так, в III квартале 2017 года, впервые с 2014 года, наша компания добилась роста выручки и рентабельности по сравнению с прошлым годом. Это привело к тому, что во втором полугодии прошлого года наблюдался высокий интерес к акциям нашей компании, что отражалось в их повышенной ликвидности как на LSE, так и на KASE».

Пятым в рейтинге стал SAT & Company, многоотраслевой холдинг казахстанского бизнесмена Кенеса Ракишева. С начала года рыночная стоимость акции выросла с 30 до 45 тенге. Данные ценные бумаги не отличаются особой ликвидностью и поэтому делать какие-либо выводы о росте цен не представляется возможным. Рыночная стоимость эмитента на сегодня составляет 55,63 млрд тенге.

Далее рейтинг продолжили Сбербанк (36,5%), Bank of America (33%) и кондитерская фабрика «Рахат» (21,1%), прибыль которой по итогам трех кварталов 2017 года выросла на 43%.

Росту акций Сбербанка способствовали позитивные отчетности, увеличение чистой прибыли и планы компании повысить дивиденды в ближайшие годы. По итогам деятельности 2017 года банк смог рекордно увеличить ипотечный и потребительский кредитный портфель и получить рекордную чистую прибыль – на 44% больше, чем в 2016 году, отмечают аналитики инвесткомпании «Фридом Финанс».

Драйвером роста Bank of America остается экономика США – инфляция растет, безработица падает, зарплаты повышаются в годовом разрезе. В текущем году налоговая реформа в США поможет компании сэкономить много кэша, что так же позитивно повлияет на цены, говорят эксперты.

Десятку лидеров роста завершает Банк ЦентрКредит, акции компании за год выросли на 17,1%. На фоне подъема всего фондового рынка рост акций БЦК можно назвать относительно сдержанным. Отчасти это связано с тем, что банк является одним из системообразующих БВУ страны с умеренной стратегией развития, отмечают в пресс-службе финорганизации.

В 2017 году произошли изменения в акционерах банка. К тому же по итогам последней корпоративной отчетности банк существенно увеличил чистую прибыль. Так, по состоянию на начало октября 2017 года прибыль банка составила 8,36 млрд тенге, что в 16,7 раза выше показателя за аналогичный период 2016 года. Стоит отметить, что с начала 2018 года акции банка превзошли темпы роста предыдущего года, увеличившись в цене на 37,7%, с 197,47 до 272 тенге за акцию.

Лидеры падения

Аутсайдером по росту котировок на KASE в 2017 году стал Qazkom. С начала года акции банка подешевели на 38,5% — с 218 до 134 тенге. В 2017 году произошли существенные изменения в балансе банка на фоне погашения займа БТА банка на сумму 2,4 трлн тенге в рамках сделки по продаже банка группе Halyk, напоминают в АФК. В то же время убыток банка в 2017 году составил 394,2 млрд тенге. Столь значительные убытки были в основном обусловлены вышеуказанной сделкой и формированием резервов под обесценение активов.

В десятке лидеров падения листинговых компаний основной площадки KASE оказались шесть российских организаций, спад акций которых варьировался от 37,3 до 3,3%. «Фридом Финанс» дал развернутый ответ по снижению цен акций данных компаний.

«Магнит» – акции компании корректировались на ряде плохих отчетностей. Согласно отчету за первое полугодие 2017 года у ПАО «Магнит» показатели чистой прибыли сократились на 20%. Отчетности за III и IV кварталы также вызвали распродажи среди инвесторов. А недавние планы компании не платить дивиденды за 2018 год обвалили котировки на 31% с начала текущего года.

Банк ВТБ – основной причиной падения называют реорганизацию банка путем присоединения банка ВТБ24. Несогласным с реорганизацией миноритариям был предложен выкуп, акции оценили в полтора раза ниже рыночной стоимости, что вызвало коррекцию акций.

Уралкалий – новость о делистинге Уралкалия с MOEX и KASE была негативно встречена инвесторами. Ранее отчетность компании за первое полугодие показала падение чистой прибыли в 2,5 раза. Также советом директором был поднят вопрос об отказе выплачивать дивиденды за 2016 год.

Ростелеком – компания сильна фундаментальными показателями, скорее всего на снижение цены акций повлиял так называемый «закон Яровой», обязывающий операторов и интернет-компании хранить данные по клиентам: сообщения, записи звонков и видео. По подсчетам расходы на хранение столь большого объема информации обойдется в 17 трлн рублей всем участникам рынка до 2019 года.

Газпром – отчетность за девять месяцев показала снижение чистой прибыли на 18%. Увеличение затрат на инвестиционную программу 2017 года на 23,8% предполагает снижение денежных потоков и дивидендов. Данная информация была негативно встречена инвесторами.

Аэрофлот – ростом, а затем возвращением к уровням начала 2017-го отметились акции Аэрофлота. Одной из причин послужили неудовлетворительные отчетности и рост цен на авиатопливо.

К сожалению, низкая ликвидность отечественного фондового рынка не всегда позволяет объективно оценить рыночную стоимость публичных компаний и тем более проследить за трендом цены акций эмитентов. Так, стоимость акций Kaspi Bank в 2017 году сократилась с 10 900 тенге до 7 900 тенге, причем за одну сделку. То же самое можно сказать о компании «Баян Сулу», котировки акций которой снизились с 298 до 290 тенге (-2,7%) за шесть сделок в течение 2017 года.

*В качестве активных участников учитывались компании, имеющие ликвидные акции с количеством сделок более 1 за последние 52 недели основной площадки рынка акций KASE

Ограничение ответственности

Kursiv Research обращает внимание на то, что приведенный выше материал носит исключительно информационный характер и не является предложением или рекомендацией совершать какие-либо сделки с ценными бумагами и иными активами указанных организаций.

Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 22 февраля 2018 > № 2514370 Айгуль Ибраева


Россия > Финансы, банки > banki.ru, 22 февраля 2018 > № 2505285 Альберт Кошкаров

Минус дает плюс: как выбрать и получить налоговый вычет по ИИС

Инструкция по применению от Банки.ру

Налоговый вычет по ИИС — это лишние деньги. А деньги лишними не бывают

В жизни каждого владельца индивидуального инвестиционного счета наступает момент, когда необходимо оформлять налоговый вычет. Для тех, кто только собирается это сделать, Банки.ру подготовил специальную инструкцию и советы от профессионалов рынка.

Два вычета

Количество инвестиционных счетов, открытых россиянами, продолжает расти. С начала года Московская биржа зафиксировала более 7 тыс. новых ИИС, а всего по итогам января число таких счетов достигло 309,7 тыс. Одна из главных причин популярности инвестиционных счетов в том, что их владельцы имеют возможность получить налоговый вычет. Брокеры рассказывают, что некоторые инвесторы, например, открывая ИИС, покупают евро и доллары, а потом спокойно идут в налоговую. Насколько эффективна такая стратегия, судить сложно. Однако для тех, кто вкладывает деньги в акции и облигации, пытаясь приумножить свой капитал, вопрос налоговых преференций — один из ключевых.

Скажем, какой из двух видов вычета предпочесть? Дело в том, что государство дает возможность выбора: владелец ИИС может претендовать на вычет с полученного от инвестиций дохода либо с суммы, которую он внес на счет. Максимальный размер вычета — 52 тыс. рублей в год. Налоговая будет рассчитывать вычет, исходя из суммы на счете.

При этом стоит учитывать, что инвестор не может вернуть налогов больше, чем заплатил их государству: допустим, вы внесли на счет 10 тыс. рублей, налоговый вычет — 1 300 рублей. Однако если в отчетном году было заплачено налогов на сумму 1 тыс. рублей, то претендовать можно только на нее. Поэтому, отмечает управляющий директор УК «Сбербанк Управление активами» Василий Илларионов, если у инвестора нет постоянного дохода и возврат уплаченного НДФЛ из бюджета для него не актуален, то такому инвестору подойдет другой тип инвестиционного налогового вычета — исходя из полученной прибыли.

Еще одна тонкость: чтобы получить налоговый вычет по взносам, необходимо, чтобы у инвестора был только один ИИС. Наличие нескольких инвестиционных счетов — вполне возможная вещь. Например, при смене брокера либо если человек, открывая обычный брокерский счет или пользуясь онлайн-сервисом, не заметил, что в анкете по умолчанию стоит галочка «открыть ИИС». Поэтому перед подачей декларации стоит лишний раз проверить наличие у себя «лишних» счетов.

Как рассчитать

Государство установило «верхнюю границу», исходя из которой владелец ИИС может получить налоговый вычет — 400 тыс. рублей в год. Таким образом, каждый год можно возвращать до 52 тыс. рублей, которые были уплачены в виде налогов. Чтобы рассчитать вычет, необходимо умножить сумму, внесенную на ИИС, на 13%. Например, при взносе 350 тыс. рублей в 2017 году вычет на взнос составит 350 000 * 13% = 45 500 рублей.

В случае выбора вычета на доход информацию можно получить у брокера или управляющей компании, которые являются налоговым агентом и уплачивают НДФЛ за клиента. Компания предоставит информацию о сумме дохода, с которой инвестор также легко сможет вычислить 13%. «В случае ИИС с вычетом из дохода брокер рассчитает, но не будет удерживать налог», — уточняет старший аналитик «Альпари» Роман Ткачук.

Есть еще одна тонкость: по законодательству доход, полученный инвестором по разным типам бумаг, учитывается раздельно. «Финансовый результат по обращаемым на рынке бумагам не сальдируется с теми, которые на рынке не обращаются», — приводит пример генеральный директор компании «Персональный советник» Наталья Смирнова. В частности, к обращаемым бумагам относятся те, которые торгуются хотя бы на одной из российских бирж и имеют информацию по котировкам в публичном доступе. Поэтому, отмечает управляющий активами УК «Система Капитал» Павел Оглоблин, если у инвестора на счете были российские облигации и американские акции, которые котируются на бирже в Санкт-Петербурге, то полученные доходы по ним будут сальдироваться. И если в итоге портфель показал положительную динамику, уплатить налог на прибыль придется, а вот доход по биржевым и внебиржевым финансовым инструментам рассчитывается раздельно.

Что выбрать

Важно помнить, что, выбрав тип вычета один раз, инвестор уже не сможет его изменить. «Если вы воспользовались налоговым вычетом на доход, налоговый вычет на взносы вам уже не может быть предоставлен», — уточняет Василий Илларионов. Поэтому в выборе вида налогового вычета важно не ошибиться. Финансисты советуют выбирать вычет с доходов, только если речь идет о большой сумме на счете или если стратегия предполагает высокую доходность.

Простой пример: вычет на взнос позволяет получить инвестору до 52 тыс. рублей в виде возвращенных налогов, поэтому достаточно внести 400 тыс. рублей. Если же выбрать вычет на доход, то эти 400 тыс. рублей придется еще заработать. То есть, вложив 1 млн рублей (это максимальная сумма для ИИС), инвестор должен получить доход не менее 40%. «Для этого нужен опыт работы на фондовом рынке и довольно рискованная и агрессивная стратегия. Но при такой стратегии велики и шансы потерять деньги», — указывает Илларионов.

Начинающему инвестору с небольшой суммой на счете предпочтительно выбирать вычет на взносы, советуют финансисты. Тем более если он придерживается консервативной стратегии. По словам Илларионова, низкорисковые облигационные стратегии могут также обеспечить неплохую доходность. Вкупе с вычетом это может дать весьма хороший финансовый результат.

Когда получать вычет

Вычет на взнос выглядит очень привлекательно и из-за того, что его можно получить буквально через пару месяцев после открытия ИИС. Например, если счет был открыт в декабре 2017 года и внесены деньги, то уже сейчас инвестор имеет право попросить государство вернуть ему налоги. «Многие инвесторы стараются отчитаться перед налоговой в начале года — в этом случае они быстрее получат вычет», — отмечает Ткачук. Он напоминает, что время проверки налоговой декларации составляет до трех месяцев, и еще месяц у государства есть на перечисление вычета на банковский счет. Директор по стратегическому развитию УК «Альфа-Капитал» Вадим Логинов рекомендует подавать декларацию до 30 апреля, тем более если у инвестора, помимо его основной работы, были и другие источники дохода.

Вычет по ИИС можно получить в конце срока или делать это ежегодно. «Для многих инвесторов очень важно получать ежегодные вычеты, потому что полученные деньги можно реинвестировать», — указывает эксперт по налогам «Открытие Брокер» Светлана Последовская. Она рекомендует пользоваться вычетом на взнос инвесторам, которые планируют вкладывать в акции и облигации небольшие суммы или инвестируют в бумаги с льготным налогообложением. Например, в облигации, выпущенные в период с 1 января 2017 года по 31 декабря 2020 года. Купонный доход в этом случае не облагается налогом. Однако если доходность купона будет превышать на 5 процентных пунктов ставку ЦБ, то инвестору все же придется поделиться прибылью с государством. Следует также учитывать, что вычет на доход не распространяется на дивиденды.

А вот если инвестор не уверен, какой тип вычета более выгоден, то спешить в налоговую эксперты не рекомендуют. «Чем длиннее инвестиции, тем выгоднее становится вычет на доход. Поэтому лучше спустя три года посчитать, какой тип вычета для вас выгоднее или будет выгоднее», — рассуждает Последовская. Она напоминает, что вычет на взносы можно получить за последние три календарных года. То есть подать декларацию, скажем, за 2017 год можно будет в течение 2018, 2019 и 2020 годов.

Чем длиннее инвестиции, тем выгоднее становится вычет на доход. Поэтому лучше спустя три года посчитать, какой тип вычета для вас выгоднее.

Что произойдет, если инвестор получит налоговый вычет и закроет ИИС, продержав на нем бумаги или деньги менее трех лет? В этом случае вычет придется вернуть государству, а заодно уплатить пени, предупреждает Последовская. «А значит, идти за ежегодным вычетом стоит, только если вы уверены, что продержите активы на ИИС минимальный срок. Согласно Налоговому кодексу, налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу, если основной целью совершения сделки (операции) не является возврат суммы налога», — указывает она. Эксперт не исключает, что в связи с последними изменениями в законодательстве налоговая может отказать в вычете, если инвестор пополняет ИИС, но не совершает сделок. «Правда, такой практики пока нет, и у инспекторов нет руководства отказывать в вычете для владельцев ИИС, не совершающих операции», — уточняет Последовская.

Что потребуется

Вычет на доход предоставляет сам брокер или управляющий, который просто не удерживает с владельца ИИС налог в конце срока. Однако, чтобы подтвердить право на вычет, могут потребоваться документы от инспекции о том, что вычет по взносам не использовался.

Чтобы получить вычет на взнос, инвестору потребуется заполнить налоговую декларацию (3-НДФЛ) и приложить к ней следующие документы:

— документ, подтверждающий получение дохода (например, справку о доходах по форме НДФЛ-2 или другой документ, который подтверждает, что инвестор получал доход и платил налог в налоговом периоде, когда были внесены деньги на ИИС);

— копию договора на ведение ИИС (заявление о присоединении к регламенту, которое подтверждает факт открытия счета);

— документ, подтверждающий зачисление денег на ИИС (например, платежное поручение из банка). Если на ИИС вносились наличные деньги, то вместо платежных поручений инвестор должен предоставить приходно-кассовый ордер;

— заявление на получение вычета с указанием банковских реквизитов счета налогоплательщика.

Для налоговой декларации достаточно отчета брокера за год. Заполнить ее можно как в отделениях ФНС, так и через Интернет. Например, на сайте nalog.ru. Есть также специальные сервисы, помогающие правильно общаться с налоговыми органами, — например, ndflka.ru или nalogia.ru.

Кроме того, почти все инвестиционные компании или банки, обслуживающие инвесторов-физлиц, предлагают помощь в заполнении декларации. Цены могут колебаться от нескольких сотен до 3—5 тыс. рублей. Например, в «Атоне» и «Открытие Брокер» предлагают помощь в оформлении и проверке декларации консультантом за 1 699 рублей, в Сбербанке обещают, что личный консультант вернет налоги за 1 499 рублей (бесплатно для владельцев пакета услуг «Сбербанк Премьер» и «Сбербанк Первый»). Некоторые участники рынка (БКС, «Регион») готовы помочь клиентам заполнить декларацию и собрать необходимые документы бесплатно.

Альберт КОШКАРОВ, Banki.ru

Россия > Финансы, банки > banki.ru, 22 февраля 2018 > № 2505285 Альберт Кошкаров


Россия. Весь мир > Финансы, банки. Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 21 февраля 2018 > № 2507579 Кирилл Дмитриев

Встреча Дмитрия Медведева с генеральным директором Российского фонда прямых инвестиций Кириллом Дмитриевым.

К.Дмитриев: «В прошлом году мы с нашими партнёрами проинвестировали более 250 млрд рублей, из которых 40 млрд – инвестиции РФПИ, 210 млрд – инвестиции наших партнёров».

Из стенограммы:

Д.Медведев: Кирилл Александрович, расскажите, как дела, каковы успехи компании за предыдущий, 2017 год? Какие крупные проекты вы осуществляете сейчас, каковы международные контакты компании и к каким результатам это приводит?

К.Дмитриев: Мы с нашими партнёрами проинвестировали более 250 млрд рублей в прошлом году, из которых 40 млрд – инвестиции РФПИ, 210 млрд – инвестиции наших партнёров. Таким образом, за время существования РФПИ, за последние шесть лет, мы с партнёрами уже проинвестировали более 1,2 трлн рублей в экономику России.

Мы инвестируем в самые разные сектора. За прошлый год это инвестиции в «Вертолёты России» – с арабским фондом Mubadala, – которые позволяют «Вертолётам» расширяться на международные рынки. Это строительство онкологических центров в Подмосковье, в Балашихе (мы очень много инвестируем в медицину); это ЦКАД, М4 и дублёр Кутузовского проспекта.

Мы в прошлом году проинвестировали в ЦКАД-3 и только что согласовали инвестиции в ЦКАД-4. Считаем, что инвестиции в дорожное строительство, в том числе с иностранными партнёрами, крайне важны. В том числе Саудовская Аравия вместе с нами будет инвестировать в дублёр Кутузовского проспекта – тоже важный дорожный проект на территории России.

И, например, такие проекты, как «Ростех-Сити», который позволяет построить современный технологический парк. Там участвует более шести суверенных фондов различных стран.

Д.Медведев: Где он будет располагаться?

К.Дмитриев: Тушино, где аэропорт бывший находится.

Расширяется наше партнёрство не только с арабскими коллегами. На миллиард долларов китайские коллеги увеличили размер российско-китайского фонда.

Мы также показываем хорошую доходность. Она за последние шесть лет составила более 15% годовых в рублях, также у нас значительная доходность в долларах для наших партнёров.

Д.Медведев: Это неплохие результаты. Я помню дискуссии, которые шесть лет назад были при создании этого института, потому что не все считали целесообразным дополнительные денежные средства канализировать через такой инструмент, как Российский фонд прямых инвестиций. Тем не менее решения были приняты, и, как показал опыт этих лет, эти решения направлены на достижение важнейших хозяйственных и социальных задач. Проекты, которые Вы называете, действительно очень крупные, важные и касаются самых разных сфер жизнедеятельности в нашей стране. Перспективы тоже, надеюсь, будут в основном связаны с инвестированием на территории Российской Федерации. Хотя те контакты, которые у вас есть и с арабским миром, и с китайскими партнёрами, в общем выглядят весьма и весьма убедительно.

К.Дмитриев: Спасибо большое, Дмитрий Анатольевич, за Вашу поддержку.

Вы нас ориентировали на инвестиции в инфраструктуру, и более 40% всех инвестиций РФПИ и партнёров – это именно инвестиции в инфраструктуру. Также мы хотим довести наши инвестиции в технологический сектор до 25%. Недавно объявили об инвестициях в онлайн-медицину – компанию Doctis – и будем технологии также наращивать. Очень благодарны за поддержку, Вашу и Правительства России.

Д.Медведев: Хорошо.

Россия. Весь мир > Финансы, банки. Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 21 февраля 2018 > № 2507579 Кирилл Дмитриев


Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 21 февраля 2018 > № 2505277 Алексей Капустин

Райффайзенбанк: «Мы хотим быть банком для обычных людей»

Алексей Капустин, Начальник управления каналов продаж Райффайзенбанка

Беседовала: Юлия Лю, редактор направления IT и инноваций

Начальник управления каналов продаж Райффайзенбанка Алексей Капустин рассказал Bankir.Ru о меняющемся подходе к обслуживанию, особенностях привлечения клиентов и планах по развитию бизнеса в эпоху цифровых сервисов.

— Сейчас у всех банков есть мобильные приложения и кол-центры, через которые можно решить любые вопросы. На днях, будучи в вашем офисе, я задалась вопросом: зачем люди приходят в отделения? Вы проводили какое-то исследование?

— Да, мы провели детальный анализ. Можно я вам верну ваш вопрос? А вы зачем ходите в отделение банка?

— Я просто шла мимо и в очередной раз увидела вашу рекламу, обещающую кешбэк 5%. Этой рекламы сейчас много везде – и в Интернете, и на улице. Предложение выглядит слишком щедрым, и я захотела узнать, в чем обман.

— А почему вы не позвонили в кол-центр?

— Я шла мимо, и мне зайти было проще, чем звонить и ждать ответа оператора.

— Мне кажется, в этом вашем ответе содержится большая часть информации о том, почему люди ходят в отделение. В какой-то момент мы решили, что, в принципе, клиентам удобнее использовать дистанционные каналы, чем посещать отделения. И поэтому мы создавали функции, позволяющие клиенту не ходить в отделение, а потом об этом в отделениях активно рассказывали.

Например, мы первыми сделали досрочное погашение в интернет-банке, позволяющее не ходить в отделение. Мы не понимали, зачем люди по-прежнему ходят в отделение, если можно сделать все дистанционно? Потом у нас открылись глаза, и в итоге в последнюю пару лет мы работаем с этим по-другому.

— И как же?

— Мы говорим, что работаем в интересах клиента. Мы создаем вокруг клиента такую экосистему, где он сам выбирает, в какой канал и в какой момент времени пойти. Наша доля отделений в стране меньше чем полпроцента: в России 36 тысяч банковских отделений, из них меньше 200 принадлежат Райффайзенбанку. Но при этом есть категории клиентов, которым для решения определенных вопросов комфортнее визит в отделение.

Кому-то просто очень нравится приходить и общаться с нашими сотрудниками, потому что у нас хорошая атмосфера. Другая категория людей – те, кто ходит в отделение по каким-то сложным вопросам раз в год или раз в два года. Например, взять ипотеку или выбрать продукт, помогающий накопить на ипотеку: депозит, ПИФ или что-то еще.

Знаете, задавая некоторые вопросы банку, хочется иметь контакт лицом к лицу. Мы люди, и нам нужен простой человеческий контакт. Мы стараемся, чтобы наши сотрудники не просто отвечали на вопросы и продавали наши продукты, а могли поддержать разговор с клиентом на тему банков, инвестиций, кредитования. Мы растим наших сотрудников.

Если говорить про будущее наших каналов, то, конечно, большая часть операций будет осуществляться в Интернете, мобильном банке. Мы построили полнофункциональный контактный центр, который может полностью обслуживать клиентов как по звонку, так и по электронной почте и в чатах. Мы общаемся с клиентами через мессенджер в Facebook, в Viber и планируем подключить Telegram и WhatsApp. Теперь мы используем все каналы взаимодействия: где клиент нас нашел, там мы и решаем его вопрос. Искусство современного банковского бизнеса состоит в том, чтобы клиент мог сам выбирать канал для общения с банком. При этом взаимодействие с банком должно быть таким, чтобы переход из канала в канал был незаметными. Начав операцию в кол-центре, клиент может закончить ее, например, в отделении. Для этого мы инвестировали много средств в CRM. Мы делаем различные замеры, чтобы понять, как растет число пользователей разных чатов и других альтернативных средств общения с клиентами.

— У вас есть цель перевести клиентов в цифровые каналы обслуживания?

— Такой самоцели нет. Мы стараемся применительно к клиентам не употреблять такие слова, как «переводить», поскольку это подразумевает какое-то насильственное действие. Мы хотим, чтобы клиент знал, какие у нас есть возможности. Отделения нужны тем, кто приходит в Райффайзенбанк впервые: сотрудники наглядно показывают, как работают интернет-банк и мобильный банк, как пользоваться банкоматом, назначают ПИН-код для карточек. Хотя мы уже научились открывать счета с выездом сотрудников, некоторым людям при открытии первого счета хочется прийти в отделение.

— Вы уже, как необанки, открываете счета с выездом сотрудников к клиенту?

— Да, если вы в Интернете оформляете заявку, то к вам может приехать сотрудник, заполнить все с вами. Интересная культурная особенность: для открытия кредитных карт клиенты охотно выбирают выездного сотрудника, а за потребительскими кредитами приходят в офис.

— Вы изучали мотивацию людей? Приходя в офис, они рассчитывают получить кредит по более привлекательной ставке?

— На самом деле мы до сих пор этого не поняли. Определенные продукты, например карта, подразумевают доставку, и люди уверенно выбирают курьера. Если речь не идет о доставке чего-то физического, люди стараются решить вопрос в офисе. Нам как банку все равно: выездные сотрудники и сотрудники в отделениях оказывают одну и ту же услугу.

— Сейчас очень много рекламы Райффайзенбанка в социальных сетях. Вы хотите таким способом привлечь определенную аудиторию? Или у вас просто идет массированная рекламная кампания везде, включая ТВ, а я ее не вижу, поскольку не смотрю телевизор?

— Я должен признать, что мы с вами в меньшинстве в своем игнорировании телевизора. В принципе, с точки зрения маркетинговой коммуникации телевизор – это все еще самый охватный канал. У нас присутствие на ТВ выросло за последние полтора года: мы стали значительно больше говорить о себе, рассказывать про наши продукты и сервисы. Полтора года назад наше продвижение было более сдержанным: мы запускали кампании под определенные продукты. Теперь мы изменили свою позицию. У нас очень хорошая продуктовая линейка, нам хочется рассказать про наш отличный сервис. Поэтому мы используем все площадки, и ТВ – в первую очередь. Однако другие каналы коммуникаций для нас также значимы. Например, Интернет. Здесь мы стараемся настроить свои системы так, чтоб показывать нашу рекламу тем, кому она релевантна. Если вы искали потребительский кредит, то получите предложение на потребительский кредит. Если искали скидки, то мы вам предложим нашу карту с программой скидок или карту с упомянутым вами кешбэком.

— Как вы контролируете качество обслуживания в разных каналах, ведь у каждого из них своя специфика?

— Наш контактный центр занимается обслуживанием клиентов в разных каналах и отвечает и за звонки, и за незвонковую составляющую. Если проблема не может быть решена стандартным образом, то подключается отдел качества, который занимается решением нестандартных вопросов. Задача сотрудников – сделать так, чтобы клиент в итоге был счастлив.

Раньше на запросы клиентов мы отвечали в течение суток, а сейчас вышли на нормальный интернет-режим. Тем, кто оставляет онлайн-заявку, как правило, перезванивают через 10 минут. Благодаря трансформации бизнеса мы отладили процессы общения на высокой скорости. Хотя, конечно, мы большая компания, и нам достаточно сложно это организовать.

— Вы отслеживаете, на какую вашу рекламу откликаются люди?

— Смотря в каких каналах. Если это Интернет, то, естественно, отслеживается, по какой рекламной кампании пришел клиент: был ли это органический трафик или клиент что-то искал в поисковой системе и потому зашел на сайт. Если говорить про тех, кто приходит в отделение, то здесь, конечно, все сложнее. Но мы задаем людям вопросы. Как обычно, для онлайновых каналов у нас больше данных, а для офлайновых – меньше.

— Вы можете поделиться планами по развитию бизнеса?

— У нас имеется очень серьезный план по расширению разных каналов. Мы хотим сделать большой фокус на том, чтобы в любом канале была такая же функциональность, как в отделении, и даже лучше. Мы намерены больше подстраиваться под клиента, более серьезно инвестировать в клиентский опыт переключения между каналами, в том числе в удаленных каналах. Мы будем расширять цифровое привлечение клиентов, поскольку видим за этим большое будущее. Нас будет еще больше на ТВ и в разных каналах коммуникаций. Мы будем еще активнее выходить на рынок с различными маркетинговыми сообщениями, чтобы мир больше узнал про нас. В принципе, мы созрели для того, чтобы показать миру больший Райффайзенбанк, чем сейчас.

Мы хотим быть банком для обычных людей и не стремимся сильно выпячивать свою роль. Наша цель – поставить клиента во главу бизнеса и просто решать его финансовые вопросы.

Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 21 февраля 2018 > № 2505277 Алексей Капустин


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 20 февраля 2018 > № 2505154 Вячеслав Локшин

Серийные банкроты. Почему кредиторы не видят своих денег

Вячеслав Локшин

Арбитражный управляющий, эксперт государственных компаний и правоохранительных органов по преступлениям, которые связаны с вопросами банкротства

Предприниматели заранее структурируют бизнес, чтобы кредиторы ничего не получили

В конце 2017 года произошел очередной скачок числа проблемных компаний на рынке — согласно исследованиям ЦМАКП, по итогам последнего квартала 2017 года число банкротств в экономике выросло на 3% относительно предыдущего квартала и на 13,2% – относительно аналогичного периода 2016 года. По итогам ноября-декабря уровень банкротств почти на 5% превысил пиковое значение марта 2015 года, а количество банкротств в декабре 2017 года достигло максимального значения октября 2009 года.

Эффективность банкротств для кредиторов традиционно находится на низком уровне — процент погашения требований кредиторов минимален, менее 5%. Обычно 2/3 кредиторов не получают ничего. В Европе удовлетворяется около 50% требований кредиторов.

Обман кредиторов в России это практически национальный вид спорта — чаще всего активов у банкротов нет, либо они неликвидны или полностью выведены. Можно вспомнить яркий пример конкурсного управляющего Александра Николаюка. Он от безысходности пытался привлечь внимание к проблеме банкротства и спасти муниципальное предприятие «Управляющая компания» (Хакасия) тем, что купил сто лотерейных билетов. Он посчитал, что это единственный шанс для кредиторов, перед этим Николаюк многократно и безуспешно пытался продать дебиторскую задолженность и неликвидные активы, чтобы возместить задолженность — 70 млн рублей.

Этот экстравагантный пример типичен – вход в банкротство без имущества или с конкурсной массой до 1 млн рублей составляет 3/4 случаев. Уголовная ответственность в России за преднамеренное банкротство — редкость, «банкротные» статьи уголовного кодекса применяются крайне редко: наказание за неправомерные действия при банкротстве (ст.195) — 1-2 приговора в год, преднамеренное банкротство (ст. 196) — 10-15 приговоров в год, а за фиктивное банкротство (ст. 197) последний приговор был в 2010 году.

Федеральная налоговая служба полагает, что судебная практика и законодательство смещены в сторону интересов недобросовестного должника, и утверждает, что большинство кредиторов не получает удовлетворения своих требований, поскольку вывод активов осуществляется задолго до дела о банкротстве. Появление проблемы связано не только с поздним началом банкротных процедур, но и с экономическими проблемами и малоэффективной схемой реализации имущества. Восстановление или оздоровление бизнеса за счет банкротства практически не происходит, такие примеры единичны.

Причина указанных проблем и в низкой добросовестности собственников бизнеса — они намеренно структурируют бизнес так, чтобы кредиторам ничего не доставалось. В основном собственники предприятий-банкротов используют вывод активов (денежных средств и имущества) как способ «спасения» бизнеса. Недобросовестные предприниматели используют цепочки сделок по обмену активов с фирмами однодневками, создают фиктивную задолженность, активы переводят в офшор или паевые фонды, выводят собственность через исполнительное производство. Типичный пример: перед банкротством руководство фирмы заключает сделку по продаже принадлежавшего ей здания по цене в четверть своей реальной стоимости.

Схемы часто осуществляются в сговоре с «независимым» оценщиком, и организаторы схем прикрываются такими фиктивными оценками. Выводятся не только активы, но и деньги, для этого предприниматели придумали множество механизмов – фиктивные ссуды, залоги и вексельные операции.

Кредиторы виноваты отчасти сами – передав должнику значительные денежные средства или активы, они не считают нужным организовать процесс мониторинга финансового состояния должника. Кредиторы (особенно, из госсектора) полностью полагаются на закон, честность и порядочность контрагента. Но закон не совершенен, должники не всегда добропорядочны. Постоянный мониторинг кредитором финансового состояния должника позволил бы избежать огромного числа проблем и повысил бы процент взыскания в целом. Однако в России такой культуры пока нет.

К сожалению, безнаказанность позволяет собственникам компаний и банков проводить серийные банкротства. Провернув безнаказанно несколько финансовых схем, они начинают искренне верить в свою неуязвимость для статей арбитражного и уголовного кодекса. Но несмотря на негативный тренд последнего времени, законодательство о банкротстве за последние годы меняется, что должно упростить жизнь кредиторов. Потому, что до этого законодательство было настроено скорее на техническое исполнение процедуры банкротства, а не на возврат денежных средств.

Законодатель спешно латает и другие дыры в законодательстве, которые призваны защитить интересы кредиторов должника — расширены права конкурсных кредиторов в части определения порядка реализации имущества должника, увеличены сроки для обращения с заявлением о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.

Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц может стать основным инструментом в борьбе с недобросовестными предпринимателями. С помощью этого инструмента можно раскрыть вывод активов, привлечь ответственных лиц. Схемы по выводу хорошо выглядят только на бумаге, как правило, большинство сделок может развернуть арбитражный управляющий (закон подразумевает возможность оспорить сделки владельцев до банкротства).

Несмотря на печальную для кредиторов статистику, кредиторы вместе с управляющим не должны стесняться привлекать правоохранительные органы: заводить уголовные дела о мошенничестве, злостном уклонении от погашения кредиторской задолженности. Эта мера остудит энтузиазм должника или замедлит его действия. Нередко в результате следственных мероприятий выявляются новые обстоятельства дела и доказательства, которые потом можно будет использовать при оспаривании сделок.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 20 февраля 2018 > № 2505154 Вячеслав Локшин


Россия > Приватизация, инвестиции. Финансы, банки > gazeta.ru, 20 февраля 2018 > № 2504068 Александр Браверман

«Не должно быть надуманных причин для прекращения банковского обслуживания МСП»

Интервью с гендиректором Корпорации МСП Александром Браверманом

О банковском контроле над операциями малого и среднего бизнеса, необходимости развития гарантийных компаний в регионах и информационно-маркетинговой поддержке предпринимателей «Газете.Ru» рассказал глава Корпорации МСП Александр Браверман.

— «Бизнес-навигатор», ваш проект по поддержке малого и среднего бизнеса, работает уже 1,5 года. Как вы оцениваете его работу за прошедшее с запуска время? Есть ли какие-либо тенденции в их развитии?

— Ресурс успешно работает, он востребован предпринимателями. На сегодняшний день на портале зарегистрировано почти 700 тыс. пользователей, 540 тыс. из которых – это субъекты МСП. Все эти люди не просто зарегистрированы, но и активно используют сервисы портала для открытия или расширения своего бизнеса. Это немало, и в нынешнем году мы намерены продолжить работу по привлечению новых пользователей. Портал фактически позволяет предпринимателям избежать так называемой «рыночной слепоты», а на деле это означает сокращение числа неудачных проектов, которые заканчиваются закрытием бизнеса. Как следствие, это больше успешных бизнесов, стабильное увеличение числа рабочих мест, рост занятости у субъектов МСП.

— 540 тыс. зарегистрированных предпринимателей — какая это доля от общего числа российских МСП?

— Давайте мы с вами посмотрим. Всего Федеральная налоговая служба (ФНС) перешла рубеж в 6 млн. Из них около 30% сдают нулевую отчетность. Теперь об эффективности этих предприятий – там очень много поражений. Мы видим, что с помощью «Бизнес-навигатора МСП» в 30% случаев компании растут. И мы этот рост обязательно будем наращивать.

— Насколько известно, сейчас Корпорация создает систему рейтингов для региональных гарантийных организаций (РГО). Зачем это делается?

— Это нужно для того, чтобы РГО могли получить такую же первую категорию качества в Центральном банке, как и непосредственно Корпорация МСП. Такой статус означает отсутствие необходимости для банков резервировать средства. То есть это практически суверенная гарантия. Это расширение кредитной базы.

— То есть это не рэнкинг, а рейтинг, как работают рейтинговые агентства?

— Да, абсолютно. Но надо добавить, что мы только в начале пути создания такой системы и будем дальше продвигаться в этом направлении.

— Если говорить про финансирование малого и среднего бизнеса, в последнее время пошел процесс ужесточения контроля со стороны банков по тем средствам, которые проходят через компании. Как вы к этому относитесь?

— Это хорошо.

— Но ведь поступают сигналы о «перегибах на местах», что закрываются счета предпринимателей…

— Здесь надо определиться. Или мы просто безоглядно раздаем деньги, как сеятель, разбрасываем средства и не обращаем внимания на то, как они используются. Или мы все-таки совершенствуем ту систему контроля, которая касается хода проекта, мониторинга, какие это проекты, качественные или нет. Это уже другая история совершенно, здесь мы должны это делать.

— Вопрос в том, как это делать, чтобы не задеть добросовестных предпринимателей. Часто случается так, что закрывается счет, и бизнес не может осуществлять свою повседневную деятельность, не объяснив ту или иную операцию. И он может объяснить, но на проверку документов требуется время.

— А вот это плохо. Мы с вами говорили о разных вещах. Либо это подозрительные операции, и в этом случае по закону о банковской деятельности они должны быть пресечены или, как минимум, приостановлены до выяснения причин. Это одна история. Другое, когда банк закрывает счет по какой-то надуманной причине, совершенно необъяснимо. Но это другая история, и ее, безусловно, надо решать. Надо просто сделать реестр тех причин или поводов, по которым могут приостанавливаться, даже на минуту, деятельность предприятий, и сделать его исчерпывающим. Сделать список из десяти, условно, причин, но без одиннадцатой дописки «и иные причины». Тогда он будет действовать.

Россия > Приватизация, инвестиции. Финансы, банки > gazeta.ru, 20 февраля 2018 > № 2504068 Александр Браверман


Россия > Финансы, банки > banki.ru, 20 февраля 2018 > № 2502161 Ольга Кучерова

Жизнь на продажу

Банк России будет пристально следить за банками, продающими страхование жизни

«Жизнь» стала в России главным страховым продуктом

Страхование жизни стало главным видом страхования в России. Объем премий по страхованию жизни за 2017 год вырос в полтора раза. Но дальше сохранить такие темпы роста, скорее всего, не удастся. Что будет с жизнью дальше, прогнозируют эксперты рынка.

Разгон-торможение

«Жизнь» растет опережающими темпами и уже стала самым весомым сегментом страхового рынка, опередив прежних лидеров по сборам — ОСАГО и ДМС. Сборы по страхованию жизни выросли в 2017 году на 53,3% — до 328,5 млрд рублей. Всего же 23 страховщика жизни, входящие в Ассоциацию страховщиков жизни (АСЖ) и представляющие 99,5% рынка страхования жизни, за 12 месяцев 2017 года по всем видам личного страхования собрали 356,3 млрд рублей. Общий прирост премий (и в сегменте life, и в non-life) составил 44%.

Общий размер страховых выплат членов АСЖ за 12 месяцев 2017 года увеличился на 14,8% по сравнению с выплатами страховщиков за аналогичный период предыдущего года и составил 43,7 млрд рублей, сообщил президент Всероссийского союза страховщиков (ВСС) Игорь Юргенс. Выплаты по страхованию жизни увеличились на 22,2% и составили 34,5 млрд рублей.

Как отмечает руководитель комитета ВСС по развитию страхования жизни Максим Чернин, на первом месте и по объемам, и по темпам прироста — инвестиционное страхование жизни (ИСЖ). «В прошлом году оно начало тянуть за собой накопительное страхование жизни (НСЖ), там темпы роста тоже в районе 30—40%. Кредитное страхование жизни восстановилось, потому что объем выдачи кредитов стал расти, а рисковое страхование жизни сейчас продается в первую очередь через продукты страхования от несчастного случая, которые есть и в life-сегменте и в non-life», — рассказал Чернин. Он также отметил, что сейчас хорошо развиваются «сервисные» продукты: страхование от критических заболеваний, второе медицинское мнение, телемедицина — все, что касается не только денежной выплаты, но и превентивных мер и сервисной помощи. По его мнению, эти направления могут стать самым быстрорастущим сегментом — за счет эффекта низкой базы.

Комментируя итоги 2017 года в страховании жизни, Игорь Юргенс сообщил, что темпы роста по сравнению с предыдущими периодами замедлились. «Взрывные показатели прошлых лет связаны с эффектом низкой базы, — сказал он. — Однако и рост в 2017 году можно считать значительным — никакой другой финансовый сектор не может похвастаться такими результатами. Ожидаем, что в 2018 году темпы роста продолжат замедляться, однако тенденция двузначного роста сохранится и рынок прибавит 25%».

Максим Чернин полагает, что это минимум роста для 2018 года. «25% — это, мне кажется, довольно консервативная оценка, потому что рост продолжается. Будет ли 30% или 60% — зависит от того, что будет происходить на рынке депозитов. Если вдруг ставки по депозитам по той или иной причине начнут расти, инвестиционное страхование жизни будет развиваться чуть медленнее. Но трендов на повышение ставок я лично пока не вижу», — говорит эксперт.

По словам Юргенса, замедление в том числе связано с тем, что накоплена уже внушительная база: резервы под управлением, оценочно, превышают 600 млрд рублей. Объем средств ПИФов втрое меньше — 200 млрд рублей.

Президент АСЖ и президент компании «МетЛайф» Александр Зарецкий также считает, что в 2018 году будет трудно сохранить нынешний темп роста без активных действий со стороны всех участников рынка и регуляторов. Актуальными направлениями развития рынка, по его мнению, являются продвижение новых продуктов и реализация пакета стимулирующих мер. Он также считает необходимым включение страховых компаний в пенсионную реформу, так как у них накоплено достаточно компетенций для управления пенсионными деньгами. По оценке вице-президента ВСС Максима Данилова, присоединение страховщиков к пенсионной реформе в пятилетней перспективе при благоприятном налоговом режиме может увеличить объем рынка страхования жизни в 3—4 раза.

Стандарты «теплоты взаимодействия»

Активное или неактивное развитие рынка будет зависеть от уровня удовлетворенности клиента — в этом сходятся все эксперты по страхованию жизни. А так как локомотивом все-таки является инвестиционное страхование жизни, которое на 90% продается через банки, много будет зависеть от подхода банков — как они себя будут вести в условиях падения ставок по депозитам. Очень важно, чтобы все участники рынка ответственно подходили к экономике этого продукта, подчеркивают страховщики. Максим Чернин, в частности, считает, что от «теплоты взаимодействия» страховщика с клиентом сейчас очень многое зависит: ведь в страховании жизни клиент идет не только за деньгами, но и за помощью.

Поведение банков как агентов страховщиков будет напрямую контролироваться ЦБ РФ. К страховщикам жизни уже с прошлого года приковано пристальное внимание регулятора. Директор департамента страхового рынка ЦБ РФ Игорь Жук неоднократно заявлял, что страховщики жизни с развитием отрасли вошли в «повышенную зону ответственности». Поэтому Банк России будет следить за их деятельностью, контролируя этот сегмент рынка наравне с контролем ОСАГО, страхованием перевозчиков, туроператоров и застройщиков. «Компании по «жизни» ворвались в контур нашего особого внимания», — сказал Жук журналистам, добавив, что регулятор будет проводить проверки и направлять запросы в компании по страхованию жизни.

Представитель Банка России также настоятельно рекомендовал СРО страховщиков как можно скорее принять соответствующие стандарты. По его словам, в России растет количество так называемых внутренних инвесторов, именно поэтому драйвером рынка является ИСЖ. «Нам бы очень хотелось, чтобы этот тренд с увеличением сборов подкреплялся стандартами качества. Это задание, которое стоит перед профессиональным сообществом, а курировать его будет Банк России, — отметил Игорь Жук. — Нам бы хотелось, чтобы потребители страхования жизни четко понимали, что им предлагается, какие условия заключения, перезаключения (договоров)».

В ВСС уже готовят отдельный стандарт по страхованию жизни. Он в ближайшее время будет обсуждаться внутри союза. Как пояснил глава профильного комитета ВСС Максим Чернин, одним из стандартов должно стать донесение ключевой информации о продукте (в первую очередь ИСЖ) до клиента в максимально доступной форме. В частности, обсуждается, что помимо многостраничного договора, в котором должны прописываться все детали, страховщики обязаны будут выводить на одну страницу крупным шрифтом самое важное — так, чтобы не прочитать это было невозможно. Обсуждается также обязательность «приветственных звонков» от страховщика новым клиентам — чтобы вовремя выявить и скорректировать при необходимости промашки банков-продавцов. Это должно сократить долю мисселинга — продаж страхового инвестиционного продукта под видом банковского депозита или продукта с гарантированной доходностью.

По словам Игоря Жука, особое место в стандартах должно быть уделено прозрачности отношений страховщика и клиента. Должен быть отражен «период охлаждения» (срок, в течение которого клиент может передумать и расторгнуть договор без потерь, — с 2018 года 14 дней). Как сообщили в ВСС, СРО страховщиков в течение двух месяцев планирует принять стандарты по страхованию жизни.

Максим Данилов, курирующий страхование жизни, пообещал, что контроль за соблюдением стандартов со стороны союза будет жестким, и назвал его «поведенческим надзором». За их нарушение страховщикам грозят штрафы в размере от 600 тыс. рублей и исключение из СРО, что неизбежно влечет за собой отзыв лицензии Банком России

9 380% роста

Лидером рынка остается компания «Сбербанк Страхование жизни», собравшая в 2017 году более 101,36 млрд рублей премии (около 31% всего объема по страхованию жизни). Ближайшие конкуренты — «РГС-Жизнь» и «АльфаСтрахование-Жизнь» — держатся на почтительном расстоянии с результатами 53,50 млрд и 52,33 млрд рублей премии соответственно. Тройка лидеров совместно контролирует более 60% всего рынка страхования жизни (по объему собранных премий). Занимающие четвертое и пятое места «Ренессанс Жизнь» и «ВТБ Страхование жизни» также заметно отстают от первой тройки (21,15 млрд и 20,87 млрд рублей). На долю пятерки лидеров приходится около 76% всех собранных премий.

Лидерами по выплатам стали «РГС-Жизнь» (7,77 млрд рублей), «Сбербанк Страхование жизни» (5,21 млрд рублей), «АльфаСтрахование-Жизнь» (5,17 млрд рублей), у которых подошли уже сроки закрытия по большому количеству договоров (РГС и «Альфа» одними из первых вышли на рынок).

Лидерами роста стали «ВСК Линия жизни», «Югория-Жизнь», СК «Благосостояние», «Русский стандарт Страхование», «СОГАЗ-Жизнь» — все они показали более чем двукратный рост премий. Несмотря на это, ни одной из этих динамично развивающихся компаний не удалось войти в пятерку лидеров по сборам: «ВСК Линия жизни» с рекордными темпами прироста (почти 9 380%) оказалась лишь шестой, «СОГАЗ-Жизнь» заняла седьмое место, «Русский стандарт Страхование» — 12-е. СК «Благосостояние» и «Югория-Жизнь» даже не вошли в 15 крупнейших компаний по сборам.

К слову, судьба обоих этих страховщиков под большим вопросом. Первый уже влился в группу «Ренессанс Страхование» после сделки по объединению страховых активов между «Ренессансом» и НПФ «Благосостояние», что, по словам генерального директора «Ренессанс Life» Олега Киселева, не оказало сильного влияния на бизнес. Этот бренд, скорее всего, сохранен не будет. В свою очередь, на «Югорию» (возможно, вместе с «жизнью») имеет виды страховая компания «Опора», агрессивно скупающая все, что «плохо лежит», (неплохие страховые компании, попавшие в трудную ситуацию, или «плохие» портфели по ОСАГО), — разрешение ФАС на сделку она уже получила.

Топ-15 страховщиков жизни по сборам

Компания

Премии (тыс. руб.)

Выплаты (тыс. руб.)

   

Сборы по СЖ

Всего

Выплаты по СЖ

Всего

1

Сбербанк Страхование жизни

101 359 448

102 075 306

5 214 833

5 257 942

2

Росгосстрах-Жизнь

53 509 946

57 277 551

7 770 683

8 403 497

3

АльфаСтрахование-Жизнь

52 333 589

52 465 357

5 171 179

5 198 511

4

Ренессанс Жизнь

21 151 444

23 881 032

1 328 906

1 420 653

5

ВТБ Страхование жизни

20 866 744

20 866 762

383 011

383 011

6

ВСК Линия жизни

11 757 382

13 438 827

69 445

1 463 225

7

СОГАЗ-Жизнь

11 970 027

12 036 455

3 489 978

3 500 245

8

Ингосстрах-Жизнь

10 362 906

11 108 305

416 722

790 675

9

Сосьете Женераль Страхование жизни

8 206 111

10 096 476

530 482

589 910

10

Альянс Жизнь

1 928 960

8 705 063

2 434 777

7 056 955

11

Метлайф

4 823 731

7 310 009

2 351 908

3 377 257

12

Русский стандарт Страхование

4 829 654

6 164 594

17 585

82 776

13

Райффайзен Лайф

5 474 348

5 936 175

994 950

1 004 910

14

СивЛайф

5 642 142

5 879 339

2 206 628

2 220 141

15

Уралсиб Жизнь

4 979 037

4 983 613

122 922

141 078

             

Топ-10 страховщиков жизни по динамике роста

Компания

Динамика прироста (%)

ВСК Линия жизни

9 378,70

Югория-Жизнь

564,10

Благосостояние

287,80

Русский стандарт Страхование

269,00

СОГАЗ-Жизнь

200,20

Сосьете Женераль Страхование жизни

78,70

Ингосстрах-Жизнь

74,00

АльфаСтрахование-Жизнь

71,50

Сбербанк Страхование жизни

67,50

ВТБ Страхование жизни

57,20

Уралсиб Жизнь

54,50

Росгосстрах-Жизнь

32,20

Ольга КУЧЕРОВА, Banki.ru

Россия > Финансы, банки > banki.ru, 20 февраля 2018 > № 2502161 Ольга Кучерова


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 19 февраля 2018 > № 2502305 Наталья Смирнова

Процент на остаток. Пять альтернатив банковским вкладам в 2018 году

Наталья Смирнова

гендиректор компании «Персональный советник»

Еще несколько лет назад иметь вклад в банке считалось признаком рачительного отношения к деньгам. Но эпоха, когда сбережения хотелось сохранить, прошла, и сегодня даже пенсионеры не считают депозиты серьезной инвестицией в будущее

Спад в экономике — депрессия и уныние лишь для некоторых. Большинству он все же приносит эмоциональную встряску и заставляет делать то, о чем раньше было страшно даже подумать. В разгар кризиса 2008 года безработные начали открывать собственное дело, а те, кто не хотел рисковать и идти в бизнес, осваивали новые профессии. Валютный кризис 2014 года повысил финансовую грамотность россиян: многие поняли, что, оказывается, живут в мире валютных колебаний, а значит, думать надо не только о сохранении, но и о приумножении сбережений, и что для этого есть масса инструментов.

Встряску испытали не только молодые. Осознав, что удачно вложить можно даже 1000 рублей, пожилые люди, выкроив небольшую часть денег из пенсии, принялись осваивать разные способы инвестиций. За примерами далеко ходить не надо: моя 93-летняя бабушка в январе прошлого года купила биткоин и в декабре вышла из него. А еще она открыла зарубежный брокерский счет и прекрасно разбирается в металлических вкладах. Итак, как лучше распорядиться свободными деньгами в условиях падения ставок по депозитам?

Корпоративные облигации

Раньше из-за налоговых издержек вложения в корпоративные облигации оказывались не очень выгодными, и этим отчасти объяснялось нежелание людей выходить на финансовый рынок. Однако в марте прошлого года Госдума ввела льготное налогообложение в отношении рублевых корпоративных облигаций, выпущенных с 1 января 2017 года. Заплатить налог придется лишь в том случае, если купон превышает ключевую ставку ЦБ на 5 п. п. и более.

Облигации являются одним из самых популярных, наименее рискованных и самых доступных инструментов фондового рынка. Во-первых, порог входа на этот рынок невысок: минимальный лот для рублевых бондов составляет 1000 рублей, а порог входа для еврооблигаций начинается от $1000. Во-вторых, заработать на рублевых облигациях можно до 10% годовых (если речь идет о ценных бумагах российских предприятий).

По надежности облигации ничуть не уступают банковскому депозиту. Это достаточно консервативный инструмент, который особенно подходит для начинающего инвестора: если купить облигации надежного эмитента, да еще с фиксированным купоном, можно спокойно прожить до срока погашения, зная точно, на какой доход ты можешь рассчитывать.

У облигаций есть один минус — они не страхуются. Если эмитент обанкротится, можно потерять все свои вложения. Или если у компании возникла временная нехватка наличности — может произойти технический дефолт. Это означает, что в какой-то срок инвестор не получит купонный доход и потом с ним будут согласовывать реструктуризацию долга. Также несмотря на то, что облигации можно продать досрочно, делать это следует только при благоприятной ситуации на рынке и ближе к сроку выплаты купона. Иначе досрочный выкуп ценных бумаг обернется для инвестора потерями.

Краудинвестинг

В последнее время набирает обороты такой финансовый инструмент, как краудинвестинг — коллективное финансирование бизнеса широким кругом инвесторов. В 2017 году совокупный объем российского рынка составил более 1,8 млрд рублей. Его ведущими участниками являются площадки StartTrack (создана при поддержке ФРИИ), «Город денег» и Venture Club. Если раньше в бизнес вкладывались в основном крупные предприниматели с капиталами в несколько миллионов долларов, то сегодня их ряды пополняют представители среднего класса, имеющие на руках небольшие суммы, — собственные сбережения или годовые премии.

Так, одна из клиенток нашей компании, получив в 2014 году годовой бонус в размере 3 млн рублей, не знала, как ей лучше поступить: инвестировать деньги куда-либо или погасить ими остаток по ипотеке, взятой под 8% годовых.

По кредиту оставалось платить еще два года, проценты почти уже были погашены. Мы посоветовали ей инвестировать в бизнес через краудлендинг (народное кредитование в расчете на возврат денег с процентами). Через год девушка получила дополнительный доход в размере 400 000 рублей и смогла не только закрыть ипотечный кредит, но и сделать ремонт в квартире. Если заключить с компанией договор займа (тот самый краудлендинг), можно получить 20-25% годовых. Конечно, некоторые боятся инвестировать в молодые компании, что неудивительно: риск таких вложений на порядок выше, чем при размещении средств на депозитах, хоть краудинвестинговые площадки и проводят экспертизу проектов, привлекающих через них финансирование.

Однако за такие проценты на риск пойдет даже самый осторожный человек. Тем более что для вложений, как правило, нужны небольшие суммы.

Входить в капитал инвесторы предпочитают реже — всех волнует вопрос ликвидности покупаемых активов: продать долю в стартапе непросто. Хотя, если уж совсем ничего не бояться и верить в успех компании, через два-три года вложения можно увеличить кратно — в 10-15 раз.

Структурные продукты

Тот, кто не доверяет собственной интуиции и полагается исключительно на мнение профессионалов, может приобрести у банка, брокера или управляющей компании структурный продукт. «Структурка» (так сокращенно называют этот продукт финансисты) представляет собой инвестиционный портфель, который формируется из двух и более финансовых инструментов: банковских вкладов, инвестиций в недвижимость, драгметаллов, ценных бумаг и так далее. Наиболее распространенное сочетание — опционы и облигации. Финансовые активы распределяются таким образом, чтобы доходность безрисковой части покрывала возможные потери рисковой части вложений.

Порог входа в структурный продукт высокий: минимум $5000–10 000, если речь идет о долларовом продукте, и 100 000–200 000 рублей, если о рублевом. При этом доход по «структурке», как правило, не гарантируется. Он может быть выплачен только при определенных условиях, заложенных в стратегию. В структурных продуктах обычно «сидят» до конца (от года до трех лет), поскольку это не самый ликвидный инструмент. Зато, если проявить терпение, можно получить доходность выше, чем по облигациям: например, структурный продукт в евро может быть с потенциальной доходностью 4% годовых, а в долларах — 15%.

Дивидендные акции

Название говорит само за себя — это акции компаний, которые выплачивают дивиденды. В рублях доход может составлять 13-15% годовых, а в долларах — 2-4%. Если компания прекрасно себя чувствует на рынке, безболезненно переживает кризисы, держатель акций будет получать регулярный доход. А если акция выросла в цене, то это еще и дополнительный доход в размере 10-15% годовых.

Акции — один из самых ликвидных инструментов, так как их в любой момент можно продать. Но я зачастую не рекомендую этого делать даже в кризисное время (если речь, конечно, идет о зрелых и прибыльных компаниях). В 2008 году буквально за полгода можно было потерять 30-40% и более от вложений. И все же для многих предприятий кризис — временное явление, они все равно переживут рецессию и обвал рынка. На это нужно психологически настроиться и уметь ждать восстановления.

Недвижимость

Излюбленный инструмент инвестиций тех, кому за 65. Однако выбравшим этот вариант не стоит сдавать в аренду жилье, купленное в ипотечный кредит в России, — доход от таких инвестиций может оказаться ниже, чем по банковскому вкладу. Если и ориентироваться на недвижимость, то лучше на коммерческую — например, заключить договор с компанией, управляющей апарт-отелями. Доходность по ним может составить 10% годовых.

Также я бы посоветовала вариант сдачи в аренду ипотечной квартиры за рубежом — к примеру, в Германии, где люди предпочитают не обзаводиться собственным жильем до последнего. Порог входа на этот рынок вполне комфортен — от €30 000, а средний ежегодный доход составляет 6-7%, причем деньги можно получать на ежемесячной или ежеквартальной основе.

Для тех же, кто спокойно относится к понятию «мой дом — моя крепость» и не спешат зарабатывать на аренде собственной недвижимости, лучший вариант — стать участником паевого инвестиционного фонда недвижимости за границей, в том числе торгующегося на бирже (REIT). В Европе и США такая практика очень распространена и дает возможность пайщикам получать доход в размере 7-8% годовых.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 19 февраля 2018 > № 2502305 Наталья Смирнова


Россия > Финансы, банки > banki.ru, 19 февраля 2018 > № 2502162 Альберт Кошкаров

Молчание — золото?

Стоит ли доверять свою пенсию государству

Молчание — золото, если ты веришь, что государство будет способно платить пенсии и через 10—20 лет

Очередной отток «молчунов» из государственной управляющей компании приведет к потерям 20% их накоплений, сообщил недавно первый зампред ВЭБа Николай Цехомский. Банки.ру решил разобраться, почему, несмотря на потери, граждане бегут от государства и правы ли они.

Личный опыт: почему я расстался с государством

Мои пенсионные накопления сейчас лежат в одном из частных фондов. Расстаться с государством я решил еще в 2011 году. Надоело расшифровывать «письма счастья» от ПФР, а сервиса на Госуслугах, где ясно и четко растолковали бы, сколько взносов перечислил работодатель и насколько эффективно ими распорядился управляющий, тогда не существовало. Кроме того, рассуждал я тогда, частные фонды должны более эффективно распорядиться моими накоплениями. Во-первых, они заинтересованы, чтобы я не ушел к конкурентам. А во-вторых, у НПФ были более широкие инвестиционные возможности. Управляющие ВЭБа тогда почти всё инвестировали в госбумаги.

Проблемы выбрать фонд не было: тогда еще не рухнули пенсионные группы банкира Анатолия Мотылева и выходца из АФК «Система» Евгения Новицкого. Тем более что я как финансовый журналист был знаком с управляющими и топ-менеджерами многих НПФ. Личное знакомство все и решило: я решился перевести деньги в фонд, принадлежавший одному из госбанков. Заодно уговорил перевести туда свои накопления и супругу.

Выбирал не по критерию доходности, а по надежности, поэтому мелкие фонды априори меня не интересовали. Напомню, что гарантий государства по возврату пенсионных накоплений до 2013 года, когда был принят закон, не существовало. Отдавать деньги лидерам рынка (НПФ «Благосостояние» и НПФ «Лукойл-Гарант») я не хотел, поскольку всегда считал, что участвовать в проекте «для своих» человеку «с улицы» не стоит. Выбранный мной фонд как раз тогда начал активную кампанию по привлечению клиентов «с рынка».

Сейчас на моем индивидуальном пенсионном счете скопилось уже больше 300 тыс. рублей, около четверти этой суммы составляет инвестиционный доход. При этом доходность выбранного мной НПФ была далеко не самой высокой на рынке. Для интереса я решил подсчитать, что было бы, если бы я выбрал другой НПФ или остался «молчуном». Чтобы упростить расчеты, я решил округлить сумму взносов, которые за это время перечислили мои работодатели с 2011 года, до 200 тыс. рублей. Поступление новых взносов от работодателей я не учитывал, тем более что они были только до 2014 года. Для расчетов использовал данные, которые раскрывают НПФ. Доходность фонда (с 2012 года) брал реальную, то есть начисленную на счета клиентов. Доходность в 2017-м я брал за девять месяцев, поскольку регулятор еще не раскрывал данных за год.

В итоге получилось следующее: условные 200 тыс. рублей в моем НПФ к концу 2017 года выросли бы примерно до 309 тыс. рублей. А если бы я остался «молчуном», к этому времени у меня бы накопилось около 320 тыс. рублей (если бы я выбрал расширенный портфель). И около 304 тыс. рублей, если бы предпочел портфель госбумаг (в 2014 году портфель госбумаг показал отрицательную доходность). Данные по ВЭБу — взяты на сайте ПФР.

А вот что было бы, если бы я решил доверить 200 тыс. рублей другому фонду, с более агрессивной стратегией (условно фонд «ХХХ»). Для расчетов я также использовал начисленную на счета доходность одного из НПФ, входящего в топ-10 по числу клиентов. По расчетам, к концу 2017 года на моем счете скопилось бы 323 тыс. рублей. Еще один фонд, также входящий в топ-10, показал результат 301 тыс. рублей. Таким образом, получается, мой выбор был не худшим, но и не лучшим.

Кто доходнее

Если честно, то сейчас, предложи мне какой-нибудь «хороший НПФ» перевести к ним свои накопления «под соусом» более высокой доходности, то, наверное, прежде чем «бежать от государства», я бы еще сто раз подумал. Риск потерять инвестиционный доход, о котором наперебой предупреждают последнее время и чиновники — представители пенсионной индустрии, не единственная причина. Хотя и существенная. Напомним, что несколько лет назад государство ввело правило «пятилеток»: по нему НПФ или ВЭБ получили право оставить заработанные инвестиционные доходы у себя, отдав «досрочнику» только «тело»: полученные от работодателя взносы плюс доходы предшествующего периода.

Однако «молчунов», ежегодно забирающих у ВЭБа миллиарды рублей своих накоплений, этот фактор, похоже, не смущает. По данным ВЭБа, только по итогам кампании 2016 года «молчуны» перевели в НПФ около 255 млрд рублей, потеряв на этом 27 млрд за досрочный перевод. В этом году история с потерей инвестдохода может повториться. По оценкам того же ВЭБа, потери «молчунов» в результате досрочного перехода в 2016—2017 годах могут составить 20% накоплений. В прошлом году заявления о переводе пенсии в НПФ написали 3,3 млн человек (в 2016 году забравших у государства пенсию было 4,7 млн человек). Получается, что, забирая деньги сейчас, будущие пенсионеры просто дарят свои кровные государству, а весь профит получают агенты НПФ и ПФР. Логика подсказывает, что, возможно, лучше подождать пару лет, а заодно и посмотреть, какую доходность покажет государственная УК.

Судя по результатам последних лет, ВЭБ показывает весьма неплохие результаты. В 2015 году его доходность по расширенному портфелю была около 13,15%, в 2016-м — 10,53%, в прошлом году государственные управляющие заработали 8,59%. Если посмотреть на доходность НПФ (данные с сайта ЦБ), то такой результат в 2015 году показали 19 фондов, в 2016-м «обыграть» государство удалось 17 фондам. Итогов прошлого года пока нет, однако несколько фондов уже отчитались об убытках за январь — сентябрь. И скорее всего, история с активами банков, которые сейчас находятся в стадии санации, еще долго будет сказываться на результатах фондов, вкладывавших деньги в их бумаги.

В последнее время доходность негосударственного сектора постоянно (за исключением 2014-го) отстает от результатов государственной УК. Об этом говорят расчеты, сделанные аналитиками Ассоциации негосударственных пенсионных фондов (АНПФ). «В последние годы финансовый рынок по понятным причинам лихорадит, из-за чего в условиях снижающейся инфляции консервативные стратегии, которой, в частности, придерживается и ВЭБ, часто оказываются более эффективными. В портфелях ВЭБа в значительной части присутствуют депозиты и облигации, доходность которых привязана к инфляции», — поясняет руководитель аналитической службы АНПФ Евгений Биезбардис.

По словам аналитика, на доходности ВЭБа позитивно сказывается отток клиентов: дело в том, что по закону передать деньги «молчунов», выбравших НПФ или частные УК, государственные управляющие должны до 31 марта. Получается, что доходы, которые ВЭБ заработал в I квартале, после оттока клиентов становятся базисом для итогов всего года. Такая ситуация характерна для всех фондов-доноров, у которых наблюдается отток клиентов. Они показывают сравнительно более высокую доходность по итогам года», — указывает Биезбардис.

Вместе с тем, если посмотреть более долгосрочный период, пока накопленная доходность у большинства НПФ существенно превышает результаты государственной УК. В частности, накопленная доходность за 2009—2016 годы у НПФ Сбербанка, по расчетам АНПФ, составляет почти 100%, у его конкурента НПФ ВТБ — 86,5%. Накопленная доходность государственной УК за тот же период — 80,3% по расширенному и 52% по портфелю госбумаг.

Крупнейшие НПФ по накопленной доходности в 2009—2016 годах

Фонд Накопленная доходность, в %
РГС 120,75
«Доверие» 118,68
НПФ Сбербанка 99,16
«Газфонд ПН» 96,25
«Лукойл-Гарант» 94,65
В среднем по НПФ 91,02
НПФ ВТБ 86,5
НПФ Электроэнергетики 85,82
«КИТ Финанс» 85,77
«Согласие» 82,35
ВЭБ (расширенный) 80,29
«Промагрофонд» 77,99%
«Сафмар» 70,06
ВЭБ (госбумаг) 52,06

Источник: АНПФ

Такая разница в доходности связана не только с тем, что частные управляющие более эффективно распоряжались деньгами будущих пенсионеров в условиях, когда рос фондовый рынок, но и тем, что многие игроки вышли на рынок обязательного пенсионного страхования только в 2009—2010 годах. «В итоге они не имели проблем, связанных с кризисом в 2008 году», — поясняет Евгений Биезбардис. По его словам, если фондовые индексы снова пойдут вверх, то НПФ с агрессивной стратегией получат преимущество и могут заработать больше, чем те, кто придерживается консервативной стратегии, привязанной к инфляции и депозитам.

Кризис доверия

Покажет или нет фондовый рынок рост в условиях санкций, колебаний нефтяных цен и роста доходностей американских облигаций, сейчас можно только гадать. Но пока, судя по доходности, которую демонстрирует государственная УК, выгоднее оставаться «молчуном». По крайней мере, в моем случае: результаты выбранного мной НПФ последние годы явно ниже, чем у ВЭБа.

Не радуют и последние новости. Если кто не в курсе, то рассказываю: в Госдуме во втором чтении приняли поправки к закону «О негосударственных пенсионных фондах», вводящие постоянное вознаграждение для НПФ — management fee. Оно составит 0,75% от активов, которыми владеет фонд. Разумеется, эти расходы управляющие переложат на клиентов. То есть нам с вами придется, помимо 15% от доходов, которые платятся сейчас, еще регулярно выплачивать комиссию за управление. Причем независимо от того, сколько заработает НПФ. Правда, как разъяснил ЦБ, если по результатам пятилетнего периода фонд получит убыток, часть вознаграждения придется вернуть.

С точки зрения всей этой логики непонятно, почему же каждый год миллионы россиян, невзирая на риск потерять инвестиционный доход, переводят свои пенсионные накопления из ВЭБа в частные УК и НПФ? Какими такими «плюшками» фонды заманивают к себе граждан? Участники рынка кивают в сторону агентов, которые чуть ли не обманом принуждают граждан выводить свои деньги из государственной УК. Наверняка при посещении офиса крупного банка многие сталкивались с улыбчивыми операционистами, хвастающими доходностью аффилированного НПФ? Однако, как считает глава Национальной ассоциации пенсионных фондов Константин Угрюмов, главная причина заключается в тотальном недоверии граждан к государственной пенсионной системе. «Доверие населения к государственной пенсионной системе продолжает снижаться. Причина в продолжающемся моратории на формирование пенсионных накоплений. «Молчуны» опасаются, что в результате продолжающейся реформы государство отберет у них и те накопления, которые они сформировали до 2014 года. И пытаются сохранить их, переведя в НПФ», — комментирует он.

В НПФ «Будущее» говорят, что, возможно, написавшие заявления о переходе люди либо не информированы о том, что их средства, находясь в ПФР, также работают через ВЭБ, либо рассчитывают получить в долгосрочной перспективе более высокую доходность. «Также переходы, возможно, могут быть связаны с негативным информационным фоном вокруг решения о продлении моратория на «заморозку» накопительной части пенсии», — говорит представитель фонда.

«Государство само частенько подыгрывает НПФ, когда чуть ли не каждый год меняет правила игры. Чего стоило только обсуждение ИПК», — отмечает топ-менеджер крупного фонда. Он напоминает, что концепция индивидуального пенсионного капитала была озвучена Минфином и ЦБ осенью 2016 года и, в частности, предполагала, что накопления «молчунов» могут быть трансформированы в баллы ПФР. «В результате мы получили новый приток клиентов», — радуется финансист.

«Вопрос в доверии: если человек больше доверяет государству и уверен, что в какой-то момент оно не изымет его накопления из ВЭБа, ему лучше оставаться «молчуном», — считает Угрюмов. Представители фондов советуют не спешить менять управляющего, ведь в условиях падающих ставок, даже если выбранный вами НПФ показывает доходность на 1—2 пункта больше, чем ваш, не факт, что он сможет компенсировать потерянный инвестиционный доход. Кроме того, эксперты советуют не уходить из ВЭБа в НПФ той категории граждан, кто через год-два планирует обращаться в Пенсионный фонд за назначением пенсии по старости. В этом случае они, скорее всего, потеряют.

Альберт КОШКАРОВ, Banki.ru

Россия > Финансы, банки > banki.ru, 19 февраля 2018 > № 2502162 Альберт Кошкаров


Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > bankir.ru, 19 февраля 2018 > № 2502156 Ирина Цветкова

Ссуда для суда: как малому и среднему бизнесу найти деньги на судебную защиту

ИРИНА ЦВЕТКОВА

основатель сервиса Platforma

При возникновении правовых споров представители малого и среднего бизнеса порой сталкиваются с ситуацией, когда им не хватает средств на судебные издержки. Где же лучше искать деньги на судебную защиту небольшим компаниям?

В условиях ограниченного бюджета отказ от защиты своих прав, например в споре с контрагентом, оказавшим некачественные услуги, может стоить владельцу стартапа всего бизнеса. В то же время расходы на судебное разбирательство также могут сильно отразиться на бюджете компании. Заплатить госпошлину в России – это не так уж и дорого по сравнению со ставками в иностранных судах. Так, например, при сумме иска 5 млн рублей в арбитражном суде госпошлина составит 48 тыс. рублей. Но расходы на услуги адвоката могут быть значительными в зависимости от сложности спора, региона его рассмотрения и других факторов. Согласно ежегодному иccледованию VETA, стоимость услуг по представлению интересов заказчиков в судах в 2016 году в среднем ценовом сегменте колебалась от 100 тыс. до 500 тыс. рублей. Плюс к этому в некоторых делах могут добавиться и другие расходы, например затраты на экспертизу.

В такой ситуации при отсутствии средств на услуги адвоката у любого представителя малого бизнеса возникает дилемма: решать проблему самому или попытаться использовать новые схемы покрытия судебных расходов.

Сам себе юрист

Утверждение Бернарда Шоу, что всякая профессия есть заговор против непосвященного, может быть опровергнуто, если истец, даже не будучи адвокатом, сможет погрузиться в тему и грамотно выстроить свою линию защиты в суде. Но даже в случае самостоятельного отстаивания своих прав не лишним будет получить первичную консультацию у адвоката, разбирающегося в специфике данных дел, чтобы тот оценил шансы на успех.

В 2016 году истец обратился с иском к Сбербанку России и компании «Сбербанк страхование жизни» о признании договора страхования по кредиту ничтожным. По мнению истца, данный договор был навязан сотрудниками банка. Однако доказательств того, что обращался в банк с предложением заключить кредитный договор без заключения договора страхования и при этом получил отказ, истец предоставить не смог. Плюс к этому, согласно договору, гражданин был вправе в течение 14 дней обратиться с заявлением о расторжении договора страхования, однако сделал это только спустя восемь месяцев. В итоге гражданину было отказано в удовлетворении исковых требований.

Учитывая данные обстоятельства, если бы истец вовремя обратился к специалисту и получил грамотную консультацию, возможно, он сэкономил бы время. Или дело вовсе не дошло бы до суда. Более того, по некоторым вопросам можно получить консультацию онлайн.

Существует большое количество онлайн-сервисов по поиску адвокатов, которые позволяют клиентам найти квалифицированного специалиста в любом городе России. Ряд сервисов берет комиссию за посредничество между юристом и клиентом. Есть и бесплатные для клиентов сервисы, которые позволяют найти адвоката, работающего за фиксированное вознаграждение, за «гонорар успеха» – с оплатой по результату, или pro bono – без оплаты, инициировать коллективный иск или присоединиться к коллективному иску. Для решения любых правовых вопросов, от мелких до подачи иска по крупным международным спорам, достаточно ввести критерии отбора и выбрать юриста в зависимости от его опыта, рейтинга и отзывов других пользователей.

Адвокат за «гонорар успеха»

В случаях, когда закон на вашей стороне, но нет возможности самостоятельно отстаивать свои права и покрыть расходы на адвоката, можно найти специалиста, который возьмется вести дело за «гонорар успеха». Это модель, при которой адвокат получает оплату за свои услуги только в том случае, если выигрывает дело.

Работать по такой схеме выгодно адвокатам при сложных делах, когда гонорар может значительно превышать стандартную фиксированную ставку. Оплата адвоката в таком случае может составить 10–30% от суммы иска. «Гонорар успеха» выгоден и истцам, которые могут оплатить услуги специалиста только после выигрыша. Особенно это актуально для представителей малого и среднего бизнеса, у которых порой нет свободных средств на правовое сопровождение дела.

Разберем такой случай. Между истцом – малым предпринимателем и ответчиком был заключен договор аренды квартиры. По договору истец снимает квартиру для осуществления предпринимательской деятельности, а именно – сдачи внаем меблированных комнат. Ответчик (арендодатель) во внесудебном порядке выселил клиентов арендатора из квартиры, начал препятствовать пользованию квартирой и поменял замки в двери. Истец обратился в суд с иском о взыскании предусмотренного договором штрафа в размере 20 тыс. рублей за каждый день таких препятствий, что на сегодняшний момент уже составило 5,5 млн рублей.

Сначала в иске было отказано: суд признал договор недействительным. Но вышестоящий суд отменил решение и направил дело на новое рассмотрение по существу. Для продолжения разбирательств истец ищет адвоката, готового вести дело за «гонорар успеха» без предоплаты.

Как видно из данного примера, даже в случаях, когда изначально истцы действуют самостоятельно, дело может затянуться и принять новый оборот. При этом истцы обращаются для поиска адвокатов, готовых работать за «гонорар успеха», на разных стадиях судебного разбирательства.

Но не всегда адвокаты готовы взяться за заведомо выигрышные дела при отсутствии у клиента средств, за «гонорар успеха». Так, управляющий партнер юридической группы «Яковлев и партнеры» Андрей Яковлев рассказывает, что полтора года назад к нему обратился клиент, которому надо было вести дело за рубежом и платить достаточно большие пошлины в зарубежном суде. «Мы пытались найти ему инвесторов, но в России эта услуга была не сильно развита, и тогда не удалось привлечь финансирование», – говорит он.

Финансирование третьей стороной

В сентябре 2017 года спор двух тепловых компаний, для разрешения которого были привлечены инвестиции, завершился мировым соглашением. Кредитору предстояло взыскать с ответчика более 18 млн рублей, но свободных средств на покрытие судебных расходов у истца не было. Тогда он нашел инвестора, который оплатил судебные издержки на сумму 500 тыс. рублей. Дело длилось четыре месяца, в результате ответчик выплатил истцу 18,3 млн рублей, из которых инвестор получил 15%.

В западных странах судебное инвестирование начало зарождаться в конце 90-х годов и к настоящему моменту уже превратилось в индустрию, оцениваемую в 3 млрд долларов. Порой в западных странах крупные судебные разбирательства сопровождаются привлечением судебного инвестирования, однако зачастую в силу конфиденциальности данная информация не разглашается. Но иногда инвесторы, наоборот, афишируют свои намерения в СМИ с целью привлечь как можно больше истцов. Так, например, инвестиционная компания Bentham Europe, базирующаяся в Лондоне, в 2015 году объявила, что готова профинансировать коллективный иск акционеров против компании Volkswagen в связи с так называемым дизельным скандалом.

Схема судебного финансирования выгодна инвесторам, так как она зарекомендовала себя как новый высокодоходный способ инвестирования: доход от таких инвестиций может составить до 100% и выше. При этом каждое дело проходит экспертизу due diligence, так как инвестиции в судебные процессы являются высокорискованными и не возвращаются, если дело проиграно. Для истцов судебное финансирование является решением проблемы нехватки средств на судебные тяжбы. Также компании, участвующие в судебных разбирательствах, стали зачастую привлекать инвесторов для того, чтобы снизить нагрузку на бюджет и направить имеющиеся средства на профильную деятельность, а не на судебные издержки. Таким образом, с привлечением судебных инвестиций истцам легче противостоять финансово более сильной стороне в долгих судебных спорах.

Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > bankir.ru, 19 февраля 2018 > № 2502156 Ирина Цветкова


Украина > Финансы, банки > interfax.com.ua, 19 февраля 2018 > № 2501360 Олег Бахматюк

Владелец "Укрлэндфарминга" и Авангарда" Бахматюк: Уверен, что как только я достигну реструктуризации, я заведу инвесторов

Эксклюзивное интервью агентства "Интерфакс-Украина" с владельцем агрохолдинга "Укрлэндфарминг" и экс-собственником банков "ВиЭйБи" и "Финансовая инициатива" Олегом Бахматюком (окончание)

- В начале года появились новости о некоем прогрессе в переговорах о реструктуризации с внешними кредиторами. Могли бы вы их прокомментировать, или это еще преждевременно?

- Да, есть юридические ограничения. Проблема в том, что каждое твое слово может быть истолковано против тебя, ведь все бумаги котируются.

Могу сказать только одно - переговоры ведутся, не прекращаются. Конструктива в этих переговорах намного больше, чем на территории Украины.

-За последнее время стоимость еврооблигаций "Укрлэндфарминга" и "Авангарда" лишь немного снизилась и сейчас стабилизировалась на уровне несколько выше 20% номинала. Это может свидетельствовать о том, что худшее уже позади?

- Мы даже не смотрим на эти котировки, так как настоящая коррекция произойдет после окончания переговоров. Мы не принимаем участия в этом процессе. Основные кредиторы (около десятка, которым принадлежит 70-80% выпуска) - сейчас с нами в переговорах, а ожидания рынка и котировки формируют мелкие держатели. Их отследить нельзя: по одному "Авангарду" - 170 держателей, есть такие, у которых по $300-500-700 тыс. Вряд ли им даже интересно принимать участие в этих переговорах о реструктуризации долга.

- А в будущем управлении компанией? Опыт "Мрии" как-то учитывается?

- Как вы считаете, опыт "Мрии" для кредиторов - позитивный?

- Думаю, что они бы с большим удовольствием получили деньги, чем право на управление. Недавно мы брали интервью у партнера и основателя инвестгруппы ICU Макара Пасенюка, так он объяснял, что они все равно вынуждено все списали в ноль, но должны показать своим инвесторам, что делают все, чтобы восстановить хотя бы часть стоимости.

- Мы еще до стадии "все списали" не дошли и, надеюсь, не дойдем. Опыт захода в акционерный капитал стал для инвесторов и кредиторов катастрофическим.

Мы пока говорим, что эти активы чего-то стоят, и надеемся, что они вырастут в цене. Мы хотим их сохранить, ведем переговоры.

Представляете, сейчас Олег Бахматюк отойдет от управления этой компанией? Что дальше будет, сколько она продержится, как вы думаете? – Думаю, в течение трех месяцев этой компании не будет. Я этого не допущу, вопрос не только в деньгах, но и в моей ответственности перед людьми: я за собой привел 400-500 человек. Мы вместе строили эту компанию - она мне не упала с неба, и никто мне ее не дал в наследство. Я не скажу, что все решения были идеальные, но мы ее строили, как умели и как могли, исходя из нашего понимания.

Мы взяли эти $2 млрд кредитов и вложили их на территории Украины, построив то, что до нас никто не строил. И эти активы стали для нас проблемой, потому, что хотя они и считаются дистресс-активами, но они привлекательные: если бы они ничего не стоили, вокруг "Укрлэндфарминга" не было бы такого ажиотажа.

- Вы сохраняете позицию №1 по некоторым показателям, и это всегда привлекательно для стратегических инвесторов. Интерес с их стороны сохраняется? У вас есть ощущение, что если уладите дела с реструктуризацией, то сможете завести в компанию стратега?

- Я уверен, что как только я достигну реструктуризации, я заведу инвесторов. Если бы я не был в этом уверен, я бы этим не занимался большую часть своего времени.

- И вы думаете, что кредиторы тоже это понимают?

-- Внешние – да. С внутренними - сложнее

Есть вещи объективные. Настоящие западные кредиторы или инвестиционные банкиры нацелены на холодный результат: если они могут выдавить из Бахматюка хотя бы немного больше, чем то, что есть сейчас, они будут до конца вести переговоры. Потому что это деньги. И я их в этом поддерживаю.

Для переговоров мы наняли компании, которые представляют пятерку лучших в таких сферах как аудит, реструктуризация долгов и юридические услуги, – все сделали так, как хотят кредиторы. Платим сумасшедшие деньги за все эти ритуальные вещи. Поэтому они про компанию знают все, что хотят. И прекрасно понимают, что пока есть хоть какой-то шанс, надо бороться за компанию. Как только кредиторы перестанут видеть этот шанс, вы сразу увидите суды…

Конечно, я не думал, что этот конфликт затянется на три с половиной года. Это маразм!

- С внешними кредиторами реструктуризацию вы начали не так давно.

- Год назад, а до этого мы заплатили с 2014 года по 2017 год $507 млн и остановились лишь в апреле прошлого года, войдя в активные переговоры по реструктуризации. Потому что компания обескровлена и для дальнейших выплат надо было уже из тела вырывать и начинать поедать самих себя.

- Как мораторий на выплаты отразился на показателях компании?

- Предварительные результаты за 2017 год будут не хуже, чем в 2016 году, даже немного лучше. Но не существенно. Конечно, компания могла бы их улучшить, если бы она имела кредитный ресурс.

- Улучшить по EBITDA, по оборотам?

- Думаю, что по EBITDA было бы немного лучше. Мы вынуждены идти на любые условия кредитования, подписывать контракты на форварды на более невыгодных условиях за счет того, что нам тяжелее на рынках капитала, чем другим участникам. У нас нет доступа к длинным деньгам, мы должны быстро оборачиваться, и не можем пересиживать сезонные ценовые колебания, которые существуют по отдельным культурам и на которых можно выиграть 10-20-30 долларов на тонне. Имея свои 3 млн тонн хранения, мы могли бы на этом поиграть, но сейчас нам не до этого.

Хотя компания строилась на этом принципе вертикальной интеграции, который дает определенную маржинальность по каждому продукту. Мы же все понимаем, что через два месяца кукуруза и пшеница будут стоить дороже, а у меня с мая по июль будут стоять пустыми 3 млн тонн хранилищ. Если бы я сохранил пусть даже 1 млн тонн – это могло бы дать дополнительно $30 млн, но для этого надо иметь $200 млн ресурса, а его у меня нет, мне надо за что-то сеяться.

Я рассказываю эти элементарные принципы, чтобы подчеркнуть, что если компания распадется на куски, то потеряет их. Принцип крупного перестанет работать. Компания утратит возможность делать крупные проекты: завезти 10 тыс. коров, купить техники на $700 млн, построить какие-то логистические и перерабатывающие мощности. И мы эту функциональность последние три года не используем: просто крутим объем и держим компанию. Для нас сейчас основное – выплатить зарплату, закупить минеральные удобрения, средства защиты растений, накормить кур и еще, при этом всем, отбиваться от всех судов и обвинений.

- И какие у вас тогда надежды на 2018 год?

- Никакой полководец с самым сильным войском до конца не знает, победит он или проиграет.

- Но, как минимум, он должен убедить свое войско, чтобы оно поверило в возможность такой победы.

- Я, во-первых, сам верю. Если бы я сам не верил, я бы людей за собой не вел. Насколько эта вера базируется на реалиях – я до конца не знаю. Думаю, что и вы не знаете. Я верю, что мы эту компанию сохраним. Мы с вами на эту тему третий раз общаемся. Первый раз у меня была масса энтузиазма, во второй раз я был более скептичен и зол, сейчас я просто спокоен. Я уже берегу энергию, чтобы справиться с этим ворохом десятков и сотен уголовных дел и обысков. Я уже говорил, что самая страшная техника - эта техника тысячи порезов: рана вроде бы не настолько страшна, но тело истекает кровью, и ты перестаешь концентрироваться на главном.

- На каких направлениях вы планируете сейчас сконцентрироваться?

- Однозначно на "Авангарде". В прошлом году рынок яиц очень хорошо рос по экспорту: мы вошли в более чем 40 стран мира. У нас сейчас пропорция продаж приблизительно 60% - Украина, 40% – экспорт. Если помните, когда "Аванград" был в расцвете, пропорция была 82% - Украина, 18% – экспорт. Я ставлю задачу, чтобы через год у нас было 40/60 в пользу экспорта.

В прошлом году мы добавили 8-10 стран, хотя базовых у нас шесть: в основном Ближний Восток и Африка. Если раньше Ирак занимал 70%, ОАЭ - 20%, то сейчас ОАЭ - 30%, Ирак - 30% и 30% остальные - Катар, Саудовская Аравия, Оман, Иордания и др. В Гонконг поставили первые пару контейнеров. Плюс ситуация в Сирии несколько успокоилась. Сейчас мы активно работаем дальше на азиатском рынке, речь идет о яичном порошке. И потихоньку также двигаемся с яичным порошком в Европу.

Считаю, что в следующие пять лет реально экспорт можно поднять вдвое. Сейчас "Авангард" -- номер один на рынке: мы в год производим около 3 млрд яиц, это без переработки, и занимаем в экспорте Украины около 50%. Мы, "Овостар" и "Интер-Запорожье" – это 90% экспорта.

У нас новые рынки, мы нашли людей, создаем рабочие места и все это при нулевой поддержке государства. Представляете, что Украина могла бы сделать при поддержке! С чем поедет этот президент или следующий на Ближний Восток? - Поедет с курятиной, яйцами, говядиной. А с чем еще? Нефти нам Бог не дал, газа достаточно тоже не дал. Зерно - это ресурс, который держит сейчас экономику, а превращение его в протеин создает добавленную стоимость - ничего нового.

- Со снятием ограничений на поставки продукции государство вам помогает?

- Не очень. Например, ограничения Израиля по яйцам остались только с украинской стороны. Израиль вообще не закрывал экспорт из Украины. Израильский экспорт закрыла украинская сторона и до сих пор не открыла, хотя израильская сторона до этого времени не предоставила украинской свои санитарные заключения, доказывающие наличие сальмонеллы. Это результат конкурентной борьбы. Рынок Израиля по объемам приблизительно средний - в год импортирует где-то 700 млн яиц. Мы вышли на него в декабре позапрошлого года, когда был запрет на 70% импорта, и набрали очень хорошую динамику, а теперь все поменялось обратно: мы ушли с рынка.

- Какие улучшения показателей вы прогнозируете в 2018 году по яичному направлению?

- Значительного улучшения на яйцах не будет: чтобы войти в рынок, ты не можешь дать высокую цену. Пока у нас экспорт не дает большого дохода. Мы не заходим на дорогие рынки: Африку вряд ли можно назвать дорогим рынком. Но это интересные рынки, там живет много людей. К тому же экспорт дает диверсификацию, возможность увеличения производственного потенциала. У меня есть, как минимум, 50% производственных мощностей, которые не задействованы, так как потеряны рынки Донецкой и Луганской областей, Крым, население обеднело и стало меньше употреблять мяса, яиц.

Мы также пробуем заходить в украинские сети. Но это путь небыстрый. И если раньше мы шли на быструю экспансию, то сейчас в отсутствие ресурсов делаем это потихоньку.

- Китай активно смотрит на Африку: он там видит значительный потенциал, правда, больше сырьевой.

- Китай, который вкладывает в сырье, дает деньги людям, а они уже покупают нашу птицу, яйца, сахар, муку…

Эти рынки нам интересны, но это серьезная работа. Внутренний рынок тоже непростой, но он для нас привычный, а внешний - сложнее, но когда ты уже в нем какое-то время живешь, становится легче. Мы там создали сеть, которая работает и ищет предприимчивых людей.

- Вы продолжаете понемногу сокращать земельный банк?

- Земельный банк сокращается естественными и неестественными путями. Сейчас он на уровне 570 тыс. га. От некоторых участков мы объективно отказываемся, за некоторые идет жесткая конкурентная борьба. Это рынок аренды, а не рынок земли. У меня 220 тыс. договоров и 500 людей, которые работают с ними ежедневно. Арендная плата за последнее время поднялась в 2,5 раза в среднем по Украине. В некоторых случаях, например, в Полтавской, Винницкой областях, мы уже скоро будем доплачивать за то, что мы эту землю арендуем.

- За счет чего вы планируете поддерживать EBITDA или даже немного ее увеличивать?

- Мы сокращаем расходы, больше интегрируемся, некоторые направления просто закрываем, как, например, производство сахара. Также мы существенно сокращаем внешнюю дистрибуцию: будем работать через крупных трейдеров. Потому, что сегодня дистрибуция требует больших ресурсов, а у нас их уже нет.

- Какой урожай вы собрали в 2017 году, и какие планы на этот год?

- Около 2,5 млн тонн, это на уровне позапрошлого года, возможно, несколько меньше. В этом году планируем не меньше, чем в прошлом году, думаю, незначительно увеличим этот показатель. Но до конца никогда не знаешь: планы будут одни, но вмешается погода и разные факторы.

Немного внесли коррективы по культурам: посеяли больше озимой пшеницы, рапса добавили немного, так как он в прошлом году неплохо пошел. Планируем также немного больше сои. Увеличиваем их посевы за счет кукурузы и сахарной свеклы, которую попробовали, но не будем сеять. Со свеклой проблема в том, что как только мы пойдем в эту культуру и запустим заводы – рынок упадет. Почему рынок сахара стабилизировался? Потом что с него ушли Бахматюк и (совладелец "Кернел" Николай) Веревский – вместе это почти 500 тыс. тонн сахара: мы – это 240 тыс. тонн, а он – около 220 тыс. тонн. И экспортная конъюнктура этому рынку помогла, хотя вряд ли в длительном периоде свекловичный сахар может конкурировать с тростниковым.

- Вы сохраняете статус крупнейшего производителя кукурузы в стране?

- Исходя из тенденции по белковой массе, кукуруза у нас – культура №1, но в севообороте ее меньше. У нас появилась соя, где неплохие результаты. Сейчас отправились первые корабли с соевым шротом на Китай. И как только Китай распробует наш шрот, увидите, что будет твориться с ценой. За последние две недели она уже выросла, комбикорм подорожал за неделю на 15%! С одной стороны, это очень хорошо, но для "Авангарда" мы пока недостаточно сои производим. В результате за последнюю неделю рост белковой массы дал нам удорожание на 1 тыс. грн на тонне при себестоимости 6 тыс. грн. На рынке образовался сумасшедший дефицит, но это рынок, и он сам себя наилучшим образом стабилизирует.

Более-менее неплохие результаты показывают также подсолнечник и пшеница. С нашими проблемами нам лучше деньги тратить равномернее, поэтому интересны озимые культуры.

- Какие у вас показатели по экспорту зерновых и масличных в этом маркетинговом году?

- Больше экспорт не стал, хотя мы еще до конца марта будем экспортировать. Последний корабль загрузим, наверное, в апреле. Но мы поменяли стратегию и стали больше продавать по Украине, потому что нам нужны деньги быстрее. Потери пары долларов на тонне нам, конечно, жаль (по общему валу это могло быть около $3 млн), но возможность быстро получить деньги сейчас нам важнее. Поэтому мы переориентировались и 500-700 тыс. тонн в этом маркетинговом году, думаю, продадим по Украине.

- На вас повлияет правка, внесенная в Налоговый кодекс, об отмене возмещения НДС при экспорте масличных?

- Я надеюсь, что норма будет отменена, хотя нас она не зацепила: то, что мы собрали, - уже продали или оставили на комбикормовое производство.

Хотя здесь палка о двух концах, вспомните историю становления Украины как крупнейшего экспортера подсолнечного масла в мире, которая началась с введения импортной пошлины. Ясно, что норму об отмене возмещения НДС пролоббировали перерабатывающие предприятия, но по крестьянам она вряд ли ударит, так как уровень конкуренции украинских заводов за сырье гораздо больше, чем экспортеров. Мощности перерабатывающих заводов сейчас простаивают, маржа падает на подсолнечнике и на сое каждый день - они зарабатывают копейки. Вспомните, пять лет назад они получали по $200 на тонне и жировали, а сейчас $30-40 на тонне - это сказка. Кроме того, заводы новее не становятся, нужны капиталовложения, восстановление мощностей. Но, думаю, эту норму отменят, потому что это все на уровне популизма.

- У вас есть проблемы с возмещением экспортного НДС?

- Мы продали около 500 тыс. тонн, и задолженности нет. Кроме того, как я говорил, по некоторым контрактам нам выгоднее продавать по Украине, где НДС учитывается в уже предварительно выплаченных налогах.

Но в целом, если предприятие возмещает экспортный НДС, то делает благо стране, затягивая сюда валютную выручку.

- Считаете ли вы эффективным распределение средств на господдержку АПК в этом году?

- В прошлом году дотация была самая справедливая: уплатили 1 млрд грн - получили 500 млн грн. А в этом году не будет таких выплат, никто ничего не получит и все будут довольны.

У нас есть 56 тыс. голов КРС, будем претендовать на дотации "на голову", хотя это капля в море. Для примера, чтобы завезти молочное стадо и под ключ построить ферму с доильными залами и со всем необходимым, необходимо около $10 тыс. из расчета на одну голову. И необходимо хотя бы 5-10 тыс. коров - то есть $50 млн нужно вложить и еще нужно иметь сырьевую базу.

Государство должно сделать "пилот" голов на 250 тыс., договорившись с внешними инвесторами. Например, с Канадой, США и Европой, у которых можно взять капитал. Если выйти на уровень делового разговора с экспортно-импортными агентствами, то можно оптимально взять 70 тыс. в Канаде, 100 тыс. – у США, 50 тыс. - в Европе. И найти хорошие локации в стране, которые дадут людям работу. Ведь в себестоимости фермы 60% - это украинские составляющие.

Если сделал "пилот" на 250 тыс., то можешь сделать дальше большие - и 300 тыс., и 400 тыс. Поскольку обновление стада идет не за один год.

- Как обстоят сейчас дела с вашими мясокомбинатами?

- Из 18 мясокомбинатов работают четыре. Думаю, скота сейчас намного меньше, нежели указывают в статданных, потому что очень сложно посчитать население. Нужно объективно сказать, украинцы начали меньше употреблять говядины.

- Вы будете сохранять поголовье КРС и птицы?

- Мы будем сохранять свое стадо КРС, для нас это социальная интеграция в село.

Что касается поголовья птицы, то пока планируем держать нынешний уровень, возможно, понемногу увеличивать, но еще в раздумьях. Увеличение нуждается в деньгах - не больших, но для нас существенных. Тем более, что сейчас мы и так занимаем 30% на рынке яиц.

- Вы просчитывали, сколько средств, предусмотренных господдержкой АПК, можете получить в этом году?

- Знаю точно, что гораздо меньше, чем было в 2017 году. Из-за того, что в основном господдержка будет касаться животноводства. Хотя я даже не знаю, кто построит эти комплексы.

Я верю в эффективность государственной поддержки очень мало. Должна быть создана стратегия: за стол должны быть посажены крупные, средние и мелкие производители. И будет человек, который создаст этот оркестр, и вместе с ними заложит принципы. Тогда денег много не надо.

Что можно дать Бахматюку? В моей ситуации меня может спасти 500 млн грн? Это огромные деньги, но спросите, что мне нужно, и я отвечу: возможности и перспективы. Представим, что я прихожу к президенту, и он меня спрашивает: чего бы мне хотелось? Я говорю – $1 млрд. Он в ответ: зачем? Я отвечаю, что хочу построить новые фабрики, чтобы производить дополнительно 3 млрд яиц, с которыми можно поехать в Ирак, Объединенные Арабские Эмираты, Саудовскую Аравию. Если я буду экспортировать 3 млрд яиц, это будет плюс $300 млн. Это – стратегия: крупные производители обеспечивают позиции в мире, средние - продовольственную безопасность, а мелкие поддерживают жизнь в селе. И этих фермеров надо дотировать, им нужно помочь построить дом, сделать дорогу. Почему в Германии не умирает село? Потому, что от Франкфурта 100 км в деревню ехать 32 минуты, а в Украине такого нет: ты в село заехал и все… Ясно, что молодежь оттуда убегает. Село погибает, села уже нет. Там люди остались только возраста 80 плюс. Мы не можем найти и удержать людей: все работают аутсорс, механизаторы, комбайнеры - все неместные. Приезжают на заработки и обратно. Все хотят жить в комфорте, пользоваться благами цивилизации.

- Что вы думаете о новой программе поддержки молочных кооперативов, которая заявлена с начала года?

- Как минимум, это соберет мелких фермеров. Эта идея хорошая. Будет ли она стимулирующей для отрасли? Нет.

Еще раз поясню, без стратегии большого прогресса не будет. Если завтра возьмут и упразднят Министерство аграрной политики и продовольствия, Украина будет жить, как и жила. Будет экспортировать 40 млн тонн зерна, производить то, что производит, и ничего не изменится.

Но если придет министр и скажет, что хочет изменить тенденцию, чтобы Украина подняла производительность, экспортировала не только зерно, но и плюс 2 млн тонн курятины, плюс 5 млрд яиц, плюс 2 млн тонн свинины. Что для этого нужно сделать? На это нужно $15 млрд, из которых украинская часть - $7 млрд, другая - иностранная. И пишется стратегия на 10 лет, разделяются эти средства на мелких, средних, крупных производителей.

- Вам удалось решить проблему с задолженностью Ostchem перед вами по удобрениям?

- Через год забрали все, что оплатили, но с трудностями – всего около 250 млн грн. В декабре забрали последнее и в этом году с ними почти не сотрудничаем, а если сотрудничаем, то только по схеме оплата против поставки.

Сейчас работаем над обеспечением посевной всем необходимым. Половина ресурсов у нас есть. До июля необходимо где-то 4,5 млрд грн, из которых половина уже есть. Часть удобрений будем импортировать. Часть покупать непосредственно тут. Разницы практически нет. Раньше была определенная схема ввоза товара, а сейчас ее нет. Овчинка выделки не стоит. Ты выигрываешь 20 грн на тонне, а теряешь, если посчитать стоимость денежного ресурса, как мне кажется, намного больше. И мы работаем только с теми дистрибьюторами, которым верим.

То же и со средствами защиты растений. Мы должны работать с поставщиками, которые имеют репутацию на рынке. Мы заключили контракты почти со всеми такими: "ФосАгро", Monsanto, DuPont, Pioner. У нас нет возможности рисковать.

- На каком этапе реализация плана по строительству портового терминала в порту "Южный"?

- Мы заморозили процесс.

- Земельный участок планируете оставить или продать?

- Планируем оставить, хотя на его покупку есть желающие. Но мы понимаем, что сейчас продадим за те же деньги, за которые его брали, но потом такой участок уже не вернем. Хочется сохранить какую-то опциональность компании. Надо чем-то привлекать инвестора. Порт является важной частью стратегии компании, давая крупному локальному производителю платформу для выхода на внешние рынки.

- А какие-то технологические новинки вы внедряете? У вас есть, популярные нынче, дроны?

- Да. Мы пока с этим экспериментируем. Речь идет о цене и степени контроля. Кто у нас любит контроль? Дроны сбивают, так как винтовки сейчас есть у многих. Но за этим будущее, просто нужно, чтобы они еще подешевели. Если вчера дроны стоили по $1 тыс., а у нас 15 тыс. полей, то я на это $15 млн не дам. Но. если сегодня дроны уже стоят по $300, то я задумаюсь, а если завтра они будут стоить по $100, то это, наверное, уже можно делать. Хотя еще нужна база, коммуникации. Думаю, за три-пять лет это будет повсеместная практика.

- Сейчас ведется горячая дискуссия "Укрзализныци" с зерновиками, зерновиков друг с другом по поводу маршрутного принципа распределения зерновозов. Вас эта проблема коснулась?

- Однозначно. Эта ситуация с "Укрзализныцей" показывает степень нашего неумения организовать элементарные процессы и заинтересованность лиц, распределяющих ресурсы. Как может страна, которая имеет пять вагоностроительных заводов, довести эту проблему до такого состояния? Зерновоз - это банка на колесах, 99% в его себестоимости это гривня. Как можно не сделать 10 тыс. или 20 тыс. зерновозов? Был завод, который производил 1 тыс. вагонов, а сейчас 30, ибо все сварщики сбежали в Россию. За три года мы потеряли людей на заводах: сейчас все бросились покупать вагоны, а сделать уже ничего нельзя…

Пока "Укрзализныця" не будет частной, до тех пор будет такая ситуация. Причем тут "Кернел", или Бахматюк, или любой другой? Ты, как перевозчик, чем больше возишь, тем больше зарабатываешь. У меня от Степановского элеватора оборот вагона в порт – четыре дня, а из западной Украины - 18 дней. Они на мне зарабатывают в четыре раза больше, чем на любом другом. Но если бы они были мудрыми – построили бы вагоны, зарабатывали бы на всех. Страна бы выросла в два раза больше по зерну. Порты бы лучше работали. Но дефицит порождает коррупционные возможности.

- Вы рассматриваете возможность покупки собственных вагонов?

- Мы думаем над этим. Если откроется окно кредитования, может, вагонов 300-400 взяли бы для себя, так как у нас есть уникальная возможность: у нас самые большие элеваторы в Украине, и мы можем за сутки грузить 120 вагонов с одного базиса. Никто такой возможности не имеет. Это в месяц 200 тыс. тонн с одного элеватора, но это теоретически, потому, что столько зерна не наберешь.

- У вас есть еще другие активы? Например, известно о транспортном бизнесе - "Европа-Транс". Вы не планируете эту компанию продавать?

- Нет. "Европа-Транс" полностью интегрирована с агрохолдингом. Она предоставляет услуги по перевозке яиц, зерна.

"Укрлэндфарминг" и "Авангард" - это 99% моих активов.

Украина > Финансы, банки > interfax.com.ua, 19 февраля 2018 > № 2501360 Олег Бахматюк


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 16 февраля 2018 > № 2501243 Никита Масленников

Частное против общего. К чему приведет рост доли государства на банковском рынке

Никита Масленников

руководитель направления финансы и экономика Института современного развития Никита Масленников

В прошлом году объем банковского сектора под контролем государства резко увеличился. Как это отразится на российских банках в долгосрочной перспективе?

Что управляется эффективнее — частная или государственная собственность? Этот вопрос с полным правом можно отнести к категории вечных. Однозначного ответа на него нет, поскольку его содержание всегда определяется контекстом: когда именно, в каких сферах, при каком состоянии экономики и так далее.

5 февраля Центр стратегических разработок (ЦСР) опубликовал доклад «Эффективное управление госсобственностью в 2018-2024 годах и до 2035 года». По мнению экспертов, проблема является сверхактуальной. Вес госсектора в ВВП достиг 46%. При этом анализ показывает, что чем больше доля государства в компании, тем ниже ее эффективность по сравнению с частными корпорациями в тех же отраслях, особенно по критериям производительности труда, объема заемных средств и т. д. Нередко эффективность госкомпаний вдвое ниже, чем у частных предприятий.

Отсюда вывод: чтобы преодолеть структурные ограничения и перейти к росту, экономика должна пройти через «разгосударствление» — приватизацию, продажу непрофильных активов, нормативные ограничения по ареалу обитания госсобственности, в том числе через консолидацию субъектов рынков у компаний и банков с госучастием. Главный рекомендуемый принцип — «объясняй, почему эта собственность необходима для исполнения государством его функций, или продавай». Иными словами — каждому активу своя собственная судьба.

Примечательно, что авторы доклада практически обошлись без анализа госсобственности в банковском секторе. В сфере «финансов и страхования», где доля государства в выручке ТОП-100 компаний составляет 46,8%, предлагается плавный, но «частичный выход». Между тем, ситуация в банковском секторе вовсе не тривиальная. Более 370 лицензий, отозванных у участников рынка с лета 2013 года по сегодняшний день, — явное свидетельство, что бремя частной собственности многим оказалось не по силам. Зачем оно, когда есть Сбербанк, заработавший за прошлый год 674 из 790 млрд рублей общей прибыли банков?

Размер, понятно, имеет значение. Почти 30% активов сектора, приходящиеся на Сбербанк, не шутка. Но ведь и с рыночным лидерством «бело-зеленой» команды, особенно в использовании финтеха и продвижении в создании экосистемы, тоже не поспоришь. В то же время есть и Альфа-банк, увеличивший в 2017 году чистую прибыль в 10 раз, и Тинькофф-банк, тоже замеченный в экосистемных устремлениях, и другие. Историческая безнадежность частной банковской собственности, получается, отнюдь не очевидна.

«Нельзя однозначно утверждать, — подчеркивают в ЦСР, — что государственные компании априори менее эффективны в сравнении с частными. Однако при прочих равных условиях государству сложнее быть эффективным собственником, чем частному юридическому лицу. Масштабы государственной собственности обостряют управленческие проблемы». В таком «обострении» как раз и наш случай.

Доля Центробанка в совокупных банковских активах с учетом санируемых ФКБС банков достигла 46%. В то же время российский банковский рынок занимает третье место в мировом ТОП-20 по проникновению финансовых услуг. В городах-миллионниках этот показатель составляет 43%, а в столицах — 46%, по версии EY. Прогресс и госсобственность, как видим, вполне совместимы. Наверное, определенное значение здесь имеет «роль личности» как в руководстве отдельных банков, так и в центральных офисах на Неглинной.

Но следует иметь в виду и такой существенный фактор, как конфликт интересов Центробанка, выступающего как собственник и регулятор в одном лице. Пока такое столкновение базовых мотиваций даже способствует развитию сектора. Но нет железобетонных гарантий, что так будет всегда.

Те же 1,5 трлн рублей, выданных на санацию трех системно значимых банков, — это риск, который принял на себя ЦБ. В дальнейшем это может повлиять как на будущую конфигурацию сектора в целом, так и на смысл деятельности Центробанка. Вероятно, Промсвязьбанк может превратиться из опорного банка для расчетов по гособоронзаказу и крупным госконтрактам в полноценный институт развития для ОПК.

С новым же мегабанком на базе ФК «Открытие» и Бинбанка неопределенностей больше. Процесс объединения, как ожидается, займет 9-12 месяцев. Перспективы последующей продажи весьма туманны. К тому же параллельно, по-видимому, придется создавать банк плохих активов и, возможно, открывать его для всего банковского рынка.

Все эти «кейсы» особенно важны с точки зрения влияния на межбанковскую конкуренцию, последовательное развитие которой остается главным средством ЦБ в управлении собственным конфликтом интересов. Координаты маршрута регулятора в принципе определились: переход к пропорциональному регулированию, устранение с рынка оставшихся недобросовестных игроков, приучение выживших банков к стандартам качества. Также мы будем наблюдать стимулирование развития продуктов различных сегментов финансового рынка, прежде всего альтернативных банковским, активное освоение финтеха.

Следует отметить, что многие новации в регулировании воспринимаются участниками рынка с настороженностью как раз из-за рисков нарушения конкуренции. К таким инициативам относится идея по созданию единого реестра кредитных досье на компании, инициатива ввести оперативное «ручное управление» кредитными рисками в индивидуальном порядке, намерение зафиксировать ограничения на смену собственников системно значимых банков, НПФ и страховых компаний. Центробанку предстоит развеивать опасения, используя весь потенциал коммуникаций с рынком. Причем делать это нужно быстро, учитывая стремительное наступление цифровой реальности.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 16 февраля 2018 > № 2501243 Никита Масленников


Россия > Финансы, банки > gazeta.ru, 16 февраля 2018 > № 2498085 Сергей Сторчак

«США не надо работать против собственных интересов»

Замглавы Минфина Сергей Сторчак рассказал о проекте по выпуску ОФЗ в юанях

Наталия Еремина

Почему в США не решились накладывать санкции на российский госдолг, а Минфин РФ приостановил выпуск ОФЗ, номинированных в юанях, в интервью «Газета.Ru» на инвестиционном форуме в Сочи рассказал замминистра финансов Сергей Сторчак.

— У нас в этом году пока профицит бюджета из-за дорогой нефти. Если так и дальше будет, то сколько займет Минфин? В прошлом году при дефицитном бюджете чистый объем заимствований составил 1,1 трлн руб.

—У нас есть график решений по бюджету. Потом, в рамках бюджетных проектировок, будем работать. Мы не планируем ни по внешним заимствованиям, ни по внутренним заимствованиям никакие намерения пересматривать, у нас ничего такого не предусмотрено.

— Как обстоят дела с планами Минфина по выпуску евробондов для возврата капитала в Россию. Не отказываетесь ли вы от это идеи и есть ли какие-то подробности по этому выпуску, кроме уже озвученных предложений, что покупателям евробондов дадут льготы по НДФЛ от валютной переоценки?

— Якобы особые условия, которые будут по этому выпуску, это просто журналистские догадки. Мы выпускаем обычные инструменты. Они должны быть совершенно стандартным.

И они будут стандартным, иначе этот инструмент будет неликвидным и тогда он не будет представлять интерес для наших потенциальных покупателей.

— Россияне, которые хотели бы купить эти бумаги, действительно заинтересованы именно в стандартном инструменте? Именно это необходимо для возврата капитала в Россию?

— Да, именно в этом они заинтересованы, равно как и мы. Могу сказать, что в целом инвестор должен иметь возможность легко войти в инструмент и также легко из него выйти, без убытка для себя. Если же прописать, предусмотреть что-то другое, отступить на шаг влево или сделать шаг вправо, то это значит принять на себя дополнительный риск. И, соответственно, я не считаю, что такой инструмент будет инвесторам интересен. Поэтому мы готовим абсолютно обычный, стандартный выпуск.

— А есть ли уже конкретика по датам, когда планируется выпуск?

— Могу сказать, что мы пока что еще не готовы.

— Недавно стало известно о том, что минфин США в дополнительном докладе не решился вводить ограничения на вложения инвесторов в новые выпуски российских облигаций федерального займа. При этом тема того, что санкции будут, очень долго обсуждалась со всех сторон. Как вы считаете, почему все-таки американцы передумали и предупредили о риске такого запрета?

— Возможно, мнение у них формировалось в процессе работы над документом. Аналитический документ, который в итоге был представлен, был сделан на самом высоком уровне. Выводы там однозначные сделаны: российский долговой рынок встроен в глобальный рынок, поэтому ограничения на операции, на долговом рынке Российской Федерации, будет иметь отрицательные последствия для глобального рынка.

Собственно говоря, США пришли к классическому выводу: не надо работать против собственных интересов. Это объективная оценка рисков. Мир стал глобальным, все рынки зависят друг от друга, поэтому нет смысла делать что-то во вред себе.

— Будет ли Минфин менять планы по поводу выпуска ОФЗ в юанях? Учитывая последнюю ситуацию на финансовых рынках, какие сейчас у вас планы относительно этого выпуска?

— Можно сказать, что сейчас мы держим паузу. Там большие перемены по регулированию рынков внутри Китая происходят. Мы хотим понять, куда заведет это регулирование. Плюс большие усилия предпринимаются властями Китайской Народной Республики по интернационализации юаня, и это может иметь, скажем так, очень любопытные последствиями для юаня. Юань уже стал резервной валютой. И роль его будет постепенно быстро нарастать. Поэтому учитывая все эти факторы, наверное, не стоит, сломя голову, куда-то бежать.

— У России прочно сложился имидж всепрощающей страны. Недавно Госдума ратифицировала протокол к соглашению об урегулировании долга Киргизии по ранее предоставленным кредитам на $240 млн «в рамках оказания официальной помощи развитию Киргизии». Не могли бы вы объяснить, как так получается, что мы свои долги с процентами отдаем, в займы других стран прощаем?

— Это очень большая «вульгарщина» так говорить и думать. В каждом конкретном случае и выданном займе нужно разбираться. Свои долги, обязательства, которые должным образом оформлены и номинированы в резервных валютах, — это наши обязательства. А те требования, которые были прописаны и остались нам от бывшего Советского Союза, — это экзотика.

Чаще всего, это долги даже номинированы в валютах, которых уже нет. Кроме того, кредиты, которые были предоставлены 50 лет назад, предоставлялись по политическим соображениям.

И, скорее всего, никто никогда не рассчитывал, что они когда-то вернутся. Поэтому смешивать, вернее, сравнивать яблоки и апельсины, что делается очень часто, нерационально. Повторюсь, это будет чистой воды вульгарщина.

— Нельзя в этой связи не спросить про Украину. Двухлетняя тяжба России с Украиной о долге в $3 млрд дошла недавно до лондонского Апелляционного суда. На что надеется Минфин? Ранее вы говорили, что не верите в возможную победу Киева.

— Суд скоро закончится, мы уже ждем финальное решение, а там посмотрим. Не хотелось бы сейчас, до окончательного решения суда, это комментировать.

Россия > Финансы, банки > gazeta.ru, 16 февраля 2018 > № 2498085 Сергей Сторчак


Россия. ДФО > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > amurmedia.ru, 15 февраля 2018 > № 2518678 Евгений Орлов

Евгений Орлов: Основной задачей ВТБ в Хабаровском крае является работа со средним бизнесом

Хабаровский филиал ВТБ прокредитовал предприятия Дальнего Востока более чем на 80 миллиардов рублей

Общий объем кредитов, выданных банком ВТБ юридическим лицам в регионе в 2017 году, составил 82 млрд рублей (рост за год 14%). Из них среднему региональному бизнесу выдано 32,3 млрд рублей, предприятиям малого бизнеса — 3,7 млрд рублей. С использованием инструментов господдержки прокредитованы региональные предприятия на сумму 322 млн рублей, сообщает ИА AmurMedia.

Управляющий директор Департамента корпоративной сети — вице-президент банка ВТБ Евгений Орлов прокомментировал: "ВТБ сотрудничает с предприятиями ключевых отраслей экономики Дальнего Востока, направляет ресурсы в приоритетные для региона проекты. Основной нашей задачей в регионе является работа со средним бизнесом, которому сегодня нужны не только заемные ресурсы, но и сложные финансовые инструменты, нестандартные продукты и сложноструктурированные сделки".

Среди проектов, реализованных филиалом в 2017 году – сотрудничество с маслоэкстракционным заводом "Амурский" в рамках программы льготного кредитования предприятий АПК Министерства сельского хозяйства РФ, финансирование ООО "Морской стандарт-Бункер" на строительство комплекса по хранению и перевалке нефтепродуктов в составе территории опережающего развития "Камчатка", подписание соглашения о сотрудничестве с ПАО "Тихоокеанская инвестиционная группа" области развития рыбохозяйственного комплекса и другие.

В структуре кредитно-документарного портфеля основную часть составляют: обрабатывающая отрасль (49%), торговля (11%), агропромышленный комплекс и пищевая промышленность (7%), горнодобывающая промышленность и металлургия (7%), государственное и муниципальное управление (7%), энергетика (6%), машиностроение (4%) и др.

На 1 января 2018 года в хабаровском филиале ВТБ обслуживаются 7500 клиентов — юридические лица всех клиентских сегментов, в том числе малого предпринимательства.

Справка. Банк ВТБ (ПАО), его дочерние банки и финансовые организации (группа ВТБ) являются ведущей российской финансовой группой, предоставляющей широкий спектр финансово-банковских услуг в России, СНГ, странах Западной Европы, Северной Америки, Азии и Африки. Группа ВТБ обладает уникальной для российских банков международной сетью, которая насчитывает более 30 банков и финансовых компаний более чем в 20 странах мира. По состоянию на 31 октября 2017 года Группа ВТБ является второй крупнейшей финансовой группой России по активам (12 671,5 млрд рублей) и средствам клиентов (9 640,4 млрд рублей). Основным акционером ВТБ является Правительство РФ, которому в лице Федерального агентства по управлению государственным имуществом принадлежит 60,9% голосующих акций. Хабаровский филиал включает офисы в Благовещенске, Комсомольске-на-Амуре, Магадане и Южно-Сахалинске. Является базовым для подразделений ВТБ на Дальнем Востоке (в Якутии, Приморском и Камчатском краях).

Россия. ДФО > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > amurmedia.ru, 15 февраля 2018 > № 2518678 Евгений Орлов


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 15 февраля 2018 > № 2500543 Дмитрий Медведев

Интервью Дмитрия Медведева телеканалу «Россия 24».

Председатель Правительства ответил на вопросы телеведущей Марии Бондаревой.

Из стенограммы:

М.Бондарева: Дмитрий Анатольевич, приветствую Вас здесь, в нашей студии. Спасибо, что пришли.

Д.Медведев: Добрый день.

М.Бондарева: Первый вопрос, естественно, связан с Вашим только что закончившимся выступлением. Там получилась полемика между органами федеральной власти, региональной власти и бизнесом. На Ваш взгляд, в чём суть полемики?

Д.Медведев: Такие форумы и такая пленарная дискуссия, которая была, – я вижу их смысл именно в том, что различные слои нашего общества (это и бизнес, и эксперты, и представители власти) могут свободно обмениваться мнениями по самым актуальным вопросам. И поэтому инвестиционный форум, который проходит в Сочи, регулярно проходит, каждый год, с участием практически всех регионов нашей страны, – тоже затрагивает самые актуальные темы. Это было и сегодня. Там звучали разные предложения…

М.Бондарева: Очень жаркие иногда дискуссии.

Д.Медведев: Это нормально, иначе было бы скучно. Знаете, самое страшное, когда на таких мероприятиях хочется спать. А сегодня аудитория была достаточно активна, было подчас даже весело…

М.Бондарева: Чехова цитировали.

Д.Медведев: Чехова я цитировал, это мой любимый писатель. Есть целый ряд идей – и в этом, мне кажется, ценность форума, – которые, например, родились на прошлом форуме, а в этом году уже начали действовать как реально отработанные проекты. Я в своём выступлении сказал о том, что создана фабрика проектного финансирования, а идея впервые прозвучала год назад на этом же сочинском форуме. В результате подготовлена нормативная база, правила выдачи специальных субсидий, для того чтобы в дальнейшем направлять их на подобного рода крупные проекты. И сегодня же наши крупнейшие банки подписали соглашение о софинансировании, об участии в фабрике этих проектов. Соглашение подписали Внешэкономбанк, Газпромбанк, ВТБ и Сбербанк, а это наши крупнейшие финансовые институты. Это означает, что фабрика проектного финансирования состоялась. Деньги будут идти в развитие наиболее важных проектов в сфере промышленности, сельского хозяйства, которые будут проходить необходимый отбор и финансироваться на приемлемых условиях.

Если говорить о каких-то других – актуальных, но в то же время не до конца согласованных вопросах… Я только что заходил на круглый стол, там идёт жаркая дискуссия по поводу так называемой инфраструктурной ипотеки.

М.Бондарева: Мы с Антоном Германовичем Силуановым тоже затрагивали такой новый институт. Очень интересно было бы понять, что он собой представляет.

Д.Медведев: Инфраструктурная ипотека – это возможность получить деньги на разумных условиях, то есть по достаточно низкой ставке на продолжительный срок для развития инфраструктуры нашей страны.

Я, выступая там, сказал одну вещь, хочу её повторить. Вопрос инфраструктуры для России – это вопрос, по сути, сохранения единого государства. Какое-то маленькое государство в сердце Европы может особенно и не заниматься инфраструктурой: всё равно там всё само по себе будет развиваться. А мы должны вкладывать в инфраструктуру огромные деньги – миллиарды, триллионы, по сути, рублей – и в железную дорогу, и в автодороги, и, естественно, в развитие аэропортового хозяйства, и в закупку самолётов. Для всего этого необходимо создать инфраструктурную ипотеку.

Идут дискуссии. Скажу прямо, Минфин и Минэкономразвития дебатируют этот вопрос. Подводя итоги этого круглого стола, я им сказал, чтобы они в течение недели договорились.

М.Бондарева: Мне так показалось, что Вы результат озвучили, что всё-таки этому институту быть.

Д.Медведев: Да, конечно. Я им сказал, что в недельный срок они должны внести окончательные варианты постановления Правительства и других нормативных актов по этому вопросу.

М.Бондарева: Вы сами как сейчас оцениваете инфраструктуру в России?

Д.Медведев: Вопрос в точке отсчёта. Я уже достаточно давно наблюдаю за тем, как живёт наша инфраструктура. Я помню советскую инфраструктуру, раннюю постсоветскую инфраструктуру. Сейчас инфраструктура развивается. И это не фигура речи. У нас появляются новые аэропорты, новые взлётно-посадочные полосы – в том числе и в контексте крупных мероприятий типа футбольного чемпионата мира, – дороги. Ещё совсем недавно наши федеральные трассы были в ужасном состоянии. Сейчас приблизительно 75–80% федеральных трасс находятся в нормативном состоянии. То есть это весьма приличное состояние. К сожалению, с местными региональными дорогами ситуация гораздо хуже, там только 30% региональных трасс находятся в нормальном состоянии. В это направление будем вкладывать деньги, в том числе и этой инфраструктурной ипотеки, которая должна состояться.

Если говорить о железных дорогах, они тоже развиваются: новые поезда, новые направления. Но скажем прямо: Россия огромная страна, и нам ещё потребуются и значительные финансы, и достаточно немалое время для того, чтобы всё это вывести на мировой уровень. А мы обязаны это сделать, потому что наша страна обладает уникальными логистическими возможностями и с точки зрения транспортировки по России, и с точки зрения транспортировки морем, ну и пролёта, проезда по территории нашей страны.

М.Бондарева: Чтобы было понятно нашим зрителям: как в то, что Вы объясняете, вписывается слово «ипотека»?

Д.Медведев: Граждане нашей страны уже совершенно точно понимают, что означает «жилищная ипотека». Хотя ещё совсем недавно, десять лет назад не знал никто, что такое ипотека. И когда мы использовали этот термин, люди задавали вопрос: что это такое? Сейчас абсолютное большинство людей понимают, что это способ решения жилищной проблемы, когда ты получаешь кредит под залог приобретённой жилищной недвижимости. А потом его на каких-то условиях в течение какого-то времени с определённой процентной ставкой возвращаешь. То же самое и здесь.

М.Бондарева: Но только это не жильё.

Д.Медведев: Только это не жильё, это долгосрочное вложение в развитие инфраструктуры, когда есть кредитор, есть заёмщик, есть объект залога, есть некоторые другие обременения, которые используются, и в результате этого появляются новые дороги, новые железные дороги, новые объекты транспорта.

М.Бондарева: Очень многое в Вашей речи касалось так или иначе точек роста, дальнейшего роста экономики, будущих инвестиций. Где Вы видите это будущее?

Д.Медведев: Все точки роста, все будущие инвестиции, все стратегические направления инвестирования определены. Мы относительно недавно в силу разных причин, прежде всего внутренних, перешли к модели так называемого импортозамещения. Причём хочу ещё раз подчеркнуть, что это было сделано не потому, что в отношении нашей страны были объявлены какие-то санкции. Это был побудительный мотив, но главное – по другим причинам. Мы просто должны иметь нормальные производственные мощности в промышленности, транспорте, сельском хозяйстве, развивать цифровую экономику, развивать критически важные для нас направления: энергетику, фармацевтическую промышленность. Всё это, по сути, объекты импортозамещения, развития наших собственных возможностей. Этим занимаются все ведомства в Правительстве. Транспортом занимается Министерство транспорта. Если говорить о предприятиях различных отраслей, то это Министерство промышленности и торговли. Сельским хозяйством занимается Минсельхоз. Если говорить о цифровой экономике, о развитии телекоммуникаций – это Министерство связи. Все приоритеты определены, надо просто сконцентрироваться и работать. И у нас уже в этом смысле есть, я считаю, первые успехи, по целому ряду направлений мы существенным образом продвинулись вперёд.

Сегодня на пленарной дискуссии выступал руководитель «Биокада» Дмитрий Морозов, рассказывал, как развивается его предприятие, как они с конкурентами борются. И я специально подчеркнул: наша фармацевтическая промышленность растёт темпом 25% в год. Такого никогда не было. Что делали раньше? Просто брали валюту и закупали таблетки за рубежом. Естественно, на этом ещё и довольно большое количество посредников зарабатывало. А сейчас это вложения в нашу науку (она там очень сложная, вся фармакология сейчас – это высочайшая с точки зрения научного подхода область знаний, прикладных знаний), в производство, в упаковку и впоследствии в реализацию. И всё это работает. И мне очень отрадно, что таких отраслей у нас становится всё больше и больше.

У меня недавно был руководитель «Транснефти». Вы знаете, это крупнейшая компания, которая занимается транспортировкой нефти и нефтепродуктов по территории нашей страны. Она беспрецедентна по своему объёму работы, потому что работает в России. И вот что мне сказал руководитель компании Токарев. Он сказал: 93% закупаемого нами оборудования, в том числе самого сложного – управленческих комплексов, насосов, двигателей, турбин, самих труб, – российское. 93%! И это касается не только «Транснефти», это касается и «Роснефти», и «Газпрома». Все наши крупные компании, которые в настоящий момент испытывают давление из-за границы, где говорят: мы вас обложим со всех сторон, стараются перейти на внутренние, российские технологии, на внутренних, российских поставщиков. Я уверен, что это можно сделать.

М.Бондарева: Получается, что из-за, как Вы сказали, давления, расширяющегося в последнее время, нужно расширять и импортозамещение. Как Вы считаете, сейчас куда нам нужно нацелить все свои силы?

Д.Медведев: Как раз в эти самые стратегические, критически важные для нас отрасли, для того чтобы мы могли просто жить нормально, ни от кого не зависеть.

Ещё один пример приведу, он простой, но очень важный. Ещё совсем недавно мы с вами 50–60%, а то и 80% продуктов на своём столе видели только как импортные. Это касалось всего. В настоящий момент у нас есть Доктрина продовольственной безопасности. По очень важным направлениям мы достигли порога Доктрины продовольственной безопасности и даже превысили его. Это касается таких очень важных продуктов для жизни страны, как зерновые, пшеница – всё, что необходимо для производства хлеба и хлебобулочных изделий. Это касается сахара, целого ряда кормовых добавок, мяса птицы. Ещё совсем недавно мы закупали кур и другую живность за границей, сейчас это всё наше, российское. И стоит задача полностью решить эту продовольственную проблему по всем видам животноводческой продукции, по другому мясу и по молоку и маслу. Как только мы это сможем сделать, мы, по сути, будем кормить себя абсолютно сами – и реализовывать ещё и экспортный потенциал, а у нас он огромный. Мы и сейчас уже являемся крупнейшим нетто-экспортёром по зерновым и зернобобовым культурам. А в прошлом году собрали беспрецедентный по размеру урожай – 135 млн т, даже чуть больше. Это даёт нам возможность поставлять зерно на рынки крупнейших стран.

М.Бондарева: А что касается, если можно так сказать, финансового импортозамещения… Потому что сейчас, как мы видим, круг всё сужается и сужается…

Д.Медведев: Понимаете, сколько бы ни сужался круг, всё равно нас не смогут взять в кольцо, из которого нет выхода. Никогда этого не было в истории нашей страны.

М.Бондарева: Но сделать что-то нужно.

Д.Медведев: Во-первых, всякие санкции вредят обеим сторонам. Во-вторых, даже финансовые потребности мы в значительной степени покрываем за счёт наших внутренних возможностей – ищем новые финансовые рынки. Конечно, целый ряд проектов из-за финансовых санкций оказался под угрозой. Мы смогли найти иные финансовые ресурсы, мы мобилизовали наши внутренние возможности. Но, скажем прямо, лучше бы этих решений не существовало, потому что, ещё раз говорю, они вредят и иностранному бизнесу, и российскому. И всегда бьют по двум сторонам.

М.Бондарева: Естественно, одной пострадавшей стороны никогда не бывает.

Д.Медведев: Нет, бывает, но в данном случае эта мера бьёт именно по двум сторонам.

М.Бондарева: А если брать последние… даже санкциями их сложно назвать. Вот «кремлёвский доклад» – это, наверное, даже не санкции, а какой-то такой пугающий список. Что Вы можете о нём сказать? Он как-то тормозит развитие бизнеса?

Д.Медведев: Любые санкции, ещё раз подчеркну, конечно, работают в отношении всех, кто затрагивается этими решениями, – и тех, кто принимает эти решения, и тех, на кого они распространяются. Другое дело, какой они дают результат. Я всегда вспоминаю историю советского периода. В отношении Советского Союза санкции вводились около десятка раз. Ни одна из этих мер не привела ни на йоту к изменению позиции правительства Советского Союза. Это просто экскурс в историю.

Что касается нынешней темы, связанной с какими-то списками – опубликованными, неопубликованными... Во-первых, на мой взгляд, это в значительной степени внутриамериканская проблема. Это проблема борьбы американского истеблишмента с Президентом Трампом, это проблема сведения счётов между демократами и республиканцами, это проблема противоречий в республиканской части американской элиты. И вокруг этого крутится российская тема, при помощи которой значительная часть американского истеблишмента решает свои внутренние задачи.

Действительно, для бизнеса попадание в различного рода списки – это всегда настораживающий момент. И именно на это рассчитывают те, кто пытается давить на нашу страну. Причём это касается не только и, на мой взгляд, не столько российского бизнеса, сколько бизнеса, например, европейского. Когда списки формируются, они тем самым как бы говорят: вот посмотрите, такая-то компания попала в список, вы аккуратнее с ней, потому что мы её где-то там указали. Почему они это делают? По сугубо прагматическим причинам. Потому что они хотят продвинуть свои компании на европейский рынок (а скажем прямо, между Европой и Соединёнными Штатами Америки сейчас не лучший период отношений) и вытеснить наши компании, разорвать хозяйственные связи, которые сложились за десятилетия между Европейским союзом и Российской Федерацией, между компаниями из Евросоюза и России. И продвинуть свои проекты. Примеров полно, но я приведу, наверное, самый крупный. Американцы напрямую в своих законах борются с нашим «Северным потоком». Но не потому, что он не соответствует идеологии администрации Соединённых Штатов или Конгресса, а по вполне прозаическим, простым причинам: они хотят продвинуть свой сжиженный природный газ на европейский рынок и постараться нас вывести из игры.

М.Бондарева: Как это называется – геополитика? Как Вы считаете, будет ли новый виток санкций? Нас пугают, что есть какой-то ещё скрытый список, что могут ввести какие-то новые санкции. Ваше личное мнение, Ваши личные ожидания? Идут ли кулуарные обсуждения этой темы?

Д.Медведев: Мы ничего не ожидаем. Если кто чего захочет – может это сделать. Пусть у них голова болит. Мы готовы к любым решениям. Российская экономика за последние два года доказала, что способна справиться с очень серьёзными вызовами, в том числе с санкционными ограничениями – и по поставкам, и в области финансов. От того, что они какие-то очередные списки опубликуют или какие-то решения объявят, принципиально ничего не изменится. Это не значит, что мы не следим за ситуацией. Мы готовимся. Например, специальный банк недавно появился, который должен заниматься обслуживанием в том числе оборонной промышленности. Просто для того, чтобы нас, что называется, не застигли врасплох. Но в целом я никаких существенных угроз для нашей экономики, а тем более для граждан нашей страны не вижу.

М.Бондарева: Последний вопрос об отношениях России и Запада. Столько уже санкций, столько взаимных упрёков... И политические санкции, и экономические, и спортивные – чего только не было за это время! Нет ли такого ощущения у Вас лично, что какая-то черта невозврата пройдена?

Д.Медведев: Да нет никаких черт невозврата. Нет никаких красных линий. Есть история, которая всё расставляет на свои места. Много было разных эпизодов в российской истории с западными странами – и с Соединёнными Штатами, и с европейскими странами. В конечном счёте разум брал верх. Отношения стабилизировались, дурацкие решения отменялись, бизнес продолжался. Я уверен, что и в этот раз так будет. Хотя, прямо скажем, это время действительно в наших отношениях потрачено зря. Бизнес потерял деньги, рабочие места, никто от этого ничего не приобрёл.

М.Бондарева: Если говорить о правилах для бизнеса: сегодня на пленарной дискуссии шла речь, и недавно на РСПП тоже бизнес яро высказывал свою точку зрения по поводу того, что правила должны быть чёткими, стабильными, не меняться и так далее. Тем более ввиду обострённой геополитической ситуации. Должен ли бизнес опасаться повышения налоговой нагрузки?

Д.Медведев: Мы некоторое время назад (Президент об этом сказал, Правительство получило президентское поручение) договорились не менять условия игры. И я считаю, что мы (я имею в виду в широком смысле – власти) эту договорённость соблюдаем. Есть какие-то нюансы всегда, но мы сказали, что до 2018 года никак не трогаем налоговую систему, – мы её не трогаем. Бизнес иногда говорит: вы налоги не трогаете, но неналоговые платежи меняете. Да, в некоторых случаях это происходит, тот же нефтяной налоговый манёвр, некоторые другие решения. Но всё-таки это не кардинальные изменения налоговой системы. Давайте призадумаемся: например, подоходный налог в нашей стране уже не меняется 18 лет практически, ну чуть меньше, хотя в других странах он прыгает – то одна ставка, то другая…

Это означает, что мы всё-таки стараемся создать стабильные условия работы, условия жизни и для граждан, и для бизнеса. За последние годы мы не меняли, ещё раз говорю, налоговых правил. Это не означает, что налоговая система является абсолютно оптимальной. Какие-то изменения назрели, но их нужно обсудить, сделать это открыто и не создавать условий, которые кардинальным образом будут отличаться от тех, что есть.

В этом смысле, я считаю, бизнес может чувствовать себя спокойно.

М.Бондарева: А простым россиянам в этом плане есть чего опасаться?

Д.Медведев: Я же сказал, что мы в последние годы ничего практически не трогали в налоговой системе. И никаких опасений быть не может в том плане, что власть вдруг ни с того ни с сего решит каким-то непонятным образом ввести какие-то обременительные налоги, платежи новые, – ничего подобного мы делать не должны. Всякие изменения в налоговой системе должны быть сбалансированными и предварительно обсуждёнными и с экспертным сообществом, да и просто с людьми. Но ещё раз говорю: это не значит, что нужно стоять на месте. Нужно развиваться.

М.Бондарева: То есть всё-таки изменения какие-то будут?

Д.Медведев: Какие-то изменения всегда необходимы.

М.Бондарева: Последняя тема – цифровая экономика. Вы о ней уже говорили. Это, скажем, то, на что сейчас делает ставку наша страна – по планам Кремля, Правительства, это для нас драйвер роста. Вы поручили своей команде, Правительству, министрам изучить big data, блокчейн и так далее.

Д.Медведев: Понимаете, это, так сказать, не позиция, которую придумали где-то в высших инстанциях, в Кремле, в Правительстве. Это веление времени. Весь мир развивается сейчас как цифровой мир. И эти красивые выражения, которые ещё пять лет назад никто не слышал и не использовал в повседневной жизни, сейчас приобрели абсолютно конкретные измерения. Вот Вы сказали про блокчейн. Что такое блокчейн? Это система распределённых данных, которая позволяет верифицировать целый ряд операций, сделать их абсолютно доверенными, не подверженными мошенническим манипуляциям и тем самым укрепить доверие вообще к финансовой системе, к системе регистрации. У этой системы в целом огромное будущее, просто потому, что эту систему невозможно исказить, она сама себя поддерживает. Я уверен, что система распределённых данных будет применяться в самых разных областях.

М.Бондарева: Вы в это верите?

Д.Медведев: Я не просто в это верю. Уже сегодня – так. Хотя какие-то моменты могут и исчезнуть. Вот много про криптовалюты говорят…

М.Бондарева: Только хотела спросить: а в майнинг и биткойн верите?

Д.Медведев: Понимаете, все эти разговоры должны основываться на реальных потребностях. Судьба криптовалют нам непонятна. Именно с этим, кстати, связана высокая степень волатильности таких валют, то есть падения и роста курса этих валют. К ним нет доверия. Это бесконечный набор спекуляций.

М.Бондарева: Нет регулирования.

Д.Медведев: И нет регулирования, совершенно верно. Здесь регулирование необходимо и национальное, и наднациональное. Останутся они или исчезнут – на сей счёт есть очень разные мнения. Но возвращаясь к технологии распределённого реестра данных, или блокчейна: вне зависимости от судьбы этих криптовалют блокчейн и система верификации, которая основана на этой технологической идее, останутся точно. И это очень полезно для человечества и должно использоваться и в нашей стране. То, что связано с большими массивами данных (Вы упомянули уже big data), – тоже очень важное направление, которое позволяет обобщать результаты огромного массива данных, на основе этого устанавливать закономерности и принимать технологически, а впоследствии и экономически выверенные решения, в том числе о том, каким образом развивать ту или иную сферу экономики или социальную сферу, каковы реальные доходы. Всё это, безусловно, нуждается в государственной поддержке. Мы приняли программу цифровой экономики и обязательно будем воплощать её в жизнь.

М.Бондарева: Я так понимаю, вопрос, покупаете ли Вы биткойны, задавать нет смысла, потому что ответ будет «нет».

Д.Медведев: Я Вам могу прямо ответить: конечно, нет.

М.Бондарева: Получится через год нам с Вами здесь встретиться и записать интервью, как Вы считаете?

Д.Медведев: Если Вы меня пригласите дать интервью, я всегда к этому готов. Это не проблема. Был бы предмет для разговора. Но я уверен, что предмет для разговора будет, потому что наша экономика растёт, развивается. Такие форумы, как сочинский, очень популярны. И мои коллеги по Правительству вне зависимости от того, какова будет их судьба, я уверен, будут и дальше принимать участие в обсуждении ключевых вопросов. Сюда будет приезжать бизнес, эксперты. Потому что это прекрасное место и для того, чтобы обсудить сложные экономические и социальные вопросы, и просто для того, чтобы отдохнуть, скажем, покататься на лыжах.

М.Бондарева: Спасибо Вам большое за интервью. Желаю Вам, чтобы удачно прошёл этот форум.

Д.Медведев: Спасибо.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 15 февраля 2018 > № 2500543 Дмитрий Медведев


Казахстан > Финансы, банки > dknews.kz, 15 февраля 2018 > № 2498026 Тулеген Аскаров

Страховщикам пора объединяться и укрупняться

Хотя концовка минувшего года на страховом рынке и обошлась без потрясений, подобных случившимся в банковском секторе, тем не менее, и здесь в декабре не обошлось без негатива.

Тулеген АСКАРОВ

Начнем с того, что в последний месяц ушедшего года вновь возобновилась тенденция к сокращению совокупных активов страховщиков, наметившаяся до этого в октябре. Правда, в ноябре они вновь начали расти, прибавив 1,6%. Однако после этого в декабре произошло их снижение почти на 1% до 926,6 млрд тенге, в абсолютном выражении – на 9,6 млрд тенге. При этом у занявшей по итогам года первое место по их размеру «Евразии» сложился прирост на 0,5% до 218,6 млрд тенге. Другие участники рынка по этому показателю значительно уступали лидеру. Занявшая второе место «Виктория» завершила год с активами в 84,5 млрд тенге, прибавив за декабрь 1,7%. Далее расположились «Номад Life» (3,7% до 67,4 млрд тенге), «Халык-Life» (1,7% до 64,8 млрд тенге), «Казкоммерц-Life» (1,1% до 61,7 млрд тенге), «Халык-Казахинстрах» (2,4% до 51,7 млрд тенге), «KazakhExport» (0,2% до 46,1 млрд тенге).

Из этого позитивного строя явно выпал «Казкоммерц-Полис» – у этого страховщика активы сократились в декабре на 12,7% почти до 38 млрд тенге, а в абсолютном выражении на 5,5 млрд тенге. Тем не менее этой компании удалось удержаться на 8-м месте, тогда как следовавший за ней к началу последнего месяца года «Казахмыс» опустился на 10-ю позицию, потеряв за декабрь 20,6% своих активов, или 8,2 млрд тенге до 31,8 млрд тенге! Кстати, акционеры этого страховщика в конце прошлого года на своем внеочередном общем собрании приняли решение о добровольном делистинге простых акций компании из официального списка KASE. А уже в этом году, точнее, с 26 января, биржевики исключили эти ценные бумаги из своего листинга. Кроме перечисленных выше участников рынка, сохранила за собой место в первой десятке по активам и «Государственная аннуитетная компания», активы которой увеличились в декабре на 2,2 до 33,7 млрд тенге.

Схожая динамика сложилась в конце прошлого года и по совокупному собственному капиталу страхового сектора. После снижения в октябре значение этого показателя немного увеличилось за ноябрь, однако в декабре вновь уменьшилось – на этот раз на 2,2% почти до 413 млрд тенге, в абсолютном выражении – на 9,3 млрд тенге. Абсолютным лидером минувшего года по размеру совокупного капитала стала «Евразия» с 109,4 млрд тенге, показавшая в декабре хоть и незначительное (0,02%), но все же его увеличение. Второе место и здесь заняла «Виктория», но она прибавила в «весе» за последний месяц прошлого года гораздо больше – 1,3% до 76,7 млрд тенге. Концентрация страхового рынка по этому показателю весьма велика, поскольку занявший третье место «KazakhExport» располагал капиталом к концу года в 42,1 млрд тенге с незначительным его снижением в декабре. 10-миллиардную планку по итогам года смогли преодолеть также «Халык-Казахинстрах» с драматическим падением более чем на четверть (26,2%) до 23,4 млрд тенге (в абсолютном выражении – на 8,2 млрд тенге), «Казкоммерц-Полис», потерявший в «весе» 16,1% до 20,2 млрд тенге, «Kaspi Страхование» (5,0% до 10,8 млрд тенге), «Халык-Life», прибавившая 4,0% до 10,8 млрд тенге, и «Казкоммерц-Life» (2,3% до 10,5 млрд тенге).

По другим ключевым показателям динамика сложилась вполне позитивной. Совокупная прибыль (нераспределенный доход) страховщиков увеличилась в декабре на вполне приличные 7,9% до 56,1 млрд тенге. «Евразия» и здесь уверенно заняла первое место с прибылью почти в 13 млрд тенге, показав ее прирост за последний месяц минувшего года на 1,0%. За лидером расположились «Kaspi Страхование» с гораздо большим увеличением на 7,9% до 6,2 млрд тенге и «Виктория» с совсем уж впечатляющей прибавкой почти на четверть (23,0%) до 5,4 млрд тенге. Другим же участникам рынка планка в 5 млрд тенге по прибыли так и не покорилась по итогам года.

Совокупный объем собранных страховщиками премий вырос за декабрь на 7,6% до 396,3 млрд тенге, в абсолютном выражении – на 28,1 млрд тенге. Интригу здесь задавал тандем «Евразии» и «Казахмыса», но второму страховщику так и не удалось обойти или хотя бы догнать лидера за последний месяц минувшего года. В итоге «Евразия» стала лидером, прибавив за декабрь 9,7% до 55,2 млрд тенге, а «Казахмыс» со скромным приростом всего на 0,8% до 45,4 млрд тенге так и остался на втором месте. В группу страховщиков, сумевших собрать премий по итогам года более 20 млрд тенге, вошли также «Халык-Life» (9,3% до 37,9 млрд тенге), «Халык-Казахинстрах» (9,1% до 26,9 млрд тенге), «Номад Life» (14,5% почти до 24 млрд тенге) и «Казкоммерц-Полис» (3,8% до 23,9 млрд тенге).

Совокупный же объем страховых выплат увеличился в декабре в большей степени по сравнению с премиями – на 12,2% до 88,7 млрд тенге, в абсолютном выражении – на 9,6 млрд тенге. Здесь концовка года ознаменовалась конкуренцией между «Евразией» и тандемом в составе «Халык-Казахинстраха» и «Казкоммерц-Полиса». К моменту публикации регулятором данных по итогам минувшего года стало известно, что единственный акционер «Халык-Казахинстраха» принял решение о добровольной реорганизации этой компании путем присоединения к ней «Казкоммерц-Полиса». У первого страховщика за прошлый год страховые выплаты составили 8,4 млрд тенге с приростом за декабрь на 7,9%, а у второго – 6,3 млрд тенге (4,6%). Таким образом, в сумме они выплатили по итогам года 14,7 млрд тенге против 16,0 млрд тенге у занявшей первое место «Евразии». Другие же участники рынка не смогли преодолеть здесь уровень в 5 млрд тенге.

В заключение отметим, что и другие страховщики готовятся к усилению конкуренции на рынке после завершения 5-летнего переходного периода с момента вступления Казахстана в ВТО в 2015 году. Напомним читателям, что с 2020 года внутренний рынок нашей страны открывается для иностранных страховщиков, которые смогут предоставлять свои услуги напрямую. Поэтому вполне логичным выглядит помимо объединения страховых «дочек», входящих в группу Народного банка Казахстана, и решение Совета директоров Нурбанка о реорганизации его дочерней страховой компании «Нурполис» путем присоединения к «Виктории».

Казахстан > Финансы, банки > dknews.kz, 15 февраля 2018 > № 2498026 Тулеген Аскаров


США. Весь мир > Финансы, банки > zavtra.ru, 14 февраля 2018 > № 2497954 Валентин Катасонов

ГРОМ

Сверкают первые молнии очередной грозы мирового финансового кризиса?

Гром - сильный грохот, раскаты, сопровождающие молнию во время грозы. Гремит гром. Гром среди ясного неба (о чём-нибудь неприятном и неожиданном). Гром не грянет, мужик не перекрестится (пословица о том, что спохватываются только тогда, когда приходит беда). Сильный шум, звуки ударов. Гром стоит кругом (всё грохочет). Громовые раскаты.

С. И. Ожегов, Н. Ю. Шведова. Толковый словарь русского языка.

Основные фондовые индексы США на торгах в понедельник, 5 февраля, снизились на 3,8-4,6%, сообщает РИА Новости.

Между тем обвал на фондовом рынке США вызвал цепную реакцию на мировых торговых площадках. Так, японский Nikkei потерял 4,73%, что стало худшим показателем за 18 лет. В Гонконге индекс Hang Seng опустился на 4,84%, китайский Shanghai Composite — на 3,35%.

Биржевые торги в Европе также начались с падения на 2,8% панъевропейского индекса EuroStoxx600. Немецкий DAX опустился на 2,06%, французский CAC 40 — на 2,17%, английский FTSE 100 — на 2,29%.

Во вторник основные фондовые индексы США на открытии торгов снова вошли в красную зону, однако вскоре перешли к росту и к закрытию бирж повысились на 1,8-2,3%.

В заявлении Белого дома подчеркивается, что Дональд Трамп сосредоточен на долговременном поддержании фундаментальных экономических показателей, а с ними все в порядке. «Рынки колеблются, но фундаментальные основы нашей экономики очень крепки, и мы движемся в правильном направлении», — заверил журналистов представитель Белого дома Радж Шах.

Экспертные оценки

Валентин Катасонов

В понедельник на биржах и основных новостных ресурсах началось что-то вроде паники. Типичные заголовки: «Мир ожидает нового 1929 года»; «Грядёт новый мировой кризис»… Американский миллиардер Карл Айкан убеждён в том, что обвал индексов предупреждает о будущих потрясениях, причём их последствия могут оказаться хуже, чем во времена Великой депрессии. Что же мы видим? Некие пузырьки, которые бывают на весенних лужах во время тёплого дождя, наполненные грязным, но неопасным спекулятивным воздухом, или действительно в мире надувается пузырь из ядовитого, взрывоопасного газа?

Никакой неожиданности в этом «чёрном понедельнике» нет, потому что его ожидали ещё в 2017 году. Более того, в прошлом году году ждали начала второй волны глобального финансового кризиса, первая волна которого проходила в период с 2007 по 2009 годы. Большинство аналитиков и экспертов говорили и продолжают говорить о том, что вторая волна глобального финансового кризиса будет намного более серьёзной, более разрушительной. И когда меня спрашивали: «Какие самые главные события ушедшего 2017 года?», — я говорил, что начну свой ответ с того, что назову то событие, которого ждали, а оно не произошло. А это именно вторая волна глобального финансового кризиса. И тогда я сказал, что скорее всего в 2018 году эта вторая волна и будет главным событием года.

Сказать, каким будет ли продолжение чёрного понедельника, я не берусь. Это примерно как раскаты грома. Мы можем ждать наступления грозы и молний в течение одной минуты, а может пройти ещё час, пока, наконец, не начнётся гроза с молниями, проливным дождём, ураганом и так далее. Это знает один Господь Бог. Но в целом, если судить по статистическим показателям, то сегодня ситуация даже более серьёзная, чем она была накануне первой грозы — я имею в виду первую волну глобального финансового кризиса. Такие показатели, как, скажем, капитализация рынков, сравнение капитализации отдельных компаний с прибылью, которую дают эти компании, такие показатели, как относительный уровень долга, не дают поводов для оптимизма. Сегодня относительный уровень долга в Соединённых Штатах, в Европейском Союзе, в Китае превысил 300% ВВП, а это больше, чем в 2007 году. Ну и разные показатели, которые используются в так называемом фундаментальном анализе (его обычно применяют те, кто работает на фондовых рынках), тоже сегодня превзошли уровень 2007 года.

То есть можно говорить, что пузыри надулись, можно сказать, что долговая пирамида выросла до небес, но когда конкретно, какого числа какого месяца обвалится пирамида и произойдёт схлопывание пузыря, я, конечно, сказать не могу. Но думаю, что это может произойти в 2018 году.

Предвестники новой волны кризиса проявлялись уже больше двух лет назад. В 2015 году произошла паника на фондовых площадках Китая. Тогда фондовые индексы упали в среднем на 1/3. Это потери, которые в абсолютном выражении измерялись сотнями миллиардов, даже фигурировала цифра два триллиона долларов — а это совокупная капитализация фондовых рынков нескольких средних стран. Тогда Китай, используя свои специфические административно-командные методы, сумел купировать дальнейшее развитие этого фондового кризиса. Но, тем не менее, налицо все признаки того, что гроза начинается.

Я могу, конечно, объяснить, почему именно 5 февраля возникла та ситуация, которую мы называем «чёрным понедельником». Дело в том, что Министерство торговли Соединённых Штатов опубликовало статистические показатели за январь, в том числе по занятости, по инфляции. И получилось, что за январь в экономике Соединённых Штатов возникло 200 тысяч рабочих мест — это даже больше, чем ожидалось. Дефляции никакой нет, а есть даже некоторые признаки слабой инфляции. Что это означает на языке тех, кто живёт и работает в мире финансов? Это означает: скорее всего Федеральная резервная система США в условиях относительной экономической стабилизации будет повышать ключевую ставку. И обратите внимание, что именно в понедельник, 5 февраля, был первый рабочий день нового председателя ФРС Джерома Пауэлла. Не знаю, случайно ли совпадение или это некий знак свыше? — но ни один из руководителей Федеральной резервной системы не стартовал, не начинал свою карьеру с такого события, которое произошло 5 февраля. Пауэллу не позавидуешь.

А на прошлой неделе, то есть буквально за несколько дней до «чёрного понедельника», два бывших руководителя ФРС — Гринспен и Йеллен — сделали громкие заявления о новом финансовом кризисе. Алан Гринспен обвинил Дональда Трампа в утаивании реального положения дел, сказал: «Убеждён, что ситуация будет только усугубляться, если ФРС продолжит повышать процентные ставки», и предупредил о двух пузырях — на фондовом рынке и рынке гособлигаций. А Джанет Йеллен, которая в пятницу последний день отработала на посту главы Федеральной резервной системы, также указала на опасность перегретого рынка, вот её слова: «Я не хочу называть то, что мы видим сейчас, пузырём, но я бы сказала, что в общем оценка активов завышена».

Таким образом, мы видим сплетение двух факторов? С одной стороны, есть объективные факторы, о которых я сказал вначале, а с другой стороны, есть субъективные факторы — мы видим некую информационную атаку?

Тут мы затронули очень серьёзную тему. Я могу сказать так: в принципе, любой кризис имеет относительно объективные причины, которые можно выразить с помощью каких-то статистических показателей. Но при этом спровоцировать кризис может некий субъективный фактор. И любой кризис обычно есть сочетание таких объективных и субъективных причин и факторов. Взять тот же самый обвал фондового рынка в октябре 1929 года — там было сочетание того и другого. Я даже объясню, почему так происходит. Потому что хозяева денег, как правило, не ждут, когда произойдёт самопроизвольный, стихийный обвал долговой пирамиды. Они к этому обвалу готовятся. И в какой-то момент времени они и организуют обвал. Так что здесь сочетание того и другого. Я не исключаю, что это может быть вызовом «глубинного государства» Трампу и его команде. Джером Пауэлл, конечно, человек Трамп, но при этом он очень осторожный, занимает срединную позицию. Но, тем не менее, такая осторожность и срединность не спасла Джерома Пауэлла от такого, можно сказать, шока. Формально, конечно, никто не будет приписывать Пауэллу «чёрный понедельник» — он не успел ещё даже сделать никаких громких заявлений. Но, тем не менее, это уже какие-то пятна на белом мундире нового председателя Федеральной резервной системы.

Эти американские игры могут коснуться и нас. В эти дни эксперты обсуждают последствия для России от нового витка кризиса. И аналитики разделились прямо как в анекдоте про пессимиста, который говорит, что хуже быть не может, и оптимиста, который утверждает: «Может, может, может!» Пессимисты говорят, что России ничего не грозит, потому что мы находимся на таком уровне падения, что и ожидать ничего хуже нам не приходится. Но мы помним, вообще-то, что и в 2008 году, и в 1998 году мы не были на вершине финансово-экономического успеха — тем не менее провалились и упали ещё ниже. Так правы оптимист или пессимист? Хуже быть может или хуже быть не может?

Конечно, может. Я помню: когда в Америке начался финансовый кризис, то Алексей Кудрин, тогдашний министр финансов, говорил о том, что у нас здесь в России «тихая заводь и нам ничего не грозит». Также он выражался: «Россия — остров стабильности». А потом начались обвалы на фондовом рынке. С мая по октябрь 2008 года капитализация на фондовом рынке финансовых инструментов, акций упала на один триллион долларов. Понятно, что это всё вроде бы виртуальные вещи, но за этими виртуальными вещами скрывались банкротства и увольнения десятков и сотен тысяч людей. Такая трагедия. Я думаю, что и сегодня кризис может ударить очень даже конкретно по многим отраслям, многим предприятиям и по гражданам, которые работают на этих предприятиях.

Механизм процессов заключается в том, что начинается бегство от акций. Почему всё-таки статистика Министерства торговли США оказала такой триггерный эффект на ситуацию на фондовом рынке? Да потому, что инвесторы быстро сообразили — ага, значит, будет повышение ключевых ставок. А если будет повышение ключевых ставок — значит, возрастёт доходность казначейских бумаг. По прогнозам, если будет ещё два пошаговых повышения ключевой ставки, то доходность десятилетних казначейских бумаг будет составлять 2,5% в год. Это вполне реальная доходность, причём по безрисковым бумагам, в отличие от каких-нибудь NASDAQовских бумаг, которые реально не обеспечивают такую доходность, а риски очень высокие. Грубо говоря, инвесторы начали перекладываться в государственные бумаги. И точно такой же механизм задействован и на фондовом рынке России — инвесторы начинают перекладываться в менее рисковые или безрисковые инструменты, в том числе и в казначейские бумаги Соединённых Штатов.

Когда Минфин РФ делает всё более объёмные и масштабные закупки валюты, это косвенный признак того, что рубль будет падать или обваливаться, а доллар будет расти. Вот так. Потому что если бы правительство верило в рубль, оно бы не делало таких закупок зелёной бумаги.

США. Весь мир > Финансы, банки > zavtra.ru, 14 февраля 2018 > № 2497954 Валентин Катасонов


Россия > Финансы, банки. Агропром > premier.gov.ru, 14 февраля 2018 > № 2496331 Дмитрий Патрушев

Встреча Дмитрия Медведева с председателем правления АО «Россельхозбанк» Дмитрием Патрушевым.

Обсуждались итоги работы Россельхозбанка в 2017 году, а также перспективы развития кредитной организации в текущем периоде.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Дмитрий Николаевич, мы недавно проводили совещание, посвящённое поддержке сельского хозяйства в текущем году, смотрели на результаты 2017 года. В значительной мере успехи сельхозпроизводителей связаны с тем, какие они используют финансовые инструменты, как получают кредиты, по какой ставке, насколько они способны их обслуживать – в общем, весь комплекс вопросов, которыми занимается возглавляемый Вами Россельхозбанк.

Каковы результаты нашего крупнейшего кредитора для сельского хозяйства – Россельхозбанка? Что сделано, каковы перспективы?

Д.Патрушев: Дмитрий Анатольевич, прежде всего хотел бы Вас поблагодарить за поддержку, которая оказывается Россельхозбанку. Однозначно могу сказать, что поддержка акционеров позволяет нашему банку исполнять установленные показатели по росту кредитования реального сектора экономики, в первую очередь агропромышленного комплекса, который является нашим основным клиентом. По кредитованию реального сектора экономики мы даже несколько опережаем рынок.

Назову несколько цифр. Общий кредитный портфель Россельхозбанка на 1 января 2018 года составил 1,9 трлн рублей. Как я уже сказал, АПК – это наш основной партнёр, основной клиент, таким он был и остаётся. Заёмщикам АПК в рамках госпрограммы развития сельского хозяйства в 2017 году нами выдано 1,1 трлн рублей кредитов. Это цифра достаточно серьёзная, она выше, чем в 2016 году, и значительно выше, чем в 2015 году.

Мы сохраняем лидерство в кредитовании сельскохозяйственных, сезонных полевых работ. В 2017 году мы на эти цели направили 270 млрд рублей. Эта цифра складывается из двух составляющих. Кредитование крупных клиентов составило порядка 220 млрд рублей, и, что очень важно, малому и среднему бизнесу на сезонные полевые работы мы выдали порядка 50 млрд рублей кредитов. То есть этот баланс мы тоже соблюдаем – кредитуем не только крупный, но и малый и средний бизнес.

Хотел бы особо отметить, что на повышение спроса на кредиты сельскому хозяйству серьёзно влияет механизм льготного кредитования, который был запущен в прошлом году и который, на наш взгляд, показывает свою эффективность. Мы полностью освоили бюджетную квоту, которая выделялась на Россельхозбанк. Через механизмы льготного кредитования мы прокредитовали своих клиентов примерно на 110 млрд рублей.

Естественно, мы не только малому и среднему бизнесу уделяем особое внимание, но и розничным клиентам – это фермеры, сельское население. У нас кредитуются порядка 300 тысяч представителей самозанятого сельского населения. По увеличению розничного кредитного портфеля мы занимаем на сегодняшний день четвёртое место.

Активно наращиваем ипотечный портфель. Мы принимали участие в льготной ипотеке. По прошлому году объём выдач по ипотечному кредитному портфелю у нас был достаточно серьёзный – 182 млрд рублей. Это почти в два раза больше, чем за последние годы.

По малому и среднему бизнесу объём нашего портфеля тоже значительный – 320 млрд рублей. Несмотря на то что он несколько снизился, мы до сих пор находимся на третьем месте по кредитованию этого сегмента.

Отдельно хотел бы отметить, что мы обеспечиваем рост операционной прибыли. Это была наша вечная проблема, тем не менее мы вышли сейчас на нормальное соотношение тех средств, которые зарабатываем. Операционная прибыль по итогам 2017 года достигла почти 70 млрд рублей. С учётом проблем, которые накопились в банке, мы вынуждены практически все эти деньги направлять на резервы. Тем не менее второй год мы прибыльны. По итогам 2017 года покажем прибыль 1,8 млрд рублей. Это лучше, чем по прошлому году.

Д.Медведев: Итоги вполне достойные.

Мы договорились о сохранении практически всех инструментов государственной поддержки, включая льготное кредитование для аграрных производителей, для села. Хотел бы, чтобы Россельхозбанк в этом смысле сохранял свою долю на рынке, оставался основным банком для кредитования и финансирования сезонных работ, то есть оперативной деятельности, и для инвестиционных кредитов, и для тех производителей, которые относятся к категории малого и среднего бизнеса на селе. Это исключительно важно.

Д.Патрушев: Будем это делать, Дмитрий Анатольевич, обязательно.

Россия > Финансы, банки. Агропром > premier.gov.ru, 14 февраля 2018 > № 2496331 Дмитрий Патрушев


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > forbes.ru, 14 февраля 2018 > № 2496262 Александр Дунаев

Деньги на жизнь. Как микрозаймы помогают бороться с бедностью

Александр Дунаев

сооснователь ID Finance, операционный директор сервиса онлайн-кредитования MoneyMan

Одна из главных проблем России — бедность населения. Как ни странно, микрофинансовые организации могут помочь в решении этой проблемы

В ближайшие годы бедность будет одной из главных социальных проблем страны. Это достаточно давняя беда, но в последние годы ситуация усугубляется. Так, в третьем квартале 2017 года доля бедных в России достигла 13,1% от населения — это самый высокий показатель этого периода за шесть лет. По итогам года он вырос до 13,8%.

Опросы исследовательского холдинга «Ромир» показывают, что пятая часть россиян оценивает свое финансовое состояние как тяжелое или очень тяжелое, еще 46% называет его непростым.

Росстат оценивает долю россиян, находящихся в тяжелом состоянии, в 24,6%. Так или иначе, у четверти населения страны не хватает денег на жизнь, и есть ощущение, что кончится это не скоро. Почти 40% опрошенных считает, что экономическая ситуация в ближайшее время не выправится.

На разных уровнях общественной дискуссии предлагается множество способов борьбы с бедностью. Одни эксперты предлагают повысить минимальный размер оплаты труда (МРОТ) до прожиточного минимума. Другие — верят в технологические возможности решения этой проблемы. Опыт развивающихся стран говорит о том, что помимо социальных реформ в борьбе с бедностью помогает стимулирование предпринимательства.

Путь в микрофинансы

Из-за высокого уровня неформальной занятости и относительно низких доходов у граждан нет доступа к традиционным финансовым институтам. Но зато у них есть доступ к микрофинансовым организациям (МФО). Так получилось, что именно микрофинансовые организации в России накопили большую экспертизу в работе с людьми, доход которых не превышает 30 000 рублей.

У этих компаний есть огромный ресурс, инфраструктура, технологии и опыт, которыми можно воспользоваться. МФО — это уже фактически опорный финансовый инструмент для целого пласта населения России, который игнорирует банки из-за высоких рисков и низкой рентабельности мелких займов.

В декабре мы проводили исследование — узнавали, на что берут займы наши клиенты. Значительная часть займов была связана с неотложными нуждами — оплатой ЖКХ, ремонтом техники, медицинскими услугами и затратами на дорогу до родных, когда задерживают зарплату. Есть огромное количество людей, которых государство и банки, кажется, просто не замечают.

В России с помощью МФО может получить развитие индивидуальное предпринимательство. По последним данным Банка России, доля граждан в совокупном портфеле МФО составляет 80%, индивидуальных предпринимателей — 10,4%, компаний —9,6%. Но, во-первых, доля предпринимателей растет, а во-вторых, даже среди тех, кто берет заем как физлицо, много самозанятых.

Польза от займа

Механизм МФО в России продолжает эволюционировать, но он уже сейчас серьезно влияет на ситуацию. Сервисы онлайн-кредитования делают доступными финансы в любой точке мира — даже там, куда сложно добраться на внедорожнике или собачей упряжке.

Компании также открывают доступ к кредитам людям без кредитной истории или с испорченной историей и помогают исправить ее. Это, в свою очередь, со временем открывает для них доступ к банковским продуктам, таким как ипотека, автокредиты и т.д.

Еще микрокредиты повышают финансовую и техническую грамотность населения. С каждым годом растет доля заемщиков старших возрастных групп, которые пользуются исключительно мобильными приложениями для получения кредитов. У некоторых это буквально следующее установленное приложение после Viber и WhatsApp. Когда заемщики МФО переходят на следующий уровень отношений с финансовыми институтами, становясь клиентами банков, мобильный и онлайн-банкинг уже не является для них экзотикой.

Центробанк работает над внедрением показателя долговой нагрузки при кредитовании для снижения аппетита кредиторов к риску. Однако финансово-технологические компании на рынке микрофинансирования уже работают по схеме risk based pricing, оценивая потенциальный риск, но при этом не отклоняют кредитные заявки, а предлагают оптимальные условия ссуд.

Согласно данным Счетной палаты, более 20 млн россиян оказались за чертой бедности по итогам 2017 года. Это на треть больше, чем 5 лет назад. Один из уроков, которому научились граждане России за последние годы, — лучше не ждать, что ситуация когда-то улучшится сама собой. Выбор небольшой — либо надеяться на чудо и не выносить мусор вечером и не свистеть в доме, либо выбираться самому с помощью в том числе и доступных финансовых инструментов.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > forbes.ru, 14 февраля 2018 > № 2496262 Александр Дунаев


США. Евросоюз. Корея > СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 14 февраля 2018 > № 2496259 Михаил Константинов

Пистолет за биткоины. Кто на самом деле зарабатывает на криптовалютах

Михаил Константинов

Эксперт

Мир переоценил технологию блокчейн. Блестящего прорыва в этой сфере до сих пор нет, а криптовалюты активно используются разве что в расчетах на черном рынке

В январе 2018 года платежный сервис Visa без предупреждения заблокировал криптовалютные карты, выпускаемые в Евросоюзе. О том, что карты аннулированы, владельцы узнали в кассах магазинов, на автозаправках, при оплате номера в отеле на отдыхе. Неделей позже Республика Корея заявила о планах запретить на своей территории любые сделки с криптовалютой.

Сегодня эта страна занимает 20-25% мирового рынка криптовалют по объему заключенных сделок. Что на самом деле вынуждает крупнейшие платежные системы и целые государства отказываться от виртуальных денег? Попробуем разобраться.

Находка для криминала

Посмотрите ради интереса, что продается в даркнете: информация из чатов в мессенджерах Telegram и What’s App, фальшивые паспорта и дипломы, наркотики, сомнительной подлинности бланки рецептов строгого учета с печатями, оружие и многое другое, столь же уголовно преследуемое.

Основная валюта на этих анонимных просторах — биткоин, реже — другие криптовалюты. И уж совсем редко вы увидите «динозавра» — оплату через веб-кошелек. Почему? Потому что криптовалюта стала стопроцентной гарантией анонимности. Прежде на криминальных онлайн-рынках платежи шли через веб-кошельки, но платежные системы с завидной регулярностью эти кошельки блокировали. Чтобы открыть новый, нарушителям приходилось делать это с другого IP-адреса, да и пропавших на заблокированном кошельке денег не вернуть. Теперь, с появлением криптовалют, оплаты происходят легко и без лишнего риска: ты никто и нигде.

Черный рынок проголосовал за криптовалюты живым рублем, юанем или долларом: за цифровые активы поставляются товары и услуги, они стали реальным эквивалентом, а не эфемерными цифрами. Причем криптовалюта стала не ценой реального товара, а ценой анонимности при получении этого товара. Товар стоит $20, но вы покупаете его за $200, потому что делаете это анонимно.

Самый близкий пример — продажа оружия. По российским законам вы имеете право владеть оружием, но только получив разрешение на владение и зарегистрировав его, поэтому в магазине вы купите пистолет за $50. Если хотите незарегистрированный ствол, вы получите его, заплатив на черном рынке в десять раз больше. Почему? Потому что анонимность стоит дорого.

Доход для законопослушных

А теперь давайте посмотрим, сколько легальных товаров и услуг оплачиваются криптовалютой. Привести достоверную статистику нам не удастся, ее нет даже в любительских исследованиях — как раз потому, что за счет анонимности кошельков и невнятности назначения платежа такую статистику невозможно отследить.

Но знаете ли лично вы автосалон, где вам продадут Porsсhe за биткоины? Или агентство недвижимости, которое продаст вам квартиру за криптовалюту, взятую в ипотеку в солидном банке? Или, например, спецтехнику, тяжелый транспорт и машинное оборудование для вашего бизнеса? Я о таком не слышал.

Где же тогда законный стык криптовалюты, бизнеса и валюты реальной? Как на криптовалюте зарабатывают «белые» компании?

В первую очередь, за счет устройств для майнинга. Каждая видеокарта куплена у производителей не за биткоины, а за реальные деньги, с которых уплачены налоги. Во-вторых, неплохо зарабатывают компании, которые занимаются системами хранения данных, в том числе такие гиганты, как IBM, HP, EMC и др. Они продают инфраструктуру за живые доллары тем, кому надо хранить тонны информации, порождаемые распределенным реестром.

И конечно, лучше всех зарабатывают электростанции, питающие электроэнергией майнинговые фермы. Они делают это за реальные деньги, ведут отчетность и дружат с налоговиками. Их заработок прозрачен, так что анонимность им не нужна. По факту дорогая анонимность нужна только черному рынку, и Visa с корейскими властями это понимают. Более того, серьезные компании вообще не свяжутся с биткоинами — им пришлось бы серьезно постараться, чтобы задекларировать доход в криптовалюте.

Не декларировать нельзя — рано или поздно налоговые регуляторы разработают технологию, при которой взносы за криптовалюту будут начисляться по валу, по факту владения и по максимальному курсу за период владения. Налоговые службы не будут спать, видя такой потенциальный источник дохода для государства. История с взаимным декларированием доходов нерезидентами подтверждает, что налоговики во всем мире мыслят примерно одинаково — в режиме постоянного поиска упущенного государством дохода. Если налоговые службы добились от банков отчета по доходам европейских налогоплательщиков в банках других стран, где они не резиденты, то что говорить о криптовалюте?

Причем здесь блокчейн

Тренды, касающиеся криптовалют, ясно обозначены уже сейчас. Однако в вопросе блокчейна такой определенности нет до сих пор. Несмотря на ажиотаж, распределенный реестр пока не прижился массово в рознице, в корпоративном бизнесе или в финансовой индустрии. Одна из причин — распределенные реестры изначально придуманы футурологами как источник премии за вычислительную деятельность, а мы восприняли идею неверно.

Писатели-фантасты предсказывали, что валютой будущего будет энергия — джоуль, киловатт, даже литр воды, которую тоже можно воспринимать как чистую энергию, говоря о водородном топливе. Однако нам навязывают другой тренд — единицей расчетов предлагается сделать способность выполнить вычислительную работу. Но чтобы расплатиться способностью, надо превратить ее в некую единицу. Так появилась криптовалюта.

Смысл этой футурологической концепции в том, что не энергия, а способ ее утилизации для вычислений станет доминирующим. Но пока нет серьезных предпосылок перехода от реальных денег к энергии вычислений. Ведь следующий шаг после этого — отказ от денег в том понимании, в котором они существуют сейчас. Пока мы далеки от этого, а нам предлагают перепрыгнуть сразу через три этажа.

Распределенных реестров как блестящих бизнес-инструментов мы пока не видим: все то, что сейчас можно сделать с помощью блокчейна, легко реализуется и без него. Например, централизация власти — антипод распределения полномочий. В корпоративном мире, где есть вертикальная зависимость, что-то всерьез «распределить» трудно. По той же причине трудно внедрить распределенный реестр в инвестиционной деятельности — всегда есть категории инвесторов, которые входят в управление.

Блестящего прорыва до сих пор нет, все остальное — сомнительные разговоры. Например, компания заявляет: мы внедрили распределенный реестр, и вместо четырех дней сделку теперь обрабатываем за 4 часа. Но что это значит на самом деле? Компания внедрила новую технологию, поменяла регламент работы сотрудников, чтобы этапов согласования было меньше, и решения принимаются теперь быстрее. При чем тут распределенный реестр? Это обычная оптимизация. Просто под маркой внедрения распределенного реестра компания перетрясла штат, стимулировала сотрудников и увеличила скорость обработки сделки. Да, компания работает эффективнее и зарабатывает больше. Но распределенный реестр здесь ни при чем.

Мы часто слышим о пилотном внедрении распределенного реестра в отдельных проектах, но его массового использования с реальной выгодой пока нет. Может быть, это этап адаптации. Но рынок слишком долго находится в ожидании: в мире IT, где за год делаются серьезные проекты, полуторагодовое пустопорожнее обсуждение блокчейна — это плохой знак.

США. Евросоюз. Корея > СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 14 февраля 2018 > № 2496259 Михаил Константинов


Украина > Финансы, банки > interfax.com.ua, 13 февраля 2018 > № 2495980 Олег Бахматюк

Бахматюк: Я готов погасить все долги ВиЭйБи Банка и "Финансовой инициативы", но Нацбанк не хочет садиться за стол переговоров

Эксклюзивное интервью агентства "Интерфакс-Украина" с владельцем агрохолдинга "Укрлэндфарминг" и экс-собственником банков "ВиЭйБи" и "Финансовая инициатива" Олегом Бахматюком (I часть)

- Когда мы беседовали почти год назад, вы говорили, что надеетесь на налаживание конструктивного диалога с Нацбанком после отставки его главы Валерии Гонтаревой по поводу ваших предложений о реструктуризации долга перед выведенными с рынка банком "Финансовая инициатива" и ВиЭйБи Банком. Как сейчас обстоит дело? Ваши ожидания оправдались?

- Гонтарева до сих пор не в отставке, хотя наш разговор был в апреле прошлого года. Тогда было еще одно событие: мы выиграли Высший административный суд Украины о том, что в банк "Финансовая инициатива" незаконно была введена временная администрация. Суд доказал, что фактически произошел циничный инцидент - дисконтировали облигации государственного займа на 2 млрд грн, чем довели банк до банкротства. Однако за год судебное решение никто не исполнил. Ничего не отдали, Нацбанк даже не прокомментировал ситуацию.

- Решение ВАСУ не отменено, оно действует?

- Да, действует. Но никто не хочет его выполнять, никто ничего не хочет возвращать. Собираются банк довести до ручки. Он существует в полуподвешенном состоянии. Сейчас это вопрос уже больше справедливости, нежели экономический вопрос.

- У "Финансовой инициативы" среди других банков, в которые была введена временной администрации, особенный статус благодаря этому решению ВАСУ?

- Банк подвешенный. У нас были еще надежды этот банк спасти, но в том виде, в котором он сейчас, вряд ли можно его вообще назвать банком. Вложенные в него активы, а это - более $300 млн, вряд ли нам кто-то вернет. Поэтому суд – это больше дело принципа. Нацбанк в последний момент изменил условия и выкинул инвестора.

-- Кто сейчас руководит банком?

- Руководство назначал Фонд гарантирования. Мы к банку не имеем никакого отношения. Банк как был в Фонде, так и остается. Но мы, конечно, надеемся что ситуация как-то разрешится. В этой стране все говорят о сроках исполнения судебных решений: мы уже год не можем его выполнить. И нет никакой реакции ни со стороны Национального банка, ни со стороны Фонда гарантирования вкладов.

Но меня больше интересовала конструктивная идея, которая была предложена Нацбанку, однако не была услышана. Я готов полностью погасить все долги ВиЭйБи Банка и "Финансовой инициативы" государству, но Нацбанк даже не хочет садиться за стол переговоров.

Было сильное сопротивление руководства: Гонтарева не хотела абсолютно этим вопросом заниматься. Напомню, что мы предложили выйти на бездисконтную выплату акционером долгов банкам. Приводили четкую аргументацию: уважаемые, вы можете любить или не любить Бахматюка, однако в "Укрлэндфарминге" работают 37 тыс. человек, холдинг платит в год 2,5 млрд грн налогов, еще 2,5 млрд - это фонд зарплаты, объем производства - 1,2% ВВП. Кроме того, опыт продажи активов через Фонд гарантирования вкладов показывает, что активы не продаются даже за 5% от балансовой стоимости, тогда как мы предлагаем 100% через 10 лет. Давайте сделаем то, что поможет государству возместить потери и наполнить бюджет за разумное время, как само государство предложило сделать акционерам ПриватБанка.

А в результате против нас используется тактика "тысячи порезов", и каким бы ты не был умным и сильным, как бы ты не пояснял свою роль, такая война всегда обескровливает. За предыдущие периоды мы порядка $2 млрд сделали капитальных инвестиций: построили элеваторы и две самые крупные фабрики по производству яиц в мире. Сейчас несколько остановились: любой экономический субъект, который воюет 3,5 года, теряет способность развиваться стратегически. За три последних года мы не взяли ни копейки кредита, потому что "благодаря" усилиям Национального банка нам их не дали. Несмотря на это нам удалось сохранить активы и людей, даже выйти на новые рынки. Кроме того, нашим зарубежным партнерам мы выплатили около $500 млн. Мы собирали урожай, платили зарплату, боролись и пытались найти какой-то конструктив, у нас даже была поддержка в премьерских и вице-премьерских кабинетах, но с Нацбанком нам это никак не помогло. Наоборот, за моим обращением последовали очередные выпады Национального банка.

Думаю, они уже перешли грань. Я ведь тоже мог выступить и сказать: вот уже как год есть судебное решение от 13 апреля, где четко написано, что вина в доведении до банкротства банка "Финансовая инициатива" - на НБУ. Если когда-то Гонтарева сказала, что мне нужно давать по пять лет за один банк, то и ей за мой банк, за "Финансовую инициативу", нужно дать пять лет. Но мы этим путем не шли, потому что как участники бизнес-среды понимаем, что от любой войны выигрывает тот, кто продает оружие. Поэтому мы стучим во все двери и говорим: возьмите у нас деньги, дайте нам возможность говорить с потенциальным стратегическим инвестором. Мы открыты: есть реальные активы, и в этом уже никто не сомневается, и на эти реальные активы, в первую очередь, были потрачены зарубежные кредиты.

Казалось бы, после нашего предложения ответом должно было быть: уважаемый, давай бизнес-модель возвращения 20 млрд грн. И мы готовы ее предоставить, поскольку есть активы, есть оборот компании - $1 млрд, EBITDA - $200 млн, есть стратегия на 10 лет. Но нет, нужно включить все методы борьбы - внешние и внутренние, нанять 100 юристов, потратить серьезные деньги, и в итоге прийти к тем же активам, которые уже заложены перед иностранными кредиторами. У нас же есть пример "Мрии", когда стоимость долга снизились до 1-2%, а компания ужалась в объемах в три-четыре раза! И уже все понимают, что не за что бороться. Последствия для кредиторов - катастрофические, для государства - катастрофические. Выиграют только те, кто сможет купить активы, в которые было вложено $2 млрд за последние пять лет, за копейку.

- А эти 20 млрд грн - это реальная сумма долга перед банками?

- Около 19 млрд грн – это все задолженности по двум банкам перед Фондом гарантирования вкладов без учета того, что мы выиграли суд по "Финансовой инициативе", что НБУ должен понести ответственность за введение временной администрации.

- Если можно уточните, сколько долгов по каждому банку?

- По одному -- 9 млрд, по другому -- 10 млрд.

- Их динамика за последний год как-то изменилась?

- Около 700 млн грн было погашено.

- Вы понемногу их гасите?

- Платим процент, понемногу платим. Но сейчас ВиЭйБи Банк"уже в ликвидации…

Нужно понимать: если в процессе нет логики, то содержание теряется. Если еще в первый год были какие-то ожидания быстрого разрешения процесса, то сейчас мы год ждем нового главу НБУ.

- У вас с первым заместителем Гонтаревой Яковом Смолием, которого президент предлагает ей на смену, есть какие-то отношения?

- Нет. Я его только несколько раз видел.

- Получается, ваше предложение до сих пор находится в Нацбанке, и вы просто можете официально подтвердить, что оно все еще актуально?

- Документы направлены в Фонд гарантирования вкладов. Я лично передавал их Гонтаревой в кабинете президента. Она сказала, что никогда в жизни не сделает эту реструктуризацию. По причинам, известным одной ей. И в Национальный банк мы тоже направляли письма, но я не знаю, были ли они хотя бы прочитаны.

- А какова позиция Фонда гарантирования вкладов?

- А Фонд не может принять самостоятельного решения. На него Нацбанк оказывает сильное влияние, руководит наблюдательным советом.

Я хочу повторить: в любой нормальной стране компания с 37 тыс. сотрудников в 22 регионах, которая вырабатывает 1% ВВП, должна быть услышана. От ее уничтожения выиграют только те, кто "зашакалит" эти активы по низкой цене. Это группка лиц - 5-10 человек, которые заработают на этом $100, $200 или $300 млн.

"Укрлэндфарминг" -- раз в семь больше, чем "Мрия", и я никуда не бегу. Поэтому премьеру - вчерашнему или нынешнему – я говорю: сегодня это моя проблема, а завтра она будет вашей. Давайте сохраним компанию при условии, что мы обязуемся погасить долги без дисконтов. Ведь рано или поздно встанет вопрос, зачем в Фонд гарантирования вкладов вбросили сотни миллиардов гривень -- чтобы затем продать активы за 2%? Это называется очищением, как говорят некоторые наши партнеры? Нет - это предельный уровень цинизма.

- Возможно, в этом был смысл, если бы это было сделано быстро.

- Однозначно. Но сейчас мы четко видим двойственность подходов, затягивание процессов. Это вряд ли могло бы быть ошибкой. ВиЭйБи Банк был первым среди системных банков, который "положили", хотя акционер реально вкладывал капитал и готов был вложить еще. Можете уточнить у экс-премьера (Арсения) Яценюка, у (экс-министра финансов Александра) Шлапака. Это все было в кабинете главы администрации президента. Я привез деньги, и когда Гонтарева поняла, что мы реально выводим банк из- под удара, она, как черт из табакерки, вытянула письмо (первого замдиректора-распорядителя МВФ Дэвида) Липтона и довела ситуацию до абсурда. Нужно было взять у Бахматюка $200 млн и, в случае чего, ввести временную администрацию позже – если бы ситуация не изменилась. Тогда банк можно было бы спасти, но цель была иная.

- То есть вы подтверждаете, что готовы выплатить долг без дисконта при условии его реструктуризации на 10 лет под какую-то плавающую ставку?

- Да, но процентная ставка не может быть высокой.

- А Фонд, НБУ пытаются к вашим активам как-то дотянуться?

- Мы в судах, разных двести судов.

- Есть ли уже прецеденты, что им удалось забрать активы?

- Много имущества забрано. Но когда Фонд, а точнее - Нацбанк, забирает эти активы, они потом не знают, что с ними делать. Как результат -- огромное обесценивание имущества. Речь идет как о движимом, так и о недвижимом имуществе. И работают армии юристов - с их стороны, с нашей стороны. Вряд ли денег на оплату их услуг хватит при продаже этого имущества.

Но я продолжаю надеяться, не столько на приход нового главы НБУ, а просто на возвращение здравого смысла.

- Вы пробовали обращаться к Совету НБУ, глава которого заявляет о необходимости поддержки украинского производителя?

- Думаю, что Совет НБУ так же влияет на НБУ, как и я. Возможно, ошибаюсь. Может, далее будет иначе.

Пока же мы просто хотим быть услышанными. Если мы за последние годы заплатили кредиторам $507 млн, то это о чем говорит - что мы не собираемся бежать и хотим сохранить компанию. Ведь если верить обвинениям, то мы могли эти деньги не платить. Нам, чтобы только посеяться, нужно 5 млрд грн, не говоря уже о других процессах. И мы эти деньги находим -- из резервов, активов. Но делать это все сложнее. Чтобы завести в "Укрлэндфарминг" инвестора – на 60%, 70% (не суть важно), необходимо этот вопрос решить с Нацбанком и Фондом.

- А с внешними кредиторами вы сможете договориться, что эти 19 млрд будут на 10 лет реструктуризированы?

- С внешними кредиторами я и так веду переговоры. И без Нацбанка. Конечно, внешние кредиторы больше успокоятся, когда вопрос с НБУ будет решен. Долги внешних кредиторов обеспечены. Если так взять, то Бахматюк - нанятый менеджер у них на службе.

Поэтому моя задача -- достучаться до здравого смысла, что эта компания стоит намного больше, чем котируются сегодня ее долги. Она пострадала от кризиса, который начался в Украине четыре года назад. Нельзя сказать, что рост уже возобновился, но через год-полтора страна будет в экономическом тренде, и компании в ней получат лучшие возможности. Поэтому этот год для нас будет определяющим: если этот вопрос останется нерешенным, мы получим негативные последствия. Я не думал, что буду целый год ждать с кем сесть за стол переговоров.

- Недавно Фонд гарантирования вспомнил о прежнем акционере ВиЭйБи Банка – Сергее Максимове и о долгах его структур в 2 млрд грн, которые стали одной из причин проблем финучреждения. У вас есть своя история отношений с этим человеком?

- Конечно, это была одна из проблем, которая не была объективно отражена при аудите, когда мы покупали ВиЭйБи Банк. Кризис 2014 года ее усилил, но мы спасали этот банк. Глава НБУ заявляла, что там было 60% кредитов афилированным лицам, но их было намного меньше. Это у ПриватБанка их, как нам теперь говорит Нацбанк, было 99%, но тогда НБУ называл его чистым и прозрачным, и первым выведенным с рынка системным банком стал ВиЭйБи Банк.

- Вы тоже выдвигали претензии к Максимову. Вам удалось у него что-то отсудить?

- Ноль. И с Бароном (Петр Барон – экс-глава правления ВиЭйБи Банка) та же ситуация. Активность Фонда связана с тем, что у него начали забирать активы, которые еще были в залоге (завод пластмасс, офисы), тогда как кредиты фактически были прощены. Но сегодня это вопросы Фонда, а не мои.

- У Нацбанка к вам претензии еще и по личной гарантии.

- Мне интересно, есть еще кто-либо, с кем Нацбанк судится по личным гарантиям, кроме как с Бахматюком?!

За эти три года я с компанией прошел такой путь, пережил столько судов, дел, столько обысков, что для меня это уже вопрос репутации. Мне нужно удержать топ-менеджмент, так как люди не нанимались ходить по допросам. Надеюсь, что я не подведу свою команду и доведу до завершения эту ситуацию.

- НБУ недавно объявил об итогах форензик-аудита в ПриватБанке, отметив, что это был первый настоящий подобный аудит. Вы готовы, чтобы подобный аудит прошел по "Финансовой инициативе" и ВиЭйБи Банку?

- Да. Мы и так уже стали предметом расследования всех органов.

- Существует ли какая-то дискуссия вокруг суммы долга в 19 млрд грн?

- Суть не в дискуссии. В любых переговорах важно время. Форензик-аудит, юристы, силовики – все это делается под лозунгом вернуть деньги. Но в нашем случае за три года деньги никто не вернул, а активы проданы за копейки.

Еще раз повторюсь: разрушенная компания стоит ноль. А компания, генерирующая поток в $1 млрд и EBITDA $200 млн при нынешних рынках капитала может спокойно стоить $2 млрд. Как минимум, актив покрывает на 80% кредиторскую задолженность.

- Ваша общая задолженность более $2 млрд?

- Нет, общая задолженность – около $1,9 млрд. Но если компанию разрушить, то она и на 5% ее не покроет. Вы можете иметь форензик и 100 лондонских юристов, но гораздо эффективнее сесть за стол и договориться. Мы с Максимовым встретились в суде в Лондоне по ВиЭйБи Банку. Банк заплатил комиссионных 5 млн фунтов и получил решение ни о чем. Эти миллионы выиграла британская юридическая система, британские налогоплательщики. Дураки из бывшего Советского Союза приезжают и судятся там, потому что это так красиво звучит - Лондонский суд. Но ты там всегда чужой.

У меня еще есть сила и дух, и надежда довести эту ситуацию до логического завершения. Я готов нанять уважаемую компанию для переговоров. Пусть Нацбанк наймет другую. И они сядут за стол и сделают бизнес-модель. Я готов просто присутствовать в процессе и договариваться с международными кредиторами. Только нужно убрать эти личностные отношения и задаться целью сохранить компанию и деньги государства.

В чем меня обвиняют? Я построил огромную компанию и до конца делал все, чтобы модель была рабочей. Нам немного не хватило времени, чтобы залить в нее нормальный ресурс. Наверное, мы были агрессивны в политике кредитования. Сделал бы ли я то же второй раз? -- Да, сделал бы, но немного по-другому. Наверное, так у каждого в жизни.

Понятно, что сложно груз в $2 млрд долга вынести в состоянии галопирующей инфляции, потери 50% активов "Авангарда" в Крыму, Луганской и Донецкой областях и общего кризиса. И в состоянии, когда тебя начинают бить не столько финансово, а прежде всего репутационно. Инвесторы и деньги любят тишину и спокойствие, а нас выдавили с рынков капитала. Хотя мы и стали сильнее, но нам пришлось отступать потихоньку и что-то терять.

Поэтому хочу быть услышанным. Разговаривать не просто с новым главой Национального банка, но со здравым смыслом, который работает во всем цивилизованном мире.

(окончание о текущей ситуации в "Укрлэндфарминге" и "Авангарде" и планах агрохолдингов следует)

Украина > Финансы, банки > interfax.com.ua, 13 февраля 2018 > № 2495980 Олег Бахматюк


Украина > Финансы, банки > interfax.com.ua, 13 февраля 2018 > № 2495968 Александр Залетов

А.Залетов: Реформа отчетности финансовых учреждений и ее аудита в 2018г. вступит в активную фазу

Эксклюзивное интервью агентству "Интерфакс-Украина" члена Национальной комиссии по регулированию рынков финансовых услуг Александра Залетова

- Реформа отчетности небанковских финансовых учреждений и ее аудита еще не завершена, но существенные изменения будут ощутимыми как для рынка, так и для потребителей финансовых услуг уже в 2018 году?

Сохранение финансовой стабильности, усиление защиты потребителей и развитие качественных финансовых услуг создают основания для повышения доверия в финансовом секторе и обеспечения роста уровня инклюзивности развития страны. Для того, чтобы сделать небанковские финансовые услуги более доступными, их стоимость необходимо уменьшить за счет повышения эффективности небанковских финансовых учреждений, а также усиления конкуренции и прозрачности в финансовом секторе. Одним из направлений обеспечения прозрачности является реформирование отчетности финансовых учреждений и ее аудита.

Закон Украины "О бухгалтерском учете и финансовой отчетности в Украине" от 5 октября 2017 года ввел новое понятие - предприятия, представляющим общественный интерес - в отношении которых устанавливаются дополнительные требования.

К таким предприятиям относятся эмитенты ценных бумаг, которые допущены к биржевым торгам, банки, страховщики, негосударственные пенсионные фонды, другие финансовые учреждения (кроме других финансовых учреждений и негосударственных пенсионных фондов, относящихся к микропредприятиям и малым предприятиям) и предприятия, которые в соответствии с настоящим законом принадлежат к крупным предприятиям.

По предварительному анализу, с 1993 небанковских финансовых учреждений, находящихся в Государственном реестре финансовых учреждений, который ведется Нацкомфинуслуг, к предприятиям, представляющим общественный интерес, по критериям, определенным законом, можно отнести пока, что только страховщиков, то есть 294 финансовых учреждения.

Закон обязывает их создать бухгалтерскую службу во главе с главным бухгалтером, в состав которой входят не менее двух человек. Это положение не распространяется на негосударственные пенсионные фонды и институты совместного инвестирования.

Главным бухгалтером предприятия, представляющего общественный интерес, может быть назначено лицо, имеющее высшее экономическое образование, стаж работы в сфере финансов, бухгалтерского учета и налогообложения не менее трех лет, не имеющее судимости за совершение преступления против собственности и в сфере хозяйственной деятельности.

- Меняются ли требования предоставления отчетности такими предприятиями?

- Согласно части третьей статьи 14 вышеуказанного закона предприятия, представляющие общественный интерес (кроме крупных предприятий, которые не являются эмитентами ценных бумаг), публичные акционерные общества, субъекты естественных монополий на общегосударственном рынке и предприятия, осуществляющие деятельность по добыче полезных ископаемых общегосударственного значения , обязаны не позднее чем до 30 апреля года, следующего за отчетным периодом, обнародовать годовую финансовую отчетность и годовую консолидированную финансовую отчетность вместе с аудиторским заключением на своей веб-странице (в полном объеме) и другим способом в случаях, определенных законодательством.

Крупные предприятия, которые не являются эмитентами ценных бумаг, и средние предприятия и другие финансовые учреждения, относящиеся к микропредприятиям и малым предприятиям, обязаны не позднее, чем до 1 июня года, следующего за отчетным периодом, обнародовать годовую финансовую отчетность вместе с аудиторским заключением в полном объеме на своей веб-странице. Данная норма вступает в силу с 1 января 2019 года.

Относительно подачи и обнародования отчетности финансовыми учреждениями и лизингодателями за деятельность в 2017 году, то здесь стоит руководствоваться требованиями действующего законодательства, в том числе нормативно-правовыми актами Нацкомфинуслуг.

Вместе с тем с целью приведения нормативно-правовых актов в соответствие вышеуказанным законом, планом работы Нацкомфинуслуг, на 2018 год предусмотрено внесение изменений в некоторые нормативно-правовые акты по вопросам составления и представления отчетности участниками рынков финансовых услуг.

Так с 1 января 2018 года вступили в действие новые правила предоставления отчетности финансовыми компаниями, финансовыми учреждениями-юридическими лицами публичного права, доверительными обществами, а также юридическими лицами-субъектами хозяйствования, которые не являются финансовыми учреждениями, но имеют определенную законами и нормативно-правовыми актами Госфинуслуг или Нацкомфинуслуг возможность предоставлять услуги по финансовому лизингу. Указанные изменения предусматривают более полное раскрытие информации о деятельности финансовых учреждений, в т.ч. о структуре их активов.

- Какие изменения в отчетности предусмотрены в году для страховщиков?

- В соответствии с распоряжением Нацкомфинуслуг "О внесении изменений в Порядок составления отчетных данных страховщиков о предоставлении актуарного отчета" от 7 сентября 2017 года внесены следующие изменения: страховщики, осуществляющие деятельность по обязательному страхованию гражданско-правовой ответственности владельцев наземных транспортных средств (ОСАГО), и страховщики, осуществляющие страхование жизни, подают актуарный отчет в Нацкомфинуслуг, начиная с годовой отчетности за 2017 год. Также за этот период подают актуарный отчет страховщики, осуществляющие деятельность по добровольному медицинскому страхованию, КАСКО, страхованию кредитов, финансовых рисков, медицинских расходов, у которых общий размер страховых резервов за исключением резерва колебаний убыточности и резерва катастроф, сформированных по всем видам страхования на отчетную дату, составляет более 6 млн грн.

Другие страховщики - начиная с годовой отчетности 2020 года.

Актуарный отчет подписывается лицом, которое в соответствии с законодательством имеет право заниматься актуарными расчетами и удостоверять их. Таких лиц в реестре, который ведет Нацкомфинуслуг, 45 человек.

В актуарном отчете актуарий или подтверждает адекватность обязательств (достаточность признанных страховых обязательств для осуществления будущих страховых выплат и/или выплат выкупных сумм по заключенным договорам страхования, и расходов, связанных с выполнением таких договоров) на отчетную дату или отмечает необходимость формированию страховых резервов для обеспечения адекватности обязательств в соответствующем размере.

- Как повлияет на рынок небанковских финансовых услуг принятие новой редакции закона Украины "Об аудите финансовой отчетности и аудиторской деятельности"?

- Сразу хочу отметить, что действие данного закона, который вступил в силу с 1 января 2018 года, начинается с 1 октября 2018 года, кроме положения, касающегося изменений в Кодекс Украины об административных правонарушениях, которое вступает в силу через 12 месяцев со дня вступления в силу настоящего закона.

Данным законом, усиленны полномочия Нацкомфинуслуг. В частности, аудитор осуществляющий аудит предприятия, представляющего общественный интерес, обязан информировать Комиссию о нарушении законодательства по вопросам, относящимся к компетенции Нацкомфинуслуг, существенной угрозе или сомнении относительно возможности предприятия продолжать свою деятельность, отказе от выражения мнения или предоставления негативной или модифицированной мысли.

Предприятия, представляющие общественный интерес, поднадзорные Нацкомфинуслуг, до подписания договора по аудиту обязаны информировать регулятора о выбранном аудиторе.

Предусмотрено также требование, по которому субъект аудиторской деятельности, предоставляющий услуги по обязательному аудиту финансовой отчетности такого предприятия обязан обнародовать отчет о прозрачности за предыдущий год не позднее 30 апреля года, следующего за отчетным. Отчет о прозрачности публикуется на веб-странице субъекта аудиторской деятельности и остается доступным на этом сайте, по меньшей мере, семь лет со дня его опубликования.

Закон также вводит право Нацкомфинуслуг устанавливать дополнительные требования к информации, касающейся аудита или обзора финансовой отчетности, которые должны обязательно отражаться в аудиторском отчете, а также требования к дополнительным отчетам субъектов аудиторской деятельности в отношении юридических лиц, подлежащих регулированию.

На сегодня Нацкомфинуслуг начала работу по разработке нормативных актов и подготовке рынка небанковских финансовых услуг в соответствии с этими требованиями.

Распоряжением №142 от 1 февраля 2018 года, в частности, утверждены Методические рекомендации по аудиторским отчетам, представляемым в Нацкомфинуслуг по результатам аудита годовой отчетности и отчетных данных финансовых учреждений за 2017 год. Этим актом Нацкомфинуслуг предложил форму и содержание отчета независимого аудитора по финансовой отчетности финансового учреждения, а также рекомендованный перечень ключевых вопросов и норм законодательных и нормативных актов при аудите такой отчетности.

К ключевым вопросам аудита финансовых учреждений могут быть отнесены такие вопросы, как оценка активов по справедливой стоимости, обесценение активов, признание дохода, полученного от инвестирования активов, операции со связанными лицами, в том числе в пределах одной промышленно-финансовой группы или иного объединения, соблюдения обязательных критериев и нормативов достаточности капитала и платежеспособности, ликвидности, доходности, качества активов и рискованности операций. Также соблюдение других показателей и требований, ограничивающих риски по операциям с финансовыми активами, судебные иски и регуляторные требования, которые существенно влияют на деятельность финансового учреждения, осуществления существенных операций с активам (существенным операцией по активам считать операцию, объем которой более чем на 10% общей величины активов на последнюю отчетную дату), дебиторская задолженность по нефинансовыми операциями, просроченные обязательства и тому подобное.

- Усиливаются ли этим законом надзорные полномочия Нацкомфинпслуг?

- Кроме возможности подачи заявлений (жалоб) на субъект аудиторской деятельности для дисциплинарного производства, подлежащих немедленному рассмотрению в соответствии с настоящим законом, Нацкомфинуслуг получила право на обращение в суд с требованием к органу управления об отстранении субъекта аудиторской деятельности при наличии фактов нарушения закона Украины "Об аудите финансовой отчетности и аудиторской деятельности".

Кроме того, внесены изменения в Кодекс Украины об административных правонарушениях относительно права Нацкомфинуcлуг рассматривать дела об административных правонарушениях, связанных с нарушением небанковскими финансовыми учреждениями порядка обнародования финансовой отчетности или консолидированной финансовой отчетности вместе с аудиторским отчетом.

Для обеспечения выполнения своих функций как регулятора рынка небанковских финансовых услуг Нацкомфинуслуг получила право делегирования своих представителей в органы управления Органа общественного надзора за аудиторской деятельностью в частности в Совет надзора и Комиссии по аттестации аудиторов.

Законом Украины "Об аудите финансовой отчетности и аудиторской деятельности" введено требование об обязательности страхования гражданско-правовой ответственности субъекта аудиторской деятельности перед третьими лицами.

- Как это будет происходить?

- Закон определяет, что субъект аудиторской деятельности, который осуществляет обязательный аудит финансовой отчетности, обязан иметь действующий договор страхования гражданско-правовой ответственности субъекта аудиторской деятельности перед третьими лицами, заключенный в соответствии с типовой формой договора страхования, утвержденной Нацкомфинуслуг, по согласованию с Органом общественного надзора за аудиторской деятельностью.

Минимальный размер страховой суммы по такому договору должен составлять 10% вознаграждения по договору о предоставлении аудиторских услуг за прошлый год, но не менее 10 млн грн, если иное не предусмотрено законом. Аудитору запрещается оказывать услуги по обязательному аудиту финансовой отчетности без такого договора страхования.

В Реестре субъектов аудиторской деятельности, имеющих право проводить аудит финотчетности, в том числе предприятий, представляющих общественный интерес, будут содержаться реквизиты договора страхования, срок действия такого договора, сведения о страховщике и страховой суммы.

Контроль наличия договора страхования, а также соблюдение субъектами аудиторской деятельности, которые предоставляют услуги по обязательному аудиту финансовой отчетности (кроме предприятий, представляющих общественный интерес) в соответствии с законом возлагаются на Аудиторскую палату Украины, наличия договора страхования - на Инспекцию по обеспечению качества.

За отсутствие договора страхования гражданско-правовой ответственности субъекта аудиторской деятельности перед третьими лицами на аудитора будет налагаться штраф в размере до 10% суммы вознаграждения за аудиторские услуги.

Украина > Финансы, банки > interfax.com.ua, 13 февраля 2018 > № 2495968 Александр Залетов


Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 12 февраля 2018 > № 2494121 Алексей Коняев

Почему это хорошо: банки обяжут блокировать и возвращать подозрительные платежи

АЛЕКСЕЙ КОНЯЕВ

ведущий консультант по противодействию мошенничеству, SAS Россия/СНГ

В Госдуме рассматривают законопроект правительства об обязательной блокировке трансакций со стороны банков при подозрениях, что доступ к счету получили мошенники. Еще восемь лет назад на одной из первых конференций Antifraud Russia была озвучена идея такого законопроекта. С тех пор на многочисленных конференциях ее непрестанно обсуждают представители банковского сообщества, правоохранительных органов и регулятора.

Проблема мошеннических операций действительно есть – я с ней сам сталкивался лицом к лицу, когда несколько лет отвечал за реагирование на инциденты в ДБО в одном крупном западном банке.

На что жалуются банки? На то, что у них нет прав, чтобы не проводить, казалось бы, подозрительный платеж. По закону банк должен исполнить платеж клиента не позднее следующего дня после получения от него распоряжения на проведение платежа. Другими словами, у банка есть возможность задержать платеж на два дня, чем он и пользуется. А если клиент недоступен? Если генеральный директор не в курсе проведенных компанией платежей, а бухгалтер работает сразу в нескольких компаниях и не может быстро подтвердить трансакцию? В общем, приходилось изворачиваться, придумывать внутренние процедуры по принятию рисков. В итоге эти эксперименты по созданию культуры так называемых decision maker’ов в банках оказались небесполезными. Так как критичными в банке бывают не только инциденты фрода и принимать риски приходится пусть не постоянно, но с завидной регулярностью. По большому счету, само по себе неправильно, когда банку приходится оправдываться за свои благие намерения и попытки сохранить деньги клиенту.

Банки также жалуются на то, что зачисленные на счет злоумышленника деньги списать без его разрешения или постановления суда невозможно, даже когда и пострадавший банк, и банк-получатель несанкционированно списанных средств об этом знают. Это проблема для обоих. Так, у одного банка – пострадавший клиент, который требует возврата средств, а ты, кроме как направить SWIFT-запрос в банк-получатель да курьера с оригиналом заявления о возврате средств, больше ничего сделать не можешь.

Возместить клиенту деньги не получится. Потому что деньги на самом деле лежат на счету банка-получателя, хотя благодаря твоим оперативным действиям и неформальному общению со службой безопасности их никто уже не снимет. Но вернуть деньги просто по просьбе или даже по заявлению пострадавшего тоже нельзя – таков закон. Деньги могут навечно зависнуть на этом счете, поскольку еще вопрос, найдут или нет злоумышленника-дроппера, то есть владельца такого счета. Вот и приходится законному владельцу средств обивать пороги банков, не имеющих права проводить манипуляции с деньгами, правоохранителей, которые отмахиваются от заявителя и отправляют его из одного отделения полиции в другое (то по месту регистрации, то по месту нахождения банка, то по месту совершения преступления). И, кстати, как определить, где физически произошла кража, если платеж совершен через Интернет? А потом начинаются суды, которые, к слову сказать, редко принимают сторону заявителя.

Таким образом, всего одна поправка в законе упростит жизнь многим: такие ситуации уйдут из разряда тупиковых, а процесс, по крайней мере для банков, станет несколько прозрачнее.

Да, поправка не решает проблему целиком: ведь правоохранители будут все так же неохотно возбуждать уголовные дела по мошенническим трансакциям, а суды – смотреть на такие дела поверхностно. Но у клиента появится шанс не лишиться, пусть иногда и по своей вине, одномоментно всех денег и бизнеса.

При этом представители малого и среднего бизнеса и так уже страдают от действий банков и не раз отмечали возникающие сложности при проведении трансакций. Особенно это стало заметно примерно с середины 2017 года, когда под давлением ЦБ банки для исполнения ФЗ-115 «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» стали значительно тщательнее проверять сомнительные трансакции и блокировать их. По разным подсчетам, объем заблокированных расчетных счетов в 2017 году составил от 600 до 700 тысяч. Что, в свою очередь, приводило к проблемам в ведении бизнеса и с выплатами зарплат сотрудникам. Ситуацию усугубляло то, что банки не всегда уточняют причины блокировки счетов. Это, безусловно, вызывает недовольство со стороны компаний. По мнению многих представителей бизнеса, это произошло после того, как Росфинмониторинг предоставил ЦБ список компаний, которые получили отказ в проведении сомнительных операций. Банк России, в свою очередь, подготовил собственный список сомнительных клиентов, который распространил среди финансовых организаций.

Но если посмотреть на эту ситуацию со стороны банков, то можно увидеть, что каждый пытается решать данную задачу как может. И теми инструментами, которые ему доступны. У кого-то это получается лучше – и ему удается сохранить доверительное отношение клиента к себе, у кого-то – хуже.

Что касается новых процессов, которых потребует этот закон, а также затрат на его реализацию и исполнение, то очевидно: больше рискуют пострадать те компании, чьи счета находятся в банках, которые до сих пор «сидят» на самописных антифрод-системах.

Такие системы обладают недостаточной точностью и по определению не могут качественно выявлять мошенничество. А значит, генерируют большое количество ложных уведомлений, которые теперь придется проверять с клиентом. Для этого необходимы человеческие ресурсы и серьезные операционные затраты. Поэтому рано или поздно к владельцам подобных систем придет бизнес, с помощью которого и будет осуществляться такая дополнительная коммуникация с клиентом – через кол-центры, клиентских менеджеров, отделения и т. д. С умной промышленной антифрод-системой такой процесс станет более оптимальным как с точки зрения количества ошибок, так и с точки зрения расходов на выявление признаков нарушений и на процессы проверки.

Регулятор знает, что массовые переводы на счета физических лиц используются для вывода денег – либо похищенных, либо полученных иным незаконным способом. Как следствие, Центробанк считает, что такого рода трансакции обязательно нужно дополнительно проверять. Но всегда ли это целесообразно? Как быть в случае, когда такие платежи являются зарплатными? Как определять, что это именно зарплата? К сожалению, в нашей необъятной стране еще не везде присутствует такая прекрасная вещь, как зарплатный проект от банков. Да и не всегда работы, особенно если они временные, оплачиваются в рамках такого проекта. Поэтому массовый платеж в пользу физлиц для наших компаний пока явление нормальное. Что же теперь – блокировать все подозрительные платежи? Нет, закон напрямую этого не требует, но банку нужно уметь выделять такие трансакции и при необходимости подтверждать их у клиента.

Вот здесь важный момент: бизнесу удобнее будет работать с тем банком, который умеет качественно отделить «хорошие» платежи от действительно подозрительных. Это значит, что банку важно уметь смотреть не только на факт массовости платежа от «юрика» к «физику», но и задаться дополнительными вопросами: «Насколько типичны такие платежи для данного клиента? Как часто он их совершает? В каком объеме? Сколько у него обычно контрагентов-физлиц в день, неделю, месяц? Платил ли он им раньше? Столько же? А другие платили им? Когда, как часто и сколько? Всегда переводились все доступные средства или не более 20% от остатка? Не переводит ли прямо сейчас кто-либо еще из клиентов этим же физическим лицам деньги, да еще и с той же рабочей станции?»

Очевидно, что чем больше ответов получит банк на свои вопросы, тем точнее он сможет оценить, насколько анализируемые трансакции являются действительно подозрительными и, соответственно, нужно ли вообще блокировать трансакцию и тратить время и деньги на коммуникацию с клиентом там, где в этом нет никакой необходимости. Причем если клиент благонадежный, то подобные вмешательства и упущенное время могут навредить. Ведь для юрлиц приостановка и неисполнение платежа в срок может действительно оказаться большой проблемой: это может грозить непоставкой товара, наложением штрафных санкций по договору и прочими финансовыми неприятностями.

Таким образом, в более выигрышной ситуации окажутся клиенты тех банков, которые смогут интеллектуально подходить к анализу операций, не тревожа клиентов, когда этого можно избежать. И, наоборот, пострадают организации, которые обслуживаются в банках, где этот процесс до сих пор на «ручном» контроле.

Грамотные продвинутые банки сделают по-умному: вообще не станут привлекать кол-центры и сотрудников, а будут использовать альтернативные средства коммуникации с клиентами – СМС с возможностью автоматической обработки ответа клиента, автодайлеры и даже Telegram-боты. Это не какое-то ноу-хау – это современная реальность и экономическая целесообразность.

Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 12 февраля 2018 > № 2494121 Алексей Коняев


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 12 февраля 2018 > № 2494098 Алексей Фирсов

Трансформация брака. Как будут меняться формы совместной жизни

Алексей Фирсов

социолог, основатель центра социального проектирования "Платформа", председатель комитета по социологии РАСО

Расцвет офисной культуры с ее карьерными лифтами и массой новых сервисов, снижающих зависимость от рутинных домашних процедур, повысил индивидуальные возможности и маневренность городского населения. Возник целый класс людей, которые считают брак чем-то ненужным, и либо откладывают его на период позднего деторождения, либо не видят и в самом рождении ребенка основание для формализации отношений

Принято говорить об атомизации общества, распаде традиционных связей, быстроте изменений. В ряде футуристических прогнозов семья выглядит обреченным институтом, пережитком прежних укладов, основанном на дефиците ресурсов. Предполагается, что для людей, у которых нет необходимости кооперировать усилия для выживания, необходимость в семье отмирает, она даже мешает комфорту частного существования. Оппоненты возражают: при высоких скоростях общественных изменений человеку нужна более-менее стабильная среда, которая выступает противовесом такой динамике, не позволяет сознанию полностью перейти в клиповый формат. Иными словами, нужно укрытие.

Как говорят психологи, на биологическом уровне текущую ситуацию можно описать через конфликт дофамина (гормона, отвечающего за удовольствие) и окситоцина, влияющего на чувство привязанности и спокойствия рядом с партнером. Поскольку выработку окситоцина никакой прогресс пока не отменил, люди будут тянуться друг к другу и образовывать стабильные связи, считают адепты семейных ценностей. По их мнению, семья может исчезнуть только после серьезных изменений уже на биологическом уровне, например, за счет резкого роста продолжительности жизни.

Но сохранение семьи в ее номинальном значении совершенно не исключает ее сущностной трансформации. Какие наметились здесь тенденции? Начнем с базового. В семье, как и в обществе в целом, имеет место замена небольшого количества сильных взаимодействий большим количеством слабых. Сильные взаимодействия отличаются тем, что в их основе находятся сверхличностные культурные пласты, связанные с традицией и укорененными в опыте поколений стереотипами. Набор моделей здесь очень ограничен, за счет этой ограниченности они могут описать и зафиксировать все ключевые линии поведения. Коротко это сводится к формуле «все так живут» или, в негативном варианте, «у тебя не как у людей». В качестве ключевого авторитета выступают «люди» — исходящее от обезличенной среды требование. Слабые взаимодействия строятся на личных предпочтениях, подхватываемых из потока, они вариативны и зависят от персонального вкуса, ускользают от типовых обобщений, от «людей».

Ключевые семейные коллизии последних десятилетий, приведшие к существенному росту разводов, связаны с тем, что произошли мощные культурные разломы и, как следствие, стереотипы разных культур наслоились друг на друга. Общество стало активно перенимать новые матрицы поведения, делая это в контексте новой экономической среды, при росте личной мобильности. С одной стороны, сохранялось давление традиционных культурных факторов, агентами которого выступало старшее поколение. С другой, происходило быстрое внедрение новых стереотипов, разрешение традиционных форм.

Сложившийся микс получился очень неустойчивым: люди подхватывали то один, то другой образец и стиль жизни, заявляли о правах, требовали обязательств, копировали какие-то глянцевые рецепты, создавали личные мифологии («если бы не ты, я уже давно летала бы на частном самолете»). Особую коннотацию приобрело классическое семейное выражение «ты мне всю жизнь испортил(а)». В большей мере уже имеется в виду не порча жизни как таковой, а закрытие более выгодных сценариев, упущенные возможности. Все это создавало избыточную хрупкость отношений, да и личной психики. Возрастали истероидность, нервозность, склонность к депрессиям. Фрустрированное сознание билось о нереализуемость фантазийных сценариев, возлагая за это вину на партнера. Особенно эти негативные моменты усиливались необходимостью публичной демонстрации счастья как критерия успеха, например, в социальных сетях.

Кстати, обратите внимание, насколько сложнее стали складываться отношения «родители и дети» внутри одного жизненного пространства. Сохраняя внешнее приличие, люди разных поколений все чаще стали испытывать сильное трение, им все сложнее становится находиться в одном пространстве. Поколенческий разрыв ощущается гораздо сильнее, потому что меняются не просто некоторые ценностные установки, а вся архитектура сознания: падает роль авторитета (не конкретного, а как явления), образца.

Конечно, серьезную роль сыграла скорость социальных изменений, за счет которых внутри семей стали возникать ценностные разрывы. Начиная примерно с одинаковых позиций, за короткий период времени члены семьи могли оказаться внутри принципиально разных ценностей, ориентироваться на принципиально разные жизненные маршруты. Семья становилась все менее замкнутой, защищенной от внешних воздействий, каждый ее член приносил из внешнего мира очередной апгрейд отношений. Даже если не удавалось самому реализовать более «красивый» сценарий, сам его образ, опыт окружающих или медийных персонажей, который мог казаться более успешным, приводил к внутренней травме. Жизнь стала слишком сценичной, ее захотелось именно играть. Человек современности гораздо более актер, чем он сам об этом догадывается.

И еще один базовый фактор — совпадение расцвета офисной культуры с ее карьерными лифтами, новым типом трудоголика и развития массы новых сервисов, снижающих зависимость от рутинных домашних процедур. Этот феномен повысил индивидуальные возможности и маневренность городского населения. Материально независимый офисный слой получил всю инфраструктуру для того, чтобы сделать самостоятельный быт комфортным без участия партнера. Возник целый класс людей, которые считают брак чем-то ненужным, либо откладывая его на период позднего деторождения, либо считая и само рождение ребенка недостаточным основанием для формализации отношении.

Разумеется, все эти особенности времени не привели к тотальному кризису брака. Люди женились, выходили замуж, рожали детей. Но они взрыхлили почву для модификации этого явления, особенно в крупных городах. Период вхождения в новую реальность так или иначе завершается, а с ним — внутренний конфликт культур. Традиция взорвана, пыль улеглась. Молодежь уже не травмирована особенностями переходного периода. Модель семьи, которая пунктирно намечается сегодня, отличается и от консервативной, и от переходной, которую мы видели в последнее время. Итак, что будет происходить с браком в перспективе?

Его значение расщепляется. С одной стороны, для значительной части людей он будет выполнять функцию символизации отношений. Когда отношения доходят до определенной стадии, они могут требовать некоторого ритуала, символической фиксации. Грубо говоря, «он меня любит настолько, что готов даже жениться». Вот это «даже» выступает здесь в роли жеста или манифестации. Такое ритуальное применение характерно для определенного типа сознания, не является повсеместным. Но оно будет всегда, потому что человеку свойственно создавать вокруг себя символический слой жизни.

Второе значение в том, что брак будет становиться платформой, на которой индивиду удобно развивать ряд взаимодействий в его конкретной ситуации. Происходит процесс, который я бы назвал «технологизацией брака». Под этим понятием нужно понимать тренд современной культуры на подхватывание института брака в качестве инструмента для решения текущих жизненных задач, обстоятельств «здесь и сейчас», с возможностью дальнейшего его отпускания, когда обстоятельства изменились. То есть лишение брака сущностной значимости, использование лишь формы, технологии взаимодействий — частное проявление идеологии ситуативности жизни.

Брак становится частным проявлением глобального культурного сдвига, суть которого я обозначил выше: сильные связи истончаются и заменяются большим количеством слабых, на которых человек играет, вроде струнного музыкального инструмента. В этой ситуации семья становится гораздо более открытой системой. Она не требует тотального доминирования в сфере личной жизни, перестает быть целью в себе. Она допускает индивидуальные стратегии своих членов, возможность гибкого сочетания личного и коллективного планов. Вокруг нее выстраивается паутина сетевых взаимодействий, а допусков и компромиссов становится гораздо больше. По сути это семья, которая живет не по принципу «мой дом — моя крепость», а интегрируется в сообщества очень условно, раздельная в себе единица. Например, стандартная дилемма «куда поехать в отпуск» раньше требовала консенсуса всех участников, а теперь допускает свободу выбора: не получилось договориться, каждый поехал туда, где ему нравится; через две недели вернулись на «платформу», обменялись впечатлениями, стали жить дальше.

Такая модель, конечно, лишает брак его привычной формальной оболочки. Но если мейнстрим общества в целом направлен на снижение роли институтов, установление персональных взаимодействий за счет платформ, блокчейна, уберизированных технологий, перехода на облачные, не зажатые жесткими иерархическими связями структуры, то вряд ли какая-то отдельная сфера жизни останется в своих прежних значениях. В этой ситуации человек не встраивает себя в предложенную ему культурную модель, а подбирает саму модель исходя из своего индивидуального вкуса.

Такие изменения могут привести к масштабным появлениям новых форм совместной жизни, совершенно непривычных для традиционной культуры. Семьи «выходного дня», гостевые браки, сложные личные переплетения внутри сообществ и так далее. Человек будет балансировать между свойственной большим городам тяге к одиночеству и попыткам найти комфортные социальные связи, которые необременительны для его психики. Он будет стремиться играть формами жизни так, чтобы не брать обязательств и поддерживать мобильность. Так будет проявлять себя гедонизм, зашитый в ткань современной культуры.

Здесь можно найти ряд преимуществ и ряд сложностей. Отношения становятся более прямыми, честными, искренними. Они не испытывают давления сильного стереотипа, который форматирует поведение в рамках нерациональных представлений: «так надо», «не позорься перед людьми», «всегда так жили» и тому подобное. Снижение давления повысит вариативность жизни. Новые формы разрушают браки пустые, выхолощенные изнутри, лишенные продуктивности, — просто оболочки. Ключевым фактором становится реальная близость, то есть психология отношений. Это, с одной стороны, хорошо, с другой — очень нестабильно.

При этом избыточная индивидуализация разрушает универсальные смыслы, которые являются важным связующим звеном. Не очень пока ясно, как в новой модели выстроить полноценное воспитание детей, распределить совместную собственность или как найти правильные балансы, чтобы отношения не стали соскальзывать в этически сомнительные формы и сексуальные перверсии. Интересно, как модифицируется феномен ревности, ведь новые культурные формы предполагают снижение контроля за партнером. Подобные изменения содержат ряд открытых вопросов. В ситуации развилок очень многое зависит от тех ориентиров, которые будет задавать массовая культура и от того, какие формы эти ориентиры будут принимать в процессе их практической адаптации.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 12 февраля 2018 > № 2494098 Алексей Фирсов


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > forbes.ru, 9 февраля 2018 > № 2491891 Павел Самиев

На перепутье: рынок пенсионных фондов становится все более государственным

Павел Самиев

управляющий директор Национального рейтингового агентства, исполнительный директор АЦ "Институт страхования" при Всероссийском союзе страховщиков, генеральный директор «Бизнесдром»

Клиенты НПФ хотя получать высокую доходность; реальный сектор хочет получить длинные деньги от фондов. Что мешает этому и как сделать НПФ эффективными управляющими активами?

Комитет Госдумы по финансовому рынку рекомендовал принять во втором чтении правительственный законопроект, который вводит фидуциарную ответственность НПФ и повышает требования к их расходам. Фидуциарная ответственность предполагает материальную ответственность пенсионных фондов за неэффективное исполнение обязанностей по инвестированию средств застрахованных лиц. Согласно законопроекту, НПФ должны будут приобретать и реализовывать активы на наилучших доступных условиях на момент заключения сделки, а также инвестировать в активы, ожидаемая доходность по которым, с учетом риска таких активов, не ниже, чем по иным доступным способам размещения. Проще говоря, теперь они должны будут выбирать наиболее маржинальные инструменты из доступных по рискам.

Страхователи, будущие пенсионеры за чередой постоянных реформ совсем потеряли понимание, как они могут влиять на пенсионную систему или хотя бы на свое будущее, свою пенсию. Они видят, что постоянно вводятся новые правила работы для НПФ, следят за реформами, но не могут понять, какова их роль и механизм влияния на управление пенсионными портфелями, от которых зависит то, какой будет их финансовое обеспечение в старости.

В последние годы заметно усилилась концентрация и выросла доля государства в рынке. Так, по итогам трех кварталов 2012 года на топ-5 приходилось 45%, а по итогам аналогичного периода 2017 года на топ-5 — уже около 70% пенсионных накоплений. Топ-10 игроков в 2017 году контролируют 90% рынка. В этой десятке лидеров — пять игроков, принадлежащих структурам с госучастием.

Также произошло заметное ужесточение регулирований, которые должны были повысить прозрачность инвестиций, фонды акционировались и были обязаны войти в систему гарантирования пенсионных накоплений. Кроме того, ЦБ обязывает НПФ раскрыть на сайтах данные о доходности в прошлых периодах, об инвестиционных рисках, о реестре действующих и исключенных агентов НПФ, а также о принципах распределения инвестиционного дохода. Среди недавних изменений: в начале декабря Банк России представил скорректированную методику проведения стресс-тестирования, которое станет обязательным для всех НПФ с февраля следующего года. Анализ представленного документа показывает, что и методика является достаточно консервативной. В будущем скорее всего еще сильнее вырастет доля вложений в облигации федерального займа (ОФЗ), вероятность дефолта по которым равна нулю, что гарантирует прохождение тестов. По данным Банка России, на конец третьего квартала 2017 года доля ОФЗ в структуре портфеля пенсионных накоплений уже увеличилась на 8 п. п. и достигла 13%.

С одной стороны, регуляторные изменения привели к тому, что деятельность НПФ становится все более контролируемой и прозрачной, с другой — огромные объемы пенсионных средств сосредоточены в руках государства и правила инвестирования для НПФ максимально жесткие. В такой ситуации возникает вопрос: могут ли НПФ сегодня инвестировать в реальный сектор экономики и обеспечивать достойную доходность для своих клиентов?

Сейчас основным вариантом инвестирования пенсионных денег выступает банковский сектор (депозиты), но к 1 июля 2018 года, согласно требованиям Банка России, их доля должна не превышать 25%. Около 51% пенсионных накоплений и 36% пенсионных резервов были размещены в корпоративные облигации в первом полугодии 2017 года. Кроме того, около 18% пенсионных накоплений НПФ инвестировали в акции.

Вложения в долгосрочные инфраструктурные проекты поддерживают отечественную экономику и приносят доход для будущих пенсионеров. Однако проектов, в которые фонды могут вложиться с учетом существующих жестких регуляторных ограничений, крайне мало. Более того, согласно требованиям ЦБ, фонды имеют право держать в портфелях ценные бумаги, имеющие рейтинги от «Эксперт РА» или АКРА. Но далеко не все эмитенты заинтересованы в получении рейтинга от российских агентств, так как это связано с раскрытием конфиденциальной информации.

Набор доступных инвестиционных инструментов для НПФ, таким образом, очень ограничен. Вместе с этим отсутствует приток новых средств в систему — с 2014 года суммы на счетах будущих пенсионеров растут исключительно за счет инвестирования. Новые поступления и не предвидятся: в конце прошлого года Госдума приняла законопроект о продлении до 2020 года «заморозки».

Как известно, доходность фондов — это производная от состояния экономики, а вместе с ней и финансового рынка. На фоне снижения ключевой ставки падают и доходности на долговом рынке. Динамика фондового рынка в текущем году является отрицательной из-за негативных тенденций в банковской системе, а также оттока капитала и замедления темпов экономического роста. Так, субиндекс акции активов пенсионных накоплений снизился с начала года на 9,1%. Снижается и доходность пенсионных фондов. Согласно данным Банка России, доходность НПФ от инвестирования пенсионных накоплений за девять месяцев текущего года составила 4,6% годовых, от размещения пенсионных резервов — 4,9%. При этом доходность за аналогичный период прошлого года составила по пенсионным накоплениям 10,6% годовых, а по пенсионным резервам — 10,9%.

Кроме всего прочего, ограничивает НПФ в выборе инвестиций текущая система вознаграждения фондов. Поэтому для участников рынка важно принятие новой системы вознаграждения НПФ. Напомним, в июле 2017 года Госдума приняла в первом чтении закон о вознаграждении и фидуциарной ответственности НПФ. Фидуциарная ответственность предполагает материальную ответственность фондов за добросовестное исполнение обязанностей по инвестированию средств застрахованных лиц.

Законопроект устанавливает ответственность НПФ за недостаточно эффективное управление средствами: при получении убытка фонд будет обязан его возместить. Кроме того, НПФ может использовать не больше 0,75% от суммы чистых активов (СЧА) на обеспечение своей деятельности и оплату услуг УК и специализированных депозитариев. Комиссия за успех снизится с текущих 25% (10% — УК и 15% — НПФ) до 15%.

Новая система вознаграждений будет состоять из двух частей: переменной (success fee) и постоянной (management fee). Текущая система вознаграждения предполагает наличие только success fee — вознаграждение за успешное управление денежными средствами, не превышающее 15% от совокупного инвестдохода. Такая система стала неактуальной в изменившейся рыночной ситуации. В течение 2005-2007 годов некоторые фонды показывали доходность на уровне 20%, но после череды кризисов средняя доходность НПФ снизилась до 6-6,5%. Постоянную часть (management fee) НПФ смогут направлять на повседневные расходы фонда, а переменная могла бы быть инвестирована в реальный сектор и долгосрочные проекты.

Введение фидуциарной ответственности НПФ совместно с новой системой вознаграждения, предусматривающей management fee, позволит достичь двух целей: НПФ будут надежно и выгодно вкладывать средства клиентов, а также инвестировать часть средств в долгосрочные инфраструктурные проекты. Кроме этого, повысится эффективность инвестиционной деятельности НПФ. Это изменение может привести наконец к эффективному состоянию рынка. Все «три кита» пенсионного страхования тогда станут устойчивыми: качественный риск-менеджмент, прозрачная структура активов и эффективная система вознаграждения НПФ, позволяющая зарабатывать достойную доходность, вкладываясь в реальный сектор экономики. Пока последний момент явно «проваливается» и является ограничением для тех, кто копит на пенсию, то есть для всех россиян.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > forbes.ru, 9 февраля 2018 > № 2491891 Павел Самиев


Сирия > Армия, полиция. Финансы, банки > un.org, 8 февраля 2018 > № 2493017 Василий Небензя

Василий Небензя: «преступные доходы» ИГИЛ оседают в солидных зарубежных банках

Игиловцы лишились доступа к критически важным месторождениям углеводородов, а также каналам их транспортировки и продажи. В этих условиях террористы ИГИЛ заняты «поиском новых источников подпитки». Они «оттачивают навыки» использования современных технологий. Об этом рассказал Постоянный представитель России при ООН Василий Небензя на брифинге в Совете Безопасности ООН, посвященном угрозе международному миру и безопасности со стороны ИГИЛ.

«В результате успешных действий вооруженных сил САР [Сирийской арабской республики] при поддержке Воздушно-космических сил России игиловцы лишились доступа к критически важным месторождениям углеводородов, а также каналам их транспортировки и продажи. По имеющимся у нас данным, к концу 2017 года организация получала не более 2 миллионов долларов США в месяц от незаконного оборота нефтью и газом, тогда как общий доход игиловцев в ближневосточном регионе упал до 3 миллионов», - сказал Василий Небензя на заседании Совета.

Он подчеркнул, что боевики ИГИЛ выискивают новые источники доходов. К примеру, в одной из граничащих с Сирией стран пособники террористов промышляют похищением средств рядовых граждан через подставные интернет-магазины. Борцы «Халифата» не гнушаются и заработком через онлайн-казино.

Игиловцы активно используют курьеров и систему «хавала» для пересылки получаемых средств. «Вместе с тем такие преступные доходы все чаще оседают на счетах во вполне солидных банковских структурах стран Персидского залива, Европы, Ближнего Востока и Центральной Азии. К слову, Россия недавно представила подробную информацию по этому вопросу в ФАТФ», - сообщил российский посол. ФАТФ – это межправительственная организация, вырабатывающая мировые стандарты в сфере противодействия отмыванию преступных доходов и финансированию терроризма.

Постпред России осудил попытки ИГИЛ инвестировать в легитимный бизнес за рубежом. «Но, оказывается, и некоторые западные компании сами не прочь вести дела с террористами. Считаем, что подобные сюжеты заслуживают тщательного разбирательства властями соответствующих стран», - подчеркнул Василий Небензя.

Сирия > Армия, полиция. Финансы, банки > un.org, 8 февраля 2018 > № 2493017 Василий Небензя


США. Евросоюз. Казахстан. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > dknews.kz, 8 февраля 2018 > № 2490894 Тулеген Аскаров

Время для «Пояса и пути»

Затянувшееся молчание отечественного чиновничества и крупного бизнеса по поводу опубликованного властями США так называемого «Кремлевского доклада» и возможных последствий потенциальных новых санкций против России весьма напоминает не привычно равновекторную и равноудаленную, а, увы, страусиную позицию.

Тулеген АСКАРОВ

ОБ ЭТОМ ЕЩЕ КЛАССИКИ ПИСАЛИ…

Конечно, можно понять и официальную Астану, и организации, представляющие интересы казахстанского бизнеса, в первую очередь НПП «Атамекен». Ведь наш северный сосед давно находится под санкциями Запада – еще со времен аннексии Крыма. Понятна и политика развитых государств, в первую очередь США и Европейского союза, – они также следуют своей твердой санкционной линии. Можно понять и подчеркнутый нейтралитет Казахстана в этом затянувшемся противостоянии – для нашей страны его участники имеют статус стратегических партнеров. Однако было бы наивно отрицать, что антироссийские санкции Запада никоим образом не влияют на Казахстан, – ведь за минувшие годы даже рядовые соотечественники так или иначе почувствовали на себе экономические перемены, вызванные ими.

«Кремлевский доклад», подготовленный Казначейством (Минфином) США, хотя и не представляет собой санкционный список для немедленного применения, явно указывает на намерение Запада расширить диапазон давления на Москву. Ведь в список доклада включены не только российские олигархи, заработавшие свое состояние при помощи контактов с Кремлем, чего они сами особо и не скрывают, но и чиновники, потенциально участвующие в схеме обогащения избранных предпринимателей и получающих свои весомые дивиденды в разных формах. Показательно, что в «Кремлевском докладе» российских чиновников оказалось больше, чем олигархов – соответственно 114 и 96 человек. И это тоже вполне логично – ведь для того, чтобы конкретный предприниматель мог получить желаемый кусок экономического «пирога» в своем Отечестве и стабильно иметь с него дивиденды в течение длительного периода, делясь с властью, должны быть задействованы все ключевые лица государственной машины исполнительной и законодательной власти, а также правоохранительных органов. Конечно, в данном случае персонально никого из Вашингтона не обвиняют, но тут важен скорее системный подход к делу.

Ничего нового в этом нет – ведь еще в XIX веке классики дали определение государственно-монополистического капитализма, в котором силы капиталистических монополий соединяются с мощью государства! Более того, в какой-то момент над самими чиновниками и их кадровыми перестановками начинают довлеть интересы крупного бизнеса. В самих США эту схему давно описал Теодор Драйзер в легендарной трилогии романов «Финансист», «Титан» и «Стоик», главным героем которой стал богач Фрэнк Каупервуд. В первом из них так и говорилось: «…Для финансиста деньги – это средство контроля над распределением благ, средство к достижению почета, могущества, власти».

Так что если следовать этой логике, то вполне естественным образом в списке «Кремлевского доклада» оказались все члены российского правительства, начиная с недавно посетившего Алматы премьер-министра Дмитрия Медведева, сотрудники тамошней президентской администрации, мэр Москвы и губернатор Санкт-Петербурга – ключевых мегаполисов страны. Вряд ли стоит удивляться и тому, что в него вошли и спикеры обеих палат российского парламента, и даже глава президентского Совета по правам человека, не говоря уже о руководителях силовых министерств и ведомств, включая Службу внешней разведки с ГРУ.

Не стали исключением и главы контролируемых государством компаний – Газпрома, Роснефти, Сбербанка России, Банка ВТБ, Аэрофлота, Российских железных дорог и других.

Правда, столь показательно широкий охват вызвал недовольство некоторых соавторов доклада. К примеру, весьма известный экономист Андерс Ослунд заявил, что доклад был подменен в последний момент, а изначально должен был представлять собой список россиян, обогатившихся незаконным путем при помощи контактов в Кремле и посему обреченных на санкции. Он назвал список выдержками из телефонной книги Кремля и обвинил американский Минфин в том, что даже если санкции и будут применены, то это повлечет объединение российской элиты вокруг Кремля, а не ее раскол. Тем не менее все сходится к тому, что в Вашингтоне не столько хотели покарать кого-нибудь конкретно из россиян, сколько наметить широкий диапазон персональных целей на ближайшее будущее после предстоящих президентских выборов в этой стране.

Американский министр финансов Стивен Мнучин так и заявил, что секретная часть «Кремлевского доклада» как раз и ляжет в основу новых санкций. Выдержки же из этой части, опубликованные информационным агентством Bloomberg, показывают, что у США есть очень сильные рычаги для усиления давления на Кремль, – к примеру, санкции на новые выпуски государственных долговых обязательств России и связанные с ними производные инструменты. Тут стоит напомнить, что даже в советские времена жизни за «железным занавесом» тогдашние власти СССР занимали деньги за рубежом. С другой стороны, авторы «Кремлевского доклада» отдают себе отчет в том, что если такие санкции будут введены, то они повлекут негативные последствия для глобальных финансовых рынков, включая и сами США. Ведь Россия и после введения санкций против нее остается крупным заемщиком на внешнем и внутреннем рынках, привлекая международных инвесторов. Да и в другие страны из нее поступает немало денег. К примеру, советник российского президента Сергей Глазьев оценил отток средств из экономики России за последнее 30 лет более чем в триллион долларов!

БЕЗ ВОРОТ НА ВОСТОК НИКАК!

В любом случае вне зависимости от того, будут ли введены новые санкции США и Запада в целом против России или нет, Казахстану надо ускоренно определяться с вариантами экономического развития в условиях потенциально ограниченных возможностей сотрудничества с нашим северным соседом даже в рамках Евразийского экономического союза. Ведь Россия не только выступает ведущим торговым и инвестиционным партнером Казахстана – через ее территорию идет основной объем поставок нашей нефти на мировой рынок по системам Каспийского трубопроводного консорциума, нефтепроводу Атырау – Самара и другим. Напомним еще, что и сырой газ с Карачаганака перерабатывается в России. Тесно связаны наши энергетические системы, завязанные на взаимные поставки угля, продолжается активное сотрудничество в интеграции ядерно-промышленных комплексов. Стоит напомнить также и о космодроме Байконур.

Активно работают у нас и инвестируют в казахстанскую экономику практически все компании, владельцы и руководители которых представлены в «Кремлевском докладе», – Газпром, Лукойл, Роснефть, Банк ВТБ, Сбербанк России и другие. В Алматы находится штаб-квартира межгосударственного Евразийского банка развития, ключевым акционером которого выступает Россия. Напомним, что в предыдущем номере «ДК» были опубликованы комментарии двух казахстанских «дочек» ведущих российских банков – Сбербанка и Банка ВТБ. Их пресс-службы заверили своих клиентов в том, что ни на них, ни на этих дочерних банках публикация «Кремлевского доклада» никак не отразится.

Между тем стоит заметить, что у самого Казахстана с США не все обстоит так уж идеально и гладко. К примеру, там в отношении нашей страны по-прежнему действует поправка Джексона-Вэника, ограничивающая торговлю США с государствами, препятствующими эмиграции и нарушающими другие права человека. И это при том, что в отношении России действие этой поправки было отменено еще в 2012 году! А чего стоит недавняя история с заморозкой в американском Bank of New York Mellon денег нашего Национального фонда на сумму более $22 млрд! Конечно, вряд ли можно говорить о том, что в Вашингтоне вдруг появится на свет казахстанский доклад по аналогии с «Кремлевским», но все же, как говорится, береженого и Бог бережет!

Поэтому сейчас для нашей страны особую важность представляет развитие экономического сотрудничества в рамках «Экономического пояса Шелкового пути» с тем, чтобы использовать центральный транс-евразийский коридор, соединяющий Китай и Центральную Азию с выходом в Персидский залив и Средиземное море. А вместе с северным коридором «Пояса и пути», идущим из Китая через наш регион в Россию и Европу, эти два направления создадут прочную основу для доступа Казахстана к рынкам Юго-Восточной Азии и «Морскому Шелковому пути». Кстати, как выяснилось на днях, и россияне заинтересованы в новых возможностях, открывающихся в рамках «Пояса и пути». Они намерены построить на Хоргосе свой торговый комплекс и развивать транзитные перевозки с использованием потенциала СЭЗ «Хоргос – Восточные ворота». Это и неудивительно – ведь по сведениям китайского информагентства «Синьхуа», только за прошлый год через Синьцзян-Уйгурский автономный район проследовало в западном направлении более 2200 международных грузовых поездов, то есть примерно по 6 в день в среднем! Ими было доставлено более 1,1 млн тонн общей стоимостью $16,1 млрд. При этом через КПП Алашанькоу прошло 1970 поездов маршрута «Китай – Европа».

В общем, ситуация вполне ясная, хотя и не слишком приятная. Поэтому хотелось бы, чтобы наши чиновники, депутаты и бизнесмены не молчали сейчас, а спокойно обсудили создавшееся положение дел, сверив часы с быстро меняющейся международной обстановкой. И речь должна идти не только о санкциях, но и о следующем экономическом кризисе, который наступит неизбежно, если уже не начался!

США. Евросоюз. Казахстан. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > dknews.kz, 8 февраля 2018 > № 2490894 Тулеген Аскаров


Украина > Финансы, банки. СМИ, ИТ. Транспорт > interfax.com.ua, 8 февраля 2018 > № 2488410 Денис Ястреб

Член Нацкомфинуслуг Д.Ястреб: Введение электронного полиса ОСАГО - одно из самых важных достижений прошлого и этого года

Эксклюзивное интервью агентству "Интерфакс-Украина" члена Национальной комиссии по регулированию рынков финансовых услуг Дениса Ястреба.

- Сегодня основной темой дня на страховом рынке является введение в Украине электронного полиса обязательного автострахования. Это ваше детище, вы удовлетворены результатом?

- Одно из самых важных достижений, побед прошлого и этого года – это электронный полис, который удалось довести до ума общими усилиями с рынком. Начиная с 7 февраля, любой гражданин Украины может онлайн приобрести полис обязательного страхования автогражданской ответственности.

Но это первый шаг. Рабочая группа по электронному полису будет продолжать работу, анализировать, как проходит процесс, какие возникают ошибки, оперативно реагировать на них, с цель их исправления как в техническом, так и нормативно-правовом плане.

Министерство юстиции зарегистрировало положение о Централизованной базе данных Моторного бюро. В настоящее время этот документ ожидает свой очереди на официальную публикацию. Я думаю, что в ближайшее время он будет опубликован.

Хотя сам по себе документ, который регламентирует электронный полис, самодостаточный и дает возможность Моторному бюро обеспечить все эти процедуры и заключать электронные договора, выдавать подтверждение о заключении либо в электронном, либо в бумажном виде.

- Вы владеете данными, насколько члены Моторного бюро готовы к электронному полису?

- По моему мнению, рынок можно разделить на три части: те, кто не хочет и не готовится к этому процессу, таких мне кажется меньшинство. Средняя и самая большая категория, которая хочет и готовится, но еще не успела либо не знает как. И третья – самая прогрессивная, которая готова.

Думаю, что большая часть компаний - членов Моторного бюро, в первые несколько месяцев подключатся к этому процессу. По моей информации многие страховщики пытаются сегодня создать собственные интернет-магазины для реализации таких продуктов. Но уже есть посредники, которые готовы предоставлять свои площадки в интернете для заключения электронных договоров. Я знаю минимум две такие площадки и в настоящее время замечаний у меня к ним практически нет.

- Что измениться для простого потребителя с введением электронного полиса?

- Для простого потребителя добавится возможность заключить договор с помощью планшета, компьютера, т.е. с помощью интернета. Если кто-то является более консервативным и желает получить обычный полис, то эта возможность у него останется. Таким образом, мы просто развиваем сервис и доступность страховщика к обычному обывателю, получающему возможность по интернету выбрать понравившуюся ему компанию, по названию, статусу и т.д. и тут же заключить с ней договор. Это удобство, больше ничего не меняется.

Мы стремимся к тому, чтобы реализовать любые возможности и открыть те направления, которые на сегодняшний день не исследованы для нашего страхового рынка. Есть масса прогрессивных компаний, которые пытаются работать в инновационных сферах, найти новые методы и способы продаж, разрабатывают специальные продукты и т.д. Есть спрос на рынке, есть люди, которые хотят покупать, таким образом и страховаться через интернет – это удобно. Я, например, буду покупать полисы в интернете, потому что это экономия времени.

- Не приведет ли введение электронного полиса к увеличению мошенничества?

- Я думаю, наоборот, электронный полис снизит уровень мошенничества. Поскольку в регулирующие его нормативные акты заложен алгоритм и система учета, которая не позволит заключать договор задним числом, это один из основных способов мошенничества. Т.е. выписывание полисов под ДТП задним числом мы сделаем не возможным с помощью электронного полиса. Кроме того с его помощью мы решим проблему двойных полисов, когда один действительный, а второй – нет. Это два основных момента, которые должны уйти с введением электронного полиса.

- Что будет следующим после электронного полиса?

- Во-первых, электронный полис не закончен. Его внедрение – это первый шаг, теперь надо исследовать, как будет происходить этот процесс. Кроме того, у нас остается бумажная версия и те проблемы, которые с ней связаны. Следующим шагом, наверное, будет разработка нового порядка, который будет предусматривать заключение бумажных договоров исключительно через электронную базу данных МТСБУ. Т.е. до момента заключения договора в базу должна попадать краткая информация об автомобиле, страхователе и только после этого система должна разрешать заключить договор, предоставляя его номер, с жесткой фиксацией времени. Нам необходимо убрать регистрацию полиса задним числом. Мы уже этот процесс обсудили с членами Моторного бюро и ассоциациями.

- Ранее заявлялось о намерении Нацкомфинуслуг перейти на электронный документооборот, как проходит этот процесс?

- С 1 января 2018 года Нацкомфинуслуг перешла на систему электронного документооборота. Сначала система была запущена в тестовом режиме, а с 15 января мы ее запустили в промышленную эксплуатацию. Практически все внутренние процессы мы осуществляем в системе, которая учитывает все наши шаги и т.д. Сегодня это внутренние документы, служебные записки, приказы, регистрация входящей корреспонденции и обработка ее в системе, подготовка ответов, согласование, подписание, в том числе, в электронном виде.

Следующим вопросом является получение всех административных услуг через Единый государственный портал административных услуг без личных посещений комиссии, без бумажных вариантов документов. Я думаю, это будет уже в этом году, не могу назвать конкретные сроки, но мы семимильными шагами приближаемся к этому.

Для этого мы сегодня анализируем нашу нормативную базу, законодательство, которое регламентирует электронный документооборот и электронное взаимодействие органов власти и участников рынка. Скорее всего, нам надо будет принять одно небольшое положение о порядке предоставления электронных админуслуг и мы сможем стартовать.

Кроме того надеюсь, что в феврале в последний раз мы будем принимать отчетность не в электронном виде. В 2018 года вся отчетность, по всем рынкам, будет подаваться исключительно в электронном виде. Наконец мы уйдем от бумаг, сможем эффективно работать с оцифрованными данными, и нам не придется тратить кучу времени, чтобы сводить все данные в таблицах вручную.

- Какие документы необходимо предоставлять в бумажном варианте на сегодняшний день?

- Пока все по всем процедурам, которые связаны с предоставлением административных услуг, например, выдача лицензии, регистрация обособленных подразделений, регистрация договоров перестрахования и т.д. документы предоставляются в бумажном варианте. То, что не является административной услугой: любые запросы, обмен информацией – в электронном виде. Надеюсь, вскоре все будет в электронном виде. Мы обязательно сообщим прессе, потребителям и рынку о том, что админуслуги можно получать через электронный документооборот. Мы стремимся сделать работу комиссии удобной и прозрачной.

- Недавно на сайте комиссии появилось предупреждение о том, что гражданам необходимо быть внимательнее при заключении договоров страхования в банках. С чем это связано?

- На сегодняшний день это касается двух банков. Мы начали получать довольно много жалоб о том, что по договорам страхования, заключенным в банках, страховые выплаты не производятся. При анализе документов, полученных от страховых компаний, мы пришли к выводу, что эти договоры ничтожны (недействительны), а значит, потребитель не может получить качественную услуги и защитить свои права, поскольку их попросту не существует. Это массовое страхование, страховки "на сдачу", но главным образом - страхование имущества и от несчастного случая.

Вся причина в том, что они заключаются с нарушением закона, согласно которому все договора страхования должны соответствовать требованиям к письменным договорам либо заключаться в порядке предусмотренном для электронных договоров. Применение факсимиле или других форм копирования подписи предполагает наличие предварительное письменного согласия с "живой" подписью. Факсимиле без "живой" подписи использовать нельзя.

Мы неоднократно на своем сайте сообщали, на что следует обращать внимание порядок заключения договоров страхования. Буквально на прошлой неделе мы обнародовали сообщение, адресованное преимущественно потребителям финансовых услуг, страхователям, которых мы просто предупредили: не заключайте договоры, когда вы не имеете "живых"подписей. Если в отношениях с вами используют факсимиле, все равно должна быть письменная договоренность со страховой компанией. К сожалению, банки гонятся за количеством клиентов, за простым обслуживанием, и такие мелкие юридические тонкости они опускают.

- Возможно, они идут в сговоре со страховщиком? Это явно ограниченный круг страховых компаний?

- Я не могу сказать, что они в сговоре, потому что есть случаи, когда страховые компании платят по таким договорам. Нельзя сказать, что они просто собрали деньги и все. Сейчас этих жалоб стало намного больше. По данным фактам мы неоднократно разъясняли банкам-посредникам необходимость соблюдения предписаний законодательства, сейчас мы готовим эту информацию для подачи в госорганы, которые так же могут повлиять на сложившуюся ситуацию. Будем писать и в страховые ассоциации и в Национальную ассоциацию банков Украины.

- Как обстоит ситуация с проверками, в частности разрешений Государственной регуляторной службы?

- Мы в прошлом году в ГРС направили около 1400 запросов на проверки, получили 700 разрешений. Вышли на 70 проверок. В Нацкомфинуслуг в конце года также были две проверки - одна плановая (нас проверяла ГРС на предмет выполнения закона о надзоре и контроле), вторая на предмет выполнения решений ГРС по принятых в результате рассмотрения жалоб участников рынка. Обе проверки мы прошли положительно. Мы, наверное, первый госорган, который прошел без нарушений.

Сейчас ждем, когда Кабинет министров утвердит перечень госорганов, на которых не распространяется мораторий по проверкам. Если мы будем в этом перечне, тогда сможем оперативнее реагировать на факты нарушения законодательства.

- Что ждет страховой рынок в 2018 году?

- Обо всем рынке мне говорить тяжело, могу о том секторе, в который я вовлечен. Основными задачами на этот год у нас являются наша надзорная деятельность, усовершенствование законодательства, поскольку оно очень старое и не дает возможность бороться с теми проблемами, которые сегодня существуют.

К большой радости у нас будет техническая помощь от Европейского Союза по имплементации Евродиректив на небанковском финансовом рынке. Есть много проектов в рамках этой техпомощи. Там будет и ОСАГО, очень рад, что и Парламентский комитет по финансовым ринкам и банковской деятельности возобновил работу по законопроекту №3670 (новая редакция закона об ОСАГО - ИФ).

Мне кажется, в этом году мы будем пересматривать вопрос тарифов в ОСАГО. Так или иначе, мы придем к этому, не знаю только, в каком это будет виде - или повышение, или перераспределение, или что-то другое. Рост цен на ремонты, увеличение частоты страховых событий, негативно сказываются на финансовом положении участников Моторного бюро. Одним из вариантов пересмотра тарифной политики может стать отказ от верхней границы вилки коэффициентов при определении стоимости договора, чтобы компании сами могли регулировать какой потолок цен им нужен. Это так же может стать первым шагом к свободному ценообразованию. Пока о конкретных вариантах говорить рано.

Кроме того, нас ждет защита прав потребителей, работа по проверкам. Стоят большие задачи по внутреннему электронному документообороту и электронному общению с рынком. Это то, за что я отвечаю, но на самом деле планы глобальные и они будут раскрыты в годовом отчете регулятора. Это будет после 28 февраля.

Хочу также подчеркнуть, что предварительные результаты очень оптимистичны, в том числе для страхового рынка и практически по всем параметрам. Кажется, что дно мы уже проходим.

- Страховщики сетуют, что комиссия мало популяризирует страховой рынок. Почему?

- Будем хвалить, когда нам удаться очистить его от некачественных компаний и плохих услуг. Я каждый день получаю обращения от граждан: "Вы же выдавали лицензии, почему они не платят, зачем вы разрешили им работать?" И мне кажется, на сегодняшний день таких компаний довольно много. Кто-то плохо работает, у кого-то нет на это денег, но он пытается, кто-то не понимает, зачем так работать. Наверное, государство должно популяризовать рынок и услугу, но только в том случае, когда этого негатива будет крайне мало. Он всегда будет, это неизбежно, но его должно быть мало.

Когда каждый человек будет уверен, что он, заключив договор страхования, получит выплату, на которую рассчитывает, когда ему не надо будет по 20 раз ездить в страховую компанию и доказывать каждое слово бумажкой, тогда, наверное, и не надо будет ничего популяризировать.

- Количество ассоциаций на рынке увеличивается, вам с ними легче становится работать?

- Если бы ассоциации перестали быть лоббистами, а стали помощниками, нам было бы проще. Я ни разу не видел, чтобы пришли ассоциации и сказали: мы разработали документ, давайте поговорим. Как правило, заканчивается тем, что все критикуют, не внося своих конструктивных предложений, и в 95% случаях разговор на этом заканчивается. Думать и писать, кричать и критиковать - это разные вещи. Мне очень хотелось бы, чтобы наши ассоциации стали думать и писать. Да, лоббировать надо, но это всего лишь часть работы.

Ярким примером тому является законопроект "О страховании". Количество правок ко второму чтению от трех объединений и комиссии перевалило за 1000. При таком количестве ни один закон не будет принят. Как определятся с этим 450 депутатов, из которых человек 10 знает, что такое страхование.

Я уверен, что начинать надо хотя бы с малого и это будет фундаментом для строительства большего.

Украина > Финансы, банки. СМИ, ИТ. Транспорт > interfax.com.ua, 8 февраля 2018 > № 2488410 Денис Ястреб


Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > banki.ru, 8 февраля 2018 > № 2488317 Альберт Кошкаров

Честные выборы. Не политика

В какой инвестиционной компании вам стоит открывать счет

За выбор брокера вы отвечаете своими деньгами

Банк России обеспокоен практикой «скрытого доверительного управления», которое предлагают брокеры своим клиентам. Это грозит инвесторам финансовыми потерями. О чем предупреждает регулятор и на что еще стоит обратить внимание, выбирая брокерскую компанию?

Управляют «всерую»

На прошлой неделе Банк России опубликовал информационное письмо, подписанное заместителем председателя ЦБ Владимиром Чистюхиным, в котором рассказал о выявленных фактах, когда профессиональные участники рынка под видом различных услуг занимаются управлением деньгами клиентов. В том числе, как отмечается в тексте письма, для этого используется стандартное брокерское обслуживание или заключаются договоры поручения, займа, а также используются доверенности, выданные сотрудникам инвестиционной компании.

Как считают в Банке России, все это создает дополнительные риски для клиентов. Ведь в отличие от доверительного управления (ДУ), которое предусматривает определенный алгоритм определения риск-профиля клиента, в стандартном брокерском обслуживании все решения инвестор принимает сам. Иначе говоря, так брокеры просто снимают с себя ответственность, если вдруг окажется, что клиент понес убытки. Кроме того, указывается в письме Чистюхина, в отличие от стандартной схемы ДУ, которая предполагает плату за управление и вознаграждение за результаты инвестирования, брокеры зарабатывают на комиссионных: чем больше сделок совершил владелец счета, тем больше доходов заработала инвестиционная компания.

По словам GR-директора компании «Альпари» Ильи Ванина, в последнее время появилась практика, когда брокеры различными способами стараются увеличить число операций: от алгоритмической торговли, зачастую специально заточенной на совершение большого количества сделок, до доверенности на третьих лиц для управления счетом и совершения сделок от имени клиента. «Это позволяет значительно увеличить число сделок и, соответственно, количество получаемых брокером комиссий. От клиента, просто купившего бумагу, брокер не имеет комиссий. Получается практически псевдодоверительное управление, но без присущих для ДУ норм регулирования и ответственности», — поясняет он.

В ряде случаев под практиками «скрытого доверительного управления» участники рынка понимают услуги автоследования. Этот сервис, позволяющий неопытным инвесторам поучаствовать в стратегиях матерых профессионалов и при этом сэкономить на услугах управления, предлагают многие крупные брокеры. О плюсах и минусах использования автоследования и сигналов для инвестора Банки.ру писал в январе. Однако, как считает президент-предправления «Финама» Владислав Кочетков (компания «Финам» предоставляет доступ к сервису автоследования Comon.ru), в письме регулятора речь идет исключительно о схемах «серого ДУ». В частности, когда трейдер инвесткомпании торгует от имени клиента. «Это распространено в регионах и часто приводит к потере средств клиентом. Сотрудник компании совершает операции, переводит прибыль себе на параллельный счет, а клиент остается в убытках», — рассказывает Кочетков.

В ряде случаев, по словам Кочеткова, инвестору могут предложить купить торгового робота, который якобы поможет ему заработать. «Все это разные виды «серого ДУ», которое давно находится в поле зрения регулятора. ЦБ уже неоднократно обращался к профессиональному сообществу с предупреждениями. Сейчас уже дошло до открытого письма, поскольку законодательно пока такие практики не запрещены», — указывает он.

Опасное РЕПО

Частный случай, когда инвестор может потерять деньги, — использование принадлежащих ему ценных бумаг в операциях РЕПО без ручательства самого брокера. Иными словами, компания использует деньги клиента, чтобы заработать доходы, и при этом ничем не рискует. В отличие от клиента. «В случае реализации риска неисполнения своих обязательств контрагентами есть вероятность утраты клиентом своих денежных средств и (или) ценных бумаг, то есть профессиональный участник в данном случае не принимает на себя никаких рисков такого неисполнения, их целиком несет его клиент», — пишет ЦБ. «Фактически в этой ситуации клиенту приходится самостоятельно решать проблему с контрагентом по такой сделке. А брокер остается в стороне и не несет за нее ответственности», — подтверждает Илья Ванин.

Регулятор отмечает, что для совершения таких операций профучастники часто используют условные многократные поручения или доверенности, выданные клиентами работникам брокера. Поручение может даваться клиентом добровольно — например, чтобы при резком снижении котировки брокер смог продать бумагу без предварительного согласия.

«Вероятно, речь идет об адресных РЕПО с контрагентами брокера или биржевом РЕПО без участия Центрального контрагента. Все это не запрещено. Стандартная практика в крупных компаниях — РЕПО с Центральным контрагентом, что минимизирует риски потери средств», — говорит Кочетков. По его словам, клиенты, как правило, не особенно вчитываются в регламенты брокерских услуг и часто не в курсе, что их деньги могут использоваться.

Чтобы избежать этих рисков, инвесторы должны обращать внимание на то, предусмотрено ли в договоре с брокером право использовать их активы, советует начальник управления по работе с состоятельными клиентами ИК «Церих Кэпитал Менеджмент» Андрей Хохрин. «Вы можете отказаться от этого. В этом случае сохранность ваших бумаг и денег на счете очень высока, так как риск коммерческой деятельности брокера на вас практически не падает», — отмечает он.

В БКС рассказали, что обычно крупные инвестиционные компании, следящие за своей репутацией, берут на себя ответственность за обеспечение расчетов по заключаемым через них договорам займа, в том числе в интересах и по поручению клиентов.

«В частности, у нас в регламенте брокерской деятельности прописано, что компания ручается за возврат суммы, полученной третьим лицом, выступающим контрагентом по заключаемым договорам займа денежных средств, по этому договору займа денежных средств, а также соответствующих процентов в качестве вознаграждения по возмездным договорам займа денежных средств», — рассказывает начальник управления интернет-трейдинга на российских рынках «БКС Брокер» Андрей Яцков.

Инвестиционный счет — не банковский вклад

Банки.ру опросил участников рынка, на что, на их взгляд, необходимо обращать внимание инвестору, открывающему брокерский счет, при выборе инвестиционной компании или банка. Большинство экспертов сошлись во мнении: первое, на что необходимо обращать внимание, — объемы бизнеса брокера (или банка) и его надежность. Разумеется, речь идет о легальных компаниях с лицензией. Их список есть на сайте ЦБ.

Оценить масштабы деятельности компании можно, не только прочитав ее отчетность и посмотрев размер собственных средств брокера, но и узнав, например, сколько инвесторов пользуются его услугами. Такие данные, в частности, ежемесячно публикует Московская биржа в разделе «Фондовый рынок». Помимо числа клиентов, открывших счета у брокера, здесь можно узнать объем клиентских операций у топ-10 крупнейших компаний и банков, а также количество активных (совершивших хотя бы одну сделку в месяц) клиентов. Последний показатель, по мнению руководителя группы продаж и клиентских операций Промсвязьбанка Игоря Федосенко, наиболее важен. «Часто большинство клиентов брокера — это нулевые и неактивные клиенты. Необходимо смотреть на число активных клиентов от всей базы», — предупреждает он.

Топ-10 инвестиционных компаний по числу клиентов

Компания Число клиентов
(январь, 2018 г.)
БКС 275 258
ВТБ 274 679
Сбербанк 265 680
«Финам» 184 534
«Открытие» 121 155
Альфа-Банк 63 725
«Атон» 53 117
«Алор Брокер» 34 727
«КИТ Финанс» 23 089
ГПБ 21 529

Источник: Московская биржа

Начальник управления интернет-трейдинга компании «Открытие Брокер» Александр Дубров также рекомендует обращать внимание на то, кто является акционерами компании, достаточно ли у нее собственного капитала.

Степень надежности участники рынка предлагают оценивать по нескольким параметрам. «Количество клиентов в определенной степени отражает доверие людей к данной компании. В большей же степени стоит опираться на срок деятельности компании, на подтверждение ее надежности через рейтинги рейтинговых агентств. При присвоении рейтинга обычно учитывается наличие в компании нестандартных или рискованных как для компании, так и для клиента операций», — говорит Андрей Хохрин. Кроме того, он советует обращать внимание на отзывы о компании в Интернете.

Игорь Федосенко из Промсвязьбанка считает, что в плане надежности у банков-брокеров есть преимущество перед инвестиционными компаниями. «Их деятельность постоянно контролируется ЦБ», — поясняет он. Вместе с тем, указывают участники рынка, не стоит ассоциировать инвестиционный счет (включая ИИС) с банковским вкладом, возвратность которого гарантируется АСВ. Инвестиции на фондовом рынке в России, в отличие от некоторых стран, не страхуются.

Когда в списке останется 2—3 брокера, то здесь уже стоит смотреть на тарифную сетку и выбирать в зависимости от планируемых операций и оборотов по счету, проверять, есть ли у этих брокеров необходимые клиенту сервисы. «У многих крупных брокеров есть заградительные тарифы по размеру счета — таким образом, они не запрещают, но делают невыгодным открытие брокерского счета на маленькие суммы», — указывает Ванин из «Альпари». Обычно крупные брокеры предлагают несколько тарифных планов, которые в разной степени могут быть выгодны активно торгующим инвесторам или, скажем, тем, кто собирается накопить на будущее определенную сумму.

Тарифные планы топ-10 брокеров по числу клиентов

Компания Тариф Комиссия брокера Абонентская плата Дополнительные опции
«БКС Брокер» «БКС-Старт» 0,0354% при обороте до 1 млн руб. в день 354 руб. в мес. (если в течение месяца совершались сделки) Бесплатные консультации при сумме активов от 30 тыс. рублей, голосовые поручения — до 5 бесплатно
«ВТБ Капитал Брокер» «Единый» 0,065% при обороте менее 100 тыс. руб. в день н. д. Вознаграждение за использование средств клиента: 0,5% годовых
Сбербанк «Самостоятельный» 0,165% при обороте менее 50 тыс. руб. в день н. д. Подача поручений инвестором: 150 руб. (с 21-го поручения в течение месяца), СМС-информирование: 0,5 руб.
«Финам» «Единый Тест-драйв» 0,0177% без учета оборота 177 руб. в мес. (если сумма активов выше 2 тыс. руб.) СМС-оповещения: 10 руб.
«Открытие Брокер» «Универсальный» 0,057% независимо от торгового оборота (мин. 4 коп.) 295 руб. в мес. (если сумма активов клиента менее 50 тыс. руб.) Использование «плеча» long — 16,4%, short — 13%. Комиссия за вывод средств (руб.) — 10 руб., учет ценных бумаг — 0,01% (мин.100 руб.)
Альфа-Банк «Открытие» 0,04% при обороте до 15 млн руб. в день н. д. СМС-оповещения: 3 руб.
«Атон» «Стартовый» 0,18% н. д. Минимальная сумма на брокерском счете: 50 тыс. руб.
«Алор Брокер» «Добро пожаловать» 0,017% при обороте до 500 тыс. руб. в день, н. д. Ведение счета ДЕПО: 200 руб., услуги консультатнта — бесплатно. Тарифный план действует 30 дней с момента заключения договора
«КИТ Финанс» «КИТ-Стандарт» 0,048% при обороте до 1 млн руб. в день 200 руб. в мес. (если сумма коммисии брокеру менее 200 руб. за мес.) Поручение по телефону: 0,1% (мин.100 руб.), маржинальный заем — 12,9% годовых
ГПБ «Стандарт» 0,085% при обороте до 1 млн руб. в день н. д. Использование «плеча»: long — 18% , short —15%*

* Учитываются комиссии для операций с акциями, облигациями, ПИФами и расписками на Московской бирже, не включают стоимость услуг депозитария.

Источник: официальные сайты компаний.

По словам Андрея Яцкова из «БКС Брокера», лучше избегать соблазна выбирать инвесткомпанию только исходя из тарифов и ставок. «Дешевизна услуг и особо привлекательные условия по ставкам кредитования и проценты по начисляемым остаткам должны насторожить. Каким способом и на чем зарабатывает ваш брокер? И соответственно, необходимо оценить риски, которым он подвергает ваши денежные средства», — говорит он.

Договор дороже денег

Финансисты напоминают: чтобы не попасть в лапы мошенникам, перед тем как подписывать бумаги, которые вам принесет вежливый менеджер инвесткомпании, стоит проверить, есть ли у выбранного брокера или банка разрешение на оказание именно той услуги, которую он предлагает. Например, для заключения договора ДУ необходима специальная лицензия регулятора. «При подписании договора ДУ также надо обратить внимание на стратегию управления, инвестиционный горизонт, ориентир по доходности и риску. Брокер должен четко определить инвестиционный профиль клиента, от которого будет зависеть стиль управления его денежными средствами, риск по портфелю и доходы», — рассказывает Илья Ванин.

Он также рекомендует внимательно изучить тарифную сетку брокера и сравнить данные в ней с теми, что указаны в договоре. «Компания или банк могут использовать в договоре заградительные тарифы, невыгодные для клиента, или включать в условия трудоемкие операции. Все это может привести к значительному снижению доходов клиента от операций с ценными бумагами», — говорит эксперт.

Инвестор Дмитрий Солопов, основавший Ассоциацию по защите прав инвесторов и клиентов финансовых организаций, советует обращаться в компании, которые предлагают заключить договор с юридическим лицом, зарегистрированным в России. «Ни в коем случае не заключайте договор с дочерними структурами брокера и офшорами. Как только вам дают на подпись офшорный договор, 99% — вы потеряете свои деньги. Вам будет очень сложно их вернуть, даже если вы накажете злоумышленника, потому что к тому моменту найти деньги уже будет невозможно», — предостерегает он. Кроме того, добавляет Солопов, при заключении сделки нужно удостовериться, что в документах указано именно то юридическое лицо, с сотрудниками которого вы общаетесь.

Как заранее вычислить мошенника? Александр Дубров из «Открытие Брокера» говорит, что самый распространенный способ привлечения в такие компании клиентов — гарантирование дохода или предоставление уникальной «инсайдерской» информации, которая в итоге озолотит клиента. Другой вариант — подмена брокерского договора договором займа, оформленного на физическое лицо (это как раз то, о чем предупреждал ЦБ). Так случилось с людьми, доверившими свои сбережения финансовому управляющему Сергею Парамонову, приводит пример Дмитрий Солопов. Сейчас, по его словам, управляющий находится в стадии банкротства, а сумма подтвержденных судом долгов приблизилась к отметке в 700 млн рублей. «Поэтому инвесторам при заключении сделки необходимо документально зафиксировать ответственность брокера за свои средства, прописать ее в договоре и подписывать договор именно с брокером, а не на сделку какого-либо другого вида», — указывает Солопов.

В том случае, если вы уже доверили средства брокеру, но усомнились в его надежности, попытайтесь вывести их. Конечно, менеджеры компании или банка будут уговаривать вас остаться, обещать, что все будет нормально. Даже могут частично вернуть средства. Однако все это может оказаться лишь обычной уловкой, позволяющей тянуть время. За это время недобросовестные управляющие попытаются замести следы. Если ситуация развивается именно по такому сценарию, то лучше не ждать, а подавать жалобы в надзорный орган (Банк России) и писать заявление в правоохранительные органы.

Альберт КОШКАРОВ, Banki.ru

Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > banki.ru, 8 февраля 2018 > № 2488317 Альберт Кошкаров


Казахстан > Финансы, банки. СМИ, ИТ > kapital.kz, 7 февраля 2018 > № 2490977 Ерлан Смайлов

Когда начнут регулировать онлайн-кредиторов?

Прогнозом с Kapital.kz поделился исполнительный директор «ФинТех» Ерлан Смайлов

Компании по онлайн-микрокредитованию по собственной инициативе начали вести переговоры с Национальным банком РК относительно законодательного регулирования своей деятельности. Уже в этом году может быть принят соответствующий нормативно-правовой акт. Об этом корреспонденту центра деловой информации Kapital.kz рассказал исполнительный директор Казахстанской ассоциации «ФинТех» Ерлан Смайлов.

«С Нацбанком сейчас обсуждаются разные модели регулирования сектора онлайн-кредитования. У регулятора уже есть проект закона регуляторной песочницы. Конечно, его должен рассмотреть парламент, но, думаю, что к концу года такой закон может быть принят. Это нужно делать быстро, потому что цифровизация — стремительный процесс, в котором важна скорость создания условий для выхода на рынок новых сервисов», — рассказал он.

Регулирование нужно, для того чтобы у государства, ассоциации ФинТех была возможность ограничить недобросовестные компании. Дело не в том, что они несут какой-то системный риск для финансовой системы — онлайн-микрокредитование занимает менее 1% рынка розничного кредитования. Важно защитить население от недобросовестных кредиторов, пояснил наш собеседник.

«Это наша рациональная позиция, которую не стоит идеализировать. Компании хотят таким образом защитить свои инвестиции, чтобы можно было годы и годы вперед зарабатывать на казахстанском рынке. Мы видели негативный опыт Грузии, где компании агрессивно росли, население в конце концов стало жаловаться, и власти на это отреагировали. Рынок поработал пару лет и закрылся», — рассказал Ерлан Смайлов

Понимая, что такая перспектива может постичь любую страну, онлайн-кредиторы решили сами себя ограничить и с 1 января 2018 года установили ОД 3,5 вместо ОД 4. Речь идет об уменьшении коэффициента предельных долговых обязательств по договору онлайн-кредита по отношению к телу кредита. Это важная мера, направленная на защиту потребителя от чрезмерной долговой нагрузки и восстановление платежеспособности.

Говоря о долгосрочных перспективах отечественного рынка онлайн-микрокредитования, Ерлан Смайлов заметил, что оно может находить новые формы, учитывая, как быстро развиваются технологии.

«Правильное регулирование даст сигнал инвесторам, что этот рынок долгосрочный и в него можно инвестировать. Зайдут несколько международных игроков. Следствием этого станет повышение конкуренции на рынке. Какие-то компании уйдут с рынка сами, какие-то объединятся. То есть мелких игроков на рынке не будет, появятся средние и крупные. Возможно, некоторые банки купят какие-то компании онлайн-кредитования», — рассказал Ерлан Смайлов.

При этом роль ассоциации «ФинТех» в области саморегулирования сектора сохранится. В современном мире повсеместный государственный контроль становится все менее актуальным, считает он. Вместе с профильными госорганами отраслевые ассоциации устанавливают общие правила игры на рынке и уже по ним занимаются внутренним регулированием, реагируют на жалобы населения и предпринимают все необходимые меры, заключил Смайлов.

Казахстан > Финансы, банки. СМИ, ИТ > kapital.kz, 7 февраля 2018 > № 2490977 Ерлан Смайлов


Украина > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > interfax.com.ua, 7 февраля 2018 > № 2488415 Макар Пасенюк

Макар Пасенюк: МВФ никого не спасает, просто "покупает" время для Украины (часть II)

Эксклюзивное интервью управляющего партнера инвестгруппы ICU Макара Пасенюка агентству "Интерфакс-Украина"

Первую часть интервью Макара Пасенюка читайте на главной странице агентства "Интерфакс-Украина"

- Сколько всего у ICU активов в управлении?

- Сейчас более $500 млн.

- А какова их динамика?

- Если говорить о динамике роста активов под нашим управлением за последние пять лет, то среднегодовой прирост составляет около 25%. Рост связан с положительным инвестиционным результатом, запуском новых продуктов и M&A сделками, увеличившими активы под управлением.

- Перейдем к макропрогнозам. По вашему мнению, удастся ли Украине в 2018-2019 году оторваться от 2%-го роста ВВП и вырасти сильнее, сохранив макростабильность?

- Думаю, максимум, до 3-4%. К сожалению, пока Украина не перейдет к каким-то активным действиям для роста экономики, то так и будет оставаться заложником мировых макротрендов. Украина - сырьевая страна. На наш взгляд, в этом году в мире будет продолжаться рост большинства сырьевых позиций против доллара. (Можно говорить, что это будет ослабление доллара, но я бы предпочел говорить о росте основных сырьевых рынков.) На фоне этого будет рост недолларовых валют, в первую очередь, на рынках, которые развиваются, так как они, в основном, и являются сырьевыми. Эти рынки и будут получать от данного роста выгоду. Это глобальный макротренд, который станет лейтмотивом 2018 года для инвесторов.

- Вы ожидаете укрепления гривни к доллару?

- Против сегодняшнего уровня – да (на момент интервью официальный курс 28,7775 грн/1– ИФ). И на фоне этого - увеличение цен на металл и железную руду. Мы прогнозируем, что цены на нефть будут продолжать расти и составят в среднем по году от $65 до $70 за баррель.

- А какова в ваших прогнозах роль МВФ? Предполагают ли они продолжение финансирования Фонда и других МФО?

- Это ключевой вопрос в моем понимании для выживания страны. Напомню, МВФ никого не спасает, он просто "покупает" время, чтобы Украина начала себя спасать самостоятельно, а МВФ дает Украине просто некую определенность и предсказуемость на короткие периоды времени.

- То есть вы считаете, что в первом полугодии мы получим транш МВФ?

- Я надеюсь, что все так и произойдет. По крайней мере, это сценарий, в который мы верим и с учетом которого принимаем инвестиционные решения.

- Какие из такого макровидения вы видите основные инвестиционные идеи на 2018 год в этой стране?

- Если мы исходим из того, что МВФ у нас будет, то на фоне двух трендов – долларовой кривой и движения стоимости денег – можно ожидать снижения доходности в корпоративных бумагах украинских эмитентов.

- До скольких? Если государство размещает ОВГЗ под 16,5% годовых?

- Я говорю о евробондах. Доходность еврооблигаций "Метинвеста" порядка 9%, ДТЭК – около 9,5%, то есть, в принципе, плюс-минус близка... При этом доходность еврооблигаций "Кернел" -- 5,6%, МХП -- 3,7%.

- По оценке акционерного капитала, мне кажется, они будут рядышком сейчас.

- При чем здесь акционерный капитал? Вы абстрагируйтесь от этого. "Кернел" -- супер-бизнес, зарабатывает деньги, отличная бизнес-модель, но земля в аренде. На мой взгляд, кредитный рейтинг у "Метинвеста" должен быть сопоставимым с "Кернелом". Потому что с точки зрения бизнес-модели один торгует зерном, другой – металлом. Все идет на экспорт, все является привязанным к commodities, которые сейчас растут вверх. Себестоимость продукции, дай Бог, не сильно вырастет. Есть маленькая разница в левередже у компаний: два раза у "Метинвеста" против около полутора у "Кернел", но это не так существенно. Для кредиторов есть разница в левередже между тремя и пятью, а разница между одним и трем не очень большая, так как в обоих случаях она посильная.

Разница в доходности этих бумаг – 4 процентных пункта. Спрэд в доходностях между "Кернел" и "Метинвест" или "Кернел" и "ДТЭК" снизится. А даже 2 процентных пункта снижения доходности пятилетней бумаги - это неплохое ралли к существующей цене.

Это что касается украинских бумаг. А с точки зрения глобальных рынков, как я уже говорил, это валюты развивающихся рынков плюс движимые commodities истории, начиная от Glencore и заканчивая Rio Tinto, Vale и так далее…

- Исходя из вашего прогноза укрепления гривни, вы считаете, что заход иностранных банков летом и осенью прошлого года в покупку именно гривневых госбумаг был правильным?

- Да, считаю. Я вам больше скажу, и на сегодняшний день существует довольно большой спрос на длинную гривневую бумагу. Да, она будет волатильной, да, ее владельцы с точки зрения "mark-to-market" (переоценка по рынку -- ИФ) будут себя чувствовать какой-то период времени не совсем комфортно. Но они покупают для того, чтобы держать эти бумаги, у них есть среднесрочный взгляд, включающий программу МВФ, другие позитивные вещи.

- Новой реструктуризации внешнего госдолга не будет?

- Думаю, что нет, это несерьезно. Конечно, если сравнивать золотовалютные резервы Украины с предстоящими выплатами и с потенциальными выплатами, которые у страны могут возникнуть по спорам с РФ вокруг еврооблигаций на $3 млрд и поставок газа на $2 млрд, то становится страшновато. Все пока занимаются тактикой, хотя нужно заниматься стратегией.

- И все же политический фактор вы совсем не учитываете?

- А зачем его учитывать? В моем понимании, если все не взрывается с макроэкономической точки зрения, то эта инвестиционная идея работает. Это старейший бизнес -- долговые расписки и долги. Он может быть не создает космические технологии, но как минимум теоретически может финансировать создание таковых. Возможно, я бы хотел их создавать, но умею что умею. А с рынком distress-долга я работаю очень давно и провел на нем много сделок. Те же "Велика Кишеня", банк "Надра", Кредитпромбанк, ПУМБ и многие другие.

- А вот "Донецксталь". Она "взорвалась" даже не политически, а физически от военных действий.

- Она частично "взорвалась".

- То есть даже в таком случае есть какие-то возможности возвращения долгов?

- Да, мы активно на это смотрим.

- И военный риск инвесторами тоже может приниматься?

- Вопрос цены. А дальше – переговоры. Понятно, что если должник говорит, что "мы не будем платить по долгам, потому что не хотим", то это неправильная позиция. Но когда должники говорят, что "так вот с макроситуацией получилось, бизнес был гривневый, пассивы -- долларовыми, а мы – слишком оптимистичными, но хотим поднять бизнес", то так можно разговаривать. Мы даже можем дать денег в капитал, помочь реструктуризировать бизнес. Нам, в конце концов, нужна доходность на собственный вложенный капитал, а не чужой бизнес. Бывают ситуации, когда кроме как забрать актив, другой возможности нет, но это худший сценарий.

Почему американская экономика восстанавливается после кризисов гораздо быстрее, нежели европейская или, тем более, японская? Потому что у них процесс перезагрузки автоматизирован. Там не заплатил по долгам -- банкротство: все продали, поделили, поехали дальше. Так оно работает, потому что это по-честному. А когда ты начинаешь всю эту тягомотину с судами, с неуплатой долгов, с реструктуризацией долга под 1% на сто лет… Это все о чем? Например, госбанк реструктуризирует долг под 1%, но ведь у него ж пассив стоит 17%! Да, он формально для Генпрокуратуры ничего не списал, но ведь он 16% в год "минусит" на этом активе.

- Короче, Генпрокуратуру надо запустить в Америку. Но это шутка. Вы работали с distress-активами, многое изучали, покупали кредитные портфели, например, портфель Эрсте Банка.

- Мы многие портфели покупали…

- Но пока это частные сделки. А с государством в лице Фонда гарантирования вкладов физлиц вы уже работаете?

- Мы подавали заявку на аукционы по продаже активов, которые организовывали американские площадки по заказу Фонда.

- Как проходил этот процесс?

- Мы подписали все документы, заплатили необходимые взносы и энное количество месяцев разбирались в этом всем счастье. В результате пришли к выводу, что с той минимальной ценой, которая была установлена, нам это неинтересно. Продавались какие-то земельные участки под застройку, какие-то магазинчики, еще что-то… Входя в такие портфели, нужно понимать, что потом надо будет заниматься восстановлением стоимости: ездить, разговаривать… Если бы это стоило дешевле существенно, может быть тогда мы сказали "да". А так эта овчинка выделки не стоила, о чем мы всем написали. Сказали большое спасибо, дав детальный фидбэк, почему мы, проделав работу, считаем, что это нам неинтересно. После этого нам перезвонили и сказали, что мы были единственные, кто детально рассказал, почему отказался от покупки. Но продолжаем следить за этим и будем ждать прозрачных понятных процессов.

- А чьи частные портфели вы покупали? Можете какие-то крупные сделки назвать.

- Мы покупали разные портфели, например, украинский портфель корпоративных кредитов Эрсте Банка. Среди наших партнеров по кредитным синдикатам есть крупнейшие международные финансовые институты, включая ЕБРР и Мировой банк.

Чтобы в этом бизнесе тебя воспринимали либо твои сокредиторы, либо заемщик, то ты должен владеть долгом определенного размера. Когда ты приходишь к какой-либо крупной индустриальной группе и говоришь "отдайте мне три "рубля", – они не реагируют. Но когда ты приходишь и говоришь: "отдайте 300" – это уже другой разговор. И редко, когда такие сделки закрываются индивидуально, как правило, идет пул.

У нас есть Ukraine recovery fund, созданный для покупки стрессовых активов. В нем и наши собственные деньги, и пул хедж-фондов. Почему они приходят к нам? – Наверное, потому, что мы единственные в Украине, кто этим занимается. Сидя в Лондоне или Нью-Йорке можно этим торговать, но в конечном итоге кто-то должен куда-то ходить, с кем-то разговаривать, иметь экспертизу в местной ситуации. Мы то же самое делаем, когда мы покупаем проблемные активы в других странах. Общаемся с местными людьми, которые владеют экспертизой.

- Как, кстати, Ukraine recovery fund наполняется?

- Это вопрос курицы и яйца. В отличие от типичной структуры хедж-фондов у этого фонда структура как у фонда прямых инвестиций, где деньги не фондируют, а дают обязательство перевести их в течение пяти дней под конкретную сделку. У нас уже есть договоренности с рядом инвесторов. Сделки сейчас в процессе проработки и коммерческих переговоров.

- А какие другие бизнесы вас интересуют? Например, зеленая энергетика.

- Да, мы смотрим и на зеленую энергетику.

- Но вы в таком состоянии, наверно уже года три.- Я на бизнес прямых инвестиций смотрю с 2001 или 2002 года, даже сделал одну инвестицию на базе ING, совместную, клубную, где ING вложил свои деньги. Та инвестиция, кстати, провалилась на кризисе. Хороший был опыт. И за все это время, работая инвестбанкиром, работая с корпорациями, я не видел ни одну инвестицию на уровне среднего бизнеса, куда бы я хотел вложить свои деньги. Понятно, что "Кернел" и подобные корпорации - это другие ситуации, но там никто такого рода сделки и не собирался заключать.

Сейчас с точки зрения прямых инвестиций, с точки зрения риск/доход, мало какая сделка считается. Когда ты приходишь к хорошей компании и говоришь, что, давайте, мы купим у вас существенный пакет по 5 EBITDA, так как вы не публичные, а публичные торгуются по 6-7 EBITDA, то эта компания думает, а зачем им продавать за 5, когда все упало и в страну никто не инвестирует. До этого акционеры зарабатывали $20 млн в год, сейчас зарабатывают $10 млн, но им в принципе хватает. И компания права, понимая, что с такой сделкой можно подождать.

Это то, с чем сталкиваются фонды прямых инвестиций, в том числе Horizon Capital: чтобы купить хороший бизнес, нужно переплатить, а в этом бизнесе переплачивать нельзя, поскольку цена входа является самым эффективным хеджем. Соответственно либо ты ничего не делаешь, либо переплачиваешь.

Работа с дистресс-долгом в Украине и в принципе в других странах отличается тем, что драйвером срока и сделок являются банки/инвесторы, которые чистят балансы, Фонд гарантирования вкладов, надеюсь, скоро начнет в большом количестве избавляться от своих активов. То есть, сделки уже происходят, должникам некуда деваться – им приходится с покупателями долгов договариваться. И, повторюсь, мы редко требуем вернуть все и сразу, мы готовы поддерживать компании, готовы вливать рабочий и акционерный капитал. Если не хватает, условно, $5 млн для финансирования оборотного капитала, мы предоставляем эти $5 млн в долг или как-то по-другому, но что-то за это просим.

- У вас такие сделки тоже есть?

- Так в этом и состоит работа с плохими активами.

- Вы сейчас активно расширяете бизнес негосударственных пенсионных фондов (НПФ). С чем это связано?

- Да, в прошлом году объем активов НПФ под нашим управлением вырос на 163% - до 406,5 млн грн. Логика расширения стандартная для бизнеса по управлению активами - постоянные расходы разбросать на большее количество активов. В бизнесе консолидации все к этому и сводится: покупаешь дополнительный денежный поток, сокращаешь операционные расходы и, таким образом, то, что было куплено, в твоих руках начинает зарабатывать больше. Мы верим в органический рост этого бизнеса. Если пенсионная реформа ускорится, мы надеемся в этом тоже поучаствовать.

- Поучаствовать в управлении средствами второго, накопительного, уровня?

- Да, это нормальные логичные ожидания.

- Ваш прогноз ситуации на внутреннем рынке корпоративных облигаций?

- Мы ожидаем, что будет активизация.

- Уже первые банки пошли…

- Это всегда так. Я этот рынок не отслеживаю, но было бы резонно предположить, что будет происходить, как происходит во всем мире и уже было много раз в Украине: первыми заемщиками являются банки, после банков - местные корпорации.

Проблема с корпорациями заключается в том, что большим компаниям выгоднее заимствовать на международных рынках или брать кредиты, краткосрочные, в той же гривне. Все сводится к стоимости фондирования. Поэтому первая волна выпуска корпоративных облигаций была не совсем успешной. Но есть бизнес ритейла, который должен финансироваться в местной валюте из-за того, что кроме товаров в обороте заложить им особо нечего. В большинстве случаев облигации для них являются резонным способом привлечения финансирования.

- Насколько должна упасть доходность государственных ценных бумаг, чтобы для инвесторов появился какой-то смысл покупать корпоративные ценные бумаги.

- Мы говорим о стоимости денег. Ставка рефинансирования Нацбанка - 16%. Можно ожидать, что на фоне инфляции ставка в этом году может еще вырасти. Если ставка растет и у банков есть безрисковый инструмент в виде госбумаг либо депозитных сертификатов Национального банка, то все остальное будет оцениваться исходя из их доходности. У заемщиков должен возникать вопрос, позволяет ли их бизнес генерировать достаточный денежный поток для обслуживания долга?

- А как могут упасть ставки по госбумагам к концу года?

- Я не исключаю, что ставка по ценным бумагам еще вырастет. Хотя первый квартал, если говорить об инфляции, которая подталкивает ставки по бумагам, всегда не показателен. Но если происходит укрепление гривни, тогда инфляционные ожидания слабеют. Поэтому я бы исходил из того, что в этой ситуации ставки в течение года, плюс/минус, будут стабильными и доходности по ОВГЗ, соответственно, тоже будут стабильными.

- Вы верите в развитие биржевого товарного рынка в Украине?

- Верю, мы готовы вкладывать в это направление деньги и поддерживать инициативы Нацкомиссии по ценным бумагам. Теперь важно, чтобы мнение регулятора и участников рынка услышали в парламенте. Отправной точкой станет принятие законопроекта №7055.

- А в биткойн вы вкладываете?

- Мы не вкладываем в биткойны как биткойны и криптовалюты как криптовалюты, поскольку для институциональных инвесторов все эти криптокошельки, горячие и холодные, хакеры - это очень нестандартные вещи. Мы ни себе, ни своим инвесторам не объясним, что после вложения, условно, $1 млн в биткойн может прийти твой айтишник с сообщением, что $1 млн украли. Мне такая постановка вопроса не нравится. В мире пока не существует инфраструктуры для институциональных инвесторов, которая бы удовлетворяла их требования, в том числе к хранению, безопасности, скорости расчета и прочее.

Понимая это, более смышленые люди сделали ETF (Exchange Traded Fund, торгуемый индексный фонд). На сегодняшний день существует ряд ETF объемом более $1 млрд на одну-две криптовалюты – биткойн и эфир. Вот этим мы торгуем. Фьючерсами на CME тоже торговали.

- А поведение цен на основной актив вам понятно?

- Нет. Мы торгуем тренд в этом конкретном случае. Много книжек написано на тему, что является драйвером тех или иных вещей в процессе инвестирования. Например, психология масс. Поэтому, торгуя конкретно этой вещью, мы торгуем просто трендом.

Я вам скажу, почему мы туда зашли – это был пример event trading до запуска фьючерса на CME. На инвесткомитетах, которых у нас три на неделе, при принятии решений о покупке мы оговариваем объем; причинно-следственную связь, почему мы это делаем; и когда мы из этого будем выходить - либо с точки зрения событий, которые должны произойти, либо с точки зрения ценовых уровней.

Когда ты торгуешь общий тренд, тебе важно установить stop loss и take profit. Допустим, падает на 40% (хотя там это очень волатильно, но с ETF не так быстро). Ты должен понимать, что ты готов потерять сумму X на этой позиции: чтобы не произошло, ты должен ее закрыть. Сложнее с тем, когда она растет. Здесь у нас мнение относительно того, какую прибыль фиксировать расходились. Я предлагал фиксировать с уровня входа на уровне 50%, а коллеги - на уровне 100%.

- 100% это для криптовалют даже как-то маловато.

- Жадность порождает бедность.

- Криптолихорадка коснулась ваших клиентов? К вам приходят с просьбой купить биткойн или посоветоваться, в какую криптовалюту лучше вложиться?

- У нас один инвестор частично вышел из фонда, чтобы перевложиться в биткойны. Если говорить обо мне, то я верю в тренд, что криптовалюты будут пользоваться все большим и большим спросом. Вопрос, какая из этих криптовалют станет той, которой все будут использовать. Это может стать self fulfilling prophecy (самоисполняющимся пророчеством): как только что-то из этих активов становится критически большим, это и произойдет.

Это точно не биткойн в моем понимании: у него есть технологические недостатки. Эфир сам по себе структурнее, он интереснее – и это та причина, по которой мы покупали эфир. Эфиром рассчитываются за большинство ICO. Но я думаю, что в конечном итоге это будет и не эфир, и не биткойн.

- Новое украинское IPO возможно?

- Если кто-то хочет покупать сельское хозяйство, то уже существуют акции "Кернела", MHP или ИМК. Или то, что будет предлагаться к IPO, должно быть очень дешевым. Но тогда зачем это продавать?

- А есть ли риск, что какой-то из уже обращающихся выпусков подорвет украинский рынок, как в свое время дефолт и мошенничество в "Мрии" негативно повлияло на все агрокомпании?

- Если вы думаете, что по каким-то причинам все уже это забыли и легко и быстро выдают торговое финансирование украинским компаниям, то вы ошибаетесь – этого не происходит. Это реально проблема.

- Последний вопрос по структуре акционерного капитала группы ICU. Есть ли какие-то планы ее менять, вам всем комфортно работать?

- Что вас конкретно интересует?

- Может, вы хотите привлечь еще каких-то партнеров или, наоборот, кто-то устал от этого давления?

- Все всегда может произойти. Но для того, чтобы привлекать капитал нужно понимать, что с ним делать. Сейчас нам хватает операционных и инвестиционных доходов для реализации наших идей. Но если завтра придет какой-то хедж-фонд или управляющий активами и скажет, что хочет купить у нас 25% по цене 2 раза акционерный капитал, то мы точно подумаем. У нас на заре компании 25% принадлежало глобальному хедж-фонду.

Может ли кто-то из наших миноритариев сказать, что он устал? Наверное, может.

- Владимир Демчишин, даже будучи министром, не отказался.

- Он был готов отказаться, но мы не хотели: ресурс же не резиновый - сначала выкупили у одного, потом выкупили у второго… Когда уходила Валерия Алексеевна (глава НБУ В.Гонтарева - ИФ), это был очень болезненный процесс, потому что происходило уменьшение капитала. Мы находимся в финансовом бизнесе, а это значит, что у нас подписаны сложные договора с финансовыми институтами. В них прописаны определенные триггеры на кредитные события, один из которых – одноразовая просадка капитала. Это первое.

Во-вторых, мы же бизнес создавали не для того, чтобы он разлетелся по личному желанию каких-то людей. У нас же есть ответственность перед сотрудниками, клиентами. Перед своими семьями.

Украина > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > interfax.com.ua, 7 февраля 2018 > № 2488415 Макар Пасенюк


Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 7 февраля 2018 > № 2488260 Сергей Смирнов

Сергей Смирнов, банк «Центр-инвест»: «Банк лучше знает, как показать клиента с лучшей стороны перед Росфинмониторингом»

Сергей Смирнов, председатель правления коммерческого банка «Центр-инвест»

Беседовал: Владислав Лейбов, специально для Bankir.Ru

О том, как банкирам работается с малым и средним бизнесом на Юге России, как можно получить господдержку при кредитовании и почему банк стремится к долгосрочному сотрудничеству с клиентами, порталу Bankir.Ru рассказал председатель правления крупнейшего в Ростовской области коммерческого банка «Центр-инвест» Сергей Смирнов.

— Сергей Юрьевич, какую долю клиентов банка вы относите к категории малого и среднего бизнеса (МСБ)?

— В нашем кредитном портфеле доля кредитов МСБ составляет 34%. Банк «Центр-инвест» предложил свою первую программу для малого бизнеса еще в 1997 году. И с тех пор для нас это приоритетное направление.

— Ваш банк активно работает на Юге России, в том числе в Ростовской и Волгоградской областях, Краснодарском и Ставропольском краях. Есть ли принципиальные различия в экономике этих регионов?

— Краснодарский край, конечно, держит пальму первенства по сельскохозяйственному бизнесу и санаторно-курортной сфере. Если мы говорим о Волгограде, то это более промышленный регион. В Ставропольском крае одной из приоритетных сфер экономики является торговля. А в Ростовской области есть все эти тренды. У нас есть и сельское хозяйство, и торговля, которая традиционно развивается со времен купечества, хорошо развита промышленность. Транспортные артерии, которые пересекают Ростовскую область, формируют экспортный потенциал для региона. А глубоководные порты обеспечивают транспортную составляющую для качественной логистики.

— Как ваши клиенты в сегменте МСБ проходят через текущий кризис? Какие отрасли переносят его легче, какие – сложнее?

— Отрасли, которые смогли заместить импортную продукцию в своем бизнес-процессе, выиграли и смогли продолжить рост. Отрасли, которые на 100% были завязаны на импорте, почувствовали усиление конкуренции от местного бизнеса, ставшего импортозамещающим, и вынуждены были переориентироваться. Сельское хозяйство оказалось только в плюсе, выиграв на экспорте. Банк «Центр-инвест» помогал своим клиентам подготовиться к кризису, и сейчас они глобально конкурентоспособны на мировых рынках.

— Отсутствие необходимого объема и качества залога – известная проблема при кредитовании МСБ. Как вы ее решаете вместе с клиентами?

— Банк активно участвует в госпрограммах поддержки малого и среднего бизнеса. Сотрудничество с гарантийными фондами в регионах присутствия банка длится более восьми лет и доказало свою эффективность. Поручительство фондов поддержки малого предпринимательства может являться обеспечением по всем нашим кредитам. Такое поручительство мы считаем одним из самых ликвидных видов залога.

Разработаны совместные с гарантийными фондами специальные предложения для клиентов нашего банка. Так, начинающие предприниматели могут получить кредит без залога, только под поручительство фонда, а для женщин-предпринимателей комиссия снижена более чем в два раза.

— Владельцы МСБ часто жалуются на необоснованно жесткие требования банков к проверке операций по расчетному счету. Как вести себя предпринимателю, чтобы у него не возникло проблем с банком?

— Вполне возможно, что ввиду несовершенства системы мониторинга часть благонадежных клиентов попадает под какие-то ограничения. Банк всегда готов стать на сторону клиента и помочь разобраться в ситуации, поэтому все требования по запрашиваемым банком документам мы рекомендуем не игнорировать. Банк лучше знает, как помочь клиенту и как показать его с лучшей стороны перед Росфинмониторингом.

На сегодняшний день все операции, которые проводятся безналично, попадают в систему Банка России. Поэтому если размер налоговых платежей составляет значительно меньшую долю, чем ваши обороты по расчетному счету, то это вызывает обоснованные подозрения. Вывод один: если вам нечего скрывать, то будьте готовы предоставить документы.

— Какие основные факторы вы анализируете, принимая решение о кредитовании предприятия МСБ?

— Основными факторами для любой кредитной организации является устойчивое финансовое положение клиента. Принимая решение о кредитовании, мы стараемся проводить всесторонний анализ деятельности заемщика, который включает не только финансовую аналитику, но и нефинансовые факторы: деловую репутацию, залоговое обеспечение, опыт работы клиента, наработанную клиентскую базу, а также планы развития компании и многое другое.

— Как быстро в вашем банке принимаются решения о кредитовании МСБ?

— Естественно, деньги клиенту нужны сегодня и сейчас. Поэтому мы благодаря 25-летнему опыту банка «Центр-инвест» умеем работать на рынке кредитования и в максимально короткие сроки рассматривать кредитные заявки. Например, заявка начинающего предпринимателя по программе «Стартап» рассматривается в срок от двух дней.

— Какая максимальная кредитная нагрузка допустима для клиента?

— Кредитную нагрузку мы рассчитываем исходя из финансовых показателей компании или группы компаний, и для каждого клиента этот показатель индивидуальный.

— В чем основные отличия продуктовых линеек вашего банка, предназначенных для клиентов микробизнеса, малого и среднего бизнеса? Какие банковские услуги наиболее востребованы сегодня микробизнесом, малым и средним бизнесом?

— Мы работаем с каждым клиентом и независимо от размера бизнеса готовы предложить индивидуальное кредитное решение. В 2017 году мы выдали более 5 тысяч кредитов для МСБ на общую сумму 87,2 миллиарда рублей.

По количеству лидируют краткосрочные кредиты на пополнение оборотных средств, так как они позволяют решать вопросы текущей деятельности предприятий. Но малый бизнес не отказывается от планов развития. По-прежнему востребованы длинные инвестиционные кредиты. В конце прошлого года произошло общее снижение ставок по программам кредитования для малого и среднего бизнеса, и мы рассчитываем, что это будет стимулировать рост портфеля и динамику бизнесов клиентов. На данный момент средняя ставка по кредитам для МСБ составляет 11,4% годовых.

— Некоторые эксперты предупреждают о дефиците качественных заемщиков в сегменте МСБ. Почему вы уверены в этом секторе?

— Именно малый бизнес формирует пятую часть валового регионального продукта в Ростовской области и производит почти половину продукции в отраслях АПК и строительстве. Вообще, по всей России в условиях кризиса большие предприятия стали трансформироваться в средние и малые предприятия. А на Юге люди, которые ощутили дыхание кризиса на своих предприятиях, сразу перешли в индивидуальные предприниматели. Мы уверены в своих заемщиках, так как мы выращиваем их сами: учим, консультируем, приглашаем наставников. Некоторые клиенты с нами уже 15 и даже 20 лет.

Сегодня клиентами банка являются более 60 тысяч субъектов малого бизнеса. В России по объему кредитования МСБ банк «Центр-инвест» входит в первую десятку. На региональном рынке на долю банка приходится треть всех кредитов, выданных малым предприятиям Дона. По примеру банка «Центр-инвест» другие банки стали создавать офисы для малого бизнеса, оказывать предпринимателям нефинансовые услуги. Такие услуги – это не благотворительность и не маркетинговые ходы, а практическая работа по управлению рисками предпринимателей.

— В чем основные отличия работы банка «Центр-инвест» с МСБ от работы подразделений крупнейших федеральных банков?

— Региональные банки бывают разные. В Ростовской области в свое время было более 100 банков. Прошло 25 лет. За это время «Центр-инвест» только укрепил позиции, и с нами сложно конкурировать. Фактически мы сами создали рынок и являемся его лидером уже 25 лет. У нас большая филиальная сеть, которая позволяет тиражировать наши банковские продукты и решения в регионы.

Региональные банки всегда лучше управляли региональными рисками. Они идут в те ниши, которые федеральным банкам могут быть неинтересны. Мы формируем с клиентом более доверительные и долгосрочные отношения. Яркий пример – кредитование капремонтов. До сих пор «Центр-инвест» остается единственным банком в стране, который знает, как кредитовать, и кредитует ТСЖ на проведение капитального ремонта многоквартирных домов. У нас более 100 таких успешных проектов. Второй пример – программа для женщин-предпринимателей. В 2012 году мы предложили нашим клиенткам воспользоваться акцией и получить скидку 25% по бизнес-кредиту. Эта акция стала настолько востребованной, что мы предложили комплексную программу льготного кредитования и нефинансовую поддержку женщин в бизнесе.

— Готов ли банк кредитовать стартапы?

— Мы готовы инвестировать в стартапы на стадии идеи, и уже более 600 начинающих предпринимателей воспользовались финансовой и консультационной поддержкой банка «Центр-инвест». Участники программы – вчерашние студенты, перед которыми стоит выбор: пойти устраиваться в какую-то компанию и пробиваться по карьерной лестнице или осуществить свою мечту и заняться собственным бизнесом, попробовать поработать на себя.

По статистике, первый год жизни для нового бизнеса – самый сложный, по разным причинам закрывается более 20% предприятий. Именно поэтому в банке «Центр-инвест» уделяется особое внимание начинающему бизнесу. Мы предоставляем им не только льготные кредиты и бесплатное открытие расчетного счета, но и проводим различные тренинги и семинары для повышения финансовой грамотности. Активно работает наша программа наставничества, когда опытные предприниматели помогают молодым стартапам советами.

— В 2017 году 10% акций вашего банка приобрел швейцарский фонд responsAbility Investments. Как это повлияло на работу банка с МСБ?

— Наше сотрудничество с фондом началось в 2013 году с предоставления целевых кредитных линий на финансирование проектов микро- и малого бизнеса. Фонд принял решение стать акционером банка, потому что мы фокусируемся на местной экономике – малом бизнесе, агробизнесе и энергоэффективности. Именно в такие активы они инвестируют по всему миру.

Это фонд по управлению активами в области социально ответственных инвестиций в развитие малого бизнеса в развивающихся экономиках. Мы разделяем их принципы, поэтому наш банк и вызывает у них интерес.

— В чем заключается общность ваших интересов?

— Объясню на примере: в отличие от спекулятивных банков «Центр-инвест» не повышал ставки в условиях кризиса 2014–2015 годов, что, кстати, позволило стабилизировать ситуацию на финансовом рынке Юга России. Мы не повышали ставки по кредитам, старались вместе с клиентами разрабатывать меры по снижению рисков. Более дешевые кредиты стали конкурентным преимуществом бизнеса, позволили ему завершить начатые проекты, выполнить обязательства перед банком.

Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 7 февраля 2018 > № 2488260 Сергей Смирнов


Россия > Финансы, банки > kremlin.ru, 6 февраля 2018 > № 2494242 Андрей Костин

Встреча с президентом – председателем правления Банка ВТБ Андреем Костиным.

А.Костин информировал главу государства об итогах работы ВТБ за 2017 год и развитии «Почта Банка».

В.Путин: Андрей Леонидович, ваша группа начала заниматься «Почта Банком», собственно, давно уже начала. У вас планы есть интересные, расскажите, и конечно, по результатам работы банка.

А.Костин: Владимир Владимирович, результаты работы группы за прошлый год можно назвать достаточно успешными. Прежде всего потому, что у нас более чем в два раза выросла чистая прибыль, она превысила 100 миллиардов рублей.

Важно также, что была серьёзная реорганизация у банка. Мы присоединили наш дочерний банк «ВТБ 24», работающий с населением, к основному банку и получили не только экономию издержек – мы планируем примерно 15 миллиардов рублей за три года сэкономить, – но и большую синергию от совместной работы – по продаже банковских продуктов, по технологиям.

Хотел бы ещё сказать, что были сферы, которые наиболее динамично развивались в прошлом году. Среди них я бы выделил ипотеку, которая выросла на 14 процентов и превысила триллион рублей. И, кстати, тоже достижение – в конце 2017 года средневзвешенная ставка по ипотеке стала немножко ниже чем 10 процентов.

В.Путин: У вас сейчас в активах 13 триллионов?

А.Костин: Да, около этого.

Автокредитование тоже выросло на 16 процентов, примерно 100 миллиардов рублей. Из них 40 процентов по специальным программам, которые поддерживает Правительство.

Что касается нашего «Почта Банка», то это был второй год работы, первый полный год работы банка. Банк вышел на прибыль, уже имеет 6,5 миллиона клиентов.

Но я бы ещё сказал одну важную деталь. Банк до Нового года сумел открыть 13 тысяч своих отделений в отделениях связи, и ещё пять тысяч мы откроем до конца этого года – будет 18 [тысяч отделений]. При этом три четверти отделений открывается в малых городах и в сельской местности, откуда другие банки стараются уходить. А мы заметили, что при современных технологиях и разных методах банковской работы через телефон, интернет, всё равно люди, особенно преклонного возраста, немолодые предпочитают прийти в банк. И для них доступность банковского учреждения особенно в сельской местности, в малых городах очень важна. Поэтому это, на наш взгляд, решает и серьёзную социальную задачу.

Кроме того, в прошлом году «Почта Банк» перечислил «Почте России» по соглашению 3 миллиарда рублей так называемого структурного платежа, что, конечно, было серьёзным подспорьем для почты. Эти деньги были инвестированы в развитие почтовой инфраструктуры и так далее.

Но наше взаимодействие с «Почтой России» не ограничивается только «Почта Банком». Хотел бы предложить наши новые инициативы, которые сейчас мы начали внедрять, – это создание современной общероссийской высокотехнологичной логистической платформы для интернет-торговли. Не секрет, что интернет-торговля сейчас развивается очень активно. Мы готовы инвестировать 30 миллиардов рублей для строительства 40 современных логистических распределительных центров почты, которые будут работать как для почты, так и для интернет-торговли.

Параллельно ведём переговоры и с возможными иностранными участниками, в частности из Китая. Так что этот проект уже начинает осуществляться. Надеюсь, что мы в течение ближайших двух-трёх лет полностью его реализуем.

В.Путин: Хорошо.

Россия > Финансы, банки > kremlin.ru, 6 февраля 2018 > № 2494242 Андрей Костин


Казахстан > Финансы, банки > camonitor.com, 6 февраля 2018 > № 2488000 Кайрат Келимбетов

Кайрат Келимбетов: МФЦА – это не «замануха», мы создали равные условия для всех

1 января в Астане начал работу Международный финансовый центр «Астана» (МФЦА). На днях управляющий директор центра Кайрат Келимбетов встретился с главными редакторами казахстанских СМИ. Редактор Российско-казахстанского экспертного IQ-клуба задал несколько вопросов о деятельности МФЦА.

МФЦА как территория опережающего развития

- Кайрат Нематович, планировалось, что МФЦА будет располагаться на территории выставочного комплекса ЭКСПО-2017. Вы уже освоили новое пространство?

- Напомню, что идея главы нашего государства, которая прозвучала на съезде партии «Нур Отан» в середине 2015 года, заключалась в том, чтобы на базе инфраструктуры ЭКСПО-2017 создать Международный финансовый центр «Астана». Прошедшим летом мы все с удовольствием приняли участие в выставке в Астане, которая была очень успешна и дала возможность всему миру оценить готовность Казахстана к проведению глобальных международных событий. 10 сентября ЭКСПО-2017 закончилось, после чего возникла пауза – что же будет дальше. Здесь есть две группы вопросов, на которые я хотел ответить.

Первая – что будет с выставочной территорией. Это достаточно большой новый район города Астаны. На мой взгляд, ее можно назвать территорией опережающего развития – все те новые технологии развития, которые приходят в Казахстан, будут применяться в пилотном режиме именно здесь.

Отмечу, что мы находимся в непосредственной близости к «Назарбаев Университету», который также будет представлен на выставочной территории, где совместно с акиматом города Астаны и компанией Astana EXPO будет открыт Технопарк. Здесь же, в одном из павильонов, планируется создать Центр зеленых технологий, который будет действовать при Министерстве энергетики, и Международный IT-стартап хаб, ответственный за программу Цифровой Казахстан.

Вторая и большая часть вопросов связана собственно с деятельностью Международного финансового центра «Астана». В течение 2018 года мы планируем передислокацию нашего головного офиса на территорию ЭКСПО.

Напомню, что в декабре 2015 года был принят конституционный закон, регулирующий деятельность МФЦА, в марте 2017 года были внесены поправки в Конституцию, которые создали условия для особого правового режима деятельности МФЦА.

Хотел бы обратить ваше внимание на то, что на постсоветском пространстве мы, по сути, первая страна, которая в таком объеме применила английское общее право – по сути, мировое инвестиционное законодательство – в национальном законодательстве, регулирующем деятельность в финансовой сфере.

Я не призываю вас стать специалистами в юриспруденции или английском общем праве, объясню проще: английское общее право – это правовой режим, в котором работают все финансовые организации в мире при заключении сделок и проведении транзакций. Для Казахстан это не что-то принципиально новое: правительство и Минфин и ранее применяли его в своей деятельности, выпуская евробонды или подписывая контракты в нефтегазовой сфере.

В чем привлекательность этого законодательства? Прежде всего, в том, что оно очень понятно для инвесторов. Можно сколько угодно убеждать их в преимуществе национального законодательства, но если оно не знакомо для инвесторов, то доверие рождается очень долго.

МФЦА – это территория и юрисдикция

- Кайрат Нематович, в своих прежних интервью вы немало рассказали о планируемой структуре МФЦА. Претерпела ли она изменения в процессе запуска проекта?

- Отмечу, что МФЦА – это территория и юрисдикция, которые представляют собой два этажа специального правого поля. Что находится в этой юрисдикции? Высшим органом МФЦА является Совет по управлению МФЦА, возглавляемый президентом РК. Заместителем председателя Совета является премьер-министр, члены Совета с казахстанской стороны – председатель Национального Банка РК, министр финансов, министр национальной экономики и я. С международной – президент Европейского банка реконструкции и развития Сума Чакрабарти, председатель правления Сбербанка РФ Герман Греф, генеральный директор компания «Яндекс» Аркадий Волож и GP Morgan Chase International Джейкоб Френкель.

Таким образом, международный по своему составу Совет представляет собой своеобразный парламент по управлению МФЦА.

Следующий уровень – управляющий, представленный Администрацией МФЦА, Комитетом по регулированию финансовых – отмечу, что у МФЦА отдельный, независимый от Нацбанка РК и автономный регулятор, также работающий в рамках английского законодательства – а также Судом МФЦА.

В конце прошлого года девять судей МФЦА принесли присягу главе государства. Это опытные судьи, которые работали в юрисдикции англосаксонского права – в Великобритании, Гонконге, Катаре и т.д., люди с большим международным опытом работы. Также запущен отдельный Международный арбитражный центр. Все эти институты созданы в соответствие с Планом нации по реализации пяти институциональных реформ «100 конкретных шагов». Наконец, создана биржа МФЦА, которая активно заработает в первой половине этого года. Акционерами биржи являются компании NASDAQ и Шанхайская фондовая биржа.

Штатная численность всех этих институтов составляет 200 человек. В настоящий момент идет процесс комплектации этих структур – мы набираем людей в биржу, в регулятор, в другие организации.

Но эти органы – это лишь малая часть МФЦА, мы предполагаем, что на территории финансового центра будут размещены международные компании. На какие компании мы, прежде всего, рассчитываем?

У нас есть пять основных направлений работы – управление активами, управление благосостоянием частных лиц, рынок капиталов, исламское финансирование и новые финансовые технологии. Это наиболее современные отрасли финансового рынка, которые мы планируем развивать в МФЦА.

Также отмечу, что у нас есть три больших измерения работы. Будучи региональным финансовым хабом мы ориентируемся на Евразийский экономический союз, затем на Центральную Азию, наконец, третье измерение нашей деятельности – это инициатива «Один пояс – один путь», которая, мы надеемся, придаст импульс работе центра.

- Когда же ждать полноценный запуск МФЦА?

- Глава государства во время своего недавнего визита в США и в своем видеообращении к участникам Всемирного экономического форума в Давосе пригласил мировых инвесторов принять участие в международной презентации финансового центра «Астана», которая состоится 4-5 июля нынешнего года в Астане, на территории ЭКСПО. Эта презентация станет одним из мероприятий в рамках празднования двадцатилетия столицы.

Полагаю, эта презентация станет своеобразной тусау кесер церемонией для МФЦА, которая придаст толчок дальнейшей деятельности центра.

Таким образом, весь 2018 год займет процесс регистрации компаний, запуск биржи, начало деятельности суда, арбитражного центра, а также Экспат Центра МФЦА, который будет работать по принципу одного окна и позволит сделать процесс прохождения визовых и регистрационных процедур для инвесторов простым и удобным.

По нашим расчетам, до конца года мы полностью выйдем на проектную мощность МФЦА. Одновременно с этим, с 1 января 2019 года, мы передислоцируемся на территорию ЭКСПО, как и планировалось ранее.

У международных инвесторов есть огромный интерес к МФЦА

- Кайрат Нематович, прошел относительно небольшой отрезок времени между возникновением идеи создания МФЦА и ее реализации и запуском работы центра. Как бы вы оценили осведомленность международных инвесторов о деятельности МФЦА, их заинтересованность принять участие в его работе? Как известно, на площадке биржи МФЦА состоится IPO таких национальных отраслевых лидеров как «Эйр Астана», «Казатомпром», «Казахтелекома» и т.д. Проявляют ли интерес к покупке акций этих компаний зарубежные инвесторы?

- Отмечу, что осведомленность международных инвесторов и об МФЦА, и о программе приватизации казахстанских национальных компаний растет с каждым днем. Как показали опросы международных инвесторов, самым важным условием для их прихода на рынок капитала той или иной страны является стабильность и ясность законодательства. Эту стабильность и ясность законодательства обеспечивают около 50 законов, принятых при МФЦА, помимо рамочного Конституционного закона «О Международном финансовом центр «Астана». Это те же законы, которые действуют в Лондоне, Дубае, Гонконге и Сингапуре – о создании компании, о регистрации компании, о банкротстве компании, о платежах и др. Они идентичны тому, что есть в лучшей мировой практике.

Что касается приватизации. Как вы знаете, и в Плане нации «100 шагов», и в Послании 2018 года «Новые возможности развития в условиях четвертой промышленной революции» МФЦА обозначен как основная платформа для IPO национальных компаний. Напомню, что на IPO будут выведены компании, принадлежащие государству и управляемые сегодня Фондом национального благосостояния «Самрук-Казына».

В 2018 году в первую очередь планируется рассмотреть приватизацию трех компаний – «Эйр Астаны», «Казатомпрома» и «Казахтелекома». На торги будут выставлены существенные пакеты акций – не менее 25%. В последующем будут приватизированы такие компании, как «КазМунайГаз», «Казахстан Темир Жолы», «Самрук Энерго» и некоторые их дочерние организации.

В совокупности эти компании составляют 35% национального ВВП – это серьезная часть экономики. Как известно, перед правительством РК стоит задача по сокращению доли государства в экономике, чтобы дать возможность частным инвесторам стать акционерами национальных компаний, повысить прозрачность и эффективность их управления и, совместно с инвесторами, увеличить их экономическую стоимость.

Таким образом, в нынешнем и в следующем году ФНБ «Самрук-Казына», совместно с национальными компаниями, с KAZAKH INVEST и МФЦА, будет проводить кампанию по освещению возможностей приватизации в Казахстане или иными словами роуд-шоу нацкомпаний. Мы рассчитываем на интерес инвесторов из Юго-Восточной Азии, евразийского пространства, Европы и США.

Таким образом, детальное знакомство инвесторов с условиями проведения приватизации и деятельности МФЦА – это задача двух предстоящих лет.

Могу от себя отметить, что на сегодняшний момент у международных инвесторов есть огромный интерес к возможностям МФЦА. В их глазах мы являемся сердцем проекта Экономического пояса Шелкового пути, по сути, все обозначенные выше компании так или иначе завязаны на восстановление Шелкового пути.

В рамках проекта будет проложена не только единая физическая, но и цифровая инфраструктура. И если посмотреть на компании Фонда «Самрук-Казына» с этой точки зрения, то это компании, которые осуществляют связь между европейским и азиатским рынками посредством железнодорожного и авиационного транспорта, а также являются важнейшими поставщиками ресурсов не только на рынки Китая и ЕАЭС, но и европейского континента.

Полагаю, что акции наших национальных компаний будут очень интересны, по поводу них будет большая дискуссия между крупными инвесторами. И чем выше будет интерес, тем с большей пользой мы их реализуем и тем более серьезных инвесторов привлечем.

Арбитражные центр при МФЦА будет доступен для всех

- Каким будет механизм регистрации инвесторов в МФЦА? Что они должны сделать для начала работа на этой площадке – выкупить акции, вложить деньги, разместить здесь офисы? На какого инвестора ориентируется МФЦА – на крупные транснациональные компании, которые и так способны защитить свои интересы, если что-то пойдет не так. Или на средних массовых инвесторов? Как известно, у этой категории бизнесменов в Казахстане возникали проблемы – достаточно вспомнить случай с молдавским предпринимателем Анатолием Стати, который судился с казахстанским правительством. Вы упомянули, что их интересы будет защищать суд МФЦА и арбитражный центр. Смогут ли они полноценно заменить международный арбитраж? Удастся ли этим структурам сохранить объективность и независимость и вынести решение против правительства Казахстана на территории Казахстана?

- Как инвесторы могут входить в МФЦА? Первый и самый понятный механизм – это участие в IPO. Соответственно, инвестиционные и брокерские компании, которые пожелают стать маркетмейкерами и инвесторами этого процесса, могут зайти в МФЦА. Не дожидаясь этого, наш регулятор начнет регистрировать их и предоставлять им лицензии. Есть два типа компаний, которые мы ждем.

Первый – это финансовые и инвестиционные компании, банки, хедж-фонды, деятельность которых мы будем регулировать.

Вторая часть компаний – это компании, которые предоставляет сервисы и услуги – консалтинговые, аудиторские, риэлторские и др. - для первого типа участников финансового центра.

В настоящий момент к нам поступило около 20 заявок, полагаю, что до конца года их количество составит больше ста. Уверен, что к третьем-пятому году существования МФЦА количество участников будет расти по экспоненциальной кривой. Это компании, которые выбирают юрисдикцию МФЦА, для того, чтобы работать не только на территории Республики Казахстан, но в трех охватываемых нашим центром диапазонах – ЕАЭС, Центральной Азии и проекта «Один пояс – один путь».

Мы рассчитываем на то, что это будут не только крупные, но и средние и малые компании. Как раз таки приток средних и малых компаний, особенно в технологической сфере, – это то, в чем нуждается сегодня Казахстан. Условия у нас созданы равные для всех.

Как известно, представители крупных транснациональных компаний в Казахстане входят в Совет иностранных инвесторов при президенте РК, могут встречаться с главой государства, отстаивать свои права в рамках специальных контрактов.

Но сегодня МФЦА создает условия и возможности, при которых любая средняя и малая компания, скажем, из Германии, Японии, Китая или Малайзии сможет прийти на рынок Казахстана, потому что их права надежно защищены системой международного права.

Очень часто задают вопрос: а как нам поверить, правда ли это, или это «замануха», которая не будет работать.

Еще раз повторюсь: мы создали две структуры: суд МФЦА, в составе которого есть две инстанции – первая и вторая апелляционная.

Судьи МФЦА – это люди с репутацией и совокупным опытом работы 30-40 лет в международных судах. Возглавил Суд МФЦА лорд Гарри Кеннет Вульф, бывший верховный судья Англии. У них нет никаких оснований изменить своей репутации. Думаю, что у нас есть всё для справедливого оправления правосудия – и законы, и институты, и судьи. Таким образом, с кем бы не вели тяжбу участники процесса – в том числе казахстанскими государственными органами – суд будет руководствоваться только буквой и духом закона.

Отмечу, что до сегодняшнего дня во всех контрактах, которые подписывались в Казахстане, – будь то министерства, частные или государственные компании – была отсылка на то, что в случае возникновения проблем арбитраж будет в Лондоне, Стокгольме, Сингапуре и т.д. Сегодня мы создали все условия для того, чтобы арбитраж при МФЦА стал полноценной заменой международным судам, причем не только для участников МФЦА и казахстанских компаний, но и для всего региона – в том числе России, западного Китая, стран Центральной Азии и Кавказа.

Хотел бы пояснить очень важный момент – услуги суда будут доступны для всех участников МФЦА, и для тех сторон, которые пожелают в своем контракте указать МФЦА. Арбитражный центр доступен для всех. Компания может не быть участников МФЦА, но вправе подать жалобу в арбитражный центр финансового центра «Астана».

Продолжение следует

Источник: ia-centr.ru

Автор: Жанар Тулиндинова

Казахстан > Финансы, банки > camonitor.com, 6 февраля 2018 > № 2488000 Кайрат Келимбетов


Украина > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > interfax.com.ua, 6 февраля 2018 > № 2486140 Макар Пасенюк

Макар Пасенюк: Инвестбанкиром Порошенко меня называют те, кому эта формулировка выгодна

Эксклюзивное интервью управляющего партнера инвестгруппы ICU Макара Пасенюка агентству "Интерфакс-Украина"

-- Начнем с самой обсуждаемой темы – рассекреченное "Аль-Джазирой" дело о спецконфискации с участием ICU в покупке гособлигаций.

-- А вы документ, опубликованный "Аль-Джазирой", внимательно прочитали?

-- Да, со всеми проводками.

-- Я как раз об этом. Все кричали "зрада", а мы внимательно прочитали более 90 страниц текста и увидели там много интересных вещей.

-- А до этого вы его не видели?

-- Нет, конечно. Мы же не являемся стороной дела ни в каком качестве – ни ответчиком, ни свидетелем.

-- Тогда перейдем непосредственно к сути обвинений. В вашем релизе, появившемся после публикации "Аль-Джазиры" с засекреченным судебным решением Краматорского суда, говорилось, что "перед заключением договоров на брокерское обслуживание ICU провела обязательную процедуру идентификации и финансового мониторинга в отношении покупателей ОВГЗ". По итогам этой процедуры кого, как вы тогда думали, вы обслуживали?

-- По итогам проверки мы установили клиентов и их контролеров. И те, и другие не входили ни в какие санкционные списки и не были связаны с действовавшей на тот момент властью. Мы провели идентификацию, которую законодательство требовало от брокера, за ней последовали стандартные брокерские операции.

Для еще более глубокого изучения клиентов у нас не было ни правовых оснований, ни полномочий правоохранительных органов на проведение оперативно-розыскной деятельности. Все связанные с этими компаниями документы впоследствии мы передали следственным органам.

-- Инициатива выбрать вас исходила от Ощадбанка?

-- Давайте еще раз разберем, что на самом деле произошло. Как видно из опубликованного документа, эти компании напрямую проводили сделки с Ощадбанком по покупке ОВГЗ еще с 2012 года. У банка была лицензия торговца, и привлечение внешнего брокера не требовалось. С октября 2013 года изменилось законодательство и появилось требование об участии торговца с обеих сторон сделки.

Вероятно, Ощадбанк порекомендовал своим иностранным клиентам нескольких брокеров. Неудивительно, что они обратились к нам: мы – лидер на рынке государственных долговых инструментов и одними из первых были готовы работать по новым законодательным правилам. В итоге, мы сопровождали сделки купли-продажи ОВГЗ между Ощадбанком и нерезидентами два месяца – в ноябре-декабре 2013 года.

-- Какую сумму комиссионных получила ваша компания за их проведение?

-- Комиссия ICU была стандартная для агентских операций и фиксированная -- 1 тыс. грн за сделку вне привязки к объему. Мы работали по рамочным договорам о брокерском обслуживании, так как никто с самого начала не говорит, на какой объем будут проведены операции и в каком периоде. Операции проводились по разовым заявкам. Наша функция была только агентской, цену на бумаги Ощадбанк и компании согласовывали между собой напрямую. В Ощадбанке же у компаний были открыты денежные счета и счета в ценных бумагах.

-- Сколько всего было сделок?

-- 36 сделок, по которым наша суммарная комиссия была соответственно 36 тыс. грн. Никакой добавленной стоимости, никакого кредитного риска. Это механический процесс. Мы проводим в день десятки таких операций, а клиентов, которых мы обслуживаем как брокер – порядка двухсот.

-- Генпрокурор Юрий Луценко заявил, что после проверки регулятора – Нацкомиссии по ценным бумагам и фондовому рынку (НКЦБФР) -- сейчас проводится еще дополнительная экспертиза этих сделок. Кто ее исполнитель и в чем она заключается?

-- Этот вопрос лучше задать генпрокурору. Мы о дополнительной экспертизе узнали из его заявления прессе.

Ранее, по решению суда, инициированному прокуратурой, НКЦБФР уже проверяла наши действия в этих сделках на соответствие законодательству того времени. Проверка длилась два месяца и подтвердила, что мы все делали правильно.

В любом случае, мы чувствуем себя уверенно по поводу возможных новых проверок, потому что действовали законно.

-- Спустя четыре года насколько изменились требования финансового мониторинга и идентификации клиентов? Провели бы вы сейчас подобные сделки?

-- В 2015 году вступил в силу закон, который ужесточил требования к проведению процедуры KYC (know your customer - знай своего клиента - ИФ). Теперь он требует, чтобы финансовые институты проверяли происхождение средств клиентов. В законе также расширены полномочия брокеров по получению информации о клиенте из других источников.

-- Если мы правильно понимаем ситуацию, то Латвия провела спецконфискацию еще раньше, чем Украина. Однако к вам международные правоохранительные органы по этому вопросу не обращались?

-- Нет, не обращались.

Скажу также, что согласно европейскому законодательству по борьбе с отмыванием денег, которое распространяется на все финансовые регулируемые институты ЕС, если деньги приходят из европейского банка, то банк получателя не обязан проверять их происхождение. Ответственность за первичный мониторинг лежит на банке-отправителе.

-- А банком-отправителем, судя по рассекреченному решению суда, был латвийский PrivatBank. Там все через него проходило?

-- Судя по тексту решения суда - да, практически все. Еще по международным номерам счетов (IBAN кодам) там можно увидеть три других банка, но через них проходили минимальные суммы. Это латвийский Baltic International Bank, эстонский Versobank и местный филиал Danske Bank.

-- Нам интересно, можно ли на базе этого опубликованного решения идти в международный суд и добиваться от Украины выплат? Речь о тех, кто перекупил эти оффшоры, и будут классифицировать себя как добропорядочные приобретатели.

-- Мне сложно комментировать. Этот вопрос лучше адресовать юристам-международникам, но, в общем, ответ на него будет зависеть от юрисдикций, в которых споры могут рассматриваться, даты сделок, информации, которая была доступна на момент этих сделок и т.д.

-- Но вес кипрского суда и краматорского суда, наверное, разный.

-- Думаю, их некорректно сравнивать, ведь и суть потенциальных исков совершенно разная.

-- Вы бы, как инвестбанкир, в подобной ситуации покупали такие обязательства другой страны, если бы они стоили очень дешево?

-- Это очень старое направление – работа с distress-активами. Покупают все - требования к Пакистану, дефолтные обязательства Аргентины…

-- Может это быть одной из вероятных подоплек появления у "Аль-Джазиры" засекреченного решения?

-- Чисто теоретически, это нельзя отбрасывать.

-- Вопрос чуть шире. Существует ли у вас некий "стоп-лист" или "черный список": перечень клиентов, которым вы откажете в обслуживании даже при прохождении ими процедуры KYC, финмониторинга и идентификации? Или в украинском инвестбизнесе клиентами не перебирают?

-- Во-первых, есть целый ряд законодательных "стоп-листов" - это украинские санкционные списки, списки санкций OFAC, санкционные списки ЕС, Совета Безопасности ООН и другие. Кроме того, да, мы избирательны в своих клиентах, очень серьезно относимся к их выбору. Если это политики, так называемые "PEP-ы" (Politically Exposed Person), то мы стараемся их избегать.

-- Выходит, какие-то выводы вы сделали за последние годы?

-- Мы и до этого с "PEP-ами" особенно не работали. Но если вы говорите о самом главном "PEP" страны, то мы с ним начали работать задолго до того, как он стал "PEP №1" -- еще c двухтысячных годов, когда я работал в банке ING.

-- Вас называют инвестиционным банкиром Порошенко...

-- Инвестиционным банкиром Порошенко меня называют те, кому эта формулировка выгодна. С таким же успехом меня можно называть инвестбанкиром Веревского (глава и совладелец "Кернела" Андрей Веревский - ИФ), Кожемяко (гендиректор и совладелец группы "Агротрейд" Всеволод Кожемяко - ИФ), Костельмана (совладелец Fozzy Group Владимир Костельман - ИФ), Петрова (глава и совладелец агрохолдинга ИМК Александр Петров- ИФ) и многих других людей. Потому что по ряду направлений и секторов в Украине доля сделок, которые я осуществил за свою карьеру, будет превышать 50% общего объема.

-- А сейчас какие-то услуги вы оказываете президенту?

-- Нет. Единственный контракт, который ICU выполняла для президента - это совместный проект с Rothschild по продаже Roshen, который для нас закончился в апреле 2016 года после передачи актива в "слепой траст".

-- Еще одна серия обвинений связана с формулой "Роттердам+" и покупкой ICU облигаций ДТЭК: было давление на энергокомпанию, и ее бумаги падали, однако затем отношение госрегулятора НКРЭКУ сменилось на противоположное -- была утверждена формула "Роттердам+", и бумаги начали расти. А руководитель этого регулятора ранее работал в ICU.

-- Занимаясь долговыми рынками Украины и СНГ, не работать с еврооблигациями ДТЭК, "Метинвеста", ПУМБа невозможно. Потому что если взять список всех корпоративных (без государственных и квазигосударственных – ИФ) евробондов, которые в то время выпускались в Украине, то на эту группу приходится порядка 40%.

Мы начали инвестировать в еврооблигации ДТЭК в 2011 – 2013 годах по ценам на уровне номинала. В 2015 и 2016 году мы докупали ДТЭК по двум очевидным для инвестора причинам - дешевизна бумаг и начало переговоров компании с ее кредиторами о реструктуризации долгов.

О цене. Давайте посмотрим на динамику цен на бумаги крупнейших украинских эмитентов (показывает таблицу). Берем показатель возврата на инвестицию с марта 2015 года.

Видим, что цены росли на все бумаги, значит, и драйверы роста для всех были едиными.

-- Вы пытаетесь изложить свою инвестиционную логику, а я – логику обвинений в ваш адрес: было давление на ДТЭК, его бумаги падали…

-- Хорошо, логика понятна. А вот производной чего является рост стоимости еврооблигаций Украины в конце 2015 года и почти одновременное падение бумаг ДТЭК и "Метинвеста"? (демонстрирует график). На "Метинвест" тоже давили?

-- Это, по-моему, период, когда начали дефолтовать "ДТЭК" и "Метинвест", а государство уже прошло реструктуризацию.

-- Правильно. Что происходит, когда компания идет в реструктуризацию? – Ей сразу присваивается рейтинг SD – выборочный дефолт. Ряд инвесторов не могут, исходя из инвестдеклараций своих фондов, инвестировать в облигации с таким рейтингом, поэтому они должны эти облигации продать. Есть фонды, которые могут инвестировать во что угодно, но они все равно обязаны действовать в интересах своих инвесторов: отказываясь продавать эти активы, они должны продемонстрировать, что защищают их. Опыт реструктуризаций, в том числе, компании "Мрия", показывает, что такая защита - это длительный и малоприятный процесс.

За счет такого изменения базы инвесторов происходит резкое падение цен на облигации. Так что основным триггером падения цены является ожидаемая или уже объявленная невозможность обслуживать обязательства на согласованных условиях. В этом моменте дистресс-ситуации и обретают очертания. Это стандартная торговая идея для фондов, которые специализируются на дистресс-активах: проанализировав компанию-заемщика в дефолте и конъюнктуру рынка, определить возможные сценарии реструктуризации и потенциальную доходность. Мы торговали такую стратегию во многих реструктуризациях в Украине и за ее пределами.

А теперь пару слов о том, на каких же условиях прошла реструктуризация ДТЭК и "Метинвест". Если по условиям реструктуризации эти компании не платят полную процентную ставку кредиторам, то, наверное, такая реструктуризация выгодна для ДТЭК и "Метинвеста"? Где же "зрада", если кредиторы пошли на такие уступки в ущерб своей доходности и денежному потоку?

-- Якобы в том, что вы с титулом "инвестбанкира Порошенко" и связанными ранее с ICU людьми в регуляторах знали, что финансовое положение компании улучшится.

-- А остальные не знали?

-- Не с такой степенью уверенности.

-- Если Вы говорите о решениях регулятора, то они все были прозрачными. Если сопоставить даты принятия этих регуляторных решений и график котировок еврооблигаций ДТЭК, то вы увидите их очень слабую взаимосвязь (демонстрирует еще один график).

Стоимость электроэнергии для населения не связана напрямую с "Роттердам+", если еще кто-то не понимает. Напомню, решение о поднятии цен на электроэнергию для населения было принято регулятором в соответствии с требованиями МВФ и коалиционного соглашения.

Дальше. Так как в Украине действует оптовая модель рынка электроэнергии, то генерирующие компании получают средства не от потребителей напрямую, а от энергорынка, который их распределяет пропорционально объему производства и тарифу. То есть, в рамках "зрады" тема перераспределения денежного баланса выглядела бы так: поднимаем для ДТЭК, опускаем для всех остальных. Но на деле произошло по-другому. К примеру, в 2014-2016 годах тариф для "Укргидроэнерго" вырос на большее количество процентов, чем для тепловой генерации, что позволило компании увеличить свою инвестиционную программу в 5 раз.

-- Если нет "зрады", то почему вокруг этой темы так много шума?

-- Мое мнение, что весь шум вокруг "Роттердам+" - это, в первую очередь, конкурентные разборки между олигархами с очень простой логикой: кто-то стал зарабатывать меньше, а кто-то, якобы, больше. Основные промышленные потребители электроэнергии понятны, к тому же, у крупнейших потребителей стоимость электроэнергии в себестоимости производства существенная – около 30-45%. К этому решили еще добавить политическую окраску, чтобы тема громче звучала. Только этим я могу объяснить, почему все говорят не об оптово-розничной цене электроэнергии (ОРЦ) в целом, а о "Роттердам+" и угольной генерации, которая составляет только 30% ОРЦ и доля производства которой снизилась с 40% в 2015 году до 25% 2017-м. Именно ОРЦ должна волновать промышленность, если мы говорим о конечной стоимости электроэнергии, а СМИ пестрят какими-то обвинениями, мнениями "экспертов", только почему-то никто не говорит по сути вопроса.

Еще важный момент. Вернусь к нему. График поднятия цен для населения на электроэнергию, газ и отопление кем был навязан?

-- МВФ.

-- Правильно. До 2015 года тарифы на электроэнергию, газ и тепло для населения покрывали меньшую часть себестоимости. Это приводило к неэффективности и дисбалансам в секторе: субсидированию населения за счет промышленности, дополнительной нагрузке на бюджет и отсутствию у потребителей стимулов к энергосбережению. Устранение этих дисбалансов важно для устойчивого экономического роста, поэтому и нашло отображение как в требованиях МВФ, так и в коалиционном соглашении.

Дискуссия с МФВ вокруг повышения тарифов была публичной? График их повышения был прозрачный по датам?

— Да, прозрачный. Но для разной генерации такое повышение может иметь разный эффект. Это тоже зависит от регулятора.

-- Поднятие цен для населения приводит к увеличению денежного потока, который, как мы ранее поняли, распределяется между всеми участниками энергорынка. Зная график повышения тарифов, можно было оценить, какие дополнительные средства потенциально может получить каждый вид генерации. Для наглядности – за 2015-2017 годы сумма поступлений в энергорынок от повышения тарифа для населения составила около $1,6 млрд, которые распределяются между всеми видами генерации пропорционально их доле.

Доля тепловой генерации в ОРЦ – 35%, из которых на ДТЭК приходится около 70%. Соответственно, дополнительный денежный поток для компании без увеличения ее расходов в 2015-2017 годах мог составить около $390 млн. Долг компании на момент реструктуризации составлял $2 млрд. Если предположить, что процентная ставка по этому долгу 10%, то стоимость такого долга в год составляет $200 млн. Теперь сопоставим стоимость обслуживания долга ДТЭК в год с дополнительными денежными средствами в размере $390 млн, которые компания могла бы получить от увеличения тарифов для населения в 2015-2017 годах, - долг становится обслуживаемым. Отмечу, что ДТЭК и на момент реструктуризации был прибыльным по EBITDA. Вот и вся инвестиционная идея -– несмотря на конфликт на востоке Украины и падение экономики, компания сможет реструктуризировать и обслуживать свои долговые обязательства в полном объеме.

-- Как много клиентов вы обслуживали, покупая для них бумаги ДТЭК и "Метинвеста"?

-- Мы не обслуживаем клиентов по этим бумагам, так как в принципе не предоставляем брокерские услуги по евробондам. Мы покупаем те или иные инструменты только для себя и для фондов, которыми мы управляем.

-- Как вы оцениваете свою долю в выпусках ДТЭКа и "Метинвеста"?

-- Общий объем выпуска ДТЭКа – $1,3 млрд, "Метинвеста" - $1,2 млрд. Наша доля в этих выпусках незначительная. В этом плане мы не можем конкурировать с глобальными фондами - основными держателями данных бумаг.

-- Тем более, что у вас, наверное, еще что-то есть и в ПУМБе, а это риск одного владельца.

-- Мы на это по-другому смотрим, мы больше смотрим на фундаментальный анализ.

-- То есть вы политический риск вообще не рассматриваете, что "сегодня Ахметов в фаворе, а завтра не в фаворе"?

-- Мы имеем опыт работы при любом внешнем контексте. Что нас по-настоящему интересует – так это качество и перспективы актива. Финансовый результат большинства украинских эмитентов зависит от международных цен на сырье (commodities): к примеру, цены на металл или руду идут вверх - акционер зарабатывает больше, идут вниз – он не зарабатывает, идут еще ниже - компании уже трудно своевременно обслуживать долги. Это кредиторам понятно, такой риск они готовы принять. А если кто-то просто не хочет платить по долгам – это кредиторам непонятно. И пока в Украине к этой истине не придут, то ничего в этой стране не будет. И кредиторам все равно кто акционер: как они были готовы судиться по "Мрии", также готовы будут судиться годами, к примеру, по ДТЭК, "Метинвесту" и ПУМБ.

-- Подытоживая с этой, "обвинительной", частью интервью. Чем или кем вы объясняете очередную волну обвинений в адрес компании?

-- Мы это связываем, конечно, с обострением политической борьбы и с реформами, проведенными нашими бывшими коллегами и партнерами. И хотя они уже не имеют отношения к ICU, многие "пострадавшие" от их реформ, которые лишились своих коррупционных доходов, считают, что "бить" удобнее через нас. Такой себе collateral damage (сопутствующий ущерб – ИФ) политики и реформ.

-- По такой логике, чем ближе 2019 год, тем сильнее будет давление на вас.

-- Да, мы это понимаем.

-- Такое к вам внимание не отпугивает клиентов?

-- Слава богу, нет. Они в курсе происходящего в стране.

-- Мы когда-то с удивлением обнаружили, что экс-депутат Эдуард Прутник продал часть бизнеса тут и купил компанию по добыче алмазов в Африке. Не планируете реализовать такую модель?

-- Нет. Наш бизнес остается в Украине, нам здесь комфортно. К тому же отсюда мы можем инвестировать в активы любых стран. Сегодня я покупаю украинские бумаги, завтра могу купить облигации хорватского Agrokor, послезавтра – облигации Суринама и т.д. (Мы, кстати, облигации Суринама уже покупали. Много для себя узнали интересного, работая над инвестиционным тезисом. Это была успешная инвестиция). И, конечно, Украина с ее потенциалом – это сегодня одна из лучших стран для инвестирования.

-- Сегодня как раз KPMG разослало отчет, что Украина - хорошее место для размещения контрактного производства.

-- Мы своих работников очень ценим и платим им конкурентные зарплаты, которые, если сравнивать по располагаемому доходу (а именно так нужно думать), ничем не отличаются от тех, какие бы они получали в развитых странах за эту же работу. Только качество жизни при таком же располагаемом доходе здесь и там -- совершенно разное.

Наш ключевой персонал находится в Киеве. Большинство наших сотрудников прошли школу в международных банках и компаниях по управлению активами, работая за рубежом, многие имеют международное образование. Среди соискателей на работу к нам часто обращаются иностранцы, и у нас уже довольно много иностранцев в штате. Это люди, которые закончили модные "принстоны" и "стенфорды" и проработали в "ситибанках" и "дойчебанках". В общем, наш коллектив в Украине ничем не отличается от коллективов западных инвестбанков, которые, как минимум, занимаются регионом.

-- А структура бизнеса группы в Украине не менялась?

-- Структура бизнеса та же. Если мы говорим об украинской части, то она состоит из нескольких направлений. Это управление активами - fee (комиссионный) бизнес. Существенную часть в нем занимает управление пенсионными фондами.

Еще у нас есть торговец ценными бумагами и банк "Авангард" – вопреки всем "зрадам", небольшой банк с прозрачной бизнес-моделью и отчетностью. Вы можете посмотреть, сколько "Авангард" зарабатывает и пересчитать (а это главное) возврат на капитал.

-- Вы ранее не раскрывали финансовые показатели группы, но в прессе мелькала информация о ежегодной чистой прибыли в $150 млн.

-- Это, конечно, лестная оценка, но неправдивая. Ежегодная прибыль группы, к сожалению, намного скромнее. Как частная компания, мы ее не публикуем, но раскрываем нашим иностранным контрагентам по запросу.

-- Сколько всего у ICU активов в управлении?

-- Сейчас более $500 млн.

Окончание следует

Украина > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > interfax.com.ua, 6 февраля 2018 > № 2486140 Макар Пасенюк


Россия > Агропром. Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > agronews.ru, 5 февраля 2018 > № 2489395 Ольга Башмачникова

Комментарий. В распределении субсидий аграриям справедливости нет.

Мы в России пока так и не выработали свою аграрную политику. Это легко понять на простом примере. Господдержка, всевозможные субсидии, дотации и кредиты фермерам и мелким производителям от общего объема финансовой поддержки составляют всего 20%, а, по статистике, на этот тип хозяйств приходится 50% всей производимой продукции. Почему так происходит – внятного ответа нет.

Эти и другие вопросы развития российского села стали предметом беседы издателя портала «Крестьянские ведомости», ведущего передачи «Аграрная политика» Общественного телевидения России – ОТР, доцента Тимирязевской академии Игоря АБАКУМОВА с вице-президентом Ассоциации крестьянских хозяйств и сельскохозяйственных кооперативов России – АККОР Ольгой БАШМАЧНИКОВОЙ.

— Ольга Владимировна, я так и не могу понять, а почему только 20%? Производят вроде бы вместе с ЛПХ 50%, а по некоторым позициям даже больше. Тогда почему 20% и что это такое — поблажка? Это хорошо и плохо? Наверное, хорошо, ведь раньше ничего не было.

— Вероятно, речь идет о том, что 20% – это то, что касается зарегистрированных индивидуальных предпринимателей или фермерских хозяйств, юридических лиц, которые учитываются в статистике, производят товарную продукцию и платят налоги. Когда мы говорим о личных подсобных хозяйствах, то их, конечно, больше, 15 миллионов на самом деле, и из них 2 миллиона «товарных» хозяйств, то есть тех, которые не только себя кормят, но и продают продукцию на рынок. Но тем не менее они не являются официальными предпринимателями, они субсидии от государства по линии АПК не получают.

В период реализации приоритетного национального проекта личные подсобные хозяйства тоже были в этом задействованы. Они получали льготные кредиты, тогда развивалась система кредитной кооперации, и они получали государственную поддержку. Кстати, именно статистика в тот период показала, что количество подсобных хозяйств перестало сокращаться, а объемы производимой ими продукции продемонстрировали даже некоторый рост, особенно в производстве молока.

Сейчас речь идет только об индивидуальных предпринимателях. Если мы возьмем объем выручки, которую производят только фермеры, то это 12% от всего валового объема продукции. Другое дело, что такое фермер. Это ведь не только тот предприниматель, который зарегистрирован ИП. Это и тот же крупный ЛПХ, который пока не зарегистрирован, это может быть и ООО, которое имеет небольшие объемы. Просто был период, когда фермеров заставляли перерегистрироваться в ООО. Поэтому реальное количество фермерских хозяйств, конечно, гораздо больше.

И в последнее время АККОР очень часто говорит именно о предприятиях микробизнеса. В частности, 20%, о которых вы говорили, – это доля субсидий по льготному кредитованию, которые распространяются как раз на микропредприятия, на фермеров и те ООО, которые производят продукции на сумму до 120 миллионов рублей.

— 120 миллионов рублей – это большая сумма. Насколько я помню, в Соединенных Штатах фермером считается тот, кто производит в год продукции на тысячу долларов. Это 60 тысяч рублей сейчас по-нашему. И ты уже можешь быть фермером и просить свою долю субсидий, свою долю внимания, иметь свое законодательство. Вы имеете право ходить на демонстрации от имени фермеров, если вы производите на тысячу долларов. У нас производят на миллионы – и они считаются микро? Ничего себе!

— На самом деле, если уж мы заговорили об Америке, там ситуация иная. Едешь по территории этой страны, и видишь – и слева фермы, и справа. Больше или меньше, но вся территория пронизана сетью дорог и наличием фермерских хозяйств. Там все-таки другая аграрная политика и изначально были другие условия, в которых сельское хозяйство развивалось. История этого процесса там вообще иная. И конечно, мы с ними в этом плане сильно отличаемся. Но хотелось бы, чтобы в нашей стране ситуация тоже изменилась. Вы знаете, скоро у нас состоятся президентские выборы. И если мы вспомним, как победил Трамп в Америке – он ведь выиграл предвыборную кампанию именно благодаря тому, что заявил, что он против глобализации и хочет повысить доходы внутри страны, в том числе и поддержать фермеров -, то мне кажется, у нас похожая ситуация. И Владимир Владимирович, как вы знаете, уже заявил, что экономика должна быть развернута в сторону человека. И я думаю, что следующий президентский срок (если все сложится, как мы рассчитываем) будет связан с тем, что серьезные решения в микроэкономике, в том числе в сельском хозяйстве, будут сделаны. Я думаю, у нас просто нет другого выхода, да и иных возможностей.

— У меня очень большое сомнение на этот счет, потому что для того, чтобы иметь другие возможности, нужны другие люди и с другими мозгами. А если будут делать те же самые головы, что делали все до этого, то опять будет то же самое. Владимир Владимирович будет говорить одно, а они будут… у них все равно будет получаться автомат Калашникова, как в том анекдоте. Что нам с этим делать и как поступить?

— Частично, конечно, я с вами согласна. Но с другой стороны, экономика сама все выравнивает. Тот факт, что у нас сейчас ограничения бюджетные, в том числе расходы на ВПК, означает, что такие субсидии, которые были раньше, когда мы не считали, какое количество денег государственной поддержки мы можем вложить в одно предприятие и какой реальный эффект от этого, так вот такие субсидии прекратятся. Прежней ситуации не будет. Сейчас каждый рубль, который вкладываешь, на счету. Нужно смотреть, какая отдача, потому что средств не так уж много. И поэтому сама ситуация частично как бы изменит положение в сельском хозяйстве.

Холдинги не смогут получать такое количество поддержки, которую получают сегодня. Просто в силу ограничения бюджета. Посмотрим, что будет дальше. Они задумаются, как эффективно хозяйствовать, чтобы себестоимость позволяла получать прибыль, на которую они рассчитывают. Значит, какие-то производственные процессы они должны отдавать, так скажем, на аутсорсинг тем же фермерам, потому что просто невыгодно содержать свое предприятие по принципу фабрики. Это дорого. Дорого содержать все земли, дорого содержать все гаражи, дорого содержать всю переработку.

И в идеале за холдингами в итоге должны остаться какие-то функции интегратора (хранение, переработка, транспортировка, поставки, я не знаю, в сети или на экспорт), а первичный этап производства сельского хозяйства естественным образом должен отойти к фермерам. Ведь смотрите, вне зависимости от политики правительства, частично эти процессы уже понемножку идут. Возьмем «Белую Дачу» Семенова (а Семенов, кстати, бывший министр сельского хозяйства), возьмем опыт в мясном скотоводстве в Воронежской области Гордеева.

— Он уже не в Воронеже.

— Уже не в Воронеже, но неважно. Этот опыт начинался, когда он был губернатором и главой региона. Там тоже были точечные проекты, связанные с интеграцией, с тем, что фермерам отдается скот на доращивание, а интегратор уже собирает эту продукцию на откормочные площадки. Этот процесс потихонечку идет.

— Ольга Владимировна, меня волнует то, что этот процесс идет сам по себе, а не декларируется как аграрная политика. Он идет сам по себе, он идет естественным образом, он идет методом проб и ошибок, как когда-то развивалось фермерство. Вы же это прекрасно знаете, вы тоже с нуля наблюдаете этот процесс.

И у нас нет такого документа, который каким-то образом регламентировал бы взаимоотношения агрохолдинга и фермера. У нас нет артикулированной политики, артикулированного политического запроса на такое сотрудничество.

— Я с вами согласна. Вот недавно, кстати, американский экономист Ричард Тейлор получил Нобелевскую премию по экономике, и он озвучил такой посыл: государство способно стимулировать и подталкивать бизнес на те процессы, которые государству желательны. На самом деле это происходит и в Германии – например, есть закон, согласно которому предприятие получает господдержку, только если у него есть контракты на поставку продукции с маленькими хозяйствами. Я думаю, мы к этому обязательно придем.

— Когда?

— Ну, будем надеяться, что после президентских выборов аграрная политика будет сформирована.

— У вас предчувствие такое или вы что-то знаете?

— Нет, но на самом деле сейчас есть какие-то моменты, которые об этом говорят: во-первых, в Министерстве сельского хозяйства это то, что касается льготного кредитования. Минсельхоз сейчас проводит действительно серьезную работу на уровне заместителя министра сельского хозяйства Хатуова Джамбулата Хизировича. Действительно, банкам сейчас ставится задача, чтобы вот эти 20%… Даже 20% набрать-то не могли, Игорь Борисович, потому что фермеры не могут преодолеть этот кордон банковский. И нужно подготовить документ…

— А может быть, специально так и делается, чтобы фермеры не смогли этот банковский кордон пройти?

— Но это же регулирует не Минсельхоз, это регулирует не Правительство, а это регулирует сейчас Центробанк, который в последнее время занимался макрополитикой. И в этом-то какие-то эффекты есть. Ведь на самом деле инфляция снизилась, сильно снизилась. А это означает, что для иностранных партнеров, в том числе для тех, кто у нас закупает продукцию сельского хозяйства или технологические станки (а сейчас мы их тоже уже продаем за границу), мы являемся стабильными партнерами, потому что у нас сейчас стабильный курс рубля, сниженная инфляция и небольшой, вернее, самый маленький государственный долг. Эту задачу мы решили.

А дальше мы должны уже решать задачу внутри страны. Если мы ее не решим, то разбалансировка в аграрном комплексе будет большая. Если холдинги сами не поймут, что нужно отдавать какой-то этап производства другим, то просто велика вероятность, что они не выдержат конкурентную борьбу, когда будут сняты санкции. Это, с одной стороны.

А с другой стороны, это то, что касается фермеров. Кстати, это единственная категория предпринимателей, которые как раз демонстрируют рост поголовья коров. Это на самом деле так. Это более 4% по итогу 2017 года. И если мы смотрим в период продолжительностью 10 лет, то этот тренд абсолютно позитивен.

То есть это означает, что данный бизнес развивается. Пусть он пока небольшой, пусть это маленькие фермы, пусть этот бизнес начинается, например, с пяти коров, но он есть, и это дополнительно к зерновому направлению. Коров содержать в фермерском хозяйстве эффективно. Ведь что показывает рост поголовья? Показывает, что ты можешь себе позволить не резать скот, а попытаться его увеличить.

— Многие у нас в стране интересуются, почему у нас разная арендная плата за землю.

— Насколько я знаю, сейчас именно региональное законодательство регулирует вопрос, связанный со стоимостью аренды на земли сельхозназначения. И действительно, еще на этапе прошлого Съезда фермеров (это в прошлом феврале) многие регионы ставили эту проблему, в частности это была и Северная Осетия. Сейчас этот вопрос явно касается Белгорода, то есть там доходит стоимость аренды до 4 тысячи рублей за гектар. Это, конечно, очень дорого. То есть, если фермер имеет 100 гектар, он уже 400 тысяч должен за это отдать.

И кстати, Владимир Владимирович недавно заявлял и говорил о том, что стоимость арендной платы должна прежде всего опираться не на кадастровую стоимость, а на реальные доходы населения. Будем надеяться, что Правительство на федеральном уровне сможет внести определенные ограничения для тех же субъектов, то есть установить планку, выше которой стоимость арендной платы подниматься не может. Понятно, что для маленьких производителей это очень высокая планка.

И еще. Нужно помогать всем фермерам, а не только уже устоявшимся хозяйствам. Фермеры бывают разные. Простой пример: производство зерна. По итогам 2017 года рост составил 17%. Если в целом по федерации – 11%, то у фермеров – 17%. То есть рост обеспечен в основном за счет крупных и серьезных производителей, которые уже используют технологии, у которых достаточно земли. А у нас же большая доля фермерских хозяйств – небольшие, которые не имеют хорошего технологического парка, оборудования. Многие из них действительно сводят концы с концами. И личные подворья сейчас не в очень хорошем состоянии.

Но сегодня выигрывают те регионы, которые предполагают программу поддержки именно для подворий – так называемые программы, что ли, социального лифта. Когда у тебя есть три коровы, тебе дают деньги, чтобы ты был заинтересован, чтобы у тебя появилось пять, и помогают тебе. Если у тебя есть пять коров – значит, соответственно, прибавь еще три — до восьми, и ты еще получишь финансирование. Так делается в Татарстане, в Башкирии, в Тюменской области.

— А кого сейчас мы можем считать фермером? Есть ли какая-то градация – фермер ты или ты уже агроолигарх, или ты уже латифундист? Есть же фермеры у нас с 10 гектарами, есть с 1 гектаром, а есть с сотнями тысяч гектар. Каким образом эта градация происходит?

— На самом деле градация эта сейчас условная и не совсем связана с объемами производства, как, например, в Америке или в Европе. На самом деле фермерское хозяйство – по закону это либо индивидуальный предприниматель, либо юридическое лицо, которые оформлены определенным образом, определенным образом отчитываются в статистику, производят товарную продукцию. При этом размер земельного участка у них может быть, как вы сказали, 10 гектаров, а может быть 100 гектаров, может быть тысяча гектаров, а в отдельных случаях (в Алтайском крае) это может быть больше 10 тысяч, при этом он может быть оформлен как КФХ, юридическое лицо. Ну, многие из них переходят на организационно-правовую форму ООО.

— А некоторые переходят на организационно-правовую форму ЛПХ.

— Есть и такие случаи, есть. Кстати, Всероссийская перепись показала, что у нас 1% ЛПХ (а это где-то более 150 хозяйств) имеют земли более 20 гектар. То есть для личного подсобного хозяйства это все-таки уже земельный участок фактически фермерский, скажем так. Пусть участок маленького фермера, но все-таки фермера.

— Я к этому и веду вопрос. Это по вашему мнению, это все так считают. А в документе где-нибудь указано, сколько может быть земли в ЛПХ, а сколько может быть у фермера, а сколько земли потребуется, чтобы перейти в разряд крупного хозяйства?

— Ну, личное подсобное хозяйство, по идее, по закону, может иметь до двух с половиной гектаров. Там определенное количество (по-моему, до полутора га) – это согласно федеральному закону, и еще какую-то часть (до гектара или до полутора гектар) может дать регион.

— То есть такая градация есть. А у фермеров?

— По личному подсобному хозяйству он просто не получит больше земли, если он уже получает надел. А если фермер, например, закончил свою деятельность и закрыл хозяйство как юрлицо, то практически земля у него осталась, а он индивидуальным предпринимателем уже не является – он стал личным подворьем, по сути. И многие сейчас, чтобы уйти от административных проблем, сдачи отчетов, уплаты налогов, это делают. Но это вынужденная политика, потому что просто очень тяжело соблюдать все нормативы, эти проверки. А потом, должны быть какие-то преференции. Хорошо, ты сдаешь отчетность, платишь налоги, а к тебе приходят проверяющие инстанции с всякими штрафами…

— А есть преференции, если ты отчитываешься? Или это головная боль?

— Наверное, сегодня это больше головная боль. Преференции для кого? Кто получает гранты. Это же важно.

— Инфраструктура есть у фермеров?

— С инфраструктурой сложно. Например, мы сейчас столкнулись с перепроизводством зерна, а хранилищ нет. То есть фермер мог бы подождать и зерно попридержать до того момента, когда рынок освободится, когда появились бы железнодорожные вагоны, когда был бы открыт путь для экспорта…

— Кто в данном случае виноват – Минсельхоз, Правительство или сам фермер, который не построил себе хранилище?

— Ответственность, наверное, общая, потому что программа по строительству хранилищ… В общем-то, если вы планируете увеличение производства зерна, а тем более на экспорт, то нужно думать не только о перевалочных пунктах и терминалах, которые позволяют зерно продать за рубеж, а нужно думать о том, где зерно хранить, если его будет много. Для этого важно выстраивать кооперативную систему.

— А кто же знал? Минсельхоз весь год говорил, что зерна будет мало, меньше, чем в прошлом году. Минсельхоз говорил! Ну, Минсельхозу же надо верить, правда? А с какой целью он это говорил?

— Я сейчас, наверное, не отвечу, с какой целью говорил Минсельхоз, а отвечу на вопрос: какие еще решения можно принять для того, чтобы избыток зерна не был для страны проблемой, помимо строительства хранилищ? А сегодня можно было бы принять специальную программу для субсидирования кооперативных хранилищ. Ведь у нас есть программа по развитию кооперации сельскохозяйственной и потребительской, и этому уделяется большое значение в регионах. Она тяжело идет, потому что люди не привыкли друг другу доверять. Там два человека не могут договориться, а тут – десять. Это достаточно сложно. И тем не менее, сегодня зернохранилище по этой программе нельзя поставить, потому что в перечень направлений, которые может позволить себе кооператив, чтобы получить грант, зернохранилища не входят. А это естественное решение, и сегодня его обязательно нужно принять. Но ведь не только хранение. Нужно серьезно заниматься животноводством, чтобы это зерно могло стать кормом для животных – для свиноводства, для крупного рогатого скота.

— Правильно. Во времена Советского Союза мы к тому, что мы сейчас произвели, закупали еще 26 миллионов тонн зерна в Канаде, в Аргентине и в США. Но у меня вопрос по предстоящему марту. У нас в марте выборы президента. У нас от аграрников шли два человека – Агурбаш и Грудинин, сегодня остался только Грудинин. Вы председатель Аграрной партии. Почему вы никого не выдвинули от Аграрной партии?

— У нас было заседание правления, заседание совета. Мы, в общем, достаточно долго и жарко дискутировали по этому поводу и пришли к выводу о том, что мы все-таки поддержим Владимира Владимировича на этих предстоящих выборах. И вы знаете, у нас так сложилось это заседание, что высказался каждый. И каждый говорил о плюсах и минусах этого решения, и тем не менее ставку все-таки сделали на действующую власть. Я объясню – почему.

Чтобы удержать Россию как суверенное мощное государство, очень важно выстраивать внешнюю политику в ситуации глобализации этой политики, когда, в общем-то, все сходится к тому, что одна страна играет важнейшую роль и управляет всеми другими. Ведь по сути Владимир Владимирович выступил против этой глобализации. Ведь у нас теперь не только Соединенные Штаты Америки определяют мировую политику. Мы считаем, что все страны имеют право на самоопределение. Соответственно, и Россия тоже.

Мы смогли добиться того, что у нас увеличился экспорт продукции. Мы смогли добиться того, у нас не только закупают военную технику и оборудование, а у нас закупают станки, зерноуборочные комбайны, трактора. То есть пошел процесс производства. И главное – стране доверяют, потому что он все-таки гарант стабильности.

— Это так, но почему аграрники пошли во власть, если у нас все хорошо, как вы говорите?

— А я не сказала, что все хорошо. Я сказала, что у нас выстроена внешняя политика, которая нам позволяет сохранять Россию как суверенное государство.

Другая задача – выстраивать экономику внутри страны и сделать эту экономику работающей для людей. Ведь даже на Давосском форуме было принято решение о том, что мало показать, что в стране высокий ВВП или ВВП на душу населения; нужно, чтобы страна имела высокий уровень жизни граждан, высокий уровень жизни городского и сельского населения.

— Так почему аграрники пошли во власть?

— Ну, потому что в сельском хозяйстве не все так хорошо. Потому что высокие тарифы. Потому что уровень себестоимости сейчас настолько высок, что выручка, которую вы получаете, не всегда покрывает ваши затраты. Потому что львиная доля господдержки идет все-таки крупным предприятиям, и это какой-то порочный круг. То есть у нас нет экономики, направленной на развитие элементов всей структуры аграрного рынка и аграрного производства. И это на самом деле очень важно. Я думаю, что у Владимира Владимировича есть шанс этим серьезно заняться.

Россия > Агропром. Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > agronews.ru, 5 февраля 2018 > № 2489395 Ольга Башмачникова


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > bankir.ru, 5 февраля 2018 > № 2485870 Василий Трофимчук

Как провести ICO и не прогадать: личный опыт

ВАСИЛИЙ ТРОФИМЧУК

сооснователь блокчейн-проекта BitClave

В июле 2017 года BitClave провел открытый pre-sale, на котором собрал 1,8 млн долларов. Затем последовал закрытый pre-sale, на котором удалось собрать 22 млн долларов. В итоге на самом ICO за 32 секунды был достигнут хардкеп (заявленная перед началом проведения ICO сумма в 25,5 млн долларов). На основании этого опыта мы сформулировали базовые принципы подготовки к ICO.

Наш опыт будет полезен как тем, кто планирует ICO, так и тем, кто в них участвует – ведь найти среди множества проектов по-настоящему стоящий зачастую очень непросто. Инвесторы становятся все более избирательными, а рынок ICO, переживший невероятный бум весной – летом прошлого года, постепенно начинает устаканиваться. Это означает, что шансы привлечь значительные инвестиции есть только у действительно серьезных проектов с сильной командой, уникальной глубоко проработанной идеей и умением донести эту идею до своей аудитории.

Почему именно ICO?

ICO не должно быть самоцелью. Для нас размещение токенов было прежде всего способом их распространения. Наша криптовалюта необходима участникам рекламного бизнеса для взаиморасчетов. Изначально все токены принадлежат только BitClave, и один из способов распространить их среди инвесторов и потенциальных клиентов – устроить распродажу.

Важно понимать, что ICO – это не только инструмент привлечения инвестиций, но еще и способ создать комьюнити, привлечь людей, которые разделяют и поддерживают вашу идею, верят в успех проекта и помогают его развивать. Не стоит недооценивать силу такого сообщества, поскольку именно входящие в него люди способны помочь распространить информацию о вашем проекте на начальном этапе, привлечь еще больше сторонников и инвесторов. Reddit, Telegram, Slack, Bitcoin Talk – эти каналы отлично подходят для взаимодействия с комьюнити – как для общения, так и информирования. Делитесь своими новостями и оперативно отвечайте на вопросы сообщества.

При этом важно не забывать про отраслевые конференции, выставки и митапы. Возможность лично пообщаться с инвесторами, ответить на их вопросы и получить обратную связь крайне полезна. Поэтому ни в коем случае не стоит ею пренебрегать.

Очень важно правильно рассказать о своем продукте, донести суть идеи до нужной аудитории. Нередко ICO решают провести технические специалисты, которые не умеют смотреть на продукт с позиции инвестора, не сильны в маркетинге и вопросах позиционирования. В этом случае, какой бы крутой и перспективной ни была идея, шансы провести успешное ICO стремительно сокращаются. Поэтому качественный маркетинг – один из основополагающих моментов.

Стоит ли говорить о том, что если вы заинтересованы в привлечении инвесторов из разных стран и регионов, все материалы должны быть переведены на местные языки?

Платформа – важный, но одноразовый продукт

Платформу мы построили сами, так как на тот момент не нашли подходящего решения. С одной стороны, это позволяет контролировать все изнутри, с другой – приходится брать на себя риски в случае, если что-то пойдет не так. По сути, платформа – одноразовый продукт. Использование готовых платформ позволяет сэкономить команде кучу времени, но для себя такую мы не нашли.

А консультанты кто?

Правильный выбор консультантов сыграл важную роль при ICO. Наш продукт требует наличия экспертизы в очень разных отраслях, включая блокчейн, поисковые системы, безопасность персональных данных и принципы работы рекламной индустрии, не говоря уже о знании ICO-рынка и сопутствующих юридических тонкостей. Какой бы опытной и профессиональной ни была сама команда, крайне важно привлекать внешних консультантов, обладающих глубокими знаниями по каждому из направлений. Некоторые рекомендации, полученные от эдвайзеров, помогли по-новому посмотреть на ситуацию и были очень полезны в принятии ключевых решений.

Вместе с тем было непросто найти тех, кто прошел через все «грабли» ICO и готов поделиться в том числе своими ошибками. На рынке много «консультантов», самостоятельно приходивших к нам, чтобы засветиться на сайте и поднять цену своего портфолио. Это настоящая болезнь рынка. Мы старались найти тех, кто действительно мог принести пользу бизнесу.

Часть консультантов начинают активно принимать участие в проекте только сейчас, когда фокус с фандрайзинга сместился на продукт. Реально полезными советами и опытом могут поделиться только люди, основная деятельность которых заключается в ведении реального бизнеса, а не консультировании.

Важный вклад вносят крупные инвесторы. В нашем случае это фонды и в основном синдикаты (объединения инвесторов). Они помогают продвигать проект, знакомя со своими партнерами.

Работа над ошибками

Были ошибки в работе с юристами. Нас подводили локальные специалисты. В итоге мы вынуждены работать сразу с тремя крупными международными фирмами, так как кто-нибудь из них постоянно срывает сроки. Были мелкие ошибки, когда мы попадали на мошенников, которые предлагали услуги в маркетинге, собирая личные данные в Интернете ради обманных схем. Кроме того, многие предлагали помощь в проведении ICO, а по факту обманывали или были дилетантами. В итоге лучшим вариантом для нас оказалось пройти через все этапы своей командой.

Пара слов про деньги

Собрали столько, сколько и планировали, но получилось сделать это значительно быстрее, чем мы рассчитывали. Мы закладывали месяц на сборы, а по факту интерес к проекту был такой высокий, что все получилось за секунды.

Жизнь после ICO

Краудфандинг потребовал всех ресурсов компании. Только сейчас возвращаемся в полный режим работы над продуктом. Средств хватит. Главное, с окончанием ICO все только начинается. Это тот самый важный этап, когда привлеченные средства должны быть вложены в реализацию идеи, разработку и вывод на рынок продукта, а также развитие бизнеса. Незадолго до продажи токенов мы представили альфа-версию одного из наших продуктов – MatchICO. В ближайшее время выпустим бета-версию продукта и займемся развитием экосистемы, сфокусируемся на привлечении новых партнеров и клиентов.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > bankir.ru, 5 февраля 2018 > № 2485870 Василий Трофимчук


Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > banki.ru, 5 февраля 2018 > № 2485868 Альберт Кошкаров

Бонд круче всех

Почему пайщики ПИФов не верят в рынок акций

ПИФы облигаций пока остаются самыми крутыми для инвестиций в России

Январский взлет фондового рынка не повлиял на настроения розничных инвесторов. Основной урожай в прошлом месяце пришелся на фонды, инвестирующие в облигации. Из индексных и фондов фондов инвесторы деньги выводили.

Пайщик санкций не боится

В январе управляющие компании получили более 2,52 млрд рублей от инвесторов в паевые фонды. Традиционный спрос пришелся на фонды, инвестирующие в облигации. Приток денег в них наблюдается с начала 2017 года. В прошлом месяце граждане доверили им более 2,6 млрд рублей. Результат не стал неожиданным для управляющих. «Весь прошедший год ставки по депозитам падали, а доходность облигаций, в частности ОФЗ, при сопоставимом уровне риска была выше», — говорит управляющий активами УК «Регион Эссет Менеджмент» Алексей Скабалланович. Кроме того, ПИФы последние годы приносят стабильный доход: в 2017 году доходность облигационных фондов была в среднем 10,72%, тогда как те же фонды акций в среднем показали 8,58%.

«Фонды облигаций хорошо отреагировали на шоковый период конца 2014 года, когда резко девальвировался рубль. Резкий спад фонды облигаций отыграли буквально за несколько месяцев, выйдя на докризисный уровень, а затем и продолжив рост», — вспоминает управляющий директор УК «Сбербанк Управление активами» Василий Илларионов.

Портфельный управляющий УК «Альфа-Капитал» Евгений Жорнист указывает, что ставки по вкладам в банках продолжают снижаться. По данным ЦБ, с начала года максимальная средняя ставка вклада в десяти крупнейших банках снизилась на 0,17 процентного пункта, до 7,08% годовых. Столь низких ставок в новейшей российской истории еще не было. «Далеко не все инвесторы готовы продлевать свои вклады под низкие ставки и, конечно, ищут альтернативные варианты инвестиций. Рублевый же долговой рынок как раз предоставляет такую возможность консервативному инвестору. Облигации — инструмент, наиболее близкий к депозитам, поэтому прежние вкладчики выбирают именно его, а не, скажем, рынок акций», — отмечает управляющий.

Инвесторов не пугают возможные санкции в отношении российского госдолга. Буквально в ноябре — декабре 2017-го аналитики, опрошенные агентством Bloomberg, предсказывали, что если США запретят покупать своим гражданам ОФЗ, то это приведет к распродажам и снижению цен на рынке облигаций. Однако пророчества пока не сбылись: индекс гособлигаций RGBITR в прошлом месяце вырос на 1,8%. Цены на ОФЗ поддерживают нерезиденты. На прошлой неделе на аукционах Минфина наблюдался ажиотажный спрос на облигации: при предложении в 30 млрд рублей инвесторы выставили заявки объемом 108 млрд рублей. В Sberbank CIB указывают, что иностранцы активно покупают облигации, поскольку Минфин США так и не опубликовал доклад по российскому суверенному долгу.

Топ-10 ПИФов с наибольшим притоком средств инвесторов в январе 2018 года

ПИФ

УК

Стратегия

Приток средств, в млн руб.

Сбербанк — Фонд перспективных облигаций

Сбербанк Управление активами

Облигации

783,7

Рублевые облигации

Пенсионные накопления

Облигации

5211,0

Альфа-Капитал Облигации плюс

Альфа-Капитал

Облигации

439,2

Газпромбанк — Облигации плюс

Газпромбанк — Управление активами

Облигации

405,8

Сбербанк — Фонд облигаций «Илья Муромец»

Сбербанк Управление активами

Облигации

204,0

Сбербанк — Фонд акций «Добрыня Никитич»

Сбербанк Управление активами

Акции

141,5

ВТБ — Фонд Казначейский

ВТБ Капитал Управление активами

Облигации

116,3

РСХБ — Фонд Облигаций

РСХБ Управление активами

Облигации

110,1

Фонд Еврооблигаций

Атон-менеджмент

Облигации

94,2

Уралсиб Консервативный

Управляющая компания «Уралсиб»

Облигации

90,2

Источник: НЛУ

Непопулярные акции

А вот фонды акций по-прежнему не очень популярны у частных инвесторов, даже несмотря на оптимистичный тон комментариев аналитиков и январский рост фондовых индексов. С начала года индекс Мосбиржи поднялся на 8,5%, индекс РТС вырос на 11,08%. При этом ПИФы, вкладывающие в акции, с начала года получили всего 253 млн рублей. Из индексных фондов и «фондов фондов» вкладчики и вовсе выводили средства — 370 млн рублей за месяц.

Инвесторам не нравится высокая волатильность, особенно характерная для отечественного фондового рынка, говорят финансисты, опрошенные Банки.ру. По словам управляющего активами УК «Открытие» Виталия Исакова, многие пайщики вкладывают средства на год. В этом случае есть риск, что вы вложитесь в неудачный момент. «Инвесторы, которые несут деньги в фонды акций, зачастую делают это со спекулятивными намерениями — быстро заработать за несколько месяцев и выйти. Когда рынок показал хороший результат и находится на максимумах, таким людям страшно заносить деньги в фонд, так как они боятся возможной коррекции», — поясняет Исаков.

«Многие инвестируют в фонды акций часть своих средств, создавая диверсифицированные портфели из акций и облигаций. И лишь небольшая часть инвесторов делает ставку на фонды акций полностью», — рассказывает начальник управления продаж и маркетинга УК «Райффайзен Капитал» Константин Кирпичев. По словам Василия Илларионова, фонды акций станут популярнее после окончания периода падения ставок, когда инвесторов жадность начнет выталкивать в более рискованные активы. «Пока в отношении акций преобладает страх», — констатирует он.

Тревожные сигналы

Есть и другие причины — многие инвесторы пока сомневаются в способности отечественной экономики выйти из стагнации. На днях Росстат сообщил о полуторапроцентном росте ВВП в 2017 году, причем, если верить официальным данным, некоторые сектора (финансы, телекоммуникации, торговля) выросли еще больше. В Moody's даже пообещали до конца года повысить России рейтинг. Однако тревожных сигналов, свидетельствующих о том, что наша экономика еще далека от выздоровления, тоже немало.

Во-первых, даже несмотря на официальные данные о росте экономики, весь позитивный тренд был обеспечен в первой половине прошлого года. Начиная с осени промышленность, строительство и розничная торговля пошли на спад, свидетельствуют данные, опубликованные ВЭБом. Месяц к месяцу экономика сжимается, падает и потребительский спрос. К тому же продолжает расти доля убыточных предприятий: по данным Росстата, сумма убытков выросла в январе — ноябре 2017 года почти на треть.

Во-вторых, реальные доходы граждан даже продолжают падать четвертый год подряд — за 2017 год они снизились на 1,7%, причем в конце прошлого года эта тенденция только усилилась. Это означает, что целый ряд секторов, ориентированных на внутреннего потребителя, вряд ли сможет рассчитывать на значительный рост операционных показателей и прибыли. Пока спрос поддерживается за счет банковских кредитов (в 2017 году задолженность граждан перед банками увеличилась на 13,2%), и это только увеличивает риски. В случае очередного кризиса банковская система захлебнется в потоке неплатежей.

И наконец, еще один фактор, который отпугивает инвесторов от рынка акций, — непредсказуемое поведение котировок даже крупных эмитентов. Чего, например, стоила одна история с судебным разбирательством между «Роснефтью» и АФК «Система», стоившая последней более 100 млрд рублей. Примерно на столько снизилась капитализация компании на рынке. Падали также котировки акций принадлежащих «Системе» компаний — «Детского мира» и МТС.

Стратегия на год

По мнению управляющих, бондовые стратегии могут принести инвесторам неплохой доход и в новом году. «В период снижающихся ставок наиболее выгодно вкладываться именно в облигации, поскольку снижение ставки дисконтирования обеспечивает резкую переоценку тела облигаций вверх в дополнение к купонному доходу», — указывает Василий Илларионов из УК «Сбербанк Управление активами». «По итогам этого года мы рассчитываем заработать для пайщиков наших рублевых облигационных фондов 9—11%», — сообщил Евгений Жорнист.

Финансисты рекомендуют держать часть накоплений в ПИФах облигаций, а часть направить в акции, указывая, что российский фондовый рынок до сих пор недооценен. «Снижение стоимости долгового финансирования будет повышать рентабельность корпораций и увеличивать привлекательность их акций», — говорит Илларионов. В УК «Райффайзен Капитал» рекомендуют размещать в ПИФы облигаций до 70% средств, а остальное распределять между фондами акций российских компаний и фондами, ориентированными на вложение в валютные активы.

Высокую доходность инвесторам могут принести фонды, покупающие бумаги американских компаний. «Успешная налоговая реформа и множество других факторов убеждают, что крупнейшая экономика мира набирает обороты и будет показывать впечатляющие результаты еще в течение нескольких лет. Следование за индексом, на мой взгляд, является лучшей стратегией по сравнению с поиском отдельных идей в сложном американском рынке», — говорит Алексей Скабалланович из УК «Регион Эссет Менеджмент». В прошлом году лидерами по доходности стали ПИФы, инвестирующие в технологический сектор. Например, стоимость пая фонда «Сбербанк — Глобальный Интернет» за год выросла на 40,9%, а бумаг фонда «Альфа-Капитал Технологии» — на 31,9%.

Альберт КОШКАРОВ, Banki.ru

Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > banki.ru, 5 февраля 2018 > № 2485868 Альберт Кошкаров


Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены > gazeta.ru, 2 февраля 2018 > № 2486183 Сергей Островский

«Агросоюз» борется за каждого клиента»

Предправления банка «Агросоюз» рассказал, как выжить на рынке, который покидают крупнейшие игроки

Игорь Ветров

«Газета.Ru» поговорила с Сергеем Островским, председателем правления банка «Агросоюз», который входит в топ-200 и при этом ориентируется на работу с корпоративными клиентами, то есть, в его случае, с предприятиями малого и среднего бизнеса и при этом активно привлекает депозиты населения. В начале января появилась информация, что банк прекратил прием вкладов. С этой истории мы и начали разговор.

- Сегодня любые новости о проблемах в банках вызывают серьезный резонанс. Многие СМИ и телеграмм-каналы сообщают, что «Агросоюз» с января этого года прекратил принимать вклады населения. Что случилось?

- Начнем с того, что «Агросоюз» принимает вклады населения, в этом хоть сейчас может убедиться любой наш клиент, кстати, и вы тоже. В первый рабочий день года при изменении ставок депозитов проходила перенастройка ИТ-системы, и банк не работал на прием вкладов ровно полтора часа. Видимо, ваши коллеги за праздники так изголодались по новостям, что увидели сенсацию на пустом месте.

- 2017 год стал достаточно напряженным для банковской сферы. Экономика страны так и не смогла перейти в фазу активного роста, крупнейшие банки подверглись процедуре санации. А какие события стали ключевыми для Вас, как руководителя банка «средней руки»?

- Санация крупнейших банков действительно затронула не только банковский сектор, но и экономику в целом. Опираясь на личный опыт и практику этого года, я считаю, что этот процесс больно ударил по предприятиям малого и среднего бизнеса. Ведь они остались без кредитов, на которые могли рассчитывать, без операционно-кассового обслуживания, в некоторых случаях фактически были вынуждены приостановить свою деятельность. Другие крупные игроки в банковской сфере в процессе санации на первых порах «перехватывали» крупных клиентов, малый же и средний бизнес оказался брошенным.

В сложившейся ситуации мы увидели задачу – оказать помощь, взять «под крыло» те предприятия, которые в этом остро нуждались. А учитывая, что уже несколько лет нашим профилем являются корпоративные клиенты, мы можем предложить им достойные условия для сотрудничества и комфортное обслуживание.

Естественно, на банки, которые непосредственно встроены в систему обеспечения бесперебойного функционирования нашей экономики, влияет и санация, и затянувшийся кризис, и отсутствие поддержки государства. Могу предположить, что 2018-й мало чем будет отличаться от предыдущих нескольких лет. Будет происходить консолидация бизнеса и банков, многие будут уходить с рынка, Центробанк продолжит оздоровление банковского сектора. Для улучшения экономической ситуации нужна четкая государственная политика в отношении определенных отраслей и отечественных производителей (что с учетом санкций вполне логично). Поднимают же сельское хозяйство – достойный пример!

- Прошлый год был также отмечен рекордно низкой инфляцией и системной политикой регулятора по снижению среднего уровня процентных ставок по депозитам физических лиц в коммерческих банках. Чем отличается работа в условиях сравнительно дешевых денег от модели, которая была популярна ранее: дорогие пассивы и дорогие кредиты?

- В условиях дорогих ресурсов, и как следствие, дорогих кредитов, банк формирует для себя некую минимальную разницу между этими позициями. Точно также и в условиях более дешевого привлечения и более дешевого размещения, речь идет об этой разнице.

Цель и в тех, и в других условиях одинакова – сохранение маржи. Разница в том, что в условиях более дешевых ресурсов, повышается доступность кредитов, а значит и их востребованность. Банку это тоже выгодно, он зарабатывает за счет объема.

Например, в течение 2017 года банк, сохраняя уровень достаточной ликвидности, уменьшил объем портфеля ценных бумаг (как низкодоходных активов) на 600 млн.руб., в то же время увеличив кредитный портфель на 800 млн.руб. Политика государства по снижению ключевой ставки бесспорно действенна при условии, что и банки оперативно реагируют, снижая ставки привлечения и кредитования, гармонизируя процесс, при сохранении уровня процентной маржи.

- В таком случае, почему же «Агросоюз», как вы говорите, делает ставку на корпоративных клиентов, а не физических лиц, которых значительно больше?

- Изначально наш банк был розничным, но в 2015 году было принято решение изменить стратегию. Ориентация на корпоративных клиентов отвечает нашей стратегии по поддержке сегмента малого и среднего бизнеса. Пусть это будут слишком громкие слова, но мне важно работать не только для себя, но и для экономики страны в целом. А без роста малых и средних предприятий не будет развития ни в банковской сфере, ни в российской экономике.

Да и с практической стороны, обслуживание большого количества клиентов-физлиц требует значительных вложений в банковскую инфраструктуру.

Ранее у «Агросоюза» существовала развернутая сеть в регионах. Это, безусловно, положительно сказывалось на нашем имидже, поскольку развитая сеть говорит об устойчивости бизнеса и диверсификации рисков. Если по каким-то причинам в том или ином регионе показатели эффективности падают, в другом – обязательно растут. Но после тщательного мониторинга оказалось, что многие отделения малоэффективны. И одним из кардинальных решений было закрытие нерентабельных офисов. Конечно, мы не имели права оставить уже существующих клиентов без поддержки, поэтому сохранили часть операционных офисов во всех регионах присутствия, чтобы выполнять свои обязательства перед ними – возможности пополнения вкладов или выдачи средств по ним. К тому же мы работаем с «корпоративными физиками» – сотрудниками компаний, являющихся нашими клиентами, предлагая услуги потребительского кредитования или зарплатные проекты.

Мы не отказываемся от региональной сети, но к выбору регионов присутствия мы относимся очень внимательно, в соответствии с нашей корпоративной стратегией.

Проводим анализ показателей экономического роста края или области, ориентируясь на развитие качественной клиентской базы, и опираясь на предприятия с устойчивым экономическим положением. В наших приоритетных задачах – расширение сети присутствия в городах-миллионниках и регионах с устойчивым экономическим развитием и перспективами. В прошлом году, к примеру, операционные офисы были открыты в Казани и Королеве, в наступившем будем ориентироваться на Ростов и Краснодар.

- А в чем вы видите потенциал предприятий малого и среднего бизнеса именно сейчас, когда они переживают совсем не лучшие времена?

- Крупные предприятия не в силах обеспечить потребности всей страны, да и не будет, например, «Газпром» открывать парикмахерскую. Просто создайте возможность и стимулы работать, люди этого хотят и, поверьте, умеют. Средний и малый бизнес прошел путь серьезной трансформации. Сегодня им руководят молодые люди, начиная с 23 лет. Сами предприятия молодеют – становятся современными, технологичными, быстрыми. Они теперь задают тренды, и мы должны им соответствовать. Сейчас же никого не удивишь интернет-банкингом, это привычная удобная вещь, но как-то раньше и в голову никому не приходило. Теперь на очереди у нас разработка облачных сервисов-консультантов по финансовому учету и отчетности. В принципе с их помощью можно заменить в предприятии бухгалтера и юриста. Но это не главное.

Именно в ситуации низкого или отрицательного экономического роста малый и средний бизнес особенно требует привлечения средств в развитие, которые и могут предоставить банки.

В рамках нашей философии, и в нынешних экономических реалиях, мы предлагаем клиентам различные кредитные линии, в том числе с использованием гарантий территориальных фондов поддержки малого предпринимательства.

- «Агросоюз» является партнером Конкурса «Регионы – устойчивое развитие». Это тоже следование философии?

- Само собой, быть партнером своеобразного конкурса талантов в сфере предпринимательства для нас и прибыльно, и почетно. В рамках совместной программы с Конкурсом «Регионы – устойчивое развитие», где мы являемся членами Попечительского совета, Банк участвует в реализации проектов от различных субъектов РФ. Два раза в год производятся экспертизы проектов, собранных по всей России, около 10% из них получают одобрение, за которым следует их реализация.

Как правило, Сбербанк проводит основное финансирование проекта, а «Агросоюз» осуществляет кредитование субподрядчиков одобренных проектов и их расчетно-кассовое обслуживание.

Иными словами, мы обеспечиваем контроль за использованием выделенных средств, бесперебойность работы субподрядчиков и в то же время удобство обслуживания, так как все операции проекта проводятся через один банк. Это обеспечивает в том числе прозрачность конкурсного процесса. В качестве примера можно привести реализацию проекта по строительству электроподстанции в ленинградской области в 2017 году.

- А в повседневной работе, конкурировать со Сбербанком или другими мейджорами, разве не бесполезно?

- Понятно, что за такими гигантами имидж и репутация, гарантии и стабильность, а также серьезные финансовые возможности. Но «Агросоюзу» есть, что к этому добавить. Для нас клиентоориентированность – не пустой звук, а жизненная необходимость. Клиенты к нам не стоят в очереди, за каждого из них мы боремся и каждым дорожим. Мы предлагаем оперативность в рассмотрении кредитных заявок. Просто цифры: наши 5 рабочих дней против нескольких месяцев, в течение которых бумаги перемещаются по бюрократической системе крупных банков. Разница, согласитесь, существенная, и такие кредиты востребованы клиентами. Причем решение – одобрение или отказ, мы можем вынести в течение одного рабочего дня, остальные займет оформление документов.

Также мы проповедуем гибкость политики и идем навстречу пожеланиям клиента.

Например, при рассмотрении кредитных заявок, мы клиента консультируем, структурируем сделку таким образом, чтобы она была удобна и выгодна клиенту, и сочеталась с возможностями банка. Мы готовы консультировать, в частности, по линии финансового мониторинга, чтобы ему было легче, надежнее и безопаснее ориентироваться в связях с контрагентами. В своей повседневной работе мы стараемся быть комфортным и удобным банком для клиента. Мне бы хотелось, чтобы клиент видел в нас партнера, которому можно доверять.

Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены > gazeta.ru, 2 февраля 2018 > № 2486183 Сергей Островский


Казахстан > Финансы, банки > dknews.kz, 1 февраля 2018 > № 2484673 Тулеген Аскаров

Казкоммерцбанку и Bank RBK явно требуется помощь

Поскольку Нацбанк представил на днях краткие сводные данные об итогах деятельности банковского сектора в прошлом году, то в первом в этом году традиционном ежемесячном обзоре «ДК» уделит основное внимание «персоналиям», то есть расстановке на рынке ведущих его участников.

Тулеген АСКАРОВ

Начнем с сюрприза, который преподнесла группа Народного банка Казахстана. Как известно, в нее, помимо головного банка, входят еще Казкоммерцбанк, действующий пока в качестве самостоятельного юридического лица, и Altyn Bank, приходящийся «Народному» «дочкой». Интрига же заключается в том, что огромный убыток Казкоммерцбанка по итогам прошлого года в минус 394,2 млрд тенге перевесил прибыль, полученную Народным (154,2 млрд тенге) и Altyn Bank (9,4 млрд тенге). Отсюда следует, что решение руководства головного банка группы об окончательном поглощении Казкоммерцбанка, хотя и является единственно верным в такой ситуации, но может потребовать либо дополнительных вливаний со стороны акционеров Народного, либо очередной финансовой поддержки от государства.

Если же учесть, что в тяжелом положении к концу минувшего года оказался еще и Bank RBK, показавший убыток в минус 104,5 млрд тенге, то предположение о необходимости государственных вливаний в банковский сектор становится весьма вероятным. Всего же на 1 января убыточных участников рынка оказалось трое, так как к Казкоммерцбанку и Bank RBK добавился еще Национальный банк Пакистана в Казахстане с отрицательным финансовым результатом в минус 0,5 млрд тенге. Совокупный убыток сформировался и в целом по банковскому сектору на уровне в минус 18,7 млрд тенге против прибыли в 401,8 млрд тенге на начало прошлого года.

Как бы то ни было, Народный банк Казахстана по итогам года стал безусловным лидером по размеру полученной им прибыли (превышение текущих доходов над расходами после уплаты подоходного налога). Второе место занял Kaspi Bank (73,1 млрд тенге), а 10-миллиардную планку здесь превысили еще Цеснабанк (47,2 млрд тенге), Банк ЦентрКредит (30,0 млрд тенге), дочерний Ситибанк Казахстан (25,7 млрд тенге), Жилстройсбербанк Казахстана (25,7 млрд тенге), Банк Хоум Кредит (почти 22 млрд тенге), ForteBank (19,1 млрд тенге), дочерний Сбербанк России (14,7 млрд тенге), АТФБанк (14,6 млрд тенге) и Нурбанк (10,5 млрд тенге).

По другим ключевым показателям деятельности группа «Народного» вполне предсказуемо закончила год явным доминированием на рынке. Сам Народный банк Казахстана на 1 января располагал активами в 5 трлн 21,5 млрд тенге, увеличив их за декабрь на 3,4%. Второе место занял Казкоммерцбанк с 3 трлн 492,2 млрд тенге, но у него декабрьский прирост оказался скромнее – 1,5%. Далее в группе «триллионеров» расположились Цеснабанк (1,4% до 2 трлн 153,9 млрд тенге), дочерний Сбербанк России, у которого за последний месяц ушедшего года активы сократились на 1,9% до 1 трлн 747,1 млрд тенге, ForteBank, прибавивший весьма значительно – 6,4% до 1 трлн 504,7 млрд тенге, Kaspi Bank (5,2% до 1 трлн 470,3 млрд тенге), Банк ЦентрКредит (0,5% до 1 трлн 330,2 млрд тенге) и АТФБанк (2,3% до 1 трлн 228,5 млрд тенге). Так и не смог вернуться в эту группу Евразийский банк, активы которого увеличились за декабрь на 1,6% до 978,4 млрд тенге. А Bank RBK, некогда прописавшийся в ней, теперь откатился далеко от нее, поскольку его активы сократились более чем на треть (38,9%) до 594,3 млрд тенге! Замкнул же первую десятку банковского сектора по этому показателю готовящийся к приватизации Жилстройсбербанк Казахстана с декабрьским приростом на 3,1% до 762,4 млрд тенге. Совокупные же активы банковского сектора Казахстана за прошлый год снизились на 5,2% до 24 трлн 220,5 млрд тенге. А в декабре по ним сложился прирост всего на 0,2%.

По собственному капиталу Народный банк Казахстана также лидирует на рынке с 784,2 млрд тенге, вторым и здесь идет подконтрольный ему Казкоммерцбанк (283,9 млрд. тенге). Третье место по итогам года занял Цеснабанк с 213,7 млрд тенге, далее расположились ForteBank (192,5 млрд тенге), дочерний Сбербанк России (166,5 млрд. тенге), Kaspi Bank (159,0 млрд тенге), Жилстройсбербанк Казахстана (почти 153 млрд тенге), Ситибанк Казахстан (135,1 млрд тенге), Банк ЦентрКредит (128,3 млрд тенге) и замкнувший первую десятку Bank RBK (почти 114 млрд тенге).

Совокупный собственный капитал банковского сектора достиг к 1 января 3 трлн 91,0 млрд тенге с приростом за прошлый год на 8,8%. Правда, в декабре он уменьшился на 0,5%.

Сократился за последний месяц ушедшего года и совокупный объем депозитов юридических лиц – на 2,7% до 8 трлн 453,6 млрд тенге, в абсолютном выражении – на 229,6 млрд тенге. При этом у лидирующих по их размеру Народного банка Казахстана и Казкоммерцбанка в декабре сложился прирост соответственно на 1,2% до 1 трлн 926,4 млрд тенге и 0,6% до 1 трлн 236,9 млрд тенге. Зато меньшие по размеру банки несли приличные потери: в Цеснабанке отток таких депозитов составил 2,2% до 867,8 млрд тенге, дочернего Сбербанка России – 5,6% до 592,6 млрд тенге, ForteBank – 2,3% до 576,4 млрд тенге. Занимающий по этому показателю 6-е место АТФБанк показал прирост на 1,7% до 465,4 млрд тенге, тогда как следующий за ним Банк ЦентрКредит потерял 0,8% до 426,7 млрд тенге. Замкнули же первую десятку банковского сектора здесь Ситибанк Казахстан, выделившийся драматическим оттоком депозитов юрлиц за декабрь на 21,3% до 333,7 млрд тенге, Евразийский банк с приростом на 6,0% до 316,0 млрд тенге и Altyn Bank, отличившийся значительным притоком их на 9,9% до 228 млрд тенге. Как видно из этой статистики, корпоративные клиенты отдают вполне видимое предпочтение членам группы Народного банка Казахстана.

По вкладам населения декабрьская динамика сложилась вполне позитивной в виде увеличения их совокупного объема на 2,3% до 8 трлн. 226,9 млрд. тенге, в абсолютном выражении – на 187,6 млрд. тенге. И здесь статистика показала вполне ощутимый рост доверия вкладчиков банкам, входящим в группу «Народного». В головном банке группы объем этих вкладов увеличился за декабрь на 3,1% до 1 трлн 635,9 млрд тенге, в занимающем второе место и здесь Казкоммерцбанке– на 3,5% до 1 трлн 396,7 млрд тенге, а в Altyn Bank – на 3,9% до 85,5 млрд тенге (правда, последний не вошел по объему вкладов в первую десятку). Третье место по итогам прошлого года занял Kaspi Bank, прибавивший в последний месяц прошлого года 3,9% до 867,6 млрд тенге. Далее следуют дочерний Сбербанк России (2% до 699,7 млрд тенге), «Цеснабанк» (2,9% до 692,3 млрд тенге), Жилстрой сбербанк Казахстана (5,7% до 524,6 млрд тенге), Банк Центр Кредит (2,1% до 518,1 млрд тенге), ForteBank (0,3% до 460,1 млрд тенге), Евразийский банк, у которого произошло снижение на 4,4% до 356,5 млрд тенге, и замкнувший первую десятку АТФБанк с приростом почти на 4% до 354,6 млрд тенге.

Казахстан > Финансы, банки > dknews.kz, 1 февраля 2018 > № 2484673 Тулеген Аскаров


Казахстан > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > dknews.kz, 1 февраля 2018 > № 2484672 Тулеген Аскаров

«Пенсионка» финишировала успешно

Весьма позитивной выдалась концовка минувшего года для вкладчиков «ЕНПФ» - ведь еще в начале декабря объем начисленного инвестиционного дохода, полученного по их пенсионным накоплениям, практически был равен показателю 2016 года на ту же дату.

Тулеген АСКАРОВ

Тогда Нацбанк, управляющий инвестированием пенсионных активов ЕНПФ, заработал для его вкладчиков почти 540 млрд тенге в виде начисленного инвестдохода, тогда как его «чистая» величина за вычетом комиссионных вознаграждений составила 484,3 млрд тенге. В прошлом же году по состоянию на 1 декабря значение первого показателя было на уровне в 540,4 млрд тенге, а второго – 495,5 млрд тенге.

Однако за последний месяц ушедшего года Нацбанк принес в копилку вкладчиков еще 56,9 млрд тенге, в результате чего начисленный инвестдоход поднялся до 597,3 млрд тенге по итогам прошлого года. В сравнении с результатом 2016 года прирост по этому показателю составил вполне приличные 12,5%, в абсолютном выражении – 66,3 млрд тенге. «Чистый» инвестдоход за декабрь вырос на 55 млрд тенге до 550,5 млрд тенге, к 2016 году – на 78,1 млрд тенге, или 16,5%.

Что касается комиссионных, то их общий объем при этом не увеличился, а снизился, и весьма значительно – на 20,1% до 46,8 млрд тенге, в абсолютном выражении – на 11,8 млрд тенге. Напомним читателям, что по действующему законодательству комиссии начисляются как от величины пенсионных активов ЕНПФ, так и от полученного инвестиционного дохода. Размер первого вида комиссионного вознаграждения увеличился в прошлом году на 15,9% до 18,6 млрд тенге, тогда как по второму произошло снижение более чем на треть (33,8%) до 28,1 млрд тенге! Как могло такое случиться при увеличении величины инвестиционного дохода, в ЕНПФ и Нацбанке пока не пояснили. Кстати, в этом году комиссионное вознаграждение от пенсионных активов снизится в этом году весьма значительно – с 0,0225% до 0,015% в месяц или на 33%, тогда как комиссия от суммы инвестдохода установлена в 5,25%.

Перейдем теперь к переменам в инвестиционном портфеле пенсионных активов ЕНПФ, произошедших в прошлом году. Его текущая стоимость увеличилась на 16,4% до впечатляющих 7 трлн 784,3 млрд тенге. Для сравнения: доходы республиканского бюджета (без учета трансфертов) на этот год прогнозируются на уровне 5,5 трлн тенге, а расходы – 9,2 млрд тенге. Неудивительно поэтому, что аппетиты государства на заимствования пенсионных денег быстро растут – их инвестиции в государственные ценные бумаги эмитентов Казахстана увеличились за прошлый год на 23,2% до 3 трлн 587,6 млрд тенге. Доля же этих инструментов в инвестиционном портфеле пенсионных активов «ЕНПФ» увеличилась с 43,57% до 46,14%. При этом занимает у ЕНПФ не только Минфин, но и Нацбанк – последний, как известно, размещает на рынке в огромных объемах свои ноты, с помощью которых он стерилизует избыточную тенговую ликвидность.

На втором месте по доле в инвестпортфеле ЕНПФ идут облигации отечественных банков, но у них она снизилась за год с 21,71% до 16,03%. В абсолютном выражении инвестиции пенсионных накоплений в эти инструменты сократились на 14,1% до 1 трлн 246,5 млрд тенге. Далее следуют ГЦБ иностранных государств – доля этих бумаг в портфеле ЕНПФ подпрыгнула с 5,46% до 12,20%, а в абсолютном выражении инвестиции в них выросли в 2,6 раза до 948,8 млрд тенге. Доля же облигаций квазигосударственных организаций РК уменьшилась с 13,48% до 10,18%, объем вложенных в них пенсионных активов сократился на 12,1% до 791,7 млрд тенге. Таким образом, отчасти ЕНПФ учел критику депутатов и экспертов, обеспокоенных значительными вложениями пенсионных накоплений в облигации банков второго уровня и отечественных компаний, контролируемых государством. Кстати, значительно снизился и объем средств, размещенных на депозитах в отечественных банках, – на 18,5% до 325,8 млрд тенге. С другой стороны, теперь пенсионные накопления активно размещаются в банковские вклады за рубежом – их там оказалось на начало этого года на общую сумму в 277,4 млрд тенге. Добавим также, что долларовая часть инвестиционного портфеля ЕНПФ выросла в прошлом году на 41,4% до 2 трлн 110,3 млрд тенге, а ее доля увеличилась с 22,34% до 27,14%.

Вложения же пенсионных накоплений напрямую в реальный сектор сейчас невелики. В корпоративные облигации казахстанских компаний было инвестировано лишь 58,3 млрд тенге, иностранных – 62,7 млрд тенге, акции и депозитарные расписки – соответственно 184,1 млрд тенге и 23,7 млрд тенге. С одной стороны, это к лучшему с учетом высоких рисков, с другой, если вспомнить о значительном росте котировок на Уолл-стрит, то упущенная выгода все же не радует.

В любом случае и при нынешней инвестиционной стратегии доходность пенсионных активов ЕНПФ, распределенная на счета вкладчиков (получателей) по итогам прошлого года, заметно превысила годовую инфляцию в 7,1%, составив 7,92%. При этом вклад в этот результат от переоценки иностранной валюты оказался незначительным – на нее пришлось 24,7 млрд тенге, или 4,1% от всего начисленного инвестиционного дохода. А основной вклад внесли доходы, поступившие в виде вознаграждения по ценным бумагам, размещенным вкладам и операциям «обратное репо», – их объем составил 518,8 млрд тенге.

Казахстан > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > dknews.kz, 1 февраля 2018 > № 2484672 Тулеген Аскаров


Украина > Финансы, банки > interfax.com.ua, 31 января 2018 > № 2482710 Тимофей Милованов

Замглавы Совета НБУ Тимофей Милованов:"Если мы готовы отказываться от МВФ и проведения структурных реформ, то какова альтернатива?"

Эксклюзивное интервью агентству "Интерфакс-Украина" заместителя главы Совета Национального банка Украины Тимофея Милованова.

- 30 января состоялось заседание Совета НБУ при участии членов Высшего экспертного совета при Совете НБУ. Какие основные рекомендации Совета НБУ по итогам этого заседания?

- Два главных вопроса, вынесенные на открытую часть заседания: о политике инфляционного таргетирования в условиях Украины и в условиях развивающихся стран, стран со средними и низкими доходами, а также о валютной политике - это был второй вопрос. Совет – это орган концептуальный, который смотрит за системным подходом. Соответственно, там обсуждалось, насколько инфляционное таргетирование работает в Украине и в странах со средними и низкими доходами, есть ли альтернатива. Там было больше критиков, но общая позиция такова, что альтернативы сегодня нет по причинам понятным: потому что мы не можем, например, удерживать курс исторически, по крайней мере, это позиция моя и части членов совета. Совет – это коллегиальный орган, поэтому за весь совет я не могу говорить.

По поводу валюты – мы видим, что курс гривни сейчас усилился. Исторически в январе есть определенная девальвация. Ничего критического мы не видим.

Если говорить более глобально – вопрос, какие у нас перспективы по рискам макроэкономическим, по экономическому росту, по фискальной ситуации, то есть по налогам и по расходам бюджета, по программе МВФ и по политическому давлению внутри страны, потенциально связанному с выборами. Это все равно накладывает определенные ожидания, бизнес нервничает, есть определенная неуверенность, это создает риски. Я надеюсь, что мы будем продолжать реформы, это необходимо. Мы будем показывать, что выполняем обязательства и перед обществом, и перед внешними экономическими агентами, и перед внутренними экономическими агентами. И чем четче мы будем их выполнять, тем больше будет уверенности, ведь рынки реагируют на основе ожиданий. Если они видят выполнение программы, рынки успокаиваются, инвестиции приходят, активность повышается. Если же рынки не понимают, что произойдет, и видят риски, соответственно, экономическая активность будет все равно уменьшаться. Кто-то диверсифицирует риски, кто-то выйдет из Украины, кто-то не проведет инвестиции, и это для нас проблема. Поэтому важно, чтобы была четкая коммуникация по поводу того, что мы делаем, и чтобы мы делали то, что обещали.

- Насколько критичным является для страны продолжение сотрудничества с МВФ?

- Я знаю, что в прессе ведутся дискуссии о том, что, может, стоило ли бы отказаться от программы МВФ, может быть, она несправедлива. Я считаю, что вещи, которые просит МВФ, они хороши для общества – это борьба с коррупцией, более дисциплинированная бюджетная политика, макроэкономическая стабильность. В любом случае, реальность состоит в том, что у нас большие выплаты в 2019 году, транши задерживаются, это влияет на ожидания, это создает давление на цены и на курс, это влияет на экономическую активность, и нам реально необходимо каким-то образом выполнять условия для того, чтобы получить финансирование. Еще надо не забывать, что финансирование МВФ значительно дешевле, чем финансирование, которое мы можем получить на рынке. Тут тоже вопрос цены. Если мы отказываемся от МВФ, например, то тогда надо понимать, готовы ли нас профинансировать рынки или будем мы это закрывать бюджетным дефицитом с соответствующими последствиями для инфляции и для экономического роста и даже для политического давления - потому что будет инфляция, будет недовольство населения. Если мы готовы отказываться от МВФ и от проведения структурных реформ, то какова альтернатива? Нельзя относиться безответственно, надо понимать - у нас есть устойчивость, но ее легко пошатнуть, экономика не перестроилась фундаментально, она двинулась в правильную сторону, но нельзя сказать, что нет проблем. Я не знаю, как в 2019 году будем выплачивать наши внешние обязательства, если не будет либо программы МВФ, либо внешних заимствований.

- Есть ли необходимость коррекции Основных принципов денежно-кредитной политики на 2018 год и среднесрочную перспективу?

- Я считаю, что сегодняшние задекларированные принципы – они правильные. Я поддерживаю инфляционное таргетирование. В то же время, я согласен с тем, что трансмиссионные механизмы имплементации этой политики необходимо постоянно улучшать. Самая главная проблема здесь состоит в том, что не скоординированы монетарная и фискальная политика – вот это фундаментальная вещь, то есть это общая проблема для переходных экономик, что слишком много институциональных конфликтов и несогласованности между разными даже не ветвями власти, а сферами исполнительной власти, между регуляторами и министерствами. Эти вещи нужно координировать. Это как в бизнес-практике - если каждый занимается на своем узком участке и решает свои узкие проблемы, то это, конечно, отлично, но мы понимаем, что люди находятся под огромнейшим давлением – кому-то нужно выполнить бюджет, кому-то нужно удержать курс, кому-то нужно удержать инфляцию… Но если мы не будем эти вещи координировать, то не получится ни у кого. Это фундаментальная проблема, чтобы было общее конкретное видение и чтобы с этим конкретным видением согласились люди или хотя бы были готовы идти вместе.

Украина > Финансы, банки > interfax.com.ua, 31 января 2018 > № 2482710 Тимофей Милованов


США > Финансы, банки. СМИ, ИТ > newizv.ru, 30 января 2018 > № 2482660 Нассим Талеб

Нассим Талеб: криптовалюты дают нам страховку от мрачных прогнозов Оруэлла

Экономист и философ, автор знаменитой книги «Черный лебедь» считает, что биткоин – это валюта без государства

Давайте проследим логику развития вещей с самого начала. Или, вернее, с самого конца: с нашего времени. Пока я пишу эти строки, мы выступаем свидетелями глобального восстания против определенного класса экспертов в таких областях, которые нам слишком сложно понять — например, макроэкономическая реальность, — и в которых эти эксперты не только плохо разбираются, но и не осознают этого. То, что предыдущие боссы Федеральной резервной системы, Гринспен и Бернанке, мало понимали в эмпирической реальности, мы обнаружили слишком поздно: большую чушь можно нести дольше, чем маленькую. Вот почему мы должны быть осторожны с выбором тех, кто наделен возможностью принимать крупные централизованные решения.

Хуже всего то, что все центральные банки работали по одной и той же модели, в них формировалась жесткая монокультура.

В сложных областях опыт не концентрируется: в естественной реальности все работает по принципу децентрализации, как убедительно продемонстрировал Хайек. Но Хайек использовал понятие рассеянного знания. Что ж, нам, похоже, даже не нужна эта вещь, называемая знанием, чтобы все хорошо работало. Нам также не нужна индивидуальная рациональность. Все, что нам нужно — это структура.

Это не означает, что все участники должны обязательно совместно принимать демократические решения. Один мотивированный участник может сдвинуть дело с мертвой точки (я называю это асимметрией правила меньшинства). Но этим игроком может быть каждый.

Каким-то образом при росте масштаба возникает чудесный эффект: рациональные рынки не требуют рациональности от отдельно взятого трейдера. На самом деле рынки хорошо работают при нулевом интеллекте — правильно организованная толпа с нулевым интеллектом работает лучше, чем самые интеллектуальные люди, которыми управляют в советском стиле.

Вот почему биткойн — отличная идея. Он удовлетворяет потребности сложной системы не потому, что это криптовалюта, а именно потому, что у него нет владельца, нет инстанции, которая может вершить его судьбу. Он принадлежит толпе, своим пользователям. Ему уже несколько лет, и этого достаточно, чтобы признать его право на существование.

Чтобы конкурировать с биткойном, другие криптовалюты должны обладать тем качеством, о котором говорил Хайек.

Биткойн — это валюта без государства. Кто-то может спросить: разве у нас нет золота, серебра и других металлов, другого класса валют, не привязанных к государству? Не совсем. Когда вы торгуете золотом, оно может находиться в Гонконге, и, получив его в собственность, вы, возможно, должны будете перевезти его в Нью-Джерси. Банки контролируют доверительных управляющих, а правительства контролируют банки (или, скорее, банкиры и чиновники тесно связаны, если говорить мягко). Так что в транзакциях биткойн обладает огромным преимуществом по сравнению с золотом: его получение не требует специального управляющего. Ни одно правительство не может контролировать, какой код у вас в голове.

В конце концов биткойн справится с возникающими сбоями. Он может потерпеть неудачу, но его будет легко изобрести заново, поскольку теперь мы знаем, как он устроен. В его нынешнем состоянии биткойн, возможно, не слишком удобен в использовании, ведь им нельзя оплатить безкофеиновый эспрессо макиато в вашей местной кофейне. Возможно, сейчас биткойн слишком волатилен, чтобы быть полноценной валютой. Но это первая органическая валюта.

И само его существование — это страховой полис, который напомнит правительствам, что у них больше нет монополии на последний объект, который могло контролировать государство, а именно — на валюту. Это дает нам, толпе, страховку от будущего по сценарию Оруэлла.

США > Финансы, банки. СМИ, ИТ > newizv.ru, 30 января 2018 > № 2482660 Нассим Талеб


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > bankir.ru, 29 января 2018 > № 2475971 Алексей Смирнов

«Мы помогаем банкам привести в порядок операционные процессы»

Алексей Смирнов, менеджер по развитию бизнеса Orange Business Services в России и СНГ

Беседовал: Николай Зайцев, корреспондент

Зачем банкам и финансовым организациям экосистемы полностью интегрированных вертикальных решений и почему именно комплексные решения наилучшим образом подходят для выполнения конкретных бизнес-задач? Рассказывает менеджер по развитию бизнеса Orange Business Services в России и СНГ Алексей Смирнов.

— Для начала давайте уточним, чем занимается Orange Business Services?

— Orange Business Services – крупный международный провайдер телекоммуникационных, интеграционных, а также управляемых услуг. Наше отличие от системных интеграторов заключается в том, что хотя мы и предоставляем услуги системной интеграции, но в первую очередь предлагаем управляемые решения. Используя новые технологии, мы помогаем клиенту упростить выполнение его бизнес-задач, забирая на себя все технические моменты, связанные с предоставлением услуги.

Наше важное конкурентное преимущество перед интеграторами – собственная сеть связи, в том числе на территории России.

— В чем преимущества экосистем управляемых решений?

— Наша задача – не предлагать заказчикам стандартные коробочные продукты, а помочь клиентам закрыть насущные именно для них потребности. По этой причине мы проповедуем идеологию создания экосистем по вертикалям бизнеса. Мы изучаем отрасль, изучаем клиентов, изучаем проблемы, характерные не только для отрасли, в которой работает клиент, но и для конкретного клиента. И предлагаем пути их решения за счет использования управляемых комбинированных решений, в основе которых лежат решения разных вендоров, работающие на базе нашей собственной сети.

— Какое у вас покрытие сети?

— Мы имеем собственную сеть во всех российских городах-миллионниках. Мы присутствуем собственной сетью почти во всех странах и регионах мира, развивая наши сети там, где есть наши клиенты. Мы готовы реализовывать проекты совместно с нашими зарубежными коллегами, когда это требуется. Если у клиента есть филиалы за рубежом, то мы можем предоставлять одни и те же сервисы на всей территории присутствия компании на нашей единой сети. Это позволяет нам гарантировать качество предоставляемых услуг, а клиенту при этом не нужно заключать договоры на обслуживание с несколькими компаниями.

— Почему банкам и финансовым организациям может быть интересен экосистемный подход и какие решения вы предлагаете для этой группы клиентов?

— Экосистема интересна клиентам в первую очередь тем, что на выходе клиент получает ориентированное на закрытие именно его проблем и задач собранное, готовое, протестированное и стабильно работающее решение. При этом разработчик, поставщик и, если клиент захочет, оператор данного решения – один, мы. Что удобно как с финансовой и юридической точек зрения, так и с точки зрения эксплуатации, поскольку появляется единственный ответственный за функционирование всего решения в целом.

Что касается примеров наших решений: например, мы обеспечиваем омниканальность на базе контакт-центра Genesys, которая позволяет банку бесшовно взаимодействовать с клиентами с использованием сразу нескольких каналов коммуникации. Важное отличие омниканальных решений от уже привычной для всех мультиканальности в том, что взаимодействие с клиентом также происходит в мессенджерах, чатах и социальных сетях, но при смене одного канала общения на другой (например, после звонка в банк после общения в чате на Facebook) клиенту банка не надо заново описывать свою проблему.

Другая интересная возможность – корпоративная мобильность, обеспечивающая управление всеми мобильными устройствами: контроль их состояния, безопасности и удаленное управление корпоративными данными, автоматическая установка необходимых программ, а также возможность безопасного подключения этих устройств к внутренним ресурсам компании. При этом под мобильными устройствами мы подразумеваем не только планшеты или смартфоны, но и ноутбуки, работающие на современных ОС Windows 10 и MacOSX. В рамках этого же решения мы можем разработать мобильное приложение, которое, например, упростит процесс загрузки отчетностей мобильных сотрудников и контроль за выполнением их планов. Опять же, мы предлагаем не готовую коробку с заранее зашитым в нее функционалом, а готовим решение под конкретную бизнес-логику нашего клиента.

Мы помогаем решать логистические задачи, такие как управление парком автотранспорта. Решаем задачи оптимального передвижения курьеров, инкассаторов, коллекторов в рамках стоящих перед ними логистических задач. Наше решение оптимизирует маршрутные листы с учетом списка точек, которые необходимо посетить, дорожной ситуации и типа выполняемой задачи, а также множества других факторов.

Мы обеспечиваем реализацию концепции Smart Office во всем ее многообразии, начиная с таких простых задач, как бронирование переговорных комнат и авторизация для доступа к офисным ресурсам типа принтеров, заканчивая более сложными вещами, такими как климат-контроль, датчики распознавания лиц и движения, привязка мобильных телефонов к пропускной системе, использование пропусков для оплаты в кафетериях и столовых. Мы помогаем упростить, оцифровать и сделать более комфортными рабочие процессы и сократить расходы на эксплуатацию офисов.

Что касается специфических потребностей финансовых организаций, мы предоставляем каналы доступа к финансовым информационным системам. В принципе, тут ничего революционного нет. Но обратим внимание на то, что мы являемся одним из четырех авторизованных партнеров в мире, предоставляющих доступ к системе SWIFT. При этом в России мы – единственная компания, предоставляющая собственные, а не арендованные у партнеров каналы.

Развитая собственная сеть позволяет нам обеспечивать контроль за клиентскими объектами лизинга и любыми объектами, сданными в финансовую организацию под залог, в том числе машинами, зданиями, тяжелой техникой, агрегатами, холодильной техникой. Внутри финансовых организаций есть подразделения, которые предоставляют самолеты, вагоны и прочую технику в лизинг. Мы можем контролировать режим эксплуатации объектов лизинга. Установленные нами датчики позволяют отслеживать условия эксплуатации не только объектов в целом, но и отдельных узлов, агрегатов и навесного оборудования.

По данным Gartner, наша компания – один из лидирующих провайдеров управляемых решений информационной безопасности (MSSP). Мы предоставляем такие решения и в России. Хотя финансовые организации и не стремятся отдавать управление информационной безопасностью на сторону даже частично, наше решение по защите от DDoS-атак пользуется хорошим спросом.

Мы предлагаем «облачную» вычислительную платформу, которую финансовые организации могут использовать в том числе как среду для быстрого развертывания и тестирования новых решений и исходя из полученных результатов принимать решение о закупке собственного аппаратного обеспечения. Мы наблюдаем рост интереса к использованию «облачных» решений со стороны финансовых организаций и видим, что использование публичных «облаков» для «боевых» решений становится нормой и для них.

— Надо ли банку знать подробности устройства созданной вами экосистемы? Должны ли специалисты со стороны клиента обладать определенными знаниями и требуются ли тренинги для работы с установленными вами решениями?

— Скорее это нам надо знать подробности того, как устроен клиентский бизнес, чтобы органично вплести в него наши экосистемные решения.

Если говорить о сложности этих решений, то обычно конечный пользователь имеет доступ к интуитивно понятному интерфейсу, работать с которым можно почти без обучения. Дальше все зависит от того, о каком решении идет речь, и от того, какая часть решения отдается под управление клиенту. Для использования полностью управляемых решений достаточно прочесть простую инструкцию и начинать пользоваться.

Если клиент хочет интеграционное решение, то обучение, как правило, необходимо. Мы настраиваем решение совместно с клиентом, затем проводим приемо-сдаточные испытания, передаем все настройки и руководства по эксплуатации, а также проводим обучение сотрудников клиента. Например, логика работы контакт-центра Genesys достаточно сложна, поэтому для его самостоятельной настройки необходимы тренинги.

— Как вы продаете сложные решения? Вы даете возможность тестирования, чтобы компания могла понять, насколько решение соответствует ее ожиданиям и потребностям?

— Естественно, во всех маркетинговых презентационных материалах любых компаний все решения подаются как превосходные. В действительности у любого решения есть свои преимущества и недостатки. И чем решение сложнее, тем тяжелее понять, что это за преимущества и недостатки и насколько они критичны для конкретного заказчика.

Поэтому мы стараемся пропагандировать идеологию try and buy там, где это возможно, и предлагаем клиенту перед покупкой решения выполнить пилотный проект на «боевой» инфраструктуре или провести так называемый proof of concept на нашем демостенде.

Выбирая proof of concept, клиент пробует интересующее его решение с упрощенным функционалом на нашем стенде, чтобы понять, нравится оно или нет. В зависимости от сложности работы proof of concept может быть либо бесплатным, либо мы берем небольшую плату за сопровождение теста нашими специалистами.

Пилотный проект отличается от proof of concept тем, что изначально проводится в производственной среде заказчика. Функциональность «боевого» решения настраивается и тестируется под малое количество пользователей или, например, под тестовое помещение, если речь идет о проектах организации «умного офиса». Этот подход хорош тем, что клиент сразу получает уже готовую, работающую часть решения. В случае успешного «пилотирования» и покупки решения запуск его в работу требует минимальных временных вложений и трудозатрат. Естественно, пилотный проект требует определенных вложений, покрывающих часть наших собственных затрат, но в случае принятия решения о покупке эта сумма вычитается из инсталляционных платежей.

— Как вы обеспечиваете безопасность интегрированных комплексных решений?

— У нас есть собственный Security Operations Center (SOC) – это люди и технологии, которые осуществляют мониторинг и управление решениями сетевой безопасности. Если клиент отдает межсетевой экран на аутсорс, то мы занимаемся управлением, устанавливаем патчи, делаем правильные настройки для соответствия конфигурации рекомендациям вендора и требованиям внутреннего комплаенса или регулятора. Последнее очень важно для клиентов из финансовой отрасли.

Мы ведем постоянный мониторинг и анализ событий из области информационной безопасности. Одного межсетевого экрана недостаточно для того, чтобы защитить клиентскую сеть. Однако если отслеживать поведение рабочих станций, приложений и инфраструктуры и приложений клиента, это помогает повысить скорость обнаружения инцидента и своевременно на него прореагировать. При этом анализируется поведение всех систем, в том числе тех, которые не имеют отношения к информационной безопасности. Наши сотрудники на постоянной основе проверяют решения на уязвимости, используя собственные данные и наработки в области киберразведки, а также своевременно обновляют программную часть и конфигурацию в соответствии с запросами клиента или рекомендациями со стороны вендора.

Безопасность – это нечто большее, чем просто использование решений. Необходим аудит имеющихся у клиента продуктов и решений на предмет соответствия регуляторным требованиям. Для правильного выбора решения и его последующей настройки необходимы услуги консалтинга, которые мы также предоставляем.

— Какие кейсы вы можете представить публично?

— Мы работаем с Touch Bank, который входит в группу ОТП. Перед этим банком с самого начала стояла задача работать по модели OPEX, без капитальных затрат. Руководство банка изначально стремилось обеспечить прозрачность всех расходов и возможность их точного учета. Этот подход касался и контакт-центра. Был тендер на создание и обслуживание контактного центра, который мы выиграли, и работаем с банком до сих пор. Изначально были организованы несколько входящих линий, и со временем это решение выросло до полномасштабного контакт-центра, развернутого на нашей «облачной» платформе. Проект развивается, и сейчас мы выходим на внедрение интересных идей, таких как Web IVR, позволяющий не слушать длинное голосовое меню, читаемое «железной женщиной», а серфить его с помощью мобильного приложения. Этот подход интересен компаниям, стремящимся использовать браузер и социальные сети для взаимодействия с клиентом.

Мы видим, что клиенты хотят выходить из голосовых каналов обслуживания в цифровые. Такой подход позволяет сэкономить на операционных расходах за счет сокращения штата сотрудников, отвечающих на звонки. Для банка применение омниканальных технологий – это внутренний стимул привести в порядок все свои операционные процессы. Мы даем им для этого хороший инструмент.

Что касается обеспечения безопасности – например, мы защищали от DDoS-атаки СКБ-Банк. Все банки подвергаются таким атакам, но не всем хватает смелости признать этот факт.

— Какие новые решения и технологии имеют хорошие перспективы, на ваш взгляд?

— Мы в Orange видим большие перспективы в области автоматизированных финансовых услуг, в их числе роботизированные советники по управлению инвестиционными портфелями, работающие с использованием технологий анализа больших данных и машинного обучения. Они позволяют автоматизировать выдачу инвестиционных прогнозов: решать, куда и в каком объеме вкладывать средства. Это интересные продукты, и за ними будущее.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > bankir.ru, 29 января 2018 > № 2475971 Алексей Смирнов


США. Швейцария. Россия > Финансы, банки. Внешэкономсвязи, политика > bfm.ru, 26 января 2018 > № 2474690 Андрей Костин

Костин: «Я никогда не давал денег никому из семьи Трампа»

Президент — председатель правления ВТБ Андрей Костин дал интервью Fox Business. Он, в частности, подчеркнул, что никогда не имел дел с президентом США Дональдом Трампом. Также он назвал мошенником Феликса Сатера, который заявил, что ВТБ собирался одолжить деньги на строительство Tramp Tower в Москве.

Лиз Клемен: Президент Трамп прилетел в Давос и сейчас встречается с мировыми лидерами и представителями крупного бизнеса со всей планеты. Но только не с русскими. Один российский высокопоставленный чиновник пожаловался на то, что американцы в швейцарских Альпах избегают россиян, как только могут, отчасти из-за того, что на российскую элиту собираются наложить санкции, в том числе на самого влиятельного банкира России — Андрея Костина из банка ВТБ. Президент — председатель правления ВТБ Андрей Костин присоединяется к нам из Давоса. Андрей, американцы в Давосе и правда избегают русских?

Андрей Костин: Не знаю. Я знаю, что член нашего правительства заявил такое, но я сам не встречаюсь с чиновниками. Я встречаюсь только с банкирами, и у нас есть встречи с американскими банкирами. Они все мои коллеги, я знаю их уже более десяти лет, и бизнес обстоит как обычно. Но я никогда не просил никого из американских чиновников встречаться со мной, потому что это не является моей работой, собственно говоря.

Лиз Клемен: Какие банки? С представителями каких американских банков вы встречаетесь?

Андрей Костин: Вы знаете, мы работает со многими банками, в том числе с JPMorgan, Citigroup, Bank of America, Bank of New York. Таким образом, у всех нас есть отношения с ними, у всех нас есть бизнес с этими банками.

Лиз Клемен: Президент Трамп собирается провести обед с группой международных бизнес-лидеров. Вы нет?

Андрей Костин: Россияне не приглашены, нет. Мы понимаем, что господину Трампу было бы опасно встречаться с российскими банкирами. Ваши коллеги всегда меня спрашивают, имел ли я дело с господином Кушнером, с мистером Трампом, давал ли когда-нибудь им деньги. Никогда. Я никогда не видел никого из семьи Трампа или его окружения. Я никогда не давал денег никому из семьи Трампа. Вот почему я, вероятно, не включен, потому что я не партнер. Но я понимаю господина Трампа, который сосредоточился на европейских гендиректорах и бизнесе, в частности, пытаясь пригласить их инвестировать в Америку, и он ведет диалог с европейским бизнесом. Конечно, россияне не приглашены.

Лиз Клемен: Вы должны знать, что выходит санкционный список, и вы можете быть в нем. Этот список направлен против отдельных российских бизнес-магнатов и олигархов. Какова будет ваша реакция — в финансовом отношении, когда вы будете лишены возможности лично совершать сделки за пределами России?

Андрей Костин: Я гораздо меньше обеспокоен персональными санкциями — мы все знаем, что рано или поздно умрем. Вы боитесь этого? Думаю, нет. Санкционный лист не зависит от меня. Мой банк проводит очень хорошую политику прозрачности и открытости, мы ведем хороший бизнес, и у нас нет никаких претензий со стороны OFAC и других американских организаций о том, что мы нарушали какие-либо нормы какого-либо закона. Если я и мой банк, что намного хуже, будут наказаны из-за того, что политическая элита Америки представляет, что господин Путин делает что-то не так, то я не могу особо повлиять на это.

Лиз Клемен: Вы всегда приходите на нашу передачу. Вы никогда не отказывали мне в интервью, но есть ощущение, Андрей, что вы токсичны. Вы слишком близки к президенту России Владимиру Путину, Кремлю принадлежит более 50% вашего банка, и я уверена, что вы слышали про расследование по президенту. Вы только что сказали, что у вас нет контакта с кем-либо, с организацией Трампа, вы никогда не давали никаких денег, но есть парень по имени Феликс Сатер, который работал с организацией Трампа, сотрудничающей с министерством юстиции, и он сказал, что ВТБ собирался одолжить деньги на строительство Tramp Tower в Москве. Что вы на это скажете?

Андрей Костин: Это ложь. Он мошенник, и он лжет.

Лиз Клемен: Так просто?

Андрей Костин: Абсолютно. Так и есть.

Лиз Клемен: Они полагают, что вы шпион из КГБ. Вы когда-нибудь шпионили на КГБ?

Андрей Костин: Никогда. Абсолютно никогда. Клянусь, и вы знаете, что я никогда не вру прессе.

Лиз Клемен: Но, Андрей, я чувствую, что вы в очень трудном положении.

Андрей Костин: Почему?

Лиз Клемен: Потому что вы управляете банком, и теперь этот банк не может совершать сделки с большими возможностями здесь, в Соединенных Штатах. Вы были со мной прямо здесь, на этой телевизионной площадке в 2012 году, у вас были большие надежды. Вы собирались открыть новый филиал, и сейчас этого не произошло. Вы работаете в 20 странах. Кремлю принадлежит большая доля в вашем банке, и что делать всем вашим акционерам, чтобы выйти из-под этих санкций?

Андрей Костин: Лиз, это не моя вина. Мы проводим очень четкую политику. Мы являемся банком, как и любая другая акционерная компания в мире, и мы являемся частью этой геополитической игры. Я думаю, что российская сторона не несет ответственность за это. Полагаю, что американская сторона решила пойти на санкции, которые, я думаю, наносят ущерб мировой экономике и, конечно, России тоже. И я могу сказать вам, что ни один бизнесмен, которого я знаю, по крайней мере, не говорит, что это правильно и хорошо. Правда за нами. Вот почему я так спокоен.

Лиз Клемен: Я знаю, что у вас очень жесткий график, многие люди хотят встретиться с вами. Если вы пройдете мимо президента Трампа на улице в Давосе, вы поприветствуете его?

Андрей Костин: Господин Трамп не узнает меня, потому что мы никогда не встречались, и он меня не знает. Но я могу помахать ему. Мне интересно, как он ведет свою войну одного человека против, как кажется, всего мира».

Ранее в интервью Business FM банкир подчеркнул, что ему безразличны персональные санкции.

США. Швейцария. Россия > Финансы, банки. Внешэкономсвязи, политика > bfm.ru, 26 января 2018 > № 2474690 Андрей Костин


Казахстан > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > kursiv.kz, 26 января 2018 > № 2472006 Айгуль Ибраева

Сколько заработает и потратит Казахстан в 2018 году

Айгуль ИБРАЕВА

Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев 4 декабря 2017 года подписал Закон «О республиканском бюджете на 2018–2020 годы», который вступил в действие 1 января 2018 года. Kursiv Research выяснил, из чего станет пополняться казна, на что планируется израсходовать деньги государства и сколько средств из Нацфонда будет потрачено в текущем году.

Государственные доходы

Согласно Закону РК «О республиканском бюджете на 2018–2020 годы», доходы казны в текущем году запланированы в размере 8 449,91 млрд тенге. При этом доходная часть бюджета превышает расходную на 500 млрд тенге. Относительно доходов уточненного бюджета предыдущего года, согласно Закону «О республиканском бюджете на 2017–2019 годы» (с изменениями и дополнениями по состоянию на 13.11.2017 года), показатель сократился на 12,1%.

Директор аналитического центра Ассоциации финансистов Казахстана Павел Афанасьев указывает, что сокращение доходной части бюджета связано с объемом трансфертов. Так, в Законе «О республиканском бюджете на 2017–2019 годы» в качестве доходов учитывались совокупные трансферты в размере 4,65 трлн тенге. Эксперт напомнил, что правительство в текущем году осуществило разовое целевое перечисление в АО «Фонд проблемных кредитов» в размере 2,09 трлн тенге для поддержки банковского сектора. Данная сумма учитывается в доходах республиканского бюджета (как трансферт из Национального фонда).

В новом законе на 2018–2012 годы размер трансферта в 2018 году составляет 2,92 трлн тенге, то есть на 1,8 трлн тенге меньше (-37,3%). В том числе гарантированный трансферт из Нацфонда 2,6 трлн тенге. Тем самым, доля трансфертов в общем объеме доходов республиканского бюджета будет снижена до 34,6% в 2018 году против 48,5% в 2017 году. При этом государство планирует сократить указанный ежегодный трансферт к 2020 году до 2 трлн тенге, в то время как дефицит бюджета прогнозируется к снижению до 1% от ВВП, что является достаточно сбалансированным показателем.

«Ключевые источники формирования доходов бюджета прогнозируются к увеличению на основании соответствующих проекций по налоговым и неналоговым поступлениям на фоне более благоприятной внутренней и внешней экономической конъюнктуры. Хочу обратить внимание на то, что по большинству экономических индикаторов 2017 год для Казахстана оказался лучше предыдущего. Есть основания ожидать продолжения указанной позитивной динамики», – отметил Павел Афанасьев.

В свою очередь, в Halyk Finance считают, что в 2018 году с точки зрения рядового гражданина ситуация в экономике будет незначительно лучше 2017 года – падение реальных зарплат, вероятно, уменьшится до минус 0,5–1%, инфляция замедлится. Можно ожидать постепенного увеличения средств, перетекающих из сырьевого сектора в несырьевой, что будет положительно сказываться на росте доходов и потребления населения.

По мнению аналитиков, в 2018 году экономический рост стабилизируется ввиду более скромного роста цен на сырье, более умеренного роста добычи нефти на Кашагане, постепенного сворачивания вливания госсредств в экономику, отсутствия фактора низкой базы 2016 года, который сказался на высоком росте в 2017 году.

Исходя из сохраняющихся на высоком уровне запасов нефти в развитых странах и быстрого восстановления добычи сланцевой нефти в США и возможного ее расширения в Канаде, нельзя полностью исключать вероятность падения нефтяных цен в следующем году, что может негативно отразиться на показателях экономики, в том числе поступлений в Нацфонд. Также есть риски, связанные с ужесточением западных санкций в отношении России, что может сказаться на взаимной торговле между нашими странами и негативно повлиять на налоговые поступления в бюджет. Как позитивный противовес данному риску можно рассматривать повышение экономического взаимодействия со становящимся на путь либерализации южным соседом Узбекистаном. Несмотря на постепенную стабилизацию потребительской инфляции после скачка в 2015–2016 годах, Halyk Finance указывает на потенциал для ее ускорения, чему способствует несогласованность действий в фискальной и денежной сферах.

Прогноз доходов республиканского бюджета без учета поступления трансфертов на 2018 год определен в сумме 5 528,42 млрд тенге. Согласно проекту закона о республиканском бюджете, доходы республиканского бюджета на 2018 год против оценки 2017 года увеличатся на 738,17 млрд тенге, в том числе, изменение макроэкономических показателей – на 276,45 млрд тенге, модернизация экономики страны – на 335,44 млрд тенге и улучшение налогового администрирования – на 82,35 млрд тенге. В то же время на снижение доходов республиканского бюджета 2018 года против оценки предыдущего года на 216,89 млрд тенге повлияли следующие факторы: увеличение суммы возврата НДС из бюджета на 2018 год – на 73 млрд тенге, изменение ставки ЭТП на нефть с $50 до $45 за тонну – на 46,94 млрд тенге и изменение объема облагаемого экспорта нефти – на 29,84 млрд тенге.

Доля налоговых поступлений в доходной части бюджета в 2018 году составит 64% против 50% в 2017 году. Без учета трансфертов, налоги обеспечивают 97,6% республиканского бюджета. Налогоплательщики пополнят бюджет в 2018 году на 5,4 трлн тенге, большую часть которых занимают НДС (2,15 трлн тенге), корпоративный подоходный налог (1,82 трлн тенге) и таможенные платежи (1,02 трлн тенге).

Неналоговые поступления в 2018 году составят 126,74 млрд тенге, что на 9,6% меньше, чем годом ранее (140,2 млрд тенге). Наибольший удельный вес в структуре неналоговых поступлений прогноза 2018 года приходится на: дивиденды на государственные пакеты акций, находящиеся в государственной собственности – 21,2%; поступления арендной платы за пользование комплексом «Байконур» – 30,9 %; другие неналоговые поступления в республиканский бюджет, за исключением поступлений от организаций нефтяного сектора – 11,5 %.

Стоит отметить, что поступления в бюджет за счет штрафов, пени, санкций против оценки предыдущего года сократятся почти в шесть раз, с 25,55 млрд тенге до 4,52 млрд тенге. Поступление от продажи основного капитала в 2018 году запланировано на 5,62 млрд тенге против 1,6 млрд тенге годом ранее.

Распределение бюджета

Согласно новому закону о бюджете основными приоритетами расходов проекта республиканского бюджета на 2018–2020 годы определены форсированное развитие аграрного сектора, индустриализация и развитие малого и среднего бизнеса, цифровизация экономики, развитие транспортной инфраструктуры и социальной сферы.

Бюджет 2018 года отличается социальной направленностью, наибольшую долю в структуре расходов бюджета текущего года (29,3%) займут социальная помощь и социальное обеспечение. В предыдущем году траты государства на социальные нужды были смещены на второй план, их доля составила 19,9% от совокупного объема затрат. Крупнейшей статьей расходов республиканского бюджета в 2017 году стало целевое перечисление в АО «Фонд проблемных кредитов» в размере 2,09 трлн тенге.

Расходы на выполнение социальных обязательств государства предусмотрены в размере 2 616,07 млрд тенге, что на 22,9% больше, чем в предыдущем году, и на 38% превышает показатель 2016 года. Рост государственных расходов на социальное обеспечение и социальную помощь предусмотрен в связи с увеличением размеров пенсий и пособий по случаю рождения детей, в том числе в результате пересмотра структуры прожиточного минимума и порядка назначения пенсий.

В структуре соцрасходов появились статьи, связанные с трудоустройством инвалидов и продвижением программ по социальной интеграции и инклюзии, на что будет выделено 451,98 млн тенге.

Трансферты, в том числе субвенции областным бюджетам, оказались на втором месте по объему расходов в структуре республиканского бюджета в 2018 году. Цель бюджетной программы – выравнивание уровня бюджетной обеспеченности регионов и обеспечение равных фискальных возможностей для предоставления гарантированных государством услуг. В 2018 году по данной статье расходов будет выделено 1 573,35 млрд тенге, что превышает объем 2017 года на 5,7%.

Расходы республиканского бюджета на здравоохранение в 2018 году запланированы в размере 1 063,64 млрд тенге. По сравнению с предыдущим годом медицинские расходы казны выросли всего на 4%. В июле 2017 года в Казахстане ввели в действие положение Закона РК «Об обязательном социальном медицинском страховании», в связи с чем кардинально поменялась структура госрасходов на здравоохранение.

К примеру, в 2017 году крупнейшей статьей расходов в области здравоохранения было «Обеспечение населения медицинской помощью в рамках Единой национальной системы здравоохранения» в размере 774,27 млрд тенге, а в 2018 году его заменили на «Обеспечение гарантированного объема бесплатной медицинской помощи», объем которого составит 954,85 млрд тенге. По сути, содержание затрат осталось прежним, изменится ли качество медицинских услуг – покажет время.

В рамках расходов на здравоохранение появились новые статьи, такие как «Охрана общественного здоровья» и «Обеспечение хранения специального медицинского резерва и развитие инфраструктуры здравоохранения», на что в 2018 году потратят 44,44 млрд тенге и 9,89 млрд тенге соответственно. Вышеуказанные статьи заменили статью расходов «Реформирование системы здравоохранения».

В текущем году возрастут расходы бюджета на обслуживание правительственного долга – с 458,18 млрд тенге в 2017 году до 600,26 млрд тенге в 2018 году, при этом рост расходов по данному пункту составил 31%. Цель бюджетной программы: выполнение обязательств Республики Казахстан по обслуживанию правительственного долга, недопущение факта дефолта по займам правительства Республики Казахстан.

Также рост бюджетных затрат наблюдается по таким направлениям, как «Промышленность, архитектурная, градостроительная и строительная деятельность» – на 32,1%, до 11,37 млрд тенге и «Оборона» – на 20,6%, до 517,15 млрд тенге.

Расходы казны на транспорт и коммуникацию, напротив, урезаны на 18,9% по сравнению с предыдущим годом. По данной бюджетной программе в текущем году государством выделено 548,67 млрд тенге против 676,47 млрд тенге годом ранее. Наибольшее сокращение расходов предусмотрено по целевым трансфертам на развитие города Астаны, на увеличение уставного капитала юридических лиц для реализации проекта «Новая транспортная система» по строительству столичного LRT от аэропорта до нового железнодорожного вокзала с 69,46 млрд до 9,06 млрд тенге, по пункту «Выполнение обязательств по договору доверительного управления государственным имуществом» с 50,11 млрд тенге до 18,92 млрд тенге, в рамках которого предусматриваются работы по строительству и реконструкции автомобильных дорог республиканского значения.

При этом финансирование будет увеличено по таким бюджетным программам, как «Обеспечение сохранности и расширения использования космической инфраструктуры» (с 3,36 млрд до 6,93 млрд тенге), «Субсидирование железнодорожных пассажирских перевозок по социально значимым межобластным сообщениям» (с 23,57 млрд до 26,60 млрд тенге) и «Обеспечение развития городского рельсового транспорта» (с 7,69 млрд до 9,04 млрд тенге) по строительству линии метро в Алматы.

Затраты на государственные услуги общего характера в 2018 году сокращены на 17,3% относительно показателей предыдущего года, до 384,59 млрд тенге. При этом в бюджете 2018 года отсутствуют такие программы, как «Представление интересов Республики Казахстан за рубежом», «Выплата компенсаций по вкладам в жилищные строительные сбережения» и «Обновление парка автомашин для государственных органов», на которые в 2017 году было выделено 47,29 млрд тенге, 11,5 млрд тенге и 3,24 млрд тенге соответственно, значительно сокращены расходы на услуги по обеспечению деятельности главы государства, премьер-министра и других должностных лиц государственных органов – с 91,2 млрд тенге в 2017 году до 43,39 млрд тенге в 2018-м.

На образование в 2018 году планируют потратить 375,32 млрд тенге, по сравнению с аналогичными тратами государства в 2017 году (458,64 млрд тенге) показатель сократился на 18,2%. При этом значительно сокращен целевой вклад в АОО «Назарбаев Университет» (с 53,85 млрд тенге до 4,53 млрд тенге), урезаны расходы по обеспечению доступности качественного школьного образования (с 135,45 млрд тенге до 83,98 млрд тенге) и затраты на повышение квалификации и переподготовку кадров государственных организаций среднего образования (с 11,55 млрд тенге до 6,86 млрд тенге). Расходы на строительство и реконструкцию объектов образования в 2018 году вовсе не предусмотрены.

В то же время увеличено финансирование по таким пунктам в области образования, как «Обеспечение кадрами с высшим и послевузовским образованием» – с 146,47 млрд тенге до 162,53 млрд тенге, «Подготовка специалистов с высшим и послевузовским профессиональным образованием» – с 8,44 млрд тенге до 9,68 млрд тенге. К тому же в составе бюджетной программы появились такие статьи расходов, как «Стимулирование продуктивных инноваций» и «Модернизация среднего образования», на что государство планирует потратить в 2018 году 11,86 млрд тенге и 3,96 млрд тенге соответственно.

По программе «Повышение квалификации и переподготовка кадров государственных организаций высшего и послевузовского образования» в 2018 году будет выделено 540,78 млн тенге, в рамках данной программы по проекту «Модернизация общественного сознания» будет повышена квалификация 1 400 филологов (ежегодно по 700 человек) для обеспечения перехода на латиницу.

Затраты бюджета на сельское, водное, лесное, рыбное хозяйство, особо охраняемые природные территории, охрану окружающей среды и животного мира, земельные отношения в 2018 году запланированы в размере 182,38 млрд тенге. В 2017 году по уточненному бюджету госрасходы по данному направлению составили 234,07 млрд тенге, тем самым в текущем году финансирование бюджетной программы сократилось на 51,69 млрд тенге, или 22,1%.

Законом РК «О республиканском бюджете на 2018–2020 годы» от 30 ноября 2017 года расходы МСХ РК на 2018 год составили 277,33 млрд тенге, что на 17% ниже уточненного бюджета на 2017 год.

В Министерстве сельского хозяйства РК на счет сокращения финансирования разъяснили, что изначально, в соответствии с Законом РК «О республиканском бюджете на 2017–2019 годы» от 29 ноября 2016 года, расходы министерства в 2017 году составляли 254,05 млрд тенге. Однако при уточнениях бюджета из республиканского бюджета были выделены дополнительные средства в размере 79,85 млрд тенге на реализацию следующих мероприятий: субсидирование развития племенного животноводства, повышение доступности финансовых услуг, эффективное управление водными ресурсами, увеличение уставного капитала АО «НУХ «КазАгро» и др. В итоге бюджет министерства в 2017 году вырос до 333,90 млрд тенге, соответственно расходы казны на сельское, водное, лесное, рыбное хозяйство, особо охраняемые природные территории, охрану окружающей среды и животного мира, земельные отношения также были увеличены при уточнении бюджета предыдущего года, что может произойти и в текущем году.

На жилищно-коммунальное хозяйство в 2018 году государство потратит 168,55 млрд тенге. По сравнению с уточненным бюджетом предыдущего года показатель сократился на 13,5%. Расходы на культуру, спорт, туризм и информационное пространство в текущем году составят 117,38 млрд тенге против 139,22 млрд тенге в 2017 году.

Финансирование затрат на топливно-энергетический комплекс и недропользование в текущем году сократится почти на треть – с 89,18 млрд тенге в 2017 году до 62,38 млрд тенге в 2018 году. Здесь сокращение бюджета будет в основном по бюджетной программе «Развитие тепло-электроэнергетики», куда в новом бюджете было выделено 37,88 млрд тенге против 61,16 млрд тенге в предыдущем году. Данные расходы будут направлены на завершение и продолжение ранее начатых 15 проектов.

На прочие расходы согласно новому закону о бюджете в 2018 году выделено 191,78 млрд тенге. В том числе резерв Правительства Республики Казахстан – 117,49 млрд тенге, целевое перечисление в АО «Администрация Международного финансового центра «Астана» – 20 млрд тенге и целевое перечисление в АО «Национальная компания «Астана ЭКСПО-2017» – 13,51 млрд тенге.

Казахстан > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > kursiv.kz, 26 января 2018 > № 2472006 Айгуль Ибраева


Россия. ПФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > tpprf.ru, 25 января 2018 > № 2483677 Шамиль Агеев

Шамиль Агеев: «Война войной, а купцы всегда должны работать»

Online-конференция c Шамилем Агеевым, председателем Торгово-промышленной палаты РТ.

Почему нужно готовиться ко второй волне проблем из-за банковского кризиса, зачем федеральным министрам нужно чаще бывать «в полях» и как стране сохранять международные контакты в условиях санкций, рассказал глава Торгово-промышленной палаты Татарстана Шамиль Агеев на online-конференции «Реального времени».

Деловой климат

Мы имеем то, что имеем, заявил Шамиль Агеев на вопрос «Ухудшается и деловой климат в стране и Татарстане в частности». По мнению главы ТПП, все относительно. Можно сравнивать положение дел 10 лет назад, год назад и сейчас. А можно сравнивать разные регионы — Татарстан и Ульяновскую область, например.

— Я не могу сказать, что в целом деловой климат ухудшается. Ожидания были больше. Человек готов идти на рекорд — а у него не получается. Когда бизнес слышит от властей, что улучшается инвестиционный климат, сокращаются проверки, но по факту банковская система не стабильна, а налоговый пресс увеличивается. В целом можно сказать так: ожидания бизнеса власти не оправдали, — заметил Агеев.

Одна из проблем — проверки. Сейчас есть структуры, которые, «не отвечая ни за что», могут в два счета закрыть бизнес. По мнению Агеева, контролирующие органы все еще предпочитают штрафовать бизнесменов. До сих пор они не настроены на профилактику или вынесение предупреждений.

В целом можно сказать так: ожидания бизнеса власти не оправдали

— Ну хорошо. Ты их закроешь, а что делать с людьми, [которые потеряют работу]? Ты их трудоустроишь? Но да, формально он прав, не придерешься, — добавил Агеев.

К тому же сокращается число тех, кто хочет быть предпринимателем. А значит, властям нужно повернуться к ним лицом и оказать больше помощи. Агеев надеется, что его коллегам удастся донести до кандидатов в президенты России, что в первую очередь в стране нужно поддерживать собственное производство и больше думать о населении.

Бизнес vs АСВ

Другая большая проблема — чистки банковского сектора, которые сказываются на предпринимателях разного уровня. По словам Агеева, ТПП до сих пор консультирует бизнесменов по ситуации с ТФБ.

— Последствия краха «Татфонда» будут еще бОльше. Потому что АСВ начинает выдвигать иски тем, кто успел забрать свои деньги из банка в последние месяцы его работы. Допустим, агрегатный завод взял 14 млн на зарплату. И теперь получается [из-за иска АСВ], им нужно эти деньги у рабочих забрать и вернуть.

Я думаю, и органы власти еще не до конца осознают эти последствия [после краха банков]. Если сейчас пойдет практика возвратов, мы получим такой протестный слой… — заключил Агеев.

Центробанк вел проверки, должен был знать о положении дел в проблемных банках, но почему-то никаких действий не предпринимал, говорит Агеев

Глава ТПП заметил, что сейчас претензии у АСВ могут возникнуть и к физическим лицам, которые брали в «Татфонде» кредиты, покупали квартиры. «Что им теперь, квартиры продавать?» — удивлялся гость редакции.

К тому же Центробанк вел проверки, должен был знать о положении дел в проблемных банках, но почему-то никаких действий не предпринимал. «Может, тогда глава ЦБ должна нести ответственность?» — задался вопросом Агеев.

Сейчас ТПП продолжает поддерживать пострадавших клиентов. Бизнесмен может обратиться в Торгово-промышленную палату за консультациями.

Санкции и отношения с другими странами

Антироссийские санкции продолжают влиять на бизнес-климат в России. Но отечественным компаниям нужно действовать по примеру американских коллег: выносить жизненные уроки и искать в этих ограничениях новые лазейки и точки роста, считает Агеев.

По мнению Агеева, в этой ситуации властям регионов нужно самим выходить на прямой контакт с властями и бизнесом перспективных иностранных регионов. Например, Татарстан активно наращивает сотрудничество с Китаем, Вьетнамом, странами Европы и бывшего СССР, улучшаются контакты с Прибалтикой и США.

С импортозамещением все не так просто и радужно, как могло показаться. Потому что в этом процессе, по словам Шамиля Агеева, важны не деньги, а люди

— С точки зрения отношений, подходов — везде мы встречаем хороший отклик. Вопросы возникают, когда контракты достигают крупных сумм, — заметил Агеев. И добавил: — Нельзя обрывать бизнес-контакты. Война войной, а купцы всегда должны работать! После любой драчки наступает мир, и бизнес должен быть к этому готов.

С импортозамещением все не так просто и радужно, как могло показаться. Потому что в этом процессе, по словам Шамиля Агеева, важны не деньги, а люди. Можно сколько угодно вливать финансы в самолетостроение, но если нет специалистов, которые могут придумать новый двигатель, — ничего не получится.

Москвичей бы «в поле»

Еще одна важная тема, по мнению Агеева, — оторванность федеральных чиновников от российской реальности. Прямого контакта с населением и бизнесом в первую очередь не хватает министрам финансового сектора.

— А то на [Гайдаровском] форуме слышим — рост экономики. А фактически его не ощущаем. Приди в магазин, госпожа Набиуллина. Приди на базар. Когда на базаре в последний раз была? Когда на производстве? Работать с людьми, в коллективе — это совсем другое, — говорит Агеев.

Так что площадку всероссийских экономических форумов, по его мнению, нужно использовать как место, где можно донести реальное положение дел до федерального центра.

Россия. ПФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > tpprf.ru, 25 января 2018 > № 2483677 Шамиль Агеев


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter