Всего новостей: 2497618, выбрано 1489 за 0.163 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Персоны, топ-лист Финансы, банки: Аскаров Тулеген (83)Вардуль Николай (34)Греф Герман (31)Ормоцадзе Маргарита (30)Костин Андрей (29)Аксаков Анатолий (28)Набиуллина Эльвира (25)Акишев Данияр (24)Задорнов Михаил (23)Полухин Алексей (23)Иноземцев Владислав (18)Улюкаев Алексей (18)Бараникас Илья (16)Кричевский Никита (16)Силуанов Антон (16)Воротилов Александр (15)Тосунян Гарегин (15)Шаяхметова Умут (15)Волков Михаил (14)Горьков Сергей (14) далее...по алфавиту
Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 31 октября 2017 > № 2372473 Александр Локтаев

Огонь, вода и кражи. Как застраховать свой магазин

Александр Локтаев

генеральный директор страхового общества «Помощь»

Пожар в торговом центре «Синдика» в Подмосковье может стать крупнейшим страховым случаем на российском рынке. Для предпринимателей это серьезный повод задуматься о финансовой защите и своевременно застраховать свой бизнес

Увы, но страховые случаи в торговом бизнесе происходят достаточно часто. Пожар в ТЦ «Синдика», случившийся в октябре, может служить по-настоящему ярким примером — торговый центр площадью 150 тыс. кв. сгорел полностью, что стало серьезным ударом как по бизнесу владельцев, так и арендаторов — а здесь работало почти 900 магазинов.

То, что центр был застрахован — безусловно, положительный момент. Всероссийский союз страховщиков предварительно оценивал сумму ущерба в 5 млрд рублей. Однако не стоит забывать и про потери арендаторов, которые могут даже превысить озвученную сумму.

Экспертиза этого страхового случая может занять от полугода и более. Страховщик наверняка инициирует собственное расследование с привлечением независимых специалистов, так как, отталкиваясь от предварительной суммы ущерба, можно уверенно говорить о том, что риск был перестрахован с привлечением западных компаний.

Последним будет необходим не только исчерпывающий отчет о произошедшем, но и детальная калькуляция причерченного ущерба для исполнения свои обязанностей и выплаты перестраховочного возмещения российскому страховщику.

Получат ли в итоге арендаторы выплаты, мы не знаем, поскольку не знакомы с деталями договора. Тем не менее стоит помнить, что страхование может покрывать как риски собственника, так и отдельно взятых юридических лиц, арендующих помещения.

Страховка от всех бед

Страховые компании уже давно предлагают программы для ретейлеров. Прежде всего, это страхование самой торговой точки и товаров, а также гражданской ответственности перед третьими лицами. Владелец всего центра страхует свое имущество, а арендаторы могут застраховать свое.

Самые актуальные риски, с которыми может столкнуться ретейлер — это огонь, вода, стихийные бедствия и кражи. Пожар может случиться как в самом магазине, так и на складе, а также в соседнем помещении. Даже если товары при этом уцелеют — они с высокой долей вероятности утратят товарный вид. Статистика по заливам не менее утешительная. Чаще всего из строя выходят системы отопления и водоснабжения. При этом может сложиться ситуация, когда по вине страхователя пострадают соседние арендаторы. Если вина первого в таком инциденте очевидна и доказана, то, в соответствии с законодательством, ему придется возместить причиненный вред. Счет может оказаться весьма внушительным.

Если говорить о пожаре у одного из арендаторов, то в большинстве договоров страхования этот риск покрывается с формулировкой «пожар по любой причине». Другой вопрос, что, согласно гражданскому законодательству, после выплаты возмещения у страховщика возникает право регресса к виновной стороне. Таким образом, если вина третьей стороны, не являющейся участником договора страхования, будет доказана, страховщик может требовать компенсацию выплаченного возмещения.

В большинстве случаев ретейлеры страхуют риски отдельно, заключая несколько договоров. Однако если прибегнуть к комплексному страхованию, то можно существенно снизить расходы. Экономия достигает порядка 10-20% — чем больше объем страхования, тем меньше тариф. Такой договор помогает обеспечить финансовую защиту любому торговому бизнесу. Он покрывает большинство рисков, с которыми может столкнуться ретейлер: товары, находящиеся в торговых залах магазинов, здания и помещения, отделка и комплекс торгового оборудования и, наконец, ответственность арендатора торговых помещений.

Также в зависимости от программы страхования покрывается возможный ущерб жизни, здоровью и имуществу посетителей торгового центра, причиненный по вине арендаторов. В рамках такой комплексной программы выплата при наступлении страхового случая будет производиться в пределах установленного лимита в размере фактического ущерба. Если же говорить об ответственности, то клиент сам выбирает, на какую сумму страховаться.

Комплексная защита

Схем приобретения «комплексной программы» может быть несколько. Страховщик в договоре аренды с арендатором предусматривает требование наличия страхового покрытия. В этом документе предметно расписываются риски, от которых необходимо застраховать имущество, аккредитованные страховые компании, максимально допустимые франшизы и т. д.

Как правило, эти требования распространяются на страхование конструктивных элементов и «неотделимых улучшений отделки». Требовать от арендатора страховать торговое оборудование и товары арендодатель не вправе в силу отсутствия у него страхового интереса в сохранении этого имущества. Арендатор делает это уже на свое усмотрение. Соответственно, без наличия подобного страхования договор аренды просто не будет заключен.

Аналогичным образом обстоят дела со страхованием ответственности. Арендодатель имеет право потребовать наличие подобного покрытия с указанными лимитами в аккредитованных страховых компаниях. Как правило, ответственность страхуется и арендатором, и арендодателем, поскольку сценарии инцидентов, которые могут произойти по вине каждого из них, вполне реальны.

Другой вариант — арендодатель сам страхует весь конструктив и коммуникации здания и впоследствии закладывает расходы на страхование в арендные платежи. И в том, и в другом случаях страхование товаров и торгового оборудования остается делом добровольным.

Стоит признать, что сегодня торговые центры, молы и склады все чаще самостоятельно прибегают к страхованию, и это говорит о растущей страховой культуре. Встречаются даже арендодатели, которые просят арендаторов показать полис как гарантию, что с помещением точно ничего не случится.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 31 октября 2017 > № 2372473 Александр Локтаев


Украина > Финансы, банки > interfax.com.ua, 30 октября 2017 > № 2381204 Андрей Перетяжко

Президент УФС: Мы стоим на пороге перерождения страхового рынка

Эксклюзивное интервью президента Украинской федерации страхования, первого вице-президента компании "АХА Страхование" Андрея Перетяжко агентству "Интерфакс-Украина"

Вы много лет работаете в международной страховой компании и возглавляете страховое объединение, часто общаетесь с зарубежными коллегами. Изменилось ли у них за последние годы отношение к украинскому страховому рынку?

- Сегодня главный вопрос у партнеров: "Когда Украина начнет реализовывать свой огромный потенциал в страховом секторе?" Уровень проникновения страхования у нас - менее 1% ВВП в сравнении с 3-4% в Восточной Европе и около 7% в Западной Европе. Возможности на этом рынке огромные: все-таки около 40 миллионов людей, разнообразная индустрия, большой ритейловый рынок, экспорт и транзитный поток. У нас практически не страхуют имущество, профессиональную ответственность, ничтожно мал рынок агрострахования, огромный неиспользованный потенциал на рынке страхования жизни, медицинского страхования, полностью отсутствует пенсионное страхование. В связи с этим главный открытый вопрос, который возникает у зарубежных партнеров - реализация этого потенциала.

Кроме улучшения политической и экономической ситуации, профессиональные страховые инвесторы ожидают увидеть четкое представление развития рынка страховых услуг со стороны государства, которое могло бы дать уверенность в том, что этот рынок будет развиваться с опережением темпов развития экономики страны, как это было во многих странах Восточной Европы. К примеру, если 10 лет назад в Польше после реформ рост ВВП составлял 4-5%, то рынок страхования рос на 15-20%. Похоже, сейчас наступил момент, когда мы стоим на пороге перерождения страхового рынка. Как только инвесторы получат сигнал о начале реальных реформ в страховом секторе, появится и интерес к рынку с их стороны.

Сколько они еще согласны ждать, и есть ли такие, кому это уже надоело?

- Большинство зарубежных компаний оценивает работу своих дочек в Украине по трем основным параметрам. Первое - компания завоевала доверие клиентов, что выражается в достаточно большой доле в рынке, второе - демонстрирует профессиональный подход к управлению, и третье - компания генерирует прибыль и не требует серьезных вливаний для поддержания деятельности на этом этапе.

Как правило, для крупных международных компаний суммы инвестиций в Украину – это несущественные цифры, и продажа украинской "дочки" никак не повлияет на финансовый результат. Если в долгосрочной перспективе акционеры видят Украину интересной для себя, и если вышеизложенные условия выполняются, они готовы ждать и начинать инвестировать, когда появятся четкие сигналы.

Регулятор постоянно ужесточает требования к страховым компаниям, но, как видим, особых изменений на рынке нет. Почему?

- Регулятор действительно демонстрирует желание сделать рынок более прозрачным, прогнозируемым, платежеспособным, таким, который выполняет свои обязательства перед клиентами. Но тех действий, которые были предприняты за последние два года, однозначно недостаточно, чтобы считать эти требования достаточно жесткими, а рынок – очищенным от неплатежеспособных игроков. У нас по-прежнему около 300 компаний, большинство из которых не занимаются реальным страхованием.

Главные инструменты для очистки рынка - всегда экономические. Все начинается с акционеров, с собственников бизнеса, которые должны понимать и принимать новые правила игры, существующие на цивилизованном рынке. Если взять банковский рынок, то именно те реформы, которые были проведены НБУ, в первую очередь, отталкивались от понимания ситуации, от мотивации собственников. Так были решены проблемы, связанные с раскрытием информации о собственниках, с ответственностью менеджмента и акционеров за искусственное доведение до банкротства. НБУ также перекрыл операции со связанными лицами и инсайдерские кредиты, увеличил требования к минимальному размеру уставного капитала, усилил ответственность за качество отчетности и аудита, внес изменения в политику резервирования и так далее. Одновременно с рынка были выведены неплатежеспособные банки и банки, которые фактически занимались нелегальными операциями. Поэтому мы увидели так называемый "банкопад", и вопрос заключался не только в новых требованиях по минимальному размеру уставного капитала, а в новых, единых для всех и прозрачных условиях игры, которые не устроили собственников многих банков.

Для страхового рынка нужно как можно скорее строить такой же подход, с акцентом на платежеспособность, ликвидность и минимальный капитал, который будет основой для выполнения обязательств даже в кризисной ситуации. Это очень сильно изменит мотивацию существующих собственников, для которых качественное управление компанией и прибыльность операций будут эквивалентны вопросу заработать или потерять свои деньги, вложенные в страховую компанию. Так что страховому рынку в ближайшем будущем предстоит пройти этот сложный путь изменений и обновления.

Как быстро это может произойти? Сколько еще необходимо времени, чтобы украинскому рынку стали доверять все?

- К сожалению, этот процесс не может быть быстрым, даже если мы пойдем по пути банковского сектора. На это у них ушло более двух лет, но при этом каждая задача решалась в рамках отдельного проекта, с привлечением лучших специалистов регулятора, международных доноров и представителей рынка. При этом даже сейчас, когда рынок очищен, доверие к банковскому сектору возвращается очень медленно. Поэтому чем быстрее мы начнем работу по очищению страхового рынка, тем быстрее у нас будет шанс увидеть позитивную динамику. В любом случае, это процесс поэтапный, и только на обновление регулятора и изменение законодательства уйдет несколько лет. Как только произойдет возврат доверия, это позволит рынку побороться за передачу части социальных функций от государства к страховщикам. Мы говорим о медицинском и пенсионном страховании, о страховании профессиональной ответственности. Например, страхование профответственности предпринимателей, с одной стороны, позволит защитить потребителей от ошибок исполнителей, а с другой стороны, поможет государству отказаться от многих контролирующих органов и многочисленных проверок бизнеса, таких как пожарная инспекция. Еще один пример – предоставление возможности предприятиям самостоятельно выбирать частного страховщика для страхования от несчастных случаев на производстве вместо государственного фонда.

Почему страховщики не могут объединиться и выйти с единой позицией, каждое из трех объединений лоббирует свои интересы?

- Как у коллег, у нас нет противоречий и мы очень часто находим общий язык, когда речь идет о профессиональных вопросах, связанных со страхованием - актуарных расчетах, вопросах резервирования, урегулирования убытков и многих других. Позиции разнятся только по поводу того, как быстро и в какой последовательности должна происходить очистка рынка, и когда игроки смогут соответствовать минимальным требованиям платежеспособности.

И вопрос даже не в том, двигаться ли нам в сторону европейских стандартов. Основная проблема в том, как должен выглядеть переходный период, чтобы дать шанс многим компаниям остаться на рынке и продолжать работать. Как только закончится этот этап, и рынок будет работать на единых правилах, вопрос объединения страховщиков решится сам собой.

Как вы оцениваете деятельность Моторного бюро, в частности, по пятибалльной шкале?

- После шоковой ситуации, в которой мы оказались с 2012-го по 2014 год, когда страховщики были практически отстранены от участия в управлении Моторным бюро, последние три года можно оценить на "5" по пятибалльной шкале. За это время было сделано очень многое. Мы вернулись к основам Моторного бюро: это саморегулирующееся объединение страховщиков, которое занимается развитием рынка ОСАГО. Среди ключевых изменений – перестройка оргструктуры Бюро, привлечение международного аудита, переход к прозрачному освещению всей финансовой информации, открытая инвестиционная политика, усиление ответственности за скорость и качество отчетности, запуск прямого урегулирования и многое другое.

У нас в работе по-прежнему много проектов, но цифры показывают качественные сдвиги во многих направлениях. Уже работает электронный европротокол, а проект по внедрению электронного полиса готов к запуску. Сказать, что мы выполнили всю дорожную карту, и все хорошо, конечно, нельзя. Мы понимаем, что в МТСБУ 55 компаний, среди которых есть очень устойчивые, клиентоориентированные компании; компании, которые стремятся быть такими; и откровенные временщики, которые все равно уйдут с этого рынка. Наша задача – вместе с регулятором выстроить такие условия, чтобы третья группа компаний исчезла, и чтобы на рынке больше не возникало новых пирамид.

И как это можно сделать?

- Основная роль в этом процессе лежит на регуляторе, который должен эффективно следить за платежеспособностью компаний. Если компания формирует достаточные резервы под будущие обязательства – все становится на свои места. Обеспечить этот подход – главная задача сегодня для этого рынка. Но кроме этого существуют и другие инструменты. Например, для того, чтобы рынок стал более прозрачным, однозначно нужно перейти к онлайн-полису. Сегодня около 10% полисов автогражданской ответственности - поддельные. К тому же. компании иногда уходят "по-английски" и не сдают полисы, которые затем вращаются по всему рынку. Страховщики часто не следят за своими агентами и не получают вовремя информацию о проданных полисах, либо получают ее с большим опозданием. Если будет введена система онлайн-регистрации полиса, когда он выдается автоматически с номером из ЦБД, мы сразу получим доступ к онлайн-отчетности по каждому игроку и по всему рынку в режиме реального времени.

Второй инструмент - это прямое урегулирование. Как только появится 100%-ное прямое урегулирование с участием всех членов Моторного бюро в этом процессе, сразу появится борьба за качество обслуживания клиентов и появится возможность экономически влиять на компанию. Если компания не может погасить долги в течение двух месяцев, значит, возникает вопрос о ее членстве в Моторном бюро. Это опять-таки заставило бы страховщиков правильно относиться к формированию резервов, аквизиционным расходам, ценообразованию и пр. Сейчас только 50% рынка участвует и менее 20% всех страховых событий урегулируется в этом режиме. Опыт двух кварталов показал, что все работает практически идеально, поэтому вопросов к этой модели, позаимствованной в Бельгии, нет. Нужно просто увеличить количество игроков, работающих по данной технологии, чтобы сработал эффект масштаба, и клиенты почувствовали существенное улучшение сервиса. Мы уже сегодня видим, что при прямом урегулировании клиенты получают возмещение в три раза быстрее, чем в стандартном процессе.

Я очень надеюсь, что позитивный опыт участников добровольного пула по прямому урегулированию будет привлекать все больше участников. Думаю, в ближайшее время в МТСБУ будет принято решение, что 100% компаний присоединятся к прямому урегулированию. Это в свою очередь, резко улучшит имидж данной услуги и отрасли в целом.

Как вы относитесь к нашумевшим действиям регулятора по проверке сроков внесения членами бюро информации о полисе ОСАГО в ЦБД и выполнила ли "АХА Страхование" его предписание?

- Такие встряски иногда нужны, полученный посыл от регулятора улучшил сроки внесения информации в базу примерно на четверть только за один месяц. В то же время, целевые показатели должны быть более реалистичными. Сегодня практически ни одна компания не в состоянии вносить данные в ЦБД в течение двух рабочих дней. В любом случае, если мы, как большинство стран, перейдем на онлайн-полис в среднесрочной перспективе, то эта проблема будет автоматически решена.

Можете озвучить краткий прогноз по страховому рынку Украины?

- Хорошие новости состоят в том, что рынок перестал падать и наконец-то демонстрирует положительную динамику. Классический рынок страхования в 2017 году вырастет примерно на 12-15%. С другой стороны, с учетом инфляции, этот рост недостаточный, чтобы нагнать упущенные за кризисные годы объемы. Без сильного регулятора, без дополнительных инвестиций в улучшение имиджа отрасли ожидать серьезного роста очень сложно.

На рынке остается, пожалуй, две заметные проблемы. Во-первых, если говорить о рисковом страховании, - это обязательное страхование автогражданской ответственности. Это более 7 млн автовладельцев, это обязательный вид страхования, и качество работы страховщиков в этом виде очень сильно влияет на имидж рынка. В ОСАГО не работает сугубо рыночный механизм, потому что сама конструкция этого вида страхования строится по другим мотивам, чем, например, в КАСКО, когда клиент ориентируется в первую очередь на надежность компании.

Есть второй рынок, тоже очень чувствительный, пусть и меньший по объему - накопительное страхование жизни. Тут как раз больше задействован механизм, схожий с банковским и имеющий те же проблемы, когда компании уходят, а люди теряют накопления по долгосрочным программам.

Все остальное, за исключением нескольких обязательных видов, которые не сильно влияют на общие цифры, это настоящий рынок, который регулируется простым способом - соотношение цена/качество и положительный опыт клиентов. И здесь все в порядке, здесь мы зависим только от экономики. Будет расти экономика, страхование последует за этим трендом опережающими темпами.

И последний вопрос: в чем залог работы успешной компании?

Когда 10 лет назад я пришел в компанию "АХА Страхование", то был приятно удивлен, прочитав ее философию и стратегию. Она полностью совпадала с той, которую я для себя вывел как "формулу счастливого менеджера". В стратегии АХА написано, что компания должна быть лучшей для своих акционеров, клиентов, сотрудников, партнеров и общества. Это означает, что акционеры должны получать прибыль, на которую они рассчитывают, инвестируя в акции, клиенты должны быть довольны самым высоким уровнем обслуживания, сотрудники должны быть вовлечены и лояльны, партнеры должны доверять компании на 100%. Компания должна быть социально ответственна, платить налоги и активно участвовать в развитии рынка.

Поэтому любой менеджер счастлив, если он видит, что по всем этим позициям ему удается правильно балансировать и достигать хороших результатов. Если показатели для всех участников находятся в "зеленой" зоне, то менеджер может считать себя счастливым руководителем, а компанию – успешной.

Украина > Финансы, банки > interfax.com.ua, 30 октября 2017 > № 2381204 Андрей Перетяжко


Россия > Финансы, банки > kremlin.ru, 27 октября 2017 > № 2368118 Эльвира Набиуллина

Встреча с Председателем Центрального банка Эльвирой Набиуллиной.

Э.Набиуллина информировала Президента о ситуации в банковской сфере, текущей работе Центробанка.

В.Путин: Эльвира Сахипзадовна, вначале я хотел бы, конечно, услышать Вашу оценку состояния банковской системы страны, финансовой системы. Потом, я знаю, Вы хотели мне рассказать о новых технологиях, о других составляющих текущей работы. Пожалуйста.

Э.Набиуллина: Банковская система и в целом финансовая система чувствуют себя стабильно. По основным показателям прибыльности и устойчивости вышли на уровень 2014 года, после достаточно сложных 2015–2016 годов.

Потихоньку растёт кредитование. Кредитование физических лиц показывает уже хорошие темпы роста, и начинается рост кредитования нефинансовых организаций, реального сектора экономики.

Банки накопили прибыль, а это есть источник капитала. Капитал как раз нужен банкам для того, чтобы развивать кредитование. И мы рассчитываем, и наши прогнозы показывают, что кредитование должно начать устойчиво расти.

Мы видим новые тенденции на банковском рынке. Я как раз хотела рассказать про финансовые технологии. Как везде технологическое развитие важно, оно важно также и в финансовой сфере. И мы видим уже, что это серьёзно меняет и бизнес-модель банков, и их отношения с клиентами.

Многие финансовые услуги стали представляться дистанционно. Мы видим, что за два года дистанционные платежи выросли в 1,8 раза. Например, платежи с использованием мобильных телефонов за прошлый год выросли на 90 процентов.

Растёт интернет-торговля. И по показателю развития финансовых технологий Россия не отстаёт от других стран, а по некоторым показателям мы даже превосходим. Например, мобильные банковские приложения, по оценкам, в полтора-два раза по функционалу выше, чем у наших европейских коллег.

Конечно, развитие финансовых технологий ставит несколько задач перед Центральным банком, перед регулятором. Первое – это развитие инфраструктуры. Второе – это защита прав граждан при использовании финансовых технологий. И третье – это, конечно, защита от кибератак.

По финансовой инфраструктуре хотела сказать, потому что сейчас много обсуждается и законодательных инициатив. На наш взгляд, это очень важно, чтобы мы не попали в ситуацию, в которой оказались три года назад, когда был ограничен доступ к финансовым рынкам, и мы срочно создавали и национальную систему платёжных карт, и перестраховочную компанию, развивали свои рейтинговые индустрии.

В финансовых технологиях мы также должны выстроить национальную инфраструктуру, которая позволит нам развиваться на собственной базе. Это, прежде всего, касается удалённой системы идентификации, сейчас идут поправки в законодательство. На наш взгляд, это очень важно, потому что люди действительно хотят уже получать услуги вне зависимости от того, где они находятся, в любое время суток, не приходя в офисы. Должна быть удалённая система идентификации, в том числе на основе биометрических данных. Мы видим, что некоторые банки начинают развивать эту систему. Но, на наш взгляд, она должна быть единая государственная, с уровнем защиты этих персональных данных, с возможностью обмена информацией, чтобы все могли развивать эти технологии, не только большие банки, большие участники, но и более мелкие участники.

Россия > Финансы, банки > kremlin.ru, 27 октября 2017 > № 2368118 Эльвира Набиуллина


Казахстан > Госбюджет, налоги, цены. Медицина. Финансы, банки > camonitor.com, 27 октября 2017 > № 2367416 Жамиля Баттакова

Веление времени

Времена не выбирают, в них живут. Причем стараются жить полноценной, яркой жизнью, а это возможно лишь в том случае, если человек здоров. Ну а здоровье наше во многом зависит и от уровня медицины, то есть от того, насколько лечебные учреждения соответствуют велению времени, и от степени ответственности каждого человека за собственное здоровье. Именно эта солидарная ответственность как раз и положена в основу обязательного социального медицинского страхования (ОСМС), внедрение которого и стоит сейчас на повестке дня. Ситуацию комментирует директор Национального центра проблем формирования здорового образа жизни Минздрава РК Жамиля Баттакова.

– Почему вдруг возникла необходимость в ОСМС?

– Обязательное социальное медицинское страхование внедряется с целью обеспечения финансовой устойчивости системы здравоохранения, развития конкуренции среди лечебных учреждений, повышения качества медицинской помощи. Система ОСМС разработана с учетом передового международного опыта и основана, как вы верно заметили, на солидарной ответственности государства, работодателя и каждого человека. При этом взносы за экономически неактивное население (есть у нас и такая категория граждан) будет делать государство, за наемных работников – работодатели. А вот самозанятые граждане и работники, зарегистрированные в налоговых органах, будут платить сами за себя. Вообще-то необходимость внедрения системы медицинского страхования назрела давно.

– Почему это произошло именно сейчас?

– Основная причина – увеличение затрат на здравоохранение. Произошло это потому, что возросла численность населения вследствие улучшения основных демографических показателей. Это рост рождаемости на 10 процентов, снижение смертности на 27 процентов, увеличение средней продолжительности жизни до 72-х лет. К слову сказать, средний возраст казахстанца на сегодняшний день составляет примерно 32 года. Но при этом больше стало неинфекционных заболеваний, прежде всего сердечнососудистых и онкологических. Учтем также инфляцию и удорожание стоимости лекарств, нового оборудования.

– С введением ОСМС будут ли оказываться медуслуги в рамках гарантированного объема бесплатной медицинской помощи?

– Конечно, будут. Но поймите правильно: гарантированный объем медицинской помощи порождает у большинства населения убеждение в том, что за их здоровье отвечает государство. На практике же здоровье граждан лишь на 20 процентов зависит от медицины, а в остальном – от образа жизни, влияния окружающей среды, генетики и т.д. Все эти проблемы в совокупности породили критическое отношение общества к существующей системе здравоохранения. А потому сложившаяся ситуация требует кардинального изменения подходов к финансированию и организации медицинской помощи. Проще говоря, реформы.

– А можно чуть подробнее о гарантированном объеме бесплатной медицинской помощи?

– Государство сохраняет за собой обеспечение граждан гарантированным объемом бесплатной медицинской помощи. Это работа скорой помощи и санитарной авиации. Это медицинская помощь при социально-значимых заболеваниях и в экстренных случаях, а также профилактические прививки. Сверх того – амбулаторно-поликлиническая помощь с амбулаторно-лекарственным обеспечением для непродуктивно самозанятого населения. К тому же в рамках ОСМС казахстанцам будет предоставлена амбулаторно-поликлиническая, стационарная и стационарно-замещающая помощь (за исключением социально-значимых заболеваний), а также лечение и медицинская реабилитация, сестринский уход, паллиативная и высокотехнологичная помощь.

Принципиальное отличие медстрахования заключается в том, что благодаря фиксированным взносам соответствующий фонд будет иметь и фиксированный финансовый доход. А это позволит создать специальный резерв для непредвиденных затрат в случае чрезвычайных ситуаций, когда резко и незапланированно возрастает количество госпитализаций и обращений граждан за медицинской помощью. Кроме того, с внедрением ОСМС будет действовать система стратегических закупок медуслуг, и фонд уже на этапе заключения договоров будет ставить клиникам условия, касающиеся предоставления услуг, – условия, которые должны неукоснительно соблюдаться.

– И все-таки, в чем преимущества ОСМС?

– Во-первых, медицинскую помощь вы сможете получать в любой клинике по вашему выбору, если эта клиника заключила контракт с Фондом социального медицинского страхования (ФСМС). В этом случае ее расходы на оказание всего спектра медицинских услуг в рамках системы обязательного социального медицинского страхования будут полностью покрыты фондом.

Во-вторых, вы будете освобождены от всех видов дополнительных платежей за услуги, предусмотренные гарантированным объемом бесплатной медицинской помощи и ОСМС.

В-третьих, вы получите полный доступ к расширенному и улучшенному по составу перечню лекарственных средств, которые предоставят вам в любой аптеке, зарегистрированной фондом как поставщик фармацевтических услуг.

В-четвертых, вы сможете получать информацию о взносах, перечисленных в вашу пользу в ФСМС, и услугах, полученных вами в медицинских организациях.

В-пятых, фонд гарантирует защиту прав и интересов застрахованных граждан в случае некачественного обслуживания.

Таким образом, с введением ОСМС значительно повысится уровень оказания медицинской помощи в стране и появится возможность увеличить зарплату врачам, а больницы смогут приобретать высококлассное оборудование и дорогие медикаменты. ОСМС позволит человеку пройти обследование и в случае необходимости получить лечение, не выделяя на эти цели наличные средства из своего кармана.

– Итак, что мы получаем с внедрением ОСМС?

– Мы получаем, прежде всего, доступность качественной медицинской помощи. Далее, мы получаем систему здравоохранения, способную отвечать возросшим потребностям населения. Как результат – улучшение здоровья, увеличение продолжительности жизни. Кроме того – расширение амбулаторно-лекарственного обеспечения и снижение уровня неформальных платежей на здравоохранение.

Автор: Адольф Арцишевский

Казахстан > Госбюджет, налоги, цены. Медицина. Финансы, банки > camonitor.com, 27 октября 2017 > № 2367416 Жамиля Баттакова


Россия > Финансы, банки > minfin.ru, 26 октября 2017 > № 2367001 Леонид Шнейдман

Интервью изданию РБК+ Директора Департамента регулирования бухгалтерского учета, финансовой отчетности и аудиторской деятельности Леонида Шнейдмана

Об изменениях на аудиторском рынке

Шнейдман Леонид Зиновьевич

Директор Департамента регулирования бухгалтерского учета, финансовой отчетности и аудиторской деятельности

О грядущих изменениях на аудиторском рынке РБК+ рассказал директор департамента регулирования бухгалтерского учета, финансовой отчетности и аудиторской деятельности Минфина РФ Леонид Шнейдман.

— По официальной статистике Минфина, продолжает уменьшаться число аудиторов и аудиторских организаций. На начало 2014 года аудиторов было 23 тыс., аудиторских организаций — 4,7 тыс., на начало 2017-го — 19,6 тыс. и 4,4 тыс. соответственно. Причем в 2016 году количество аудиторов уменьшилось почти на 2 тыс. — это почти втрое больше, чем в 2015-м. Как вы объясните такую динамику?

— Вы называете количество лиц, имеющих право вести аудиторскую деятельность. Но совсем не обязательно, что все эти люди и организации действительно оказывают аудиторские услуги. Количество фактически оказывающих аудиторские услуги всегда меньше, чем количество имеющих на это право. Если же смотреть на количество именно работающих аудиторов и аудиторских организаций — оно почти не меняется на протяжении достаточно долгого времени; для нас это более важный показатель, свидетельствующий, если хотите, о стабильности ситуации в отрасли.

— А остальные, те, кто имеет право, но не пользуется, — получается, они просто платят взносы в саморегулируемые организации, ничего не получая взамен?

— Платят или не платят — это вопрос взаимоотношений СРО со своими членами. Относительно же мотивации, есть очень много причин иметь действующий квалификационный аттестат. Самая очевидная — наличие профессионального аттестата повышает стоимость специалиста на рынке труда в смежных областях; так, многие главные бухгалтеры имеют аттестат аудитора, не занимаясь собственно аудитом и используя этот аттестат как признаваемое бизнесом и государством подтверждение квалификации. Специалисты, занятые во внутреннем контроле в организациях, имеют аттестаты аудитора — это тоже рассматривается как подтверждение профессионализма.

— Давайте тогда о статистике по организациям. В 2015 году очень резко выросла доля организаций, которым менее одного года от роду, в 2016-м она тоже была на высоком уровне — 7,2 и 6,1% соответственно в сравнении с 3,5% в 2013 году. И это на фоне общей стагнации рынка. Это что — фирмы-однодневки усилили присутствие?

— Не думаю. С нашей точки зрения, важнее другой показатель — доля аудиторских организаций, которые работают на рынке более пяти лет. Эта доля устойчиво растет — в 2016-м таких компаний было 79,3 против 77,4% в 2013-м. Что касается роста доли новых компаний в 2015 году — это во многом итоги 2014-го, то есть до начала усиления регулирования и надзора на аудиторском рынке. Сейчас, по нашим ощущениям, ситуация уже иная.

— Вы сказали об ужесточении регулирования — что конкретно произошло?

— В 2016 году это прежде всего укрупнение саморегулируемых организаций аудиторов. В этом году меры, направленные на усиление надзора на аудиторском рынке, вовлечение в эту деятельность Банка России. Эти новации сказываются на количестве тех, кто рассматривает возможность выхода на рынок аудита.

— Не очень понятно. Укрупнение СРО было сопряжено с необходимостью переманивания новых членов — логично предположить, что это сопровождалось не усилением, а ослаблением контроля…

— Давайте разделим этапы преобразования саморегулируемых организаций и обычной их работы. Конечно, на этапе, когда СРО надо было выполнять численные критерии, могло быть ослабление контроля качества. Но даже тогда существенного снижения уровня требований СРО к своим членам мы не наблюдали. Укрупнение саморегулируемых организаций позволит, с нашей точки зрения, повысить требовательность к аудиторам. — А процесс укрупнения СРО — он закончен? Число аудиторов, аудиторских организаций сокращается по одной-две сотни в год. Есть ли опасность, что в некий момент не найдется места даже для двух СРО, способных выполнить требования законодательства по числу членов?

Наша позиция по данному вопросу не изменилась: в интересах аудиторской профессии — единая сильная саморегулируемая организация, оснований для множественности СРО на данном рынке мы не видим. А что реально будет происходить с саморегулируемыми организациями — дело профессии. В аудите в отличие от многих иных сфер эти институты не насаждались извне, они исторически возникли из потребностей самой профессии. Другое дело, что на определенном этапе государство призвало профессию к тому, чтобы это были крупные институты, чтобы прекратилось совершенно неоправданное соревнование между ними. Так что сама аудиторская профессия должна решить, что дальше будет с СРО.

— А что происходит в части государственного надзора? На смену упраздненному Росфиннадзору пришло казначейство, оно проводит проверки работы аудиторов общественно значимых организаций. По вашему ощущению, этот госконтроль повышает качество работы аудиторов? Какова динамика числа выявленных нарушений?

— Практически с первого года существования такого независимого от аудиторской профессии надзора стало очевидно, что он оказывает очень дисциплинирующее влияние на аудиторов. Это отмечают и независимые эксперты, и мы видим по некоторым признакам, порой косвенным. Пока мы находимся все еще на этапе становления внешнего надзора за аудиторскими организациями. По-прежнему во многом это формальный контроль, при котором проверяется соблюдение буквы аудиторских стандартов — наличие предусмотренных документов, соблюдение всех установленных процедур. Однако постепенно проверяющие начинают рассматривать действия аудитора по существу — каким образом оценивались те или иные факты аудитором, соблюдались ли принципы, которые установлены аудиторскими стандартами, при оценке того или иного события, сделки, факта хозяйственной жизни клиента. Проверяющие высказывают собственные суждения, подчас отличные от тех, которые высказал аудитор. Возникает дискуссия между аудитором и проверяющим, в этой дискуссии выявляется, как это действительно должно было быть оценено. Мы рассматриваем такой подход как очень положительное явление.

— Введение международных стандартов аудита с этого года какую роль играет в этих процессах?

— Пока рано делать выводы. Мы официально перешли к применению международных стандартов аудита с 1 января 2017 года. Но по контрактам, заключенным в прошлом году, аудиторам была предоставлена возможность работать в рамках прежнего регулирования, чтобы не менять условия договоров и сам процесс подготовки аудиторских заключений. Думаю, что самые предварительные выводы можно будет сделать только по итогам 2017 года, а серьезно проанализировать влияние перехода на МСА — по результатам аудиторских сезонов 2019–2020 годов.

— Но все-таки, по ощущениям, у тех, кто работает по международным стандартам, больше ли процент модифицированных заключений, например?

— Это не совсем корректная постановка вопроса. От того, какими стандартами вы пользуетесь, не зависит количество выданных модифицированных заключений. Что ясно уже сегодня — при работе по МСА повышается информативность аудиторских заключений. В особенности в отношении тех организаций, чьи ценные бумаги обращаются на организованных рынках, потому что для них международными стандартами предусмотрено применение расширенной формы аудиторского заключения.

— Вы упомянули публичные компании, чьи ценные бумаги обращаются на биржах. Что для них изменится в связи с появлением на рынке еще одного регулятора — Банка России?

— Подключение Центрального банка к надзору на аудиторском рынке планируется не только в отношении аудиторских организаций, обслуживающих публичные компании, но всех общественно значимых организаций. Это все те клиенты, деятельность которых имеет существенное значение для экономики России, чья отчетность представляет общественный интерес.

— Какой дополнительный функционал будет задействован в надзоре, зачем понадобилось привлекать ЦБ в качестве дополнительного регулятора?

— Дополнительного, двойного надзора не будет. Предполагается, что надзор за аудиторами общественно значимых организаций будет осуществлять в полной мере Банк России. Такого, что два органа надзирают за одними и теми же аудиторскими организациями, не будет. В системе Банка России сконцентрированы большие объемы информации, позволяющие более глубоко подходить к оценке работы аудиторских организаций, проверяющих общественно значимые компании. Центробанк осуществляет надзор за банками и некредитными финансовыми организациями, регулирует деятельность публичных компаний — эмитентов на фондовом рынке. Это дает возможность посмотреть на данные компании с иной стороны и сравнить данные регулятора с мнением независимых аудиторов.

— Не очень понятно тогда, о какой независимости аудиторских заключений может идти речь. ЦБ задает правила игры, осуществляет надзор за участниками рынка, а вдобавок еще за теми, кто дает независимую оценку их отчетности…

— Такая проблема действительно существует. Задача заключается в том, чтобы найти приемлемые механизмы, которые обеспечат реальную независимость аудиторов. Если же такие механизмы не будут найдены, то, на наш взгляд, стоит еще раз оценить предлагаемые новации.

— Сейчас обсуждается возможность изменения законодательства в части требований к обязательному аудиту — в частности, поднятие минимальных требований к финансовым показателям предприятий, для которых аудит обязателен. В чем идея новаций, каково отношение к ним Минфина?

— В Госдуму внесен законопроект, который предусматривает пересмотр сферы обязательного аудита. Ничего революционного в этом нет, о таком пересмотре речь шла довольно давно — например, в прошлом году, когда работали над концепцией дальнейшего развития аудиторской деятельности в стране. Корректировка сферы обязательного аудита была названа одним из направлений работы. Предпринята попытка более точно определить круг реальных пользователей результатов аудита, тех, для кого действительно важна деятельность аудитора. В тех случаях, когда ясно, что заинтересованных лиц нет или им требуется не столько аудит отчетности, сколько иная услуга аудитора, от обязательного аудита предложено отказаться. Сейчас эти предложения будут обсуждаться в Государственной думе. Я думаю, что по результатам обсуждений будет выработана более точная модель обязательного аудита в отношении круга организаций, на которые распространяется данная процедура.

— Кого освободят от повинности, если в общих чертах?

— Прежде всего, это должно коснуться ряда предприятий малого бизнеса.

— По официальной классификации малый бизнес у нас — до 800 млн руб. годовой выручки, а обязательный аудит — с 400 млн. Выпадение из сферы обязательного аудита предприятий с выручкой 400–800 млн руб. сильно скажется на рынке аудиторских услуг?

— Если законодатель установит именно такие критерии — да, это затронет значительную часть аудиторского рынка.

— Всего, по данным Минфина, доля обязательного аудита — примерно 90% рынка аудиторских услуг, а сегмент предприятий с выручкой 400–800 млн — это сколько?

— Доля аудиторских клиентов с выручкой менее 400 млн руб. составляет порядка 65% общего числа клиентов, с выручкой от 400 млн до 1 млрд руб. — еще 16%. Однако, обсуждая эти инициативы, по нашему мнению, надо ориентироваться на интересы экономики в целом, а не только на интересы отдельной ее сферы. Для многих малых предприятий, особенно стартапов, обязательный аудит действительно выглядит неоправданной обузой.

Россия > Финансы, банки > minfin.ru, 26 октября 2017 > № 2367001 Леонид Шнейдман


Казахстан > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки. СМИ, ИТ > kapital.kz, 26 октября 2017 > № 2365875 Данияр Акишев

Три вопроса Данияру Акишеву

Жесткая политика НБ РК, пенсионная реформа и отношение к криптовалютам

Вчера глава Нацбанка Данияр Акишев, выступая на пресс-конференции в Астане, ответил на вопросы «Капитал.kz» по денежно-кредитной политике финансового регулятора, пенсионной реформе и отношении к криптовалютам, в частности к биткоину.

Так, комментируя ситуацию вокруг перманентных обвинений в адрес Национального банка, что, он дескать, суров и проводит такую же суровую политику по отношению к участникам рынка, глава Нацбанка несказанно удивился.

«Насчет жесткой денежно-кредитной политики, я не знаю, кто такое определение дает. Когда Национальный банк снижает за полтора года свою базовую ставку с 17% до 10,25%, спросите у любого экономиста, — это жесткая денежно-кредитная политика или нет. А между тем Нацбанк снизил ставку почти в два раза. Поэтому, я думаю, что здесь не совсем правильная терминология используется отдельными людьми и все начинают подхватывать это как некую истину в последней инстанции», — ответил на наш вопрос Данияр Акишев.

Председатель НБ РК убежден, что финрегулятор как раз-таки ослабляет денежно-кредитную политику.

«Вот если бы мы поднимали ставки, вот тогда бы речь шла о том, что Нацбанк что-то ужесточает», — парировал Данияр Акишев.

Тем не менее он обратил внимание на то, что в условиях низких ставок на фоне того уровня инфляции, который сегодня имеется в Казахстане, мы все равно видим, что переток денег в реальный сектор экономики происходит далеко не всегда.

«Но проблема здесь не в ставках, а в том кредитном риске, который находится в реальном секторе экономики», — заверил глава НБ РК.

Он разъяснил свою позицию, приведя в качестве примера программу оздоровления банковского сектора. Например, чтобы кредитовать экономику, каждый банк должен обладать неким капиталом — буфером, чтобы брать на себя риск кредитования. Но оно сейчас не растет, ведь, оценивая риски, банки понимают, что не в состоянии расширять кредитование реального сектора. Для этого вначале нужно решить проблему капитала.

Причем уже сейчас Нацбанк одобрил вхождение в программу 4 БВУ: деньги на докапитализацию «четверки» уже находятся в процессе оформления. Притом что сам характер и схема выделения государственных денег на помощь банкам тем более не дают оснований заподозрить Нацбанк в излишней жесткости и суровости.

Таким образом, финрегулятор на возвратной основе войдет в капитал второго уровня коммерческих банков в виде субординированных облигаций. Это означает, что, действительно, капитал банков улучшается и это дает им возможность признать их убытки, которые накопились в последнее время. Акционеры банков в ответ берут на себя обязательства — они должны в течение пяти лет половину той суммы, которую предоставило государство, влить в виде денежных инвестиций в свои банки. А это достаточно серьезные суммы.

«К тому же банки обязаны по плану надзорных мероприятий обеспечить ту политику, которую мы считаем наиболее правильной и наиболее ответственной. Не должно быть кредитов, выдаваемых связанным сторонам, не должно быть кредитов без залогов и т. д. Банки согласились с этим. Но если вдруг какой-то из банков не выполнит эти требования, у этих субординированных облигаций, которые Нацбанк приобретает у них, имеются свойства — перевернуться в капитал первого уровня, что по сути будет означать, что эти банки перейдут под контроль государству. Но, я не думаю, что акционеры этих банков испытывают желание потерять свой бизнес. Я полагаю, что они начнут выполнять все обязательства регулятора и работать над восстановлением кредитования экономики», — разъяснил ситуацию Данияр Акишев.

Что касается Bank RBK, то председатель Нацбанка не пролил свет на его дальнейшую судьбу, ограничившись лишь сухим комментарием о продолжающихся переговорах между акционерами, кредиторами и самим финансовым регулятором.

В то же время, отвечая на наш вопрос о перспективах допуска к управлению вкладами в Едином накопительном пенсионном фонде (ЕНПФ) частных управляющих компаний, Данияр Акишев назвал эту идею не только правильной и полезной, но и весьма своевременной. По его словам, ЕНПФ может оставаться единым учетным центром, единым окном для всех вкладчиков, но одновременно использовать те опции, которые были при предыдущей модели пенсионной системы, когда в Казахстане действовал конкурентный рынок между накопительными пенсионными фондами.

«Я считаю, что этот микс с учетом тех ошибок, которые были сделаны, позволит создать нормальную систему. Поэтому мы все эти предложения направили в правительство Казахстана, там сейчас на площадке Совета по экономической политике мы ведем интенсивное обсуждение оптимальной модели будущего управления ЕНПФ», — прокомментировал Данияр Акишев.

Интересно, что наряду с разнообразием в управлении ЕНПФ, глава Нацбанка предложил допустить и определенное микширование денежных пенсионных средств по принципу мультивалютных корзин. То есть часть пенсионных накоплений хранить в иностранной валюте, часть — в национальной. Более того, несвоевременный перевод части пенсионных сбережений граждан в иностранную валюту Данияр Акишев посчитал оплошностью, которая требует своего исправления.

«Должен сохраняться баланс. Мы считаем, что если треть пенсионных активов граждан будет инвестирована в иностранную валюту, то мы сможем защитить пенсионные накопления от любых будущих рисков. К сожалению, это не было сделано раньше, но мы делаем это сейчас, для того чтобы пенсионные активы были в сохранности и никакие риски на них не влияли», — сказал он.

Напоследок, отвечая на вопрос «Капитал.kz» об обновлении исторического максимума биткоина на уровне более $6,1 тыс. и чем рынок криптовалют может грозить экономике Казахстана, Данияр Акишев честно признался, что он до сих пор не совсем понимает, что такое криптовалюта.

«Это инструмент, который не имеет нормального эмитента, не имеет единого централизованного органа и, скорее всего, он не подкреплен ничем. Его стоимость основана на спекулятивных операциях. Поэтому обеспечить дальнейшую сохранность тех активов, которые люди инвестируют или хотят инвестировать в подобного рода криптовалюты, как биткоин, сейчас не берется никто. И если вдруг произойдет сдувание этого пузыря, то что будет происходить с теми людьми, которые инвестировали деньги в биткоин?! Я догадываюсь, что они могут прийти к государству и спросить: почему вы нас вовремя не предупредили. Поэтому я сейчас предупреждаю: эти операции несут большой риск», — ответил глава Нацбанка.

Более того, по признанию Данияра Акишева, Нацбанк уже отправил свои предложения в кабмин: финрегулятор требует запретить рассчитываться за криптовалюту в тенге и закрыть компании, которые генерируют биткоин или другие криптовалюты.

Казахстан > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки. СМИ, ИТ > kapital.kz, 26 октября 2017 > № 2365875 Данияр Акишев


Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 25 октября 2017 > № 2364499 Умут Шаяхметова

Умут Шаяхметова прокомментировала программу оздоровления банков РК

Ирина ЛЕДОВСКИХ

«Если у банка интересная бизнес-модель, то, конечно, эта программа поможет. Но если у банка нет живой модели развития, то им помогать бесполезно», такое мнение высказала глава группы Halyk Умут Шаяхметова, отвечая на вопрос о новой программе по повышению финансовой устойчивости банков РК.

«В целом, программа положительная, позитивно к ней отношусь. Другой вопрос - применение ее к тому или иному банку. Мне кажется, некоторым банкам программа реально поможет, потому что требуется одноразовая поддержка для формирования больших провизий, капитала. Если у банка есть хорошая бизнес-модель и он четко понимает, где, на каких продуктах, клиентах, рынках в будущем будет зарабатывать, то это однозначно помогает.

Другими словами, если все-таки фундаментально банк «живой» в плане бизнеса и доходов, то эффект будет. В то же время в стране есть банки, у которых нет «живой» бизнес-модели, есть нюансы по их сегодняшней деятельности. Для них, наверное, программа будет бесполезна, к тому же может быть потеря денег», - сказала Умут Шаяхметова.

На пресс-конференции в среду топ-менеджеры Halyk банка и ККБ анонсировали запуск продукта, который позволит совершать платежи с помощью QR-кода.

«Теперь любой предприниматель сможет принимать безналичные средства при нулевых инвестициях с его стороны в платежную инфраструктуру. Аналогичным образом любой владелец смартфона и карты Qazkom сможет легко и безопасно оплачивать покупки практически в любой торговой точке по Казахстану, – с гордостью рассказал о новой услуге управляющий директор Qazkom Нурлан Жагипаров. – Эта технология впервые применяется не только в Казахстане, но и на пространстве СНГ».

На пресс-конференции присутствовали представители популярных интернет-магазинов, компаний сектора телеком, и им, безусловно, новинка понравилась, а банкиры пообещали «высокотехнологичным казахстанцам» уже на следующей неделе запустить инновацию на рынок безналичных платежей.

Но журналисты ожидали иного – представителей четвертой власти, как всегда, увлекают только «скандалы-интриги-расследования», поэтому пресс-служба в самом начале брифинга запретила задавать вопросы «не по теме». В итоге больше часа журналисты томились, выслушивая вопросы профессионалов рынка и ожидая хоть какого-то негатива. «Ну, а недостатки есть у вашей системы?» – не удержались журналисты. В ответ представитель компании Visa в регионе стран СНГ и Юго-Восточной Европы довольно пространно рассказал о преимуществах нового продукта.

Как только закончилась пресс-конференция, журналисты выстроились в очередь за комментариями к главе Народного Банка, и у всех в глазах читалось «ну не зря же я пришел (-ла) сюда, не рекламу же бесплатно делать».

Но в этот раз председатель правления АО «Народный банк Казахстана» Умут Шаяхметова была суха и немногословна. И лишь в ответ на вопрос «Къ» об интеграции Qazkom и Halyk она не удержалась от интриги: «Все идет своим чередом, команды нашли общий язык, мы хорошо работаем, но обо всем расскажем чуть позже на отдельной пресс-конференции».

Что касается нового Налогового кодекса, то на вопрос «Къ», позволит ли он банкирам списывать просроченные займы, г-жа Шаяхметова заметила: «Это всем банкам поможет, но самую большую пользу от новых поправок получат физические лица и предприниматели. Ведь сейчас, списывая долги бизнеса, мы платим 10% в качестве налога. Мы давно ждали этих изменений, очень им рады. Я думаю, что по Qazkom и Halyk будут списаны долги в миллиардах тенге».

При этом Умут Шаяхметова категорически отказалась комментировать ситуацию в АО Bank RBK.

Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 25 октября 2017 > № 2364499 Умут Шаяхметова


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 25 октября 2017 > № 2364452 Ангелина Кречетова

Проверка на прочность: зачем создатели вируса BadRabbit атаковали СМИ и банки

Ангелина Кречетова

Редактор Forbes.ru

Финансовая выгода от подобных WannaCry и NotPetya атак в сравнении со сложностью их проведения крайне мала, считают опрошенные Forbes эксперты.

Вирус-шифровальщик Bad Rabbit, атаке которого накануне подверглись российские СМИ, пытался атаковать и российские банки из топ-20, рассказали Forbes в Group-IB, которая занимается расследованием и предотвращением киберпреступлений. Уточнить подробности об атаках на кредитные организации представитель компании отказался, пояснив, что Group-IB не раскрывает информацию о клиентах, использующих ее систему обнаружения вторжений.

По данным специалистов по кибербезопасности, попытки заражения вирусом инфраструктур российских банков происходили 24 октября с 13:00 до 15:00 мск. В Group-IB считают, что кибератаки продемонстрировали более качественную защиту банков по сравнению с компаниями небанковского сектора. Ранее в компании сообщили, что новый вирус-шифровальщик, вероятно, связанный с июньской эпидемией шифровальщика NotPetya (на это указывают совпадения в коде), атаковал российские СМИ. Речь шла об информационных системах агентства «Интерфакс», а также серверах петербургского новостного портала «Фонтанка». Кроме того, вирус ударил по системам Киевского метрополитена, министерства инфраструктуры Украины, Международного аэропорта «Одесса». NotPetya летом поразил энергетические, телекоммуникационные и финансовые компании преимущественно на Украине. За расшифровку файлов, зараженных вирусом BadRabbit, злоумышленники требуют 0,05 биткойна, что по текущему курсу примерно эквивалентно $283 или 15 700 рублям.

В «Лаборатории Касперского» уточнили, что в этот раз большинство жертв хакеры выбрали в России. Однако похожие атаки в компании зафиксировали на Украине, Турции и Германии, но «в значительно меньшем количестве». «Все признаки указывают на то, что это целенаправленная атака на корпоративные сети. Используются методы, похожие на те, что мы наблюдали в атаке ExPetr, однако связь с ExPetr мы подтвердить не можем», — сообщил представитель компании. Собеседник Forbes добавил, что все продукты «Лаборатории Касперского» «детектируют эти вредоносные файлы как UDS:DangerousObject.Multi.Generic».

Как защититься?

В целях защиты от этой атаки в «Лаборатории Касперского» рекомендовали использовать антивирус с включенным KSN и модулем «Мониторинг системы». «Если не установлено защитное решение «Лаборатории Касперского», мы рекомендуем запретить исполнение файлов с названиями c:\windows\infpub.dat и C:\Windows\cscc.dat с помощью инструментов системного администрирования», — посоветовал руководитель отдела антивирусных исследований «Лаборатории Касперского» Вячеслав Закоржевский.

В Group-IB отмечают, чтобы вирус не смог зашифровать файлы, «необходимо создать файл C:\windows\infpub.dat и поставить ему права «только для чтения». После этого даже в случае заражения файлы не будут зашифрованы, говорится в сообщении компании. В то же время нужно оперативно изолировать компьютеры, которые были замечены в пересылке подобных вредоносных файлов, чтобы избежать масштабного заражения других компьютеров, подключенных к сети. После этого пользователям необходимо убедиться в актуальности и целостности резервных копий ключевых сетевых узлов.

Когда первичные действия выполнены, пользователю советуют обновить операционные системы и системы безопасности, параллельно заблокировав IP-адреса и доменные имена, с которых происходило распространение вредоносных файлов. Group-IB рекомендует сменить все пароли на более сложные и поставить блокировку всплывающих окон, а также запретить хранение паролей в LSA Dump в открытом виде.

Кто стоит за атакой BadRabbit

В 2017 году уже было зафиксировано две крупнейших эпидемии шифровальщиков — WannaCry (атаковал 200 000 компьютеров в 150 странах мира) и ExPetr. Последний — Petya и одновременно NotPetya, отмечают в «Лаборатории Касперского». Теперь, по мнению компании, «начинается третья». Имя нового вируса-шифровальщика Bad Rabbit «написано на странице в даркнете, на которую его создатели отправляют за выяснением деталей», уточняют в компании. В Group-IB полагают, что Bad Rabbit является модифицированной версией NotPetya с исправленными ошибками в алгоритме шифрования. В частности, код Bad Rabbit включает в себя блоки, полностью повторяющие NotPetya.

В ESET Russia соглашаются, что использовавшееся в атаке вредоносное ПО «Win32/Diskcoder.D» – модифицированная версия «Win32/Diskcoder.C», более известного как Petya/NotPetya. Как уточнил Виталий Земских, руководитель поддержки продаж ESET Russia, в беседе с Forbes, статистика атак по странам «в значительной степени соответствует географическому распределению сайтов, содержащих вредоносный JavaScript». Таким образом, большая часть заражений пришлась на Россию (65%), следом идут Украина (12,2%), Болгария (10,2%), Турция (6,4%) и Япония (3,8%).

Заражение вирусом Bad Rabbit происходило после захода на взломанные сайты. На скомпрометированные ресурсы в HTML-код хакеры загрузили JavaScript-инжект, который показывал посетителям поддельное окно, предлагающее установить обновление Adobe Flash плеера. Если пользователь соглашался на обновление, то на компьютер устанавливался вредоносный файл с именем «install_flash_player.exe». «Заразив рабочую станцию в организации, шифратор может распространяться внутри корпоративной сети через протокол SMB. В отличие от своего предшественника Petya/NotPetya, Bad Rabbit не использует эксплойт EthernalBlue – вместо этого он сканирует сеть на предмет открытых сетевых ресурсов», — говорит Земских. Следом на зараженной машине запускается инструмент Mimikatz для сбора учетных данных. Кроме того, предусмотрен жестко закодированный список логинов и паролей.

Информации о том, кто организовал хакерские атаки пока нет. В то же время, по мнению Group-IB, похожие по характеру массовые атаки WannaCry и NotPetya могли быть связаны с хакерскими группировками, финансируемыми государствами. Специалисты делают такой вывод на основании того, что финансовая выгода от подобных атак в сравнении со сложностью их проведения «ничтожна». «Скорее всего это были не попытки заработать, а проверить уровень защиты сетей критической инфраструктуры предприятий, госведомств и частных компаний», — заключают эксперты. Представитель Group-IB подтвердил Forbes, что последний вирус — Bad Rabbit – может оказаться проверкой защиты инфраструктур госведомств и бизнеса. «Да, это не исключено. Учитывая, что атаки велись точечно — по объектам критической инфраструктуры — аэропорт, метрополитен, госучреждения», — поясняет собеседник Forbes.

Отвечая на вопрос о виновных в последней атаке, в ESET Russia подчеркивают, что используя только инструменты антивирусной компании, провести качественное расследование и установить причастных невозможно, это задача специалистов другого профиля. «Мы как антивирусная компания выявляем методы и цели атак, вредоносные инструменты атакующих, уязвимости и эксплойты. Поиск виновных, их мотивов, государственной принадлежности и прочее – не наша сфера ответственности», — заявил представитель компании, пообещав сделать выводы о назначении Bad Rabbit по итогам расследования. «К сожалению, в ближайшей перспективе мы увидим немало подобных инцидентов – вектор и сценарий данной атаки показали высокую эффективность», — делают прогнозы в ESET Russia. Собеседник Forbes напоминает, что на 2017 год компания прогнозировала рост числа целевых атак на корпоративный сектор, прежде всего, на финансовые организации (более чем на 50%, по предварительным оценкам). «В настоящее время эти прогнозы сбываются, мы наблюдаем рост числа атак в сочетании с увеличением ущерба пострадавших компаний», — признает он.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 25 октября 2017 > № 2364452 Ангелина Кречетова


Казахстан. США. Сингапур > Финансы, банки. СМИ, ИТ > inform.kz, 25 октября 2017 > № 2363772 Данияр Акишев

Я до сих пор не очень понимаю, что такое криптовалюты - глава Нацбанка

Председатель Национального банка Казахстана Данияр Акишев высказался о таком понятии, как криптовалюта, передаёт корреспондент МИА «Казинформ». «Я не очень понимаю, что такое криптовалюты до сих пор, с точки зрения даже профессиональной оценки. Это инструмент, который не имеет нормального эмитента, который не имеет единого централизованного органа. Скорее всего, не подкреплен ничем, и его стоимость основана исключительно на спекулятивных операциях. Поэтому обеспечить дальнейшую сохранность тех активов, в которые люди инвестируют или хотят инвестировать, сейчас не берется никто. Если вдруг произойдет «сдувание этого пузыря», то, что будет происходить с людьми, которые инвестируют?!

Я догадываюсь, что они могут прийти к государству и сказать: «Почему вы нас вовремя не предупредили об этом?» - поделился он в ходе пресс-конференции в Службе центральных коммуникаций.

Глава Нацбанка предупредил казахстанцев, что такие операции рискованные. Он напомнил о предложении финрегулятора в Правительство ввести ряд ужесточений, в том числе запретить рассчитываться за криптовалюты нацвалютой, запретить деятельность компаний, которые генерируют эту криптовалюту.

При этом международный финансовый центр «Астана» планирует превратить территорию выставки «ЭКСПО-2017» в криптодолину.

«Одни центральные банки поддерживают это направление, другие - внимательно присматриваются. В США и Сингапуре деятельность криптоэкономики хотят приравнять к обычной деятельности в финансовой сфере. В Швейцарии это направление поощряют сильно, в Японии поддерживают некоторые криптовалюты как платежное средство. Мы в этом направлении хотели сказать, что МФЦА как раз будет находиться на «острие бритвы» с точки зрения понимания тех процессов, которые происходят. Но с другой стороны мы отвечаем за вопросы финансовой стабильности, регулирования тех или иных финансовых институтов», - сказал управляющий МФЦА Кайрат Келимбетов на пресс-конференции в Правительстве 20 сентября.

Казахстан. США. Сингапур > Финансы, банки. СМИ, ИТ > inform.kz, 25 октября 2017 > № 2363772 Данияр Акишев


Италия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > bankir.ru, 25 октября 2017 > № 2363633 Антонио Фаллико

Антонио Фаллико: «Я не вижу другого применения криптовалюты, кроме как для спекуляций»

Антонио Фаллико, председатель совета директоров итальянского банка «Интеза»

Беседовала: Милена Бахвалова, редактор Банки.Ру

Аккредитив, работающий на платформе блокчейна — мгновенный и очень дешевый — может появиться на рынке уже в следующем году. Правда, не в России. О том, как один из крупнейших европейских банков пытается применить блокчейн, о возможной замене SWIFT и «огосударствлении» криптовалюты в интервью Банкир.ру рассказал председатель совета директоров итальянского банка «Интеза» Антонио Фаллико.

— Intesa San Paolo входит в консорциум R3(занимается разработкой и применением технологий блокчейн в финансовой сфере - Прим.Ред), как вы оцениваете этот проект и каковы результаты этого сотрудничества?

— В рамках Консорциума R3 мы хотели посмотреть, можно ли сделать с финансовые продукты более надёжными, более прозрачными и более дешёвыми с помощью блокчейн.

Продукт, который получил наибольший успех в ходе этих экспериментов — это аккредитив. Аккредитив всегда сопровождается огромным количеством документов, а технология блокчейн как раз и способна сделать этот инструмент более простым и безопасным.

Допустим, вы продаете моему клиенту некий товар. Чтобы вы могли получить деньги от моего клиента, то есть, чтобы я разблокировал аккредитив, и, как банк моего клиента, перевел эти деньги в ваш банк, вы должны предоставить мне свидетельство о грузе, таможенные справки, анализ качества товара (который обычно делает известный международный игрок). А также множество другой информации. На доставку и проверку документов уйдет месяц. То есть, вы теряете 30 дней. С помощью блокчейн пересылку и проверку документов можно сделать мгновенно. Проблемы с таможней тоже решаются почти мгновенно.

Это определенно технология будущего. Такой продукт, который мы готовы продавать хоть завтра. Он уже разработан и протестирован.

— Насколько этот продукт окажется дешевле трационных аккредитивов?

— Радикально дешевле. Сложно говорить о конкретных цифрах, но речь идет о разнице на порядки.

— Когда такой аккредитив появится на рынке?

— У нас есть договоренность внутри Консорциума R3, что все участники выводят его на рынок одновременно.

— И что мешает сделаеть это сейчас?

— Есть некоторая задержка с регулированием. Международные аккредитивы – это очень стандартизированный продукт, который регулируется Международной торговой палатой в Париже. Но люди, работающие там, никогда раньше не занимались технологией блокчейн. Надо дождаться, пока они разберутся во всех деталях. Этот инструмент не может появиться всего лишь у 10 или 30 банков. Он должен быть принят всеми банками, стать поистине универсальным. И, значит, нам надо ждать вердикта регулятора — Международной торговой палаты.

—И все же, когда это может произойти? Мы говорим о нескольких месяцах или годах?

— Уверен, что о годах речи не идет, но несколько месяцев еще точно придется подождать. Думаю, мы вполне можем увидеть такой блокчейн-аккредитив на рынке уже в следующем году.

— На российском рынке он появится одновременно с зарубежными?

— Нет, мы говорим не о российском рынке. Не понимаю, почему так получается, но пока диалог между российским и глобальными банками не складывается. У Сбербанка и ВЭБа есть серьезные разработки в рамках блокчейна, однако на Восточном экономическом форуме во Владивостоке в сентябре 2017 года представитель ВЭБа сказал, что они хотели войти в Консорциум R3, но получили отказ. Как и Сбербанк. Это странно: европейские банки заинтересованы в российском рынке.

— На днях Сбербанк заявил, что присоединяется к другому альянсу – Enterprise Ethereum Allance…

— Это логично. Так или иначе, если мы говорим о доступности такого продукта на российском рынке, это невозможно сделать без согласия регулятора. Надо будет дождаться или вступления российских банков в консорциум R3, или покупки подписки.

— Какие еще проекты в сфере блокчейн будут перспективны, на ваш взгляд?

— Мы заканчиваем работу в проекте SWIFT Global Payment Innovation. В нем участвуют 22 крупнейших банка из разных стран, в том числе, «ДжиПиМорган», «Сосьете Женераль», «Дойче банк», «РабоБанк», «Сумитомо Мицуи Бэнкинг». Задача участников проекта – тестировать технологию DLT (distributed ledger) для проведения трансграничных платежей, их мониторинга и управления международными счетами.

Эта технология может оставить SWIFT далеко позади. Но говорить конкретно я пока не готов. В отличие от предыдущего проектов здесь каждый банк работает самостоятельно. В ближайшие недели мы предоставим наши результаты в Еврокомиссию и Европейский центральный банк. Посмотрим, какая будет реакция ЕЦБ. После подведения общих итогов можно будет говорить более предметно. Мы не торопимся, это серьезный проект: если мы говорим о технологии, которая превзойдет SWIFT, мы должны быть очень осторожны.

— Какой информации ждет от вас ЕЦБ?

— В первую очередь, регулятор хочет убедиться, что эти операции не нанесут вреда пользователям. «Добро» от регулятора — не ограничение бизнеса, это гарантия для наших клиентов, да и для нас самих. Поэтому я спокойно отношусь к их желанию тщательно разобраться в блокчейн.

К тому же важно, что отношение к технологии меняется. Например, у той же SWIFT. Наглядный пример - недавнее решение SWIFT открыть доступ к KYC Registry(это платформа для обмена документами и данными клиентов) любым регулируемым финансовым организациям, а не только клиентам SWIFT.

— Какие риски, на ваш взгляд, несет блокчейн для регулятора?

— Риски регулирования мне видятся как очень серьёзные. Международная организация по стандартизации (ISO) создала комитет для разработки стандарта технологии блокчейн только в прошлом году. Эта работа находится в самом начале. Только на уровне Евросоюза необходимо согласование различными органами из 27 стран. Иной раз, кажется, что на это могут уйти годы.

Посмотрите, как развивается регулирование сегодня. Усиливаются требования по линии комплаенс, антиотмывочного, антитеррористического законодательства. Правительства борются за повышение фискальной дисциплины, ужесточают борьбу с оффшорами. По этой причине нерегулируемое использование технологии блокчейн и криптовалют становится высоко рискованным.

Кстати, обратите внимание, как об этом говорят в России. Есть основатель Ethereum Виталик Бутерин. Он представляет блокчейн-сообщество, говорит об идеях децентрализации, анонимности, отсутствия финансовых посредников, регуляторного давления и контроля. Остальные же игроки выступают от имени правительства, регулятора, государственных и системных банков, компаний, которые сами находятся под жёстким регулированием.

— А если говорить именно о криптовалюте, какие риски создает она?

— Я вижу противоречие между тем, что закладывал в 2008 году Сатоси Накамото (кто бы ни скрывался под этим псевдонимом создателя биткоина), и тем, как этот процесс развивается сейчас. Готовы ли регуляторы сменить парадигму и перейти на децентрализованную модель управления, признать криптовалюты в качестве финансового актива или платёжного средства? Мой ответ, скорее, отрицательный.

— Непосредственно в Intesa San Paolo вы рассматриваете перспективы криптовалюты?

— Нет, как только заходит речь о криптовалютах, мы притормаживаем. Наш банк не работает и пока не планирует работать с криптовалютами. Не понятно, как регулировать этот рынок, а где нет регулирования, нет уверенности в праве.

Я не вижу другого применения криптовалюты, кроме как для спекуляций. Кстати, до сих пор ни один центральный банк, ни одно государство не предприняло попыток ввести криптовалюту. Политики крайне осторожны в том, чтобы поощрять криптовалюты. В этом отношении я разделяю позицию вашего президента.

— Какую именно?

— Что, говоря о криптовалюте, надо быть очень осторожными, чтобы не поощрять финансовый бандитизм.

— Ну знаете ли... У нас финансового бандитизма достаточно и без криповалюты!

— А, представьте, какой размах это может приобрести с криптовалютой.

— В каких областях еще сейчас начинают применять блокчейн?

— Существует множество традиционных финансовых продуктов, которые можно было существенно удешевить, если перевести их на платформу блокчейн. Плюс, сейчас появляются новые технологии в сфере платежей, Р2Р-кредитования, торговли валютой, управления инвестициями.

Блокчейн-системы сырьевых трейдеров Trafigura и Mercuria охватывают добывающие, транспортные и стивидорные компании и банки. Тот факт, что документооборот существенно ускоряется, сокращает потребность трейдеров в оборотном капитале, а, значит, и их издержки. И в итоге — стоимость сырья для потребителей.

Кроме того, в Италии, например, есть рабочие группы в страховании, в торговле энергоресурсами. Идут работы по применению этих технологий, чтобы отслеживать производство продовольственных товаров. Но пока всё это имеет больше теоретический аспект. Серийное производство еще не налажено.

— Насколько блокчейн может изменить региональную и мировую экономику?

— Примерно настолько, насколько изменил ее компьютер, придя на смену пишущей машинке. И особенно заметно это будет в Евразии. Смотрите. С одной стороны, Азиатско-Тихоокеанский регион — это центр мирового экономического роста. Колоссальный рост промышленности, движение сырья и товаров между странами, развитие китайского проекта «Один пояс – один путь» подразумевают участие огромного числа игроков и в процессе производства, и международной торговле.

С другой стороны, именно в этом регионе состедоточено от двух третей до трёх четвертей мощностей по майнингу криптовалют. Это означает, что есть все предпоссылки для активного участия регуляторов в развитии и распространении там технологии блокчейн. Экономическая выгода и огромные перспективные рынки будут стимулировать страны региона внедрять согласованные стандарты.

Электронная маркировка товаров, смарт-контракты, фискальный и таможенный контроль, защита легальных производителей – вот лишь несколько сфер, где будут востребованы цифровые технологии на базе блокчейн. И как сторонник интеграции, я расчитываю, что экономический эффект распространится на всю большую Евразию – вплоть до Лиссабона.

Италия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > bankir.ru, 25 октября 2017 > № 2363633 Антонио Фаллико


Украина > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > interfax.com.ua, 24 октября 2017 > № 2381373 Евгений Капинус

Госсекретарь Минфина Евгений Капинус: Верификация выявила почти 56 тыс. умерших получателей субсидий

Эксклюзивное интервью госсекретаря Министерства финансов Евгения Капинуса агентству "Интерфакс-Украина"

Что означает для экономики бюджет на 2018 год: это увеличение перераспределения ВВП через бюджет, уменьшение или все же сохранение существующего уровня? Ряд экспертов уже заявили об увеличении давления на экономику…

Сейчас мы меняем саму логику подходов к бюджетному процессу. В Украине много говорили о необходимости вводить среднесрочное планирование. В то же время только мы начали делать первые шаги в этом направлении: разработали Бюджетную резолюцию, предусматривающую трехлетнее планирование. Документ, кроме трехлетней перспективы, показывает также значительную детализацию по каждому распорядителю. Таким образом, при подготовке Бюджетной резолюции распорядители могли видеть основные показатели.

Мы дискутировали с каждым распорядителем в рамках существующих лимитов. И каждый мог видеть показатели в том или ином направлении. Соответственно, когда бюджет еще только готовился, он уже был в значительной степени оговорен с главными распорядителями. Важно, что распорядители получили перспективу на три года.

Мы однозначно поддерживаем уменьшение перераспределения ВВП. Но надо учитывать нынешние реалии, в том числе необходимость выделения средств на социальную поддержку, оборону. Вы видели, что у нас предполагается увеличение финансирования на реформу образования, медицины. Думаю, главное – сохранить баланс. Мы определяли приоритеты согласно Программе действий правительства, поэтому нужно должным образом обеспечить их финансирование. Заложили средства для проведения реформ.

Во-вторых, бюджет сбалансирован, так как его планирование начинали с определения доходной части бюджета, проговаривали ее со всеми экспертами – как внутренними, так и международными, чтобы они признали, что она реалистична. И уже после этого формировали расходную часть. Это дало возможность говорить, что заложенные показатели обеспечены финансовыми ресурсами.

Но если по цифрам, есть ли у вас информация, сколько процентов ВВП будут перераспределены через бюджет в следующем году?

По цифрам нужно смотреть после одобрения бюджета. В Верховной Раде предстоит еще большая дискуссия. И эти показатели могут измениться. Сегодня мы де-факто не выходим за те показатели, которые заложили в 2017 году. В бюджете на 2018 год предусмотрено перераспределение ВВП на уровне 34,4%.

Говорите, что вы подробно все проговаривали с распорядителями. Однако есть и у распорядителей вопросы, есть и у тех, кто обеспечивает доходную часть. Например, Государственная фискальная служба считает, что заложенный вами прогноз таможенных платежей завышен.

В этом году видим значительное перевыполнение по импортному НДС. В следующем году этот показатель будет учитывать нынешний рост. Возможно, в ГФС есть определенные сомнения, но мы получили поддержку по этим показателям от отечественных макроэкономистов и экспертов Международного валютного фонда. Уже по результатам 9 месяцев есть почти 20 млрд грн перевыполнения.

Имеют также сомнения представители табачной отрасли в отношении повышения акцизов...

Я с вами вовсе не соглашусь. Мы проводили много встреч с представителями табачной отрасли. Этот вопрос в большинстве с ними согласован. Правительство внесло законопроект, который предусматривает выполнение наших обязательств по Соглашению об ассоциации - поэтапное повышение акциза до 2025 года до минимального европейского уровня. Этот вопрос неоднократно поднимался производителями: они хотят видеть перспективу этого повышения, чтобы планировать свою деятельность. По ставкам также была большая дискуссия. Ставка у нас заложена 16,7% плюс инфляция на 2018 год и по 20% на последующий период. Во время дискуссии мы не слышали от производителей категорическое "нет". Единственное, с чем они не совсем соглашаются, это то, что ставки заложены в евро. Однако это обусловлено тем, что наши обязательства в рамках соглашения заключаются в приведении показателей к определенному уровню в евро. И если мы хотим заложить долговременную динамику, должны привязываться к показателю в евро. Если производители хотят увидеть долгосрочную динамику и не возвращаться каждый год к этому показателю, то правильно его заложить в этих единицах.

Вы стоите на своем: такое повышение отрасль выдержит и уровень контрабанды не повысится?

По поводу процентов повышения производители в целом поддерживают. Нет согласия в том, что заложено не в гривне, а в евро. Мы пытались предоставить свои аргументы. Что касается контрабанды, мы последовательно отслеживаем акцизы в соседних странах. И Беларусь, и Российская Федерация будут повышать акцизы. Будем в балансе и не получим значительного теневого притока сигарет.

Руководитель Фонда госимущества Виталий Трубаров сказал, что к концу года государство может получить от приватизации максимум еще 200-300 млн грн. Выйдем на 4 млрд грн при плане 17,5 млрд грн. На следующий год ожидания правительства – 22,5 млрд грн. Чем при этом руководствовались?

Правительство пытается изменить подходы к приватизации. Надеемся, удастся сделать приватизацию более прозрачной и более понятной для международных инвесторов. В связи с этим правительство разработало законопроект. Будем привлекать советников, призванных помочь в подготовке и организации открытой и прозрачной приватизации.

Какой перечень объектов принимался при расчетах? "Турбоатом", "Центрэнерго", Одесский припортовый завод, что-то еще?

Перечень ежегодно утверждает Кабинет министров. Вы знаете, есть энергетические объекты, которые, надеемся, будут приватизированы. Надеемся, в следующем году приватизация ОПЗ завершится успешно. Полагаем, что ряд таких объектов обеспечит необходимые поступления в следующем году.

Бюджет на 2018 год активно критикуют местные органы власти. Больше всего – Киев. В очередной раз звучат заявления, что за счет столицы многое финансируется. Говорят о дисбалансе государственного и местных бюджетов. Другие местные органы власти также выражают несогласие. Что можете ответить на упреки, что в очередной раз передаются полномочия - по медицине, образованию, но они вновь не обеспечены доходами?

Децентрализацию считаю одной из самых успешных реформ. Она предусматривает передачу не только поступлений, но и обязательств. Потому что регионы должны иметь полномочия и возможность их профинансировать. Мы последовательно движемся в этом направлении.

Но местные бюджеты говорят, что вы последовательно движетесь в противоположном направлении.

Давайте посмотрим на рост доходов местных бюджетов, остатках на их счетах. Мы стараемся учитывать все показатели.

Чем ближе к выборам, тем больше говорят о возможном политическом давлении на механизм выделения субвенций. Что об этом говорит ваше трехлетнее планирование и непосредственно этот бюджет, изменения в Бюджетный кодекс?

Заложенные механизмы дают возможность местным бюджетам быть более самодостаточными.

То есть, эти изменения вызваны только тем, что у вас накопилась определенная база, которая позволяет говорить о том, что раньше формула была не совсем справедливой, а эта - более честная?

Система работает без ручного управления. Наши изменения направлены только на то, чтобы получить самодостаточные местные бюджеты с должным финансовым ресурсом на реализацию своих функций.

На субсидии в бюджете-2018 заложено 55 млрд грн, как и в нынешнем. Не придется ли вновь дополнительно выделять средства на субсидии, как в этом году?

Не все запланированные мероприятия были должным образом реализованы, и это вызвало необходимость выделения дополнительного ресурса. Я убежден, что ситуация в 2018 году значительно улучшится. Здесь нужно двигаться не в сторону возрастания субсидий, а в сторону увеличения доходов населения.

Какие эффекты ожидаются от монетизации, верификации?

Разработанные проекты по монетизации позволят детально увидеть реальную картину по потребителям. Раньше мы искали проблемы в назначенных субсидиях. Сегодня работаем над тем, чтобы сотрудники органов, назначающих эти выплаты, могли видеть информацию о том или ином потенциального получателе в момент назначения ему субсидии. Это значительно усовершенствует систему, снизит количество ошибочных решений.

Сейчас Минфин активно проводит верификацию субсидий. Например, по ее результатам была предоставлена информация о том, что почти 700 тыс. домохозяйств получает субсидии в нескольких местах одновременно. 55,957 тыс. получателей теми или иными органами считаются умершими. Минфин также регулярно дает рекомендации для устранения несоответствий и ошибок в базах данных и реестров, что, в свою очередь, значительно усовершенствует работу органов социальной защиты, а в будущем позволит уменьшить количество ошибок при назначении той или иной выплаты.

У вас имеется оценка, как изменится количество получателей субсидий в 2018 году? МЭРТ прогнозирует повышение в следующем году тарифов за жилищно-коммунальные услуги и энергоносители в среднем на 20%, а в бюджете заложен прошлогодний показатель по финансированию субсидий.

Объем финансирования такой же, как и в 2017 году. В следующем году минимальная заработная плата повысится. К сожалению, в предыдущие годы имело место существенное падение доходов, поэтому многие люди претендовали на получение субсидий.

Какие резервы и, с другой стороны, так называемые "черные лебеди" Минфин держит в голове. По доходам это может быть конкурс 4G и спецконфискация? По рас ходам -- докапитализация банков?

Показатели по доходной части формировались максимально открыто. Мы не закладывали показатели по спецконфискации. Приватизация и спецконфискация - это не доходная часть бюджета, а покрытие дефицита. Мы же движемся к уменьшению дефицита. На следующий год закладывается 2,4% ВВП.

Какие предохранители от инфляции, курсовых скачков имеет в своем распоряжении Минфин в связи с рекордными остатками на счетах Госказначейства? Можно ли как-то плавно распределить эти деньги на год?

Расходная часть распределена. В основном, речь идет о средствах местных бюджетов. Там действительно нужно более эффективно использовать эти средства.

Недавно правительство утвердило законопроект о налоге на выведенный капитал. До сих пор остается вероятность его введения в 2018 году?

В правительственном законопроекте заложено введение этого налога с 1 января 2018 года. Для такого срока остается мало времени на подготовку. В то же время ряд экспертов отмечает, что положительный эффект для бизнеса аккумулирует больше ресурсов, чем даст негативное воздействие. Кабинет министров принял решение направить в Национальный совет реформ, где еще будет обсуждение.

Какова позиция наших международных партнеров, МВФ по этому поводу?

Реакция международных экспертов сдержанная. На сегодня этот налог не получил широкого распространения, поэтому сформулировать четкое "за" или "против" сложно. Был положительный опыт в балтийских странах, в Грузии.

Когда видишь, как решается проблема "еврономеров", начинаешь сомневаться в нашей готовности к таким современным, построенным на доверии налоговым механизмам.

Но мы к этому должны идти. Как государство, так и бизнес, должны учиться доверять. Если посмотреть на практику введения реестра возмещения налога на добавленную стоимость, это тоже какой-то определенный уровень доверия.

У вас уже есть понимание того, кто эта группа недовольных, которые пытаются противодействовать системе автоматического возмещения НДС?

Когда в прошлом году разрабатывали эти механизмы, все отмечали необходимость исправить ситуацию с возмещением налога на добавленную стоимость. В связи с этим - ввести несколько новых подходов, в частности, реестр возмещения НДС, уход от ответственности налогоплательщиков за действия третьих лиц. Введенный Минфином единый реестр НДС дал положительную динамику. Если в прошлом году за 30 дней возмещалось около 40% НДС, то на сегодня - более 90%. В то же время все прекрасно понимали: механизм автоматического возмещения НДС невозможен при "скрутках" и других уклонениях от уплаты этого налога. Тогда и появился механизм, который без чрезмерного человеческого вмешательства исключил возможность "вброса" НДС. Именно тогда было принято решение о введении системы автоматической приостановки налоговых накладных. Думаю, это один из самых сложных механизмов, который внедрялся в налоговой сфере. Система должна учитывать особенности всех видов деятельности. При этом нужно минимизировать влияние этого механизма на количество предприятий, которые проходят через этот механизм. Из-за множества видов деятельности сложно было запустить с самого начала идеальный механизм. Однако мы постарались максимально минимизировать его влияние на бизнес. В последние месяцы количество заблокированных налоговых накладных сократилась до 0,3% с 1,3%. За последний месяц под блокировку попало всего 300 новых субъектов. В основном, речь идет о сельском хозяйстве и оптовой торговле.

Мы пытались усовершенствовать критерии и минимизировать воздействие на указанные секторы. Подготовленные изменения уже утверждены и вступили в силу. Производителям, чья налоговая накладная заблокирована, разрешено подать таблицу, которую рассмотрит комиссия. Если ее вывод будет положительным, то такие накладные в дальнейшем не будут блокироваться. Для аграриев, имеющих в собственности или аренде определенный земельный участок и показывающие определенные объемы сельскохозяйственной продукции, мы разработали особые условия: их карточки будут регистрировать автоматически, причем не нужно ждать блокирования накладной. Мы также расширили этот механизм на другие виды хозяйствования. Будут приниматься карты автоматически по плательщикам, по которым 2% нагрузки и объем поставок с 01.01.2007 года составляет 25% от общего объема поставок. ГФС будет высчитывать нагрузку автоматически до 10 числа каждого месяца, и плательщик сможет просматривать эту информацию в "электронном кабинете".

Кроме этого, правительство приняло законопроект об использовании принципа "молчаливое согласие", если комиссия не успевает в предусмотренный 5-дневный срок рассмотреть документы.

Значительное количество проблем мы постарались снять. Когда звучит критика системы, в основном происходит нагнетание ситуации в медиапространстве. А когда мы пытаемся увидеть тех же конечных субъектов хозяйствования, которые столкнулись с определенными проблемами, это оказывается невозможным. То есть, они работают в не совсем открытом поле.

Как оцениваете состояние внедрения всех электронных сервисов ГФС? Провели ли вы аудит электронной базы ГФС?

У нас были некоторые временные ограничения по проведению аудита. К сожалению, до указанного срока успели провести только предварительный аудит и попросили Кабмин продлить срок. Сейчас его завершили. Проходит согласование между членами рабочей группы отчета по результатам аудита. Увидели много проблемных вопросов. Совершенствование IТ-составляющей ГФС будет мощным толчком к улучшению работы ведомства.

В этом году пытались убрать контролирующие функции на районном уровне и сделать районные службы исключительно сервисными. Основной массив обращений должен проходить не через офисы, а через электронные сети. Есть недостатки в работе "электронного кабинета". Его следует усовершенствовать - расширить функционал, сервисные возможности, переукомплектовать оборудование.

В этом году Минфин совместно с ГФС и Госказначейством разработал законопроект о возможности оплаты через "электронный кабинет" большинства налогов и сборов, чтобы плательщик через свой "электронный кабинет" мог видеть суммы к уплате, иметь возможность платить без регулярного указания номеров счетов. Эти сервисы позволят упростить процедуры и сократить время и финансовый ресурс на эти процедуры. Законопроект прошел Кабмин, ждем голосования в Раде.

О каких выявленных аудитом проблемах идет речь?

Все мы в этом году столкнулись с проблемой кибербезопасности. Оборудование госорганов нуждается в улучшении. Речь идет не только о ГФС или Минфине. Что же касается ГФС, то в проекте госбюджета на 2018 год для ведомства предусмотрены средства на переоборудование, наращивание мощностей в IТ-сфере и киберзащите. Кроме этого, необходимо усовершенствовать программное обеспечение, которое бы позволило предоставлять больше админуслуг.

Каковым видите решение проблемы долга переплаты по налогу на прибыль?

С тех пор, как была отменены авансовые платежи, ситуация значительно улучшилась. Долг сократился с 29,3 млрд грн на 01.04.2016 года до 15,9 млрд грн. Сегодня субъекты хозяйствования подают корректирующие отчеты и могут уменьшать задолженность. Кроме того, мы сокращаем задолженность.

Но спецмеханизмов не будет?

Видим четкую тенденцию уменьшенного долга за счет корректировок и выплат. При расчетах прогнозов налога на прибыль мы учитываем возможность ГФС проводить соответствующие операции. Сумма закладывается как сальдо. То есть, получаем доходную часть с учетом погашения переплат.

Бизнес говорит, что утверждают не всю сумму, которую он дает на корректировку.

Насколько мне известно, у нас таких ситуаций нет.

Минфин поддерживает депутатскую инициативу по увеличению требований к предпринимателям, которые пользуются упрощенной системой налогообложения, предполагает расширение круга использования кассовых аппаратов?

Кассовые аппараты должны использоваться максимально во всех сферах бизнеса. Но пользование ими следует упростить. Минфин работает над упрощением требований при использовании кассовых аппаратов. ГФС в качестве эксперимента разрешила использование альтернативного кассового аппарата - устройства в виде флэшки, который при подсоединении к планшету, мобильному телефону, другому гаджету будет выполнять функции обычного кассового аппарата. Но стимулировать предпринимателей использовать кассовые аппараты должно не только государство, но и сам покупатель, поскольку кассовый чек - это единственное средство, позволяющее ему защитить свои потребительские права при покупке некачественного товара (услуги).

Какие ожидаются прорывы в трансфертном ценообразовании? Следует ли ожидать налоговой амнистии и декларирования или все это откладывается?

Надеемся, что будем двигаться в рамках наших обязательств по BEPS. Сейчас дорабатываем соответствующие законопроекты, которые должны внедрять указанные механизмы. Работаем над Соглашением о многостороннем инструменте (MLI), что позволит одновременно внести изменения в действующие договора об избежании двойного налогообложения. Этот инструмент будет распространяться на все страны, присоединившиеся к MLI, которые имеют соглашения с Украиной. Сейчас ведем активную работу по пересмотру этих соглашений со всеми странами, а на сегодня это - 71 страна, и не прекращаем диалог о подписании двусторонних соглашений. Заключение двусторонних соглашений позволит комплексно решить этот вопрос.

Надеемся присоединиться к механизму обмена информацией с другими странами с целью контроля над субъектами хозяйствования. Планируем ввести дополнительную отчетность для международных компаний, работающих за границей, по их доходам в других странах. Реализовать некоторые из этих мероприятий планируем в текущем году.

А далеко ли все-таки от внедрения BEPS до идеи налоговой амнистии и всеобщего декларирования? Национальный банк же открыто предлагает налоговую, валютную амнистию как начало "новой жизни"… Без такой амнистии такие инициативы, кажется, не пройдут через парламент, не будут восприняты бизнесом.

Я бы ни привязывал BEPS к амнистии. Этот вопрос нуждается в проработке. В других странах видим как положительные, так и негативные примеры.

С налогом на выведенный капитал не боитесь рисков, хотя там также неоднозначный международный опыт?

С идеей этого налога работаем не один год. Была рабочая группа, мы привлекли к ней максимум участников. Здесь также необходимо рассмотреть вопрос взвешенно, выработать механизм, который даст максимальный эффект, а затем уже принимать решение.

Украина > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > interfax.com.ua, 24 октября 2017 > № 2381373 Евгений Капинус


Россия > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > minfin.ru, 24 октября 2017 > № 2367003 Антон Силуанов

Выступление Министра финансов Антона Силуанова на форуме «Россия зовет!»

Силуанов Антон Германович

Министр финансов Российской Федерации

В предыдущем году [на форуме] мы ставили задачи относительно того, как обеспечить темпы роста экономики, как обеспечить восстановление динамики промышленного производства, инвестиций. Обсудили те планы, которые были намечены. Много зависит от сегодняшней программы, которая у нас сейчас должна быть сформулирована, с тем, чтобы на следующем форуме уже пожинать плоды тех решений, которые мы сегодня примем.

Что касается вопроса жёсткости денежно-кредитной политики – надо ли её смягчать или надо дальше проводить. Денежно-кредитная политика и бюджетная политика связаны между собой. Поэтому мы с Центральным банком идём совместно в реализации этих политик. И задача Министерства финансов заключается в том, чтобы у Центрального банка, наоборот, были большие возможности для смягчения денежно-кредитной политики. Потому что мы проводим достаточно умеренно жёсткую бюджетную политику, снижаем дефицит, дисбаланс бюджета, снижаем объем перераспределения ресурсов через всю бюджетную систему, меньше тратим средств резервных фондов из года в год (а начиная с 2019 года вообще откажемся).

Какие это даёт возможности? Это даёт возможность Центральному банку проводить более мягкую денежно-кредитную политику, снижать ставки. И мы это видим – последнее заседание Совета директоров Центрального банка: ставки снижались. Надеемся, что такой процесс продлится и дальше. Поскольку вопрос жёсткости бюджетной политики даёт, ещё раз повторюсь, больше манёвра Центральному банку.

Что происходит в этих условиях – в условиях смягчения денежно-кредитной политики, ужесточения бюджетной политики? Несмотря на достаточно консервативный подход Центрального банка к смягчению денежно-кредитной политики, тем не менее, инфляция устойчиво снижается. Мы так же ожидаем, что в этом году будет (как мы говорим уже в последние 2 года) на историческом минимуме уровень инфляции – это около 3%. Ожидания наши были около 4% и наш таргет примерно находится вокруг этой цифры.

Снижаются процентные ставки, снижается стоимость наших бумаг, которые Министерство финансов выпускает – сейчас она уже где-то 7,5%, год назад это было где-то 8,5-9%. Снижаются и риск-премии за вложение в Россию. Мы видим, в основном, позитивные реакции на те решения и ту политику, которую проводят денежные власти.

С другой стороны снижение инфляции создаёт риски, особенно для финансовых институтов, в том числе и для банков. Потому что здесь приходится больше уделять внимания эффективности деятельности, больше уделять внимания именно управленческим решениям в финансовом секторе – это с одной стороны.

С другой стороны, снижение ставок, безусловно, снижение инфляции даёт больше возможностей для экономики привлекать ресурсы, проявлять кредитную активность, больше внимания уделять инвестициям. Мы видим, что инвестиции сейчас растут, основной капитал, и рост инвестиций прогнозируется и на следующий год – 4-5%. То есть это хороший задел на будущее.

Считаю, что проводимая денежными властями, Правительством Российской Федерации бюджетная и денежно-кредитная политика позволяет создавать условия. Условия для того, чтобы росли частные инвестиции, для того, чтобы была прогнозируемость экономической политики, для того, чтобы курс рубля в том числе для тех, кто занимается экспортом, импортом, был стабильным и прогнозируемым. Это всё следствие тех решений, которые принимаются и Правительством Российской Федерации и Центральным банком.

<…>

Будет ли Центральный банк смягчать дальше денежно-кредитную политику – я думаю, всё будет зависеть от тех действий, которые мы будем принимать в области бюджета. А поскольку мы бюджет приняли на 3 года, ещё достаточно умеренно консервативный, умеренно жёсткий, при консервативном подходе к цене на нефть, то у Центрального банка появляются достаточно широкие возможности, для того, чтобы дальше продолжать смягчать денежно-кредитную политику, что приведёт к снижению ставок в экономике и, соответственно, будет стимулировать инвестиционную активность.

Так что, считаю, что здесь две политики абсолютно взаимоувязаны и проводятся скоординировано.

<…>

Все задают вопрос: «Бюджетные правила… Вы ограничиваете расходы, не даёте возможность профинансировать важные проекты, программы, инфраструктурные мероприятия и так далее». На самом деле, бюджетное правило, помимо того, что обеспечивает общую сбалансированность бюджета при сегодняшних ограничениях, во многом является и таким макроэкономическим инструментом. Почему? Потому что мы изымаем из экономики часть нефтедолларов, в соответствии с бюджетными правилами, и влияем на прогнозируемость курса.

Что получается? Приняв бюджетное правило, ограничив определённой планкой бюджетные расходы, соответственно, все дополнительные нефтегазовые доходы изымаются, и мы совместно с Центральным банком покупаем за счёт этих нефтедолларов валютные средства, и тем самым сглаживаем колебания валюты, которая во многом ранее была подвижна из-за цен на нефть, движений капитала и так далее.

Поэтому бюджетное правило – это залог прогнозируемости валютного курса, с одной стороны. Бюджетное правило – это залог того, что в условиях роста цен на нефть, который, как Андрей Леонидович [Костин] сказал, произошёл за последнее время – мы не увидели резких колебаний курса рубля.

И если мы в этом году, по примерным оценкам, изымали сверх тех дополнительных нефтегазовых доходов чуть больше 40%, то в следующем году уровень изъятия нефтегазовых доходов через бюджетные правила будет выше (порядка 67-70%), что позволит также обеспечить нашим участникам экономической деятельности, инвесторам прогнозируемость курса, с одной стороны. И это даёт условия для планирования или прогнозирования своих валютных операций, своего бизнеса, что очень важно для участников экономической деятельности – с другой стороны.

Ну а с третьей стороны, конечно бюджетное правило позволяет нам осуществлять в этот непростой для бюджета, для экономики период накопление наших резервов. Мы, с одной стороны, их тратим, с другой стороны, накапливаем. А с 2019 года будем только накапливать, эти резервы, и создавать устойчивую основу для выполнения бюджетных обязательств, что так же важно для России, поскольку мы по-прежнему ещё зависим от цен на нефть. У нас сейчас доходы формируются примерно на 40% от цен на нефть. Тем не менее, хоть этот показатель снизился, но он достаточно значительный. И нам нужно иметь определённый запас прочности на случай, если внешние условия будут волатильны. Да и различные внешние ограничения также влияют в целом на экономику, на бюджетную систему. Мы не можем здесь не учитывать и этот факт.

Бюджет с учётом бюджетного правила отвечает на те риски, которые сегодня есть. Такую политику мы будем продолжать дальше.

<…>

Наши налогоплательщики – это часть государства: наши граждане, наши компании. Поэтому, конечно, мы заинтересованы в том, чтобы наш бюджет был менее зависим от цен на нефть, от внешних всяких факторов. И, собственно говоря, мы это и делаем: если посмотреть наши трёхлетние планы на 2018-2020 годы, то у нас существенно снижается зависимость бюджета от нефти и газа.

Собственно говоря, мы возвращаемся в ситуации с бюджетом в период ещё до кризиса 2008 года. Тогда ситуация была достаточно устойчивая, когда не нефтегазовый дефицит составлял 5-6% ВВП. И мы планируем такие же показатели к 2019-2020 году.

Мы создаём инструмент, бюджет, который бы менее зависел от каких-то внешних колебаний, от различных внешних условий. И нам теперь не нужно будет угадывать цену на нефть, нам не нужно будет прогнозировать, будут ли новые ограничения вводиться или не будут и так далее. Мы будем проводить свою чёткую финансовую политику, бюджетную политику, исходя из тех планов, которые предусмотрело Правительство на очередную трёхлетку. И эти планы будут реализовываться вне зависимости от внешних условий.

Я считаю, что это залог успеха и для инвестора: от бюджета много что зависит – это и курс, и инфляция, и ставки. Поэтому такая бюджетная политика, коллеги, я считаю, даёт уверенность в проводимой государством экономической и финансовой политике.

<…>

Я хочу сказать, насколько правильно бюджетная стратегия осуществляется Министерством финансов, у нас Максим Станиславович [Орешкин] перешел в Министерство экономического развития, и после этого сразу темпы экономики начали повышаться. И надеемся в наших бюджетных прогнозах на то, что действительно после такого кадрового изменения начнется экономический рост. <…>

Наша задача заключается в следующем – чтобы больше средств оставалось в экономике, чтобы больше ресурсов работало не через государственный сектор, через бюджет, а именно через экономических агентов, через экономических субъектов предпринимательства, которые эти деньги лучше [использовали], производили добавленную стоимость, эффективнее вкладывались в инвестиции. Поэтому мы закладываем сейчас снижение доли средств, перераспределяем их в экономике через бюджетную систему в целом.

Если помните, некоторое время назад через бюджетную систему (имеется в виду и федеральный бюджет, и региональные, и бюджетные фонды) перераспределялось 37-38% ВВП. В последние годы чуть снизилось, 36%. А сейчас мы планируем на следующий трехлетний период около 33%. То есть больше ресурсов остается в экономике, больше ресурсов остается у бизнеса. И это, кстати, позитивно, потому что мы считаем, что, несмотря на все меры, которые мы принимаем по повышению эффективности расходов, все-таки частные деньги более эффективно создают дополнительный валовый национальный продукт.

Что касается денег, учтено или не учтено. Основные позиции, которые здесь назывались – это новый инструментарий для роста. Это фабрики проектного финансирования. Государство учло необходимый объем гарантий – около 300 миллиардов рублей. Зонтичные гарантии будут организованы для действия этого механизма. Учтены также ресурсы под субсидирование процентных ставок. Хотя я считаю, что это направление расходов нужно будет постепенно снижать в целом по всем направлениям субсидирования, поскольку снижаются ставки в экономике, это основная наша задача. Мы начали субсидировать процентные ставки, когда они поднялись, когда инфляция была высокая. А сейчас уже экономика вступает в нормальный уровень ставки, нормальный уровень инфляции, и поддержка из бюджета, субсидирование – наверное, это уже не самая первоочередная задача.

Проектный подход. Абсолютно согласен, мы пять пилотных программ в следующем году запускаем, переструктурированные пилотные программы. И вообще необходимо действительно заниматься более эффективным распределением средств бюджета, то есть повышать эффективность бюджетных ресурсов. Для этого мы предусматриваем осуществление так называемых «бюджетных обзоров», которые будут осуществляться в том числе и с экспертами. И исходя из этих бюджетных обзоров, мы будем готовить предложения в Правительство Российской Федерации по структуре бюджетных трат с тем, чтобы эти траты осуществлялись в первую очередь и были направлены на продолжение роста экономики. И на более точечную адресную поддержку тех наших социальных, может быть, малозащищенных граждан, которым государство должно помогать. Вот две основные цели, которые планируем при изменении структуры расходов.

Цифровая экономика. Мы считаем, что те деньги, которые сегодня тратятся из бюджета, как федерального, так и регионального, а это около 200 миллиардов рублей, можно более эффективно использовать, перенаправить в те отрасли, которые дают более высокую отдачу. (Кстати, большие деньги тратятся и через коллегу, которая работает в «Ростелекоме».)

Поэтому считаю, что здесь есть еще возможность, есть ресурсы для более эффективного использования тех источников, которые есть у государства. И за счет этого можно добиться более высоких темпов роста, которые заложены в прогнозе, который подготовило Министерство экономического развития.

Россия > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > minfin.ru, 24 октября 2017 > № 2367003 Антон Силуанов


Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 24 октября 2017 > № 2361604 Энтони Эспина

Энтони Эспина: "Для банковской индустрии наступает очень интересное время"

Динара ШУМАЕВА

18 октября Национальный банк одобрил участие АТФБанка в Программе по повышению финансовой устойчивости банковского сектора РК. Для участия в Программе банк выпустил субординированные облигации на сумму 100 млрд тенге под 4% годовых, выкупленные регулятором. Председатель правления АТФБанка Энтони Эспина рассказал о том, как Программа по оздоровлению банков повлияет на развитие АТФБанка в ближайшие годы.

Согласно условиям Программы, на полученные средства в размере 100 млрд тенге менеджмент банка обязан приобрети ноты Нацбанка под 8,7193% годовых, что и было сделано в тот же день. Акционер АТФБанка также до 31 декабря 2022 года пополнит собственный капитал банка на 50 млрд тенге, а менеджмент банка погасит субординированные облигации по истечении 15 лет, то есть вернет все средства государству.

По словам председателя правления АТФБанка Энтони Эспина, по условиям этой программы у Банка будет возможность конвертировать ноты Нацбанка в наличность в течение последующих трех лет и то, что банк будет делать с ними дальше, будет зависеть от того, как будет вести себя экономика Казахстана.

«Наша стратегия заключается в том, чтобы расти параллельно с экономикой Казахстана. Поэтому если экономика РК за это время покажет существенный рост, то мы воспользуемся этими деньгами чтобы финансировать наших клиентов. В то же время мы не должны забывать про резервы, которые необходимо формировать, чтобы погасить эту сумму своевременно», - говорит г-н Эспина.

На вопрос о том, что будет делать банк, если роста экономики не будет, глава АТФБанка ответил, что будет продолжать хранить ликвидность в нотах Нацбанка или национальных компаний. По его словам, на сегодняшний день помимо средств, полученных в рамках Программы оздоровления, банк ежедневно размещает в нотах НБ около 100 млрд тенге. То есть в банке проблем с ликвидностью нет, с учетом выделенных средств, у банка имеется около 200 млрд тенге ликвидности.

«Минимальный коэффициент достаточности капитала, который нам необходимо удерживать составляет 8%, – говорит Энтони Эспина. - Это означает, что кредитовать можно до 12,5 кратного размера от вашего капитала. Нам нужно соответствовать данному уровню капитала. За счет этой суммы в 100 млрд тенге у нас есть возможность увеличить кредитование экономики в 12,5 раз. Понимаете, что 12,5 умножить на 100 млрд – это огромная сумма! И профинансировать экономику на такую сумму будет достаточно сложно. Поэтому с кредитованием нужно быть очень осторожным. Нужно понимать, кого мы кредитуем. Но сейчас у нас есть возможность это сделать», - говорит глава АТФБанка.

Таким образом, Энтони Эспина поясняет, что данная Программа не окажет существенного влияния на кредитование экономики, однако значительно повысит финансовую устойчивость казахстанских банков.

Дело в том, что с 1 октября 2017 года в силу вступили новые правила Национального Банка по формированию в коммерческих банках так называемых «регуляторных провизий». Кроме того, с 1 января 2018 года банки обязаны применять международные стандарты финансовой отчетности (МСФО 9). По словам г-на Эспина, два этих события окажут существенное влияние на развитие банковской индустрии в ближайшее время.

«Все зависит от того, как аудиторы будут оценивать реализацию и внедрение МСФО 9. А вот «регуляторные провизии» создадут в краткосрочном периоде некоторые сложности банкам. В чем разница между МСФО 9 и «регуляторными провизиями»? По регуляторным провизиям – если я являюсь строительной компанией и собираюсь построить что-то для нацкомпании, то эта стройка, которой я буду заниматься, может быть предложена банку в качестве залога», - объясняет Энтони Эспина.

«Однако, если я передам работу по строительству кому-то другому, и у нас будут разные контракты, то контракт между компанией и посредником (субподрядчиком) не может быть предоставлен в качестве залога в банк. Именно в этом заключается разница между МСФО 9 и регуляторными провизиями. И это очень сильно повлияет на банковскую систему РК. Потому что мы знаем, что большая доля правительственных контрактов передается в итоге субподрядчикам, которые впоследствии выполняют работу», - продолжает спикер.

Таким образом, с введением данных регуляторных требований политика Национального банка в части регулирования банков ужесточается. Это означает, что банкам теперь нужно будет пересмотреть свою залоговую структуру и запросить в случае необходимости дополнительные залоги от клиентов.

«По сути, ничего не изменилось. Но до 1 октября одна часть залогов считалась как залог, после 1 октября – она перестает быть залогом. То есть система риск-менеджмента в банках автоматически ужесточается. Банкам будет сложнее работать. За короткое время нам нужно успеть создать провизии, пока мы не восстановим необходимую залоговую структуру, не приведем ее в нужное состояние», - поясняет г-н Эспина.

Вот еще один пример. Если банк выдает кредит компании, то может в качестве залога получить ее акции. Это допустимо по МСФО 9, но по регуляторным провизиям – нет. Компания должна иметь листинг. Только в этом случае ее акции могут считаться залогом.

«Вопрос – как это исправить? Во-первых, нам нужно создать новые провизии, чтобы соответствовать регуляторным провизиям. Причем, мы уже начали отрабатывать эти вопросы со своими клиентами, мы уже начали просить их предоставить дополнительные залоги. В некоторых случаях я могу попросить у клиентов акции в качестве залога и попросить их выйти на KASE и получить листинг, но на это может уйти не один год. В течение всего этого времени мне нужны будут провизии по этому кредиту», - уточняет спикер.

По словам Энтони Эспина, это время будет для банковской индустрии очень интересным. «Если посмотреть на работу председателя Нацбанка – он проделал большую работу. Во-первых, он стабилизировал ситуацию на денежном и валютном рынках. Во-вторых, за счет внедрения этих регуляторных провизий он дисциплинирует банковский сектор. Для самого банковского сектора это создает краткосрочные сложности, потому что нам теперь предстоит перейти от МСФО к регуляторным провизиям. И если говорить о третьей большой задаче, которую ему удалось решить – это программа оздоровления банков.

«Принимая наши субординированные облигации, Нацбанк позволяет нам увеличить наш капитал. Таким образом увеличивается наша возможность кредитования, также увеличивается возможность соответствовать регуляторным провизиям. В то же время это мотивирует акционера банка дополнительно вливать деньги в капитал банка. Я думаю, это хорошее дело», - заявил Энтони Эспина.

По словам управляющего директора - финансового директора АТФБанка Анар Ахимбековой, 60% от текущего ссудного портфеля банка занимает корпоративный сектор, остальную часть – малый средний бизнес и розница (последние два года банк активно рос в этом сегменте). Согласно своей Стратегии, банк будет продолжать наращивать долю в секторе МСБ и розницы и более умеренно развивать корпоративный сектор.

Как сказал управляющий директор АТФБанка Антон Ли, программа оздоровления пока не отразилась на прогнозах роста банка, поскольку она не предоставляет какого-то дешевого финансирования, которое банк мог бы использовать сразу. Она помогает с точки зрения капитала, которого, в принципе, у банка на сегодняшний день достаточно.

«Мы свой прогноз по росту закладывали исходя из нашей текущей ситуации и прогнозов по росту экономики. Соответственно, мы планируем небольшой рост кредитного портфеля по корпоративному блоку также на уровне 7-8%. Основной упор мы как обычно делаем на увеличение доходности с точки зрения некредитных операций – операционного обслуживания клиентов, увеличение клиентской базы и органический рост по мере роста экономики. Это наши основные направления», - заявил Антон Ли, курирующий развитие корпоративного сектора в банке.

Он подчеркнул, что в текущем году кредитный портфель АТФБанка в корпоративном секторе вырос на 8%, основные индустрии роста – это обрабатывающая отрасль и производство. Банк тесно поработал в части госпрограмм, поддержки экономики.

«Стратегия развития на 2018 год остается такой же, мы будет постепенно расти наращивать свой кредитный портфель, преимущественно выбирая себе лучших клиентов. У нас нет цели захватить рынок, стать самым большим банком, мы формируем качественную клиентскую базу и растем. Конечно, у нас будут проекты и в рамках торговли и других сегментов, но фокус, в любом случае, на производстве», - добавил он.

В целом, учитывая все особенности программы, участие в ней АТФБанка в программе подтверждает важность этого финансового института для экономики Казахстана.

Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 24 октября 2017 > № 2361604 Энтони Эспина


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 24 октября 2017 > № 2361546 Михаил Козырев

На выход с деньгами: как складывается судьба российских бизнес-эмигрантов

Михаил Козырев

Журналист

Рябушинские, Березовский, ВТБ и бывший строитель Алабяно-Балтийского тоннеля. Что общего?

Каждому в Москве, у кого есть машина, известно это место: Алабяно-Балтийский тоннель под «ленинградкой» в районе метро Сокол. Гораздо меньшее количество людей знает, что строила его компания НПО «Космос». И уж совсем немногие в курсе того, что принадлежала она в тот момент предпринимателю Андрею Чернякову. На прошлой неделе, 19 октября, Высокий суд Лондона приговорил Чернякова к двум года тюремного заключения. За неуважение. Истец по делу — российский государственный банк ВТБ.

Суть дела в том, что НПО «Космос», один из крупнейших подрядчиков в столичных инфраструктурных проектах времен Лужкова, активно кредитовался в «Банке Москвы». Под личные гарантии Чернякова банк, на тот момент уже входивший группу ВТБ, предоставил «Космосу» 14,5 млрд рублей на достройку того самого Алабяно-Балтийского тоннеля. Деньги по этому и еще нескольким другим займам компания не вернула и в 2015 году перешла под внешнее управление кредиторов. Черняков с семьей покинул Россию. C тех пор ВТБ пытается получить свои деньги назад.

Пока в зарубежных инстанциях госбанку удалось взыскать около 300 000 фунтов стерлингов. Лондонский суд рассматривает законность продажи Черняковым яхты и личных самолетов суммарно более чем на €30 млн. Судья подозревает, что обвиняемый таким образом скрывает от кредиторов средства, которые бы могли пойти на уплату долгов. Причем делает это, как говорится в последнем судебном решении, «бессовестно и упорно». В частности, отказываясь участвовать в судебных разбирательствах. На повестки Лондонских судей Черняков не реагирует, судебные заседания посещать отказывается. Результат — московского строителя приговорили к двум годам тюрьмы за неуважение к суду и объявили в международный розыск.

«Коммерсант» пишет, что вроде бы Черняков в настоящее время находится в Германии. Ранее предприниматель через своих адвокатов обвинял ВТБ в рейдерстве. Дескать, кредит под личное поручительство ему навязали. Он согласился, рассчитывая на будущие заказы от городских властей. Однако команда мэра Сергея Собянина «Космос» к новым большим проектам не пустила, соответственно, финансировать возврат средств оказалось нечем.

Как бы то ни было, история Андрея Чернякова отнюдь не уникальна. От Владимира Гусинского до Елены Батуриной, от акционеров ЮКОСа до бывшего главы «Стройтрансгаза» Арнольда Беккера — в последние десятилетия многие действительно заметные в российском масштабе предприниматели были вынуждены покинуть страну. Бывший глава и владелец Межпромбанка Сергей Пугачев, экс-глава Банка Москвы (еще до включения его в группу ВТБ) Андрей Бородин, бывший хозяин «Евросети» Евгений Чичваркин... Список можно продолжать еще долго.

Часть бизнесменов уехали из России по политическими причинами. Часть эти причины лишь выдает за политические. Очевидно, тем не менее, что бизнес-эмиграция из России имеет действительно массовый характер. При этом о выдающихся деловых успехах беглецов сведений практически не поступает. А вот чего хоть отбавляй, так это новостей об участии эмигрантов в разного рода судебных разбирательствах.

В лучшем случае предпринимателям удается сохранить заработанное (и вывезенное) из России. А в худшем… Достаточно вспомнить трагический финал жизни Бориса Березовского и вызвавшие пару недель назад большой резонанс фотографии неухоженной могилы бывшего главного российского олигарха.

Таким образом, можно сказать, что история повторяется.

«Многие из бывших промышленников, к нашему глубокому сожалению, если и производят что-либо, то только займы. Если торгуют, то только с лотка. И те, кто совершал когда-то крупные сделки, совершают их теперь с собственной совестью, ибо нужда заставляет не всегда разбираться», — написал в июле 1921 года в Константинополе Михаил Бахрушин, один из хозяев известной в дореволюционной России кожевенной и суконной империи.

Тогда, в первые годы после революции, в вынужденной эмиграции оказались миллионы беженцев, в том числе тысячи предпринимателей. Преуспеть в бизнесе, повторив за рубежом свой успех, удалось единицам.

Показательна история Рябушинских — одного из богатейших кланов дореволюционной России, владевших текстильными фабриками, банками, машиностроительными заводами и пр. К началу жизни в эмиграции семейство располагало суммой в 500 000 фунтов стерлингов, что по довоенному курсу превышало 5 млн золотых рублей. Спустя несколько лет после отъезда из России Степан Рябушинский в письме брату пишет: «Дела созданы, а что и как работать, не знаем. После ряда неудачных попыток, убытков в большинстве случаев, начинаем с января 1922 работать по оптовой продаже и розничной торговле суконными товарами. Постепенно натаскивая состав, учась, делая ошибки, сначала дело идет очень тихо, потом постепенно лучше».

Но уже к 1924 году семейный капитал сдулся до 84 000 фунтов. Рябушинские вынуждены сворачивать бизнес. Полное разорение наступило к концу 1920-х годов. Когда в 1936 году во Франции умер Сергей Рябушинский, один из основателей автомобильного завода АМО в Москве, хоронить его было не на что.

В Национальном архиве Франции сохранился любопытный документ — рукописные записи Петра Бурышкина, некогда удачливого российского предпринимателя. В эмиграции Бурышкин подвизался на ниве возврата собственникам средств, замороженных на счетах предприятий, национализированных большевиками. Не новый бизнес, запущенный уже в эмиграции, а доступ к деньгам, что сохранились со времен, когда дела в России процветали, — вот что стало целью для большинства эмигрантов. Дело это было непростое, свои деньги бывшим хозяевам фабрик и заводов приходилось выбивать через суды.

Как пишет Бурышкин, исход дела во многом зависел от того, в какой из национальных юрисдикций оно рассматривалось. Хуже всего ситуация складывалась в новых странах — «лимитрофах» — Польше и государствах Балтии. Суды обычно удовлетворяли претензии местных граждан, игнорируя права русских эмигрантов. В Швейцарии акционерные общества, имущество которых было национализировано, просто ликвидировались.

В Германии, в 1920-х годах наладившей тесное сотрудничество с Советской Россией, решения были как в пользу, так и против интересов акционеров русских обществ. Получше ситуация складывалась во Франции, Великобритании и США. Но и там дела по возврату средств шли со скрипом. Особенно с того момента, как западные страны начали признавать СССР.

«Теперь, после 17 лет прибытия эмигрантов за границу... значительные суммы русских обществ почти полностью улетучились», — пишет Бурышкин. Всего, по его данным, в судебной практике Франции, Англии и США в разное время находилось около 600 дел по «русским обществам». Дела эти были чрезвычайно запутанными, собственники сталкивались со случаями мошенничества со стороны управляющих. Акционеры и пайщики смертельно враждовали между собой.

Валютный счет «Товарищества Тверской мануфактуры», к примеру, оставался блокированным в одном из британских банков вплоть до 1928 года. Поделить 300 000 фунтов стерлингов мешали дрязги, имевшие истоки еще в «прежней», дореволюционной жизни. Крупная пайщица «Тверской мануфактуры» Н. А. Коншина, пишет Бурышкин, была «исходом данного дела совершенно не заинтересована... оно нужно ей лишь для сведения своих старых счетов с семьей Морозовых. В особенности ясно проступала ее ненависть к покойному Ивану Абрамовичу и к его вдове Е. С. Морозовой».

Кому из эмигрантов удалось удержаться на поверхности? Тем, у кого за рубежом в критический момент оказалось достаточно активов и «кеша». Один из таких примеров — бизнес семейства Высоцких — Гоц, владевших в дореволюционной России крупнейшей чайной компанией. В каком-то смысле, можно сказать, им повезло. Торговля чаем требовала значительного финансирования операций за пределами Российской Империи, и эти средства находились на счетах в зарубежных банках. Компания также имела офисы в крупных европейских городах и чайные плантации на Цейлоне. В 1917 году семейство вывело и легализовало свои капиталы в Англии, оставив в Москве лишь несколько особняков и объекты искусства.

В межвоенный период бизнес Высоцких процветал. Однако во время Второй мировой войны операции в Европе пришлось свернуть. Многие члены семейства стали жертвами холокоста. А в 1950 году, после гибели в автокатастрофе тогдашнего главы торгового дома, была ликвидирована и азиатская часть бизнеса. Впрочем, еще в 1936 году некоторые из членов клана успели перебраться в Палестину, где продолжили торговать чаем. Сегодня группа Wissotzky контролирует около 70% рынка чая в Израиле, занимается поставками оливкового масла и деликатесов.

В целом же, как и сегодня, русские предприниматели из числа эмигрантов больше давали материалов для судебных хроник, чем отличались успехами в строительстве своих корпораций. «Русский» бизнес так и не утвердился за рубежом», — пишет Михаил Шацилло в своей монографии «Российская буржуазия в период гражданской войны и первые годы эмиграции. 1917 — начало 1920-х гг.» Причины? Неблагоприятная политическая ситуация, незнание конъюнктуры западных рынков, отсутствие корпоративной солидарности. А также, как отдельно указывает Шацилло, стремление части «деловых людей» к сотрудничеству с советской властью.

Вернемся к тем же Высоцким. Для обслуживания своего бизнеса в 1921 году семья учредила «Парижскую банковскую и меняльную контору». В том же году она была преобразована в Коммерческий банк для Северной Европы (Banque commerciale de la Europe Du nord). В 1925-м клан решил банк продать. Благо, к тому времени Франция признала СССР, торговля и деловые операции между двумя странами были легализованы, и в связи с этим у предприимчивых людей образовались неплохие возможности для заработка.

Через посредников Высоцкие вышли на представителя советского Промбанка Шарова. Тот до революции был высокопоставленным сотрудником фирмы «Вогау и К°», конкурента Высоцких на чайном рынке. Общий язык был найден быстро, стороны ударили по рукам. Всего чаеторговцы получили за свой банк около 15 млн франков. Сделка с большевиками была, мягко говоря, плохо воспринята в эмигрантских кругах. Высоцких даже исключили из «Торгпрома», главной на тот момент общественной организации русской бизнес-эмиграции. Но вырученные за банк деньги оказались нелишними в условиях надвигающегося мирового кризиса.

Со временем Коммерческий банк для Северной Европы (известный также под названием Евробанк) приобрел важное значение для СССР. Через него Советский Союз финансировал как внешнеторговые операции, так и политические проекты (выдавал, к примеру, кредиты структурам, связанным с компартией Франции). После распада СССР банк остался в системе российского ЦБ, затем был переименован в ВТБ Банк (Франция), а еще позже — преобразован в дочерний банк ВТБ Банк (Европа).

Того самого государственного ВТБ, напомним, который сегодня судится в лондонском суде с Андреем Черняковым, строителем Алабяно-Балтийского тоннеля, эмигрировавшим из России. Мир, что ни говори, чертовски тесен…

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 24 октября 2017 > № 2361546 Михаил Козырев


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 24 октября 2017 > № 2361541 Константин Корищенко

Государство — это я: почему растет интерес к криптовалютам

Константин Корищенко

Зампред ЦБ в 2002-2008 гг., профессор, завкафедрой фондовых рынков и финансового инжиниринга РАНХиГС

И почему государство решило взять под контроль выпуск и обращение криптовалют

Любое современное государство – российское, американское или японское – имеет длинный список властных полномочий, проявление которых мы встречаем в нашей повседневной жизни. Среди них ключевыми являются оборона, денежное обращение, соблюдение законов.

Сегодня государственная монополия, как минимум, по одному из этих прав – эмиссии денег – находится под угрозой. Эта угроза возникла 6-7 лет назад и исходит от криптовалют — явления, которое вызревало последние два десятилетия, но их популярность достигла неимоверного накала последние пару лет.

В основе практически любой криптовалюты лежит технология распределенного реестра (DLT) или блокчейн. И во многом благодаря использованию этой технологии стало возможным завоевать доверие людей, готовых тратить время, компьютерные ресурсы и электроэнергию на производство («майнинг») криптовалют и с удовольствием приобретающих биткойны по цене, выросшей с нескольких десятков до более $5000 всего за четыре года.

Что же такого содержится в этой технологии, что создает угрозу самим основам современного государства?

Попробуем разобраться по порядку.

В конце 2000-х годов многие страны (США, Япония, Великобритания, государства континентальной Европы), оказавшись в ситуации самого серьезного экономического кризиса за последние 80 лет, прибегли к так называемой нетрадиционной денежно-кредитной кредитной политике – количественному смягчению. Проще говоря, опустили кредитные ставки до нуля и даже ниже, а также нарастили количество денег в экономике до невиданных ранее размеров. Одних только «свежих» денег центральные банки развитых стран добавили за последние 10 лет в размере почти $20 трлн (для сравнения, это в полтора раза больше, чем масса всех денег в США). К этому следует добавить резко ужесточившуюся фискальную политику этих государств, связанную с ростом государственных долгов.

Для обычного человека сберегать деньги и управлять собственными налогами в таких условиях стало весьма сложно, а держать деньги в банках оказывается не только не выгодно, а даже накладно и рискованно. Население и компании ответили на такую политику «уходом в кэш», увеличением доли наличных на руках. Хотя и не везде. В странах северной Европы доля безналичных платежей резко выросла, а в Дании даже приняли закон, фактически «выдавливающий» наличные кроны из оборота. Но, в целом, использование наличных в Германии, Швейцарии, Японии и США находится на весьма высоком уровне.

В сложившейся ситуации резко активизировались практические эксперименты и научные дискуссии о том, как создать «новые деньги», которые бы совместили быстроту и удобство электронных платежей, анонимность, как у наличных денег, способность сохранять стоимость, как у золота.

Практическим результатом этих усилий стал биткойн, созданный то ли реальным, то ли анонимным автором, но весьма точно угадавшим насущный запрос современного человека.

В чем же он состоит? Как выясняется, в мире криптовалюты есть несколько основных принципов, дающим им право называться «новыми деньгами»:

независимость от какого-либо государства;

самоуправление на базе «непрерывного голосования»;

открытость программного кода, лежащего в основе (как правило);

свободная конкуренция множества разных валют;

«реальность» затрат на майнинг (производство валюты).

Государства, увидев, что тенденция набирает обороты и методами регулирования/запрета ее не остановить, решили «возглавить процесс», предложив собственные альтернативы «государственных» криптовалют – FEDcoin (США), CADcoin (Канада), eKrona (Швеция) и т.д.

Не вдаваясь в большие технические подробности, можно утверждать, что практически все эти проекты имеют много общего:

подразумевают открытие в Центральном банке непосредственных счетов клиентам (банкам, компаниям или населению);

привязывают государственные криптовалюты к национальным деньгам;

организовывают обращение государственной криптовалюты в блокчейне или централизовано, но, в любом случае, по правилам, установленным государством;

обеспечивают обмен криптовалюты на обычные деньги по фиксированному курсу и через назначенных агентов.

Даже беглое сравнение тех принципов, которые заложены в «независимых» и «государственных» криптовалютах, позволяет сделать вывод о том, что их принципы построения очень сильно разнятся. Если же попытаться найти одно, главное отличие, им безусловно будет принцип самоуправления, который, в свою очередь, непосредственно связан с использованием технологий блокчейн и программирования в открытом коде.

Есть разные прогнозы по поводу того, выживет ли биткойн, эфир и иже с ними. Но в случае успешного распространение криптовалют в мировой экономике это не только даст многим людям заработать, но, и это куда важнее, подтвердит жизнеспособность модели самоуправления (блокчейна).

И вот уже на горизонте «маячат» вопросы, которые сложно игнорировать, так как они ставят под сомнение неизменность основных функций государственной власти:

Денежное обращение. Не вытеснит ли в практическом обороте криптовалюта национальную валюту (наличную и безналичную), поставив вопрос о необходимости Центрального банка и коммерческих банков?

Гражданство. Не приведет ли внедрение технологии блокчейн в системе учета и хранения персональных данных граждан к тому, что целый ряд государственных ведомств окажется без работы?

Избирательная система. Не приведет ли использовании технологии блокчейн в процессах голосования к существенному упрощению самой процедуры и повышению ее надежности? Это, в свою очередь, может ли привести к «швейцарскому феномену» — переходу к постоянным референдумам по ключевым вопросам жизни государства?

Законодательная и судебная система. Не приведет ли применение технологии блокчейн в законодательном регулировании к «написанию/программированию законов» по принципу «открытого кода» и голосованию по ним большинством населения, а не депутатов?

Вооруженные силы. Не приведет ли использование технологии блокчейн в сфере воинской обязанности к возможности управлять путем голосования сроками призыва, местом прохождения службы, обменом обязательств/освобождений по прохождению по службы между призывниками и государством?

В этих вопросах нет ничего того, что противоречило бы задачам построения современного государства — все вышеприведенное находится в русле демократизации и повышения роли каждого сознательного гражданина в управлении.

Понятно, что некоторые из поставленных вопросов – далеки от реальности, но часть из них являются вполне насущными. Понятно, что блокчейн не защитит от грабителей, не позволит добывать существенно больше нефти и многое другое, и, конечно, не отменит в обозримом будущем централизованное государственное управление.

Однако, появляется все больше и больше новых проектов, основанных на блокчейне. Многие из них построены на блокчейне Ethereum, который дает возможность использовать механизм смарт-контрактов. Это говорит о том, что сила самоуправления и системы подтверждения прав собственности, независимой от государства, заложенная в блокчейне, все больше и больше захватывает умы (и кошельки) той части населения, которой близки идеи свободного рынка. Причем неважно, происходит это стихийно или осознанно.

Можно, конечно, как в Китае, запретить практически все, что связано с криптовалютами. Правда остается открытым вопрос – если закрыть глаза, исчезнет ли то, что они видят?

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 24 октября 2017 > № 2361541 Константин Корищенко


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 23 октября 2017 > № 2360356 Герман Греф

Футуристы в бизнесе. Как формируется публичный образ Германа Грефа

Алексей Фирсов

социолог, основатель центра социального проектирования "Платформа", председатель комитета по социологии РАСО

В последние годы репутация российского банкира «номер один» формируется вокруг визионерской оси

Герман Греф на прошлой неделе сообщил еще об одной уходящей профессии. «Программисты нам не нужны, мы с ними боремся», — цитирует РИА Новости главу Сбербанка. Что стоит за этой фразой, пока не ясно. Возможно, констатация того, что молодое поколение обучается программированию как второму иностранному, в массовом порядке. Возможно, речь идет о развитии искусственного интеллекта, который, в духе последнего романа Виктора Пелевина «iPhuck 10», будет сам воспроизводить программные решения. Ранее Греф уже отмечал, что вскоре не нужны станут юристы — их функции начинают выполнять роботы. Отпадет нужда и в самих банкирах: банк, по его мнению, превратится в уберизированную интернет-платформу.

Не будем гадать, как отреагируют программисты Сбербанка на слова своего руководителя, не объявят ли они встречную партизанскую войну — у айтишников для этого много возможностей. Но в публичном пространстве встречные реакции на футуристический подход Грефа уже не кажутся однозначно позитивными. Сетевые сообщества любят обращать внимание на заметные разрывы, которые возникают между публичным образом банкира-визионера и некоторыми особенностями его структуры. При всем прогрессе, который сделал за последние годы банк, в ряде аудиторий доминирует стереотип об архаичности его процессов. Разумеется, это уже далеко не «Почта России». Однако регулярное заглядывание Грефа в будущее рождает у скептиков подозрение в некотором отрыве от реальности. Происходит феномен избыточного опережения, при котором понятия «Греф» и «Сбербанк» начинают отслаиваться друг от друга.

Из этих разрывов возникает, к примеру, активная трансляция мемов типа «в каком отделении карточку брали, в такое и обращайтесь», которые воспроизводятся при очередном футуристическом высказывании главы Сбербанка (хотя на деле вопрос с отделениями уже решен). По мысли клиентов, видеть дальнюю перспективу, конечно, хорошо, но при этом важно не потерять область близкого, непосредственного опыта. Регулярно в дискуссиях появляется версия, что Грефу уже скучно, неинтересно в банковской сфере, что ему хочется вернуться к государственному управлению. В среде политологов распространена версия о том, что косвенно такое возвращение происходит. Например, Греф оказывает большое влияние на методики подготовки нового управленческого состава, который сейчас рекрутируется в органы власти. Так называемая «библиотека Грефа» (собрание коучинговых книг, очень неровное по своему качеству, но отобранное самим банкиром) предлагается во время управленческих тренингов в структурах власти как ориентир для дальнейшего самообразования.

Действительно, в последние годы репутация российского банкира «номер один« формируется вокруг визионерской оси. Блокчейн, банковская уберизация, вытеснение физического персонала машинным кодом — описывая эти тренды, Греф наполняет и свой персональный образ дыханием дальней перспективы. Как будто те самые «кентавры» Иосифа Бродского звенят в его тезисах («они выбегают из будущего и прокричав: «напрасно», — тотчас в него возвращаются; вы слышите их чечетку...»). Такая динамика образа дала хороший результат и стала влиять на восприятие банка в целом, позволив выглядеть гораздо конкурентней и современней ближайшего конкурента — ВТБ. Можно сказать, что репутация Грефа отлично сыграла на модернизацию «Сбербанка» и оказала прямое влияние на его капитализацию. Уверенность в том, что удалось ухватить будущее, стало поднимать стоимость настоящего. Однако вместе с успехом стали проявляться и ограничения для такой публичной стратегии.

Банкир уверенно поймал тренд, особенно заметный в России в 2015-2016 годы, когда актуализировались разговоры о потерянном образе будущего. С одной стороны, тогда накопилась усталость от ретроспективности российской идеологии, культивирования деяний прошлого. С другой, обсуждение близкой перспективы заходило в тупик — полемика неизбежно упиралась в вопросы о качестве институтов и необходимости конкретной смены управленческой модели. Поэтому для ряда интеллектуалов отдушиной стала дальняя футурология — уход за горизонт. Греф, впрочем, выбивается из ряда мечтателей. Работая над программой для ЦСР, он регулярно ставил вопрос о серьезных институциональных реформах. Уровнем общественной критики он порою не уступал по жесткости известным оппозиционерам — при сохранении позиции главы государственной структуры. Все это подтверждало версию, что Греф, как и Кудрин, обладают прерогативой свободной публичной дискуссии, отнесены к разряду игроков, которые могут стать агентами изменений системы изнутри. Его визионерство не уходило совсем в фантазийную плоскость — оно подпиралось как опытом практической работы, так и участием в разработке экономических стратегий государства. Однако и человеком, слитым со своей корпорацией, его тоже не назовешь.

В российской практике есть еще несколько примеров разрыва, при котором персональный образ выпадает за границы корпоративного кокона: Сечин и «Роснефть», Чубайс и «Роснано». В каждом из случаев бизнес-лидер пришел в корпорацию из политического класса, привнеся в бизнес характерные для политики черты: харизматичность (в своей внутренней среде), увлеченность дальней стратегией, апеллирование к общественным интересам, публичность. Происходит как бы игра двух смысловых пространств, их взаимная проекция. В каждом персональном случае такое пересечение воспринимается по-разному. Возможно, Греф показал пример наиболее удачной трансформации образа политика в образ предпринимателя, без существенных публичных издержек. Вернее, этот переход произошел более органично, чем для Чубайса и Сечина. Однако полностью вынести за скобки побочные следствия такой трансформации, разумеется, невозможно. (Кстати, можно отметить, что обратная логика перехода — из бизнеса в политику — также создает свои трудности, но это не тема данного материала.)

Возможно, один из источников проблем — слишком большая централизация коммуникационной политики на первом лице, свойственная для российского бизнеса в целом. Сбербанку было бы полезно иметь более широкий круг публичных спикеров, хорошо раскрученных в информационном пространстве; при этом даже не обязательно, чтобы все они были штатными сотрудниками организации. Они смогли бы заполнить смысловое пространство между дальней стратегической точкой, заданной Грефом, и текущим положением. Однако пока в российской корпоративной практике не удается создавать пул корпоративных «евангелистов» — такие подходы вступают в конфликт с централизованными иерархичными моделями. В той перспективе, о которой говорит Греф, нужны не только роботизированные алгоритмы, но и новые принципы организации информационной среды.

Что можно сказать о сегодняшнем моменте? Мода на визионерство проходит, коммуникационное поле насытилось им; оно делает время слишком рыхлым, растянутым, неопределенным. При этом задача построения убедительной картины будущего, уходящей своей основой в настоящее и вызывающей эмоциональное сопереживание современников, не решена: нет даже эскизных прорисовок такой картины. Ни блокчейн, ни роботизация не рождают эмоций. Будущее Грефа выполнено в холодных тонах, не мобилизует на движение к нему. Его текущая репутационная стратегия дала свой результат, но требует обновления. При этом идет своеобразное уплотнение времени, нарастает ожидание развязок и решений. Очевиден запрос на конкретные шаги, на создание ощущения реальной динамики. Важно, чтобы Греф не загнал себя в колею прежнего концепта, чувствовал возникающие развилки.

Разумеется, очень трудно менять системные принципы с позиций государственного менеджера, со всеми ограничениями для этой позиции. Однако какие-то секторальные решения здесь возможны. У Грефа есть прекрасные возможности: его слышат глава государства и целый блок чиновников. Даже наметилось особое сближение — после сообщения вице-премьера Игоря Шувалова о том, что Путин «заболел» цифровой экономикой. На банкира может ориентироваться либеральное крыло в бизнесе и целый пласт либеральной общественности. Но вместе с тем есть и риски, связанные с фокусным вниманием других башен, идеологической конкуренцией и борьбой за влияние внутри Кремля. Поэтому маневры этого неординарного руководителя могут быть очень интересны, а его успехи или неудачи — служить одним из индикаторов дальнейшего развития.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 23 октября 2017 > № 2360356 Герман Греф


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 23 октября 2017 > № 2360355 Андрей Нечаев

ЦБ с косой: почему банковская система возвращается в СССР

Андрей Нечаев

Бывший министр экономики России

Доля государства на банковском рынке растет, слабых звеньев становится меньше, но это не идет на пользу потребителю

Банковская система России в последнее время привлекает к себе повышенное внимание. В числе громких событий — скандалы, связанные с отзывом лицензий у крупных банков «Пересвет» и «Югра», и фактическое банкротство двух крупнейших частных банков – «Открытие» и Бинбанк, заставившее Центробанк в ускоренном порядке реализовать принципиально новый механизм санации банков через созданный им Фонд консолидации банковского сектора. Слияние двух государственных банковских монстров ВТБ и ВТБ24. Все это поставило на повестку дня вопрос об устойчивости банковской системы в целом и эффективности действий регулятора.

Плачут и богатые, и бедные

Упомянутые случаи — это вершина айсберга, и события из серии «богатые тоже плачут». Ускорившийся с приходом в Центробанк Эльвирой Набиуллиной процесс административного выдавливания с рынка малых и средних банков идет еще с конца 1990-х годов. За последние несколько лет были отозваны сотни лицензий, и в этом году — у 51 банка.

Центробанк обосновывает эту политику необходимостью очищения банковской системы от полукриминальных и от слабых банков.

С первым пунктом трудно не согласиться. Если банк нарушает законодательство, занимается отмыванием денег или другими криминальными операциями, то он должен быть наказан. Правда, финансовые власти отчасти сами подталкивают банки к подобным действиям. Регулятивные требования очень бюрократизированы и постоянно ужесточаются. Сейчас значительная часть сотрудников любого банка занята контролем операций и написанием всякого рода отчётов, сообщений, ответов на запросы ЦБ, налоговой инспекции, правоохранительных органов и т. д. Этим занимаются квалифицированные и высокооплачиваемые кадры, что сильно снижает рентабельность банковского бизнеса. Некоторые банки просто вынуждены пускаться на полукриминальные операции, чтобы повысить свои доходы и не обанкротиться. Разумеется, это лишь объяснение, а не оправдание их действий.

А вот насколько можно считать многие малые и средние банки априори слабыми — это открытый вопрос. На мой взгляд, большинство из них часто являются более устойчивыми, чем крупные игроки. Не случайно именно крупным банкам, в первую очередь государственным, оказывалась в последние годы финансовая помощь в рамках антикризисных программ правительства и Центробанка, исчисляемая триллионами рублей. Последний пример – упомянутая санация за государственный счет «Открытия» и «БИНа». Малые и средние банки такой помощи не получали.

Неравные условия

Дело не только в предоставлении государственной помощи на стадии фактического банкротства банка. Крупные банки имеют привилегии и в рамках текущего взаимодействия с госорганами и доступа к госфинансированию. Финансовые власти сами создают неравные условия конкуренции, отсекая некрупные банки от государственного финансирования. Критерии, по которым банку разрешается доступ к бюджетным средствам, весьма спорны и подчас противоречат логике. Например, банк, который получал государственную поддержку, имеет преимущества по отношению к банку, не прибегавшему к подобной помощи.

Возьмём другой аспект. У малых и крупных банков — разные ниши на рынке. Несмотря на все разговоры о поддержке малого бизнеса, на практике крупные банки не любят им заниматься. Для них проще кредитовать на несколько десятков, а иногда сотен миллиардов рублей государственную или иную крупную компанию, чем заниматься десятками тысяч мелких бизнесменов, изучая их проекты, бизнес-планы, финансовое состояние. Малый и средний бизнес — это прерогатива именно некрупных банков. Они вынуждены «обхаживать» своего клиента, стараться предоставить ему индивидуальный подход, включая индивидуальные схемы кредитования. И это нормально.

Однако когда дело доходит до субсидирования процентных ставок (например, при кредитовании в сельском хозяйстве) или других программ господдержки, то власти принимают решение, что в такой программе могут участвовать только крупные банки. Таким образом, многие банки, у которых отозвали лицензии, перед этим были попросту отсечены от госфинансирования.

Единый Госбанк и прощай конкуренция

Фактически мы наблюдаем ускоряющееся огосударствление банковской системы и подавление в ней конкуренции. Зная европейскую банковскую систему, могу ответственно заявить, что благодаря активной конкуренции в банковской сфере России в последние 20 лет наши банки в части мобильного банкинга и других ИТ-технологий находятся на передовых позициях. Причём это относится не только к крупнейшим банкам. Искусственное ограничение конкуренции через вытеснение с рынка малых и средних банков и привилегии крупным будет препятствовать прогрессу. А пострадает в итоге потребитель.

Убежден, что в банковской сфере принцип to big to fail должен быть дополнен принципом «пусть расцветают все цветы». В советской экономике было всего несколько государственных банков. Печальный конец этой экономики мы помним. Стоит ли еще раз наступать на те же грабли?

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 23 октября 2017 > № 2360355 Андрей Нечаев


Россия > Финансы, банки > kremlin.ru, 23 октября 2017 > № 2360248 Юрий Чиханчин

Встреча с директором Федеральной службы по финансовому мониторингу Юрием Чиханчиным.

Глава Росфинмониторинга информировал Президента о текущей деятельности ведомства.

В.Путин: Здравствуйте, Юрий Анатольевич. Пожалуйста.

Ю.Чиханчин: Добрый день.

Владимир Владимирович, я хотел бы Вам рассказать о подготовке России к очередному отчёту ФАТФ [Группа разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег] и доложить о результатах нашей работы. В следующем году, первый квартал, мы должны подготовить отчёт международному сообществу, как работает антиотмывочная система в России и как эффективно работает – не только законодательная база, но и эффективная [работа].

Действительно, нам удалось очень многое сделать. Это говорит о том, что всё-таки вместе с мегарегулятором, с правоохранительными органами нам удалось поднять законопослушность всех финансовых институтов. Здесь [на слайде] видно количество. И исходя из этого мы приняли значительные меры для того, чтобы сократить ряд отрицательных моментов, на которые обычно обращает внимание международное сообщество: это вывод денежных средств за рубеж, это транзитные схемы и так далее.

Какие меры были предприняты на данном этапе. В первую очередь, согласно закону, который Вы подписали, мы дали возможность банкам отказывать в проведении операций, в открытии счетов тем клиентам, которые, на их взгляд, являются незаконопослушными. Только в этом году 460 тысяч отказов клиентам, порядка 180 миллиардов рублей мы не пустили в теневой оборот. Я хотел бы обратить внимание: к нам поступило всего около тысячи заявлений о несогласии с тем, что не совсем, может быть, правомерно [их] отстранили от работы с банками. Но это рабочая ситуация, мы совместно с [Председателем Центрального банка] Эльвирой Набиуллиной работаем, ищем новые механизмы, чтобы уйти от подобных явлений.

Сократилось значительно, я Вам говорил, почти в два с половиной раза…

В.Путин: Число подозрительных операций.

Ю.Чиханчин: Да. Это очень важный момент, потому что все подозрительные операции, выходящие с территории России, становятся прозрачны, зеркальны для банков других стран. Соответственно эта подозрительность очень серьёзно сказывается.

Хотел бы сказать, что та система, которую мы запустили в Росфинмониторинге совместно с Центральным банком, показывает, что по тем банкам, у которых отозваны лицензии, – мы видим их тоже – где-то на 75–80 процентов наши данные совпадают.

В чём удалось нам на других направлениях сработать, на что хотели бы обратить внимание. Конечно, это в первую очередь то, что выстроен механизм контроля за государственными средствами.

В.Путин: При госзакупках?

Ю.Чиханчин: Да, госзакупки и все прочие. Начали работать с налоговой службой, удалось порядка 2,5 миллиарда не пустить на незаконную выдачу НДС.

Скажем, кредиты. По нашим материалам, порядка 3,5 миллиарда не выдали тем компаниям, которые не соответствуют действительности. Пресечено финансирование недобросовестных подрядчиков, порядка 8,6 миллиарда.

Хотел бы обратить внимание на то, что ряд криминальных ранее схем просто ушли. Скажем, когда банк вдруг стал банкротом, и из-за этого страдает предприятие, которое выполняет государственный заказ. Уход уполномоченного банка как раз снял этот вопрос. Сегодня ушли такие операции, как займы аффилированным лицам и так далее. То есть целый набор.

В общей сложности из контура только по госконтрактам нам удалось сохранить в бюджете порядка семи миллиардов.

Если говорить о непосредственных результатах наших финансовых расследований, то нами было проведено значительное количество финансовых расследований, и в правоохранительные органы переданы материалы на 67 миллиардов незаконных финансовых операций, на 39 миллиардов арестовано денежных средств, и уже 18 миллиардов – это конфискат. То есть совместно с правоохранительными органами, по нашим материалам.

В.Путин: Как у вас строятся отношения с правоохранительными органами?

Ю.Чиханчин: Я считаю, очень хорошие рабочие отношения, в первую очередь с ФСБ, с МВД, со Следственным комитетом, Генеральной прокуратурой.

Могу сказать, что вместе с ФСБ удалось предотвратить – порядка 1,5 миллиарда на строительстве объектов в Крыму и Туве. Вместе с ФНС мы в общей сложности взыскали по нашим материалам почти пять миллиардов рублей, около 10 миллиардов они доначислили. Генеральная прокуратура 13 уголовных дел возбудила по нашим материалам по различным организациям.

Хотелось бы несколько слов сказать и о противодействии финансированию терроризма. Это очень актуальная тема. Действительно, мы нашли своё место в решении этого вопроса. Самый главный результат – то, что мы запустили в России механизм внесудебной заморозки активов лиц, имеющих отношение к терроризму. На сегодняшний день в общей сложности только в этом году мы заморозили порядка шести миллионов рублей. С одной стороны, это вроде небольшая сумма, но если сказать, что теракт в Санкт-Петербурге обошёлся в 150 тысяч рублей, то шесть миллионов – это очень большая [сумма], а если теракты, [как] в Париже, с ножом или топором, которые практически ничего не стоят… Нам удалось блокировать счета, блокировать конкретные действия.

Хотелось бы сказать, что мы выстроили неплохие взаимоотношения на международной площадке по вопросам, связанным с борьбой с терроризмом, в первую очередь с центральноазиатскими странами. Мы обмениваемся информацией, и по нашим данным порядка 150 человек в странах Центральной Азии – заморожены также активы. Мы заморозили активы порядка ста человек, проживающих на территориях этих республик, но находящихся здесь.

Нам удалось совместно с ФСБ и с коммерческими банками построить модель финансового поведения террористов. Это позволило выявить порядка 200 лиц, возбуждены уголовные дела. То есть банки сами научились выявлять по этому признаку. Это основной результат.

Есть ещё один проект, который мы запускаем на площадке ФАТФ, хотелось Вам его показать. Мы с Вашего одобрения в своё время создали международный учебный центр по подготовке специалистов именно для нашей системы. В дальнейшем мы создали институт при МИФИ – Институт финансовой и экономической безопасности, а дальше подключили к этому проекту восемь российских вузов во всех округах, в том числе два крымских вуза: севастопольский и симферопольский вузы, – и ростовский вуз. На сегодняшний день более 30 вузов Центральной Азии и мира подключились к нашему сетевому институту, это единая программа обучения, единые стандарты. С третьего курса студенты уже у нас работают. Иностранные студенты (порядка 200 человек мы по бюджету принимаем) защищают дипломы в нашем здании, но включают видеоконференцию в те страны, которые их отправляют. И на уровне руководителей национальных банков, финансовых разведок, генпрокуратур они видят, как защищаются их дипломники, оценивают возможность их принятия на работу.

Ещё одна интересная вещь: мы стали заключать контракты с нашими студентами, и по окончании вуза они приходят к нам работать на три года – обязательная отработка. Мы этот вопрос проговаривали с [Министром образования и науки Ольгой] Васильевой, она очень поддерживает это. Более того, мы подключили сейчас пять академических вузов совместно с ФАНО, которое помогает нам разрабатывать ряд направлений, вместе работаем с сетевым институтом.

Просто для оценки могу сказать, что сегодня проходной балл в вузе по нашим специальностям сетевого института – 293 балла из трёхсот, то есть это очень высокий балл. Минимум восемь человек на место. Постоянно у нас идёт такая загрузка.

Буквально сейчас на площадке международного учебного центра у нас обучается очень большая группа, 15 человек, из Камбоджи. В прошлом году у нас обучались специалисты, около 20 человек, Сирия, Иран, Ирак. До этого обучались Афганистан, Пакистан, латиноамериканские [страны]. Мы обучаем постоянно. За последние годы мы обучили только на площадке международного учебного центра порядка трёх тысяч иностранцев – либо прямое участие, либо через систему видеоконференций.

Данный проект очень заинтересовал ФАТФ. Создана специальная рабочая группа, и если она примет решение, то в ноябре на пленарном заседании этот проект будет международным, то есть он реально будет фатээфовским, как один из базовых проектов в системе обучения. Мы постараемся его пробить.

Россия > Финансы, банки > kremlin.ru, 23 октября 2017 > № 2360248 Юрий Чиханчин


Казахстан > Финансы, банки. СМИ, ИТ > kapital.kz, 23 октября 2017 > № 2359763 Ерлан Ашыкбеков

Платежные системы РК: Год по новым правилам

Что изменилось на рынке и как развиваются платежные сервисы

Год назад, 10 сентября 2016 года, был введен в действие новый Закон Республики Казахстан «О платежах и платежных системах», регулирующий отношения в области платежных систем, платежных услуг и деятельность участников платежного рынка. Сегодня разговор о результатах проведенных работ по реализации Закона с директором Департамента платежных систем НацБанка Ерланом Ашыкбековым.

— Ерлан Таскынбекович, каковы на текущий момент основные результаты реализации Закона?

С принятием Закона в Казахстане введена и начала функционировать система государственного регулирования и надзора за рынком платежных услуг. Платежная отрасль и ее регулирование построены отдельно от надзора и регулирования других финансовых услуг, что связано со спецификой данной отрасли и это соответствует общемировой практике. В течение полугода после его принятия, то есть до февраля 2017 года, действующим субъектам платежного рынка, то есть операторам платежных систем, поставщикам платежных услуг, в том числе небанковским субъектам необходимо было привести свою деятельность в соответствие с новыми требованиями. То есть обратиться в Национальный Банк с соответствующими документами для подтверждения статуса платежной системы, оператора или пройти учетную регистрацию в качестве платежной организации. После выхода Закона мы провели целую серию семинаров и других информационно-разъяснительных мероприятий среди субъектов платежного рынка.

— В итоге, сколько систем прошли регистрацию?

В настоящее время зарегистрировано 19 платежных систем. Из них по закрепленным законодательством критериям одна система признана системно значимой и 3 отнесены Национальным Банком к значимым платежным системам.

Системно значимая платежная система — это Межбанковская система переводов денег, владельцем или оператором которой выступает сам Национальный Банк. Данная система обеспечивает расчет свыше 95% от общей суммы всех безналичных межбанковских платежей, проведенных в стране. Ежедневно через эту систему проводится транзакций объемом 3,5 трлн тенге, практически вся ликвидность финансового сектора «находится» в этой системе. Поэтому Национальный банк уделяет первостепенное внимание обеспечению непрерывности функционирования данной системы, управлению рисками и проводит мониторинг за ее работой на постоянной основе. По другим платежным системам осуществляется сбор статистической или иной информации, в том числе по инцидентам и операционным событиям, и ведется наблюдение за их функционированием.

Казахстанцы перекладывают кошельки в смартфоны

— Важное нововведение касалось регулирования деятельности платежных организаций. Что изменилось в этой части?

По требованиям Закона 29 компаний прошли процедуру учетной регистрации в качестве платежных организаций. Это небанковские учреждения, с появлением которых произошло количественное и качественное расширение субъектной базы платежного рынка. Рынок стал более разнообразным и конкурентным. Данные организации предоставляют ряд базовых платежных услуг, среди которых прием платежей от населения, в том числе наличным способом — это наиболее популярный вид услуг, доля данной услуги в общем обороте платежных организаций составляет 74%, а также услуги по обработке карточных платежей и операций с электронными деньгами. Кроме того, они могут привлекать платежных агентов или сами выступать платежными агентами банков, взаимно дополняя друг друга и расширяя присутствие финансовых сервисов в отдаленных регионах Казахстана. Сеть платежных терминалов, используемых для приема платежей от населения и принадлежащих как самим платежным организациям, так и их агентам, насчитывает более 60 тыс. единиц. По результатам первого полугодия 2017 года платежными организациями обработано 134,8 млн транзакций, объем оказанных платежных услуг составил 326,8 млрд тенге.

Информация о платежных организациях и разрешенных для них видах платежных услуг доступна для всех и размещена на Интернет-ресурсе Национального Банка. Реестр поддерживается в актуальном состоянии по мере появления новых участников. В случае возникновения жалоб и претензий к деятельности платежных организаций по поводу оказываемых ими платежных услуг, потребитель имеет право обратиться в Национальный Банк, в т. ч. с помощью мобильного приложения «НБК онлайн».

— А банки второго уровня имеют право на создание или использование агентской сети для приема платежей от населения?

Да, Законом было предоставлено банкам право на оказание отдельных видов платежных услуг посредством платежных агентов. Сегодня 14 из 33 действующих банков имеют собственную сеть платежных агентов, с помощью которых осуществляется прием наличных платежей от населения, в том числе для погашения банковских займов, распространение платежных карточек и электронных денег. Задействованная банками агентская сеть охватывает 69 платежных агентов, которые, в свою очередь, имеют 6153 субагента. Некоторые мобильные операторы также выступают в роли платежных агентов для предоставления ряда платежных услуг своим абонентам.

Сколько операторы зарабатывают на мобильных финансовых сервисах?

В целом благодаря созданному новому правовому полю расширен институциональный состав участников отрасли, успешно функционируют новые поставщики платежных услуг, что благоприятно сказывается на росте конкуренции и спектре предоставляемых услуг населению. Национальный Банк в свою очередь обладает необходимым инструментарием и полномочиями по осуществлению качественного регулирования отрасли, а также будет содействовать повышению открытости и прозрачности платежного рынка.

— Какие произошедшие основные изменения могли бы отметить в сфере исполнения платежей?

Достигнутый важный показатель — сокращение сроков исполнения банками указаний клиентов. Если раньше в распоряжении, как банка отправителя, так и банка получателя денег имелось до 4 дней на обработку и проведение платежа, то сегодня указания клиентов должны исполняться в течение операционного дня поступления в банк. Есть исключения для некоторых случаев, например, если отсутствуют деньги и документ помещается на хранение в картотеку, или исполнение карточных платежей и платежей с будущей датой валютирования. В целом данное нововведение полностью отвечает реалиям современного времени и направлено на ускорение проведения платежей.

Другим заметным изменением стал новый механизм исполнения банками платежных требований при взыскании с должников просроченной задолженности по банковским займам. Напомню, что с 1 января 2017 года такие платежные требования исполняются банками с текущих счетов физических лиц в пределах пятидесяти процентов от суммы денег, находящейся или поступающей на текущий счет.

Также с 1 января текущего года установлено ограничение на выставление банками-кредиторами к банковскому счету должника одновременно нескольких платежных требований в рамках одного договора займа. Ранее банки отправителей денег принимали платежные требования без ограничений. Данные меры направлены на защиту прав заемщика и предполагают сохранение средств должника для обеспечения его жизнедеятельности. С момента введения нового порядка исполнения платежного требования Национальным Банком за его нарушение в отношении 6 банков были применены ограниченные меры воздействия и 2 банка привлечены к административной ответственности. Также был существенно модифицирован с учетом общемировой практики механизм применения прямого дебетования банковского счета как способ осуществления платежей.

Как цифровизация меняет банковский сектор Казахстана

Еще одно произошедшее изменение связано с реализацией процедуры передачи банками информации в госорганы о принятых платежах в бюджет. На сегодня к сервису оперативного уведомления «электронного правительства» о принятых платежах подключены все банки. В результате органы государственных доходов, судебные органы в оперативном режиме получают уведомления от банков о проведенных платежах в бюджет сразу же после их совершения клиентами, что позволит им ускорить процесс оказания собственных услуг и ликвидировать ненужный оборот бумажных квитанций.

По сути, все перечисленные направления представляют собой наиболее актуальные новации Закона, и все они нашли применение на практике. Кроме того, была обновлена вся нормативная правовая база Национального Банка, регламентирующая вопросы оказания платежных услуг, процедур исполнения платежей и применения платежных инструментов.

— Как развиваются платежные сервисы и какие изменения ожидают нас в ближайшее время?

Рынок платежей растет, показывая высокие темпы роста по всем основным направлениям. Особенно быстро развивается сегмент онлайн платежей — это Интернет и мобильные платежи. Свыше 70% платежей юридических лиц и каждый второй безналичный платеж физических лиц проводятся сегодня через дистанционные каналы. Мы видим, что в мире наиболее значимые тренды сегодня также связаны с ростом дистанционных услуг, появлением новых небанковских игроков, технологий и решений, дополнительных сервисов, в результате которых меняется роль банков в обслуживании платежей и действующие бизнес-процессы. В целом нормы нашего главного отраслевого Закона закладывают необходимую правовую основу для будущего развития рынка и повышения его инновационного потенциала.

Что касается новых сервисов, то в ближайшее время мы ожидаем появление со стороны банков новых технологий оплаты с применением мобильных устройств, в том числе на основе использования QR — кодов, в торговой сети. Ведется также работа совместно с банками и заинтересованными госорганами над реализацией проекта по онлайн открытию банковского счета на этапе регистрации юридического лица/предприятия посредством портала «электронного правительства». Продолжается работа по организации в банках сервисов онлайн оплаты административных штрафов путем организации их доступа к информации о наложенных штрафах в системах госорганов. Совместно с банками постепенно планируем двигаться в сторону внедрения моментальной обработки и исполнения отдельных категорий платежей, а также создания интегрированной платежной среды.

Очевидно, что цифровые технологии создают новые возможности, в т. ч. в части организации банками и другими участниками рынка новых услуг с добавленной стоимостью, которые раньше не были доступны. В то же время диктуют необходимость совершенствования, а в ряде случаев построения новой инфраструктуры, ориентированной на эффективное обслуживание таких услуг. Большой блок вопросов, который требуют совместных решений с банковским сообществом в предстоящий период — это вопросы внедрения удаленной идентификации клиентов, биометрической технологии для повышения безопасности операций, создания открытых платформ для инициирования платежей посредством приложений сторонних провайдеров, переход на использование финансовых (платежных) сообщений, основанных на стандартах ICO 20 022 для гармонизации коммуникации между финансовыми институтами и их клиентами, и естественно, перспективы использования в финансовой сфере технологии блокчейн.

— А электронные деньги и криптовалюты. Какова динамика их развития?

Сразу хочу прояснить вопрос — криптовалюты это не электронные деньги, понятие и правовой статус которых закреплены действующим законодательством. Криптовалюты, к числу которых относятся биткоин, эфириум и др., по казахстанскому законодательству не относятся ни к деньгам, ни к валютным ценностям, финансовым инструментам, ни к электронным деньгам — они сами по себе никакую ценность в стоимостном и другом выражении (право требования) не представляют. Три отличительных свойства криптовалюты — отсутствие эмитента (т.е. читай — гаранта), децентрализованность (т.е. наднациональность и трансграничность) и применение криптографических алгоритмов для их создания.

Нацбанк: Операции физлиц по криптовалюте должны быть ограничены

Цена на криптовалюты складывается исключительно из имеющегося на них спроса и предложения, основанного на доверии к этому «продукту». Учитывая высокую волатильность, на рынках возникают различные схемы, в том числе напоминающие финансовые пирамиды, когда увеличивается число желающих получить быструю прибыль на стремительном росте курса отдельных видов криптовалют. В случае обвала цен на биткойн или другие криптовалюты граждане не смогут претендовать ни на возмещение какой-либо стоимости, ни на судебную, государственную защиту, поскольку они вложили деньги в «инструмент», за которым отсутствует ответственность и обязательства кого-либо, в том числе государства. Подходы разных стран к классификации и использованию криптовалют различаются. В США их признают биржевым товаром, в Японии — средством платежа, в Бангладеше и ряде других стран — запрещают. Если Китай и Южная Корея запрещают проведение первичного размещения токенов/монет ICO (Initial Coin Offering), то, например, Австралия решила этот рынок регулировать. То есть единая политика на уровне мирового сообщества на сегодня еще не выработана. Мы, в свою очередь, принимаем превентивные меры информационно-разъяснительного характера. Предупреждаем население и предпринимателей о рисках, связанных с операциями с криптовалютами. Несмотря на отсутствие прямых норм, ограничивающих хождение криптовалют в Казахстане, их использование в качестве средства платежа противоречит действующему законодательству.

Что касается электронных денег, то данный сегмент у нас активно развивается, существует специальное правовое поле по их обращению. Если так называемые криптовалюты не имеют единого эмитента, юридически обязанных лиц и не привязаны к реальным активам — деньгам, то электронные деньги у нас эмитируют (выпускают) финансовые организации (банки, Казпочта) и они представляют собой обязательства соответствующего банка — эмитента, который гарантирует их обмен на реальные деньги по эквивалентной стоимости по первому требованию клиента. Также выпускаемые отечественными финансовыми институтами электронные деньги могут быть выражены только в национальной валюте — тенге. При этом сам процесс выпуска электронных денег представляет собой процедуру обмена реальных денег на электронный их эквивалент. Сегодня в стране функционируют 17 систем электронных денег, контроль за их деятельностью осуществляет Национальный Банк. За 9 месяцев текущего года объем произведенных операций с использованием электронных денег казахстанских эмитентов составил 57 млн. транзакций на сумму свыше 240 млрд. тенге.

Казахстан > Финансы, банки. СМИ, ИТ > kapital.kz, 23 октября 2017 > № 2359763 Ерлан Ашыкбеков


Россия > Агропром. Финансы, банки > zol.ru, 23 октября 2017 > № 2358781 Корней Биждов

Корней Биждов: за 9 месяцев застрахованная площадь посевов снизилась на 69%

Основная тенденция на рынке агрострахования в 2017 году - резкое и существенное снижение количества договоров с господдержкой в растениеводстве, что подтверждается предварительными итогами за 9 месяцев, - заявил президент НСА Корней Биждов, комментируя данные союза по трем кварталам 2017 года.

Так, по данным НСА, на 1 октября число хозяйств, застраховавших урожай, снизилось более чем в 2,5 раза – с 782 до 291 (-63% к аналогичному периоду 2016 года). При этом количество заключенных договоров уменьшилось на 67% с 1020 до 340 единиц, а застрахованная с господдержкой площадь посевов составила всего 857 тыс. га (- 69% к показателям годом ранее). Таким образом, выполнение целевого показателя Государственной программы развития сельского хозяйства на 2013-2020 годы (4 067,7 тыс. га) за 9 месяцев 2017 года - всего 21%. Многие регионы, среди которых, например, Краснодарский и Хабаровский край, Белгородская, Брянская, Самарская и Калининградская области вовсе отказались в этом году от страхования посевов. При этом, в той же Калининградской области объявлен ЧС из-за обильных осадков и переувлажнения почвы: в нескольких районах техника не смогла выйти в поля, чтобы убрать в целом неплохой урожай. Всего же, напомнил Корней Биждов, ЧС в этом году объявили 30 регионов, и 10 из них не заключили ни одного договора по страхованию рисков в растениеводстве. Во многих регионах, объявивших ЧС, число договоров значительно снизилось. Среди них, например, Ставропольский край (снижение с 99 до 11 договоров, или 89%); Приморский край (со 175 договоров до 26, или на 85%); Курская область (с 16 до 2, или на 88%). Сегодня многие хозяйства подсчитывают убытки в надежде на компенсацию хотя бы прямых затрат, притом что выплаты получат далеко не все.

Значительное сокращение числа договоров с господдержкой произошло, в том числе, в регионах с развитым растениеводством, которые ранее входили в ТОП лидеров по страхованию посевов. Например, в Республике Татарстан заключили на 90% меньше договоров (снижение со 122 до 12); в Воронежской области – на 79% (со 141 до 30 договоров). По данным НСА, по посевным площадям больше всего произошло снижение по застрахованным с господдержкой кормовым с 287,4 тыс. га до 49,2 тыс. га (- 83%) и масличным со 860,8 тыс. га до 153,9 тыс. га (-82%) культурам. На 68% со 100 тыс. га до 31,6 тыс. га снизился охват страхованием посевов зернобобовых и на 62% (со 1303 тыс. га до 497 тыс. га) зерновых культур; на 58% - картофеля (с 6,6 тыс. га до 2,8 тыс. га).

Только в отдельных регионах число заключенных договоров увеличилось, но во многом это произошло из-за низкой базы 2016 года. Так, например, в Республике Чувашия по договорам зафиксирован рост: по состоянию на 1 октября 2017 года аграрии заключили 16 страховых договоров. В республике также было объявлено ЧС из-за переувлажнения почвы, однако застраховавшие посевы аграрии могут рассчитывать на страховые выплаты.

В животноводстве сборы страховщиков снизились на 29% до 339 млн рублей. Количество заключенных с января по сентябрь этого года договоров увеличилось на 13% с 229 до 259 договоров. Одна из причин снижения сборов в том, что аграрии снизили страховую сумму, что отразилось на стоимости договора, и если в 2016 году средняя страховая премия по договору составляла 2,5 млн рублей, то в этом году – 2,2 млн рублей.

«О том, что произойдет беспрецедентное падение показателей, НСА предупреждал все органы власти, и в первую очередь Минсельхоз и Минфин, еще в прошлом году, при обсуждении планов по включению расходов на страхование в «единую» субсидию, - говорит Корней Биждов. – Но значительно усугубило ситуацию отсутствие до настоящего времени нормативной базы, что породило немало проблем для региональных АПК. По этой причине уже заключенные в 2017 году аграриями договоры страхования с господдержкой не могут быть просубсидированы – об этом нам постоянно говорят руководители АПК из регионов».

Россия > Агропром. Финансы, банки > zol.ru, 23 октября 2017 > № 2358781 Корней Биждов


Россия > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 20 октября 2017 > № 2358798 Максим Симонов

Трудности перевода: в Госдуму внесен новый закон о валютных операциях

Максим Симонов

руководитель налоговой практики «Дювернуа Лигал»

Документ убирает самые абсурдные противоречия валютного законодательства, но о масштабной либерализации говорить не приходится

На этой неделе в Госдуму был внесен законопроект о валютных резидентах и их операциях на личных зарубежных счетах.

Его давно ждали наши сограждане, имеющие банковские счета за рубежом. Неважно какие счета, в какой юрисдикции и для каких целей: для оплаты покупок во время туристических поездок или командировок, для покупки недвижимости и оплаты коммунальных услуг, оплаты образования в школах и вузах за границей, управления личными активами и инвестиционными портфелями в банках и так далее. Цели могут быть совершенно разными, равно как и суммы на счетах, но всех владельцев объединяло одно — они, как граждане России, проживающие в России постоянно или посещающие нашу страну только на 1 день в году, являются валютными резидентами России и обязаны уведомлять налоговую инспекцию об открытии таких счетов, изменении реквизитов, закрытии счетов, ежегодно подавать отчеты о движении средств по таким зарубежным счетам, а также соблюдать жесткий режим ограничений на проведение операций по ним.

В российском законодательстве валютные ограничения прописаны очень витиевато. В результате не всегда понятно, что можно, а чего нельзя делать – разрешено ли зачисление средств на зарубежный счет в конкретном случае или карается 100%-ным штрафом. К тому же далеко не все владельцы счетов готовы тратить время на кропотливое изучение и толкование норм казуистичного и устаревшего валютного законодательства.

К примеру, у вас есть личный счет в зарубежном банке и вы решили получить на него оплату своей консультации для австрийской компании или подарок от американского приятеля, доход от продажи машины, яхты в Монако, дома или апартаментов во Франции, возврат займа от английской компании, продать ценные бумаги или золотые слитки в швейцарском банке и много чего еще. Или наконец оплатить покупку автомобиля или аренду квартиры, отеля во время своего очередного визита в Россию к родственникам, друзьям или бизнес-партнерам.

Казалось бы, что проще ? Конечно, банковский счет и карта, привязанная к нему, как раз и нужны для таких вполне логичных операций – зачисления сумм и их списания на разные нужды владельца счета. Все бы хорошо, но за все эти операции сейчас владелец счета поплатится 100-м валютным штрафом. Поскольку эти вполне логичные операции не отнесены валютным законом в перечень разрешенных операций. А что прямо не разрешено с позиции валютного закона России является запрещенным. И влечет серьезный штраф.

Тем российским гражданам, кто постоянно живет за рубежом, не всегда удобно в течение месяца сообщать в налоговую в России об открытии/закрытии счета или изменении реквизитов, ежегодно подавать отчеты о движении средств по всем счетам, а также отвечать на требования налоговой о представлении выписок из банков, подтверждающие документы по отдельным операциям по счету.

Наделал шума и свежий судебный прецедент, в котором российский суд поддержал налоговую во взыскании валютного штрафа в 31 млн рублей с россиянина Николая Кузнецова, постоянно проживающего в Великобритании, средства которого были заморожены из-за санкций (деньги переводились из Транскапиталбанка в Мособлбанк), а потом возвращены на его зарубежный счет в Barclays. Налоговая наложила штраф на всю сумму зачисления, отметив, что данная операция не указана в перечне разрешенных валютных операций.

Поэтому все давно ждали, что валютный закон изменится и логичные и вполне рутинные операции станет возможным проводить по зарубежным счетам, не опасаясь валютных штрафов. А тем, кто постоянно живет за рубежом (учится, живет с семьей или путешествует), можно будет не уведомлять налоговую в России о счетах и не отчитываться о движении средств по ним.

Новый законопроект предусматривает следующие важные изменения:

Гражданам России, которые пребывают за рубежом более 183 дней в календарном году, больше не потребуется уведомлять об открытии, закрытии или изменении реквизитов зарубежных счетов.

Граждане России, которые пребывают за рубежом более 183 дней в календарном году, смогут не соблюдать валютные ограничения на операции по зарубежным счетам. Но после того, как они вернутся в Россию на срок 183 дня и более в календарном году — эти обязанности к ним вернутся снова.

Закон вступит в силу с 1 января 2018 года. Новые правила будут распространяться также на тех граждан России, которые в 2017 календарном году пребывали за пределами России более 183 дней.

Зарубежными банковскими картами можно будет оплачивать покупку товаров и услуги на территории России. Раньше это было запрещено под угрозой 100%-ного валютного штрафа на сумму операции.

Возможным станет зачисление на зарубежный счет, открытый в банке не территории страны ОЭСР/ФАТФ доходов от продажи нерезиденту транспорта и недвижимости за пределами России, при условии, что имущество зарегистрировано (находится) в стране ОЭСР/ФАТФ и такая страна присоединилась к автообмену по стандарту CRS или имеет с Россией двустороннее соглашение, предусматривающее автоматический обмен информацией о финансовых счетах, и счет у продавца открыт в банке на территории такой страны.

Ложку дегтя в бочку меда либеральных поправок в валютный закон добавит большой сюрприз для тех, кто планирует вернуться из-за границы в Россию и пробыть здесь 183 дня и более в календарном году. Дело в том, что ему потребуется уведомить об открытии зарубежных счетов, подать отчеты о движении средств по ним – в срок до 1 июня следующего года. Казалось бы, что в этом плохого и в чем подвох?

А дело все в том, что благодаря неприметному пробелу нового законопроекта получится, что по итогам истекшего года гражданин России пребывал в России 183 дня, поэтому был обязан соблюдать все ограничения на валютные операции по личному зарубежному счету. А за несоблюдение, как уже всем известно, предусмотрен 100%-ный валютный штраф на сумму незаконной (неразрешенной) валютной операции. Остается надеяться, что данный пробел все-таки будет выявлен и устранен в процессе чтений в Госдуме.

Несмотря на описанные выше плюсы, текущая редакция законопроекта не предполагает принципиальной и масштабной либерализации. А значит, с большой вероятностью мотивирует состоятельных граждан России более внимательно и предметно рассматривать перспективы переезда за рубеж или создания новых контролируемых иностранных компаний в зарубежных юрисдикциях. До сих пор на зарубежный личный счет в банке нельзя зачислять:

доходы от продажи недвижимости на территории страны не из списка ОЭСР / ФАТФ (к примеру, на Кипре, Мальте, в Монако);

доходы от продажи ценных бумаг, которые не прошли листинг на одной из бирж по списку ФСФР (приводится ниже);

погашение евробондов (оно связано с текущей неопределенностью толкования закона и может тоже повлечь валютный штраф);

доходы от операций с деривативами (производными финансовыми инструментами) – опционами, фьючерсами, форвардами, др.;

доходы от продажи драгоценных металлов и слитков;

погашение займов и процентов по ним (даже ранее выданным с личного зарубежного счета);

выплаты от трастов, фондов, которые формально не относятся к дивидендам;

доходы от оказания услуг (к примеру, консультации) за рубежом;

доходы от продажи движимого имущества (техники, мебели, оборудования, др.);

и многие другие вполне логичные банковские операции, для проведения которых как раз и создаются зарубежные личные счета.

Так что, с большим сожалением приходится наблюдать усиление в последние годы тренда личной релокации (переезда состоятельных граждан России за рубеж) из-за несовершенства нашего валютного законодательства. Очевидно, что для изменения ситуации назрела острая необходимость более содержательной и масштабной переоценки валютного законодательства, особенно, в части его применения к операциям по личным банковским счетам за рубежом. Иначе в глобальной международной конкуренции стран за внешние инвестиции и зарубежные капиталы мы будем только проигрывать, теряя и обнуляя даже личные капиталы наших собственных соотечественников.

Россия > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 20 октября 2017 > № 2358798 Максим Симонов


Россия > Приватизация, инвестиции. Финансы, банки > forbes.ru, 20 октября 2017 > № 2358793 Станислав Савченко

Куда идут деньги «из-под подушек»

Станислав Савченко

председатель совета директоров ИК «Спарта-финанс»

Государство стимулирует переток денег населения из депозитов в альтернативные инcтрументы. Получается пока не очень.

Государство в лице разных регуляторов подталкивает россиян к покупке инвестиционных инструментов. Чтобы стимулировать приток на фондовый рынок массового розничного инвестора, ЦБ и Минфин внедряют довольно простые инструменты с невысоким порогом входа, в частности, индивидуальные инвестиционные счета (ИИС) и народные облигации (ОФЗ-н).

Пропаганда инструментов рассчитана на непрофессиональных инвесторов – ОФЗ-н и ИИС преподносятся как более интересная альтернатива банковским вкладам, ставшим невыгодными из-за постоянно снижающихся ставок. Однако в реальности эти инвестиции востребованы далеко не массовым сегментом инвесторов. При этом ИИС с ОФЗ-н перетягивают друг у друга средства россиян вместо сочетания в их инвестиционных портфелях. Было бы логично рекламировать эти инструменты в связке, если есть глобальная цель – стимулировать приток средств частных инвесторов.

Сегодня большинство направлений розничных инвестиций показывает рост. Так, например, в 2016 году был настоящий «бум» в сегменте инвестиционного страхования — прирост инвестиционного страхования жизни (ИСЖ) составил более 66%, и в 2017 году этот тренд продолжается – в I квартале сборы по ИСЖ выросли еще на 44%. Прогноз по темпам прироста на ближайшие три года 15-20% ежегодно.

Растут и розничные ПИФы. В 2016 году нетто-приток в открытые ПИФы составил 12,4 млрд рублей. В 2017 года положительная динамика в сегменте ПИФов продолжилась: сумма чистых активов (СЧА) ПИФов увеличилась на 148,9 млрд рублей (до 2,7 трлн рублей). Прирост СЧА на 114,5 млрд рублей обеспечил приток новых инвестиций: объем выдачи паев составил 133,6 млрд рублей, а объем погашений — 19,1 млрд рублей. Во II квартале, по данным Национальной лиги управляющих, активы под управлением топ-15 управляющих компаний выросли всего на 1,2% (в I квартале – на 9%), при этом темпами быстрее рынка (рост на 10-13%) росли именно компании, привлекающие средства в индивидуальное ДУ и розничные ПИФы. По прогнозам, рынок в 2017 году превысит планку в 6 трлн рублей, преимущественно за счет розничных сегментов – ДУ и ПИФов.

Именно из-за мощной информационной пропаганды наиболее раскрученными инструментами стали ИИС и ОФЗ-н.

На конец июня 2017 года число ИИС составило около 230 000 (на конец 2016 года – 192 000). При этом количество активных счетов (более пяти сделок в месяц) в 2016 году выросло до примерно 50%. Прогноз на 2017 год – 300 000 счетов. По сравнению с западными рынками, число ИИС у нас пока скромное, например, в Японии в первый год существования было открыто 6,5 млн инвестсчетов (NISA), в США инвестсчета (IRA) есть у 80% населения, в Великобритании (ISA) – у 50%. Однако налицо ускорение динамики спроса на ИИС и в России.

В апреле 2017 года состоялся первый выпуск ОФЗ-н (на 15 млрд рублей), и бумаги пользовались очень высоким спросом у населения. Выпуски ОФЗ-н будут проходить ежегодно на 20-30 млрд рублей, конечная цель – привлечь 1 трлн рублей длинных денег, по словам министра финансов Антона Силуанова, из-под подушек россиян.

Финансовый регулятор и правительство совершенно явно стимулируют недепозитную инвестиционную активность и стремятся перенаправить, по крайней мере, часть средств населения в другие, альтернативные формы. В июне 2015 года на ПЭФ первый зампред ЦБ Сергей Швецов заявил, что ЦБ создаст систему стимулов для притока денег на рынок от населения – порядка 15 трлн рублей к 2020 году.

Однако, несмотря на рост спроса на народные инвестиции, эффект от стимулирующей госполитики в этом направлении пока неполный и не совсем тот, который анонсирован регуляторами. В эти пропагандируемые как массовые инструменты инвестирования, как правило, идут далеко не самые неподготовленные инвесторы, а, скорее, обеспеченные граждане с определенным опытом работы на бирже: такая аудитория и у ПИФов, и у ДУ, и даже у тех, кто покупает обычные ОФЗ. Обычные ОФЗ только за I квартал 2017 Минфин разместил на 400 млрд рублей. Да и ИИС, как правило, открывают люди, уже имеющие опыт с биржевыми сделками. По данным отчета Московской биржи, большинство держателей ИИС узнали о них благодаря рекламе профучастников фондового рынка (43%).

Во-вторых, ИИС с ОФЗ-н перетягивают друг у друга клиентскую базу и конкурируют друг с другом в информационном поле. Например, недавно в ИИС был увеличен взнос с 400 000 рублей до 1 млн рублей, ожидается принятие закона о страховании инвестиций на инвестсчетах. Тут же ЦБ говорит о новых выпусках ОФЗ-н на большие суммы, причем их уже можно будет купить у многих банков-партнеров.

Происходит своеобразный «продуктовый каннибализм», хотя эти инвестинструменты могли бы развивать друг друга. Например, те, кто захочет купить «народные» бумаги, могли бы делать это через ИИС, либо те, кто хочет получить налоговую «доходность» от инвестирования, могут открывать ИИС и с их помощью покупать сначала ОФЗ-н, а потом, возможно, и другие инвестиционные инструменты –например, открытые ПИФы. Однако, чтобы эта практика разошлась действительно на широкий круг инвесторов, надо, чтобы прошло время, продолжила расти инвестиционная грамотность населения и реальные доходы россиян – и их способность инвестировать сбережения. Быстрых побед на рынке не будет, но в перспективе пропагандируемые «массовые» инвестиционные инструменты могут стать неплохой базой для формирования сегмента массовых розничных инвестиций.

Россия > Приватизация, инвестиции. Финансы, банки > forbes.ru, 20 октября 2017 > № 2358793 Станислав Савченко


Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 20 октября 2017 > № 2357980 Павел Логинов

Павел Логинов: "Мы могли бы сами оздоровить банк, но это вопрос времени"

Динара ШУМАЕВА

18 октября стало известно, что Национальный Банк одобрил участие четырех казахстанских банков в Программе по оздоровлению банковского сектора, первым из которых стал Евразийский Банк. На встрече с редакторами деловых СМИ председатель правления банка Павел Логинов рассказал о ключевых целях и требованиях Программы, а также о том, как банк планирует использовать эту поддержку и возвращать средства обратно.

Как работает Программа?

Технически механизм участия банков в Программе повышения финансовой устойчивости банковского сектора РК выглядит достаточно просто: банки выпускают субординированные облигации на определенную сумму, которые покупает Национальный Банк. 18 октября Евразийский банк выпустил облигации на сумму 150 млрд тенге под 4% годовых, которые он обязуется погасить по истечении 15 лет.

В тот же день банк приобрел на эту сумму ноты Национального банка под 8,7193% годовых, в которых он обязан «хранить» эти средства. Финансовый институт имеет право каждый год продавать часть этих нот (около 33%) регулятору, получая таким образом необходимую ликвидность.

Как заявил глава Евразийского банка Павел Логинов, часть ликвидности будет направлена на кредитование приоритетных в рамках Стратегии банка сегментов, а вторая часть - на формирование провизий по проблемным портфелям. Также у финансового института есть право использования этих бумаг на операции РЕПО.

Согласно требованиям Программы акционеры банка обязаны до 31 декабря 2022 года солидарно докапитализировать финансовый институт на 75 млрд тенге, при этом 23,2 млрд тенге уже были внесены в капитал банка.

«Задача любой программы оздоровления – запустить механизм генерирования прибыли, чтобы банк сам начал ее генерировать, за счет собственных средств создавать резервы, формировать капитал, и на этот капитал иметь возможность формировать активы, пассивы и зарабатывать еще больше денег, быть доходной организацией», - заявил глава Евразийского банка, говоря о целях и задачах программы.

Он сравнил казахстанскую программу оздоровления с российской, которая была реализована в Российской Федерации. По его словам, существенное отличие двух программ в том, что в Казахстане предполагается активное участие акционеров в оздоровлении банка, в частности, строгое требование – докапитализировать банки, чего не было в России.

«Эта программа, помимо возможности запуска генерирования прибыли, накладывает на банк огромные ограничения. Прежде всего, на акционеров, потому что в программе заложена возможность конвертации облигаций в акции через 5 лет. То есть если банк не выполнит свои обязательства по прибыли, акционеры не вложат эти 75 млрд тенге до 2022 года как обещали, то 99% капитала банка будут национализированы. Этим программа кардинально отличается от российской программы», - добавил он.

На вопрос журналистов, мог бы Евразийский банк справиться без этой программы, г-н Логинов ответил: «Я уверен, что да, но это вопрос времени. Лет за 5 – да, но потребовалась бы поддержка как минимум по зерновым компаниям».

По его словам, сегодня в Евразийском банке есть три основные отрасли, в которых существуют те или иные проблемы с клиентами.

«Три основные отрасли: сельское хозяйство, строительство и логистика – это три группы клиентов, которые имеют те или иные проблемы. Мы понимаем, что это полностью коррелирует с состоянием казахстанской экономики. Сейчас есть такая государственная задача – что делать с зерновыми компаниями? Мы участвовали в круглом столе в Нацбанке, с министерством сельского хозяйства и т.д. Что делать с зерновиками? Там огромные долги, наш банк эта участь не миновала, поэтому я могу сказать, что скорее всего основные резервы, которые мы будем создавать – это, прежде всего, в этих трех отраслях», - сказал г-н Логинов.

«Любой банк может долго работать с убытками. Вопрос ликвидности и вопрос прибыльной деятельности – это два разных понятия. Да, он "проедает" капитал, а ликвидность есть. Деньги собирает и отдает. Но это похоже на некоторую пирамиду, если он за счет этого не зарабатывает, а "проедает", влезает в деньги клиентов – это не механизм. Так можно жить и 10, и 20 лет, но мы хотим построить доходный, честный, чистый баланс», - добавил он.

Стратегия развития – ставка на розницу

Рассказывая о Стратегии банка до 2022 года, спикер подчеркнул, что акцент будет сделан на расширении розничного портфеля, который на сегодняшний день составляет 40% от общего ссудного портфеля (60% - корпоративный сектор). В планах банка кардинально поменять эту структуру, то есть увеличить розницу до 60% (или 70%), корпоративный до 40%.

«Почему розница? Во-первых, мы здесь сильны, имеем хорошую долю рынка, в ряде программ даже лидеры – например, по автокредитованию, посткредитованию. Что мы будем развивать? Карточные, зарплатные проекты. И у нас есть хорошая база лояльных клиентов.

Если посмотреть на наш целевой сегмент – в Казахстане живет около 18 млн населения. Примерно 9 млн человек – это наш сегмент, кого можно кредитовать или предлагать транзакционные услуги. Из этих 9 млн человек, по 2,5 млн человек у нас уже есть записи – это наши клиенты, к которым уже можно обращаться. То есть, в принципе, наша мечта в ближайшие годы – дотянуться до всех 9 млн человек и дать им тот продукт, который нужен», - заявил Павел Логинов.

Что касается корпоративного сектора, то банк не планирует «уходить» оттуда совсем, предполагается агрессивно не наращивать портфель в этом секторе.

Также будут предлагаться новые продукты для малого и среднего бизнеса. «Мы планируем запустить на 2-3 году нашей стратегии транзакционный проект для МСБ – удобное дистанционное обслуживание. На российском рынке есть примеры, мы возьмем их и внедрим здесь. Это для средних, малых предприятий и индивидуальных предпринимателей. Одни из лучших примеров – Модуль Банк, Банк Точка, Альфа Банк, Тинькофф Банк и другие. Такого успешного проекта на казахстанском рынке мы пока не видели», - добавил он.

Стоит отметить, что за 8 месяцев текущего года Евразийский банк демонстрирует отрицательный показатель по прибыли (-9,8 млрд тенге). Комментируя этот факт, глава банка отметил, что такой показатель сформировался ввиду активного создания резервов в 2017 году.

«Да, у нас по итогам 9 месяцев убыток, поэтому ROA отрицательный – почему? Потому что, если вы посмотрите на наш баланс, – мы стали формировать резервы. У нас по плану было 6 млрд резервов, а мы уже 15 млрд тенге резервов сформировали. Акционеры банка поставили мне конкретную задачу – показать реальную картину, сделать банк надежным, максимально работающим, поэтому мы совершенно сознательно пошли на это – да, мы показываем убыток, но за счет этого формируем резервы.

Это не характеристика операционной модели, это характеристика нашего риск-менеджмента», - объяснил спикер. - Мы хотим построить лучший банк в Казахстане. А лучший – это какой? У нас три основных критерия: мы должны быть лучшими в клиентском сервисе, лучшим работодателем и мы должны быть доходными для наших акционеров. Доходными не на бумаге, а при создании 100%-ных резервов – то, что новая команда в последние месяцы демонстрирует, создаем резервы, увеличиваем надежность банка. Из-за этого страдает наша доходность, но надежность повышается".

В рамках реализации Программы менеджмент планирует сформировать в 2017 году резервов на 62 млрд тенге и еще 15 млрд тенге дополнительно по текущей деятельности.

По состоянию на 1 сентября 2017 года активы Евразийского банка составили 945,9 млрд тенге, собственный капитал 90,4 млрд тенге, ссудный портфель 630 млрд тенге, обязательства: 855,5 млрд тенге, доля NPL – 9,56%. Банк занимает 10-е место по размеру активов среди банков РК.

Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 20 октября 2017 > № 2357980 Павел Логинов


Казахстан > Финансы, банки > dknews.kz, 19 октября 2017 > № 2360614 Тулеген Аскаров

Лечение кредитного «здоровья» банков продлится еще долго

Как констатировалось в первой части обзора «ДК», посвященного раскладу дел в банковском секторе на начало осени, у Казкоммерцбанка радикально изменился, причем в худшую сторону, финансовый результат деятельности после его покупки Народным банком Казахстана.

Тулеген АСКАРОВ

Как выясняется из данных оперативной отчетности Нацбанка, Казкоммерцбанк к тому же утерял лидерство по размеру ссудного портфеля. Если накануне сделки по его приобретению Народным банком Казахстана, то есть на начало июля, у Казкома объем выданных кредитов составлял 3 трлн 504,1 млрд тенге, то на 1 августа значение этого показателя сократилось до 1 трлн 467,3 млрд тенге. В итоге Казком опустился на третье место, пропустив вперед Цеснабанк, и остался на нем к началу осени. Лидером же теперь стал Народный банк Казахстана, у которого ссудный портфель увеличился за август на 2,1% до 2 трлн 405,6 млрд тенге. Цеснабанк прибавил 1,4% до 1 трлн 692,2 млрд тенге, а Казком – 2,5% до 1 трлн 504,3 млрд тенге. Укрепил свои позиции и еще один член группы «триллионеров» по этому показателю – дочерний Сбербанк России, нарастивший свой ссудный портфель на 0,7% до 1 трлн 100,6 млрд тенге.

Постепенно приближается к этой группе занимающий пятое место Kaspi Bank, увеличивший объем кредитования за последний месяц лета на 1,4% до 904,2 млрд тенге. Замкнули же первую десятку Банк ЦентрКредит (до 870,6 млрд тенге), у которого ссудный портфель уменьшился на 3,1%, АТФБанк с приростом на 1,4% до 796,7 млрд тенге, Bank RBK (1,2% до 723,0 млрд тенге), Евразийский банк (1,5% до 630,3 млрд тенге) и Forte Bank (3,1% до 572,2 млрд тенге). Совокупный же ссудный портфель банковского сектора после резкого сокращения в июле на 13,1% до 13 трлн 502,2 млрд тенге к началу августа за последний месяц лета увеличился на 1,8% до 13 трлн 748,3 млрд тенге.

Но при этом вопреки ожиданиям и потраченным огромным средствам господдержки на оздоровление ссудного портфеля Казкоммерцбанка в целом по банковскому сектору совокупный объем «плохих» кредитов с просрочкой платежей по ним свыше 90 дней не уменьшился, а вырос! В июле прирост по ним составил 3,8% до 1 трлн 727 млрд тенге (в абсолютном выражении – на 64 млрд тенге), а в августе – еще на 1,7% до 1 трлн 756,1 млрд тенге. Напомним читателям, что в соответствии с условиями рамочного соглашения, подписанного в начале июня между правительством, Нацбанком, ФНБ Самрук-Казына, «Фондом проблемных кредитов», Народным банком Казахстана, БТА Банком, Казкоммерцбанком и его тогдашним крупным акционером Кенесом Ракишевым, государство предоставило 2,4 трлн тенге БТА Банку на погашение задолженности по займу перед Казкомом.

Но в итоге к началу осени последний по-прежнему лидировал по объему «плохих» займов, имея их на 539 млрд тенге, тогда как на 1 июля было 489,1 млрд тенге, а на 1 августа – 520,2 млрд тенге. Примечательно и то, что продолжился рост таких займов и занимающего здесь третье место Народного банка Казахстана. Если на начало июля у него их объем составлял 204,7 млрд тенге, то к 1 августа – 223,4 млрд тенге, а к 1 сентября – 223,5 млрд тенге. А вторым по этому показателю все так же идет Delta Bank с 313,5 млрд тенге с приростом за последний месяц лета на 0,9%. Из других участников рынка 100-миллиардную планку здесь пересек еще дочерний Сбербанк России(106,2 млрд тенге), но ему удалось в августе сократить объем «плохих» займов весьма значительно – на 16,8%.

Выросла и доля этих займов в совокупном ссудном портфеле банковского сектора. Если на 1 июля она составляла 10,71%, то на начало августа – 12,79%, а к 1 сентября – 12,77%. И здесь среди ведущих участников рынка вновь «отличился» Казкоммерцбанк – с 13,96% по состоянию на 1 июля у него значение этого показателя подпрыгнуло к началу осени до 35,83%! А максимальный уровень аналитики Нацбанка зафиксировали у Delta Bank – 99,72%. Выше 10%-ной планки к 1 сентября был этот показатель также у АТФБанка (12,36%), дочерних Банка ВТБ (Казахстан) (14,21%) и Национального банка Пакистана в Казахстане (33,34%).

Добавим также, что «Казкоммерцбанк» держит печальное лидерство и по сумме просроченной задолженности по кредитам, включая просроченное вознаграждение, – 681,9 млрд тенге на начало осени, что 10,3% больше по сравнению с данными на 1 июля. Вторым и здесь идет Delta Bank (267,3 млрд тенге), за ним следует Народный банк Казахстана (244,5 млрд тенге). А общая сумма «просрочки» по банковскому сектору достигла 2 трлн 2,6 млрд тенге против 1 трлн 854,5 млрд тенге на 1 июля. А отсюда следует, что поддержка государства банкам второго уровня потребуется еще не раз!

Казахстан > Финансы, банки > dknews.kz, 19 октября 2017 > № 2360614 Тулеген Аскаров


Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 19 октября 2017 > № 2358049 Иван Лебедев

«Услуги банков клиентам нужны. А сами банки – уже не очень»

ИВАН ЛЕБЕДЕВ

создатель проекта Rebus Lab

Еще со времен банковского прошлого и по сей день пользуюсь услугами ВТБ24. В целом все устраивает, хотя, возможно, во мне говорят остатки былой корпоративной солидарности: сказывается отданное банку десятилетие. Я не банковский гик, мне неважны смелые эксперименты признанных «банков-инноваторов». А повседневные потребности с запасом закрываются и здесь.

Скорее всего, я следую принципу «не надо делать мне, как лучше, оставьте мне, как хорошо». И банк вполне с этим справляется.

Банк выбрал эволюционный путь развития и меня как потребителя эта модель вполне устраивает. Появляются новые продукты, сервисы становятся удобнее. Несколько лет назад я стал владельцем привилегированного пакета услуг, с удовольствием пользуюсь некоторыми его составляющими. Копятся баллы на бонусном счете, покупаю на них иногда себе что-то из ассортимента витрины программы лояльности. Недавно оформил трэвел-карту и уже несколько раз использовал накопившиеся мили для оплаты авиабилетов.

Если честно, не могу придумать причину, которая могла бы меня мотивировать на принятие решения о смене банка.

Субъективно – за последний год ситуация с качеством сервиса не изменилась. В целом, не хватает индивидуализации подхода: если уж ты говоришь клиентам о премиальном сервисе - будь добр его обеспечивать.

С точки зрения бытового комфорта тоже есть к чему стремиться. В ближайшем ко мне офисе на Воздвиженке очередь в зону «Привилегии» порой больше, чем в обычную клиентскую зону. При этом навигация в зону «Привилегии» не выстроена и приходится надеяться на милость администратора зала или управляющего.

А недавно бойкая девушка-оператор контакт-центра предложила моей жене стать клиентом «Привилегии», пообещав сказочные блага, но забыв упомянуть о стоимости пакета и соблюдении необходимых условий для его бесплатности. В итоге второй месяц подряд была списана комиссия за пользование пакетом, подана жалоба и ведутся какие-то внутренние разборки - кто прав, кто виноват.

Банк для себя и банк для бизнеса – это один и тот же банк. В моем случае это именно так. Во многом это вызвано удобством управления личным бюджетом и финансами проекта, хотя, каюсь, видимо отчасти это инерция сознания и бытовая лень.

Счет для своей компании я открывал в начале 2015 года. Тогда я только получил документы из налоговой о регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, и это отдельная душещипательная история обо всех перипетиях, связанных с той самой регистрацией. На одном из форумов по качеству клиентского сервиса я посвятил свое выступление личному клиентскому опыту, связанному с первыми шагами в качестве предпринимателя. Оно было проиллюстрировано картинами из «Божественной комедии» Данте Алигьери с кругами ада и мемом про Карла из зомби-драмы The Walking Dead.

Как раз тогда открылся контракт с PwC - и счет нужен был довольно срочно. Не считая полутора часов, проведенных в офисе банка, и нескольких десятков подписанных бумажек, связанных с открытием счета, сам счет мне пообещали открыть через неделю-полторы. Пришлось применить запрещенный прием и попросить об ускорении процедуры бывших коллег. В итоге на следующий день счет был открыт, а я получил первый авансовый платеж.

Услугами офисов банка в бизнес-целях я давно не пользовался, поскольку все необходимые мне сервисы доступны в дистанционных каналах. В общем-то, учитывая консалтинговую специфику моего проекта, я пользуюсь довольно ограниченным набором сервисов. Это расчетно-кассовое обслуживание и интернет-банк.

С удовольствием отметил три вещи: смену интерфейса в интернет-банке, появление мобильного банка для предпринимателей и легкой версии интернет-банка, не требующей никаких токенов, ключей и других гадостей, привязывающих пользование сервисом к конкретному компьютеру.

Я регулярно веду конференции и форумы, посвященные различным вопросам работы с юридическими лицами и предпринимателями, слышу, что говорят представителя банков, чем они живут, какие вопросы в тренде, а какие, напротив, являются «уходящей натурой». Сравнительно недавно мы с коллегами из конференционной компании Auditorium провели форум по качеству сервиса в этом сегменте, где предложили банкирам развернуть сложившийся формат проведения подобных мероприятий и услышать на одной из сессий голос клиента, пригласив туда предпринимателей и владельцев компаний из разных индустрий.

Так вот, подводя итоги того мероприятия, все участники пришли к выводу, что лучший банк для предпринимателя - это банк, которого не замечаешь. Банку уже недостаточно минимизировать препятствия, улучшая продукты, процессы и качество сервиса. Он должен помогать клиенту развивать бизнес. Вот что способно выделить его из серой массы однотипных коммодити-предложений.

В целом банк, по-моему, это во многом уже устаревшая конструкция. Услуги, оказываемые банками, клиентам нужны. А вот сами банки - уже не очень. Хотя, безусловно, в один день и даже в одно десятилетие банки не исчезнут, это очень инерционный процесс. Особенно в нашей стране «дворников и сторожей», где так любят, и порой небезосновательно, все регулировать.

Консалтинговый проект Rebus Lab был основан в 2015 году в Москве, работает преимущественно с банками. Ключевая экспертиза: геомаркетинг, офисы самообслуживания, разработка и операционализация функциональных стратегий, оптимизация продуктовых линеек и бизнес-процессов, модели продаж, сервисные модели.

У вас свой успешный бизнес, но банк не помогает его развивать? Вы устали от постоянных отказов банкиров? Вы не знаете, как правильно построить работу с банком?

Расскажите нам свою историю, и банк вас услышит. Проверено журналистами Банкир.ру.

В случае интереса пишите личное сообщение в группу или на адрес redaktor[email protected]

Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 19 октября 2017 > № 2358049 Иван Лебедев


Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 19 октября 2017 > № 2357969 Айдын Таиров

Айдын Таиров, финдиректор Al Hilal Bank: «Банк и клиенты совместно делят и риски, и прибыль»

Ирина ЛЕДОВСКИХ

Исламское финансирование в нашей стране рекламировали на самых разных уровнях. С конца нулевых было заключено множество протоколов, меморандумов и даже контрактов. Но «воз и ныне там» – в структуре прямых внутренних инвестиций роль исламских финансовых институтов до смешного скромна. Об особенностях рынка рассказал «Къ» финансовый директор АО «Исламский банк Al Hilal» Айдын Таиров. Напомним, именно этот банк стал первым исламским финансовым институтом в Казахстане. Единственным акционером структуры является Al Hilal Bank PJSC, принадлежащий правительству Абу-Даби. Казахстанская финансовая организация работает в соответствии с межгосударственным соглашением, заключенным между правительствами РК и Абу-Даби.

– В 2009 году мы стали первой страной среди государств Содружества, где было объявлено о внедрении исламских финансовых институтов. Однако 7 лет Al Hilal сотрудничал только с корпоративными клиентами и на рынок розницы вышел лишь в августе этого года.

– Вы правы, нас много критиковали и финансисты, и регулятор за то, что мы работаем только в корпоративном секторе. Проект по развитию розницы мы намеревались запустить еще в 2013–2014 годах. Задолго до этого были привлечены финансовые консультанты, разработаны стратегии для активного продвижения на рынке. Однако в тот момент, во-первых, складывались неблагоприятные экономические условия внутри страны, связанные с неблагоприятной конъюнктурой на основные статьи экспорта и девальвацией национальной валюты. Во-вторых, мы иностранный банк, поэтому у нашей финансовой организации не было «длинного» тенгового фондирования. Тогда было принято решение о выпуске первого корпоративного Сукука в национальной валюте. Были разработаны юридические документы для проспекта эмиссии корпоративных исламских облигаций, долго шел процесс переговоров и согласований с Национальным Банком и ЕНПФ. По сути это должно было стать первым корпоративным выпуском сукуков в тенге, но в итоге ценовые условия размещения Сукуков, которые предложил фонд, оказались для нас очень дорогими, поэтому выход в розничный сектор был отложен, а наша стратегия изменилась. Мы решили сами себя обеспечить тенговой ликвидностью посредством наращивания депозитной базы. Но идею выпуска корпоративных сукуков мы не оставили. Уверяю вас, она обязательно будет реализована, возможно уже в 2018 году на площадке KASE или МФЦА.

При этом с начала запуска «розницы», а это всего два месяца, у нас было открыто вкладов на $37,5 млн, что значительно превзошло наши прогнозы.

За 7 лет присутствия на рынке банком было профинансировано проектов на общую сумму более $1 млрд.

Стабильный рост и прибыль с третьего года деятельности

– В Казахстане много лет говорят об исламском финансировании. Однако для большинства граждан эта тема до сих пор остается «за вуалью», а продукты исламского банкинга используются достаточно редко. В чем причина?

– Учитывая, что до 2009 года в республике не было исламских финансовых институтов, Al Hilal Bank выступил в качестве ледокола. Все смотрели на опыт Al Hilal, оценивая, насколько продукты этого вида финансирования окажутся жизнеспособными у нас в стране. И на третий год наш банк вышел на прибыльность и доказал свою жизнеспособность. Несмотря на трудные времена, инвесторы и акционеры активно интересуются вложением средств в исламские финансовые институты. В частности, кроме Al Hilal Bank открылся второй исламский банк – АО «Заман-Банк» и в этом случае есть местный акционер и корпорация ICD (исламская корпорация развития), которая является частью Исламского Банка Развития (ИБР), которая оказывает ему финансовую и техническую поддержку.

Кроме того, на рынке активно работает исламская лизинговая компания Казахстанская Иджара Компания, в котором наш Банк и ICD являются также акционерами. Есть также исламская финансовая компания Аль Сакр Финанс, которая предоставляет своим клиентам широкий спектр исламских финансовых услуг. Также ряд местных банков проявляют интерес к исламским финансовым продуктам, но пока регулятором не предусмотрено открытие так называемых «исламских окон». К примеру, тот же ДБ АО «Сбербанк» неоднократно озвучил инициативы по открытию «окон» и заявлял о готовности создания специальных исламских предложений для клиентов.

Есть определенный интерес среди институтов развития, ФРП «Даму» изучает возможности разработки исламских финансовых продуктов для МСБ. По этому вопросу мы встречаемся со многими партнерами за рубежом, казахстанскими инвесторами и все они проявляют интерес к исламскому финансированию. Но здесь необходимо понимать и учитывать, что последние 2–3 года была определенная турбулентность на финансовых рынках, которая отразилась на «аппетите» инвесторов и снизила их активность не только по отношению к исламскому банкингу, исламским финансам, но в целом ко всему банковскому сектору. Сейчас большие игроки банковского сектора сосредоточены на решении своих проблем и они пока не готовы расширять или диверсифицировать свой бизнес. Финансовый сектор страны все еще работает в режиме антикризисного управления и поэтому это не столько проблема исламского банкинга, сколько банковского сектора в целом.

Это первый из факторов, который замедлил развитие исламских финансов на рынке Казахстана. Второй – это подготовка правовой базы для исламской банковской индустрии. В 2009 году был разработан достаточно хороший пакет законодательных нормативно-правовых актов, который позволил нашему банку работать без каких-либо препятствий со стороны регулятора. Но законодательство было разработано с учетом теоретических знаний исламского банкинга, поэтому на примере нашей практики мы вносили определённые поправки в существующие нормативы. К примеру, для конвертации «Заман Банка» в исламский банк возникла необходимость прописывать порядок конвертации, который не был учтен в законодательстве, что естественно сказалось на процессе получения «Заман Банком» лицензии исламского банка. Однако я не могу сказать, что мы сталкивались с проволочками, скорее иногда возникало непонимание, каким образом исламские продукты работают на практике, но в целом база, которую выстроили в 2009 году, достойна всех похвал. В частности к нам приезжают специалисты из Ближнего Востока, которые отмечают высокий уровень и продуманность казахстанских нормативов, регулирующих рынок исламского финансирования.

– По данным Нацбанка РК, в 2015 году доля исламских банковских активов составляла всего 0,08% от общего числа активов банковского сектора страны. С чем это связано?

– Мне сложно отвечать на этот вопрос, так как я представляю иностранный финансовый институт. Но могу высказать свое мнение. Для активного развития рынка финансовых инструментов в Казахстане необходима поддержка очень крупных национальных инвесторов, которые достаточно хорошо понимают местный рынок, специфику, правила игры. И если в нашей стране будет сформирован пул национальных игроков, то можно ожидать роста рынка. При этом у нас уже есть пример местного регионального банка, который получил лицензию исламского банкинга. Правда, этого недостаточно – ниша все еще нуждается в игроках, которые будут представлять казахстанские финансовые группы.

Еще один фактор, который отражается на всей банковской индустрии Казахстана – это узкий рынок. В стране не так много, как хотелось бы, твердо стоящих на ногах компаний, которые имеют стабильный доход. Отмечу, что эта ситуация характерна, наверное, для всего мира – банки вынуждены конкурировать между собой за хороших клиентов. Мы – первый исламский банк, первые представляли свой продукт на рынке, и трудности нас только закалили. Кроме того, и физические лица, и предприниматели стали более искушенными, они уже выбирают не те финансовые организации, которые себя рекламируют и устраивают громкие промо-акции, а банки, которые ориентированы на долгосрочные отношения с клиентами.

Еще одна причина, по которой исламское финансирование двигается не в агрессивном, а умеренном темпе – это консервативность подходов. Один факт, что у Al Hilal Bank за время существования не было ни одного случая дефолта клиента, уже о многом говорит. У нас один из самых низких уровней провизий – фактически он равен нулю. Я работаю в банке с самого начала, и на моей памяти только два случая, когда клиенты выходили на просрочку, но и они все благополучно рассчитались с банком и решили проблемы бизнеса. У нас не было печальных случаев дефолта или банкротства заемщиков во многом благодаря тщательному формированию портфеля.

– В чем особенность исламского кредитования?

– Партнёрство – суть исламского банкинга. Например, уже в Турции отходят от слова исламский и применяют термин партнерский банкинг.

Основная особенность исламского банкинга – это запрет на рибу (ростовщичество). Исламский банк может торговать реальными активами в рассрочку и с наценкой, либо участвовать совместно с заемщиком в коммерческой деятельности. Также одно из основных условий – это отсутствие спекулятивной составляющей и отсутствие неопределенности в операциях исламского банка.

Исламские банки более консервативны, так как помимо стандартных процедур одобрения заявок (связанных с анализом финансового состояния заемщиков и других требований регулятора), есть и определённые требования Шариата, которые ограничивают спекулятивные сделки, запрещают финансировать проекты, не соответствующие нормам Шариата, такие как алкоголь, казино, торговля оружием и т. д.

Есть определенные требования к проблемным кредитам. Например, берет человек большой ипотечный кредит и в какой-то момент теряет работу. Классический банк начисляет штрафы и пеню, но в нашем случае категорически запрещается в одностороннем порядке пересматривать условия договоров. Если у клиента есть просрочка по займу, банк может применить штрафы или пеню, но не с целью заработать, а для того чтобы дисциплинировать заемщика. Исламский банк не зарабатывает на пени и штрафах, они не могут идти в доход банка, а направляются на благотворительность, так как это ограничивается Шариатом. Я думаю, тройной контроль (требования банка, требования Нацбанка, требования Шариата) обеспечивает большую защиту интересов клиентов и банка.

Деятельность каждого исламского банка кроме традиционных Советов Директоров и Правления, и прочих Комитетов, также регулируется Советом по принципам исламского финансирования (Совет по Шариату). Основная цель Совета по Шариату обеспечить соблюдение в деятельности банка на соответствие принципам Шариата. Все продукты, сделки и договора проходят экспертизу на соответствие Шариату. Ежегодно проводится Шариа-аудит, цель которого подтвердить соответствие финансово-хозяйственной деятельности требованиям Шариата, в первую очередь это касается доходов и расходов банка, а также использование денег заемщиками.

– Как защищены вкладчики в исламских банках?

– В исламском банке нет классических депозитов, когда человек приносит деньги на хранение и при этом может получить гарантированную прибыль в виде процента. Кстати, такие вклады правильнее называть исламские инвестиционные счета, а не депозиты. Исламские банки берут деньги клиента в оборот и возвращают их с частью прибыли от финансируемых банком проектов, то есть и здесь соблюдается четкий принцип партнерства – мы вместе с клиентами делим прибыль и риски. Вкладчик вкладывает деньги в общий пул депозитов, которые потом распределяются банком в различные инвестиционные проекты, по результату деятельности которых вкладчик получает прибыль. Прибыль, полученная в результате этой финансовой операции, делится с клиентом

Еще один момент: банк и клиенты совместно делят и риски, и прибыль. Часто бывает, что банк, находясь в предкризисном состоянии, начинает большую рекламную кампанию, во время которой в будущем вкладчику обещают высокие проценты. Некоторые люди верят рекламе и отдают деньги в такой банк, а позже происходит банкротство. В исламском банке такая ситуация невозможна. Есть четкий принцип – если банк не зарабатывает деньги, то он не может гарантировать выплаты высоких процентов своим клиентам.

– Будет ли банк принимать участие в государственных проектах Казахстана, таких как программы «Нурлы жол» и другие?

– Мы работали практически со всеми компаниями квазигосударственного сектора. В частности, консультировали АО «Жилстройсбербанк» по исламской ипотеке. Были переговоры и планы работы с «КазАгро», НУХ «Байтерек». На данный момент реализовался один проект по исламскому лизингу (иджара) с Банком Развития Казахстана, и мы надеемся, что это только начало, мы открыты к сотрудничеству и диалогу. Кроме того, Совет по Шариату оказывал консультационные услуги при разработке изменений в законодательстве, связанных с выпуском дебютного выпуска Суверенных Сукуков.

Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 19 октября 2017 > № 2357969 Айдын Таиров


Россия > Финансы, банки > minfin.ru, 18 октября 2017 > № 2367005 Алексей Моисеев

Интервью Заместителя Министра финансов Алексея Моисеева журналу "Финансы"

Об инвестиционных продуктах для граждан, индивидуальном пенсионном капитале, функционировании национальной платежной системы

Моисеев Алексей Владимирович

Заместитель Министра

– Алексей Владимирович, каждая новая беседа с Вами продолжает начатую прежде. Прошу Вас рассказать о законодательных инициативах Минфина, касающихся инвестиционных продуктов для граждан.

– В последнее время в Министерстве подготовлен ряд проектов нормативных правовых актов, регулирующих финансово-банковскую сферу, но речь идет не только об инвестиционных продуктах для граждан. Минфин России особое внимание уделяет сохранности размещения в кредитных организациях бюджетных средств, средств государственных внебюджетных фондов, государственных корпораций и государственной компании, стратегических акционерных обществ, федеральных унитарных предприятий.

В этой связи нами совместно с Банком России выработаны общие подходы к установлению требований для кредитных организаций. В качестве основных требований можно выделить величину собственного капитала от 1 млрд. руб., участие в системе страхования вкладов РФ, отсутствие просроченной задолженности по ранее размещенным средствам.

Кроме того, с учетом развития национальной рейтинговой индустрии (напомню, что Банком России внесено в реестр два рейтинговых агентства – АКРА и «Эксперт РА») мы будем использовать рейтинги как ключевой фактор оценки надежности кредитных организаций.

Таким образом, для размещения средств федерального бюджета, государственных внебюджетных фондов, пенсионных накоплений ПФР наличие и учет рейтингов двух рейтинговых агентств становится обязательным.

При установлении требований к кредитным организациям, которые могут выдавать банковские гарантии в целях обеспечения заявок и исполнения контрактов в соответствии с российским законодательством о контрактной системе, в целях обеспечения уплаты налогов и таможенных платежей, а также при размещении средств стратегическими акционерными обществами и федеральными унитарными предприятиями, государственными корпорациями и государственной компанией будет установлен минимальный уровень рейтинга, присвоенного хотя бы одним рейтинговым агентством.

Предлагаемые нами поправки в законодательство позволят не только унифицировать требования к кредитным организациям, но и повысить уровень защищенности государственных средств.

Еще одна проблема – повышение правовой защищенности инвестиций. В настоящее время положения Гражданского кодекса РФ допускают предоставление кредита объединением (синдикатом) кредиторов одному заемщику на единых условиях. Вместе с тем специальное законодательное регулирование таких правоотношений отсутствует.

В этой связи Минфином России подготовлен законопроект, определяющий синдицированный кредит как новый инструмент банковского кредитования (в том числе при осуществлении проектного финансирования), а также устанавливающий правовой статус участников сделок синдицированного кредитования.

Центральное место в оформлении сделки по предоставлению синдицированного кредита занимает договор, который закрепляет необходимые условия и параметры сделки, права и обязанности участвующих в ней сторон. Законопроектом устанавливаются нормы, содержащиеся в данном договоре, а также в связанных с ним договорах; определяется круг лиц, которые могут являться «первичными» и «последующими» кредиторами. С целью обеспечения интересов всех кредиторов-созалогодержателей законопроектом предусматривается урегулирование вопросов совместного управления залогом посредством закрепления института управляющего залогом. Также определяется порядок направления уведомлений о возникновении обременения в отношении движимого и недвижимого имущества, ценных бумаг.

Кроме того, законопроектом вносятся изменения в законодательство о несостоятельности (банкротстве) в части установления требований залоговых кредиторов и о последующей реализации таких требований с целью снижения риска непрогнозируемого поведения кредиторов в делах о банкротстве.

Предлагаемые изменения позволят разнообразить бизнес-модели кредитных организаций, увеличить кредитование средних и крупных компаний в долгосрочных и инвестиционных проектах, снизить процентные ставки и поддерживать ликвидные резервы банков на более низком уровне.

Введение синдицированного кредита позволит небольшим банкам объединяться и конкурировать за предоставление кредитов. 19 июля 2017 г. законопроект принят в первом чтении; 22 августа 2017 г. проект поправок внесен в Правительство.

В настоящее время совместно с профильным Комитетом Государственной Думы прорабатываются законодательные изменения, направленные на введение механизма страхования средств малых предприятий (включая микропредприятия), размещенных на счетах в кредитных организациях.

Предполагается, что максимальный размер страхового возмещения малым предприятиям будет аналогичен размеру страхового возмещения, установленному для вкладов физических лиц и индивидуальных предпринимателей, и составит 1,4 млн. рублей.

Реализация предусмотренных законопроектом положений позволит обеспечить защиту малых предприятий от значительных финансовых затруднений в случае отзыва лицензии у банков, в которых размещены их денежные средства, а также создаст условия для беспрерывного осуществления хозяйственной деятельности.

Касательно правовой защиты инвестиционных продуктов для граждан, то внесены изменения в законодательство, устанавливающие, что совокупная сумма денежных средств, которые могут быть переданы по договору на ведение индивидуального инвестиционного счета (ИИС) в течение календарного года, увеличена до 1 млн. руб. (без налогового вычета по налогу на доходы физических лиц).

Также предусматривается создание системы страхования инвестиций, размещенных гражданами на ИИС, открываемых в соответствии с Федеральным законом «О рынке ценных бумаг».

– Какие дополнительные меры предпринимает Минфин для повышения доверия к финансовым инструментам?

– Развитие и совершенствование банковского инструментария – одно из важных направлений нашей работы. Для увеличения объема финансового сектора и повышения доверия к финансовым инструментам Минфин России готовит ряд предложений.

Во-первых, они касаются регулирования операций кредитных организаций со сберегательными и депозитными сертификатами, а также исключения из обращения сберегательных книжек и сберегательных сертификатов на предъявителя; во-вторых – введения в законодательство РФ понятия «металлический счет», в том числе для физических лиц.

Соответствующие базовые понятия внесены в Гражданский кодекс. Мы считаем, что инструмент сберегательных и депозитных сертификатов будет интересен как для банков в целях формирования устойчивой части пассивов, так и для граждан и организаций в связи с бoльшей доходностью при размещении средств. При этом отказ от централизованного учета сертификатов позволит снизить издержки банков на ведение их учета в депозитарии.

Для обеспечения привлекательности банковского вклада в драгоценных металлах закреплены определения договоров банковских вкладов и счетов в драгоценных металлах, установлена очередность удовлетворения требований по данным вкладам (счетам) при ликвидации кредитной организации (первая очередь), уточнен перечень банковских операций с драгоценными металлами (привлечение драгоценных металлов физических и юридических лиц, размещение привлеченных драгоценных металлов, открытие и ведение банковских счетов в драгоценных металлах, исполнение поручений по таким счетам).

Установлен перечень драгоценных металлов, с которыми могут осуществляться банковские операции. Это – серебро, золото, платина, палладий. Определены особенности размера обязательств по договорам банковского вклада (счета) в драгоценных металлах. Они рассчитываются в рублях исходя из учетной цены Банка России на день отзыва у кредитной организации лицензии.

Вместе с тем для дальнейшего развития данных финансовых инструментов необходимо на законодательном уровне установить особенности налогообложения банковских вкладов (счетов) в драгоценных металлах.

Соответствующие поправки находятся на рассмотрении в Государственной Думе, и мы надеемся, что после их проработки они будут внесены в профильное банковское и налоговое законодательство в текущем году. Кроме того, в настоящее время совместно с профильным Комитетом Государственной Думы прорабатываются законодательные изменения, направленные на повышение осведомленности потребителей о кредитных продуктах в соответствии с Рекомендациями Совета ОЭСР. В частности, предусматривается информирование заемщика о стоимости ипотечного кредита в денежном выражении, под которым понимается совокупная сумма всех платежей заемщика за вычетом суммы долга, что соответствует лучшим мировым практикам.

Предполагаемые изменения, на наш взгляд, позволят минимизировать количество кредитных решений, принятых в условиях недостаточной информированности или непонимания сути кредитных продуктов со стороны потребителей.

Значимым внутренним источником долгосрочных финансовых инвестиций по-прежнему являются средства пенсионных накоплений, сформированные в рамках обязательного пенсионного страхования, и средства пенсионных резервов, сформированные в системе негосударственного пенсионного обеспечения.

По состоянию на конец первого полугодия 2017 г. совокупный объем пенсионных средств составляет 5,36 трлн. руб., в том числе: – средства пенсионных накоплений – более 4,23 трлн. руб. (из них 2,4 трлн. руб. – в негосударственных пенсионных фондах; 1,83 трлн. руб. – под доверительным управлением управляющих компаний, включая Государственную управляющую компанию); – средства пенсионных резервов в НПФ – 1,13 трлн. рублей.

Для раскрытия инвестиционного потенциала финансовых институтов, участвующих в формировании и инвестировании пенсионных средств, проводятся мероприятия, направленные на повышение эффективности инвестирования пенсионных средств, обеспечение их сохранности, а также повышение финансовой устойчивости самих финансовых институтов.

Так, в 2016 г. завершена процедура акционирования НПФ, осуществляющих деятельность по обязательному пенсионному страхованию.

В полную силу заработала система гарантирования прав застрахованных лиц в системе обязательного пенсионного страхования. В 2016 г. ПФР сделал первый взнос в эту систему. Ее участниками на 18 апреля 2017 г. являются ПФР и 38 НПФ. Размер фонда гарантирования пенсионных накоплений – 1,06 трлн. рублей.

В первом чтении Государственной Думой принят законопроект, направленный на совершенствование системы вознаграждения НПФ, установление их ответственности за управление пенсионными средствами, не соответствующее интересам застрахованных лиц и участников, а также на определение особенностей учета ценных бумаг в целях долгосрочного инвестирования. Законопроект предусматривает снижение максимальной доли расходов, которые могут быть осуществлены за счет средств пенсионных накоплений, и дохода от их инвестирования.

Постоянную часть расходов предлагается ограничить 1% от стоимости чистых активов. Из этой части рекомендуется производить оплату расходов управляющих компаний, специализированных депозитариев и текущих расходов НПФ. Сегодня эта часть составляет 1,1% от стоимости чистых активов.

Кроме того, предлагается ограничить выплату за успешное управление только при положительном результате от управления в размере 15% от дохода. Сейчас эти выплаты могут превышать 25% от дохода. Они складываются из вознаграждения УК до 10%; вознаграждения СД – исходя из условий договора; НПФ – в пределах 15%.

Предлагается отказаться от этой разбивки и предусмотреть не более 15% на все эти цели. Также законопроект устанавливает обязанности НПФ организовывать управление пенсионными накоплениями исключительно в интересах застрахованных лиц.

Если в результате нарушения такой обязанности НПФ получил убыток (недополучил прибыль), то он обязан возместить соответствующую недополученную прибыль за счет собственных средств. Вынесение решения о нарушении НПФ своей обязанности будет осуществляться Комитетом финансового надзора Банка России.

В случае принятия решения о нарушении Банк России направляет НПФ предписание с обоснованием принятого решения и указанием суммы возмещения. В ходе обсуждения законопроекта в комитетах Государственной Думы высказывались замечания относительно снижения предельного уровня вознаграждения, которые будут учтены в ходе работы над законопроектом при подготовке его ко второму чтению.

Полагаем, что данные изменения в законодательство обеспечат защиту прав застрахованных лиц и участников НПФ, повысят эффективность инвестирования средств пенсионных накоплений и мотивацию НПФ к долгосрочному инвестированию.

– Индивидуальный пенсионный капитал – новый инструмент, который, по мнению многих экспертов, пришел на смену временно замороженной накопительной пенсии. Расскажите, пожалуйста, о нем подробнее. Насколько он сможет улучшить финансовое положение будущих пенсионеров?

– Для стимулирования формирования добровольных пенсионных накоплений граждан Минфин России совместно с Банком России подготовил предложения по концепции Индивидуального Пенсионного Капитала (ИПК), которые включают следующие основные аспекты. Любой гражданин, имеющий право участвовать в пенсионном плане ИПК, может вступить в него по заявлению и уплачивать взносы самостоятельно.

Также предлагается упрощенный порядок вступления в пенсионный план ИПК. При поступлении на работу направляются условия вступления в план ИПК. Работник вправе принять такие условия, направив заявление об этом, либо отказаться от вступления в пенсионный план ИПК на таких условиях. В случае если работник в течение полугода после поступления на работу не вступил в пенсионный план ИПК и не отказался от предложенных условий, он будет считаться вступившим в план ИПК. Для уже работающих по трудовому договору на момент введения системы ИПК правила аналогичны правилам для поступающих на работу.

Включение работника в пенсионный план ИПК по умолчанию может основываться на одном из следующих юридических механизмов: акцепте оферты о заключении договора о формировании ИПК молчанием; указании в трудовом законодательстве, что участие в пенсионном плане ИПК и уплата взносов являются обязательными условиями трудового договора; прямом указании закона. Упрощенная процедура позволит работникам стать участниками пенсионного плана ИПК без совершения сложных действий и временных затрат.

Указанные категории работников при этом получат ряд дополнительных прав. Так, перечисление их взносов на ИПК будет осуществляться работодателем на бесплатной основе. Кроме того, данным работникам не придется ждать окончания налогового года и заполнять декларации для получения налоговой льготы – работодатель будет осуществлять автоматический расчет размера налоговой льготы и выплачивать ее работнику вместе с текущей зарплатой.

При этом упрощенная процедура включения работников в пенсионный план ИПК не будет нарушать их прав, поскольку для них предусмотрена возможность выхода из пенсионного плана ИПК по итогам «пробного периода» и уплаты взносов на срок до 5 лет с возможностью продления этого срока («механизм каникул»).

Гражданам будет предоставлена информация о выборе НПФ в пенсионном плане ИПК. Для граждан, передавших ранее сформированные пенсионные накопления в накопительной составляющей обязательного пенсионного страхования в НПФ, сохранится тот же НПФ и в пенсионном плане ИПК. Для всех остальных будет определен НПФ по методу случайного распределения в соответствии с удельным средним весом каждого НПФ в общем объеме пенсионных накоплений по обязательному пенсионному страхованию в НПФ за последние три календарных года.

При таком варианте выбора НПФ в пенсионном плане ИПК для гражданина определяется схема уплаты взносов в ее «базовом» варианте (с ежегодным увеличением на 1% от 0% в первый год и до достижения 6% в последующие годы).

Предполагается поэтапная фаза распространения упрощенного порядка включения работодателей в этот механизм. В первый год запуска пенсионного плана ИПК данный порядок будет распространяться на крупные предприятия. Все граждане, имеющие либо впервые с момента запуска системы заключающие трудовой договор с таким предприятием, в случае если они не являются участниками ИПК, подпадают под упрощенный порядок включения в пенсионный план ИПК.

Граждане, в том числе вступившие в план ИПК по упрощенному порядку, вправе в любой момент самостоятельно выбрать НПФ из системы гарантирования и определить схему уплаты взносов в пенсионный план ИПК путем подачи соответствующего заявления в Центральный администратор через многофункциональные центры либо через «Единый портал государственных и муниципальных услуг».

Стимулирование граждан к участию в пенсионном плане ИПК будет обеспечиваться несколькими факторами – максимальной простотой формирования дополнительных пенсионных сбережений, защищенностью пенсионного плана ИПК, мерами налогового стимулирования при формировании и реализации пенсионного плана ИПК.

Защищенность предполагает наличие системы гарантирования пенсионных прав, персонифицированного учета пенсионных прав участников, а также наличие агрегированной базы пенсионных счетов.

Для стимулирования участия граждан им будет предоставлен налоговый вычет по НДФЛ в полном объеме, но не более 6% от заработной платы работника в год, работодатели тоже получат льготу – по налогу на прибыль, а именно применение повышающего коэффициента при принятии к вычету в составе расходов на оплату труда сумм взносов, уплачиваемых работниками.

Аккумулирование средств населения с целью будущего пенсионного обеспечения позволит НПФ выступать поставщиком «длинных денег» в экономику.

– Алексей Владимирович, укрепление и устойчивость финансового рынка трудно представить без надежной национальной платежной системы. Как Вы оцениваете ее функционирование?

– В создании национальной платежной системы можно выделить два важных этапа.

Первый этап – в России создан процессинговый центр для обработки внутрироссийских транзакций по картам российских и международных платежных систем. Функции этого центра осуществляет АО «Национальная система платежных карт».

Вторым этапом является создание в России национальной системы платежных карт (платежная система «Мир»).

По состоянию на 4 сентября 2017 г. в платежной системе «Мир» зарегистрирован 381 банк-участник (из них 84 прямых и 297 косвенных), выпущено более 17,6 млн. платежных карт «Мир», которые обслуживаются почти в 1,8 млн. POS-терминалов, 125,5 тыс. банкоматов, более чем в 71 тыс. пунктов самообслуживания и 170 тыс. пунктов выдачи наличных.

АО «НСПК» заключило ряд кобейджинговых договоров с международными платежными системами MasterCard, JCB и другими. Для стимулирования развития национальных платежных инструментов в законодательстве закреплен ряд положений.

Во-первых, должен быть осуществлен поэтапный перевод определенных категорий выплат за счет средств бюджетов бюджетной системы РФ и государственных внебюджетных фондов на банковские счета с использованием платежной карты «Мир». Выплаты денежного содержания, вознаграждения, довольствия государственных служащих, оплаты труда работников государственных и муниципальных органов, учреждений, государственных внебюджетных фондов, государственных стипендий, пенсий и иных социальных выплат ПФР на вновь открытые банковские счета переводят на карты «Мир» с 1 июля 2017 года. Вышеуказанные выплаты, за исключением выплат ПФР на существующие счета, переводят на карты «Мир» до 1 июля 2018 года. Выплаты ПФР клиентам на существующие счета переводят до 1 июля 2020 года.

Во-вторых, определен перечень организаций, которые обязаны принимать к оплате платежные карты «Мир». Это – субъекты предпринимательской деятельности, у которых выручка от реализации товаров (работ, услуг) за предшествующий календарный год превышает 40 млн. рублей. Данная норма вступит в силу с 1 октября 2017 года. В настоящее время этим значением является годовой доход в 120 млн. рублей.

В-третьих, предписано, что с 1 июля 2017 г. все российские банки должны обеспечить обслуживание карт «Мир» (99,99% банков уже выполнили это требование).

В-четвертых, иностранным банкам и международным финансовым организациям предоставлена возможность стать участником платежной системы «Мир» (в настоящее время нерезиденты не являются ее участниками).

В рамках дальнейшего развития национальной системы платежных карт планируется продолжить работу по насыщению продуктовой линейки платежной системы «Мир» актуальными платежными продуктами и сервисами, их продвижению и развитию на территории России, а также по продвижению национальных платежных инструментов за пределами страны.

Текст: Т.Н. Васильева

Оригинал публикации: Журнал "Финансы", "Механизмы совершенствования финансового рынка России: интервью с заместителем министра финансов Российской Федерации А.В. Моисеевым"

Россия > Финансы, банки > minfin.ru, 18 октября 2017 > № 2367005 Алексей Моисеев


Казахстан > Финансы, банки. Транспорт > kapital.kz, 18 октября 2017 > № 2357310 Шакир Иминов

Жизнь после ДТП: как вовремя и в полном объеме получить выплаты

Как на самом деле работают страховые компании

Мы решили немного отойти от темы новых технологий и рассмотреть некоторые общие вопросы, ответы на которые интересуют практически каждого автолюбителя. Основной вопрос, который волнует водителя после любого ДТП: как получить без проблем страховую выплату в короткий срок. По этому вопросу мы обратились к исполнительному директору СК «Евразия» Шакиру Иминову.

«В настоящий момент в страховой компании «Евразия» полностью автоматизирован процесс контроля за выплатами — от регистрации заявления об убытках до создания платежного поручения в банк получателя выплаты (пострадавшего), а также отработан процесс выдачи наличных по выплатам по страховым случаям. Возможность создания страховых актов на основе заявлений и автоматический расчет средних сумм позволяют существенно сократить время принятия решения по выплате и уменьшить время ожидания денег для пострадавшего (клиента).

Выплаты — это основной вопрос, который мучает всех автомобилистов и заставляет сомневаться в правильности выбора страховой компании. Главный критерий при выборе страховщика — это своевременная оплата страхового покрытия, так как некоторые компании могут задержать перевод денежных средств, вследствие чего приходится прибегать к помощи досудебных претензий или же к суду. На 1 октября 2017 года выплаты Евразии по ОС ГПО ВТС составили 2,4 млрд тенге, увеличившись по сравнению с прошлым годом более чем в 6 раз. Ежедневно к нам обращаются в среднем 20−25 автовладельцев со страховыми случаями. Мы усердно работаем над тем, чтобы текущий год принес нам увеличение по «автогражданке», и все предпосылки к этому есть.

Кстати, хочется добавить, что по обязательному страхованию автомашин не у всех страховщиков дела идут хорошо. В течение последних лет на рынке накапливались финансовые проблемы, в том числе рост убыточности по этому виду страхования, приведшие к падению рентабельности. Для многих компаний обязательная «автогражданка» стала полностью убыточным направлением.

И все же мы считаем, что сегодня на страховом рынке Казахстана наступают хорошие времена. ОС ГПО ВТС фактически является основным классическим и массовым видом страхования в стране. В целом идея данного продукта правильная и успешно существует во многих западных странах. Что касается планов «Евразии» на 2017 год, то мы активно будем наращивать свою долю на рынке по этому виду страхования. Для этого у нас есть большая филиальная сеть как в Алматы и Астане, так и по всему Казахстану. Мы объективно стали работать лучше и платить больше. Статистические показатели по нашей компании в этой части показывают, что автовладельцы продолжают ответственно относиться к покупке полиса обязательного автострахования", — рассказал Шакир Иминов.

На самом ли деле получение выплат — процесс, который может проходить быстро, без бумажной волокиты? Своим опытом поделился алматинец Алексей Пеньков. Мы подробно поговорили с автолюбителем на тему получения страховой выплаты.

— Алексей, вы недавно попали в ДТП и были одним из тех клиентов, которые остались довольны страховой выплатой и решили поделиться с нами.

— У меня собственный бизнес, и практически весь день я передвигаюсь на машине. Сами понимаете, что в этом бизнесе без страховых случаев в условиях работы по городу не обойтись. Точнее, рано или поздно он должен был произойти. Как говорится, не ты, так тебя. В первую секунду после ДТП сразу мысль: клиенты, их заказы, как доставлять, машина на ремонте, суды со страховой, ну и т. д. Одним словом, человек, который ни разу не сталкивался со страховыми компаниями, как я, думаю, испытает такие же чувства. Но в итоге у меня никаких задержек с рассмотрением заявлений и выплатой СК «Евразия» не было. Все прошло быстро, профессионально, с хорошим качеством обслуживания! Конечно, всегда кажется, что отрицательных отзывов больше, чем положительных. Но это не так!

— Вы думали, что могут возникнуть проблемы с выплатами?

— Я часто читал в интернете, что многие автолюбители недовольны выплатами. Например, запрашивают всякие несуществующие документы, затягивают оценку повреждения, считают суммы намного меньше причитающихся. Я тоже переживал, учитывая, что это мое первое ДТП и, надеюсь, последнее (смеется). Но мне повезло. Получил я выплату очень быстро, где-то в течение 4−5 дней.

— Сильно ли пострадала машина при ДТП?

— Повреждение было настолько сильным, что пришлось вызывать эвакуатор. Но это все пустяки, самое главное — сам жив-здоров.

— Согласны ли вы были с результатами оценки и с суммой компенсации?

— Меня знакомые предупреждали, что страховщики такие-сякие и что они могут снизить компенсацию. Но в моем случае, повторюсь, страховщики сработали очень профессионально. Я был доволен результатами оценки и суммой компенсации, и, соответственно, итоговой страховой выплатой, которая составила свыше 1 млн тенге с копейками.

— А если бы вас не устроила страховая выплата? У вас был план, как дальше действовать?

— Друзья, которые уже попадали в ДТП, сказали, что, если компромисс не будет достигнут, тогда я вправе обратиться к независимым экспертам, ну или на крайний случай к страховому омбудсмену, вроде его так называют. Ну, слава богу, что обращаться не пришлось.

— Как долго вы ждали оценку после ДТП?

— Пока я собирал документы, обратился в страховую компанию с заявлением на проведение оценки. Я не успел еще свои документы сдать, как оценка была готова и ждала меня в страховой, чтобы я с ней ознакомился. Если не ошибаюсь, через 2−3 дня мне позвонили с «Евразии» и назначили время и место проведения осмотра автомобиля для оценки повреждений. Учитывая, что я человек работающий и времени было мало, все прошло очень быстро, чему я рад.

— После того как с вами случилось ДТП, что вы для себя выделите из работы со страховой компанией?

— В первую очередь, наверное, адекватную страховую выплату. Что еще? Компания оперативно решает те или иные проблемы. Советует и помогает. Это главное для клиента.

— А то, что многие жалуются на страховые компании, что они не платят…

— Если честно, я был бы доволен, если бы страховая мне заплатила сверху еще 100−200 тысяч. Но, ребята, не надо быть эгоистами. Мы платим страховщикам от 10 до 20 тыс. тенге, а взамен хотим очень многого. Мне выплаченных денег было достаточно на ремонт, и это главное. А про жалобы — всегда будут люди, которые всем недовольны и которые считают, что все им вокруг что-либо должны.

— В наших СМИ не так часто появляются публикации на такие темы, как ДТП и реальный комментарий пострадавшего. В двух словах, как должны работать страховые компании Казахстана, чтобы у них не было проблем с клиентами?

— Страховые компании должны работать оперативно, все время быть на связи, все сделать быстро и чтобы выплата позволяла отремонтировать машину! Я думаю, это самое главное в такой экстремальной и нервной ситуации, как ДТП.

Казахстан > Финансы, банки. Транспорт > kapital.kz, 18 октября 2017 > № 2357310 Шакир Иминов


Россия > СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 18 октября 2017 > № 2355581 Валентина Дрофа

Золотая лихорадка времен Дикого Запада. Почему не стоит полагаться на ICO

Валентина Дрофа

генеральный директор Drofa Group

Пока рынок находится в стадии бурления, вырабатывает правила, ищет оптимальные юридические и технические решения, пробует разные варианты активностей, ошибки будут неизбежны. Хотите ли вы своими деньгами оплачивать эти ошибки?

Удивительно, что в России, где граждане до сих пор далеко не всегда читают договоры в банке, а общий уровень финансовой грамотности по-прежнему оставляет желать лучшего, привлечение инвестиций при помощи ICO (Initial coin offering) приобрело необычайную популярность. Стоит ли пытаться заработать на «хайпе»?

Токен вместо смузи

Капитализация рынка токенов на сегодня составляет $7,5 млрд, и прямо сейчас в мире проводится около трехсот ICO. Более 20 из них запускаются только на этой неделе.

Организаторы сделок будут собирать деньги на проекты в самых разных сферах: финтех, майнинг, экономика знаний, издательский бизнес, игровые темы, благотворительность и так далее. Примечательно, что большинство основателей этих проектов — россияне.

На прошедшем недавно ICO-Hypethon в Испании на российские проекты пришлось более 80% от представленных. Почему?

Предприниматели, игроки IT-сектора и представители финансовой индустрии почувствовали, что у них в руках наконец появился доступный инструмент для привлечения денег, который можно использовать для финансирования не только действующего бизнеса или стартапа, но и просто идеи в голове, еще не записанной и не просчитанной.

И вместо того, чтобы представлять свои проекты венчурным инвесторам, с которыми всегда было слишком много мороки, или писать скучные и в реальности никогда не осуществимые бизнес-планы в банки, россияне дружно ринулись «питчить» свои, иногда весьма оригинальные идеи перед криптовалютной тусовкой.

Стартаперы и их последователи решили отказаться от смузи в пользу биткоинов. Все это привело к тому, что рынок ICO и криптовалют стал напоминать Дикий Запад времен золотой лихорадки или Россию эпохи приватизации первой волны с ваучерами и Леней Голубковым.

В погоне за легкими и быстрыми деньгами как-то забылось, что проведение ICO тоже стоит денег, и это давно уже не три копейки, а довольно серьезный бюджет. Эксперты, выступающие на криптовалютных конференциях, оценивают его минимум в $300-500 тыс.

Эти средства идут на разработку смарт-контракта, юридическую часть, маркетинг и PR. По данным представителя ICO Rating, $200 000 — это минимальная стоимость контракта на маркетинг ICO у команды без опыта.

Инвестиции на авось

Криптовалюты сами по себе — довольно рисковый инструмент для инвестиций, которым все еще пользуется ограниченный круг людей. Даже в эфире бизнес-каналов принято говорить о привычных для пользователя долларе и евро, а вот аналитические обзоры биткоина и эфира пока остаются редкостью.

Кроме того, высокая волатильность криптовалюты является серьезным вызовов и для организаторов, и для инвесторов в ICO. Инвестированных еще вчера в криптовалюте реальных денег завтра может не хватить на реализацию задуманного из-за очередного скачка курса.

Часто к нам приходят стартаперы, которые не имеют даже четко оформленной идеи, юридической схемы, экономики токена. Но они слышали, что на ICO можно быстро «срубить денег». Когда пытаешься получить ответ на вопрос, а зачем же им токенизация и ICO, они посмотрят на тебя как на сумасшедшего, и только доллары мелькают в глазах.

Все это низводит отличную в общем-то идею по привлечению финансирования в формат истории «верю-не верю». И все сложные системы рейтингования, прогнозы экспертов, попытки анализа и аудита перестают иметь значение, если главная цель основателей — собрать денег, а дальше трава не расти.

К сожалению, таких проектов большинство. Сам создатель Ethereum Виталик Бутерин недавно дал прогноз, что многие проекты провалятся, а инвесторы потеряют свои деньги. Пока оценить точно, сколько именно проектов «не выстрелит», весьма сложно.

Очень многие только стартовали и пока проходят стадии закрытых продаж, так называемых pre-ICO. Результаты мы увидим где-то через полгода, когда проекты должны будут начать показывать, чего именно им удалось добиться благодаря привлеченным средствам.

Но пока одни команды не представляют, на что они собирают деньги, другие планируют потратить их на текущую операционную деятельность и выплату долгов, а третьи нацелены на отъезд в теплые страны сразу после ICO. Стартаперов, понимающих, зачем им нужны токены и что они будут делать после того, как сбор денег закончится, единицы.

Сложный выбор

ICO — это реальный инструмент для развития бизнеса, но множество псевдопроектов, собирающих деньги в никуда, на данном этапе могут серьезно испортить ему репутацию.

На рынке уже появились критерии оценки ICO-проектов, позволяющие инвестору выбирать менее опасные варианты. Эксперты отрасли в первую очередь советуют обращать внимание на команду проекта, его основателей, их профили в соцсетях, достижения, предыдущий опыт. Мне как человеку, работающему в сфере PR, эти советы кажутся несколько поверхностными.

Основателя компании и его достижения можно выдумать. С помощью в том числе PR-инструментов можно создать какой угодно образ, сформировать нужную легенду, придумать и даже подтвердить необходимое число «побед» на рынке. Это поможет привлечь деньги, но вряд ли будет хоть как-то полезно инвесторам.

Так что в ближайший год любые инвестиции в ICO-проекты следует считать ультрарисковыми— вне зависимости от стартапа. Пока рынок находится в стадии бурления, вырабатывает правила, ищет оптимальные юридические и технические решения, пробует разные варианты активностей, ошибки будут неизбежны. Хотите ли вы своими деньгами оплачивать эти ошибки?

Я — нет. Если очень хочется попробовать заработать на «хайпе», то самое главное — не вкладывать последние деньги, не продавать квартиры и не брать кредиты под ICO, а также выбирать проекты, за которыми стоит сильный корпоративный бренд, имеющий в активах реальный бизнес.

Россия > СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 18 октября 2017 > № 2355581 Валентина Дрофа


Иран. Турция. США > Финансы, банки. Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 17 октября 2017 > № 2358482 Василий Папава

Иран и Турция отворачиваются от доллара США – эксперт

В начале октября президент Турции Реджеп Эрдоган сделал в иранской столице сенсационное заявление: Анкара и Тегеран отказываются от доллара во взаимной торговле. Иран и Турция заявили о переходе на расчеты в национальных валютах и расширении банковского сотрудничества. К этим шагам два государства, враждующих в Сирии, подтолкнул референдум о независимости в Иракском Курдистане. Создание Великого Курдистана угрожает территориальной целостности и Турции, и Ирана. Впрочем, за решением Тегерана и Анкары отказаться от доллара лежат и более фундаментальные сдвиги в мировой экономике и политике. Такое мнение в интервью «Евразия.Эксперт» рассказал директор Института изучения Ближнего Востока и Кавказа, иранист Василий Папава. По его мнению, в Иране и Турции набирает обороты процесс отказа от доллара, подготовленный Европой и спровоцированный Китаем и Россией. В интервью мы затронули не только дедолларизацию в турецко-иранских отношениях, но и рецепт Тегерана по противостоянию западным санкциям, которые, не исключено, вновь обрушиться на Иран уже в ближайшие месяцы.

- Иран и Турция договорились об использовании национальных валют в двусторонней торговле вместо американского доллара. Они же конфликтуют по Сирии, почему они приняли такое решение?

- Уровень торговли является показателем политического сотрудничества между государствами. Ирано-турецкие отношения не отличались особой стабильностью. Оба государства имеют разные интересы в регионе и разные представления о системе региональной безопасности. Каждое из этих государств пытается самоутвердиться в регионе, завоевав статус военно-политической державы.

Последние события вокруг референдума в Иракском Курдистане подталкивают и Анкару, и Тегеран искать точку соприкосновения, чтобы не оказаться в «офсайде» региональной политики и самим не стать «следующими жертвами» перераспределения сфер влияния на Ближнем Востоке.

Соглашение Анкары и Тегерана об использовании национальных валют в двусторонней торговле может быть неким ответом на референдум в Иракском Курдистане. После визита президента Турции в Иран было заявлено, что в ближайшие недели представители национальных банков двух стран обсудят детали данного вопроса, чтобы снизить давление курса валют на экономические отношения Турции и Ирана. Помимо этого, турецкие банки откроют филиалы в Иране, а иранские банки – в Турции, что позволит активизировать экономические связи. Как известно, Багдад закрыл курдское воздушное пространство на международных рейсах и заявил, что заблокирует переводы в иностранной валюте и продажу долларов банкам в автономном регионе.

- Каковы будут последствия для мировой системы и как это отразится на дедолларизации мировой экономики?

- Здесь можно задать дополнительный вопрос: какие признаки указывают на то, что мир отворачивается от доллара США? Количество стран, которые начинают видеть преимущества децентрализованной (от доллара США) системы, увеличивается.

Иран и Индия, а также Иран и Россия часто торгуют углеводородами в обмен на сырьевые товары, тем самым минуя американские санкции. Аналогичным образом экономическая мощь Китая позволила в обход недавних санкций открыть кредитную линию для Ирана в размере €10 млрд. Северная Корея использует криптовалюты, такие как биткойн, для того чтобы покупать нефть из Китая в обход санкций США.

Чтобы полностью отказаться от продажи нефти в долларах, нефтетрейдеры, работающие с венесуэльской нефтью, переводят платежи в евро. Государственная нефтегазовая компания PdVSA попросила партнеров открыть счета в европейской валюте. Пекин намерен приобрести российские углеводороды, заплатив юанем, что даст Москве возможность конвертировать юань в золото через Шанхайскую международную энергетическую биржу (INE).

Процесс отказа от доллара, подготовленный Европой и спровоцированный Китаем и Россией, набирает обороты. Стремление Турции и Ирана при торговле использовать национальную валюту вместо доллара США лишь усиливает данный процесс.

Можно с уверенностью сказать, что господство каждой мировой резервной валюты в какой-то момент времени все равно закончится.

- Власти Турции и Ирана также договорились о совместных действиях по увеличению объема двусторонней торговли. О какой сумме идет речь?

- Согласно последним статистическим данным, опубликованным Турецким статистическим институтом, торговый оборот между Ираном и Турцией в течение первых 11 месяцев 2016 г. составлял $8,798 млрд. Экспорт Турции в Иран за одиннадцать месяцев 2016 г. составил $4,635 млрд, что на 41% больше по сравнению с аналогичным периодом 2015 г. Турция также импортировала товары из Ирана за этот период в размере $4,136 млрд, что на 26% меньше, чем в первые 11 месяцев 2015 г.

По сравнению с аналогичным периодом прошлого года в Турции за последние семь месяцев 2017 г. произошло значительное увеличение (в размере 142%) импорта сырой нефти из Ирана. Иран, с 7,4 млн т экспорта нефти в Турцию, увеличил свою долю с 23,3% до 50,9%.

После недавнего визита в Тегеран президент Реджеп Тайип Эрдоган подчеркнул, что Анкара выступает за активное и всестороннее сотрудничество с Ираном. Он также напомнил, что страны нацелены довести двусторонний товарооборот до $30 млрд. в год.

- Как сегодня Иран живет под санкциями? Расскажите об особенностях иранской политики преодоления санкций.

- Иран фактически жил в режиме международных санкции с 1979 г., когда был свергнут прозападный шах. Два важных события вызвали психологический импульс в экономике Ирана – это подписание так называемого Совместного всеобъемлющего плана действий в 2015 г. и избрание умеренного лидера Хасана Рухани на второй президентский срок в 2017 г. Первое событие открывает дорогу для смягчения санкций, а результаты выборов позволят умеренным силам в политической системе Ирана внедрить необходимые юридические и структурные механизмы для улучшения бизнес-климата в стране.

В постсанкционный период иранская экономика встала на новый путь роста. Отмена санкций и тот факт, что страна может экспортировать больше нефти и нефтепродуктов, будут способствовать поддержанию траектории роста, несмотря на негативное влияние, которое может быть вызвано снижением цен на нефть.

Тем не менее важно понимать, что иранская экономика не будет достигать 8% годового роста, чтобы создать рабочие места, в которых нуждается молодое население страны. Фактически восьмипроцентный рост может быть достигнут только в том случае, если будут начаты и внедрены ряд структурных, правовых и экономических реформ.

В дополнение к экономическому росту одной из основных сил экономики является устойчивое активное сальдо торгового баланса. Фактически иранская экономика сумела сохранить положительное сальдо торгового баланса за последние несколько лет. Все указывает на то, что снятие санкции будет способствовать увеличению сальдо торгового баланса.

Инфляция и безработица остаются ключевыми негативными показателями в экономике Ирана. Что касается безработицы, то общие тенденции были положительными, но молодое население страны будет продолжать оказывать давление на рынок труда.

Безработица среди молодежи продолжает оставаться высокой. Фактически, согласно официальной статистике, 40% выпускников университетов Ирана не могут найти работу в своей собственной области знаний.

Успех правительства в сокращении безработицы будет зависеть, в первую очередь, от его способности развивать такие интенсивные сектора, как сельское хозяйство и услуги, особенно туризм.

Другой ключевой проблемой является инфляция. Несмотря на то, что правительство смогло сдерживать инфляцию последние несколько лет (в мае 2013 г. она достигла 42%), фактическая инфляция остается высокой. Тем не менее тенденция является положительной, и по состоянию на январь 2016 г. правительству удалось снизить 12-месячную инфляцию до уровня ниже 15%. Это важное достижение, которое можно объяснить относительной стабильностью на валютном рынке, а также попытками правительства увеличить неденежные услуги (например, медицинские услуги, покрываемые за счет государственного страхования) населению.

- Несмотря на временное смягчение со стороны Запада санкционного прессинга, администрация Д.Трампа вновь пытается вернуть санкции против Тегерана. В чем причина?

- Причина этого кроется прежде всего в геополитических расхождениях Ирана и стран Запада по вопросу актуальных проблем региона.

Ближневосточная политика Ирана в корне расходится с западными интересами, так как неизменной остается поддержка Тегерана своих союзников в Йемене, Ираке и Сирии, в то время как Запад в основном поддерживает противоположный лагерь (нефтемонархии во главе с Саудовской Аравией).

- Что может противопоставить Иран новым угрозам, звучащим из Вашингтона?

- Иран пытается уменьшить влияние санкций на экономику страны диверсификацией внешней торговли не только со странами Азии, но и с некоторыми европейскими государствами. В течение последнего иранского финансового года (закончившегося 20 марта 2017 г.) внешняя торговля Ирана составила $87 млрд.

Основным экспортным товаром являлся газовый конденсат ($7,32 млрд). За ним идет легкая нефть, за исключением бензина ($2,49 млрд), сжиженный природный газ ($2,79 млрд), сжиженный пропан ($1,222 млрд) и нефтяные газы и сжиженные углеводороды ($1,204 млрд).

Китай является основным покупателем иранской продукции. Иран экспортировал товаров в азиатскую страну на сумму $3,74 млрд. Другие основные направления экспорта – Ирак ($2,6 млрд), ОАЭ ($2,58 млрд), Южная Корея ($1,67 млрд) и Индия ($1,19 млрд). Основные экспортеры в Иран – Китай ($4,25 млрд), ОАЭ ($3,34 млрд), Южная Корея ($1,34 млрд), Индия ($1,26 млрд) и Турция ($1,13 млрд).

В течение января-мая 2017 г. объем торговли между Ираном и Китаем составлял $15,2 млрд, что на 41% или больше по сравнению с аналогичным периодом прошлого года ($10,8 млрд). Параллельно наблюдается увеличение внешней торговой активности с рядом западных стран. Так, в январе 2017 г. торговля Ирана с Европой составляла €1,5 млрд, что по сравнению с аналогичным периодом прошлого года свидетельствует об увеличении торговли на 171%.

- Что сдерживает экономическое развитие Ирана сегодня?

Несмотря на активную позицию руководства Ирана по расширению торгово-экономического сотрудничества, существует ряд препятствий, основными из них являются:

• действие санкций и финансовая изоляция Ирана (несмотря на достигнутый в 2015 г. договор, часть санкции остаются в силе);

• отсутствие активного системного взаимодействия банковских и страховых структур, что тоже является следствием многолетних санкций;

• сокращение платежеспособности Ирана на фоне существующих санкций и низких цен на нефть.

Экономическое развитие Ирана в последние годы тормозилось многими неблагоприятными внешнеполитическими факторами. В начале XXI в. значительный экономический спад был вызван международными санкциями. Сейчас у Ирана появился шанс на развитие – но сможет ли Тегеран им воспользоваться, зависит от международной конъюнктуры и ситуации на Ближнем Востоке, который за последние годы превратился в очаг перманентной нестабильности.

Беседовал Сеймур Мамедов

Иран. Турция. США > Финансы, банки. Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 17 октября 2017 > № 2358482 Василий Папава


Украина. Весь мир > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > interfax.com.ua, 17 октября 2017 > № 2353933 Дэвид Липтон

Замглавы МВФ Липтон: Еще не время думать о выборах!

Эксклюзивное интервью первого заместителя управляющего директора Международного валютного фонда (МВФ) Дэвида Липтона агентству "Интерфакс-Украина".

- Минул месяц с момента вашего визита в Киев…

- А кажется, будто это было вчера!

- Тем не менее, за это время Верховная Рада успела принять закон о пенсионной реформе. Как известно, МВФ уже выразил обеспокоенность по поводу внесенных в документ поправок, а также в связи с другими негативными сигналами, поступающими из Украины. Могли бы вы в этой связи уточнить условия завершения четвертого пересмотра программы EFF (Extended Fund Facility) и прокомментировать, насколько успешно мы продвигаемся в своих обязательствах после вашего визита?

- Что касается пенсионной реформы, мы договорились с правительством о принципах, на которых она должна строиться. Эти принципы, в том числе, включают достижение бездефицитного бюджета пенсионного фонда и обеспечение действительно достойного уровня жизни пенсионеров. У нас пока не было возможности изучить принятый Верховной Радой закон. Тем не менее, в первую очередь мы будем смотреть, учтены ли в окончательном документе принципы, которые мы изложили правительству.

Если говорить о программе с Украиной в целом, то основной ее целью на текущем этапе является переход от стабилизации экономической ситуации к определенным структурным реформам. В связи с этим в программу включен такой структурный ориентир как создание антикоррупционного суда. Я видел, что на прошлой неделе по этому вопросу высказалась Венецианская комиссия, а в Киеве прошли очередные дискуссии на эту тему.

Что для нас важно, и что было согласовано в ходе моего визита - это создание такой антикоррупционной структуры, которая будет эффективной и результативной. Нам очень важно, чтобы были выдержаны эти принципы - эффективность и результативность, чтобы был тщательный процесс отбора судей, гарантирующий их честность и профессиональные качества.

В программу также включен такой структурный маяк как реформирование процесса приватизации госпредприятий, и мы ожидаем принятия соответствующих нормативных актов.

Помимо этих мер, для дальнейшего продвижения по программе важно сохранить уже внедренные изменения, в частности, касающиеся внутренних цен на газ и газотранспортной системы в целом. Некоторое время назад было выражено определенное недовольство по поводу отсутствия прогресса в улучшении корпоративного управления "Нафтогазом Украины". Хочу напомнить, что важным достижением текущей программы была нормализация и совершенствование функционирования газотранспортной системы, а также устранение газовых дотаций. Украина впервые за весьма продолжительный период не импортировала газ из России и создала стимулы для развития внутренней добычи и рынка. Нам хотелось бы, чтобы эти весьма значимые изменения были сохранены и нашли свое развитие в будущем.

Другой не менее важный момент - это системная корректировка внутренних тарифов на газ. С устранением существовавших ранее дотаций тарифы должны изменяться в соответствии с международными ценами на газ: если цены идут вверх - тарифы растут, если падают, снижаются и тарифы. С этой целью согласована определенная формула.

Был также представлен проект госбюджета на 2018 год, но нам еще необходимо вникнуть в его детали. Непростое дело достижения бюджетных целей зависит, в первую очередь, от устойчивости экономики. Поэтому мы будем смотреть, достаточно ли устойчив госбюджет в текущих экономических условиях.

- Существует высокий риск превышения по итогам текущего года заложенного в программе целевого показателя дефицита госбюджета на уровне 3,1% ВВП. Может ли это отразиться на программе и, в частности, на рекомендациях МВФ к госбюджету на 2018 год?

- Здесь присутствуют два аспекта. Первый, это какая политика заложена в госбюджете, и второй – насколько сильной является экономика страны и, соответственно, насколько стабильна налоговая база. Мы должны принимать во внимание оба.

Могу отметить, что в течение последних нескольких лет соблюдение бюджетной дисциплины в Украине было хорошим, как и в целом существенно улучшилась макроэкономическая политика, что и позволило стабилизировать экономическую ситуацию.

- В 2018 году стартуют первые крупные выплаты в рамках погашения кредитов по программе EFF. Принимая во внимание некоторое отставание Украины от графика привлечения кредитных траншей и пополнения резервов НБУ, возможно ли, что предстоящие в 2018 году выплаты будут учтены в следующих траншах?

- Украине, прежде всего, важно следовать плану реформ и достичь соглашения с нами относительно очередного пересмотра. Таким образом, мы сможем и дальше предоставлять свою помощь, выделяя больше средств и создавая бизнес-среду, куда смогут вливаться и другие финансовые ресурсы. Я знаю, что Европейский союз намерен предоставить финансовую помощь, если политический климат в стране будет удовлетворительным, Европейский банк реконструкции и развития имеет ряд проектов, которые могли бы привлечь новые средства в Украину. Есть также много других финансовых ресурсов, которые могут быть доступны Украине, не говоря уже о результатах более сильной экономической деятельности. Все это может создать прочную основу для будущих платежей Украины.

- Как вы оцениваете в целом среднесрочные риски страны, учитывая недавнее размещение правительством еврооблигаций, а также принимая во внимание приближение предвыборного 2018 года?

- Если Украина решит приостановить реформы или сделать шаг назад, она может потерять все достигнутые на сегодняшний день преимущества достигнутых изменений. Подобное уже случалось в украинской истории, и даже не раз.

Если же власти сделают упор на том, чтобы продвинуться вперед, появятся возможности для дальнейшего рефинансирования долга и укрепления государственных финансов в целом.

Главное сейчас - сможет ли Украина укрепить стабилизацию и перейти к экономическому росту, который позволит стране решить ее проблемы. Это наиболее важный вопрос, еще не время думать о выборах. Выборы будут далеко в будущем. Необходимо воспользоваться промежутком времени до выборов, чтобы продвинуться вперед по программе и добиться большего прогресса. Тогда каждый сможет провести избирательную кампанию в условиях более сильной экономики.

- В прошлом месяце велись разговоры о разработке так называемого "плана Маршалла" для Украины. По оценкам его инициаторов, если Украина будет ежегодно получать $5 млрд инвестиций, экономика будет расти на 6-8%. Насколько реалистична эта, скажем так, альтернативная программе EFF идея?

- Никогда ничего не слышал об этой идее, и если бы такая подготовка действительно велась, я бы об этом знал. Однако считаю вполне реальным, что продолжение Украиной реформ поспособствует существенному притоку финансирования, будь то заимствования на долговых рынках или привлечение инвестиций. Наиболее многообещающая перспектива для Украины - в привлечении инвестиций, которые, в свою очередь, начнут создавать в стране связи с европейской цепочкой поставок. Подобные связи имеют немецкие и скандинавские предприятия в Польше и других странах Центральной Европы. Благодаря талантливой и образованной рабочей силе в Украине, а также учитывая уровень заработной платы, будущее страны как части Европы должно строиться не на каких-либо соглашениях, а на инвестициях, которые начнут связывать экономику Украины с экономикой Европы. Ожидаемый в результате этого экономический эффект будет гораздо большим, чем названные цифры.

- Вы уже наметили дату прибытия в Киев следующей миссии, а также предварительное видение сроков предоставления Украине пятого кредитного транша?

- Мы не обсуждали дату прибытия миссии (с украинской делегацией – ИФ). Скорее, мы были сосредоточены на обсуждении дальнейших шагов, необходимых для того, чтобы Украина могла продвинуться вперед в выполнении программы.

Украина. Весь мир > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > interfax.com.ua, 17 октября 2017 > № 2353933 Дэвид Липтон


Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > bankir.ru, 17 октября 2017 > № 2353292 Павел Самиев

Ненужный бизнес: почему банки избавляются от клиентов-предпринимателей

ПАВЕЛ САМИЕВ

управляющий директор Национального рейтингового агентства, генеральный директор БизнесДром

В условиях ужесточения «антиотмывочного» регулирования банкам проще отказаться от клиентов из сферы малого бизнеса.

Для российских банков сегмент малого бизнеса традиционно находится в аутсайдерах - что по части кредитования, что по части некредитных сервисов и РКО. Доходность банков в сегменте не стоит тех усилий, которые требуется потратить на предпринимателей. И тех проблем, которые они могут принести кредитным организациям: масса времени на работу с документами, постоянный мониторинг денежных поступлений, высокие риски привлечения внимания регулятора.

Проблема получила общественный резонанс, когда на Восточном экономическом форуме один бизнесмен пожаловался главе Сбербанка Герману Грефу о том, что банки блокируют предпринимателям счета, формируется «черный» список таких предпринимателей, и тем, кто в него попал, трудно открыть счет в банке. То есть, фактически можно ставить на бизнесе крест. Недавно стало известно, что бизнес-омбудсмен Борис Титов обратился в ЦБ с предложением создать службу для защиты интересов бизнеса, в частности, от подобных действий и привлекать банкиров к ответственности за блокировку без должных оснований.

По данным «Деловой России», с начала 2017 года банки заблокировали счета порядка 500 тыс. предпринимателям. Причем количество жалоб на незаконные блокировки счетов и трансакции в десятки раз превышает в последнее время количество остальных обращений. Основанием для блокировки служит закон 115-ФЗ («О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», направленный на борьбу с отмыванием денег и «черным» сектором экономики. Закон действует уже более 16 лет, но в последнее время ЦБ ужесточил регулирование в части обслуживания предпринимателей. Например, добавилось требование документального подтверждения бенефициарных владельцев. Но это далеко не все. Вопросы могут вызывать такие ситуации, как, например, непрофильные поступления на расчетный счет предпринимателя, нецелевое расходов средств, недостаточная сумма налогов с оборота.

Предприниматели жалуются, что им приходится объяснять и предоставлять документы практически по каждой даже небольшой операции. Без этого банки имеют право не проводить операции, ссылаясь на подозрительность движения денежных средств.

В июле 2017 года ЦБ выпустил методические рекомендации №18-МР и №19-МР, в которых указаны признаки таких подозрительных операций. В этих документах регулятор указал на рост объема операций по снятию денег с дебетовых карт юрлиц и ИП, что может свидетельствовать о незаконном использовании этих денег (проще говоря, обналичивании). И порекомендовал банкам исполнять требования 115-ФЗ не формально, а более жестко: передавать информацию о таких клиентах.

К признакам подозрительных бизнесов относятся, например, короткий срок работы компании (менее 2 лет), большой объем наличных в обороте (более 30% от недельного оборота), минимальная налоговая нагрузка. Как видим, признаки довольно спорные, по ним сложно достоверно сказать, добросовестный ли это предприниматель или он работает «в черную». Например, фирма, занимающаяся курьерской доставкой, компания по доставке пиццы или интернет-магазин вещей будет получать больше 30% наличных от оборота в день. Два года работы - и вовсе признак, который касается всех стартапов и молодых бизнесов.

Например, в нашей практике был случай, когда банк закрыл счет компании просто из-за резкого роста объема поступлений. Комплаенс-службе кредитной организации показалось подозрительным, что компания несколько месяцев не получала денег – для регулятора почему-то это значит, что фирма не функционировала – а потом за месяц на счет пришли миллионы. Но ведь это совершенно естественно для нового предприятия! Сначала решаются организационные вопросы, ведутся переговоры с партнерами и клиентами, и только потом начинаются поступления средств. Но банку намного безопаснее закрыть счет, чем разбираться в ситуации, потому что ЦБ может отозвать за несоблюдение 115-ФЗ лицензию.

Есть более понятные подозрительные моменты. Например, у банка должно вызывать вопросы, если у предпринимателя несколько корпоративных карт, через которые снимаются наличные, а других операций почти нет. Причем деньги снимаются регулярно, в конце одного операционного дня и снова — в начале следующего, а сумма – менее 600 тыс. рублей или близка к максимальному лимиту снятия. Также банк должен начать проверку бизнеса, если деньги поступают на счет от контрагентов, по чьим банковским счетам проводятся операции с признаками транзитных, или от контрагента, который одновременно переводит средства на счета других клиентов. Также предпринимателю нужно осторожно переводить деньги на свой личный счет – при их быстром снятии банк может оценить это как подозрительную операцию.

Требования регулятора могут затронуть практически все сферы малого бизнеса, особенно сферу услуг, торговли, туризма и другие. По данным «Деловой России», в июне в «черном» списке ЦБ было 200 тыс. клиентов из МСБ, а на текущий момент их стало 500 тыс. Такими темпами до конца года число подозрительных предпринимателей вырастет до 1 млн. При этом, согласно оценкам Минэкономразвития, число субъектов МСП в России по итогам 2016 года составляло 5,5 млн (2,9 млн ИП и 2,6 млн малых компаний).

Все попадающие в «черный» список ЦБ определенно будут сталкиваться с трудностями при открытии счетов в банках, хотя данный «шорт-лист» и является рекомендацией, а не директивой. Вряд ли в условиях чистки рынка кредитные организации захотят работать с клиентами, которые привлекут к ним внимание ЦБ.

Складывается парадоксальная ситуация, когда, с одной стороны, государство заинтересовано в развитии малого предпринимательства, а, с другой, любое подозрительное движение по счетам приводит к немедленной блокировке средств. В результате получается, что, с одной стороны, банкам рекомендуется работать с малым бизнесом - финансировать, предлагать некредитные продукты. С другой, именно этот сегмент является и довольно трудозатратным, и не слишком маржинальным, да еще и самым проблемным с точки зрения регулятивных рисков. Нарушение 115-ФЗ является одной из ключевых причин отзыва лицензий. По нашим оценкам, в 2016 году по этому основанию ЦБ отозвал примерно треть всех лицензий.

Однако общественный резонанс может привести к решению данной проблемы. В частности, бизнес-омбудсмен Борис Титов попросил ЦБ выпустить рекомендации по применению «антиотмывочных» нормативных актов. Также речь может пойти и создании механизма реабилитации компаний, попавших в «черные» списки, но по факту ведущий здоровый и добросовестный бизнес.

Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > bankir.ru, 17 октября 2017 > № 2353292 Павел Самиев


Россия > СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 17 октября 2017 > № 2353291 Илья Перекопский

Пожертвовать анонимностью: как выиграть в гонке за цифровые монеты

Илья Перекопский

сооснователь и директор по развитию бизнеса Blackmoon Financial Group и Blackmoon Crypto

Регулирование криптовалют: кто станет новым Сингапуром, какое место в системе займут банки, собственный опыт и совет России

В результате дистрибуции токенов предприниматели, организовавшие ICO, подняли более $2 млрд в криптовалютах за все время существования этого способа привлечения капитала. При этом, по данным ICOrating, только в сентябре через ICO было привлечено около $1 млрд. Возникает закономерный вопрос — что делать с таким количеством крипты? Эти деньги крайне ограничены в использовании, а привлекаются они в большинстве своем на классические венчурные стратегии из реального мира, такие как развитие бизнеса, усиление команды, строительство инфраструктуры, на юристов, маркетинг и так далее.

Гонка за ICO

Теперь давайте попробуем представить себе такую ситуацию: берем 100 ethereum и платим ими зарплату, покупаем на них сервер, платим в adwords или рассчитываемся с топовой международной юридической фирмой — все это практически невозможно, а если и возможно, то операция окажется в крайне «серой» зоне. При этом бешеная гонка по привлечению денег через ICO продолжается. В предчувствии, что такая гонка может быстро закончиться, все стараются успеть насобирать побольше крипты, совершенно не задумываясь, как потом ее перевести в фиат и использовать в реальном мире. И самой главной проблемой с точки зрения регуляторов является анонимность, невозможность отследить все операции. С этой проблемой проекты, проводящие ICO, пока не торопятся разбираться.

На фоне этого криптобума как грибы после дождя появляются или планируют появиться в результате ICO различные криптобанки, криптоплатежные системы, криптокарты. Большинство подобных проектов рисуют фантастическое и безоблачное будущее. Инвесторы, которым новые криптопроекты обещают решение актуальных проблем и задач, не вдаваясь в детали, бегут и скупают их токены. При этом у большинства этих компаний нет никаких лицензий. Вдобавок платежные системы MasterCard и Visa постоянно ужесточают работу с криптовалютами. Так, MasterCard фактически ввел прямой запрет на выпуск дебетовых карт к криптосчетам. Visa тоже движется в сторону ужесточения контроля.

Ярким примером пока не реализованных обещаний может быть криптокошелек TenX. Проект привлек на ICO $80 млн и обещал помочь тратить криптовалюту без проблем в реальном мире. Однако на настоящий момент компания не может выпустить собственные рабочие платежные карты, более того, ей даже запрещено использовать логотипы MasterCard и Visa. У TenX нет официальной одобренной Visa или MasterCard программы. И в каждом регионе эмитенту карт нужно получать отдельную лицензию у платежной системы, а это очень непростой и длительный процесс.

Где же банки

Роль банков в криптомире сейчас не до конца определена, но при этом они остаются одним из основных элементов криптоэкосистемы. Без их содействия ICO-предприниматели так и будут сидеть со своими виртуальными деньгами. На мой взгляд, лишь регулирование криптовалют может уравновесить эту ситуацию и сделать рынок более предсказуемым и цивилизованным для всех игроков. После проведения ICO с проблемой вывода полученных средств в фиат сталкиваются все проекты. Криптовалюту всегда можно поменять на биржах на фиатные деньги, и это можно сделать с достаточно большими суммами, но перевести эти средства с биржи на свой счет в банке будет большой проблемой. Практически ни один банк в мире не примет отправленные с криптобирж доллары/евро в больших объемах. Банки не хотят работать с криптой ввиду отсутствия понятного регулирования, они боятся ЦБ своих стран. Даже в Японии, самой продвинутой на рынке криптовалют стране, эти проблемы пока не решены. Вполне вероятно, недавно произошедшее лицензирование криптобирж в этой стране улучшит взаимодействие с банками.

Собственный опыт

Мы пытаемся решить эту проблему на более знакомой для нас территории, в Европе. После переговоров нашей блокчейн-платформы с десятками европейских банков от наиболее прогрессивных мы получили подтверждение о готовности работать с криптовалютой при условии осуществления KYC-идентификации (know your customer — «узнай своего клиента»), а также лицензирования фондов нашей платформы в традиционных фондовых юрисдикциях, таких как Великобритания, Люксембург или Швейцария.

Согласно «дорожной карте», в начале следующего года мы запустим как минимум несколько токенизированных фондов на базе блокчейн-платформы. Фонды будут привлекать средства в криптовалюте, затем конвертировать в фиатные средства, чтобы впоследствии инвестировать в реальные активы, такие как недвижимость, commodities и произведения искусства. Для того чтобы была возможность конвертации значительных средств из крипты в фиат, мы введем процедуру KYC для всех наших инвесторов. К такому решению мы пришли после переговоров с десятками банков. Мы будем знать наших инвесторов и проверять их данные. Это будет несложная процедура digital KYC. Она будет занимать несколько минут общения с телефоном и компьютером, и будет включать, например, загрузку селфи и паспорта. Благодаря простоте процедуры, user experience не изменится в худшую сторону.

У наших инвесторов будут персонализированные счета, которые мы сможем обеспечить через процедуру KYC. В этом случае банки будут готовы принимать выведенные через криптобиржи средства на свои счета. Вопрос взаимодействия криптобирж и банков — один из ключевых для развития рынка в целом и для нашего проекта в частности. Если кратко, то нам хотелось бы работать с биржей, которая будет находиться в стране с лояльным к криптовалюте регулированием, и в которой биржа может работать в тесной связке с местными банками.

Кто станет новым Сингапуром

На мой взгляд, на фоне гонки по привлечению средств через процедуру ICO, происходит и другое соревнование. Наиболее продвинутые страны и правительства хотят как можно скорее создать механизмы регулирования локальных рынков криптовалют, чтобы привлечь средства в свои банки. Те, кто первым решит проблемы, связанные с криптовалютой (налоги, анонимность и т.д.), в итоге смогут привлечь огромные средства, например полученные в процессе ICO. В такую продвинутую страну возможно даже захотят переехать обладатели криптокапиталов, чтобы спокойно продолжать там работать над своими проектами.

В качестве примера такой страны можно привести Белоруссию. Там в ближайшее время будет подписан «Декрет о ПВТ 2.0» (документ о цифровой трансформации экономики Белоруссии). Благодаря содержащемуся в нем новому регулированию, в том числе рынка криптовалют, эта страна может стать восточноевропейским Сингапуром. Мы также уже ведем переговоры с рядом белорусских банков: как только будут понятны новые правила игры, хотим запустить совместный проект с одним из банков Белоруссии, в рамках которого планируем принимать криптовалюту на счет в банке и дальше переводить ее в фиат, имея на это все легальные основания благодаря новому законодательству.

Мы считаем, что в России также нужно задуматься о digital KYC, результаты которого будут принимать банки с согласия ЦБ и внедрять KYC при проведении ICO. Тогда отпадут проблемы, связанные с рисками отмывания денег. В мире есть продвинутые компании и технологии, который могут проводить digital KYC. Например, этим занимается компания с российскими корнями Sum&Substance. Несколько компаний, работающих на крипторынке, такие как Token Fund или Zerion, уже начали проводить полноценное KYC инвесторов и являются клиентами этого проекта.

На мой взгляд, для рынка будет лучше пожертвовать анонимностью и стать более цивилизованным, чем постоянно сталкиваться с противостоянием государств. Мы провели собственное исследование, которое показало, что 70% текущих ICO инвесторов готовы пройти KYC. Всего 30% рынка потенциально может отвалиться. При этом рынок скорее вырастет от подобного регулирования, придут более крупные традиционные фонды и инвесторы, которых сейчас как раз и пугает противоречивая риторика регуляторов.

Россия > СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 17 октября 2017 > № 2353291 Илья Перекопский


Россия > Приватизация, инвестиции. Финансы, банки > forbes.ru, 17 октября 2017 > № 2353288 Борис Минц

Рядом с Минцем: бывшие топ-менеджеры O1 управляют деньгами состоятельных семей

Дмитрий Яковенко

корреспондент Forbes

Под управлением компании EG Capital Advisors находится $600 млн

Как выяснил Forbes, семья Бориса Минца F 72 помимо проектов в девелопменте и на пенсионном рынке c недавнего времени вместе с западными партнерами развивает бизнес по управлению активами. Сыновья миллиардера Александр и Игорь Минцы входят в наблюдательный совет компании EG Capital Advisors. В EG Capital Advisors Forbes сообщили, что компания управляет активами на $600 млн и входит в одноименный холдинг, учрежденный в 2016 году бывшим директором по инвестициям O1 Properties Майклом Стэнтоном и Джоном Накосом, ранее бывшим независимым директором O1 Properties. Сейчас им принадлежит 80% EG Capital Advisors. В команде есть выходцы из O1 Group, «Открытия» и группы «Ист» Александра Несиса F 42. CEO компании Ольга Тартаковская — бывший финансовый директор O1 Group. Близкий к EG Capital Advisors источник рассказал Forbes, что в этом году компания начала активно нанимать сотрудников в лондонский офис, хотя юридически расположена на Каймановых островах и управляет деньгами состоятельных семей и институциональных инвесторов.

В EG Capital Advisors заявили, что международная УК не имеет никакого отношения к ФГ «Будущее» и O1 Properties Бориса Минца. В 2014 году O1 Group Бориса Минца купила 26% акций компании CA Immo и передала их в управление фонду EG Capital Real Estate, а в 2016 году продала австрийской инвестгруппе Immofinanz.

В холдинг Стэнтона и Накоса входит и российская УК EG Capital Partners, которая управляет активами пенсионных фондов Бориса Минца, объединенных в ФГ «Будущее». Также под управлением EG Capital Partners находятся паевые инвестиционные фонды «Эджи Эстейт» и «Эджи Эстейт Первый», среди их активов (всего на 4,5 млрд рублей) — ценные бумаги компаний, связанных с бизнесом Минца и его партнеров.

EG Capital Advisors активно занимается прямыми инвестициями. Компания инвестировала в китайский сервис взаимного кредитования Dianrong, африканский телеком-провайдер IHS Holding, биотех-компанию RetroSense Therapeutics, онлайн-курсы Coursera, американского разработчика ПО Palantir Technologies и производителя биоаккумуляторов StoreDot. В мае был запущен фонд EG Life Sciences Fund 1, который будет инвестировать в биотех- и медицинские компании.

В 2016 году EG Capital Advisors также выступила одним из спонсоров матча за звание чемпиона мира по шахматам между Сергеем Карякиным и Магнусом Карлсеном в Нью-Йорке. Борис Минц, известный своим пристрастием к шахматам, присутствовал на этом матче.

«Портфель довольно разношерстный, и его не могла бы собрать команда, имеющая опыт работы только на российском рынке», - размышляет владелец одного из фэмили-офисов. Владелец другого фэмили-офиса говорит, что EG Capital Advisors привлекала деньги российских клиентов, которые в последние годы испытывали проблемы с обслуживанием в европейских банках.

Борис Минц ранее имел опыт прямых инвестиций в технологические компании, в том числе на российском рынке. O1 Group инвестирует через фонды Buran Venture Capital (старший сын Минца Дмитрий входит в набсовет) в такие компании, как Ponominalu.ru, SravniKupi, Netology Group, Dashboard Systems, Shazam, GetIntent, ivi.ru.

Россия > Приватизация, инвестиции. Финансы, банки > forbes.ru, 17 октября 2017 > № 2353288 Борис Минц


Китай. Россия > СМИ, ИТ. Финансы, банки > inopressa.ru, 17 октября 2017 > № 2353260 Леонид Бершидский

Наступает время авторитарных криптовалют

Леонид Бершидский | Bloomberg

"Учитывая, что Россия и Китай ухватились за идею суверенных криптовалют, пора задать простой вопрос: почему технология, угрожающая децентрализовать денежную систему, так привлекательна для высокоцентрализованных авторитарных режимов?" - пишет обозреватель Bloomberg View Леонид Бершидский.

На прошлой неделе проправительственная газета "Аргументы и факты" процитировала российского министра связи и массовых коммуникаций Николая Никифорова, заявившего, что президент Владимир Путин распорядился быстро начать выпуск "крипторубля". Согласно репортажу, Никифоров сказал, что для этой криптовалюты будет использоваться "российская криптография" и ее будет невозможно "майнить", как биткоин, потому что это будет "закрытая модель с определенным объемом регулируемой эмиссии", передает Бершидский.

"Это последовало за заявлениями главы ЦБ Эльвиры Набиуллиной и министра финансов Антона Силуанова, подчеркнувших необходимость для российского государства поставить выпуск и использование криптовалюты под контроль", - говорится в статье.

Туманное описание Никифоровым крипторубля звучит похоже на недавние неофициальные предложения в Китае, отмечает автор.

Тех, кто считает, что главное новшество биткоина состоит в исключении из процесса центральной власти, заинтересованность Китая и России сбивает с толку. "Но правительства этих стран не собираются отдавать контроль системе блокчейна. Напротив, они пытаются понять, как снизить расходы для центрального эмитента на контроль за всем, что происходит в финансовой системе", - полагает Бершидский.

Наличные деньги имеют свои недостатки и для центробанков, и для правительств, отмечает автор. Их дорого печатать, чеканить, распространять и уничтожать. В то же время наличные анонимны - на них рассчитывают преступники и те, кто уклоняется от уплаты налогов. При традиционных электронных платежах случаются задержки при транзакциях.

При выпуске крипторубля расходы на поддержание денежной системы снизятся, платежи между компаниями и физическими лицами станут осуществляться быстрее, транзакции станут доступными для государственного контроля, прежде всего из соображений сбора налогов, говорится в статье. Никифоров говорил о введении подоходного налога на перевод крипторублей в обычные, если их владелец не сможет продемонстрировать, как была получена цифровая валюта.

На данный момент в планы России и Китая не входит отказ от наличных. Но это может быть их логической конечной целью, предполагает Бершидский.

"В обеих странах правительства не озабочены такими тонкостями, как право граждан на финансовую анонимность: порядочному гражданину нечего от них скрывать, а в противном случае пусть пеняет на себя", - говорится в статье.

Китай. Россия > СМИ, ИТ. Финансы, банки > inopressa.ru, 17 октября 2017 > № 2353260 Леонид Бершидский


Россия > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > minfin.ru, 16 октября 2017 > № 2367006 Антон Силуанов

Выступление Министра финансов Антона Силуанова на заседании Комитета Государственной Думы по бюджету и налогам

Силуанов Антон Германович

Министр финансов Российской Федерации

А.Г. Силуанов: [У нас] две основные цели. Первая – это поддержать те снизившиеся за период кризиса доходы населения, реальные доходы населения, которые в период 2015-2016 годов были существенно ниже, чем не только планы, но и чем рост инфляции. И поэтому основная задача была в том, чтобы помочь, поддержать и через бюджетный сектор, через другие стимулы, в частном секторе, с тем, чтобы доходы населения начали расти.

И вторая задача (для того, чтобы решить первую) – необходимо обеспечить экономический рост. И бюджет, как <…> инструмент для стимулирования экономического роста, именно на это и был ориентирован, когда Правительство начало работу над этим документом. Эти две задачи как раз и позволяют нам создать костяк, основу для формирования бюджета.

Хотелось бы остановиться на нескольких факторах, которые заложены в бюджет, для решения этих двух базовых задач. Начну с роста.

Первое. Мы действительно обеспечиваем такие макроэкономические условия для роста. Поскольку сейчас Центральный банк докладывал, Ксения Валентиновна [Юдаева], о том, что снижаются процентные ставки, снижается инфляция, стоимость кредита, стабильный курс рубля, что дает уверенность инвестору. Благодаря чему? В первую очередь, благодаря реализации такой продуманной бюджетной политики в 2017 году. В 2016 году были приняты сложные решения, но правильные, с экономической точки зрения. И на 2018, 2019, 2020 годы основная задача – это поддержать те темпы экономического роста, которые начались в конце 2016 года.

Как это будет обеспечиваться? Макроэкономические параметры – через снижение дефицита бюджета, снижение инфляции и ставок. То есть это дает возможность Центральному банку сокращать и ключевые ставки, и соответственно, также ставки на рынке, мы видим, продолжают снижаться. Соответственно, стоимость заемных средств для инвестиций… Я здесь могу поспорить: для инвестиций, наверное, нужны не только собственные средства, но и средства заемные, в том числе средства, заемные на финансовых рынках, длинные ресурсы нужны. Поэтому это всё будет способствовать инвестиционной активности. Мы видим, что эмиссия у нас сейчас 5-6%, не более.

А это как раз та основа, которая дает нам возможность говорить о том, что эти инвестиции потом дадут рост экономики, который заложен в наших прогнозах.

Второе – это, конечно, налоговое стимулирование. Поскольку бюджет формируется за счет доходов и формируется за счет налоговых поступлений. Какие здесь новации? Это предложение по инвестиционной льготе, которую мы рассматриваем, и предлагаем депутатам рассмотреть как можно быстрее. Мы здесь предоставляем право на налоговые вычеты. Это инвестиции, которые будут осуществляться предприятиями. Такое право предлагается предоставить субъектам Российской Федерации, поскольку большая часть налогов по налогу на прибыль идёт именно в бюджеты регионов.

Второе (по налогам) – это, конечно, реализация специнвестконтрактов. Здесь создаются стабильные условия налоговых режимов для инвесторов, которые вкладывают свои ресурсы в новые проекты, если стабильные условия налоговых режимов и договоренности с естественными монополиями, и такие условия будут действовать до момента окупаемости проекта.

Третья позиция по налогам. Мы снизим в следующем году – это тоже новация, законопроект сейчас находится в стадии подготовки, согласован уже, но ещё не принят Государственной Думой. Законопроект по налогу на дополнительный доход… Что он дает? Он дает возможность создания стимулов, для того чтобы вкладывать деньги в те месторождения, которые являются сложными и которые зачастую заброшены. Мы говорим о том, что через тот эксперимент, который будет проводиться по целому ряду таких месторождений, будут произведены новые инвестиции в эти месторождения, и мы сможем получить новые объемы добычи. И соответственно, мы будем получать новые доходы в федеральный бюджет.

Кроме налоговых мер стимулирования предусмотрены меры непосредственно бюджетной поддержки. Здесь об этом говорилось коллегами из Министерства экономического развития. Здесь и Фабрика проектного финансирования, инфраструктурная поддержка, здесь программа «6,5%» для малого и среднего предпринимательства, и продолжение поддержки промышленности через Фонд развития промышленности. Частично мы уже этот вопрос решим в текущем году.

Поскольку вся инвестиционная активность, вообще предпринимательский климат формируется в субъектах Российской Федерации, много в следующем году уделим внимания стимулированию и регионов, для того чтобы они создавали благоприятный предпринимательский климат. Здесь мы стимулируем субъекты к большему зарабатыванию, меняется система межбюджетных отношений, здесь включается система грантов, возврат части прироста налога на прибыль, который поступает в федеральный бюджет. Также мы предусматриваем право применения местных льгот субъектами Российской Федерации, а также субсидируем из Федерального бюджета те затраты субъектов, которые были направлены на создание парков и технопарков, в которых создаются новые производств, новые рабочие места, что также очень важно.

Рост реальных доходов населения – вторая, или даже первая задача, которая невозможна без решения вопроса развития экономики. Как она решается? Конечно, мы можем решать эту задачу, в первую очередь, через бюджетников. Мы выполняем все те указы и решения, которые были приняты в 2012 году в «майских указах» Президента. В полном объёме обеспечена заработная плата работников бюджетной сферы необходимыми ассигнованиями из Федерального бюджета. А, как известно, на бюджетников ориентируется реальный сектор, потому что при изменении заработной платы в бюджетном секторе растут и заработные платы, соответственно, в частном секторе, в экономике. И в этом году, кстати говоря, мы видим рост реальных заработных плат, и в следующем году у нас рост реальных зарплат составит 4,1%, а рост реальных доходов населения – 2,3%. То есть мы видим, что мы уже в этом и в следующем году выходим из тех отрицательных значений роста реальных зарплат, которые сложились в 2016 году.

Кроме того, мы индексируем денежное довольствие, предусмотренное военнослужащим, сотрудникам органов безопасности и так далее. То есть это существенный вклад не только в индексацию заработных плат бюджетников, но – ещё раз повторюсь – это будет ориентировано и на частный сектор. А это, в свою очередь, конечно, даст возможность увеличить потребление наших граждан. И это тоже будет являться элементом стимулирования экономического роста.

Теперь бюджет. Какие макрозадачи стоят в бюджете? В первую очередь, мы ставим себе цель освободиться от рисков, которые без конца не давали нам спокойно жить последние годы, или даже десятилетия. Какие я имею в виду? Конечно, риски изменения цен на наши экспортные товары, и риски, связанные с различными ограничениями, в том числе и различными санкциями.

Что по этому делается? Мы сделали бюджет таким, чтобы не пытаться постоянно угадать, какая будет цена – 40, 50, или 35, или 30. Мы сделали бюджет, исходя из цены на нефть, которая, как мы считаем, является средневзвешенной, структурно-определенной – это 40 долларов за баррель. Потому что ниже этой цены, даже если и будут ценовые параметры, то, как мы видели, долго они не смогут продержаться. Почему? Потому что себестоимость добычи, в том числе и сланцевой нефти в среднем находится выше этого параметра. И поэтому если цены на нефть будут ниже предела, который заложен в бюджете, то мы считаем, что они не должны долго находиться в этой ценовой категории. Поэтому 40 долларов за баррель – это тот уровень, который обеспечивает нам надёжность с точки зрения внешних колебаний на этот вид сырья, который является основным источником доходов от экспорта.

Мы снижаем дефицит бюджета, мы снижаем зависимость бюджета от нефти. У нас ненефтегазовый дефицит бюджета сокращается до уровня менее 6% в 2018-2020 годах. В 2019 году (вы знаете) мы прекращаем тратить наши резервы, которые мы ещё используем в текущем году и в следующем году. О чём это говорит? О том, что, сокращая дефицит бюджета, мы тем самым настраиваем бюджет на общую сбалансированность без привлечения старых запасов. Потому что мы не можем их постоянно проедать, они конечные. Это ресурс, который нам нужен для того, чтобы обеспечивать исполнение наших обязательств, вне зависимости от того, как мы будем собирать доход, какие внешние факторы будут действовать. Поэтому именно такая надёжность бюджета – тоже один из элементов бюджетной политики, которую мы предусматриваем на следующий год.

Кстати говоря, доля нефтегазовых доходов у нас в структуре доходов снижается. Если помните, несколько лет назад у нас нефтегазовые доходы составляли 60% всех доходов. Сейчас картина вся наоборот: 40% - нефтегазовые доходы, и 60% - ненефтегазовые доходы, которые не связаны с нефтью и газом. Основной упор мы сейчас делаем, действительно, именно на сбор доходных источников. Мы говорим о том, что бюджет не предусматривает каких-либо изменений налогового законодательства с точки зрения увеличения налогового бремени, а именно через увеличение собираемости наших главных администраторов, и будут поступать дополнительные доходы.

Несколько слов тоже о повышении качества бюджета. У нас здесь наряду с программным подходом активно внедряется проектный подход. В чём отличие? В том, что более четко прописаны показатели от эффекта бюджетных трат, более четко осуществляется администрирование по этим приоритетным показателям. У нас в Правительстве ежеквартально проводятся соответствующие заседания проектных групп и ежеквартально отправляется «сверка часов» по реализации этих проектов.

Кроме того, мы расширяем казначейское сопровождение госконтрактов (вводим в следующем году такое понятие, как «казначейское сопровождение»), когда можно будет нашим бюджетополучателям выдавать многомиллиардные авансы. Мы видим, что зачастую не всегда такие авансы используются эффективно. <…> Поэтому аккредитив как раз и будет давать возможность заинтересовать, как можно быстрее превращать эти контракты в деньги.

Повышается качество межбюджетных отношений, система выравнивается, существенно изменяется, становится более четкой.

Несколько слов по региональной политике. Мы действительно старались решить основную задачу, которая существенно ограничивала субъекты Российской Федерации в ресурсах – это большие долги. И значительная часть доходов отвлекалась на оплату по основному телу долга, по процентам и так далее. Президентом Российской Федерации принято решение о реструктуризации долга. И здесь мы это всё учтем в бюджете.

Методики выравнивания межбюджетных отношений меняются, вводится понятие «модельного бюджета», в котором учитывают выравнивание не только доходов, но и расходов, исходя из тех моделей, которые заложены в эту систему.

<…>

Какие предложения по 2017 году? У нас изменилась макроэкономика, изменились доходы, соответственно, мы с вами можем говорить о дополнительных источниках, о которых мы с вами говорили в 2017 году. В первую очередь мы говорим о ненефтегазовых доходах, их 125 миллиардов рублей. Поэтому мы можем учесть этот ресурс для увеличения расходов, это первое соображение.

Второе соображение – мы видим, что по целому ряду расходных позиций возникла экономия средств, которая может быть также использована для перераспределения на приоритетные цели, это еще 148 миллиардов рублей.

Итого 273 миллиарда рублей у нас будет ресурс для перераспределения. На что его предлагается направить? В первую очередь на решение задач в области обороны и безопасности: 200 миллиардов рублей. Мы говорим о том, что поможем предприятиям, которые завязли в кредитных схемах, решить этот вопрос. Второе – мы предлагаем в этом году субъектам Российской Федерации, которые имели наиболее позитивные показатели по приему своих налоговых доходов, в частности по налогу на прибыль, вернуть тот процент, который зачисляется в федеральный бюджет. 1% идет полностью в фонд финансовой поддержки субъектов Российской Федерации. Это еще 36 миллиардов рублей.

Также предлагаем докапитализировать «Россельхозбанк», как элемент поддержки сельского хозяйства, на 20 миллиардов рублей. Поскольку у нас все ассигнования в полном объеме распределены исключительно на поддержку села, к сожалению, не оказалось средств для «Росссельхозбанка». Мы предлагаем в этом году помочь этому кредитному учреждению.

И, как мы говорили, Фонд развития промышленности – 16 миллиардов рублей. Мы предлагаем в текущем году его докапитализировать с тем, чтобы уже в этом году и в начале следующего могли реализовываться проекты по льготной ставке в промышленности.

Кроме того, уважаемые депутаты, у нас также предусмотрено перераспределение между министерствами, внутри министерств, еще на сумму 166 миллиардов рублей. Это те самые технические перераспределения, которые связаны с целесообразностью переброски внутри государственных программ. Фонды перебрасываются между государственными программами, это повышает эффективность использования бюджетных средств, которые были выделены на текущий год. Просим поддержать наши предложения, как в 2018-2020 годах, так и на 2018 год.

Спасибо.

Россия > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > minfin.ru, 16 октября 2017 > № 2367006 Антон Силуанов


Россия. Азия > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > economy.gov.ru, 14 октября 2017 > № 2350660 Максим Орешкин

Максим Орешкин: Россия и АБИИ обсуждают открытие представительства в России

Россия и Азиатский банк инфраструктурных инвестиций (АБИИ) обсуждают открытие представительства и проведение в 2019 году годового собрания акционеров банка в России. Об этом шла речь на встрече Министра экономического развития России Максима Орешкина с вице-президентом Азиатского банка инфраструктурных инвестиций Дэнни Александером.

Министр подчеркнул, что пока у АБИИ нет ни одного представительства ни в одной стране мира. "Обсуждали, чтобы, когда они начнут открывать представительские офисы, Россия была одним из первых направлений", - пояснил он.

Кроме того, шла речь о проведении годового собрания акционеров АБИИ в России в один из ближайших годов. Министр экономического развития РФ предложил провести мероприятие в России в 2019 году.

В ходе встречи обсуждались и вопросы об инвестициях АБИИ в проекты, в том числе по водоканалам.

"По всему кругу вопросов работаем. Будем надеяться, что еще сработает схема совместных инвестиций АБИИ и Евразийского банка", - добавил он.

АБИИ был учрежден в декабре 2015 года по инициативе Китая как инструмент, призванный стимулировать инвестиции в транспортную, энергетическую и телекоммуникационную инфраструктуру стран Азии. Уставный капитал банка составляет 100 млрд долларов. Крупнейшие акционеры - Китай (26,06%), Индия (7,5%) и Россия (6,54%).

Россия. Азия > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > economy.gov.ru, 14 октября 2017 > № 2350660 Максим Орешкин


Украина > Финансы, банки > interfax.com.ua, 13 октября 2017 > № 2353937 Дмитрий Сологуб

Замглавы НБУ Сологуб: Мы ожидаем замедления инфляции до конца года. Прогноз пока обсуждаем

Эксклюзивное интервью заместителя главы Национального банка Украины Дмитрия Сологуба агентству "Интерфакс-Украина"

После объявления Госстатом данных об инфляции в сентябре – 2% за месяц, 10,2% с начала года и 16,4% в годовом измерении – стало очевидно, что прогноз Национального банка о 9,1% инфляции в 2017 году несбыточен. Более того, впервые с начала объявления политики инфляционного таргетирования по итогам этого года будет зафиксирован факт не просто непопадания в цель, а значительного выхода за рамки целевого диапазона. Насколько это опасно?

-- По большому счету, показатель инфляции уже вышел за пределы целевого диапазона, так как мы определяем его на период, а не на конкретную дату. В Основных принципах денежно-кредитной политики на 2018 год это четко закреплено: помимо цели на конец года заложены еще и поквартальные целевые диапазоны.

Что касается тех темпов инфляции, которые есть сейчас, то мы уже не раз говорили, что идем выше траектории, которую закладывали изначально. Есть некоторое ускорение инфляции: 15,8% по итогам июля, 16,2% – по итогам августа и 16,4% – сентября, но она очевидно не галопирует. Учитывая, что в октябре прошлого года у нас инфляция была 2,8% из-за повышения тарифов, сложно себе представить, что в этом октябре цифра будет выше, а это значит, что в годовом измерении по итогам октября инфляция пойдет вниз.

-- То есть можно говорить, что 16,4% – это уже пик?

-- С большой долей вероятности - да.

-- По итогам 2016 года Национальный банк получил кредит доверия, так как его прогноз инфляции фактически впервые совпал с фактическим ее показателем. Насколько серьезно то, что сейчас эти цифры разошлись?

-- Это неприятно, но не является для нас неожиданным. Конечно, хотелось бы, чтобы как минимум первые несколько лет поставленные инфляционные цели выполнялись. Но с точки зрения международного опыта и нашей экономики, невыполнение их не является чем-то удивительным, хотя и остается неприятным. Есть довольно много стран, где проводится политика инфляционного таргетирования, которые чаще находятся снаружи своего диапазона, чем внутри. В Чехии, когда она вводила такую политику в начале 2000-х, довольно часто диапазон нарушался. Сейчас часто приводят пример Мексики, которая пять первых лет не попадала в установленный коридор.

Другое дело, что в последние годы, когда инфляция в мире была низкая, во многих странах речь шла о выходе инфляции ниже диапазона, что не так страшно, как ее выход выше диапазона.

Однако дело не в том, что мы выбираем между чем-то хорошим или нехорошим. Просто инфляционное таргетирование – это единственный приемлемый режим, и альтернатив ему нет. Мы смотрели на все и понимали, какие проблемы могут возникнуть: в этом году с ними и столкнулись. Есть расхожая фраза, что инфляционное таргетирование - это не про выполнение целей, а про объяснение, почему целей достичь не удалось. Перефразируя, речь не идет о попадании один в один в цель, а скорее о задаче сформировать ожидания вокруг какого-то фактора. У нас постепенно ситуация с ожиданиями улучшалась: мы видели, что ставки, и депозитные, и межбанковские, шли примерно в одном диапазоне. Соответственно, даже несмотря на темпы роста основного индекса инфляции, видно было, что заякоривание ожиданий происходит.

По большому счету, Национальный банк может управлять только базовой инфляцией, но таргетировать ее непрактично, как показал опыт других стран. Во-первых, сложно объяснить людям, что такое базовая инфляция, во-вторых, все-таки их волнует общая инфляция. Но базовая инфляция у нас уже практически полтора года находится в диапазоне 6-8% и сейчас по итогам сентября составила 7,7%, тогда как общая инфляция была 6% на каком-то этапе в июне 2016 года, а сейчас выросла до 16,4%.

Мы для себя потребительскую корзину разбиваем на четыре основных компонента: базовая инфляция, сырые продукты питания, услуги и товары с административным влиянием (то есть не только электроэнергия и отопление, но и алкоголь, и табак, на которые влияют акцизы), а также топливо. Из этих четырех компонентов, в 16,4% инфляции вклад базовой инфляции - это лишь четверть: 7,7% рост при доле в корзине около 60% выводит на вклад около 4,5 процентных пункта. Наибольшим же был вклад сырых продуктов питания и товаров, услуг, цены на которые регулируются административно. Вот это и есть проблема для реализации инфляционного таргетирования, о которой мы говорили: в стране с таким низким уровнем доходов, как в Украине, всегда в потребительской корзине высокая доля продуктов питания, а цены на них волатильны. Сейчас эта категория занимает около 40% корзины, в том числе сырые продукты – 19%, тогда как в Европе, например, доля всех продуктов питания – 15%.

В такой ситуации ценовые тренды, которые мы видели по овощам и фруктам, очень сильно ударили по общему индексу инфляции. Табак, например, вырос на 41,1% в годовом выражении. Причин две: рост акцизов и изменение системы дистрибуции.

Также можно посмотреть и по другим компонентам. Например, бензин в этом году не так сильно влияет на инфляцию – темп роста в годовом выражении 11,8%, но зато сжиженный газ подорожал существенно. У нас рынок работает "прекрасно". Когда цена на нефть падает или гривня укрепляется, внутренние цены на нефтепродукты реагируют, но с лагом, и не на полную величину, а маржа продавцов растет. Зато когда цена нефти или доллар растут, цена сразу взлетает.

Есть еще мясомолочные продукты. С одной стороны, на их подорожании сказался рост экспорта, во многом связанный с Соглашением об ассоциации с ЕС, что положительно. Но обратная сторона такова: в любом рынке, при всплеске спроса извне, внутри страны ситуация ухудшается. Хотя, наверное, и тут особенности конкурентной среды на наших рынках тоже имеют значение.

-- Все это было сложно прогнозировать? Почему отклонение все же столь существенно?

-- Это просто наслоение сразу трех факторов – внутренняя ситуация на табачном рынке, погода плюс рост экспорта, - повлиявших на четыре товарные группы. Мы оцениваем, какие факторы учитывать при принятии решения по монетарной политике, а на какие центральный банк не должен реагировать.

Важно также, чтобы эти факторы не давали косвенных эффектов на цены других товаров, чтобы они не инкорпорировались в долгосрочные инфляционные ожидания. Безусловно, если это происходит, то это является фактором для включения монетарной политики. Поэтому сейчас как раз идет оценка, чтобы понять, этот шок краткосрочный или же он превращается в долгосрочный. Ситуация динамичная: когда она разворачивалась в апреле-мае этого года, то выглядела как временный шок. Сейчас же она, вроде как, постепенно начинает сворачиваться: это видно по ценам на табак, по подекадной статистике Госстата, фиксирующей начало падения цен на мясо.

Что касается административных решений, то это тоже вопрос, который мы будем оценивать. Уже опубликован драфт проекта бюджета, в котором заложена минимальная зарплата, выше изначально прогнозировавшегося уровня, а также повышение акцизов. Это факторы, которые Национальный банк будет принимать во внимание.

-- Если подытожить текущее влияние вот этих факторов. Насколько серьезно, что динамика инфляции в последние месяцы закрутит неправильную спираль на базе инфляционных ожиданий населения?

-- Это риск, на который мы смотрим. Но ситуацию надо рассматривать в комплексе. Разумеется, что понятие макроэкономической стабильности не включает в себя только ценовую стабильность. Оно также включает в себя курсовую стабильность, финансовую стабильность и так далее. Курсовые ожидания во многом и инфляционные ожидания также поясняют. Колебания на валютном рынке есть, но эти колебания идут в две стороны, и глобально ситуация на валютном рынке контролируема, что является положительным фактором для инфляционных ожиданий.

Что касается риска, он есть, в первую очередь, со стороны фискальной политики. Безусловно, хотелось бы, чтобы уже не повторялась ситуация двух предыдущих лет, когда расходы бюджета приходились на конец года.

-- Остатки средств на едином казначейском счете на начало октября составляли 61,2 млрд грн, что в 4,5 раза больше прошлогоднего значения. Минфин говорит, что две трети этих средств принадлежат местным бюджетам, хотя разница для вас, наверное, не велика.

-- Да, местные бюджеты плюс накопление средств под выплату пенсий и субсидий. Но есть и хорошие новости. В этом году, например, Министерство здравоохранения, которое закупает импортные лекарства, уже половину всех своих потребностей удовлетворило, тогда как в прошлом году оно начало их удовлетворять только в начале декабря. И с НДС ситуация улучшилась. Она не превратилась в идеальную, когда НДС возмещается равными суммами 30 дней в течение месяца, но она уже не такая, когда 10 млрд грн выходили на рынок в один день.

-- Если говорить о ставках и ваших монетарных мерах влияния. Насколько они должны быть жесткими в сложившейся ситуации?

-- Этот вопрос обсуждается. Когда Нацбанк принимает решение по процентной ставке, он смотрит на диапазон не только текущей инфляции, а и будущей. Соответственно большое значение имеет не только инфляция на этот год, но и перспективы возврата в целевой диапазон. Раньше мы уже говорили о том, что видим возвращение к центральной точке целевого диапазона к середине следующего года. С учетом последнего развития как инфляционной динамики, так и проекта госбюджета, и всего прочего, нужно смотреть и оценивать, поменялась ли ситуация. Соответственно, это будет влиять и на наше решение по ставке.

--Это будет объявлено после 26 октября?

-- Да, 26 октября будет заседание правления НБУ по вопросам монетарной политики.

-- Инфляция в прошлом году замедлилась до 12,4% c 43,3% в 2015 году. Удастся ли по итогам 2017 года сохранить этот позитивный понижательный тренд?

-- Мы ожидаем замедления инфляции до конца года. Прогноз пока обсуждаем – он будет обнародован 26-го октября, поэтому не хотелось бы сейчас называть точные цифры.

Главное другое. Несмотря на неприятный факт увеличения инфляции, мы не видим ни галопирующей инфляции, ни сногсшибательной девальвации – ничего подобного нет. Сейчас наша задача, как полисимейкера (policy-maker), – правильно это коммуницировать и принять необходимые решения по монетарной политике, которые бы способствовали возвращению инфляции в целевой диапазон.

- На последнем аукционе 4 октября ставка по депозитным сертификатам выросла с 12,89% до 13,5%. Это как раз и есть одна из таких мер или это все же была реакция на ситуацию на валютном рынке?

-- Когда мы объявили трехмесячный сертификат, то на первых двух аукционах была значительная переподписка (в 4,5 и 3 раза – ИФ), но потом на фоне необходимости выполнения резервных требований (10 октября заканчивался срок резервирования), спрос уменьшился (в 6 раз к первому аукциону – ИФ). Меньший спрос дал большую ставку. Посмотрим, какой спрос будет сегодня на аукционе (ставка выросла до 14% – ИФ). Рынок себе находит подходящие параметры.

Такая же интересная ситуация складывается и на межбанке: правительство накопило достаточно много денег, объем размещения депозитных сертификатов упал, но межбанковский рынок все равно активно работает. Хотя, конечно, были изменения по ставкам: если раньше, когда депсертификатов и ликвидности было больше, межбанковская ставка больше тяготела к нижней границе нашего коридора, то на каком-то этапе она подошла к его центру. И никто не ходил за рефинансированием к центральному банку – это значит, что рынок сам удовлетворял свои потребности.

-- Как может повлиять рост инфляции на уровень депозитных и кредитных ставок, у которых до последнего момента была тенденция к снижению?

-- Депозитные ставки реагировали на инфляцию с определенным лагом. Особенно это было видно по нашим госбанкам.

Что касается их будущей динамики, то, по-моему, она будет больше определяться эффектом конкуренции, так как сейчас уже идет конкуренция за депозиты и кредиты в банковской системе. Сейчас оживляется кредитование, постепенный приток депозитов продолжается.

-- Так вот в том то и вопрос: не помешает ли такая инфляция этому притоку, так как ставка по депозитам получается уже отрицательная.

-- Она же не обязательно должна быть положительная.

-- МВФ рекомендует, чтобы была положительная

-- МВФ это говорит в отношении ключевой ставки, а не депозитной. Что касается депозитных ставок, то решение тут будут принимать банки. Если мы посмотрим на межбанковские ставки и ставки ОВГЗ, то в последнее время они примерно неизменны: кривая доходности сейчас и месяц назад близки, хотя в целом ситуация flexible (гибкая).

-- При такой инфляции низкие депозитные ставки в отсутствие альтернативных инструментов вложений вновь могут стимулировать население вкладывать в валюту, недвижимость или искать еще какие-то менее надежные вложения.

-- Опять же, это вопрос коммуникаций. Когда инфляция 16% – все пишут, что депозиты не защищают от инфляции, но когда она станет 11%, то разве будут писать, что уже защищает? – Не будут ничего писать!

Поэтому мы говорим, что есть какой-то всплеск, и Национальный банк будет принимать решения, которые будут направлены на возвращение инфляции в целевой диапазон.

Но нет волшебства, которое заставит инфляцию быстро снизиться, как и нет волшебства, которое заставит нашу экономику быстро расти.

-- В нашей стране все ждут волшебства. Я часто возвращаюсь к теме доверия, потому что его дефицит к действиям власти в Украине является одной из наибольших проблем. В прошлом году инфляция впервые за долгие годы точно совпала с прогнозом Нацбанка. Это существенно повлияло на то, что как минимум профессиональные участники рынка стали больше доверять НБУ, ориентироваться на его учетную ставку. На мой взгляд, нынешняя ситуация – это серьезный вызов для Нацбанка.

- Да, мы это тоже понимаем. Это является фактором, влияющим на нашу коммуникационную политику и мы, безусловно, учитываем его при принятии решений.

-- Выше вы говорили, что будете пересматривать ваши прогнозы. Речь идет о пересмотре на краткосрочный период или такой пересмотр затронет базовые вещи – сам целевой диапазон?

– Подчеркну еще раз – кардинально ничего не поменялось. Инфляционный шок, который прошла страна в 2014-2015 годах, закончился. Я еще в прошлом году говорил, что главный вызов для нас – не только быстро снизить инфляцию, но и зафиксировать ее на приемлемом уровне. Потому что Украина раньше уже имела низкие темпы инфляции, но она никогда не имела стабильно низкие темпы инфляции. Первую часть этой задачи мы решили, сейчас работаем над второй, и она более сложная, учитывая все экономические проблемы.

– То есть вы считаете, что мы все-таки не задержимся на этом уровне инфляции? Потому что есть отдельные мнения экономистов, что такие темпы инфляции отнюдь не проблема, они, мол, свидетельствуют, что экономика восстанавливается. Приводят пример Турции. Считают, что не следует с этим бороться.

– Турция не является положительным примером среди макроэкономистов. Большинство из них – как академических, так и в инвестиционном бизнесе, считают, что высокие темпы инфляции имеют отрицательное значение для экономического роста Турции. То есть, страна могла бы расти быстрее. Такие темпы роста цен способствуют возникновению нависающих дисбалансов, в частности, большой дефицит текущего счета. Пока это финансируется притоком капитала – хорошо, но когда этот фактор пропадает, ситуация становится совсем другой. Поэтому мне кажется, что лучше смотреть на наших западных соседей - Румынию, Чехию, Польшу, у которых снижение темпов инфляции теперь стало базой для серьезного экономического роста.

– Существуют ли риски для инфляционного прогноза на 2018 год. Будете ли 26 октября пересматривать только прогноз на этот год или еще и на следующий? Какие вы видите риски для следующего года? Например, в этом году цены на газ не повышали, значит, вероятно, это повышение перейдет на следующий год.

– Да, мы ожидаем в следующем году повышения цен на газ. Кроме этого есть риски фискальной политики, повышения заработной платы, пенсий. Хотя будем надеяться, что будут выдержаны те параметры, которые заявлены в бюджете и в программе МВФ относительно дефицита бюджета. Например, повышение или "осовременивание" пенсий в следующем году потребует ресурса 30 млрд грн, но будет происходить за счет распределения между разными статьями бюджета.

С другой стороны, есть и риски для прогноза в сторону его завышения. Например, статистическая база за этот год будет очень высокая: и по урожаю, и по овощам и фруктам, и по мясомолочным продуктам. Сложно ожидать, что эти продукты питания два года подряд будут также быстро расти в цене. Все-таки экономика восстанавливается, хотя она пока и не достигла своего пика – уровень ВВП сейчас ниже потенциального.

– Немного наивный вопрос, но он часто звучит. Если сравнивать цены наших соседей на транспортные, медицинские, образовательные услуги, то мы видим большой разрыв. Насколько это может отразиться на инфляции? Учитываете ли вы это в ваших прогнозах? То есть, если по группам питания, одежде, обуви цены уже более-менее схожи, то по услугам этот большой разрыв все равно остается.

– Один из факторов базовой инфляции – рост цен на услуги. Это здравоохранение, образование, содержание жилья и так далее. На этот разрыв повлиял эффект девальвации, но сейчас ситуация выравнивается.

– Еще один вопрос по инфляционному прогнозу правительства, который в конце мая был ухудшен до 11,2%. Тогда Нацбанк до последнего времени сохранял прогноз 9,1%. Сейчас уже понятно, что оценка правительства оказалась ближе к реальным значениям. Правильно ли я понимаю, что если правительство с его возможностями влиять на инфляцию в своих прогнозах закладывает более высокие оценки, то Нацбанку сложнее выполнять свои целевые ориентиры?

– Репрофайлинг портфеля облигаций внутреннего госзайма в собственности Нацбанка уже прошел. Теперь правительство тоже волнует инфляция. Во все последующие годы, кроме 2018-го, берутся темпы инфляции в марте за предыдущие 12 месяцев и рассчитывается, таким образом, купон по бумагам, который платится в мае. Аналогично – берется инфляция в сентябре для купона в ноябре. Я считаю, что такая рыночная заинтересованность намного эффективнее меморандумов, переговоров и прочих подобных подходов. Введение инфляционного компонента будет способствовать бюджетной дисциплине.

-- А стоит ли, на ваш взгляд, в ситуации роста инфляции возвращать какие-то элементы ценового регулирования?

-- Рост цен не связан с отменой ценового регулирования. Посмотрите на ситуацию на рынке овощей и фруктов. Надо действовать рыночными методами. Для некоторых ситуаций есть Антимонопольный комитет. Необходимо также стимулировать развитие бизнеса – у правительства же есть инструменты поддержки отдельных отраслей.

Опять же, когда говорят, что цены на все товары растут, то это не так – не на все. Всегда человек фокусируется на негативных вещах. Например, цены на товары, связанные с импортом – как продуктовым, так и не продуктовым, не растут.

-- В сентябрьском отчете об инфляции Госстат указал на рост цен на одежду и обувь на 8,9%.

-- Это за месяц, а в годовом выражении они выросли меньше, чем в прошлом году – всего на 1%. Это особенности сезонной статистики, которые проявляются в двух месяцах в году – в марте и сентябре: Госстат по своей методологии считает новую коллекцию – в данном случае, осенне-зимнюю. Цены на нее не пересматриваются каждый месяц, а скачками. В прошлом году цены выросли на 10%, а сейчас – на 9%, что, мне кажется, все равно много, так как гривня девальвировала за год всего лишь немногим более 2% (конец сентября к концу сентября прошлого года).

– Подытоживая. Судя по вашим ответам, Нацбанк не видит причины для принятия очень жестких монетарных мер.

– Да, не видим чего-то галопирующего. Что касается проблемы недоверия, то мы обсуждали ее с коллегами из других стран – к сожалению, эту проблему тяжело побороть одномоментно.

Украина > Финансы, банки > interfax.com.ua, 13 октября 2017 > № 2353937 Дмитрий Сологуб


Казахстан > СМИ, ИТ. Финансы, банки > newskaz.ru, 13 октября 2017 > № 2349589 Дмитрий Коновалов

Кибератаки на казахстанские банки: как все сработало

Ситуация с информационной безопасностью банков Казахстана складывается неоднозначная. Как считают специалисты, причина в том, что не все еще в полной мере осознают опасность виртуальной угрозы, а зря…

Катерина Клеменкова

Сегодня IТ-рынок активно принимает новые технологии, и степень информатизации бизнес-процессов растет. Но, с другой стороны, растет количество киберугроз и IT-рисков. Многие в Казахстане уже столкнулись с тем, что виртуальность приносит реальные потери.

"Киберпреступность – это не просто модное слово, это реальность рынка. Индустрия мировой киберпреступности развивается семимильными шагами, а в области финансовых организаций так еще быстрее. Сейчас все отмечают, что основной риск, который есть в финансовой сфере — это киберриск", — рассказал в интервью корреспонденту Sputnik Казахстан руководитель направления по противодействию мошенничеству, SAS Россия / СНГ Дмитрий Коновалов.

Хакеры-самоучки стали акулами киберпреступности

- Недавно казахстанские банки подверглись масштабной кибератаке, на их защиту встал Комитет национальной безопасности, тем самым придав серьезность ситуации в глазах простых казахстанцев, но при этом не объяснив, что именно произошло и чем это в итоге обернулось для банков, названия которых, кстати, также не назывались.

— Сейчас хакерские атаки на банки — это международная проблема, и Казахстан, получается, в тренде. Если посмотреть, что происходило за последние 10 лет, то увидим, что вчерашние студенты-самоучки, которые раньше ради забавы разрабатывали вирусы и вредоносные программы, в последние годы все это превратили в коммерческую деятельность. Сначала они специализировались только на том, чтобы красть у обычных граждан, потом киберпреступники переключились на компании, которые обслуживаются в банке — там суммы уже больше, сейчас самое последнее веяние – целевые атаки на корсчета банков. Аппетиты, как и технические возможности хакеров, все время растут.

Большинство объединились в группировки со сложной иерархией, члены которой дисциплинированы и опасаются нарушать принятые правила и инструкции. Киберриски стали такими, что они могут очень существенно сказаться на финансах банка. Теоретически, аппетиты хакеров могут оказаться настолько большими, что способны повлиять не только на финансовые показатели организации, но и на общую устойчивость финансовой системы. Отсюда понятно и повышенное внимание со стороны государственных органов.

- Выросли аппетиты, но ведь вырос и риск.

— Конечно, для киберпреступников гораздо сложнее украсть у банка, но ведь и куш больше. Много сил затрачивается не ради нескольких тысяч, а ради миллионов. Если мы говорим о целевой атаке на банк, то это долго планируемая, высокотехнологическая процедура, которая занимает несколько месяцев подготовки, часто волей или неволей задействуются и сотрудники организации.

- Что значит "неволей"? Как сотрудники банка могут участвовать в ограблении против собственной воли?

- Возможно, компьютеры с помощью спам-рассылок были заражены вирусами, которые распространились дальше по сети. Бывает, конечно, и сговор, когда подкупают кого-то из персонала.

- Атака хакеров идет на валютные счета банка?

— Не факт. Могут быть похищены деньги с тенговых счетов. Украсть деньги со счета в банке — это сделать только полдела, их надо как-то обналичить, а в случае с тенге еще и конвертировать. Это, безусловно, усложняет процесс.

Поймать за виртуальную руку

- Сложно поймать киберпреступников?

— Киберпространство — оно не такое однозначное, как наша реальность. Там все скрывается за какими-то ip-адресами, и при чем непонятно, где это географически. Используются целые цепочки различных ip-адресов, разные механизмы, чтобы преступников нельзя было найти. Но их находят, периодически мы слышим истории о том, как арестовывали очередную хакерскую группировку. Но, повторюсь, задача это не простая и очень сложная с точки зрения сбора доказательной базы. Законодательная база относительно киберпространства во многих странах только формируется.

- Неужели так сложно отследить похищенные виртуальные миллионы?

- Отследить не всегда сложно, трудность в том, чтобы вернуть. Как правило, для обнала привлекаются дропы — это обнальщики, последнее звено, работа которых заключается в том, чтобы обналичить карту или снять деньги в банке со счета. Зачастую, дропы даже не осознают всю схему и, соответственно, все риски.

Оборотная сторона киберзащиты

- Банк может усилить свою защиту так, что все усилия хакеров будут сходить на нет? Или это невозможно?

— Можно сделать так, что в банке ничего нельзя будет украсть. Но, закрутив гайки, можно остановить бизнес-процессы и растерять клиентов. Клиенты ведь требуют, чтобы все было как можно проще и быстрее. А если каждый раз набирать сгенерированные пароли или звонить в банк, то это доставляет определенные неудобства.

- Зачем атака хакеров проводится одновременно сразу на несколько банков?

— В отличие от классической преступности цифровые средства позволяют грабить одновременно несколько банков банки. Киберпреступники видят одинаковые возможности получения доступа к деньгам в разных банках, поэтому и проводят атаку масштабировано — одними и теми же ресурсами атакуются сразу несколько банков. Во-первых, есть шанс, что в каком-то из банков защита окажется слабее, а во-вторых, если операция будет размазана по времени – сначала один банк, потом другой, потом третий, — то больше шансов, что преступников вычислят.

Клиент сам виноват?

- Если у клиента банка с карты будут похищены все деньги, то это чья вина – клиента или банка?

- Это, наверное, самый тонкий вопрос. Для того, чтобы доказать чью-то вину, нужно собрать доказательства, а в киберпространстве очень сложно собрать доказательную базу. Да и правоохранительные органы не всегда готовы к этому.

Но здесь есть один нюанс в пользу клиента. Отказавшись помочь клиенту, банк может потерять не только клиента, но и репутацию. Поэтому некоторые банки сначала компенсируют пропавшую сумму, а потом уже разбираются.

- В каких случаях, если деньги действительно похищены преступниками, может быть виноват клиент банка?

Смотря, что такое "виноват": вопрос в том, кто допустил, кто не предотвратил, или в том, с кого требовать деньги? Есть такое понятие — социальная инженерия. Это метод основан на использовании человеческих слабостей и используется для незаконного получения информации. К примеру, вам звонят якобы из банка и просят срочно назвать логин и пароль или пройти по ссылке и вы скачиваете сомнительную программу, которая потом сработает против вас. В этих случаях можно сказать, что "вина" лежит на клиенте, так как человек не проявил бдительность и сам отдал мошенникам свои деньги. Но при такой трактовке мы снова возвращаемся к вопросу клиентоориентированности.

Однозначного мнения на этот счет нет. Дискуссия на тему "можно ли на клиента перекладывать риски банка" продолжается. Ведь развитие технологий зачастую непонятно не только обычным людям, но и тем, кто занимается этими технологиями.

Последние тренды

- Какой вид кибермошенничества сейчас самый популярный?

— Из совсем нового – это вектор на криптовалюты. Целевые атаки на банки у сообщества киберпреступников также в фокусе. Кроме того, за прошлый год в два раза выросло количество троянов, которые через мобильный телефон воруют деньги и, если у вас андроид, то вы очень даже подвержены риску.

- А можете рассказать, какие киберпреступления удивили вас своей наглостью?

- Фантазия киберпреступников очень развитая. Вспомним случай с получением контроля над брокерским терминалом одного из российских банков и, в результате, с изменением курса рубля благодаря огромным заявкам на покупку и продажу валюты. Или серия ограблений банкоматов, когда хакеры взламывали банкоматы и при наборе определенной комбинации цифр, банкомат начинал выдавать деньги, опустошая свой диспенсер. Но риски не обязательно в высоких технологиях – давайте вспомним случай, одному мужчине продали с рук две "реальные" монетки биткоина. Поэтому надо быть бдительными не только банкам, но и нам с вами.

Казахстан > СМИ, ИТ. Финансы, банки > newskaz.ru, 13 октября 2017 > № 2349589 Дмитрий Коновалов


Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 13 октября 2017 > № 2349476 Оливер Хьюз

Оливер Хьюз: «У нас есть Олег Тиньков, который никогда не даст расслабиться»

Оливер Хьюз, председатель правления Тинькофф банка

Беседовала: Татьяна Терновская, редактор Банкир.Ру

«Мы начинаем покупать!» - заявил основатель Тинькофф Банка Олег Тиньков 12 октября, объявив о приобретении TCS Group 55% в финтех-компании CloudPayments. Председатель правления Тинькофф Банка Оливер Хьюз в интервью Bankir.Ru рассказал о том, каких покупок еще ожидать в ближайшее время, от каких приобретений планируется отказываться сразу, о «неочевидных» прорывах и пользе от подражателей на банковском рынке.

— В чем ваша выгода от этой покупки?

— Мы поставили перед собой цель: через три года, вернее, уже через два с половиной, в конце 2019-го, показать долю 30% в нашей чистой прибыли от некредитных продуктов. То есть, 70% - от кредитных, а 30% - от некредитных продуктов и услуг.

— Для чего?

— Чтобы диверсифицировать бизнес, чтобы ввести в нашу бизнес-модель нецикличные источники дохода. Потому что кредитный бизнес цикличен, тем более в России.

— Какие у вас сегодня источники некредитного дохода?

— У нас есть услуги для малого бизнеса – РКО и дополнительные услуги. Там вообще нет кредитования, это чисто комиссионный доход. Это текущие счета и дебетовые карточки - тоже комиссионный доход. Это эквайринг и услуги для розницы. И брокерская модель – мы продаем чужие услуги и другие партнерские продукты через нашу платформу Tinkoff.ru. Ипотечная платформа, где мы работаем по партнерской схеме с другими банками. Есть и еще источники некредитных доходов, например, «Тинькофф Страхование».

Все эти бизнес-линии, в которые мы инвестировали последние три года, очень быстро развиваются и выходят на прибыль. А мы ищем другие интересные модели и другие комплементарные истории. Одна из таких историй – это как раз CloudPayments. Это очень технологичная компания в области эквайринга. Если вы знаете Stripe, компанию из США, то, как мы считаем, CloudPayments – это российский Stripe. Они очень хорошо дополняют то, что мы делаем внутри нашей компании в плане услуг для малого бизнеса и нашего собственного интернет-эквайринга.

Более того - они быстрорастущие, очень технологичные, очень эффективные и очень предпринимательские. Так что по духу они для нас просто идеальны.

— Как долго вы договаривались?

— Мы долго смотрели, наблюдали, изучали. Но когда приступили к следующей фазе, «досвадебной», если можно так выразиться, то очень быстро договорились и очень быстро провели сделку. Это было сделано буквально за считанные недели.

— Олег Тиньков сказал: «Мы начинаем покупать финтех». То есть, ожидаются и другие покупки?

— Я надеюсь.

— Финтеха в России очень много, и он очень разный. Какие у вас критерии выбора? На что вы будете обращать внимание в первую очередь, присматривая новые компании для покупки?

— Естественно, это должно быть комплементарно нашему бизнесу - это первая отправная точка. Это должна быть компания молодых, энергичных, предпринимательски настроенных людей. Они должны быть финтех-компанией, и, желательно, в области комиссионных услуг. Компания должна быть растущей. И комплементарность должна отражаться в плане возможностей кросс-сейла тоже. То есть, не просто комплементарный подход, а и какая-то экспертиза, которой у нас нет и которая может принести базу клиентов для нашей дальнейшей работы. Много разных критериев. Это основные, но у нас нет какой-то догмы и каких-то жестких правил.

— Кого вы не купите ни в коем случае?

— Банки не возьмем.

— Что еще вам было бы интересно покупать в ближайшие годы, помимо финтеха?

— Когда мы говорим про финтех, речь идет о достаточно широком наборе услуг. Взять, к примеру, наши сервисы для компаний в сегменте малого бизнеса. Мы открыли уже более 150 тысяч счетов. Растем на 20 тысяч счетов ежемесячно. И эти клиенты нуждаются в куче разных услуг, которые не обязательно должны быть именно из области финтеха. Облачный CRM, налоговые декларации, возможности для дизайна веб-сайта, облачная бухгалтерия. То есть, очень много разных вещей, близких к расчетно-кассовому обслуживанию. Мы развиваемся очень быстрыми темпами: где-то сами, где-то с помощью внешних команд. Ну и теперь что-то будем покупать - там, где есть услуги, которые хорошо вписываются в нашу экосистему для малого бизнеса. И не только малого бизнеса - в области розницы тоже.

— Вы можете назвать сумму, которую в ближайшие два с половиной года Тинькофф Банк готов потратить на такие покупки?

— У нас нет определенного бюджета, нет каких-то цифр. Все зависит от компании. На каждый вложенный рубль, грубо говоря, мы должны видеть отдачу, ценность, которую мы будем создавать вместе. То есть, когда один плюс один – не два, а, условно говоря, пять. Это не вопрос бюджета. Там, где есть хорошие возможности, мы будем разговаривать.

— На форуме в Сочи вы перечисляли важные вещи, которые должны быть у банков в будущем, если они хотят выжить. И обмолвились, что это могут быть отделения, и что вы в принципе ничего против них не имеете. У вас меняется философия? Вы же раньше были жесткими противниками отделений? Теперь вы их принимаете?

— Нет, меня немного неправильно цитировали. Я сказал – могут быть банки, у которых могут быть хорошие интерфейсы в виде отделений. Я ничего не имею против – но это не для нас, конечно. Мы и сейчас жесткие противники отделений. Кому они нужны – я вообще не представляю. Наверное, есть банки, которые имеют хорошие отделения, куда ходит определенный контингент людей. Но это совершенно не наша история и никогда ею не станет.

— Тинькофф Банк в свое время принес на российский банковский рынок много прорывных историй – как в части технологий, так и в части бизнеса, клиентоориентированности. Вас начали копировать и продолжают копировать. Как вы к этому относитесь?

— Я, как англосакс, очень хорошо к этому отношусь (смеется). Потому что конкуренция – это очень хорошо. В России скоро 70% банковских активов будет в руках государства и это плохо, потому что конкуренция так или иначе со временем будет уходить. Это очень плохо для любой системы, потому что любая система должна быть основана на конкуренции. Но мы-то тоже игрок на этом рынке, и у нас тоже должны быть конкуренты. Чтобы мы тоже сохраняли тонус, были креативными, энергичными, чтобы никто не давал нам расслабляться. Конечно, у нас есть Олег Тиньков, который никогда нам не даст расслабиться. Но то, что есть конкуренты – это очень хорошо.

С другой стороны, где эти конкуренты? Многие из них лопнули, ушли, не показали, что они жизнеспособны. Некоторые остались, но испытывают проблемы. Цифровой бизнес очень сложно построить, особенно в России.

— Почему им плохо? Потому что у них нет Олега Тинькова?

— Мы очень, очень предпринимательские. У нас очень хорошая команда, которая вместе 10 лет, и еще 10 лет будет вместе. Мы очень консервативны. Когда речь идет о капитале, о кредитных рисках, о ликвидности – мы мегаконсервативны. Наверное, многие этого не понимают и не видят, но это так. А когда речь идет о технологиях, о маркетинге, о продукте – мы очень экспериментальны. Готовы брать риски. Готовы делать вещи, которые другие не делают.

И вот эта комбинация – аналитический подход, предприниматель Олег, предпринимательский дух, долгое существование команды, консерватизм и авантюризм там, где они должны быть, - это нам позволило развиваться, очень быстро расширяться и выжить в течение двух очень жестких кризисов.

— В течение последних двух-трех лет Тинькофф Банк зарабатывает много денег, создает экосистему, расширяет партнерский бизнес. Но каких-то революционных прорывов, которые раньше заставляли весь рынок ахнуть, с вашей стороны не видно. Почему? Некуда расти? Заняты «подкручиванием» того, что уже есть?

— Это интересно слышать! Потому что, если смотреть на нашу фабрику продуктов, то мы много всего делаем в последнее время. «Тинькофф Инвестиции» - они появились только в ноябре прошлого года. И это новый сегмент, это масс-маркет. Люди устанавливают мобильное приложение, покупают и продают акции и облигации с помощью банковской карты. Как если бы они делали покупки в интернет-магазине. Это абсолютно прорывная вещь! Каждый четвертый брокерский счет сегодня открывается через наш интерфейс. И это только один пример.

Мы делаем вещи, которые на виду, привлекают внимание. А есть вещи, которые менее видны, которые «под водой», я бы сказал. Инновации ведь не только в продуктах, а еще и в технологиях, в эффективности компании. У нас самый большой облачный кол-центр – наверное, уже и в Европе, но в России точно. Люди сидят дома или где угодно в русскоговорящем мире, их уже 8-9 тысяч человек. И они выполняют разные функции, в том числе обслуживание и продажи. У нас уже 2 тысячи представителей, которые совершают 20 тысяч встреч с клиентами в день с помощью приложения Андроид. Такого нигде нет в мире! Это абсолютно инновационные вещи по мировым стандартам.

У нас сейчас проводится много различных «пилотов» по машинному обучению, запущен чат-бот для малого бизнеса и физиков. Алгоритмы машинного обучения мы используем в области работы с Big Data: для маркетинга, для рисков, для повышения эффективности кол-центра.

Понятно, что это не выглядит «очень секси» для людей вовне. Об этом никто не пишет, это никто не обсуждает. Но это прорыв – правда, пока неочевидный.

Более того, мы сейчас собираемся запускать разные новые виды продуктов, где нас изначально вообще не было.

— Какие?

— Ну, например, более «тяжелые» залоговые кредитные продукты.

Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 13 октября 2017 > № 2349476 Оливер Хьюз


Россия. ЦФО > Армия, полиция. Финансы, банки > mvd.ru, 12 октября 2017 > № 2369313 Андрей Ярцев

Найти доказательство без теорем.

На раскрытие экономического преступления может уйти от двух месяцев до нескольких лет. Но БЭПовцы берут не количеством, а качеством. Ведь одна преступная группа может похитить, отмыть несколько сотен миллионов рублей, а в отдельных случаях счёт идёт на миллиарды. О том, как юридические тонкости переплетаются с экономическими нюансами, рассказал начальник отдела по борьбе с организованной преступностью и легализацией доходов, полученных преступным путем, УЭБиПК УМВД России по Тульской области подполковник полиции Андрей Ярцев.

От практиканта до начальника

На последнем курсе Тульского филиала Университета МВД России я пришёл на практику в отдел по противодействию преступлениям в кредитно-финансовой сфере и легализации доходов, полученных преступным путем, УБЭП УВД Тульской области. С тех пор прошло 18 лет. От практиканта дошёл до начальника отдела.

Сейчас у нас работают люди, которые стояли у истоков и начинали службу вместе со мной. Это одновременно и плюс, и минус. С одной стороны, мы давно понимаем друг друга с полуслова, работа отдела полностью налажена и откалибрована с ювелирной точностью. С другой - очень непросто руководить людьми, с которыми начинал службу. Они помнят меня ещё зелёным лейтенантом, и это накладывает на руководителя дополнительную ответственность.

Когда пришёл на службу, стало понятно, что знанием законов и кодексов здесь не обойтись. Приходилось часами разбираться в запутанных и непонятных экономических и бухгалтерских терминах, анализировать финансовую отчётность. Поэтому подал документы на получение второго высшего образования. Через несколько лет у меня на руках был диплом по специальности «Бухгалтерский учёт, анализ и аудит». На мой взгляд, наличие второго высшего образования для сотрудника полиции - очевидное преимущество.

Юриспруденция - это базис. Но если хочешь стать профессионалом и досконально разбираться во всех вопросах, относящихся к специализации, - этому нужно долго и усердно учиться.

Квартирный вопрос и чужие инвестиции

Когда у человека на улице вытащили кошелёк, он заявляет об этом в полицию. Факт правонарушения очевиден. А информацию о готовящихся либо уже совершённых экономических преступлениях мы чаще всего получаем из оперативных источников. Заявлений от потерпевших нет. Нет и оснований для возбуждения уголовного дела.

И мы занимаемся как раз тем, чтобы выявить сам факт преступления. Иногда на это уходит много времени - приходится проводить проверки, изучать финансовую документацию, искать нестыковки, неточности, ошибки, связывать всё это воедино, взаимодействовать с другими структурами - от следственного комитета и таможни до прокуратуры и региональных органов исполнительной власти. Только тогда начинает вырисовываться более-менее ясная картина.

Сотрудники действуют в рамках уголовно-процессуального законодательства, «раскручивая» дело и доводя его до логического завершения. В этом и есть наша специфика - в отличие от коллег из других подразделений, мы должны сначала выявить преступление, затем доказать, что оно таковым является, и только потом виновного в судебном порядке привлекут к ответственности.

Самое масштабное дело последних лет - скандал вокруг крупного тульского банка «Первый Экспресс». Преступная группа, в которую входили руководители банка, «вывела» из оборота 5,6 млрд рублей. Деньги потрачены на индивидуальные бизнес-проекты: строительство коттеджных посёлков, приобретение недвижимости, инвестиции, организацию производственных предприятий в других регионах. Таким образом финансисты хотели «прокрутить» деньги клиентов, а заработанное положить в карман. Расследование этой истории длилось несколько лет, и сейчас дело находится в стадии судебного разбирательства.

Приходится иметь дело и с «мелкими», но при этом не менее сложными случаями. Недавно завершилось расследование уголовного дела, фигурантом которого стала сотрудница крупного банка. Женщина имела доступ к данным вкладчиков и, пользуясь служебным положением, перевела их деньги на свой счёт. Этими средствами она погасила ипотечный кредит, сняв обременение со своей квартиры. Недвижимость сотрудница продала и получила абсолютно законный доход.

Нам предстояло доказать, что для погашения ипотеки женщина использовала похищенные средства и легализовала их. В итоге мошенница признана виновной и сейчас находится в местах лишения свободы. Этот пример иллюстрирует основную сложность нашей работы - доказательство совершённого экономического преступления.

«Тюремный» главарь и всероссийский масштаб

Десять-пятнадцать лет назад экономика нашей страны только набирала обороты. Сейчас же с её развитием возникают новые виды преступлений экономической направленности.

До сих пор «популярны» кредиты по фальшивым документам. Финансовые обязательства «вешают» на посторонних людей, потерявших паспорта. Приходится распутывать всю цепочку, выходить на инициаторов и непосредственных исполнителей преступного деяния. Постоянно в зоне пристального внимания подразделений экономической безопасности находятся кредитные учреждения и микрофинансовые организации, выдающие краткосрочные займы под огромные проценты.

В начале моей службы каждый случай «банковского» мошенничества казался очень сложным. Но теперь я считаю, что прошлые дела были всего лишь «разминкой» по сравнению с теми, которые приходится выявлять сейчас. Десять лет назад под определение «фальшивомонетчик» попадали, например, студенты, которые распечатывали купюры на обычном струйном принтере и расплачивались ими в ближайшем ларьке. Сегодня фальсификаты того времени были бы признаны «содержащими явные признаки подделки», и привлечь изготовителей и сбытчиков к ответственности за фальшивомонетничество вряд ли бы удалось. Сейчас в каждом маленьком магазине есть прибор, способный моментально отличить наскоро подделанную купюру от оригинала, да и продавцы обучены элементарным способам распознавания фальшивок.

Поэтому преступники используют более изощрённые методы, дорогостоящее оборудование и новые технологии, постоянно повышая качество своей «продукции». Поддельные купюры получаются очень качественными - определить их происхождение могут лишь специалисты.

В 2013 году мы вели дело организованной преступной группы, занимающейся изготовлением и распространением фальшивок по всей России. Печатали купюры в Северо-Кавказском регионе, оптовыми партиями доставляли в Москву, а уже оттуда фальшивки растекались по регионам - Воронеж, Тула, Липецк. Обороты у преступников были огромные, счёт шёл на десятки миллионов. В итоге на скамье подсудимых оказались семь активных членов ОПГ, все они получили реальные сроки заключения.

Дело для учебника по криминалистике

В этой истории ОПГ, занимающуюся перевозкой и сбытом фальшивых денег организовал преступник, отбывающий наказание в колонии строгого режима.

Мужчина был осуждён за незаконное хранение оружия. В тюрьме ему удалось сколотить ядро группировки из заключённых, которые должны были вскоре освободиться. Выйдя на волю, они нашли исполнителей, организовали канал поставки, наладили систему сбыта. Сидящий в колонии главарь по своим каналам контролировал «работу», регулярно получал отчёты и раздавал указания. Когда преступную схему удалось окончательно распутать, ему оставалось сидеть около двух лет. В связи с новыми обстоятельствами приговор пересмотрели - организатору добавили ещё 12 лет и ужесточили условия пребывания. Так что вернуться к своему промыслу он теперь вряд ли сможет.

Наверное, самый большой плюс работы в подразделении УЭБиПК - это масштаб деятельности. Результаты нашей службы напрямую сказываются на экономической ситуации в регионе и потенциально являются одним из факторов снижения социальной напряжённости. Когда ты чувствуешь значимость твоего вклада, понимаешь, какой резонанс вызовет итоговый результат - появляется сильная мотивация довести дело до конца, несмотря ни на что. Признаюсь, очень приятно и лестно ощущать себя причастным к чему-то большому. Ну и, конечно, искренне благодарен всем коллегам. Ведь все наши достижения - это общая заслуга.

Записал Леонид ПОЧЕКИН

Россия. ЦФО > Армия, полиция. Финансы, банки > mvd.ru, 12 октября 2017 > № 2369313 Андрей Ярцев


Казахстан > Финансы, банки > dknews.kz, 12 октября 2017 > № 2360636 Тулеген Аскаров

Группе Халык есть над чем поработать!

Казкоммерцбанк несет гигантские убытки после завершения исторической масштабной сделки по его покупке Народным банком Казахстана с докапитализацией и расчисткой баланса за счет массированной государственной поддержки.

Тулеген АСКАРОВ

Об этом сообщается в оперативной отчетности регулятора о состоянии банков второго уровня на начало осени. Если первое полугодие текущего года Казкоммерцбанк завершил с прибылью (превышением текущих доходов над расходами после уплаты подоходного налога) в 34,4 млрд тенге, то на 1 августа у него был зафиксирован убыток в минус 405,6 млрд тенге, а на 1 сентября – минус 396,7 млрд тенге! Под давлением столь весомого негатива изменился и совокупный финансовый результат банковского сектора. Если на 1 июля в статистике Нацбанка числилась совокупная прибыль участников рынка в 204,0 млрд тенге, то на 1 августа она сменилась убытком в минус 203,9 млрд тенге, который к началу осени снизился до минус 160,3 млрд тенге.

Справедливости ради отметим, что помимо Казкоммерцбанка свой вклад в общий негатив внесли и другие участники рынка, показавшие убытки, – Евразийский банк (минус 9,9 млрд тенге), Delta Bank (минус 5,9 млрд тенге), Банк Астаны (минус 0,5 млрд тенге), Capital Bank Kazakhstan (минус 0,4 млрд тенге) и Национальный банк Пакистана в Казахстане (минус 0,09 млрд тенге).

Снизился же совокупный убыток банков второго уровня за последний месяц лета благодаря росту прибыли у ведущих участников рынка по этому показателю – Народного банка Казахстана (12,7% до 99,5 млрд тенге), Kaspi Bank (15% до 30,7 млрд тенге), Жилстройсбербанка (17,1% до 17,1 млрд тенге), Ситибанк Казахстан (19,8% до 16,9 млрд. тенге), Банк Хоум Кредит (14,8% до 14,7 млрд тенге) и Цеснабанк (17,2% до 13,6 млрд тенге).

По другим ключевым показателям деятельности банковского сектора сложилась вполне позитивная динамика. Так, его совокупные активы увеличились за август на 1,1% до 24 трлн 88,7 млрд тенге, в абсолютном выражении – на 265,9 млрд тенге. Доминирует здесь вполне предсказуемо группа «Халык», возглавляемая Народным банком Казахстана, которые и лидировал по размеру активов на начало осени – 4 трлн 715,5 млрд тенге с приростом за август на 5,1%. Второе место занял Казкоммерцбанк (0,8% до 3 трлн 468,9 млрд тенге). В группу «триллионеров» вошли также Цеснабанк (1,8% до 2 тлрн 151,5 млрд тенге), дочерний Сбербанк России, у которого произошло снижение на 5,9% до 1 трлн 575,7 млрд тенге, «ForteBank» с приростом на 2,9% до 1 трлн 368,8 млрд тенге, Kaspi Bank (2,9% до 1 трлн 360,3 млрд тенге), Банк ЦентрКредит (0,7% до 1 трлн 291,2 млрд тенге), АТФБанксо снижением на 3% до 1 трлн 234,5 млрд тенге и замкнувший ее Bank RBK, показавший увеличение на 0,4% до 1 трлн 17,3 млрд тенге. А покинул эту группу Евразийский банк, потерявший за последний месяц лета 5,7% активов до 945,9 млрд тенге.

Народный банк Казахстана выступает абсолютным лидером рынка и по размеру собственного капитала, размер которого достиг у него к началу осени 725,7 млрд тенге с приростом за август на 1,8%, в абсолютном выражении – на 13,2 млрд тенге. Для сравнения: занимающий второе место Казкоммерцбанк на 1 сентября «весил» лишь 208 млрд тенге, тогда как в канун завершения сделки по его покупке Народным банком Казахстана, то есть на начало июля, – 441,1 млрд тенге! Теперь его позициям по собственному капиталу вполне реально начинают угрожать ForteBank (182,1 млрд тенге) и Цеснабанк (180,3 млрд тенге). 100-миллиардную планку к началу осени преодолели здесь также дочерний Сбербанк России (160,5 млрд тенге), Kaspi Bank (152,8 млрд тенге), Жилстройсбербанк Казахстана (134,7 млрд тенге), Ситибанк Казахстан (126,3 млрд тенге) и Банк ЦентрКредит (106,5 млрд тенге).

Увеличилась за последний месяц лета и депозитная база банковского сектора, чему в немалой степени способствовала продолжающаяся девальвация тенге к доллару, генерирующая положительную курсовую разницу по инвалютным вкладам. Объем депозитов физических лиц вырос в августе на 1,3% до 8 трлн 134,6 млрд тенге, в абсолютном выражении – на 105,1 млрд тенге. Доминирует на рынке и здесь группа «Халык» с большим перевесом над конкурентами. Первым по объему вкладов населения на начало осени шел Народный банк Казахстана с 1 трлн 677,2 млрд тенге, прибавивший за август 2,4%, а за ним следовал Казкоммерцбанк (1,8% до 1 трлн 355,8 млрд тенге). С большим отрывом от них расположились другие члены первой десятки банковского сектора по этому показателю – Kaspi Bank (1,3% до 819,3 млрд тенге), Цеснабанк (1,9% до 696,9 млрд тенге), дочерний Сбербанк Казахстана (1,3% до 671,1 млрд тенге), Банк ЦентрКредит (0,9% до 519,1 млрд тенге), Жилстройсбербанк Казахстана (0,8% до 478,3 млрд тенге), ForteBank с незначительным снижением до 441,1 млрд тенге, АТФБанк с приростом на 1,2% до 361 млрд тенге и Евразийский банк (0,3% до 343,5 млрд тенге).

Совокупный объем депозитов корпоративных клиентов вырос за последний месяц лета на 0,8% до 8 трлн 936,1 млрд тенге, в абсолютном выражении – на 74,5 млрд тенге. Здесь также лидируют с большим отрывом от других участников рынка Народный банк Казахстана (1 трлн 713,8 млрд тенге) и Казкоммерцбанк (1 трлн 295,1 млрд тенге). Вплотную к тандему «триллионеров» придвинулся Цеснабанк с 981,8 млрд тенге. А остальным конкурентам до них далеко, поскольку занимающий четвертое место АТФБанк располагал объемом вкладов юридических лиц лишь на 587,7 млрд тенге.

Казахстан > Финансы, банки > dknews.kz, 12 октября 2017 > № 2360636 Тулеген Аскаров


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 11 октября 2017 > № 2346172 Ангелина Кречетова

Барьеры, «пузыри» и анонимность. Путин решил судьбу криптовалют в России

Ангелина Кречетова

Редактор Forbes.ru

Президент высказался насчет цифровых валют крайне осторожно, но призвал «не нагородить лишних барьеров» и использовать преимущества, которые они дают. Следом Минфин объявил, что государство «возглавит и законодательно отрегулирует» выпуск и обращение криптовалют. Как снять опасения ЦБ насчет анонимности?

Президент России Владимир Путин на встрече по криптовалютам заявил, что их использование создает возможность для финансирования терроризма, отмывания капиталов, ухода от налогов и мошеннических схем. В то же время глава государства призвал «не нагородить лишних барьеров», использовать преимущества, которые дают новые технологические решения в банковской сфере, и создать условия для развития и совершенствования национальной финансовой системы в целом.

По итогам мероприятия министр финансов Антон Силуанов объявил, что государство намерено «возглавить и законодательно отрегулировать» выпуск и обращение криптовалют на территории России. «Договорились о следующем: о том, что необходимо государству осуществлять регулирование процесса эмиссии криптовалют, процесса майнинга, процесса обращения», — пояснил Силуанов. Он отметил, что пока не будет обсуждать «конкретные параметры» контроля за криптовалютами. Министр также не раскрыл, какая именно госструктура или ведомство займется регулированием цифровых валют.

В ходе совещания Путин признавал, что криптовалюты выпускает «неограниченный круг анонимных субъектов», а их покупатели могут участвовать в преступной деятельности. Он также заявлял, что криптовалюты не обеспечены. «В случае сбоя системы или надувания «пузырей», как сейчас модно говорить, по ним не будет юридически ответственного субъекта. Это такая серьезная вещь, которую мы должны иметь в виду, обсуждая эту тему», — подчеркивал президент. Глава государства призывал в вопросах регулирования криптовалют опираться на международный опыт, чтобы в результате создать такую систему, которая «позволит систематизировать отношения в этой сфере, защитить круг интересов граждан, бизнеса и государства, дать правовые гарантии для работы с инновационными финансовыми инструментами». Во встрече также приняли участие помощник президента Андрей Белоусов, председатель Центробанка Эльвира Набиуллина, заместитель главы ЦБ Ольга Скоробогатова и гендиректор компании Qiwi Сергей Солонин.

Беспокойство ведомств

Осторожнее других ведомств к криптовалютам относится Центробанк: Эльвира Набиуллина неоднократно предупреждала о рисках их использования. Она поясняла, что такое платежное средство дает возможность проводить анонимные транзакции, а значит, может использоваться террористами или в сфере незаконных доходов. Этими причинами она объясняла свою позицию против легализации и регулирования цифровых валют, призывая приравнять их к иностранной валюте. «Мы категорически против того, чтобы вводить криптовалюты в регулирование в качестве денежного средства, средства, которое применяется для расчетов за товары и услуги, против приравнивания к иностранным валютам, потому что, я уже не раз объясняла, мы понимаем — есть иностранная валюта, есть государства, которые ее выпускают, есть экономики, есть центральные банки, которые за этим стоят», — отмечала председатель Банка России.

В Минфине, в свою очередь, обещали информировать граждан о рисках инвестиций в криптовалюты в рамках проектов стратегии развития финансовой грамотности в стране. «Мы сейчас здесь видим больше рисков, чем рекомендаций по инвестированию в такого рода инструменты. Поэтому объяснение возможных последствий вложений в нерегулируемые малопрогнозируемые инструменты будут одними из вопросов, с которыми мы будем выступать», — объяснял глава ведомства Силуанов. Его коллега и заместитель Алексей Моисеев предлагал регулировать криптовалюту как финансовый актив и разрешить ее покупку лишь квалифицированным инвесторам на Московской бирже.

Единого мнения насчет регулирования криптовалют в России на законодательном уровне до этого момента не было: парламент планировал запустить «серьезную» дискуссию на эту тему и принять соответствующий законопроект осенью. Первый вице-премьер Игорь Шувалов пояснял, что пока нет законодательного определения криптовалюты и не определена роль ЦБ в ее отношении. «Но скоро, я надеюсь, в ближайшее время, мы выйдем на законодательную площадку, и это дело будем серьезно обсуждать», — говорил чиновник. В Кремле соглашались, что правила обращения криптовалюты нужны, но подлежат обсуждению.

Будущее регулирование: мнение рынка

Старший инвестиционный менеджер Runa Capital, исполнительный директор ИТ-кластера «Физтех» Константин Виноградов в беседе с Forbes заметил, что внимание главы государства к теме «скорее позитивно, чем негативно». «Я не чиновник, чтобы оценивать настроения в Госдуме и прогнозировать, что будет дальше там происходить, но, по-моему, Путин выразил два простых тезиса: первый — криптовалюты несут риски (отмывание, легализация и т.д.), второй — важно не нагородить регуляторных барьеров», — напоминает он. Кроме того, по мнению Виноградова, возможно придумать «довольно много конструкций», которые бы снизили риски использования криптовалют и были бы удобны для пользования. Он прогнозирует, что теперь разработка закона о криптовалютах ускорится и, несмотря на конкурирующие точки зрения, к концу следующего года в России уже будет работать законодательство в этой области. «Главное, чтобы оно не ставило россиян в ущербное положение по сравнению с участниками криптоэкономики из других стран», — подчеркивает собеседник Forbes.

Оптимистичен насчет позиции президента и основатель DeCenter Евгений Гордеев. «О чем сказал президент? Он сказал, что к этому вопросу надо относиться очень аккуратно. Значит, его надо развивать, но не «городить огород», чтобы не делать лишних запретов. Потому что он понимает, что, ограничивая циркуляцию криптовалют, он ограничивает инвестиционный потенциал России. Он ограничивает приток инвестиций в страну и развитие нового технологического цикла, который будет на основе блокчейна и криптовалют», — рассуждает собеседник Forbes.

В то же время создатель DeCenter напоминает, что государство на своей территории имеет право регулировать «входы и выходы из своей валюты и в свою валюту, то есть в рубль, доллары, фунты или во что угодно в соответствии с теми правилами, теми нормами или желаниями, которые у него возникают». «Что касается циркуляции криптовалют, государство не имеет возможности ее ограничить. Соответственно, главный вопрос сейчас только в том, как будет происходить обмен. И дальше мы видим два пути развития: японский и остальной, скажем так. В японском случае идет максимальная либерализация обмена фиатных валют на криптовалюты. Идет интеграция криптоактивов в реальные сектора экономики. Использование блокчейна повсеместное, в том числе смарт-контрактов с криптовалютами. Во многих других странах криптовалюты пока еще не интегрированы», — заключает бизнесмен.

Бывший вице-президент соцсети «ВКонтакте» и создатель блокчейн-платформы Blackmoon Crypto (собрала $30 млн на pre-ICO и ICO в августе и в сентябре) Илья Перекопский уверен, что аккуратное регулирование криптовалют сделает рынок более предсказуемым и цивилизованным, в том числе и для предпринимателей, которые организовывают ICO (аналог IPO). «Во время ICO сотни компаний подняли уже больше $2 млрд. Но воспользоваться они ими толком не могут. Практически не один в банк мире не примет доллары/евро в больших объемах, отправленных с криптовалютных бирж. Банки не работают с криптой ввиду отсутствия понятного регулирования, они боятся ЦБ своих стран, а банки — это основной элемент всей экосистемы», — объясняет он.

Пожертвовать анонимностью

В беседе с Forbes Перекопский затронул еще один важный вопрос в теме регулирования криптовалютных транзакций: идентификацию пользователей, которая особенно беспокоит Центробанк. «Мы считаем, что в России нужно сначала внедрить digital KYC (know your customer — «узнай своего клиента»), результаты которого будут принимать банки с согласия ЦБ и внедрять KYC при ICO. Тогда отпадут абсолютно все проблемы, связанные с рисками отмывания денег. Лучше пожертвовать анонимностью и сделать рынок цивилизованным, чем все время устраивать это противостояние между криптомиром и государством», — говорит он.

Перекопский приводит собственный пример: в следующем году на базе Blackmoon Crypto будет запущены токенизированные фонды, которые будут «привлекать деньги в крипте, потом конвертировать в фиат и инвестировать в реальные активы вроде недвижимости, commodities, искусства». «Но мы введем KYC и будем понимать, кто наши инвесторы, откуда они и проверять их документы», — объясняет он. Собеседник Forbes уточняет, что компания введет digital KYC, которое займет лишь несколько минут общения пользователя с телефоном и компьютером для загрузки селфи и паспорта. «Поэтому user experience не изменится в худшую сторону», — подчеркивает основатель блокчейн-платформы. Он отмечает, что европейские банки готовы работать с платформой при условии осуществления KYC клиентов и при условии, что фонды лицензированы в традиционных фондовых юрисдикциях, типа Великобритании, Люксембурга и Швейцарии.

Аналитик Runa Capital считает разумной для решения этого вопроса идею депутата Мартина Шаккума («Единая Россия»), предложившего передать функцию обмена банкам или платежным системам. Так, последовав японскому примеру, можно решить проблему с KYC и не сильно усложнить процедуры для граждан, говорит Виноградов. «Предложения же Минфина про майнинг только юридическими лицами выглядят дико, такие законы можно принять, но невозможно контролировать исполнение, если не внедрять подобных странных инициатив, то технология криптовалют вполне может быть постепенно адаптирована в России в ближайшие 1-2 года», — предсказывает он.

Идеальный для клиента режим, по мнению собеседника Forbes, выглядит следующим образом: он в своем интернет-банке заводит счет в биткоинах и может их покупать и продавать так же, как делает это с долларовым счетом. «Банк при этом уже знает клиента и в случае странных операций может задавать вопросы. Главное, чтобы банки могли бы адекватно оценивать происхождение средств. Если это будет реализовано как в нынешнем валютном законодательстве (жесткие требования к ВЭД), то люди будут делать это «в черную» или через другие страны», — опасается Виноградов.

Собеседник Forbes напоминает, что по закону переводы в иностранной валюте между резидентами России запрещены (кроме близких родственников), но никто не сможет контролировать переводы в биткоинах между резидентами России: «глупо пытаться это запретить, нужно создать базу для легального перевода и хотя бы мониторить подобные явления». По его мнению, банки или платежные системы на рынке криптовалюты могут взять на себя функцию KYC, которую они обязаны выполнять для фиатных денег, при этом операции перевода криптовалюты не должны так жестко регулироваться, как обычная валюта, «иначе рынок просто найдет кучу легальных лазеек не пользоваться такой системой», заключает он.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 11 октября 2017 > № 2346172 Ангелина Кречетова


Россия > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > mirnov.ru, 10 октября 2017 > № 2500597 Никита Кричевский

СПАСАТЬ БАНКИ БУДУТ ЗА НАШ СЧЕТ

Последние месяцы заставили понервничать клиентов российских банков - на грани коллапса оказались крупнейшие из них. Что происходит, кто виноват в возникновении такой ситуации?

ТРЕВОЖНЫЙ СИГНАЛ

Первая половина этого года стала в целом удачной для российской банковской системы. Банки показали рекордную прибыль, в два с лишним раза превысившую прибыль за первое полугодие прошлого года и в несколько раз - позапрошлого.

Финансовое положение банков также казалось устойчивым, серьезно замедлился процесс отзыва лицензий в рамках проводимой Банком России политики «зачистки» банковского сектора. Так, если за 2016 год лицензии лишились 110 кредитных организаций (в среднем 9,2 в месяц), то за 9 месяцев 2017-го - только 47 (в среднем 5,2 в месяц).

Однако конец августа преподнес неприятный сюрприз - Центробанк объявил о введении временной администрации в банке «ФК Открытие». Ситуация была беспрецедентной.

«Открытие» - очень крупный банк, по итогам первого полугодия этого года он занимал 8-е место по объему активов в авторитетном банковском рейтинге «Интерфакс-ЦЭА», на счетах в банке было почти 574 миллиарда рублей частных вкладчиков и более 1,5 триллиона рублей организаций, из которых почти 1,3 триллиона - на депозитах.

При этом впервые в российской истории Центробанк ввел временную администрацию в «системно значимый» (по классификации ЦБ) банк, входящий в десятку крупнейших.

В сентябре та же участь постигла еще одно крупное учреждение - Бинбанк. У него, согласно рейтингу «Интерфакс-ЦЭА», по итогам первого полугодия было 12-е место по объему активов, 553 миллиарда рублей на счетах граждан, 758 миллиардов - на счетах корпоративных клиентов.

Введение временной администрации, разумеется, не означает краха банка. И «Открытие», и Бинбанк будут спасать - этот процесс называется санацией, финансовым оздоровлением. Причем также впервые в истории это будет делать непосредственно Центробанк за счет средств подконтрольного ему недавно созданного Фонда консолидации банковского сектора.

Понятно, что у Центробанка денег на спасение этих банков хватит в любом случае. В конце концов именно ЦБ у нас и «печатает» деньги.

Проблема, однако, в том, что платит за спасение оказавшихся на краю финансовой пропасти банков в итоге налогоплательщик. И не важно, каков механизм санации - льготные кредиты банкам-санаторам или прямое участие Центробанка. В любом варианте это в конечном итоге либо расходование бюджетных средств, либо денежная эмиссия, то есть «инфляционный налог» на все население страны.

К тому же речь идет об очень серьезных суммах. В СМИ уже промелькнула информация, что на спасение «Открытия» может потребоваться до триллиона рублей. Возникает резонный вопрос: не слишком ли дорого обходятся налогоплательщикам содержание и спасение горе-банкиров?

ПРОСЧЕТЫ МЕНЕДЖМЕНТА

Эксперты сходятся во мнении, что одна из ключевых причин бедственного положения, в которое попали «Открытие» и Бинбанк, - просчеты, непрофессионализм или даже недобросовестность менеджмента.

«Основными причинами проблем в этих банках стали неправильная оценка рисков, большое количество связанных кредитов, т. е. кредитов, выданных лицам, так или иначе связанным с самими владельцами банков, - говорит аналитик по банковскому сектору инвесткомпании «ФИНАМ» Алексей Коренев, - и переоценка своих сил при приобретении других проблемных банков или крупных активов».

«По признанию самого владельца Бинбанка, для его кредитной организации проблемой стали те банки, которые были переданы ей на санацию. (А зачем же он брал? Жадность фраера сгубила!) Качество активов там постоянно ухудшалось, что влияло на работу головной компании. Вполне возможно, что санация банков также могла повлиять и на ситуацию в «Открытии», - соглашается аналитик ИК «Фридом Финанс» Богдан Зварич.

«Это типичный менталитет таких, с позволения сказать, банкиров, - полагает доктор экономических наук, профессор Никита Кричевский. - Собрать денег, вложиться в какие-то проекты, потом еще собрать денег, еще вложиться... Так и жить всю дорогу. Это некое подобие пирамид, только не чисто финансовых, а финансово-промышленных.

Любая такая история должна когда-то закончиться - собственно, у «Открытия» и Бинбанка она сейчас и закончилась. Учредителям эти банки были нужны не как бизнес, который они хотят развивать как самостоятельный, а как механизм сбора денег под другие собственные проекты».

«И Бинбанк, и «Открытие» надорвались, санируя достаточно большие банковские структуры, а в случае «Открытия» - еще и страховую компанию. Когда рынок падает, никто не хочет откусывать большие куски. Но в данном случае у меня есть ощущение, что руководители данных банков верили официальной статистике, которая показывает экономический рост, поэтому сделали ставку на расширение бизнеса. Вместе с тем после реформы Росстата в конце 2016 года эта статистика на самом деле ничего не показывает», - отмечает директор Института проблем глобализации Михаил Делягин.

БАНК РОССИИ НЕ УСЛЕДИЛ ЗА СИТУАЦИЕЙ?

Что касается политики регулирующих органов, здесь мнения финансовых аналитиков и независимых макроэкономистов сильно расходятся. Первые относятся к действиям Центробанка скорее лояльно.

«Сейчас риски вкладов в этих двух банках ниже, чем были до санации, - считает Богдан Зварич. - Если ранее ходили слухи о проблемах в кредитных организациях, то теперь за счет поддержки регулятора эти разговоры сошли на нет, это успокоило вкладчиков, а также позитивно повлияло на доверие в банковском секторе».

«Может показаться странным то, что Банк России не уследил за ситуацией, хотя неоднократно выдавал предписания обоим кредитным учреждениям о необходимости наведения порядка в своих активах и жесткого соответствия требованиям ЦБ. Но при этом стоит учитывать, что оба банка отметились и предоставлением регулятору недостоверной отчетности, о чем стало известно только сейчас», - говорит Алексей Коренев.

Никита Кричевский гораздо более резок в оценках. «В спокойной ситуации руководство Центробанка могло бы чувствовать себя спокойно, вольготно, - комментирует он, - а когда включился серьезный административный ресурс, ЦБ оказался не в состоянии адекватно реагировать на то, что эти банки делали. С вложениями средств в проекты собственников, с привлечением денег НПФ, страховых компаний - словом, со всеми ключевыми проектами.

ЦБ был в роли наблюдателя, у него не было ни желания, ни сил противостоять всему этому. Потому что, для того чтобы этому противостоять, нужно было привлекать административный ресурс на уровне президента страны. Руководство Центробанка некомпетентно. Оно не просто должно уйти в отставку, против него нужно инициировать масштабное расследование.

Так происходит во всем цивилизованном мире, за исключением России. Так было бы в Китае, Индии, Бразилии. Не говоря уже о западных странах, где подобные ситуации невозможны в принципе».

Михаил Делягин также считает, что основная доля ответственности за ситуацию в банковской сфере лежит на монетарных властях. «Банк России создает искусственный денежный голод, он снижает инфляцию методами, которые ведут к обеднению людей, - полагает он. - Это разрушает не только жизнь людей, но и банковский сектор. Плюс специфические методы регулирования банковской системы, применяемые ЦБ.

Например, когда банку говорят: заемщик, с которым вы работаете 10 лет, ненадежный, поскольку один из его партнеров имеет признаки фирмы-однодневки. После чего банк заставляют создать под эти кредиты огромные резервы, что часто ему бывает не под силу, и он разоряется. Такое чувство, что это некий «черный бизнес» в пользу каких-то чиновников, связанных с Банком России, или в пользу каких-то структур, к которым эти чиновники благоволят».

Объективно уничтожение банковской системы играет на руку крупнейшим банкам, предполагает Михаил Делягин. Стоит отметить, что, согласно рейтингу «Интерфакс-ЦЭА», все российские банки, входящие в пятерку крупнейших, - это банки с государственным участием.

Алексей Соколовский

Россия > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > mirnov.ru, 10 октября 2017 > № 2500597 Никита Кричевский


Россия > СМИ, ИТ. Финансы, банки > bankir.ru, 10 октября 2017 > № 2345144 Сергей Марков

Сергей Марков, «Актив БК»: «Коллекторские агентства будут становиться умнее»

Сергей Марков, IT-директор «Актив БК»

Беседовала: Татьяна Терновская, редактор Банкир.Ру

Смогут ли роботы-коллекторы заменить людей? Эта тема была одной из наиболее популярных на Всероссийском форуме лидеров взыскания, организованном НАПКА и компанией «Актив Бизнес Коллекшн» в конце сентября в Ялте. IT-директор «Актив БК» Сергей Марков в кулуарах форума рассказал Bankir.Ru, что еще нового появится в технологиях взыскания в ближайшее время, доступны ли будут инновации для небольших компаний и как повлиял «антиколлекторский закон» 230-ФЗ на интеллектуализацию рынка взыскания.

— Что появится в ближайшее время на коллекторском рынке в части технологий?

— О роботах-коллекторах уже многие, вероятно, знают. Пока что в том виде, в котором эта технология существует, она имеет несколько ограниченную сферу применения — роботы способны неплохо разрешать типовые ситуации на ранних этапах просрочки.По сути дела, во время первого звонка должнику оператор строит свое общение на основе сравнительно небольшого скрипта.И работа оператора-человека в таком случае по своей форме механическая. В сущности, оператор в некотором смысле работает роботом. Цель первого звонка должнику — эффективная обработка наиболее типичных ситуаций в соответствии с небольшим набором лучших для таких случаев практик.

Естественно, решения, которые активно внедряются в индустрии сегодня, постепенно будут совершенствоваться. По мере совершенствования они будут забирать на себя уже менее тривиальные коммуникации, распространять область своего действия на второй и последующие звонки. Они научатся более эффективно решать какие-то нестандартные ситуации, отталкиваясь от накопленного опыта. Но в среднесрочной перспективе роботы вряд ли полностью вытеснят людей из функции коммуникации с должниками. Хотя, скорее всего, серьезно повысят планку требований к операторам колл-центров, так как специализацией людей станет решение сложных нестандартных задач.

— Иначе говоря, между роботом и человеком так и останется «разделение полномочий»?

— Как показывает практика, даже весьма продвинутые прикладные системы искусственного интеллекта в тандеме с человеком зачастую более эффективны, чем полностью автоматизированные решения. Например, шахматный мастер, использующий помощь программы, играет гораздо сильнее, чем программа в одиночку. В настоящее время у нас реализуется подобный проект, условно говоря, «киборг-оператор». Эта система работает вместе с человеком: когда оператор ведет разговор с должником, система слушает этот разговор, распознает, что сказал должник.И, если оператору нужна какая-то справочная информация (например, должник просит уточнить сумму и структуру своей задолженности или, скажем, какие-то детали клиентского договора),— система автоматически покажет оператору эту информацию, сэкономив таким образом время. Оператору не нужно будет кликать по кнопкам, делать запрос вручную, он сможет сосредоточиться на общении с должником. Или же система может подсказать оператору, какие аргументы уже были высказаны должнику ранее. Напомнить достигнутые ранее договоренности. Сравнить голос человека, с которым идет разговор, с голосом человека, с которым общение происходило во время предыдущего звонка - на случай, если должник займет позицию «я — не я, и задолженность не моя».

Более того, такая система может подсказать в общении с тем или иным клиентом, какой аргумент лучше употребить, опираясь на статистику взыскания. В наших колл-центрах происходит около 250 тысяч телефонных разговоров с должниками в день. Поэтому накоплен большой массив данных, позволяющих сделать выводы о том, какие аргументы наиболее действенны в конкретных ситуациях. Соответственно, система сможет подсказать оператору, какая тактика может дать наиболее предпочтительный результат.

— Времена рассылки писем должникам ушли в прошлое?

— «Бумажные» сообщения какое-то время продолжат играть заметную роль в процессе взыскания, но доля этого канала будет постепенно снижаться. Электронные текстовые коммуникации в России традиционно менее развиты, чем на Западе. Если взять западные компании, то изрядная доля их взаимодействия с должником происходит в текстовом виде —через электронную почту, сообщения в push-системах. Статистика нашего сегодняшнего портфеля такова, что всего 17% должников имеют e-mail, который может быть теоретически использован для коммуникации. Не всегда это связано с тем, что у людей нет электронных адресов. Просто люди часто не указывают эти адреса при заполнении банковских анкет. Мы можем использовать открытые источники данных для поиска адресов электронной почты. Но достаточно полных открытых источников этой информации на сегодняшний день просто не существует. Поэтому в нашем бизнес-процессе мы рассматриваем электронные текстовые сообщения как вторичный канал коммуникаций. Безусловно, со временем ситуация в этой сфере может измениться. Но я думаю, что в среднесрочной перспективе в России голосовые каналы при взыскании все-таки будут оставаться основными.

— В таком случае, что будет меняться в системах речевого анализа?

— Они будут усложняться. Как я рассказывал в своем выступлении на форуме, наша система распознавания речи сегодня умеет просто переводить слова в текст. Но для повышения эффективности коммуникации нужно научиться выявить интонацию, уметь определить пол и приблизительный возраст человека, с которым мы общаемся, определять совпадения голоса в разных разговорах. Есть интересные эксперименты по поводу того, можно ли по интонации человека определить его намерения с той или иной точностью. Собирается ли он платить или обманывает нас. Скажем, должник говорит: «Да, да, я заплачу», но на самом деле имеет в виду: «Отвяжитесь от меня, не хочу я с вами разговаривать».

В этой области предстоит еще ряд экспериментов, но потенциально технологии машинного обучения способны не хуже людей определять интонацию и эмоциональную окраску слов.

— Как будет меняться сам процесс взыскания?

— Будет происходить интеллектуализация процесса. На сегодняшний день мы используем разные инструменты взыскания: это и телефонные звонки, и обычная бумажная почта, и электронные сообщения в той или иной форме, и SMS, и автоинформаторы, иногда выездная работа. Какой набор действий наиболее оптимален? Что нужно сделать агентству, чтобы с минимальными затратами и с наибольшей вероятностью взыскать задолженность?

В этом плане коллекторские агентства будут становиться умнее. Их действия будут все более адресными, в большей мере будут опираться на статистику. Это во многом повысит и комфорт клиентов банков, потому что будет происходить уход от стратегии интенсивной бомбардировки сообщениями.

Новый закон установил определенные ограничения на частоту взаимодействия с должниками. Но мы и сами понимаем, что взаимодействие с очень высокой частотой не всегда означает хорошее взыскание. Для многих категорий должников эффект будет прямо противоположным. Если вы где-то перегнете палку, человек может озлобиться и перейти от конструктивного взаимодействия сразу к негативу, отказаться от общения. В конечном счете, это плохо скажется на взыскании. Поэтому здесь коллекторскому процессу, как и любому другому современному бизнес-процессу,в определенных ситуациях может не хватать гибкости.Системы машинного обучения и искусственного интеллекта здесь как раз могут позволить сделать шаг вперед.

Мы сейчас используем целый «мешок» моделей, предназначенных для оптимального управления процессом взыскания, выбором правильных инструментов на каждом этапе работы с должником. Но в то же время понимаем, что здесь есть еще огромное пространство для развития.

— Технологии стоят денег, и, наверное, небольшие агентства вряд ли смогут себе все это позволить. Может ли техническая революция перекроить рынок?

— Здесь есть несколько аспектов. Во-первых, это на сегодняшний день не так дорого, как кажется. В целом развитие технологий в этом направлении приводит к технологической инфляции. Раньше над задачей распознавания речи десятилетиями работали крупные компании, стремясь создать какой-то эффективный продукт. И все равно это не очень хорошо получалось. А тут появляются какие-то прорывные технологии, например, новые архитектуры и фреймворки для нейронных сетей, их удается удачно использовать для эффективного решения задачи распознавания речи. И вдруг оказывается, что многолетние наработки в мгновение ока устаревают. Они уже не нужны, и, в принципе, любой грамотный студент может настроить нейронку так, что она будет распознавать речь лучше, чем все эти солидные и громоздкие корпоративные решения.

Вторая сторона вопроса: на самом деле, у крупных игроков всегда есть большая угроза пострадать от своих размеров, так как с ростом размера нередко возникает технологическая инертность, заорганизованность. Во времена очередной технологической революции оказывается, что стратегия «не делать ничего» неожиданно становится очень рискованной. Но менеджеры этого не понимают, им кажется, что инновации связаны с повышенным риском. В конце концов, неизвестно, заработает ли новая технология, и не скрыты ли в процессе ее внедрения губительные подводные камни. При этом они упускают из виду, что за решением «не делать ничего» тоже скрывается большой риск — можно внезапно оказаться позади рынка и быстро растерять свои преимущества, что не так уж редко происходило со многими компаниями-гигантами.

— А как у вас? Вы же крупная компания.

— У нас сейчас в IT работают чуть больше 30 человек. Но люди, которые непосредственно занимаются задачами машинного обучения и искусственного интеллекта,— это довольно небольшое ядро команды, человек пять. Это не так много даже для сравнительно небольшого коллекторского агентства. Иногда в гараже из старых микросхем можно собрать нечто инновационное, и быстрый прогресс новых технологий делает подобные сценарии весьма реалистичными. Бывает, что людей мало, но они «в тельняшках». Они могут сделать прорывной продукт в то время, когда крупные компании будут по инерции совершенствовать свои морально устаревшие решения.

— Вы говорите, что коллекшн сегодня становится умнее. Это 230-ФЗ так изменил рынок?

— Я думаю, что 230-ФЗ во многом стал причиной для переосмысления в целом всех процессов в коллекшне. Есть устоявшиеся практики на рынке. Есть мнения экспертов, которые на протяжении многих лет никто не подвергал сомнению. Но тут приходит законодатель и пытается установить определенные рамки и правила. Это, конечно, стимулирует интеллектуальную деятельность внутри организаций. В этой ситуации участники рынка неизбежно стали задаваться вопросом: как должен выглядеть бизнес-процесс в новых условиях? Рынок стал искать и находить новые подходы.

Кроме того, есть некоторые тонкости закона, которые в определенной мере подталкивают агентства к поиску высокотехнологичных решений. Если частота взаимодействий с должником снизилась, значит, нужно работать над качеством этих взаимодействий. А здесь, кроме как интеллектуализировать, сделать более умным это взаимодействие,никаких других ресурсов просто нет. Опять же — было введено ограничение на частоту непосредственного взаимодействия с должником. Но есть и другие виды взаимодействия, например, те же автоинформаторы. Хорошо, но почему бы не заменить этот автоинформатор на интерактивную систему, подобную нашему роботу? Автомат уже не будет тупо барабанить текст. Он будет каким-то образом пытаться выстроить с человеком диалог. По крайней мере, это будет не хуже, чем обычный статичный автоинформатор. Такие процессы происходят, и, как говорится, нет худа без добра. В этом смысле добром оказалось встряхивание рынка и поиск новых путей развития.

Россия > СМИ, ИТ. Финансы, банки > bankir.ru, 10 октября 2017 > № 2345144 Сергей Марков


Реюньон > Финансы, банки > bankir.ru, 9 октября 2017 > № 2343164 Станислав Короп

Станислав Короп, Банк России: «В пилот XBRL мы пригласили только самых активных и неравнодушных участников»

Станислав Короп, Заместитель директора Департамента обработки отчетности Банка России

Беседовал: Сергей Вильянов, главный редактор Банкир.Ру

Заместитель директора Департамента обработки отчетности Банка России Станислав Короп рассказал Bankir.ru о текущем статусе проекта XBRL в России, о работе пилотных групп и о том, как Банк России поможет рынку освоить новый формат отчетности.

— В апреле нынешнего года мы уже встречались для обсуждения внедрения формата XBRL и создания российской юрисдикции. Что изменилось с тех пор?

— В июле нынешнего года Совет директоров Банка России одобрил создание постоянной юрисдикции XBRL.

Сейчас решаются последние формальности, идет финальная доработка пакета документов для государственной регистрации юридического лица в Министерстве юстиции, и в середине осени планируется официальное начало работы юрисдикции.

Юрисдикция XBRL - это независимое юридическое лицо в форме автономной некоммерческой организации «Центр по внедрению и развитию формата XBRL». Ее цели - поддержка и развитие XBRL в Российской Федерации, в том числе на межведомственном и межгосударственном уровне, стандартизация использования XBRL в нашей стране, сертификация программного обеспечения, а также образовательные инициативы.

Мы определились с членами наблюдательного совета, куда совершенно осознанно не приглашали представителей отрасли – будь то финансовые организации или IT-компании. Это было сделано во избежание конфликта интересов. В совет вошли сотрудники Банка России и федеральных органов исполнительной власти. Последнее связано с тем, что мы рассчитываем на продвижение XBRL в качестве формата межведомственного взаимодействия. Среди тех, кто разделяет наше отношение к перспективам XBRL в России, представители Минкомсвязи, Министерства экономического развития и Минфина. Возглавит совет первый заместитель председателя Банка России Ксения Валентиновна Юдаева. Президентом юрисдикции станет Владимир Масленников, проректор по научной работе Финансового университета при правительстве РФ. А сама юрисдикция будет находиться на территории этого учебного заведения.

— Другие экономические вузы не обидятся на ваш выбор?

— Финансовый университет – один из шести вузов, с которыми мы работали и работаем по теме XBRL. У нас нет никаких личных предпочтений, просто на каком-то этапе при взаимодействии с Финансовым университетом мы ушли в работе дальше и увидели чуть больше интереса к теме. Например, там в октябре начнет работать кафедра XBRL. Тем не менее, работа с другими вузами также продолжается.

— Какими функциями будет обладать юрисдикция XBRL в России?

— Помимо собственно функции представления официальных интересов XBRL в России, будет и немало других. В том числе ведение регистра и валидация всех индивидуальных расширений таксономии.

Наша таксономия закрытого типа, но компании, по мере получения опыта, будут создавать свои расширения XBRL и формировать надстройки для целей управленческого учета. Судя по мировому опыту, это нередко приводит к нарушению единства методологической базы внутри самой таксономии. Самый простой пример – когда компании внедряют в таксономию одни и те же термины, но называют их по-разному. Беспорядка допускать нельзя.

Именно поэтому юрисдикция будет заниматься согласованием и валидацией надстроек над таксономией XBRL.

Последующие расширения будут реализовываться на базе юрисдикции, а не на базе Банка России. Участники юрисдикции получат доступ к последним новостям и прочей информации по XBRL, также юрисдикция будет поддерживать различные инициативы в области профильного образования, включая разработку российского варианта сертификации XBRL.

Дополнительной задачей юрисдикции будет разработка концепции добровольной сертификации программного обеспечения. Мы видим, что IТ- вендоры активно разрабатывают свои продукты для работы с XBRL, и у многих уже готовы прототипы в разной степени проработки. Некоторые предлагают базовые build-in решения, полностью зависящие от типовых учетных систем. Но есть и отчуждаемое программное обеспечение, которое по функциональности аналогично или даже превосходит по ряду параметров конвертер Банка России.

— Интерес со стороны рынка есть?

— Перед тем, как принять окончательное решение об учреждении юрисдикции, мы провели опрос рынка на предмет того, кто готов в ней участвовать. Не хотелось создавать мертворожденную структуру. Более сотни компаний изъявили желание вступить в юрисдикцию, что очень неплохо. Особенно учитывая, что членство в организации будет платным.

— И сколько оно стоит?

— Предполагаемая стоимость базового уровня – 50 тысяч рублей в год, привилегированного членства – 70 тысяч. Пока это гораздо ниже обычной цены членства в саморегулируемой организации, но цена будет индексироваться по мере развития юрисдикции и ее возможностей.

Базовое членство обеспечивает доступ ко всем материалам и проектным версиям документов, приоритетное право на получение ответов на технические вопросы, связанные со спецификацией, а также с устройством и функционированием таксономии XBRL.

Никаких ограничений по приему нет. Двери открыты для всех, кому действительно интересна данная тема.

Привилегированные участники также получают право продвигать свои идеи формирования стратегии развития XBRL, выходя на прямой диалог с руководством юрисдикции. Предполагается, что таких участников будет не более 20-25. Следует сказать, что нельзя просто заплатить и стать привилегированным участником. Например, IT-вендору для получения такого статуса необходимо иметь в компании несколько сотрудников, обладающих международным сертификатом XBRL Foundation.

На сайте XBRL.ru скоро заработает форум для участников юрисдикции, который станет основным каналом связи с регулятором и платформой для обсуждений изменений.

— Давайте поговорим о конвертере, разработанном Банком России. Пока он остается единственным инструментом для работы с XBRL. Какие отзывы приходят от пользователей?

— Программное обеспечение «Конвертер» для преобразования отчетных данных в формат XBRL, валидации отчетных данных согласно таксономии и формирования пакета отчетности для отправки в Банк России было опубликовано на сайте Банка России в августе 2017 года. С тех пор его уже успели обновить. Пользователи очень активны, мы получаем в день до 50 вопросов по нюансам использования ПО и таксономии. Работает ПО на операционной системе Windows.

Используя опубликованные с актуальной версией таксономии табличные аннотированные шаблоны визуализации таксономии, модель данных таксономии, а также ПО «Конвертер», поднадзорные организации уже сейчас могут и должны начать тестирование процесса формирования модели данных и пакета отчетности в формате XBRL.

К достоинствам ПО «Конвертер» можно отнести полный пакет документации и поддержку со стороны Банка России. В поставку ПО «Конвертер» входит детальная технологическая инструкция, руководство программиста и пользователя, где подробно описан процесс работы с ПО. В том числе - возможные причины ошибок и методы их устранения. Все это должно оперативно помочь как IT-специалистам на стороне НФО, так и специалистам со стороны бизнеса, участвующим в проекте по внедрению XBRL в НФО.

Однако уже выявлены определенные ограничения – в частности, недостаточная простота заполнения данных. Нынешняя версия предлагает заполнять древовидную структуру массива информации, тогда как участникам рынка удобнее и привычнее заполнять формы. И сама таксономия это позволяет.

Поэтому на ноябрь 2017 года запланирована публикация бесплатного ПО «Анкета-редактор XBRL», которое будет обладать расширенным набором функций по сравнению с ПО «Конвертер». И позволит использовать табличные аннотированные шаблоны визуализации таксономии для подготовки отчетных данных.

Реализацию форм в таксономии можно назвать определенным отходом от идеи датацентричности, лежащей в основе XBRL. Однако внутри самой таксономии все остается согласно канонам. Мы считаем важным в первые годы упростить ввод данных при формировании отчетности в новом формате. И, конечно, делать это через формы проще.

— Когда ждать финальную таксономию?

— Согласно планам, она выйдет 31 октября. Финальная версия не будет радикально отличаться от ее предварительной версии, опубликованной 31 июля текущего года. Кроме того, 31 августа на сайте Банка России была опубликована версия предфинальной таксономии, в которую была добавлена поддержка тэгов надзорной отчетности для управляющих компаний (УК).

В октябре у нас запланирован очередной пилотный сбор, который также будет базироваться на последней версии предфинальной таксономии.

Затем отработка нюансов и мелочей. И в конце месяца - финал.

— Когда мы говорим о финальной версии – это значит, что в ней все будет зафиксировано на годы и десятилетия?

— Скажем так – на полгода точно. Согласно регламенту, таксономия будет меняться минимум два раза в год, насыщаясь новыми надзорными требованиями, учитывая новые требования по плану счетов и т.д. Возможны и более частые обновления в случае изменения федерального законодательства. Но даты плановых выпусков уже известны – это 28 февраля и 31 августа 2018 года с датами вступления новой версии таксономии в силу 1 июля 2018-го и 1 января 2019 года соответственно.

— Кроме собственно таксономии и соответствующего ПО, есть еще нормативные акты. Насколько объемные это документы? Сколько времени может уйти на знакомство с ними?

— Нормативный акт по XBRL – это очень объемный документ. Везде, где возможно, мы отсылаем к уже существующим отраслевым стандартам – по бухгалтерско-финансовой отчетности и т.д. – чтобы ничего не дублировать.

В августе Банк России опубликовал проекты нормативных актов, устанавливающих требования к отчетности в формате XBRL для страховщиков, негосударственных пенсионных фондов, профессиональных участников рынка ценных бумаг, организаторов торговли, клиринговых организаций и лиц, осуществляющих функции центрального контрагента.

Нормативные акты устанавливают формы, сроки и порядок составления и представления в Банк России статистической, надзорной и бухгалтерской (финансовой) отчетности в виде списка показателей в разрезе аналитических признаков. Ключевой новацией станет обязанность участников рынка сдавать отчетность не в виде форм, а в виде массива данных. В этом, как мы уже говорили, сама суть XBRL. Также нормативные акты содержат перечень примерной группировки показателей отчетности и счетов бухгалтерского учета в целях проверки достоверности и сопоставимости отчетных данных.

Указанная отчетность будет представляться в Банк России в форме электронных документов, подписанных усиленной квалифицированной электронной подписью через личный кабинет участника финансового рынка. Формировать электронные документы с отчетностью участники финансового рынка будут посредством актуальной версии таксономии XBRL, размещенной на сайте Банка России.

Вступление в силу нормативных актов по XBRL запланировано на 1 января 2018 года.

— Как проходила работа пилотной группы? Порадовал ли уровень активности участников?

— До запуска пилотного проекта и, соответственно, создания пилотной группы мы собирались в рабочем порядке. И на этом этапе выявлялись как наиболее, так и наименее активные участники. Например, некоторые компании заявили об участии, но не прислали представителей ни на одно заседание рабочей группы.

В пилот XBRL мы пригласили только самых активных и неравнодушных участников. Таковых более двадцати. Они очень плотно отрабатывают все требования и строго спрашивают с нас за ошибки. С ними очень трудно и одновременно приятно работать, потому что люди реально вкладывают большие ресурсы в развитие XBRL в России. Цель пилотного проекта - тестирование таксономии и технологической платформы Банка России, а также проверка IT-систем и процессов в самих пилотных компаниях.

В различные периоды времени проведены тестовые сборы отчетных данных. Сначала для тестирования таксономии пилотные организации заполняли специальные шаблоны. Затем в несколько шагов представляли пакеты, содержащие отчетные файлы в формате XBRL.

На основе опыта, полученного в ходе пилота, мы в конце октября выпустим учебный курс, как заполнять таксономию. С большим количеством примеров. Это будет комплекс лекций в аудио и видео-форматах, прочитанный непосредственными разработчиками таксономии. Продолжительность курса – около 5 часов.

Также в конце октября проведем цикл практических семинаров по сдаче отчетности в формате XBRL. Форма очно-заочная, то есть на них можно будет прийти, но онлайн-трансляция будет и в Интернете. Планируется охватить 80-90% профильных участников рынка.

Компании, внедряющие XBRL, уже сегодня планируют использование формата не только для отчетности, но и для управленческого учета, формирования отчетности для материнских структур и т.д. Формат не воспринимается как дополнительная надстройка и какая-то причуда. Мы видим, что у людей горят глаза. Не меньше, чем у команды в Банке России, которая запускает и развивает проект. И это одна из главных наград для нас на текущей финальной стадии.

Реюньон > Финансы, банки > bankir.ru, 9 октября 2017 > № 2343164 Станислав Короп


США > Образование, наука. Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 9 октября 2017 > № 2343096 Ричард Талер

«Потрачу $1 млн иррационально»: Нобелевскую премию по экономике дали за теорию принятия решений

Андрей Злобин

редактор Forbes.ru

Профессор Чикагского университета Ричард Талер нашел закономерность в том, что люди при принятии финансовых решений руководствуются не экономической логикой, а сиюминутными настроениями. И это справедливо как для домохозяек,так и для инвесторов

Нобелевская премия по экономике 2017 года присуждена 72-летнему профессору Чикагского университета, американцу Ричарду Талеру «за исследования в области поведенческой экономики». Об этом объявил в понедельник, 9 октября, Нобелевский комитет Королевской академии наук Швеции.

По мнению Нобелевского комитета, в исследованиях Талера речь идет об интеграции экономики с психологией. «Ричард Талер ввел психологические и эмоциональные факторы в анализ принятия индивидуальных решений в области экономики», — отмечается в заявлении Нобелевского комитета. Изучая последствия ограниченной рациональности, социальных предпочтений и отсутствия самоконтроля, Талер сумел показать, как эти человеческие черты оказывают систематическое влияние на принимаемые человеком индивидуальные решения и на ситуацию на рынке.

В заявлении Нобелевского комитета говорится, что Талер разработал теорию «умственной бухгалтерии», которая объясняет, как люди упрощают для себя принятие финансовых решений, создавая в своем сознании отдельные счета, уделяя особое внимание узкому влиянию каждого отдельного решения, а не их общего эффекта. Он также показал, как нежелание понести потери может объяснить то, почему тот или иной предмет имеет в глазах человека более высокую ценность, когда они им владеют, чем когда его у них нет (Талер назвал этот феномен «эффектом собственности»).

В своих исследованиях Талеру удалось показать, как чувство справедливости потребителей может заставить компании отказаться от повышения цен, несмотря на возрастающий спрос на те или иные продукты или услуги. Он был одним из первых исследователей поведенческого финансирования, который изучает, как когнитивные ограничения влияют на финансовые рынки.

Талер убежден, что поведение инвесторов определяется зачастую незначительными факторами, вызванными эмоциями и настроениями, погодой на улице или даже тем, голоден он или сыт в момент принятия решения. Изучая такой феномен, как отсутствие самоконтроля при принятии решений в канун, например, Нового года, Талер показал, что сиюминутные соблазны влияют на процесс финансового планирования.

«В общей сложности вклад Ричарда Талера создал мост между экономическим и психологическим анализом индивидуальных решений. Его эмпирические выводы и теоретические идеи сыграли важную роль в создании новой и быстро расширяющейся области поведенческой экономики, которая оказала глубокое влияние на многие области экономических исследований и политики», — отмечается в заявлении Нобелевского комитета.

Сам Талер во время телефонной пресс-конференции в Нобелевском комитете заявил, что потратит полученный в виде премии $1 млн так, как предписывают его исследования. «Я попытаюсь потратить деньги как можно более иррационально», — приводит его слова газета New York Daily News.

Ричард Талер родился в 1945 году в США. Сейчас работает в Чикагском университете. Был одним из советников президента США Барака Обамы. Вместе с другим советником Обамы юристом Кассом Санстейном написал в 2008 году бестселлер о поведенческих финансах «Подталкивание: как улучшить решения о здоровье, богатстве и счастье» (Nudge: Improving Decisions about Health, Wealth, and Happiness).

Премия памяти Альфреда Нобеля

Премия по экономике не была упомянута в завещании Альфреда Нобеля от 1895 года. Ее учредил в 1968 году в честь своего 300-летия и в память о знаменитом изобретателе и бизнесмене Банк Швеции. Официально она называется премией Шведского государственного банка по экономическим наукам памяти Альфреда Нобеля. Ежегодно банк перечисляет Нобелевскому фонду сумму, равную одной Нобелевской премии.

В этом году сумма премии по экономике, как и других Нобелевских премий, равняется 9 млн шведских крон ($1 млн). Церемония награждения традиционно состоится 10 декабря, в день кончины Альфреда Нобеля (1833–1896).

Из 78 обладателей Нобелевской премии по экономике 57 являются американцами. Лишь один раз, в 2009 году, лауреатом стала женщина — Элинор Остром. В 1975 году лауреатом Нобелевской премии стал советский экономист Леонид Канторович «за вклад в теорию оптимального распределения ресурсов». Два раза премии удостаивались выходцы из России: в 1971 году американец Саймон Кузнец, родившийся в городе Пинске, расположенном на территории современной Белоруссии. И в 1973 году — американец Василий Леонтьев, родившийся в Петербурге.

В 2014 году Нобелевскую премию по экономике получил французский ученый Жан Тироль за «анализ рыночного влияния и регулирования».

Лауреатом Нобелевской премии по экономике за 2015 год стал экономист Принстонского университета Ангус Дитон. Награда ему была присуждена за его исследования в области потребления, бедности и благосостояния. «Для разработки экономической политики, которая повышает благосостояние и снижает бедность, мы должны в первую очередь понять индивидуальные потребительские вкусы. Дитон улучшил это понимание больше, чем кто-то другой», — говорилось в заявлении Нобелевского комитета при объявлении лауреата.

В 2010 году Дитон совместно с социологом Даниэлем Каннеманом выпустил работу, доказывающую, что удовлетворенность жизнью растет вместе с доходами, но только до уровня $75 000 на семью в год. Когда денег больше, вы сможете купить дополнительные удовольствия, но ценить их будете ниже, отмечалось в исследовании.

В 2016 году Нобелевская премия по экономике была присуждена профессору Гарвардского университета 68-летнему британцу Харту и профессору Массачусетского технологического института 67-летнему уроженцу Хельсинки Хольстрему «за их вклад в теорию контрактов». Харт и Хольмстрем разработали новые теоретические инструменты, имеющие важное значение для понимания контрактов, встречающихся в реальной жизни, и раскрывающие потенциальные проблемы при составлении контракта, говорилось в заявлении на сайте Нобелевского комитета.

США > Образование, наука. Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 9 октября 2017 > № 2343096 Ричард Талер


Россия > Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > inosmi.ru, 9 октября 2017 > № 2343069 Леонид Бершидский

Какого российского сговора стоит опасаться

Почему западные правительства не предпринимают дополнительных мер для того, чтобы остановить приток российских денег, отравляющих их экономику?

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

Забудьте троллей в Twitter, рекламные объявления в Facebook и многоязычные пропагандистские веб-сайты — самая большая российская угроза для западных демократий связана с огромным количеством наличных денег, которые русские вывозят из своей страны и хранят на Западе. Коррупционный потенциал этих денег почти безграничен, однако и становящаяся все более изоляционистской Россия, и все более антироссийский Запад мало делают для того, чтобы перекрыть этот поток.

В своем недавно опубликованном исследовании Томас Пикетти (Thomas Piketty), Филип Новокмет (Filip Novokmet) и Габриэль Зукман (Gabriel Zucman) провели оценку офшорного капитала российских компаний и бизнесменов и пришли к выводу о том, что он составляет около 1 триллиона долларов, что сопоставимо со всем внутренним богатством, которым располагают российские граждане. В этом главная причина нынешней российской ситуации — если бы из страны утекло меньше денег, то это стало бы основой для масштабного экономического бума, который мог бы привести к политической либерализации.

Однако эти деньги отнюдь не безобидны для принимающих стран. Ими подпитываются сотни недобросовестных юристов и банкиров, которые формируют транснациональные коррупционные сети, способствующие уклонению от налогов. Недавно бывший федеральный канцлер Германии Герхард Шредер согласился занять пост председателя правления российской государственной нефтяной компании «Роснефть», и этот его шаг нанес более серьезный удар по Социал-демократической партии Германии, чем это сделало бы любое количество российской пропаганды. Старые сделки семьи Трампа с участием «русских денег» выглядят намного более сомнительными, чем все, что делал Дональд Трамп в ходе президентской кампании 2016 года. Туманные связи с «русскими деньгами» были также использованы для проведения атаки на Хиллари Клинтон.

Российский президент Владимир Путин вроде бы заинтересован в том, чтобы эти деньги вернулись в страну. В своем ежегодном послании Федеральному Собранию в 2012 году Путин пожаловался на то, что девять из 10 значительных сделок с участием российских компаний были проведены вне пределов российский юрисдикции и призвал к «деофшоризации». Спустя год он предложил лишать государственных контрактов и кредитов государственного банка зарегистрированные за границей компании с российскими активами. В конце 2014 года, после того как в отношении России стали применяться санкции из-за аннексии Крыма и ведения военных действий с целью отделения восточной части Украины, Путин подписал жесткий закон, направленный против офшоров. В соответствии с этим законом, контролируемые российскими бенефициарами иностранные компании должны платить российские налоги. Однако, как это происходит со многими другими законами в России, он просто создал дополнительные возможности для оказания избирательного давления на бизнесменов. Не было никакой масштабной репатриации денег или юридических лиц. Обладающая хорошими связями юридическая фирма «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» ранее в этом году опубликовала исследование, из которого следует, что лишь 20% владельцев офшорных компаний закрыли свои иностранные филиалы. Еще 40% предпочли переместиться за границу, тогда как остальные подкорректировали свои юридические документы для того, чтобы обойти новый закон.

Российское правительство, на самом деле, не хочет еще больше затягивать гайки. Оно только что отвергло план, предложенный Министерством финансов и Министерством экономического развития, предусматривавший перевод «системных» компаний в российскую юрисдикцию. На долю этих 199 компаний приходится 70% корпоративных доходов и около 20% используемой рабочей силы. В их число входят производители электроэнергии, ритейлеры, телекоммуникационные фирмы — все они находятся в собственности офшорных компаний или проводят через них значительную часть своих сделок. Первый вице-премьер Игорь Шувалов сообщил Путину о том, что прекращение этой практики ослабит конкурентные возможности «системных» компаний на международной арене, а также помешает заключению важных иностранных контрактов.

Аргумент Шувалова имеет смысл, потому что Россия на самом деле использует аутсорсинг и перемещает экономическую справедливость в другие страны. Российские суды и правоприменительная практика не способны гарантировать права собственности и выполнение контрактов. Поэтому российские компании — включая государственные, в том числе такие нефтегазовые гиганты как Газпром и Роснефть — вынуждены действовать за пределами российской юрисдикции, то есть там, где нормальные контрактные отношения защищаются западными законами и судами. Официальное объяснение состоит в том, что западные партнеры не доверяют российским судам — но даже правительственные чиновники, не говоря уже о российских бизнесменах, им не доверяют. Именно поэтому лондонские суды, в конечном счете, решают споры между российскими компаниями, не работающими в Соединенном Королевстве.

Вместо того чтобы препятствовать такого рода аутсорсингу правосудия, западные страны пытаются распространить его не те сферы, в которых российское правительство хотело бы сохранить свою юрисдикцию — например, в области прав человека. В этом состоит функция Закона Магницкого и подобного законопроекта, принятого в среду в Канаде. Эти законы запрещают въезд конкретным лицам и замораживают активы тех чиновников, которые, как считается, виновны в нарушении прав человека — эти люди не обвинялись никакими судами, а были просто определены правительствами. Таким же образом действуют персональные санкции, вводимые в отношении граждан России с 2014 года.

Кремль резко протестует против подобных мер, однако, на самом деле, у него нет особых оснований для того, чтобы жаловаться — западные нации, в действительности, находятся в сговоре с ним. Что касается прав человека, то тут речь идет об оценочном восприятии, а не о блокировании подозрительных русских денег. Произвольный выбор нескольких сотен человек, которым закрывается въезд, не способен перекрыть существующий поток. В лучшем случае эти люди просто переводят свои активы в другие юрисдикции и находят другие места для отдыха, тогда как тысячи других людей — столь же коррумпированных и включенных в кремлевскую систему — продолжают использовать Запад в своих целях. Недавно проведенное расследование относительно собственности в Италии пресловутого московского телевизионного пропагандиста Владимира Соловьева является лишь одним из последних примеров.

Этот западный сговор, который все могут видеть, является худшим в своем роде. Сами западные правительства должны провести расследование офшорных схем и тех путей, с помощью которых российские споры решаются в западных судах, а сомнительные русские деньги хранятся в Европе и в Соединенных Штатах. Сегодня подобного рода расследования по какой-то странной причине не приносят значимых результатов. Ранее в этом году немецкий банк Deutsche Bank согласился выплатить 630 миллионов долларов по искам в Соединенных Штатах и в Соединенном Королевстве по поводу «зеркальной торговли» — речь идет об явных мошеннических сделках, которые позволили клиентам этого банка вывести из России около 10 миллиардов долларов. Таким образом, Deutsche Bank закрыл это дело — однако 10 миллиардов, судя по всему, исчезли. Но это не было предметом расследования.

Такого рода деньги являются ядовитыми для экономических вен Запада. Им позволено перемещаться без существенных ограничений — нынешние «санкции» и «Закон Магнитского», нельзя рассматривать как такого рода препятствия, — а кремлевская система может в той или иной мере функционировать как и раньше, покупая влияние и расширяя свои экономические возможности. Западу следует проявить больший интерес к российской «деофшоризации», чем это делает Путин.

Высказанные в этой статье взгляды не обязательно отражают позицию редакционной коллегии, компании Bloomberg LP или ее владельцев.

Россия > Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > inosmi.ru, 9 октября 2017 > № 2343069 Леонид Бершидский


Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 6 октября 2017 > № 2340782 Ольга Скоробогатова

Строим песочницу: надо ли регулировать криптовалюты в России?

Юлия Лю, редактор направления IT и инноваций

Нужно ли регулировать использование криптовалют и как правильно это делать? На этот вопрос ответили участники проходящего в Сочи форума инновационных финансовых технологий «Финополис».

«Нам нужно определить правовое поле»

Ольга Скоробогатова, первый заместитель председателя Банка России:

— У меня нет иллюзии, что распределенные реестры заменят все и навсегда. Эта технология будет использоваться предметно - там, где можно обеспечить среду доверия. Нужно обсуждать, какой из видов распределенных реестров, которых много на рынке, подходит.

Криптовалюта стала популярна, потому что она анонимна и трансгранична. Это облегчает жизнь и хорошим людям, и злоумышленникам. Пока вопросов серых зон больше, чем вопросов применения криптовалют в реальном секторе.

Государства должны договориться о существовании валюты в определенном пространстве. На первый план встает вопрос, кто является гарантом правомерности применения крипотовалюты. Нам нужно определить правовое поле, ввести понятия, пилотировать технологии. По некоторым данным, 99% ICO – это мошенничество.

«Пользы от криптовалюты я пока не вижу»

Андрей Луговой, депутат Госдумы:

— Государственной валютой РФ является рубль. Наличие криптовалюты подрывает денежную систему страны. Главные особенности криптовалюты - анонимность и трансграничность - приводят к тому, что она становится предметом и орудием преступления.

Пользы от криптовалюты я пока не вижу. Что касается вреда, мы не можем привести статистику, каким образом отмываются нелегальные деньги. Регулятор должен, в первую очередь, подумать о защите граждан, которые могут под вилянием ажиотажного спроса оказаться втянуты в сомнительные операции. Если невозможно идентифицировать участников сделки с деньгами, значит она сомнительна. Поэтому нужно активно двигаться в вопросах законодательного регулирования криптовалюты.

«Нельзя запретить то, что не описано»

Ольга Дергунова, заместитель президента-председателя правления Банка ВТБ:

— Введение любого нового инструмента, будто то цифровые валюты, цифровые активы, всегда порождает класс инвесторов, готовых использовать этот инструмент. Банки начинают зарабатывать, инвестор начинает зарабатывать, появляется новый рынок, поэтому введение новых инструментов всегда полезно. Вопрос, какой это должен быть инструмент. Цифровые активы, которые должны быть записаны в законодательстве, помогут значительному усилению цифровых активов в экономике. Будет ли это валюта или другой инструмент, регулирование вводить надо. Но перед этим нужно построить песочницу и поэкспериментировать. Нельзя запретить то, что не описано. У каждого свое определение того, что такое цифровые активы, криптовалюты и цифровые деньги.

«Мы заинтересованы в промышленном развитии технологии блокчейн»

Эдди Астанин, председатель правления НРД:

— Мы проповедуем достаточно прагматичный подход в отношении финтеха и, в частности, блокчейна. Учетная система для цифровых активов может быть построена и это будет иметь значимые последствия для финансового рынка России.

Кто создал систему, тот и будет ее оператором, как бы противоречиво это ни звучало по отношению к распределенным системам.

Мы заинтересованы в промышленном развитии технологии блокчейн. Мы апеллируем к нашим регуляторам, чтобы они внесли законодательные инициативы, определяющие порядок проведения операций, тогда технология будет иметь прикладной характер. Мы уверены, что технология смарт-контрактов революционна и несет ценность с точки зрения снижения издержек и гарантий исполнения.

Я предлагаю криптовалюты оставить коллегам из Японии, раз уж они их разрешили. Пусть они набьют шишки и поделятся с нами опытом.

«ICO нужно контролировать, чтобы мы могли следить за тем, что происходит с деньгами»

Йорг Молт, генеральный директор и основатель Satoshi School:

— В Китае запретили ICO, сейчас мир обратил свой взгляд на Россию. ICO нужно контролировать, чтобы мы могли следить за тем, что происходит с деньгами. Это способ регулирования. Во всем мире должна быть единая система налогов на криптовалюты, чтобы никто не мог отказаться их платить. Как, например, сейчас в Германии все платят за радио и телевидение вне зависимости того, слушают ли они радио и смотрят ли ТВ.

«Минимальное регулирование необходимо»

Мамору Фудзимото, исполнительный директор SBI Holding:

— Я не сторонник излишней зарегулированности, но минимальное регулирование необходимо. Криптовалюты – спекулятивные инструменты, они не предназначены для платежей. Более 90% покупатели биткоинов покупают их потому, что они повышаются в цене. С юридической точки зрения, криптовалюты не являются электронными деньгами. Криптовалюта может эмитироваться без обеспечения активами, обычно обеспечение равно нулю. Криптовалюта имеет стоимость, потому что люди верят в то, что она имеет ценность.

Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 6 октября 2017 > № 2340782 Ольга Скоробогатова


Украина > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции. СМИ, ИТ > interfax.com.ua, 5 октября 2017 > № 2353953 Миндаугас Бакас

Глава НДУ: Суть предстоящих изменений – поменять бизнес-процессы, которые в дальнейшем определят развитие продуктов и услуг в депозитарной системе Украины

Блиц-интервью председатель правления Национального депозитария Украины (Центральный депозитарий) Миндаугаса Бакаса агентству "Интерфакс-Украина"

- Недавно между Национальным банком и Нацкомиссией по ценным бумагам и фондовому рынку был заключен меморандум о взаимопонимании относительно сотрудничества в развитии инфраструктуры рынка капиталов в Украине. Могли бы вы рассказать, на какой период рассчитан документ, каковы дальнейшие этапы развития инфраструктуры?

- В первую очередь, хочу обратить внимание, что этот меморандум – это соглашение, каким образом два регулятора – НБУ и НКЦБФР - намерены развивать рынок капитала, и что для этого необходимо.

Второй важный для нас как Центрального депозитария момент, это то, что и Нацбанк и Нацкомиссия являются нашими собственниками от имени государства и участвуют в нашем управлении. И здесь тоже очень важно, что есть взаимопонимание акционеров, которое понадобится для принятия важных решений в НДУ.

Хронология выполнения в самом меморандуме детально не прописана. В то же время в тексте документа есть привязка к Стратегии устойчивого развития "Украина-2020", в одном из пунктов которой определена во времени консолидация депозитария НБУ и НДУ до 2020 года, что является финальным этапом реформы.

Логично, что следующий этап развития инфраструктуры - обновление бизнес-процессов, смена программного обеспечения на основании нового законодательного регулирования, в результате чего появятся новые услуги и новые возможности.

- Тогда, следует понимать, первый шаг в достижении этой цели состоит именно в обновлении программного обеспечения?

- Суть предстоящих изменений – поменять бизнес-процессы, которые в дальнейшем определят развитие продуктов и услуг в депозитарной системе. То есть, будет создана новая инфраструктура, на которой участники рынка, такие как банки, брокеры, инвестиционные фонды, дальше смогут строить свои инструменты. Программное обеспечение – это только инструмент, с помощью которого мы хотим поменять бизнес-процессы, и его обновление - это определенная стратегическая инвестиция для депозитария и для всего рынка. Мы инвестируем в фундамент, чтобы другие могли строить на нем свой бизнес.

Программное обеспечение, которое сейчас использует Национальный депозитарий, является для нас ограничением, если говорить о дальнейшем развитии: его сложно модернизировать по техническим причинам. Помимо того, сама наша инфраструктура - не самая гибкая, и некоторые вещи не соответствуют стандартам, которых ищут иностранные инвесторы.

- Вы уже перешли ко второму этапу конкурса – отобрали пять предложений. Можете сообщить, о каком диапазоне инвестиций идет речь, исходя из отобранных предложений?

- Диапазон я пока не могу раскрыть, поскольку все еще ведем переговоры, и это может повлиять на процесс. Когда мы примем решение, эта информация будет обнародована. Это значительная сделка, которую мы будем обязаны раскрыть.

- Кто в этой сделке выступит инвестором? Возможно, ваш основной акционер - Национальный банк?

- Согласно нашим расчетам, нам должно хватить собственных средств.

- Как отразится новое программное обеспечение на других участниках рынка? Вы уже анализировали, какое программное обеспечение есть у депозитариев и скольким из них потребуется обновление или замена программного обеспечения?

- Это один из результатов, которого мы нацелены достичь через изменение бизнес-процессов. У нас сегодня очень неправильная ситуация, когда мы говорим о взаимодействии между участниками рынка и Центральным депозитарием. Сейчас мы предоставляем всем участникам – а их свыше 200 - программное обеспечение, на котором они работают. Мы поддерживаем программное обеспечение, и это влечет большие расходы - как временные, так и человеческие.

Помимо того, такое взаимодействие накладывает на нас определенные ограничения. Например, если смотреть в будущее, оно ограничивает возможность иностранных участников выйти на украинский рынок и установить с нами определенные корреспондентские отношения. В этом смысле мы хотим использовать стандартную модель, когда депозитарное учреждение общается и взаимодействует с Центральным депозитарием в форме сообщений на базе технологии SWIFT. Это не обязательно означает использование самого SWIFT, а только структура сообщений, определенные инструкции, которыми обмениваются центральные депозитарии с участниками. Для того чтобы внедрить такую модель взаимодействия, участники должны иметь свое программное обеспечение как для учета ценных бумаг, так и для общения с Центральным депозитарием. При этом если общение в форме сообщений мы будем пытаться предоставить в форме так называемого "клиентского кабинета" (при рассмотрении предложений о поставке программного обеспечения, одним из требований является, чтобы участники имели такой доступ к системе, чтобы облегчить транзит сообщений), то вопрос учета ценных бумаг депозитарные учреждения должны решать сами.

Мы знаем, что некоторые более крупные депозитарные учреждения уже имеют свои системы для учета, и сегодняшний программный модуль НДУ, который установлен у них, это дополнительный слой интеграции, который только усложняет движение информации к конечному бенефициару. С новым программным обеспечением мы эти сложности убираем, так как большинство депозитариев должно будет либо выбрать определенное программное обеспечение или внедрить процессы, которые позволят правильно учитывать ценные бумаги. Здесь мы будем очень тесно работать как со всеми участниками, так и с регулятором, чтобы прописать требования, что это должно быть – или программное обеспечение, или определенные процессы, чтобы они могли соответствовать требованиям учета ценных бумаг.

- О каких процессах идет речь? Могли бы вы более детально пояснить этот момент?

- Сегодня у нас есть закон и определенные правила депозитарной деятельности, где прописан порядок их взаимодействия. Это и есть процессы. В новой модели взаимодействия мы, по сути, будем начинать с "чистого листа" и прописывать все процессы, как они будут отражаться и в депозитарии и у участников.

- Отразится ли обновление программного обеспечения Центрального депозитария на деятельности бирж?

- Мы не будем требовать, чтобы биржи каким-то образом менялись. Мы ищем такую систему, которая могла бы взаимодействовать разными способами и с разными источниками информации, и здесь я имею в виду биржи. Сейчас разные биржи имеют разные платформы и общаются с центральным контрагентом – Расчетным центром. Будущая новая система тоже должна это понимать.

- На какой рынок ориентированы меморандум, новое программное обеспечение в целом? Мы сейчас видим, что рынок акций почти отсутствует, рынок корпоративных облигаций тоже не столь активен как раньше. Остаются облигации внутреннего государственного займа и инвестиционные сертификаты. Каковы ваши планы относительно загрузки будущей инфраструктуры?

- Как я упомянул, в Стратегии устойчивого развития "Украина-2020" заложена цель по консолидации депозитарной системы. Такая консолидация будет осуществляться на базе Национального депозитария Украины, поэтому мы готовимся к тому, чтобы принять в депозитарную систему облигации внутреннего государственного займа и правильно их обслуживать.

Есть определенный список требований от Национального банка, включая технические аспекты, которые мы как депозитарий должны выполнить. Это и стабильность, это и гибкость системы, и прочие. Поэтому основной целью является именно консолидированный рынок, чтобы все ценные бумаги учитывались в одной системе.

- А что говорит Нацкомиссия? Ведь вся эта инфраструктура весьма сложная и ресурсоемкая. Если объем операций будет соответствовать текущему уровню, транзакционные расходы окажутся слишком высокими. Возможно, ожидается развитие рынка деривативов, товарных рынков?

- Да, мы, безусловно, поддерживаем контакт с Нацкомиссией и следим за ее инициативами.

Что касается деривативов, то для Центрального депозитария они не являются объектом бизнеса и регистрации в депозитарной системе. В то же время постоянно поднимается вопрос о запуске складских расписок, которые, возможно, если этот сегмент будет развиваться, приобретет тело, то есть станет секьюритизированным, тоже могли бы сразу стать частью депозитарной системы.

В целом суть этих изменений - и бизнеса и IT-инфраструктуры - в том, что депозитарий должен стать гибким и способным принять любые инструменты, которым потребуется инфраструктура Центрального депозитария. Сейчас мы говорим о складских расписках. Если в течение пяти лет появятся другие инструменты, депозитарная система должна будет готова их принять. Мы сейчас даже не можем четко спрогнозировать, какие это будут инструменты. Но мы четко знаем, что нам нужна такая система, которая могла бы сразу, подчеркну - сразу, принять их, поскольку срок запуска новых инструментов на нашем рынке очень важен. Есть так называемое "окно возможностей", которое если пропустишь, тогда либо инвесторы ушли, либо регулирование поменялось. Мы должны работать вместе с бизнесом и, соответственно, быть гибкими к условиям работы. Поэтому мы считаем, что нельзя сравнивать сегодняшний рынок, объем доходов на этом рынке и инвестиции. Мы смотрим в будущее.

- Как быстро вы рассчитываете запустить новое программное обеспечение?

- У нас цель запустить новое программное обеспечение и новые бизнес процессы в 2019 году.

- В начале или в середине 2019 года?

- Вот именно, акцент на "в"… По моим оптимистическим оценкам, это должна быть середина 2019 года. Времени очень мало: для этого нужно будет много общаться с участниками рынка и регуляторами. Тем не менее, перенастроить весь депозитарий – это наша амбициозная цель. Поэтому мы планируем и работаем над ее достижением, мы собираемся стать дискуссионной площадкой для всех участников рынка. Мы будем создавать рабочие группы - они уже работают в определенном формате - приглашать все стороны и обсуждать будущие изменения, чтобы выработать максимально правильные решения, которые нужны украинскому рынку.

- Требуют ли будущие изменения каких-либо изменений в законодательстве?

- Да, требуют. По нашим сведениям, Нацкомиссия по ценным бумагам уже участвует в проекте по разработке проекта нового закона о депозитарной деятельности. То есть, это не просто изменения в действующий закон, это создание нового закона о депозитарной деятельности. Общие вводные в этом новом законе будут основаны на практике и законодательстве стран европейского союза, в том числе на документах ECSDA (European Central Securities Depositories Association), на Принципах построения инфраструктуры финансового рынка (PFMI IOSCO).

Так что регулятор сейчас пытается построить законодательную базу, мы потом будем участвовать в доработке этого законопроекта, в результате у нас должна появиться основа для построения европейских бизнес-процессов и европейского рынка.

- Когда ожидается завершение работы над этим документом?

- Насколько мне известно, публичное обсуждение этого законопроекта планируется до конца этого года.

- Меморандум, в том числе, предусматривает ликвидацию клиринговой монополии в Украине. Существуют ли какие-либо ориентиры, когда предполагается выполнение этой части документа?

- Здесь, в первую очередь, нужно понимать, что функция клиринга сегодня в законодательстве прописана не очень точно. Она совмещена с функцией денежных расчетов, из-за чего возникла монополия Расчетного центра. У нас так сложилось исторически, и это тормозит развитие рынка. Нужно менять законы, что, как мы все знаем, очень сложно. Тем не менее, регуляторы планируют убрать эту монополию до середины 2018 года.

- Вы уже общались с какими-либо участниками, украинскими или зарубежными, представляющими клиринговые услуги, которым был бы интересен украинский рынок?

- Скажем так, вход иностранных клиринговых учреждений, в моем понимании, не является целью. Также, в моем личном понимании, зайти на рынок иностранному клиринговому учреждению очень сложно, я имею в виду сегодняшнюю ситуацию в Украине и действующие в отношении движения капитала ограничения. Поэтому мы концентрируемся не на самом клиринге, а на взаимодействии Центрального депозитария с функцией клиринга, которую, как мы понимаем, Расчетный центр будет и далее выполнять.

- Национальный банк сейчас ведет переговоры с Clearstream об открытии депозитарию НБУ так называемого "линка". Вы участвуете в этих переговорах? Как в дальнейшем будут строиться взаимоотношения двух депозитариев?

- Да, мы знаем, что такие переговоры ведутся, но мы как Национальный депозитарий не участвуем в них.

- Отступая от темы меморандума… Не так давно в Украине была совершена широкомасштабная хакерская атака, заблокировавшая на некоторое время деятельность НДУ. Интересует, были ли потери в реестре, и если да, удалось ли вам его восстановить?

- Должен, в первую очередь, поправить, что мы не были полностью заблокированы. Да, мы отключили доступ, когда поняли, что происходит широкомасштабная атака по всей стране. Но на следующий рабочий день мы восстановили деятельность и запустили все бизнес-процессы. Мы не потеряли никакой информации, реестров или операций, транзакций, которые были введены в депозитарную систему. Сложности были, но наша IT команда очень оперативно сгруппировалась и ликвидировала последствия.

- Раньше существовала еще такая проблема, как учет неактивированных счетов, своего рода "мертвых душ". Как решается указанная проблема сейчас, и как будет решаться с новым программным обеспечением?

- Юридически ничего не измениться. Это все еще будут собственники акций, которые не пришли и не подписали контракт. Насколько мне известно, существуют определенные инициативы возможного выкупа таких акций, но это уже другие процессы. Для депозитарной системы, в том числе после обновления программного обеспечения, этот вопрос остается актуальным, поскольку у нас очень много счетов на уполномоченном хранении – это функция, когда нам передаются счета от депозитарных учреждений, которые уходят с рынка. Мы еще не определились, каким образом мы будем технически решать эту проблему, а юридически, я так понимаю, они (неактивированные счета – ИФ) никуда ни денутся.

- Последний вопрос. Вы один из последних экспатов в Украине. Имеете ли вы необходимую поддержку для дальнейших изменений?

- Я себя не чувствую экспатом. Я полностью погрузился в работу, в реалии Украины, и у меня нет чувства, что я здесь иностранец. Поддержка определенно есть, прежде всего - это активная работа команды депозитария. Благодаря этому я чувствую себя комфортно и знаю, что все наши действия приведут к эффективным изменениям на украинском фондовом рынке.

Украина > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции. СМИ, ИТ > interfax.com.ua, 5 октября 2017 > № 2353953 Миндаугас Бакас


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter