Всего новостей: 2300549, выбрано 1198 за 0.105 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Персоны, топ-лист Финансы, банки: Аскаров Тулеген (80)Вардуль Николай (34)Греф Герман (30)Ормоцадзе Маргарита (30)Костин Андрей (27)Аксаков Анатолий (23)Полухин Алексей (23)Задорнов Михаил (20)Набиуллина Эльвира (20)Акишев Данияр (19)Улюкаев Алексей (18)Бараникас Илья (16)Иноземцев Владислав (16)Тосунян Гарегин (15)Кричевский Никита (14)Панкин Дмитрий (14)Шаяхметова Умут (14)Силуанов Антон (13)Соловьев Юрий (13)Волков Михаил (12) далее...по алфавиту
Китай > Финансы, банки. СМИ, ИТ > carnegie.ru, 26 мая 2017 > № 2190111 Леонид Ковачич

МММ по-китайски: почему Пекин сдувает рынок интернет-кредитования

Леонид Ковачич

Китайские власти ужесточают правила p2p-кредитования, где участники выдают кредиты друг другу без посредничества банка. Пекин опасается, что рынок объемом почти $300 млрд окажется гигантской пирамидой, а проблемы на нем без должного надзора могут обернуться социальными волнениями

Китайские власти взялись за рынок p2p (peer-to-peer) кредитования, на котором никак не связанные друг с другом лица могут давать друг другу в долг без привлечения традиционного финансового посредника – например, банка. В апреле Комиссия по регулированию банковской деятельности (КРБД) КНР опубликовала «Инструкцию для работы по предотвращению рисков в банковской сфере». Этот документ стал ответом на указание премьера Госсовета КНР Ли Кэцяна, который в марте причислил интернет-финансы к сферам, представляющим наибольшие риски для экономической безопасности Китая. Как же вышло, что растущая до настоящего времени в среднем на 234% в год отрасль, объем которой уже достиг $290 млрд, попала в немилость у первых лиц страны?

Полезный инструмент или пирамида?

С критикой рынка интернет-финансов (значительную часть которого как раз составляет p2p-сектор) Ли Кэцян выступил в ходе пятого рабочего совещания Госсовета по «чистому правительству». Само заседание прошло еще 26 марта, а дата публикации официального отчета о нем совпала с началом внутрипартийного расследования в отношении председателя Госкомитета по управлению и контролю за страховыми операциями Сян Цзюньбо. На этом фоне акценты в речи Ли Кэцяна были сделаны на усилении контроля и борьбе с коррупцией, но вместе с тем премьер уделил отдельное внимание интернет-финансам, поставив их в одну категорию с такими рисками, как проблемные активы на балансах госбанков, теневой банкинг и дефолты по облигациям.

Самый последний пример нарушений на рынке – дело главы крупнейшей шанхайской компании р2р Financial Information Service Co., глава которой Сянь Янь был оштрафован в конце марта на рекордные 3,47 млрд юаней (около $500 млн, такого штрафа в истории регулятора еще не было). Выходит, что отрасль р2р-кредитования в Китае стала разносчиком многочисленных мошеннических и даже коррупционных схем, хотя изначальная идея, как раз наоборот, предполагает максимальную прозрачность за счет исключения посредников из системы, ведь все операции совершаются на онлайн-платформах, за счет чего p2p-компании экономят на расходах и могут предложить заемщикам и инвесторам более выгодные ставки, чем у традиционных финансовых посредников. В Китае рынок р2р возник в 2007 году и стал быстро расти. Так, например, сейчас в Великобритании всего сто подобных компаний, в США – около 300, а в Китае – более 2400.

Поначалу китайские власти никак не регулировали рынок р2р, в том числе из-за того, что не могли точно определить, какое из ведомств должно этим заниматься. В строгом смысле слова p2p-платформу можно отнести и к финансовым структурам, и к сфере телекома, и даже к онлайн-СМИ. Поэтому соответствующие органы – КРБД, Министерство промышленности и информатизации КНР лишь смотрели за бурным ростом p2p-платформ, затаив дыхание и периодически публикуя отчеты о невиданных успехах новой отрасли.

На p2p-рынок даже стали возлагать надежды как на новый локомотив китайской экономики, который экспрессом доставит ее к модели роста, ориентированной на внутреннее потребление. Госсовет в июне 2015 года опубликовал «Инструкции по активному стимулированию концепции Интернет+», где, в частности, дается четкое указание «активно развивать глубину и широту инноваций в сфере финансовых услуг в интернете, а также нормативно развивать интернет-кредитование и операции по предоставлению потребительских кредитов в интернете».

Лишь Народный банк Китая отнесся к неконтролируемому росту p2p-рынка с опаской и неоднократно заявлял о необходимости разработки механизма поручительства третьей стороны в операциях с p2p-кредитованием. Иначе, предупреждал ЦБ, p2p-платформы могут стать просто финансовой пирамидой. Так и получилось.

В начале 2016 года была ликвидирована крупнейшая на тот момент онлайн-платформа p2p-кредитования – Ezubao, которая оказалась пирамидой. Компания увела $7,3 млрд у 900 тысяч инвесторов. Стало понятно, что бесконтрольно эта отрасль развиваться не может.

Запретить нельзя исправить

В августе 2016 года КРБ опубликовала новые правила, по которым физические лица не могут занимать более 200 тысяч юаней (около $30 тысяч) на одной p2p-платформе, а общая сумма долга по всем платформам не должна превышать 1 млн юаней (для юридических лиц эти пороговые значения выше в пять раз). Кроме того, р2р-платформам запретили аккумулировать капитал и заниматься предоставлением финансовых услуг, например управлением активами. Усложнились и административные процедуры. Чтобы открыть p2p-компанию, теперь надо сначала получить лицензию, затем в десятидневный срок предоставить документы для регистрации предприятия, а потом получить лицензию ICP.

Но самое главное, согласно распоряжению КРБД, каждая p2p-компания теперь должна вести свою деятельность исключительно через депозитарный банк, причем для каждой p2p-платформы – только один. Это значит, что все средства, полученные p2p-платформой от кредиторов, должны сначала поступить в банк и только после этого направляться заемщикам.

Последний пункт восприняли без энтузиазма как сами p2p-компании, так и банки. Налаженной системы для оценки заемщиков p2p-платформ в одинаковом и сравнимом формате (например, такой, как FICO в США, агрегирующей и анализирующей данные трех основных кредитных бюро) в Китае нет, соответственно оценить потенциальные риски для банков не представляется возможным. Нормы обязательных резервов на р2р-компании не распространяются, поскольку они не принимают депозитов.

Конечно, во «Временных мерах...», выпущенных КРБД, подчеркивается, что банки не будут выступать гарантами перед инвесторами. И тем не менее нельзя исключить возможность ненужных для банка объяснений и разбирательств с отчаявшимся инвестором, который потерял свои деньги. Очевидно, что нести весьма неясную ответственность за дефолты p2p-компаний финансовые структуры не хотят – либо согласятся делать это только за очень большую маржу.

Для р2р-компаний это означает немалые расходы, что, безусловно, повлияет на рентабельность. Во-вторых, привлечение традиционного финансового посредника противоречит исконному смыслу всей схемы. С ростом издержек кредит станет дороже, доходность для инвесторов снизится, а увеличение количества формальных процедур замедлит и значительно усложнит процесс заключения сделки. По крайней мере на эти факторы ссылаются сами p2p-компании, когда критикуют решение регулятора.

На самом деле главная проблема для них заключается в том, что присутствие банка по определению исключает возможность аккумулирования средств. По идее классические р2р-компании должны выступать лишь посредником в схеме заемщик – кредитор. Движение средств должно осуществляться между ними напрямую, а сама платформа не может давать никаких гарантий инвесторам.

Однако китайская специфика p2p состоит в том, что многочисленные платформы дают инвесторам гарантии фиксированной (и причем высокой) доходности. Для того чтобы свои гарантии выполнять, р2р-платформы придумали такую схему: средства инвесторов поступают на счет, например, связанной с платформой фирмы и лишь потом направляются заемщикам. Это позволяет создать своеобразный финансовый пул и выполнять свои обязательства за счет привлеченных от новых инвесторов средств. Классическая схема финансовой пирамиды.

Власти КНР, разумеется, боятся финансовых пирамид – особенно сейчас. Практика показывает, что пирамиды появляются и тем более лопаются в момент замедления экономики. Взять хотя бы МММ в России 1990-х или пирамиду Бернарда Мейдоффа в США, которая лопнула аккурат во время кризиса 2008 года. Объясняется это просто: организаторов пирамид и их потенциальных жертв объединяет желание заработать денег как-то по-другому, в нетрадиционных сферах экономики, которые в такие моменты находятся на спаде. Это заставляет инвесторов вкладываться в сомнительные предприятия, а организаторов пирамид – обещать сверхвысокую доходность от этих сомнительных вложений. Учитывая распространенность р2р-платформ в Китае, власти опасаются, что неконтролируемый обвал нескольких пирамид может перерасти в социальные волнения.

Расчистка или обвал?

Регулятор отвел ровно год на выполнение «Временных мер». К августу те компании, которые не смогут подстроиться под эти правила, будут ликвидированы. Мнения экспертов по поводу того, что будет дальше, расходятся. Соучредитель p2p-платформы Renrendai Чжан Шиш в ходе Боаоского азиатского форума – 2017 сообщил, что все меры регулирования лишь оздоровили отрасль. По мнению Чжан Шиши, слова которого приводит газета South China Morning Post, новые меры вытеснят слабых игроков с рынка р2р-кредитования, и в результате перегруппировки появится олигополия из нескольких гигантов, которые и будут задавать тон на рынке.

Согласно «Ежегодному докладу о развитии р2р-рынка в Китае», суммарный объем сделок в 2016 году достиг $290 млрд. В докладе отмечается, что к концу 2017 года рынок p2p-кредитования в Китае будет уже более $500 млрд. Однако уже сейчас понятно, что недавние скандалы и последовавшие за ними регулятивные меры этот рост явно затормозят. Пока что из двух тысяч четырехсот р2р-платформ требования регулятора выполнили лишь сто восемьдесят. Не исключено, что многим игрокам придется в итоге закрыться. В то же время многие с ужасом представляют обвал, который может произойти в августе, когда масса p2p-платформ, подлежащих ликвидации, уйдет с рынка, а инвесторы, работающие через эти платформы, не смогут вернуть свои деньги.

Китай > Финансы, банки. СМИ, ИТ > carnegie.ru, 26 мая 2017 > № 2190111 Леонид Ковачич


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > bankir.ru, 26 мая 2017 > № 2186827 Герман Греф

Герман Греф: «Дай бог, чтобы нам все удалось»

Юлия Лю, редактор направления IT и инноваций

Процесс модернизации ИТ-платформы Сбербанка не завершится никогда, потому что всегда будут появляться новые сервисы. Об этом заявил президент и председатель правления Сбербанка Герман Греф, отвечая на вопрос Bankir.Ru на брифинге для журналистов по итогам общего годового собрания акционеров.

Bankir.Ru: Сбербанк сейчас модернизирует свою ИТ-платформу. Скажите, пожалуйста, когда завершится этот процесс и как он отразится на экосистеме ИТ-услуг?

Герман Греф: Это бесконечный процесс. Мы планируем в конце 2018 года запустить основную часть новой ИТ-платформы, но она никогда не будет запущена на 100%. У нас есть план миграции наших legacy systems (исторических систем) на новую платформу. Этих приложений у нас тысячи. Мы не можем их все разработать одновременно. У нас в agile самый большой дивизион — платформенный дивизион. Они создают core-банковскую платформу. Карточное подразделение и «Сбербанк XXI» работают над приложениями, которые присоединяются к этой платформе. Такого рода присоединение через API других сервисов, работающих в нашей экосистеме, будет значительным после 2018 года, после разработки core-банковской платформы.

Дай бог, чтобы нам все удалось, потому что никто никогда не делал настолько инновационной платформы на решении под названием GridGain. Последовательно, с помощью команды GridGain, наши ребята снимают одни ограничения за другими. До последнего момента невозможно будет прогнозировать, как наша платформа будет работать под полной нагрузкой. Наш масштаб меняет работу всех самых проверенных приложений — Oracle, IBM и так далее.

Я сегодня говорил об огромном количестве сбоев, которые у нас были в результате централизации. Такой масштаб — около 20 тыс. операций в секунду — это огромная нагрузка на систему. Сейчас ведется колоссальная работа по тестированию, доработке, внедрению огромного количества функций.

В частности, у нас есть такие функции как stand-in, когда вдруг система падает, важно, чтобы не падали операции, чтобы система в спящем режиме продолжала их поддерживать. Нам таких режимов stand-in нужен не один десяток в разных системах. Поэтому мы с нуля сейчас создаем эти все системы. Это очень длинный процесс.

Поэтому ответ на вопрос, когда вы закончите модернизировать ИТ-систему,— никогда. Потому что всегда будут появляться новые сервисы. Мы продолжаем переосмысливать и создавать новые лаборатории, блокчейн, искусственный интеллект, мы занимаемся самоуправляемыми устройствами и роботами.

Это бесконечная гонка. Это и есть превращение компании в технологическую, когда нам нужно отвечать на новые вызовы новых технологий.

Мы не работали с расширенной реальностью. Сейчас мы приняли решение о создании лаборатории, которая будет заниматься расширенной реальностью.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > bankir.ru, 26 мая 2017 > № 2186827 Герман Греф


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 26 мая 2017 > № 2186812 Владимир Старинский

Банкротство банков: как юрлица могут вернуть свои деньги?

Владимир Старинский

Управляющий партнер коллегии адвокатов «Старинский, Корчаго и партнеры»

«Чистка» банковских рядов, которая началась с середины 2013 года, привела к тому, что из системы выбыл каждый третий банк. Предприятия малого и среднего бизнеса — главные пострадавшие

Для российской правовой действительности вполне обыденными стали новости об отзыве (аннулировании) лицензии на осуществление банковских операций и признании той или иной кредитной организации банкротом. На данный момент в России зарегистрировано 949 кредитных организаций, у 356 из которых отозвана (аннулирована) лицензия на осуществление банковских операций. При этом в отношении более 300 кредитных организаций принято решение о признании их банкротом и открытии конкурсного производства.

Масштабы проблемы

От банкротства кредитных организаций страдает большое количество как граждан, так и юридических лиц. Но если граждане и индивидуальные предприниматели частично застрахованы от потери средств с помощью системы страхования вкладов, то компании находятся в менее защищенном положении. В конечном результате чаще всего они теряют большую часть своих денежных средств.

Количество обанкротившихся кредитных организаций только растет. Международное рейтинговое агентство S&P Global сделало прогноз, согласно которому случаи банкротства российских банков малой и средней величины будут отмечаться и в 2017 году, что, в принципе, не отрицает и руководство ЦБ. Больше всего пострадает малый и средний бизнес, для которого в большинстве случаев всего банкротство кредитной организации означает серьезные потери для компании, вплоть до ее ликвидации. Для крупного бизнеса потери, связанные с банкротством банка, как правило, не так существенны, поскольку чаще всего их деньги лежат в разных кредитных учреждениях. Средний же, и особенно малый бизнес, как правило, не диверсифицирует риски из-за малого объема средств.

«Чистка» банковских рядов, которая началась с середины 2013 года, привела к тому, что из системы выбыл каждый третий банк. Эти действия направлены на оставление только «правильных» игроков, поэтому возможность выбора банка для небольших компаний сужается. Приходится выбирать из тех кредитных организаций, которым явно ничего не угрожает. Однако проблема в том, что в последнее время отзыв лицензии и банкротство стали для банков зачастую неожиданными, поэтому предугадать, кто окажется на этот раз в «черном» списке, удается не всегда.

По подсчетам представителей Банка России потери клиентов, которые не являются физическими лицами, в 72 российских банках с отозванной лицензией составили почти 500 млрд рублей по состоянию на 2016 год.

Страхование вкладов юрлиц через АСВ — не панацея

На настоящий момент система страхования распространяется только на вклады физических лиц и депозиты индивидуальных предпринимателей, а также средства на номинальных счетах опекунов/попечителей, бенефициарами по которым являются подопечные, а также средства на счетах эскроу для расчетов по сделкам купли-продажи недвижимости. О необходимости включения юридических лиц в систему страхования бизнес-сообщество говорит ещё с середины 2015 года. Также с похожими идеями неоднократно выступали бизнес-омбудсмен Борис Титов и заместитель министра финансов Алексей Моисеев.

Однако только сейчас Банк России готов публично обсуждать этот вопрос, заявил заместитель председателя ЦБ РФ Василий Поздышев в кулуарах проходящего в Санкт-Петербурге Международного юридического форума. Ожидается, что предложение о возможности страхования будет рассмотрено ЦБ РФ до 1 июня 2017 года, соответствующее поручение ведомствам дал премьер-министр РФ Дмитрий Медведев по итогам инвестиционного форума «Сочи-2017».

Что и как страховать – большой предмет для дискуссии между ЦБ, экономическими ведомствами и бизнесом. Если внутри Банка России обсуждается введение разовой страховой выплаты субъектам малого и среднего предпринимательства по открытым вкладам в пределах 1,4 миллиона рублей, то в опубликованном главой комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолия Аксакова законопроекте указывается об обязательном страховании денежных средств на расчетном счете организации. При этом, по мнению Аксакова, страхование счетов должно являться обязательным только для банков с базовой лицензией. Минфин уже заявил о своей отрицательной позиции к законопроекту.

Основной проблемой введения обязательного страхования является и без того большая нагрузка на фонды страхования вкладов. Резкое увеличение со стороны ЦБ кредитования Агентства по страхованию вкладов будет иметь негативные последствия. Лимит кредитной линии АСВ от ЦБ на сегодняшний день составляет 820 млрд руб. Некоторые экономисты считают возможным только постепенное расширение области страхования в течение 2-4 лет.

Однако следует учитывать, что АСВ – это не панацея, поскольку процент возвращенных им денежных средств крайне невысок. За 11 лет АСВ удалось добиться решений о взыскании средств с контролирующих лиц 14% из 425 банков, признанных банкротами в 2005–2016 гг. А выплаты заемщикам обычно достигают максимум 15-20% от объема средств, которые находились в банке.

Что можно сделать уже сегодня?

Пока указанные меры не реализованы на практике, представителям бизнеса приходится придумывать иные способы получения назад своих денег. Так, например, достаточно популярна схема, когда юридическое лицо переоформляет документы, и вместо одной компании вкладчиками становятся несколько физических лиц. Каждому выплачивается сумма в 1,4 млн рублей – максимально возможный размер возмещения по вкладу физического лица.

Не все компании, конечно, могут обратиться к такому способу – обычно к нему прибегают юридические лица, руководство которых имеет связи в администрации банка. Однако подобные схемы не совсем законны, хотя и позволяют вернуть часть денежных средств. В отсутствие альтернатив выбирать представителям бизнеса особо не приходится.

Еще один эффективный способ для возврата денег – активное участие в уголовных делах в качестве потерпевших. Иногда только так удается вернуть потерянные средства, подтверждением чему является полное погашение ущерба рядом банкиров, которых следственные органы в итоге отпустили из-под стражи. Таким образом следственные органы стимулируют недобросовестных банкиров компенсировать потерю денежных средств как физическим лицам, так и юридическим лицам.

Уголовные дела сопровождают банкротство кредитных организаций очень часто, поэтому, если есть такая возможность, стоит ей воспользоваться. Признание потерпевшим помогает быть в курсе расследования дела и активно принимать в нем участие. Если руководители кредитных организаций будут признаны виновными, им придется нести ответственность солидарно личным имуществом, что повышает шансы на возврат денежных средств.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 26 мая 2017 > № 2186812 Владимир Старинский


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 26 мая 2017 > № 2186810 Алексей Федоров

Создатель «квантового блокчейна» Алексей Федоров: технология «абсолютно надежной защиты» банковской информации

Елена Краузова

Обозреватель Forbes

Научный сотрудник «Российского квантового центра» — о том, почему существующие криптографические методы могут оказаться неэффективными в эпоху технологического прогресса и как квантовые методы защиты информации помогут сохранять генетические данные

Перспективы появления и распространения квантовых компьютеров (основанных не на двоичном кодировании, а на квантовых битах — кубитах) обещают огромный рост вычислительных мощностей систем и решение задач, недоступных ученым и бизнесу ранее. Однако есть обратная сторона медали. Например, квантовые компьютеры будут куда лучше во взломах самых продвинутых систем защиты. В опасности, возможно, окажутся даже блокчейн-системы, о которых в последнее время говорят как о наиболее эффективных с точки зрения безопасности и целостности информации. Блокчейн-энтузиасты уже всерьез обсуждают проблемы взлома блокчейн-сетей. Системы распределенного хранения данных на основе квантовых принципов в криптографии надеются защитить в «Российском Квантовом Центре», направившем часть частных инвестиций (около 400 млн рублей от «Газпромбанка») и грантового финансирования на создание «квантового блокчейна». Сегодня компания объявила о первой демонстрации принципов работы блокчейн-сети на основе квантового шифрования. Forbes выяснил детали эксперимента у Алексея Федорова, научного сотрудника РКЦ и одного из руководителей данного проекта.

— Давайте начнем с основ. В чем главные отличия криптографии, построенной на квантовой физике, от классической?

— Криптография — способ передавать сообщения между двумя легитимными сторонами коммуникации так, чтобы третьим лицам сообщение было недоступно. Сообщение передается по открытому каналу связи, поэтому злоумышленнику доступна копия сообщения. Чтобы преобразовать информацию в недоступный для чтения вид используется специальный параметр, называемый ключом. И стойкость современной криптографии базируется именно на ключах. Тогда если размер ключа (объем информации — Forbes) совпадает с размером сообщения, если ключ сгенерирован случайно и используется только один раз, то расшифровать сообщение невозможно. Это математически доказано (так называемая теорема Котельникова — Шеннона).

Поэтому центральная проблема криптографии — передать ключ для шифрования. Нужен «курьер». Представим, например, покупку книги в интернете. Сервер магазина и компьютер покупателя должны обменяться данными о кредитной карте так, чтобы никто другой (кроме нужного сервера) о них не узнал. Сегодня для этого обычно используют метод открытого распределения ключа: компьютер плательщика и сервер магазина решают определенную математическую задачу. Злоумышленнику для получения информации нужно решить обратную — она во много раз сложнее для текущего уровня мощностей компьютеров. Такой подход — рабочий. Но как долго он останется таким, если вычислительные ресурсы будут расти? А если появится квантовый компьютер?

Так вот, квантовые коммуникации — это способ передать ключи с помощью квантовых объектов. Фотоны — частицы света — оказываются прекрасными «курьерами» для криптографических ключей. Почему нужно использовать квантовые объекты? Из-за законов квантовой физики любая попытка вмешательства в процесс передачи фотонов может быть зарегистрирована. Поэтому ключи в квантовой криптографии действительно «секретные», они одинаковы у двух «законных» участников коммуникаций, — и его можно использовать для шифрования.

— Как генерируются такие ключи?

— Устройство для их создания состоит из нескольких частей. Первая — блоки для управления квантовыми состояниями. Это пара устройств. Устройство передачи, которое создает квантовые состояния света из ослабленных импульсов лазера, кодирует информацию в параметры этих фотонов (например, их поляризация или фаза) и передает их по оптоволокну. Устройство приема измеряет их свойства. Приготовление и измерение происходит по специальным правилам — протоколу квантовых коммуникаций. За устройством приема и передачи следит специальная плата, которая выдает команды лазерам, модуляторам, детекторам и т.д., а также считывает нужные параметры. После нескольких циклов «программирования» и измерения квантовых состояний система накапливает объем классической («неквантовой») информации.

Ключ из этой информации вычленяют уже с помощью обработки с опорой на «обычные» вычисления. Первый этап — «просеивание», в рамках которого соотносятся результаты заданных и полученных квантовых состояний. Второй — исправление ошибок (в отличие от классических коммуникаций ошибки, в квантовых системах они составляют несколько процентов, это существенно). Только после двух этих стадий, сравнив параметры ключа до и после его передачи, мы можем определить, было ли вмешательство в процесс передачи ключа или нет. Для каждого протокола устанавливается критический порог для допустимого уровня ошибок. Если он не превышен, то протокол безопасен, ключи можно использовать. Но перед этим нужно «вычистить» из ключа всю информацию, которую мог потенциально получить злоумышленник — считается, что злоумышленник обладает неограниченными ресурсами.

В итоге, после всех математических процедур, получаются две идентичных последовательности, у отправителя, и у получателя, — ключи. Дальше их нужно передать потребителю.

— Насколько cформирован рынок систем квантовой криптографии?

— Квантовая криптография защищает от угроз, связанных с ростом ресурсов для хранения и обработки данных, с появлением новых математических алгоритмов и с вероятным созданием в ближайшем будущем квантовых компьютеров.

Рынок формируется, оценивать его тяжело. Однако потребность в защите информации, очевидно, растет. По исследованиям International Data Corporation, доля информации, нуждающейся в защите, растет с 30% до 40% до 2020 года. Поэтому, очевидно, будут ниши, требующие квантовых коммуникаций как средства абсолютно надежной защиты информации.

В целом квантовую криптографию во многом «драйвит» финансовый сектор. В России, например, помимо Газпромбанка интерес к теме квантовых коммуникаций проявляют Сбербанк и лично Герман Греф, а также ВЭБ. Есть интерес со стороны госкорпорций и индустрии.

— Вы объявляли о работе 30-километровой линией квантовой связи между двумя отделениями Газпромбанка. Что именно было сделано?

— От получения основного финансирования от Министерства образования и науки РФ и АО «Газпромбанк» до первой демонстрации прототипа прошло меньше девяти месяцев. На тот момент у нас был прототип устройства для распределения квантовых ключей. В нем использовалась хорошо отработанная схема для приготовления и измерения квантовых состояний, а также разработанная система для математических алгоритмов обработки квантовых ключей.

Мы хотели продемонстрировать работоспособность технологии в реальной жизни. Поэтому мы отправляли фотоны по волокну (обычным оптоволоконным линиям в распоряжении «Газпромбанка»), измеряли их однофотонным детектором, обрабатывали с помощью специальных алгоритмов. Так и получились ключи, обеспечивающие защищенность канала передачи информации.

— Как можно превратить прототип в продукт?

— Глобальная цель — выйти на серийное производство устройств. Во-первых, нужно увеличить скорость генерации ключей — до десятков и сотен килобит в секунду. Пока у нас только доли килобит в секунду. Для этого нужны более быстрые решения для управления лазерами, модуляторам, детекторами и т.д. Во-вторых, мы рассчитываем использовать детекторы одиночных фотонов собственной разработки. В-третьих, из набора алгоритмов обработки, написанных для исследовательских целей, необходимо разработать настоящую программную платформу с возможностью передать ключ потребителю — разработчику средств криптографической защиты информации, который будет защищать информацию. Первая программная платформа была написана на Python. Перенос на C++ и улучшение алгоритмов позволили нам уже сейчас ускорить эту процедуру в десятки раз.

— То есть ваш рыночный продукт состоит из двух: аппаратное решение для квантового распределения ключа и программная платформа для его передачи?

— Да. Мы считаем, что используя квантовое распределение ключа, производители средств защиты информации могут усилить свои решения — появятся «гибридные» продукты, совмещающие квантовые и классические средства защиты информации. В таком формате мы сейчас взаимодействуем с партнерами, например, компаниями КриптоПРО, Т8, С-Терра и Амикон.

Наша стратегия — формировать рынок совместно с производителями востребованного оборудования для защиты информации. Мы готовы передать наш протокол получения квантовых ключей любому из них. Ведь квантовый компьютер хоть и является тотальной угрозой, но он еще не создан. Мы, как мне кажется, недостаточно внимательно относимся к другим, вполне реальным, векторам угроз. А с ними помогут бороться в том числе классические алгоритмы.

Партнеры могут подключаться к нашей программной платформе для обработки квантовых ключей. Она получает на вход результаты приготовления и измерения квантовых состояний, затем превращает их в квантовые ключи и передает потребителю. В этой части у нас ряд ноу-хау в алгоритмах обработки. В частности, мы используем передовой алгоритм для исправления ошибок. Чтобы объяснить за счет чего мы его добились нужно углубляться в математику, в сухом остатке — мы исправляем ошибки быстрее, чем это делают другие алгоритмы.

— Как вы пришли к идее квантового блокчейна?

— Для меня лично долгое время тема блокчейна существовала в параллельной реальности. Мои сокурсники (теперь — коллеги по работе в проекте и разработчики программной платформы) Николай Пожар и Максим Ануфриев в какой-то момент рассказали мне о биткоине — у них были кошельки какой-то криптовалюты. Я в тот момент занимался изучением ультрахолодных атомов, сверхпроводимости. Пока я был ближе к фундаментальной науке, было не до «хайпа». Потом я стал больше читать новостей про IT. Помню, что заинтересовался блокчейном, когда о его использовании объявила Acronis (компанию возглавляет Сергей Белоусов, один из основателей РКЦ, речь идет о применении блокчейна для удаленной идентификации - Forbes). Михаил Лукин, профессор Гарварда и один из основателей РКЦ, говорил как-то, что по-настоящему прорывные открытия появляются в соединении двух известных технологий, которые всем нравятся. Мы работали с квантовыми коммуникациями, поднималась очередная волна «хайпа» вокруг блокчейна. В какой-то момент у меня в голове щелкнуло: давайте их и «склеим».

— Насколько объективно велика угроза блокчейн-сети со стороны потенциального появления квантового компьютера?

— Криптографические алгоритмы, предполагающие решение сложных математических задач, применяются повсеместно, — и в блокчейн тоже. Например, в его протоколе используется электронно-цифровая подпись, построенная на RSA (алгоритм, который основан на том, что умножать числа проста, а разлагать большие числа на множители — тяжело) или других подобных алгоритмах. Подпись — один из главных элементов блокчейна, «сломав» её, можно поставить под удар всю систему. Чтобы этого не допустить, можно встроить в сегодняшние криптографические системы алгоритмы, основанные на сложных для квантового компьютера задачах. И над задачами такого уровня сложности уже работают - например, в проекте The Quantum Resistant Ledger (QRL). Казалось бы, зачем тогда квантовая криптография? Все дело в том, что есть «вечно ценная» информация, и её нельзя защищать методами, уязвимыми к прогрессу технологий. А используя квантовые коммуникации как абсолютно надежную основу для защиты информации, можно заменить все слабые элементы. В том числе, и в блокчейне. С этой идеей мы подошли к созданию и тестированию квантово защищенной блокчейн-платформы.

Вначале мы хотели сделать квантово-защищенный приватный блокчейна с доверием. Когда к работе подключился Александр Львовский (профессор РКЦ и Университета Калгари — Forbes), он предложил пойти дальше и создать протокол для квантово-защищенного блокчейна в рамках глобальной сети, в которой все друг друга идентифицируют с помощью квантовых коммуникаций и ждут друг от друга подвоха. Эту идею поддержал и Юрий Курочкин, глава проекта РКЦ по квантовой криптографии, и генеральный директор РКЦ Руслан Юнусов. Мы решили использовать недавно разработанную сеть квантовых коммуникаций для канала связи Газпромбанка.

— Что вы изменили в блокчейне, чтобы он стал «квантовым»?

— Блокчейн — распределенный реестр записей, объединяемых в блоки. Записи в реестр могут вносить все, а история защищена от модификаций. При этом рользователи предлагают свои записи, подписывая их с помощью электронно-цифровой подписи, а связь блоков происходит с помощью хэш-функций (подробнее о принципах формирования блоков в блокчейне — в другом материале Forbes). Именно генерация подписи на основе алгоритма, уязвимого к появлению квантового компьютера, — «слабое звено» подобной системы.

В нашей блокчейн-платформе тот факт, что вы получаете сообщения от конкретного пользователя, гарантируется квантовыми коммуникациями. С помощью квантовых коммуникаций пользователи сети получают ключи, именно они используются для аутентификации. Ключи передаются с помощью наших устройств квантовых коммуникаций и обычный линий связи.

— Как вы внедрили новый способ создания ключей в сеть квантовых коммуникаций?

— Для нашей блокчейн-сети, где никто никому не доверяет, сеть должна быть построена исходя из парадигмы «все связаны со всеми». У всех участников есть попарные устройства квантовых коммуникаций. С помощью квантовых коммуникаций все пользователи пересылают транзакции со специальными аутентификационными хэш-тегами. Наш блокчейн работает в этом смысле, как обычно: на основе транзакций с помощью алгоритма консенсуса формируются блоки, узлы сети добавляют новые блоки.

Что потребовалось изменить в эксперименте в Газпромбанке, где в сети связывались две точки? Мы привыкли общаться в сетях с множеством пользователей, и нам нужно было расширить число участников. Как быть, если защищенный канал квантовой связи может соединить только две точки и только напрямую? Можно строить квантовые сети — аналог обычный сетей, где пользователи связаны друг с другом квантовыми коммуникациями. Это прямолинейный и дорогой способ. А можно строить квантовые сети через «доверенных повторителей» (они работают на классических алгоритмах). Сети квантовых коммуникаций уже есть в США, Европе, Японии и Китае.

В цикле экспериментов этой весной мы разработали свою сеть из трех узлов - в ней могут общаться уже не два пользователя, как в самом первом эксперименте, а три. Это уже было большим достижением. Важно то, что мы соединили не идентичные устройства, а приборы, реализующие разные оптические схемы, одна из который была придумана в РКЦ.

Дальше мы эту есть использовали для аутентификации. По специальному алгоритму пользователи к сети добавляют специальную часть — аутентификационный тег, который указывает на то, что мы общаемся точно с этим пользователем, а не другим, и что его сообщения не подделывают. Дальше мы написали программное обеспечения для формирования блоков. Так и был запущен наш квантовый блокчейн.

Так что получается, что сети существуют, наша не была первой, а вот блокчейн-приложение мы реализовали действительно первыми. Уверен, для развития всей сферы квантовых коммуникаций очень важно искать все новые перспективные применения, развивать новые приложения.

— Как удалось продемонстрировать принцип работы блокчейн-плафтормы?

— Мы добились генерации ключей в рамках нашей квантовой сети. На основе этих ключей мы разработали алгоритм аутентификации узлов. Он основывается на специальном математическом методе. Из сообщения и секретного ключа получается добавка (тэг) к сообщению, которая указывает на правильность сообщения. При этом для тэга используются ключи из квантовых коммуникаций. Дальше испытали способ построения блоков.

Здесь можно далее экспериментировать с архитектурой сети: в дальнейшем, возможно, можно будет отказаться от принципа «все соединены со всеми» и предположить, что кто-то связан с ограниченным числом участников, Но нужно дополнительно исследовать вопрос доверия в такой конфигурации.

Кроме того, в будущем мы хотим попробовать использовать разные методы формирования блоков — они могут варьироваться для разных приложений. В блокчейн-сообществе до сих пор нет универсальных решений, и мы тоже будем гибкими.

— Каковы инвестиции в подобные проекты?

— Вся работа велась в рамках уже полученных инвестиций от Минобрнауки и Газпромбанка на проект по квантовой криптографии. Теперь, после демонстрации принципа квантового блокчейна, нужно создавать продукты — дорабатывать платформу и создавать блокчейн-приложения с бизнес-логикой. Например, можно работать над умными контрактами: в блокчейн можно записать выполнение условий того или иного соглашения. Эти условия нельзя будет модифицировать, а обязательства в рамках контракта будут выполняться автоматически. Представьте себе тотализатор на «умном контракте». Вы поставили деньги на победу «Ювентуса» в Лиге Чемпионов. В тотализаторе на «умном контракте» заложен программный код, которые сработает тогда, когда тотализатор получит из надежного источника информацию о результате матча. Тогда вы получите деньги.

Инвестиции в проект по развитию квантового блокчейна могут составлять десятки и сотни миллионов рублей в зависимости от амбициозности конечной цели. Если для этого строить, например, межбанковскую квантовую сеть и запустить платформу для отслеживания финансовых транзакций, а также, например, шифрования некоторой информации, то работы еще много.

Нужны заинтересованные лица для драйва проекта. Например, Герман Греф приглашал Александра Львовского с выступлениями о квантовых технологиях в Сбербанк. Я также читал, что у Сбербанка есть интерес к блокчейнам. Это круто и прогрессивно, надеюсь, что квантово-защищенный блокчейн привлечет еще больше внимания.

— На ваш взгляд, каковы самые перспективные в ближайшем времени примеры внедрения блокчейн в существующие сети квантовых коммуникаций?

— Я предполагаю, что в первую очередь это защита финансовой инфраструктуры (шифрование платежных документов и отслеживание финансовых транзакций банков) и защита «умной» инфраструктуры (например, Smart Grid).

— А в долгосрочной перспективе?

— В будущем, мне кажется, квантовые коммуникации будут играть большую роль для защиты генетической информации. Генетическая информация человека и другие данные должны надежно храниться в течение всей жизни. Информация должна сохранять целостность, к ней не должно быть доступа ни у кого, кроме владельца и очень ограниченного круга лиц. Тут квантовые коммуникации подходят прекрасно.

Человеческий фактор всегда будет играть большую роль в вопросах безопасности. Блокчейн-технологии врываются в нашу жизнь, и задача защиты этой технологии, на мой взгляд, крайне актуальна. В целом, поскольку в мире циркулирует огромное количество разной информации, для её защиты всегда будут использоваться разные меры. Такой вот плюрализм. Это очень консервативная сфера, поэтому внедрение новых алгоритмов или «железных» решений - как раз таких, как квантовая криптография — не до конца вытеснит те средства защиты информации, которым люди доверяют много лет.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 26 мая 2017 > № 2186810 Алексей Федоров


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 25 мая 2017 > № 2185642 Белла Златкис

Зампред Сбербанка: «Традиционно в России недоверчивые инвесторы и в целом население»

Ксения Смирнова

корреспондент Forbes

Инвесторы оправились от шоков последних 10 лет, курс рубля предсказуем, а в стране появилось ощущение стабильности, – зампред правления Сбербанка Белла Златкис поделилась с Forbes своим видением ситуации в России

Инвесторы начинают приходить в себя от шоков 2007-2014 годов, полагает заместитель председателя правления Сбербанка Белла Златкис. Об этом она сказала Forbes после своего выступления, посвященного итогам деятельности Сбербанка за 2016 год. «У меня твердое ощущение, что инвестиции просыпаются», — отметила она. Появилось ощущение достаточной предсказуемости курса, роста ВВП, уровня зарплат и доходов населения, спроса на потребительском рынке. И по мере того как будет идти этот рост, инвестиционный климат будет улучшаться.

Однако Златкис обратила внимание на то, что бурного роста инвестиций все же пока не происходит. «Традиционно в России довольно недоверчивые инвесторы и в целом население», — заметила она. По ее словам, это связано с тем, что начиная с 1917 года у инвесторов было очень много поводов разочароваться: у вкладчиков пропадали деньги, с инвесторами не рассчитывались. «В первый год советской власти все займы аннулировали, до войны и после войны девальвация была очень существенная, утратилась покупательская способность. История отнюдь не позитивная», — заключила она. По мнению Беллы Златкис, в стране нет хорошего track record (положительного опыта инвестирования). Поэтому все положительные процессы в инвестициях происходят медленно.

Результаты Сбербанка подтверждают начало этих положительных процессов. Количество акционеров Сбербанка выросло на 3,2% по сравнению с прошлым годом, сказала Белла Златкис на пресс-конференции. При этом, по ее словам, количество нерезидентов в акциях банка снизилось на 0,8%, что может свидетельствовать об увеличении деловой активности внутренних российских инвесторов. Снижение доли иностранных инвесторов никак не связано с санкциями, ведь акции Сбербанка может покупать любой квалифицированный инвестор в любой части света, уверена Златкис. «Я это связываю с ростом деловой активности в России, однозначно. Кроме того, в стране появилось некое количество инвестиционных денег, которые не вкладываются в рисковые активы, а вкладываются в акции Сбербанка — как защитный актив», — добавила она.

На сегодняшний день сберегательная квота в банках очень большая. Так бывает всегда, когда есть неуверенность — люди не инвестируют деньги, а сохраняют, рассказала Белла Златкис. Она также отметила, что это не очень хороший показатель для страны, но тем не менее она считает, что объем вкладов будет снижаться, а население уже сейчас «начинает потихонечку инвестировать».

Отвечая на вопрос Forbes о курсе рубля и перспективах его укрепления, спикер заметила, что однозначного ответа быть не может, потому что «для чего-то сильный рубль — очень хорошо, а для чего-то — вызывает сильное напряжение». Например, для бюджета такой сильный рубль — это «некоторое напряжение», потому что налоги платятся с рублевой части валютной выручки, привела пример Белла Златкис. «Чем больше ты рублей получишь на поступивший доллар, тем больше тебе в казну поступит, тем легче тебе будет исполнить бюджет», — прокомментировала она. В любом экономическом прогнозе нужно учитывать сочетание большого количества факторов. «Мне кажется, что рубль на сегодняшний день более или менее равновесный. Дальше посмотрим», — резюмировала Белла Златкис.

На курс рубля в ближайшей перспективе может повлиять решение ОПЕК о продлении соглашения. Златкис не ожидает от ОПЕК каких-то решений, связанных с увеличением добычи и тем более продажи. Если таких решений не будет, то будет соблюдаться определенный паритет на рынке. А для того, чтобы говорить, что будет дальше, нужно внимательно смотреть, какой политики будут придерживаться регуляторы и правительства разных стран, резюмировала она.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 25 мая 2017 > № 2185642 Белла Златкис


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 24 мая 2017 > № 2184684 Алексей Антонюк

От риска к разумности: как поменялся российский фондовый рынок за 10 лет?

Алексей Антонюк

генеральный директор ЗАО «Газпромбанк – Управление активами», вице-президент Газпромбанка

История фондового рынка в нашей стране не очень длинная, если не сказать короткая. Некоторые акции в портфеле Уоррена Баффета лежат значительно дольше, чем в России существует биржа и в принципе рынки капитала

Несмотря на все трудности развития, геополитические и экономические встряски, фондовый рынок России все же взрослеет и развивается как инфраструктурно, так и с точки зрения подходов массового инвестора. Интерес населения к нему неуклонно возрастает. Растет и качество инвестиций, на российской бирже с успехом проходят первичные и вторичные размещения акций, облигаций, а притоки средств населения в фонды бьют рекорды, установленные еще до кризиса 2008 года. Выходит, что мы сами не заметили, но, несмотря на всевозможные негативные факторы, в России сейчас может быть, не самый большой (за счет маленькой базы инвесторов), но весьма качественный фондовый рынок, позволяющий работать на нем так, как можно было только мечтать еще году в 2007-м.

Вместе со всем рынком развивались и управляющие компании. Качественно менялись подходы к ведению бизнеса, дистрибуции, экономическая среда. Какие же основные изменения произошли за последние 10 лет, если говорить о работе с массовым инвестором?

Прежде всего десять лет назад спрос приходился преимущественно на рисковые стратегии и концентрировался на фондах акций. Причем речь не только и не столько шла о жадности инвесторов, сколько о недостатке базовых знаний о рисках и преимуществах тех или иных инвестиционных стратегий. С тех пор розничный инвестор стал умнее и старше. И, как следствие, в настоящее время консервативные стратегии, представленные фондами облигаций, доминируют.

Также, что очень важно, в последнее время паевые инвестиционные фонды хорошо представлены в сетях крупных банков. И это тоже тенденция, которая будет набирать силу. До кризиса 2008 года управляющие компании, открывая собственные офисы, основной упор делали на привлечение клиентов. Однако ни одна, даже самая крупная УК, не в состоянии конкурировать с сетью отделений банка, пусть даже среднего размера. Это означает, что большая часть нашей огромной страны никогда бы не была покрыта точками доступа к продукту. К тому же эта модель дистрибуции невероятно затратна. В результате она отмерла, а на смену ей пришла синергия УК и банков, что обеспечило решение двух задач: широкой географии доступа клиентов к продукту и экономической эффективности бизнеса доверительного управления. Решение обеих задач — это шаги навстречу клиентам, так как клиентов интересует не только возможность получения инвестиционной консультации и приобретения паев в ближайшем отделении банка, но и минимальные издержки, сопровождающие этот процесс, и в конечном итоге отражающиеся на результативности его инвестиций.

Не место, где деньги можно только потерять

Еще одно качественное отличие находится в области продуктовой линейки управляющих компаний. В последние годы сформировано заметное количество фондов фондов, ориентированных на товарные активы либо иностранные фондовые рынки. Эта категория фондов открывает широкие возможности доступа на международные рынки для массового клиента и здесь речь идет не столько о рисках и недостатках российского рынка, сколько о спросе на диверсификацию инвестиций даже сравнительно небольших капиталов. Это ли не признак взросления розничного инвестора и роста его знаний о рынках? Не так давно запустили паевой инвестиционный фонд, который предоставит возможность всем клиентам поучаствовать в динамике активов индийского фондового рынка. И даже на таком, казалось бы, экзотическом направлении мы видим спрос.

Пару недель назад сообщалось, что в апреле рынок коллективных инвестиций установил рекорд чистого привлечения средств пайщиков за последние десять лет. Круто это или нет? С одной стороны конечно приятно, с другой — нельзя назвать наблюдаемый приток средств в ПИФы каким-то резким ростом популярности. Для индустрии это не событие, а нарастание сложившейся тенденции. С одной стороны, банковскому сектору все сложнее предлагать клиентам привлекательную доходность на вложенные средства. Посмотрите ставки по депозитам. А теперь посмотрите на фондовый и долговой рынки. Даже самые консервативные облигационные стратегии приносят доходность большую, чем депозиты и к тому же уверенно опережают инфляцию. Таким образом, паевые инвестиционные фонды достойно справляются с ролью более выгодной альтернативы банковским депозитам, и мы не видим, что бы могло этому помешать в среднесрочной перспективе. С другой стороны, именно очевидные успехи последних лет в части развития самых различных составляющих рынка привели к тому, что массовый инвестор медленно, но верно начинает понимать, что фондовый рынок — это не место, где деньги можно только потерять, что это наоборот — достаточно надежный, хорошо отрегулированный механизм инвестирования с разумным уровнем риска.

Впрочем, есть куда расти. При ВВП России около 80 трлн рублей чистые активы ПИФов сейчас составляет чуть более 150 млрд рублей, что ничтожно мало. Даже в странах, недавно вставших на путь рыночной экономики, этот показатель в десятки раз выше. Так что нам предстоит еще очень масштабная и достаточно долгая работа по развитию финансовой грамотности населения и перехода его сбережений в эффективные инвестиции.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 24 мая 2017 > № 2184684 Алексей Антонюк


Россия. США > Финансы, банки. СМИ, ИТ > bankir.ru, 24 мая 2017 > № 2184644 Никита Иванов

Никита Иванов, GridGain: «Производительность напрямую влияет на деньги»

Никита Иванов, основатель американской компании GridGain

Беседовала: Юлия Лю, редактор направления IT и инноваций

Основатель американской компании GridGain Никита Иванов рассказал Bankir.Ru о том, зачем банкам нужны вычисления в оперативной памяти.

— О вашей компании в России мало кто слышал до объявления о том, что вашу ИТ-платформу будет использовать Сбербанк. Чем вы заинтересовали Сбербанк?

— У нас работают всего 100 человек, и обычно такие большие компании, как Сбербанк, не используют технологии маленьких компаний типа GridGain из-за слишком высокого риска закрытия бизнеса.

Однако в ходе тендера наша технология показала лучшие результаты, поэтому Сбербанк минимизировал риск тем, что вложил деньги в компанию и вошел в совет директоров.

Мы выиграли тендер, который проводил Сбербанк. Конкурс был огромный, и наша победа стала неожиданностью для нас. Наши конкурентные преимущества — лучшая и при этом недорогая технология, проект с открытым кодом и русские корни.

— Что конкретно вы делаете для Сбербанка?

— У нас есть универсальная платформа, которую используют разные большие компании, в том числе Citibank, Apple, Microsoft и другие. Она позволяет с огромной скоростью обрабатывать большие объемы данных. Такую платформу искал Сбербанк для обработки своих данных, объем которых постоянно растет. По сути, мы предоставили инфраструктуру, на базе нашей платформы для Сбербанка сегодня проектируются решения под различные задачи и меняющиеся потребности бизнеса.

— Главная особенность вашей платформы — обработка данных в оперативной памяти?

— Да, приведу пример. С появлением мобильных приложений люди стали проверять свои счета по несколько раз в день. Это привело к росту нагрузки на системы и увеличению времени считывания данных. Наша платформа обеспечивает скорость считывания данных вплоть до микросекунд. Проведенные нами тесты показали, что использование 20 компьютеров в кластере обеспечивает обработку миллиарда транзакций в секунду. Для сравнения: самая дорогая традиционная система стоимостью $1 млн обрабатывает порядка 100 млн транзакций в секунду. При этом цена нашего решения на порядок ниже. Все это в совокупности и привлекло Сбербанк.

Мы используем принципиально иную архитектуру, чем та, что применяет, например, гигант Oracle. Нам не нужно тратить время на считывание данных с диска, мы храним данные в памяти, а использование сотен компьютеров параллельно позволяет нам достичь огромной производительности.

— Вы упомянули, что у вашей компании русские корни, однако сама компания американская. Где у вас находится центр разработки?

— Наш основной центр разработки находится в Санкт-Петербурге. Также у нас есть центр разработки в Красноярске и офис в Москве, который в основном занимается продажами. Всего у нас работа.т чуть больше 100 человек, из которых 60 занимаются разработкой.

— Российские банки интересуются вычислениями в оперативной памяти и хотят больше использовать облака. Что в этой связи будет происходить с банковскими платформами?

— На облака переходят все. Технологически это правильно. Есть проблемы с регуляторами, но они решаемы. Год назад я общался с представителями банка Barclays, который в тот момент наконец-то получил разрешение использовать облачные вычисления. Если Barclays — один из самых консервативных розничных банков в мире — перешел на облака, значит 80% банков на них уже перешли. Например, в США все банки работают с облачными вычислениями.

Вычисления в оперативной памяти — вещь абсолютно неновая, хотя для российского банкинга она в диковинку. Российский розничный банковский бизнес очень консервативен, розничные банки обычно покупают коробочный софт от Oracle и SAP.

Инвестиционный банкинг, которого в России, кстати, нет, совершенно другой. Именно инвестиционные банки первыми внедряют новые технологии. Наши первые клиенты занимались трейдингом или моделированием трейдинга. Сейчас все инвестиционные банки в США думают о том, чтобы начать использовать международные стандарты Базель IV, требующие проводить моделирование каждой транзакции, обсчитывать частоту дефолтов и другие параметры. Ежедневно инвестиционный банк осуществляет 25 млн трейдов, и для каждого из них нужно провести моделирование. Это можно делать только в памяти.

Хранение данных в памяти — финальный этап эволюции систем хранения. Немного истории. В 1949 году вышел первый накопитель на пленке. Затем появились системы на дисках. В конце 1980-х Toshiba сделала флеш, и сейчас мы все храним на флешках. Каждый раз скорость росла, а стоимость снижалась. Сейчас мы пришли к тому, что храним данные в памяти компьютера. Возникает вопрос: что будет дальше?

— И что же будет дальше?

— Ничего.

— Совсем ничего?

— Да. Мы прошли весь путь. Обработка данных в памяти это финальный этап развития компьютеров. Для того чтобы появилось что-то новое, должна принципиально поменяться архитектура компьютеров. Память будет быстрее, она подешевеет, не будет стираться при выключении энергии, но данные будут храниться и обрабатываться только в памяти.

— Как будет обеспечиваться безопасность данных?

— Обработка данных в памяти никак не улучшает и не ухудшает ситуацию с обеспечением безопасности.

— Вы занимаетесь решениям для борьбы с мошенничествами?

— Наши системы используются в антифрод-решениях. Вообще, все системы антифрод становятся безумно тяжелыми. Например, вы живете в России, но вдруг ваша карточка начинает использоваться в Африке. У банка возникает вопрос: блокировать или не блокировать транзакции по ней? Этот вопрос можно снять, если иметь возможность подключиться к системе бронирования билетов и проверить, не покупали ли вы билет в Африку. Или другой пример: мы знаем, что вы купили машину и имеем информацию о том, какая это машина. Допустим, вы только что заправились и едете. И вдруг кто-то использует вашу карточку на заправке. Мы знаем, сколько вы проехали, и понимаем, что это точно делаете не вы: вам еще рано заправляться. Значит, ваша карточка украдена. Таких вариантов масса. Если задаться целью, то можно с близкой к 100-процентной вероятности определять, является ли транзакция законной.

Для банка фрод — огромная проблема, влияющая на репутацию. Сейчас люди везде платят карточками. Процесс оплаты занимает очень мало времени, за которое надо успеть проверить карточку на предмет фрода, ведь человек не хочет ждать.

Здесь производительность напрямую влияет на деньги. Это очень похоже на трейдинг, где потеря одной секунды ведет к огромным финансовым потерям.

— Сейчас допустимый показатель потерь в США — 6 центов на $100.

— Я не знаю, каков сейчас этот показатель, но могу точно сказать, что банки одержимы стремлением добиться нулевых потерь: ноль фрода за год. Особенно в этом плане старается Citibank, потерявший огромные суммы и репутацию из-за мошенничеств в недавнем прошлом.

— Какие технологии вы считаете перспективными?

— Машинное обучение и нейронные сети. Подобной моделью интересуются все компании, выдающие кредиты и ипотеку. В США в простых случаях уже сейчас можно взять ипотеку за считанные минуты. Это вопрос технологический — куча бумаг просматривается автоматически, без участия человека.

— У вас, наверное, есть конкуренты? Кто они?

— Если у бизнеса нет конкурентов, то этот бизнес никому не интересен и не нужен. Наш прямой конкурент — SAP с серверами HANA, и Oracle, который мы удачно обыграли в Сбербанке.

Россия. США > Финансы, банки. СМИ, ИТ > bankir.ru, 24 мая 2017 > № 2184644 Никита Иванов


Россия > СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 22 мая 2017 > № 2182020 Антон Иванов

Уязвленные сети: пока WannaCry не грянет, мужик не перекрестится

Антон Иванов

Руководитель группы поведенческого детектирования «Лаборатории Касперского»

Возможно, WannaCry суждено стать тем самым поворотным моментом и катализатором, который заставит организации во всем мире начать по-настоящему заботиться о защите своих цифровых активов

Народная мудрость подтверждает, что все в этом мире уже случалось, а коллективное сознание уже давно выработало рецепт того, как не наступать на одни и те же грабли. Казалось бы, очевидная вещь — проще предотвратить проблему, чем решать ее последствия. И ведь все с этим согласны и даже стараются следовать этой спасительной логике. Однако недавние инциденты с шифровальщиком WannaCry в очередной раз продемонстрировали, что благие намерения часто лишь намерениями и остаются.

Тысячи пострадавших компаний, отсутствие доступа к важным данным, сбои в работе сервисов и целых отделов, мощный удар по репутации, наконец, денежные потери — и все из-за одной программы-шифровальщика, которую вполне можно было бы заблокировать еще до того, как она начнет «хозяйничать» в корпоративной сети. Триумфального шествия WannaCry по планете не случилось бы, если бы, например, все своевременно обновили Windows и таким образом закрыли бы ту уязвимость, которой воспользовался зловред. Или уделяли бы вопросам информационной безопасности чуть больше внимания и сил, развивая систему защиту и подстраивая ее под актуальные тенденции. Одним словом, если бы сработали на прогнозирование и предотвращение проблемы.

Но, как говорится, сделанного не воротишь. Возможно, WannaCry суждено стать тем самым поворотным моментом и катализатором, который заставит организации во всем мире начать по-настоящему заботиться о защите своих цифровых активов. Главное понять, какой должна быть настоящая защита, как ее выстроить, поддерживать и использовать себе во благо.

Управление обновлениями – важнее, чем кажется

В случае с тем же WannaCry главным «проколом» в системе безопасности стала незакрытая уязвимость. Причем информация о бреши в Windows стала известна еще в середине марта, то есть за два месяца до массовых атак шифровальщика. Компания Microsoft даже оперативно выпустила патч. То есть у системных администраторов и специалистов по информационной безопасности было более чем достаточно времени на то, чтобы установить все необходимые обновления и избавить свои корпоративные сети от напрасных рисков. Увы, многие этого не сделали. Какие-то организации практикуют установку обновлений вручную, какие-то делают это раз в квартал, где-то в качестве основной меры безопасности применяется запрет на выход в Интернет. Но как показывает практика, все это не работает.

На самом деле поддержание IT-инфраструктуры в актуальном состоянии, то есть максимально обновленном, пожалуй, важнейшее правило безопасности для всех компаний без исключения. По мере возможности нужно стараться использовать максимально свежие версии программного обеспечения. Крайне важно следить за выпуском обновлений от разработчиков используемого ПО и своевременно устанавливать все официальные патчи. И лучше доверить эту работу технологиям — в защитных решениях сегодня предусмотрены возможности автоматической проверки и установки обновлений. Это гарантирует, что невнимательность, забывчивость или излишняя загруженность IT-специалиста компании не станет фактором риска, и в корпоративной сети не останется технических лазеек и уязвимостей, которыми смогут воспользоваться злоумышленники. По крайней мере от WannaCry это помогло бы защититься.

На что обратить внимание при выборе защитного решения

Разумеется, забота об обновлении программного обеспечения не отрицает необходимость использования мощных (лучше комплексных и многоуровневых) защитных программ. Но это уже аксиома, которая не нуждается сегодня в каких-либо аргументах «за» и доказательствах. Тут важно обратить внимание на то, что в используемых в компании защитных решениях должны быть предусмотрены поведенческие методы распознавания угроз и технологии мониторинга сетевой активности. Другими словами, система защиты должна уметь детектировать любую потенциально опасную программу по ее поведению, а выявлять опасность она должна максимально оперативно, постоянно отслеживая все активности и процессы, происходящие внутри корпоративной сети. Это поможет обнаружить и заблокировать вредоносную программу до того, как она успеет нанести какой-либо вред.

Важную роль в защитных технологиях сегодня играет облачный интеллект, Threat Intelligence Big Data. Облачная среда агрегирует огромные объемы данных и позволяет быстро обмениваться ими между всеми пользователями. В случае с данными о киберугрозах облако дает возможность максимально оперативно (буквально за считанные часы) узнать о новых зловредах, внести их в базы защитных решений и отправить обновления всем пользователям. Таким образом повышается общий уровень информационной безопасности во всем мире.

Уделите внимание людям — внутри и вне компании

Помимо всего прочего, крайне полезно сегодня пользоваться помощью и знаниями экспертов в области информационной безопасности. При необходимости они могут проанализировать текущее состояние IT-инфраструктуры компании на предмет ее уязвимости, спрогнозировать возможные риски и векторы атак, дать рекомендации, которые помогут повысить и качественно улучшить уровень защиты. В конечном итоге все это поможет компании сработать на опережение потенциальной угрозы.

Стоит также уделить внимание обучению сотрудников компании навыкам безопасной работы с IT-системами и озаботиться тем, чтобы поднять их общий уровень осведомлённости о киберугрозах. Человек — одно из самых уязвимых звеньев в цепочке защиты предприятия, и киберпреступники прекрасно это понимают. Нередко самые сложные и разрушительные атаки начинаются как раз с того, что кто-то из сотрудников по неосторожности или незнанию открывает сомнительный файл, полученный по почте.

И самое главное

Важно не заблуждаться и не думать, что вы можете один раз потрудиться, выстроить надежную систему безопасности и после этого спокойно наслаждаться своей гарантированной защищенностью. Увы, это так не работает. Киберугрозы развиваются стремительно, и то, что сегодня является передовым методом защиты, завтра уже будет неактуально. Информационная безопасность превратилась из системы в процесс. А значит и подход к вопросам киберзащиты тоже нужно менять. И чем быстрее, тем лучше.

Россия > СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 22 мая 2017 > № 2182020 Антон Иванов


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 22 мая 2017 > № 2182008 Ольга Маслихова

Первая причина – это ты. Почему случился WannaCry, и что нас спасет от компьютерных эпидемий в будущем?

Ольга Маслихова

Управляющий партнер фонда Phystech Ventures

Каковы бы ни были технологи завтра, две самые главные вещи важно делать уже сегодня: не относится к собственной компьютерной безопасности безответственно и не «кормить» вымогателей выкупом.

За последние несколько лет вектор компьютерных угроз заметно сместился в сторону целевых атак — киберпреступники стали играть по-крупному: промышленный шпионаж, атаки на объекты критической инфраструктуры, кибертерроризм и другие подобные инциденты. На этом фоне истории про сетевых червей и масштабные компьютерные эпидемии, которыми пестрили газетные заголовки лет десять назад, похоже, подзабылись. А вместе с ними – и базовые вещи, которые минимизируют риск пользователя стать жертвой массовой атаки.

Вспыхнувшая недавно эпидемия WannaCry обнаружила странное: память подвела не только рядовых пользователи, многие из которых, кстати, прошлых кейсов могли не застать в силу юного возраста. Похоже, знание основ киберзащиты все еще не must в b2b сегменте.

Почему вредоносная программа вызвала массовые заражения? Авторы придумали убийственный коктейль — смешали самую распространенную угрозу (трояна-вымогателя) с самым эффективным способом распространения (сетевым червем). Результат – более 70 стран, в которых зафиксированы случаи заражения, почти 300 000 (по данным Malwaretech) пораженных машин на сегодняшний день.

Оставим за кадром инциденты в крупных компаниях: безопасность в сегменте enterprise - предмет отдельного разговора. Но и то, что среди пострадавших много не только обычных пользователей, но и небольших и средних компаний и организаций, вроде бы должно вызывать недоумение — закрывающее обновление для сетевой уязвимости OC Windows, которую использует для распространения WannaCry, было доступно за два месяца до эпидемии. Однако вопрос «почему не установили», когда давно существует возможность делать это в автоматическом режиме, здесь скорее риторический. Не посчитали важным, не знали, что нужно, не разобрались с настройками. Кроме того, причиной могло стать все еще широкое использование устаревших версий операционной системы Windows, официальная поддержка которых (и соответственно обновления) больше не осуществляется. Понимая ситуацию, Microsoft оперативно предоставила апдейты для версий Windows XP, Windows 8 и Windows Server 2003, объяснив свою позицию в блоге компании. Как бы то ни было, компании SMB сегмента, чья кибербезопасность зачастую на совести приглашенного специалиста, а то и самих сотрудников — при том, что ценность данных высокая — оказались наиболее уязвимой мишенью.

Для венчурного инвестора решения в области cybersecurity, особенно некоторых его сегментов, остаются одним из самых перспективных направлений. По данным Momentum Partners, в первом квартале текущего года этот рынок привлек $609 млн. (55% из них — это сделки ранних стадий), а за последние 8 кварталов (на момент конца 1 квартала 2017 года) в него было инвестировано в общей сложности $8,2 млрд.

Вместе с тем, ключевым фактором в борьбе с массовыми атаками и вирусными эпидемиями вроде WannaCry станут не развитие технической мысли и прорывные технологии. Основную роль здесь, скорее всего, сыграет повышение осведомленности пользователей о существующих угрозах в сети и обязательное соблюдение правил кибергигиены. Востребованность этих знаний уже сформировала нишу специализированных услуг — security awareness trainings, интерес к которым будет только расти. Аналитики Gartner оценивали этот рынок в $1 млрд. в конце 2014 года, а по данным отчета Cybersecurity Ventures, суммарные траты компаний на тренинги, обучающие сотрудников распознавать и защищаться от кибератак, могут достигнуть $10 млрд. к 2027 году.

При этом эффективная защита — и вчера, и сегодня, и завтра – это обязательно комплекс мер и действия нескольких сторон:

1) технологических компаний с их продуктами, технологиями и экспертизой;

2) компаний-пользователей с продуманными политиками безопасности и обучением сотрудников;

Между тем, пока интернет читал сводки с полей и постил забавный мем (см.картинку выше) о просчетах создателей вредоносной программы, на рынке кибербезопасности родился еще один единорог - CrowdStrike. И хотя в области cybersecurity миллиардные компании возникают регулярно (в 2017 появилось уже как минимум 2 других - Ixis, Landesk, которых приобрели за $1bln+), ряд его сегментов по-прежнему не насыщен и имеет большой потенциал для появления новых сильных игроков.

По информации Pitchbook, американская компания CrowdStrike объявила о $100 млн раунде с оценкой в $1 млрд. Лид-инвестором в серии D выступил Accel, в сделке также участвовали CapitalG, Warburg Pincus, March Capital Partners и Telstra. С учетом текущего раунда общий объем инвестиций в компанию составил $256 млн. CrowdStrike занимается облачными технологиями в области защиты конечных точек, системами обнаружения угроз и реагирования на них в режиме реального времени. Компания сделала себе имя в прошлом году, когда Национальный комитет Демократической партии пригласил ее расследовать возможное вмешательство в свои сервера третьих лиц (по некоторым предположениям, российских хакеров). Среди других клиентов компании Sony, Union Bank и Tribune Media.

По мнению экспертов, волна заражений WannaCry идет на убыль. Тем не менее, появляются (и будут появляться) аналогичные атаки, использующие ту же уязвимость. Поэтому, дабы не оказаться среди «счастливчиков», подцепивших заразу, убедитесь, что и вы выполняете три простых правила компьютерной безопасности:

- своевременно устанавливаете патчи на используемый софт, в случае с WannaCry речь об обновлениях OC Windows

- используете антивирус (а лучше endpoint security solution) с актуальными базами

- не забываете о регулярном резервном копировании – бэкапите свою информацию. Например, с помощью решений компании Acronis. В случае с троянами-вымогателями и шифровальщиками это актуально и вне контекста эпидемии. По данным исследования SecureWorks, проведенном в 2016 году среди компаний в Северной Америке, Великобритании и Азии, 36% респондентов b2b сегмента уже стали жертвами таких атак, а 57% полагали, что станут целью вредоносных программ-вымогателей в 2017. При этом 76% отвечавших считают их серьезной угрозой бизнесу, но только 56% имеют план действий на случай такой атаки.

Каковы бы ни были технологи завтра, две самые главные вещи важно делать уже сегодня: не относится к собственной компьютерной безопасности безответственно и не «кормить» вымогателей выкупом.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 22 мая 2017 > № 2182008 Ольга Маслихова


Россия. ЮФО > Агропром. Финансы, банки > zol.ru, 22 мая 2017 > № 2181297 Корней Биждов

Президент НСА: «Засуха остается главным риском для донских аграриев»

Президент Национального союза агростраховщиков (НСА) Корней Биждов рассказал РБК Юг об особенностях агрострахования в на Юге России в условиях дефицита государственных субсидий.

— В этом году в системе агрострахования с господдержкой произошли существенные изменения, которые привели в т.ч. к сокращению объема субсидий. Как это отразилось на востребованности продукта аграриями Ростовской области и Юга России в целом?

— Ростовскую область сокращение объема субсидий коснулось в меньшей степени, так как в регионе изначально был предусмотрен объем субсидий, даже превышающий спрос на агрострахование.

Однако в других южных регионах, в частности Краснодарском и Ставропольском крае, выделенных средств не хватило. В результате образовалась задолженность по уже заключенным договорам: по Краснодарскому краю 318 млн рублей, по Ставропольскому – 493 млн рублей. Т.е. аграрии, поверив в действующую систему, заключили договоры, оплатили их из собственных средств, но из-за принятых на федеральном уровне решений не получили своих денег.

Кроме того, до 2016г. производилось перераспределение субсидий между регионами — из территорий, которые не выбрали выделенные им средства, они перенаправлялись туда, где средств на субсидии, наоборот, не хватало. В 2016г. было решено отказаться от перераспределения средств. Вместе с общим сокращением субсидирования это дало негативный результат.

ФЗ №260 «О государственной поддержке в сфере сельскохозяйственного страхования». Он предполагает, что при заключении фермером договора со страховой компанией первый оплачивает только 50% взноса. Оставшуюся часть берет на себя государство, перечисляя деньги напрямую компании.

В 2017г. правила агрострахования с господдержкой в России изменились. Теперь федеральные средства будут доводиться в субъекты РФ не по целевой программе, а в рамках так называемой «единой субсидии». Регионы имеют право перераспределять эти деньги по своему усмотрению в те отрасли, которые они считают недофинансированными.

— Ряд регионов России в этом году решил не включать агрострахование в те направления, по которым будет предоставляться поддержка. Ростовская область в их число не вошла. Насколько НСА удается выстраивать взаимоотношение с региональными властями, от которых развитие агрострахование «на местах» теперь зависит почти напрямую?

— В 2016г. в Ростовской области на условиях господдержки были заключены договоры страхования 284 тыс. га, что вывело регион в первую пятерку по данному показателю. С учетом озимого сева, застрахованного предыдущей осенью, этот показатель еще выше. Я считаю, что достижение таких показателей стало возможным во многом именно благодаря целенаправленным мерам со стороны руководства региона, изыскавшего возможность в прошлом году усилить господдержку застрахованных агропроизводителей при отсутствии дополнительного федерального субсидирования.

На 2017г. регион запланировал страхование с господдержкой 316 тыс. га. Хочу отметить, что планирование агрострахования в Ростовской области осуществляется с детализацией по районам, при внимании органов власти на всех уровнях.

— Какие риски, по данным НСА, наиболее актуальны для сельхозпроизводителей Ростовской области?

— Последние годы были достаточно благоприятными с точки зрения климатических и погодных условий. Тем не менее, даже в этот период агробизнес нес локальные потери. Главным риском для региона в последние пять лет являлась засуха. Основной ущерб посевам наносила почвенная засуха, на которую пришлось около 60% всех выплат компаний НСА в регионе, и еще 16% всех выплат составили убытки от атмосферной засухи.

Вторым по значению является риск вымерзания озимых посевов. В 2016г. одна из наиболее крупных страховых выплат в Ростовской области — почти 20 млн руб. — была произведена именно по убытку от вымерзания озимой пшеницы.

Всего, по данным НСА и Банка России, начисленная премия по договорам страхования урожая с господдержкой в Ростовской области в 2016г. составила 98 млн руб. В целом же за четыре года действия закона об агростраховании с господдержкой, аграрии региона получили выплаты на общую сумму порядка 760 млн руб.

И это лишнее подтверждение тому, что агрострахование нужно не только тогда, когда мы ожидаем каких-то катастрофических событий вроде засухи 2010 г. или наводнения на Дальнем Востоке — оно должно быть системным и регулярным.

— А каков прогноз для аграриев региона на 2017г. с учетом довольно неблагоприятных условий в апреле?

— В 2017 г. на основе космического мониторинга мы делаем вывод о том, что на Юге России, в том числе в Ростовской области, возможны довольно значительные потери урожая. Будем надеяться, что ситуация выправится. Но по состоянию на середину апреля 27% посевов в Ростовской области развивались хуже, чем в последние годы. Это не обязательно должно привести к каким-то катастрофическим событиям, но это надо иметь в виду.

Кроме того, следует помнить, что часть районов Ростовской области традиционно относится к так называемой «зоне рискованного земледелия».

— Что представляет собой система космического мониторинга и насколько эффективно ее использование с точки зрения страховщиков?

— На это направление в своей работе мы делаем серьезную ставку. Это система, связанная со спутниковым мониторингом и его компьютерной обработкой, которая позволяет объективно оценить состояние посевов, имея при этом историю конкретного поля за последние семь лет — видеть, что на нем выращивалось, какие происходили события, как развивались растения и т.д.

Прежде всего, система космического мониторинга дает объективность, что очень важно для урегулирования споров между страховщиками и аграриями. Их не очень много, но, в любом случае, когда возникают разногласия, необходим объективный инструмент оценки, позволяющий точно сказать — имело ли место событие, и как оно повлияло на снижение урожая.

На сегодняшний день космомониторинг активно используют 16 страховых компаний из 24, занимающихся агрострахованием. Кроме того, обобщенные данные космомониторинга мы регулярно посылаем в Минсельхоз РФ.

— Как часто аграрии страхуются, лишь осознав определенный риск потерять часть урожая?

— Как правило, именно так и происходит. Но существует установленный законом предельный срок – не позднее 15 дней после окончания сева. Как правило, власти каждого региона объявляют об окончании основных посевных работ. После этого срока сельхозпроизводитель уже не может претендовать на господдержку и заключает договор со страховой компании полностью за счет собственных средств.

— Насколько агрострахование в России — доходный бизнес?

— Поскольку около пяти лет в целом по стране погодные условия были достаточно благоприятными, страховщики, имеющие распределение бизнеса в разных регионах, оставались в небольшой прибыли.

Но есть большая иллюзия, что если застрахованный заплатил, допустим, 100 рублей, а получил 40, то 60 рублей ушло в прибыль страховщика. На самом деле большая часть этой суммы идет на формирование резерва на случай каких-то глобальных событий – например, той же засухи, при которых аграрии могут потерять существенную часть урожая. В этом случае они смогут получить весьма значительные суммы страховых выплат.

Что касается результатов деятельности компаний, входящих в НСА, то по итогам этого года мы прогнозируем снижение и так невысоких показателей 2016г., когда субсидирование агрострахования было снижено ровно в два раза. Конечно, ни сами страховщики, ни власти не испытывают иллюзий, что массово внедрить систему агрострахования можно за один-два года. На это требуется время и соблюдение главного условия — установления четких, однозначных правил субсидирования и следование им со стороны всех участников.

Но, если бы не ситуация 2016г. с урезанием субсидий и неподготовленностью нормативной базы на 2017 год, то через два-три года система агрострахования заработала бы в России в полном объеме. Сейчас, если будут стабильные условия субсидирования, для бесперебойной работы системы агрострахования нам потребуется еще три-четыре года.

Россия. ЮФО > Агропром. Финансы, банки > zol.ru, 22 мая 2017 > № 2181297 Корней Биждов


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > kapital.kz, 22 мая 2017 > № 2181214 Виктор Орловский

Мобильные телефоны как устройства очень скоро уйдут в прошлое

В эксклюзивном интервью Виктор Орловский рассказал о том, как целые отрасли будут меняться и в какие стартапы стоит вкладываться

Мир становится все более персонализированным. Uber и Airbnb — лишь начало таких изменений, и в этом процессе никто не сможет остаться в стороне — ни отдельные компании, ни целые индустрии. В эксклюзивном интервью «Капитал.kz» Виктор Орловский, управляющий партнер фонда MoneyTime Ventures, рассказал о том, как целые отрасли будут меняться и в какие стартапы сегодня стоит вкладываться. Виктор Орловский в течение 5 лет возглавлял IТ-блок российского гиганта Сбербанка, а затем руководил в этом финансовом институте направлением, отвечавшим за развитие цифрового бизнеса. Позже возглавил управляющую компанию венчурного фонда Сбербанка SBTV Fund I.

— Виктор Михайлович, как вы считаете, какие модели банков сегодня могут быть успешными — необанки или традиционные? Мы видим примеры Рокетбанка и Instabank, которые создавались как мобильные банки, но один из них закрыли, а другой — продали. Тут еще и финтех активизировался, замахнувшись на банковский пирог.

— Я думаю, что в целом некий хайп, связанный с финтехом, прошел, но на рынке остались мощные финтех-компании, плюс продолжают появляться новые. Если говорить о конкуренции финтеха и банков, то стоит понимать, что финтехи так или иначе атакуют банки. Как-то СЕО одного из пяти крупнейших банков мира рассказал, что они внимательно изучили этот вопрос и выявили 141 стартап (лучший в каждом из направлений), которые атакуют этот финансовый конгломерат. Понятно, что это в основном ведущие финтех-стартапы мира и они атакуют не только этот банк. Так вот, каждый из них атакует какую-то небольшую часть банковского бизнеса: платежи, кредиты, many market, инвестиции и т. д. И банк ни в одном из этих направлений не может конкурировать с ними по-настоящему. Стартапы могут обслуживать какую-то очень узкую нишу и решать узко поставленную задачу. Банки же более универсальные, что дает им серьезное преимущество. Банки — это маркетплейс одновременного удовлетворения сразу нескольких потребностей клиентов. Да, у них есть legacy (наследие — прим. авт.), в какой-то степени оно мешает им развиваться, но и помогает строить эти универсальные решения. А еще к банкам у клиентов все же гораздо больше доверия, чем к стартапам, по крайней мере пока.

Проблема при создании цифровых банков заключается в том, что основатели изначально пытаются построить универсальный бизнес. Таких примеров масса по всему миру. Но создать такой банк с нуля очень сложно, потому как задача стартапа — сделать хорошо что-то одно, а все остальное делать «так себе». В универсальном банке «так себе» получается слишком много, и ценность того, что стартап делает действительно хорошо, размывается. С другой стороны, есть достаточно успешные стратегии выхода на рынок через монопродукт. В России это пример Тинькофф банка, который вышел с хорошо продуманным монопродуктом, а сейчас развивает универсальные решения. В Америке это пример PayPal, который теперь выдает кредиты малому бизнесу, или Lending Club, запущенный как P2P-платформа, компания теперь готовится выпускать кредитные карты. И рано или поздно они, возможно, будут принимать депозиты и станут универсальным банком. Это удачные примеры того, как финтех-компании выходят в другие области.

Истории Рокетбанка и Instabank — это создание универсального игрока с нуля. Но это достаточно тяжело, для стартапа, как я уже говорил, требуются большие ресурсы (а, как правило, они ограничены у стартапа), кроме того, ему нужно иметь много разных по своим характеристикам компетенций.

— И все же, может ли финтех потеснить банки?

— Если оценивать в широком понимании, то финтех уже теснит банки. Но я не думаю, что в один прекрасный (несчастный) день мы проснемся и увидим, что банков больше нет. Это будет долгая трансформация. Сегодня есть множество примеров того, как финансовые институты успешно работают с финтех-компаниями. И я думаю, что выживут те игроки, которые модернизируются под новые условия и найдут некий баланс с финтех-компаниями. Это будет плавный процесс приспосабливания — где-то с удачными историями, где-то с не очень, которые попадут в книги. Если вспомнить историю Wells Fargo, то когда-то это был вовсе не банк, а своего рода курьерская служба, но в результате из всего, чем Wells Fargo занимался, остался банк.

— Сколько, на ваш взгляд, будет продолжаться эта перестройка финансовых институтов и финтеха?

— Этот процесс будет постоянным, но он будет ускоряться. Однозначно, ни одна индустрия в мире не останется в том виде, в котором существует сегодня. Не думаем же мы, что Apple закончит выпускать iPhone на восьмом поколении?! Или Facebook не купит больше ни одного стартапа?! Или затормозятся те фантастические трансформации в автомобилестроении, которые мы наблюдаем сегодня?! Или мир перейдет в какое-то статическое состояние, в котором все уже будет изобретено?! Дело в том, что серьезные изменения нужно ожидать в любой индустрии, в особенности в сфере потребления и сфере услуг — и в эпицентре этих изменений должны находиться банки. Финансовые институты меняются чуть медленнее из-за большого количества регуляторных барьеров, но изменяются очень серьезно.

— Тем не менее они проигрывают финтеху как раз из-за этого регулирования. Возможно, пора всерьез задуматься о контроле за финтехом?

— Мы можем видеть, как это происходит в разных странах. В ряде государств, таких как Англия, Китай, Сингапур, финтехам разрешается очень многое (если почти не всё) и регулятор внимательно наблюдает за происходящим. Но как только финтех-индустрия набирает обороты, власти начинают ее регулировать. Это правильно, на мой взгляд: дать возможность попробовать, поэкспериментировать, изучить, а уже потом контролировать. Великобритания, по моему мнению, дальше всех ушла в этом направлении. Там вводится упрощенное регулирование, и оно будет ужесточаться по мере роста индустрии и встраиваться в общее регулирование.

— В прошлом году на форуме FinWin 2016 вы рассказывали о том, что клиенты поколения Z больше не заходят в интернет, чтобы узнать новости — они открывают интернет или смартфон, чтобы что-то купить. Как на этом зарабатывать банкам?

— Я думаю, у каждого поколения свои привычки и пристрастия, но поколение, которое уже подрастает, глубоко персонализировано по сути. И этот уровень достигнет невероятных высот, начиная от обучения, медицины, автомобиля и заканчивая банками. В персонализированном мире нужно будет создавать не только индивидуальный продукт или услугу, но и уметь предвидеть желание клиента.

Сегодня есть много разработок, которые могут предвидеть поведение клиентов. Посмотрите на Uber: по сути, чтобы вызвать машину, уже не нужно проделывать массу движений, а достаточно нажать кнопку в приложении, почти также из гаража по кнопке выезжает «Тесла». Но Uber будущего — это заказ автомобиля без нажатия кнопки. Система будет видеть, например, мой календарь, время выезда на работу и предоставлять мне машину даже без моего прямого указания. Причем сам автомобиль будет создан под все мои потребности, в нем будет играть моя любимая радиостанция или соединит меня через конференц-звонок с компаниями. Это не фантастика, это та услуга, которая должна быть на рынке. Такая персонализация будет во всех услугах и продуктах будущего — это то, что нужно выучить, чтобы понять поколение Z, а за ним подрастет поколение, требующее еще большей персонификации.

— Но сегодня идея уберизации — это некий модный тренд. Туда стремятся все — от банков до малого бизнеса…

— Нет, это не мода, это удобство получения услуги. Современный бизнес должен быть социальным, мобильным и локальным. Яркие тому подтверждения — Airbnb, Uber и другие компании.

— Вы очень вдохновляюще описали будущее Uber, но так ли оно заманчиво у банков?

— Это будущее ждет все uber-подобные сервисы. А с банками все будет то же самое. Все банковские продукты будут персонализированы — не будет двух одинаковых предложений для двух разных клиентов. Эти услуги будут персонализированы даже в период разного состояния — накопления или потребления. И это эффективное управление нам обязательно предложит один из банков.

Сейчас, чтобы перевести деньги со счета на счет, мне нужно проделать большое число операций. Хотя, соглашусь, что их существенно меньше, чем 10−15 лет назад. Но будущее за «банковским менеджером», то есть AI, его представляющим, который сам будет переводить деньги просто по моему голосовому запросу. А заходя в Starbucks, например, я бы просто сказал бариста: «Питер, приготовьте мне, пожалуйста, капучино сейчас». Я надеюсь, что технология производства старого доброго итальянского капучино не поменяется, но изменится сам процесс оплаты, не нужно будет прикладывать карту, вводить PIN-код. Почему, если Питер меня узнал, меня не может узнать терминал и списать с моего счета деньги? Я уж не говорю о том, что к моей «Тесле» может подлететь умный дрон и обслужить меня на лету, пока я еду в недавно анонсированном Илоном Маском туннеле.

— Опять же возвращаясь к вашему выступлению в прошлом году, вы сказали о том, что все мобильные банки уйдут в прошлое.

— Да, я имею в виду мобильные банки как приложения. Приложения вообще уйдут в прошлое. Приложения — это хайп. Они будут выглядеть как своего рода микросервисы. Я зашел в кафе, и есть микросервис «заплатить за мой капучино». При покупке или оплате на сайте будут микросервисы «заплатить за товар или услугу» или «перевести деньги», при подъезде к парковке будут появляться сервисы для ее оплаты. Кстати, вот увидите, и сами мобильные телефоны как устройства очень скоро уйдут в прошлое, как и все остальные компьютеры. Согласитесь, это неудобно — набивать текст на клавиатуре (как реальной, так и виртуальной). Нативные интерфейсы гораздо удобнее — компьютер очень скоро будет отлично понимать все, что вы ему говорите, а показывать изображения он будет в виде дополненной реальности на ваших очках.

— Какое в таком случае будущее у мобильных операторов? Мы видим, как некоторые телеком-компании создают свои банки, но есть и примеры банков, которые создают мобильные компании.

— Я не думаю, что телеком исчезнет, никуда же не делись компании, оказывающие коммунальные услуги. Мы их просто не замечаем, но они есть. Телеком в какой-то степени становится такой услугой. Часть компаний из этой отрасли старается мигрировать в более ценностное предложение — в этой индустрии также выживут самые адаптивные.

Чем был хорош телеком? Точка роста была большой. Но сейчас индустрия выросла и достигла своего максимума — уже все или почти все покрыты сотовой связью, так что телеком превращается в commodity (предмет потребления — прим. авт.), такой же, как розетка в доме или кран с водой. Поэтому единственный путь развития этих компаний в сторону повышения капитализации — находить новые услуги. Банковский рынок, например, тоже не растет. А вот интернет-торговля растет, рынок медицины растет. Поэтому и телекому нужно находить новые быстрорастущие ниши. И пока у них для этого есть возможности — имея информацию о клиентах, они могут предлагать множество дополнительных услуг. От этого будет зависеть, смогут ли они стать больше чем телеком или станут просто «трубой». Если они смогут найти этот симбиоз с новыми сервисами и получать леверидж, то смогут выжить, если нет — умрут. И вообще, успех компании в новой экономике есть функция от (КПД работы с данными) х (Объем и полнота данных) х (Ценность данных) х (Достоверность данных) х (прирост обрабатываемых данных). Эта функция, по сути, выражает качество принимаемых управленческих решений, а значит и качество бизнеса компании.

— Если говорить о вашей инвестиционной работе, какие проекты сегодня наиболее привлекательны для инвесторов? На что должны делать ставки инвесторы? Например, как пишут некоторые эксперты, небольшая часть финтех-компаний может "выстрелить", и инвестиции от этих проектов могут оправдаться лишь после прихода нового поколения.

— Мне кажется, что рецепты успешных компаний никак не изменились со временем. Берете очень хорошую голодную команду, в которой каждый член дополняет друг друга, так что сумма их командных усилий выше простого слагаемого этих усилий. Убеждаетесь, что у команды есть отличная революционная идея. Далее удостоверяетесь в том, что эта команда знает некий секрет про свой рынок и своих потенциальных клиентов, о котором не догадываются конкуренты. Видите, что команда решает настоящую насущную, а не мифическую проблему и что она создает или атакует рынок, который будет быстро расти и достигнет значимых значений. Убеждаетесь в том, что команда имеет отличный уровень execution (исполнения — прим. авт.) и быстро учится. Что она достаточно упорна, чтобы преодолеть стоящие перед ней трудности.

Если все это есть — инвестируйте и надейтесь, что эта небольшая флуктуация идеи, духа и энергии породит следующего «единорога», о котором потом будут писать учебники и снимать фильмы.

И приготовьтесь к тому, что ничего не выйдет, потому как есть сто тысяч опасностей на этом пути, каждая из которых может убить вашу мечту.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > kapital.kz, 22 мая 2017 > № 2181214 Виктор Орловский


Россия > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 18 мая 2017 > № 2181159 Сергей Горьков

Брифинг председателя Внешэкономбанка Сергея Горькова по завершении заседания.

Из стенограммы:

С.Горьков: Состоялось заседание Наблюдательного совета Внешэкономбанка. Были рассмотрены несколько вопросов. Один из них – предоставление финансирования компании «Трансмашхолдинг». Связано это с предоставлением кредита на приобретение порядка 760 вагонов для московского метро. Сделка сегодня была утверждена, её объём 38 млрд рублей. Она предполагает использование средств Фонда национального благосостояния. Сделка достаточно крупная, важная, позволяет загрузить предприятие объёмом работ и рабочими местами, а москвичей обеспечивает новыми и качественными, современными вагонами метро.

Кроме прочего, сегодня Набсовет утвердил создание ООО «ВЭБ Инновации». Стратегия Внешэкономбанка предусматривает свой подход к инновациям. Он предполагает формирование целого ряда в том числе фондов по поддержке компаний в инновациях. Поэтому создали новое ООО под названием «ВЭБ Инновации» в целях именно поддержки как проектов НТИ, так и других инновационных проектов.

Ещё был рассмотрен один из важных вопросов по созданию комитета по аудиту. Мы считаем, что ВЭБ должен иметь ряд комитетов, которые в значительной степени будут смотреть за нашей работой, за работой менеджмента. Один из таких комитетов был создан, это комитет по стратегии, который рассматривает, каким образом ВЭБ инвестирует деньги, в какие направления и приоритетные проекты. Сегодня было утверждено создание комитета по аудиту, который возглавит Антон Германович Силуанов, Министр финансов, член нашего Наблюдательного совета. Это позволит в значительной степени сделать более прозрачными результаты нашей работы, работы менеджмента.

Что ещё важно – сегодня принято решение о том, что мы передаём КРСК (Корпорация развития Северного Кавказа) безвозмездно государству, потому что это не соответствует нашей стратегии. КРСК должна управляться напрямую через министерство, Минкавказ. Об этом тоже решение принято.

Вопрос: Планируется провести совещание по вопросам создания фабрики проектного финансирования. Исходя из повестки, там ещё принимали участие представители Альфа-банка. Что это предполагает?..

С.Горьков: По проектному финансированию действительно было совещание, представителей банков на нём не было, кроме ВЭБа. Проект, который обсуждается, выработан совместно Минэкономразвития и ВЭБом. Действительно, в стране есть потребность в реализации проектов, есть и необходимость создания механизмов поддержки проектов и вообще механизмов проектного финансирования. Проект закона о синдикации сейчас активно обсуждается. Совещание было посвящено как раз этому. Сейчас много вопросов, которые требуется решить. Идёт достаточно активное обсуждение.

Вопрос: К чему планируется привязать ставку в рамках этих проектов?

С.Горьков: Сейчас идёт активное обсуждение и пока чёткой позиции нет. Проходят совещания, которые должны именно выработать все основные параметры. В настоящее время только представлен подход, требуется ещё работа для уточнения.

Вопрос: Принято какое-то согласованное решение, что всё же ВЭБу нужно субсидировать процентную ставку в рамках фабрики?

С.Горьков: Механизм предполагает разные формы поддержки со стороны государства. Сейчас пока рано говорить об этом: проект представлен, мне кажется, сама задача интересная, интересная идея, но требует ещё доработки.

Вопрос: Сергей Николаевич, говоря о ситуации с ЕБРР, Максим Орешкин отметил, что Россия будет концентрироваться именно на таких институтах развития, как ВЭБ. В связи с этим что планируется делать?

С.Горьков: Новых проектов ЕБРР нет, старые де-факто уже реализуются в такой форме, какая есть. Мы считаем, что часть проектов интересная, мы готовы рассмотреть эти проекты, в том числе для рефинансирования.

Вопрос: В каких направлениях будут эти проекты?

С.Горьков: Там четыре основных направления. Сельское хозяйство мы не готовы будем рассматривать, для этого есть другой институт – Россельхозбанк, у нас нет этого в стратегии. А, например, проекты по инфраструктуре, проекты по энергетике мы готовы посмотреть и, возможно, рефинансировать какие-то проекты.

Вопрос: Вы можете рассказать про Проминвестбанк? Там уже есть подвижки, два физлица подали документы на приобретение крупных долей в Нацбанк Украины. Когда вы ожидаете, что сделка может быть закрыта?

С.Горьков: Давайте подождём решения НБУ. У нас это не единственные претенденты. Соответственно, сейчас ответ за НБУ, будем его ждать.

Вопрос: А есть какие-то подвижки в Связь-банке и «Глобэксе»?

С.Горьков: Могу сказать, что Связь-банк успешно закончил квартал, больше 400 млн рублей чистой прибыли. «Глобэкс» также вышел на операционную прибыль, достаточно успешно. Я думаю, что Центральный банк тоже доволен результатами с точки зрения управления нашими дочерними банками. С точки зрения процесса мы ведём дальнейшие переговоры по уточнению позиций. У нас есть несколько претендентов, мы продолжаем изучать. Думаю, что мы, наверное, сможем структурировать основные параметры сделки где-то в июле, не раньше.

Россия > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 18 мая 2017 > № 2181159 Сергей Горьков


Казахстан > Финансы, банки > kapital.kz, 17 мая 2017 > № 2175852 Умут Шаяхметова

Почему для поддержки Qazkom потребовалось больше, чем 2,1 трлн тенге

Умут Шаяхметова о своих догадках, планах и текущем положении дел

Банковский сектор последние три года реконструируется: одни фининституты объединяются, другие уходят с рынка или меняют формат работы. История трансформации Казкома также войдет в историю — сделка особенна во всех смыслах… На прошедшей пресс-конференции глава Народного банка сообщила, что, скорее всего, Казком станет «дочкой» Халыка. Одновременно, без помощи государства этой сделке не дано реализоваться… Окончательная сумма вливаний в Казком не была озвучена, но пока Нацбанк называет весьма внушительную сумму планируемой поддержки — 2,4 трлн тенге. В интервью корреспонденту центра деловой информации Kapital.kz председатель правления Народного банка Умут Шаяхметова рассказала, почему объем заявленной Нацбанком поддержки Казкома изменялся с 2,1 до 2,4 трлн тенге и почему стресс-тестирование не имеет смысла.

— Умут Болатхановна, в Нацбанке в середине февраля отмечали, что Фонд проблемных кредитов (ФПК) будет докапитализирован на 2 трлн тенге. Подчеркивалось, что эти средства будут направлены на оздоровление банковского сектора. Позже финрегулятор сообщил, что только для поддержки Казкома планируется выделить 2,4 трлн тенге. Но эти средства не будут направлены на докапитализацию ККБ, они будут использованы для того, чтобы «отцепить проблемный актив БТА от Казкома». Почему сумма для поддержки Казкома так резко выросла? Были обнаружены какие-то весомые проблемы?

- Нет, думаю, что тут Нацбанк ориентировался на объем займа БТА, который висит на балансе Казкома (по данным на 31 декабря 2016 года — 2,46 трлн тенге. — Ред.). Этот заем состоит из тенговой и долларовой частей. За счет того, что в течение определенного времени менялся курс тенге к доллару, какие-то другие обстоятельства, долларовая часть (займа БТА. — Ред.) в тенговом выражении была переоценена. В целом же напомню, что для Народного банка всегда было принципиально, чтобы на момент входа в сделку по приобретению Казкома произошла деконсолидация займа БТА.

- То есть предполагается, что будет «плохой банк» и «хороший банк»…

- Можно и так сказать. Думаю, что «плохой банк» будет работать в формате коллекторской компании.

- В настоящее время в Казкоме проводится процедура due diligence… Вы уже отметили, что, учитывая сложность и трудоемкость сделки, процесс due diligence немного затянулся. И все-таки не возникла ли у вас мысль отказаться от сделки?

— Нет.

— Но, в принципе, у вас есть такая возможность…

— В принципе, такая возможность у Халыка всегда есть, нас никто не заставляет покупать Казком. Отказаться от сделки? Нет, на сегодня таких мыслей нет. Но если вдруг возникнут какие-то непреодолимые вопросы по сделке, которые мы не сможем решить, тогда у нас будет право отказаться. Но пока все идет по плану… Повторюсь, процесс due diligence сложный, в принципе, он движется в нормальном темпе…

— По сумме сделки не будете комментировать…

- Нет.

- В 2016 году Народный банк получил прибыль — 131,4 млрд тенге. Эта планка совпала с вашими прогнозами, которые вы делали в прошлом году — 140 млрд тенге. На днях стало известно, что акционеры приняли решение не выплачивать дивиденды по простым акциям за прошлый год. С чем это связано?

- Мы получили в 2016 году очень хорошую прибыль за всю историю работы банка. У нас уровень избыточности капитала высокий, поэтому мы приняли решение не выплачивать дивиденды по простым акциям. Конечно, в первую очередь решение по дивидендам связано с намечающейся сделкой по покупке Казкома. Если мы примем решение завершить сделку по Казкому, то, конечно, нам будет нужен дополнительный капитал (который высвободился за счет невыплаты дивидендов. — Ред.).

- На прошедшей пресс-конференции вы сказали, что банк сократил расходы на благотворительность и маркетинг. Если вспомнить, в 2016 году был объявлен мораторий на прием новых сотрудников. Сейчас планируете сокращать штат?

- Сжимать штат не планируем. В прошлом году мы не сокращали штат, вы правильно заметили, что был мораторий на прием новых сотрудников.

- В Нацбанке заявляли, что стресс-тестирование банков планируется закончить в 2017 году. Можете рассказать, как сейчас протекает это мероприятие?

- Та инициатива, которая была заявлена Нацбанком о начале стресс-тестирования, она не реализуется. Пока мы еще не видели даже методологию стресс-тестирования, разработанную финрегулятором. Я точно и не знаю, будет ли проведено это стресс-тестирование или нет. Помните, была точка зрения, что у Нацбанка на самом деле есть вся информация о реальном состоянии банков. Думаю, что такой дорогостоящий, дорогой и сложный процесс, как стресс-тестирование, сейчас не даст той отдачи, которую ожидают многие. Повторюсь, у Нацбанка есть понимание проблем каждого банка. Мы со своей стороны все время предлагаем, чтобы финрегулятор лучше бы переходил к решению проблем в банковском секторе, а не к изучению. Зачем изучать, если и так все известно.

- В Нацбанке сообщали, что стресс-тестирование банков будет проходить за счет финрегулятора. По информации Нацбанка, проведение стресс-тестирования предполагается в два этапа. Каждый из этапов мог обойтись в сумму от 3 млрд до 6 млрд тенге. По-прежнему ли банки не будут задействованы в оплате за стресс-тесты?

- Не будут, потому что иначе возникнет конфликт интересов. Понятно, что если какой-то банк заплатит за свой стресс-тест, то он будет заинтересован в положительном результате тестирования.

— Давайте перейдем к сделке по продаже 60% акций Altyn bank китайскому CITIC. Ранее глава Altyn bank Аскар Смагулов говорил о том, что CITIC после завершения сделки планирует оставить казахстанский менеджмент в банке. Намерения не изменились?

— Не изменились.

— Ранее вы говорили, что «дочка» Народного банка Halyk Finance готова участвовать в тендере по выбору управляющих компаний по управлению активами Единого накопительного пенсионного фонда (ЕНПФ). Есть ли у вас информация по критериям отбора управляющих?

- У меня нет информации на этот счет, пока все на уровне обсуждений — никакой конкретики.

— Судя по структуре ЕНПФ, Народный банк не привлекал средства от пенсионного фонда на свои депозиты. Не планируете?

— Нет, у нас избыток тенговой ликвидности.

— То есть дело не в ставках по вкладам…

- Да, причина не в условиях.

— На прошедшей пресс-конференции вы заявляли, что вложения в ноты Нацбанка составляют около 25% ссудного портфеля вашего банка. Насколько это критичная планка, можно говорить, что эта доля ощутима?

— Действительно, 25% — это очень много.

— Какова оптимальная планка по нотам?

— В целом считаю, что у банка 70% активов должно быть сконцентрировано в кредитах. У нас же в займах «лежит» около 50% активов — этого очень мало. То есть вот эти 25% активов, которые у нас в нотах, они должны быть размещены в кредитах. И 30%, которые остаются, должны быть ликвидными: около 20%, как правило, вкладывается в ценные бумаги, около 10% в cash.

— Когда ситуация может измениться?

— Мы бы с удовольствием снизили долю вложений с нот и нарастили бы кредитный портфель… Но все дело в доходности по нотам, она выгодна для нас — сейчас в районе 10%. Вот как только доходность по нотам начнет снижаться, мы уйдем в кредитование.

Казахстан > Финансы, банки > kapital.kz, 17 мая 2017 > № 2175852 Умут Шаяхметова


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 16 мая 2017 > № 2175785 Алексей Скобелев

Финансы на ладони: мобильные приложения для инвестиций и страховой защиты

Алексей Скобелев

генеральный директор Markswebb Rank & Report

К мобильному банкингу все уже привыкли, но у обладателей смартфонов появляется все больше возможностей по работе с финансами. Какие сервисы наиболее удобны для инвестиций и страхования?

Для современного человека возможность управлять финансами с телефона — норма, некое общеупотребимое благо, как электричество. Новые мобильные сервисы для финансовых продуктов вбирают в себя инвестиционную активность клиента, помогают управлять страховками и даже влиять на стоимость полиса.

Для людей моложе 30 лет понятие «интернет» фактически равно «мобильный интернет». По данным GfK за 2016 год, 76% людей моложе 30 лет и 47% людей в возрасте 30-54 лет выходят в интернет со смартфона. Вопрос, делать мобильное приложение или нет, актуален, только если компания создает сервис для аудитории 55+. Во всех остальных случаях мобильное приложение — это must have, а для аудитории моложе 30 с мобильного сервиса нужно начинать, и только потом делать все остальное.

Бывает и обратная ситуация — когда люди по какой-то причине игнорируют мобильное приложение — из соображений безопасности или просто потому что нет памяти на телефоне. Если мобильное приложение для частных клиентов есть почти у каждого банка, то адаптивные интернет-банки — пока что редкость. По результатам апрельского исследования Internet Banking Rank 2017, под работу со смартфона адаптировано только 9 интернет-банков из 36 — это сервисы банков «Санкт-Петербург», «Траст», Бинбанка, ВТБ24, «Зенит», «Ренессанс Кредит», Совкомбанка, Тинькофф Банка и УБРиР.

Мобильные инвестиции: на всякого мудреца довольно простоты

Что это?

Мобильные приложения, через которые можно инвестировать — покупать акции, менять валюту и так далее. По результатам исследования Internet Banking Rank 2017, возможность первичной покупки паев в ПИФах есть в двух интернет-банках из 35, а вторичной — в девяти. В мобильных банках ситуация примерно такая же. Развивается функционал медленно и постепенно: сначала появляется возможность управлять купленными паями, потом приобретать новые, потом появляется интерфейс, где можно видеть все свои паи, управлять ими, отслеживать динамику стоимости, докупать, продавать и др.

Революционно на фоне этой эволюции выступил сервис «Тинькофф Инвестиции». Его интерфейс такой же простой и привычный для пользователя, как мобильный банк, но по функциональности это настоящий терминал для торговли на бирже акциями, облигациями и валютой.

У кого реализовано?

Удобно инвестировать в разные инструменты со смартфона можно через «Тинькофф Инвестиции» и мобильное приложение «БКС Брокер». Разница между ними в нюансах: они оба сделаны для простых пользователей и не требуют каких-то специальных знаний.

Еще есть отдельные приложения для брокеров — это мобильные биржевые терминалы (например, iQuik). Их главный недостаток последних — недоступность для новичков: они копируют типичный интерфейс брокерского терминала, никак не меняя сложный UX со стаканами котировок и непонятными формулировками. Также у всех брокерских терминалов для мобильных устройств есть проблема с подключением средств безопасности: перенести сертификат электронной подписи на iPhone — задача не быстрая и очень неочевидная.

Вероятно, в ближайшем будущем удобный мобильный сервис для инвестиций сделают еще 2-3 крупных банка. Например, Альфа-Банк давно говорит про сервис «Доступные инвестиции», который сделает возможным выход обычного человека на биржу и позволит удобно и просто работать с биржевыми инструментами.

Как это работает?

В мобильных приложениях «Тинькофф Инвестиции» и «БКС Брокер» очень простой интерфейс: есть список доступных акций и кнопка «Купить» — все доведено до образа привычных пользователю операций, которые он совершает в мобильном банке.

Такой сервис очень сильно снижает порог входа на биржу: например, операция «Купить доллары» так и выглядит — в виде кнопки «Купить доллары». Человек ее нажимает, вводит нужную сумму и купленная валюта сразу появляется на счете. По большому счету, все происходит точно так же, как в мобильном банке. Несмотря на сильно упрощенный интерфейс, в приложении сохранены все преимущества биржевой торговли — например, можно отслеживать изменения курса в течение дня.

В мобильных приложениях для брокеров все гораздо сложнее — как минимум, есть 2 инструмента — USDRUB (today), когда валюту можно получить в день покупки, и USDRUB (tomorrow), когда сделка совершается сегодня, а получить валюту получить можно завтра.

Сколько это стоит?

Негативный момент в работе с «Тинькофф Инвестиции» — более высокая комиссия, чем при работе напрямую с брокером: за удобный сервис клиент платит больше. Брокеры берут комиссию порядка 0,03% со сделки, «Тинькофф» — 0,3%. Сейчас сервис работает в партнерстве с БКС, то есть физически счет открывается у брокера. Но компания уже занимается получением лицензии на работу с ценными бумагами и скоро, вероятно, будет открывать собственные брокерские счета.

Мобильное страхование: не было бы счастья

Что это?

Некий аналог мобильного банкинга в страховании — мобильная версия личного кабинета, где человек может авторизоваться, увидеть все свои страховые полисы и как-то с ними работать: видеть срок действия, какие риски полис покрывает и на какие суммы, а при необходимости пролонгировать полис. Конечно, тут речь идет только о полисах одной страховой компании: условно, в приложении «АльфаСтрахования» видны только полисы «АльфаСтрахование», так же, как в мобильном банке «Сбербанк Онлайн» видны только карты Сбербанка.

У кого это реализовано?

Такие сервисы есть в принципе у всех крупных страховых компаний — «АльфаСтрахование», «Росгосстрах», «Ренессанс-Страхование» и так далее. Пока эти приложения нацелены на работу с уже существующими продуктами — мало кто реализует в них полноценную продажу страховых продуктов. В большинстве случаев в приложении можно только начать оформление, и на определенном этапе клиенту приходится переходить на сайт, где есть калькулятор стоимости и возможность завершить заказ страховки.

Как это работает?

Мобильное приложение отображает всю информацию по имеющимся у клиента полисам и присылает уведомления о продлении. Сервисы некоторых компаний выходят за рамки информационной функции и могут быть полезны при страховых случаях — например, присылать уведомления по ходу рассмотрения дела. С точки зрения клиента это выглядит так: человек попал в аварию, отправляет через приложение документы, необходимые для получения страховки по ОСАГО, и потом следит, как развивается ситуация — рассмотрено ли дело и какой результат.

Мобильное каско: тише едешь — дешевле будет

Что это?

Другой тип мобильных приложений страховщиков — те, которые отслеживают стиль вождения автомобилиста. Новая схема расчета стоимости каско: цена полиса зависит от стиля вождения — чем аккуратнее человек водит, тем дешевле страховка. Посмотреть информацию о своем стиле вождения и какому коэффициенту стоимости он соответствует, можно в мобильном приложении, куда собирается вся статистика.

Как это работает?

На машину устанавливают специальное устройство, которое в режиме реального времени отслеживает скорость движения, маневры, накапливает статистику и составляет профиль вождения. На основе этого профиля рассчитывается стоимость страховки: чем аккуратнее человек водит, тем дешевле.

У кого реализовано?

Пока такое есть в «Тинькофф Страхование», «АльфаСтрахование» и «Ренессанс Страхование».

Сколько это стоит?

Если водить аккуратно, можно получить скидку на каско до 55%. Чтобы заработать скидку, ездить с телематическим устройством нужно несколько месяцев: например, для страховки «Росгосстрах» — год, для «АльфаСтрахования» — 3-6 месяцев.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 16 мая 2017 > № 2175785 Алексей Скобелев


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > forbes.ru, 16 мая 2017 > № 2175739 Александр Захаров

Нет связи: автоматический налоговый обмен не сможет стать глобальным

Александр Захаров

Партнер Paragon Advice Group, колумнист Forbes

России не стоит рассчитывать на всех участников соглашения об автоматическом обмене, как показывает практика других иностранных государств

Прошел почти год, как Россия в лице Федеральной налоговой службы отрапортовала о подписании соглашения компетентных органов об автоматическом обмене информацией о финансовых счетах, на которое государством возлагаются большие надежды. Многие консультанты и их клиенты во всем мире ожидали этого мая, чтобы, наконец, понять из публичного официального ресурса Организации экономического сотрудничества и развития (далее — ОЭСР)? сможет ли широко распиаренный автоматический обмен информацией о финансовых счетах иметь на их трансграничные проекты действительное воздействие, требующее от них принятие решения о сохранении или ликвидации ранее высокоэффективных иностранных решений. Большая часть консультантов, разумеется, основывала свои рекомендации клиентам на теоретической базе ОЭСР и предположениях о всеобъемлющий и неуязвимой системе глобального почти спонтанного автоматического обмена.

Этому также способствует и тот факт, что российское налоговое ведомство тоже не торопится раскрывать и список своих иностранных партнеров, в которые оно готово направить соответствующую налоговую информацию, чтобы на основании взаимных интересов уже заключить с ними соответствующие соглашения об автоматическом обмене на основании международного стандарта для получения нужной информации и о российских налоговых резидентах. Сайт ОЭСР также пока показывает отсутствие у России каких-либо активированных возможностей. Но, разумеется, это совсем не означает, что Россия никому не интересна.

Поэтому многие добросовестные налогоплательщики во исполнение российских правил о налогообложении контролируемых иностранных компаний (далее — КИК) уже заявили о своем участии в иностранных компаниях, а также учреждении ими структур без образования юридического лица, а в этом году — и о контроле. К сожалению, количество сдавшихся добросовестных налогоплательщиков неизвестно, ФНС России не предоставила статистической информации по декларантам КИК. Известно, что заявления об участии подали около 8000 лиц, но многие из них могли уже выйти из участия к началу этого года даже без ликвидации соответствующих КИК, поэтому можно предположить, что число снизилось существенно.

В апреле-марте этого года ряд государств начали публиковать свои списки партнеров, с которыми у них достигнуты двусторонние договоренности о начале автоматического обмена (List of reportable jurisdictions). Важно отличать этот список от так называемого списка участвующих юрисдикций в едином стандарте (CRS), на который имеют ошибку ссылаться ряд консультантов при оценке воздействия на деятельность российских налогоплательщиков (List of participating jurisdiction).

Бермудские острова

Бермуды опубликовали свой список 21 апреля. Россия в списке партнеров не указана.

Британские Виргинские острова

Список БВО был опубликован лишь 15 мая. Россия не вошла в него.

Гонконг

Специальный административный район ведет отдельный список государств, с которыми достигнуты соответствующие договоренности. С Россией пока соглашения нет, но согласно официальной информации о российских налоговых резидентах, гонконгские банки начнут сбор информации в июле этого года.

Гернси

Список, опубликованный Гернси, пока тоже не предусматривает отправление информации в Россию.

Гибралтар

Гибралтар официально опубликовал свой список 4 апреля. Россия в нем отсутствует.

Каймановы острова

31 марта Кайманы опубликовали свой список, где Россия пока не указана.

Кипр

Кипрский список назвали списком государств, с которыми были заключены договоры. С Россией договор отсутствует. Ранее существовавший проект списка с указанием России был изъят.

Люксембург

Список Люксембурга был опубликован 15 марта. Россия пока также отсутствует. Отдельные люксембургские консультанты высказывают предположение, что государства-члены ЕС ожидают решение Совета ЕС по заключению с Россией соглашений об автоматическом обмене. Если ЕС действительно играет существенную роль в этом процессе, то Россия, согласно оценке экспертов Еврокомиссии от сентября 2015 года, также рассматривается как аутсайдер.

Монако

10 апреля княжество сообщило о своих партнерах для автоообмена. Россия в их число не вошла.

Сингапур

Политика Сингапура в отношении автоматического обмена требует заключения двусторонних соглашений, список которых публикуется на сайте налоговой службы. С Россией пока соглашение отсутствует.

Швейцария

Ведет список заключивших с ней соглашения стран. Россия рассматривается как потенциальный партнер. О результатах решения по России будет известно в конце июня.

Конечно, представленная информация является лишь иллюстрацией и не имеет целью свидетельствовать о том, что Россия не появится в следующем году у каких-либо государств в их списках для автоматического обмена. Россия изначально планировала отправлять и получать информацию за 2017 отчетный год в конце 2018 года. Данная практика подтверждает лишь тот факт, что Россия, как и другие страны, не получит всех стран, подписавших многостороннее соглашение и присоединившихся к единому международному стандарту, в свое число партнеров для автоматического обмена. Ведь это вопрос национальных интересов конкретного государства, не обязаловка под мнимыми санкциями международных организаций.

Стоит также напомнить, что 13 марта 2014 года ОЭСР по запросу своих участников приостановила присоединение России к организации. А в апреле 2014 года стало известно о прекращении с США (по их инициативе) переговоров о заключении соглашения о совершенствовании механизма для соблюдения требований налогового законодательства (FATCA-соглашение), которое уже выходило на финишную прямую. К слову, США остались единственными, кто в международном автоматическом обмене не участвует.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > forbes.ru, 16 мая 2017 > № 2175739 Александр Захаров


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 16 мая 2017 > № 2175733 Константин Соловьев

Ограничение наличных расчетов: почему пока это невозможно в России?

Константин Соловьев

заместитель председателя правления платежной системы «Лидер»

В этом году российское общество взбудоражила новость об очередном предложении властей по улучшению нашей жизни: в правительстве возобновилась дискуссия об ограничении наличных расчетов

Правда, реализация идеи пока отложена.

Однако сама инициатива затрагивает все стороны общественной жизни и каждого россиянина, который хоть раз в жизни что-то покупал, поэтому ее стоит обсудить. Конечно, идея не нова. Многие наши сограждане наверняка помнят неоднократные подходы властей к снаряду, именуемому ограничением наличных расчетов. Причем, этот проект всеобъемлющий — ограничение коснулось бы и финансовых операций между компаниями, и расчетов частных лиц.

Когда государство говорит об ограничении, то имеется в виду — нужно заставить людей расплачиваться картами. Это правильная и логичная идея для развития безналичных расчетов. Преимущество, которые получает население, — это удобство оплаты. Потребителю не нужно носить с собой наличные, ведь по умолчанию считается, что карты будут принимать везде. Правда, перед ограничением наличных должна быть проведена масштабная образовательная работа — владелец карты обязан знать, каким рискам подвержены его деньги в виртуальном пространстве. Как минимум, человеку нужно понимать, что платить своей основной — зарплатной — картой везде не рекомендуется.

Основные же преимущества от ограничения наличных получит государство. Например, если есть информация обо всех тратах потребителя, то даже налоговая декларация становится вторичной. Понятно, что с точки зрения государства, в частности, для контроля за стоимостью товаров и услуг, безналичные платежи выгодны. К тому же, в связи с кризисными явлениями в экономике многое ушло в тень, поэтому снова возникла необходимость в повышении прозрачности финансовых операций.

Вопрос цены

Другое дело — продавец. Мне сложно представить торговцев, например, на каком-нибудь маленьком рынке на Рублево-Успенском шоссе, которые все одновременно установят POS-терминалы. А как их контролировать? Поставить рядом с каждой торговой точкой патруль полиции или других компетентных сотрудников? Конечно, можно, но это будет очень дорогостоящий проект. Не только на рынках, но и во многих магазинах продавцы принимают только наличные. Там нет приема карт, не говоря уж о такой экзотике для большинства населения, как Apple Pay или любой электронный кошелек — Qiwi, Leader, Yandex.

Почему же продавцы не понимают своего счастья? Как часто случается в бизнесе, это вопрос цены. Эквайер, которым выступает банк, обеспечивает продавцу возможность принимать вашу карту. Название этого банка вы обычно видите на POS-терминале, когда расплачиваетесь. Этот банк взимает с продавца комиссию за транзакцию в размере 1,5% и больше от стоимости покупки. Теперь давайте представим, что вы хотите купить что-то действительно дорогое, например, автомобиль, по карте. Если автомобиль стоит 2-3 млн рублей, то вообразите, какую комиссию нужно будет оплатить продавцу. Скорее всего, у вас попросят дополнительные деньги за этот сервис или, что более вероятно, вам просто откажут. А если рассмотреть такую операцию, как покупка жилья с использованием банковской ячейки? Вы же не положите туда банковскую карту с пин-кодом.

А как у других?

В странах, где прочно утвердилась культура безналичных расчетов, хождение наличных денег не было ограничено на государственном уровне. Общество и бизнес сами выросли до этого — сложились предпосылки, изменилась психология продавца и покупателя. Например, в Европе нелегальному мигранту, получающему «небелую» зарплату, не выдадут карту в банке. Значит и его возможности купить что-то за наличные, особенно более дорогое, чем продукты, ограничены. В Европе во многих магазинах написано, что купюры в €500 не принимаются, а в США любая попытка оплатить покупку дороже $100 наличными вызывает подозрения. Если вам захочется внести депозит наличными в банке, то его могут не принять. Правда, представители разных сервисных компаний в тех странах, которые пользуются спросом у туристов, уже привыкли делать исключения для приезжих, в частности, из государств постсоветского пространства. Там человек, дающий в качестве депозита в отеле пачку денег, не вызывает сильного удивления. В то же время, в разных странах мира никто не отменяет наличные — если такая система оплаты удобна продавцу, он вправе ее применять. Так, например, на горнолыжном курорте во Франции вы можете заплатить гиду за ski pass только «живыми» деньгами, а в туристическом автобусе в Андорре гид может достать POS-терминал и принять у вас платеж картой.

Не только в России, но и во многих других странах власти пытались и пытаются административно снизить оборот наличных, но решить вопрос в приказном порядке в реальной жизни невозможно. Так, в экономике существуют два вида регулирования — тарифное и нетарифное. В первом случае государство делает какое-то действие невыгодным, но у всех желающих сохраняется возможность это действие совершить. Во втором случае государство просто запрещает что-то и под запрет попадают все. Если в финансовом секторе действовать вторым способом, то получится то, с чем мы сталкивались не так давно, — шоковая терапия. Прежде всего, у общества должна возникнуть потребность в переходе на безналичные расчеты, а продавцу и покупателю должно быть удобно ими пользоваться. А ускорить возникновение этой потребности может как раз государство.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 16 мая 2017 > № 2175733 Константин Соловьев


Россия > Финансы, банки. Миграция, виза, туризм > banki.ru, 16 мая 2017 > № 2174341 Ольга Кучерова

Спаси и отдохни

Что действительно важно застраховать перед отпуском

Среди вещей, которые надо брать с собой в отпуск, обязательно должны быть некоторые страховки

Планируя отпуск, мы меньше всего думаем о страховке — если, конечно, не собираемся покорять Эверест. Но лучше все же купить полис, чтобы потом минимизировать потери, если случится что-то неприятное. Что на самом деле нужно застраховать перед отпуском, а от каких страховок можно отказаться?

Обязательно или желательно?

Есть ряд видов страхования, озаботиться приобретением которых перед поездкой в отпуск просто необходимо, а есть дополнительные опции, приобретение которых можно обосновать нахождением в отпуске, но это полностью зависит от желания отдыхающего, отмечает руководитель направления «Страхование» Банки.ру Дмитрий Жуков.

«К «обязательным» можно отнести договоры ВЗР (страхование путешествующих), так как без такого договора многие посольства просто не выдадут визу, «Зеленая карта» (аналог ОСАГО, действует при пересечении границы по всей Европе и в ряде других государств), — говорит эксперт. — Если отдых совмещается с участием в соревнованиях или ребенок едет в лагерь, с большой вероятностью организаторы потребуют полисы страхования от несчастных случаев».

Остальные виды приобретаются по желанию. Например, полис ВЗР в качестве опций может включать в себя множество разных видов.

Если есть действующие полисы, которые могут сработать во время поездки (каско, страхование жизни, ДМС при поездках по РФ, имущество), нужно проверить установленную договором «территорию страхования» и расширить ее на место проведения отдыха, советует Жуков.

Базовая страховая защита (ВЗР и путешествующих по России и СНГ) покрывает оказание медицинских услуг в рамках страховой суммы, оплату транспортировки в «медицинских» случаях, экстренной стоматологической помощи. Защиту можно расширить, включив такие дополнительные опции, как защита от утери или хищения документов, юридическая помощь, страховка багажа, гражданской ответственности перед третьими лицами. Можно застраховаться от задержки рейса или опоздания на пересадку, а также от невыезда. Многие путешественники предпочитают застраховать движимое и недвижимое имущество на время своего отсутствия. Особого разговора требует страхование для автолюбителей, отправляющихся в поездку по стране или за рубеж.

Во всех этих видах страхования есть свои нюансы, которые нужно учитывать, выбирая полис и страховую компанию. Банки.ру попросил экспертов рассказать о них.

ВЗР: классика жанра

Стоит ли ограничиться минимальной «классикой» ВЗР, требуемой визовым центром, или лучше оформить расширенную страховку?

«Любые неприятности со здоровьем: травмы, гастроэнтериты, вызванные сменой характера питания и питьевой воды, отиты из-за купания в холодной воде, простуды, связанные с изменением климата, — все это может быть покрыто полисом страхования выезжающего за рубеж», — говорит директор центра страхования ВЗР ООО «Зетта Страхование» Светлана Шваб.

Минимальный перечень рисков — расходы на медикаменты, услуги врачей, медицинских учреждений и санитарный транспорт — обязателен к страхованию, что закреплено действующим законом. С декабря 2015 года полис включает риски обострения хронических заболеваний, которые ранее не считались страховым случаем.

Но эксперт «Зетта Страхования» советует все же расширить пакет, застраховавшись от несчастных случаев и их последствий. «Это особенно актуально для тех, кто предпочитает активный отдых», — подчеркивает Светлана Шваб.

Заместитель начальника управления страхования путешествующих компании «Ингосстрах» Лариса Антонова солидарна с коллегой в том, что полис с расширенным покрытием необходим, если человек планирует заниматься спортом и активным отдыхом. «Такой полис немного дороже. Он подойдет тем, кто планирует на отдыхе заняться, к примеру, серфингом, прокатиться на гидроцикле, горных лыжах или прыгнуть с парашютом, — говорит Антонова. — Стандартный полис не включает травмы, полученные при занятиях активными видами спорта, не предусматривает плановые операции, не покрывает расходы на лечение онкологических заболеваний, операции на сердце».

Стандартный полис не включает травмы, полученные при занятиях активными видами спорта, не предусматривает плановые операции, не покрывает расходы на лечение онкологических заболеваний, операции на сердце.

Кстати, страхование россиян, отправляющихся на горнолыжные курорты, может вскоре стать обязательным — премьер-министр Дмитрий Медведев дал поручение правительству проработать этот вопрос до 1 июня. Страховое сообщество, естественно, идею поддержало. А вот самим россиянам эта идея может понравиться меньше.

Вопрос этот возник неспроста: число страховых случаев на горнолыжных курортах за сезон 2016/2017 существенно возросло (по статистике СК «Зетта Страхование» — более чем в полтора раза). Средняя выплата при этом увеличилась более чем на 50%. Наибольшее число страховых случаев, связанных с занятиями экстремальными видами спорта, произошло в Финляндии и Австрии, свидетельствуют данные страховой компании.

Для дополнительной защиты жизни и здоровья можно расширить страховое покрытие за счет включения рисков стихийных бедствий, военных действий и народных волнений, а также рисков управления моторными ТС (кроме управления автомобилями, этот риск входит в покрытие стандартного полиса), полетов на летательных аппаратах, отмечает эксперт «Ингосстраха».

При выборе страховой компании обратите внимание на включенный в полис сервис и изучите отзывы опытных путешественников, уже страховавшихся в данной компании. Крайне важно, чтобы при наступлении страхового случая у клиента была возможность быстро (и желательно бесплатно) связаться с оператором страховщика, который подберет клинику и организует прием у врача.

Лариса Антонова из «Ингосстраха» также советует при покупке полиса обратить внимание на лимит ответственности страховщика, риски, включенные в программу, исключения из страхового покрытия. «Ингосстрах» рекомендует программы с покрытием не менее 40—50 тыс. долларов/евро — такого лимита, как правило, достаточно на оплату всех расходов даже в случае госпитализации, отмечает эксперт.

Страхование от невыезда

Опция, которая часто включается в полис ВЗР, — страхование от невыезда и от задержки рейса. Также можно отдельно застраховаться от того, что ты не успел на стыковочный рейс (что чаще всего является следствием задержки первого рейса).

«Целесообразно подстраховаться на случай отмены поездки, потери багажа или его задержки в пути. Эти дополнительные опции не сильно сказываются на стоимости полиса, зато приходятся очень кстати, если неприятность случится, — говорит Светлана Шваб из «Зетта Страхования». — Кроме того, выбирая специальные программы, включающие в себя пакет с дополнительными опциями, которые предлагает наша компания, можно существенно сэкономить — это будет гораздо дешевле, чем покупать такие опции отдельно».

Эксперты СК «АльфаСтрахование», недавно обновившей свои программы страхования путешествующих, отмечают, что клиенты туристических компаний и самостоятельные путешественники по полису страхования от отмены поездки получат компенсацию затрат при отмене выезда или изменении сроков пребывания за границей по самым разным причинам. Отказ в выдаче визы, неожиданная травма, болезнь путешественника или его родственников, повреждение имущества при пожаре, затоплении или стихийном бедствии, призыв в армию, участие в судебном процессе и даже смерть клиента — все это может быть основанием для выплаты возмещения.

Компенсация покроет расходы на билет, отель, консульский сбор и стоимость оформления въездной визы, поясняют в «АльфаСтраховании».

Страховой случай, естественно, нужно подтвердить, но это в большинстве случаев несложно. Так, в случае невыезда по причине болезни клиента или его родственников страховщику достаточно обычной справки из поликлиники о выданном больничном. В случае отказа в предоставлении визы все еще проще — вы просто предъявляете документ из посольства или визового центра.

Если вы застраховались от задержки рейса, страховая компания обязуется компенсировать все связанные с этим затраты: питание, гостиницу, трансфер из аэропорта до гостиницы. Подходы страховщиков к выплате возмещения различаются: кто-то оплачивает предоставленные клиентом счета, кто-то просто компенсирует время задержки. «Ингосстрах», например, выплачивает 1 000 и 1 500 рублей (в зависимости от наполнения страховки) за каждый час задержки рейса на срок более четырех часов, не требуя никакого подтверждения расходов. Для получения возмещения достаточно предъявить справку от администрации аэропорта или авиакомпании, подтверждающую факт задержки рейса или багажа.

Руководитель направления «Страхование» Банки.ру Дмитрий Жуков рекомендует при выборе дополнительных опций обратить внимание на покрытие, так как часть рисков (отмена поездки, утрата багажа) компенсируются перевозчиком. Если лимиты выплаты сопоставимы, то приобретение такой опции не очень целесообразно, считает эксперт.

Если вы все-таки решили застраховать багаж самостоятельно, нужно иметь в виду, что страховая компания выплачивает фиксированную сумму за килограмм в случае страхования багажа без описи. По такому же принципу действует авиаперевозчик. Но если авиакомпания выплачивает в среднем 15 долларов за каждый килограмм, то, к примеру, «Ингосстрах» платит дополнительно 50 долларов сверх этих денег. Соответственно, за чемодан весом около 20 кг пассажир получит 1 000 долларов дополнительной компенсации от страховой компании. При потере багажа для выплаты возмещения необходимо предъявить в страховую компанию багажную бирку и справку от аэропорта или перевозчика о том, что багаж был утерян.

Наиболее частая неприятность на отдыхе — потеря или повреждение мобильного телефона, фотоаппарата, планшета. Как отмечают эксперты «АльфаСтрахования», в основном техника страхуется при покупке в магазине. В этом случае страховщик уверен, что техника принимается на страхование в неповрежденном виде и страховой компании не нужно делать осмотр принимаемого на страхование имущества — гаджета. «Условия страхования таковы, что чек на покупку и на страховку должен быть от одной даты. Иногда это просто один чек с разными назначениями платежа за покупку гаджета и за приобретение страховки», — поясняют специалисты компании. Получается, что о страховании техники, которую вы планируете взять с собой в поездку, лучше позаботиться сразу при ее приобретении.

Как застраховать здоровье в путешествиях по России

Необходимость покупки полиса ВЗР понятна. А нужно ли приобретать дополнительный полис при путешествиях по нашей стране, ведь есть полис ОМС, который формально действует по всей России?

Проблема в том, что «чипированные» полисы ОМС нового образца, которые будут хранить информацию о застрахованном, только начали выпускать. Единые электронные базы данных медицинской информации о пациенте — тоже дело будущего. А пока вам придется самостоятельно искать медучреждение в незнакомой местности и рассказывать врачу свой анамнез.

К тому же нужно понимать, что полис ОМС покрывает далеко не все риски.

«От полиса ОМС полис путешествующего по России отличается в первую очередь тем, что поиск клиники и врача осуществляется через сервисную компанию, — поясняют специалисты «АльфаСтрахования». — Также полис ОМС не включает транспортировку к месту постоянного проживания в случае, если отъезд застрахованного не состоялся по заранее приобретенным проездным документам; врачебное сопровождение во время возвращения; репатриацию останков; визит третьего лица, если застрахованный находится в критическом состоянии; получение юридической и административной помощи; проведение поисково-спасательных мероприятий; компенсацию расходов на медикаменты, назначенные врачом». Все это может быть включено в полис путешествующего по России, стоимость которого начинается от нескольких сотен рублей.

Если у вас есть полис ДМС (оформленный работодателем или вами лично), выясните, на какой территории он действует. Полный пакет услуг вас интересовать не должен — нужно поинтересоваться оказанием экстренной помощи и возможностью госпитализации при необходимости.

Заместитель директора департамента медицинского страхования по продажам «Ингосстраха» Ираида Корецкая отмечает, что в большинстве полисов ДМС СПАО «Ингосстрах» предусматривается возможность получения экстренной медицинской помощи на территории России. «Для тех, у кого данная возможность не предусмотрена, можно приобрести программу ДМС «Экстренная медицинская помощь по территории России», — советует Корецкая.

Полис для путешествующих по России начинает действовать на расстоянии не менее 90 км от административной границы населенного пункта, являющегося местом постоянного жительства гражданина РФ. Для иностранных граждан он действует на территории всей Российской Федерации.

«Наш полис для путешествующих по России покрывает расходы на оказание экстренной медицинской помощи, включающей все необходимые обследования, а также транспортировку клиента в клинику к постоянному месту жительства для прохождения лечения и реабилитации, — рассказывает Светлана Шваб из «Зетта Страхования». — Помимо этого, полис включает страхование расходов, связанных с возвращением детей, оставшихся без присмотра из-за заболевания родителей. Стоит такой полис 150—200 рублей и, очевидно, непосильной нагрузкой для бюджета не станет».

Специалисты «АльфаСтрахования» обращают внимание на то, что полис для путешествующих по России начинает действовать на расстоянии не менее чем 90 км от административной границы населенного пункта, являющегося местом постоянного жительства гражданина РФ. Для иностранных граждан он действует на территории всей Российской Федерации.

Каско и «Зеленая карта»

Для пересечения на машине территории других государств водителю нужен международный полис страхования гражданской ответственности «Зеленая карта», который является обязательным условием въезда на территорию некоторых стран. С перечнем страховщиков, предоставляющих этот вид автострахования, а также перечнем стран, въезд в которые подразумевает наличие «Зеленой карты», можно ознакомиться на сайте Российского союза автостраховщиков (РСА).

«Зеленая карта» предусматривает урегулирование убытков в соответствии с национальным законодательством страны, где произошло ДТП. Если за время путешествия автовладелец будет признан виновником ДТП, возмещение ущерба выплатит его страховая компания. Если виновником ДТП будет признан водитель автомобиля иностранного государства, то полис также поможет получить компенсацию ущерба.

На территории России действуют имеющийся полис ОСАГО и каско — перед поездкой дополнять список рисков или расширять покрытие необходимости нет. Однако, как считают эксперты «АльфаСтрахования», «есть смысл докупить ДСАГО при путешествиях в другой регион».

Полисы автострахования действуют по всей стране. «Страхователь, попавший в ДТП, к примеру, в Сочи, после оформления документов в компетентных органах имеет возможность обратиться с заявлением о наступлении страхового случая напрямую в филиал «Ингосстраха» в этом городе», — говорит директор дирекции розничного бизнеса компании «Ингосстрах» Виталий Княгиничев. Для ремонта пострадавшего автомобиля страховая компания предоставляет своим клиентам услуги высококвалифицированных СТОА, имеющих договор со страховой компанией. «Это наиболее удобный для клиента способ получения страхового возмещения, поскольку в таком случае ремонт будет оплачен страховой компанией напрямую на СТОА», — объясняет Княгиничев.

Если вы не хотите ремонтировать автомобиль в чужом городе и в результате аварии получены незначительные повреждения, не препятствующие его безопасной эксплуатации, можно осуществить ремонт ТС на СТОА страховой компании уже по возвращении в Москву, говорит эксперт.

Также, если в договоре страхования оговорена возможность возмещения в денежной форме, по желанию клиента страховое возмещение может быть перечислено на его банковский счет.

Полисы каско некоторых страховых компаний, например «Зетта Страхования», действуют и на территории стран Шенгенской группы. При желании действие полисов каско можно расширить и на другие регионы, для этого перед поездкой нужно обратиться в страховую компанию.

Если дом остался без присмотра

Многие путешественники при длительном отсутствии хотят застраховать оставляемое без присмотра жилище — загородный дом или квартиру.

В линейке страховщиков, активно занимающихся страхованием имущества физлиц, как правило, есть коробочные продукты с различным набором рисков (пожар, залив, грабеж, вандализм, короткое замыкание и пр.) и с разным покрытием (страхование движимого имущества и отделки в квартире, инженерных систем, гражданской ответственности перед соседями). У некоторых компаний есть вариации не годового полиса, а краткосрочного страхования. Например, в «Ингосстрахе» есть продукт «Отпускной» с тарифом от 35,03 рубля в день для тех, кто уезжает в отпуск или командировку на срок от семи до 60 дней.

Страховать имущество на неделю отсутствия или сразу покупать годовой полис — личное дело каждого. Однако эксперты страхового рынка склоняются к тому, что длительная защита — более разумный вариант.

«Покупка страхования менее чем на год в целом не имеет смысла, хотя и возможна, — соглашаются эксперты «АльфаСтрахования». — Многие считают, что можно сэкономить и купить страховку только на период отсутствия в квартире. Но здесь встает вопрос о том, что считать экономией». За страхование на относительно длительный период, например, проживания на даче в течение 4—5 месяцев вы заплатите премию не пропорционально сроку страхования, а в зависимости от шкалы краткосрочного страхования. Как правило, у большинства страховщиков премия составит 50—60% от страхового взноса, то есть клиент, с одной стороны, сэкономит — в абсолютном выражении, а с другой — купит относительно более дорогое страхование по сравнению с годовой страховкой: в среднем страховка за один месяц будет стоить дороже.

«О страховании жилья на время отпуска, наверное, стоит задуматься, но лучше закрывать такие риски годовым полисом, в котором и покрытие, и стоимость (в годовом выражении) будут более приемлемыми», — считает Дмитрий Жуков.

Где купить

Если вы не планируете заниматься в отпуске экстремальными видами спорта или не выезжаете в совсем уж экзотическую страну, вас, скорее всего, устроит коробочный продукт или несколько коробочных продуктов. «Коробки» по ВЗР сегодня можно купить вместе с пакетным туром, в салоне связи, в отделениях банков, на сайте туристической компании или специальных туристических онлайн-сервисов.

Одновременное приобретение авиабилета и страховки может иметь свои плюсы. Так, «Связной Трэвел» и «АльфаСтрахование» предлагают 50-процентный cash-back от стоимости страховой защиты (при страховании перелета, здоровья и страховании на случай отмены поездки), но не деньгами, а скидкой на следующую покупку авиабилета. Чем больше страховых продуктов будет куплено, тем больше средств вернет «Связной Трэвел» при покупке билета.

Если вы забыли застраховаться и путешествуете на автомобиле, эту оплошность можно исправить даже по дороге — при подъезде к границе на трассах есть специальные пункты страховых брокеров. Но, прямо скажем, это не лучшее место для покупки страховки.

В некоторых пограничных пунктах можно купить страховку ВЗР и/или «Зеленую карту», причем в Белоруссии, например, это обойдется существенно дешевле, чем в России, и в несколько раз дешевле, чем через 100 метров, но уже на территории ЕС. Но это все на крайний случай — для въезда в страну. Рассчитывать на серьезный сервис или большое покрытие по такому полису не стоит.

Если страховка нужна вам не только как формальность и вы захотите дополнить список рисков или увеличить страховую сумму (скажем, не миллион рублей, а миллион долларов), лучше приобретать полис на сайте страховой компании или в финансовом супермаркете: на сайте-агрегаторе, где есть возможность сравнить разные предложения.

Портал Банки.ру желает всем своим читателям и клиентам всегда осознанно и ответственно подходить к выбору финансовых продуктов и услуг. Полная информация о финансовых инструментах доступна в Финансовом супермаркете Банки.ру.

Специальное предложение для выезжающих за рубеж от "ВТБ Страхование"

Специальное предложение для выезжающих за рубеж "Ингосстраха"

Ольга КУЧЕРОВА, Banki.ru

Россия > Финансы, банки. Миграция, виза, туризм > banki.ru, 16 мая 2017 > № 2174341 Ольга Кучерова


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > bankir.ru, 15 мая 2017 > № 2174328 Ольга Дергунова

Ольга Дергунова, ВТБ: «Новые продукты должны принести 200 млрд рублей чистой прибыли»

Ольга Дергунова, заместитель президента-председателя правления группы ВТБ

Беседовала: Юлия Лю, редактор направления IT и инноваций

Заместитель президента-председателя правления группы ВТБ Ольга Дергунова рассказала Bankir.Ru о технологической модернизации банков группы ВТБ, которая является одним из приоритетов стратегии на 2017–2019 год. Главная цель группы — чистая прибыль в размере 200 млрд рублей, в том числе за счет создания новых продуктов на базе новых технологий.

— Группа ВТБ переводит свои банки под один бренд. Вы курируете процесс комплексной интеграции ИТ-платформ в рамках предстоящего объединения. На каком этапе сейчас этот процесс?

— Одним из трех приоритетов нашей стратегии на период с 2017 по 2019 год является технологическая модернизация. Это огромная ответственность и огромная роль, которую современные информационные технологии на существующем уровне развития должны принести в банк для исполнения двух задач. Первая — 200 млрд рублей чистой прибыли в 2019 году. Вторая — объединение банков.

Два банковских института должны объединиться на одной платформе незаметно для клиентов, чтобы 9 января 2018 года, когда банк откроет свои двери, клиенты сразу почувствовали улучшения. Беспрецедентное по своему масштабу объединение двух банковских институтов ВТБ 24 и ВТБ дает уникальный шанс пересмотреть технологии, отказаться от устаревших систем, на новом витке преобразовать все слои и вывести банк на новый уровень.

С одной стороны, мы объединяемся, с другой — мы начинаем тестировать платформы и технологии завтрашнего дня, чтобы с 2018 года на новых технологических платформах начать предоставлять новые сервисы, которых сегодня у банка нет. Поэтому в 2017 году мы внутри сводной технологической команды делаем все необходимые для объединения технологические изменения и также пилотируем гипотезы.

Опробовав эти гипотезы, сделав пилотные проекты, мы планируем построить промышленные реализации систем, чтобы в 2018–2019 годах бизнес почувствовал результат. А что такое результат? Это деньги на балансе банка.

Поэтому наш трехлетний горизонт для преобразования очень короткий. Очевидно, что многие проекты, которые будут начаты, и процессы, которые будут инициированы в эти три года, выйдут за горизонты этой стратегии. Но для того, чтобы они состоялись и акционеры увидели деньги в 2019 году, начать их надо сегодня.

— Из каких элементов состоит процесс технологического преобразования?

— Они включают в себя несколько элементов. Первый элемент — это технологические платформы, монолитные системы, которые были построены раньше. Группа ВТБ переходит от монолитных систем к микросервисной архитектуре. Наша задача — найти для себя более свежие, более быстрые способы доставки результата. Быстрее работать, использовать другие способы проектного управления: agile, scrum, применять их традиционным образом или как-то изменять под себя. Все это мы должны запустить одновременно.

ВТБ и ВТБ 24 запустили проект построения «частного облака» в целях построения гибкой и мощной инфраструктурной ИТ-платформы для размещения и эксплуатации информационных систем. Проект планируется реализовать в течение 2017 года. Мы делаем крупнейшие в истории рынка инвестиции в это направление, до нас инвестиций такого размера не делал никто.

Второй приоритет — изменение интерфейсов, многоканальность, мобильность. Мы намерены поменять технологическую платформу, поменять среды, добавить мобильности в свои приложения и сделать их если не лучшими на рынке, то хотя бы обеспечить их присутствие в топ-3 по всем номинациям. Это наша цель.

Масштабность и одновременность — два главных фактора, действующие на нас сейчас. Платформы и технологии, процессы, которые надо пересмотреть и удостовериться, что мы соответствуем требованиям сегодняшнего дня в области мобильности, цифровой трансформации, цифровой идентификации клиентов. Продукты должны появиться в тех версиях, которые хотят видеть не только розничные, но и корпоративные клиенты.

Большая задача, большие риски, большая ответственность. Очень многое зависит от тех людей, которые будут решать эти задачи. По сути, мы работаем командой объединенного банка с июня 2016 года. Именно это позволяет подготовить стратегию и начать ее осуществлять.

Группа ВТБ ответила для себя на очень важный вопрос: мы не становимся технологической компанией, которая называется «банк». Мы по-прежнему банк, однако мы хотим существенным образом изменить способ доставки своих продуктов до наших клиентов.

— Как ИТ-блок выстраивает отношения с бизнесом в условиях происходящих изменений?

— Дискуссия с бизнесом о том, каким образом достигать результата, началась не в момент, когда бизнес стал формулировать задачи, а проактивно. Инициатором дискуссии выступило технологическое подразделение, начавшее приходить к бизнесу и предлагать способы решения еще непоставленных задач. Так и должно быть в современной организации, где ИТ-подразделение не находится в отрыве от бизнеса, и два подразделения непрерывно сосуществуют и понимают задачи друг друга.

Поэтому начиная дискуссию о том, как должна выглядеть новая стратегия, мы посмотрели на финтехи, на возможность решать старые задачи другими способами, а также на то, что делают наши коллеги и конкуренты по цеху. Нам сейчас немного проще, чем многим из тех, кто начал технологические преобразования раньше, поскольку уже есть ряд очевидных ответов на вопросы и можно не повторять чужие ошибки.

Приступив к взаимодействию с финтехстартапами, начав работу с командой Сколково и другими технологически продвинутыми компаниями, мы для себя ответили на вопрос о том, в каком направлении мы хотим развиваться в области мобильности, цифровой идентичности и биометрии. Мы начали пилотировать эти решения еще до того, как бизнес пришел и сказал: «Ребята, нам это надо». Задача была пилотирована до того, как бизнес понял необходимость в ней, и в итоге бизнес сказал: «Да, отличная идея. Давайте ее внедрять».

Например, от момента дискуссии до ввода в промышленную эксплуатацию пилота речевого распознавания голоса прошло меньше девяти месяцев. Это весьма неплохой результат для организации такого масштаба, как группа ВТБ.

— ЦБ объявил о том, что концепция Единой системы идентификации-аутентификации (ЕСИА) согласована, и через три месяца в России стартует пилотный проект по предоставлению услуги в месте, отличном от первичной идентификации. В шорт-лист вошли пять-семь банков. ВТБ является одним из них?

— Мы, безусловно, будем участвовать в пилоте ЕСИА. Также есть постановление правительства №1104 «Об открытии счетов на безбумажной основе. Удаленная идентификация пользователей при открытии счетов для клиентов малого бизнеса». Мы также участвуем в этом пилоте, для нас это очень интересная задача.

— Как, по-вашему, насколько серьезно ЕСИА изменит рынок банковских услуг и пользовательский опыт?

— Мне кажется, это фундаментальное изменение. Государство берет на себя задачу идентификации пользователей и ответственность за хранение этой информации. Создается нормальная конкурентная среда, позволяющая пользоваться государственным сервисом эффективно. Не нужно тратить ресурсы отдельных коммерческих или полугосударственных организаций на выполнение одной и той же функции. Очень удобно, очень правильно. Это то, что должно делать электронное государство.

— А у нас электронное государство?

— Оно идет в этом направлении, у нас есть сайт государственных услуг, и это очень удобно. Цифровое государство — это не только вопрос государства как регулятора. Это среда существования, в которой человеку не нужен контакт с чиновником или индивидуумом, предоставляющим сервис. Удаленная программа становится сервисом. Я, будучи банкиром, но при этом оставаясь физическим лицом, не была в банковском отделении год. У меня нет необходимости туда ходить, потому что мобильное устройство в моих руках позволяет получить все необходимые функции: заплатить за ЖКХ, оплатить налоги и штрафы, проводить расчеты. Уже сейчас целесообразности идти в банковское учреждение немного.

— Насколько в этом ключе реалистична идея банков без отделений?

— Стык физического мира с виртуальным будет всегда, хотя бы потому, что людям важно говорить с людьми. Может быть, банковской услугой, за которую мы будем брать деньги, будет возможность пообщаться с живым банкиром, и это будет стоить очень дорого.

— Значит, у ВТБ останутся офисы при любом развитии технологий?

— Я думаю, у нас офисы останутся, однако поменяются услуги, которые в них будут оказываться. Идет конвергенция: телекоммуникационные компании покупают банки, банки становятся виртуальными операторами связи (MVNO), телекоммуникационные операторы открывают электронные кошельки и начинают управлять средствами клиентов. Все это очень сильно меняет целесообразность присутствия в офисе. Банковский офис образца сегодняшнего дня через пять-семь лет исчезнет даже в России.

— Вы упомянули виртуальных операторов. ВТБ — акционер Tele2, и рынок ждет, когда вы объявите о создании виртуального оператора на его сети. Сбербанк и «Тинькофф» уже сделали анонсы, а вы молчите. Почему?

— Мы считаем, насколько это финансово состоятельно. Это не очевидная модель. Хотелось бы посмотреть на финансовый результат. Большинство виртуальных операторов, делавших непрофильный бизнес, потерпели неудачу. Устойчивую финансовую модель пока придумать сложно. В бизнесе надо исходить не из способа, а от услуги. MVNO — это способ. Когда мы придумаем услугу, то сможем о ней рассказать. На данный момент мы считаем, что важны две вещи: услуга и эффект масштаба.

— С эффектом масштаба у вас проблем не будет — ВТБ имеет отделения по всей стране. Однако уровень проникновения услуг сотовой связи в России уже и так достиг 174%.

— Да, все так. Поэтому MVNO должен оказывать услугу или представлять продукты, которые не может скопировать виртуальный оператор, находящийся рядом. В условиях, когда даже «православный оператор» начинает использовать такой инструмент, как MVNO, надо искать другие способы доставки своих услуг. По этой причине мы пока смотрим на задачу и коллег по цеху.

— Кстати, о коллегах по цеху. Вы входите в созданную при участии ЦБ ассоциацию «Финтех» наряду с другими банками.

— Мы один из учредителей.

— Чего вы ждете от ассоциации?

— Во-первых, мы намерены строить общие платформы, которые будут стандартом для рынка. Это сокращает издержки каждого из участников. А во-вторых, вместе веселее. Исследовательские задачи лучше решать одновременно с игроками разного размера, понимая при этом, что крупнейшие игроки несут на тебе издержки возможного неуспеха.

— Сбербанк и Альфа-банк сами развивают новые технологии: у Сбербанка есть «СберТех», у Альфы — «Альфа Лаб». Райффайзенбанк пошел по другому пути, сотрудничая со стартапами. А какую стратегию выбрал ВТБ?

— Мы будем пробовать разные методы и выбирать лучшие. Результатом этого станут конкретные технологические решения в руках наших клиентов, которые должны обозначить свое отношение одним понятным способом — принести деньги в наше банковское учреждение. Клиент голосует деньгами, и это единственный способ проверить, насколько успешен банк. Технологические манифесты, модернизации, изменения, объединения — это способ сказать: «Клиент, приходи, пожалуйста, к нам».

— Вы покрываете все сегменты банковского бизнеса.

— И это хорошо. Значит, у нас правильная стратегия.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > bankir.ru, 15 мая 2017 > № 2174328 Ольга Дергунова


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 14 мая 2017 > № 2174261 Алексей Дурнев

Как искусственный интеллект проникает в финтех: от чат-ботов к персональным ассистентам

Алексей Дурнев

Сооснователь сервиса PlanKaban

Хотя сервисы на базе искусственного интеллекта в финтехе сталкиваются с проблемами качества данных, а алгоритмы все еще нуждаются в совершенствовании, новые технологии изменят отрасль до неузнаваемости

Искусственный интеллект — уже давно не научная фантастика, а то, что мы носим в своем кармане каждый день.«Siri», Windows «Cortana», Android «Google Now» и другие приложения уступают новым уровням комфортного сервиса серии «Apple Pay» и финансовым консультантам ведущих банков. Каждую неделю на рынке data-технологий появляется что-то новое, что создает условия для продвижения ИИ (искусственного интеллекта) в индустрии. Он оказывается необычайно востребованным, проходя путь от успешных локальных бизнес-решений до глобального финансового тренда и банковского кластера будущего. Бизнес-модели, процессы, риски, опыт вовлекаются в единую волну трансформации. Традиционные финансовые институты вынуждены считаться со стартапами.

Рост производственной обработки данных, совершенствование алгоритмов машинного обучения, снижение стоимости обеспечения процессов, усиленная конкуренция и завышенные требования потребителей к финансовым компаниям — все эти факторы привели искусственный интеллект к полноправному участию в сфере финансовых технологий. Более того, он достаточно надежен во всем, что касается рисков, конфиденциальности, проблем человеческого фактора и последовательности маркетинговой стратегии. Технологии на базе искусственного интеллекта (ИИ) позволяют финансовым компаниям работать на опережение и оказывать персонализированный сервис по более низкой цене, чем это было возможно раньше. По факту ИИ может качественно обрабатывать намного большие объемы информации, самообучаться и накапливать знания на рекордно высоких скоростях, обеспечивая улучшение взаимодействия между человеком и компьютером: компьютерные алгоритмы, которые непрестанно совершенствуются в процессе получения новых данных.

ИИ представляет собой не одну технологию, но комплекс родственных налаженных технологий и процессов, развивающихся качественно и стремительно: обработка текста на естественном языке (NLP — natural language processing), машинное обучение (ML -machine learning ) экспертные системы, виртуальные агенты, аналитическая обработка, системы рекомендации, помогающий роботу воспринимать, обрабатывать информацию и действовать по типу человеческого мышления. Такие технологии, как виртуальные агенты (разработанные компьютерами анимационные персонажи, выступающие в качестве онлайн-консультантов), аналитические идентификаторы и системы рекомендаций (алгоритмы для улучшении товаров и сервисов), обеспечивают инновационное поступательное развитие отрасли. Также всё это дает компаниям глубокое понимания сервиса и развития бизнес-процессов.

Мессенджеры захватывают рынок финансовых технологий, и совсем скоро мы будем покупать авиабилеты, оплачивать коммунальные услуги или делать заказ в магазине после минутного чата с роботом и одного клика в социальной сети, к которой привязана платежная карта. Чат-боты медленно, но неуклонно вытесняют мобильные приложения, хотя совсем недавно онлайн-банкинг казался вершиной комфортных и быстрых денежных операций. Так, всего за 10 лет, общение с роботами стало нашей новой повседневностью.

Чат-боты для миллиарда человек

Новые перспективы в этой области открыл Китай, где даже электронная почта не успела стать популярной, а на рынок уже хлынула «разговорная» коммерция, которая еще и обошла по востребованности все другие каналы. Китайские пользователи могут забыть о наличных и онлайн-банке, потому что достаточно открыть мессенджер WeChat и напрямую, в один клик, купить всё, что придет в голову.

Интернет в западном мире развивался совсем иначе: дифференциация приложений как возможность выбора и сравнительной оценки удобства, неизменная востребованность электронной почты. Да и мессенджеры здесь другие — они, конечно, тоже идут к тому, чтобы покупки можно было осуществлять автоматизированно и через одного посредника, но «живое» консультирование клиента всё же не уступит место единой системе ботов. Слишком много процессов нужно поставить на бесперебойный поток, при этом обеспечивая синхронность, высокий уровень сервиса и распознавание запроса клиента.

Подобные разработки есть и в России — например, встроенный в мессенджер Telegram Talk bank. Идея близка к китайскому WeChat, Talkbank тоже делает возможным финансовые операции внутри чата. Банк доступен всегда и везде, потому что он в кармане, во всей полноте возможных операций в электронном облаке смартфона.

Мой помощник

Номер один среди трендов, усиленных в 2017 году, — качество обслуживания клиентов. Было установлено, что потребители хотят делиться своей личной информацией, если они могут получить персонализированные советы, предложения на основе общего понимания их потребностей. Использование искусственного интеллекта для создания контекстной осведомленности может посоветовать, к примеру, как урезать затраты на латте, чтобы осуществить арендную плату в конце месяца.

Этой зимой Сбербанк, внутри приложения «Сбербанк онлайн», внедряет сервис «Мой помощник», который сможет, на основе анализа трат и предпочтений клиента, давать советы о бонусах, специальных предложениях, оптимизации расходов, налоговых возвратах и различной документации. Финансовая технология проекта встает в один ряд по целесообразности с чат-ботами. До этого российские банки только тестировали искусственный интеллект, но вся эта область решений оставалась в списке блестящих идей на будущее. Но уже сейчас подобные приложения активно внедряются и вполне способны изменить структуру банковской индустрии в России. А вот в Мидзухо, одном из ведущих японских банков, роботы уже стали реальностью, там клиентов обслуживает искусственный интеллект энергичных консультантов.

Робоэдвайзинг в России

Альтернативой финансовых консультантов по банковским вопросам, конкретным покупкам и другим денежным операциям в режиме онлайн стал робоэдвайзинг. По сути, это понятие сводится к финансовому консультированию клиента посредством автоматизированных технологий.

Робоэдвайзеры дают большие преимущества в сфере онлайн-трендинга. Прежде всего, это заявки в один клик и открытие счета в реальном времени, мониторинг, актуальные новости и обработка больших объемов сделок сразу. Распространение брокеров в социальных сетях делает инвестиционные знания более доступными и понятными, а общение с клиентом — простым и адресным. Автоматизация позволяет преподносить информацию в режиме 24/7, при этом снижая издержки процессов. Робоэдвайзеры доступны на десктопе или в формате мобильных приложений, несут в себе функции портфельного управляющего, определяющего риски и оптимальную инвестиционную стратегию. Характерная черта робоэдвайзеров — довольно низкие комиссии по операциям.

Для обеих сторон это максимально выгодный вариант развития событий, не только в контексте любых онлайн-покупок, но и инвестиционной деятельности, в том числе самостоятельных, розничных инвесторов. Список продуктов и приложений в этой области активно пополняется новыми узнаваемыми брендами. Если говорить об инвестиционных целях, то на слуху сейчас ETF, REIT. В США довольно популярно мобильное приложение Robinhood — брокерские онлайн-услуги без минимального взноса и комиссии. В России более известны «Финам» (Finamtrade), «Церих» (Zerich Trader Workstation), «Ай Ти инвест» (SmartX), а также и сами QUIK, METATRADER и TRANSAQ. Довольно ярко проявил себя «Мой брокер», мобильное приложение компании БКС, которое объединило в одном сервисе торговлю, мониторинг, аналитику и прямую коммуникацию с финансовым советником в режиме чата или телефонного звонка.

Еще один относительно новый сервис — «Тинькофф инвестиции». Он позволяет покупать ценные бумаги в режиме онлайн с помощью кредитной карты. По факту, процедура оформления не выходит за рамки традиционного брокерской деятельности, но некоторые бюрократические проволочки и необходимость присутствовать при заключении договора всё же упраздняются. С одной стороны, быстро и удобно, с другой — под высокую ставку по процентам.

Из совсем новых стартапов стоит отметить российские Simple invest, Yango, Newton и Conomy Right и сервисы по учету личных финансов (PFM/PFP). Если раньше функционал последних (PFM/PFP) не шел дальше учета расходов, то новые версии помогают накопить нужную к конкретному сроку сумму, спрогнозировать бюджет и работать с банковскими выписками. Список топ-программ по учету личных финансов возглавляет компания Mint LeamVest и более «элитный» PersonalCapital. В России это два типа продуктов — приложения от самих банков, но в таком формате есть существенный недостаток, привязка к конкретным банковским картам. Если их у пользователя несколько, к тому же выпущены они разными финансовыми структурами, то свести учет воедино в рамках одного приложения такой вариант не позволит. Второй тип — независимые приложения, но и здесь не без сложностей, такой апп потребует ручного ввода данных при каждой операции. Среди независимых сервисов известны Дзен-Мани, EasyFinance, Coin Keeper и Panda Money.

Кибер-банкинг — закономерное развитие финансовых услуг в разрезе потребления, онлайн-операций и банковской эволюции. «Разговорная коммерция» действительно в состоянии совместить в повседневности формат быстрых чатов и таких же быстрых и удобных финансовых операций. Как именно это произойдет — покажет время и ожидания пользователей.

Безусловно, у использования сервисов на ИИ в финтехе, есть и свои риски. Так, математические модели компьютерного обучения, которые были построены с учетом обучающих наборов данных, по факту не являются репрезентативными и могут привести к неточностям при практическом использовании. Смежной проблемой является непрозрачность алгоритмов и систем ИИ в сравнении с традиционными аналитическими методами. Отсутствие однозначных систем тестирования ИИ до реализации может привести к небезопасным результатам. Безопасность является особой проблемой для искусственного интеллекта, что делает данную систему непредсказуемой после ее запуска в реальный мир.

Тем не менее, ИИ действительно неоценим для финансовой индустрии, которая генерирует огромное количество данных. Мы будем свидетелями как успешных кейсов применения искусственного интеллекта, так и провалов. В любых системах, находящихся на стадии становления, естественно будут ошибки, и чтобы их решить потребуется время и деньги со стороны индустрии. В перспективе ИИ изменит финансовую индустрию до неузнаваемости и станет неотъемлемой ее частью.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 14 мая 2017 > № 2174261 Алексей Дурнев


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 13 мая 2017 > № 2174266 Олег Лагуткин

«Безнадежный долг», или не стоит думать, что вы — идеальный заемщик

Олег Лагуткин

генеральный директор бюро кредитных историй «Эквифакс Кредит Сервисиз»

К сожалению, тот, кто ни разу в жизни не видел своей кредитной истории, уверен, что ему не о чем беспокоиться

Многие не подозревают о том, что такое кредитная история, и как она может повлиять на будущее каждого. Вы исправно вносите платежи, досрочно закрываете потребительские кредиты, за плечами не одна одобренная заявка в самых надежных банках. А обращаются за отчетом по своей кредитной истории, в основном, те, у кого уже возникли какие-либо проблемы.

Трудно описать всю бурю эмоций человека, который искренне считая себя добросовестным заемщиком и желанным клиентом любого банка, получает отказ за отказом в получении кредитов. Описывая свое состояние, обратившийся к нам молодой и успешный мужчина, без каких-либо социальных и финансовых проблем, поделился, что это подобно тому, как воочию увидеть то, что ты считал абсолютно невозможным. Как пингвина на пляже. Он просто не поверил в происходящее, обнаружив в своем кредитном отчете скоринговый балл, стремящийся к минимальному показателю (максимальный балл — 999, минимальный — 1), и просрочку в полторы тысячи дней по давно закрытой, как ему казалось, кредитной карте.

Его образ довольного жизнью, респектабельного и уверенного в себе человека никак не ассоциировался с определениями «безнадежный долг», «невозврат», «подозрение на мошенничество» и «потенциальное банкротство». Дальше последовали переговоры с банком и выяснения, откуда взялась такая колоссальная просрочка. Оказалось, что привели к столь печальному результату несколько сотен рублей, начисленных банком после внесения заключительного платежа по кредитной карте, закрыть которую клиент, по его признанию, просто поленился. Надо заметить, что в этом случае человека привела к нам не необходимость, а элементарное любопытство, тем не менее в ближайшие несколько лет он будет занят постепенным исправлением своей кредитной истории, которую испортил по собственной беспечности и самоуверенности. Для многих эти данные становятся откровением через многие годы и способны перечеркнуть планы на будущее.

Отказ вместо ипотеки

Самые печальные истории, и, увы, довольно частые, когда люди планируют покупку квартиры или дома в ипотеку и заняты, в основном, подбором подходящего варианта, банка, который предоставляет наиболее выгодные условия для покупки, сбором первоначального взноса и пакета необходимых документов. Наличие в кредитной истории такого серьезного нарушения, как просрочка платежа по кредиту в 90 и более дней сводит шансы получить одобрение на запрашиваемую сумму практически к нулю. Кроме отказа, негативным последствием недостаточно внимательного отношения к своим финансовым обязательствам могут стать повышенные проценты по новым заявкам с учетом риска просрочки и невозврата со стороны заемщика. Тщательное изучение своей кредитной истории перед тем, как обратиться в банк будет совсем не лишним.

... и должности

И уж совсем неожиданным может стать решение потенциального работодателя отказать в должности на первый взгляд идеальному кандидату. Все дело в «финансовом портрете» человека, его благонадежности и мотивации на долгосрочное сотрудничество с компанией. Среди клиентов бюро кредитных историй все большую популярность набирает сервис мониторинга кредитных историй персонала с целью повышения эффективности кадровой политики и минимизации рисков внутреннего мошенничества. В зоне особого внимания сотрудники, занимающие или претендующие на должности, предполагающие финансовую и материальную ответственность. Обнаружив в кредитной истории соискателя на ключевую позицию чрезмерную долговую нагрузку или критические просрочки работодатель скорее всего отдаст предпочтение претенденту, который сознательно и умело обращается с собственными средствами. Также тревожным фактором будет являться резкое ухудшение кредитной истории действующего сотрудника, чьи финансовые проблемы могут подтолкнуть его к злоупотреблению служебным положением и потенциальным материальным и репутационным потерям со стороны компании.

Ежегодная бесплатная проверка

Свою кредитную историю стоит проверить хотя бы один раз из любопытства, а еще лучше взять за правило проходить процедуру регулярно, как своеобразную финансовую диспансеризацию. Тем более, что она не требует значительных затрат: по закону один раз в год субъекты кредитных историй имеют право получить свой отчет бесплатно и неограниченное количество раз за плату. Современные технологии позволяют сделать это различными способами, не выходя из дома или в ближайшем офисе партнера. Отчет по кредитной истории не только позволит рассчитывать на положительное решение банка по заявке на кредит и убедиться, что нет причин для беспокойства, но и повысит личную ответственность, поможет рационально планировать семейный бюджет, быть на хорошем счету у работодателя мечты.

Кроме того, регулярная проверка кредитной истории, а также специальные сервисы оповещения о выдаче нового кредита позволяют распознать признаки мошеннических действий со стороны третьих лиц. Следует помнить, что серьезный подход к методам защиты и хранения персональных данных — это важнейший аспект личной безопасности. Пренебрежение ими грозит многими неприятностями и может повлечь за собой значительные материальные и моральные издержки.

И, конечно, не стоит отчаиваться, если не все гладко, есть масса эффективных инструментов, помогающих в вопросе исправления кредитной истории. Главный принцип — предупрежден, значит вооружен.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 13 мая 2017 > № 2174266 Олег Лагуткин


Казахстан. Россия > Финансы, банки > kapital.kz, 12 мая 2017 > № 2175844 Денис Панов, Дмитрий Южаков

«Страховой брокер Сбербанка» рассказал о своих планах

В компании сообщили, с какими страховщиками уже достигнуты договоренности

«Страховой брокер Сбербанка» вышел на рынок Казахстана в марте. Компания планирует предоставлять услуги по обязательному и добровольному страхованию, перестрахованию, урегулированию и оценке убытков. В интервью корреспонденту центра деловой информации Kapital.kz генеральный директор ТОО «Страховой брокер Сбербанка» Денис Панов и заместитель генерального директора ТОО "Страховой брокер Сбербанка" Дмитрий Южаков рассказали, почему для экспансии был выбран казахстанский рынок и на каком сегменте компания намерена сконцентрироваться на начальном этапе.

— В чем заключается ваша стратегия по развитию бизнеса в Казахстане на среднесрочную перспективу?

Денис Панов: В среднесрочной перспективе «Страховой Брокер Сбербанка» планирует в первую очередь выстроить четкие и понятные взаимоотношения с участниками страхового рынка Казахстана. Как молодому участнику рынка нам в ближайшее время предстоит много работы в совершенствовании бизнес-процессов и формировании профессиональной команды.

Мы ставим перед собой цель построить полноценную брокерскую компанию, где будут использоваться лучшие мировые практики в брокерском бизнесе, с полным спектром услуг и лучшим сервисом.

— В Казахстане работает 15 страховых брокеров. Как вы намерены конкурировать с таким пулом игроков?

Денис Панов: Начиная бизнес в Казахстане, мы провели огромное количество исследований страхового рынка, касающихся работы страховщиков и страховых брокеров. Изучив рынок, мы пришли к выводу, что большинство страховых брокеров работает преимущественно либо с определенной группой клиентов, либо они предоставляют узкий круг страховых услуг. Все зависит от целеполагания компании: если брокер ставит перед собой задачу обслуживать определенного клиента, так и будет.

Мы не планируем становиться компанией одной сделки или одного клиента, безусловно, наш фокус — это клиенты Сбербанка, и синергия со Сбербанком будет одним из наших преимуществ. Страховой брокер Сбербанка в России начал свою деятельность с середины 2014 года и по итогам 2016 года был удостоен почетного звания «Лидер России 2016» и вошел в топ-100 среди предприятий РФ по критерию «Чистый доход от реализации».

Безусловно, мы будем использовать преимущества накопленного опыта работы с клиентами и передовые IT-технологии материнской компании, что также поможет нам завоевать определенные позиции на рынке Казахстана.

— Насколько вы сможете конкурировать с казахстанскими брокерами по размеру комиссионного вознаграждения? В каких пределах в среднем варьируются комиссии страховщиков?

Денис Панов: Вопрос комиссионного вознаграждения в случае со страховым брокером — это всегда индивидуальный подход, возможно, по каким-то отдельным видам страхования мы придем к стандартным ставкам и условиям.

Размер комиссии зависит от целого ряда особенностей конкретной сделки. В вопросе определения комиссий мы будем исходить из желаний и возможностей наших клиентов. Сегодня на рынке Республики Казахстан разрыв комиссий очень велик, поскольку каждый страховой брокер имеет свои цели и, исходя из этих целей, выстраивает тарифную политику. Что касается наших комиссий, то мы не оторваны от реальности и будем следовать рыночным тенденциям.

— Сотрудники ТОО «Страховой брокер Сбербанка» в Казахстане представлены экспатами из России или это казахстанские специалисты?

Дмитрий Южаков: Россия и Казахстан находятся в Евразийском экономическом союзе, одной из основополагающих четырех «свобод» которого является снятие барьеров для перемещения рабочей силы.

В нашей компании работают в основном сотрудники из Казахстана, которые хорошо знают страховой рынок республики и являются отличными специалистами в своей сфере. Россию представляет только генеральный директор компании.

Синергия опыта и знаний российского и казахстанского страховых рынков позволяет нам шире видеть потенциал и возможности для развития.

— Ранее в вашем официальном пресс-релизе сообщалось, что одним из ваших критериев отбора при проведении открытого конкурса станет уровень капитала. Какой порог по капиталу необходим казахстанским страховщикам, чтобы они смогли с вами работать?

Дмитрий Южаков: Уровень капитала — это, безусловно, существенный показатель, но мы будем учитывать не только его. Страховой брокер — это прежде всего представитель интересов клиента, наша задача обеспечить максимальное качество услуг, предоставляемых нашему клиенту. Поэтому важен не только размер капитала, но и деловая репутация страховой компании, уровень сервиса, который она обеспечивает, способность и готовность вести открытый диалог.

Мы уже завершаем процесс подписания соглашений о сотрудничестве со всеми ключевыми участниками рынка. Это компании, входящие в двадцатку лидеров страхового рынка Республики Казахстан, там есть и страховщики, занимающиеся общим страхованием и страхованием жизни.

Несколько соглашений уже заключены, остальные находятся в процессе подписания. Нашими партнерами уже стали такие страховщики, как «Евразия», «Виктория», «Казкоммерцполис», «Номад Иншуранс», «Казахмыс», «Номад Life», «Цесна-Гарант», «НСК».

Надеемся, что со временем этот список будет только расширяться и мы реализуем много интересных сделок с каждым из наших партнеров.

— Как вы оцениваете казахстанское законодательство в области страхования?

Денис Панов: Казахстанское законодательство в достаточной степени регулирует страховой рынок, но любое законодательство требует непрерывного совершенствования, поскольку мир меняется, появляются новые технологии. Сейчас в проекте Национального банка РК находится большой пакет инициатив по совершенствованию страхового бизнеса в Казахстане. Например, обсуждается возможность раскрытия информации клиентам о вознаграждениях страховых агентов, изменениях в части электронно-цифрового оформления страховых полисов. Есть также существенные изменения, которые коснутся регулирования деятельности страховых брокеров.

Подходы к регулированию страхового рынка России и Казахстана имеют ряд принципиальных отличий, особенно в части оплаты комиссионного вознаграждения. Но принципиальная роль страхового брокера, как участника рынка, имеет общее отражение как в казахстанском, так и в российском законодательстве — прежде всего это защита интересов клиента.

— Помимо прямого страхования и перестрахования, вы планируете развивать еще сюрвейерское сопровождение и аджастинг? Есть ли перспективы у этих видов бизнеса в Казахстане?

Денис Панов: Сюрвей — это предоставление клиенту квалифицированной оценки его имущества и оценки рисков, связанных с ведением бизнеса и использованием этого имущества.

Аджастинг — это помощь клиенту в оценке ущерба, полученного в результате наступления страхового случая, а также принятие на себя бремени получения страховой выплаты.

В странах с высокой страховой культурой сюрвей и аджастинг — это то, ради чего клиенты выбирают работу со страховым брокером, ведь работа брокера с клиентом не ограничивается подбором оптимального ценового предложения на рынке.

Задача страхового брокера объяснить клиенту, какие риски ему необходимо страховать, какие человеческие и временные ресурсы ему придется задействовать, чтобы получить возмещение от страховой компании, ведь ни для кого не секрет, что подготовка документов и процесс получения возмещения по страховому случаю — это трудоемкий процесс, и иногда вопрос получения возмещения доходит до судебных разбирательств.

— В каких клиентских сегментах вы планируете работать? Это юридические или физические лица?

Дмитрий Южаков: Планируем работать во всех сегментах: от физических лиц до субъектов крупного бизнеса. Мы объективно оцениваем свои силы и возможности на начальном этапе развития и понимаем, что для работы в массовых сегментах нужно наработать большой операционный ресурс. Поэтому сейчас в приоритете — работа с юридическими лицами, а также разработка интересных программ для массового сегмента физических лиц.

Казахстан. Россия > Финансы, банки > kapital.kz, 12 мая 2017 > № 2175844 Денис Панов, Дмитрий Южаков


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 12 мая 2017 > № 2171214 Константин Ордов

Боги блокчейна: технология может разрушить бюрократию государств

Константин Ордов

д.э.н., профессор кафедры финансового менеджмента РЭУ им. Г.В. Плеханова

На основе данной технологии к середине 2020-х годов будет создаваться порядка $62 трлн услуг.

Одной из новых технологий, которые будут определять наше будущее это блокчейн. Осознать границы применения технологии блокчейн невозможно, они воистину бесконечны и всеобъемлющи. Нам, смертным, не надо даже пытаться разбираться в сути технологии, вполне достаточно будет в нее просто поверить, от чего наша жизнь изменится к лучшему до неузнаваемости. В книге Дмитрия Глуховского «Будущее» точно подмечено, что «Эволюция идет вперед, и тот, кто не умеет изменить себя, вымирает. Тех, кто не хочет изменить себе, эволюция тоже ждать не будет».

В финансах технология блокчейн уже в ближайшее десятилетие сможет подтолкнуть нас к отказу от всех бумажных документов, походов в банки, посещения всевозможных регистрирующих и исполнительных органов власти, наличных денег, иностранной валюты, и т.д.

По опросу участников одного из последнего Всемирного экономического форума уже к 2023 году технология блокчейн будет активно использоваться в сфере государственных услуг ведущими мировыми державами. Более того, порядка 10% мирового ВВП (по прогнозам ОЭСР) будет создаваться при непосредственном использовании технологии блокчейн. С использованием данной технологии к середине 2020-х годов по данным Credit Suisse будет создаваться порядка $62 трлн валовой добавленной стоимости.

Основные выгоды от внедрения технологии ожидаются в сокращении операционных расходов (73% опрошенных), сокращении времени расчетов (69% опрошенных), сокращении рисков (57% опрошенных), росте возможности получения дополнительных доходов (51% опрошенных), сокращении стоимости капитала (46% опрошенных). По мнению 77% опрошенных профессиональных участников рынка основное влияние эта технология окажет именно на финансы.

Нужно ли все это нам? Эффект глобализации, похоже, исчерпал себя, а это очень плохая новость для всего мира. Это значит, что качество жизни людей в мире в среднем уже не сможет улучшиться, т.к. мировая торговля, создававшая эту возможность, перестает расти.

Как видно из графика, мы нуждаемся в новом источнике роста мирового благосостояния. Безудержная эмиссия денег способна лишь временно поддержать экономику, но сохранение современной финансово-экономической парадигмы разрушит все наши надежды на светлое будущее. Именно поэтому мы должны поддержать развитие современных технологий, таких как блокчейн. Невозможно, в данной связи, не согласиться с Глуховским и в этом моменте «Мечтателями управлять проще: мечтатель считают, им есть что терять. С тем, кому ничего не надо, не поторгуешься».

Нам есть что терять и есть ради чего меняться. Впервые технология блокчейн во всю мощь заявила о себе при создании криптовалюты биткойн. Это не просто совпадение или взаимная любовь, как в книге «Будущее» ее охарактеризовали «Любовь — это борьба двух людей за то, чтобы быть одним». Очень точно. Криптовалюта и блокчейн это борьба двух технологий за единство и неразделимость, но пока технология блокчейн у всех вызывает гораздо меньше вопросов и сомнений. Блокчейн в последние годы стал развиваться более успешно самостоятельно, количество стартапов в этой области растет, а суммы инвестиций измеряются уже миллиардами.

В России эта технология позволит каждому из нас, как на машине времени, рывком, а по-другому мы не умеем, перейти от неэффективной бюрократической государственной системы сожительства с родным государством, к современной, необременительной, удобной, доверительной системе «государство – это я».

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 12 мая 2017 > № 2171214 Константин Ордов


Украина > Финансы, банки > interfax.com.ua, 12 мая 2017 > № 2171057 Валерия Гонтарева

Эксклюзивное интервью главы НБУ Валерии Гонтаревой агентству "Интерфакс-Украина" (часть II)

-- О недавнем визите в Вашингтон. Сохраняется ли сегодня, на ваш взгляд, доверие к украинскому руководству?

-- Конечно, доверие есть, доверие большое. Поэтому мы получили два транша подряд по программе МВФ, а не с перерывом в год.

-- Не свидетельствует ли о снижении доверия наличие в обновленной программе целого набора достаточно серьезных требований, несмотря на непростую политическую ситуацию в стране - пенсионная и земельная реформы, создание антикоррупционного суда?

-- Они все были и раньше, их просто несколько сдвинули и поощрили нас за хорошую очистку банковской системы. На нашей, нацбанковской, территории сделано все, почему я и говорю, что мой мандат выполнен. Теперь банковскому сектору просто нужно нормально расти и развиваться. А все остальные структурные реформы еще не завершены. По-моему, сомнений, что их надо делать, нет ни у кого - ни у президента, ни у премьера, ни у министра финансов.

--В следующий раз эти сроки уже не передвинут для выделения траншей?

-- А какой смысл их передвигать? Да и куда? Уже совершено четко обсуждались параметры пенсионной реформы -- я впервые увидела реально разработанную модель. Обсуждаются также параметры земельной реформы… Я, наконец, вижу реальные шаги, и это очень хорошо, потому что раньше были обещания. А сейчас есть модели и обсуждения.

Чем отличаются популисты: они болтают, технократы - считают. Модель же сама покажет, что вам нужно делать.

-- Я как выпускник КПИ тоже понимаю, что без повышения пенсионного возраста пенсионное уравнение не сойдется. Иное дело, что такое повышение можно закамуфлировать под повышение эффективного пенсионного возраста.

-- Почему эффективный пенсионный возраст? Потому что модель построена на эффективном трудовом стаже. Нет задачи, чтобы пенсионеры работали поголовно, поскольку и молодежи негде работать. Есть задача соответствия пенсии отработанному профессиональному стажу. Я начала работать в 21 год, к 53-м проработала 32, и самое время по стажу идти на пенсию. (Хотя даже если я 32 года отработала и заработала пенсию на всю свою жизнь, раньше 60 мне ее не начнут выплачивать.) Но, извините, если кто-то и 15 лет не отработал без уважительных причин, а ему уже 60, то можно и поработать еще. Почему он должен получать такую же, как и остальные пенсию?

Поэтому мне нравится модель, которую мы разрабатываем совместно со Всемирным банком. Она говорит о правильных принципах. Термин "эффективный" не для того, чтобы затуманить, а чтобы все поняли, где базис: базис – это твой трудовой стаж.

-- Ваше отношение к запуску второго, накопительного, уровня пенсионной системы. Сейчас время или не время для его внедрения?

-- Я не считаю, что второй уровень категорически бы мешал нашей солидарной системе. Другое дело, что в таком случае мы опять на работодателя возлагаем дополнительную нагрузку, потому что на втором уровне еще платит работодатель, и только на третьем уровне ты платишь сам.

Я, в принципе, за накопительную систему, но все должно быть просчитано. Скорее всего, сейчас нужно сделать совершено четкий нормальный первый уровень, потому что только недавно была снижена нагрузка на работодателя в виде снижения ставки единого социального взноса (ЕСВ) до 22%.

Например, Национальный банк в свой корпоративный негосударственный пенсионный фонд сейчас платит 3% от зарплаты сотрудников. А когда я сюда пришла, то было 15%! Просто разбазаривались государственные деньги.

-- На "СвижачОК" и другие подобные проекты, которые так и не были реализованы…

-- Да, более 700 млн грн украли из фонда!

-- Есть ли смысл запускать второй уровень, но на привлеченные деньги покупать только госбумаги? Это не перекладывание денег из одного государственного кармана в другой?

-- На каком-то этапе, если у вас нет рынка, то куда еще вкладывать? Например, первое, что я сделала, когда 24 августа 2014 года открыла файлы нашего пенсионного фонда с аудиторским заключением и увидела, какие там fraud (мошенничество) и дыра, я всем сказала: теперь работаем только по мандату - вкладываем только в ОВГЗ и депозиты госбанков. Раньше у фонда депозиты в таких банках были, что и "СвижачОК" заплачет (выведенные с рынка БГ Банк, банки "Софиевский" и "Камбио", Реал банк, Имэксбанк, Еврогазбанк – ИФ). А потом еще оказывалось, что под эти депозиты брались кредиты, которые дальше выводились на тот же "СвижачОК": выглядело как депозит, но депозитом уже не являлось – чистой воды fraud.

В результате за эти два с лишним года наш пенсионный фонд сделал инвентаризацию, оценил все активы, подал в суд по всем проблемным активам, очистил полностью весь свой баланс от crap (дряни). Весь 2016 год менеджмент фонда работал над внедрением риск-модели вместе с Deloitte, и вот теперь они мне доложили, как она настроена и калибрована, на что и когда устанавливаются лимиты. Вот такой уровень управления уже позволяет добавлять в портфель что-то еще. Но для этого должны быть какие-то инструменты на рынке. Сейчас реальная активная кривая доходности ОВГЗ на рынке – до трех лет. Поэтому пока фонд вкладывает в ОВГЗ до трех лет. Банки, в которых размещаются депозиты, сначала были только государственные, затем добавились и с западным капиталом. Сейчас, когда рынок будет полностью очищен, будет полный надзор и все банки докапитализированы. С такой риск-моделью – пожалуйста, расширяйтесь.

Такой же подход и к фондовому рынку, на котором сейчас реально три работающие бумаги. Оживится он – пожалуйста, работайте на местном рынке ликвидных акций. В дальнейшем разрешим покупать евробонды наших эмитентов, валютные активы и т.д. Но главное - сначала надо иметь полностью настроенный механизм контроля и риск-менеджмента.

Как я неоднократно говорила, модель управления внутри Нацбанка выстроена так, что решения не принимаются единолично. Я, кстати, не член комитета по надзору, комитета по управлению изменениями, кредитного комитета.

Сегодня, например, если российские банки захотят завести сюда какого-то странного молодого человека акционера, и он позвонит главе Нацбанка, то глава НБУ скажет ему, что законом предусмотрена процедура согласования пакета документов на приобретения существенного участия в банке. По процедуре, в НБУ решение о согласовании принимает не правление, а комитет по надзору. Именно он рассматривает проверенные департаментом лицензирования НБУ документы и принимает коллективное решение - согласовать или отказать в приобретении существенного участия в банке.

Я - не член комитета. Я не могу туда прийти и начать рассказывать, что мне нравится какой-то странный молодой человек, потому что есть закон и есть процедура, которую мы, как государственное учреждение, должны выполнять.

-- Тогда кому в такой ситуации звонить в этой стране?

-- Бесполезно вообще звонить. Это касается и выдачи рефинасирования: окончательное решение принимает правление на основании решения кредитного комитета. А на кредитном комитете сидчт 20 человек -- финансы, риск-менеджемент, надзорщики, финмониторинг. Вот это и есть институциональная перестройка.

Мой месседж коллективу – чтобы вы, 500 спартанцев, сделав все эти все реформы, перестроив систему принятия решений, не позволили вас никому согнуть и сломать.

-- Но для этой команды именно вы были гарантом, что сломать не смогут.

-- Вы бы поучаствовали как-то в заседании какого-то комитета, когда там собираются юристы, риск-менеджмент, надзор и финансовый мониторинг.

У каждого есть свое мнение, которое сложно сломить.

-- Возвращаясь к теме Вашингтона. Что можно сказать о новой администрации США? Вы почувствовали какое-то изменение отношения к Украине?

-- Честно говоря, нет. Нас всегда очень хорошо принимали на всех уровнях. Единственное, может быть, можно почувствовать, что еще не все уровни вертикали заполнены. Например, раньше у нас был министр финансов (Джейкоб) Лью, под ним -- Натан Шитс, под которым Рамин Тулуи, а дальше -- Клей Бери. Вот с Клей Бери я виделась, а других новых заместителей новый министр Стивен Мнучин еще просто не назначил.

Но на всех остальных уровнях везде просто колоссальная поддержка нам и нашим реформам: и в МВФ, и во Всемирном банке. На многих встречах мы были вместе с министром финансов Александром Данилюком - драйвером реформ в правительстве, поэтому это поддержка не только Нацбанка. Понятно, что они уже знали, что я ухожу, так как я об этом предупреждала. Мне говорили очень хорошие слова, было даже как-то неудобно, поскольку я более скромный человек.

Что конкретно обсуждали по нашей банковской линии, так это стратегию банков, их развитие – это главный приоритет должен быть сегодня, когда после очистки рынка 52% активов банковской системы в госсобственности. Это необходимо делать совместно с Минфином, с изменением законодательства о корпоративном управлении, с назначением независимых наблюдательных советов. Верхнеуровневую стратегию со своим видением Нацбанк написал, я об этом говорила со Всемирным банком, с IFC.

-- Можете уже публично ее озвучить?

-- Если помните, мы еще с министром финансов Наталкой Яресько написали стратегию развития госбанков, которую пришлось переделывать из-за национализации ПриватБанка, но и в ней уже были ЕБРР и IFC (они там назывались "международные финансовые институции"), которые принципиально могут входить в капиталы банков как миноритарные акционеры, помочь с улучшением корпоративного управления.

Новый проект, который мы написали как регулятор, – это уже больше верхнеуровневая стратегия. Она нужна для того, чтобы определить ниши, в которых госбанки будут работать, чтобы они не пересекались, чтобы не было нездоровой конкуренции. Потому что некоторые наши госбанки никак не могут понять, что ПриватБанк -- уже тоже госбанк, что нужно вести себя на рынке несколько по-другому. Мы ждем обратной связи по нашему проекту от Минфина как собственника и от международных организаций как наших технических партнеров.

Повторюсь: на этот год я вижу приоритет в перезапуске госбанков в правильном направлении их ниш: каковы их судьбы, кто войдет в их капитал, как перестроится корпоративное управление. А уже внутри самих банков за их бизнес-стратегии будут отвечать наблюдательные советы. На горизонте трех-четырех лет, примерно к 2020-му, мы как регулятор хотим, чтобы доля госбанков уменьшилась до 30%.

-- Честно говоря, уже надоело каждый год докапитализировать госбанки из госбюджета.

-- Но "Приват" еще придется докапитализировать

-- А Ощадбанк и Укрэксимбанк, которые только в этом году вновь получили ОВГЗ на 15,5 млрд грн?

-- Уже все докапитализировали. А в случае "Привата", к сожалению, пост-аудит показал необходимость докапитализации.

-- Согласно опубликованным отрывкам вашего проекта, "Укрэксим" теперь может обойтись без иностранных акционеров. Почему?

-- В первой нашей стратегии, которую мы делали еще с Наталкой (Яресько), мы предлагали вхождение международных организаций в "Укрэксим" больше для корпоративного управления. Если же сейчас будет нормальный закон о корпоративном управлении, независимых наблюдательных советах, тогда эта необходимость отпадает. К Укрэксимбанку можно будет относиться как к реальному экспортно-импортному банку, которые во всем мире на 100% государственные. Если ввести хорошее корпоративное управление, то все международники просто будут давать ему деньги. "Укрэксиму" только на днях ВБ одобрил кредитную линию, поэтому доступ к фондированию у него есть уже сейчас. Главное по стратегии – это не работа с населением, с малым и средним бизнесом (SME), а экспортно-импортные контракты нашей страны.

Ощадбанк – там у нас корпоративный сектор и население. Этот банк у нас пока самый универсальный. В него, в принципе, хорошо бы запустить какого-то международного миноритарного акционера, а затем уже смотреть -- или выводить на IPO, или на какую-то стратегическую продажу.

"Приват", если полностью сможет реализовать свой потенциал, который у него в силу его размеров наибольший, и сосредоточится в нише ритейла и MSE, то сможет очень быстро начать расти.

-- В вашем видении "Приват" будет больше ощадным, чем сам "Ощад"?

-- Да, он и так больше: 33% депозитов населения там. Когда я пришла в НБУ, мы все очень хотели, чтобы Ощадбанк составлял конкуренцию "Привату". Тогда его доля была 6%, сейчас -- около 15%. Рост – ого-го! И мы довольны. Я как пользователь Ощадбанка (Нацбанк свой зарплатный проект на карточках "Простир" перевел в Ощадбанк) скажу: реальные метаморфозы происходят прямо на глазах - мобильный интернет-банкинг, любые лимиты, овердрафты, оплатить можно много чего. На мой взгляд, "Ощадный" очень хорошо в этом вопросе развивается.

-- Но ведь и докапитализация была на миллиарды гривень. Вопрос: кто за это все платит?

-- Обычно у нас докапитализация происходит ценными бумагами, на которых можно мертво сидеть и ничего не делать. Я вам сейчас рассказывала о бизнес-развитии Ощадбанка -- оно есть, и я его могу за это похвалить. Как минимум, могу сказать, что банк пошел в правильном направлении, начал развиваться и там есть будущее.

У "Привата" же есть хорошая платформа, поэтому если нормально написать бизнес-план и начать активно работать с ритейлом и MSE, а не просто набирать депозиты и, как раньше, сифонить их в свои бизнесы через оффшоры по всем направлениям, то они очень быстро могут стать крупнейшим банком ритейла.

-- Можно, на ваш взгляд, избежать крупной монетизации внесенных в капитал госбанков ОВГЗ?

-- А я никакой крупной монетизации и не жду. Должен быть бизнес-план, под который настраивается вся продуктовая линейка, скоринговые системы. У них есть база и все основания, чтобы это построить довольно быстро и эффективно. Сейчас им монетизация вообще не нужна, у них есть избыточная ликвидность.

-- Просто в обновленной программе с МВФ немного напугала цифра докапитализации госбанков и Фонда гарантирования вкладов физлиц в этом году в 98 млрд грн.

-- Не будет такой докапитализации, не волнуйтесь. Вчера на комитете финансовой стабильности совместно с Минфином мы уже рассматривали заключение аудита, которое увидели неделю назад. Понятно, что аудитор обязан был сделать пост-аудит и по самому консервативному сценарию, и по менее консервативному, и мы еще со своей стороны смотрели как регулятор, где какие показатели могут быть. Так что не волнуйтесь, докапитализация будет, но таких сумм не будет.

-- Еще вопрос по поводу "Привата". В проекте аудиторского отчета, который был опубликован, указывались операции по реструктуризации портфеля в октябре-ноябре прошлого года на 137 млрд грн. Почему Нацбанк не смог их остановить?

-- Как, по-вашему, Нацбанк может остановить операции, которые делались в Днепре в их балансе?

-- Ведь куратор там был.

-- Вы себе представляете: 20-тысячный персонал, дальше -- правление банка, дальше -- акционеры банка и на все это – куратор? Эти люди делали со своим балансом все, что хотели. И так продолжалось 22 года. Программа рекапитализации (подписанная акционерами в начале 2016 года - ИФ), включала в себя реструктуризацию кредитного портфеля. В декабре, когда акционер написал письмо (о национализации – ИФ), он что пообещал?

-- Опять реструктуризировать этот портфель.

-- Вот видите, какое хорошее слово -- реструктуризировать. Почему же вы меня спрашиваете, что он делал? А реструктуризация кредитов как там была написана -- без cash flow (денежных потоков), без ставки, без реальных активов в залогах?

-- Я не видел документа, поэтому я вас и спрашиваю.

-- Я всегда говорила, что капитализация этого банка - это комплексная программа. Большая часть ее предполагает принятие активов на баланс. Помните, в 2016 году удалось 31 млрд грн реальных активов взять на баланс. Вторая часть – это реструктуризация кредитов, но такая реструктуризация – это когда из пустышки, в которой ничего нет, появляется реальный кредит реальному предприятию с реальным денежным потоком.

- Я так понимаю, что реструктуризация в октябре-ноябре прошлого года была в другом направлении.

-- Она была фиктивная: одним фиктивным компаниям было сказано реструктуризировать - они реструктуризировали на другие фиктивные компании. Один fraud закрыли другим fraud.

-- Но ведь валютные кредиты перевели в гривневые, пришлось потом валютные ОВГЗ при докапитализации выпускать.

-- Послушайте, под все эти кредиты создали резервы. И под те кредиты тоже бы создали резервы. Вам какая разница, с какой валютой у вас пустышка под названием кредит? На самом деле деньги выведены, там ничего не было. Было обязательство реструктуризации, вот они и делали вид, им нужно было тянуть время, иначе они не выполнили бы программу. Мы, со своей стороны, говорили, что высылаем аудит на проверку.

-- Мы с вами обсуждали этот вопрос еще на примере банка "Финансы и Кредит": нужно ли тянуть в такой ситуации, если и так все ясно? Или все же это политический вопрос?

-- Не было политического вопроса. Мы план "Б" – национализации ПриватБанка - начали разрабатывать еще с Наталкой Яресько. Я неоднократно всем заявляла, что если банк не выполнит свои обязательства по рекапитализации, он будет национализирован. Думаю, что летом (2016 года) было уже очевидно, что никто ничего не выполнит: они в очередной раз все подписали, взяли на себя обязательство и пошли делать реструктуризацию портфеля. И что? Ничего не сделали. С нашей стороны зашел аудит, который подтвердил эту дыру, о которой я докладывала 19 декабря.

-- Ваша оценка будущей реструктуризации и текущего состоянии этого портфеля?

-- На сегодняшний день ничего не сделано. У нас время - до конца июня. Не думаю, что такой портфель можно успеть реструктуризировать за такой срок, но время еще есть.

-- Что делать с Фондом гарантирования вкладов, который стал крупнейшим держателем активов в системе.

-- Мы сейчас привлекли для продажи нашего залогового имущества две американские площадки, чтобы привлечь иностранных инвесторов. В Украине просто нет платежеспособного спроса на то количество активов, которое есть: на 400 млрд грн по номинальной стоимости и на 100 млрд грн - по реальной оценочной стоимости.

Понятно, что сарай в поле с забитыми окнами вы американскому инвестору не продадите. Хотя в Испании или в Германии даже такие сараи продаются, потому что обычно рядом у какого-нибудь бюргера стоит его ферма, тогда как у нас обычно рядом стоит другой такой же сарай. Поэтому, это тяжело продается, и с этим неликвидом надо думать, что делать.

Но главная же проблема не в Фонде гарантирования вкладов – главная проблема в судебной системе. Верховенство права должно быть в стране не просто приоритетом, а самым большим приоритетом, который только может быть. И когда мы говорим обо всей правоохранительной системе, то начать надо с судебной, потому что если правосудия в стране нет на уровне судов, то дальше ждать вообще нечего. По-моему, это теперь видят все.

У Фонда, по последним данным, около 110 тыс. судебных дел и 120 тыс. исполнительных производств по неплатежеспособным банкам находится на исполнении органов исполнительной службы. Мы только по банку (Олега) Бахматюка "Финансовая инициатива", по долгам которого у нас есть его персональная гарантия, подали пять исков. Я вам на этом примере покажу, во сколько Бахматюк продолжает обходиться на сегодняшний день нашей стране в связи с тем, что Национальный банк проиграл ему суды о признании банка неплатежеспособным, хотя у банка не было ни капитала, ни ликвидности, и были украдены из кассы 183 млн грн. Я лично представляла Нацбанк в апелляционном суде, где мы выиграли, но после этого кассация снова сказала, что они правы. Юрлицо, связанное с Бахматюком, оспаривало постановление НБУ о признании банка "Финансовая инициатива" неплатежеспособным. При этом банк оспаривал получение Национальным банком госбумаг по непогашенному рефинансу, который на тот момент был просрочен уже, минимум, на полгода (на время рекапитализации мы давали время на такую просрочку).

Правовой беспредел полный: мы проигрываем кассационный суд, хотя бумаг уже нет - они погашены, но нам нужно вернуть банку деньги. Банку, который нам 10 млрд не возвращает два года и никому ничего не возвращает, в том числе Фонду гарантирования. В результате мы вынужденно делаем резервы на 2,6 млрд, не перечисляя эти деньги в госбюджет.

А в этот момент госбанки, о рекапитализации которых вы все время спрашиваете, под 6 млрд грн задолженности Бахматюку, которая не обслуживается, с учетом оценки залога делают резервы еще на 3 млрд, и мы вынуждены их докапитализировать из бюджета на эту сумму. То есть, суммарно Бахматюк стоит государству в 2017 году 5,6 млрд грн.

"Финансовая инициатива" - это единственный банк, который решением суда уже два года не находится во временной администрации. Доступа к этому банку нет, что там происходит - не понятно: где валютная выручка, почему он ее не продает, за что он получил возврат НДС? Все это – вот такая одна большая-большая дыра. Если этот беспредел не остановить, то ничего никого не спасет. А где он не останавливается – в судах!

-- Но пока нет судебной реформы, что делать Фонду гарантирования – продавать?

-- Что продавать? Я вам приведу еще один пример. Вы же, наверняка, бывали в Киеве в Пассаже возле Крещатика, где разные красивые магазины – Louis Vuitton, Chanel… Это все - в залоге у Нацбанка и принадлежит группе Helen Marlen некоего Михаила Кавицкого. Так как, наконец-то, у нас есть ProZorro и нет уже этих площадок, где вообще непонятно что и кому вы продаете, то мы решили продать, согласовали с Фондом гарантирования. И что вы думаете – опять вернулись в судебную систему, где полный беспредел: суд принимает решение о запрете Фонду продажи заложенного нам имущества.

А еще есть наша любимая Херсонская нефтеперевалка. Когда я пришла в Нацбанк, у нас был выигран один из первых судов, и мы собирались ее продавать, с тех пор три года прошло, я ухожу, – мы ее смогли выставить на продажу?

-- Выходит, что активы будут продолжать дешеветь и ничего с этим сделать нельзя?

-- Я не знаю, будут ли они продолжать дешеветь. Я просто хочу знать, что там происходит.

-- Суд еще в 2014 году отдал этот актив беглого Сергея Курченко в управление государственного Предприятия по обеспечению нефтепродуктами (ПОНП), а дальше СМИ утверждали, что сначала новое руководство перевалки было в орбите якобы "Народного фронта", потом – Блока Петра Порошенко…

-- Вы туда пойдите, сделайте расследование и напишите. Я знаю только, что Нацбанку не дали продать залоговое имущество решением судов. А дешевеет это имущество только потому, что они решениями суда делают все, чтобы это было скуплено ими же самими за копейки.

-- Может ли в этой ситуации помочь идея Банка плохих активов?

-- Как он нам поможет? Считайте, что Фонд гарантирования – это Фонд плохих активов. Мы же в Фонд уже больше ничего не передаем.

-- Но Фонд больше настроен на продажу, чем на управление активами.

-- А банк плохих активов должен сам всем управлять? Почему он должен управлять магазинами на Крещатике? Управлять должны люди, которые понимают в этом бизнесе.

-- Но ведь в случае ПриватБанка пришли именно к такой модели: нанять профессиональную компанию, которая будет заниматься подобными активами.

-- Какими активами?

-- Которые, возможно, удастся забрать на баланс банка у бывших акционеров, если я правильно понимаю идею.

-- Да, когда мы впервые про такую компанию написали, мы тоже так думали - что будут активы. Поручать это менеджменту банка было нельзя, так как это было сопряжено с рисками. Хотя такая компания не должна была этими активами напрямую заниматься. Ее задача - посмотреть, что обещанная акционерами реструктуризация сделана правильным образом: там реальные активы и залоги, реальные ставки на реальные сроки, денежные потоки. Может даже, помочь акционерам, если бы у них было желание такую реструктуризацию сделать. Вот для чего такая компания была нам нужна, а сейчас она вряд ли уже сможет помочь. Раз аудит написал, что там ничего нет, то компания, наверное, теперь просто это подтвердит. Вот так мы и закончим.

Кстати, еще по поводу активов. Я уже говорила, что у ПриватБанка перед нами задолженность по рефинансированию 13,8 млрд грн, которую он хочет погасить, да только мы не хотим. И это написано в меморандуме МВФ, потому что если мы погасим это рефинансирование, то потеряем залоги третьих лиц - реальные активы, принадлежащие (экс-владельцу ПриватБанка Игорю) Коломойскому и его персональные гарантии.

-- У госбанка по этому рефинансированию – залоги третьих лиц?

-- Да, потому что это рефинансирование, взятое еще при прежних владельцах.

-- Если банк его погасит, то третьи лица будут иметь обязательства только перед ПриватБанком?

-- Они вообще не будут иметь по этим активам никаких обязательств. Мы сказали ПриватБанку: заберите эти залоги под имеющиеся кредиты, а потом уже погасите нам рефинансирование или заложите нам эти залоги со своей стороны. Но они же не забирают!

Мы давали рефинанс только под четкие активы, и еще под персональную гарантию Коломойского. А по тем обязательствам, которые есть сейчас перед банком, в банке активов нет. Еще раз повторюсь. Банк нам хочет погасить это рефинансирование, но тогда они избавят Коломойского от всех гарантий, и мы потеряем эти залоги. Поэтому мы не хотим, чтобы ПриватБанк нам гасил. То, что можно было погасить, а всего сумма была 19 млрд грн, уже погашено. Но для случаев, где залоги третьих лиц и персональные гарантии, в меморандуме с МВФ прописано - не гасить.

Все остальные работающие банки нам все погасили, а еще 45 млрд грн долга ушло с выведенными с рынка банками в Фонд гарантирования. Мы недавно давали разбивку у кого сколько: 10,2 млрд грн – у (экс-владельца банков "ВиЭйБи" и "Финансовая Инициатива" Олега) Бахматюка, 9,8 мрд грн – у (экс-владельца банка "Надра" Дмитрия) Фирташа, 8 млрд грн – у (экс-владельца банка "Дельта" Николая) Лагуна, 6,3 млрд грн – у (экс-вадельца банка "Финансы и Кредит" Константина) Жеваго, 3,4 млрд грн – у "(экс-владельца Имэксбанка Леонида) Климова.

Правда, что с этой информации? Мы за прошлый год и первый квартал этого года мы подали более двухсот обращений в правоохранительные органы по преступлениям в банковской сфере. Но пока мы за ними в одиночку гоняемся, и безрезультатно.

-- Вывод банков – это еще один аргумент, который приводят ваши противники, когда говорят о политической зависимости. По их мнению, последний пример – Диамантбанк, где сроки принятия Нацбанком решения о выводе этого финучреждения с рынка также объясняют политическим влиянием.

-- Возьмите интервью у господина (главы правления Диамантбанка Олега) Ходачука, который решил, что он будет акционером, и принес нам соответствующие документы. И спросите о дате, на которую он взял личное обязательство внести в капитал 750 млн грн.

На самом деле, там ситуация была очень простая. На 1 апреля 2017 года вторая двадцатка банков должна была достигнуть норматива 5% достаточности регулятивного капитала. Диамантбанку для выполнения этого норматива необходимы были отдельные шаги, и один из них – внесение 750 млн грн. Чтобы внести эти деньги, надо было подтвердить их легальное происхождение, принеся в Нацбанк аудиторское заключение. Ходачук принес документы, принес выписку со счета, что деньги у него на это есть, и написал личную расписку, какого числа он их внесет. Мы никогда не выводим банк, если мы не дали возможность акционерам или инвестору внести в него деньги.

-- Он говорит, что главная причина, почему деньги не были внесены, - задержание экс-депутата Николая Мартыненко детективами Национального антикоррупционного бюро.

-- Если главная причина отсутствия денег у Ходачука - это задержание Мартыненко, тогда спросите у него, реально ли он представлял себя инвестором и почему его собственные деньги ему не дали перечислить из-за задержания Мартыненко.

-- То есть, и здесь никаких политических просьб не было?

-- Да вообще никаких! Просто стоял дедлайн - 21 апреля, пятница, который Ходачук своей рукой написал в гарантийном заявлении. На пятницу Ходачук не выполнил свое обязательство, а в понедельник банк вывели с рынка. А то, что накануне 20-го числа задерживают Мартыненко, так кем он ему приходится?

-- Миноритарий банка

-- Тогда вы у Ходачука спросите, как он связан с деньгами миноритария, потому что нам он показывал, что не связан, и представлял все документы, что это его деньги, выписки со счета показывал.

-- Можно ли было верить, что глава правления такого банка найдет 750 млн грн?

-- Если кто-то хочет внести в банк 750 млн грн, то мы можем и подождать. Мы затребовали аудиторское заключение на эти деньги, что эти деньги не заемные. И этот вопрос рассматривался на заседании правления.

Я уже читала, что он честно признался, что не удалось сделать всего немного – внести 750 млн грн. При валюте баланса банка 4 млрд грн, считать что 750 млн грн это "немного" – просто смешно!

-- Проблема 2019-го года, когда возобновляются крупные выплаты по госдолгу. В инвестсообществе ее называют достаточно серьезной. Как вы оцениваете риск очередной реструктуризации украинского суверенного долга?

-- Программа EFF с МВФ в середине своего пути. В плане на этот год у нас стоит три транша.

-- Мы сможем рефинансироваться на рынке по завершению программы?

-- Конечно, сможем. Если сделаем все, что нам нужно. А если мы ничего не сделаем, то тогда еще до 2019 года надо дожить.

-- Интересен ваш визионерский взгляд, какой вы видите финансовую систему Украины через пять лет: уровень ставок, число банков, доля иностранного капитала, развитие cashless, уровень долларизации, развитие страхового и фондового рынков, конкуренция между финтехкомпаниями и банками.

-- Наш визионерский взгляд – это наша Комплексная программа развития финансового сектора до 2020 года. Но она уже не визионерская, она был такой, когда мы ее только писали, а теперь она уже исполняется.

-- Но ведь за пределами полномочий Нацбанка в финансовом секторе за эти годы не очень много изменилось.

-- А почему вы меня спрашиваете? Я тоже хочу спросить, почему там этого не делают?

-- Многого ожидали от сплита Нацфинуслуг.

-- Законопроект о сплите был внесен как неотложный в июле 2015 года, в июле 2016 года в первом чтении проголосован, и уже скоро год как лежит без движения.

-- Нацбанк к нему готов?

-- Нацбанк давным-давно сделал себе проектный офис для этого, нанял туда людей и готов к реализации проекта.

-- Пока же на страховом рынке снова выросла доля схемных компаний, на фондовом рынке умерло почти все, что там было живого.

-- Думаю, схемные страховые компании никуда и не исчезали. Другое дело, что теперь они могут отмывать только вне банков, так как основные схемы через банки мы закрыли. Я не говорю, что эти схемы не могут появиться в каком-то новом виде где-то на квартире, в наличке или в Ильичевском порту. Я говорю, что в банковской системе их нет, или почти нет.

-- А в интернете? Опасности от финтехкомпаний вы не ждете?

-- Мы очень любим финтехкомпании. Более того, криптогривня – это один из наших проектов, часть нашего большого проекта cashless economy. Это будущее - просто раньше это был shadow banking, а теперь, я бы сказала, что это mainstream. Кто еще не понял, потом поймет.

-- Вот, например, члены правления ПриватБанка, из-под носа которых ушло 150 млрд грн, создают Fintech Band и обещают перекроить весь рынок.

-- Нет проблем, у нас есть большие планы по финтеху, просто не надо его запрещать, надо его регулировать. В свое время, предложенное ПриватБанком кредитование P2P в ответ на то, что мы ограничили привлечение депозитов, никак не регулировалось. И мы просто заставили их забрать это на баланс.

-- То есть, при правильном регулировании, все, что останется схемного, – это будет в нале?

-- Для каких целей нал? Тот, кто хранит под подушкой или в ячейке, это его право. Тот нал, о котором вы говорите, это, в основном, оборот нашего серого и черного рынка. Так что и с этим Нацбанк должен бороться? Мы и так уже ходим по незаконным валютообменным ларькам. С таким налом должны бороться те, в чьих это полномочиях.

-- Но введенные Нацбанком ограничения в свое время серьезно увеличили долю этого рынка.

-- Так мы эти ограничения уже практически сняли. Почему мы оставили 150 тыс. грн? Потому что это сумма, с которой начинается финмониторинг. Это уже оборот серого и черного рынка. Вы же понимаете, чем они торгуют – тем, что дырявые таможни, что не работает налоговая. Им не надо в банковский сектор заявляться, потому что тут быстро накроют со всеми их операциями.

-- Резервы для либерализации остаются?

-- Однозначно. У нас новый законопроект о валютном регулировании, наша дорожная карта, о которых мы сто раз уже говорили – это все есть и это все надо делать. Но это буду делать уже не я. В этом нет проблемы, так как реально институция к этому готова: поставили цель – сделали, поставили новую – сделали. Вот это и называется "дорожная карта". Поэтому смотрите комплексную программу, где все это расписано.

Украина > Финансы, банки > interfax.com.ua, 12 мая 2017 > № 2171057 Валерия Гонтарева


Казахстан > Финансы, банки > dknews.kz, 11 мая 2017 > № 2171138 Тулеген Аскаров

Нацфонд вышел в долларовый «плюс»

Об этом приятном сюрпризе стало известно из годового отчета Нацбанка, выложенного на сайте регулятора.

Тулеген АСКАРОВ

Как выясняется, по итогам прошлого года у Национального фонда образовался инвестиционный доход (реализованный и нереализованный), рассчитанный в базовой валюте – долларах США – в сумме $0,6 млрд (точнее, $594,2 млн) против убытка в минус $1,7 млрд в 2015 году и минус $0,96 млрд в 2014-м. Положительной оказалась и доходность портфеля этой виртуальной структуры в американской валюте – 0,84%, тогда как в 2015 году она сложилась отрицательной в минус 2,44%, а в 2014-м – минус 1,19%. С начала же создания Нацфонда по 31 декабря прошлого года доходность составила 68,04%, а в годовом выражении – 3,39%.

При этом из двух частей портфеля Нацфонда – стабилизационной и сберегательной – положительная сверхдоходность по сравнению с эталонным портфелем была получена по второй из них, составив 0,003%. А доходность по этой части активов Нацфонда сложилась на уровне в 1,075% годовых, тогда как по эталонному портфелю оказалось 1,072%. Последний на 80% состоит из композитного индекса облигаций со следующей структурой – 45% – Merrill Lynch US Treasuries; 20% – All Euro Government Index, DE, FR, NL, AT, LU, FI; 10% – Merrill Lynch UK Gilts; 10% – Merrill Lynch Japan Governments; 5% – Merrill Lynch Australian Governments; 5% – Merrill Lynch Canadian Governments и 5% – Merrill Lynch South Korean Government Index. Как видно, активы Нацфонда вкладывались в ценные бумаги правительств развитых государств – США, Европы, Японии, Австралии, Канады и Южной Кореи. Другие 20% – приходятся на индекс акций компаний этих же стран мира MSCI World.

Как указывается в годовом отчете, активами сберегательного портфеля Нацфонда по типу мандата «Глобальные облигации» осуществляется как самостоятельно Национальным банком, так и внешними управляющими. Распределены они были в прошлом году в соотношении 72,4% и 27,6%. Доходность управления субпортфелем облигаций сложилась отрицательной в минус 0,62%, тогда как по его эталонному портфелю – минус 0,71%, что дало сверхдоходность в 0,09%. Доходность от управления активами сберегательного портфеля по типу мандата «Глобальные акции», вверенными 4 внешним управляющим, сложилась в 7,92% при доходности бенчмарка 8,17%. Таким образом, сверхдоходность, полученная в результате управления данным типом мандата, оказалась отрицательной в минус 0,25%. А управление активами сберегательного портфеля по типу мандата «Глобальное тактическое распределение активов» осуществляется одним внешним управляющим. Доходность управления активами сберегательного портфеля по данному типу мандата составила 0,54%, тогда как доходность бенчмарка составила 1,07%.

Стабилизационным портфелем Нацбанк управлял самостоятельно, размещая эту часть активов Нацфонда в инструменты денежного рынка и ценные бумаги с фиксированным доходом, в основном в ценные бумаги казначейства США. Доходность по этому портфелю в прошлом году составила 0,576%, тогда как по эталонному портфелю (Merrill Lynch 6-month US Treasury Bill Index) – 0,673%. В итоге здесь сложилась отрицательная сверхдоходность на уровне в минус 0,10%.

А общая рыночная стоимость портфеля Нацфонда по итогам прошлого года составила $64,2 млрд, при этом на валютную часть приходилось $61,2 млрд, а на тенговую (облигации ФНБ «Самрук-Казына», нацхолдингов «КазАгро» и «Байтерек») – $2,6 млрд в эквиваленте плюс еще остаток на тенговом счете в $384,6 млн. Рыночные стоимости стабилизационного и сберегательного портфелей в составе валютного портфеля Нацфонда составили соответственно $15,2 млрд и $46,1 млрд.

Казахстан > Финансы, банки > dknews.kz, 11 мая 2017 > № 2171138 Тулеген Аскаров


Казахстан > Финансы, банки > dknews.kz, 11 мая 2017 > № 2171108 Тулеген Аскаров

Страховщики вернулись к прибыли

После весьма неудачной концовки минувшей зимы страховому сектору удалось за первый месяц весны переломить негативные тренды по ключевым показателям их деятельности.

Тулеген АСКАРОВ

Если на 1 марта совокупный убыток страховщиков составлял почти минус 6 млрд тенге, то к началу апреля сложилась прибыль (точнее, нераспределенный доход) в 1,4 млрд тенге. Компания «Евразия» вернула себе лидерство здесь с 3,3 млрд тенге, тогда как шедшая впереди на начало весны «Kaspi Страхование» опустилась на второе место с 1,4 млрд тенге. Другим участникам страхового рынка не удалось пересечь миллиардную планку по этому показателю. В убытках же на 1 апреля «сидели» 13 страховщиков, а возглавила эту группу «Виктория» с минус 5,6 млрд тенге. В ней оказались также «КазЭкспортГарант» (минус 932,8 млн тенге), «Интертич» (минус 443,7 млн тенге), «Нефтяная страховая компания» (минус 441,6 млн тенге), «Альянс-Полис» (минус 369,9 млн тенге), «ТрансОйл» (минус 255,2 млн тенге), «Нурполис» (минус 108,7 млн тенге), «Standard Life» (минус 97,7 млн тенге), «АСКО» (минус 90,2 млн тенге), «Standard» (минус 83,7 млн тенге), «Азия-Life» (минус 65 млн тенге), «Amanat» (минус 51,4 млн тенге) и «Архимедес-Казахстан» (минус 25,8 млн тенге).

За март страховому сектору удалось вывести в позитив динамику и по совокупному собственному капиталу. Если по итогам января-февраля сложилось его снижение на 2,5% с начала года, то за первый месяц весны произошел весьма значительный прирост на 4,7% до 410,8 млрд тенге, а в абсолютном выражении – на 18,6 млрд тенге. Вышли в «плюс» и традиционно лидирующие по этому показателю «Евразия» (3,4% до 115,5 млрд тенге) и «Виктория» (0,6% до 74,5 млрд тенге). При этом сохраняется значительный их отрыв от ближайших конкурентов, поскольку занимающая третье место «КазЭкспортГарант» располагала на начало апреля собственным капиталом почти в 39 млрд тенге.

Совокупные активы страховщиков продолжили свой рост и в марте, прибавив еще 2,5% до 884,8 млрд тенге (в абсолютном выражении – на 22,0 млрд тенге) после февральского прироста на 0,7%. Концентрация рынка и по этому показателю весьма высока, так как почти четверть от общего объема активов приходилась на «Евразию» с 210,2 млрд тенге. При этом за первый месяц весны лидер прибавил 0,6%. Планку же в 50 млрд тенге по этому показателю сумели преодолеть также «Виктория» (0,5% до 80,4 млрд тенге), «Халык-Казахинстрах» (3,5% до 58,7 млрд тенге), «Номад Life» (1,7% до 56,2 млрд тенге), сумевшей обойти «Казкоммерц-Life», у которой собственный капитал уменьшился в марте на 0,2% до 55,3 млрд тенге, и «Халык-Life» с приростом на 1,1% до 51,8 млрд тенге.

Остается высокой концентрация рынка и по страховым премиям. Из общего их объема в 109,1 млрд тенге, выросшего за первый месяц весны на впечатляющие 40,6%, почти половина пришлась на три компании, – «Евразию» (10% до 19,8 млрд тенге), «Казкоммерц-Полис» (9,1% до 12,2 млрд тенге) и «Халык-Казахинстрах», выделившуюся ростом более чем в полтора раза до 10,7 млрд тенге. А основная интрига сохраняется по размеру страховых выплат, где лидирует «Казкоммерц-Полис» с 3,6 млрд тенге, тогда как занимающая второе место «Евразия» выплатила на 1 апреля 3,5 млрд тенге. При этом у первой за март сложился прирост на 6,2%, тогда как у второй – на 28,3%. Другим участникам страхового рынка далеко до этого тандема, поскольку идущая третьей «Халык-Казахинстрах» выплатила клиентам 1,9 млрд тенге. Совокупный же объем страховых выплат увеличился за первый месяц весны весьма значительно – на 45,2% до 24,1 млрд тенге.

Казахстан > Финансы, банки > dknews.kz, 11 мая 2017 > № 2171108 Тулеген Аскаров


Россия. США > Финансы, банки > forbes.ru, 10 мая 2017 > № 2170312 Павел Врублевский

Блокчейн ICO – угроза третьей мировой?

Павел Врублевский

владелец платежной системы Chronopay

Чем полезны и опасны размещения в биткоинах

Способ привлечения финансирования криптовалют в стартапы через ICO размещения (Initial Coin Offering, по аналогии с публичным размещением акций — IPO или Initial Public Offering) набирает огромную популярность в мире, объемы привлеченных средств могут стать сопоставимы с классическим биржевым финансированием.

Допускаю, что дальнейшее развитие ICO бизнеса может привести к третьей мировой войне. В бурном развитии бизнеса ICO есть действительно сопоставимые риски. Малоизвестным, но тем не менее совершенно историческим фактом, является то, что одной из основных экономических причин Второй Мировой войны являлся американский биржевой кризис, потому что именно экономика являлась первопричиной большинства военных конфликтов, о чем мы знаем из социологии, конфликтологии, трудов В.И. Ленина и Айн Рэнд.

Если упрощенно, то после Первой мировой войны условия репарации загнали Германию в тяжелые экономические условия, затем в 30-ые годы на фондовом рынке в США раздулся необыкновенного размера пузырь. Биржа была насыщена мошенниками и многие акции покупались в кредит. Пузырь в определенный момент лопнул, случился кризис, США ввели санкции против Европы, конечно санкции, и Европа ввела обратные санкции против США (звучит невероятно!). В моменте выяснить кто круче не получилось и экономики двух континентов погрузились в экономический хаос. Последний стал предпосылкой к приходу к власти в Германии нацистов. Затуманенные мыслями о «голодном желудке» европейцы верили во все что угодно.

На другом континенте в 30-е годы началась Великая депрессия, которая переосмыслила роль золота и платежных средств в экономике. Золото до эпохи механизации было идеальным эквивалентом обмена для труда - трудно добываемое, необходимое в основном для украшений, банально красивое, а о красоте людям свойственно думать лишь на сытый желудок, в промежутках между удачным разграблением соседей. То есть золото представляло из себя труднодобываемый излишек, которое и превратило его в эквивалент экономической мощи.

После эпохи механизации (ближе к ХХ-ому веку) ценность золота начала резко меняться, человеческий труд повсеместно заменялся на машинный. На первое место начала выходить энергетика: уголь, нефть и прочее горючее для машин. Процесс ускорился в наши дни (Fast forward). Деньги больше не обеспечены золотом. Золотом стала нефть. Надолго ли? В 2017-ом вполне реально, что на заводе в приличной стране работают три человека, но выпускается 15000 автомобилей в год, так как людей заменяют роботы. Биткоин же является эквивалентом излишней для оператора вычислительной мощности компьютера и может отражать экономическую мощность. В каком-то смысле — это возврат к золоту.

У биткоина и куча других преимуществ -его трансграничность отталкивается от принципиально иной модели доверия, построенной на доверии к математике, а не репутации третьей стороны. Основная привлекательность проектов в блокчейне состоит в независимой от репутации системе доверия, построенной на математике. Блокчейн – распределенная система для хранения данных, блокчейн невозможно математически подделать, данные отраженные в блокчейне не требуют заверения какой-либо третьей стороны включая государств.

Традиционная система доверия – это система, построенная на репутации того, кому доверяют, поэтому максимальной степенью доверия обладает государство. В сущности, если поставить вопрос, а почему собственно государству доверяют – ответ кроется в понятии «сила», в возможности государства к принуждению исполнения своей воли граждан, а также силой диктовать свои условия другим государствам. Мы доверяем государству, не потому что оно право, а потому что оно может принудить нас с ним согласиться в любом случае. То есть репутационная модель доверия во многом является «силовой» моделью, гарантом доверия является военная мощь государства. Математическая система доверия построена на математике, которая как известно является точной наукой и в этой системе с точностью наоборот истина всегда одна.

Репутационная модель содержит в себе и излишнюю стоимость – стоимость самой репутации. По большому счету это стоимость «силы», обеспечивающей уровень доверия. Именно стоимость репутации является ценовым барьером, который не позволяет расширить круг участников инвестиционного рынка сверх существующего. Например, наибольшей репутацией обладает банк с государственной лицензией и гарантиями государства. Но у современного банка 80% персонала – это комплаенс, то есть в сущности «сила» обеспечивающая его репутацию. Вот почему построенная таким образом система взаимоотношений не позволяет привлекать средства в малый и средний бизнес — это логически и финансово противоречит самой концепции. Чем выше репутация, тем она дороже. Аудит от PwC стоит дорого.

Основой экономики же является продукт и его стоимость. В любом инвестиционном процессе существуют показатели ликвидности, при снижении которых до определенного уровня, когда вложения в неликвидный продукт достигает определенного уровня от вложений в ликвидный, неминуемо наступает коллапс.

Некий прообраз возможного кризиса модели биткоина уже происходил в знаменитый кризис доткомов в 2000-ых. Его основная причина — инвестиции привлекались под якобы новую экономику, в которой слово «интернет» фактически подменило реальный продукт. Основная ценность интернета с экономической точки зрения – это снижение стоимости продукта за счет экономии на транспорте и коммуникациях. Поэтому выжили и развились те компании, где экономически интернет составляющая была реальным фактором экономии, к примеру, Amazon или Ebay.

Процесс, который происходит в настоящее время в ICO близок с историей с доткомами, поскольку средства привлекаются по сути в слово «блокчейн» - без реального использования сущности блокчейна в продукте, не выполняется основная цель новой технологии в любом продукте – экономия.

Как предсказать кризис биткоина и будущую глобальную драму? Знаменитый инвестор Уоррен Баффет популяризовал соотношения — капитализацию фондового рынка и ВВП. Можно сравнить экономические показатели текущего времени и периода предшествовавшего Первой мировой войне — ВВП США и капитализацию фондового рынка (КФР) в США, с капитализацией технологического рынка компаний NASDAQ: 1929 году — ВВП США составляло $103 млрд, капитализация фондового рынка — $89 млрд (или 86% от ВВП), а в 2016 году — ВВП уже $18,56 трлн, капитализация фондового рынка $23,8 трлн (или 128% от ВВП), а капитализация NASDAQ — $6,8 трлн

Капитализация фондового рынка США превышает ее ВВП почти на 30%. Прошлый мегакризис грянул лишь когда эти показатели приблизились друг к другу, в кризис доткомов отношение капитализации к ВВП было уже 150%, но и кризис доткомов приостановился лишь с уничтожением башен-близнецов и введением знаменитого Patriot Act. Сейчас капитализация высокотехнологического рынка составляет 28% от капитализации всего фондового рынка в США, и 36% от ВВП США, другими словами именно бурное развитие высокотехнологического рынка после доткомов и дало очень длительную отсрочку в ожидании ликвидности продуктов и ее реальной оценке. Она совсем не бесконечна.

Если сравнить биткойны с основными экономическими показателями, то общая стоимость 16 млн биткоинов (btc) в обороте при курсе $1350 (на момент начала написания статьи) составляет $21.76 млрд, что менее 0,1% от капитализации фондового рынка в США или 0,32% от NASDAQ. Таким образом для того чтобы капитализация биткойна сравнилась например с NASDAQ в будущем, курс должен быть примерно в 300 раз выше, т.е. $405 000 за биткойн.

По прогнозам от апреля 2017 года первого инвестора в Snapchat миллиардера Джереми Лью и со-основателя крупнейшей технологической компании Blockchain Питера Смита, известных предпринимателей из Силиконовой Долины, к кому публично прислушивались политики Барак Обама и Дэвид Кэмерон, стоимость биткоина превысит $500 000 к 2030 году и составит примерно $8,1 трлн (или 126% от капитализации NASDAQ на 2017 год). Другими словами соотношение капитализации к ВВП, если капитализирован биткоин будет в основном в США может составить порядка 200%. Возможно даже капитализация биткоина органично подменит капитализацию самого NASDAQ.

В настоящее время биткоин экономика существует де-факто в параллельной реальности. Все проекты или почти все получившие финансирования находятся в pre-seed стадии. Фактически в реальной экономике этот процесс пока не участвует. Поэтому переломным моментом, вопреки мнению других экспертов, я вовсе не считаю введение биткоина в легальную плоскость в Делавэре, Японии или в Швейцарии как платежного средства. Переломным моментом является модель развития ICО бизнеса, то есть по сути модель проникновения в реальную экономику, тот момент, когда через биткоины будут инвестироваться средства в реально работающие предприятия бизнеса, в тот же Facebook.

Вот именно на этом этапе и появляется развилка возможных путей развития – будет ли в модель капитализации реальной экономики уже заложен логический изъян? Тогда стоимость продукта фактически увеличится за счет использования новой технологии алогичным путем, а не уменьшится, вместо экономии на доверии наоборот придется платить втрое больше аудиторам за аудит блокчейна и содержать за налоги повышенное втрое количество государственных дармоедов, которые будут контролировать оборот биткоинов.

При этом исходя из прогноза Джереми Лью, (с учетом темпов роста курса к 2030 году) вообще весь технологический сектор инвестиций будет уже капитализирован биткоином. Eсли обанкротится Google и Facebook капитализированный биткоинами, наверное, в глобальном смысле ничего страшного не произойдет, как и было в ситуации с доткомпами. К 2030-ому весьма вероятно мы все будем передвигаться на Tesla под управлением Linux по картам Google, и если в 2030-ом году обанкротится Facebook и Google, потому что в самом механизме инвестиций в цифровую экономику на этапе развития ICO была допущена логическая ошибка, то последствия при неизбежном схлопывании пузыря будут сопоставимы с великой депрессией в 30-ые годы, что в свою очередь может вызвать военный конфликт сопоставимого масштаба.

Как же стать пионером в этой отрасли? Ими будут те предприниматели, кто первыми смогут перевести действующие предприятия полностью в блокчейн с учетом реальной ценности технологии, это и станет новой настоящей цифровой экономикой.

На мой взгляд реальное ICO блокчейн проекта без создания эффекта пузырей возможно с учетом следующих факторов:

Все 100% акций предприятия должны находиться в блокчейне. При этом на ICO можно выводить лишь их часть. В таком случае представляется очень умным передать реальную силу голосования таким акциям. Держатели таких токенов-акций будут иметь реальную силу акционеров. В настоящий момент целый ряд юрисдикций ведет активную работу в данном направлении – это прежде всего долина Цуг в Швейцарии, где успешно уже реализовали подобный проект в рамках ICO Lykke, это опыты Nasdaq в Эстонии, это штат Делавэр в США (где ожидаются мощные изменения в августе 2017 года), это острова Маршала, острова Мэн, африканская Руанда и др.

Учет предприятия должен быть построен в блокчейне. В таком случае рост и падение показателей бизнеса предприятия будет независимо от внешнего аудита. В таком случае он будет лишним и создаваст избыточную и ненужную стоимость.

Продукт должен получать реальную экономию от использования новой системы доверия, только так он будет более конкурентноспособен. Я кстати вообще не смог обнаружить проектов, реально удовлетворяющих этому критерию, кроме самого биткоина.

В целом же, я абсолютно убежден, что развитие блокчейн инвестирования имеет будущее, но оно не должно быть построено на репутационной модели, поскольку она прямо противоречит самой логической концепции системы построенной на принципиально ином математическом подходе к вопросу доверия.

Россия. США > Финансы, банки > forbes.ru, 10 мая 2017 > № 2170312 Павел Врублевский


Украина > Финансы, банки > interfax.com.ua, 10 мая 2017 > № 2168787 Валерия Гонтарева

Новому главе будет легче – Гонтарева

Эксклюзивное интервью главы НБУ Валерии Гонтаревой агентству "Интерфакс-Украина"

Валерия Гонтарева (В.Г.): Хочу вас сразу предупредить: в последнее время у меня было много интервью, и тематика у них у всех примерно одна. Вчера, например, журналист Figaro спросил: вы уходите, потому что вам принесли гроб?

"Интерфакс-Украина": Тогда давайте действительно начнем с этой темы

В.Г.: С гробов?

"Интерфакс-Украина": С отставки. С опыта работы на этой должности. Очевидно, что для вас предложение возглавить Нацбанк летом 2014 года было вызовом, так как опыта работы в чиновничьем секторе не было.

В.Г.: И больше не будет. Могу сразу сказать, чтобы ответить на возможный следующий вопрос.

"Интерфакс-Украина": Что произойдет 11-го мая? Вы уйдете в отпуск?

В.Г.: 10-го числа в связи с тем, что меня официально не уволили, мне ничего не остается, как взять вынужденный отпуск и ждать, пока меня позовут в Верховную Раду давать отчет и увольнять.

Я ссылалась уже на 43-ю статью Конституции: использование принудительного труда запрещается. Мое заявление нашему гаранту Конституции написано 6 апреля. Оно называется "заявление об отставке", как и положено по закону: прошу освободить меня по собственному желанию. Это волеизъявление случилось 6 апреля, а 10 апреля я, как и обещала всему рынку, вышла на пресс-конференцию и сообщила, что 10 мая будет мой последний рабочий день.

"Интерфакс-Украина": А когда завершается отпуск?

В.Г.: За почти три года у меня накопилось много отпуска, так что где-то до второй половины августа он есть. Но, надеюсь, что так много времени не понадобится. Верховная Рада 16-го возобновит работу, и все это будет быстрее.

Пока же я буду находиться в отпуске, формально являясь главой центрального банка, потому что, к сожалению, никакой возможности по КЗОТу меня уволить нет, есть только возможность уволить по закону. А для этого президент подает в Верховную Раду соответствующее представление, которое Рада должна голосовать. Но и принудить меня к принудительному труду, уж простите за тавтологию, невозможно.

"Интерфакс-Украина": Уже появилось слухи, что этот процесс может растянуться до осени.

В.Г.: Я надеюсь, что этого не случится и что все это будет сделано в ближайшее время.

"Интерфакс-Украина": Какие риски для рынка, для НБУ в том, что ваш отпуск затянется, и у Нацбанка будет руководитель в статусе и.о.?

В.Г.: Никаких рисков нет. Я объявила всем, что работаю до 10 мая. Назначила своего первого заместителя Якова Васильевича Смолия и.о. главы Национального банка, и он будет выполнять эти обязанности, пока не назначат нового главу.

"Интерфакс-Украина": Мы помним эпопею с Советом НБУ, назначение членов которого затянулось более, чем на год. И до сих пор Совет полностью не сформирован.

В.Г.: Вы беспокоитесь, что Яков Васильевич автоматически станет главой? Не станет, будет исполнять обязанности.

"Интерфакс-Украина": МВФ примет меморандум от Украины с подписью и.о. главы Нацбанка?

В.Г.: Не думаю, что такой вопрос возникнет. Давайте не будем придумывать такие сценарии, потому что они малореалистичны. Все участники – президент, Кабинет министров, международное сообщество – понимают, что эта ситуация не должна затягиваться. Я, конечно, мечтала, чтобы такой ситуации вообще не произошло: чтобы в тот день, когда меня уволили, назначили нового главу. Но все равно, то, что называется continuity (непрерывность – ИФ), есть: команда остается, Яков Васильевич возглавляет Нацбанк как исполняющий обязанности, и все ждут назначения нового главы.

"Интерфакс-Украина": Своих кандидатов вы предложили?

В.Г.: Давно, еще в январе.

"Интерфакс-Украина": И они в шорт-листе остаются?

В.Г.: Они не только в шорт-листе остаются – этот список, я надеюсь, стал еще более коротким. Но дальше я не могу комментировать.

"Интерфакс-Украина": Даже несмотря на публикации в СМИ, где уже открыто называют фамилию?

В.Г.: Могу сказать, смотря на публикации, что кандидат номер один был именно тот, кто был в моем шорт-листе. Я считаю, что этот кандидат – это именно то, что на сегодняшний день необходимо нашей банковской системе для независимости Нацбанка, для сохранения того continuity, о котором я говорю.

"Интерфакс-Украина": Об опыте реформаторской работы. В конце ноября прошлого года в "Украинском доме" прошла закрытая встреча реформаторов в популярном сегодня формате, уж простите за название, Fuck Up Nights: преимущественно отставные уже на тот момент реформаторы в коротких 10-минутных выступлениях делились опытом своих ошибок. Что вы могли рассказать на такой встрече, если бы в ней участвовали?

В.Г.: Мы не можем там участвовать, потому что у нас не то что не Fuck Up Nights, – у нас Success Story. К сожалению, пока единственная по-настоящему большая такая история в Украине за эти годы.

"Интерфакс-Украина": И все же, спустя почти три года после назначения, чтобы вы поменяли в своей работе? Возможно, что-то, что повысило бы уровень поддержки со стороны населения? Ведь парадокс, что международное и экспертное сообщество признает ваши успехи, почти безоговорочно называет Нацбанк самым реформаторским органом, а доверие населения к НБУ такое низкое? Это ведь сдерживало реформы.

В.Г.: Ничего не сдерживало наши реформаторские шаги. Когда я говорю, что моя миссия закончена, я не шучу. Все, что я запланировала, вот это все я выполнила. Вопрос только, что я хотела это сделать за год, а вышло за три. По наивности я не представляла сопротивление среды, которое затормозило эти процессы, но все равно сделано все.

Еще раз хочу повторить, что проведенные реформы - это Success Story, которой мы очень гордимся.

"Интерфакс-Украина": Почему населению не удалось объяснить, что это Success Story?

В.Г.: Вопрос, кто может объяснить населению? Помните, (лидер БЮТ - ИФ) Юлия Владимировна (Тимошенко - ИФ) ходила со всей своей когортой и рассказывала о 300 млрд грн выданного Нацбанком рефинанса. А я вышла на трибуну Верховной Рады и пыталась сказать, что около 80 млрд грн выдано во времена (главы Нацбанка Владимира - ИФ) Стельмаха и Юлии Владимировны, а за время Гонтаревой был минус.

Мне не давали выступать, сыпали на голову фиктивными деньгами… Вы помните тот цирк, который они мне устраивали?

А теперь я хочу снова объявить эти цифры, потому что мы не популисты, а технократы, оперирующие цифрами. Вопрос в том, кто их хочет слышать, и дают ли их сказать. Верховная Рада не дала мне закончить ни одно выступление полностью.

"Интерфакс-Украина": Они говорят, что опять хотят вас услышать.

В.Г.: Я готова. Этот месяц с момента объявления об отставке я все ожидаю, когда же меня позовут в Верховную Раду.

112 млрд грн рефинанса было, когда я пришла. Мы обновили эту статистику: из них на сегодняшний день осталось 14,3 млрд грн, из которых 13,8 млрд грн – это задолженность ПриватБанка. И 0,5 млрд – это рефинанс Укргазбанка, тоже государственного банка.

Так что я еще должна сказать украинскому народу? Да, я не умею говорить, как политики, что если мы проиграем Стокгольмский арбитраж, то мы отправим "Газпрому" в расчет Юлию Владимировну (подобное заявление недавно сделал премьер Владимир Гройсман – ИФ). Но я, как технократ, буду вам показывать цифры, буду вам рассказывать реальную статистику, я не умею и не хочу пользоваться другими формами коммуникаций. Я профессионал-технократ.

"Интерфакс-Украина": То есть, ваш низкий рейтинг связан с тем, что вам приходится действовать в одиночку?

В.Г.: Нет, наш низкий рейтинг объясняется тем, что все медиа в руках тех, с кем мы три года боролись за очистку банковского сектора. Они с нами борются, "кормят" политиков, которые вам потом рассказывают, какой плохой Национальный банк.

Я объективно понимаю, почему люди могли жаловаться на Нацбанк в 14-м и 15-м годах: закрывались банки, была девальвация. Но уже долгое время у нас макроэкономическая стабильность. Мы последнее время почти каждый день покупаем валюту: 5 мая более $50 млн приобрели, а всего с начала этого года чистая покупка достигла около $630 млн. За весь прошлый год она составила почти $1,6 млрд

Очистка банковской системы, в основном, тоже закончилась давно. И Фонд гарантирования выплатил все деньги 97% вкладчиков! А национализация ПриватБанка, когда государство взвалило на себя огромный долг – 20 млн вкладчиков и 150 млрд грн их вкладов – но ведь все сохранили!

Конечно, есть богатые люди, бизнес и даже госкомпании, потерявшие деньги в этих банках. Хотя, реально, они теряли записи на счетах, а не деньги, потому что денег там не было – были пустышки, пирамиды, зомби, отмывки – вот, что там было…

"Интерфакс-Украина": Может, стоило заняться защитой потребителей банковских услуг, чтобы добиться расположения населения?

В.Г.: Моя команда также это предлагала. Но я на стратегической сессии сказала, что вширь пока более мы не работаем. Так невозможно. Я лучше хочу взять защиту прав кредиторов, закон о которой давно без движения лежит в Раде. Потребителей пусть возьмет кто-то другой.

"Интерфакс-Украина": Новый глава Нацбанка придет на расчищенное место и сможет быстро набрать рейтинг?

В.Г.: Мы все это делали не для нового главы Нацбанка, а для роста всего бизнеса страны и макрофинансовой стабильности

Новому главе будет легче. Но если хотите посмотреть, сколько его ждет проектов, то зайдите на наш сайт, найдите комплексную программу развития финансового сектора – там 50 проектов. Я могу о них говорить бесконечно. Но все это, что идет дальше, мы всегда называли третьим этапом нашего реформирования, который будет, уж извините, бесконечным.

Самое главное достижение, которым мы очень гордимся – это макрофинансовая стабильность, в которой мы живем уже два года. Вам не надо рассказывать, как мы прошли 14-й и 15-й годы. Это я буду рассказывать "Нью-Йорк Таймс" и "Фигаро": вы знаете, сколько и когда мы потеряли, какие дисбалансы были накоплены, в каком стоянии находилась страна. Я, честно говоря, поначалу не верила, что мы сделаем инфляционное таргетирование: в той ситуации я вообще не знала, как мы можем туда прийти. Но мы это сделали! И в прошлом году у нас вместо 43% годом ранее было 12% инфляции, в этом будет 9%, в следующем – 6% и потом – 5%. У меня нет сомнений, что так и будет – весь инструментарий выстроен, все сделано. И тогда мы уже будем смотреть – идти ниже или оставаться на 5%.

А вспомните наш обменный курс, а теперь он у нас гибкий и совершенно четко является демпфером для всех будущих шоков. Я напишу о том, как мы пытались найти равновесный курс во время войны - мне Джордж Сорос советовал такую книгу издать.

"Интерфакс-Украина": Кстати, одна из претензий к вам среди экспертного сообщества – то, что Нацбанк держал курс осенью 2014 года, как утверждают, под парламентские выборы.

В.Г.: То, что мы якобы держали курс, – это полная ерунда. Давайте я вам напомню, что тогда происходило: привязка к доллару 100%-ная, банки падают, население выносит депозиты, нерасчищенная банковская система, отмывки, капитал вытекает из страны через что только можно (мусорные бумаги, липовые импортные контракты, перестраховочные). Даже если бы не было революции, страна бы уже была в пропасти из-за тех дисбалансов, что накопил (Виктор - ИФ) Янукович и до него. Откуда же взялись в декабре 2013 года эти российские евробонды на $3 млрд?

"Интерфакс-Украина": План был взять $15 млрд.

В.Г.: А потому что на тот год отрицательный баланс текущего счета составлял 10% ВВП – $16 млрд! Так что такими заимствованиями просто закрывался текущий счет на один год. Все – коллапс настал. Плюс к этому из-за войны население побежало покупать валюту и снимать валютные депозиты. Ничего хуже паники нет никогда ни для кого. Паника населения хуже негативного платежного баланса.

"Интерфакс-Украина": Но ведь все равно паника произошла, но позже – зимой 2015 года, когда курс докатывался до 40 грн/$1. А резервов уже не было.

В.Г.: Нет. У нас волн паник было много. Что осенью было потрачено $1 млрд – это был мизер, чтобы совладать с той паникой, которая была. Заметьте, мы все время находились в программе с МВФ. Все любят повторять, что мы гордимся четвертым траншем по программе EFF. А на самом деле, это уже шестой транш: у нас была программа stand by, по которой мы получили в 2014 году два транша, а потом уже в 2015 году перешли в нынешнюю программу EFF. Это все было полностью нами спланировано с нашими международными партнерами.

Так что как мы тратили резервы и запускали валютные аукционы, как держали "индикативный" курс, как искали эквилибриум, как закручивали гайки, как на три дня в феврале 2015 года включали "золотой рубильник" – это отдельная история, и она стоит целой книги.

"Интерфакс-Украина": Давайте я переформулирую вопрос: в 2017 году Валерия Алексеевна Гонтарева так же четко прислушивается к советам или просьбам Петра Алексеевича Порошенко как в 2014 году или нет?

В.Г.: Думаю, что я и в 14-м плохо прислушивалась, и в 15-м, и в 16-м. Наверное, от этого еще одно главное наше достижение – это построение независимого Национального банка, чего я желаю и своему преемнику.

"Интерфакс-Украина": Сколько в независимости Нацбанка, о достижении которой вы заявляете, зависит от главы?

В.Г.: Поначалу, наверное, было 100%. Вы помните, в какую организацию я зашла и с кем я начинала, в частности, какое было правление? Но я себе поставила задачу институционально выстроить новый, современный центральный банк. Сейчас, когда я пересматриваю, чтобы выбросить, коробки документов, которые у меня лежат в кабинете, то я нахожу огромные талмуды процессного менеджмента, как мы перестроим Нацбанк. Например, функции распределения по комитетам. Ведь мы единственная организация, которая институционально сделала такую перестройку. Ведь здесь до моего прихода не было комитетов по монетарной политике, финансовой стабильности, надзора, кредитного комитета. Рисков и работы с проблемкой вообще не было! Зато было 25 региональных управлений никому не нужных, телеканал, какие-то санатории, бассейн…

Нам многие мешали, но кто нам реально помешал? – В итоге – никто.

"Интерфакс-Украина": Теперь есть Совет Нацбанка.

В.Г.: Не мешает, уже поверьте мне. Никому и нигде не мешает.

"Интерфакс-Украина": Но ведь был даже публичный конфликт, когда Совет разделился и вы остались в меньшинстве. Глава Совета Нацбанка Богдан Данилишин настаивает, что именно Совет должен определять денежно-кредитную политику.

В.Г.: Ее уже определили и утвердили.

"Интерфакс-Украина": А это не риск для рынка, когда глава Совета говорит, что в следующем году надо бы уже таргетировать номинальный ВВП?

В.Г.: Он может еще изобрести украинский велосипед. А, может, он хочет быть первым, кто будет таргетировать ВВП? В мире спорят про стабильность и двойной мандат, но только ФРС и еще пара центробанков мира, кроме ценовой стабильности, отвечают за рынок труда.

Монетарная политика в итоге должна содействовать росту. Никто же не спорит с этим. Но, главное, она не должна противоречить ценовой стабильности и стабильности банковской системы. Такой мандат у всех. Наш закон о Нацбанке, который мы в 2015 году приняли, – это наш мандат, построенных на лучших мировых практиках.

Политика утверждена на среднесрочную перспективу, а не на один год. Там закреплено 8%+/-2 процентных пункта инфляции на этот год, 6% – на следующий и 5% – на 2019 год. Вот достигнет 5%, тогда дальше пусть он придумывает какой-то новый украинский велосипед.

"Интерфакс-Украина": А есть ли опасность в том, что в Раду еще осенью прошлого года внесен законопроект о двойном мандате НБУ?

В.Г.: А эта опасность есть, с этим надо бороться. Для этого есть все мировое сообщество, есть все наши 5 тыс. людей центрального банка. Я недавно писала колонку, которая выйдет у нас как мое прощание, так я подчеркнула, что здесь компромиссов быть не может. Здесь за независимость Нацбанка каждый должен выйти и ее отстоять.

"Интерфакс-Украина": Вы всегда избегали политики. Недавно мы обсуждали с экс-главой МЭРТ Айварасом Абромавичусом, почему технократы остались невостребованными в Украине при формировании правительства. Он назвал причиной отсутствие новой политической силы, которая сформировала бы такой запрос и необходимость ее появления. Сейчас запускаются какие-то новые либеральные проекты с новыми лицами. Например, партия Саакашвили, но она также среди наиболее громких ваших критиков. Вы сейчас можете вольнее говорить на эту тему. Нужна такая политическая сила стране, чтобы реформы были необратимы или, как минимум, ускорились?

В.Г.: Мир, к сожалению, еще находится на той стадии развития, когда такая сила нужна. Потому что другой конструкции, кроме как парламентско-президентская или президентско-парламентская, человечество не придумало. Я бы назвала ту политическую силу, которую я бы я хотела видеть в Украине, Партией здравого смысла. К сожалению, никто из перечисленных вами в эту категорию не попадает.

"Интерфакс-Украина": Не боитесь ли вы преследований после ухода с поста главы Нацбанка – уголовных, судебных? Ведь никуда не делись экс-владельцы банков, которых вы назвали, они не потеряли своей политической силы, влияния, медиа. И у пришедших к власти всегда возникает соблазн повесить всех собак на "попередныкив"? Есть ли у вас какие-то гарантии хотя бы от действующей власти?

В.Г.: Будет ли в нашей стране время, когда будут спрашивать, делали ли вы реформы, как когда-то спрашивали, находились ли вы на оккупированной территории или есть ли ваши родственники за границей? Все может быть.

Но как бы кто-то не думал, что Украина никуда не движется, я, прощаясь со всеми, точно могу сказать, что страна движется. Я вам показала совершенно новую гибкость курса, новую монетарную политику и новое рефинансирование, полностью открытые данные центробанка, очистку рынка… То, что я ухожу по собственному желанию, а не со сменой политических элит, это еще одно доказательство этого движения.

А преследование – оно может быть. Потому что количество инсинуаций, провокаций, ерунды, грязных компаний – оно зашкаливает. Стоит ли этого бояться? – Нет. Ни на секунду я не сомневалась, что я все сделала правильно.

"Интерфакс-Украина": Из страны выезжать не будете?

В.Г.: Из страны уезжать не буду, но в отпуск я буду ездить.

"Интерфакс-Украина": А какие дальнейшие планы?

В.Г.: Собираюсь летом на море со своей семьей. Думаю, я за летние месяцы решу, чего я хочу. Я уже проходила в жизни и коммерческий banking, и инвестиционный, и asset management, и собственный бизнес, и главу Национального банка. Такого challenge (вызова - ИФ) у меня в жизни еще не было, и - я отдаю себе отчет – уже не будет.

Поэтому я хочу сейчас подумать, чего я хочу. Я точно знаю, что я никогда не буду в политике, никогда не буду на госслужбе. Я уверена, что не хочу работать в регуляторах, даже в мировых.

Может, это будет какая-то научная работа или что-то такое. Или, в конце концов, мне 53 года, могу и на пенсию уйти.

"Интерфакс-Украина": А другим реформаторам помогать будете?

В.Г.: Хочу, чтобы мы как-то помогли (и.о. министра здравоохранения) Ульяне Супрун. Она недавно пришла к нам на стратегическую сессию, и мы вместо 40 минут проговорили с ней два часа. Все мои зампреды пришли ко мне на следующий день и говорят: нам казалось, что такой беспредел только у нас в банковской среде, но когда мы ее послушали, какая там коррупция и мафия, связанные со здоровьем, с детьми, с раковыми больными, с пересадкой органов… – мы хотим помочь нашему министерству здравоохранения.

О том, что она начала делать реформы, мы узнали, когда мураевские бабушки из-под наших окон перешли сразу под окна Минздрава. А вы спрашиваете, почему народ не любит реформаторов. Сейчас народ не будет любить Ульяну Супрун!

Поэтому мы берем, если можно так сказать, шефство в тех направлениях, где мы можем помочь: аналитикой, моделированием, воплощением их верхнеуровневой концепции в развернутые документы. Яков Васильевич еще раз встречался с Ульяной Супрун и с ее замом по поводу того, как помочь cashless внедрять в больницах, чтобы таким образом решить часть проблем.

Чем технократы хороши, и Ульяна Супрун тоже – ей все равно, любит ее народ или не любит. Потому что, как недавно кто-то написал, Гонтарева не деньги, чтобы ее любить.

Но мне было легче, потому что институционально Нацбанк, что ни говорите, – это отдельная организация, тогда как министерство – лишь одно из многих. У Нацбанка и надзор, и валютное регулирование, а там – вся страна в клиниках.

"Интерфакс-Украина": Вам в Нацбанке было легче еще и потому, что был здоровый кусок банковской системы – иностранные банки составляли примерно треть рынка.

В.Г.: Да, мне легко было искать профессиональных людей: я их брала из банков с иностранным капиталом, например, многих из Райффайзен банка Аваль, из банков с российским капиталом. Пусть они кому-то не нравятся, но там были профессиональные люди, которых можно было брать. У меня, например, в аудиторах практически полностью команда из BNP – глава в Париже работал, а потом приехал к нам и начал привлекать людей.

Хотя с врачами, мне кажется, все равно будет легче, чем с судьями. Туда молодежь приходила не только по принципу – я сын судьи, поэтому буду судьей, или я сын налоговика, поэтому буду налоговиком.

И я в этой связи, еще хочу сказать о своей команде. Если бы я все сама делала ручками, у меня бы ничего не вышло. Ты со своей визией и своим драйвом берешь людей, и они начинают делать – почему я говорю, что это наша команда сделала.

(окончание следует)

Украина > Финансы, банки > interfax.com.ua, 10 мая 2017 > № 2168787 Валерия Гонтарева


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 8 мая 2017 > № 2166866 Алексей Гнедовский

Доходность или риск: как вчерашним вкладчикам не обжечься на акциях?

Алексей Гнедовский

генеральный директор ИК «Велес Капитал»

Начинающих инвесторов часто привлекает иллюзия высокой и предсказуемой доходности дивидендных бумаг и акций, по которым выставлена оферта

Снижение процентных ставок толкает даже самых консервативных вкладчиков банков на фондовый рынок, который действительно предлагает более широкий набор инструментов и более привлекательные доходности.

Даже если речь идет о вкладчиках со стажем, как правило, это начинающие инвесторы, которым бывает непросто разобраться, из чего складывается доходность тех или иных инструментов и какие с этим сопряжены риски. Вместе с тем есть несколько заблуждений, которые распространены на рынке ценных бумаг и о которых хотелось бы поговорить. В частности, это касается двух инвестиционных инструментов, по которым можно получить доходность, существенно превышающую уровень ставки по инструментам с фиксированной доходностью. Это делает их очень привлекательными для начинающих инвесторов. Речь идет о дивидендных бумагах, а также об акциях, по которым ожидается (или уже была выставлена) оферта.

Многие инвесторы убеждены, что такие акции имеют более высокую степень защиты от падения цены и более предсказуемую доходность, но как выглядит ситуация на самом деле?

Дивидендные бумаги являются одними из наиболее интересных и простых инструментов для инвесторов. Акции компаний, осуществляющих стабильные и высокие выплаты, как правило, демонстрируют более устойчивую и восходящую динамику. Однако стратегия инвестирования в такие, казалось бы, защищенные инструменты таит в себе подводные камни.

Основным заблуждением в данном случае является ожидание гарантированной доходности — размера объявленного дивиденда по отношению к уровню цены акции. В большинстве случаев после закрытия реестра под выплату дивидендов (так называемой «отсечки») акции падают в цене на размер выплаты, что сводит реальную доходность к нулю. Инвестору в таком случае будет необходимо ожидать восстановления котировок после падения, что может затянуться на достаточно длительное время. К тому же с дивидендов придется заплатить налог в 13%, что опять же снизит эффективную доходность. Куда более эффективным вложением является покупка акций на ожиданиях объявления высоких дивидендов.

Например, дивидендная доходность по привилегированным акциям «Сургутнефтегаза» в 2016 году перед отсечкой составляла 16,7% (или 6,92 рубля на акцию). Однако на следующий день падение акций составило 5,4 рублей (-13%). Таким образом, реальная эффективная доходность составила всего 3,7% вместо 16,7%. Более того, цена акций так и не вернулась на прежний уровень.

Еще один миф касается офертных акций, которые предлагаются к выкупу вследствие сделок M&A или реорганизации компаний и позволяют получать доходность выше рыночной стоимости и существенно превосходящую ставку по депозитам. Одной из наиболее значимых оферт прошлого года стал выкуп обыкновенных акций «Башнефти» после приобретения контрольного пакета «Роснефтью». Из текущих выкупов стоит отметить акции «М.Видео», оферта по которым предполагает доходность порядка 18%, то есть более чем вдвое превосходящую самую высокую ставку по депозитам.

Но и в случае с офертными акциями инвестор может столкнуться с рядом сложностей. Все офертные сделки можно разделить на два основных вида — выкуп акций самим эмитентом и выкуп акций одним из акционеров.

В первом случае выкуп акций может произойти из-за корпоративных событий, таких как реорганизация компании или проведение крупных сделок. Тогда миноритарный акционер может столкнуться с неполным выкупом, размер которого ограничен 10% от суммы чистых активов. В случае с выкупом со стороны одного из мажоритарных акционеров основные риски возникают из-за того, что сроки потенциального выкупа могут быть существенно сдвинуты по времени, а это, в свою очередь, может привести не только к снижению эффективной доходности в связи с увеличением временных рамок, но и к снижению потенциальной цены выкупа.

Таким образом, рассматривая для себя те или иные инвестиционные продукты важно понимать все их нюансы и открыто принимать возможные риски. По степени возрастания риска все инструменты можно разместить на воображаемой шкале следующим образом: облигации (классические инструменты с фиксированной доходностью), акции с характеристиками облигаций (акции в офертной ситуации), дивидендные бумаги и обычные акции.

При этом шкала потенциальных доходностей будет иметь аналогичный вид, ведь повышенная доходность — это всегда плата за повышенный риск.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 8 мая 2017 > № 2166866 Алексей Гнедовский


Россия > Финансы, банки. Миграция, виза, туризм > forbes.ru, 6 мая 2017 > № 2165322 Александр Локтаев

Путешествие под защитой: зачем страховать поездку и как не ошибиться в выборе туроператора

Александр Локтаев

генеральный директор страхового общества «Помощь»

Страховка поможет избежать непредвиденных расходов в случае внезапной болезни или происшествия в другой стране

Полис страхования выезжающих (ВЗР) обеспечивает защиту по медицинским расходам в случае заболевания, травмы или смерти при нахождении за границей. Согласно российскому законодательству каждый выезжающий из страны гражданин должен застраховаться с лимитом ответственности не менее 2 млн рублей. Кроме того, наличие страхового полиса обязательно при въезде во многие страны, в том числе во все страны Шенгенского соглашения. Все государства Евросоюза требуют страховку при рассмотрении документов для выдачи визы.

Едем сами: что включить

Какой именно страховой полис лучше приобрести, зависит от характера поездки и страны путешествия. Если вы собираетесь на «ленивый» пляжный отдых, то достаточно купить стандартный полис c самыми распространенными рисками. Обычный полис покрывает расходы на организацию и оказание медицинской помощи по экстренным показаниям в таких случаях, как острое внезапное заболевание, травма, полученная в результате несчастного случая, острая зубная боль, отравление, включает амбулаторию и стационар, необходимые обследования, медикаменты, операцию, транспортировку.

Но если в ваших планах активный или экстремальный отдых — дайвинг, трекинг, скалолазание, да и хотя бы бег, веселое катание на «банане» или полет над пляжем, то обязательно стоит включить риски активного/экстремального отдыха. Подверни вы ногу на утренней пробежке, стандартный страховой полис может вас не спасти. Зато расширенное покрытие позволит компенсировать все мероприятия, связанные с возможной эвакуацией, доставкой в клинику, перемещением домой для лечения и даже проведением поисково-спасательных работ.

Активные виды отдыха, зимние или летние, и занятия спортом сильно повышают риск получения травмы, и сами травмы в этом случае носят более серьезный характер и требуют более серьезной медицинской помощи. При этом стоимость полиса значительно не увеличится.

Цена вопроса

На сегодня один день пребывания в стране Западной Европы стоит от 50 центов до 1 доллара/евро. Средняя стоимость страхового полиса ВЗР на две недели с покрытием 35 000 евро равняется 10,5 евро, то есть около 600-700 рублей. Если приобретать полис, включающий весь мир, то цена окажется на уровне $1,3-1,5 за сутки. А такие полисы, как, например «весь мир, за исключением Канады, Америки, Японии, Новой Зеландии и ЮАР», то есть фактически работающие на Азию стоят из расчета $0,7-0,9 в день (лимит ответственности то же составляет 35 000 долларов или евро).

Хорошим механизмом для сохранения денежных средств в случае наступления непредвиденных обстоятельства может стать недорогая опция по страхованию потерь от отмены поездки. Но необходимо учитывать, что если вы просто передумаете ехать, страховая компания не станет возмещать стоимость тура. Причиной для отказа от поездки могут быть: болезнь застрахованного или его родственника, гибель имущества, судебное разбирательство — внимательно читайте полис, все события там будут указаны.

Как работает полис

Страховщики сотрудничают с ассистантскими компаниями, имеющими широкую сеть представительств в зарубежных странах. Как правило, они быстро организуют помощь на местах, так что застрахованный не несет расходов из своего бюджета. Либо же страховая компания возмещает стоимость оплаченных услуг по возвращении клиента при наличии чеков и других документов.

При наступлении страхового случая (заболевании, получении травмы и тому подобного) необходимо сразу же связаться с круглосуточно работающим сервисным центром, указанным в страховом полисе, проинформировать о случившемся и строго выполнять инструкции оператора. Телефон для экстренной помощи всегда указан в полисе. Если по каким-то причинам вам не удалось связаться с колл-центром, то следует самостоятельно обратиться в местную больницу, пройти лечение и обязательно сохранить все справки и чеки, чтобы затем показать их страховой компании.

Искажение фактов о случившемся может привести к затруднениям с получением выплаты. Обмануть страховщика, предоставляя постфактум иные обстоятельства травмы, будет не просто. Когда поступает звонок от застрахованного, координатор сервисной компании всегда интересуется, при каких обстоятельствах произошел страховой случай. Важно помнить, что страховка не покрывает травмы, если страхователь получил их, находясь в состоянии алкогольного или наркотического опьянения.

Страховая компания также откажет в выплате, если вы приобрели страховой полис на 1 год с 30-дневным пребыванием, а страховой случай произошел, например, на 31-й день (срок пребывания — это общее количество дней, проведенных за границей в период действия полиса). Именно для этого страховщик запрашивает копию заграничного паспорта со всеми отметками о пересечении границ.

Страховка входит в турпакет

По российскому законодательству туроператор страхует свою гражданскую ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по договору о реализации туристского продукта. Таким образом, если он не сможет осуществлять свою деятельность, средства, вложенные в покупку туров ее клиентами, выплатит страховая компания.

Казалось бы, это снимает вопросы страхования с плеч путешественника, который едет в отпуск по турпутевке: договор страхования, с одной стороны, покрывает риски несчастного случая, с другой – компенсирует промахи туроператора и форс-мажоры. Например, отменили рейс, или произошел теракт, и компания должна быстро организовать вывоз туристов. Однако, учитывая особенности нашего туристического рынка, необходимо очень внимательно относится к выбору оператора и тщательно изучать все документы. По закону с туристами взаимодействуют два вида компаний: туроператор, ведущий деятельность по формированию и реализации туристского продукта, и турагент, занимающийся только его реализацией и не несущий никакой ответственности за неисполнение своих обязательств. При покупке тура обязательно обратите внимание на то, чтобы в договоре содержалось наименование туроператора, а также его полные данные (ИНН, юридический и фактический адреса, реестровый номер). Если договор приобретается у турагента, проверьте у него наличие доверенности от туроператора.

Разумеется, у рядового гражданина нет возможности взглянуть на финансовую отчетность компании, понять, есть или могут ли возникнуть у нее финансовые трудности. Однако перед покупкой тура можно узнать, застрахованы ли риски конкретного оператора, в какой компании, на какую сумму и на какой срок. Эта информация публикуется на сайте Единого федерального реестра туроператоров.

Если вы не нашли здесь своего туроператора (информация о турагентах на данном ресурсе не размещается), это значит, что ему запрещено заниматься туристской деятельностью.

Если пунктов не хватает, требуйте включить

Договор между путешественником и туроператором/турагентом обязательно должен содержать подробную информацию о программе путешествия с датами, сведения о всех туристах (ФИО, дата рождения, номер загранпаспорта), наименование перевозчика (с указанием класса перевозки), условия проживания (название отеля, его «звездность», наличие питания), информацию об экскурсиях, трансферах и всех других оплаченных туристом опциях. Если каких-то пунктов не хватает, требуйте включить их в договор.

Не забудьте проверить, указана ли в договоре страховая компания, есть ли ее ИНН и адрес, номер договора страхования, размер страховой суммы, а также порядок обращения за страховой выплатой.

В качестве подтверждения оплаты тура у вас на руках должен оказаться либо кассовый чек, либо туристская путевка (бланк строгой отчетности, БСО) — другое не является платежным документом, а значит вы не сможете подтвердить оплату в случае возможных проблем у туроператора. Кстати, примите во внимание, приобретение только одной услуги, например, только перелета или только размещения в отеле, не является турпродуктом, а, значит, и не будет покрыто страховщиком.

Россия > Финансы, банки. Миграция, виза, туризм > forbes.ru, 6 мая 2017 > № 2165322 Александр Локтаев


Швейцария. Россия. ЦФО > СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 5 мая 2017 > № 2165349 Василий Церетели

За что банк Credit Suisse полюбил современное русское искусство

Яна Жиляева

ForbesLife Staff

С 8 по 10 сентября в Гостином дворе при поддержке банка в пятый раз пройдет международная ярмарка современного искусства Cosmoscow

Основатель и директор Cosmoscow Маргарита Пушкина и исполнительный директор ММоМА Василий Церетели в эксклюзивном интервью Forbes Life о первом юбилее ярмарки, о партнерстве с государственными музеями и о том, как банк Credit Suisse полюбил русское искусство:

— Маргарита, что нового будет на ярмарке в этом году?

— В этом году у ярмарки несколько новых секций и много интересных начинаний. Прежде всего, у нас появится секция Collaborations, в рамках которой будут сформированы пары из российских и иностранных участников. Русские галеристы познакомят иностранных коллег, которых они пригласят на ярмарку, со всеми особенностями российского рынка современного искусства. Эту идею выдвинула член нашего экспертного совета, галерист Ольга Темникова. В мировой практике существуют аналоги такого формата. В Лондоне, к примеру, английские галереи приглашают иностранных коллег на викенд. Похожие дружественные обмены-визиты устраиваются на нью-йоркской ярмарке Independent и на ярмарке Paris Internationale.

У Cosmoscow впервые появится географический фокус: мы пригласим галереи из определенной европейской страны. Из какой именно страны, объявим позднее.

Некоммерческая программа ярмарки расширяется год от года. В этот раз она посвящена 100-летнему юбилею Октябрьской революции и объединена общей темой–вопросом «Где революция?».

Впервые в этом году будет вручен приз за лучший стенд. В жюри — искусствовед Катя Кибовская, комиссар Московской международной биеннале молодого искусства, Алексей Новоселов, руководитель выставочного отдела ММОМА, Алиса Прудникова, директор ГЦСИ и многие другие. В качестве приза мы предоставим выигравшей галерее право на бесплатное участие в 2018 году.

— Какие проекты можно назвать уже традиционными, фирменными для Cosmoscow?

— Программа ярмарки по-прежнему включает основную (Main) и специальную (Discovery) секции. В специальной программе участвуют галереи младше пяти лет, которые представляют молодых художников.

У нас по-прежнему действует строгий отбор для российских галерей, который осуществляет экспертный совет ярмарки. В него входят три человека: помимо меня это куратор и галерист Елена Селина и галерист Ольга Темникова. Среди условий, которые мы ставим перед российскими галереями: показывать на стенде одного-двух художников, не больше. И я вижу, что галереи оценили наш замысел. В ситуации, когда очень плотный календарь мировых ярмарок и арт-событий, галеристам выгоднее делать на стендах специальные проекты вместо того, чтобы показывать сразу всех своих художников. Это дает возможность максимально эффектно представить автора, составить представление о его творчестве.

Продолжит в этом году свою работу и совет коллекционеров ярмарки, куда входят Диляра Аллахвердова, Антуан Арно и Наталья Водянова, Тереза Мавика, Владимир и Екатерина Семенихины, Василий Церетели и Ольга Ващилина.

Уже сейчас участие в Cosmoscow 2017 подтвердили такие галереи, как 11.12 Gallery (Москва), Anna Nova Art Gallery (Санкт-Петербург), Artwin Gallery (Москва), Galerie Iragui (Москва), Pechersky Gallery (Москва), XL Галерея (Москва), галерея pop/off/art (Москва), галерея Ru Arts (Москва), галерея Temnikova & Kasela (Таллин), галерея Марины Гисич (Санкт-Петербург) и галерея «Риджина» (Москва). Полный список мы объявим летом.

По традиции ярмарка активно сотрудничает с ведущими музеями. В этот раз Московский музей современного искусства подготовил обширную выставочную программу, включающую в себя проект «Непокоренные» и первую в России ретроспективу Джозетты Фиорони.

Художником года Cosmoscow 2017 стал воронежский скульптор Иван Горшков. Иван готовит для ярмарки специальный site-specific проект. Масштабную инсталляцию представит Краснодарский центр современного искусства «Типография», основанный группировкой ЗИП.

Третий год продолжается сотрудничество Cosmoscow и банка Credit Suisse, который является нашим стратегическим партнером.

И мы продолжаем сотрудничать с ювелирными брендами. В этот раз нас поддерживает основанный в XVIII веке Дом Garrard, много лет бывший придворным ювелирным домом британских королей.

— Маргарита, какими достижениями за пять лет может похвастать ярмарка?

— Мы — по-прежнему единственная международная ярмарка современного искусства в Москве. В прошлом году в Cosmoscow участвовали 38 российских и международных галерей. Ярмарку посетило порядка 16 000 человек. Гостями закрытого показа для коллекционеров стали более 2 000 человек.

Нас признало профессиональное арт-сообщество. Ярмарка — это не столько продакшн, когда ты арендуешь пространство и продаешь стенды, сколько вопрос коммуникаций. Тут каждый разговор с галеристом, художником — постоянный вызов, — требует от тебя демонстрации того, что ты компетентен. На ужине, где-нибудь в Гонконге, на втором часу разговора вдруг замечаешь, что отношение к тебе изменилось, собеседники видят, что ты понимаешь, как устроена среда, как это работает и знаешь главных людей. Это признание — результат многолетней работы, естественно, помимо продюсирования, промоутирования и продаж.

Ярмарка — это платформа для общения, место, где галеристы встречаются с коллекционерами. Покупка произведения искусства — это очень эмоциональное дело. За счет новых знакомств галеристы наращивают свою аудиторию. Ведь на ярмарку приглашают не только топ-клиентов галерей, но и огромный круг людей, в том числе и тех, кто до этого был далек от современного искусства. Мы стараемся объединять усилия всех арт-профессионалов, использовать эффект синергии.

Сегодня на нашем рынке, хотя он и считается развивающимся, есть все необходимые институции: аукционный дом, частные фонды, галереи, музейные институции, центры, ярмарка. Нужно, чтобы эта инфраструктура слаженно работала. Ярмарки — универсальный инструмент для продвижения галереи. Мы стремимся стать таким инструментом в России. Когда в экспликациях выставок пишут: «Художник был представлен на стенде галереи на Cosmoscow», — я вижу, что это работает.

Василий Церетели, исполнительный директор ММОМА:

— Василий, зачем государственные музеи создают совместные проекты с коммерческими ярмарками?

— Эти совместные проекты важны для того, чтобы коммерческие ярмарки качественно были на другом уровне. Ведь с музеями появляются и специалисты, и кураторы, и художники мирового уровня, которые становятся активными участниками, спикерами этих ярмарок. Кроме того, институции привлекают свою аудиторию, предлагая ей взглянуть на искусство под другим углом: зритель оказывается вне музейных стен, на ярмарке искусство максимально приближено к каждому гостю. Сотрудничество крупных музеев и ярмарок уже стало популярным в международной практике, благодаря комплексному подходу в создании экспозиции, разработке дискуссионно-образовательных программ, работе с посетителями. В России Cosmoscow – по сути, единственная международная ярмарка современного искусства. Она уникальна своей структурой и внутренней жизнью: организаторы тщательно отбирают галереи «музейного» уровня, работают над дополнительными мероприятиями. Кроме того, эта ярмарка способствует развитию российского рынка современного искусства и его включению в глобальный контекст, тем самым предоставляя уникальные возможности художникам, в том числе и молодым.

— Зачем крупному бизнесу, банкам современное искусство? По какому расчёту построен мезальянс современного искусства и больших денег?

— Нельзя так прямолинейно судить о связи «бизнес — современное искусство». Сегодня, наоборот, мы видим, что это, скорее, сотрудничество, чем просто финансирование каких-то проектов. И сотрудничество во всех смыслах обширное: от качественной интеграции до существенной поддержки искусства. В прошлом году в Московском музее современного искусства на Петровке прошел проект Art. up Art. in, в котором приняли участие девять крупных компаний, одной из них который был Газпромбанк Private Banking, единственный банк в России, у которого есть своя корпоративная коллекция. Совместно с ним мы провели несколько мероприятий, в частности, круглый стол, посвященный стратегии формирования и специфике корпоративного коллекционирования в России и за рубежом на примере конкретных собраний современного искусства. Это один из примеров активного сотрудничества, результат которого актуален и для профессионального сообщества, и для музейного зрителя. А посмотрите на то, как Credit Suisse участвует в Cosmoscow: это полноценное сотрудничество на всех уровнях коммуникации с аудиторией. На мой взгляд, это выигрышная политика для самих банков и крупных компаний, ведь поддерживая искусство, они получают новую лояльную аудиторию. Такое взаимодействие показывает, что у банка есть интерес к новым способам визуализации, доказывает его прогрессивность. Бизнесу, которому небезразличен завтрашний день в России и в мире, очень важно быть вместе с искусством, поддерживать его и развивать.

Швейцария. Россия. ЦФО > СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 5 мая 2017 > № 2165349 Василий Церетели


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 5 мая 2017 > № 2165337 Владислав Лысенко

Дайте жалобную книгу: у кого искать защиты от коллекторов?

Владислав Лысенко

директор коллекторского агентства «ЦЗ Инвест», член Национальной ассоциации профессиональных коллекторских агентств (НАПКА)

В каких случаях действительно стоит подать официальную жалобу на коллектора и куда такие жалобы имеет смысл направить

Все слышали страшные истории о назойливом внимании коллекторов к должникам. Однако по статистике как официальных органов, так и НАПКА (Национальной ассоциации коллекторов) лишь менее 10% жалоб и обращений граждан становятся основанием для принятия каких-либо мер. Причин несколько: граждане часто жалуются не на тех, не туда, и не на то, что является нарушением.

Совет первый: немедленная идентификация

Каждый заемщик знает, что источником коммуникации по вопросу непогашенного долга может выступать не только коллекторское агентство. Должнику могут звонить (особенно на ранней стадии долга) из внутренней службы взыскания самого кредитора — банка или микрофинансовой организации. Однако часть жалоб от граждан поступает в формате «жалуюсь неизвестно на кого», или «жалуюсь на коллекторов вообще» (а каких именно? из какой организации?), а такие обращения, естественно, малоэффективны.

Поэтому первое, что необходимо сделать гражданину, получившему звонок взыскателя, — уточнить название компании, которую представляет человек на другом конце провода (по закону взыскатели обязаны представляться и не звонить со скрытых номеров, однако нарушения бывают). Если нет возможности узнать название организации — определите хотя бы номера, с которых поступают звонки и сообщения, их можно будет указать в жалобе.

Порядок подачи жалобы и ее рассмотрения будет отличаться в зависимости от того, к какому из этих трех рынков (банки, МФО, коллекторские агентства) относится «ваш» коллектор.

Совет второй: нелегалам — бой

Допустим, название компании-взыскателя у вас есть. Как понять — имеет ли она право вам звонить и на каких основаниях это делает? Многие граждане, не разобравшись, сразу начинают писать жалобы во все инстанции на незаконное взыскание.

«Черный» коллектор или «белый» — понять теперь очень легко. С 1 января 2017 года заниматься взысканием с физлиц имеют право только коллекторские агентства, вошедшие в госреестр. На сайте Федеральной службы судебных приставов в разделе Сервисы есть этот самый госреестр. В него на данный момент входят 116 коллекторских агентств — только они и являются легальными участниками рынка. Кстати, частные лица выступать взыскателями не могут. Звонить вам может только первоначальный кредитор-частное лицо (причем, если долг выше 50 000 рублей, то ограничение количества звонков и другие нормы 230-ФЗ распространяются и на него), продать ваш долг частнику он не может, только коллекторскому агентству в госреестре.

С нелегальными банками столкнуться трудно, а вот проблема нелегальных МФО по-прежнему имеет место, несмотря на контроль этого рынка со стороны Банка России. На сайте регулятора поиск по реестру не очень удобен, можно проверить вашего кредитора, например, по списку на портале Займ.ком. Кроме того, стоит иметь в виду, что по новому закону МФО не имеет право заниматься взысканием чужих долговых портфелей (раньше МФО могли действовать как коллекторские агентства), они могут взыскивать только собственные займы.

Контактировать с нелегальным МФО или коллекторским агентством нет смысла — можно сразу написать жалобу на незаконное взыскание. Это еще не значит, что вам не придется возвращать им долг (если он действительно есть). Если банк лишился лицензии, МФО, выдавшее заем, оказалось нелегальным, а коллекторское агентство не вошло или было исключено из реестра, суд все равно может признать вашу обязанность выплатить, по крайней мере, основное тело долга. Тем более, что долговой портфель со временем может быть продан новым владельцам.

Даже если взыскатель вполне легален, гражданам бывает трудно понять — почему по банковскому долгу (а тем более — по долгу оператору связи, ЖКХ или перед страховой компанией) к ним обращается какая-то неизвестная им компания — коллекторское агентство? Это тоже вызывает поток обращений и жалоб на незаконное взыскание. С 1 января, с момента вступления в силу нового закона 230-ФЗ «О защите прав физлиц при взыскании», все кредиторы (банки и МФО) обязаны информировать гражданина в случае, если их долг передается коллекторам. Однако на старые долги, переданные до 1 января, эта норма не распространяется.

Могу сказать твердо, что «белые» коллекторские агентства никогда не будут контактировать с гражданином без твердых на то юридических оснований, без кредитного договора и других данных, переданных от первоначального кредитора. Но если вы все-таки сомневаетесь — вы имеете право запросить коллекторское агентство предоставить подтверждение таких оснований (обычно это бывает официальное письмо, в котором указан номер договора цессии или агентирования, заключенного между взыскателем и кредитором, и данные вашего кредитного договора). В соответствии с новым законом, агентство обязано ответить вам в течение 30 дней, за нарушение предусмотрены штрафы. Если этого не произошло — это уже более чем надежное основание для жалобы.

Совет третий: самокритика не повредит

А вы уверены, что повод для жалобы вообще есть?

Положительным ответ на этот вопрос является в случае, если собеседник нецензурно выражается, повышает голос, угрожает физической расправой или порчей имущества, пытается вломиться в дом, преследует, разглашает ваши персональные данные и информацию о долге третьим лицам без вашего согласия.

Но часто должники выдают за «угрозы» и «запугивание» рутинное информирование о возможной передаче его дела в суд, начислениях штрафов или ухудшении кредитной истории. Подобные обращения нередки, но смысла не имеют — шанса на рассмотрение жалобы в вашу пользу нет, ведь взыскатель просто выполняет свою работу.

Стоит также помнить, что взыскатель имеет право прийти к вам домой или на работу, не согласовывая заранее время визита (это не является «преследованием»), но не имеет право войти в квартиру без вашего разрешения.

Кроме того, новый закон 230-ФЗ «О защите прав физлиц при взыскании» породил массу спорных поводов для жалоб, поскольку многие его нормы не конкретизированы.

В частности, никто до сих пор не понимает, как правильно толковать понятие «контакт», количество которых ограничено (1 раз в сутки, 2 в неделю, 8 в месяц). Большая часть штрафов, наложенных на коллекторов по новому закону, связана именно с этой статьей. Засчитывается ли контакт, если должник бросил трубку, не выслушав кредитора, или оборвалась связь? Нарушен ли закон, если должник представился не собой, а чужим именем и взыскатель считает, что поговорил с другим? Все эти нормы будут вырабатываться судебной практикой — коллекторские агентства планируют оспаривать слишком жесткие толкования закона вплоть до Верховного суда. Поэтому, наверное, имеет смысл все-таки 1 раз в сутки, 2 раза в неделю и 8 в месяц полноценно выслушать кредитора/взыскателя, не бросая трубок и дав обратную связь — планируете или не планируете платить, когда и почему. А вот если, несмотря на состоявшийся успешный контакт, попытки пообщаться с вами продолжаются, и явно зашкаливают за установленные законом нормы — это повод для жалобы.

Общение взыскателей с третьими лицами само по себе тоже не является незаконным. Они имеют право вежливо поинтересоваться у них вашим местонахождением или попросить связаться с компанией-кредитором, без разглашения подробностей о сумме долга и истории задолженности. Однако требуется ли на такое общение ваше согласие и их, и как это согласие или отсутствие несогласия должны быть выражены — на этот счет в законе три разные позиции, противоречащие друг другу. Поэтому опираться пока, в отсутствие судебной практики, приходится на здравый смысл — были корректны и не назойливы? лишних деталей не рассказывали? Считайте, что все нормально и не плодите бюрократию. Если количество звонков вашим знакомым и коллегам превышает разумные пределы (общение с третьими лицами законом количественно не ограничено), и ваша финансовая история рассказана во всех мыслимых подробностях — имеет смысл написать жалобу.

Совет четвертый: доказать, что «не верблюд»

Еще одна очень частая ситуация, которая вызывает вполне обоснованное возмущение граждан и порождает примерно 30% всех жалоб — это звонки по ошибочным номерам. К сожалению, новый закон не решил эту проблему, одинаково болезненную и для граждан, и для взыскателей.

Представьте, что ваш знакомый (коллега, «лучшая» подруга, сосед по подъезду) или вообще незнакомый человек при оформлении кредита или займа указал ваш телефон как свой контактный. К сожалению, кредиторы не всегда могут проверить такую информацию. Или вы купили сим-карту, которая раньше принадлежала должнику, переехали в его бывшую квартиру. Результат — вам названивают сотрудники коллекторского агентства, по сто раз выслушивают ваши все более эмоциональные объяснения, но номер из базы не удаляют.

Писать жалобу в такой ситуации не очень эффективно — не даст быстрого результата. При проверке выяснится, что коллекторское агентство имело право на звонки, так как контакт указан в договоре кредитования, и разбирательство затянется. Ругаться с операторами колл-центра тоже бессмысленно, как правило, они не имеют полномочий удалять контакты из базы, просто веря абоненту на слово — слишком часто настоящие должники говорят неправду. Проверить, кому принадлежит телефон, обратившись в органы власти или к операторам связи, кредиторы и коллекторы тоже не имеют права, закон не дает им доступа к такой информации.

Поэтому самый быстрый способ (хотя и не самый справедливый по отношению к пострадавшему гражданину) — уточнить у компании, какие документы могут подтвердить вашу непричастность к долгу. Например, справка от мобильного оператора, что этот номер теперь принадлежит вам и тому подобное. После предоставления документального подтверждения звонки прекращаются. Повторяю, это не очень справедливо по отношению к ни в чем не повинному человеку, которого и так замучили звонками. Ему приходится доказывать, что он «не верблюд» из-за недобросовестного должника и несовершенства законодательства, однако этот путь часто оказывается самым быстрым.

Совет пятый: не приукрашивать ситуацию, но показать факты

По итогам рассмотрения 3 700 обращений, поступивших с начала года в Федеральную службу судебных приставов (ФССП), которая отвечает с 1 января за коллекторский рынок, было выписано всего около 70 протоколов об административных нарушениях (в основном это штрафы коллекторским агентствам в госреестре, но досталось также одному банку и двум агентствам, занимавшимся взысканием нелегально).

Правоприменение нового закона 230-ФЗ «О защите прав физлиц при взыскании», за реализацию которого отвечает ФССП, только начинает вырабатываться. Поэтому каждую жалобу ФССП, которое имеет большой опыт работы с недобросовестными должниками, рассматривает крайне тщательно, проводя внеплановые проверки деятельности коллекторских агентств. Кроме того, по новому закону коллекторские агентства обязаны сохранять 100% всех записей переговоров и встреч с должником, и при разборе жалоб эти записи прослушиваются. И при этом часто оказывается, что факты, изложенные в жалобе, не соответствуют действительности.

Соблазн изложить ситуацию в несколько приукрашенном виде (должник с нимбом, коллектор с рогами, хвостом и пахнет серой) преследует многих недобросовестных заемщиков. В результате в СМИ часто попадают фейковые новости о коллекторах, которые взламывают квартиры знаменитостей, насилуют женщин и обижают детей. При ближайшем рассмотрении и при расследовании полиции часто оказывается, что «нападение» инсценировано (как это было с прошлогодним инцидентом в Искитиме), или гражданин имел дела с сомнительными личностями, которых позже назвал «коллекторами» для привлечения внимания прессы. Представители ФССП сейчас уже высказывают идеи о том, что коллекторским агентствам, пережившим проверку из-за неправомерной жалобы, стоит подавать в суд на такого гражданина, и эта практика, видимо, будет развиваться.

Поэтому, несмотря на шумиху в прессе, которая сейчас в большей степени поддерживает права должников, чем кредиторов, не стоит ожидать, что госорганы изначально отнесутся к коллекторам с презумпцией виновности. Запаситесь фактами — сделайте запись переговоров и встреч с взыскателем, скриншоты смс, фотографии поврежденного имущества и тому подобное.

Совет шестой: сначала пусть свои расстреляют

Наши граждане привыкли жаловаться в первую очередь в госорганы, поэтому на каждый «чих» пишут президенту, в Генпрокуратуру и прочие высшие эшелоны, получая в результате довольно формальные ответы и «отфутболивание» жалоб по инстанциям. Конечно, в самых тяжелых случаях без помощи госорганов никак не обойтись. Однако если речь идет не об угрозе жизни и здоровью, а о достаточно технических проблемах взаимодействия с взыскателями или мелком бытовом хамстве (все это вряд ли заинтересует силовые органы), лучше начать с внутренней службы контроля качества самого банка, МФО или коллекторского агентства. А если реакция не последует — обратиться к помощи профсообщества взыскателей.

У Ассоциации российских банков (АРБ) есть финансовый омбудсмен Павел Медведев, который принимает обращения граждан по различным конфликтным вопросам, связанным с банками, в том числе взысканием долгов. Он специализируется в основном на помощи с реструктуризацией долгов и неправильно начисленными штрафами и пени.

По закону все МФО обязаны входить в одну из трех саморегулируемых организаций: СРО «МиР», СРО МФО «Единство» и Союз «Микрофинансовых альянс». Все они так или иначе работают с обращениями граждан (наиболее активно СРО «МиР»). Обращение в СРО может помочь, если речь идет об их участниках, списки которых можно найти на сайтах СРО, там же есть и формы для подачи жалобы. Хотя, к сожалению, не все МФО одинаково лояльно реагируют на требования со стороны своих «саморегуляторов».

Если некорректный звонок вы получили от коллекторского агентства, начать стоит с Национальной ассоциации профессиональных коллекторских агентств (НАПКА). У них на сайте есть сервис «Добро пожаловаться». Это негосударственная организация, что-то вроде профсоюза взыскателей, которая объединяет не весь коллекторский рынок, но самые крупные компании (около 45 из 120 вошедших в госреестр). Во-первых, они отвечают очень быстро — в течение 1-4 дней, гораздо быстрее, чем все госорганы. Во-вторых, в некоторых случаях, когда закон формально не нарушен, но ситуация неправильная, они все равно ее решают. В третьих, они могут помочь быстро идентифицировать, от кого поступают звонки, если у гражданина нет никакой информации, кроме номера телефона, с которого его «долбит» автоинформатор. При подаче жалобы есть возможность приложить файл с записью переговоров, фотографии или другие документы.

Кто-то скажет, что это система «пчелы против меда», но это скорее «хорошие пчелы против плохих пчел», и она-таки помогает в 80% случаев.

Совет седьмой: за тяжелой артиллерией — в органы

Когда ничего не помогает, но вы уверены в своей правоте, настала пора обратиться к регуляторам рынка взыскания. Если это банк или МФО, то жалобу нужно отправлять в Банк России, то есть регулятору банковской отрасли и сферы микрозаймов. На его сайте есть интернет-приемная.

Если коллекторское агентство, на которое вы хотите пожаловаться, очевидно, не входит в НАПКА (список компаний-членов есть на сайте Ассоциации), или ответ НАПКА вас не удовлетворяет — вам прямая дорога к регулятору коллекторского рынка, в Федеральную службу судебных приставов (ФСПП), на сайте которой также есть интернет-приемная и даже работает горячая линия. Они отвечают за соблюдение закона 230-ФЗ «О защите прав физлиц при взыскании», принимают жалобы на всех взыскателей как вошедших в госреестр, так и не вошедших. В настоящее время Банк России и ФССП ведут активные переговоры о том, как наладить совместную работу по жалобам граждан и обмен информацией.

Бывает, что поведение «квазиколлекторов», как их назвал президент, находится так далеко за гранью разумного, что у должника есть основания беспокоиться за свою безопасность. Когда речь идет об открытых угрозах, порче имущества или нанесении иного ущерба, необходимо обратиться в полицию. Если полиция должным образом не среагировала на обращение, оформите обращение в интернет-приемную Генпрокуратуры РФ.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 5 мая 2017 > № 2165337 Владислав Лысенко


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 5 мая 2017 > № 2165333 Михаил Лобанов

Защита от краха банковской системы: чем биткоин лучше счета в банке

Михаил Лобанов

партнер венчурного фонда Target Global

В начале марта 2017 года курс биткоина почти добрался до $1300. В апреле он прошел отметку в $1500. Чем отличается криптовалюта от обычных денег на вашем банковском счете и в чём причина её высокой стоимости?

Концепция электронной валюты впервые была представлена ещё в 1983 году в работе Дэвида Чаума. В 1990 именно он основал организацию DigiCash, которая должна была претворить в жизнь идеи его исследования. К сожалению, электронные деньги не получили распространения — компания обанкротилась в 1998 году. Следующие десять лет идея криптовалют оставалась в тени — до тех пор, пока в 2008 группа людей под псевдонимом Сатоши Накамото не опубликовала файл с описанием протокола и принципа работы платёжной системы. В 2009 году сеть «Биткоин» была запущена.

Биткоин произвёл настоящий фуррор в финансовой индустрии — в 2013 году его цена превысила 1000 долларов, и, несмотря на последующее существенное снижение, в 2017 году вернулась к этой же отметке. На этой неделе биткоин обновлял новые рекорды и прошел отметку в $1510. За биткоином начали появляться и другие валюты — их количество уже превысило 200 и постоянно растёт, однако 85% от капитализации всех криптовалют в мире по-прежнему составляет биткоин.

Криптовалюты обладают рядом полезных свойств, которые можно рассмотреть на примере самой популярной из них — биткоина. Вот ключевые положительные отличия биткоина от обычных денег, которые вы видите в своем интернет-банке.

Долг банка

Для начала вдумайтесь, что все деньги на счету в вашем банке являются пассивом — иначе говоря, долгом банка перед вами. Пользователи привыкли доверять финансовым организациям и не особо задумываются об этом, поскольку могут в любой момент получить наличные в банкомате. Однако на деле, из-за того что баланс вашего счёта на экране, по сути, показывает размер долга, если у организации-«должника» возникнут проблемы, вы с большой вероятностью лишитесь своих средств. Именно по этой причине существует АСВ и другие системы страхования вкладов, но, во-первых, каждая из систем имеет лимит покрытия, а во-вторых, финансовая стабильность таких систем не бесконечна. Кроме того, у любого банка есть лимиты на снятие средств: к примеру, могут возникнуть затруднения с тем, чтобы мгновенно получить 10 млн рублей в отделении банка, такие суммы обычно необходимо заказывать заранее. В момент, когда вы не можете получить свои деньги из банка, когда вы хотите, приходит понимание: деньги на вашем счету — это не ваши деньги, а долг банка перед вами. Это, как говорится, две большие разницы. Совсем другая ситуация с биткоином: им вы владеете на 100% и можете в любой момент и в любых объёмах потратить свои средства. Биткоин не зависит от состояния финансовой системы, и, даже если все банки мира массово обанкротятся, ваши деньги по-прежнему будут доступны.

Лишние вопросы

Отсюда — второе отличие. Многие из вас наверняка сталкивались с тем, что, при снятии или переводе крупной суммы (например, для крупной покупки, банк начинает задавать вам вопросы о характере операции («для чего вы снимаете деньги?», «как вы заработали эти деньги?», «где переведённый на русский язык договор для валютного контроля?» и прочие). В этом, опять же, основное отличие денег на банковском счету от биткоина — последний можно потратить и перевести куда угодно и в оплату за что угодно в любое время, будь то рабочий день или международный праздник. И никто не станет задавать вам вопросы о целях использования средств, какими бы крупными ни были эти суммы. Это «ваши деньги» на все 100% смысла этого выражения.

Скорость эмиссии

Третьим важным отличием криптовалют является заранее известная скорость эмиссии. В далёком 1786 году граф И.И. Шувалов разработал план пополнения казны, предложив увеличить выпуск ассигнаций и связать их обращение с кредитными операциями, что, по его мнению, должно было обеспечить покупательную способность ассигнаций. Правительство намеревалось создать государственный эмиссионный банк, выпуск билетов которого был бы ограничен 100 млн рублей. Однако постоянные войны требовали экстренных расходов, и уже к 1802 году общая сумма ассигнаций с 151 млн поднялась до 212 млн рублей, что существенно снизило курс бумажного рубля. В течение последующего века происходили многочисленные денежные реформы, которые неизбежно приводили к инфляции — позже экономисты обоснуют её полезность для экономики и сейчас мы воспринимаем инфляцию как нечто естественное и неизбежное, а также рассуждаем о ее полезности.

Эмиссия биткоинов, в отличие от привычных нам денег, ограничена. Максимально возможное количество единиц криптовалюты в системе биткоин составляет 21 млн единиц. И, чем более распространённым и востребованным будет становиться биткоин как валюта, тем дороже будет стоить одна единица. Таким образом, биткоин – отличная защита от инфляции и достойный конкурент золоту, которое также выполняет эту функцию, ведь стоимость биткоина должна расти не только из-за лимита на его количество, но еще и с ростом спроса на эту валюту в связи с расширением ее использования.

Минусы биткоина

Однако, у криптовалют есть и ряд минусов.

Главный из них в том, что нельзя сказать заранее, какая именно криптовалюта будет востребована через несколько лет. Рынок меняется крайне быстро, и, чтобы рассматривать криптовалюту как объект инвестиций, необходимо постоянно следить за тенденциями индустрии или же пользоваться услугами управляющего активами. Отсюда вытекает и другая особенность — высокая волатильность криптовалют. Стоимость традиционной валюты обычно меняется в пределах, не превышающих 1-2% в день, в то время как колебания биткоина могут достигать 10%. Тем не менее, справедливости ради стоит отметить, что ни одна валюта в мире не имеет потенциала роста в 100 раз, в то время как для биткоина это возможно хотя бы в теории.

Идем дальше. В отличие от транзакции по кредитной карте, транзакцию с криптовалютой невозможно отменить — любая операция по списанию считается завершённой и не подлежит изменениям. В случае с кредитной картой вы всегда можете позвонить в банк и попросить об отмене транзакции, в то время как при любых действиях с криптовалютами обращаться вам не к кому (зато никто не задает вопросов при переводах — «все честно»). Если же вы подверглись хакерской атаке, и все ваши биткоины украли, вернуть их также практически не представляется возможным. В случае с кредитной картой ваши перспективы в борьбе с мошенниками намного более радужные.

И, пожалуй, самый главный минус криптовалют для пользователей на данный момент — ограниченное хождение: биткоинами в настоящий момент расплатиться можно далеко не везде. Вряд ли вы сможете использовать их для оплаты покупок в магазине или похода в ресторан. Так что, пока не очень понятно, в чём вообще смысл владения криптовалютой. Однако и кредитные карты когда-то принимали далеко не везде, не говоря уже о золоте, практическая ценность владения которым еще более сомнительна.

Перспективы роста

В условиях всех вышеперечисленных ограничений, а также в связи с тем, что появление биткоина может быть рассмотрено как попытка покушения на монополию на печать денег государств (и на первый взгляд не должна находить поддержки у властей), кто вообще станет пользоваться криптовалютами? На мой взгляд, как ни странно здесь релевантен пример социальной сети — сеть с одним пользователем не имеет никакого смысла, однако, чем больше людей к ней подключается, тем более значимой она становится для каждого пользователя. Так же произойдёт и с криптовалютами — когда их применение станет массовым, возникнет несколько интересных и неочевидных на первый взгляд эффектов:

Платежи резко подешевеют. Распространение криптовалют избавит людей от необходимости платить комиссии платёжным системам, банкам-эмитентам карт, банкам-эквайерам и другим участникам финансовых операций. Станут возможны микроплатежи (например, суммы менее 5-10 рублей) и всё это без использования наличных.

Если все начнут пользоваться криптовалютами, и использование наличных средств прекратится, финансовые операции станут полностью прозрачными. Как следствие, пропадёт необходимость в таких организациях, как, например, налоговая служба. Такая неочевидная сейчас вещь, как налоги каждого конкретного физического лица и организации, станет абсолютно прозрачной — рассчитать их можно будет абсолютно точно и автоматически, а собираемость налогов существенно возрастет.

Сейчас криптовалюта — удел программистов и любителей IT технологий; приложений с понятным интерфейсом и простотой использования, доступных обычному человеку, пока еще совсем мало, а идеи использования, конечно же, кажутся чересчур футуристичными. Однако и Интернетом в 1990 году пользоваться могли лишь избранные: большинству людей казалось, что без него вполне можно обойтись и в обычной жизни он совершенно ни к чему. Чем это закончилось мы все прекрасно знаем.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 5 мая 2017 > № 2165333 Михаил Лобанов


Казахстан > Финансы, банки > dknews.kz, 4 мая 2017 > № 2163985 Тулеген Аскаров

Кредитование по-прежнему в «красном»

В завершение начатого в предыдущем номере «ДК» обзора состояния банковского сектора страны к началу весны сегодня мы представляем вниманию читателей информацию о состоянии ссудных портфелей ведущих его участников.

Тулеген АСКАРОВ

Как выясняется из данных оперативной отчетности Нацбанка, совокупный объем выданных кредитов сократился за последний месяц зимы на 1,1% до 15 трлн 138,7 млрд тенге, а в абсолютном выражении – на 164,8 млрд тенге. Напомним, что неудачным выдался по этому показателю и январь – тогда произошло снижение на 1,3%, или 207,3 млрд тенге. Как нетрудно подсчитать, в общей сложности за первые два месяца текущего года совокупный ссудный портфель банковского сектора «похудел» на 372,1 млрд тенге, или примерно $1,2 млрд. А это в свою очередь указывает на сохраняющийся дефицит качественных заемщиков банков наряду с агрессивной политикой Нацбанка по стерилизации тенговой ликвидности на рынке через его ценные бумаги – ноты. Ведь вполне приличное вознаграждение по которым позволяет банкам зарабатывать деньги, не рискуя с выдачей кредитов.

Лидером по объему ссудного портфеля к 1 марта по-прежнему оставался Казкоммерцбанк с 3 трлн 548,4 млрд тенге, но в феврале он потерял 2,4% (в абсолютном выражении – 88,6 млрд тенге) после январского сокращения на 1,8%. У идущего вторым Народного банка Казахстана потери за первый месяц этого года составили 2,7%, а за второй – 1,9% до 2 трлн 260,5 млрд тенге. Уменьшился ссудный портфель и еще у одного члена группы «триллионеров» по этому показателю Цеснабанка, потерявшего 0,8% до 1 трлн 599,9 млрд тенге. Так и не удалось войти в эту группу занимающему четвертое место дочернему Сбербанку России, поскольку за февраль объем выданных им займов уменьшился на 0,7% до 940,3 млрд тенге. Далее следуют Банк ЦентрКредит (1,1% до 865 млрд тенге) и Kaspi Bank, сумевший увеличить ссудный портфель на 4,2% до 829,9 млрд тенге. Замкнули же первую десятку Bank RBK со снижением на 2,4% до 735,2 млрд тенге, Евразийский банк (прирост на 3,6% до 734,3 млрд тенге), АТФБанк (сокращение на 1,9% до 707,0 млрд тенге) и ForteBank с прибавкой на 0,8% до 512,3 млрд тенге.

Не добавляет оптимизма и то обстоятельство, что при уменьшении объема совокупного ссудного портфеля одновременно продолжился рост общего размера «плохих» займов с просрочкой платежей свыше 90 дней. Если в январе по ним сложился прирост на 5,3%, то в феврале – еще на 1,0% до 1 трлн 108,7 млрд тенге, а в абсолютном выражении – соответственно на 55,1 млрд тенге и 11,5 млрд тенге. Лидирует и здесь Казкоммерцбанк, у которого за последний месяц зимы объем таких займов увеличился весьма значительно – на 5,8% до 262,6 млрд тенге после январского прироста почти на 6%. Зато у идущего вторым Народного банка Казахстана, намеревающегося поглотить своего конкурента, за февраль произошло сокращение «плохих» займов на 2,2% до 219,0 млрд тенге. Правда, этого позитива недостаточно, чтобы сполна компенсировать негативный результат января, когда у Народного произошло увеличение на 10,2%.

В первую десятку банковского сектора по этому показателю вошли также дочерний Сбербанк Россиис приростом на 1,8% до 95,4 млрд тенге, АТФБанк (снижение на 2,8% до 82,9 млрд тенге), Банк ЦентрКредит (0,3% до 75,3 млрд тенге), Kaspi Bank (увеличение на 3,4% до 72,9 млрд тенге), Цеснабанк (сокращение на 0,7% до 69,1 млрд тенге), Евразийский банк, выделившийся значительным приростом объема «плохих» займов на 14,2% до 65,2 млрд тенге. Замкнули же эту группу ForteBank (снижение на 1% до 38,7 млрд тенге) и Bank RBK, добившийся впечатляющего сокращения таких кредитов на 8,7% до 34,5 млрд тенге.

Выросла за февраль и доля «плохих» займов в совокупном ссудном портфеле банковского сектора – с 7,17% на начало этого месяца до 7,32% к его концу. Среди ведущих участников рынка лидировали по этому показателю АТФБанк (11,72%) и дочерний Сбербанк России (10,15%). Третьим оказался Народный банк Казахстана с 9,69%, что выглядит весьма интригующе, поскольку у Казкоммерцбанка значение этого показателя оказалось гораздо ниже – 7,40%. Минимум же в этой группе аналитики Нацбанка зафиксировали у Цеснабанка (4,32%) и Bank RBK (4,70%).

В заключение отметим, что за последний месяц зимы заметно увеличилась и сумма просроченной задолженности по кредитам, включая и просроченное вознаграждение, – на 16,2% до 1 трлн 652,2 млрд тенге, в абсолютном выражении – на 230,9 млрд тенге. Вполне предсказуемо основной вклад в этот негатив внес лидирующий и по этому показателю Казкоммерцбанк, наращивавший «просрочку» в феврале устрашающими темпами – на 30,5% до 508,1 млрд тенге, в абсолютном выражении – на 118,1 млрд тенге. Вторым и здесь идет Народный банк Казахстана, правда, с более скромным приростом – на 0,4% до 261,8 млрд тенге.

Казахстан > Финансы, банки > dknews.kz, 4 мая 2017 > № 2163985 Тулеген Аскаров


Украина > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > interfax.com.ua, 4 мая 2017 > № 2162366 Александр Данилюк

Глава Минфина: Разместить еврооблигации под 9% мы можем уже сейчас, но не хотим

Эксклюзивное интервью министра финансов Александра Данилюка агентству "Интерфакс-Украина" (II часть)

Вопрос: Теперь к пенсионной реформе. МВФ, насколько мы знаем, категорически против введения второго - обязательного накопительного - уровня этой системы в Украине в обозримом будущем. Тогда как участники финансового рынка говорят, что без этого второго уровня больших перспектив у этого рынка нет, и приводят пример Польши.

Ответ: Тут, как в анекдоте, оба правы. Финансовый рынок у нас пытаются отстроить с обретения страной независимости, но его, к сожалению, пока у нас нет. У моих коллег, которые пришли пару лет назад в Национальную комиссию по ценным бумагам и фондовому рынку, была мечта отстроить фондовый рынок, но оказалось, что строить почти не из чего. Поэтому, я понимаю их позицию о необходимости второго и третьего уровней пенсионной системы и поддержал бы их при других условиях. Но нужно смотреть, где у нас проблема, которая требует немедленных решений - это солидарная пенсионная система. Здесь и позиция МВФ, и наша совпадают. Пока мы не стабилизируем солидарную систему, мы не можем себе позволить играться во второй уровень.

Вопрос: Здесь же вопрос "курицы и яйца"?

Ответ: Совершенно верно, куры и яйца. Но при нынешнем состоянии рынка мы просто безрезультатно потратим деньги. Поэтому, будем действовать таким образом: сначала решаем проблемы солидарной системы, а потом садимся со всеми нашими умными головами, которые хотят создать фондовый рынок, и будем думать, что делать с накопительными уровнями. Сейчас нужно решать проблемы, а не усугублять и без того сложную ситуацию.

Вопрос: МВФ дипломатично заявил о необходимости повысить эффективный пенсионный возраст в Украине. Согласно материалам программы EFF, сегодня средний эффективный возраст выхода на пенсию в Украине составляет 58,5 лет для мужчин и 55,9 года для женщин, тогда как в среднем по ЕС – 63,5 года и 62,5 года соответственно. По вашему мнению, можно ли за счет расширения базы плательщиков единого социального вноса (ЕСВ) так поднять эффективный пенсионный возраст в Украине, чтобы сохранить обычный пенсионный возраст в 60 лет?

Ответ: Я сейчас не могу показать цифры, но очевидно, что будем делать и то, и другое – расширять базу плательщиков ЕСВ и повышать требование по стажу, чтобы сбалансировать пенсионную систему и сделать ее более справедливой.

Вопрос: Но без повышения эффективного пенсионного возраста за счет одного только расширения базы это уравнение солидарной пенсионной системы не решается?

Ответ: Требование по минимальному стажу для выхода на пенсию (т.е. фактически по сроку, на протяжении которого платились взносы в Пенсионный фонд) будет повышаться. У людей должно быть право выходить на пенсию в разном возрасте – в 60, 63. То есть, тот, кто имеет необходимый стаж, пойдет в 60, а у кого такого стажа нет – будет вынужден идти в 63. И это справедливо.

Вопрос: По программе с МВФ у нас вопросы почти исчерпались. Правда, в ней есть еще такой пункт, что любые дополнительные поступления в бюджет должны использоваться только тремя способами: уменьшение авансовых платежей по налогу на прибыль, увеличение капиталовложений или для сбережений. Заработает ли эта статья в текущем году, и куда бы вы направили эти излишки?

Ответ: Нельзя просто так без соответствующего анализа сказать, куда направить деньги.

Вопрос: Или в связи с блокадой неконтролируемых территорий (НКТ) и потерей там предприятий эта статья вообще не актуальна?

Ответ: Посмотрим. Сейчас есть превышение по доходам, но и по НКТ, конечно, есть негативный эффект, и он еще будет проявляться. Поэтому нужно быть консервативными.

Что такое переплаты налога на прибыль? – Это деньги, которые разные власти в свое время взяли и одолжили" у бизнеса, а потом "простили себе этот долг". Естественно, эти деньги нужно возвращать. Все, у кого не было злоупотреблений, должны получить эти переплаты назад – это наш подход, он восстанавливает доверие бизнеса к государству.

Именно поэтому для меня было критически важным, несмотря ни на что, запустить электронный реестр автоматического возмещения НДС. И бизнес, даже тот, который все еще не может получить НДС, который государство ему задолжало в прошлом, полностью поддерживает усилия министерства по реформированию системы администрирования НДС. Они понимают, что если текущий НДС возмещается автоматом и без нарушений, то новая задолженность не будет накапливаться и исторические проблемы будут быстро решены.

Вопрос: А когда, по вашим оценкам, будут ясны потери бюджета этого года от блокады НКТ и потери там предприятий?

Ответ: Ближе к концу мая.

Вопрос: Давайте перейдем к вопросу долга. Проблема 2019 года для Украины все чаще звучит в обзорах инвестиционных аналитиков. Инвесторы -- и внутренние, и внешние, пока не очень верят, что Украина сможет обойтись без "Реструктуризации 2.0".

Ответ: Вы хотите себе новость создать?

Вопрос: Хотим, конечно. У экспертов МВФ в программе есть свой сценарий: Украина уже в этом году возвращается на рынок коммерческих заимствований, на котором берет $1 млрд в этом году, по $2 млрд – в двух последующих, а затем уже $3 млрд. Вы, как министр финансов, как оцениваете реалистичность этого сценария? Есть ли у вас другие сценарии? Возможно, больше средств даст приватизация или будет новая реструктуризация?

Ответ: Я не люблю и не хочу выбирать из меню. Давайте на время забудем про 2019 год, что у нас там пики выплат по внешнему долгу. Даже если бы их не было, нам что, не нужно осуществлять приватизацию? – Это нужно делать по многим другим причинам, а не из-за выплат 2019 года, потому что уже скоро нечего будет приватизировать. Почти каждое госпредприятие у нас умирает просто из-за неэффективного управления. Они все требуют инвестиций, новых технологий, активного присутствия на рынках, а не распила. Поэтому, приватизацию нужно делать по множеству других причин, а не для того, чтобы возвращать долги.

Конечно, надо говорить и о поступлениях в бюджет от приватизации. Потому что, когда мы каждый год закладываем в бюджет даже незначительные суммы (а 17 млрд грн, с учетом нашей госсобственности – это немного), а в результате имеем немногим более нуля, то я, как глава Минфина, вынужден говорить -- имейте совесть! Почему я должен постоянно в конце года дополнительно размещаться на рынке заимствований или искать, как иначе перекрыть это недопоступление? Что это за безответственность!

Поэтому приватизацию нужно проводить и проводить массово, несмотря на популистские беспочвенные обвинения в том, что мы якобы распродаем Украину. На самом деле, мы создаем рабочие места, привлекаем деньги для развития нашей промышленности, строительства социальных объектов. Альтернатива -- это вещать про необходимость развития экономики и при этом параллельно пилить госпредприятия. Все в стране должны понимать, что это реальное воровство. Когда противники приватизации говорят, что сейчас низкие цены для продажи, то нужно понимать, что наши госпредприятия – как апельсины, которые просто испортятся через какое-то время. И те, кто сейчас кричит про низкие цены, сами потом эти апельсины спишут, получат деньги, а государство и люди не получат ничего.

Теперь, что касается размещения еврооблигаций. Здесь тот же подход -- отбросим 2019 год с его пиками. У нас программа с МВФ заканчивается в 2019 году. Программа с Фондом -- это временное решение, в рамках которого мы должны реформировать свою экономику, сделать ее конкурентоспособной, независимой. Поэтому нам нужно сейчас думать о том, как провести необходимые реформы, чтобы этого достичь.

Вопрос: Пока у нас государственный долг только растет.

Ответ: В том то и дело. Это серьезная проблема. Но если мы сейчас сделаем правильную медицинскую и пенсионную реформы, успешно закончим реформу энергетики, ускорим реформу ГФС, то у нас ситуация кардинально поменяется. И я вижу все перспективы для того, чтобы наша экономика стала достаточно сильной и после окончания программы с МВФ развивалась без необходимости поддержки со стороны Фонда. Хотя, стоит признать, что мы упустили самый продуктивный период для реформ в первый год-два после Революции достоинства. Сейчас приходится идти на очень непопулярные, но необходимые меры, которых избегали в течение 25 лет. Но делать это приходится при гораздо более низком уровне поддержки в обществе.

Вопрос: Реформы сложно делать при низком уровне доверия.

Ответ: Я бы сказал, при низком уровне толерантности или терпимости. Люди устали ждать, устали от низких зарплат и пенсий, устали от коррупции, устали бороться с ветряными мельницами. Само слово "реформы" вызывает раздражение – это кризис доверия.

Возвращаясь к 2019 году, ясно, что после завершения программы с МВФ нам необходимо иметь возможность привлекать деньги на внешних рынках. А для этого мы должны на рынках активно присутствовать, чтобы все нас знали, знали нашу репутацию, историю. И начинать нужно уже сейчас. Поэтому я уже общаюсь с инвесторами, обсуждаю следующее размещение. Это сложная работа, она потребует очень много усилий, моих персональных, но я продолжу это делать.

Вопрос: А вы готовы сейчас описать кривую доходности, которую Украина хотела бы выстроить? МВФ, например, в своих материалах допускает заимствования под 9% годовых.

Ответ: Размещаться под 9% мы можем уже сейчас, но не хотим.

Вопрос: МВФ допускает, что Украина может выпускать новые еврооблигации под 9%. Правильно ли мы понимаем, что мы на рынок не выходим, потому что для нас это дорого?

Ответ: У нас есть две причины, почему мы пока не выходим. Во-первых, дополнительные кредиты нам пока не нужны. Во-вторых, все наши действия, направленные на улучшение экономики, естественно уменьшают риски по нашим долговым инструментам и сказываются на стоимости привлечения капитала. Поэтому после принятия ключевых реформ и по мере дальнейшего роста нашей экономики процентная ставка по нашим ценным бумагам упадет, иными словами привлечение станет более дешевым.

Вопрос: Более реальные переговоры с инвесторами начнутся уже после пенсионной реформы?

Ответ: Нет, сейчас. Нам уже есть о чем рассказать, чтобы выстроить определенную историю взаимоотношений для успешного выхода на рынок. Ведь последний раз мы с инвесторами общались, когда проводили реструктуризацию. Это совсем не тот разговор, который вызывает желание инвестировать. А сейчас нам нужно рассказать, что наша экономика восстанавливается, что вот такие реформы мы уже осуществили и уже есть их результат, а вот такие планируем осуществить в скором будущем. Нужно формировать позицию, что покупка наших бумаг – это хорошая инвестиция в будущее, поскольку сейчас Украина вне поля зрения инвесторов.

Вопрос: Ожидания окончательного судебного решения относительно российского долга на $3 млрд не будет тормозом в процессе этих переговоров? Украина уже подала апелляцию?

Ответ: Нет, не будут тормозом. Посмотрите, как отреагировали еврооблигации Украины на решение Лондонского суда -- никак. После краткосрочного падения, цены на наши бумаги восстановились и стабилизировались.

Апелляцию мы еще не подавали. Но еще раз хочу отметить, что история Украины --это история большой страны с большим потенциалом, которая сейчас движется в правильном направлении.

Вопрос: В отношении возможных объемов заимствований. Сценарий МВФ – $1 млрд в этом году, $2 млрд -- в следующем. С вашей точки зрения, это реалистичный сценарий?

Ответ: Мы и сейчас можем выйти и привлечь несколько миллиардов. Но вопрос – зачем? Эти цифры – это даже не ориентиры. Это примерные наброски того, что мы вместе собираемся делать с МВФ в рамках нашего сотрудничества, поскольку они -- крупнейший кредитор. А реалистичность -- это немного другой вопрос. Повторюсь, мы уже сейчас можем разместиться, но насколько это целесообразно -- это уже другой вопрос. Когда будем готовы и будут благоприятные условия, разместимся на такую сумму, которая будет необходима на тот момент.

Вопрос: О рынке внутреннего долга. Какие заимствования вы планируете на нем?

Ответ: Мы планируем выполнить план заимствований на этот год, в размерах, предусмотренных бюджетом. В первую очередь для нас важным является увеличение спроса на гривневые инструменты на внутреннем рынке. Мы активно общаемся с первичным дилерами и оптимизировали линейку таких инструментов, чтобы увеличить интерес к ним. Также, для нас важен приход иностранных инвесторов на локальный рынок, поэтому мы вместе с НБУ, активно работаем над созданием условий для их прихода.

Вопрос: Репрофайлинг портфеля облигаций НБУ. Когда, как вы ожидаете, он может состояться? Могут ли эти новые инструменты с привязкой доходности к уровню инфляции оказаться на рынке? Или это просто инструмент, чтобы 15 млрд грн в этом году освоить на дороги, а в следующем – Нацбанк снизил отчисления в бюджет?

Ответ: Кто-то это воспринимает как инструмент для финансирования дорог, но у нас есть потребность в репрофайлинге в любом случае, потому что сейчас нагрузка на бюджет по выплатам неравномерная, существуют определенные пики. Нас этот рваный профиль не устраивает. Это – во-первых.

Во-вторых, у нас есть определенные расходы этого года, которые не были заложены в бюджет. Например, ПриватБанк. Вы помните, что национализация ПриватБанка и принятие бюджета происходили в одну ночь. Это была ночь, которую я запомню на всю жизнь. Естественно, когда голосовался бюджет, докапитализация ПриватБанка в него не закладывалась. В результате, у нас возникли дополнительные расходы, для которых необходим соответствующий бюджетный ресурс.

Поэтому репрофайлинг как в наших интересах, так и в интересах Национального банка. Мы вместе с Нацбанком подготовили предложение. Сейчас его рассматривают аудиторы НБУ.

Вопрос: Для чего?

Ответ: Чтобы подтвердить, что условия, на которых будет обменян существующий портфель облигаций в НБУ, являются рыночными.

Вопрос: Главное условие, на котором настаивал Нацбанк -- привязка доходности к инфляции -- сохранилась? НБУ подчеркивает, что их основной интерес в том, чтобы правительство было кровно заинтересовано в инфляционном таргетировании. Чтобы оно понимало, что лишний процент инфляции сразу же отразится ростом расходов на обслуживание долга.

Ответ: Здоровая координация, здоровое сотрудничество с Национальным банком -- это только на пользу.

Вопрос: У вас здоровое сейчас сотрудничество?

Ответ: Да, у нас здоровое сотрудничество.

Вопрос: Разговоры о продуктивной эмиссии, они не из Минфина исходят? Не из экономического блока Кабмина?

Ответ: Об экономическом блоке не знаю, но не из Минфина -- это точно.

Вопрос: Откуда в меморандуме с МВФ возникла цифра 98 млрд грн как потолок докапитализации банков и фонда гарантирования в этом году? Это расчет на постаудит ПриватБанка?

Ответ: В начале года была необходимость докапитализировать госбанки. Возможно, появятся дополнительные потребности в капитале у ПриватБанка или другого госбанка. Если не у госбанка, то у Фонда гарантирования вкладов. Поставили такой потолок, но это совершенно не означает, что будут именно такие расходы, есть большая вероятность, что они будут значительно меньше.

Вопрос: Минфин будет принимать участие в борьбе за активы Привата или это все-таки задача правоохранительных органов?

Ответ: Будем принимать активное участие в рамках своих полномочий. Основная проблема -- это кредиты, выданные связанным с банком лицам, бывшим акционерам. Недавно мы выбрали советника, который будет заниматься этими кредитами, их реструктуризацией и возвратом.

Вопрос: Вы надеетесь на поддержку правоохранительных органов?

Ответ: Конечно, мы не можем достичь результата без правоохранительных органов. Если не будет реструктуризирован портфель кредитов связанным лицам, то включается прямая норма о доведении банка до банкротства его бывшими собственниками, которая предусматривает уголовную ответственность. И тогда это вопрос правоохранительных органов. Министерство финансов -- это акционер, а также орган, который занимается бюджетной, налоговой политикой, а этим вопросом должны заниматься правоохранительные органы, которых у нас немало.

Вопрос: Будет ли поиск выведенных денег и за рубежом?

Ответ: Да. Предстоит сложный юридический процесс.

Вопрос: Вопрос о разрабатываемой стратегии госбанков. Какой приоритет вы в нее закладываете: развитие экономики, возврат потраченных на докапитализацию денег за счет приватизации банков? На каком этапе сейчас подготовка этой стратегии? Уже есть информация, что Нацбанк предлагает оставить полностью государственным Укрэксимбанк, Ощадбанк и ПриватБанк – пробовать постепенно продавать, а Укргазбанк продать уже в этому году.

Ответ: Министерство финансов, как акционер, будет эту стратегию формировать. Мы рассматриваем все предложения, но у меня есть свои взгляды на то, как должны работать государственные банки. Я хочу, чтобы был проведен серьезный анализ перед тем, как эту стратегию формализовать и озвучивать. Я уже свое мнение по поводу объединения Привата и Ощада высказал – это нецелесообразно. Дальше – я пока не хочу говорить, хотя у меня как представителя акционера больше всех прав на такие заявления. Просто я отношусь к этому очень серьезно, потому что, когда ты владеешь 50% банковской сферы, то стоимость ошибки огромна. Мы должны правильно взвесить все факторы.

Например, задают вопрос -- стоит ли выводить ПриватБанк на IPO? Это что сейчас такая актуальная проблема? У нас проблема в другом -- Ощад конкурирует с Приватом. Я не могу критиковать менеджмент одного и второго банка, что они конкурируют: это коммерческие структуры, конкурируют за клиентов, и это абсолютно нормально. Но, зачастую, в такой конкуренции банки забывают об экономической эффективности, ограниченности в капитале, необходимости соизмерять свои решения со своими возможностями как коммерческой структуры. Ведь основная цель коммерции – это получение прибыли, а не увести клиентов у конкурента себе в убыток, в тайне понимая, что государство, как акционер, будет вынуждено возместить этот убыток за счет средств налогоплательщиков.

Это ключевая проблема, которую нужно сейчас решить, потому что здесь государство может потерять большие деньги. Потери могут быть настолько существенными, что, возможно, даже при сегодняшнем незначительном спросе на рынке дешевле продать часть банков, чтобы этой ситуации избежать. Если не можем сейчас продать, то давайте думать, как ограничить контрпродуктивную конкуренцию. Так вот стратегия должна сделать так, чтобы для такой неэффективной конкуренции не было места. Иначе за такие "соревнования" будет платить бюджет. И, честно говоря, надоело платить.

Вопрос: Нам тоже надоело, поскольку за все эти многомиллиардные докапитализации госбанков мы все платим.

Ответ: Совершенно верно. Налогоплательщики платят за то, что за них борются государственные банки.

Есть вещи, которые абсолютно очевидны, исходя из того, что я сторонник разгосударствления: если что-то готово к приватизации – продали и забыли. Сейчас идет обсуждение, вводить ли в Укргазбанк потенциального инвестора, например, IFC или ЕБРР. Но если будет возможность его продать полностью – мы будем продавать. Укргазбанк – хороший банк с хорошим менеджментом, интересным портфелем и продуктами – продали и забыли! И освободили силы и время на другие задачи, которых у Минфина море.

Вопрос: Никто не хочет попадать под прокуратуру за то, что банк капитализировали на несколько миллиардов, а продали существенно дешевле.

Ответ: Так это же абсолютно неправильно! Есть рынок, который определяет цену, и выше рыночной цены продать не получится.

Вопрос: Фонд госимущества открыто говорит, что именно по этой причине и не продает. У Фонда гарантирования вкладов – такая же проблема.

Ответ: Я это осознаю. Но у нас прокуратура не может управлять экономикой. Мы в итоге теряем колоссальные деньги, потому что государство – неэффективный менеджер предприятий. В итоге они не развиваются, а деградируют. Почему налогоплательщики должны продолжать расплачиваться за неэффективные решения и действия государства в прошлом и за страхи чиновников перед прокуратурой?

Вопрос: Тем не менее, у прокуратуры фактически есть формальные основания привлечь такое лицо к ответственности.

Ответ: Где рыночная цена и где прокуратура?! Если есть формальные основания для привлечения - их нужно убирать. Мы же движемся к рыночной экономике. Для этого необходимо реформировать силовой блок соответствующим образом, чтобы исключить давление на бизнес, необоснованное вмешательство в выполнение государственными структурами своих полномочий и в рыночные отношения. Можем, конечно, вернуться к плановой экономике, сделать пятилетку, всему бизнесу поставить план выполнения работ и зафиксировать цены. Не думаю, что такая "оригинальность" кого-то впечатлит. В современном мире такая модель не работает. Это уже не раз было доказано историей.

Украина > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > interfax.com.ua, 4 мая 2017 > № 2162366 Александр Данилюк


Украина > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > interfax.com.ua, 3 мая 2017 > № 2162369 Александр Данилюк

Глава Минфина: Сейчас активизировались люди, боящиеся потерять влияние. Меня и реформу ГФС это не остановит

Эксклюзивное интервью министра финансов Александра Данилюка агентству "Интерфакс-Украина"

Вопрос: Каковы главные результаты вашего недавнего визита в США, где вы участвовали в ежегодном МВФ и Всемирного банка? С чем связаны предложения о сокращении размера американской технической помощи Украине в 2018 году втрое? Свидетельствует ли это об уменьшении поддержки Украины со стороны новой администрации США?

Ответ: За эту неделю, я провел более 30 двухсторонних встреч в Вашингтоне с руководством МВФ, Всемирного банка и Европейского банка реконструкции и развития, с командой МВФ по поддержке реформы Государственной фискальной службы (ГФС), с министрами финансов Латвии, Франции, Германии, Грузии и Швеции, с коллегами из Польши, с рейтинговыми агентствами и другими международными организациями.

Очень позитивной и важной была встреча с президентом Всемирного банка Джимом Кимом. Обсудили дальнейшее сотрудничество и ход реформ в Украине. Пригласил его посетить нашу страну, чтобы увидеть позитивные изменения, которые здесь происходят, своими глазами. Уверен, что в свете нашего продуктивного взаимодействия его первый визит в Украину состоится в ближайшее время.

С руководством МВФ обсуждали конкретные шаги по реформированию страны, в частности, пенсионную и земельную реформы, реформу фискальной службы, создание Службы финансовых расследований, антикоррупционного суда и приватизацию. Мы прошли середину программы МВФ. Сейчас важно завершить оставшиеся структурные реформы, чтобы они дали полноценный положительный эффект к моменту завершения программы МВФ в 2019 году.

Мы уже готовимся к успешному завершению программы. В том числе для этого я встречался с потенциальными инвесторами в Вашингтоне, Нью-Йорке и Бостоне. Мы планируем выходить на рынки капитала в этом году, поэтому важно уже сейчас общаться с инвесторами. Все они позитивно оценивают наши реформы, но ожидают запуска земельной и пенсионной реформ, чтобы окончательно убедиться в том, что в Украине серьезно настроены продолжать структурные изменения и развивать экономику.

В Вашингтоне также состоялись важные встречи с новой администрацией президента США, в том числе, с ключевым представителем экономического блока администрации - министром торговли США Уилбуром Россом. На встрече с министром Россом обсуждали привлечение инвестиций в Украину. В прошлом известный финансист с Уолл-стрит прекрасно понимает возможности инвестирования в Украину и реализации потенциала нашей страны. В новой администрации заинтересованы в развитии двухсторонних экономических отношений и в расширении присутствия американского бизнеса в Украине. Сейчас работаем над конкретным списком потенциальных совместных проектов, а также над устранением преград для привлечения инвестиций в страну.

Что касается технической поддержки – сокращение расходов на международную помощь всем странам, не только Украине, было частью предвыборных обещаний и, соответственно, планов президента Дональда Трампа, поэтому такое решение не является неожиданностью. И важно отметить, что это решение касается не только Украины, а всей международной помощи, поэтому не является показателем снижения уровня политической поддержки Украины. Более того, меня заверили в том, что финансовая поддержка Украины продолжится, потому что наша страна является стратегически важной в регионе.

Вопрос: Чуть больше о сотрудничестве с МВФ. Уже после позитивного решения совета директоров о выделении Украине четвертого транша по программе EFF Киев посетила миссия Фонда. Поднимался ли в ходе этого визита вопрос отставания Украины от того графика реформ, который был согласован в рамках третьего пересмотра программы. Ведь до конца марта не был принят целый ряд законов, до сих пор отсутствуют документы о реформировании налоговой и таможни…

Ответ: Мой стиль – не обсуждать сроки, а делать работу. Сроки обсуждаются, когда пишется меморандум. Визит этой миссии – это конкретная работа. В рамках этого визита, в том числе, прошла встреча по вопросам реформирования Государственной фискальной службы. Ожидания, как у миссии, так и у меня очевидные, - сейчас должна осуществляться полномасштабная реформа фискальной службы. Потому, что начали этот процесс уже несколько лет назад, а воз и ныне там. А это определенные риски и для МВФ, который реформу ГФС активно поддерживает и считает одной из ключевых для успешного развития экономики Украины.

Сейчас наступило время по-настоящему заняться реформой. Мы уже приняли соответствующее решение на заседании Кабинета министров в конце марта по реформированию и реструктуризации ГФС и, в частности, о создании единого юридического лица на таможне.

Вопрос: Это решение действительно принято?

Ответ: Принято. А до этого это решение было согласовано с МВФ. Это наша практика – как надежного партнера – все делать сообща. Реформы ГФС от нас ожидают общество, бизнес и МВФ, что мы, наконец-то, начнем двигаться вперед. И я это обеспечу.

Вопрос: В "Экономической правде" было опубликовано письмо нового и.о. главы ГФС Мирослава Продана о том, что будет очень сложно реализовать предложенную Минфином реорганизацию службы, практически невозможно.

Ответ: Что значит очень сложно? Любые действия требуют усилий. Ему нужно продемонстрировать, что он эффективный руководитель службы, ему нужно показать результат. Решение Кабмина принято, и его нужно выполнять.

Вопрос: То есть, на ваш взгляд, с организационной точки зрения это возможно?

Ответ: Да, и мы это с ним проговаривали раньше. Но сейчас активизировались люди, которые бояться потерять влияние. Однако меня и реформу это не остановит. И руководитель ГФС должен думать о том, как он будет менять службу, а не замораживать ситуацию, которая там сложилась сейчас.

Вопрос: Господин Продан также выразил опасения, что такая реорганизация может внести сумбур в работу таможенных органов, привести к резкому падению платежей.

Ответ: У нас любят сеять панику. И сеют ее те, кто зарабатывает на существующей системе. "Смеют внести сумбур в наше идеальное болотце?" О каком сумбуре они говорят? Например, меньше времени останется на то, чтобы подменить товар в транзите? Ну да, что ж поделаешь, теперь это будет сделать сложнее.

Вопрос: Вы подтверждаете планы по сокращению количества внутренних таможен?

Ответ: Если говорить о таможне, то проблема очень простая - у нас областные таможни занимаются исключительно "решением вопросов": в системе все так интересно построено, что начальник таможенного поста по каким-то процедурным вопросам вынужден обращаться в областную таможню, мол, я этот вопрос не решаю, идите и договаривайтесь там. Но и там многие вопросы не решают, и направляют еще выше.

Такой футбол-волейбол стоит денег и времени. Эффективная таможня – это быстрая таможня, которая позволяет тем, кто честно работает, быстро растаможиться и прийти к потребителю с товаром. Это должен быть вопрос часов, а не дней, тогда как у нас это все превращается в какой-то особый процесс, который стоит денег и бизнесу, и бюджету. Поэтому руководители постов должны иметь больше полномочий, они должны сами принимать решения и брать на себя ответственность. Необходимо убрать лишнее звено и с ним коррупционные связи на местах. Эти связи в областях надо разрывать.

Вопрос: А что делать с существующей конкуренцией между таможнями? Мы все знаем пример, как попытка что-то изменить на Одесской таможне, просто привела к переводу грузов на другие таможни.

Ответ: Таможни не должны конкурировать. Хотя в итоговом бюджете созданы, вопреки нашей позиции, условия для такой конкуренции. В результате, что сейчас происходит? Например, чем больше растаможишь, тем больше финансирования пойдет на дороги области. Я выступал категорически против такого подхода, потому что таможня – это централизованный инструмент государства для сборов в бюджет, там нет места региональной составляющей. Один губернатор пришел ко мне за советом, так как у него "проблема с дорогами…"

Вопрос: …и просил дать ему больше таможни?

Ответ: Не то, чтобы больше таможни, так как понимает, что я не могу дать ему больше таможни. Но он договаривался с поставщиками и другими губернаторами, чтобы растаможивались у него. Таким образом, наши губернаторы оказались в ситуации, когда они вынуждены заниматься тем, чем они заниматься не должны. Мы пошли очень неправильным путем - таможенные платежи должны оставаться централизованными, как по методикам, так и по администрированию.

Не говоря уже о том, что создание централизованных отношений позволяет уменьшить возможности для манипулирования. Например, таможенная стоимость должна быть одинаковая везде.

Вопрос: Это возможно? Многие на рынке говорят, что это невозможно.

Ответ: Почему?

Вопрос: Мол больно много товаров, ценовая ситуация быстро меняется…

Ответ: Железный, конечно, аргумент... Я считаю, что в ГФС должен быть единый центр по определению таможенной стоимости и оценке уровней рисков.. И мы его создадим. А еще создадим у себя, в Минфине, центр мониторинга ценовой информации для независимого контроля. Если у центра ГФС неактуальные цифры, мы будем требовать привести их в соответствие. Вот такой двойной контроль, но именно таким образом эта система будет работать.

Цены меняются, но разве так сложно их отслеживать? Мы же в XXI веке живем, это вопрос IT-систем.

Вопрос: Приводили в пример мандарины.

Ответ: Отлично, привязались к индикативам цены на мандарины и поехали. Все равно информация будет поступать в электронном виде.

Вопрос: Эта единая база таможенной стоимости будет использоваться для оценки рисков занижения такой стоимости? У импортера останется право отстаивать свою цену, отличную от индикативной?

Ответ: Конечно, прав у компаний никто отбирать не собирается.

Подытоживая с таможней… Ее реформирование – это вопрос лидерства, а лидеров у нас мало. У нового руководителя ГФС есть возможность показать, что он умеет управлять этой структурой, и намерен ее менять. У меня такое подозрение, что это письмо о невозможности реорганизации ему подготовили, но раз он это письмо подписал, то это его ответственность. И если он не собирается менять ГФС, то я его поддерживать не буду. Предоставленное время для испытания подходит к концу.

Вопрос: После объединения таможен, следующий этап – объединение с налоговой в одно юридическое лицо. Это записано в программе с МВФ, и срок такого объединения указан до конца марта 2017 года.

Ответ: Давайте я расскажу вам предысторию. Идею объединения налоговой и таможни мы продвигали еще в созданном в 2010 году Координационном центре по внедрению реформ, основываясь на британской модели. Когда я работал в McKinsey в Лондоне, одним из моих клиентов была налоговая служба Британии, где такое объединение осуществили. Поэтому я этот кейс хорошо знаю и понимаю, в чем там преимущества. После рассмотрения нескольких вариантов реформирования налоговой, три года назад выбрали именно Британскую модель, которая сейчас внедряется.

Какая была аргументация у противников? Во-первых, структура таможни лучше организована, поэтому якобы существует риск, что если налоговая ее поглотит, то настанет хаос. Во-вторых, оппоненты говорили, что в объединенном ведомстве больше внимания будет уделяться той его части, которая приносит больше доходов, тогда как вторая часть будет приходить в упадок.

Главный же аргумент в пользу объединения – это синергия. И основная идея была в объединении информационных баз налоговой и таможни, чтобы информация не терялась, а с ней не терялись и деньги, большие деньги. И чтобы во главе единой структуры был один ответственный, у которого бы была мотивация объединять информацию от двух служб и таким образом повышать эффективность. И потом уже отстраивать функциональную модель организации, исходя из того, что это - единые процессы и единые риски. Мы знаем, что предприниматель ввозит товар, платит НДС, налоги на прибыль – это все единая цепочка.

Но получилось, что объединили только на бумаге, а IT-системы так и не объединили. То есть, пошли нашим стандартным путем, все красиво написали и ничего не сделали.

Вопрос: Еще министр доходов и сборов Александр Клименко при Януковиче заявлял, что уже почти объединили базы данных.

Ответ: "Почти"… мы же понимаем, что означает это слово. Фактически выбрали модель единого юрлица, но с тех пор идут танцы: парламент не поддерживает соответствующие изменения (для полноценной реализации нужны изменения в закон), фактически ничего не происходит.

Клименко, кстати, довел эту идею объединения до абсурда, когда предложил создать отдельное министерство доходов и сборов. Мы до сих пор сталкиваемся с последствиями этого решения. Это категорически неправильно, чтобы сильный орган (бывшее Министерство доходов и сборов – ИФ), который занимается реализацией налоговой и таможенной политики еще и сам формировал эту политику. То есть, если что-то не получилось – дособрать! Затем быстро внесли в Кабмин проект или, еще проще, издали собственный приказ, чтобы еще кого-то "прижать" и "дособрать". Это колоссальный, самый очевидный конфликт интересов, который только можно заложить в системе. И он был заложен.

Мы недавно положение о ГФС исправили и убрали все оставшиеся функции, присущие министерству.

Я считаю, что с учетом потерянного времени на данном этапе действительно не стоит объединять таможню и налоговую. Необходимо сделать первый шаг – оптимизировать вертикаль налоговой и вертикаль таможни. Тут даже спорить не нужно. Глупо рассуждать о втором шаге, если мы первый сделать не можем и вынуждены читать письма ГФС о том, что земля плоская и поэтому не может вращаться.

Вопрос: Хотели бы спросить об упрощенной системе налогообложения. Мы уже частично ее коснулись, когда говорили о цепочке прохождения товаров от импорта до продажи. Эта цепочка часто завершается физическим лицом-предпринимателем, и дальше контроль над ценой теряется. Это один из доводов о неэффективности упрощенной системы, который приводят МФО. Есть еще и аргументы о потерях пенсионной системы, бюджета, нарушении конкуренции, которые приводят в пользу необходимости пересмотра этой системы. И в меморандуме с МВФ Киев взял на себя такие обязательства. Вы уже сформировали позицию на этот счет?

Ответ: Честно? Пока этот вопрос не в приоритете.

Вопрос: То есть, пока приоритет – это улучшение администрирования?

Ответ: Проблемы с упрощенной системой - это тоже часть проблемы администрирования. Стандартный пример: в британском праве если ты видишь слона, а не мышь, то ты говоришь, что это слон. У нас же приходит налоговый инспектор к слону, но почему-то пишет, что это мышь.

Вопрос: Точнее, 50 мышей, как в ресторане.

Ответ: Да, в других странах нас бы просто не поняли. Там если это слон, то это слон - восприятие соответствует реальности. У нас – ищут поводы, чтобы увидеть там 50 мышей, или просто не заметить, вместо того, чтобы отстаивать интересы государства. Понятное дело, что в этом есть личный интерес проверяющего.

Поэтому, если говорить об оптимизации упрощенной системы, то для начала нужно просто назвать вещи своими именами. Если супермаркет или большой ресторан разбит на множество ФОП, это неправильно. Очевидно, что это единый комплекс и, соответственно, единый бизнес. Устранение злоупотреблений упрощенной системой - это первый шаг к решению проблемы.

Вопрос: То есть пока первый шаг - назвать слонов слонами, а настоящих мышей не трогать?

Ответ: Конечно. Мы не будем дискриминировать тех, кто по-настоящему имеет право на упрощенную систему. Но те, кто этой системой манипулируют, должны быть из нее выведены. Уверен, такое решение поддержат все, кроме тех, кто на этом зарабатывает.

Вопрос: Еще вопрос по поводу налоговой амнистии и нулевой декларации. Даже ваши коллеги в Национальном банке говорят о целесообразности какой-то амнистии для того, чтобы начать с чистого листа, например, в вопросах валютного регулирования. Но в меморандуме с МВФ есть четкий пункт о том, что амнистии быть не должно. Возможен ли пересмотр этого пункта?

Ответ: Мы с МВФ долго обсуждали возможные варианты. У них действительно очень жесткая позиция, что амнистии быть не должно. По их мнению, риск состоит в том, что амнистия может оказаться просто "пшиком", и я разделяю такое мнение. Многие страны проводили амнистию, и практика показала, что она не была эффективной.

Кроме того, очень многое зависит от эффективности самой фискальной службы: чем слабее организация, тем вероятнее, что будет именно "пшик". Амнистия – это подведение окончательной черты, а не 39-ое, последнее, "китайское" предупреждение, которое мы по факту можем получить. При таком "китайском" предупреждении результат будет неравномерным – кто-то сделает, а кто-то проигнорирует. Поэтому позиция МВФ такова: необходимо сначала усилить фискальную службу. Вот почему так важна институциональная реформа ГФС.

Важным также является реализация плана BEPS (Base Erosion and Prfit Shifting, план действий ОЭСР по противодействию размыванию налогооблагаемой базы и выводу прибыли из-под налогообложения), к которому мы присоединились с 1 января 2017 года. Там, в принципе, понятно, что для внедрения некоторых рекомендаций BEPS, например, КИК (контролируемые иностранные компании), целесообразно рассмотреть вопросы амнистии. Но пока мы фокусируемся на четырех минимально необходимых рекомендациях этого плана, и мы обязаны их внедрить, раз уж мы присоединились, и сфокусироваться на реформе ГФС. Еще раз подчеркну: мы эту реформу сделаем, если проявим настойчивость. Вот тогда можно будет говорить о какой-то амнистии, а до этого я такой возможности не вижу…

Вопрос: Но без амнистии сомнительной выглядит и идея всеобщего декларирования?

Ответ: Согласен.

Вопрос: В программе также есть обязательство Украины ввести такой инструмент, как "непрямые методы" (силовое подразделение – ИФ). Бизнес реально этого боится. Вы не видите здесь рисков?

Ответ: Я вижу колоссальные риски, особенно при такой фискальной службе, которую имеем сейчас.

Вопрос: Как вы решите эту задачу?

Ответ: Сначала реформируем ГФС, а потом поговорим о возможности введения "непрямых методов". Мы как раз и отвоевывали такое прочтение этого пункта, потому, что с нынешней ГФС запускать "непрямые методы" нельзя. Какой сейчас уровень доверия к ГФС? Его нет вообще. Или мы хотим реально взорвать ситуацию? Нужно сначала заслужить доверие своей работой.

Вопрос: Еще один интересный пункт в обновленном меморандуме – создание подразделения по надзору за фискальными рисками госпредприятий. Расскажите об этом. Это какой-то следующий этап после утверждения правительством финансовых планов? Не этим ли занимается Государственная аудиторская служба (бывшее КРУ)?

Ответ: Не совсем. Это департамент в составе Минфина, который будет анализировать риски, связанные с деятельностью госпредприятий, их влияние на бюджет. Это очень важная функция. Но, к сожалению, у нас в министерстве она пока слабая. Отдельное подразделение уже создано, сейчас будем его усиливать, чтобы оно могло полноценно выполнять эти функции.

Вопрос: А с Государственной аудиторской службой эти подразделение не будет конфликтовать?

Ответ: Нет, это разные институции с разными функциями. Задача министерского подразделения – это больше анализ, прогнозирование. Поскольку крупные компании у нас очень разные, оно должно сформировать картину, что это за компании, чем они занимаются, риски их влияния на бюджет - ведь мы зачастую даже не понимаем, что там происходит.

Вопрос: А, кстати, Госфинмориторинг, он пока вне дискуссии о Службе финансовых расследований (СФР)? Это так и должно быть, или пока просто не время?

Ответ: У Госфинмониторинга совершенно четкие функции, закрепленные международными договорами. Да, эта институция, находится в системе Министерства финансов, но мы не будем никоим образом ее интегрировать в СФР.

СФР - это отдельная структура это правоохранительный орган, который будет заниматься расследованиями экономических преступлений против государства.

Вопрос: То есть, Госфинмониторинг остается таким, каким он есть?

Ответ: Да. Еще раз, СФР - это правоохранительный орган, который будет расследовать злоупотребления в экономической сфере. Там будут работать детективы, которые должны проводить и оперативно-розыскные мероприятия, и следствие, чтобы служба была по-настоящему эффективной и независимой. Это будет компактный орган, а основные методы работы - анализ данных и работа с цифрами. Его главная задача - борьба с серьезными экономическими преступлениями и сложными схемами. По сравнению с тем, как работала налоговая милиция, в новой службе будут совершенно другие подходы, другой интеллектуальный уровень и подготовка.

(продолжение следует)

Украина > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > interfax.com.ua, 3 мая 2017 > № 2162369 Александр Данилюк


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 30 апреля 2017 > № 2158613 Дмитрий Монастыршин

Налог на депозиты: пополнит бюджет или отправит состоятельных вкладчиков на фондовый рынок?

Дмитрий Монастыршин

главный аналитик Промсвязьбанка

Почти половина всего объема средств населения в банках — это вклады состоятельных клиентов. Введение налога на депозиты может стимулировать их к поиску других инвестиционных инструментов

Заместитель министра финансов России Илья Трунин в рамках Красноярского экономического форума сообщил, что видит целесообразным введение налога на депозиты физических лиц. Трунин отметил, что пока Минфин не предлагает это официально, но эта инициатива может быть учтена в ходе налоговой реформы.

Идея пополнения бюджета за счет налогообложения депозитов не новая и ранее уже озвучивалась представителями Минфина. Так, в октябре прошлого года замглавы Минфина Алексей Моисеев говорил, что ситуация, когда люди «в принципе не платят по депозитам ничего», совершенно исключительна для мировой практики (цитата по ТАСС).

Предложение само по себе очень заманчиво. Объем вкладов населения в банках составляет сейчас 24,1 трлн рублей. Из них 77% приходится на рублевые вклады и 23% на валютные. Исходя из данного объема и текущего среднего уровня ставок (6,5% по рублевым депозитам и 1% по вкладам в долларах), налогообложение депозитов может принести бюджету дополнительные доходы около 165 млрд рублей, что очень актуально в условиях дефицита бюджета.

Однако не приведет ли это к снижению инвестиционной привлекательности депозитов и не станет ли поводом обратить внимание на другие финансовые инструменты?

Наиболее близкой операцией к депозитам является покупка облигаций. Облигации имеют фиксированный срок обращения и погашаются по номинальной стоимости. Объем одного выпуска составляет, как правило, от 3 до 15 млрд рублей, а номинал одной бумаги – 1 000 рублей. Покупателями облигаций сейчас выступают банки, НПФ, управляющие компании, корпоративные казначеи, а также нерезиденты. Доля физлиц на российском рынке облигаций менее 2%. Количество активных счетов физлиц (по которым совершается хотя бы одна сделка в месяц), составляет 104 000 (0,1% от экономически активного населения).

Преимуществом облигации перед депозитом является то, что бумагу можно продать в любой день без потери процентов. Накопленный доход по купону и номинальная стоимость облигаций перечисляются на счет инвестора, открытый у брокера. Брокерское обслуживание клиентов сейчас осуществляют все крупнейшие банки, как государственные, так и частные. Помимо купонного дохода владелец облигации может заработать на росте цены.

Так, покупатели десятилетних ОФЗ в прошлом году за счет роста котировок бумаг заработали 17% годовых при ставке купона 7,75%.

В этом году мы ожидаем, что котировки 10-летних ОФЗ продолжат рост благодаря снижению инфляции и проведению Банком России политики по снижению ключевой ставки. Спрос на ОФЗ поддерживает приток средств нерезидентов, а также снижение стоимости фондирования российских банков. Доходность вложений в ОФЗ с учетом потенциала роста котировок бумаг в 2017 году может составить 12-14% годовых. Конечно, в облигациях присутствует и рыночный риск, связанный с возможным падением котировок бумаг. От данного риска можно защититься, выбирая бумаги со сроком обращения 1-3 года со стратегией «держать до погашения».

Объем рынка ликвидных рублевых облигаций мы оцениваем на уровне 11,6 трлн рублей. В том числе, объем ОФЗ и облигаций регионов составляет 6,6 трлн рублей, а объем рыночных выпусков корпоративных облигаций около 5 трлн рублей. В планах Минфина РФ профинансировать дефицит бюджета в ближайшие 3 года за счет размещения ОФЗ на 3,2 трлн рублей. Кредитный риск покупателя ОФЗ и эмитентов, имеющих рейтинг на уровне суверенного, сопоставим с размещением средств в госбанках, а также в других банках в пределах гарантии АСВ.

Пока же приток средств населения на фондовый рынок сдерживается, главным образом, отсутствием необходимой информации и опыта. Но если граждане и особенно владельцы крупных сбережений проявят больше интереса к фондовому рынку, то ожидания Минфина по увеличению сбора налогов могут не оправдаться. Рынок вкладов населения сильно концентрирован: состоятельные клиенты (с объемом вкладов свыше 1,4 млн рублей) консолидируют 43% от всего объема средств населения в банках. Для таких клиентов поиск инструментов повышения доходности инвестиций будет особенно актуален.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 30 апреля 2017 > № 2158613 Дмитрий Монастыршин


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 28 апреля 2017 > № 2159384 Дмитрий Репин

Нейросети для транзакций: как на деле работают «большие данные» в российских банках?

Дмитрий Репин

основатель New Professions Lab

С развитием машинного обучения и нейронных сетей банки получили инструменты для анализа информации о клиентах из социальных сетей. Это вызвало дискуссии об этичности использования личных данных без разрешения

На сегодняшний день банки все больше подвержены давлению со стороны высокотехнологичных, компаний и стартапов, которые пытаются охватить все сферы жизнедеятельности потребителей, в частности, финансовую. К примеру, компания Google, наряду с созданием мобильного кошелька, предлагает своим клиентам оформить дебетовую карту. В стороне не остаются и компании-ритейлеры: в США около трети всех транзакций в Starbucks оплачиваются с помощью карты лояльности. Текущая ситуация вынуждает банки искать новые пути использования своих ресурсов и альтернативные денежные потоки.

Именно поэтому все больше банков внедряют в свою деятельность кластеры Big Data для анализа данных о потребителях и выявления скрытых закономерностей в их поведении. При этом, банки обладают существенным преимуществом по части Big Data, так как у них уже имеется огромное количество достоверной информации о своих клиентах: от кредитной истории до ежедневных транзакций. Вдобавок, компании банковской отрасли, являясь посредником между торговыми точками и покупателями, обладают ценной информацией о характере их взаимоотношений.

Более того, по результатам опроса консалтинговой компании Accenture в Северной Америке из всего спектра компаний люди в большей мере готовы доверить личную информацию своему банку:

Таким образом, для того, чтобы принять вызов, бросаемый рынком, банкам необходимо извлекать максимальную пользу из имеющихся данных, активно внедряя системы анализа Big Data и предиктивную аналитику. Существует два основных источника данных, которые могут быть использованы банками: база данных самой компании, где хранятся структурированные данные, а также неструктурированные данные из социальных сетей.

С развитием алгоритмов машинного обучения и нейронных сетей (семантический анализ, распознавание образов и другие методы) стало возможно анализировать информацию о клиентах из социальных сетей для того, чтобы наилучшим образом понимать образ их мыслей и потребности. Однако данный технологический тренд повлек за собой оживленные дискуссии по поводу этичности использования личных данных без разрешения.

В конце января, социальная сеть «ВКонтакте» подала в суд на компанию «Double Data» и Национальное бюро кредитных историй. Технологии, разработанные «Double Data», позволяют с высокой точностью найти страницу потенциального заемщика в сети «ВКонтакте» по данным кредитной заявки. Далее оттуда извлекается масса личных данных, на использование которых пользователи социальной сети не давали согласия: данные о местах проживания, работы и учебы, социальные связи, фото, частота посещения страницы и т.д. Все эти данные затем продаются банкам для использования в кредитном скоринге.

Представители «Double Data» указывают на то, что данные, которые они используют, размещены в открытом доступе. Кроме того, Mail.ru Group, которой принадлежит социальная сеть, является прямым конкурентом «Double Data». В 2016 г. Mail.ru Group начала продажу банкам системы оценки кредитных рисков, основанной на методах машинного обучения. Система позволяет, в частности, выявлять «качественных» заемщиков среди тех, кто ранее получал отказы в кредитах. Таким образом, данный иск может быть не столько проявлением заботы об интересах пользователей, сколько формой конкурентной борьбы.

Однако размещать личные данные, в том числе фотографии и видео, в социальной сети для своих друзей и знакомых и быть готовым к тому, что любой желающий сможет их найти и использовать в своих целях без вашего согласия — вовсе не одно и то же. Это подтверждается, например, реакцией на проект петербургского фотографа Егора Цветкова «Your Face is Big Data». Автор проекта сначала фотографировал случайных попутчиков в метро, затем нашел с помощью приложения FindFace по фотографиям их профили в сети «ВКонтакте». Приложение использует нейросетевые алгоритмы и позволяет идентифицировать людей с высокой точностью даже по мало похожим друг на друга фотографиям. Выставка, созданная фотографом, содержала размещенные вместе пары фотографий: одна сделана в метро, другая, часто достаточно личная и неожиданная для этого человека, взята из сети «ВКонтакте» и помещена рядом. Многие «жертвы» фотографа были шокированы возможностью так легко получить доступ к их контактным данным, фотографиям и личной информации.

Теперь рассмотрим некоторые задачи, которые могут быть решены с помощью технологий Big Data в банковской сфере:

Сегментация клиентов и релевантные предложения. Банки активно применяют персонализированный подход к клиентам, ведь теперь они могут составить «портрет» каждого из них на основе страниц в социальных сетях и транзакций.

Например, если ранее у клиента не было расходов, связанных с автомобилем (топливо, мойка и т.п.), а теперь они появились, и незадолго до этого была потрачена крупная сумма денег, можно считать, что клиент приобрел автомобиль и выслать ему интересные для него предложения. Такие системы детектирования платежных паттернов уже сейчас используются в ряде российских и зарубежных банков. С помощью вычисления важных событий в жизни клиентов индийскому банку HDFC удалось значительно повысить долю активируемых кредитных карт, и теперь более 70% активируемых кредитных карт банка обеспечивается сформированными на основе анализа платежных паттернов рекомендациями.

Что касается российского рынка, то, к примеру, тем, кто часто делает переводы в благотворительные фонды, в Сбербанке предлагают карту «Подари жизнь», а тем, кто часто бывает за границей — страховку для выезжающих за рубеж. В свою очередь, «Альфа-банк», сотрудничая с производителями фитнес-трекеров, предлагает своим клиентам, ведущим активный образ жизни программу «Activity» — накопительный счет с повышенной ставкой, на которые будет начисляться сумма денег, пропорциональная количеству пройденных шагов. Анализ платежных паттернов позволил Ситибанку в Сингапуре предлагать клиентам скидки и cashback в интересующих их магазинах и ресторанах, что привело к повышению лояльности и общей удовлетворенности клиентов.

Кредитный скоринг. Традиционные методы скоринга, в особенности для компаний, требуют длительного сбора комплектов документов, часть которых, например, финансовая отчетность, могут оказаться недостоверными, и значительных трудовых и временных затрат. Ситуацию в корне меняет использование транзакционных данных компаний-клиентов банка: данных о выручке, ее величине, стабильности и равномерности, данных о выплаченных налогах и штрафах, долге и платежах в счет его погашения и других данных. Банковская отрасль уже вступила на путь внедрения транзакционного скоринга, такой подход уже применяется в Банк Хоум Кредит: в сотрудничестве с GlowByte Consulting и SAS была разработана система принятия решений в реальном времени SAS Real Time Decision Manager и средство глубинного анализа текстовой информации SAS Text Miner. Высокопроизводительная платформа позволяет обрабатывать до 80 000 запросов сутки и, в результате, значительно снижает риски при выдаче потребительских кредитов.

Помимо транзакционных данных в кредитном скоринге используются и другие данные. Их спектр постоянно расширяется вместе с ростом качества применяемых алгоритмов, что позволяет постоянно улучшать предсказательную способность скоринговых моделей. В Сбербанке для решения задач кредитного скоринга используются не только традиционные данные, но и ряд дополнительных, например, графы связей клиентов, построенные на основе данных о денежных переводах и данных социальных сетей. Для кредитного скоринга компаний используются тексты новостей с их упоминанием, положительная или отрицательная тональность которых определяется автоматически. Ценные данные для кредитного скоринга предоставляют банкам операторы мобильной связи. Снижают вероятность одобрения кредитной заявки, в частности, большое число активных сим-карт заявителя и небольшое время их работы, мелкие и многочисленные пополнения счетов и подозрительная география звонков. Использование этих данных позволило Сбербанку улучшить качество своих скоринговых моделей на 7 процентных пунктов по метрике Джини.

Оптимизация работы сети отделений и банкоматов. Технологии больших данных позволяют оптимизировать работу сети отделений и банкоматов: геолокационная аналитика позволяет определить наиболее удачные места их расположения, анализ исторических данных по спросу на наличные деньги с учетом определенных событий, погодных условий, выходных и праздничных дней дает возможность предсказать потребность банкоматов в наличности, чтобы не хранить там избыточные средства, которые можно было бы распределить на более доходные направления использования, а математические методы оптимизации помогают перераспределить между банкоматами имеющиеся остатки наличных средств. С помощью технологий больших данных удалось оптимизировать работу банкоматов, в частности, Райффайзенбанку: Yandex Data Factory разработала для банка модель прогнозирования спроса на наличные в банкоматах. В основе анализа лежат данные 2000 банкоматов, в частности, их местонахождение, режим работы, фактический спрос на наличные. Внедрение данной системы позволит в перспективе уменьшить отклонение прогноза от реального спроса на 30% и, соответственно, снизить издержки, связанные с пополнением банкоматов и изъятием лишних средств, примерно на 15%. За рубежом одним из первых подобную платформу разработал индийский банк HDFC: на основе данных о работе пользователя с приложениями и сайтом банка банкомат автоматически определяет предпочитаемый клиентом язык и предлагает ему наиболее часто используемые им и рекомендуемые ему услуги (здесь используются рекомендательные системы).

Внутренний анализ работы сервисов банка. Для оптимизации работы не только физических, но и онлайн сервисов банка очень полезным оказывается автоматический анализ тональности текстов. Например, южноафриканский Nedbank с помощью алгоритмического выявления положительных и отрицательных отзывов в Интернете смог определить наиболее проблемные с точки зрения клиентов области в банковском секторе страны и провел в них улучшения, чтобы получить конкурентные преимущества. Наиболее проблемными областями оказались обслуживание в отделениях (а именно длинные очереди после работы и в обеденное время, когда многие сотрудники банков отправлялись на обед, и неудобные часы работы), а также телефонная поддержка и веб-сайты банков. В результате банк смог получить в этих областях большую долю положительных отзывов, чем отрицательных, и сформировать конкурентное преимущество. С помощью анализа тональности и ключевых слов отзывов и записей в социальных сетях банку Barclays удалось оптимизировать свое мобильное приложение. Выяснилось, что приложение не позволяло клиентам банка, не достигшим 18 лет, получать или отправлять деньги. Это создало массу негативных комментариев как от подростков, так и от родителей. После того как по собранным данным удалось идентифицировать проблему, банк смог оперативно доработать свое приложение, добавив доступ также для 16 и 17-летних.

Предотвращение оттока клиентов. В большинстве случаев стоимость приобретения нового клиента во много раз превосходит стоимость удержания имеющегося, поэтому очень важно выявлять склонных прекратить пользоваться услугами банка клиентов и принимать превентивные меры. Индикаторами здесь могут служить, например, прекращение регулярных платежей, жалобы по телефону или негативные отзывы в Интернете. С помощью сложных предсказательных моделей, использующих исторические данные по транзакциям и еще 115 переменных, компания American Express в Австралии смогла точно идентифицировать более 24% счетов, которые без вмешательства будут закрыты в течение следующих 4 месяцев, и принять по отношению к ним превентивные меры. С помощью предиктивных моделей, сегментации клиентской базы и отдельных программ удержания для каждого из сегментов словацкий Tatra Banka смог снизить отток пользователей кредитных карт на 30%.

Выявление мошеннических операций. В банковской отрасли особенно остро стоит проблема обеспечения безопасности данных и информационных систем. Как известно, злоумышленники нередко пытаются получить доступ к денежным средствам и конфиденциальным данным клиентов. К счастью, алгоритмы машинного обучения и анализа данных могут одинаково эффективно работать как с исходными, так и с зашифрованными, анонимизированные и измененными данными. Технологии больших данных и в особенности глубокого обучения — распознавание лиц, голоса, биометрических характеристик — являются новым этапом в развитии кибербезопасности и позволяют эффективно бороться с мошенничеством. Среди российских банков, активно применяющих глубокое обучения для обеспечения безопасности стоит выделить Тинькофф банк и Сбербанк. В декабре прошлого года в Тинькофф банке была внедрена платформа VisionLabs LUNA, с помощью которой проводятся оффлайн-расследования: анализ клиентской базы с целью выявления признаков мошенничества и верификация клиентов, подавших заявку на получение кредита, с помощью фотографии. До этого, к началу 2014 году в Сбербанке была разработана и внедрена система идентификации клиентов, которая сравнивает фотографий из базы с изображениями, получаемыми веб-камерами на стойках — АС САФИ. В результате потери от получения средств по поддельным документам физических лиц сократились в 10 раз. Бороться с мошенничеством банкам помогают и системы детектирования аномалий. Например, компания Brighterion предлагает 4 системы для борьбы с мошенничеством в банковской среде: iPrevent, iDetect, iPredict и iComply. Так, технология iPrevent изучает и запоминает типичные поведенческие и покупательские паттерны клиентов и реагирует, когда возникает аномальное использование счетов и банковских карт, а система iComply предназначена для борьбы с международными схемами «отмывания» денег. Для борьбы с «отмыванием» денег в соответствии с регуляторными требованиями индийский банк HDFC использует решения SAS Institute. Внедренная банком система позволяет выявлять потенциально подозрительные транзакции, такие как постоянные перемещения денег и отмены операций, перераспределение средств на большое число счетов, позволяет находить крупные счета-«однодневки», выявлять случаи открытия большого количества счетов в короткий период времени и неожиданные всплески активности на давно «спящих» счетах. На российском рынке алгоритмы машинного обучения для предотвращения «отмывания» денег и финансирования терроризма используются Тинькофф банком: в сотрудничестве с SAS была разработана гибкая система мониторинга транзакций, SAS ANti-Money Laundering, позволяющая выявлять подозрительное поведение клиентов на основе их транзакций, а также проводить максимально быстрые, регламентированные проверки на консолидированных данных.

Персонализированный финансовый менеджмент. Как известно, людям свойственно вести себя нерационально по отношению к своим доходам и сбережениям: мы часто совершаем импульсивные покупки, а недавнее исследование «Тинькофф. Журнал» показало, что типичный россиянин сберегает лишь 8,7% своего дохода. Люди доверяют банками собственные средства, и поэтому банки, используя имеющиеся данные, должны всячески помогать своим клиентам управлять доходами и достигать долгосрочных целей. Например, используя такой интуитивно понятный алгоритм как деревья решений можно автоматически определить, нужна ли покупка автомобиля и, если да, то какой сможет себе позволить клиент, исходя из его дохода и интересов, а также подобрать подходящие условия кредитования:

В октябре 2015 года Альфа-банк выпустил Alfa-Sense — приложение, личный финансовый помощник клиента, которое должно напоминать о необходимости внести платеж по кредиту, заплатить за коммунальные услуги, подсказывать, как сократить расходы, и давать советы, облегчающие жизнь. Турецкий банк Garanti также выпустил приложение-помощник — IGaranti, которое анализирует транзакции пользователя, предлагая способы экономии средств, расчет остатка денежных средств на конец месяца, а также предлагает персонализированные скидки от брендов-партнеров. Более того, в приложении имеются механизмы предотвращения импульсивных покупок. В первые шесть месяцев после выхода приложение было скачано более 150 000 раз, что вылилось в дополнительные 30 млн долларов на расчетных счетах.

Создание новых потоков прибыли. Обладая огромным количеством ценной для бизнеса информации, банки могут найти альтернативные способы дохода. Одним из таких способов является тесное сотрудничество с брендами и продажа данных о поведении клиентов. Стоит отметить, что в таком случае данные передаются в анонимной, зашифрованной форме, с целью безопасности личных данных потребителей. Тинькофф банк активно использует эту возможность и предлагает брендам, интернет-магазинам и малому бизнесу программу Тинькофф Таргет, с помощью которой они получат возможность создавать таргетированные предложения клиентам, на основе данных, предоставляемых банком. Вдобавок, платформа помогает компаниям привлекать новых клиентов, благодаря точному таргетингу, выявляющему потенциальных покупателей.

Обработка исковых заявлений. В Сбербанке нейронные сети и анализ естественных языков используются для автоматической генерации ответов на исковые заявления. Сначала в исходном исковом заявлении выявляются ключевые «сущности«-блоки на основе правил, затем методами анализа текстов на естественных языках определяются юридические условия конкретного кейса, и далее нейронная сеть глубокого обучения генерирует на базе выявленных элементов ответный текст. Там же ведется разработка интеллектуального помощника для общения с клиентами в мессенджерах.

Сравнительно неиспользованной пока остается область reinforcement learning — обучения с подкреплением. По оценкам специалистов Сбербанка, именно к ней будет приковано основное внимание индустрии в этом году. Обучение с подкреплением позволяет моделям обучаться во взаимодействии со средой, подобно тому как, например, обучаются дети. За определенные действия среда поощряет, за другие — дает отрицательный выигрыш. Например, ребенок запоминает, что не нужно трогать горячие предметы, потому что это больно. Именно результаты reinforcement learning позволили, например, программе AlphaGo выигрывать у выдающихся игроков в одну из самых сложных стратегических игр мире — го. В качестве реакции среды в банковской отрасли может выступать оценка клиентом полезности рекомендаций и предложений, формируемых на основе алгоритмов. Эти алгоритмы затем будут корректироваться в ответ на отклик пользователей в режиме реального времени.

Таким образом, банковскую индустрию можно назвать одним из флагманов использования больших данных в мире, во многом из-за высокого качества и полноты доступных данных. Почти все операции, проводимые банками, проходят в электронной форме, четко записаны и авторизованы в соответствии с требованиями регуляторных органов. В России банковская отрасль также является лидером в области применения больших данных. В ней нашли применение почти все передовые направления анализа данных и машинного обучения — это и глубокое обучение, и обработка естественных языков, и искусственный интеллект, и анализ графов и сетей.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 28 апреля 2017 > № 2159384 Дмитрий Репин


Россия > Приватизация, инвестиции. Финансы, банки > forbes.ru, 28 апреля 2017 > № 2158604 Илья Попов

Фабрика проектов: у правительства не хватает денег и механизмов для финансирования бизнеса

Илья Попов

эксперт « Деловой России»

Отсутствие требования залогов для получения финансирования даст мощный толчок для развития тысяч проектов

В середине апреля в правительство поступили предложения Минэкономразвития о создании фабрики проектного финансирования, которая сможет выдавать дешевые и длинные деньги заинтересованным сторонам.

Создание фабрики проектного финансирования в России назрело давно, обсуждения шли более 10 лет, но значительных изменений пока нет. Почему проектное финансирование популярно зарубежом?

Обычно проектное финансирование — это долгосрочные заемное финансирование, которое выдается под денежный поток, генерируемый самим проектом. В России многие под названием «проектное финансирование» понимают обычное финансирование, где инициатор проекта платит процент за пользование кредитными средствами с момента получения денег от банка. Что характерно происходит это на этапе, когда сам проект еще никакой выручки не генерирует. Фактически заемщик обслуживает долг с помощью своего действующего бизнеса. Именно поэтому можно смело сказать, что проектного финансирования в классическом смысле в России пока не существует.

Проектное финансирование, в отличие от корпоративного заимствования не имеет бизнес-отчетов. А ведь именно они служат банкам основанием для принятия решения о предоставлении или нет необходимого финансирования. По существующим на настоящий момент процедурам, инициатор проекта представляет в банк для анализа всю финансовую отчетность своего действующего бизнеса. По результатам оценки банк определяет рейтинг заемщика, максимально возможный кредитный лимит и необходимое обеспечение под сделку. Только после этого банк принимает решение о предоставлении или отказе в финансировании. Анализ самого проекта не является основополагающим при принятии решения. Такой подход изначально делает этот продукт недоступным для многих представителей бизнеса.

Почему российскому бизнесу необходимо проектное финансирование

? Одна из главных причин использования проектного финансирования в мире заключается в том, что инвестируя в долгосрочные инвестиционные проекты (производство энергии или строительство дорог) инвестор может значительно увеличить свою доходность. Согласно предложениям Минэкономразвития — финансирование должно предоставляться надолго (до 15 лет) и по фиксированной ставке. Сейчас ставка не превысила бы 10,75%. Однако, на текущий момент существуют гораздо более дешевые источники финансирования новых инвестиционных проектов. Например, государственное льготное финансирование фондов развития РФ (Фонд развития промышленности, Фонд развития моногородов). При соблюдении всех требований бизнес может получить целевые займы под 5% годовых. Это в два раза ниже, чем предлагает Министерство. Это означает, что окупаемость проекта произойдёт быстрее. Аргумент, который будет определяющим для бизнеса при выборе источников финансирования

? Распределение риска. Проект может быть слишком большим, чтобы один инвестор брал на себя ответственность за его реализацию.

? Долгосрочное финансирование. На текущий момент банковское проектное финансирование в среднем составляет три года, это очень маленький срок для реализации инвестиционных проектов. Например, в биотехнологии для многих проектов этот срок не менее 5 лет, а это отрасль в скором времени может стать одной из приоритетных для экономики страны

? Отсутствие существенной нагрузки на действующий бизнес (заёмщики при выплате процента и обслуживании долга рассчитывают на будущий денежный поток, который будет генерироваться проектом).

? Но самое главное преимущество проектного финансирования заключается в том, что для получения кредита заемщику не нужно закладывать имеющиеся активы. По сути, такой вид финансирования — спасательный круг для тех компаний, которые, располагая всеми необходимыми ресурсами для создания нового производства, кроме залоговых активов, которые нужны банкам для одобрения кредита. На текущий момент банки в России, при рассмотрении заявки на финансирование проекта начинают разговор не с вопроса «Что у Вас за проект?!», а с вопроса «Есть ли залоговое обеспечение?!» Исход такого диалог очевиден. Бизнес деньги от банков не получает. Вполне резонный вопрос, а кто заинтересован в проектном финансировании? Основными выгодоприобретателями станут: малый и средний бизнес. Отсутствие требования залогов для получения финансирования даст мощный толчок для развития тысяч новых проектов. По оценкам экспертов, сегодня на рынке много хороших проектов с потребностью в привлечении внешнего финансирования от 300 млн руб. до 1 млрд руб. Их развитие сдерживается только отсутствие доступных денег на длительный период времени по разумным условиям.

Что нужно сделать Правительству, чтобы запустить процесс?

Необходимо создать единый институт анализа и оценки новых инвестпроектов. У каждого из бизнесов свои показатели эффективности и зачастую возникает конфликт интересов. Сегодня государственые институты не имеют достаточной компетенции для анализа инвестпроектов из разных сегментов.

Необходимо создать программы проектного финансирования для малых (стоимость проекта от 300-500 млн руб.), средних (стоимость проекта от 500 млн руб. до 2 млрд руб.) и крупных инвестпроектов (стоимость проекта от 2 млрд руб. и более) и сократить требуемую долю собственных денежных средств инициатора проекта до 10%. Создать дополнительные программы поддержки для бизнеса при реализации новых инвестиционных проектов. Например, субсидии или льготы по реализации выпускаемой продукции, налоговые льготы на первоначальном этапе запуска производства до выхода на максимальную мощность.

При условии реализации всего сказанного у отечественного бизнеса появляется шанс не только запустить сотни новых проектов и создать тысячи новых рабочих мест, но и повысить конкурентоспособность экономики. Остается надеяться, что разработка и внедрение изменений не займет еще десять лет.

Россия > Приватизация, инвестиции. Финансы, банки > forbes.ru, 28 апреля 2017 > № 2158604 Илья Попов


Казахстан > Финансы, банки > dknews.kz, 27 апреля 2017 > № 2155860 Тулеген Аскаров

Прибыль вверх, активы и депозиты – вниз

Концовка зимы оказалась весьма непростой для банковского сектора, если судить по динамике его ключевых показателей.

Тулеген АСКАРОВ

Из данных оперативной отчетности регулятора выясняется, что, как и в начале года, в феврале продолжилось снижение совокупного объема активов этого сектора наряду с сокращением его депозитной базы. Так, если за январь совокупные активы банков второго уровня уменьшились на 1,3%, то за последний месяц зимы потери составили еще на 1,4% до 24 трлн 867,5 млрд тенге. При этом у лидирующего по этому показателю Казкоммерцбанка в феврале произошло снижение на 3,6% до 4 трлн 697,7 млрд тенге, в абсолютном выражении – на 175,1 млрд тенге. Это позволило сократить отрыв от лидера идущему вторым Народному банку Казахстана, также понесшему потери, но в меньшем размере – на 0,4%, или 19,8 млрд тенге до 4 трлн 609,4 млрд тенге.

У других членов группы «триллионеров» динамика активов сложилась по-разному. Занимающий третье место по их объему Цеснабанк сумел прибавить за февраль 1,5% до 2 трлн 86,8 млрд тенге, тогда как следующий за ним дочерний Сбербанк России потерял 1,4% до 1 681,7 млрд тенге. Далее расположились АТФБанк со снижением на 1,8% до 1 трлн 388,5 млрд тенге, Банк ЦентрКредит (4,7% до 1 трлн 282,2 млрд тенге), ForteBank, увеличивший активы на 1,5% до 1 трлн 239,8 млрд тенге, Kaspi Bank, активы которого уменьшились на 0,4% до 1 трлн 199,1 млрд тенге, и замкнувший эту группу Евразийский банк с приростом на 1,8% до 1 трлн 77,2 млрд тенге.

Совокупный объем вкладов населения, снизившийся в январе на 2,6%, в феврале сократился еще на 1,4% до 7 трлн 595,6 млрд тенге, в абсолютном выражении – на 104 млрд тенге. По этому показателю все также лидирует Народный банк Казахстана, прибавивший за последний месяц зимы 0,9% до 1 трлн 607,5 млрд тенге, что, впрочем, гораздо меньше его январских потерь в 2,5% к декабрю. У его ближайшего конкурента – Казкоммерцбанка – вполне предсказуемо дела шли неважно, поскольку вкладчики вывели из него за февраль 4,1% своих депозитов, объем которых снизился до 1 трлн 254,6 млрд тенге. Напомним читателям, что в январе этот участник рынка потерял 6,1%, а в декабре – 5,5%. Впрочем, и при такой негативной динамике до него далеко другим конкурентам, ибо занявший третье место здесь Kaspi Bank располагал к началу весны вкладами населения в объеме 742,6 млрд тенге, и к тому же они у него сократились за последний месяц зимы на 0,2%. В первую десятку по этому показателю вошли также Цеснабанк, потерявший 1,9% до 651,8 млрд тенге, дочерний Сбербанк России (0,9% до 611,9 млрд тенге), Банк ЦентрКредит (4,7% до 498,1 млрд тенге), Жилстройсбербанк Казахстана с приростом на 4,5% до 435,6 млрд тенге, ForteBank со снижением на 0,8% до 400,1 млрд тенге, АТФБанк (2,6% до 383,6 млрд тенге) и замкнувший эту группу Евразийский банк (1% до 291,8 млрд тенге).

Совокупный объем депозитов юридических лиц после январского сокращения на 3,0% в феврале уменьшился еще на 2,1% до 8 трлн 890,9 млрд тенге, в абсолютном выражении – на 186,2 млрд тенге. Лидирует и здесь Народный банк Казахстана с 1 трлн 569,1 млрд тенге, но у него отток таких депозитов составил 1,5%. Зато идущий и здесь вторым Казкоммерцбанк сумел показать хоть и скромный, но все же прирост на 0,3% до 1 трлн. 447,4 млрд тенге. С большим отрывом от этого тандема идет Цеснабанк, потерявший 1,3% до 879,7 млрд тенге, за ним следуют АТФБанк (3,0% до 677,3 млрд тенге) и переместившийся с 8-го места на пятое ForteBank, отличившийся вполне приличным увеличением депозитов корпоративных клиентов на 4,6% до 496,8 млрд тенге. Вплотную за ним плотным строем идет квартет в составе Bank RBK, потерявшего за последний месяц зимы 5,4% таких вкладов до 477,7 млрд тенге к началу весны, дочернего Сбербанка России (0,9% до 473,9 млрд тенге), Евразийского банка, показавшего значительный – на 5,6% – прирост до 455,6 млрд. тенге, и Банка ЦентрКредит, у которого произошло сокращение на 7,5% до 451,8 млрд тенге. А замкнул первую десятку по этому показателю Ситибанк Казахстан со снижением на 5,1% до 414,7 млрд тенге.

Вопреки этим негативным трендам по финансовому результату банковский сектор излучал оптимизм, поскольку его совокупная прибыль (точнее, превышение текущих доходов над расходами после уплаты подоходного налога) увеличилась за февраль на 36,5% до 53,9 млрд тенге, в абсолютном выражении – на 14,4 млрд тенге. Главным источником этого позитива стал Народный банк Казахстана, у которого прибыль за последний месяц зимы удвоилась до 22,7 млрд тенге, что, естественно, лишь повышает его шансы на успешное приобретение Казкоммерцбанка. Кстати, у последнего дела здесь явно не ладились, ибо его финансовый результат за февраль снизился более чем на треть (34,9%) до 7,1 млрд тенге. Тем не менееи после такого негатива «Казкоммерцбанк» уверенно держится на втором месте, поскольку идущий третьим Kaspi Bank показал 4,8 млрд. тенге с приростом на 23,1%. Далее следуют Ситибанк Казахстан, удвоивший прибыль до 4,5 млрд тенге, Жилстройсбербанк Казахстана (77,5% до 3,9 млрд тенге), Банк Хоум Кредит (83,1% до 3,3 млрд тенге), Bank RBK (59,3% до 2,4 млрд тенге), дочерний Сбербанк Казахстана (2,7 раза до 2,4 млрд тенге), Цеснабанк, выделившийся ростом прибыли в 3,4 раза до 2,1 млрд тенге. Другие участники рынка не смогли преодолеть планку в 2 млрд тенге по этому показателю.

А убытки показали на начало весны Евразийский банк (минус 5,1 млрд тенге), Delta Bank (минус 1,2 млрд тенге), дочерний Альфа-Банк (минус 0,7 млрд тенге), Банк Астаны (минус 0,2 млрд тенге), дочерний Банк ВТБ (Казахстан) (минус 0,2 млрд тенге) и Национальный банк Пакистана в Казахстане (минус 0,01 млрд. тенге).

О том, какие изменения к концу зимы произошли в ссудных портфелях ведущих банков, «ДК» расскажет в следующем номере.

Казахстан > Финансы, банки > dknews.kz, 27 апреля 2017 > № 2155860 Тулеген Аскаров


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 26 апреля 2017 > № 2159425 Алиса Мельникова

Алиса Мельникова («Сбертех»): «Есть разные способы вырасти в Google. У нас высокие шансы»

Максим Спиридонов

сооснователь "Нетология-групп"

Руководитель «Сбертеха» Алиса Мельникова — о том, как поставить внедрение инноваций на поток, чем «Сбертех» старается привлекать IT-специалистов, как трансформируются в digital-мире финансовые услуги и будет ли Сбербанк конкурировать с Apple и Amazon.

В новой постоянной рубрике Forbes — интервью с интернет-предпринимателями. Героиня нового интервью блога «Рунетологии» на Forbes — Алиса Мельникова, генеральный директор АО «Сбербанк-Технологии», сокращенно «Сбертех», самой большой IT-компании России, по крайней мере с точки зрения штата: на март 2017 года в ней было занято около 9500 специалистов. В свою очередь, бюджет организации на 2017 год соизмерим с доходами крупнейших технологических бизнесов страны — ни много ни мало 29,7 млрд рублей. А планы «Сбертеха» выглядят смелыми даже при его нынешних масштабах.

— Как бы вы вкратце описали «Сбертех» — понятно и в то же время вдохновляюще?

— Сбербанк ставит перед собой очень амбициозную задачу — стать технологическим лидером рынка. Не только финансового — рынка услуг для всей экосистемы, которая его окружает. Для всех своих клиентов и партнеров. Чтобы Сбербанк стал технологическим лидером, технологическим лидером надо стать «Сбертеху».

Лидерство подразумевает, что мы всегда что-то делаем первыми. Мы технологическая компания и стараемся первыми придумывать, «пилотировать», разрабатывать технологии. Поэтому обращаем внимание на все интересное и новое, что появляется на рынке. Мы это берем, пробуем, стараемся делать промышленные технологии.

— По формальным признакам вы крупнейшая IT-компания страны. Сколько у вас сейчас проектов в работе?

— Более пятисот. Работаем мы на одного заказчика — Сбербанк. Но внутри него у нас заказчиков множество. С одной стороны, мы на рынке пока, наверное, не слишком известны. С другой — пожаловаться на однообразие или узость сферы деятельности не можем. Наоборот, по-моему, такого количества интересных задач, как у нас сейчас, нет ни у одной компании в России.

Вместе с тем мы, несмотря на большой штат, ощущаем нехватку высококвалифицированных IT-специалистов. И очень много сил тратим на подготовку и обучение сотрудников.

— У вас девять с половиной тысяч сотрудников — и все равно людей не хватает. Насколько остро?

— Зачастую самим людям недостает квалификации. Технологии стали меняться настолько быстро, что образование и опыт, которые люди получали за предыдущие пять, десять, двадцать лет своей работы, не удается использовать в полной мере без освоения новых технологий. Иначе говоря, IT теперь не такая специальность, которую осваиваешь в вузе, чтобы потом работать всю жизнь. IT — это область, где нужно постоянно изучать что-то новое и повышать квалификацию. Если ты ничему не научился за год, считай, ты безнадежно отстал.

— Портрет вашего сотрудника чем-то отличается от образа среднего айтишника, работающего в Mail.ru Group, «Яндексе» и других заметных компаниях отрасли?

— Сегодня в «Сбертехе» представлены все типы айтишников, которые работают в отрасли: и в Mail.ru Group, и в «Яндексе», и в интеграторских компаниях. Как с точки зрения квалификации, так и с точки зрения отношения к работе и ментальности. При такой численности штата получается, что как в стране, так и в Сбербанке, а как в Сбербанке, так и в «Сбертехе».

— Понимаете ли вы, почему к вам идут люди? С упомянутыми мной российскими интернет-гигантами ясно: у них все-таки сохраняется обаяние стартапа.

— Стоит провести разделение: как дело обстоит сейчас и как мы хотим. На мой взгляд, мы пока не такие, какими хотели бы себя видеть. А хотим, чтобы каждый, кто работает в «Сбертехе», был звездой, технологическим лидером и тяготел к интересным задачам. Задачам с большой буквы. В особенности нам нужны те, для кого профессиональная деятельность — самое интересное в жизни. И нам есть что им дать.

Да, у нас нет пока такой известности на рынке, чтобы к нам охотно шли все такие люди. У многих наша организация вызывает ассоциации с тем, как выглядел Сбербанк раньше. Хотя он сильно изменился, но прошлое еще довлеет. Мы стараемся активно рассказывать людям и рынку, чем мы занимаемся, почему с нами хорошо и почему полная профессиональная реализация у нас возможна — и возможна только у нас.

ДОСЬЕ НА ГОСТЬЮ

В 1993 году окончила МАИ по специальности «автоматизированные системы управления и обработки информации» и Российскую высшую внешнеэкономическую школу по специальности «внешнеэкономическая деятельность: организация и управление».

С 2000 по 2012 год занимала руководящие посты в «Ай-Теко», ISG, Egar Technology, курировала реализацию масштабных проектов в области технологической поддержки бизнеса для крупнейших российских и зарубежных банков.

С июля 2012 года работала в должности советника старшего вице-президента НОМОС-банка, где отвечала за IT и операционную деятельность в проектах по развитию новых направлений бизнеса.

В «Сбертехе» — с июля 2013 года. Сама компания существует с 2011 года.

— Как устроен «Сбертех»?

— Организационная структура у нас строится на разделении по компетенциям. В «Сбертехе» сейчас 46 крупных центров компетенций в среднем по 200–300 человек, например по разработке мобильных приложений, BI, супермассивам данных, интеграции. Внутри каждого — отдельные направления. Эта структура одинаково хорошо подходит как для проектной работы, так и для работы в командах по Agile, которую Сбербанк активно внедряет.

В свою очередь, структура функциональная как раз и опирается на проектные команды и команды Agile.

— Как построено взаимодействие между Сбербанком и «Сбертехом»? Люди из Сбербанка «сгружают» вам идеи, а вы, как рабочие пчелки, их воплощаете?

— Это двусторонний процесс. Либо market pull, либо technology push, как модно сейчас говорить на рынке. Люди, которые отвечают за развитие бизнеса Сбербанка, в большей степени придумывают идеи в области собственно банковского бизнеса. Наша задача — понять, как их грамотно реализовать с технической точки зрения. Доля «цифровых» клиентов сильно выросла, равно как и доля операций, совершаемых через удаленные каналы. Поэтому любая, даже самая безобидная, задача бизнеса может превратиться в сложную и интересную задачу в технологическом аспекте. И наоборот: часто люди, занимающиеся технологиями, смотрят на рынок, общаются с внешним миром, с коллегами из других компаний и тоже выдают технологические идеи. А те способны навести бизнес-заказчиков на мысли о том, как эти технологии применить на пользу конечным клиентам.

Заказчики из бизнес-подразделений банка генерируют идеи по развитию банковских продуктов. А задача «Сбертеха» — их техническая реализация, в ходе которой мы тоже часто что-то предлагаем заказчикам.

И конечно, мы бы не сумели вести одновременно больше 500 проектов, если бы у нас не были отстроены процессы взаимодействия с заказчиками.

— Как идеи воплощаются в проектах?

— Здесь два пути. Первый: в рамках реализации конкретного проекта формируется проектная команда из представителей того или иного функционального блока банка и сотрудников «Сбертеха». И они долгое время работают вместе. В процессе, если кому-то из членов команды — кому угодно — приходит в голову идея, она может быть вынесена на обсуждение и применена в самом проекте — открытом, уже реализуемом. Второй путь относится к инновациям, о внедрении которых раньше не думали. Например, как применить блокчейн или технологии machine learning. Для этого в «Сбертехе» создаются лаборатории инноваций.

В частности, открываются тематические лаборатории. Как только мы находим какую-то новую технологию, которая, по нашему мнению, имеет право на существование и должна быть доведена до промышленной стадии, мы создаем компактные лаборатории в «Сбертехе» для «пилотирования» идей, основанных на ней. Плюс мы поощряем инициативу сотрудников абсолютно изо всех центров компетенций. Объявляем: возникла идея, мы ищем волонтеров, кто хочет поучаствовать, попробовать, поучиться. И отклик обычно очень хороший. Многие сами хотят в свободное от работы время заняться чем-то новым. Настоящие айтишники именно такие по духу. На таких людей мы и делаем ставку.

За полгода, за год лаборатория доводит технологию до промышленной стадии, после чего становится новым центром компетенций. Тем временем возникают новые идеи, новые лаборатории, новые «пилоты».

Естественно, к процессу мы привлекаем и профильные подразделения банка. У нас хорошо выстроена система взаимоотношений представителей банка и представителей «Сбертеха»: кто занимается функциональными блоками, кто от банка отвечает за взаимодействие с IT. Нет вопросов, кто куда должен пойти.

— Какие конкретные проекты реализуются в «Сбертехе»?

— Есть мобильные приложения, мобильный банк, интернет-банк — из того, что видно клиенту. Удаленные каналы — это лицо Сбербанка во внешнем мире. Но ведь банк должен не только принимать заявки клиентов на проведение операций. Надо еще и обрабатывать все это внутри: платежи, переводы, вклады, кредиты. За фронтальными приложениями кроется огромная IT-архитектура, оркестровщики, бизнес-хабы, продуктовые фабрики. Это огромный IT-ландшафт, в котором сейчас больше 350 крупных систем, интегрированных между собой. По сути, наши проекты сводятся к их развитию.

Что касается стратегии, до 2018 года мы запланировали и уже делаем проект по замене банковской платформы.

Новая платформа — это, во-первых, более высокий технологический уровень для поддержки гораздо большего объема транзакций, чем прежде, без снижения стабильности производительности, а желательно даже с ее повышением. Во-вторых, возможность быстрого вывода продуктов на рынок благодаря применению новых технологий в самой платформе. В-третьих, работа с экосистемой. Мы делаем не просто более совершенную автоматизированную систему для Сбербанка, а новую платформу — ядро экосистемы, которую строит Сбербанк совместно со своими партнерами, клиентами и всеми, с кем у него находятся точки соприкосновения.

— Насколько понимаю, от Германа Грефа исходит идея создать огромный маркетплейс финансовых и околофинансовых услуг. Дальше — больше любых других товаров и услуг.

— Верно.

— Похоже, вы начинаете биться с наступающими IT-компаниями на их поле с намерением встать вровень с «Яндексом» или Mail.ru Group на российском рынке. Не как монополист, а как многопрофильный онлайн-холдинг.

— Чтобы воплотить в жизнь замысел маркетплейса, необходимо быть технологическим лидером — и быть лучше всех IT-компаний на рынке. Все успешные компании, которые стали маркетплейсами, обладают своими платформами. Еще ни один из крупнейших игроков, включая Alibaba и Google, не зааутсорсил платформу. Они создавали собственные. У нашей будут свои особенности и свое предназначение. Мы не собираемся дублировать ныне существующие маркетплейсы. Но мы должны обеспечить богатые возможности по подключению партнеров, а значит, иметь открытый API.

— Маркетплейс будет базироваться в том числе на продуктах и сервисах партнеров, не только на ваших?

— Конечно. Предполагается, что Сбербанк будет в состоянии сгенерировать идеальное предложение для клиента и оказать эту комплексную услугу совместно с партнерами.

— Вы почти госкомпания, и, думается, у вас нет возможности идти на такие риски, как в частном бизнесе, где обычно и вырастают IT-гиганты.

— Наоборот, скорее мы «почти не госкомпания». Да, с госучастием. Однако Сбербанк — публичное акционерное общество. У него множество акционеров. И в банке сильно мотивированы к тому, чтобы сохранить свое лидерство и привлекательность для клиентов.

— В любом случае вы компания очень большая. А прорывные решения в крупных организациях принимаются с трудом: бюрократическая система в них, с одной стороны, тормоз, с другой — способ застраховаться от опасностей. Развернуть Сбербанк в сторону IT-бизнеса — это чрезвычайно амбициозная задача, и выполнима ли она, для меня большой вопрос.

— Если бы над Сбербанком тяготели бюрократия и рутина, не было бы тех изменений, которые заметны и внешним клиентам, и рынку. Изменения эти касаются абсолютно всех сфер деятельности банка, в том числе технологической. Не отрицаю, в больших организациях доля бюрократии присутствует. С ней трудно бороться, хотя мы усиленно боремся, как в «Сбертехе», так и в Сбербанке. Но если бы у нас царила бюрократия, мы бы не открыли эти пятьсот с лишним проектов и не делали бы их в таких количествах ежегодно. Не набрали бы столько сотрудников, не выполняли бы такой объем разработок.

Конечно, отдельные «пилоты» могут не быть успешными: людям свойственно ошибаться. Какие-то предположения о пользе того или иного решения для банка или клиента оказываются ошибочными. Но такая крупная организация, как Сбербанк, имеет возможность параллельно вести множество проектов и на выходе гарантированно получать весомую долю успешных. Вот чем, кстати, большие компании выгодно отличаются от маленьких. Маленькая взялась за один проект, его постигла неудача — и пиши пропало: деньги кончились, все развалилось.

— Либо не кончилось — и компания выросла в Google, пусть это и один случай на миллион.

— Как показывает жизнь, есть разные способы вырасти в Google. Я верю, что с такой командой, которая сейчас работает в Сбербанке и в «Сбертехе», у нас высокие шансы стать пусть не «как Google», но просто очень передовой, прогрессивной и привлекательной в рыночном отношении организацией.

— Насколько мне известно, примеров трансформации банка в крупную IT-компанию мир не знает.

— А мы всегда делаем что-то, чего раньше не было. Это не шутка. В той же новой платформе мы применяем технологии, которых никто до нас действительно не применял.

— Ваша большая цель — меньше чем за два года развернуть маркетплейс, который начнет предлагать услуги Сбербанка и организаций-партнеров. Есть какие-то вехи на вашем пути, которые будут видны и со стороны?

— Конечно. Не стану сейчас говорить за весь Сбербанк, скажу о вкладе «Сбертеха». Сроки готовности ядра платформы — конец 2017 года. Дальше, в течение 2018 года, мы очень интенсивно, большими кусками, внедрим бизнес-функционал на новой платформе и параллельно будем вести несколько «пилотов» с потенциальными членами экосистемы (внешними компаниями), подключая их разными способами к платформе.

— Ядро будет невидимой извне частью проекта?

— Да. Это будет back-end. То, что почувствует Сбербанк внутри. Клиенты если и увидят, то лишь малую его часть.

— «Пилоты» ведутся с госорганизациями или с коммерческими партнерами?

— С коммерческими. Из ретейла, образования, недвижимости.

— Далее состоится обширный релиз?

— Релизы у нас происходят постоянно. Естественно, ядро платформы каждый день не обновляется. Оно должно быть стабильным и обеспечивать обработку массовых операций в больших объемах. На 2018 год намечено развитие бизнес-функциональности на платформе. Таким образом, чтобы бизнес-заказчики могли автономно, без обращения к разработчикам, эту функциональность настраивать, менять, кастомизировать. Добавим сюда подключение партнеров через API и возможность доработки верхнего слоя платформы внешними компаниями, уже подключенными через открытый API.

— К рыночному контексту. Вас как-то задело импортозамещение?

— На «Сбертехе» оно пока не сказалось. Но, наверное, и не могло.

— У вас вообще нет внешних заказчиков?

— Сейчас нет. Мы про это думаем. Создав платформу, наверное, мы сможем оказывать на ней услуги внешним компаниям. Это станет возможно где-то после 2018 года, когда мы справимся с внедрением платформы в Сбербанке. Что касается импортозамещения, то мы сами одно сплошное импортозамещение для Сбербанка. Мы, а не какая-то зарубежная компания разрабатываем прикладной софт для него. Другое дело технологический стек, связанный с более низкими уровнями: системным софтом, базами данных, «железом». Хотя здесь тренд нас тоже не коснулся. Ровно потому, что у нас пока не отобрали возможность пользоваться зарубежными технологиями, которыми исторически в России пользовались все организации.

Но конечно, такая крупная страна, как наша, должна обладать высокой степенью независимости. Поэтому задача импортозамещения важна и сейчас активно прорабатывается со стороны Минкомсвязи и нескольких крупных корпораций. И я уверена, что она будет успешно выполнена. Естественно, пока Сбербанк не перешел полностью на российский системный софт. Мы не имеем права снизить уровень надежности и производительности нашего IT-ландшафта, иначе пострадали бы наши клиенты.

— Как, по-вашему, будет меняться сама банковская система в России в ближайшие несколько лет ?

— Мне кажется правдоподобным сценарий, в котором классические банковские услуги будут постепенно отходить на второй план и становиться commodities (здесь: взаимозаменяемыми услугами широкого потребления. — Forbes). У клиента формируются потребности в совершенно других областях. Он хочет не взять кредит. Он хочет обеспечить себя жильем, детей — образованием, для чего ему могут понадобиться финансовые инструменты, которые дают банки. Поэтому на первый план будут выходить компании, предоставляющие услуги клиенту. Сбербанк как раз в эту сторону и идет, чтобы не стать таким commodity-банком, который будет стоять за основными услугами, потребляемыми клиентом. Наоборот, Сбербанк превращается в маркетплейс, который будет оказывать услуги клиенту, подтягивая к решению задачи экосистему. Он должен становиться технологической компанией и переставать быть классическим банком.

Репутация сейчас у нас есть, но за нее надо бороться. На ней невозможно ехать бесконечно: ее в современном цифровом мире надо подкреплять и завоевывать заново.

Читать также: Финтех-сервисы и банки – партнеры или конкуренты?

— Сбербанк практически монополист на розничном банковском рынке России. Если ваши замыслы осуществятся, его влияние лишь усилится. Не повредит ли это банковской сфере страны в целом?

— Именно банковские услуги, повторюсь, будут отходить на задний план. И то, благодаря чему Сбербанк был и остается лидером российского рынка, не является залогом того, что в будущем он первенство сохранит. Многие компании на определенном этапе своего существования были лидерами, и казалось, что это навсегда. Но потом в течение трех-пяти лет они исчезали с рынка. Часто вспоминают Kodak с их лучшей в мире пленкой.

В сфере технологий у всех равные возможности. Речь о том, что мы собираемся сделать как компания, которая старается повышать качество своих услуг и привлекательность для клиентов. Все то же самое может делать любая другая компания, и здесь никакого монополизма нет. У кого получится лучше и быстрее, тот и будет лидером. Мы верим в то, что это будем мы.

— Судя по нарисованной вами картине, Apple с Apple Pay, Google с Android Pay и иже с ними — это практически готовые банки, которые могут с вами конкурировать?

— Я бы не назвала их банками. Я бы и Сбербанк через какое-то время не стала называть банком. Это просто другая форма бизнеса — маркетплейсы. Если мы говорим о том, что Сбербанк будет маркетплейсом, то да, его ждет конкуренция с другими маркетплейсами.

Интервью выходит в рамках спецпроекта Forbes и аналитической программы «Рунетология». Предприниматель и основатель компании «Нетология Групп» Максим Спиридонов беседует с руководителями интернет-проектов о том, какие бизнес-модели в Рунете могут позволить стартапу стать следующим «единорогом», и в целом о том, как технологии меняют наш мир

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 26 апреля 2017 > № 2159425 Алиса Мельникова


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 25 апреля 2017 > № 2153507 Олег Бойко

Миллиардер Олег Бойко инвестирует в финтех $150 млн

Анастасия Ляликова

редактор новостей Forbes.ru

Бизнесмен рассчитывает, что инвестиции позволят его холдингу быстрее идентифицировать прорывные идеи в сфере финансовых технологий

Finstar Financial Group Олега Бойко планирует за пять лет инвестировать $150 млн в сделки и стартапы в области новых финансовых технологий. Об этом сам бизнесмен заявил на I Международной конференции о новых финансовых технологиях, говорится в пресс-релизе, поступившем в Forbes.

Взаимодействовать с предпринимателями будет FinstarLabs, отвечающая за инновации и технические разработки. «С помощью FinstarLabs мы рассчитываем быстрее идентифицировать прорывные идеи в сфере финтех и быстрее внедрять их в наших портфельных компаниях», — заявил миллиардер.

Finstar Financial Group – инвестиционный холдинг, работает в 26 странах мира. Он основан в 1996 году, последние несколько лет сфокусирован на инвестициях в высокотехнологичные альтернативные финансовые услуги.

Главные проекты холдинга в этом сегменте – сервис онлайн-кредитования 4finance (49% компании принадлежат семейному трасту Олега Бойко) и компания Digital Finance International, которая специализируется на цифровых кредитных бизнесах на развивающихся рынках и внедрении инновационных технологий. В ноябре 2016 года Finstar Financial Group инвестировала $3 млн в российский сервис для повышения эффективности мобильной рекламы Rocket10.

Траст, подконтрольный семье Бойко, в начале 2015 года снизил свою долю в 4finance с 75% до 49%. Сумма сделки и имена покупателей (известно, что это была группа частных инвесторов) не разглашаются.

В 2016 году 4finance заработал €63,2 млн. Бойко с 2004 года ежегодно входит в число богатейших людей России по версии Forbes, в 2017 году его состояние было оценено в $1,2 млрд.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 25 апреля 2017 > № 2153507 Олег Бойко


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 25 апреля 2017 > № 2153475 Дмитрий Монастыршин

Как хранить накопленное: рублевые вклады, валюта или инвестиции в недвижимость?

Дмитрий Монастыршин

главный аналитик Промсвязьбанка

Рублевые депозиты остаются привлекательными даже в условиях снижения ставок, валютные вклады стоит использовать как долгосрочную защиту от девальвации, а недвижимость может разочаровать владельца

Рыночная ставка по депозитам опустилась до исторических минимумов — в начале апреля она достигла значения 7,8%. В первую очередь это касается вкладчиков, которые теперь на свои сбережения будут получать еще меньший доход. Более того, до конца этого года ставки по вкладам могут упасть еще ниже; и в 2018 году с большой вероятностью будут продолжать снижение, приближаясь к инфляционным значениям. Но есть и хорошие новости — основной потенциал снижения ставок после резкого взлета в конце 2014 года уже реализован, в будущем процесс замедлится. И, несмотря на то, что вклады теперь будут менее доходны, чем раньше, это не отразится на их привлекательности, и вкладчики, несмотря на появившиеся альтернативные инструменты, будут по-прежнему выбирать депозит.

Избыточная ликвидность

Доминирующая причина снижения ставок — это, по нашему мнению, уменьшение потребности банков в привлечении новых ресурсов. На протяжении 2015-2016 годов приток средств клиентов в банки опережал динамику кредитного портфеля. Это привело к формированию избыточной ликвидности в системе. Реагируя на это, банки снижают ставки по вкладам. Банки заинтересованы в снижении ставок по вкладам, потому что это позволяет снизить расходы и нарастить прибыль.

А то, что население в последние два года наращивает объем средств в банках, можно объяснить повышением склонности к сбережению. В условиях ухудшения макроэкономической конъюнктуры и снижения реальных доходов люди предпочитают больше экономить, отказываются от дорогих покупок и увеличивают сбережения.

Валюта и недвижимость. Можно ли обыграть рублевый депозит?

Альтернативой рублевым вкладам в банках традиционно являются валютные депозиты, а также покупка недвижимости. Однако данные способы инвестирования имеют свои недостатки.

Курс рубля к американскому доллару и евро подвержен колебаниям и сложно прогнозируем. В течение всего прошлого года и в первом квартале 2017 года рубль укреплялся по отношению к доллару. Это вместе с низкими ставками по валютным депозитам обеспечило отрицательную доходность таких инвестиций по сравнению с рублевыми вкладами. Валютный депозит может быть выгодным лишь при условии выбора удачного момента покупки валюты и как защита от девальвации рубля на долгосрочном горизонте.

Главный недостаток инвестиций в недвижимость по сравнению с рублевыми и валютными депозитами — низкая ликвидность объектов и большой объем «замораживаемых» средств. Доход от сдачи недвижимости в аренду составляет около 5% годовых, что ниже доходности депозитов. А ставка на рост цен на недвижимость в последние годы не оправдывает себя. Рост цен на вторичном рынке жилья в Москве за 2013–2016 годы составил в среднем 1,7% годовых. При этом стоит принять во внимание, что необходимость срочной продажи квартиры может потребовать снижения цены на 10-20% от текущего рыночного уровня.

Как защититься от инфляции?

Рублевые депозиты (даже с учетом снижения ставок в последние годы) сохраняют свою привлекательность, поскольку превышают инфляцию. По данным Росстата, в марте 2017 года инфляция замедлилась до 4,3% по сравнению с 7,3% в марте 2016 года. Снижение ставок по вкладам происходит более медленно. Сейчас в топ-10 банков (за исключением Сбербанка) по стандартным рублевым вкладам на срок от 6 месяцев до 2 лет ставки составляют 6,7–8% годовых, что позволяет «обыграть» инфляцию. Однако по мере дальнейшего снижения ставок по рублевым вкладам их привлекательность по сравнению с валютными депозитами будет слабеть. Для того чтобы оптимизировать риски и выгоды от изменения рыночной конъюнктуры, мы рекомендуем диверсифицировать сбережения и держать около 60% на рублевом счете и 40% на валютном вкладе. Если рыночная конъюнктура будет сигнализировать о том, что возможно ослабление рубля более чем на 7% годовых, тогда будет целесообразно увеличить долю валютных сбережений.

Более высокую доходность, чем по рублевым депозитам, можно получить, вкладывая средства в ОФЗ и корпоративные облигации. Но эти операции сопряжены с рыночным риском и потому еще очень долгое время будут оставаться на вторых ролях.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 25 апреля 2017 > № 2153475 Дмитрий Монастыршин


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ. Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 25 апреля 2017 > № 2153460 Максим Авдеев

Блокчейн-технологии в госуправлении. Мировой опыт

Максим Авдеев

CBDO, Life.SREDA VC CEO, InspiRussia

Правительства разных стран уже применяют технологии распределенного реестра в здравоохранении, в управлении земельной и другой собственностью, в документообороте. Когда тренд придет в Россию?

Госсектор является сложным и инертным механизмом, оставаясь при этом централизованной системой. От развитости этой системы зависит эффективность госуправления как такового, равномерное покрытие государственными услугами потребностей населения и предпринимателей (например, регистрация компании, брака, получение справок и выписок). Порой на сложностях во взаимодействии человека и госаппарата, его непрозрачности вырастают целые индустрии посредников (помощь в регистрации ООО, заполнение справок ГАИ и т.д.). Чем больше посредников – тем дороже и сложнее услуга. Организационные структуры госаппарата часто фрагментированы и почти всегда разрозненны, что делает сложным обмен информацией между департаментами и ведомствами. Часто посредники в цепочке получения госуслуг невидимы получателю (ведомства общаются между собой в «back-end»).

Многие страны осознают запросы нового поколения, людей, привыкших к быстрым и удобным продуктам, проводят исследования и решают вышеозначенные проблемы – активно реформируют систему оказания госуслуг. Некоторые мобилизуют разделенные IT департаменты в единые системы – так называемые «agencies»; другие начинают использовать альтернативные глубокие данные и «dark analytics» для быстрого анализа корреспонденции и запросов со стороны населения; третьи разрабатывают новые архитектуры взаимодействия между государственными юнитами; ну а последние, наиболее продвинутые, конечно же, применяют технологии распределенного реестра (блокчейн), на чем мы и остановимся.

Скорость, с которой различные государственные департаменты стран мира сегодня начинают интересоваться применением блокчейн-технологий не пропорциональна реальному развитию и уровню практического внедрения данной технологии – что вполне логично и понятно. Система госуправления должна быть устойчивой, это крайне статичный, малоподвижный механизм, и любое внедрение должно доказать свою эффективность. Вдобавок не все блокчейн-решения способны масштабироваться и соответствовать нагрузке. Но несмотря на это, есть ряд действительно любопытных проектов, о которых можно рассказать.

С практической точки зрения, на мой взгляд, Эстония не является мировым инновационным бенчмарком, но, если взглянуть на их государственный проект единой государственной электронной системы – это один из самых успешных из реализованных в мире. Проект стал успешным благодаря особой инфраструктуре: вместо единственной центральной системы, была создана децентрализованная открытая система, которая соединяет между собой различные сервисы и базы данных. Благодаря такой структуре системы, встраивание в нее новых сервисов и приложений стало крайне простым, а перевод их на основу блокчейн проходит с меньшими издержками и трениями, чем при централизованной работе государства.

Ключевые результаты всей системы были следующими: в 2016: 94% граждан имеют электронное удостоверение, позволяющее пользоваться системой; 2% ВВП страны сэкономлено на безбумажной работе государства; 4000+ сервисов предоставляются электронно; Эстония – страна №1 в мире по собираемости налогов и по Индексу Электронной Экономики.

Здравоохранение

Несмотря на то, что электронные медицинские карты, онлайн-доступ к данным пациента и их изменение могут быть реализованы без использования блокчейн, проблема достоверности и надежности данных остается нерешённой. При использовании блокчейн-технологии несанкционированное изменение/ доступ/ использование данных граждан становится невозможным, так как любая информация о подобных действиях записывается в системе.

В Голландии в 2016 году компания Prescrypt в сотрудничестве с SNS Bank NV и Deloitte разработала блокчейн-приложение, которое делает более легкими и доступными услуги для хронически больных пациентов. Концепция использует Idin-сервис онлайн-аутентификации, предоставляемый банками, в качестве средства для подключения к блокчейну. Idin обеспечивает такую же безопасность и удобство, как интернет-банкинг.

В Эстонии в первой половине 2016 года государство договорилось с компанией Guardtime о переводе данных электронных медицинских карт более чем 1 млн. граждан страны на блокчейн-основу. Одновременно проходит интеграция блокчейна в «Электронную Эстонию». Вслед за этим планируется перевод некоторых других систем государства на схожие инфраструкрурные блокчейн-решения компании.

В США стартап BitHealth, работающий плотно с государственными аппаратами над аналогичным проектом, в 2016 году начал использование блокчейн-технологии для того, чтобы дать пациентам дополнительные платежные возможности при работе со своими страховщикам. Хотя это зависит от скорости успеха биткоина на рынке, страховщики, которые предлагают этот метод, будет иметь существенное преимущество перед своими конкурентами.

Ведение земельного кадастра

Интересно, что данное направление внедрения блокчейн популярно как в развитых, так и в развивающихся странах. В развивающихся странах право собственности на землю до сих пор плохо документировано, в результате чего собственники не могут ее продавать, брать кредиты под залог и проводить с землей другие операции. Люди страдают от злоупотреблений сотрудников соответствующих ведомств.

Развитые же страны совершенствуют операционные процессы, уменьшая в разы время совершения сделки, которое часто занимает несколько месяцев, снижают риск мошенничества и ошибок в документах и транзакциях (переход прав, например), делая процесс и систему надежнее. Это приводит к повышению привлекательности страны для ведения бизнеса и инвестиций. В России же при внедрении системы блокчейн мы видим добавочный потенциал в увеличении налогооблагаемой базы по земельному налогу.

В Швеции в начале 2016 года Национальная земельная служба, заявила об успешной работе с блокчейн стартапом ChromaWay, консалтинговой фирмой Kairos Future и поставщиком услуг телефонной связи Telia. Было разработано решение для покупателей и продавцов, и результаты их работы были протестированы с участием сторонних банков. В процессе участвовали пять сторон: покупатель, продавец, агент недвижимости, банк и государственная служба кадастровой̆ регистрации.

В Грузии в середине 2016 года Компания BitFury, Национальное агентство публичного реестра Грузии, а также экономист Эрнандо де Сото объявили о начале пилотного проекта по кадастровому учету на базе блокчейна. В начале 2017 года уже началась его практическая реализация. Данный эксперимент — первый опыт Bitfury за пределами сферы майнинга и разработки устройств для майнинга, в котором она успешно зарекомендовала себя, начиная с 2010.

В Гане в начале 2016 года проект Bitland, основанный̆ на платформе Graphene, получил официальное разрешение правительства Ганы для составления земельного кадастра на основе блокчейна Bitshares и выпустил CADASTRAL – базовые токены. С их помощью можно будет регистрировать права на землю, решать спорные вопросы землевладения, продавать и покупать землю. Это пилотный̆ проект, но Bitland планирует распространить его на другие африканские страны. Первыми в списке стоят Нигерия и Кения. На Кению возлагаются особые надежды, в силу более высокой̆ образованности населения и распространенности интернета.

В Гондурасе в 2016 году правительство в сотрудничестве с компанией Factom приняло решение использовать распределенный реестр для регистрации прав на землю, чтобы бороться с мошенничеством. Данная инициатива учитывает особо острые исторические проблемы с правами на землю в странах Латинской Америки. Из-за высокого уровня коррупции и неумелого руководства со стороны правительства в Гондурасе уже несколько десятков лет существует конфликт, связанный с проблемой прав собственности.

Государственный документооборот, регистрация компаний, голосование

Данные направления наиболее плотно связаны с обменом информацией между государственными ведомствами, и, таким образом, существующие проекты направлены на то, чтобы снизить издержки, связанные с обменом информацией и объединением в единую систему хранения информации.

В ОАЭ в 2016 году наследный принц утвердил государственную стратегию по полному переводу государственного документооборота на блокчейн-протокол к 2020 году. Конечная цель правительства — запуск блокчейн-платформы в других городах по всему миру, установить единый стандарт для «умных городов».

В штате Делавер в США в 2017 году презентовали инициативу по автоматизации юридической и операционной деятельности компаний, которые действуют в этой, одной из самых привлекательных, юрисдикции. Инициатива реализуется в партнерстве со стартапом Symbiont и технологической компанией Pillsbury Winthrop Shaw Pittman LLP. Создаваемая система переводит в цифровую среду процесс регистрации компаний, отслеживание движения акций и управление коммуникацией держателей акций.

В Эстонии в 2017 году по итогам почти полуторагодовой работы между правительством Эстонии и биржей Nasdaq над технологии блокчейн-системы голосования для акционеров компаний было объявлено, что эксперимент оказался успешным и будет продолжена более глубокая работа над расширением ее использования. Запуску системы голосования e-voting в Эстонии предшествовал релиз блокчейн-платформы Linq для рынка частного капитала. Первая сделка тогда была проведена с акциями компании Chain.

Перспективы в России

Для России весь потенциал использования технологии в государственном управлении только открывается. Так, в марте 2017 года премьер-министр России Дмитрий Медведев поручил Минкомсвязи и Минэкономразвития рассмотреть потенциал применения блокчейна для избавления от бюрократизации, что станет отдельной частью программы «Цифровая экономика», которая войдет в комплексный план действий правительства в 2017–2025 годах.

Потенциал технологии осознан на уровне первых лиц государства и озвучен публично — хочется верить, что получаемые всё чаще «сигналы» такого рода приблизят практические результаты и в системе госуправления (выше я отметил, что сейчас система централизована, а значит, прислушивается к инициативам сверху). Для получения успешных результатов, конкретные ведомства – потенциальные пользователи технологии блокчейн — должны быть более открыты к экспериментам. По опыту упомянутых выше стран и близких к блокчейну индустрий видно, что существуют подходы, при которых эти эксперименты не несут риска.

С другой стороны, мы с коллегами традиционно наблюдаем в российском рынке всё больше ярких технологических, молодых умов. Сфера блокчейн привлекает активных и талантливых — ребята приходят к нам с мотивацией очень высокого уровня — менять мир к лучшему и создавать новую реальность (прошу прощения за пафос). В индустрии блокчейн всё ещё сохраняется романтизм, конструктивная революционность и пассионарность. Для иллюстрации — в октябре 2016 года мы провели блокчейн-хакатон. Получили 500 заявок и 300 живых участников из 5 стран мира. Люди двое суток без сна разрабатывали блокчейн- решения с горящими глазами. Эта созидательная энергия не должна пропасть зря.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ. Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 25 апреля 2017 > № 2153460 Максим Авдеев


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 24 апреля 2017 > № 2152020 Алексей Голубович

По следам миллиардеров. Какие акции покупать после публикации списка Forbes

Алексей Голубович

Forbes Contributor, управляющий директор Arbat Capital

Стоит ли инвестировать в компании, управляемые лидерами рейтинга? На какие характеристики компаний и их владельцев ориентироваться, выбирая активы для инвестиций?

Рейтинги самых богатых людей страны и мира доставляют все больше неудобств их участникам. Крупные собственники вызывают неприязнь и в сильно полевевших развитых странах, и в бедных развивающихся. У политиков и налоговиков рейтинги вызывают желание заставить рекордсменов делиться, повысить им налоги и даже отобрать бизнес. Часто рейтинги политизируют, упуская из виду анализ причин роста или снижения состояний. Ведь капитал инвестора может расти на созданном Центробанком пузыре или на сырьевом буме, на освоении бюджетных расходов или на спекулятивном carry trade (разнице ставок между странами).

В 2016 году экономика большинства стран росла медленно, но низкие ставки способствовали росту фондовых рынков. Процентная и дивидендная доходность инвестиций была невысокой. Рост вложений самых консервативных инвесторов был близок к нулю. Фактически не осталось стран, где выросли цены на недвижимость и арендные доходы. Ряд отраслей продолжал испытывать спад спроса и прибылей. Поэтому в развитых странах прирост состояний происходил на фондовых рынках, то есть благодаря действиям ФРС США и ЕЦБ.

В каких отраслях рос бизнес в США? Нетрудно заметить, что в абсолютном выражении за год больше обогатились те, кто занимал высшие позиции в рейтингах ранее и имел основные активы в публичных компаниях с растущей капитализацией. Большинство — американцы из IТ-индустрии и интернет-бизнеса, в их числе Билл Гейтс (рост акций Microsoft в 2016 году — 12%), Джефф Безос (Amazon — 11%), Марк Цукерберг (Facebook — 10%). Даже при незначительном росте акций компаний с капитализацией в сотни миллиардов их основные акционеры получили рост состояний в миллиардах. Среди таких — Ларри Эллисон (рост Oracle — 5%), Ларри Пейдж и Сергей Брин (Google — 2%). Вне США в этом же сегменте больше всего выросли состояния у тех, кто удачно скопировал американскую модель, как, например, Джек Ма (рост Alibaba составил 8%). Второй номер в списке Forbes Уоррен Баффет — единственный, кто существенно увеличил состояние за счет профессионального управления диверсифицированным портфелем (рост на 23% за год).

Намного меньше в США заработали инвесторы в фармацевтику и биотех (падение капитализации компаний этих секторов в среднем — 4% и 22% соответственно), здравоохранение (минус 4,7%). Пострадали миллиардеры из сектора розничной торговли (минус 2,7%). У последних рабочие места, доходы и капитализацию отнимает Amazon. Не заработали на капитализации крупные инвесторы в секторе недвижимости, так как рост цен на жилую недвижимость в США прекратился, а коммерческая уже снижается. Интересно также, что металлургическая и горнодобывающая промышленность (особенно железная руда, медь, уголь), пережившие в конце 2015 — начале 2016 года глубокое падение прибылей, во II полугодии 2016 года увеличили капитализации в два раза и более. Но в абсолютных величинах это не сильно отразилось на участниках-американцах, а стоимость большинства компаний в этих отраслях остается ниже, чем до кризиса 2008–2009 годов. Энергетические компании США выросли в 2016 году более чем на 23%. Но ситуация остается непростой как в сланцевом секторе (долги, высокая стоимость добычи), так и среди крупных ВИНК, где растут капиталовложения при невысоких ценах энергоносителей.

В России прирост капитала участников рейтингов имеет традиционно иную, чем в США и большинстве стран, отраслевую структуру. Нефть — источник богатства не только государства, но и ряда граждан. Акции «Лукойла» выросли на 70%, а «Роснефть» удвоилась. «Сургутнефтегаз» по обыкновенным акциям в нуле, а по привилегированным даже подешевел. Наиболее ощутимо выросли акции компаний в металлургии: у «Северстали» Алексея Мордашова F 2 — на 82% , у «Евраза» — на 203%, у НЛМК Владимира Лисина F 3 — на 119% и на 33% — у «Норильского никеля» Владимира Потанина F 8. При этом сам российский фондовый рынок вырос в долларовом выражении на 52%. Хороший рост показал Сбербанк, который почти удвоился, а банк Олега Тинькова F 79 почти утроился. Но этим все достижения в банковской капитализации и ограничиваются, особенно если судить по количеству закрытых и разорившихся банков. В сфере телекоммуникаций и интернета, где преобладают компании с частными контролирующими акционерами, рост показал только «Яндекс» F 120 (на 90%). «Мегафон» F 7, Mail.Ru F 179, а также «Вымпелком» — в конце списка по росту капитализации. Примерно такая же картина в розничной торговле — капитализация «Магнита» F 3 за год не увеличилась.

Смотреть рейтинг 200 богатейших бизнесменов России — 2017

Стоит ли инвестировать в компании, управляемые рекордсменами? Конечно, нет явной взаимосвязи между ростом богатства одних и падением других в прошлом году и тем, что будет дальше. Но все же стоит избегать бумаг, которые выросли или выжили за счет низких процентных ставок. В первую очередь это телекоммуникационные и сырьевые компании во всех странах мира, китайские девелоперы, лидеры рынка интернет-услуг, не приносящих текущей прибыли. Нужно искать будущие истории роста в производственном секторе, в том числе в США, среди тех, у кого наилучшие шансы роста прибыли в случае успеха налоговой реформы Дональда Трампа. И там, где существует ориентация на внутренний рынок США, возможно, это средний бизнес. Глобальному американскому бизнесу не так важен внутренний рынок США, как рост за границей, где налоги ниже, а продажи при слабом долларе лучше. Ряд крупных технологических компаний США, например Apple, боится реформ Трампа из-за перераспределения налоговой нагрузки не в их пользу. Они считают, что протекционизм, выгодный для многих американских компаний, ударит по тем, кто имеет максимальные доли на европейских и азиатских рынках. Google, Facebook вряд ли первыми подешевеют, в их пользу — долгосрочные тренды, низкий долг, перспектива роста дивидендов или buyback на репатриации прибылей. Но те, кто много производит и закупает в Азии, потеряют.

Финансовый сектор США будет дорожать на росте ставок ФРС, но если случится рецессия, то крупные банки снова накроет волна роста доли плохих активов. А в других странах — от еврозоны до России — эта проблема уже дает о себе знать. Рост благосостояния будет заметен в частном бизнесе, который постарается активно выходить на биржу в этом году (как это сделал недавно Snapchat и пытается сделать Uber). Поэтому число миллиардеров увеличится. Но с ними точно не надо идти вместе и долго — лучше продавать эти акции после IPO. В России в этом смысле посоветовать нечего. Разместить новые акции могут успеть только отдельные госкорпорации. Поэтому если инвестировать в российские акции вместе с лидерами рейтинга, то стоит ориентироваться на тех, кто лучше всех управляет бизнесом, как «Новатэк», или недооценен по временным неэкономическим причинам, как «Норильский никель».

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 24 апреля 2017 > № 2152020 Алексей Голубович


Китай. США. Россия. Весь мир > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 24 апреля 2017 > № 2152011 Павел Матвеев

Зачем китайский гигант выходит на международный рынок денежных переводов?

Павел Матвеев

сооснователь Wirex

В перспективе MoneyGram под руководством Ant Financial сможет составить прямую конкуренцию Western Union, который многие годы занимал практически монопольное положение на рынке денежных переводов наравне с почтой

Рынок электронных денежных переводов и платежей продолжает активно расти. Если еще пятнадцать лет назад чуть ли не единственным игроком на международном рынке был PayPal, то теперь количество популярных сервисов значительно расширилось.

Показательной в этой области стала недавняя покупка сервиса денежных переводов MoneyGram «дочкой» Alibaba, китайской компанией Ant Financial, за $1,2 млрд. При этом китайцы были не единственными претендентами на покупку: ранее с таким же предложением к MoneyGram пришли из компании Euronet, что вызвало удорожание акций сервиса переводов с $13 до $18 за бумагу. Это привело к увеличению стоимости сделки с изначально предлагаемых Euronet $880 млн до $1 млрд. Однако предложение Euronet было перекрыто Ant Financial, которая предложила владельцам MoneyGram $1,2 млрд за их сервис.

Зачем это Ant Financial?

Для понимания происходящего стоит отдельно рассказать о покупателе MoneyGram. Компания Ant Financial — дочка интернет-гиганта Alibaba, который в последние годы вырвался за пределы китайского интернет-пространства и сейчас наращивает свое присутствие на других рынках мира. Компании уже принадлежит другой сервис оплаты и денежных переводов AliPay, который аффилирован с основным бизнесом Alibaba — интернет-магазином AliExpress. Кроме того, она вышла на корейский и индийский рынки, инвестировав в южнокорейский сервис Kakao Pay и индийский PayTM.

По словам самих представителей Ant Financial, MoneyGram был куплен ради наращивания присутствия Alibaba в сфере денежных переводов. Основной сервис компании — AliPay — уже стал доминирующим на китайском рынке. Покупка же MoneyGram не только открывает для китайцев путь на другие рынки, но и дает значительную клиентскую базу, с плеч которой стартует экспансия Ant Financial.

При этом руководство Ant Financial планирует увеличить команду MoneyGram в США. Подобная тактика значительно увеличит расходы. По официальной статистике, рабочая сила в США одна из самых дорогих в мире, но именно намерение физически закрепиться на территории Штатов дает возможность «дочке» китайского гиганта получить одобрение на завершение сделки от антимонопольных органов: ведение дел на территории США укладывается в концепцию президента Трампа о создании рабочих мест.

Но кроме желания расширения собственного бизнеса у Ant Financial есть и другой интерес в покупке MoneyGram. В 2014 году компания стала вести самостоятельную деятельность по управлению платежным сервисом AliPay. При этом Ant Financial все еще не публичная компания — выход на IPO планируется только в конце этого года. Стоимость же текущих активов «дочки» Alibaba оценивается в $75 млрд (по данным на сентябрь 2016), а приобретение активно развивающегося MoneyGram только утяжелит портфель Ant Financial, делая компанию еще более привлекательной для инвесторов за счет диверсификации рынков и выхода за пределы Азиатско-Тихоокеанского региона.

В то же время китайцы не вступают в прямое противостояние с такими гигантами, как Western Union или PayPal на их «поле». MoneyGram ориентирован на работу с наличностью на быстроразвивающихся финансовых рынках Индии, Пакистана, Филиппин, Таиланда, Бразилии, Мексики и некоторых европейских государств. В этих странах, в отличие от государств первого мира, наличность более актуальна, а электронные платежи и переводы все еще находятся в стадии активного развития и принятия населением на фоне увеличения доли интернет-торговли. Всего MoneyGram работает в 200 странах по всему миру и имеет 350 000 пунктов выдачи средств. Достигается подобное покрытие за счет работы с местными банками, которые, как и в случае с Western Union, выступают посредниками в вопросе приема и выдачи наличных держателям счетов MoneyGram.

Власть «бумаги«

Почему в век информационных технологий и оплаты кредитной или дебетной картой Visa или Mastercard сервис денежных переводов — перспективный бизнес? Для развивающихся государств наличные расчеты — это все еще доминирующий способ оплаты товаров и услуг. Например, по данным за 2015 год в России 60% совершеннолетних жителей имело хотя бы одну пластиковую карту, которую они активно использовали для оплаты коммунальных услуг, пополнения баланса мобильной связи и прочих платежей. Однако самой популярной операцией, по статистике на 2016 год, остается снятие наличных — более 80% активности приходится именно на этот вид услуг. В развивающихся странах, таких как Индия, популярность кеша еще выше.

При этом Ant Financial не придется серьезно демпинговать рынок себе в убыток. По статистике Всемирного банка, перевод наличных средств — это дорогое удовольствие. Если для России средняя комиссия на перевод кеша за рубеж составляет 1,53%, то в случае с другими странами G20 эта цифра вырастает минимум в несколько раз: с 5,05% в Саудовской Аравии и до 16,59% в ЮАР. Также весьма высоки и комиссионные за получение денег в этих странах: от 4,75% в Мексике до 9,72% в Китае.

Казалось бы, при подобных ставках данный рынок уже давно должен быть занят банковскими структурами, которые могли были пресечь рост сервисов денежных переводов на корню. Однако банки, как архаичные структуры, стали заложниками собственных правил взаимодействия и взимают комиссию значительно более высокую, чем узкоспециализированные структуры. Вполне вероятно, связан подобный подход с тем, что операции по переводу средств физических лиц между государствами и, соответственно, банками различных юрисдикций для данных финансовых институтов — занятие не профильное, а побочное. Также подобные схемы увеличивают количество посредников, каждый из которых снимет свою операционную комиссию. Громоздкость схемы межбанковского взаимодействия и привела к тому, что в сегодняшнем глобальном мире сервисы по переводу наличных чувствуют себя более чем комфортно. Ведь в данном случае число условных посредников сокращается до трех: банк отправителя, сам сервис и банк получателя.

Конкуренция полезна для всех

Если Ant Financial поддержит нынешнюю политику MoneyGram и продолжит экспансию на развивающихся рынках, то это пойдет на пользу всей индустрии: повышение конкуренции в любом секторе приводит к появлению новых видов услуг, снижению цен и повышению качества сервиса. Конечно, избежав лобового столкновения с PayPal и Western Union на родном для них рынке, MoneyGram при помощи китайских гигантов сможет попробовать пошатнуть позиции американских сервисов в развивающихся странах. Если китайцы смогут предоставить более выгодные условия, это потребует PayPal и Western Union пересмотра размера платежей за их услуги. В первую очередь это касается многочисленных комиссий и конвертаций в другие валюты, которыми грешит PayPal.

В перспективе MoneyGram под руководством Ant Financial сможет составить прямую конкуренцию Western Union, который многие годы занимал практически монопольное положение на рынке денежных переводов наравне с почтой.

Китай. США. Россия. Весь мир > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 24 апреля 2017 > № 2152011 Павел Матвеев


Казахстан > Финансы, банки. Образование, наука > kursiv.kz, 24 апреля 2017 > № 2151776 Айгуль Ибраева

Какой банк предоставляет наиболее выгодные условия образовательного вклада?

Айгуль ИБРАЕВА

Качественное высшее образование – условие будущей успешной жизни ребенка, которое могут обеспечить родители. Каждый родитель планирует будущее своего чада, используя все доступные ресурсы, но не всегда таковые могут быть в наличии здесь и сейчас. Kursiv Research рассмотрел образовательный вклад, разработанный в рамках программы государственной образовательной накопительной системы и сравнил условия банков второго уровня, предоставляющих данный продукт.

Дети – основа будущего нашей страны. Выбор качественного образования обеспечивает молодому поколению верную дорогу к высоким достижениям. Вовремя задуматься о том, как дать ребенку возможность получить достойное образование – долг каждого родителя. Подготовить сбережения для оплаты обучения действительно необходимо заранее, чему способствует и государство наряду с отечественными банками.

В рамках государственной программы развития образования Республики Казахстан на 2011-2020 годы, инициированной президентом страны Н.А. Назарбаевым, 14 января 2013 года, был подписан Закон Республики Казахстан «О Государственной образовательной накопительной системе», согласно которому любой гражданин РК имеет право открыть на свое имя, либо на имя ребенка образовательный накопительный вклад, который в будущем можно использовать на оплату профессионально-технического и высшего образования.

Программа предоставляет возможность планомерно накапливать денежные средства для оплаты в будущем обучения своих детей в казахстанских и зарубежных учебных заведениях.

Особенностью образовательного накопительного депозита является то, что кроме вознаграждения банка на образовательный вклад начисляется также государственная премия. Это, в свою очередь, и является главным отличием данного вклада от других видов депозита.

Вкладчики из уязвимых слоев населения входят в приоритетную категорию и претендуют на государственную премию в 7%. В частности, это дети-сироты, дети-инвалиды, дети из малообеспеченных семей и дети из многодетных семей. Остальные вкладчики могут рассчитывать на премию в размере 5%, которая начисляется на всю накопленную сумму в конце каждого года. То есть с учетом государственной премии, образовательный вклад является самым прибыльным депозитом, существующим на сегодня в Казахстане.

По словам представителя официального оператора программы АО "Финансовый центр" Гаухар Жарылгасовой в Законе Республики Казахстан «О Государственной образовательной накопительной системе» указана возможность оформления вкладчиком образовательного кредита под 100% гарантию АО «Финансовый центр» в случае накопления 50% от суммы, необходимой на весь период обучения.

В год запуска программы в 2013 году было открыто всего 700 вкладов. На сегодняшний момент, по словам сотрудника АО "Финансовый центр", зарегистрировано более 17 000 образовательных накопительных вкладов. Общая сумма накоплений на сегодня составляет более 11,5 млрд тенге. Причем, 277 человек уже используют вклад по назначению и обучаются в различных вузах и колледжах РК.

Изначально депозит можно было открыть в четырех банках — АО «Темірбанк», АО «БТА Банк», АО «Народный банк Казахстана» и АО «Цеснабанк». Однако в силу некоторых изменений в структуре банковского сектора страны сегодня образовательный вклад из пяти участников фактически предоставляют три банка: это Народный банк и Цеснабанк и Нурбанк.

На днях депутаты Мажилиса обсуждали проект закона «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты РК по вопросам государственной образовательной накопительной системы», согласно которой предусматривается увеличить число банков участников государственной образовательной накопительной системы путем отмены требований по наличию филиалов в областных центрах и Астане и Алматы.

«К концу 2013 года между АО «Нурбанк» и АО «ФинансовыЙ центр» было заключено соглашение о сотрудничестве в сфере государственной образовательной накопительной системы, - рассказывает председатель правления Нурбанка Эльдар Сарсенов, - после заключения соглашения велась работа по внедрению системы в банке, то есть технической стороны всего процесса. Стояла задача объединения в единую информационную систему базы данных и государственного органа. В итоге, в июле 2015 года в АО "Нурбанк" был зарегистрирован первый образовательный вклад».

Как показала практика, данный вид депозита стал очень востребованным финансовым инструментом среди населения, рассчитанным на перспективу, отметил, господин Сарсенов. Количество вкладчиков, открывших образовательные депозиты в нашем банке, стремительно растет. «Для сравнения, в 2015 году количество вкладчиков по образовательному вкладу в Нурбанке составляло около 50 человек, тогда как на сегодня их количество возросло до 800 вкладчиков», - отметил он.

Образовательный накопительный вклад «Цесна-Болашақ» от Цеснабанка пользуется спросом у той категории клиентов, которые осмысленно и целенаправленно хотят начать копить деньги на образование детей уже сейчас. По состоянию на 1 апреля 2017 года в Цеснабанке открыто порядка четырех тысяч образовательных вкладов.

Условия по вкладам по данной программе во всех банках примерно одинаковые. По данному виду вклада не предусмотрена возможность частичного изъятия, за исключением случаев целевого изъятия денег в пользу организации образования. При этом вклад не обналичивается клиентом, а сразу направляется на расчетный счет учебного заведения.

При досрочном расторжении вклада или использования вклада не по целевому назначению премия от государства изымается. Здесь в условиях банка есть некоторые различия по начислению вознаграждения. Например, в Нурбанке и Цеснабанке в случае досрочного расторжения вкладчик получает свои накопления с капитализированным вознаграждением, в Народном банке начисление вознаграждения производится без капитализации.

Но при этом, стоить отметить, что в случае получения вкладчиком образовательного гранта государственная премия сохраняется, и вкладчик имеет право распоряжаться накопленной суммой по своему усмотрению, в том числе обналичить вклад, переоформить его в пользу третьих лиц, что может стать дополнительным стимулом для старшеклассника.

Клиент может сам устанавливать периодичность и сумму пополнения вклада. Исключение – требование Народного банка вносить сумму не менее 10 000 тенге, но, так же как и в других банках-участниках, в любой удобный для вкладчика период. Минимальный взнос в Нурбанке и Цеснабанке составит 3 МРП или 6 807 тенге, в Народном банке вклад можно открыть от 15 тыс. тенге. Данный вклад является объектом гарантирования депозитов физических лиц в сумме до 10 млн тенге.

Единственным существенным отличием, при выборе банка второго уровня для открытия образовательного вклада, является процентная ставка вознаграждения.

На текущий момент АО «Нурбанк» предоставляет своим клиентам по данному виду вклада 13,2% годовых номинальной и до 14% эффективной ставки вознаграждения, что является максимально допустимым по требованию КФГД уровнем. Ставка вознаграждения у Цеснабанка – 12,7% годовых (13,5% ГЭСВ), у Народного банка – 12,5% годовых (13,4% ГЭСВ). Во всех трех банках предусмотрена ежемесячная капитализация вознаграждения.

«Мы уделяем особое значение нашим вкладчикам, и данный вид продукта является приоритетным среди депозитных продуктов. В связи с этим, мы предлагаем гражданам, желающим открыть депозит, более выгодные условия среди банков участников программы государственной образовательной накопительной системы», - подчеркнул Эльдар Сарсенов.

Чтобы оценить доходность инструмента наглядно приведем пример. Условно, возьмем вклад на срок 5 лет на сумму 100 тыс. тенге без дополнительных пополнений. Накопленная сумма за год включает вознаграждение банка, по номинальной ставке с ежемесячным вознаграждением и премию государства, в следующем году проценты будут начисляться уже на эту сумму (табл. 1).

Таблица 1. Пример расчета открытия образовательного депозита в банках: Нурбанк, Цеснабанк, Народный банк Казахстана

Согласно расчетам, первоначальная сумма вклада за 5 лет с учетом государственной премии увеличится более чем в два раза. Причем фактическая доходность за год в среднем у Нурбанка будет 22,4%, у Цеснабанка 21,7% и у Народного банка 21,4%.

Из таблицы 1 видно, что выгоднее всего открыть такой депозит в Нурбанке.

Ограничение ответственности

Kursiv Research обращает внимание на то, что приведенный выше материал носит исключительно информационный характер и не является предложением или рекомендацией совершать какие-либо сделки с ценными бумагами и иными активами указанных организаций.

Казахстан > Финансы, банки. Образование, наука > kursiv.kz, 24 апреля 2017 > № 2151776 Айгуль Ибраева


Россия > Приватизация, инвестиции. Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > carnegie.ru, 24 апреля 2017 > № 2151577 Андрей Мовчан

Почему господдержка вредит бизнесу

Андрей Мовчан

Мы много слышим о различных программах господдержки бизнеса. Государство уверяет, что помогает и малому бизнесу, и избранным крупным компаниям, и отдельным отраслям, и в целом, например экспортерам. Но помощь в основном состоит в адресном предоставлении денежных средств. Парадокс в том, что государство, испытывающее сегодня потребность в деньгах, предлагает бизнесу, у которого избыток денег, финансовую поддержку.

Эффективный бизнес, будь в России сегодня благоприятные нефинансовые условия, легко нашел бы деньги и без государства — у банков, инвесторов, иностранцев. Банкиры сегодня говорят, что деньги у них есть, но их некому дать — не потому, что у нас нет хороших предприятий, а потому, что они поставлены в условия, когда они не могут отвечать за результат своей деятельности. А неэффективный бизнес, сегодня активно питающийся госпрограммами, стране не нужен в любом случае.

Суть программ поддержки могла бы состоять в создании условий, при которых частный сектор свои деньги будет использовать. Нужно снижать риски ведения бизнеса — за счет улучшения законодательства и системы правоприменения, открытия России для мировых рынков. Но снижение рисков не должно разрушать рыночные механизмы. Та же система страхования вкладов сегодня в России играет крайне опасную роль из–за попытки "отменить" рыночный механизм оценки вкладчиками рисков вложения в банки.

В результате банки, ведущие слишком рискованные операции или просто уводящие активы в пользу своих владельцев, не встречаются с оттоком вкладов — наоборот, привлеченные высокими процентами и чувствующие защиту Агентства по страхованию вкладов, люди несут деньги в те банки, которые готовы платить больше. В конечном итоге банки–мошенники и банки, ведущие рискованную политику, зарабатывают (и воруют) за счет средств других банков и государства, себестоимость операций "порядочных банков" растет, так как им приходится не только платить взносы в АСВ, но и конкурировать ставками с будущими банкротами — все это существенно снижает качество банковской системы.

Ситуация в банковской сфере усложняется и многолетней традицией прятать убытки и недостатки баланса — система надзора ЦБ с удовольствием проходит мимо проблем банков, если они минимально спрятаны. Большое количество кредитов в портфелях банков сегодня объективно являются невозвратными; для хотя бы частичного восстановления качества балансов банкам надо было бы распродать залоги по таким кредитам, однако признание кредитов "плохими" приведет к репрессивным мерам со стороны ЦБ, и банки "тащат" кредиты, финансируя безнадежных заемщиков еще и под выплату процентов, а объекты залога, которые зачастую уже и сам заемщик не эксплуатирует, постепенно теряют стоимость.

Так что, возможно, в обозримом будущем нас ждет не только сокращение числа российских банков до 100–200, но и масштабный банковский кризис, который государству предстоит заливать деньгами: совокупный капитал банков оценивается в 9 трлн рублей, и, возможно, на спасение банков придется отдать 4–5 трлн — это почти два годовых дефицита нашего федерального бюджета.

Деловой Петербург

Россия > Приватизация, инвестиции. Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > carnegie.ru, 24 апреля 2017 > № 2151577 Андрей Мовчан


Россия > Финансы, банки > premier.gov.ru, 20 апреля 2017 > № 2160831 Дмитрий Медведев, Антон Силуанов

Расширенная коллегия Министерства финансов.

Об итогах работы министерства за 2016 год и задачах на предстоящий период.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Мы собрались для того, чтобы подвести итоги работы министерства за 2016 год, сформулировать основные цели и задачи на предстоящий период. Мы Минфин ценим и любим. Очень многое я уже сказал вчера, когда Правительство отчитывалось в Государственной Думе. Подробно обсудили вопросы, которые интересовали и депутатов, и их избирателей. Получили отклик и на некоторые наши инициативы. Услышали идеи, которые могут быть реализованы в будущем.

Очевидно, такой диалог полезен, позволяет ещё раз оглянуться назад, проанализировать пройденный за год путь.

А сегодня мы поговорим по темам, которые относятся непосредственно к компетенции Минфина, хотя значительная часть вчерашних вопросов, конечно, тоже так или иначе касалась Министерства финансов.

Прошлый год был тоже сложным, был годом экономии ресурсов. Вызовы, с которыми мы столкнулись ранее, никуда не исчезли. Действительно, сохраняются и санкции, и финансовые ограничения. Рыночная конъюнктура остаётся весьма неблагоприятной. Начинали год с очередного очень драматического падения цен до уровней, которые последний раз были 12 лет назад. И хотя основные вызовы не связаны с нефтяной конъюнктурой, это, скажем так, вызовы долгосрочные. Но если говорить о краткосрочных и среднесрочных вызовах, что скрывать, от нефтяной конъюнктуры у нас пока очень многое зависит.

Для решения стоящих перед нами задач потребовалось принять целый ряд жёстких решений. Во-первых, вновь пришлось выстраивать весьма жёсткий баланс между доходами и необходимостью двигать страну вперёд, развивать её. Впрочем, в этот раз это было несколько легче. Мы наработали неплохой опыт антикризисной деятельности. Не только отвечали на вызовы, которые существуют, но и реализовали ряд возможностей, которые мы ранее и сами создавали, в том числе возможности, которые появились как реакция на всякого рода ограничения.

Спад в экономике удалось остановить. Считаю, что это действительно главная победа по итогам 2016 года. Рецессия, которая была неизбежна, всё-таки была неглубокой, непродолжительной и отнюдь не разрушительной, как это иногда предсказывали. Усилилась конкурентоспособность экономики, наметилось в целом оздоровление структуры экономики и, как мы уже неоднократно с вами констатировали, в IV квартале прошлого года началось восстановление экономического роста.

Второе, что я хотел бы отметить: мы совершили манёвр в планировании – временно вернулись к горизонту в один год. Оперативно подготовили новый план действий в экономике, заложили в него не только неотложные мероприятия, но и старались действовать на усиление экономики – и в части улучшения инвестиционного климата, и развития малого и среднего бизнеса, и снижения административного давления на предпринимателей. Минфин в этом принимал самое активное участие, выстраивал эффективный антикризисный менеджмент, последовательно отстаивал стабильность бюджетной системы, настаивал очень строго и действительно жёстко на бережном отношении к ресурсам. По многим пунктам этого антикризисного плана ответственным исполнителем был Минфин, и министерство показало себя в очередной раз эффективным и высокопрофессиональным коллективом. В итоге, начав год с весьма неблагоприятных условий, мы закончили его с крепким платёжным балансом, стабильной бюджетной системой и с беспрецедентно низкой для нашей страны инфляцией.

Адаптация бюджета была достаточно плавной, позволила смягчить болезненный переход для наиболее пострадавших секторов экономики. Появились и первые признаки восстановления инвестиций. Эффективность действий была признана международным экспертным сообществом. Я вчера, выступая в Государственной Думе, специально эти рейтинги перечислял, чтобы и коллеги-депутаты услышали то, как оценивают наши действия: рейтинговые агентства отмечали улучшения условий и самой экономики, и делового климата.

Третье. Надеюсь, наша политика была предсказуема и понятна, способствовала устранению имеющихся дисбалансов и препятствий для развития страны. Мы вернулись к трёхлетнему планированию бюджета на следующий цикл, и, конечно, это повысило прогнозируемость условий ведения бизнеса, улучшило инвестиционные условия. Да и наша долгосрочная стратегия на снижение нефтяной зависимости экономики также была продолжена, мы предусмотрели снижение балансирующей цены нефти до 45 долларов за баррель по итогам 2019 года. Резервы тратились гораздо медленнее вопреки тем прогнозам, которые звучали.

Принципиальной позицией (это четвёртое, что я хотел бы отметить) было сохранение стабильных налоговых условий. Пополнение бюджета происходило не за счёт повышения ставок – у нас, по сути, сохраняется фактический мораторий на это, – а за счёт оптимизации расходов и улучшения собираемости. Главным критерием стало повышение справедливости. Мы стремились снизить нагрузку на добросовестный бизнес, помочь ему уменьшить издержки – при повышении нагрузки и рисков для так называемых серых практик. Вводились различные механизмы и технологии прослеживаемости операций налогоплательщиков. Например, это привело к увеличению легального оборота товаров из меха в несколько раз.

Кстати, на днях я утвердил перечень непродовольственных товаров, при продаже которых на рынках, ярмарках, в выставочных комплексах, то есть вне пределов действия розничных сетей, продавцы обязаны будут применять контрольно-кассовую технику. Это позволит не только усилить контроль за своевременной и полной уплатой налогов, но и защитить права людей, потому что у покупателя будет законный документ, который позволит отстаивать права в случае покупки на рынке некачественного товара.

Что касается тех, кто работает нормально, мы доработали упрощённый порядок возмещения НДС для самых крупных налогоплательщиков. Расширили возможность применения по всей стране института региональных инвестиционных проектов, который был апробирован на Дальнем Востоке. От федеральных властей инвесторы теперь смогут получить 10-летние льготы по налогу на прибыль, а от региональных – снижение налога на имущество.

И пятый принципиальный момент: в прошлом году велась работа по повышению операционной эффективности использования бюджетных средств. Расширено применение казначейского сопровождения. Прошёл эксперимент по внедрению казначейского аккредитива. Ряд новаций позволил повысить результативность межбюджетных субсидий, хотя там есть ещё чем заниматься, скажем откровенно. В полную силу вступило положение, по которому субсидии возвращаются, если не были достигнуты установленные показатели или не выполняются графики. Ужесточены сроки распределения субсидий (мы сейчас за этим стараемся следить) и период заключения соглашений. Совсем недавно на эту тему с коллегами из Правительства проводил отдельное совещание.

Были разработаны программы оздоровления региональных финансов для 15 регионов, у которых самый высокий уровень долга. Эти и целый ряд других решений позволили ослабить остроту долговой проблемы у регионов, хотя, конечно, эта проблема остаётся, мы её видим, она существенная.

За последние годы тем не менее (вчера об этом говорил и хотел бы ещё раз в этом зале отметить) снизился дефицит региональных бюджетов. В 2016 году это было 12,5 млрд рублей, хотя совсем недавно, в 2015-м, – 171 млрд рублей. Это всё-таки кратное снижение, это не может не радовать. Государственный долг регионов по рыночным заимствованиям сократился за прошлый год более чем на 130 млрд рублей.

Ещё один принципиальный момент, о котором тоже хотел бы сказать. Мы существенно расширили круг полномочий Минфина. Минфин – это теперь, если хотите, суперведомство, за которым закреплено большое количество новых направлений. Что передано Минфину? Под руководство Минфина перешла Федеральная таможенная служба и Росалкогольрегулирование. Ликвидирован Росфиннадзор, его полномочия переданы Федеральному казначейству, таможенной и налоговой службам. В сферу компетенций Министерства финансов перешли полномочия по координации и контролю за сбором социальных взносов (через Федеральную налоговую службу).

Совсем недавно я принял решение о том, что Минфин теперь курирует у нас и государственные закупки. Федеральное казначейство определено федеральным органом исполнительной власти, ответственным за функционирование единой информационной системы в сфере закупок. Сам Минфин получил всю полноту полномочий по выработке политики в области контрактной системы. Надеюсь, что вы с этим справитесь. Рассчитываю, что это решение позволит обеспечить единый подход при выработке госполитики и регулировании в сфере государственных и муниципальных закупок..

Эти решения очевидно позволили улучшить контроль за поступлениями доходов в бюджет, перевести координацию работы в этой сфере в одни руки.

Надеюсь, это позитивно в целом скажется на управлении государственными финансами в стране.

На министерстве лежит большая ответственность за проведение государственной политики в финансовой сфере. Ключевые задачи на текущий год остаются понятными.

Во-первых, это обеспечение устойчивости бюджетной системы. Мы должны умело оперировать нашими ресурсами. Важно способствовать дальнейшему снижению инфляции как основного препятствия для снижения ставок. И конечно, это должно происходить при безусловном исполнении социальных обязательств.

Второе – дальнейшее снижение зависимости экономики и бюджета от цен на нефть. Существуют различные предложения на сей счёт, в том числе и у руководства Министерства финансов. Мы к этому вернёмся.

Третье – это всемерное содействие развитию экономики. Важно не только эффективно и быстро финансировать проекты, но и продолжить правильную настройку налоговой системы, отменять неэффективные льготы, с одной стороны, а с другой, в том числе с учётом сказанного мною вчера, – продумывать введение новых эффективных экономических стимулов, улучшать администрирование, снижать административную нагрузку на бизнес. Эта задача остаётся неизменной.

Четвёртое. Проведение эффективной интеграции всех тех полномочий, которые вы получили, а их большое количество. Ещё идёт донастройка, мы видим некоторые шероховатости, тем не менее нужно сделать всё, чтобы все эти полномочия, которые сконцентрировал Минфин, реализовывались эффективно, включая упомянутые мной только что государственные закупки.

И пятый блок, межбюджетные отношения. Нужно посмотреть, какая поддержка нужна регионам в этом году. В случае необходимости мы будем её оказывать, о чём я также вчера говорил, выступая перед коллегами – депутатами Государственной Думы.

Я обозначил общие задачи, которые стоят перед министерством. Думаю, что все присутствующие, все коллеги их прекрасно осознают. Ещё хотел бы поблагодарить вас за работу, пожелать успехов и передать слово вашему министру.

А.Силуанов: Дмитрий Анатольевич, сначала хотел поблагодарить Вас за высокую оценку работы министерства и за доверие, которое Вы оказываете нам. Я уверен, что мы справимся с теми задачами, которые Вы поставили.

Вчера, Дмитрий Анатольевич, в выступлении в Государственной Думе Вы сказали, что прошедший год стал годом осознанных возможностей, в том числе и в экономике. Ушедший год действительно подтвердил способность нашей экономики как быстро подстраиваться к шокам, так и создавать новые источники роста даже в непростых условиях.

Два года назад мы пережили самый мощный за последние полвека внешний шок, по силе воздействия и продолжительности сопоставимый с падением цен на нефть в 1980-е годы. А справились мы с ним лучше и быстрее, чем с любыми такими кризисными проявлениями, с которыми мы сталкивались.

В чём это проявилось?

Во-первых, в быстром исправлении макроэкономических дисбалансов. Сейчас при низких ценах на нефть у нас крепкий платёжный баланс, минимальная зависимость от внешнего долга, контролируемый уровень дефицита бюджета и низкая инфляция. Это не позволило разрастись кризису: ВВП в этот раз сократился на 3,7%, а в прошлый кризис (2008–2009 годов) – на 10,7%.

Во-вторых, это проявилось в снижении зависимости от цен на нефть. Цена на нефть, балансирующая текущий счёт платёжного баланса, сегодня составляет 35–40 долларов за баррель. Для балансирования бюджета мы в этом году выходим на цену 60 долларов за баррель, а ставим задачу – 40–45. В то время как ещё только три года назад цена нефти, балансирующая бюджет, составляла 100–105 долларов за баррель.

И третье. Результатом наших действий стала более здоровая экономика, структура экономики. Возросла конкурентоспособность экономики. Мы видим, что доля прибыли в ВВП возросла на 3,5 процентных пункта, составив 42,4% ВВП, а прибыль является основным источником для инвестиций, а значит, и для роста экономики.

Как результат, уже со второй половины прошлого года наблюдается улучшение деловых настроений и существенно растёт динамика инвестиций.

Такая реакция экономики – подтверждение правильности принятых решений, среди которых: плавающий курс и инфляционное таргетирование, контроль над бюджетным дефицитом при снижении цен на нефть, а также точечная антикризисная поддержка вместо заливания проблем большими деньгами.

Эксперты и международные финансовые организации отметили эффективность действий властей. И мы видим значительный приток инвестиций в наши активы. Это результат доверия той политике, которая проводится Правительством в последние годы.

Меры бюджетной и денежно-кредитной политики создали фундамент для восстановления экономического роста, что мы и наблюдаем в последние месяцы. Однако без реализации структурных изменений наши темпы роста упрутся в потолок, который составляет, по нашим оценкам, около 1,5% в год. А задача у нас более амбициозная. Задача состоит в том, чтобы мы обеспечили рост на уровне 3–3,5% ежегодно.

Поэтому главная задача Министерства финансов – это проведение бюджетной политики, позволяющей передвинуть планку потенциального роста как можно выше.

Что для этого нужно?

В первую очередь избавиться от нефтяной зависимости. Эта зависимость преследовала нашу страну последние 50 лет, и каждый кризис был связан именно с ней. Сейчас у нас есть уникальный шанс избавиться от нефтяной иглы.

Рецепт для этого – бюджетные правила, это своего рода профилактика «голландской болезни», блокирующая влияние ценовых колебаний на бюджет, на курс рубля, на инфляцию. Просим поддержать подготовленные Министерством финансов предложения и сформировать бюджет на 2018–2020 годы уже на новых правилах. Предыдущие годы мы хоть и накапливали резервы, но всё-таки бóльшую часть конъюнктурных доходов тратили. Такая политика не привела и не могла привести к устойчивому развитию, и за последние 10 лет, мы видим, темпы роста экономики составили всего в среднем 1,6% в год.

Использование конъюнктурных доходов создавало иллюзию благополучия, которая рассеялась, как только исчезали конъюнктурные доходы. Таким образом, мы сами провоцировали экономические и бюджетные кризисы. С февраля текущего года мы, по сути, уже начали тестировать новую конструкцию бюджетных правил. И результат – снижение корреляции между динамикой курса и ценами на нефть, заметное снижение оценки рисков инвестиций в российские активы, снижение процентных ставок в экономике.

Конечно, бюджетные правила не единственный инструмент по обеспечению устойчивости макроэкономической среды, важны и предсказуемые фискальные последствия и условия. Причём это касается не только налоговых, но и неналоговых платежей, а также налоговых льгот. Задача на этот год – разработать совместно с деловым сообществом конструкцию налоговой системы на среднесрочный период, которая бы потом не менялась на протяжении следующих шести лет. А также разработать кодекс неналоговых платежей, поскольку неналоговые платежи являются такой же налоговой нагрузкой, как и налоги, и их введение или установление должно быть так же предсказуемо, как и изменения налоговой системы.

Создание предсказуемых условий – это необходимое, но недостаточное условие для повышения темпов экономического роста. Низкий потолок потенциального роста – главным образом следствие структурных ограничений, о чём мы говорили: это и демографические факторы, низкое качество человеческого капитала, состояние конкурентной среды и инвестиционный климат, качество и эффективность государственного управления. Эти структурные ограничения – предмет долгих длинных дискуссий на площадках Правительства, на экспертных площадках, не буду на них подробно останавливаться. С точки зрения бюджета очевидно, что для преодоления структурных ограничений необходимо уточнить структуру бюджета. И эту структуру смещать в пользу расходования средств именно в человека, в человеческий капитал – это здравоохранение, образование, наука. Это и есть те ключевые условия выхода на ускоренные темпы роста, которые мы планируем в перспективе. Такой манёвр в расходах потребует качественного изменения подходов к структуре расходов и оценке их эффективности. У нас денег достаточно в бюджете, главное – как эффективно ими распорядиться. Основой для этого должен стать проектный подход.

Мы видим необходимость трансформации тех проектных принципов, которые сейчас реализуем через приоритетные проекты, трансформации этих принципов на государственные программы. Действительно, нам ещё не удалось добиться эффекта от реализации государственных программ, но перенос проектного подхода на государственные программы позволит это сделать. Пять пилотных госпрограмм в ключевых отраслях – в образовании, здравоохранении, ЖКХ, транспорте и сельском хозяйстве – будут полностью переведены на механизмы проектного управления. В дальнейшем мы планируем распространить это и на остальные государственные программы.

Текущее состояние конкурентной среды и качество инвестклимата – одни из ключевых факторов, сдерживающих потенциал развития. Поэтому именно обеспечение равных конкурентных условий и сокращение административной нагрузки является второй целью деятельности Министерства финансов.

Добиваться этого планируем за счёт улучшения администрирования доходов. Основная задача здесь – это рост собираемости налогов и снижение административной нагрузки для добросовестного бизнеса, повышенное внимание к предприятиям, которые до сих пор используют серые схемы. Планируем задействовать здесь передовые информационные технологии, которые мы с подведомственными службами взяли на вооружение.

Здесь и АСК НДС-2, здесь и ЕГАИС, здесь и маркировка, о которой мы говорили и которая позволила увеличить оборот легальной продукции в несколько раз.

Во многом именно результаты усилий по выводу экономики из тени позволили нам избежать повышения уровня налоговой нагрузки в сложные для бюджета годы.

Повышение собираемости должно сопровождаться сокращением административной нагрузки. Планируем отказаться от бумажной отчётности для пользователей ЕГАИС. Недавно проводили общественный совет, где было сказано о том, что нам необходимо сокращать бумажную отчётность и переходить на современные методы представления, обмена информацией. Мы подготовили соответствующий законопроект, который будет реализован уже после принятия в текущем году.

Теперь к ключевым задачам в области администрирования доходов.

Во-первых, главная задача на ближайший год – это полный охват розницы контрольно-кассовой техникой с онлайн-передачей данных в Федеральную налоговую службу.

В результате создаётся уникальный инструмент, позволяющий получать информацию обо всех розничных продажах в стране. Это не только точные статнаблюдения. К этой информации можно привязать инструменты налоговой политики и таким образом минимизировать нагрузку для налогоплательщиков.

Во-вторых, в таможенной сфере цель – создание системы, обеспечивающей мониторинг движения товаров от границы до конкретного розничного покупателя. Пилотный проект по внедрению механизма мониторинга товаров стартует с 1 февраля следующего года, в течение которого предполагается расширение товарного состава мониторинга такой продукции.

Задача на этот год – интеграция информационных систем и систем управления рисками между Федеральной налоговой службой и Федеральной таможенной службой. Мы сейчас в наших подведомственных службах в полной мере задействуем риск-ориентированный подход, и система управления рисками, которая существует в налоговой службе, сейчас будет доступна для таможенных органов и наоборот. И это позволит создать единое досье участника внешнеэкономической деятельности, налогоплательщика, что, соответственно, улучшит администрирование и добросовестным налогоплательщикам предоставит зелёный свет и для растаможки, и для прохождения административных процедур. А для тех налогоплательщиков, которые, наоборот, попадают в красную зону, будет налажен усиленный контроль.

В-третьих, в сфере страховых взносов задача – интегрировать информационные массивы внебюджетных фондов и Федеральной налоговой службы. На этой базе будет повышена собираемость страховых взносов.

Объём серого фонда заработной платы – более 10 трлн рублей в год, что является следствием глубоких структурных диспропорций, в том числе в уровнях налоговой нагрузки между белой и серой экономикой. Выход необходимо искать в сочетании экономических стимулов – путём изменения структуры налоговой нагрузки со снижением налоговых ставок на труд и увеличения косвенного налогообложения. Это создаст стимулы для вывода экономики из тени и наряду с другими элементами (расширение безналичных расчётов, маркировки, прослеживаемости товаров) обеспечит повышение собираемости налогов.

Ещё один резерв улучшения конкурентных условий – повышение эффективности госкомпаний. Конкурентный уровень дивидендной доходности, мы считаем, является одной из ключевых предпосылок повышения такой конкурентности. У нас в бюджете учтено 50% выплат дивидендов госкомпаний. Знаем, что целый ряд компаний имеет другую точку зрения, но считаем, что мы должны ликвидировать субсидирование стоимости акционерного капитала, поскольку государство имеет актив, с этого актива должны получать доходы, сопоставимые с той доходностью, которая сегодня складывается на рынке.

Поэтому мы считаем, что инвестиции, финансируемые за счёт занижения доходов акционера, по определению эффективными быть не могут. И мы считаем, что оценка эффективности руководителя госкомпании или компании, имеющей долю государства (государственное участие), должна в том числе проводиться и через оценку того, сколько платит эта компания акционеру в лице государства дивидендов.

Третья цель Минфина – это операционная эффективность бюджета.

Дмитрий Анатольевич, Вы об этом уже говорили. Действительно, мы существенно много сделали с точки зрения налаживания совместной работы Минфина, Федерального казначейства, субъектов Российской Федерации. И здесь перед нами стоит целый ряд задач.

Прежде всего необходима дальнейшая интеграция бюджетного и закупочного процесса через развитие института нормирования закупок, подготовки каталога закупаемой продукции, развитие информационного пространства для повышения прозрачности процедур.

Второе. Будет расширено применение казначейского сопровождения расчётов при исполнении госконтрактов по всей глубине кооперации. Такие задачи были поставлены Правительством, такие задачи будут реализованы в текущем году. Будет повышена прозрачность движения средств при расчётах, в первую очередь по государственному оборонному заказу (за исключением Министерства обороны). Такую задачу мы в текущем году выполним. В дальнейшем мы распространим механизм казначейского сопровождения на субсидии до уровня муниципалитетов, а также по контрактам с единственным поставщиком.

Казначейское сопровождение позволяет более эффективно относиться к использованию бюджетных средств и, соответственно, не допускать их отвлечения от тех целей, которые законодатель определил в законе о бюджете.

Внедряя механизм казначейского сопровождения, мы ещё больше убедились в правильности объединения в казначействе функций государственного финансового контроля. По сути дела, казначейство сегодня осуществляет и текущий контроль, и последующий контроль. В момент осуществления текущих операций уже можно видеть и необходимость проведения последующих контрольных функций, контрольных операций. За счёт этого эффективность контроля существенно повышается.

Действительно, Дмитрий Анатольевич, как Вы сказали, мы в текущем году расширяем сферу использования казначейского аккредитива по субсидиям юридическим лицам и апробируем его применение при банковском сопровождении государственных контрактов, а в перспективе и по любым авансам. У нас теперь не деньги будут ходить, а будет использоваться казначейский аккредитив, что существенно улучшит ситуацию с кассой для федерального бюджета. И эти деньги мы будем более эффективно использовать – меньше будет потребности в тратах резервов в ходе исполнения бюджета.

Задачи повышения эффективности расходов сегодня выходят на первый план. И в этом году Минфин разработает Концепцию повышения эффективности бюджетных расходов до 2023 года. Первым этапом этой работы станет подготовка предложений по оптимизации расходов в рамках формирования бюджета на 2018–2020 годы. Такая работа будет проведена Минфином совместно с ведомствами. Доложим наши предложения на комиссии у Игоря Ивановича Шувалова, а после этого уже представим предложения, Дмитрий Анатольевич, Вам.

Следующая задача – обеспечение здоровой финансовой системы, способной трансформировать сбережения в эффективные инвестиции.

Программа докапитализации банков, которая была реализована Министерством финансов в 2014 году, а также меры Центрального банка по избавлению банковской системы от неэффективных банков дали результат с точки зрения увеличения доверия к банковской системе.

В этом году на повестке стоит изменение механизмов финансового оздоровления банков. На повышение доверия направлена и работа по применению кредитных рейтингов по национальной шкале при оценке надёжности и эффективности финансовых институтов. Мы будем использовать наши российские рейтинги для того, чтобы размещать средства федерального бюджета, а также средства государственных корпораций и госкомпаний. Мы подготовим новый банковский инструментарий, расширим его с точки зрения использования синдицированного кредитования, безотзывных сберегательных сертификатов, вкладов в драгоценных металлах и целого ряда других инструментов, что позволит банкам более эффективно работать, и, соответственно, повысится доверие к этим институтам.

В сфере развития страхового рынка был принят целый ряд решений. Повышена ёмкость российского перестраховочного рынка – создана национальная перестраховочная компания. Радикально изменён подход к работе с обанкротившимися страховыми компаниями. Принят закон, предусматривающий сокращение процедур их банкротства, а также переход к страховому возмещению непосредственно в натуральном виде. В текущем году будет продолжена реформа ОСАГО, будут усовершенствованы европротокол и зелёная карта. Считаем, что это тоже важные направления работы Минфина.

В сфере негосударственного пенсионного обеспечения мы подготовили уже предложения по созданию пенсионного индивидуального капитала. Этот механизм, с одной стороны, позволит формировать нашим гражданам достойную пенсию, а с другой стороны, позволит сформировать длинные ресурсы, которые могут быть задействованы в качестве источников для инвестиционных проектов.

Проведение взвешенной бюджетной политики облегчает задачу по привлечению долговых инструментов на наш финансовый рынок. Мы в этом году, уже в текущем месяце выпустим облигации федерального займа для населения, будет расширено использование отечественной инфраструктуры при размещении традиционных инструментов при выпуске еврооблигаций.

В этом году мы также при выпуске еврозаймов будем рассчитывать исключительно на нашу внутреннюю инфраструктуру, на привлечение отечественных кредитных организаций. Создана инфраструктура для новых сегментов долгового рынка, в том числе выпуск ОФЗ для рынков стран азиатского региона.

Пятая задача Минфина – это совершенствование региональных финансов.

Здесь мы добились ряда результатов, несмотря на все сложности, которые сегодня мы видим в сбалансированности бюджетов субъектов Российской Федерации.

Конечно, здесь и снижение дефицита бюджета. Сократилось количество дефицитных субъектов с 76 регионов в 2015 году до 56 в 2016 году.

Сократился и уровень долговой нагрузки на 2,7 процентных пункта до 33%. Уменьшилось и количество субъектов, у которых зашкаливает долг за 100% (с 14 до 8%). Это результат тех соглашений, которые Министерство финансов заключало с субъектами Российской Федерации. Хоть их и много критикуют – они достаточно жёсткие, эти соглашения, – но, с другой стороны, они сыграли положительную роль, поскольку в случае невмешательства центра в финансы субъектов Российской Федерации мы должны были бы говорить о допущении ряда примеров несостоятельности регионов. Это сделать мы не могли, поэтому мы считаем, что соглашения сыграли и играют свою положительную роль в стимулировании регионов обеспечивать сбалансированные бюджеты.

В этом году тенденции, положительные с точки зрения исполнения бюджетов субъектов, продолжились. Видим, что доходы регионов увеличились на 15% по сравнению с I кварталом прошлого года, а дефицит бюджетов регионов сократился в два раза по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Понятно, что география региональных финансов очень разная. Есть регионы, у которых продолжаются проблемы с высоким долгом. И Минфином будут применяться (мы на трёхсторонней комиссии договорились с депутатами Государственной Думы) более точечные, адресные подходы к тем регионам, у которых большие размеры долга, которым необходима поддержка по реструктуризации, рефинансированию долгов. Договорились, что такие точечные решения на основе анализа ситуации с регионами мы в ближайшее время подготовим, внесём в Правительство и обсудим на трёхсторонней комиссии.

На текущий год у нас стоит задача оценить расходные обязательства субъектов Российской Федерации и использовать эту оценку при формировании межбюджетных отношений. Также будем добиваться от регионов подготовки более сбалансированных и реалистичных бюджетов и прогнозов. Соответствующие стимулирующие меры у нас предусмотрены.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги!

За последние два года мы смогли справиться с мощнейшим внешним стрессом, и не только справиться, но и заложить фундамент для развития экономики. Безусловно, важную роль в этом сыграло Министерство финансов. Хотелось бы поблагодарить сотрудников за высочайший профессионализм, который был проявлен в ходе этой работы.

Дмитрий Анатольевич, мы сформулировали цели, которые необходимо реализовывать, знаем, как это делать, и уверены, что коллектив Министерства финансов справится с поставленными Вами задачами.

Э.Набиуллина: Министерство финансов для Банка России – важнейший и самый близкий партнёр. Нас не зря объединяют в одно понятие – денежные, финансовые власти. Конечно, наши меры – денежно-кредитная политика, с одной стороны, и бюджетная политика, с другой стороны, – тесно увязаны, влияют друг на друга. У нас общая ответственность – поддержание макроэкономической стабильности.

Именно финансовая система первая приняла на себя удар внешних шоков, которые мы испытали два года назад, и с тех пор нам приходилось принимать часто очень непростые, иногда непопулярные решения. Минфин, принимая консервативные решения в области бюджетной политики, последовательно поддерживая линию на снижение бюджетного дефицита, на снижение зависимости от нефтяных доходов, на наш взгляд, внёс очень большой вклад в сохранение стабильности и поддержал процессы адаптации экономики.

В том, что российская экономика себя чувствует более уверенно, макроэкономические показатели в норме, – очень серьёзная заслуга Министерства финансов.

Экономическая ситуация выглядит сейчас в целом обнадёживающей. Принимая решение по денежно-кредитной политике в марте, мы видели возможность продолжения снижения ключевой ставки во II квартале, если ситуация будет развиваться в соответствии с прогнозом.

В марте инфляция снизилась до 4,3%, а по оценке на 17 апреля инфляция уже опустилась в годовом выражении до 4,1%, что очень близко к целевому уровню.

Более быстрое снижение инфляции открывает нам пространство для снижения ключевой ставки уже в апреле. И я даже допускаю, что на ближайшем заседании совета директоров, которое состоится через неделю, может быть дискуссия о снижении ставки между 25 и 50 базовыми пунктами.

В целом же, проводя денежно-кредитную политику, мы будем придерживаться взвешенного, аккуратного подхода, учитывая риски и неопределённости, в том числе по динамике нефтяных цен, будем сохранять умеренную жёсткость денежно-кредитной политики, для того чтобы добиться стабилизации инфляции вблизи 4% и устойчивого снижения инфляционных ожиданий.

Выбранная Министерством финансов стратегия бюджетной консолидации, планируемое сокращение дефицита бюджета будет способствовать стабильности государственных финансов. А с точки зрения денежно-кредитной политики для нас важно, что выбранная стратегия ограничивает инфляционные риски со стороны бюджетной политики. Параметры бюджетной политики влияют на денежно-кредитную политику и наоборот, поэтому нам важен режим постоянных консультаций. Я надеюсь, что мы сохраним такое взаимодействие и когда вы начнёте работу (вы уже практически начали) над бюджетом в этом году.

В прошлом году Министерство финансов анонсировало планы по переходу к бюджетному правилу, а в этом году уже началась реализация переходных положений правила. Банк России приветствует это решение. Бюджетное правило способствует снижению зависимости российской экономики от колебаний цен на нефть, способствует поддержанию макроэкономической стабильности, обеспечивает бóльшую предсказуемость политики и бóльшую предсказуемость и устойчивую динамику процентных ставок в экономике.

Бюджетное правило в сочетании с таргетированием инфляции будет способствовать стабилизации воздействия на реальный курс рубля, позволит уменьшить его волатильность, которая, хотя уже заметно снизилась, всё же беспокоит российских производителей и предпринимателей.

С февраля этого года Банк России, выступая агентом Минфина, проводит в рамках переходных положений бюджетного правила покупки иностранной валюты на внутреннем рынке. Это механизм сглаживания влияния колебаний сырьевой конъюнктуры на экономику России до закрепления этих бюджетных правил в Бюджетном кодексе Российской Федерации. Мы действуем таким образом, чтобы покупки валюты не привели к увеличению волатильности курса.

Курс рубля при этом остаётся плавающим, продолжает формироваться под воздействием рыночных факторов. А влияние проводимых операций на номинальный курс очень ограничено, поскольку объёмы ежемесячных покупок валюты не будут превышать объёмы ежемесячных дополнительных нефтегазовых доходов бюджета от превышения фактической цены на нефть уровней, которые заложены в бюджете.

Отмечу, что краткосрочные инфляционные риски, связанные с началом покупки Минфином валюты, которые Банк России учитывал при принятии своих решений в начале года, не реализовались.

Для денежно-кредитной политики крайне важна определённость в отношении не только основных параметров бюджета, но и изменений в налоговой системе. Сейчас обсуждается и налоговый манёвр, и иные налоговые инновации. На наш взгляд, очень важно при обсуждении просчитывать и возможное влияние на инфляцию, инфляционные эффекты, и принимать здесь взвешенные решения. Мы надеемся, что Минфин, Правительство будут делать это во взаимодействии с Центральным банком.

Мы также поддерживаем проект, который давно обсуждаем, по выпуску ОФЗ для населения. Для нас, кроме прочего, это фактор, который повысит эффективность трансмиссионного механизма денежно-кредитной политики. А для населения – это абсолютно надёжная, выгодная альтернатива депозитам. При этом мы не ожидаем негативного влияния на банковскую систему, объём невелик пока, в условиях профицита ликвидности небольшой переток средств граждан из депозитов в ОФЗ не будет проблемным для банков.

Другой проект касается государственного долга – это выпуск суверенных облигаций, номинированных в юанях. Мы также его обсуждаем. На наш взгляд, выпуск суверенных облигаций, номинированных в юанях, даст ориентир заимствованиям для выпуска бумаг российским корпоративным эмитентам. Мы уже сейчас видим интерес к этому инструменту со стороны крупных российских эмитентов. Создана вся необходимая финансовая инфраструктура, внесены соответствующие изменения в законодательство. Мы находимся во взаимодействии с Народным банком Китая, препятствий для размещения нет. Сейчас мы готовы сказать, что технически готовы к выпуску.

Два предыдущих года наш фокус деятельности был сосредоточен на обеспечении стабильности финансовой системы. На мой взгляд, на передний план сейчас выходят вопросы развития финансовой системы. Не только поддержание стабильности, устойчивости, но и развитие финансовой системы, с тем чтобы она вносила больший вклад в экономическое развитие, появлялось больше источников длинных денег. И здесь очень важна наша совместная работа по законопроектам.

Антон Германович в своём выступлении уже коснулся части важных инициатив. Я бы хотела здесь дополнить этот перечень теми инициативами, которые мы считаем важными для развития финансового сектора. Один из крупнейших проектов, над которым мы работаем совместно с Минфином, – реформа лизинговой отрасли. Мы обсуждали эту тему и на совещаниях у Игоря Ивановича (Шувалова). Сейчас разработали законопроект, который готовится к внесению в Государственную Думу. Его основные положения включают в том числе создание реестра лизинговых компаний, определение минимального капитала лизинговых компаний, повышение их прозрачности. На наш взгляд, это чрезвычайно важно, учитывая, что уже сейчас лизинговый портфель составляет, по оценкам, 3 трлн 200 млрд рублей. Это очень большая цифра, в прошлом году рост был 36%. Конечно, важно, чтобы эта отрасль, которая имеет немалое значение для развития экономики, была устойчивой, прозрачной и было адекватным регулирование.

Ряд законопроектов прошли первое чтение в Государственной Думе, и предстоит серьёзная работа по подготовке их ко второму чтению.

Важнейший из них – о введении единой системы оценки деловой репутации и квалификационных требований к менеджменту, требований к учредителям, собственникам некредитных финансовых организаций. У нас такие требования, определённые требования, есть в банковской системе. Это очень важно – повышать ответственность собственников, менеджмента финансовых организаций за их устойчивость, за добросовестное управление. На наш взгляд, очень важно ввести подобные нормы и для небанковских организаций.

Другой законопроект, который сейчас в Думе и который важен, – это повышение эффективности регулирования в сфере борьбы с инсайдом и манипулированием рынком. Здесь пока наше законодательство отстаёт от лучших мировых практик. Мы понимаем, какая это острая тема. Для того чтобы повысить инвестиционную привлекательность нашей экономики, конечно, механизмы борьбы с инсайдом и манипулированием рынком должны быть эффективными.

Следующая важнейшая тема – это законопроект о финансовом уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг. Недавно на президиуме Госсовета обсуждалась тема защиты прав потребителей финансовых услуг, и, конечно, финансовый уполномоченный может стать одним из инструментов, который повысит эффективность защиты прав потребителей. Мы предполагаем вводить его поэтапно. Я надеюсь на поддержку Министерства финансов, в целом Правительства и Государственной Думы по этому законопроекту.

Ряд законопроектов находится на стадии доработки перед внесением в Госдуму.

Во-первых, это важный для нас законопроект, который ужесточает ответственность за фальсификацию отчётности в финансовой сфере.

Мы ведём большую работу по повышению киберустойчивости финансовых организаций, противодействию кибератакам. Для нас важно, учитывая, какие преимущества даёт развитие цифровых технологий в финансовой сфере, обеспечить адекватный уровень надёжности и защиты от рисков. Поэтому необходимо изменение законодательства, которое позволило бы устанавливать требования к финансовым организациям по организации защиты информации и противодействию хищениям средств клиентов. Этот законопроект мы также совместно готовим.

Важно упомянуть также и нашу общую работу, наши предложения (это наша совместная с Министерством финансов инициатива) по модели формирования пенсионных накоплений, по индивидуальному пенсионному капиталу. Сейчас, по нашей оценке, работа над проектом уже достаточно продвинута, мы прошли несколько кругов и ведомственного, и экспертного обсуждения. Я очень надеюсь, что эти изменения будут приняты. Это обеспечит и гражданам лучшее качество жизни, и сформирует источник длинных денег для экономики, которые необходимы для инвестиционного развития.

И последнее, о чём я хотела бы упомянуть (мне кажется, особую важность приобретает это сейчас, когда идёт работа над сценарными условиями, над прогнозом, над бюджетом), – наше взаимодействие с Минфином и Минэкономразвития при подготовке среднесрочного макроэкономического прогноза, с тем чтобы он был обоснован, потому что на него ориентируется не только бюджет, но и предприятия в нашей экономике, экономические субъекты. Я надеюсь, что эта работа также позволит обеспечивать согласованность взглядов на макроэкономику, экономическую политику, потому что это очень важно. Последние два года мы действительно работали достаточно согласованно, и, на наш взгляд, это даёт определённые плоды.

Хочу в заключение ещё раз поблагодарить всех сотрудников Министерства финансов за то конструктивное взаимодействие, которое у нас складывается, за ваш высочайший профессионализм, ответственное, неравнодушное отношение к делу. И мы рассчитываем на то, что такое взаимодействие сохранится в будущем. Успеха вам, спасибо!

Д.Медведев: Сейчас Эльвира Сахипзадовна сказала, что очень часто позиция Министерства финансов и Центрального банка отражает единую позицию финансовых властей и так и воспринимается. Хотел бы это подтвердить. Даже вчерашний опыт общения с коллегами – депутатами Государственной Думы в очередной раз это продемонстрировал. Претензии были одинаковые. При этом хотел бы сказать то, что вчера сказал депутатам: я считаю, что в текущей ситуации в последние несколько лет и Министерство финансов, и Центральный банк принимали абсолютно адекватные, выверенные решения, которые в полной мере отвечали сложившейся ситуации. И это нам помогло.

У нас теперь хорошо научились делать презентации. И всякая презентация, даже коллегии, начинается с объявления миссии и ценностей. Мне хотелось бы поддержать и миссию Министерства финансов – способствовать развитию экономики, справедливому распределению национального дохода, обеспечению финансовой стабильности, национальной безопасности через эффективное и бережное управление государственными финансами, развитие и повышение надёжности финансовой системы Российской Федерации, – и ценности, которых вы придерживаетесь. Я их назову: верное служение государству и обществу, профессионализм, открытость и результативность.

Действительно, Минфин – высокопрофессиональное ведомство. Надеюсь, что именно так вы и будете работать в 2017 году. Успехов и всего доброго!

Россия > Финансы, банки > premier.gov.ru, 20 апреля 2017 > № 2160831 Дмитрий Медведев, Антон Силуанов


Украина > Транспорт. Финансы, банки > interfax.com.ua, 20 апреля 2017 > № 2148062 Юрий Гришан

Президент МТСБУ: управление Моторным бюро должно базироваться на принципе прямой демократии

Эксклюзивное интервью агентству "Интерфакс-Украина" президента Моторного (транспортного) страхового бюро Украины Юрия Гришана

Вопрос: В своем выступлении на общем собрании членов Моторного (транспортного) страхового бюро Украины вы высказались за необходимость реформирования его управления, чем вызвано такое предложение?

Ответ: Накопившимся опытом, наличием полного объема информации, знанием ситуации, умением прогнозировать. Президентом Моторного бюро я стал в переломный для него момент: переход от тоталитарного управления к демократии. Когда страховые компании сами стали управлять своими деньгами, своим бизнесом, контролировать сотрудников, нанятых для его осуществления и т.д. Несмотря на то, что Бюро на тот момент уже исполнилось 20 лет, нам пришлось пересмотреть всю его структуру, внести серьезные изменения в работу. Основным двигателем обновления стал президиум бюро, а именно семь директоров страховых компаний, которые на общественных началах посвящали достаточно много своего ценного рабочего времени построению новой системы управления и развития рынка обязательного страхования автогражданской ответственности.

Хочу сказать, что больше 50% этого пути пройдено. В продуктивном диалоге с руководством комитета Верховной Рады по финансовой и банковской деятельности, Нацкомфинуслуг прошли политические консультации относительно самого болезненного вопроса: что такое Моторное бюро, как оно управляется, кем оно управляется, какая система сдержек и противовесов будет тут выстроена. В результате неоднократных консультаций мы смогли выписать систему управления МТСБУ, включая координационный совет. В этом году нужно продолжить работу и провести профильный законопроект через комитет для внесения его в зал. За это же время выстроены плодотворные отношения с Нацкофинуслуг, выполняющей функции координационного совета МТСБУ.

Вопрос: По вашему мнению, какое самое слабое место в работе Моторного бюро и что необходимо менять в первую очередь?

Ответ: Это подвешенное состояние руководства Бюро. В любой момент могут снять должностное лицо - генерального директора или президента. Ведь все же люди, не важно, где они сидят: в координационном совете или президиуме. На самом деле, все эти вопросы в европейской практике довольно просто решаются. Кто проходил курсы теории государства и права, конституционного права хорошо знает, что система сдержек и противовесов легко устраняет такие проблемы.

Для продуктивной работы Моторного бюро необходимо законодательно закрепить нормы, когда генеральный директор и президент избираются общим собранием в режиме тайного голосования. Для того, чтобы обеспечить большую независимость этих лиц, а также исключить возможность мести компаниям-членам МТСБУ.

Координационный совет должен быть органом общественного контроля, в том числе, по кадровой политике, президиум же в большей части должен стать наблюдательным и контролирующим органом. Кроме того, часть функций должны быть делегированы им исполнительному органу с ежеквартальным заслушиванием отчетности, а сам президиум должен больше сосредоточиться на стратегических и контрольных функциях.

Только за год, с апреля 2016 года по апрель 2017 года, президиум принял около 300 решений. Вы видели когда-нибудь, чтобы наблюдательные органы принимали такое количество решений?

Т.е. первое навести порядок в управлении бюро, чтобы каждое из его подразделений выполняло определенные ему функции и имело гарантии стабильной работы.

В мире давно придуман управленческий аудит, который делается специальными компаниями – я на себе проходил это. По его результатам мы видим не юридическую оргструктуру, а реальную структуру управления компанией. Открываем глаза и понимаем, что она совершенно не похожа на юридическую и живет своей жизнью. И ценные конечные продукты у подразделения могут отсутствовать или просто они не эффективны. И количество персонала для получения этого конечного продукта в три раза больше, чем необходимо.

Работу по реформированию мы начали в 2014 году, но к сожалению ее не завершили.

Вопрос: Кроме решения вопроса о руководстве Бюро, что еще необходимо изменить?

Ответ: Еще одна большая проблема МТСБУ – это наработанная дирекцией и президиумом сложная регуляторная база. Кто профессионально интересовался мировой практикой управления, тот знает, что существует три основные составляющие, которые характеризуют любую систему: надежность, устойчивость и робастность. Когда перед общим собранием бюро я встречался с представителями ряда компаний, то наслушался их мнений о трехэтажных формулах: расчета показателей оценок деятельности страховщиков, расчета дополнительного гарантированного взноса в Фонд защиты потерпевших, так называемого "связывания денежных средств". Я три года наблюдал, как некоторые члены президиума, которые только к концу срока работы в президиуме начинают разбираться в этих расчетах, и соответственно продуктивно работать в составе президиума тут же переизбираются, и история снова повторяется. В лучшем случае если их вновь избирают на второй строк. При такой регуляторной базе, с такими формулами всегда будет соблазн использовать ее так, как хочется и второе – это всегда будут ошибки с точки зрения тех, кого регулируют. Много ошибок потом исправляется и не обнародуется. Буквально два заседания назад мы впервые принимали индивидуальное решение по хорошей компании, с небольшим портфелем в связи с тем, что у нее была одна жалоба и возникли проблемы с получением полисов.

Принятие индивидуальных решений свидетельствует о том, что система является ненадежной и неустойчивой. Такая система должна быть сломана и построена новая.

Отдельного внимания заслуживают и вопросы, которые в силах навсегда решить президиум и президент МТСБУ, в частности, попирание отдельными членами президиума регламента его заседаний, который был утвержден в сентябре 2014 года.

Согласно ему, рассмотрение на заседании президиума вопроса без его предварительного изучения и принятия решения соответствующим совещательным органом МТСБУ, возможно только в случае невыполнения или несвоевременного выполнения им такового поручения. Обязательному рассмотрению совещательным органом подлежат вопросы инвестиционной деятельности и оценки деятельности страховщиков. В соответствии с регламентом, материалы, согласно повестки дня, заседания президиума направляются всем его членам, дирекции и совещательным органам не позднее, чем за три дня до даты проведения заседания.

Однако, по непонятным причинам некоторые вопросы, например, такие как внесение изменений в устав Моторного бюро, были вынесены на президиум в день проведения голосования без рассмотрения и выводов правового комитета, как совещательного органа, а также в нарушение регламента. Такие действия являются не только нарушением прав членов президиума и элементарных этических норм, но и приводят к принятию неверных и ошибочных решений, поскольку вынуждают членов президиума на ходу изучать вопросы, которые требуют детального и профессионального подхода. Либо по этой же причине не принимаются важные для страхового рынка решения. Не является случайным и то, что общее собрание членов МТСБУ 12 апреля не проголосовало за одно из изменений в устав МТСБУ.

Я понимаю и поддерживаю членов президиума, которые поставлены в такие условия и которые неоднократно заявляли о необходимости строго придерживаться регламента. Такие действия носят все признаки времен тоталитарного режима. Ранее предыдущим координационным советом с такими же нарушениями ставились и вопросы об отзыве генерального директора и президента МТСБУ.

Вопрос: Как вы считаете, на каких принципах должна основываться работа Моторного бюро Украины?

Ответ: Первое – принцип прямой демократии, то к чему мы еще не дошли. Этот вопрос уже перезрел. Даже, если Верховная Рада в первой половине этого года не рассмотрит профильный закон, мы вполне можем принять решения изменив устав Моторного бюро, а не заниматься лоскутковыми изменениями, например избрание президента и так далее.

Что такое прямая демократия? - Это когда все важные вопросы должны решаться общим собранием членов Бюро. В том числе и выбор генерального директора, президента. При этом голосование обязательно должно быть закрытым, это касается и членов президиума.

Если мы примем это решение, его можно внести в ближайшее время в принятую в 2014 году декларацию о принципах корпоративного управления МТСБУ. Я думаю, мы сделаем очень серьезный шаг с точки управления Моторным бюро и прозрачности рынка.

Второе – все основные принципиальные вопросы бизнеса тоже должны решаться собранием членов Бюро. У нас есть ассоциации. Мы научились говорить, мы учимся дальше слушать друг друга и, если мы об этом договоримся и такие решения примем, то, безусловно, дальше станет намного легче, возникнет система сдержек и предложений. Генеральный директор станет независимым и не будет оглядываться и каждый месяц отслеживать и считать, а не стало ли четыре голоса, чтобы его снять потому что он сделал какое-то непопулярное решение или президент сказал что-то не то, что не понравилось на заседании президиума. Я наблюдал это три года. Сначала мы пошли очень хорошо, мы создали хорошую регуляторную базу, мы действительно сделали серьезный прорыв, но дальше, по одному из законов диалектики, то, что накоплено, должно перейти сегодня в серьезные изменения в структуре и качестве. Дело за нами.

Украина > Транспорт. Финансы, банки > interfax.com.ua, 20 апреля 2017 > № 2148062 Юрий Гришан


Россия. США > Финансы, банки. Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 20 апреля 2017 > № 2146790 Роман Тихоненко

Шампанское для победителя: как менеджеру не потерять здоровье, свободу и прибыль

Роман Тихоненко

президент AIG в России

Пять советов для руководителя компании по управлению рисками

Руководитель компании принимает решения по всем важным аспектам ее деятельности, но отвечает при этом не только за свои персональные действия, но и за все решения своих подчиненных. Тем более что его ответственность закреплена в трудовом, гражданском и административном кодексе. Иногда спорные ситуации переносятся, увы, и в сферу уголовного законодательства. При этом требования к руководителю могут предъявить как сама компания, так и акционеры, сотрудники, государственные органы, клиенты, кредиторы, конкуренты и третьи лица, так что повседневная деловая жизнь каждого директора — это постоянный риск. Но в современном мире шампанское пьет тот, кто умеет управлять рисками и их минимизировать.

Договариваться на берегу

Безусловно, каждый руководитель компании обязан в своей работе действовать добросовестно в интересах компании. Но для того чтобы не подвергать риску ни активы частного предприятия, ни личные средства самого руководителя, рамки полномочий директора могут быть четко определены соглашением об ограничении ответственности. В этом документе можно прописать суммы, виды сделок и т.д., которые имеет право совершать директор единолично. Очевидно, что ответственность за недобросовестные и противоправные действия исключить или ограничить соглашением нельзя. Кроме того, необходимо разработать и принять систему внутренних процедур, предполагающую организацию контроля за управленческими процессами. При заключении значимых сделок руководителю стоит собрать максимум доступной информации о предполагаемом действии и привлекать компетентных консультантов. В последнее время очень хорошей практикой становятся договоры о возмещении убытков директора компанией – в случае если директор получит иск, возникающий в связи с исполнением им своих должностных полномочий в компании, компания берет на себя все расходы, связанные с таким иском (если только она сама не является истцом).

Подстраховать себя

Каждый собственник бизнеса, безусловно, стремится предотвратить убытки и оградить себя от расходов, даже если его высокопоставленные управленцы допустили какие-то неверные действия. Общемировая практика — приобретение специальных страховых полисов D&O (Directors&OfficersLiability) для всех директоров. Например, для выхода компании на фондовые рынки многих стран это если не обязательное условие, то как минимум насущная необходимость. Обычно такие полисы приобретаются самими компаниями для своих руководителей.

Профессиональный директор, который нередко является членом советов директоров нескольких компаний, может приобрести аналогичный полис, но персональный, что конечно дает дополнительную свободу в принятии решений и гарантирует защиту в случае непреднамеренной ошибки в любой из компаний, в какой бы он ни работал. Любой из таких полисов страхует расходы, связанные с претензиями со стороны акционеров, сотрудников, клиентов, государственных органов и третьих лиц.

Чтить законы и помнить о регуляторах

Работа государственных надзорных органов, направленная на повышение прозрачности рынка, сегодня представляет широкую область для требований в отношении директоров, причем это касается как крупных, так и малых компаний. Поэтому необходимо не просто четко соблюдать законы, но и постоянно следить за обновлением юридической базы. Кроме того, нельзя пренебрегать в своей работе и сложившимися в обществе этическими нормами. Некоторое время назад общественность была взбудоражена информацией о неприлично высоком годовом бонусе топ-менеджера одной из крупных государственных компаний и возбуждением в связи с этим уголовного дела следственными органами. И хотя пока чиновник уверен в законности получения подобной премии и продолжает работать на своем посту, определенная реакция государства уже последовала. Так, сейчас разработана концепция о введении единого стандарта вознаграждения для высокопоставленных сотрудников государственных организаций, в соответствии с которой выплаты чиновникам будут зависеть и от ключевого показателя эффективности работы компании.

Firewall – must have

По мере продвижения бизнеса в цифровое пространство увеличивается и риск киберугроз. Безусловно, в первую очередь страдают банки, инвестиционные и страховые компании, участники рынка ценных бумаг, электронные платежные системы, которые интересны киберпреступникам, нацеленным на хищение больших объемов финансовых средств и баз данных с персональной информацией. Но и в других компаниях есть что украсть — производственная и коммерческая информация всегда нужна конкурентам, а, например, «падение» сайта компании даже на небольшой промежуток времени может принести существенные убытки.

Теперь задача любого руководителя не просто использовать современное компьютерное оборудование, антивирусные программы, лицензионное ПО с соответствующей технической поддержкой, но и построить культуру безопасности в компании на основе соответствующей корпоративной политики и осведомленности сотрудников. Ведь даже небрежное отношение одного работника к сохранению в тайне своего пароля, которое приведет к финансовым потерям, может быть отнесено к персональной недоработке руководителя. Если же для вашей компании риск киберугроз действительно велик, а потенциальный ущерб значителен, необходимо разработать адекватную систему управления такими рисками, а также застраховать киберриски компании, благо такие продукты имеются на российском страховом рынке.

Сохранить то, что нельзя купить за деньги

Не секрет, что руководители компаний испытывают на работе практически постоянный стресс. А это не просто проблемы со здоровьем, но и профессиональное выгорание. А если так, то количество управленческих ошибок растет, и вот уже перед владельцем бизнеса маячит необходимость заменить руководителя, в профессиональный рост и образование которого было вложено немало средств, да и наем нового — дело хлопотное и затратное. Гораздо проще помочь ценному работнику оставаться в хорошей физической и интеллектуальной форме. Внедрение в компании программ для топ-менеджеров, которые включают развернутые медосмотры, консультации диетологов, психологов и личных коучей постепенно внедряется в крупных международных компаниях и должно стать частью повседневной офисной жизни. Российскому бизнесу до этого еще далеко, но регулярно проверять здоровье никто не препятствует.

Россия. США > Финансы, банки. Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 20 апреля 2017 > № 2146790 Роман Тихоненко


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter