Всего новостей: 2501416, выбрано 803 за 0.119 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Персоны, топ-лист Агропром: Ткачев Александр (58)Федоров Николай (36)Арсюхин Евгений (33)Гурдин Константин (33)Абакумов Игорь (31)Медведев Дмитрий (29)Рыбаков Александр (28)Скрынник Елена (17)Бабкин Константин (16)Данкверт Сергей (15)Панков Николай (13)Путин Владимир (12)Дворкович Аркадий (11)Басов Максим (10)Сизов Андрей (9)Стариков Иван (9)Власов Николай (8)Патрушев Дмитрий (8)Башмачникова Ольга (7)Ванеев Вадим (7) далее...по алфавиту
Азербайджан. Россия > Агропром > agronews.ru, 9 декабря 2016 > № 2000557 Александр Ткачев

Ткачев: «В России любят азербайджанскую продукцию, ей доверяют и на нее рассчитывают».

Азербайджан и Россия имеют давние тесные связи в сельскохозяйственной сфере. В советское время, в 90-е годы, сегодня из Азербайджана в Россию поставлялись и поставляются высококачественные овощи и фрукты, известные своим неповторимым, «живым» вкусом. В эксклюзивном интервью «Москва-Баку» министр сельского хозяйства РФ Александр Ткачев рассказал, как сегодня продвигается сотрудничество России и Азербайджана в агропромышленном секторе, в какие регионы России ведутся поставки продукции из Азербайджана.

– Александр Николаевич, Азербайджан – Республика с богатым сельскохозяйственным и агропромышленным потенциалом. Этому, к примеру, способствует расположение Азербайджана в 9 климатических зонах из 11 существующих, что благоприятно сказывается на производстве разнообразной продукции. Азербайджан для России – перспективный партнер в агропромышленном секторе. Как Вы оцениваете сегодняшний уровень сотрудничества между нашими странами в этом направлении?

– Сегодня Азербайджан занимает достойное место на международной арене, это многие отмечают. На Азербайджан ориентируются, перенимают его опыт. Наша страна, к примеру, изучает опыт республики в области промышленного производства, нефтедобычи, развития сельского хозяйства. Сотрудничество в аграрной сфере для нас является одним из главных направлений двустороннего взаимодействия.

В России любят азербайджанскую продукцию, ей доверяют и на нее рассчитывают. Благодаря хорошему климату Азербайджан славится фруктами и овощами высокого качества. А о вкусе азербайджанских помидоров и огурцов ходят легенды.

Как мы знаем, сегодня Азербайджан уделяет особое внимание развитию сектора экономики, не связанного с нефтедобычей, прежде всего, сельскому хозяйству. И у наших стран большие перспективы для развития отношений в этом направлении.

Чуть больше месяца назад в Баку прошел VII Азербайджано-российский межрегиональный форум, на котором, в том числе, обсуждали основные направления расширения сотрудничества в аграрной сфере, изучали обмен опытом в сельскохозяйственном секторе между Россией и Азербайджаном.

Сегодня торговые отношения между нашими странами показывают хорошие результаты. Так, по итогам 10-ти месяцев 2016 года товарооборот сельскохозяйственной продукции между Россией и Азербайджаном составил 610 млн долларов. По данным на октябрь текущего года, импорт России из Азербайджана составил 217 млн долларов, что практически на четверть больше, чем за аналогичный период прошлого года. Это произошло за счет роста объемов поставок плодоовощной продукции. Если говорить в количественном выражении, то, например, поставки томатов из Азербайджана увеличились в 1,5 раза, моркови, репы и свеклы — более чем в 2 раза, огурцов – в 2,6 раза, винограда – в 2,7 раза, яблок и груш – более чем в 1,5 раза.

Кроме этого, мы закупаем азербайджанскую продукцию животного происхождения. Сегодня 17 республиканских предприятий имеют право экспортировать на территорию Российской Федерации. Это молоко и молочная продукция, мясо птицы, готовые мясные продукты, а также рыба и морепродукты.

Мы со своей стороны поставляем в Азербайджан зерновые культуры, табачные изделия, шоколад, кондитерские изделия и алкогольные напитки. Между тем, в последнее время экспорт перечисленных товаров сократился – с января по октябрь по сравнению с этим же периодом прошлого года на 26% до 393 млн долларов. Однако, выросли объемы поставок картофеля, лука, подсолнечного масла. …

Азербайджан. Россия > Агропром > agronews.ru, 9 декабря 2016 > № 2000557 Александр Ткачев


Казахстан. Турция > Агропром > kapital.kz, 8 декабря 2016 > № 2000289 Ахмет Хамди Гурдоган

Турция готова поставлять в Казахстан 100 тысяч тонн цитрусовых

Производители фруктов намерены увеличить свое присутствие на нашем рынке

На сегодняшний день Турция занимает девятое место в мире по производству цитрусовых, это 2,7% от общемирового объема. При этом четверть выращенных в стране фруктов поставляется за рубеж — в среднем на 1 млрд долларов в год. Продуктом-лидером в этом списке являются мандарины — 36%, примерно столько же — 35% - приходится на лимоны, третье место в общем объеме экспорта занимают апельсины — 20%, на долю грейпфрутов приходится 9%.

На рынке Казахстана Турция занимает третье место по экспорту цитрусовых, при этом больше всего к нам привозит лимонов и грейпфрутов. В поставках апельсинов и мандаринов страна пока уступает другим игрокам, прежде всего Китаю. «Это связано с логистикой», — поясняет глава совета директоров Восточно-Черноморской Ассоциации Экспортеров, член совета директоров Группы по продвижению Турецких Цитрусовых (NTG) Ахмет Хамди Гурдоган.

Он посетил Алматы вместе с представителями Группы экспортеров цитрусовых, которая занимается продвижением турецких цитрусовых на международных рынках. В интервью корреспонденту центра деловой информации Kapital.kz спикер рассказал о том, как турецкие поставщики намерены увеличивать экспорт цитрусовых в Казахстан и что нужно для того, чтобы страна могла поставлять к нам больше апельсинов и мандаринов.

— Когда была создана Группа продвижения цитрусовых? Это частная или государственная структура?

— Группа была создана при участии Министерства экономики Турции в 2007 году. В целом в Ассоциацию экспортеров, действующую при министерстве, входят разные подразделения, знакомящие потребителей с качеством и характеристиками турецкого товара. Группа продвижения цитрусовых — одно из них.

— Когда группа начала работать в Казахстане?

— Мы начали свою деятельность в Казахстане как группа турецких экспортеров около двух месяцев назад. В Алматы приехали для ознакомления казахстанских потребителей с турецким товаром. Мы хотели бы, чтобы турецкий товар занимал большую, чем сейчас, долю на рынке республики.

Казахстан мы рассматриваем как большой логистический центр, через который можно было бы поставлять товары не только в Среднюю Азию, но и в граничащие регионы. Казахстанский потребитель ценит турецкий товар, знает его качество, отдает ему предпочтение. Поэтому мы хотели бы увеличивать свои поставки, используя логистическую инфраструктуру, может быть, создавая какие-то складские помещения.

— То есть у турецкой стороны есть готовность строить склады в Казахстане? О каких суммах вложений и сроках строительства может идти речь?

— В этом вопросе следует говорить прежде всего о шагах со стороны государства. На сегодняшний момент транспортная инфраструктура Казахстана — железные дороги и морской транспорт на Каспии — на наш взгляд, используется недостаточно эффективно. Китайцы построили скоростную железную дорогу до границы Турции, и она не используется. Все поставки морским транспортом осуществляются через Баку, и товар там ждет своей погрузки на суда около 10 дней.

Примерно 3 тыс. тонн турецкого товара поставляется в Казахстан напрямую из Турции. Но примерно в два раза больше — через Россию, через порт в Новороссийске. Вы же понимаете, что чем больше посредников, тем больше стоимостью товара. Этот путь и сроки поставок увеличивает. Тогда как непосредственно из самой Турции можно было бы поставлять цитрусовые на более выгодных условиях.

Что касается финансовых вложений, мы развиваем экономические отношения с разными странами путем создания торговых центров — бизнес-инкубаторов. Мы готовы создать такой бизнес-инкубатор для казахстанско-турецких отношений в Алматы, поскольку, как говорилось, мы видим Казахстан логистическим центром, через который можно было бы поставлять товары в близлежащие регионы. Размеры такого центра и объем инвестиций нужно будет определять на основании потребности, в настоящий момент точно сказать нельзя.

— Что подразумевает такой центр?

— Подобные бизнес-инкубаторы торговли созданы по всему миру, например, в Дубае, США. Создается инфраструктура для бизнеса, с необходимыми складами, офисами, шоу-румами, где можно было бы представить свой товар. Продажи осуществляются напрямую через подобные торговые центры.

— С чем связано столь повышенное внимание к цитрусам в Турции?

— В последнее время в аграрном секторе Турции произошли достаточно большие изменения. Мы доверяем своей цитрусовой продукции, ее качеству, ее вкусовым свойствам. И хотели бы продвигать ее на международные рынки, в связи с этим начата эта работа, с этим связан наш визит в Алматы.

— Вы как экспортеры получаете поддержку от государства?

— Конечно, государство поддерживает подобные начинания, и сюда мы приехали с господдержкой.

В последнее время стратегия развития Турции переместилась на развитие экспорта, поэтому каждый сектор — экспорт различных турецких товаров — получает от государства определенную поддержку. Это и финансовая помощь, и создание особых экономических условий.

— Какое место в турецком экспорте занимают цитрусовые?

— Доля цитрусовых в экспорте турецкого товара составляет 5%. Мы постоянно стараемся увеличить этот процент.

— Производство цитрусовых в Турции — как устроен этот бизнес?

— Цитрусовые выращиваются по большей части мелкими хозяйствами, но есть и крупные производители. При этом все это частные компании, не государственные.

Участие государства в производстве цитрусовых осуществляется через контроль. Надо обратить внимание на то, что в Турции имеются очень хорошие условия для произрастания цитрусовых — солнце, вода. Задача же государства — контроль над использованием химических веществ, чтобы производилась экологически чистая продукция. И поскольку в последнее время новые технологии позволяют собирать гораздо больше урожая, мы бы хотели поделиться этими полезными фруктами с братскими странами.

— Сколько цитрусовых сейчас производится в Турции?

— За последнее время производство цитрусовых в Турции возросло и сейчас составляет 3,5 млн тонн в год. Эта цифра постоянно увеличивается, поскольку изменяется сезонность сбора урожая, изменяются виды самих цитрусовых. Если раньше сбор урожая можно было осуществлять только четыре-пять месяцев, то сейчас благодаря новым видам цитрусовых, период расширился до восьми месяцев. Есть фрукты, которые созревают раньше, есть те, которые поспевают позже; цитрусовые — это те редкие фрукты, которые можно собирать даже в зимний период. За счет этого увеличивается и потенциал экспорта.

— Из 3,5 млн тонн сколько экспортируется?

— Приблизительно четверть всех производимых цитрусовых идет на экспорт. Основной потребитель — Россия, на втором месте — Европейский Союз, потребителями также являются такие страны, как Иран и Сирия. При этом из всего объема экспорта 40% поставляется в Россию.

— Сколько вы готовы поставлять в Казахстан?

— Сегодня говорить о конкретных цифрах было бы несколько предусмотрительно, поскольку поставки будут зависеть от хорошо развитой логистической инфраструктуры. Но в долгосрочной перспективе мы готовы поставлять в Казахстан около 100 тыс. тонн. Это, безусловно, потребует времени, поскольку на казахстанском рынке сейчас присутствуют такие страны, поставляющие цитрусовые, как Китай и Пакистан. Это наши основные конкуренты в настоящее время.

Прежде всего, нужно, чтобы потребитель оценил качество нашего товара. Кроме того, улучшение инфраструктуры, как мы уже говорили, обеспечит прямые поставки, что снизит цены. Казахстан поставляет в Турцию очень большое количество зерна по железной дороге, назад в Казахстан эти вагоны можно возвращать с другими продуктами, в том числе и с цитрусовыми. Это, естественно, скажется на стоимости и увеличении продаж.

— Если говорить о потребительских предпочтениях, в России потребляют больше турецких мандаринов и апельсинов, в Казахстане — лимонов и грейпфрутов. С чем это связано?

— Дело опять-таки в логистике, она определяет выбор видов фруктов для поставок. У лимонов и грейпфрутов более длительный срок хранения, а поскольку продукция доставляется в Казахстан через Москву, именно лимоны и грейпфруты лучше отправлять на рынок Казахстана. Когда поставки будут осуществляться напрямую, то можно будет расширить ассортимент цитрусовых, включить те же мандарин. На сегодняшний день на казахстанском рынке турецких мандаринов вообще нет, что опять же связано с их сроком годности и длительностью доставки.

— В какие регионы Казахстана вы планируете поставлять продукцию?

— Этот вопрос опять-таки возвращается к логистике. Если развивать морскую и железнодорожную транспортную инфраструктуру, то, поскольку Атырау и Актау находятся ближе всех к Каспийскому морю, поставки, вероятно, будут осуществляться через эти города.

Но, подчеркну, мы не рассматриваем Казахстан отдельно по областям, мы не собираемся поставлять только на юг или север. Для нас Казахстан — это единый рынок сбыта. Но логистику действительно проще будет осуществлять через порты Каспийского моря и железнодорожные пути Шелкового пути, построенные Китаем. И также использовать открывшийся пропускной пункт между Россией и Грузией — Верхний Ларс.

— Будут ли меняться объемы поставок в связи с сезонностью?

— Количество собранной продукции меняется от сезона. Но в Турции есть много других продуктов, которые по качеству не уступают цитрусовым. То есть необязательно прерывать поставки, можно дополнить ассортимент другими продуктами.

Как я уже говорил, сейчас в Турции цитрусовые собирают восемь месяцев, это достаточно большой срок.

В заключение хочу сказать, что сейчас, когда речь идет о поставках турецких товаров, в том числе цитрусовых, в Казахстан, мы пытаемся правой рукой дотянуться до левого уха, вместе того, чтобы делать простые движения. Это нелогично и неэргономично. В то время как простые и понятные решения, в данном случае связанные с поставками турецкой продукции в Казахстан, пойдут на пользу обеим странам и способствуют развитию экономических отношений наших стран.

Казахстан. Турция > Агропром > kapital.kz, 8 декабря 2016 > № 2000289 Ахмет Хамди Гурдоган


Франция > Агропром > portal-kultura.ru, 7 декабря 2016 > № 2001516 Андре Террай

Андре Террай: «Превращаем трапезу в настоящий спектакль»

Юрий КОВАЛЕНКО, Париж

Легендарный ресторан «Тур д’Аржан» («Серебряная башня»), основанный в 1582 году, называют «памятником французскому искусству жить». Здесь пировали монархи — от Генриха IV до Людовика XIV. Завсегдатаями были известные гурманы Оноре де Бальзак и Александр Дюма. «Башня» помнит британского премьера Черчилля, японского императора Хирохито и целую плеяду кинозвезд — от Чарли Чаплина и Элизабет Тейлор до Ива Монтана и Жан-Поля Бельмондо. В наполеоновские времена «Тур д’Аржаном» руководил личный повар Бонапарта Лекок, а на протяжении последних ста лет ресторан — вотчина династии Террай. Корреспондент «Культуры» встретился с нынешним владельцем 36-летним Андре Террайем.

культура: «Тур д’Аржан» занимает особое место на парижском гастрономическом олимпе. В чем секрет неизменного успеха?

Террай: Мы наследники славного прошлого. Однако я не только хранитель очага, но и предприниматель, и менеджер. Мы блюдем традиции, при этом не забываем о том, что живем в XXI столетии.

культура: Каковы особенности нынешней эпохи с точки зрения ресторанного бизнеса?

Террай: Наше дело носит глобальный характер и, по сути, интернационально. Так, французские повара востребованы во многих странах, включая Россию, а Париж открыт для кухни любого континента. Никогда еще на берегах Сены не было столько мест, где можно вкусно поесть, — рестораны, бистро, отели, ночные клубы. Конечно, между нами острейшая конкуренция — каждый стремится удивить своих гостей, тем более, что после серии терактов туристов стало заметно меньше. Не так давно ЮНЕСКО включила французскую кухню в список Всемирного нематериального культурного наследия. Так что стараемся держать марку.

культура: «Нет ничего более серьезного, чем удовольствие», — шутил Ваш отец Клод Террай, посвятивший всю жизнь «Тур д’Аржан». Вы продолжаете славную традицию?

Террай: Конечно. К нам приходят, как в театр, чтобы поучаствовать в уникальном спектакле, в который мы превращаем трапезу. В «Тур д’Аржан» у каждого — от портье до шеф-повара и сомелье — своя роль. Важно и то, что у нас замечательные декорации. Из окон открывается потрясающий вид на Собор Парижской Богоматери, который расположен почти напротив.

культура: Помимо «декораций» главным номером Вашего гастрономического шоу остается фирменная утка. Как она появилась в меню?

Террай: Фредерик Делер купил этот ресторан в 1890 году и придумал блюдо под названием утка по-руански. Птицу готовят на глазах у клиента. Делеру же пришла в голову гениальная идея присваивать каждой заказанной утке номер и вручать его гостю в качестве сувенира. Сегодня мы предлагаем пять блюд с уткой. Всего в наших стенах их съедено почти 1,2 миллиона.

культура: Какими еще деликатесами удивляете посетителей?

Террай: «Фуа-гра трех императоров». С ней связана занятная история. 7 июня 1867 года в «Английском кафе» — это часть «Тур д’Аржана» — собрались на ужин русский царь Александр II, цесаревич — будущий Александр III, прусский король Вильгельм I и канцлер Бисмарк. В конце обильной трапезы русский монарх поинтересовался: нельзя ли отведать фуа-гра? Мой прадед Клодиюс Бюрдель, которому принадлежало «Английское кафе», объяснил, что сезон гусиной печенки начинается осенью, и пообещал непременно угостить вашего самодержца. Стоит ли уточнять, что в октябре Александр II получил в подарок фуа-гра. С тех пор это яство в нашем меню.

культура: Сегодня французы, особенно молодежь, пьют все меньше и меньше вина. Можно ли у Вас поужинать, заказав только бутылку минеральной воды?

Террай: Разумеется. Наши клиенты из мусульманских стран вообще не употребляют спиртного. Тем не менее они очень комфортно чувствуют себя в наших стенах.

культура: К счастью, подавляющее большинство Ваших гостей не представляет себе застолья только с минералкой.

Террай: Наша винная карта весит целых восемь килограммов. Каждый год у нас выпивают от 20 000 до 25 000 бутылок. Мы постоянно пополняем свои погреба, где хранится 350 000 бутылок, всего 18 000 названий. Некоторые из них «стареют», то есть ждут своего часа, и завсегдатаи знают, на что могут рассчитывать в ближайшие годы. Принято думать, что красное более популярно, но в последнее время возвращается интерес к белому — в частности, к бургундскому. Россияне, как мне кажется, предпочитают бордо. Впрочем, ваши соотечественники вообще прекрасно разбираются в алкогольных напитках.

культура: Русские часто заглядывают в «Тур д’Аржан»?

Террай: Несмотря на все кризисы, гостей из России становится больше. Приезжают не только из Москвы и Санкт-Петербурга, но и из провинции. Порой приходят очень известные люди, некоторые из них даже предпочитают оставаться инкогнито. В свое время у нас бывали Федор Шаляпин, Андрей Громыко, Михаил Горбачев, Борис Ельцин, Майя Плисецкая, Родион Щедрин — всех не упомнишь. Праздник, предлагаемый нами, достаточно дорог, но цена сопоставима с посещением оперы или балета. Есть у нас и обеденное меню за 105 евро, правда, без вина. На мой взгляд, это вполне приемлемая стоимость.

культура: Кто из знаменитостей произвел на Вас наибольшее впечатление?

Террай: Анджелина Джоли и Брэд Питт. Жаль, что они расстались.

культура: Диетологи советуют выходить из-за стола с легким чувством голода. Разделяете их точку зрения?

Террай: Не могу с ними согласиться. Мы делаем все, чтобы свести калории к минимуму, например, практически отказались от сливочного масла, но, если вы остались голодным, значит, мы вас плохо приняли. Все-таки в «Тур д’Аржан» ходят не соблюдать диету, а вкусно поесть. Так или иначе, сегодня даже в лучших ресторанах потребляют несравненно меньше, чем во времена наших предков.

культура: Вы сами эпикуреец?

Террай: Не только эпикуреец, но и гурман. Мне повезло, в моем распоряжении находится «Тур д’Аржан». Я из тех, кто любит проводить за хорошим обедом три-четыре часа. Но чтобы не набрать лишних килограммов, на ужин ем только легкий суп и йогурт.

культура: Однако чревоугодие считается одним из семи смертных грехов.

Террай: Как добрый христианин, я об этом знаю — утешаю себя тем, что из всех он самый безобидный.

культура: Когда-то у «Тур д’Аржан» было три звезды «Мишлен», сейчас осталась только одна. Для Вас это удар по престижу?

Террай: Мы не опускаем руки. Одна из наших целей состоит именно в том, чтобы вернуть вначале вторую, а потом и третью звезду. Надежды связываем с выдающимся поваром Филиппом Лаббе, которого пригласили в мае 2016 года. Он уже «переосмыслил» наши фирменные блюда. Скажем, включил в охотничье меню дикого кролика.

культура: Какова Ваша мечта как владельца «Тур д’Аржана»?

Террай: Мне бы очень хотелось организовать у нас ужин для нескольких государственных лидеров. В истории многие проблемы решались за трапезой. Так что добро пожаловать.

Франция > Агропром > portal-kultura.ru, 7 декабря 2016 > № 2001516 Андре Террай


Россия > Агропром > premier.gov.ru, 5 декабря 2016 > № 2001227 Дмитрий Медведев

Совещание о мерах государственной поддержки сельского хозяйства в 2017 году.

Вступительное слово Дмитрия Медведева:

Коллеги, неделю назад мы рассматривали вопросы, связанные с поддержкой промышленности. Сегодня обсудим меры господдержки сельского хозяйства в следующем году.

Сразу хочу сказать, поддержка аграриев в следующем году будет сохранена на уровне не ниже текущего года, то есть сохранится в существующих объёмах. Это более 220 млрд рублей. Это принципиальная позиция Правительства. Об этом должны знать и те, кто трудится на селе, и предприниматели, которые запускают новые проекты или планируют свои инвестиции в сельское хозяйство. Это касается и тех, кто уже инвестиции совершил. Необходимо вернуться к вопросам расчёта по тем инвестиционным обязательствам, которые существуют. Обращаю на это внимание и Минсельхоза, и Министерства финансов

Рассчитываем, что эти средства, средства будущего года, будут работать не менее эффективно, чем в этом году. О наших успехах в сельском хозяйстве уже неоднократно говорилось. Действительно, отрасль показывает устойчивый рост. Надеюсь, что нам удастся это сохранить и на будущее: и очень высокие урожаи зерновых, а стало быть, экспортный потенциал, и увеличение темпов производства мяса, причём различных сортов. В целом мы в значительной мере решили задачи продовольственной безопасности страны по основным позициям.

Именно ради достижения этих целей и было принято решение модернизировать систему предоставления субсидий. Здесь есть несколько направлений. Первое касается упрощения механизма распределения субсидий. Существующее число межбюджетных трансфертов, а их сейчас 54, будет сокращено до семи. Сразу хочу обратить внимание коллег по Правительству (мы эту тему обсуждали и с губернаторами, и с аграриями): чем проще система доведения трансфертов и меньше их число, тем легче.

В то же время в результате уменьшения количества межбюджетных трансфертов, в результате такой компрессии, так сказать, мы ничего не должны потерять. Потому что, если в результате уменьшения с 54 до семи что-то исчезнет из того, что действительно нужно аграриям, это будет плохо. Прошу ещё раз это проверить. Регионы должны получать единую субсидию по целому ряду направлений и сами, соответственно, решать, какие программы развития аграрного комплекса для них являются наиболее важными.

Второе. С 2017 года вводится механизм льготного кредитования, чтобы инвестиции в сельское хозяйство оставались для бизнеса привлекательными. Ставка должна быть не более 5%. Субсидии по таким кредитам будут поступать сразу в банки. Это позволит производителям не тратить свои средства на оплату субсидируемой части процентной ставки и не терять времени на ожидание, пока деньги вернутся в виде субсидий.

Третье. Есть ещё одно предложение – скорректировать правила получения субсидий для тех сельхозпроизводителей, которые вкладываются в создание новых и модернизацию существующих аграрных предприятий. Напомню, что они могли претендовать на получение компенсации прямых понесённых затрат. В новой редакции предлагается некоторым образом изменить позиции. Хочу услышать аргументацию этого.

Все эти новые механизмы финансирования, если мы окончательно о них договоримся, примем все решения, мы должны запустить со следующего года. И самое главное – два момента. Первый – они, конечно, должны повысить эффективность бюджетных расходов. И второй, не менее важный: эти механизмы финансирования должны способствовать развитию сельского хозяйства.

Есть и дополнительные предложения по некоторым другим направлениям, давайте их тоже обсудим.

Россия > Агропром > premier.gov.ru, 5 декабря 2016 > № 2001227 Дмитрий Медведев


Россия. ЦФО > Агропром. Легпром. СМИ, ИТ > vestikavkaza.ru, 28 ноября 2016 > № 1985601 Алексей Кондратьев

Алексей Кондратьев: "Покровская ярмарка может стать аналогом Oktoberfest"

Беседовала Мария Сидельникова

Одним из самых ярких и красочных праздников в России считается Покровская ярмарка, возрождающая исторические, трудовые, культурные традиций и промыслы Тамбовской области. Об истории ярмарки "Вестнику Кавказа" рассказал сенатор от Тамбовской области Алексей Кондратьев.

- Алексей Владимирович, в верхней палате парламента вы представляете свой родной край, Тамбовскую область. Расскажите об истории Покровской ярмарки.

- Ярмарка зародилась как одна из форм торговых отношений - по образу праздника урожая. Есть такие примеры во многих регионах как нашей страны, так и за рубежом, тот же Oktoberfest. Ярмарка проводилась в течение достаточно долгого времени до 1917 году, после чего была забыта почти на 90 лет.

Шесть лет назад, я тогда был главой города Тамбова, вместе с главой администрации города Александром Филипповичем Бобровым, губернатором тогда Тамбовской области Олегом Ивановичем Бельтманом было принято решение возродить эту ярмарку. В 2011 году это решение реализовано. Тогда на городской набережной, прежде всего, силами Комитета по потребительскому рынку и предпринимателей города Тамбова и Тамбовской области была организована в новом формате Покровская ярмарка. Через три года мы зарегистрировали в Агентстве по интеллектуальной собственности товарный знак, отмечающий товары, продаваемые на этой ярмарке. С самого первого дня в этом процессе участвовали наши зарубежные партнеры как из ближнего зарубежья, так и из дальнего зарубежья, в том числе из Болгарии, Франции, Абхазии.

В этом году прошла юбилейная ярмарка. В ней участвовало более 900 предпринимательских коллективов, был достаточно большой товарооборот, огромную выручку получили. Стало понятно, что нужно уходить от формата работы на набережной в рамках торгово-развлекательных объектов, потому что ярмарка – это не просто торговля, это еще и праздник, это работа всевозможных площадок с творческими коллективами, фольклорными, развлекательными группами, спортивно-состязательными мероприятиями. Такая зрелищная составляющая дает достаточно интересный фон.

В царской России Тамбовская губерния была в 5 раз больше, чем сегодня. Было более 5 млн населения, и, фактически, Тамбовская область на тот момент была ведущей областью по производству зерна. Сегодня, оставаясь одной из ведущих областей по производству зерна, и вообще товаров сельхозназначения, Тамбовская область способна стать ключевым игроком в товарно-ярмарочных отношениях. Ярмарка же должна стать аналогом Oktoberfest с таким расчетом, чтобы она ежегодно собирала представителей не только Тамбовщины, но и всех наших 85 регионов и, естественно, всех наших друзей, всех наших партнеров из ближнего и дальнего зарубежья. Это даст возможность обмениваться и товарами, продавая их друг другу, и технологиями производства, и переработки товаров сельхозназначения, машиностроения сельхозназначения.

Очень важно сегодня понимать, что в условиях проблемы семенного фонда в сельском хозяйстве, как в собственно зерноводстве, так и в плодоовощном производстве, эта ярмарка способна нести и научный потенциал, и творческий потенциал. Мы можем на базе этой ярмарки в том числе и научные конференции, симпозиумы, форумы. Это важно для развития сельхозсоставляющей и торговой составляющей в экономике страны. Поэтому я думаю, что у ярмарки достаточно широкие перспективы. Наша задача – работать над созданием условий реализации этих задач для всех регионов нашей РФ.

- Как население Тамбова поддерживает эту инициативу?

- Для нашей молодежи это праздник. Это, наверное, исконно российское – прийти поглазеть, поучаствовать, потереться в толпе, потусоваться, показать свою удаль, поучаствовать в конкурсах, в составе творческих коллективов, спортивных коллективов, в разных показательных выступлениях, в выставках народных промыслов. Это всегда было достойным самовыражением. Поэтому люди всегда в Тамбове и Тамбовской области очень охотно и активно идут на эту ярмарку. Тем более для муниципальных образований Тамбовской области – их у нас 30 (7 городов и 23 сельских района) – выделяются свои площадки со своими павильонами, представляющими именно их территории, их районы, их города.

Это негласное соревнование среди муниципальных образований – показать с самой выгодной стороны свою экономику, выраженную в натуральном продукте, либо в каких-то предметах народных промыслов. Это соревновательный дух, праздничное настроение, особенно когда потом все оценено народным жюри, подведены итоги, вручены медали, дипломы. Это все показывает завершение производственного цикла в течение целого года.

Вслед за этим праздником следуют полевые работы по подготовке к зиме, в течение зимы проходят соответствующие мероприятия, потом весенние полевые работы и опять сбор урожая.

Эта ярмарка имеет несколько этапов и проводится не только в самом Тамбове. Есть и подготовительные мероприятия на территории Мичуринска, это наш наукоград, происходят демонстрации, особенно в день садовода, накануне, практически за месяц до этого, все достижения в полеводстве, в растениеводстве, в плодоовощеводстве демонстрируются непосредственно на территории города Мичуринска. Новые формы глубокой переработки – это очень интересно, на самом деле.

Россия. ЦФО > Агропром. Легпром. СМИ, ИТ > vestikavkaza.ru, 28 ноября 2016 > № 1985601 Алексей Кондратьев


Казахстан > Агропром > oilworld.ru, 28 ноября 2016 > № 1983815 Дмитрий Пампур

Мы смотрим в будущее с обоснованным оптимизмом – ТОО «Фирма Диканшы»

Пшеничная мука традиционно занимает ключевые позиции в структуре экспорта товаров пищевой промышленности Казахстана, на ее долю приходится 35-40% от общих объемов, а Казахстан продолжает сохранять лидирующие позиции в мировом экспорте готовой продукции. О работе казахстанского рынка муки, проблемах, реалиях и перспективах в интервью АПК-Информ рассказал директор ТОО «Фирма Диканшы» Дмитрий Пампур .

Справка

ТОО «Фирма Диканшы» было основано в декабре 2001 года и является одним из стабильно работающих и динамично развивающихся предприятий на зерновом рынке Северо-Казахстанской области.

Сегодня бренд ТОО «Фирма Диканшы» объединяет ряд направлений деятельности: трейдинг зерновых/масличных культур, а также продуктов их переработки, оказание логистических услуг в страны ближнего и дальнего зарубежья. Производство оснащено оборудованием, позволяющим отгружать продукцию в различной упаковке (мешки, Big Bag) автомобильным и железнодорожным транспортом (зерновозы, крытые вагоны), как с имеющегося на территории предприятия ж/д тупика, так и с элеваторов и мест выгрузки по всей территории Республики Казахстан.

- Дмитрий Сергеевич, как Вы оцениваете старт сезона-2016/17 в секторе продуктов переработки зерновых? Какие особенности Вы смогли бы выделить, каковы прогнозы и ожидания?

- Старт сезона уборки зерновых 2016/17 МГ в Северном Казахстане поначалу был обнадеживающим для переработчиков. В августе стояла сухая погода, сельхозпроизводители планировали убрать урожай с более высокими показателями клейковины и натуры по сравнению с прошлым годом. Но в сентябре пошли затяжные дожди, и в результате основная масса убранного урожая зерна пшеницы соответствует 4 классу. Следовательно, для мукомолов, особенно производящих трехсортовой помол и нуждающихся в зерне более высокого качества, данный год удачным назвать сложно.

Существенно измениться ситуация в текущем году может в том случае, если ценовая конъюнктура на зерно пшеницы в граничащих с Северным Казахстаном регионах России сложится таким образом, что экспорт в Казахстан станет выгодным для российских сельхозтоваропроизводителей. А данный фактор, как показали предыдущие годы, в первую очередь, зависит от курса российского рубля к тенге, т.е. от действий по поддержанию курса национальных валют к доллару США Центробанка РФ и Нацбанка РК соответственно.

- Насколько высока конкуренция на рынке пшеничной муки в текущем сезоне? Какие меры предпринимаете для удержания своих позиций?

- Конкуренция на рынке пшеничной муки растет год от года, в основном за счет снижения закупок прежними нашими традиционными покупателями из стран Средней Азии, в первую очередь из Таджикистана, где за последние годы были запущены в эксплуатацию серьезные мукомольные мощности, оснащенные современным высокопроизводительным оборудованием. Поэтому в настоящее время наши прежние таджикские покупатели закупают на казахстанском рынке зерно для собственных мельниц.

Для удержания своих позиций в такой ситуации важно выстраивание долговременных обоюдовыгодных отношений с действующими оптовыми покупателями. Мы стараемся производить муку, максимально соответствующую потребностям наших партнеров, в первую очередь в плане оптимального соотношения цена/качество. Также на таком конкурентном рынке необходимо уделять повышенное внимание качеству тары, придумывать маркетинговые ходы по повышению узнаваемости нашего бренда на целевых рынках.

В связи с узнаваемостью нашей муки на рынках Средней Азии мы даже столкнулись со случаями подделок нашей продукции и вынуждены принимать меры по борьбе с данным явлением.

- Какие факторы оказывают основное влияние на формирование цен на муку на данный момент, учитывая недостаточное количество высокопротеиновой пшеницы в Казахстане в текущем сезоне?

- Основной фактор, влияющий на формирование цены муки на данный момент, – это спрос Афганистана. Положительным моментом являются относительно невысокие требования афганских потребителей к качеству муки. Отсутствие достаточного предложения зерна пшеницы 3 класса на местном рынке не приводит к простоям мельниц, у которых на афганский рынок приходится основной сбыт муки.

В структуре себестоимости муки основной удельный вес занимает стоимость пшеницы, которая в годы относительно небольшого урожая, как правило, имеет тенденцию роста. При сокращении круга покупателей в такие годы большинство производителей муки имеют узкий коридор возможностей, и конкурировать в борьбе за покупателя приходится в основном за счет снижения рентабельности производства.

- Чем руководствуется ваша компания при определении объемов производства продукции? Для компании предпочтительнее реализовывать пшеничную муку россыпью или фасовать?

- Наша компания при определении объемов производства руководствуется только наличием платежеспособного спроса на нашу продукцию. Конечно, как любое коммерческое предприятие, мы стремимся максимизировать наши доходы, но при этом стараемся зарабатывать не только на растущем, но и на снижающемся рынке. Другими словами, у нас нет минимально допустимой нормы рентабельности, ниже которой мы считаем нецелесообразным продолжать производить муку.

Мы продаем нашу муку только оптом, задачу фасовки в розничную упаковку мы перед собой на данный момент не ставим. Сейчас мы в основном производим односортовой помол, а выходить на розничный рынок с одним-двумя сортами муки, при этом неся существенные затраты на организацию собственной сбытовой службы, считаем экономически нецелесообразным. Хотя в будущем при изменении конъюнктуры рынка мы данный вариант для себя не исключаем в принципе.

- Насколько активен спрос на готовую продукцию на внешних рынках в текущем МГ?

- В начале сезона спрос на казахстанскую муку на внешних рынках был достаточно высоким. Однако к ноябрю потребности в муке стали закрываться активными поставками, и по закону равновесия спроса и предложения на свободном рынке цена на муку в ноябре снизилась по сравнению с предыдущим месяцем. В целом, спрос продолжает оставаться стабильным, усиливаются ценовые колебания.

- В последние три сезона Афганистан является одним из ключевых импортеров казахстанской пшеничной муки. Какие отрицательные/положительные стороны Вы могли бы выделить при работе с афганским потребителем?

- Положительной стороной работы с афганскими потребителями является то, что фактически их покупки нивелировали резкое снижение спроса на муку со стороны потребителей из других среднеазиатских стран, и прежде всего из Таджикистана. Не будет преувеличением сказать, что афганский спрос на муку спас многие крупные казахстанские мукомольные комплексы от длительных простоев и серьезных финансовых проблем.

К отрицательным аспектам следует, прежде всего, отнести периодически возникающую проблему со своевременной выгрузкой казахстанской муки на афганской станции Хайратон. Эта проблема дестабилизирует как цены на муку на афганском рынке, так и наше местное производство: возникает острый дефицит свободных вагонов, а мукомолы не могут долго работать «на склад».

В долгосрочной перспективе увеличение доли афганского экспорта будет приводить к некоторому снижению качества казахстанской муки, т.к. афганские оптовые покупатели постоянно требуют снижения цен, пользуясь наличием избыточных мукомольных мощностей в Казахстане. А с некоторого порога снижение цены муки становится возможным только путем снижения ее качества.

- Как Вы думаете, в ближайшей перспективе увеличится ли экспорт казахстанских зерновых и продуктов их переработки в Афганистан в целом и вашей компании в частности?

- Существенное увеличение в ближайшей перспективе экспорта казахстанской муки в Афганистан мы не прогнозируем. Для этого отсутствуют такие объективные причины, как постоянно увеличивающийся прирост населения (в Афганистане он более-менее стабилен и составляет порядка 3% в год), рост благосостояния потребителей (внутриполитическая ситуация в Афганистане коренным образом не улучшается). Субъективные же причины, такие как осложнение экономических отношений между Афганистаном и Пакистаном, следствием чего явилось увеличение таможенных пошлин на ввозимую в Афганистан пакистанскую муку, все же являются временным явлением, на основании которого не стоит строить излишне оптимистичные среднесрочные прогнозы.

Что касается непосредственно нашей компании, то мы будем стараться увеличивать нашу долю в общем объеме экспорта казахстанской муки в Афганистан за счет более тонкой подстройки под требования афганских потребителей.

- Учитывая географическое местоположение вашей компании, граничащее с территорией РФ, насколько активно вы сотрудничаете с российскими компаниями, и какие перспективы развития работы в данном направлении вы видите?

- Традиционно казахстанская мука являлась более качественной по сравнению с российской. Более того, зачастую наша мука использовалась как улучшитель российской муки в хлебопекарном производстве. Однако в настоящее время казахстанским компаниям-производителям продуктов питания более сложно выйти на российский рынок, чем российским на казахстанский. Сказываются как более сложные процедуры по санитарно-карантинному контролю со стороны российских уполномоченных органов, так и финансово затратные условия вхождения в продуктовую линейку крупных федеральных торговых сетей – необходимо предоставление эксклюзивных ценовых скидок и значительных отсрочек по платежам за реализованную продукцию.

Также ввиду того, что в соседних с нашей областью регионах России имеются крупные сельхозпроизводства и мукомольные комбинаты, у нас отсутствуют объективные возможности проводить продвижение своей продукции российским хлебокомбинатам. Также не стоит сбрасывать со счетов некоторое снижение платежеспособного спроса российского потребителя, вследствие чего местные мукомольные предприятия вынуждены в том числе снижать цены на свою продукцию для поддержания уровня продаж, что также не позволяет планировать продвижение нашей муки на российский рынок.

- Каков Ваш прогноз относительно тенденции развития цен на пшеничную муку в текущем сезоне?

- Наш прогноз цены на пшеничную муку в текущем сезоне базируется на сценарии сезонной волатильности спроса как на конечный продукт, так и на сырье для его производства.

По нашему мнению, текущее незначительное снижение цен на муку должно в декабре смениться таким же несущественным их ростом. В январе-феврале следующего года цены на муку, скорее всего, снова вернутся к текущим значениям, т.е. незначительно снизятся по сравнению с декабрем.

Весной же мы прогнозируем достаточно существенное увеличение цен на муку, примерно на 30-35% к текущим ценам, вследствие такого же роста цен на зерно пшеницы ввиду ограниченного ее предложения.

Стоит отметить, что это базовый сценарий, который основан на текущей макроэкономической ситуации. К примеру, если сбудутся прогнозы некоторых российских экономистов о существенной девальвации рубля по отношению к доллару США в декабре-январе и при этом казахстанский Национальный банк будет, как обычно, какое-то время сдерживать аналогичное снижение тенге, весной будущего года цены на муку за счет более дешевой российской пшеницы в качестве источника сырья для казахстанских мукомолов могут увеличиться не столь существенно.

- Какие задачи ставит перед собой ТОО «Фирма Диканшы» на 2016/17 МГ?

- Основная задача компании на текущий сезон – увеличить объем продаж муки за счет диверсификации как нашей продукции (разные сорта муки), так и расширения круга наших покупателей.

Ввиду возможной нестабильности спроса Афганистана с учетом появляющихся новых логистических маршрутов (например через Иран) мы все большее внимание уделяем поиску новых рынков сбыта нашей продукции в странах дальнего зарубежья. В целом, даже в столь непростой ситуации на рынке мы смотрим в будущее с обоснованным оптимизмом.

Беседовала Полина Калайда

Казахстан > Агропром > oilworld.ru, 28 ноября 2016 > № 1983815 Дмитрий Пампур


Россия. СЗФО > Агропром > ria.ru, 25 ноября 2016 > № 1982552 Сергей Яхнюк

Яхнюк: в Ленобласти реализуется 33 проекта АПК на сумму 24 млрд рублей

О предварительных итогах 2016 года в сфере АПК и реализации крупных инвестиционных проектов в Ленинградской области в интервью рассказал РИА Новости председатель комитета по АПК и рыбохозяйственному комплексу региона Сергей Яхнюк.

- Сергей Васильевич, сейчас в регионе на старте находятся свыше 30 инвестиционных проектов. Сколько проектов сейчас реализуется в АПК, какие из них наиболее важные?

— Реализуется 33 инвестиционных проекта на общую сумму 24 миллиарда рублей. Инвесторы активно вкладывают средства в понятные по окупаемости направления промышленности. Хочу выделить два крупных проекта кролиководческих ферм. Фермы планируются к строительству в Волосовском и Лужском районах. В Лужском районе кролиководческий комплекс построит компания ООО "Рабитт". Соглашение о строительстве комплекса между правительством Ленобласти и компанией было подписано еще в рамках ПМЭФ-2016 в июне нынешнего года. Производитель планирует уже в 2017 году начать выпуск порядка 1200 тонн диетического мяса. Кролиководческий комплекс сможет обеспечить работой более 150 местных жителей.

На выставке "Агрорусь-2016" и инвестиционном форуме "Сочи-2016" в два этапа были подписаны соглашения с ООО "АПК Веста" о создании промышленного комплекса и селекционно-генетического центра кролиководства в Волосовском районе. Инвестиции в проект составят более 2,5 миллиардов рублей. Объем производства кроличьего мяса и субпродуктов — свыше семи тысяч тонн в год. При реализации проекта запланировано создание более 250 рабочих мест.

- Развитие агропрома Ленобласти во многом зависит от достижений в сфере селекции животных и растений. Как с этим обстоит дело сейчас в регионе?

— Если говорить про создание крупных селекционных центров, то в следующем году мы готовим к открытию генетический центр по молочному животноводству во Всеволожском районе. Также в 2017 году должен появиться в регионе и селекционно-семеноводческий центр по доработке семян зерновых культур.

- Как Вы оцениваете на сегодняшний день итоги деятельности АПК за 2016 год?

— Этот год для сельского хозяйства региона был самым тяжелым за последние 25-30 лет. С мая по сентябрь 2016 года в области выпало осадков практически в два раза больше климатической нормы. По итогам 2016 года урожай зерновых составит 110 тысяч тонн, овощей – 180 тысяч тонн и картофеля – 220 тысяч тонн. Также хочу отметить, что заготовлено кормов свыше 31 кормовой единицы на одну условную голову, что позволяет нам обеспечить поголовье в зимний стойловый период вплоть до уборки кормовых следующего сезона.

В этом году удается удержать темпы по развитию животноводства, а также производству молока и мяса. Эксперты считают, что за 2016 год в сельхозпредприятиях и крестьянско-фермерских хозяйствах будет произведено 606,5 тысяч тонн молока, что на 17 тысяч больше показателя прошлого года. При этом молочная продуктивность достигнет 8160 килограмм на фуражную корову. Также мы не снижаем темпы по производству мяса. По итогам этого года планируем произвести 373 тысячи тонн мяса, что на полторы тысячи тонн больше, чем за 2015 год. Производство яйца за этот период составит примерно три миллиарда штук.

Если говорить о рыбохозяйственном комплексе, то вылов рыбы по итогам года достигнет 21 тысячу тонн, это на 8% больше показателя за аналогичный период прошлого года. Общий объем выращивания рыбы составит к концу года 7,6 тысячи тонн. В основном в рыбоводных хозяйствах региона выращивается форель. Это ООО "Рыбстандарт", СХП "Салма", СХП "Кузнечное", ООО "Приморское".

Кроме того, приведу некоторые цифры по пищевой и перерабатывающей промышленности. За 2016 год мы произведем около 180 тысяч тонн молочных продуктов, 40 тысяч тонн хлеба, 27 тысяч тонн кондитерских изделий, и 92 тысячи тонн мяса и мясопродуктов, 405 тонн сыра и 88 тонн масла. Это достаточно серьезные объемы.

- Ранее правительство Ленинградской области сообщило, что объем производимой сельхозсектором региона продукции должен к 2030 году увеличиться более, чем в два раза — до 236 миллиардов рублей в год. За счет каких отраслей АПК может быть достигнута эта цифра?

— Мы рассчитываем, что такой рост будет осуществлён, в первую очередь, за счет птицеводства. Хочу отметить, что производство яйца будет увеличиваться. Также прогнозируется рост производства мяса птицы. В регионе активно поддерживается производство индюшатины. К примеру, в Лужском районе уже реализуется проект по производству этого диетического мяса. Кроме того, показатели будут расти в перерабатывающей мясной и молочной промышленности.

- Для начинающих фермеров в регионе действуют субсидии, предоставляемые комитетом по АПК. Расскажите, как у Вас проходит процесс выдачи таких субсидий? По каким критериям Вы отбираете проекты начинающих фермеров?

— Вначале в регионе объявляется конкурс на предварительный отбор проектов, где заявителями должен быть подан набор документов. Затем комиссия, состав которой на 50% состоит из специалистов комитета по АПК и на 50% — из представителей общественных организаций, в частности крестьянско-фермерских хозяйств, выбирает достойные проекты. При выборе проекта учитывается, в том числе, опыт заявителя, обоснованность ожидаемых результатов. Если есть определенные сомнения по какому-либо представленному проекту, отправляем его на доработку. В целом здесь идет принципиальной отбор участников для того, чтобы региональные и федеральные средства попали в "нужные руки", которые хотят реализовать свой проект в регионе. Мы несем ответственность за свое решение и за то, что бы эти деньги были потрачены эффективно, и был результат. В этом году грантовую поддержку получили 53 начинающих фермера на общую сумму 79 миллионов рублей и 17 грантов досталось малым семейным фермам по животноводству.

- Каков размер господдержки сельхозпроизводителей в 2016 году?

— Объем господдержки сельхозпроизводителей за счет средств федерального и областного бюджетов составит в этом году примерно 4,6 миллиарда рублей. По состоянию на 21 ноября на счета предприятий перечислено около четырех миллиардов рублей. Также хочу отметить и освоение бюджета, которое мы прогнозируем на уровне 99%.

В регионе активно реализуется подпрограмма "Устойчивое развитие сельских территорий". На нее выделено 2,1 миллиарда рублей, из которых 80% составили средства областного бюджета. В рамках подпрограммы 110 сельских семей смогли улучшить в этом году жилищные условия. Планируется, что до конца 2016 года к ним добавятся еще 15 семей. В регионе уже сформирована очередь на следующий год из 323 претендентов на получение жилья, из них 120 человек — молодые специалисты. Я считаю, что в Ленинградской области сейчас активно идет закрепление молодых кадров, которые стали залогом стабильности сельского хозяйства. Подпрограмма по развитию сельских территорий активно реализуется в Приозерском, Гатчинском, Выборгском, Волосовском и Лужском районах. Кроме того, среди нововведений в этом направлении хочу отметить и улучшение жилищных условий в результате участия молодых специалистов в долевом строительстве, при котором государство оплачивает 90% стоимости жилья.

Россия. СЗФО > Агропром > ria.ru, 25 ноября 2016 > № 1982552 Сергей Яхнюк


Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены. Недвижимость, строительство. Агропром > amurmedia.ru, 24 ноября 2016 > № 1995455 Денис Грось

В прошлом году "Авангард" стал официальным резидентом ТОР "Хабаровск", к этому моменту на территории Парка заработали первые производства и на сегодняшний день уже можно оценить положительный эффект от реализации намеченных планов и начинать строить новые. О строительстве второй очереди теплиц и сотрудничестве с Фондом развития Дальнего Востока рассказал корр. ИА AmurMedia исполнительный директор ООО "Индустриальный парк "Авангард" Денис Грось.

— Денис, расскажите последние новости индустриального парка.

- За прошедшие полгода состоялось несколько значимых событий для нашей площадки. Японцами принято решение о реализации второй очереди проекта теплиц. Уже в 2017 начнется строительство и, учитывая, что первую очередь построили за 5,5 месяцев, думаю, что уже к концу следующего года проект будет запущен.

— Японская компания решила вложиться во вторую очередь потому, что увидела востребованность своей продукции?

— Да, они оценили интерес к своим овощам, ведь если вспомнить начало этого года, когда продукция только поступила на прилавки хабаровских магазинов, – это был настоящий ажиотаж. И до сих пор он сохраняется, хотя многих смущает цена японских овощей. Но все-таки качество – это ключевая характеристика при выборе продуктов питания, поэтому тепличные огурцы очень востребованы. Строительство первой очереди стоило примерно 650 миллионов, вторая очередь выйдет несколько дешевле, поскольку уже есть котельная, сопровождающая все имеющиеся и будущие постройки – порядка 500 миллионов.

— А что касается других новостей?

— Второе большое событие связано с развитием производственно-логистического кластера на территории "Авангарда". Это совместный проект с Фондом развития Дальнего Востока, соглашение с которым было подписано на Восточном экономическом форуме. Мы построим первый в Хабаровском крае современный производственно-логистический комплекс класса "А".

"На 75 тысяч кв метров расположатся склады, промышленный холодильник и производственные помещения"

Главная изюминка этого проекта в том, что рядом находится железнодорожная ветка и контейнерный терминал – это дополнительная инфраструктура для компаний-резидентов. Здесь будут оказываться услуги профессионального логистического оператора, то есть ты отдаешь свой груз, говоришь, куда и в каких партиях он должен быть доставлен, и все, больше ты об этом не думаешь.

— Будет ли востребован так называемый "холодильник"?

— Строительство в том числе низкотемпературных складов необходимо, чтобы заинтересовать производителей продуктов питания. На сегодняшний день с промышленными рефрижераторами в городе беда — продукты хранят в дорогих в плане эксплуатации реф-контейнерах или в так называемых "термосах". Мы же построим современный холодильник с разными температурными режимами. Он расположится с одной стороны площадки, рядом с железнодорожной веткой.

— А что будет на территории, которая рядом?

— Эту площадь мы планируем разбить на 60 модулей, примерно по 500 квадратов, и разместить там небольшие производства. У каждой секции будет своя погрузочная/разгрузочная зона, вход для персонала, а над "погрузкой" будет так называемая "этажерка", на которой есть возможность разместить офис площадью порядка 100 квадратных метров. Таким образом, мы предложим помещения, готовые к началу производственной деятельности – это сводит к минимуму потребность в капитальных вложениях, что особенно актуально для малых и средних предприятий, стремящихся к размещению производства в ТОСЭР.

— Какова стоимость данного проекта?

— Порядка 1,8 млрд рублей, планируется, что это будут наши финансовые вливания, инвестиционные деньги и займ от Фонда развития Дальнего Востока в размере 740 млн рублей на 7 лет под 5% годовых. Главное сейчас — получить финансовое плечо от Фонда, и можно приступать к строительству, если все сложится хорошо, то к концу 2017 года мы сможем сдать первую очередь логистического центра.

Есть такой стереотип, что инвестиционных денег гораздо больше, чем хороших проектов, и если проект качественный, то деньги под него всегда найдутся, но это не совсем так.

— Сложно ли было найти компании, готовые вложить деньги в строительство комплекса?

— Инвесторы нашлись среди тех компаний, которые заинтересованы в дальнейшем использовании ресурсов логистического комплекса. Отыскать их было нелегко, это все-таки средний и крупный бизнес. Такие компании четко понимают свою финансовую модель и ресурсы, которые позволят войти в проект. На мелкие производства в этом случае рассчитывать и вовсе бессмысленно, максимум, что можно попросить, это арендную плату за несколько месяцев, в качестве показателя серьезности их намерений занять будущую площадь.

Найти инвестора даже под хороший проект очень тяжело

Поэтому мы решили переориентировать в эту идею и часть своих финансовых потоков. При том, что срок окупаемости такого проекта не маленькая – по самым радужным подсчетам около 7 лет.

— Таким образом, это если не рискованный, то очень нелегкий проект.

— Согласен, но нам это очень интересно, хочется показать, что и на Дальнем Востоке бизнес может получать качественные услуги. На сегодняшний день такие проекты реализуются в западных регионах страны: в Калуге, Ульяновске, Татарстане, и мы не видим причины, почему это не может быть реализовано у нас. Тем более, у нас имеется большое преимущество – близость азиатского рынка, грех этим не пользоваться.

— Кажется, что компаний, готовых инвестировать, сейчас очень немного.

-Да, большинство говорят, что найдут предложение дешевле, нежели предлагаем мы. Хотя практика показывает, что дешевле не получается. Например, берем гектар земли под застройку – это минимум 200 миллионов, 25% из которых будет потрачено на подведение сетей. То есть 40 миллионов и более 2 лет потратит компания при самостоятельном поиске участка и оформлении всевозможной документации, причем срыв возможен на любом этапе. Мы же предлагаем готовый вариант: аренду земли можно оформить за 2 недели, стройся, выкупай землю и за вход всего 15 миллионов. И все равно компании говорят "дорого".

— И все же вам удается находить как инвесторов, так и резидентов.

— Здесь все дело в доверии к нам, как к бизнес-девелопментерам. Ведь люди вкладывают серьезные деньги в проектирование и строительство. При этом мы обязаны обеспечить газо-водоснабжение и построить в срок и нужного качества все необходимые сети. После, в процессе эксплуатации постоянно возникают какие-то вопросы, которые необходимо моментально отрабатывать. Например, если ты оставишь теплицу без воды на пару дней, то все засохнет, а это гигантские убытки для компании-резидента.

— А как быть с вашим небезызвестным проектом строительства "Зеленого дома"? Ведь всегда есть вероятность, что достроить не получится.

— Мы "загорелись" зеленым строительством, это очень интересно, к тому же позволяет получить формат "пассивного дома". Это значит, что будут соблюдены нормы повышенной энергоэффективности и, как результат, гораздо меньшая оплата за отопление, водоснабжение и электричество. Очень сложно было найти инвестора, который согласится вложить 25% от стоимости до получения кредитного "плеча", но люди поверили, что наши навыки позволят реализовать этот проект до конца и не побоялись с нами сотрудничать. В общем, здесь тоже все дело в доверии.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены. Недвижимость, строительство. Агропром > amurmedia.ru, 24 ноября 2016 > № 1995455 Денис Грось


Россия. ЦФО > Агропром > agronews.ru, 24 ноября 2016 > № 1980066 Ольга Башмачникова

Комментарий. Сельхозкооперация – серьезный резерв молочной отрасли.

Как уже сообщали «Крестьянские ведомости», в Красногорске прошел Международный агропромышленный молочный форум, на котором были обсуждены вопросы, связанные с инновационным развитием племенного животноводства, новыми векторами государственной поддержки молочной отрасли. На форуме аргументированно выступила заместитель директора Ассоциации крестьянских (фермерских) хозяйств и сельскохозяйственных кооперативов России, председатель Аграрной партии РФ Ольга БАШМАЧНИКОВА. Публикуем её доклад «Сельскохозяйственная потребительская кооперация – серьезный резерв молочной отрасли».

Молочная отрасль является наиболее уязвимой с точки зрения достижения критериев продовольственной безопасности — дефицит молока составляет сегодня как минимум 8 млн тонн. Поэтому первостепенная задача государства и наша с Вами – задействовать все имеющиеся резервы для значительного увеличения поголовья коров и, соответственно, производства молока.

Рассмотрим современную структуру молочной отрасли. Согласно данным статистики на начало 2016 года молочное поголовье КРС сформировалось на 26% — крупными и средними сельхозорганизациями, на 15% — малыми сельхозорагнизациями (в т.ч. 25%- микропредприятия), на 13% — крестьянскими-фермерскими хозяйствами. На 46% — подсобными хозяйствами граждан.

Объемы производимого молока по секторам выглядят в долях несколько иначе. 35% приходится на крупные и средние СХО, 13 – на малые СХО (в т.ч. 14% микропредприятия), 6,6% — на КФХ, 46% — на ЛПХ. Разница в процентном соотношении поголовья и объемов производства по секторам безусловно существует, в том числе за счет разницы в надоях. Однако, мы должны принять во внимание и различие в принципах статистической отчетности КФХ, связанную с вынужденными заимствованиями на нелегальном рынке капиталов и невысокой доле КФХ, получающих поддержку на молоко. Многие КФХ просто не отчитываются. К сожалению, это признанный факт.

Если же мы посмотрим на ситуацию в динамике, то увидим, что именно сектор семейных молочных ферм показывает высочайшие темпы роста — постоянный прирост поголовья и молока, чего не скажешь об СХО, особенно средних и крупных. За период с 2005-2015 гг. поголовье коров в КФХ увеличилось в 2,7 раза, а производство молока – в 2 раза. Та же тенденция сохранилась и за 9 месяцев 2016 года.

Показатели объемов молока в СХО, тем не менее, не подтверждают их рентабельность. Анализ, проведенный учеными, показывает, что в СХО – самая большая затратность. Прежде всего из-за высокой стоимости скотоместа, высокого процента выбраковки коров, более низком выходе телят, значительных затрат на ветеринарные препараты, корма, наемный труд. В итоге – инвестиции окупаются не за 8 лет, а только за 15 с господдержкой.

У фермеров производственные итоги скромнее. Хотя тенденции по повышению надоев, замены скота на племенной или более продуктивный, использование роботов прослеживаются и в секторе КФХ. Развитие информированности и профильного консультирования могло бы ускорить модернизацию семейных ферм. Системную информацию на местах, к сожалению, получить практически невозможно: где купить скот, какая порода лучше, кто может провести искусственное осеменение, как сбалансировать корма?.. Однако факт остается фактом. Очевидный тренд на увеличение поголовья в секторе КФХ говорит о доходности и удобности молочного семейного бизнеса.

Безусловно, отрасль должна развиваться за счет разных по размерам хозяйств. Считаем, семейные молочные фермы являются серьезным резервом ее роста. К сожалению, они не стали массовым явлением на селе. В рамках программ грантовой поддержки было создано не многим более 2200 семейных молочных ферм, и более 50% начинающих фермеров, выбравших животноводство, решили заняться молоком.

Сегодня размеры грантовой поддержки на создание семейных молочных ферм явно недостаточны. А ведь после становления данные хозяйства не требуют других государственных вливаний, так как экономичны и окупаемы.

Увеличение количества таких малых форматов создаст предпосылки для системного повышения доходности всего сектора, в том числе за счет мультипликативного экономического эффекта от развития кооперации. Именно сельскохозяйственная потребительская кооперация направлена на повышение доходов благодаря экономии на издержках и получении более выгодной цены на продукцию, получаемой либо на заводе от более крупного кооперативного поставщика, либо на собственной кооперативной переработке.

Недавно молодой немецкий фермер Тимо Альбрус (владелец молочной фермы в 70 голов) на фермерском семинаре во Владимире, проводя анализ своего бизнеса, отметил, что не собирается укрупняться, его семья уверена — через кооперативное товарищество их малая ферма будет полностью защищена от коллизий рынка, концентрации и нестабильности. Семейная ферма роботизирована, имеется собственная малая переработка, автомобили для развоза продукции по прямым продажам, сайт, интернет магазин, страница в социальных сетях. 70% продукции реализуется через кооператив-товарищество.

В этой модели гармоничное сочетание небольшого бизнеса на земле с образом жизни и ненапряженного стиля управления, экономически не требует увеличения объемов производства. И таких субъектов предпринимательства найти легче, чем менеджера мегакомплекса. Конкурс на участие в программах грантовой поддержки подтверждает мои слова. К сожалению, из имеющихся финансовых возможностей грантовая поддержка удовлетворена максимум на 20%.

В целях привлечения внимания к фермерскому молоку АККОР проводит конкурс «Лучшая семейная молочная ферма 2016» в номинациях до 25, до 50, до 100, до 200 коров. Серьезные компании, работающие с семейными молочными фермами, выступили спонсорами конкурса. Генеральным спонсором конкурса стало АО «Россельхозбанк». Поддержку номинантам оказали АО «Росагролизинг», Группа компаний «Капитал-Прок» ООО «Колакс», ООО «Уралспецмаш», ООО «АСК «БелАгро-Сервис».

Рассмотрим ситуацию в молочной отрасли за рубежом. Средний размер молочной фермы в США — 131 корова, в Германии – 57 коров, в Финляндии – 29. Доля крупных молочных ферм 100 и более голов – в Дании — 6%, в Голландии — 6, в Великобритании — 4, в Бельгии – 2, в Германии – 10%.

Главное отличие зарубежной ситуации от российской состоит в том, что там малая ферма защищена кооперативом, который является гарантом стабильности, эффективности и конкурентоспособности семейных ферм. Объединенные в кооперативы хозяйства позволяют получить хорошую цену — порядка 60% от цены молока на прилавке и имеют собственную серьезную переработку.

За рубежом кооперативы создавались с маленьких фермерских объединений и выросли в многоступенчатые структуры до крупнейших мировых компаний. Финляндия – кооператив «Валио». В 1905 году в кооператив входило 17 хозяйств, сегодня — 9 200. Одна из причин такого роста в том, что все госсубсидии сельхозпроизводителям идут через кооперативы, а не через государственные структуры.

Кооператив «Кампина» в Нидерландах объединяет 17 тысяч фермеров – членов кооператива, поставляющих ежегодно 8,3 миллиардов кг молока год на международный рынок.

Доля молочных кооперативов в производстве молока составляет в Германии — 65%, в Нидерландах – 88%, в Финляндии -90%, в Дании – 96%, в Швеции, Норвегии, Японии – 100%.

В Индии, благодаря многоуровневой системе кооперации, выстроенной государством за 20 лет, производство молока увеличилось в 3 раза — с 30 млн до 87. По сути, речь идет о кооперированных подворьях в 2-3 коровы. В управлении кооперативов – представители правительственных организаций. Под эгидой Минсельхоза существует национальная кооперативная корпорация, через которую идет финансовая помощь кооперативам, а через них – фермерским хозяйствам.

Вернемся в Россию. Малое количество, большая рассредоточенность хозяйств, низкая плотность семейных ферм не позволяют воспользоваться зонтом кооперации. Анализ данных социометрических опросов ученых Башкирии показывает – в среднем в группе из 5 фермеров доверяют друг другу так, чтобы действовать совместно, только 2. Для того, чтобы создать кооператив из 5 КФХ, нужно наличие в экономически оправданном ареале – 15-20 хозяйств молочной направленности.

Для того, чтобы семейных молочных ферм было много – нужно создать условия входа в отрасль, а потом помочь им войти в кооперативный пул. Именно в этой связи важны стимулы перехода ЛПХ в КФХ. 3 800 000 поголовья коров в личных подсобных хозяйствах– это неиспользуемый резерв в молочном животноводстве. Пусть цифры будут скорректированы при подведении итогов ВСХП 2016. Но пока на селе еще есть коровы….

При увеличении средств грантовой поддержки на малые формы хозяйствования, часть подворий сможет через программы социального лифта создать малую семейную ферму. Однако значительная часть молочных подворий устроит имеющийся статус ЛПХ и сохранение местожительства в деревне — если их молоко полностью или частично будет реализовываться через потребительский кооператив, который сможет помочь кормами, заменить скот, доставить ветеринарные препараты, и, главное, собрать молоко, переработать и получить хорошую цену.

В различных регионах реализуются разные программы поддержки молочных ЛПХ – В Татарстане представляется серьезная субсидия подсобным хозяйствам, имеющим 3 коровы, и планирующим увеличить поголовье до 8 в течение 2 лет. В Липецкой области, если у подворья нет коровы, ставят задачу «окоровить» с последующей передачей приплода – другому дому. Все молоко собирается кооперативом. Акция называется «Россия санкций не боится».

На начальном этапе сбором молока может заниматься не кооператив, а фермер, сам являющийся молочником. Такой вариант интеграции мотивирует и население, и фермера, которому в итоге данное сотрудничество выгодно. Подобные практики существуют в ряде регионов. При этом закупочная цена для хозяйства населения «удобная». Интегратор подобного типа не стремится опустить производителей молока в цене, он не посредник, а производитель, живущий на территории и зависящий от мнения о себе. Такая интеграция может перерасти в кооператив.

В Саратовской области подобный пример эффективного кооперирования сельского населения прижился благодаря опорному фермеру Денисову. О результатах и эффективности кооперативного взаимодействия говорит увеличение коров у подворий сельского поселения с 50 до 250 – значит, выгодно всем участникам.

Систематическая работа с ЛПХ, связанная со стимулированием увеличения молочного поголовья и кооперирования, позволяет решить сразу несколько задач: сохранить сельские территории, заполнить их людьми, остановить миграцию на селе; перевести нетоварное молоко ЛПХ в товарное через сельскохозяйственные потребительские кооперативы; повысить долю товарного молока на рынке экологически чистой, без пальмового масла и антибиотиков, продукции; собрать налоги НДФЛ в местные бюджеты.

С чего начинается кооперация? Во-первых, с выстраивания взаимодействия, с внутрихозяйственных связей, локализованных в экономически обоснованном радиусе. Эти связи должны быть эффективными, взаимовыгодными, удовлетворяющими интересы друг друга.

Интересен опыт участника кооперативного съезда сельскохозяйственного потребительского кооператива «Вознесеновский» Ставропольского края.

В 2015 году получили грант на переработку молока и убойный пункт. Кооператив планирует в населенном пункте организовать работу с 800 дворами, которые держат по 3-5 коров. Но уже до гранта кооперативные хозяйственные связи работают. В СПОК -18 членов: 6 КФХ и 12 ЛПХ. Молочные КФХ сдают бычков и телочек на доращивание до 4-5 месяцев в мясные хозяйства. Потом телок молочники забирают обратно. ЛПХ отдают своих телят на подсос на выпаивание молоком в молочные КФХ. В состав кооператива входит племенной репродуктор, где осеменяют коров и улучшают скот подсобных хозяйств, забирая старых коров в мясные хозяйства. Пока осуществляется реализация молока на завод, но с освоением гранта будет собственная переработка.

Липецк. СПК «Винтаж» Елецкого района собирает молоко у ЛПХ по 20-30 литров в день за 25-30 рублей. Налажена пастеризация и фасовка. Молоко, кефир, масло, творог, сыр, сметана реализуются в Ельце и госсоцучреждения по малым договорам на бестендерной основе.

Что делать, чтобы развивались различные форматы молочной кооперации? Совсем недавно прошел Четвертый съезд сельскохозяйственных потребительских кооперативов. Делегатами было высказано большое количество предложений, которые войдут в резолюцию. Считаем наиболее важными следующие:

— поддержка опорных фермеров, берущих на себя задачу по созданию кооператива и осуществляющими забор молока у подворий;

— поддержка стартовой деятельности кооператива;

— обеспечение информационно-консультационного обслуживания кооперативов;

— распространение позитивного опыта регионов или федерации по программам социального лифта для молочных ЛПХ и действующим молочным кооперативам;

— предоставление государственных субсидий через кооператив;

— снижение доли собственных средств при грантовой поддержке на молочный кооператив с большим количеством собираемого молока;

— исключение субсидий и грантов из налогообложения.

У нас есть все для того, чтобы в стране было здоровое экологически чистое молоко. Правительству нужно всемерно поддержать развитие сельскохозяйственной потребительской кооперации.

Автор: Ольга БАШМАЧНИКОВА, заместитель директора АККОР, председатель Аграрной партии России

Россия. ЦФО > Агропром > agronews.ru, 24 ноября 2016 > № 1980066 Ольга Башмачникова


Россия. СФО > Внешэкономсвязи, политика. Агропром > ria.ru, 23 ноября 2016 > № 1982540 Александр Карлин

Алтайский край в прошлом году произвел 82,5 тысяч тонн сыра, что является самым большим показателем в стране; каждая шестая головка сыра в России производится на Алтае. В этом году регион намерен превысить этот показатель. О перспективах развития региона и планах на 2017 год в интервью РИА Новости рассказал губернатор региона Александр Карлин:

- Александр Богданович, какие даты и события особенно памятны для вас в этом году?

— В этом году мы сдавали значимый политический экзамен – выбирали законодательное собрание региона и депутатов в Госдуму Российской Федерации от Алтайского края. Выборы прошли без серьезных нарушений и на достойном уровне. В седьмой созыв Государственной Думы от региона вошли девять депутатов, в прошлом созыве их было только шесть. Теперь интересы края будут представлять семь парламентариев от "Единой России", по одному от КПРФ и "Справедливой России". В регионе тоже произошло значительное обновление депутатского корпуса, при этом сохранена преемственность. Для нас федеральный и региональный парламенты – одно из базовых условий создания благоприятных условий для развития и для нормального социально-политического самочувствия населения.

Еще одним знаменательным событием стала печальная и в то же время героическая дата начала Великой Отечественной войны. На фронты из Алтайского края было призвано полмиллиона человек. Это самое большое число по сравнению с другими субъектами Сибирского федерального округа. Около 240 тысяч наших земляков положили свои жизни на алтарь Победы. В ближайшее время будет отмечаться 75-летие битвы под Москвой. Для нас это событие не менее значимое, чем для москвичей и страны в целом, потому что значительное число наших земляков принимали участие в этой битве, в том числе панфиловцы. Мы помним это и чтим память всех, кто воевал во имя Победы.

Конечно, не могу не сказать о важных для нас датах — 14, 15 и 16 июля, когда в Алтайском крае проводились мероприятия Всероссийского дня поля. Мы собрали всю аграрную элиту страны и показали, что наш регион занимает достойное место в аграрном секторе.

Если говорить о гуманитарной составляющей, то мы завершаем Год кино. Алтай — регион кинематографический. У нас огромная плеяда талантливых людей: актеры, режиссеры, поэты – Роберт Рождественский, Иван Пырьев, Валерий Золотухин, Екатерина Савинова, Василий Шукшин и многие другие. Сейчас мы издаем интересную серию книг — своего рода алтайскую ЖЗЛ. Скоро будем презентовать книгу о Пырьеве.

Важным событием для Алтайского края в этом году также стало проведение выездного заседания Госсовета, где речь шла об актуальной теме для региона — привлечении инвестиций в санаторно-курортный сектор экономики.

- С какими главными итогами Алтайский край входит в 2017 год?

— Алтайский край в этом году собрал 5,12 миллиона тонн зерновых – это самый высокий валовый урожай за последние семь лет. По некоторым позициям мы дали исторический максимум. Например, сахарной свеклы собрано 1,1 миллиона тонн. За Уралом Алтайский край — единственный регион, который производит свекловичный сахар. В этом году мы полностью обеспечим потребности региона в сахаре за счет собственного производства, что очень важно. Еще одним нашим рекордом стал исторический максимум по валовому сбору гречихи – свыше 600 тысяч тонн. Поэтому за продовольственную безопасность можно не беспокоиться, гречка всегда будет — и по доступной цене.

Надо отметить, что аграрная отрасль и машиностроение в регионе находятся на подъеме. Как ни парадоксально, это следствие санкций, а также политики импортозамещения. Индекс сельхозпроизводства в 2016 году составит около 108%. У нас уже наблюдается прирост по молоку. В крае производится 1,42 миллиона тонн молока в год. Если этот объем поделить на всех жителей России, то на каждого россиянина придется по 10 литров отборного алтайского молока. Из этих 10 литров можно также произвести один килограмм качественного сыра. Мы изготовили в прошлом году 82,5 тысяч тонн сыра – это самый большой показатель по стране.

Кроме того, в 2016 году регион собрал хороший урожай технических культур — в первую очередь, масленичных. По производству масла Алтайский край занимает первые позиции на востоке страны. Только в прошлом году было продано за рубеж 80 тысяч тонн высококачественного растительного масла. Его регион поставляет в страны Балтии, Центральной Азии, в Китай и другие государства. В 2017 году будет произведено больше растительного масла и экспортные возможности будут выше. В целом за последние пять лет темпы роста в сельском хозяйстве составляют 5–7%, и это очень серьезные цифры.

Однако Алтайский край — не только аграрный, но и промышленный. В структуре ВРП доля промышленности составляет порядка 20%, сельского хозяйства без переработки – 16– 17%. Промышленность по итогам года также покажет положительную динамику. Темп небольшой — плюс 1%, но это рост невосстановительный, что очень важно. У нас темп реальный, есть рост по сравнению с докризисным уровнем. Бывают цифры большие, но они не очень греют, а эти греют.

- Какие перспективы ожидают регион в 2017 году?

— В настоящее время мы готовим к первому чтению проект главного финансового документа региона на 2017 год — бюджета. Возвращаемся к трехлетнему бюджетному циклу. Доходная часть бюджета планируется в объеме 88 миллиардов рублей, и это очень "сдержанная" цифра. Дефицит составит не более 10% от доходов. По собственным доходам предполагается рост на 5–6%, таким образом мы сможем направить на повышение заработных плат бюджетникам средства примерно в тех же объемах.

Бюджет 2017 года будет устойчивым и социально направленным. Мы не планируем прибегать к крупным заимствованиям, к тому же у нас нет расходов на обслуживание долгов. Мы сохраняем краевую инвестиционную программу, которая позволит участвовать региону в федеральных программах. Бюджетный процесс мы выстраиваем максимально открыто. Все параметры бюджета обсуждаем честно с бизнесом, общественными организациями и профессиональными сообществами. Кстати, по качеству управления региональными финансами Алтайский край занимает первое место в стране.

- Какие проекты будет развивать регион в 2017 году?

— Алтайский край вошел в число 25 пилотных регионов, где будет осуществляться программа создания новых мест в школах. За 5 лет необходимо создать 25 тысяч новых ученических мест. Для реализации этой программы регион получил 400 млн. рублей. В этом году уже построена новая школа на 550 мест, а за все время действия программы планируется построить еще 25 новых школ, 106 — реконструировать или пристроить к ним новые корпуса, в 160 — провести капитальный ремонт. Не случайно Алтайский край называют краем новых школ – это соответствует действительности.

За последние 11 лет мы построили и реконструировали 112 образовательных учреждений. Мы даже в самые тяжелые времена строим новые учебные заведения, а всего их в крае – 1135.

Алтайский край – туристический регион, в котором располагаются 40 санаторно-курортных учреждений, около 170 турбаз и турфирм. Мы предлагаем и событийные туры: Шукшинские дни в Сростках, Дни алтайского сыра и алтайского хлеба. Все чаще туристы делают выбор в пользу познавательного и приключенческого туризма.

Один из главных туристических проектов — "Белокуриха 2" — реализуется в рамках государственно-частного партнерства. В 2013 году на Всемирном конгрессе курортологов он был признан лучшим в мире проектом создания нового курорта. Совокупный объем инвестиций — около 15 миллиардов рублей, государственные вложения уже составили 1,5 миллиарда рублей плюс сотни миллионов частных инвестиций. Туркомплекс рассчитан на пять тысяч мест. Регион намерен к концу 2017 года создать там всю необходимую инфраструктуру. Некоторые объекты уже достраиваются, например, уникальная купеческая слобода, где отреставрированы деревянные здания, возраст которых более 150 лет. Рядом с купеческим подворьем будет располагаться домик колдуньи и музей хлеба, интересные арт-объекты – "Поляна художника", "Будда медицины". В настоящее время определен якорный инвестор по этому проекту, начаты работы по строительству двух горнолыжных комплексов.

- Ваша команда работает в регионе уже 11 лет, назовите главные итоги вашей работы.

— Удалось собрать профессиональную команду, причем в большей степени из жителей региона. Непростой задачей было в целом изменить общественную атмосферу в крае, уйти от ассоциации с термином "депрессивный регион". Алтайский край богат историей. Это красивый край, где есть большие возможности и перспективы.

Когда наша команда только приступила к работе, в регионе насчитывалось полмиллиона гектаров неиспользуемых сельхозземель. Мы эту проблему решили за три года — в Алтайском крае все земли сельхозназначения используются. Несмотря ни на какие сложности, мы продолжаем инфраструктурное развитие региона. Большую роль отводим туризму, образованию и социальной сфере.

Россия. СФО > Внешэкономсвязи, политика. Агропром > ria.ru, 23 ноября 2016 > № 1982540 Александр Карлин


Канада. Россия > Агропром > bfm.ru, 21 ноября 2016 > № 1986397 Джерри Ритц

Экс-министр сельского хозяйства Канады — об уязвимых местах зерновой отрасли РФ

Своим мнением о том, на что стоит обратить внимание российским производителям зерна, Джерри Ритц поделился в интервью Business FM на Всемирном зерновом форуме в Сочи

Правительство навсегда отказалось от экспортной пошлины на пшеницу. Об этом заявил вице-премьер Аркадий Дворкович, выступая на Всемирном зерновом форуме в Сочи. За 2015-2016 сельскохозяйственный год Россия экспортировала почти 34 млн тонн зерна. План по поставкам за рубеж на этот год — 40 млн тонн, из которых 30 млн — пшеница. Это больше, чем экспортируют все страны Евросоюза вместе взятые. Долгосрочные планы Минсельхоза еще более амбициозны.

Что по этому поводу думают конкуренты? О месте России на мировом зерновом рынке в кулуарах форума обозреватель Business FM Иван Медведев поговорил с членом парламента Канады, экс-министром сельского хозяйства этой страны Джерри Ритцем.

В этом году наша страна получила рекордный для себя урожай и выходит сейчас на лидирующие позиции на рынке экспорта. Но накануне на деловом завтраке представитель Китая сказал, что Китай переориентировался с количества на качество. Хочется спросить у вас о качестве российского зерна, которое поступает на экспорт. С кем мы конкурируем, есть ли нам куда расти?

Джерри Ритц: Если говорить вообще об экспорте, то здесь можно выделить два подхода. Один подход основан на больших количествах, сравнительно низких ценах и сравнительно непритязательных потребителях, которые готовы такое зерно покупать. С другой стороны, можно предлагать зерно премиального качества, которое идет, например, пекарням, изготавливающим дорогие продукты, чем занимается, в частности, Канада. Кроме того, мы поставляем зерновые культуры для тех предприятий, которые изготавливают макаронные изделия, мы тоже там присутствуем. Я хотел бы сказать, что эти рынки во многих случаях являются синергическими: например, Канада, хотя и поставляет зерно в некоторые страны, куда продают свое зерно и Россия, и Китай, тем не менее в случае Канады есть целый ряд рынков, куда мы совершенно ничего не экспортируем, и в этом смысле наши отношения являются синергическими, взаимодополняющими. Я думаю, мы вполне можем работать вместе, но между нами при этом есть различия. Я бы хотел еще сделать добавление к собственным словам: сейчас Россия стремится, видимо, максимальным образом использовать свои возможности, которые у нее имеются в смысле количества производимой продукции. Но по мере того, как производство зерна в России станет более зрелым, встанет прочно на ноги, я думаю, Россия способна производить самое качественное зерно и будет его производить в дальнейшем.

Министр сельского хозяйства РФ прогнозирует, что к 2030 году Россия будет получать урожай уже на уровне 150 млн тонн зерна, на экспорт пойдет треть от этого объема. Каковы сейчас самые перспективные рынки для российского зерна, куда мы должны будем к 2030 году этот объем сбывать, кто будет его у нас покупать?

Джерри Ритц: Разумеется, первое, что приходит в голову, это такие рынки, как Индия и Китай: у них население 1,3-1,4 миллиарда человек, то есть у них огромный потенциал. Кроме того, Африка, которая сейчас лишь выходит на этот путь. Я думаю, что в Африке потенциал особенно большой. Например, Нигерия уже импортирует порядка 1 млн тонн зерновых культур, и, мне кажется, что в ближайшие годы это количество удвоится или утроится. В настоящее время в африканских странах ведется создание и развитие инфраструктуры, которая необходима для импорта зерна, и как только эта инфраструктура станет более развитой, им гораздо легче будет завозить себе гораздо больше объема по сравнению с сегодняшним днем. Таким образом, сочетание более развитой инфраструктуры в России как в стране-экспортере и более развитой инфраструктуры в странах, которые импортирует российское зерно, приведет к значительному росту объемов экспорта.

Что касается цен, насколько я понимаю, они падают уже четвертый сезон подряд. Ваш прогноз, когда этот тренд будет сломлен, когда мы увидим высокие цены на зерно, когда они перестанут падать?

Джерри Ритц: Цены падают не везде, не на всех рынках. Кроме того, на многих рынках они падают, потом опять повышаются. В первую очередь я хотел бы отметить, что на самом деле число переменных в ценообразовании огромно. Здесь мы можем вести речь и о погодных условиях, и о возможностях стран — производителей зерновых культур, в частности, вы отметили, что в России был рекордный урожай. Безусловно, рекордное количество зерна на рынке приводит к снижению цен. Мы ведем речь о балансе, о соотношении спроса и предложения. Многое также зависит от того, насколько сильной будет экономика стран-покупателей. Необходимо, чтобы у них были возможности покупать достаточное количество зерна по высоким ценам. Хотя я не ожидаю, что будут какие-то резкие взлеты и глубокие падения, но определенная доля волатильности на рынке будет сохраняться. Мне представляется, что лучшей защитой от волатильности цен, лучшим способом хеджирования стало бы предложение не одной культуры, а многих культур. Сюда относятся как продукты растениеводства, так и продукты животноводства. Таким образом можно сгладить весь тот возможный ущерб, который может возникать от избыточной волатильности цен.

Политика влияет на взаимоотношения России с Канадой и другими государствами в части торговли зерном?

Джерри Ритц: Безусловно. Всегда геополитика, геополитические интересы влияют на отношения между самыми различными странами. Но хочу отметить, что при этом существует своего рода джентльменское соглашение, что производство продуктов питания, их распределение, их перемещение не должно быть подвержено влиянию политических сиюминутных течений или соображений.

Если обращаться к вам как человеку, которому, может быть, со стороны виднее, каковы наиболее уязвимые места в российской зерновой отрасли, на что нам стоит обратить внимание, над чем поработать?

Джерри Ритц: В сельском хозяйстве непрерывно происходят какие-то усовершенствования, внедряются новые методы, новые технологии. Мне кажется, что именно на это и следует обращать внимание. Например, велась очень широкая дискуссия по вопросу объемов или количества удобрений, которые необходимо вносить, но вместе с тем последние результаты научных исследований показывают, что речь должна идти не столько об объемах и количестве удобрений, сколько о тех микроэлементах, питательных веществах, которые в них содержатся. Здесь я бы хотел отметить новые технологии, которые широко внедряются в настоящее время. Например, используются спутники вплоть до управления как механизмами, которые вносят удобрения, так и комбайнами, которые ведут сбор урожая, причем это все делается с учетом погодных условий и ближайших изменений погоды, что играет важную роль. Кроме того, используются беспилотные летательные аппараты, которые следят за распространением в почве вносимых удобрений. Мне кажется, в первую очередь надо обращать внимание на технологии, на технологическое развитие, на новые способы и технологии, которые появляются, и их учитывать, опираться на них и их внедрять.

Каковы ваши впечатления о форуме?

Джерри Ритц: Общее впечатление очень хорошее. Производителям зерна и всем тем, кто занят в его перевалке, доставке и так далее, в производстве продуктов питания — этим людям всегда очень интересно друг с другом пообщаться, узнать, кто что делает, у кого что происходит, обменяться опытом и главным образом отследить, чтобы в работе каждого из нас не было каких-то провалов, пробелов, чего-то, чего мы не учитываем, хотя должны. Мне кажется, подобные мероприятия очень полезны, и ваш форум является удачным примером мероприятия такого рода. Сельское хозяйство сегодня не только означает, что надо тяжело и много работать. В первую очередь сельское хозяйство требует, чтобы мы работали умно, и как раз этой цели и служит этот форум, эти мероприятия, где мы обмениваемся своими знаниями и таким образом взаимодополняем их.

Иван Медведев

Канада. Россия > Агропром > bfm.ru, 21 ноября 2016 > № 1986397 Джерри Ритц


Россия > Агропром > bfm.ru, 19 ноября 2016 > № 1986401 Владимир Петриченко

Владимир Петриченко: «Зерно всегда является ликвидным товаром»

О балансе между рекордно высоким урожаем и рекордно низкими ценами в кулуарах форума обозреватель Business FM Иван Медведев поговорил с гендиректором компании «Прозерно» Владимиром Петриченко

Российские аграрии продолжат получать стабильную господдержку, заявил вице-премьер Аркадий Дворкович, выступая на Втором всемирном зерновом форуме в Сочи. Достаточно ли этой поддержки, и каковы перспективы развития сельского хозяйства страны. Об этом в интервью Business FM рассказал гендиректор компании «Прозерно» Владимир Петриченко.

На форуме сказали в очередной раз о том, что мы в этом году добились рекордных показателей по урожаю — 117 млн тонн, все у нас хорошо с точки зрения экспорта, мы выходим на лидирующие позиции. Озвучены были планы того, что к 2030 году урожай уже будет доходить до 150 млн тонн. Но возникает вопрос: а нужно ли нам все это при нынешних ценах, нужен ли нам такой хороший урожай? Не подводит ли это самих аграриев к черте, когда уже проще уйти из бизнеса, чем продавать по таким низким ценам?

Владимир Петриченко: Во-первых, это такой вопрос, если он в таком ключе поставлен, это лучше к аграриям. Ну, что аналитик может сказать?

Есть ли риски?

Владимир Петриченко: Если говорить об их рисках или их проблемах, которые сулят большие урожаи, то, конечно, дай-то бог такие проблемы, такие риски многим другим, которые не получают таких урожаев. И в этом сезоне очень сложно пока еще оценить в целом их рентабельность, но я думаю, что некоторое снижение мировых цен, а они, к сожалению, падают уже четвертый сезон подряд, при достаточно стабильном курсе рубля к доллару, мы получаем на фоне определенное снижение и рублевых цен, по сравнению с тем, что было в прошлом году. Это в среднем за сезон. Кто как успел продать — это уже искусство самого сельхозпроизводителя или его трейдера. Но благодаря возросшей урожайности, для тех, у кого эта урожайность возросла, то грех жаловаться. Рентабельность-то, в принципе, та же самая, что и в прошлом году. Жалоб в прошлом году я не слышал, или их было на фоне хороших показателей не очень много, поэтому пока полет нормальный. Если говорить об этих 150 млн тонн в перспективе и может быть, даже более, когда эти эффекты происходят не моментально — а они не происходят моментально — саму по себе такую математику представить, то это обрушение рынка. Это, конечно, катастрофа. Но это, слава богу, происходит поступательно. И здесь тоже надо иметь в виду, когда мы озвучиваем общие цифры, это выглядит как-то торжественно-угнетающе, но эти 150 млн тонн, я почти уверен, будут достигнуты при особой и несколько иной структуре нашего урожая. Что я имею в виду? Мы сейчас говорим о пшенице, как люблю подчеркивать, — это наше все. Это, действительно так. А вот те самые 150 млн тонн — это будет пшеница плюс кукуруза. Это будет уже качественно другой рынок, другая структура потребления на планете, да и вообще у наших покупателей, да и у нас тоже.

Я об этом как раз хотел спросить, о возможной переориентации. Критики вот этого оптимизма по поводу прекрасного урожая говорят о том, что, может быть, нужно производить как раз кукурузу, рис? То, что продается, то, что стоит дорого. Мы здесь на каком этапе? У нас прислушивается правительство, в том числе, Минсельхоз, производители, в первую очередь? Есть у нас поворот в сторону тех культур, которые востребованы и продаются по высокой цене?

Владимир Петриченко: Это уже по факту у нас есть, потому что мы за 10 лет в 3-4 раза увеличили производство кукурузы. Это и увеличение посевных площадей, это и улучшение технологий и семян, и всего сценария производства этой замечательной культуры. И вот это кукурузное шествие, я надеюсь, оно сейчас имеет хорошие перспективы. Оно имело и будет иметь хорошие перспективы и это, действительно, наш ключевой момент в достижении новых и новых высот. Пшеница будет очень важным продуктом, но тут надо знать меру, чтобы рынок все-таки был здоровый, а не задушенный нашими объятиями. А кукуруза практически не знает даже вот этих пределов, потому что это потребление по миру, еще не достигшее своих обозримых даже пределов, которые сейчас видно по пшенице. Поэтому в целом я достаточно с оптимизмом смотрю как на эти цифры, так и на методы по их достижению.

Вы уже отметили, что с оптимизмом смотрите на планы и на пути, которыми государство собирается эти планы выполнять. Меня интересует вот какой момент. Объем кредитования в сфере ОПК вырос на треть и превысил уже триллион рублей за 9 месяцев этого года. Но хочется понять, это кредиты стали доступнее или те, кто раньше там, где мог обходиться без заемных средств, теперь вынужден брать кредит?

Владимир Петриченко: Для многих аграриев ставки достаточно традиционные. Речь идет только о том, что они могут рассчитывать в определенном портфеле, не на весь портфель кредитов, но на его определенную часть очень хорошую субсидию. И в итоге, вот эта часть кредитного портфеля может обходиться в 2-5% годовых, с учетом компенсации процентной ставки. Это хорошая, интересная вещь. Я уверен, что в основном она является стимулом и локомотивом такого роста кредитования. Ну, и отдельно, конечно, стоит говорить о том, что зерно всегда, а особенно сейчас является хорошим ликвидным товаром для того, чтобы предоставлять эти самые кредиты. Для банковского сообщества это нормальная среда для работы с кредиторами.

Иван Медведев

Россия > Агропром > bfm.ru, 19 ноября 2016 > № 1986401 Владимир Петриченко


Россия > Агропром > bfm.ru, 18 ноября 2016 > № 1986402 Марат Шайдаев

Марат Шайдаев: «Санкции и контрсанкции — плохой механизм»

О проблемах, связанных с высоким урожаем, и не только на полях Второго всемирного зернового форума в Сочи обозреватель Business FM Иван Медведев поговорил с генеральным директором Объединенной зерновой компании Маратом Шайдаевым

Через пять лет Россия сможет полностью себя прокормить, заявил министр сельского хозяйства Александр Ткачев, выступая на Втором всемирном зерновом форуме в Сочи. В этом году урожай зерна достиг рекордных показателей за несколько десятилетий — собрано 117 миллионов тонн. Россия выходит на лидирующие позиции по экспорту на мировом рынке. Но все ли так безоблачно? На вопросы обозревателя Business FM отвечает гендиректор Объединенной зерновой компании Марат Шайдаев.

На втором зерновом форуме очень много говорилось об успехах России, о рекордном урожае в этом году — 117 млн тонн — о том, что мы сейчас уже выходим в лидеры по экспорту. Но по экспорту в лидеры мы выходим в момент, когда цены на зерно минимальны. На ваш взгляд, правы ли те, кто говорит: неурожай плохо, но сверхурожай, высокий урожай при низких ценах — мало чего хорошего?

Марат Шайдаев: Нехорошо как то, так и другое. Хорош баланс, хороша гармония. И в данном случае гармонизатором этого процесса в каждой отдельной стране и в нашей стране должна выступать государственная структура, либо структуры, которым это поручено. Например, «Объединенная зерновая компания», которой, собственно, и поручено. И основной задачей этой компании является регулирование рынка. Высокая цена, как и низкая цена — это мы все покупатели и все продавцы и знаем, что должна быть справедливая цена. Справедливая цена — это та, которую диктует рынок. Государство должно помочь и в пике, и в падении сельхозпроизводителю для того, чтобы его бизнес, его деятельность оставалась прибыльной, чтобы он в следующем году тоже вырастил такой же или лучший урожай. Кроме интервенции, кроме вмешательства государства одним из серьезных факторов, корректирующих цену на зерно, является экспорт. На мой взгляд, экспортеры должны иметь больший, возможно, предельно большой инструментарий для экспорта зерна.

А чем сейчас располагают экспортеры, каким набором инструментов, и чего не хватает?

Марат Шайдаев: Прежде всего, это инфраструктура. Инфраструктура хранения зерна достаточная. Это технологии хранения зерна, увеличивающие срок и сохранение качества, это транспортная инфраструктура, это тарифы на перевозку зерна, тарифы на перевалку зерна и т.д. Я не могу сказать, что они плохие или хорошие, они такие, какие есть, они достаточные, и всегда их можно улучшить. И работа государства, работа государственных компаний именно в том, чтобы постоянно продолжать работу в улучшении и расширении инструментария экспортера на рынке зерна.

Цены, насколько я понимаю, падают, начиная с 2012 года. Как вы считаете, дно уже пройдено, или есть еще перспективы дальнейшего снижения? Каков ваш прогноз на ближайшее время? Министр Ткачев говорил, что в ближайшие 2-3 года цены могут пойти вверх. Вы согласны, или у вас более скептический взгляд?

Марат Шайдаев: Прогнозы — вещь неблагодарная, как прогнозы погоды. Скажу азбучные истины, что все зависит от спроса и предложения. Спрос гигантский, предложение растет. Я опять же говорю, вот на пленарном заседании очень здравые и совершенно разумные вещи говорил бывший министр сельского хозяйства Канады, что нужно гармонизировать процесс, нужно слушать производителя, нужно слушать потребителя, нужно строить гармоничные связи между странами, которые производят, экспортерами зерна и странами, которые являются импортерами зерна. Есть регионы, где огромные урожаи, два урожая в год, как нам сообщили, соседствуют с просто клиническим голодом. И гармония этих процессов и приведет к разумной цене. Мы не должны гнаться ни за высокими ценами, ни за низкими. Мы должны гнаться за разумными ценами.

Сегодня производитель, с учетом того объема предложения и объема спроса, он находится на какой грани? То есть, правы ли те, кто говорит о том, что еще немножко цены упадут и все, проще уйти из бизнеса, чем продолжать?

Марат Шайдаев: Производитель, на самом деле, находится в очень сложном положении. На самом деле, цена низкая. И тут я могу сказать как руководитель ОЗК, что та политика, которой придерживается государство, выделяя достаточно серьезные средства для поддержания цены на рынке — они, действительно, влияют на рынок. Им могут быть недовольны, но, тем не менее, этот механизм есть, он существует, и цена на сегодняшний день, которая является предельной, от которой торгуется зерно — 10,5 тысяч рублей за тонну — она справедлива, она хорошая на сегодняшний день. Непростая ситуация сейчас у нашего сельхозпроизводителя, и наша задача, чтобы такой же урожай был в следующем году.

Бизнесу от государства сегодня нужно что? Деньги, льготы или просто, чтобы не трогали?

Марат Шайдаев: Стабильность.

Правила игры, все те же пресловутые правила игры.

Марат Шайдаев: Да, правила игры. Деньги, как и бизнес, любят тишину и спокойствие.

И еще, если позволите, ваша компания стоит в трехлетнем плане на приватизацию. Не могли бы вы в двух словах рассказать о том, как компания готовится к этому процессу?

Марат Шайдаев: Я являюсь генеральным директором компании и представляю менеджмент компании, который работает одинаково на всех акционеров. Акционера у меня два. Поэтому этот вопрос скорее адресован к акционерам, а не ко мне. Вместе с тем, очевидно, что миноритарный акционер, частный акционер заинтересован в приватизации компании, наверное, это было его идеей. От себя как от менеджмента могу сказать, что предприятию достаточно сложно находиться в некоторых сферах деятельности этого предприятия, одновременно государственным предприятием и коммерческим. Например, находясь в рамках госрегулирования трудно вести трейд. Это есть некое ограничение. В основном, есть подобные сложности, которые могут возникнуть, это мнение менеджмента. А приватизировать или не приватизировать — это решение государства в конечном счете, это интерес акционеров.

Последний вопрос, этой темы коснулись частично. Очень коротко, наверное, блиц-ответ. Санкции и контрсанкции, за или против, плюс или минус?

Марат Шайдаев: Санкции, как и контрсанкции являются плохим механизмом и крайним механизмом.

Но они помогли?

Марат Шайдаев: Я плохо отношусь к этим механизмам, как к самим санкциям, так и к вынужденным контрсанкциям, это плохие механизмы, недостойные рынка и цивилизованного общества. Но, к сожалению, мир несовершенен, это плохо. Помогли или нет? Возможно, помогли каким-то отдельным отраслям. Но если мы — государственные люди, мы должны думать об экономике в целом. Это больно, это неприятно и от этих механизмов нужно отходить.

Будущее за рынком.

Марат Шайдаев: Я уверен в этом.

Иван Медведев

Россия > Агропром > bfm.ru, 18 ноября 2016 > № 1986402 Марат Шайдаев


Россия > Агропром > zol.ru, 17 ноября 2016 > № 1970678 Владимир Волик

Куратор регулирования рынков в Минсельхозе об экспорте зерна из России

Директор департамента регулирования рынков АПК Минсельхоза Владимир Волик в преддверии II Всемирного зернового форума, который пройдет в Сочи 18–19 ноября, рассказал RNS, почему у России нет цели обогнать США по экспорту зерновых и предупредил о рисках возвращения турецких томатов в Россию для российских инвесторов

В ноябре начинается II Всемирный зерновой форум. Почему его решили провести именно сейчас? Какие основные вопросы повестки дня?

Символично, что второй Всемирный зерновой форум проводится в этом году. Нынешний год стал очень успешным для нашего сельского хозяйства. По многим показателям наблюдается рост производства. И, конечно, прежде всего, в зерновой отрасли. Можно сказать, что Россия выполнила задачу стать существенным игроком на международном рынке зерна. По последним данным, урожай в этом году превысит отметку в 117 млн тонн, что уже является лучшим результатом почти за 40 лет. Теперь задача — как дальше развиваться, как наращивать и расширять свои рынки. И, конечно, выходить не только с зерном, но и продукцией его переработки. У нас уже есть определенные объемы экспорта продукции переработки зерновых, но пока они несущественные, порядка $500 млн в год. Рост этих продаж нужно интенсифицировать.

Возвращаясь к вопросу, почему сейчас: важно показать возможности наших производителей и переработчиков, объявить о наших планах по развитию инфраструктуры внутри страны, для того, чтобы выходить на рынки АТР и Китая, увеличивать поставки на Ближний Восток и Северную Африку. Это наша экспортная стратегия. И, конечно, показать, что мы способны достичь больших объемов производства и экспорта зерна.

Этот год показывает, что потенциал производства у нас достаточно большой. Вопрос в том, чтобы мы были эффективными и конкурентоспособными. Мы хотим услышать со стороны рынка и подтвердить, насколько соответствуют нашим оценкам те тренды, которые мы сейчас наблюдаем. Нужен обмен мнениями, стратегическими оценками. Убежден, что все это будет интересно, поскольку на форум приедут представители ФАО, основных стран-импортеров, крупные аналитики, международные трейдеры.

Какие рынки сейчас в приоритете? Какие будут встречи в рамках форума?

Приоритетные рынки: это, как я уже сказал, Ближний Восток и Северная Африка, где мы уже присутствуем, но существенный потенциал мы видим в развитии экспорта в страны АТР и Китай. Будем наращивать объемы поставок на африканские рынки и в Латинскую Америку. В Мексику, которая является ближайшим соседом крупнейшего экспортера зерна – США ,в прошлом сезоне (2015/16) из России было поставлено 389 тыс. тонн пшеницы, нам также интересен рынок Бразилии.

Какой у вас прогноз по экспорту на текущий сезон, и как вы оцениваете потенциал по наращиванию экспорта?

Если говорить об экспортном потенциале, то инфраструктура, мощности позволяют нам отгрузить до 40 млн тонн (в текущем сезоне). Однако, с точки зрения контрактации и динамики текущей активности поставок пока в прогнозах мы находимся на уровне прошлого года. Но есть уверенность увеличить экспорт до 35 млн тонн. По пшенице мы уже лидеры на мировом рынке и надеемся сохранить эти позиции.

То есть по итогам сезона вы не ожидаете большого роста объемов экспорта?

Первый квартал следующего года многое покажет. Прежде всего по цене. Потому, что цена на мировом рынке, действительно, сдерживает рост экспорта. И, конечно, существующие ограничения фитосанитарного характера — мы с этим активно работаем, и как раз, на форуме планируется обсуждение этих проблем.

Обгоним когда-нибудь по экспорту США?

Обогнать США по экспорту не самоцель. Наша стратегическая цель - поднять долю сельского хозяйства в структуре экономики и ВВП. И этого можно достичь, и не обязательно быть первыми по объемам. Нам важно, чтобы у нас эффективными были производители и чтобы они были разными. Если появится больше переработчиков это направление получит активное развитие. Уже сейчас заметен рост, например, в производстве кондитерских, макаронных изделий, позволит экспортировать определенные объемы готовой продукции. Кроме этого, рост производства зерна идет за счет увеличения рынка свинины и птицы – за счет увеличения потребления на корм. Конечно, ориентируемся на увеличение экспорта для того, чтобы зарабатывать на нем, что позволит вкладываться в развитие инфраструктуры. Мы видим рынки, которые позволяют нам максимально быстро добиться определенных показателей по росту ВВП. Например, рыба — следующая позиция по экспорту, и уже заметен рост. При этом внутренняя переработка пока развивается слабо. Так и здесь: нужно развивать, диверсифицировать поставки, и увеличения добавленной стоимости мы будем добиваться даже при более низких урожаях.

И будем экспортировать макароны?

Почему бы и нет? У нас производство твердых сортов пшеницы развивается в определенных районах – Оренбургская, Саратовская и Челябинская области.

Простой пример — гречневая крупа. Помимо наших соседей, которые традиционно ее потребляют, мы ее возим в США, Израиль, Японию, Германию, Испанию появляются новые рынки. В этом году нам хватит гречки полностью на внутреннее потребление, но излишки будут. Плюс наши макароны, наши крупы тоже могут стать предметом экспорта.

Правда ли, что в этом году ожидается мало продовольственной пшеницы 3 класса, в основном фуражное зерно?

Есть оперативные данные по этому вопросу, доля продовольственной пшеницы 3 и 4 класса составляет 72,4%. У нас уборка начинается от Черного моря и потом уходит в сторону Байкала. По первоначальным оценкам, в августе доля пшеницы 3 класса в общем объеме составляла порядка 18%, сейчас по мере того, как проходит мониторинг качества зерна, она увеличилась до 22 процентов. Пока еще не завершился мониторинг урожая в регионах Сибирского федерального округа, это, в первую очередь, Новосибирск, Алтай, Красноярск, Кемерово, где доля пшеницы 3 класса в этом году выше. То есть, в итоге объем продовольственной пшеницы 3 класса безусловно увеличится.

А в чем основные отличия пшеницы по классам?

Есть пшеница пяти классов. 1,2,3 - считается ценной пшеницей, он идет на мукомолье, 1 и 2 класс используется как добавка к пшенице более низких классов. 5 класс — фуражное зерно. Но, в основном на мукомолье идет 3 класс. Считается, что из его получается традиционно советская ГОСТовская мука. При этом, можно нормальную мукомольную партию, которая обеспечит качественную муку, сформировать не только из 3 класса, но и из 4-го, а в каких-то случаях и из 5-го. Классификация зерна такая, что если по одному из параметров начиная от содержания и качества клейковины, натуры, числа падений и прочих параметров партия зерна не проходит, то она автоматически перемещается в более низкие классы. Скажу так - проблема 3 класса слегка преувеличена. Пшеницы у нас хватает, продовольственного зерна хватает. Проблем мы сейчас не видим.

А мощностей по хранению хватает?

Летом прошла вторая сельхозперепись, мы должны получить от Росстата сведения о фактическом объеме мощностей хранения. По данным представленными региональными органами управления АПК мощности хранения на начало 2016 года составляли 115 млн тонн, включая мощности у сельхозтоваропроизводителей, элеваторы заготовительных организаций и переработчиков (мукомолов, производителей комбикормов и т.д.). Более точную цифру получим по итогам переписи.

Зерно ведь не свозится в один момент на один склад. Зерно убирают с июня по октябрь, то есть процесс перемещения от поля до хранилища длительный. У нас порядка 200 тысяч тонн зерна в день уходит на внутреннее потребление, около 100 тыс. тонн в день - на экспорт. То есть процесс накопления и расходования параллельный. А максимальные запасы формируются в октябре-ноябре. Есть регионы, в которых не хватает мощностей в силу того, что производство зерна увеличилось. Да, отмечаются локальные дефициты мощностей, но критической ситуации нет, у нас есть, где хранить зерно. Одной из задач мы видим, как раз развитие инфраструктуры, причем и хранения, и перемещения. Потому что если, условно, перевезти зерно из Оренбурга во Владивосток, оно подорожает в 1,5 раза.

В следующем году планируется запустить механизм закупочных интервенций на молоко и сливочное масло. Когда именно он будет запущен? Какой планируемый объем интервенций?

До конца года мы рассчитываем внести изменения в законодательство, которые позволят участвовать в интервенциях переработчикам. Молоко планируется закупать через переработчиков, производителей сухого молока. Не стану пока называть регионы, потому что первая интервенция будет точечная.

Говорили про 9 регионов.

Это зависит еще от конъюнктуры по ценам. До конца марта планируем выпустить приказ, в котором зафиксируем максимальную цену закупки. Я думаю, только тогда мы сможем сказать, в каких регионах необходимо проводить интервенции и в каких объемах. Сейчас на рынке молока, на мой взгляд, конъюнктура хорошая. Статистика показывает, что цена 22 рубля на сырое молоко для этого времени - это нормальная цена. В некоторых регионах она на уровне 30 рублей.

А интервенции по сырам тоже со следующего года планируете запустить?

Я думаю, вряд ли мы сыр запустим в следующем году.

Насколько нам вообще необходимы сырные интервенции?

Это зависит от ряда факторов, в том числе инфраструктурного характера. Это очень молокоемкий продукт, он может дать хороший прирост спроса на сырое молоко. И у нас сейчас развивается частное сырное производство. Фермеры, которые держат коров и сдают молоко, задумываются о том, чтобы делать собственный сыр.

Вам самому нравится отечественный сыр?

Ажиотаж на «сырных днях» в Москве, которые проходили во время ярмарки «Золотая осень», показал, что мы можем делать вкусные сыры, способные конкурировать с зарубежными аналогами. Появляются очень хорошие сыры с плесенью. И видно, что среди наших фермеров много предпринимателей – создают собственные лавки. Это нормально, как в Европе, и это развивается.

Вы говорите о расширении перечня товаров. Что еще необходимо включить, и что потенциально обсуждаете по включению?

Пока мы актуализировали перечень молочной продукции с учетом изменившихся требований по кодам классификации. Но изучаем изменения, которые происходят на продовольственном рынке, связанные как с сезонными колебаниями цен, так и погодными факторами. И если мы увидим, что существует необходимость включить еще какие-то продукты в перечень для проведения интервенций, будем обсуждать.

А какие запросы поступают?

Разные запросы поступают. И технические возможности по расширению списка товаров для интервенций есть. Мы готовы анализировать, насколько это актуально.

Обсуждается ли снятие запрета на ввоз томатов, винограда и другой сельхозпродукции из Турции, которая пока еще остается под запретом?

Мы считаем, что в тех условиях, в которых сегодня находятся инвесторы, вложившие в эту сферу, возобновление сейчас поставок томатов из Турции увеличит инвестиционный цикл еще на два-три года. Поэтому еще точно два-три года с турецкими томатами лучше подождать. Это именно инвестиционная фаза. Хотелось бы ее пройти менее болезненно для наших инвесторов, а потом пусть они конкурируют.

Поступают ли вам предложения от производителей исключить еще какие-то продукты из-под эмбарго? Как было с детским питание.

Сразу отмечу, что этот вопрос находится в сфере полномочий российского правительства и оно принимает окончательное решение по корректировке перечня продуктов. Нам поступают разные предложения. Мы оцениваем возможности, способен ли российский рынок, или другие страны, это заменить. Как правило, такая возможность есть. Но все уникальные позиции, по-моему, уже отработаны.

Россия > Агропром > zol.ru, 17 ноября 2016 > № 1970678 Владимир Волик


Россия > Агропром > agronews.ru, 4 ноября 2016 > № 1959995 Дмитрий Рылько

«Агрохолдинги — детище нашей экономики».

Почему агрохолдинги прижились на наших широтах, «Огоньку» рассказал генеральный директор Института конъюнктуры аграрного рынка Дмитрий Рылько.

— Сколько сейчас у нас агрохолдингов?

— Цифра зависит «от точки отсечения». По нашим оценкам, свыше 100 крупнейших хозяйств с площадью контролируемой пашни за 100 тысяч гектаров. Ну и еще пара сотен хозяйств с контролируемой пашней свыше 30-50 тысяч гектаров. Для сравнения, в США в «кукурузном поясе» фермеры с пашней свыше 5 тысяч гектаров считаются очень крутыми парнями.

Но мне кажется, что это название не точное, условное. Если холдинг в традиционном понимании — это производственная структура, в которой есть материнская компания и подчиненные ей «дочки», то многие крупные российские хозяйства таковыми не являются. Лучше было бы их назвать «новые земельные операторы». Или «мегапроекты в растениеводстве». То есть компании, которые контролируют огромные массивы пашни. Но термин устоялся, и не будем с ним спорить.

— И какой долей земельного банка они владеют?

— Точно никто не знает, тем боле что многие компании находятся в «постоянном поиске». Какие-то земли деинвестируются, какие-то приобретаются. На крупнейшие хозяйства приходится примерно 18 млн из 115 млн гектаров пашни. Но в России много земли не используется, поэтому лучше считать гектары посевных площадей — их у наших крупнейших компаний около 15 млн. Это составляет 20 процентов от посевных площадей в стране. Конечно, у агрохолдингов тоже есть неиспользуемые земли, но их меньше, чем у других хозяйств.

— Можно ли нарисовать некий «портрет российских землевладельцев», кто они?

— Агрохолдинги очень разные. Есть, например, созданные крупными промышленными корпорациями — АФК «Система», «Базовый элемент». Есть чисто сельскохозяйственные, есть крупные продовольственные компании, владеющие землей, как «Мираторг» или «Черкизово». Есть холдинги, созданные поставщиками ресурсов, и есть предприятия с иностранным капиталом.

— Кстати, много ли иностранцев в нашем сельском хозяйстве и как они получают землю, ведь у нас запрещено продавать ее нерезидентам?

— Немного, по нашим подсчетам, у них 2-2,5 млн гектаров. Они в основном берут землю в аренду. Это разрешено. Иногда создают свои дочерние российские компании, но являются их конечными бенефициарами. Есть много способов обойти законодательные барьеры.

— В списках агрохолдингов есть такие, что указывают в качестве бенефициаров кипрские компании…

— Мы их иностранными не считаем. Понятно, что там российские граждане, в конце концов. Так, знаете, у нас половина агрохолдингов была бы иностранными.

— А какие из иностранных компаний у нас работают?

— Зачем лишний раз нервировать хорошо в целом работающих и приносящих большую пользу нашей деревне людей?

— Например, «Бондюэль»?

— Об этой старейшей французской компании, выпускающей овощные консервы, могу заметить одно. Только в России у нее есть собственный сельскохозяйственный проект. Больше ни в одной стране этой компании не пришло в голову что-то выращивать для себя. Везде они работают по договорам с фермерами.

— Многие считают, что такие структуры неустойчивы, они приходят, скупают всю землю, раздуваются, банкротятся и уходят с рынка. Вы согласны?

— Конечно, агрохолдинги менее стабильны, чем единичные небольшие предприятия, либо фермерские хозяйства. Но само явление оказалось достаточно устойчивым. Больше того, они стали ведущей российской сельскохозяйственной конструкцией.

— Что взяли за образец при создании агрохолдингов?

— Во второй половине XIX века в США на зачищенных от индейцев землях вокруг железных дорог создавались «бонанзы» (от англ. Bonanza — золотое дно, источник очень большого дохода. — «О»). Это была попытка крупного американского капитала, банкиров и железнодорожных магнатов создать большие сельскохозяйственные фабрики по примеру промышленных корпораций. Каждый из таких проектов жил своей жизнью, но общим были плохая управляемость, банальное воровство и убытки. Собственников постоянно раздражало, что они ничего не понимают в бизнесе, которым они владеют. И «чем дальше в степь», тем он становился непонятнее. Но требовал все больше денег. И в течение следующих 15-25 лет городские капиталисты вынуждены были постепенно отступать из «американской деревни», отдавали земли многочисленным фермерам на условиях долгосрочного выкупа.

В отличие от Америки, у нас агрохолдинги оказались более живучими, чем можно было предполагать. Я тоже поначалу недооценивал их устойчивость, но ошибался.

— Например, уже нет широко известной «Стойленской нивы». То есть мы в организации сельского хозяйства отличаемся от всего мира?

— Если бы у нас была квалифицированная рыночная экономика с жестко конкурирующими частными компаниями в промышленности, банковском деле и так далее, то, возможно, у нас такая форма, как агрохолдинг, не закрепилась бы. Но это оказалось не так. У нас и в промышленности, и в сельском хозяйстве доминируют государственные, или полугосударственные, или даже окологосударственные экономические структуры. В таком окружении выживать и преуспевать в сельском хозяйстве могут преимущественно крупнейшие компании. Со своими финансистами, юристами, службами безопасности. Плюс такая форма — это очень быстрый способ агрессивной перезагрузки отечественного сельского хозяйства. Мы видим, что и на Украине, и в Казахстане происходит то же самое. Страны разные, но социально-экономический типаж очень похож. И, как и у нас, агрохолдинги пока не собираются сдаваться и уходить.

— А Белоруссия?

— У белорусских аграриев есть преимущества небольшого социалистического государства, работающего на большой рынок соседней дружественной капиталистической страны.

— Вернемся в Россию. Местные власти участвуют в создании и управлении агрохолдингами?

— Конечно. Такие компании называют «губернаторскими», особенно много их в аграрных регионах.

— Например, на Кубани есть агрохолдинг имени отца нынешнего министра сельского хозяйства…

— Я никого не хочу называть. Добавлю только, что у нас есть область, которую в шутку вообще называют «губернаторской», ему принадлежит там вообще вся земля.

— А как развиваются агрохолдинги сейчас?

— Продолжается постепенное укрупнение в основном за счет выкупа земель у обанкротившегося соседнего холдинга. Сейчас все уплотнилось, и хороших земель осталось немного. При таких схемах к покупателю переходит договор аренды, либо право собственности на землю, либо сельхозтехника.

— Экстенсивное развитие, как в 50-х годах, когда у нас распахивали целину?

— Необязательно только так. На самом деле они развиваются и за счет современных технологий. У нас в этом году ожидается рекордный урожай зерновых — именно по этой причине. Причем технологии, как правило, применяются смешанные, частично зарубежные, частично наши. Техника тоже и зарубежная, и наша. Также и семена, пестициды. Может, только удобрения наши. Такой микст — дело совершенно нормальное для современного мирового агробизнеса.

— Некоторые эксперты говорят, что сельское хозяйство — это не отрасль производства, а уклад жизни. Не разрушают ли агрохолдинги традиционный крестьянский уклад?

— Это философский вопрос. У нас есть большой и растущий слой фермеров. Но они все-таки развиваются рядом с агрохолдингами, многие с ними связаны. Связи эти крайне сложные, неоднозначные. Когда же говорят о «традиционном укладе», я хочу спросить: входят ли в это понятие несколько столетий барщины и оброка? Крестьянское безземелье вплоть до революции? Столыпинская аграрная реформа? Традиции вольного казачества? Был очень короткий период (с 1921 по начало 1930-х годов) свободного предпринимательства в сельском хозяйстве. Но этого мало, чтобы говорить об общих и устойчивых традициях, разные они в нашей стране. Даже в соседних регионах они разные. Перечитайте, например, начало рассказа Ивана Тургенева «Хорь и Калиныч». Традиции наемного труда в аграрном секторе за несколько десятилетий советской власти глубоко укоренились, нравится это нам или нет.

— Итак, в нашей экономике лучше выживают агрохолдинги?

— Им в ней комфортно. Они — детище нашей экономики. Да, за 20 лет много холдингов ушло. Многие находятся не в лучшем финансовом состоянии. Но произошли и серьезные изменения в позитивную сторону. Прежде всего во внутреннем управлении холдингами. Это далось нелегко, путем проб и ошибок. И многие собственники, именно частные собственники, конечные бенефициары, к этому относятся, я сказал бы, даже трепетно. Есть компании, в которых уровень управления очень высок. Стало меньше воровства и больше ответственности. Но люди увидели, что эта форма у нас всерьез и надолго. Я говорю о наемных работниках холдингов на всех уровнях. И даже на самом низшем многие понимают, что лично для них это, может быть, навсегда.

Россия > Агропром > agronews.ru, 4 ноября 2016 > № 1959995 Дмитрий Рылько


Казахстан > Агропром > kapital.kz, 4 ноября 2016 > № 1957725 Еркин Шанимов

На рынке фастфуда настали непростые времена

Как выжить местным брендам?

Фастфуд-компаниям работать на таком рынке, как казахстанский, — где конкурировать приходится не за туристов, а за жителей города, то есть фактически за одних и тех же клиентов, непросто. Особенно нелегко приходится монобрендовым игрокам. Многие из тех, кто специализировался на каком-то одном продукте, закрылись или сократили количество точек как раз из-за этого. Конечно, сказалась и экономическая ситуация: покупательная способность населения упала. Этот момент ощутили на себе и мультибрендовые игроки, но их у нас, по сути, не так много.

О том, как себя чувствуют представители рынка быстрого питания, для «Капитал.kz» рассказал Еркин Шанимов, директор Tasty Fasty.

Фастфуд-история. Начало

В сфере быстрого питания мы работаем с 2010 года. Все началось с покупки английской франшизы SouthernFriedChicken (SFC). Когда мы привезли ее в Алматы, охват рынка крупными игроками фастфуда еще не был таким тотальным, как сейчас.

Сейчас рынок быстрого питания очень жесткий, конкуренция высока, так как на нем представлены такие игроки, какBurgerKing, KFC, McDonald’s с соответствующим капиталом. А мы, малый бизнес, такой поддержки не имеем.

При этом для покупки франшизы, открытия одного ресторана SFC, оснащения его оборудованием необходимо инвестировать значительные средства. Для реализации этого проекта мы брали кредиты в банках, закладывали имущество.

Свои бренды

Работая с брендом SFC, мы получили определенный опыт и затем стали разрабатывать и открывать собственные бренды — «Pasta&PizzaExpress», «Мама Сан», «Sally'sBurgers» и «Buffet». Для запуска любой из этих точек необходимо сделать ремонт, закупить оборудование, разработать меню, оформить дизайн.

На сегодняшний день мы имеем пять точек SFC, которые работают по английской франшизе, три точки «Pasta&PizzaExpress», торгующих итальянской пиццей и пастой. Три точки «Мама Сан», специализирующихся на японской кухне. Также мы создали две точкиBuffet — это домашняя кухня и одну точкуSally’sBurgers, специализирующуюся на приготовлении американских бургеров.

Премиум-мороженому нужны площадки

По мере развития фастфудов пришла идея расширить ассортимент предлагаемых нами услуг. Мы обратились к российскому производителю мороженого «33 Пингвина» и приобрели эту франшизу. В ноябре 2013 года открыли первые четыре точки мороженого.

На сегодняшний день мы присутствуем с этим брендом в двух городах — Алматы и Астане, где есть качественные торговые площади, на которых можно продавать мороженое премиум-класса. Линейка включает более 60 сортов. Кроме того, с этого года мы начали продавать сорта без сахара и глютена, с пребиотиками.

Сегодня жители городов Алматы и Астаны могут приобрести мороженое под брендом «33 Пингвина» в 24 точках продаж.

Фастфудчики попали в ценовую вилку

Сейчас для рынка фастфуда настали непростые времена, экономика после обесценения национальной валюты упала, потребители сокращают расходы. Из-за девальвации цены на импортные продукты и ингредиенты стали значительно выше. Жареная курица SFC — очень специфичный продукт, его можно изготовлять только на панировке, ингредиентах и оборудовании, произведенном за рубежом. Поэтому панировку, ингредиенты и упаковку мы закупаем в Англии.

В целом все игроки общепита, которые работают с импортными продуктами, попали в ценовую вилку, что привело к значительному падению маржинальности. По многим продуктам, производимым в Казахстане, тоже произошло повышение стоимости.

Также на нас значительное влияние оказывает политика большинства торговых центров, которые не снижают арендные ставки и требуют оплату гарантийных взносов от 1 до 6 месяцев, что вынуждает нас замораживать значительные денежные средства. Кроме того, на рынке сказывается увеличение количества торговых центров: поток людей стал «размываться» по месту жительства.

Стандарты по всем брендам

После девальвации многие игроки сократили количество точек или закрыли свой бизнес. Для того чтобы удержать клиентов, мы постоянно работаем над улучшением нашего сервиса, поддерживаем высокие стандарты качества. Ежегодно проходим аудит специалистов из Великобритании, которые контролируют технологии приготовления и безопасность производства. По всем своим брендам мы придерживаемся стандартов ХАССП.

Кредит под невысокий процент

Большинство людей, мечтающих открыть свое дело, начинают именно малый бизнес, но такие фирмы чаще разоряются, поскольку они сильно зависят от неблагоприятной ситуации, которая складывается на рынке, и не имеют возможности ее изменить.

Во многих странах малый бизнес развит слабо из-за незначительной поддержки со стороны государства, но существуют и такие страны, где государство активно принимает участие в развитии небольших фирм. После произошедшей в Казахстане девальвации все предприятия малого бизнеса ощутили сильнейшее экономическое давление. И надо признать, что в этот сложный момент государство в лице фонда «Даму» оказало реальную помощь. Мы получили кредит под небольшие проценты в тенге, нам выделили средства на пополнение оборотных средств. Эта помощь помогает нам оставаться на плаву и даже развиваться в этот непростой момент.

Казахстан > Агропром > kapital.kz, 4 ноября 2016 > № 1957725 Еркин Шанимов


Белоруссия. Россия > Агропром > fruitnews.ru, 31 октября 2016 > № 1953657 Андрей Кобяков

Премьер-министр Белоруссии рассказал о масштабах реэкспорта

В интервью телеканалу «МИР» Премьер-министр Республики Беларусь Андрей Кобяков рассказал о масштабах реэкспорта продуктов питания через Белоруссию в Россию

«Насколько я помню, в этом году мы оформили порядка 45 тысяч тонн яблок из 90 тысяч собранных в Беларуси в качестве режима экспорта. В режиме реэкспорта в 10 тысяч раз больше (примерно 450 тысяч или 500 тысяч тонн яблок) мы отправили в Россию», - сообщил Премьер-министр. - «Аналогичная ситуация по грибам. Я поднял цифры: 7 тысяч тонн белорусские фермеры произвели, 5 с небольшим тысяч тонн мы в режиме экспорта заявили в Российскую Федерацию».

При этом Андрей Кобяков заявил, что все эти поставки идут из стран, не попадающих под российские контрсанкции. По его словам страны поставщики этой продукции могут и напрямую осуществлять поставки в Россию.

С другой стороны, белорусский чиновник упомянул и возможности нелегальных поставок с участием недобросовестных игроков рынка из различных стран.

«Часто бывает так, что товар (те же самые фрукты, овощи) попадают на территорию с определенными документами. Это часто скоропортящийся товар. Часто возникает проблема, что документы были признаны недостоверными тогда, когда этот товар уже потреблен в России, т.е. прошел определенный промежуток времени, в течение которого власти установили, что были какие-то нарушения. Надо на границе останавливать и выяснять – достоверные документы или нет. Выяснение, конечно, идет, есть определенная процедура, - отметил Кобяков. - Глубоко продуманные и законспирированные махинации практически невозможно раскрыть на границе в момент передвижения товара. Это уже потом выясняют соответствующие правоохранительные структуры. Давайте с этими структурами вместе бороться, а не просто огульно обвинять одну сторону, что она потворствует чему-то там, что происходит в Российской Федерации. Ведь российская сторона принимала решение по санкциям. У нас нет границы между сторонами. Вполне можно было предположить, что махинаторы, прежде всего, у наших партнеров и не без участия наших попытаются эту ситуацию использовать. Поэтому включается определенный административный ресурс. Это стоит, конечно, денег, определенных затрат. Но я думаю, что надо сказать белорусам спасибо за то, что мы тратимся на это все и обеспечиваем в какой-то степени интересы наших российских партнеров. Но наши возможности не безграничны. В конце концов, у нас нет границ: у нас субъекты хозяйственные поступают так, как считают нужным в торговых отношениях между собой. Никто эти отношения между российскими и белорусскими хозяйствами не контролирует».

Отдельно Премьер-министр Белоруссии указал на то, что при переработке, изменяющей первые четыре знака кода ТН ВЭД продукта на территории Белоруссии, товар считается произведенным в Таможенном союзе и может дальше свободно перемещаться по территории ЕАЭС.

«Вопрос другой: видимо многих россиян стало удивлять, почему этот товар стал проходить через Беларусь, а раньше он проходил по импорту через соответствующие структуры Российской Федерации. В этом плане можно говорить об издержках каких-то решений, принятых нашими российскими партнерами. Но еще раз подчеркиваю, нарушений в этом плане нет. Я не говорю о случаях, когда наши и ваши жулики договорились. В этом надо прокурорам, следователям разбираться», - подитожил Андрей Кобяков.

Белоруссия. Россия > Агропром > fruitnews.ru, 31 октября 2016 > № 1953657 Андрей Кобяков


Россия. ЮФО > Агропром > zol.ru, 28 октября 2016 > № 1949570 Вениамин Кондратьев

Глава Кубани: Урожай в миллион тонн риса – это не предел

Рисоводы Кубани собрали рекордный за историю региона урожай — более одного миллиона тонн риса. Это не предел, уверен глава Краснодарского края Вениамин Кондратьев. В интервью РИА Новости губернатор рассказал, благодаря чему удалось взять новый рекорд и куда будет направлен собранный урожай:

– Валовый сбор риса в хозяйствах региона составил 1 миллион 26,5 тысячи тонн. За счет чего в этом году удалось собрать рекордный миллион?

– Как говорится, все сошлось. Колоссальную поддержку оказала федеральная власть. Благодаря этому край получил в собственность более 10 тысяч гектаров рисовых систем в Темрюкском районе. Эти участки не использовались по назначению около 12 лет. Для Кубани, где каждый квадратный метр земли на вес золота, такая ситуация была просто вопиющей.

Свою роль в рекордном урожае, безусловно, сыграли меры господдержки и использование высококачественных семян отечественной селекции. И конечно, прежде всего, этот миллион тонн риса стал возможен благодаря огромному желанию наших рисоводов добиться рекорда.

– Для Краснодарского края это предел?

– Конечно, не предел. Каждый год мы фиксируем очередной рекордный урожай зерна. Теперь, уверен, начнем говорить и о рисе. Мы будем продолжать увеличивать посевные площади – впервые с распада Союза на Кубани будут созданы новые рисовые системы в 500 гектаров. Их строительство начнется в ближайшее время.

Отдельно хочу отметить и возможности кубанской науки. Сорта, разработанные учеными ВНИИ риса, уже используются во всей России. Продукт, по качеству не уступающий кубанскому, хотят видеть заграничные соседи – они приезжают учиться у наших рисоводов.

– Что необходимо для дальнейшего развития отрасли?

– Помимо расширения рисовых систем, предстоит решать вопросы с мелиорацией, строгим соблюдением правил севооборота. Еще один момент – важно не допустить дробления существующих рисовых систем.

– Куда пойдет собранный миллион риса?

– На отечественный рынок, в первую очередь. Миллион тонн кубанского риса позволит серьезно снизить долю импортного риса на прилавках российских магазинов. Мы можем уверенно говорить, что рисоводы края обеспечили жителей страны качественным отечественным продуктом.

Россия. ЮФО > Агропром > zol.ru, 28 октября 2016 > № 1949570 Вениамин Кондратьев


Россия > Финансы, банки. Агропром > premier.gov.ru, 25 октября 2016 > № 1945103 Дмитрий Патрушев

Встреча Дмитрия Медведева с председателем правления Россельхозбанка Дмитрием Патрушевым.

На встрече обсуждались результаты работы Россельхозбанка за девять месяцев текущего года.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Дмитрий Николаевич, Вы возглавляете одно из наиболее крупных банковских учреждений в стране, которое специализированно занимается сельским хозяйством. Каковы результаты работы по кредитованию агропроизводителей? Есть ли достижения, есть ли трудности в предоставлении кредитов? Прежде всего имею в виду задачу, которую мы не так давно обсуждали с коллегами в Правительстве (также я об этом говорил с коллегами по партии «Единая Россия» на различных форумах), – двигаться в сторону снижения кредитной ставки по всем договорам сельскохозяйственного кредитования.

Д.Патрушев: Дмитрий Анатольевич, хотел бы доложить о результатах работы банка за девять месяцев текущего года.

Мы выполняем задачи, которые ставятся перед нами, по росту кредитования экономики. Мы заморозили расходы на докризисном уровне. Это нам позволило нарастить доходы. Соответственно, мы в состоянии погашать внешний долг. Особо на этом останавливаюсь, потому что для нас это важно.

На момент начала кризиса у нас было больше 10 млрд долларов привлечено от иностранных инвесторов, на сегодняшний день эта цифра сократилась практически вдвое – 5,7 млрд долларов мы должны иностранным инвесторам.

Мы растём, опережая банковский рынок, по темпам инвестиций как в реальный сектор экономики, так и по кредитованию населения. Но при этом мы смогли нарастить и капитальную базу, и ресурсную, и клиентскую базу.

На 1 октября 2016 года и по сравнению с 1 октября 2015 года совокупный кредитный портфель банка составил 1,7 трлн рублей, рост на 6%. Кредитный портфель именно в нашей приоритетной отрасли – в агропромышленном комплексе – превысил 1,1 трлн рублей, рост на 5%.

Общий объём выдачи кредитов за этот период составил 1,2 трлн рублей. Здесь рост значительно более высокий по сравнению с 2015 годом – на 32%. Это связано с тем, что в начале прошлого года наши заёмщики не особо активно прибегали к кредитным деньгам – не очень понимали, что в экономике будет. Сейчас ситуация улучшилась, они находятся в более комфортных условиях, понимают, куда двигаться, и поэтому берут кредиты. Кредитов заёмщикам именно для нашего приоритетного направления мы выдали на сумму 730 млрд рублей. Здесь ещё больший рост по сравнению с 2015 годом – на 57%. Агропромышленный комплекс является драйвером развития экономики, растёт, инвестиционные проекты реализуются, и мы видим серьёзный спрос на кредиты.

Инвестиционных кредитов выдали чуть меньше – на 200 млрд рублей – тоже серьёзный рост к прошлому году. И краткосрочных кредитов выдали на 550 млрд рублей.

Продолжаем активно работать по кредитованию сезонных работ. Уже выдали 183 млрд рублей. Мы занимаем порядка 72,6% рынка по этому направлению кредитования. В рамках уборочной кампании выдали 84 млрд рублей.

Также мы остаёмся одним из лидеров на банковском рынке по кредитованию малого и среднего бизнеса. Объём выдачи в этом году – 146 млрд рублей. Активизировались личные подсобные хозяйства. В прошлом году мы практически не выдавали им ресурсы, в этом году 5 млрд выдано.

Мы вышли на третье место по кредитованию населения. Выдано кредитов на 320 млрд рублей, рост составил 9%. При этом отмечу, что рынок вырос всего на 0,5%.

Мы входим в четвёрку крупнейших российских банков по капиталу. В условиях жёстких бюджетных ограничений мы получили 8 млрд в этом году из бюджета. Но при этом мы и сами не сидели сложа руки. Я на прошлой встрече Вам говорил, что мы планируем попробовать разместить бессрочные бонды в рублях. У нас это получилось: на 15 млрд мы бессрочных бондов разместили, недавно закрыли сделку на 5 млрд и летом разместили на 10 млрд. То есть мы пополнили свой капитал первого уровня за счёт рыночного привлечения. Уникальная сделка, до этого в рублях такие сделки на российском рынке не проводились.

Д.Медведев: Но у нас и законодательства, позволяющего такого рода размещения производить в отношении бессрочных облигаций или бондов, не существовало. Теперь появилось.

Д.Патрушев: Мы согласовали с Центральным банком и прошли все юридические тонкости. Центральный банк зачислил нам эти размещения в капитал первого уровня. Считаю, что тут достаточно неплохой результат.

Недавно закончили финансирование одной из очередей предприятия большой сельскохозяйственной компании, которая занимается мясным животноводством. В Курске они вводят в эксплуатацию большой комплекс мясного направления, свиноводческий. Производительность линии убоя – 300 голов в час, то есть 1,8 млн голов в год. Предусмотрена возможность двукратного увеличения объёмов производства. Это один из крупнейших проектов.

Д.Медведев: Мясное животноводство является сегодня одной из профилирующих отраслей. В государственной программе поддержки сельского хозяйства у нас есть направления, которые уже, что называется, выстрелили. Это растениеводство, например. По зерну всё в общем благополучно: мы нарастили потенциал, у нас приличный экспортный запас, урожай очень хороший собираем. А вот по мясному животноводству есть ещё проблемы. Хорошо, что этот большой, крупный комплекс вводится. Но нужно заниматься и другими направлениями.

Россия > Финансы, банки. Агропром > premier.gov.ru, 25 октября 2016 > № 1945103 Дмитрий Патрушев


Украина > Агропром > oilworld.ru, 24 октября 2016 > № 1948905 Григорий Копилевич, Юрий Шлончак

Украина. Увеличение количества предложений маслосырья не приведет к снижению цен – МХП

Большинство компаний оценивают наступивший сезон-2016/17 для украинского рынка семян подсолнечника как рекордный. Рекорды наблюдаются относительно посевных площадей, урожая масличной и экспортных показателей. Но в то же время сезон характеризуется и неожиданными факторами влияния...

Оценками ситуации и перспективами развития масличного рынка в наступившем сезоне с АПК-Информ поделились начальник коммерческого управления агродепартамента компании «Мироновский Хлебопродукт» Григорий Копилевич и начальник отдела экспортных продаж Юрий Шлончак.

Справка

«Мироновский Хлебопродукт» (МХП) – вертикально интегрированная компания, основанная в 1998 г. Агрохолдинг объединяет производственные мощности всей технологической цепи мясного производства – от выращивания и производства кормов, инкубационных яиц, выращивания крупного рогатого скота и домашней птицы до переработки и реализации готовой продукции.

Переработка подсолнечника осуществляется на трех маслопрессовых предприятиях – Мироновском заводе по изготовлению круп и комбикормов мощностью 1050 т/сут., Катеринопольском элеваторе мощностью 620 т/сут. и Винницкой птицефабрике мощностью 1500 т/сут.

На предприятии «Катеринопольский элеватор» в 2015 г. введен в эксплуатацию первый в МХП маслоэкстракционный завод по переработке сои, который обеспечивает все потребности холдинга в соевом шроте, необходимом для производства комбикормов.

- Григорий Яковлевич, хотелось бы начать беседу с довольно спорного и актуального в начале сезона вопроса. По Вашим оценкам, какой ожидается урожай подсолнечника в Украине в 2016/17 МГ?

Григорий Копилевич: В текущем сезоне в Украине ожидается рекордный валовой сбор семян подсолнечника, по нашим оценкам, он будет в пределах 13-13,5 млн. тонн. За счет гибели озимых культур наблюдалось увеличение посевных площадей под более маржинальные культуры. Оценки урожая,которые давали специалисты компаний в мае-июле т.г., составляли более 14 млн. тонн. Однако свидетельством того, что урожай будет ниже изначально прогнозируемого, являются результаты первых обкосов подсолнечника, а также дальнейший ход уборки маслосемян, в том числе и по предприятиям МХП.

- Насколько сильно увеличение урожая может отразиться на ценообразовании в сегменте сырья в текущем сезоне?

Г.К.: Не думаю, что увеличение количества предложений на рынке подсолнечника и сои в Украине может привести к снижению цен на сырье. На сегодняшний день убрано 84% подсолнечника, и как такового «выброса» масличной на рынок наблюдаться, скорее всего, не будет. Если не произойдет никакого активного снижения цен на продукты переработки (масло, шрот), то на подсолнечник, вероятнее всего, снижение цен вряд ли увидим. В данной ситуации существует ряд факторов, влияющих на ценообразование.

Во-первых, ожидание аграриями изменений в налогообложении с начала 2017 года. Есть мнение, что могут отменить существующий спецрежим (для растениеводства: 15% НДС остается у производителя на спецсчете, 85% НДС перечисляется в бюджет) и введут обычный НДС 20%. Тогда стоит ожидать значительных продаж до января 2017 года. При этом если существующий режим для сельхозпроизводителей сохранится, то тогда предпосылок для пиков активности продаж нет.

Во-вторых, в данный момент начинается уборка кукурузы, и увеличение предложения подсолнечника может быть связано лишь с ограниченными возможностями по хранению сельхозкультур у аграриев. Поэтому, если в данное время будут наблюдаться активные продажи сырья, то это будут продажи подсолнечника – капиталоемкой культуры. При этом предугадать ход действий сельхозпроизводителей достаточно сложно.

- Как Вы оцениваете качество подсолнечника урожая 2016 года? При приемке маслосемян с какими отклонениями по качеству столкнулись?

Г.К.: Качество подсолнечника урожая 2016 года оценивается как высокое (масличность 46-50% в перерасчете на сухое вещество). В период уборки подсолнечник поставляется зачастую с поля, не проходя предварительной подработки. Поэтому показатели сора до 8% и влаги до 12% обычное явление. Современное оборудование по очистке и сушке, установленное на наших предприятиях, позволяет успешно справляться с такими задачами и поддерживать высокие темпы приемки подсолнечника.

- Компания «МХП» осуществляет реализацию зерновых и масличных культур, выращенных на собственных полях. Юрий, как Вы оцениваете спрос на рапс и продукты его переработки на экспортном рынке в текущем сезоне?

Юрий Шлончак: В 2015 году сухая погода не давала возможности нормально отсеять рапс. Украина собрала на 0,5 млн. тонн семян рапса меньше, чем годом ранее. Также в Европе отмечалось снижение производства рапса на 2 млн. тонн. Данная ситуация оказала поддержку ценам на маслосемена в текущем сезоне. Традиционно в начале МГ активно продавали рапс по форвардным контрактам с поставкой в порты, но с августа цена на западной границе Украины стала премиальной, и мы сместили продажи на Польшу.

- Как нам известно, ваша компания занимается производством и переработкой высокоолеинового подсолнечника. Насколько данный сегмент рентабелен по сравнению с переработкой масличного подсолнечника?

Ю.Ш.: Рынок высокоолеинового масла конъюнктурный. В начале прошлого сезона премия за ВО масло по отношению к обычному составляла 150-180 USD/т, в июне премии не было совсем, сейчас – около 60 USD/т. Считаем, что спрос на ВО масло сохранится, несмотря на увеличение производства ВО подсолнечника в мире, но высоких премий в текущем сезоне не ожидаем.

- Компания «МХП» входит в ТОП-10 крупнейших переработчиков подсолнечника в Украине и экспортеров подсолнечного масла. Как Вы оцениваете дальнейшие перспективы своей компании в масличном направлении?

Г.К.: Наша компания и в дальнейшем планирует быть в тройке лидеров как по перерабатывающим мощностям (подсолнечник, соя), так и по производству продуктов переработки (подсолнечный жмых и соевый шрот), а также по экспорту продукции переработки масличных. По нашим оценкам, в будущем объемы производства комбикормов будут только увеличиваться, а подсолнечный жмых и соевый шрот – важнейшие составляющие комбикорма. Снижения объемов переработки маслосемян на наших предприятиях не прогнозируется.

- Насколько изменилась рентабельность переработки масличных в последние несколько сезонов?

Г.К.: При нынешнем ценообразовании на подсолнечник и существующих ценах на продукты переработки достичь высокой маржи не удается. Хотелось бы видеть цены на сырье значительно ниже, но не всех переработчиков удовлетворяют имеющиеся у них остатки сырья, ввиду чего они повышают цены спроса на фоне ограниченного количества предложений.

Ситуация на рынке сои и продуктов переработки интересная. В нашей стране практически все заводы по переработке сои, кроме «Олияра» (Львовская обл.), находятся под запретом экспорта кормовых продуктов в Беларусь ввиду АЧС. В данный момент на экспортном рынке наблюдается неблагоприятная ценовая конъюнктура на соевый шрот на базисах СРТ и FOB. На внутреннем рынке также отмечается понижательный ценовой тренд на соевый шрот. В течение сентября цены предложения снизились с 13800 до 12500 грн/т на условиях EXW. С увеличением предложения сои нового урожая стоит ожидать дальнейшего снижения цен на нее и продукты переработки.

- По Вашему мнению, как будет развиваться ситуация с продажами украинского шрота, как подсолнечного, так и соевого, в Республику Беларусь ввиду ограничения поставок из-за АЧС?

Ю.Ш.: Насколько мне известно, в ближайшее время рынок протеинов Беларуси будет оставаться закрытым для экспорта кормовых продуктов (шрот/жмых) из большинства областей Украины.

Г.К.: Сложно прокомментировать сложившуюся ситуацию. Движений в этом направлении пока нет. Наша компания планирует развивать поставки соевого шрота на европейский рынок.

- Насколько эффективно используются мощности вашего предприятия по переработке сои?

Г.К.: Номинальная мощность завода по переработке сои на Катеринопольском элеваторе составляет 1000 т/сут. На сегодняшний день завод перерабатывает 700 т/сут. соевых бобов, то есть мощности загружены на 70-75%. Предприятие удовлетворяет полностью потребности своего комбикормового предприятия за счет производства соевого шрота, остальной объем (около 50%) данного продукта реализуем на внутреннем и экспортном рынках. Соевое масло полностью поставляем на внешний рынок. Если ценовая конъюнктура соевого масла и шрота будет интересной, а переработка – маржинальной, мы загрузим мощности на 100%.

- Юрий Григорьевич, компания «МХП» занимается реализацией продуктов переработки подсолнечника не только внутри страны, но и за ее пределы. Как за последние годы изменилась структура экспорта продуктов переработки масличных? Какой рынок сбыта считаете наиболее перспективным и почему?

Ю.Ш.: Украина – довольно молодой игрок в мировой торговле продуктами переработки масличных. Мы стремительно наращиваем производство и экспорт масел и шротов, развиваем новые рынки сбыта. За последние годы существенно вырос экспорт растительных масел из Украины в КНР. Мы видим потенциал продолжения роста экспорта в этот регион. Относительно продуктов переработки подсолнечника, то Индия, Китай,Европа и Ближний Восток традиционно будут основными импортерами нашей продукции.Мы фокусируемся на рынках Азии и Европы.

- Ваша компания является одним из немногих производителей подсолнечного жмыха с высоким содержанием масла. Каковы основные преимущества такого продукта?

Ю.Ш.: Мы используем жмых в производстве комбикорма. Поскольку рацион птицы требует добавления определенного количества жира для баланса энергии, принято решение остановиться на технологии неполного отжима масла из семян. Таким образом, производство кормов становится экономически более выгодным, чем если производить шрот и добавлять в него масло.

- Благодарю за беседу, и в завершение чего Вы ожидаете от наступившего сезона?

Ю.Ш.: Высокого урожая хорошего качества, активного сбыта продукции и повышения маржинального дохода. Всем участникам рынка желаем успешной и плодотворной работы.

Беседовала Виктория Зеленая

Украина > Агропром > oilworld.ru, 24 октября 2016 > № 1948905 Григорий Копилевич, Юрий Шлончак


Украина > Агропром > interfax.com.ua, 24 октября 2016 > № 1944940 Олег Бахматюк

Собственник "Укрлэндфарминга" Олег Бахматюк: Сейчас задача главы Нацбанка – обанкротить мою компанию

Эксклюзивное интервью собственника и руководителя агрохолдинга "Укрлэндфарминг" Олега Бахматюка агентству "Интерфакс-Украина"

Вопрос: Возможен ли, на Ваш взгляд, компромисс с Нацбанком по вопросу поручительств? Каким бы вы его видели?

Ответ: Мы предлагали открытое мировое соглашение с рассрочкой на семь лет. Если бы Нацбанк хотел вернуть деньги, он бы сел за стол переговоров, но если Валерия Гонтарева (глава НБУ – ИФ) хочет уничтожить компанию, то ей не интересны наши предложения. Все совещания, которые у нас были в администрации президента, с премьер-министром, заканчивались с точность до наоборот: нас на встречах все поддерживают, но потом выходит госпожа Гонтарева "со значком МВФ" и фактически делает шаги для того, чтобы уничтожить мою компанию.

Вывод с рынка банка "Финансовая инциатива" - это была личная прихоть госпожи Гонтаревой. Еще во времена премьер-министра Арсения Яценюка министр финансов Александр Шлапак предложил мне купить на 2 млрд грн государственных облигаций. Эти облигации мы дальше поставили в Нацбанк один к одному. Фактически, я сделал услугу правительству, но Валерия Гонтарева, когда ввела временную администрацию в банк, уценила эти облигации на треть – сформировала недостаток ликвидности. Это цинизм высшей меры! Вы можете спросить любого участника финансового рынка о том, мешала ли кому-то "Финансовая инициатива", и они ответят "нет". Да, "Финансовая инициатива" была тесно связана с аграрным бизнесом и акционером, но она могла спокойно выплачивать людям проценты.

По "Финансовой инициативе" у нас вообще был прецедент. Мы платили один к одному к выплатам Фонда гарантирования. Но Нацбанк нам заблокировал платежи: три месяца мы не могли людям заплатить добровольно. В "Финансовой инициативе" половина моих друзей деньги держали. Ясно, что я буду эти средства возвращать.

Вопрос: Возможно, к вам особое внимание, так как есть предположение, что Вы финансово поддерживаете Сергея Таруту и Юлию Тимошенко, которые сейчас активно выступают за отставку Валерии Гонтаревой?

Ответ: Это бред больной фантазии. Еще и тут назначили Бахматюка виноватым. Какое отношение я имею к Таруте и Тимошенко? Они самодостаточные люди. Тарута – не бедный человек, как я его должен переубедить? Это нужно сотни миллионов долларов. Если бы я имел такое влияние в Украине, то сейчас я бы точно не жаловался вам на ситуацию, которая сложилась.

Вопрос: Вам СМИ еще приписывают, например, "Деловую столицу".

Ответ: СМИ приписывают мне, потому что у меня хорошие дружеские отношения с Вадимом Денисенко. У нас есть в Ивано-Франковске СМИ, мы этого не отрицаем. Это социальный проект, как чемодан без ручки. Когда-то бывший губернатор Михаил Вышиванюк "засватал" меня в это дело помочь журналистам.

Вопрос: Идет ли сейчас какой-то диалог с Нацбанком?

Ответ: Сейчас идут судебные процессы – это наша оборона. Потому, что мы понимаем, если мы не будем обороняться, нас просто разорвут на куски.

У нас нет проблем с кредиторами, они понимают, что есть риски на рынке, и эти риски связаны с конъюнктурой. Но на государственном уровне меня не слышат. Еще раз повторюсь, у премьера, вице-премьера, в администрации президента нас везде поддерживают, но, оказывается, существует один человек, который может все решить по-своему.

Если вы мой кредитор, то вы можете меня любить или нет, но вы заинтересованы в том, чтобы вернуть деньги. Я не понимаю, что хочет от меня Нацбанк. Убить компанию? Мы вложили во все наши объекты очень много денег – порядка $2,5 млрд. А при падении такой компании "шакалы", как советники, заработают себе $50-60 млн. Но кредиторы, акционеры и Бахматюк при этом все потеряют. Компания перестанет быть функциональной. В каком государстве мира хотят уничтожить компанию, в которой работает 40 тыс. человек?

Если Нацбанк хочет изменить условия, я готов договариваться. Если хочет усилить залог, я готов об этом говорить. Те 37 млрд грн долга, которые я якобы задолжал, это глупость. Реальный суммарный долг Фонду гарантирования вкладов и Нацбанку – это 18-19 млрд. Из этой суммы на 7 млрд грн есть мое личное мое поручительство перед НБУ, а еще нужно говорить с Фондом…

(НБУ на своем Твиттер-аккаунте 13 октября под хэштегом (меткой) "судебная реформа" разместил инфографику с портретом О.Бахматюка о подаче на него, как собственника признанных неплатежеспособными банков "ВиЭйБи" и "Финансовая инициатива", в суд пять исков о взыскании задолженности по персональному договору поручительства по обязательствам этих кредитных учреждений, суммарно задолжавших Нацбанку по рефинансированию 10,9 млрд грн.

На следующий рабочий день, 17 октября, центробанк под хэштегом "больше чем транш МВФ", опубликовал очередную инфографику с портретом бизнесмена, в которой утверждается, что "О.Бахматюк должен государству гражданам и бизнесу 37,9 млрд грн". В эту сумму НБУ включил уже указанную ранее задолженность по рефинансированию, а также 5,3 млрд грн долга компаний О.Бахматюка перед госбанками и 21,7 млрд грн задолженности двух его банков перед кредиторами на дату признания их неплатежеспособными).

Мы не прячемся. Я не смогу с собой забрать свои заводы ни в Англию, ни в Германию, ни во Францию. И если бы я хотел, я просто бы мог забрать cash flow компании и оставить после себя разруху. Но, мы же понимаем, что если компания живет два года без кредитов, то она делает это за счет своих оборотных средств. Мы уже засеяли 162 тыс. га ранними зерновыми, но для того, чтобы получить выручку от их продажи, нужно подождать восемь месяцев.

Вопрос: Если мы правильно поняли, Вы готовы на мировое соглашение с рассрочкой на семь лет и на увеличение залога?

Ответ: Да, на семь лет, без дисконта мы готовы брать на себя эти обязательства. Я это публично озвучивал и в кабинете президента, и в кабинете премьера. Однако глава Нацбанка сказала, что ей это не интересно. Ее задача – обанкротить компанию. Но мы будем бороться за компанию до конца. Последних два с половиной года мы живем в условиях войны, в замкнутой, агрессивно против нас настроенной, финансовой среде. Когда происходят такие вещи со стороны Нацбанка, как эти последние Твиттер-атаки, они делают невозможным поиск партнера. Рано или поздно это ведет к ухудшению имиджа компании.

Вопрос: Как сейчас идут переговоры с вашими кредиторами?

Ответ: Кредиторы сейчас полностью обеспечены, в том числе и акционерным капиталом. Они не хотят управлять компанией, но они хотят, чтобы она работала. Сейчас общий долг компании – $1,68 млрд.

После баннера на сайте Нацбанка кредиторы начали звонить по-новому. Когда они читают информацию о нарисованной задолженности 37 млрд грн, все начинают нервничать. Когда на сайте главного регулятора страны появляется фамилия Бахматюк, то кредиторы ожидают, что есть какая-то проблема. Все спрашивают причину конфликта, и как это будет влиять на наше финансовое состояние, а сомнения кредиторов зачастую приводят к дефолтам. Когда будет банкротство такой компании, как "Укрлэндфарминг", то можно будет выдернуть по дешевке активы, группа людей, которые будут сопровождать процесс банкротства, наживется на этом точно.

Разные были эмоциональные состояния за последние два с половиной года, но мы будем бороться за эту компанию. Мы в нее вложили все, что могли. Не только деньги, а время, возможности, у нас хорошая команда. Эти два с половиной года закалили коллектив, и именно он управляет сейчас компанией, а не лично Бахматюк.

Я когда общался с Валерией Гонтаревой, объяснял, что все акции компании заложены кредиторам. Арест Нацбанком всего моего имущества ни к чему не приведет, только дестабилизирует финансовую ситуацию. Все наши кредиторы садились за стол переговоров. "Укрлэндфарминг" за последние два с половиной года выплатил $387 млн внешним кредиторам, несмотря на то, что нам закрыли все лимиты на внешнем и внутреннем рынках. То есть компания за два года не взяла ни копейки заемных средств, но при этом мы сеем, убираем, выплачиваем зарплату порядка 2,5 млрд грн в год, платим аренду, налоги. Я очень удобная "мишень" - у меня 450 юрлиц. Более удобной мишени я даже не могу себе представить. Ты в каждом регионе имеешь отношения. Это же целая политика, мы же арендуем землю. У нас 500 юристов постоянно занимается переподписанием договоров.

Вопрос: В случае если арест будет наложен, Вы сможете оспорить его в международных судах?

Ответ: Мы не исключаем этот вариант, но зачем начинать еще одну войну, которую необходимо финансировать? Для нас в приоритете сейчас жизнедеятельность компании. Нам нужно дизтопливо и семена покупать, зарплату платить. Мы и так в судах тратим большие ресурсы, а международный суд – это десятки миллионов долларов. Так как кредитного ресурса у нас нет вообще, то кризис с ликвидностью будет чувствоваться очень остро.

Сам арест спорный, он подрывает все международное право, и если будет арест активов "Укрлэндфарминга", то фактически арестовываются и активы публичной компании "Авангард". И главное, арест ни к чему хорошему не приведет. Мне легче сесть и договориться, а дальше идти и спокойно искать партнера. Понятно, что при существующей ситуации нам нужны вливания в капитал. Да, сейчас мы предлагаем совсем другие цены и условия, чем были два года назад. Но скажите, какой нормальный человек ко мне придет, если обо мне баннеры висят на сайте Нацбанка? Я только из Китая вернулся с переговоров с пятью крупными компаниями, они зашли на сайт Нацбанка – и все!

Вопрос: Какова сумма претензий Фонда гарантирования вкладов физлиц к Вашим компаниям, и каковы встречные обязательства "ВиЭйБи" банка и банка "Финансовая инициатива" перед Вашими компаниями? Какими Вы видите пути решение этих претензий?

Ответ: С Фондом гарантирования у нас нормальное сотрудничество. Мы платим проценты, и там нет такой реальной агрессии, как со стороны Нацбанка. Мы подали кредиты на депозиты, признали ничтожными, поэтому это спорная задолженность и там порядка 3 млрд грн наших депозитов пошли под кредиты. И есть еще требования со стороны фонда Фонд 6 млрд грн по "ВиЭйБи" банку и 3 млрд грн - по "Финансовой инициативе".

Вопрос: Вы верите, что в этой стране могут существовать банки без связанного кредитования?

Ответ: Такая модель была в обществе, и все так жили, такие были правила. Если есть вопрос инсайда, то он есть ко всем украинским банкам. Нужно было сделать переходной период, и тогда бы не потерял никто. Пересмотреть залоги. Это же связанная система: ты можешь меня любить или нет, но если ты хочешь сохранить, то надо работать. А сейчас что мы получили? Ни одно нормальное предприятие не может взять деньги, не работает экономика, люди стали бедными.

Скажите, пожалуйста, почему нельзя было создать крупный санационный банк? Ведь и так 96% всех активов банков было компенсировано государством, как говорится в сообщениях СМИ. Мы сейчас не говорим о Бахматюке, или о ком-то другом, вы что думаете, мне этот банк был нужен?

Вопрос: Вас часто обвиняют также в том, что управлять компанией такого размера эффективно нельзя.

Ответ: Сейчас многие советники говорят, что у "Укрлэндфарминга" была неправильно выбранная стратегия, не нужно было брать так много кредитов. Но я хочу напомнить, что когда мы начинали строить компанию, цена на кукурузу была $376/тонна, а сейчас $162/тонна. В прошлом году мы собрали порядка 3 млн тонн зерновых. Если бы цены были на $200/тонна выше, компания бы генерировала дополнительно $600 млн выручки! Три года назад мы шли к размещению компании на IPO, и мы не могли прогнозировать тех событий, которые произошли в стране.

Сейчас мы боремся за эту компанию, потому что верим, что ценовая конъюнктура вернется. В любой нормальной стране компания берет кредит на 25 лет по низкой ставке, и власть это приветствует, потому что компания инвестирует в развитие территорий. У нас все наоборот.

В Херсоне мы построили самую крупную фабрику в мире по производству яиц и запускаем там биогазовый завод. На фабрике содержится шестимиллионное поголовье. Сейчас она работает на 50% мощности, до конца следующего года выйдем на 100%. Экспорт сейчас возобновляется, растет спрос на яйца со стороны Ирака, где немного утихли боевые действия. В Ивано-Франковске у нас большой завод по переработке яйца – более 6 млн штук в день. На него мы потратили $68 млн.

Если бы меня сегодня спросили, вложил бы я опять такие средства в развитие компании, я бы это сделал, но может более мудро подошел к этому.

Вопрос: Может ли Cargill нарастить свою долю в уставном капитале "Укрлэндфарминга"?

Ответ: Cargill - миноритарный акционер. Почему мы стали для них интересны? Потому, что мы были первой компанией, которая начала поставки кукурузы в Китай, и мы совместно делали некоторые проекты. "Укрлэндфарминг" стабильно может дать 1 млн тонн зерна. В этом году мы планируем экспортировать 2,5 млн тонн своего зерна, поэтому мы для них интересны как партнер.

Вопрос: Вы сказали, что находитесь в поиске партнера. О каком сотрудничестве идет речь?

Ответ: Мы сейчас в поиске стратегического партнера, интерес к компании есть. Китайские инвесторы пока в ожидании некоторой стабилизации. В Китае большое влияние имеет российская сторона. Это не добавляет Украине шансов на привлечение инвесторов. Мы сейчас работаем по двум направлениям: это Китай и Ближний Восток. Я понимаю, что привлечь инвестора - это единственный выход. Для меня сложно было принять решение и уйти с мажоритарного пакета. Я хотел вывести компанию на IPO. Но, видя проблему с Нацбанком, я понимаю, что Бахматюк для "Укрлэндфарминга" теперь является проблемой, и компания не может развиваться. Гонтарева делает все, чтобы уничтожить ее. Но компания имеет перспективу, это большая платформа и жаль будет, если она пропадет. Я не говорю, что я хороший, но я действительно переживаю за этот актив и за команду людей, которая работает с ним.

Вопрос: Какую долю в уставном капитале вы готовы отдать сторонним инвесторам?

Ответ: Мы готовы идти и до мажоритарного пакета, если будет решен вопрос с кредиторами. Нам нужно сократить долговую нагрузку и сохранить развитие компании - это ключевые моменты, на которые я делаю акценты в ходе переговоров с инвесторами.

Вопрос: Но до этого вы будете сохранять те масштабы компании, которые есть, и не будете продавать часть активов?

Ответ: А смысл их продавать? В управлении компанией нет проблем. Есть проблема с Валерией Гонтаревой. Ломать то, что сделано, большая дурость. Когда мы объединяли компанию пять-шесть лет тому назад, была проблема с управлением, но сейчас ее нет. Это бразильская модель, и мы взяли ее за основу. Все воспринимают компанию как Бахматюка, но компания – это не Бахматюк. Сейчас моя команда управляет кораблем, но если в корабль торпеда за торпедой идет, то какими бы не были механики, у них ничего не получится.

Вопрос: Может ли быть еще одной такой "торпедой" отмена моратория на продажу земель сельхозназначения?

Ответ: Я к этому очень спокойно отношусь, мы готовы к любым сценариям. Депутаты постоянно рассказывают сказку о "соломенном бычке", что люди потеряют землю. Забрать у людей право собственности на землю – это полная дурость. Задание власти сделать так, чтобы землю не смогли украсть. Пусть установят минимальную цену на гектар и скупают излишки этой земли в государственный банк. Ведь 30% людей уже умерли за время действия моратория. Постоянная игра на маргинальных настроениях населения зачем делается? – Чтобы завоевать политический авторитет. Будут правила – будем играть по правилам. Сейчас я плачу $100/га, а буду платить $150/га. Рынок земли – это инструмент для банковского сектора.

Вопрос: Госстат фиксирует сокращение производства яиц за девять месяцев на 11%, за счет чего происходит такое сокращение и как оно влияет на цены на внутреннем рынке?

Ответ: Яйцо – это сезонный товар, и нужно понимать одно: до отделения Донбасса и Крыма 55% производства яиц в стране приходилось на промышленность, а 45% производили хозяйства населения. Сейчас пропорция изменилась, и 63% яиц производят хозяйства населения. Последние 20 лет есть тенденция, что в период с апреля и по сентябрь все производители яиц работают в убыток себе, потому что активно производят яйца хозяйства населения. Какой это процент убытка? В зависимости от года может доходить и до 50%. Мы летом продаем яйцо по 80 копеек при его себестоимости 1,6 грн, но, вы же понимаете, что осенью производитель должен выровнять тот баланс, который потерял летом. После новогодних праздников опять идет падение цены на яйца, потому что спрос падает, а перед Пасхой и спрос, и цены начинают вновь расти. Эти так называемые "качели" происходят из года в год. Если вы посмотрите в целом за год, то маржа производителей будет 5-7% как у нормального производства продуктов питания. Если вспомнить прошлый год, то цена яйца в этот период была 2,5 грн, а сейчас – 2,2 грн.

Вопрос: Собирается ли компания наращивать производство на других фабриках после потери мощностей в зоне АТО и Крыму?

Ответ: Пока мы хотим сохранить то, что у нас есть. Ведь с мощностями мы потеряли и большой рынок реализации. Донецкая, Луганская области и Крым были одними из лучших регионов по продажам пищевых продуктов, в том числе и яйца. Традиционно люди там не занимаются домашним сельским хозяйством. Они работали на металлургических комбинатах и на шахтах, получали высокие зарплаты, Крым рос за счет туристов. "Авангард" почему так много потерял? Потому, что в Донецкой области мы занимали 80% рынка, В Луганской – 90%, а в Крыму – 100%. Поэтому "Авангард" упал в два раза. Сейчас он произвел 3 млрд яиц. Кроме этого, упали доходы населения, соответственно, люди стали покупать меньше сладостей, печенья, майонеза, а в состав этих продуктов тоже входят яйца.

Мы сейчас смотрим на рынок Эмиратов и наращиваем поставки в Ирак. ЕС, я думаю, будет до последнего защищать свой рынок от наших поставок яйца. Рынок Ближнего Востока интересен, но там часто идут военные действия, и ты просто можешь потерять весь свой товар там.

Вопрос: Какова, на Ваш взгляд, перспектива восстановления курса акций и еврооблигаций "Авангарда"?

Ответ: Сейчас цена акций "Авангарда" – это архиминимум. Это была компания, которая несла "золотое яйцо", а тут она раз – и наполовину упала. Весь вопрос в EBITDA: если она поднимется до $100-120 млн, то компания будет стоить $400 млн.

Вопрос: Есть ли возможность у компании экспортировать инкубационное яйцо?

Ответ: Мы, в основном, экспортировали его в Россию, но сейчас этот рынок закрыт. В ЕС более чем достаточно своей продукции, Венгрия там крупный производитель.

Вопрос: Убытки от потери Крыма и Донбасса просто легли на баланс компании? Во сколько вы их оцениваете?

Ответ: Сложно сказать. В Крыму – $200 млн, в зоне АТО – $300 млн, но активы стоили не так дорого, как рынки – мы потеряли возможность реализовывать там свою продукцию.

Вопрос: Расскажите о мясном направлении работы "Укрлэндфарминга". Многие компании не видят возможности заработать на молочном животноводстве и вырезают поголовье. Для Вашей компании этот вопрос актуальный?

Ответ: У на 67 тыс. КРС. Убытки очень большие. Мясное животноводство – это чисто социальные проекты. Странно, что от государства поддержка нулевая. Во всем мире выращивание КРС не существует без господдержки. В ЕС дотация на одну корову EUR300-400.

Спецрежим налогообложения отменят на 99% со следующего года, поэтому производители таких размеров, как мы, будут пересматривать свои планы по содержанию КРС. Вы же знаете, что одна корова – это слишком долгие инвестиции в нашей стране. Я думаю, что еще полгода мы подумаем, что делать с этим направлением, а потом что-то будем решать.

Если по направлению животноводства не будет стратегии развития, то ничего не будет. Когда-то мы были инициатором программы "Возрождение животноводства", были большие планы по ввозу большого количества племенного КРС – около 250 тыс. голов. Только такими масштабами нужно мыслить. Если ничего не будут думать, то понятно, что дешевле будет из Аргентины или Бразилии импортировать мясо.

Вопрос: Вы пересматривали севооборот под урожай 2017 года? Возможно, в связи с удешевлением кукурузы больше площадей отведете под подсолнечник?

Ответ: Нельзя все засеять подсолнечником. Севооборот у нас не изменится: 35% будут ранние зерновые и рапс, 40% - кукуруза, 25% - подсолнечник и соя. Мы обрабатываем сейчас порядка 510 тыс. га, на 2017 год заберем из-под пара 10-15 тыс. га. Многое зависит от погодных условий.

Вопрос: Какой урожай рассчитываете собрать в этом году?

Ответ: Мы в этом году рассчитываем собрать 2,1-2,2 млн тонн кукурузы. Качеством мы пока довольны. Поставили срок до 20 ноября все успеть. В прошлом году мы экспортировали 1,7 млн тонн зерновых, в этом году – 2,3-2,4 планируем сделать.

Вопрос: В этом году "Укрлэндфарминг" не запускал свои сахарные заводы. Почему? Ведь ценовая конъюнктура на рынке сахара очень благоприятная из-за его дефицита на мировом рынке?

Ответ: Если мы выйдем на рынок, то ценовая конъюнктура станет сразу неблагоприятной, будет профицит. Рынок стабилизовался, потому что мы ушли из крупного бизнеса и "Кернел". Весь экспорт – это 50 тыс. тонн сахара, а когда выходит такой игрок, как мы – то мы будем делать не меньше 200 тыс. тонн. Мы просто обвалим рынок. Сахаропроизводителям сейчас тоже не сладко.

Вопрос: Если ситуация с финансированием урегулируется или вам удастся привлечь инвестора, какими будут ваши первые инвестпроекты?

Ответ: Это порт и подвижной состав. Около 3 млн тонн хранения мы построили, остался порт, который может улучшить финансовые показатели. "Укрлэндфарминг" должен построить порт на 5-10 млн тонн по перевалке, это изменит качество компании, она будет более интересной для внешней платформы.

Вопрос: Взятая благодаря реструктуризации пауза в долговом календаре сколько продлится?

Ответ: Три года. Период паузы начался с весны. Мы реструктуризировали 95%, осталось еще 5%, и мы сейчас ведем переговоры.

Вопрос: В этом году "Укрлэндфармингу" уже удастся улучить финансовые показатели?

Ответ: В этом году финансовые показатели еще вряд ли будут лучше прошлогодних из-за цен на зерновые. Хорошо, что мы успели продать немного кукурузы по форварду по цене $200/тонна весной.

Вопрос: Если бы Вас спросили, чем отличается кейс "Укрлэндфарминга" и "Авангарда" от кейса "Мрии" и "Креатива", что бы Вы ответили?

Ответ: Наша компания имеет большие активы в $2,5 млрд. Их можно потрогать, они на месте стоят. Найти плохие стороны можно у каждого человека. Давайте найдем Мисс Мира, сфотографируем ее в неправильном ракурсе, и скажем: вот она, какая некрасивая. Не хочу никого пугать, но падение такой компании очень сильно ударит по внешнему имиджу страны.

Пример "Мрии" помогает нам вести переговоры, только не внутри нашего государства. Пока компания поддерживается, она жива. Когда она заглохнет, она будет стоить даже не ноль, а минус. Поэтому я не понимаю таких действий НБУ. Я человека вообще первый раз увидел, когда она стала главой Нацбанка. Такой ненависти к себе я не помню. Мне банк не нужен, я строил компанию и, да, я использовал те инструменты, которые были на рынке. И если бы цена была на зерно $350/тонна, и не было бы кризиса, я бы закрыл все вопросы. Если она хочет уничтожить компанию, значит она не хочет вернуть 10 млрд грн, а хочет поставить выше свои амбиции…

Я не намерен бегать по миру. Я не хочу быть мародером. Но нельзя быть успешным на неуспешной территории. Не использовать потенциал таких людей, как Бахматюк, Жеваго – это глупость. Если искать на меня компрометирующие факты, то они обязательно найдутся, как и на любого другого человека. Прихоти сейчас выше, чем логика. Они повторяют ту же ошибку, что и их предшественники. И если ничего не изменят, то точно так же они и закончат.

Украина > Агропром > interfax.com.ua, 24 октября 2016 > № 1944940 Олег Бахматюк


Абхазия. ЦФО > Агропром > ved.gov.ru, 19 октября 2016 > № 1943604 Даур Тарба

Даур Тарба: «Руководствуюсь в первую очередь интересами государства»

Интервью с министром сельского хозяйства РА Дауром Тарба.

Краткая биография: Даур Тарба родился в 1959 г. в селе Моква Очамчырского района. В 1986 г. окончил юридический факультет АГУ, в 1991 г. - Нижегородский социально-политический институт. С 1991-го по 1996 гг. - депутат Верховного Совета Абхазии. Возглавлял различные государственные комитеты, компании и Администрацию Очамчырского района. Являлся депутатом Парламента РА. С 2010-го по 2011гг. - вице-премьер Правительства РА. С 2011-го по 2014 годы - председатель партии «Единая Абхазия». С 2014-го по 2016 гг. - гендиректор Госкомпании «Абхазтоп». В 2016 г. назначен министром сельского хозяйства РА.

- Даур Нуриевич, недавно Вы вернулись из Москвы, где в составе правительственной делегации Абхазии приняли участие в XVIII российской агропромышленной выставке «Золотая осень -2016». Расскажите о Вашей поездке подробнее.

- Экспозиция Республики Абхазия, которую представляли 14 компаний-производителей сельхозпродукции, в четвёртый раз была удостоена Гран-при за оригинальный дизайн, гостеприимство, организацию деловой и культурной программ. Успех экспозиции был подкреплён золотыми, серебряными и бронзовыми медалями, присуждёнными конкурсной комиссией абхазским производителям - участникам выставки. Абхазия в пятый раз участвует в этой выставке, и впервые вся продукция абхазских компаний была отмечена во всех 31 номинации.

Официальную делегацию Республики Абхазия представляли Премьер-министр Беслан Барциц, торговый представитель Республики Абхазия в РФ Олег Барциц и я, впервые принимающий участие в таком мероприятии. В выставке участвовали 1,5 тысяч предприятий из 26 государств и 64 субъектов России. По традиции с приветственным словом выступил Премьер-министр РФ Дмитрий Медведев, который поздравил всех с праздником - Днём работников сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности. К сожалению, этот праздник пока не отмечается в нашей республике. Затем мы приняли участие в пресс-конференции министра сельского хозяйства России Александра Ткачёва. Он отметил, что все санкции, которые были направлены против России, дали серьёзный толчок российским производителям для развития отечественного сельхозпроизводства. Этому способствовала и сумма бюджета министерства сельского хозяйства Российской Федерации - 230 миллиардов в год. Затем Александр Ткачёв посетил наш павильон и осмотрел экспонаты. Далее состоялась его встреча с Премьер-министром Бесланом Барциц, на которой было получено подтверждение об оказании помощи нашему государству - о выделении сельскохозяйственной техники на сумму 200 миллионов рублей. Это очень серьёзная помощь, так как сегодня на балансе МТС республики - 75 тракторов. Нам необходимо завести кроме пахотной техники ещё и плуги, культиваторы и многое другое. Далее российский министр подчеркнул, что курортная отрасль в Абхазии не сможет развиваться без восстановления агропромышленного комплекса. И я полностью согласен с ним. Если мы не будем уделять сельскохозяйственной отрасли и селу особое внимание, то мы и курорты потеряем.

- Этот тезис даже не должен обсуждаться. Ведь Абхазия испокон веку была аграрной страной, и её сельскохозяйственная продукция всегда славилась своими вкусовыми качествами.

- Совершенно верно. И сегодня наша продукция, хоть и в небольшом ассортименте, на выставке была признана лучшей по всем показателям. Особо она удивила всех своей экологической составляющей. Люди подходили к нам с предложениями закупать наши сельхозпродукты в неограниченном количестве, но у нас, к сожалению, нет производственных мощностей для удовлетворения такого спроса. За малыми объёмами продукции никто к нам приезжать не будет. Нам необходимо создавать перерабатывающие предприятия в каждом районе, а в дальнейшем и в каждом селе, так как сельхозпродукции для её переработки у нас достаточно. Затем можно будет укрупнять производства, объединять сёла. Для этого необходимо разработать Программу по развитию и строительству хотя бы мини-цехов по хранению, переработке и фасовке сельскохозяйственной продукции. Сегодня в Абхазии фруктовые сады, виноградники, плантации субтропических культур и орехов находятся в аренде. Министерство сельского хозяйства может оказать арендаторам посильную небольшую помощь. Помощь в создании перерабатывающих предприятий также должна быть оказана на государственном уровне.

В Москве во время встреч с российскими аграриями и бизнесменами высказывались различные мнения и по вопросу инвестиций в экономику Абхазии. Было очевидно, что люди готовы вкладывать серьёзные деньги, однако наша внутренняя политическая нестабильность настораживает и сдерживает их. Реваншистские, революционные настроения и наши внутренние проблемы не должны выходить за рамки политических интересов страны. Любое слово моментально распространяется по Интернету. Мы - маленькое государство, и должны быть осторожны в своих высказываниях. Нам необходимо возродить село, иначе можем столкнуться с проблемами в строительстве абхазского государства. Ведь основная часть населения страны проживает в сёлах. И если мы не повернёмся к ним, то у нас возникнут серьёзные трудности.

- Находите ли Вы понимание у руководства республики, как складываются ваши отношения?

- Эти проблемы обсуждались в беседе с Президентом Раулем Джумковичем Хаджимба при моём назначении на должность министра. Он прекрасно понимает всю серьёзность положения в сельском хозяйстве. Глава государства пообещал увеличить бюджет министерства в два раза и дал гарантии, что приложит все усилия для поддержки сельхозпроизводителя. Вообще считаю его президентом новой формации. Мобильный, справедливый, проявляет профессионализм во многих отраслях, в любой проблеме. Думаю, что на всех руководящих постах должны быть компетентные и преданные делу люди - с современным взглядом на всё происходящее, привлекательными идеями, здоровыми амбициями и, главное, с желанием честно и добросовестно трудиться.

- Даур Нуриевич, назначая Вас на пост министра, Президент страны подчеркнул, что Ваш стиль руководства позволяет справляться со сложными задачами, и привёл в пример Ваше последнее место работы - Госкомпанию «Абхазтоп».

- Я руководствуюсь в первую очередь интересами государства. Не скрою, приходится быть жестким руководителем, потому что демократию иные воспринимают как своеволие. Но никогда не принимаю решения сгоряча. Стараюсь разобраться, всё обдумать и взвесить. Когда я в 2014 году возглавил эту компанию, она имела долг 77 миллионов рублей. Я понимал, что такое предприятие должно приносить прибыль государству, поэтому стал перестраивать всю работу. Хотелось больше результативности, приходилось упрекать самого себя в невыполнении сроков. Хотя я понимал, что результативность работы зависит от ответственности всех специалистов компании, от их добросовестности, а не от того только, что Тарба спросит - потому и надо делать. Я запретил выдавать бензин в долг, организовал работу так, чтобы все выплаты производились вовремя, реализация бензина улучшилась за счёт качества горючего. За два года компания выплатила долг и вышла на прибыль: этот год она завершит с прибылью в 65 миллионов рублей.

- Вы сразу согласились на предложение возглавить министерство самой сложной, но такой необходимой для страны отрасли, как сельское хозяйство?

- Вначале воспринял это предложение как шутку. У меня два высших образования, которые никак не связаны с сельским хозяйством. Я - юрист-политолог. Хотя, конечно, с землёй меня связывает вся моя жизнь: я вырос в селе Мокве Очамчырского района, у меня там большое подворье, сад, в котором растут 450 корней различных фруктовых деревьев. Но я очень переживал, так как на меня возложили большую ответственность. Даже если увеличат бюджет министерства, как правильно распределить эти деньги, чтобы они принесли пользу селу? Кредит будет выдаваться выборочно и исключительно на возвратной основе. Понимаю, будет трудно, но волков бояться - в лес не ходить. В этом году я буду просить руководство страны дать добро на строительство хотя бы одного перерабатывающего предприятия в 2017 году. Это будет примером рационального использования денежных средств. Эти деньги будут работать и принесут в дальнейшем прибыль. Хватит разбазаривать государственные деньги, играть в демократию. Я - человек советской формации и являюсь сторонником жёсткой политики во всех вопросах. Чтобы что-то изменить в сельском хозяйстве, нам не обойтись без принципа «кнута и пряника». Сегодня в Абхазии нет ни одной животноводческой фермы, мы даже не знаем, какое поголовье скота у нас в республике. Мы хотим от государства получить всё, но и сами должны что-то делать для его процветания.

- Даур Нуриевич, в каком состоянии на сегодня находятся наши фруктовые и цитрусовые сады, плантации орехов и субтропических культур?

- Эта тема уже набила оскомину, но обойти её не имеем права, так как на закладку этих садов и плантаций было затрачено немало денежных средств и сил. Из 1.500 гектаров посадок на сегодня в строю 600 гектаров. Остальное всё надо списывать. Ситуация такая возникла из-за недофинансирования. Однако это не послужило поводом для некоторых рачительных садоводов забросить свои участки. После моего назначения я побывал во всех районах республики. Картина везде неоднозначная. В Ткуарчале она более менее терпимая. Но в Галском районе ситуация тяжёлая. Фруктовый сад на 100 гектарах - без одного деревца. Таких участков в Восточной части Абхазии много. Эта программа по закладке садов была уникальной, но не до конца продуманной. Не могут пять человек работать на ста гектарах. Заказчиком этого проекта выступало Министерство сельского хозяйства, а подрядчиком - НИИ сельского хозяйства. На мой взгляд, их надо было поменять ролями. В Очамчырском районе под закладку фруктов было выделено 680 гектаров, из которых сегодня в надлежащем состоянии лишь 100. В Гулрышском районе положение лучше. В Гудаутском и Гагрском районах фруктовые сады в хорошем состоянии. Сегодня стоит вопрос о передаче этих садов с баланса НИИ в оперативное управление Минсельхоза, а в будущем необходимо передать их на баланс районных администраций. Это упростит многие задачи, даже и по привлечению инвестиций.

- Так как же повернуть крестьянина к земле, на которой так и не зацвели сады? Ведь он устал верить обещаниям?

- Для этого нужны толковые организаторы и исполнители. Нельзя делать всё приблизительно. Система сама по себе успеха не гарантирует. Нужны люди, которые смогут убедить крестьян вернуться к земле. Русудан Барганджия

Газета «Республика Абхазия»

Абхазия. ЦФО > Агропром > ved.gov.ru, 19 октября 2016 > № 1943604 Даур Тарба


Россия. Великобритания > Агропром. Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 19 октября 2016 > № 1938489 Нил Мартин

Второй шанс российскому сыру в эпоху санкций

Оценив сыр-ластик и липнущие друг к другу слайсы, я думал, что надежды нет, но потом появился свет в конце тоннеля.

Нил Мартин, Русская служба BBC, Великобритания

Я хорошо помню тот день — это было спустя пару месяцев после того, как Россия ввела свои контрсанкции: продуктовое эмбарго в ответ на западные санкции.

Мы сидели на кафедре на работе, отмечали чей-то день рождения. С тортом и шампанским, разумеется, хотя и то, и другое было чересчур сладким по моим меркам. Мягко говоря, я не очень люблю сладкое — 20 лет уже нигде не заказывал ни одного сладкого десерта.

Потом одна из моих коллег принесла сырную доску. «Санкционка?», — с любопытством и надеждой сразу же поинтересовался я, одновременно пытаясь использовать новое слово, недавно пополнившее мой словарный запас.

«Не-а, — ответили мне, — санкционки у нас нет, сыр российский, но он недешевый, должен быть неплохим».

Я инстинктивно потянулся за сыром с голубой плесенью. Хотя чеддер является нашим родным сыром и самым популярным сортом в Шотландии, английский полумягкий голубой сыр — такой, как стилтон — я просто обожаю, как и все европейские сыры этого вида.

Но это было что-то совсем другое… я сначала подумал, что по ошибке откусил кусок ластика со стола преподавателя. Второй сыр оказался ничуть не лучше, и я быстро и с огорчением сдался.

После этого грустного опыта и еще пары крайне неудачных покупок российского сыра я перестал надеяться и давно уже не покупал никакого сыра здесь. Да, время от времени я брал какие-то слайсы, чтобы делать бутерброды с собой на работу. Но они вообще ужасно невкусные, а иногда даже отвратительные — когда противно липнут друг к другу.

Я сам постеснялся бы использовать слово «сыр», чтобы описать этот продукт. И речь еще даже не идет про скандальное пальмовое масло.

Прошло время

Однако совсем недавно я решил дать российскому сыру еще один шанс.

Я случайно наткнулся на репортаж по телевизору, в котором сообщили, что французские эксперты якобы уже не могут отличать российский камамбер от настоящего французского. Конечно, подумал я про себя, — врут бессовестно! Вряд ли такое возможно. Но все равно, это вызвало у меня любопытство, и я затем отправился в магазин за сыром.

Я был приятно удивлен. В супермаркете я стоял долго, рассматривая набор сыров. Выбрал бри, произведенный в Тульской области, и купил кусок (не большой, но и не маленький) меньше, чем за 200 рублей, и который выглядел, на мой взгляд, довольно прилично.

Но внешний вид может быть обманчив, и я бы не сказал, что я подходил к этому делу с большим оптимизмом — по большей части, я пошел на это ради собственного любопытства. Но сыр оказался действительно вкусным! Совсем не резиновым, с хорошей мягкой текстурой и приятным вкусом.

Потом я устроил для себя этакую дегустацию. Купил свой любимый сыр с голубой плесенью (Московская область), который был мягким и приятно крошащимся, как и положено, потом молодой твердый сыр (Башкортостан). Все было вполне прилично и не совсем дорого — за каждый кусочек я заплатил не больше 200 рублей. Трудно поверить, что два года назад все было совершенно по-другому.

Виски и дорогие автомобили

Продуктовое эмбарго само по себе я по-прежнему не одобряю, и не только из-за роста цен. Скажу от себя: если любой свободный человек хочет тратить всю свою зарплату на роскошный рокфор, тогда это его выбор, и он должен иметь право так делать. Это его деньги, которые он сам заработал.

Что же касается утверждений о том, что контрсанкции выгодны для российской экономики и местных производителей — у меня вопрос. Почему тогда сейчас Россия говорит о компенсации за причиненный ущерб российской экономике не только от санкций, но и от этих же самых контрсанкций?

К тому же, если бы они хотели по-настоящему наказать, допустим, Великобританию, было бы более эффективно ввести эмбарго на виски или на автомобили повышенной комфортности.

Из британских продуктов в России я сам иногда покупал только печенье, хлопья на завтрак, ну и еще зубную пасту. Хоть они и не попали под эмбарго, я уже реже покупаю их, стало слишком дорого. Представляете, в местном супермаркете уже надо платить 450 рублей, чтобы приобрести 250 граммов британских хлопьев! Нереально.

Но тут по улицам катается много роскошных британских машин, и Россия является очень важным рынком для шотландских производителей виски. Удар по этому направлению британской экономики был бы заметным.

В целом я против таких эмбарго, и надеюсь — без особенного оптимизма, признаюсь — что скоро его снимут.

Но в случае сыра (эти ужасные слайсы еще не съедобны, но куда деваться?), что-то положительное из-за этого, мне кажется, точно произошло, и в России начинают делать вкусный сыр. Для тех из нас, кто любит сыр и сейчас живет во время эмбарго, это замечательно.

Нил Мартин родился и вырос в Шотландии, сейчас он преподает английский в Санкт-Петербургском университете им. Бонч-Бруевича.

Россия. Великобритания > Агропром. Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 19 октября 2016 > № 1938489 Нил Мартин


Россия. ПФО > Агропром > zol.ru, 12 октября 2016 > № 1928397 Асхат Шарапов

Глава «РАЦИН»: Сдавать зерно государству выгодно

Редакция РБК-Татарстан пообщалась с главой Республиканского агропромышленного центра инвестиций и новаций Асхатом Шараповым, который оценил сельхоз-кампанию, новые инвестиции и поддержку сельхозпроизводителям.

«РАЦИН» - одно их крупных предприятий Татарстана, которое непосредственно работает с сельхозпроизводителями, оценивает их положительные и отрицательные моменты, предлагая разные решения проблем. Как лично вы оцениваете сельскохозяйственную кампанию в Татарстане в этом году?

- Текущий 2016 год для сельского хозяйства получился неординарным. Средняя урожайность по республике - 27,4 ц/га, что значительно выше прошлогодних 21,4 ц/га. Климат и некоторые технологические недоработки привели к тому, что продовольственной пшеницы, а именно 3 класса, было собрано меньше, чем хотелось бы. Кстати и по стране в целом, схожая ситуация: по оценкам российских аналитиков доля пшеницы 3 класса в общем объеме пшеницы составляет на сегодня порядка 20%.

И какие меры поддержки принял Минсельхоз РТ?

- Всего в республике два держателя регионального фонда - ПАО «Татагролизинг» и ГУП «РАЦИН». Сельхозтоваропроизводители, погашая долг перед этими организациями, получили за сданное зерно пшеницы 3 класса 1500 рублей субсидий от государства за тонну. За зерно ржи 1-2 класса и пшеницу 4 класса - 1000 рублей за тонну. На сегодня программа стимулирования завершена и все обязательства исполнены.

«С учетом достаточно высокой закупочной цены сдавать государству оказывается выгоднее, чем продавать на рынке».

Кто еще пользуется выплатами от государства?

- Субсидия распространяется на сдачу зерновых еще троим промпереработчикам - это «Казаньзернопродукт», «Челны-хлеб» и «Набережночелнинский комбинат хлебопродуктов», которые весь год будут обеспечивать население недорогой мукой для нескольких видов хлеба. Субсидирование стало возможным благодаря тому, что республика из своих дополнительных доходов выделила на поддержку сельхозпроизводителей один миллиард рублей. Из них 600 миллионов направлено на погектарную несвязанную поддержку - в зависимости от количества обрабатываемой пашни. Остальные - на стимулирование в зависимости от количества сданного государству зерна. Таким образом мы в этом году обеспечили мукомольные предприятия потребным количеством продовольственной пшеницы.

Какие предприятия работают с ГУП «РАЦИН»?

- Различные. В основном, средние. Крупные холдинги имеют свои возможности кредитования и приобретения удобрений, семян и средств химзащиты. Поэтому теснее всего складывается сотрудничество с районами, где сохранилось много традиционных предприятий - Черемшанским, Пестречинским, Актанышским и другими. Всего у нас более тысячи контрагентов. Мы предлагаем услуги и товары по льготным ценам, которые наше предприятие обеспечивает за счет большого объема закупок у постоянных и надежных партнеров – ТАИФ, Татнефть, Татагрохимсервис, ФосАгро, Уралхим , Аммоний и других компаний. Они надежные поставщики, которые по мере возможности идут навстречу нам и сельхозпроизводителям.

Расскажите о планах по инвестициям, которые были реализованы в этом году?

- В 2016 году МСХ и П РТ реализует программу «3 по 100» по выращиванию высоко маржинальных культур - рапса, подсолнечника, кукурузы - и здесь действительно потребовались инвестиции. Нам удалось обойтись в основном внутренними вложениями, при помощи таких поставщиков, как Казанский маслоэкстракционный завод, Татагрохимсервис, Сервис-Агро. Помощь сельхозпроизводителям оказывалась в виде рассрочек на покупку семян подсолнуха и рапса, необходимых средств защиты растений, удобрений и техники.

В поиске инвестора организация работает непрерывно. Посещая выставки, форумы делаем презентации АПК РТ, потенциала республики в разных отраслях. Тесно контактируем с республиканскими министерствами и службами, такими как АИР, ТПП, Минпромторг, Аппарат Президента РТ, СЭЗ Алабуга, Химград и др., принимая участия в республиканских делегациях, выезжающих в другие регионы России и зарубежные страны. Конечно- же упор делаем на «своего» отечественного инвестора, но и работаем с потенциальным зарубежным партнером. Так на сегодняшний день имеются договоренности по трансферу технологий и товаров с Венгрией, Молдовой, Словенией, Нидерландами, Ирландией и др. странами.

Россия. ПФО > Агропром > zol.ru, 12 октября 2016 > № 1928397 Асхат Шарапов


Россия > Агропром > newizv.ru, 11 октября 2016 > № 1928898 Анастасия Семенова

Анастасия Семенова: «Йод в колбасе - это авантюра Минздрава »

Инна Деготькова

О том, что повсеместное использование йодированной соли, как предлагает Минздрав, опасно, а в производстве колбасы и вовсе невозможно «НИ» поговорили с замдиректора Всероссийского научно-исследовательского института мясной промышленности Анастасией Семеновой.

- Министерство здравоохранения в целях борьбы с дефицитом йода у населения разрабатывает законопроект, согласно которому вся соль в России должна стать йодированной. Неужели всем россиянам поголовно нужен йод?

- Конечно, нет. У меня, например, никогда не было проблем с щитовидной железой и дефицита йода, и я не хочу есть то, что мне не нужно. А от недостатка какого-то вещества в организме до избытка в питании – один шаг. Например, есть такое вещество - селен, он содержится в злаках, некоторых орехах и грибах. При его недостатке разрушаются зубы и выпадают волосы. При его переизбытке – тоже разрушаются зубы и выпадают волосы. Йодом точно также нельзя увлекаться, но нам не оставляют выбора – в продуктах должна быть йодированная соль, на столе в солонках – тоже йодированная соль. А кто проконтролирует избыточность потребления йода, не говоря уже о том, что нарушаются права потребителей и конкуренция.

- Одним из первых на инициативу отреагировал Национальный союз мясопереработчиков, направивший обращение в Минсельзоз. В нем подчеркивалось, что на данный момент не существует технологии производства колбасы с использованием йодированной соли. На внедрение новых стандартов потребуются деньги, в результате чего вырастет цена на продукцию. Получается, что интересы бизнеса опять не учитываются, а за простых потребителей правительство решило само, мол, всем нужен йод и точка?

- У нас как всегда: сначала предложат, а потом думают, что же предложили. Это очередная бессмысленная и непродуманная инициатива из серии: «А давайте запретим СТО двадцать пищевых добавок с индексом Е». Создается впечатление, что депутаты просто соревнуются в количестве законопроектов. Если государство хочет позаботиться о здоровье граждан, то нужно принимать законопроекты, направленные на поддержку людей, которые действительно нуждаются в лечебно-профилактических продуктах. Кроме того, есть продукты, в которых использование йодированной соли в принципе не возможно или не изучены химические реакции с другими содержащимися в них веществами.

- Как, например, в колбасе?

- Да, наука еще 20 лет назад доказала, что обогащение соли йодом в некоторых продуктах не дает эффекта, так как йод до организма не доходит при потреблении. В случае с колбасой йод разрушается при тепловой обработке. Или возьмем банку консервов, которая хранится пять лет: йод в ней исчезнет гораздо быстрее, если не сразу после стерилизации. Еще один пример: при производстве сыра соль используется в качестве технологического компонента, так как сыр вымачивают в соляном растворе, после чего раствор выкидывают, то есть он одноразовый. Зачем использовать дорогую йодированную соль для таких продуктов?

- А йод совместим с другими веществами, используемыми в производстве колбас и мясных изделий?

- Для ответа на этот вопрос нужны многолетние научные исследования. Сегодня таких данных нет. По техническому регламенту о безопасности мяса и мясной продукции, в производстве должна использоваться соль, обогащенная нитритом натрия. К слову, такую соль в России не делает ни один производитель, вся она импортная, а следовательно, более дорогая. Так вот йодом нужно будет обогащать эту нитритную соль, в то время как научных работ по совместимости раствора нитрита и йода в мясной промышленности просто не существует. Но по законам химии, любые вещества взаимодействуют, а йод и нитрит натрия – страшно реакционные элементы. Кроме того, в мясной системе есть и белки, и жирные кислоты, и различные летучие ароматические вещества (только запах мяса определяют 800 соединений). В какую реакцию они вступят с йодом – неизвестно. Об этом всем правительство не подумало, потому что не обратилось к научному сообществу, да и школьные уроки химии составители закона, вероятно, тоже забыли.

- Если государство хочет позаботиться о здоровье граждан посредством запретов в производстве продуктов питания, то что следовало бы запретить прежде всего, может быть, глутамат натрия, который часто используется в колбасах и сосисках?

- Мы сегодня являемся заложниками слабых представлений о том, как нужно питаться, что вредно и что полезно. У нас только 20 лет назад были приняты законы о том, что состав продуктов должен выноситься на упаковку. Все, кто думает, что в продуктах во времена СССР не было фосфатов и нитритов – глубоко заблуждаются. Все было, только потребители об этом не знали. Что касается глутамата натрия, которого так все боятся... Когда на даче мы маринуем шашлыки, в процессе маринования глутаминовую кислоту, из которой на 20% состоит животный и растительный белок, мы преобразуем в глутамат натрия. Мало кто знает, что глутамат натрия выписывают грудничкам в виде лекарственного средства для лучшего усвоения пищи, глутаматом натрия лечат расстройства пищеварительной системы и у взрослых. Зато все рекомендуют есть белок, а ведь белок в больших количествах тоже взывает болезненные состояния. Все должно быть в меру и в норме, а этих норм обычные потребители не знают.

- Если не йод, то что нужно населению для нормального питания?

- Нужны витамины, их сейчас очень не хватает. В последнее время пищевое поведение людей изменилось. Если тридцать лет назад норма калорийности рациона составляла 3-5 тыс. килокалорий, то сейчас – всего 2 тыс. килокалорий, так как упали энергозатраты человека. Сейчас мы одну тысячу килокалорий тратим на поддержание процессов организма во сне, а другую тысячу – во время бодрствования: чтобы дойти до метро, отсидеть рабочий день в офисе и дома опять за компьютером – для много сил не нужно. То есть теперь мы съедаем гораздо меньше пищи, и соответственно, меньше микроэлементов, витаминов. Например, раньше, три века назад, солдат в армии обеспечивали витаминами группы B за счет того, что им выдавали каждый день буханку черного хлеба и фунт говядины (0,454 кг – «НИ»). Если вы сейчас это будете съедать ежедневно – вы в дверь не пройдете. Поэтому сейчас население, прежде всего, нуждается в витаминизации, а потом уже в йоде.

Россия > Агропром > newizv.ru, 11 октября 2016 > № 1928898 Анастасия Семенова


Россия > Агропром > agronews.ru, 6 октября 2016 > № 1924207 Александр Ткачев

Ткачев: «К 2030 году в России прогнозируется стабильное производство зерна в объеме 130 млн тонн».

Впервые за 25 лет, по предварительной оценке, будет собрано не менее 113 млн тонн зерна. И это, по словам министра сельского хозяйства РФ Александра Ткачева, не предел. При сохранении господдержки отрасли и высокой урожайности в России к 2030 году намерены стабильно получать 130 млн тонн зерна, из которых до 50 млн тонн можно будет направлять на экспорт. Какие отрасли АПК уже включены в работу на внешнем рынке и какая сельхозпродукция может в перспективе заменить российскую нефть, Александр Ткачев рассказал «Вестнику АПК».

— Александр Николаевич, урожаем нынешнего года вы довольны? Благоприятные погодные условия, которые были во время формирования урожая в некоторых регионах, — это лишь часть успеха, а благодаря чему еще аграрии показали столь высокие результаты?

— Урожаем нынешнего года могут гордиться все наши аграрии. Мы планируем собрать порядка 113-116 млн тонн зерна — рекордный за последние 25 лет урожай. Сопоставимый уровень наблюдался в 1990 году, когда было собрано 116,7 млн тонн зерна. В этом году будет значительно превышен уровень прошлого года по пшенице и по масличным культурам. Конечно, погода нам благоприятствовала — это важное, но далеко не единственное условие успеха. Такие выдающиеся результаты стали возможны благодаря своевременной господдержке. Все — и региональные власти, и сельхозпроизводители, и федеральный центр — действовали грамотно, четко, слаженно. Была проведена качественная подготовка к посевной. Обмолот мы также ведем сегодня с опережением более чем на 13% к прошлому году. И уже сейчас аграрии приступили к закладке фундамента урожая будущего года: засеяно 60%, или 10 млн гектаров прогнозной площади озимых. Сельхозпроизводители обеспечены всеми необходимыми ресурсами для проведения осенних полевых работ.

— Можно ли дальше наращивать объемы продукции растениеводства, например, благодаря масштабному движению по возвращению в оборот неиспользуемых сельхозземель и восстановлению орошаемых земель?

— Площадь неиспользуемой пашни в нашей стране составляет 19,7 млн гектаров, в том числе пашни, пригодной для введения в сельскохозяйственный оборот, — 11,8 млн гектаров. Если занять эти площади зерновыми культурами, российский каравай потяжелеет примерно на 26 млн тонн. В прошлом году мы вернули в оборот 950 тыс. гектаров, примерно столько же вводится в нынешнем году. Это требует значительных материальных вложений, поэтому своевременно была предусмотрена господдержка, при которой субсидии предоставляются на один гектар посевной площади. Соответственно, чем больше у сельхозпроизводителя посевных площадей, тем больше он получает финансовых средств. Мы надеемся, что это поможет стимулировать возвращение в оборот неиспользуемых сельхозземель.

— Насколько вообще проблема нерационального использования сельхозугодий актуальна для России?

— Проблема действительно актуальна и касается не только введения земель в оборот, но и рационального их использования. Например, сельхозпроизводители пока мало заботятся о повышении плодородия земель. Мы должны в корне изменить подходы к использованию минеральных удобрений. В нашей стране производится в среднем от 18 до 20 млн тонн удобрений, а внутри страны применяется лишь 15%, то есть 2,5 млн тонн. Сегодня более половины посевных площадей у нас засеваются вообще без внесения минеральных удобрений. В среднем по России на один гектар вносится 33 кг в действующем веществе, а надо вносить как минимум в 3 раза больше. Увеличение объема вносимых минеральных удобрений — это существенный резерв повышения урожайности, еще одна точка роста, потенциал которой не используется пока даже наполовину.

— В этом сельхозгоду Россия экспортировала почти 34 млн тонн зерна, в том числе 24,6 млн тонн пшеницы. Мы стали мировыми лидерами по экспорту пшеницы, опередив Канаду и США. Учитывая нынешний богатый урожай, можно говорить о том, что объемы экспорта будут расти? Необходимо ли нам вообще увеличивать экспорт пшеницы?

— Экспорт зерна и продовольствия в целом в условиях курса на расширение ассортимента выпускаемой продукции и переориентацию рынков сбыта, на повышение эффективности производства и получение экономической выгоды наравне с энергетикой должен стать фундаментом нашей экономики. Зерно — это наш базовый экспортный товар, на который приходится две трети экспорта сельхозпродукции. Россия может торговать не только нефтью, но и стать ведущей мировой аграрной державой. По объему экспорта российского зерна за последние 10 лет мы достаточно преуспели: экспорт увеличился в 3 раза и превысил 34 млн тонн. Мы не собираемся отступать от намеченного курса и планируем закрепиться на позиции мирового лидера по экспорту пшеницы. В этом сельхозгоду экспорт зерновых увеличится примерно на 20% — до 40 млн тонн зерна, в том числе экспорт пшеницы — до 30 млн тонн, в прошлом году было экспортировано почти 34 млн тонн зерна.

Будем расширять географию поставок. Наряду с традиционными рынками, а это Ближний Восток и Северная Африка, ожидаем увеличения экспорта в Китай, азиатские страны, Африку, а также в Латинскую Америку. В перспективе, по прогнозам, к 2030 году страна по производству зерна может выйти на результат 130 млн тонн. Это позволит поставлять на внешние рынки не менее 48,5 млн тонн. В то же время повышение урожайности, введение дополнительных площадей в оборот и ряд других условий могут обеспечить к 2030 году производство зерна до 170 млн тонн, в этом случае экспорт составит до 64 млн тонн.

— На какие преференции со стороны государства могут сегодня рассчитывать компании-экспортеры?

— В настоящее время принято решение обнулить экспортную пошлину на пшеницу на ближайшие два года. Мы рассчитываем, что это даст зерновому рынку дополнительные стимулы для развития и большую предсказуемость, в том числе будут исключены риски потерь от колебаний валютных курсов. Такая мера поддержит в том числе и экспортеров, число заключаемых контрактов вырастет.

— Очевидно, что зерном мы без проблем обеспечиваем не только себя, но и целый ряд стран. А в каких отраслях АПК можно проследить такие же положительные тенденции? Выступая на совещании у президента РФ по вопросам развития сельского хозяйства Центрального Нечерноземья, вы отметили, что за последние два года импорт продовольствия в России сократился почти на 40%, с 43 млрд руб. до 26 млрд руб. Какой продукции мы стали ввозить меньше?

— Действительно, в прошлом году мы импортировали продовольственных товаров и сырья для их производства на сумму 26,6 млрд долларов США — почти на 40% меньше, чем, например, в 2013 году.

Приостановив ввоз в страну отдельных наименований продовольствия из других государств, мы значительно расширили возможности для наших аграриев. Благодаря господдержке был создан хороший задел для развития отрасли из сотен инвестпроектов. Инвесторы заинтересовались тепличным овощеводством, закладкой садов и виноградников, животноводством. Это позволило нам полностью закрыть потребности по основным видам продукции — картофелю, мясу, сахару, овощам. В I полугодии 2016 года индекс производства сельскохозяйственной продукции составил 102,6%, или 1,6 трлн руб. в фактических ценах.

В результате мы смогли существенно снизить объемы импортных поставок свежемороженого мяса крупного рогатого скота, свинины, мяса птицы, свежей и мороженой рыбы, сыров и творога, сливочного масла, овощей и фруктов. За I полугодие импорт продовольственных товаров и сырья составил 10 млрд долларов — почти на 10% меньше, чем в прошлом году.

— Какая продукция сельского хозяйства, кроме зерна, идет на экспорт в 2016 году? Намерен ли российский АПК расширить список позиций для внешних рынков?

— За 7 месяцев текущего года экспорт Россией сельхозпродукции и продовольствия достиг 8 млрд долларов, что на 3% выше показателя прошлого года. В 1,5 раза выросли поставки пшеницы, в 5 раз — свинины, в 2,5 раза — мяса птицы.

На нашу страну приходится более 3% мирового производства всех видов мяса: в 2015 году в мире производилось около 315 млн тонн мяса, в России — 10 млн тонн. Доля нашей страны в мировой торговле мясом составляет менее 0,5%. Глобальный спрос на мясо будет продолжать расти, и наша страна должна занять на этом рынке свою нишу. Ключевым рынком как для России, так и для мира в целом будет КНР. Минсельхоз РФ разработал программу поддержки экспорта российского продовольствия. В ней мы предусмотрели целый ряд мер системного и организационного характера, которые должны стимулировать развитие экспортного потенциала. Нам очень важно, чтобы эта программа была утверждена и начала работать уже с 2017 года.

Справка

Основной экспорт России в 2015 году приходился на такие страны, как Турция, доля которой в общем объеме экспорта России составила 10,8%, Китай — 8,4%, Республика Корея — 7%, Египет — 4,7%, Азербайджан — 4%, Украина — 3,4%, Иран — 2,9%, Нидерланды — 2,8%, Армения — 2%, Узбекистан — 1,6%, Киргизия — 1,2%, Норвегия — 1,1%, Нигерия — 1,1%.

Россия > Агропром > agronews.ru, 6 октября 2016 > № 1924207 Александр Ткачев


Россия > Агропром > premier.gov.ru, 5 октября 2016 > № 1926043 Дмитрий Медведев

18-я российская агропромышленная выставка «Золотая осень».

Дмитрий Медведев принял участие в открытии выставки, вручил награды работникам отрасли и осмотрел экспозицию.

Российская агропромышленная выставка «Золотая осень» проводится ежегодно в соответствии с распоряжением Правительства Российской Федерации от 11 апреля 2000 года №536-р и приурочена к празднованию Дня работника сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности.

«Золотая осень – 2016» проходит с 5 по 8 октября на территории ВДНХ в рамках Российской агропромышленной недели.

В работе выставки принимают участие более 1,5 тыс. предприятий из 64 регионов России и 13 зарубежных стран. Экспозиция площадью 25 тыс. кв. м размещена в двух павильонах и на открытых площадках ВДНХ.

Свои экспозиции в этом году представляют агропромышленные комплексы Абхазии, Болгарии, Белоруссии и Нидерландов. Также в выставке принимают участие поставщики и производители сельскохозяйственной техники, оборудования для ферм, кормов, ветеринарных препаратов и инструментов из Китая, Германии, Финляндии, Великобритании, Белоруссии, Ирландии и Италии.

Выступление Дмитрия Медведева на церемонии открытия выставки:

По традиции всех приветствую на открытии нашей 18-й агропромышленной выставки «Золотая осень».

Прежде всего хочу всех сердечно поздравить с наступающим праздником. В воскресенье, 9 октября, будет отмечаться профессиональный праздник – День работника сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности. Спасибо всем, кто трудится в отрасли, за нелёгкий труд и большие трудовые достижения.

Приятно отметить, что наша выставка снова проходит в выставочном комплексе ВДНХ, уже реконструированном специально под эти цели. Ещё со времён Советского Союза здесь сложилась такая добрая традиция – приветствовать и чествовать аграриев за их достижения. Но надо признать, что сельское хозяйство, которое мы имеем сегодня, которым обладает наша страна, – это, конечно, совершенно другое сельское хозяйство. Это агропромышленный комплекс XXI века – современный, технологичный и, самое главное, что отличает его от советского периода, прибыльный. Любому посетителю нашей «Золотой осени» становится понятно, почему отрасль показывает устойчивый рост в течение последних лет.

Я об этом неоднократно говорил и ещё раз хочу сказать: в тот период, когда есть экономические сложности, когда и в промышленности есть проблемы, и в целом в экономике, единственный сектор, единственная отрасль, которая демонстрирует устойчивый рост, это сельское хозяйство. Это очень значимое достижение.

Присуждение почётного звания «Заслуженный работник сельского хозяйства Российской Федерации» оператору машинного Но есть и то, чем мы вправе гордиться именно в этом году. Несмотря на то, что уборочная кампания ещё идет, уже сейчас, по состоянию на 4 октября, собрано около 112 млн т зерна. Планируется собрать около 115 млн т. Это рекорд последних 25 лет и это абсолютный рекорд за всю историю российского сельского хозяйства. Это действительно выдающийся результат! Огромное спасибо всем, кто к нему причастен.

Мы будем и дальше делать всё для сельского хозяйства, что зависит от государства, то есть выделять необходимые средства. В следующем году мы запланировали, несмотря на довольно напряжённую бюджетную ситуацию, сохранить объём инвестиций, объём бюджетного финансирования сельского хозяйства на уровне текущего года. Притом что все другие позиции, за исключением защищённых статей бюджета, сокращаются на некоторый процент, финансирование сельского хозяйства остаётся неизменным. Скажу откровенно, и мне, и Министру сельского хозяйства, другим коллегам, которые этим занимаются, это непросто, потому что все отрасли важны и очень много людей, которые, естественно, ходатайствуют о сохранении тех или иных параметров, но приходится выбирать. И в этом смысле сельское хозяйство у нас на протяжении последних лет в абсолютном приоритете.

Мы как государство обязаны принимать решения, которые должны быть полезными, удобными для аграриев, которые должны поддерживать аграрный сектор, поддерживать село. Буквально вчера утвердил новую редакцию правил приобретения сельхозпродукции в интервенционный фонд, то есть мы продолжим зерновые интервенции, не оставим здесь без внимания аграриев. Готовим мы и документы об интервенционном фонде по молочной продукции. Так что в этом смысле будет современная нормативная основа для поддержки села.

Хочу специально отметить: заниматься аграрным делом в нашей стране стало в целом выгодно. Это важно. Это один из самых надёжных секторов нашей экономики, даже несмотря на очевидный сезонный характер. Мы выстроили многоуровневую систему государственной поддержки. На неё могут рассчитывать и начинающие фермеры, и агрохолдинги.

Мы продолжим курс на импортозамещение, потому что на самом деле он даёт отличный результат, который позволяет нам и решать внутренние задачи, и заниматься экспортом сельхозпродукции, и (что не менее важно сегодня, о чём мы всё время говорим, когда с коллегами встречаемся) заниматься новыми направлениями, такими как развитие селекционной, семеноводческой базы. Они не вполне новые, они, к сожалению, хорошо забытые старые, потому что за последние годы в эту сферу мало инвестиций приходило. Надеюсь, что сейчас ситуация улучшится.

Напомню также, что мы полностью обеспечиваем себя – и это действительно достижение, абсолютное достижение, это результат последних лет, это выполнение доктрины продовольственной безопасности. Мы обеспечиваем себя и зерном, и сахаром, и картофелем, и свининой, и мясом птицы – по пяти показателям доктрины продовольственной безопасности из восьми. Нужно подтянуть ещё показатели по некоторым другим направлениям, таким как рыба, как мясо КРС, соль и молоко. Это очень важные, чувствительные направления.

Тем не менее ассортимент продовольственных товаров российского производства постоянно увеличивается. На него есть спрос не только внутри страны, но и за границей. Будем дальше стимулировать внедрение и инновационных технологий в аграрном секторе. Реальная ситуация видна вот на тех стендах, которые сегодня размещены в этом павильоне. Свои успехи в развитии агропромышленного комплекса сегодня представляют 64 региона страны. Каждому из них есть, о чём рассказать, чем похвалиться, и продемонстрировать свои результаты. Будем создавать и новые инвестиционные проекты, раскручивать те брендовые продукты, которыми гордятся в регионах. И, конечно, нужно внедрять новинки оборудования, самые современные технологии.

И последнее о чём бы хотел сказать – но, конечно, не по значению. По значению, это первое – это сами люди. Потому что село – это прежде всего люди, которые живут там и трудятся. Мы прекрасно понимаем, что труд на селе, даже несмотря на все современные технологические достижения, сложный, тяжёлый, затратный. И люди, которые трудятся на селе, должны жить в нормальных условиях, абсолютно сопоставимых с городскими, чтобы привлечь на село квалифицированных специалистов, чтобы были нормальные детские сады, школы, фельдшерско-акушерские пункты, больницы, дороги, наконец, газ, и все условия для того, чтобы поддерживать молодёжь. Мы эту работу продолжим. И все те инструменты, которые за последние годы были опробованы, сохранятся. Это на самом деле очень важно.

На «Золотой осени» мы традиционно не только смотрим достижения нашего сельского хозяйства, но и вручаем награды. Это такая приятная миссия, символ признания ваших заслуг и нашей благодарности за всё, что вы делаете на нашей земле. Поздравляю всех награждённых с высокой оценкой вашего труда, и давайте перейдём к этой процедуре.

Россия > Агропром > premier.gov.ru, 5 октября 2016 > № 1926043 Дмитрий Медведев


Россия > Агропром. Недвижимость, строительство > agronews.ru, 4 октября 2016 > № 1924389 Василий Мельниченко

Комментарий. Мельниченко: тракторный марш – следствие незавершенной земельной реформы.

Известный радикал и оратор Василий Мельниченко в интервью «Крестьянским ведомостям» жестко критикует земельную политику и предлагает передать право сельским Советам распоряжаться сельхозугодьями.

Мы встретились с В. Мельниченко 27 сентября на заседании Совета ТПП РФ по промышленному развитию и конкурентоспособности экономики России по злободневной теме «О повышении конкурентоспособности АПК», где он по привычке в пух и прах разнес аграрную политику властей. Но меня интересовало его отношение к тракторному маршу, который широко освещали «Крестьянские ведомости».

– Василий Александрович, вы не скрываете, что активный оппозиционер властям. Каково ваше участие в организации тракторного марша, который закончился арестами, штрафами и даже мордобоем участника марша. Чего добились кубанские трактористы?

– Я не принадлежу к числу организаторов, я поддержал акцию, когда она уже разгорелась. Моя оценка: с механизаторами, трудягами поступили несправедливо. Люди от отчаяния приняли верное решение ехать к президенту, чтобы защитить свои права на землю. Идти к губернатору, в суд – это уже невозможно. Все их выступления идут от незавершенности земельной реформы.

Мы прекрасно знаем, сколько в лихие 90-е в Подмосковье убили всяких владельцев-совладельцев сельхозугодий. Везде причиной был земельный вопрос. Так и в этом случае. У кубанских фермеров отбирали источник жизни – землю, часто по подложным документам…Суды были на стороне агрохолдингов. И единственный, кто бы мог помочь им – это глава государства. Ни Госдума, ни Совет Федерации. У них совсем другие задачи.

А мы обязаны добиться, докричаться, чтобы земельную реформу завершить. Рано или поздно у протестующих людей проснется кровь Пугачева. Потому что мы уже допустили то, что в одной семье или компании скоро под миллион гектар будут иметь. Такие как «Мираторг», «Юг России» 500-800 тыс. га имеют.

Суть в том: кто мне, простому российскому крестьянину, может сказать, что у кого-то нашлись деньги, чтобы купить миллион га? Это невозможно. Значит, что-то не так здесь поступили.

– В стране есть и другой пример, землю не только продают, но и отдают гектар бесплатно – на Дальнем Востоке…

– Это другая история. Я хочу сказать: мы не можем жить в обществе, где нет ограничений владения землей. Нельзя, чтобы один владел миллионом гектар, при том, что миллионы людей не имеет ни одного гектара – на всех не хватает. Поэтому должно быть ограничение: если ты не сельхозник – максимум гектар в собственность. Если хочешь чего-то строить – завод или фабрику – бери землю в аренду.

– В феврале этого года на 27-м съезде фермеров России я слышал разумное требование: внести изменения в ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» № 101-ФЗ – ограничить площадь одного землевладения в пределах одного района максимальным размером, равным не более чем 10% общей площади сельхозугодий. Вы как считаете?

– Район от района отличается. В одном районе имеется полмиллиона га, в другом несколько десятков тысяч…

– Вы какую площадь предлагаете?

– Я считаю, в собственности гражданина РФ для дачи, дома, ЛПХ – должен быть 1 га, для сельхозработ – в зависимости от региона. На Юге может быть 70-80 га. У нас на Урале, можно и 200 га дать в собственность. Земельные вопросы должны решаться в сельском Совете. Земельная комиссия должна быть жестко подконтрольна населению и определять, кому и сколько выделять земли.

– Один момент. Человек взял в пользование землю, но прошло три года, а земля не обрабатывается. Я так понимаю, по закону она должна изыматься…

– Мы знаем всех людей на местах, кто заслуживает грант, как начинающий фермер, тот имеет право на его получение. Так же и по грантам для семейной фермы. И Кремль не должен касаться этих вопросов. Земля в собственности народа и местная власть должна определять кому давать гранты. А нынешние конкурсные комиссии в районах кроме документов ничего не смотрят.

– Тракторный марш имеет будущее?

– Мы будем добиваться встречи с президентом. Больше ни с кем встречаться не собираемся. А иначе – Общероссийский тракторный пробег до Москвы. Что-то будет все равно».

В конце интервью Василий Мельниченко дал визитку, на одной стороне которой он представлен как председатель Федерального сельсовета, а на другой – фермер, член Российской экологической партии «Зеленые», девиз: «Мы мужики, нам все по плечу»!

Автор: Александр РЫБАКОВ, «Крестьянские ведомости»

Россия > Агропром. Недвижимость, строительство > agronews.ru, 4 октября 2016 > № 1924389 Василий Мельниченко


Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 4 октября 2016 > № 1918753 Алексей Вадатурский

Алексей Вадатурский в интервью оценил ситуацию с развитием аграрного бизнеса в Украине

30 сентября СП Нибулон начал новый инвестиционный проект в Херсонской области.

Реализация проекта позволит построить новый современный перегрузочный терминал по отгрузке зерновых и масличных культур для речного и морского транспорта.

В то время как иностранные компании сворачивают свою деятельность в Украине из-за кризиса и риска войны, Алексей Вадатурский не жалеет инвестиций в свое детище, которым занимается более 25 лет.

Бизнесмен считает, что сегодня хорошее время для инвестиций, поскольку цены снизились более чем на треть и для того, чтобы что-то построить сейчас, нужно гораздо меньше средств, чем это было бы несколько лет назад.

В интервью НВ Бизнес Вадатурский рассказал, что нужно сделать, чтобы аграрная отрасль давала более содержательный результат, почему наша продукция пока не может в полном объеме покорять западные рынки и благодаря чему каждый аграрий может стать более прибыльным.

– Как вы оцениваете ситуацию для развития аграрного бизнеса в Украине?

– Украина – это аграрная страна. Мы должны этим гордиться и ничего здесь плохого нет. На аграрном секторе могут подняться все отрасли экономики Украины. И как раз этой отраслью необходимо заниматься бизнесу. Мы понимаем, что эта отрасль является локомотивом экономики, который может потянуть за собой все остальные отрасли и поднять экономику на совершенно другой уровень.

– Возможно ли нашу аграрную отрасль использовать более эффективно?

– Потенциал нашего аграрного сектора очень велик. В следующие 5-10 лет можно повысить объемы производства сельхозпродукции в два раза. С момента распада Советского Союза Украина пережила разные этапы развала аграрного сектора, затем его становление. Сейчас для нас уже не проблема вырастить 70 млн тонн зерна. И вообще, в ближайшие 10 лет собрать 80-100 млн тонн и это не предел, это достаточно реальные цифры.

– А что именно надо сделать, чтобы это произошло?

– Нужно, чтобы законодательную базу привели в порядок. Сегодня 30-40% оборота зерновых и других агрокультур находятся в тени, и это достаточно большая доля. Очень много злоупотреблений в агарном секторе Украины. В общем, это не дает возможности заниматься по-взрослому инвестициями в аграрный сектор Украины. Кроме того, постоянные разговоры о снятии или продлении моратория с продажи земли также влияют на эту отрасль.

– А вы за мораторий или за то, чтобы продавали зерно?

– Лично я, как бизнесмен и как рыночная структура, за то, чтобы мораторий сняли. Но кто что бы не говорил, сегодня ничего не делается в Украине для того, чтобы этот мораторий снять. Сейчас земля уже де-факто кем-то приватизирована. Земли де-факто уже подчинены оффшорным компаниям. Если сейчас снять мораторий, то количество обездоленных людей увеличится, они де-факто нигде не смогут доказать, что являются обладателями того или иного земельного участка.

– То есть просто придут и заберут у них землю?

– Сегодня даже регистрация земли может проводиться параллельно. Сейчас я могу зарегистрировать этот участок земли, а фактически обрабатывает ее кто-то другой. И тоже зарегистрирован. То есть может быть регистрация на один и тот же участок земли или по другой границе этой земли и т. д.

– Поговорим о торговле на внешних рынках. Есть информация, что за девять месяцев этого года удвоился экспорт пшеницы из Украины. С чем это связано?

– Это ситуативная ситуация. Весной, возможно, меньше будут экспортировать, чем осенью. Главное то, что Украина не вырастила пшеницы вдвое больше, чем в позапрошлом году. Если взять баланс, колебания по выращиванию пшеницы по сравнению с предыдущими годами составит примерно 1-2 млн тонн. Поэтому фактически мы не можем экспортировать вдвое больше. Также в Украине, в общем как и в мире, очень большие переходящие остатки.

– Может старую пшеницу продавали?

– Сегодня в мире объем переходящих остатков пшеницы самый большой за последние 20 лет, а кукурузы – вообще за последние 40 лет. Сейчас очень трудно реализовывать сельхозпродукцию на внешних рынках. В этом случае это рынок покупателей, все выбирают, где купить подешевле. Сегодня рынок зерновых находится в яме низкой цены. Цены падают параллельно и на смежных рынках. Если мировой рынок упал в цене, то и мы, украинские аграрии, также это чувствуем.

– Вы ожидаете результаты маркетингового года по сравнению с прошлым годом, выше или скромнее?

– В нашей компании сейчас лучший показатель по объему экспорта за последние шесть лет.

– Это в тоннаже или в деньгах?

– В тоннаже, потому что цены сегодня на экспортную продукцию упали. Если сравнивать 2015-2016 маркетинговый год с 2014-2015 годом, то цены на зерновую продукцию упали на $40-60 за одну метрическую тонну. В денежном эквиваленте мы, возможно, получили меньше выручки в валюте, в гривне значительно больше. А в физическом плане мы экспортировали больше.

Сегодня 30-40% оборота зерновых и других агрокультур находятся в тени

– Есть много информации об инвестициях вашей компании. Как вам удается в такой непростой ситуации инвестировать, находить деньги? Что вы для этого делаете?

– Мы пережили 1990-е, очень бурные годы. Тогда было намного сложнее инвестировать в экономику. Но мы и тогда инвестировали. Сейчас, я считаю, это краткосрочные проблемы в стране, они нас совсем не пугают. Не должны пугать и Украину. Именно в такие сложные времена надо и инвестировать в экономику, потому что в этот период это сделать дешевле. Рабочая сила, предприятия строительной отрасли не заняты. Сейчас любое оборудование в мире можно купить до 30-40% дешевле в валюте, чем оно было три года назад. У меня как владельца компании есть цель быть конкурентоспособным, быть среди лидеров. Поэтому мы должны идти вперед, несмотря на любые ситуации в стране.

– В какие направления сейчас вы инвестируете?

– Мы занимаемся достаточно серьезно речной логистикой. Я считаю, что это козырь нашей компании.

– Почему именно логистика?

– Сейчас только ленивый не говорит, что у нас плохие дороги. А если говорить конкретно про нашу область, к сожалению, из 10 наихудших автомобильных дорог Украины наши три автомобильные дороги занимают в рейтинге первые места, потому что это портовая транзитная область. И весь поток идет в порты через Николаевскую область на Одессу. Поэтому мы хотим быть независимыми от этих обстоятельств.

– То вы хотите быть независимыми от украинских дорог?

– Мы для себя уже давно приняли решение быть независимыми от Министерства инфраструктуры, от Укрзализныци, от автомобильных дорог. Вообще что-то сделать такое, чтобы мы были хоть в чем-то независимыми. Поэтому сейчас мы независимы в плане речных перевозок.

– А что еще вы будете строить?

– Сегодня нет судов, которые могли бы с юга на север возить некую сельхозпродукцию. Мы самостоятельно решаем эту проблему. Мы сегодня строим судна. Благодаря этому, возрождается судостроение и металлургия, а также возрождается Днепр и Южный Буг. Но есть серьезная проблема – за 25 лет независимости Украины реки очень обмелели. Если в 1990-х годах Украина перевозила по Днепру до 70 млн тонн грузов, то сегодня эти объемы составляют 5-7 млн тонн.

– Но для вас это вспомогательный бизнес, или вы так об этом рассказываете, как будто хотите и дальше расширяться, может, на север?

– Чтобы быть успешной компанией, экспортером продукции, надо быть успешным во всем. Мы являемся эффективным аграрным производством, имеем собственные сертифицированные элеваторные комплексы для хранения продукции. Для того чтобы быть лучшим, нужно еще строить и судна самим. Для этого мы и приобрели несколько лет назад судостроительный завод. Мы строим незаурядные судна, а специализированные, которые способны эффективно перевозить продукцию по Украине.

– Вы не думали о том, чтобы быть успешным в переработке? Ведь говорят, что много мы вывозим сырья, возможно, лучше перерабатывать здесь и перевозить уже более достойный продукт?

– Это очень примитивная мысль. Мировой рынок разделился. Страны, которые получают зерно, имеют свою перерабатывающую промышленность, достаточную для того, чтобы обеспечить себя. Например, в Египте никто не ждет нашу муку, наше мясо, наши колбасы. Так, как и во многих других странах. Потому что там очень большая проблема с излишней рабочей силой. И они будут делать все, чтобы купить как можно более дешевую сельхозпродукцию в той же Америке, Аргентине, Франции или Украине, или в России.

– То есть в мире нет места для продукции большей степени переработки из Украины?

– Нет. Так тоже говорить нельзя. Не надо бросаться то в одну,то в другую сторону. Население в мире увеличивается. Ежегодно в мире рождается более миллиарда людей. И тенденция увеличения остается, а следовательно, увеличивается спрос на сельхозпродукцию. От этого могут выиграть как сырьевой рынок, так и производственный.

– Что мы можем предложить?

– Мне грустно говорить, но посещая разные страны мира и экспортируя туда пшеницу, я убедился, что украинцы едят хлеб худшего качества, чем люди в очень бедных странах. Украина должна выращивать более качественную продукцию, а не пшеницу фуражной или товарной кондиции, как сейчас. Но, к сожалению, эта глобальная для Украины проблема никем не поднимается. На уровне государства никто этим не занимается, а сельхозтоваропроизводители остались один на один с этой проблемой. Нормативной документацией также не предусмотрено мероприятий, направленных на борьбу с выращиванием некачественной пшеницы. И получается, что мы вынуждены есть хлеб с различными добавками и разрыхлителями, да еще и после клопа-черепашки. Для сравнения, доля заражения этим вредителем украинской пшеницы доходит до 7%, тогда как, например, доля зараженного зерна пшеницы, которое разрешено экспортировать в Иорданию или Эфиопию не должна превышать 0,7-1%. После этого становится понятным, почему наши врачи не советуют нам есть хлеб, ведь от некачественной продукции возникают проблемы с пищеварительной системой человека.

Украинцам должно быть стыдно кормить население мира после клопа-черепашки. Если сможем выращивать более качественную пшеницу, значит, и будем получать большую цену и доход. И на базе этого можно и перерабатывать, и производить более качественные продукты питания. Поскольку мы не можем сегодня вырастить качественную пшеницу, мы не можем сделать из нее качественный продукт, а следовательно, и не можем без качественного продукта завоевать рынки стран, которые развиваются. Поэтому сегодня на мировом рынке торговая цена на украинскую пшеницу на $10-15 ниже, чем на американскую, австралийскую или из стран ЕС. И если, например, мы экспортируем 15 млн тонн пшеницы, то несложно подсчитать, что потери наших сельхозтоваропроизводителей достигают $150-250 млн. Поэтому есть над чем работать и над чем задуматься.

Свободная экономическая зона в отрасли – это плохо

– А реально улучшить нам качество?

– Да, довольно реально. Сельхозтоваропроизводитель должен быть сориентирован выращивать качественную пшеницу. Надо сделать домашнее задание, привести в порядок нормативную документацию. Должен быть потенциал, требование времени, производитель должен иметь мотивацию - за лучшее качество получать большую цену. То, что мы видим сейчас, похоже на Советский Союз. Мы никак не оторвемся, и пресловутый вал, как был тогда, так он и остается сейчас. Поэтому сегодня нет заинтересованности производить более качественную продукцию.

– Это не только проблема, это и потенциальная возможность, да?

– Да. Если говорить о кукурузе, то она в Украине была неконкурентная относительно бразильской, аргентинской, американской. Сегодня, увы, достаточно низкий уровень технологий, начиная с производства, хранения, отгрузки на экспорт кукурузы украинского производства. Она не выдерживает конкуренции, и в плане цены она на $10-20 дешевле, чем американская. Наша кукуруза не имеет товарного вида. Потому что мы не уделяем этому внимания.

– Вы говорили, что аграриям не нужны никакие льготы. Правильно ли я вас понимаю?

– Да. Это визитная карточка нашей компании.

– Почему?

– Украинская аграрная отрасль – это свободная экономическая оффшорная зона, единственная в мире, которая вообще не платила никаких налогов. Исторически так сложилось, что аграриям всегда все прощали, они никогда не платили по счетам в бывшем Советском Союзе. Наша позиция – аграрный сектор должен быть цивилизованным, он должен платить налоги на равных условиях с другими отраслями. Поэтому Нибулон с самого начала на общих формах налогообложения уплачивает налоги на прибыль и все остальные налоги уже 25 лет. И мы стали мощной, опытной, успешной аграрной компанией в Украине.

– Многие с вами не согласятся, скажут, что в Европе дают дотации, дают какую-то поддержку, и через это европейская продукция более конкурентоспособная, чем украинская.

– Позор в Украине иметь такие черноземы и быть убыточной аграрной компанией. Наши партнеры говорят об украинской земли, как об очень плодородной территории, на которой, где не посеешь, всегда вырастет. Для сравнения, в Европе просто так, как у нас, ничего не вырастет, а чтобы что-то выросло, надо многомиллионные инвестиции в землю. Если мы будем вкладывать деньги как надо, то можно значительно улучшить экономику, производство. Вообще сегодня аграрное производство без проблем может быть прибыльным. Оно обязано быть прибыльным.

– Вы говорите, никто не платит налогов. А почему тогда все жалуются, что им не возвращают НДС?

– НДС был всегда самый коррумпированный налог. Сейчас я считаю, что он уже не такой коррумпированный, но сегодня с НДС более-менее выравнивается ситуация.

– Сейчас проблем с этим нет?

– Если аграрный сектор работает по прозрачной схеме, то в этих экспортеров нет проблем с возвратом НДС. Если экспортер работает с украинским резидентом, который покупает продукцию через посредников, которые, в свою очередь, покупают ее по теневым схемам, то у этих компаний будут проблемы с возвратом НДС. У нас задержка на месяц. В нынешних условиях это несущественно. Главное, чтобы мы понимали, что НДС будет возвращаться. Если ты работаешь прозрачно, то будь уверен, что НДС тебе вернет государство.

– А почему жалуются американские компании, например, тот же Cargill, другие?

– Повторюсь, надо меньше работать с украинскими посредниками, которые скупают сельхозпродукцию, используя теневые схемы. И тогда они будут другое говорить. Посмотрите на другие терминалы, где покупают сельхозпродукцию западные компании, и там в очереди люди, которые нам никогда не сдают ее, потому что знают наши требования. Поэтому они реализовывают продукцию оффшорным компаниям. Таким же непрозрачным оффшорным компаниям. А эти оффшорные компании уже реализуют западным компаниям, которые не проверяют ее происхождения. Есть такая проблема. Но если вы занимаетесь бизнесом по-взрослому, то должны знать, у кого покупаете, потому что вас никто не защитит, если что-то пойдет не так. Раньше мы тоже какое-то время работали через посредников, но позже отказались и работаем исключительно с сельхозтоваропроизводителями. Сейчас более 90% сельхозпродукции поставляется сельхозтоваропроизводителями.

– Но западный экспортер, наверное, не имеет много времени на такие проверки. Какой вы видите выход?

– Аграрную отрасль в Украине перестали проверять. Это воля страны, воля Кабмина не мучить бизнес. Но результаты этой неприкосновенности позволяют стать на новый уровень теневому бизнесу в Украине. Компании могут открываться на один квартал, поработать, а потом уйти с рынка. Затем появляется новая похожая компания и работает также квартал. И ни у кого не возникают вопросы к таким предприятиям. Все вроде бы легально делается.

– Вы, пожалуй, первый аграрий, который говорит, что не нужно снижать давление на бизнес.

– Не совсем так. Я за то, чтобы у нас были равные требования по сравнению с другими отраслями. Свободная экономическая зона в отрасли – это плохо. С другой стороны, сегодня лучше для отрасли, по моему мнению, это не столько изменения в законодательстве, сколько изменение психологии самого сельхозтоваропроизводителя. Я считаю, аграрий выиграет, если еще и сам будет заниматься экспортом. Тогда он не будет в Украине платить НДС, он будет еще и иметь возможность возмещать НДС за материальные ресурсы, которые он купил в Украине. И он получит значительно больший доход от реализации сельхозпродукции. Сегодня с этими людьми не проводятся никакие разъяснительные работы, люди не обладают теми возможностями, которые у них есть. Люди просто не считают деньги. Многие выбирают короткий путь: пойти сдать продукцию и получить в банке валюту. А потом они считают, что уже стали обеспеченными людьми.

Но жизнь показывает другой пример. Правоохранительные органы знают, что он теневик, берут с него поборы, так же делают другие учреждения, аграрий бегает по кругу. И в конце концов, он поборы на месте платит больше, чем как честный человек заплатил налоги в Украине. Я готов делиться этим опытом на любом уровне. Выдержать любую проверку, любые отношения. Я готов доказывать, что в Украине можно быть успешным человеком и честно работать в аграрном секторе.

Реализация проекта позволит построить новый современный перегрузочный терминал по отгрузке зерновых и масличных культур для речного и морского транспорта.

Тогда как иностранные компании сворачивают свою деятельность в Украине из-за кризиса и риска войны, Алексей Вадатурский не жалеет инвестиций в свое детище, которым занимается более 25 лет.

Бизнесмен считает, что сегодня хорошее время для инвестиций, поскольку цены снизились более чем на треть и для того, чтобы что-нибудь построить сейчас, нужно гораздо меньше средств, чем это было бы несколько лет назад.

В интервью НВ Бизнес Вадатурский рассказал, что нужно сделать, чтобы аграрная отрасль давала более содержательный результат, почему наша продукция пока не может в полном объеме покорять западные рынки и благодаря чему каждый аграрий может стать более прибыльным.

Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 4 октября 2016 > № 1918753 Алексей Вадатурский


Россия > Агропром > forbes.ru, 3 октября 2016 > № 1917616 Александр Лебедев

«Овощной бульон и чай из трав крымской яйлы будут бесплатно, в разделе меню halyava»

Антон Вержбицкий

редактор Forbes

Бизнесмен Александр Лебедев запускает новый проект по созданию крупной сети кафе здоровой еды «Петрушка». В ближайшие несколько лет он надеется приучить россиян к здоровому питанию по минимальной цене. О том, как он планирует запускать новый бизнес и намеревается конкурировать с McDonald’s и Burger King, Лебедев рассказал в интервью Forbes.

– Вы ездите в Крым, у вас там большой бизнес, как к вам на Украине относятся?

– Хуже, чем ко мне относились [экс-президент Украины Виктор] Янукович, его сынок и начальник его канцелярии Сергей Левочкин, уже не будет. На Украине не был давно. Меня там круто «обули» мои бывшие менеджеры. Но в Крыму я как был самым крупным частным инвестором, так и остался. Многим нравится то, что я сделал в Тавриде. Весной открою клинику натуротерапии на 25 000 кв. м.

– Где?

– Там же, в Алуште, в Профессорском уголке, если местные власти уберут с части набережной помойку. Большую часть этой набережной я за свои деньги сделал зоной отдыха европейского уровня — с плиткой, фонарями, клумбами и лавочками. Там сеть наших отелей — спа-отель «Море», «Миндальная роща» и др. Кроме того, восстановил из руин театр им. А.П. Чехова в Ялте, построен храм-маяк в селе Малореченское. Хочу сделать в Алуште экокультурный кластер, который работал бы в межсезонье — клиника, бальнеологический курорт, музей Дружбы народов, выставка современного искусства, рестораны, спортивные площадки и др. Почему это должно не понравиться кому-то на Украине? Я на свои инвестированные €200 млн за девять лет ни разу не получил дохода. Ну, а если не нравится, что с этим поделать? Мнение проходимцев типа Левочкина меня не интересует.

– Что за клиника?

– Натуротерапия по Гиппократу основана на простом принципе: мы на 80% — то, что едим. Остальные составляющие — массаж, акупунктура, анализы крови, PH-баланс, пищевые добавки, восстановительные процедуры, омолаживание, обертывание, умеренность в еде и алкоголе.

– Вам самому это интересно?

– Очень. Все западные клиники – от Lanserhof и Merano до Mayr и Sha мы изучили. Сделаем не хуже. Есть ряд похожих проектов в России. Кивач в Карелии, хвалят клинику жены президента Татарстана в Казани. Но представьте условия Крыма — реликтовые парки, море, горы, потрясающий воздух!

– Сколько стоит построить клинику?

– Десятки миллионов долларов. Она построена — здание закончили 200 строителей из Грозного. Отличная работа.

– Что там еще будет?

– В рамках кластера? Отели, апартаменты, аквапарк, а также сеть здоровой и доступной еды «Петрушка». Первое кафе открыто в Алуште. Это большой проект. Мы хотим правильное питание, аналогичное дорогому европейскому в клиниках, где берут минимум €1000 в сутки, довести до уровня, доступного любому россиянину, до масс-маркета со средним чеком $3-4.

– Можно подробнее про кафе?

– Более пяти лет ушло на разработку концепции, экспертизу, бизнес-план. Готово меню, производство. Целевая аудитория — женщины и дети. Мужчины нередко относятся к себе как к старой тачке, куда не важно, какой бензин залить, а мамы очень хорошо понимают, что мы предлагаем. Основная идея: кафе – «культурное пространство» в провинциальном городе, где можно вкусно и дешево поесть. Цены будут ниже, чем в Burger King, минимум вдвое. Внутри большой экран, где будут объяснять, как правильно питаться и почему вредно ходить в MacDonald’s, что такое PH, Omega 3 и 6, витамины, минералы, антиоксиданты, redox-потенциал воды и прочее. В кафе должна быть уютная атмосфера — местные художники, музыканты, пресса, фольклорные коллективы. Речь идет о мини-культурной революции в провинции. Там ведь сейчас зачастую «очаги культуры» — магазин «Магнит» с такой картошкой, которую нельзя есть, да забегаловка, где бухают. Вокруг ямы и рытвины, полуразвалившийся храм и сталинский клуб.

Должно появиться место, где люди смогут встречаться и проводить время. Исторически Петрушка – это главный герой народного театра, персонаж, который развлекал публику и — удивитесь — боролся с коррупцией! Петрушка был предтечей свободы слова, которая, вопреки расхожим штампам, в России есть. И борьба с коррупцией тоже.

– Для таких кафе только Крым подходит?

– Нет. Крым — это поляна для тестирования, там мы начнем. Потому что мы любим Крым, а крымчане — люди любопытные и образованные.

— Как власти Крыма относятся к проекту?

– Хорошо. У наших отелей есть свои участки, со своим электричеством и водой. Мы готовы открывать «Петрушку» не только в Алуште, но и в других городах Крыма, в первую очередь Ялте, Симферополе, парке «Тайган» в Белогорске, Керчи, Севастополе.

– Где кроме Крыма можно открыть кафе?

— В Подмосковье, в Нижнем Новгороде, в Грозном, Екатерингбурге, в Бердске, родина Лены Перминовой (жена Лебедева. — Forbes), в Слободском Кировской области, под Брянском, в Тульской области, вообще в малых городах России и моногородах. Есть партнеры в Уганде, Кении, США. В швейцарском Люцерне откроем на территории нашего отеля Château Gütsch.

– Москва не интересует?

–Там всего хватает К тому же сложная процедура согласований. Нет времени уговаривать префектов и управы. Есть идея граждан подарить столице уникальный мост «Таврический», a la Ponte Vecchio во Флоренции — путепровод без машин, сделанный из клееного бруса сибирской лиственницы. Сейчас как раз мэрия Лондона отказалась от потрясающего проекта из этой серии, но у нас будут российские особенности. Такого моста не должно быть нигде в мире. Вот там бы и «Петрушку» поставить. Городские власти очень украсили столицу — надеюсь на поддержку, вкус у них есть.

– Сколько всего планируете открыть точек?

– Минимум полторы-две тысячи кафе в России. Затраты на одну точку — где-то 3 млн рублей. Деревянные кафе будут изготовлены из сибирской лиственницы на нашем заводе в Новосибирске (СКМД. – Forbes), металлические – на другом нашем заводе под Москвой, в Чехове.

– Еще Николай Цветков из «Уралсиба» увлекался темой здоровой еды…

– Не в курсе. Помню историю бывшего мэра Москвы, а ныне свободного агрария с его «Русским Бистро», помню его «Медыньагропром»… В отличие от него, мы тратим свои деньги, а не бюджетные. Всю продукцию — от картошки до гречки – сами производим.

– За какой период хотите открыть 1500 точек?

– За год. Беру в пример «Магнит», который за прошлый год открыл 1600 своих железных сараев. Частично копируем американскую сеть Chipotle в организации зала, но не в меню. У них 2000 точек, сто точек открывают в год и существуют 20 лет. Стоят на бирже около $13 млрд.

– Сколько точек планируете в ближайшее время?

– Пятьдесят тестовых кафе к лету-осени 2017 года. Затем — франшиза.

– Сколько вложили в этот проект?

– Пока около $250 млн. Это строительная и аграрная производственная база — два завода, 50 000 га под посевами, 380 000 т картофеля, злаковых, масличных. Бизнес-план «Петрушки» достаточно прост. Обычно структура расходов кафе подразумевает 35-40% трат на сырье, еще 40% — на аренду и 15-20% — зарплата. У нас сырье свое. Кафе свои. Своя культурная миссия.

— Покупать сырье будете?

– Мы крупнейший в Европе, а возможно и в мире производитель картофеля – по полтора килограмма на каждого жителя России в год. Кроме того, выращиваем сою, кукурузу, гречку, рожь, ячмень, горчицу, рапс, подсолнечник, лен, производим молоко. Попробуйте наш хлеб из зеленой гречки и льна, на закваске. Больше другой есть не захотите (протягивает кусочки гречишного хлеба с маслом).

Со времен Гиппократа известно, что сочетание масла льна и гречки чистит организм, прежде всего желудочно-кишечный тракт, а он отвечает даже за серотонин. Мы можем предложить правильно приготовленные блюда из картошки, льняное масло холодного отжима. Топинамбур (иерусалимский артишок) — это инулин. Разработали с российскими кондитерами, например, конфеты из клюквы, меда, кунжута, льна, расторопши. Еще антиоксидантные соки из сельдерея, шпината, огурца, зеленых яблок и пр. Это все не бином Ньютона, но почему-то наука о питании существует отдельно от граждан.

– Сможете уложиться в чек до $5?

– Думаю, будет в пределах 150-200 рублей. В меню есть дорогие ингредиенты, например лососевые, бананы. Скорее всего, просто в Охотском море и в Уганде сделаем производство. Там пока хватает рыбы и бананов. Кстати, овощной бульон и чай из трав крымской яйлы будут бесплатно, в разделе меню «halyava».

– Плантации?

– В Уганде, с руководством которой мы знакомы, есть десятки тысяч мелких фермерских хозяйств. У них можно покупать эти бананы и свозить их на завод, где сублимировать в порошок. Это хороший способ сохранения качественных свойств для коктейлей. Завод, по моим подсчетам, должен стоить около миллиона долларов. Пока мне три миллиона насчитали. Разбираемся.

– Кафе не будет веганским?

– Одно уже месяц работает на набережной Алушты, для эстетов. Под брендом «Живая кухня» – это подвид «Петрушки» для продвинутых. Будет и «Ё-буфет» для мужчин до инициации – прежде, чем жены заставят их правильно питаться. Там будет индейка, рыба, пиво. В проекте участвуют ученые, специалисты по питанию.

– Вы верите, что вот людям в России этого захочется?

– Мы умнее, чем сами о себе думаем, просто россияне любят самоуничижение. Рестораторы мне говорят: «Александр, а ты сам-то понимаешь, что хочешь менталитет людей русских поменять?». Да не поменять – освободить от сглаза янки! Мы провели фокус-группы среди тысяч женщин.

У них один вопрос: «Ну когда же?». Мужики жалуются: «Где борщ с салом, рюмка, мясо, котлеты, беляш, чебурек?» Женщины по-другому к себе относятся. Они умнее и ответственнее.

– Вы хотите объединить кафе вокруг других своих бизнесов?

– Почему не использовать синергию? Есть банк (НРБ. — Forbes). Он не имеет долгов перед клиентами, и поэтому является самым надежным банком в стране. В нем трудится сто человек и есть процессинговый центр.

В рамках программ лояльности «Петрушки» можно выпустить карточку для человека с определенным образом жизни. Вы придете к нам в кафе и заплатите по ней не 150 рублей, а 120. Вдобавок сможете к нам в Крым съездить отдохнуть. Только билеты купите, мы вас примем в межсезонье, и в клинике получите бесплатный день. Кстати, клиника, о которой я говорил, — тоже часть проекта «Петрушка», для продвинутых.

– Обычно тяга к натуральным продуктам возникает с ростом благосостояния...

– Скорее со снижением невежества и появлением предложения. Никому ничего не надо навязывать и требовать, чтобы все поумнели за один день. Я не Мартин Лютер и не хочу эпохи религиозных войн по питанию. Хочу чтобы: первое — вкусно и сытно; второе – дешево (дома дороже и ниже качество); третье – красиво, занимательно и полезно.

Наконец, почему не создать 10 000–20 000 новых рабочих мест, получить тысячи новых малых предпринимателей, улучшить качество жизни миллионов людей? И потеснить Subway, McDonald’s и Burger King? А потом и американскому народу помочь бороться с ожирением и диабетом — этим же официально страдает более 30% населения США! А, я что, не сказал, что в планах – десятки тысяч таких кафе не только в России, но и в Америке, Африке, Индии, Китае? У McDonald’s – 36 000 точек, Subway – 50 000. Сосны и лиственницы, картофеля, льна и гречки в России хватит.

Россия > Агропром > forbes.ru, 3 октября 2016 > № 1917616 Александр Лебедев


Россия > Агропром > ria.ru, 30 сентября 2016 > № 1914328 Ирина Бахтина

Для большинства российских компаний позиция заместителя генерального директора по устойчивому развитию является экзотикой, в то время как на Западе наоборот сложно найти фирму, где не было такого сотрудника. Что общего в работе такого сотрудника с игрой в "Тетрис", чем в 2014 году взволновал австралийцев расфасованный в Санкт-Петербурге чай и почему Unilever полностью поддерживает политику по импортозамещению, в интервью для совместного проекта Ассоциации менеджеров и агентства "Прайм" рассказала вице-президента по устойчивому развитию бизнеса и корпоративным отношениям российского офиса компании Unilever Ирина Бахтина.

- Для чего нужен вице-президент по устойчивому развитию?

— В "классическом капитализме" бизнес заботит исключительно экономический эффект: оборот, прибыль, доход на акции в текущем квартале… Сопутствующие вопросы — каким образом ты добыл ресурсы, какие технологии в их обработке использовал, как минимизировал издержки — в такой системе координат просто не учитываются. Концепция устойчивого развития не ориентирована на быстрый краткосрочный результат и, согласно определению, принятому ООН, включает в себя три больших аспекта — социальный, экономический и экологический. По каждому из этих трех пунктов у Unilever есть перечень задач в работе, и я курирую их решение в своем регионе.

- О каких конкретно задачах идет речь?

— Одна из задач — вдвое снизить воздействие нашей продукции на окружающую среду. Например, в наших производствах мы активно используем "умные технологии" и ввели собственные требования к энергоэффективности. Так, все новые фабрики Unilever должны затрачивать на тонну продукции вдвое меньше воды, чем построенные до 2008 года, выбрасывать меньше CO2 и постепенно отказываться от электроэнергии из не возобновляемых источников. Эти инициативы уже позволили снизить водопользование на 37% и выбросы углекислого газа — на 39% в пересчете на тонну выпущенной продукции.

"Нет регулирования — толкуй как хочешь"

- Такой подход действительно приносит какие-то практические результаты для бизнеса?

— Смотрите: до 2008 года наш оборот несколько лет подряд колебался у отметки в 40 млрд евро. После того, как был принят план устойчивого развития бизнеса, мы за 4 года нарастили выручку на четверть, и сейчас она превышает 50 млрд евро.

- Как рост выручки может быть связан с концепцией устойчивого развития? "Умные технологии" производства касаются ведь не продаж, а себестоимости.

— Программа устойчивого роста подразумевает не только снижение издержек, но и самый что ни на есть рост бизнеса. В 2015 году наши "бренды устойчивого развития", в том числе Knorr, Dove, Lipton и Hellmann's обеспечили почти половину роста нашего бизнеса и развивались на 30% быстрее чем остальные бренды.

Кроме того, в программа входят задачи по минимизации рисков, и укреплению доверия к компании. Для этого мы поставили цель к 2020 году получать 100% всего сельскохозяйственного сырья у поставщиков, сертифицированных на соответствие требованиям нашего Кодекса устойчивого сельского хозяйства. Спектр таких требований довольно широк — от состояния почвы до соблюдения прав работников. Мы, например, уже 3 года назад полностью перешли на закупки томатов для наших российских производств исключительно у таких поставщиков, прошедших независимый аудит. Однако с введением продуктового эмбарго нам пришлось начинать практически с нуля и искать новых поставщиков, готовых работать по нашим стандартам.

- В России так сложно найти поставщиков качественных томатов?

— Очень сложно. Много желающих заключить с нами договор, а затем возить переупакованные китайские томаты. Много желающих поставлять собственные томаты достойного качества, но небольшими партиями: хозяйства не готовы давать необходимые нам объемы. Но, пожалуй, самая большая трудность — практически повсеместное отсутствие мощностей по первичной переработке сельскохозяйственного сырья, ведь перед тем, как доставить их на завод, любые овощи нужно откалибровать, вымыть, нарезать, высушить…

- Разве российским поставщикам самим не выгодно соблюдать ваши стандарты, чтобы гарантировать себе долгосрочные контракты и дополнительный доход?

— Это в любом случае требует серьезных долгосрочных инвестиций. Не все пока к этому готовы. Поставщики, не соблюдающие требования устойчивого сельского хозяйства, всегда найдут переработчиков, которые эти требования тоже не соблюдают. Таких игроков на рынке довольно много: чего стоят только маркетинговые эпитеты "органический", "экологичный", "натуральный" на этикетках, хотя, например, стандарта на "органическую" продукцию, как и закона об органическом земледелии, в России до сих пор нет. Нет регулирования — толкуй как хочешь.

В начале этого года мы попросили Лабораторию устойчивого развития бизнеса Сколково проанализировать образцы пищевой, косметической продукции и бытовой химии на соответствие указанным в рекламных материалах параметрам экологичности. Оказалось, что более 80% маркетинговых заявлений на упаковке не соответствуют действительности. По данным собственного исследования экобюро Green, озвученным в этом году, эта цифра даже выше — 92%.

"Импортозамещение — это прекрасно"

- Многие небольшие компании выходят на рынок "под соусом импортозамещения". Как вы в принципе относитесь к такой политике правительства?

— Импортозамещение — это прекрасно. Мы видим огромный потенциал в развитии российского сельского хозяйства и работаем над созданием локальных вертикально интегрированных агрокластеров — в частности, в Тульской области. Если бы не продуктовое эмбарго, вряд ли бы кто-то обратил внимание на то, что Россия даже лук с чесноком для промышленной переработки сегодня импортирует!

- Не проще организовать поставки зелени из других, более подходящих климатически регионов?

— Наши глобальные системы поставок должны быть достаточно гибкими и инклюзивными, чтобы отвечать на вызовы меняющегося климата: участившиеся стихийные бедствия, засухи, неурожаи… Любой катаклизм вынуждает производителей срочно искать альтернативных поставщиков того или иного вида сырья. Unilever из-за глобального потепления ежедневно теряет по миллиону евро. Умение найти альтернативные поставки и вывести их на уровень наших стандартов отчасти сродни игре в Tetris: работа моя и моих коллег-менеджеров по устойчивому развитию бизнеса отчасти заключается в том, чтобы в цепочках поставок не было пустых или бесполезных звеньев и чтобы цепочки не прерывались.

- Правительство часто предлагает зарубежным инвесторам самим "выращивать" поставщиков — вам близок такой путь?

— Только такой путь чаще всего и возможен. Главное, что большие компании масштаба Unilever могут дать потенциальному поставщику — гарантированный спрос на его продукцию, рынок сбыта — причем не только внутренний, но и экспортный. Если локальный поставщик готов вкладываться в соответствие нашим стандартам, мы будем помогать ему своими знаниями, экспертизой, лучшим опытом. При формировании локальных агрокластеров, помимо отношений поставщика — переработчика — производителя, важно участие финансово-кредитных организаций, местных администраций, которые видят выгоду в том, что на их территории успешно работает большое экологичное производство, ориентированное как на удовлетворение внутреннего спроса, так и на экспорт. Наша продукция, произведенная в России, сегодня продается по всему свету.

- Какие именно продукты российский Unilever экспортирует за рубеж?

— Питерская фабрика "Северное сияние", которая была первым производителем парфюмерии еще в императорской России, стала и первым нашим активом в стране. Мы очень много инвестировали в нее и сейчас там производятся сотни наименований косметической продукции и товаров бытовой химии. 85% дезодорантов stick-форматов производства этой фабрики, например, поставляются на экспорт, в том числе, во все страны Западной Европы.

Чай Lipton тоже made in St. Petersburg производимый на другой нашей питерской фабрике, идет на экспорт вплоть до Австралии. Честно скажу: мы не очень готовы были к тому, что в 2014 году к нам в российский колл-центр на фоне обострившихся двусторонних отношений начали звонить потребители из Мельбурна с вопросами о происхождении чая, который они пьют. Эта простая история доказывает, что любые коммуникации сегодня важно выстраивать в глобальном контексте

Один из самых свежих примеров: человек, купивший мороженое Magnum в Кувейте, набирает телефон не того колл-центра, который указан на упаковке, а того, который находит на сайте бренда в интернете. Попадает в британский колл-центр и на свой вопрос о составе продукта получает ответ, что продающееся в Великобритании мороженое под этим брендом может содержать следы алкоголя и расстройство покупателя-мусульманина и всех, с кем он делится этой новостью в соцсетях, вполне понятно. Приходится официально разъяснять, что мороженое в Кувейт поставляется с турецкой фабрики Unilever, которая использует в производстве исключительно халяльные ингредиенты.

"Моя основная работа — психологическая помощь бизнесу"

- Сколько времени проводите в перелетах?

— Мы не фанаты перелетов, так как они негативно влияют на окружающую среду. Летаю только в случае крайней необходимости, хотя и курирую устойчивое развитие и корпоративные отношения в 35 странах Ближнего Востока, Северной Африки, Средней и Центральной Азии, СНГ. Стараюсь проводить в командировках не больше одной недели в месяц.

- Что самое сложное в работе?

— Умение не просто получать инсайды, но и преобразовывать их в стратегии для бизнеса. Неудивительно, что в России система вовлечения бизнеса в законотворческий процесс отлажена намного лучше, чем в большинстве стран Ближнего Востока или Северной Африки. Удивительно, что порой она срабатывает эффективнее, чем в странах Восточной Европы.

Взять хотя бы последнюю версию поправок в законодательство о торговле: многим они показались спорными, но у отрасли по факту была возможность увидеть, обсудить и подготовиться к их введению заблаговременно. А в Румынии, например, подобные же требования к торговле продовольственными товарами были введены буквально "за одну ночь" — без какого-либо обсуждения с отраслью или предварительной подготовки.

- Большая часть вашей работы состоит из встреч?

— На них приходится 80% моего рабочего времени. Специалисту моего профиля очень важно умение слышать. Часто у людей возникает непонимание, даже если они говорят на одном языке. Психологическая помощь бизнесу, наверное, это и есть моя основная работа.

Россия > Агропром > ria.ru, 30 сентября 2016 > № 1914328 Ирина Бахтина


Казахстан > Агропром > dknews.kz, 29 сентября 2016 > № 1919081 Тулеген Аскаров

«Хлеба – налево, хлеба – направо»

По осени, как известно, не только цыплят считают, но и в первую очередь наполняют закрома, чтобы провести спокойно студеную зимнюю пору за щедро накрытым дастарханом, позволяя себе не только хлеб насущный, но и то, что на него можно положить или намазать.

Тулеген АСКАРОВ

В «Топ-30» так не принято, но у нас еще сойдет

Конечно, в развитых государствах, в ряды которых стремится войти Казахстан, аграрный сектор организован таким современным образом, что привычные для нас понятия «уборочная страда» и «битва за урожай» звучат там весьма странно. Но по традиции, установившейся со времен 60-летней давности, когда начался подъем степной целины, и в силу резко континентального климата в нашей стране все еще принято по осени не только биться за дары природы с ней же, но и контролировать ход их уборки на самом высоком политическом уровне.

Нынешняя осень исключением из этого правила не стала. Хотя у президента Казахстана в начале первого месяца осени сложился весьма напряженный график зарубежных поездок, по возвращении домой он отправился в традиционный вояж по главным аграрным угодьям страны. Приоритет, естественно, отдавался целинным краям, по-прежнему надежно обеспечивающим казахстанцев хлебом, который, как известно, всему голова. Все же когда знаешь, что ежегодно собирается примерно по тонне, а то и больше зерна на душу населения, как-то легче и спокойнее жить, – ведь желудку не прикажешь. Вот и в этот раз президент проехался по Акмолинской области, Северному Казахстану и Костанайщине, чтобы лично убедиться в том, что будем с хлебом и этой осенью. Хотя, конечно, трудно представить себе хозяина американского Белого дома или хозяйку офиса за номером 10 на лондонской Даунинг-стрит посреди колосящейся пшеницы на полях где-нибудь в Айове или Саффолке, в наших условиях вид главы государства в курточке вместо пиджака посреди бескрайних степных просторов воспринимается вполне естественно.

К тому же помимо полей президент успел осмотреть еще аэропорт, дворец спорта, кондитерскую фабрику, ознакомиться с образцами военной и сельскохозяйственной техники, электромобилей, повстречаться с представителями общественности в регионах. А до целинных краев он еще побывал в Алматинской области, где ему отчитались о мерах по развитию производства сахарной свеклы. На этих встречах президент напомнил о том, что аграрный сектор является одним из главных источников диверсификации нашей экономики, привлекая огромные инвестиции и современные технологии. Говорилось и о предстоящей в Астане международной выставке ЭКСПО-2017, гости которой, естественно, не ограничатся лишь осмотром достопримечательностей столицы, а поедут и по нашим степям к туристическим достопримечательностям. И, конечно же лучшей визитной карточкой страны станут не столько небоскребы столицы вместе с уникальной сферой, сколько колосящиеся пшеницей поля, как в той песне про державу «солнечных хлебов», тучные стада, пасущиеся на бескрайних пастбищах, гнущиеся под тяжестью сочных плодов деревья в садах и благоустроенные зажиточные села.

Битва есть, а освещения – нет

Впрочем, насчет благоустроенности главное – не переборщить, чтобы гости выставки не морщились при виде «потемкинских» деревень. А то ведь на видеорядах отечественных телеканалов зачастую и трава выглядит неестественно зеленой, как будто ее только выкрасили, и сельхозтехника смотрится в разгар уборочной подозрительно чистой, как и нетронутая грязью и маслами новенькая униформа комбайнеров. Да и с богатым урожаем, как известно, у нас традиционно возникают проблемы не с тем, как его убрать, а как сохранить и продать. Помнится же до сих пор, как предшественник нынешнего министра сельского хозяйства в пылу битвы за богатый урожай, когда собранное зерно просто не помещалось на элеваторы и тока, предлагал хранить это богатство на заснеженных полях под пленкой!

Вот и в этом году аналитики бьют тревогу, прогнозируя неблагоприятную конъюнктуру на мировом зерновом рынке, где ожидают наплыва пшеницы нового урожая на фоне снижающихся цен на нее. В соседней России ждут рекордного урожая зерновых, а тамошний президент даже посоветовал не наращивать их экспорт, дабы не обвалить мировые цены. В Казахстане сейчас по объемам намолота и урожайности аграрии опережают прошлогодние показатели. А по прогнозам Минсельхоза вполне реально будет перекрыта символическая планка в миллиард пудов зерна, поскольку ожидается сбор более 22 млн тонн.

Казахстан > Агропром > dknews.kz, 29 сентября 2016 > № 1919081 Тулеген Аскаров


Украина. Китай > Агропром > ukragroconsult.com, 28 сентября 2016 > № 1910873 Борис Приходько

Интервью с и.о. председателя правления ГПЗКУ Борисом Приходько

ОАО "Государственная продовольственно-зерновая корпорация Украины" (ГПЗКУ) создана правительством Украины в августе 2010 года. В состав госкомпании входит разветвленная сеть филиалов — линейные и портовые элеваторы, мельницы, комбикормовые и крупяной заводы. Суммарно 53 подразделения-филиала Поправила цифры: ГПЗКУ могут хранить 3,64 млн тонн зерновых, в том числе суммарные мощности по перевалке в Одесском и Николаевском портах составляют около 2,75 млн тонн зерновых грузов в год.

В 2012 году ГПЗКУ взяла кредит у Экспортно-импортного банка Китая (Эксимбанком) в размере $3 млрд. Первый транш составил $1,5 млрд. Кредитные условия предполагали, что вся сумма пойдет на закупку зерна для дальнейшего экспорта в Китай. Покупателем со стороны КНР выступала Китайской национальной корпорациимашинной промышленности и генеральных подрядов (ССЕС). В год украинская корпорация обязывалась поставлять 5 млн тонн зерна, всего сделка заключалась на 15 лет.

Борис, что на данный момент происходит с китайским договором, который предусматривает поставки ежегодно 5 млн тонн зерна Китайской национальной корпорациимашинной промышленности и генеральных подрядов (ССЕС)?

ГПЗКУ выполняет свои обязательства по договору. Мы покупаем украинское зерно, используя при этом кредитную линию, выданную Экспортно-импортным банком Китая и предлагаем это зерно нашему партнеру — компании ССЕС.

Сколько предложений было сделано вами за прошедший маркетинговый год?

За 2015/2016 маркетинговый год мы сделали ССЕС более 160 предложений на поставку зерна. К сожалению, только 13 из них превратились в контракты на поставку. По этим контрактам было продано и поставлено около 660 тыс. тонн зерновых в Китай.

Почему китайская сторона не согласовывает такое значительное количество предложений?

Обязательства ГПЗКУ состоят в том, что мы должны предложить и поставить зерно китайской стороне. В 2015/16 маркетинговом году мы предложили ССЕС около 5,2 млн тонн зерновых.

Почему они не покупают наше зерно? В Китае большие запасы кукурузы, ведь помимо импорта этой культуры, китайское правительство стимулировало местных фермеров выращивать кукурузу путем предоставления им различного рода субсидий. Сегодня Китай не нуждается в импортной кукурузе и защищает внутренний рынок от дешевой импортной кукурузы административными способами (пошлина, карантинные ограничения, ограничения по ГМО и т.д.). При этом, членство Китая в ВТО обязует страну ежегодно импортировать 7,2 млн. тонн кукурузы (5% от потребления) практически без уплаты пошлины. Реальный объем импорта за последние годы был гораздо меньше, нежели 7,2 млн тонн.

Кроме того, мировые цены на зерновые опустились до исторических минимумов с 2006/2007 МГ.

Для нашего партнера, компании ССЕС, видимо, торговать зерном внутри страны становится не так выгодно, как было раньше. Внутренние цены на кукурузу в Китае уже не намного выше мировых. Более того, доступ на рынок Китая имеют уже несколько десятков украинских и международных компаний, конкуренция усиливается и соответственно маржа трейдеров уменьшается.

В то же время, ССЕС и ГПЗКУ — достаточно молодые торговые компании на зерновом рынке и не имеют собственной сети представительств в странах нетто-импортерах зерна для развития торговли, как, например, компании Bunge, Cargill или ADM. Скорее всего, менеджмент ССЕС не хочет брать на себя торговые риски при низкой марже и активно продавать украинское зерно на других рынках. К нашему сожалению, ССЕС не развивает это направление бизнеса, как, например, китайская корпорация COFCO, которая за этот период купила торговые компании Nidera и Noble, построила портовый элеватор в Николаеве, и тем самым серьезно укрепила свои позиции на украинском и мировом рынках.

Куда уходит зерно, которое не покупает компания ССЕС?

За прошлый год все то зерно, которое нами было предложено, но не было востребовано со стороны нашего китайского партнера, мы продали крупным транснациональным компаниям. Сейчас в нашем портфеле более 30 крупных покупателей, которые достаточно известны в мире. Мы работаем и с локальными торговыми компаниями, которые имеют конкурентные преимущества на определенных рынках. Не работаем с оффшорными компаниями. Поэтому, несмотря на то, что нам было достаточно сложно налаживать торговые связи на внешних рынках, так как имиджевая составляющая корпорации была на низком уровне, за этот маркетинговый год нам удалось поставить на экспорт около 3,1 млн тонн украинского зерна и стать крупнейшим украинским экспортером зерновых.

ССЕС настаивает на выплате преференциальной маржи в размере $5 за тонну. Ранее на пресс-конференции вы заявляли, что договорились с китайской стороной о том, что маржа на поставки будет приведена в проценты и составит 1,5%. В тоже время после ваших заявлений ССЕС прислала письмо на имя министра АПК о том, что подобных договоренностей нет. Объясните ситуацию, которая сложилась вокруг ваших переговоров

Тут стоить объяснить, что Генеральный договор, подписанный между ССЕС и ГПЗКУ — это скорее договор о намерениях, нежели классический договор купли-продажи, в котором должны быть обязательно описаны все существенные условия контракта (качество товара, цена, объем, сроки и базис поставки). В дополнительном соглашении к Генеральному договору было предусмотрено, что ГПЗКУ гарантирует корпорации ССЕС преференциальную маржу в размере $5 за тонну. В каждом конкретном контракте на поставку товара в адрес ССЕС мы включали в цену товара преференциальную маржу. Сейчас мы активно ведем переговоры и объясняем нашим китайским партнерам, что $5 — это слишком много, поскольку цена на зерновые во всем мире сильно просела. Мы предложили зафиксировать преференциальную маржу в размер 1,5% от цены товара. Кстати, $5 составляли как раз 1,5% от цены кукурузы на момент заключения Генерального договора в 2012 году.

В каких именно ситуациях мы должны включать преференциальную маржу? ССЕС считают, что даже в случае, если они отказались от нашего предложения и мы продали предложенное им зерно третьей компании, ГПЗКУ обязана заплатить ССЕС с каждой проданной тонны $5. С нашей точки зрения, это несправедливо. Мы учитываем преференциальную маржу только лишь в контрактах, заключенных между ГПЗКУ и ССЕС.

К слову, китайская сторона предъявляла претензии на выплату преференциальной маржи по нашим контрактам с третьими компаниями. В августе этого года мы выиграли арбитраж ГАФТА по вопросу возмещения ССЕС убытков, связанных с неполучением ею преференциальной маржи при поставках зерна в 2013 году. Так, арбитраж ГАФТА в первой инстанции принял решение, что мы не должны платить $5 комиссионного вознаграждения в пользу компании ССЕС. Насколько нам известно, в начале сентября компания ССЕС направила в ГАФТА уведомление о желании подать апелляцию.

Договоренность же о 1,5% с китайской стороной действительно была достигнута во время переговоров, но пока это решение не зафиксировано документально, так как китайская сторона в последующем выдвинула еще несколько дополнительных требований. Переговоры продолжаются

Еще в письме говорилось, что украинская сторона завышает объемы реальных поставок (по их версии вы поставили 0,47 млн вместо заявленных вами 0,66 млн тонн). Как вы прокомментируете этот вопрос?

Я говорил о поставках зерна за маркетинговый год, они имели в виду календарный. Вот почему возникает разница в наших цифрах. Абсолютно точно, если брать календарный год, то с начала 2016 года корпорация отгрузила порядка 488 тыс. тонн кукурузы в адрес наших китайских партнеров. Это 10 кораблей.

Украина еще ни разу не выполнила контракт на поставку зерна в полной мере. Какие последствия это несет для Украины?

Невозможно поставить зерно, не заключив договор купли-продажи. Невозможно заключить договор, не обменявшись "твердыми" предложениями. Таковы стандарты отрасли. Одна сторона предлагает товар, другая — соглашается с предложением. Затем одна из сторон берет обязательства продать и поставить товар, а другая сторона берет обязательства купить, принять и оплатить товар. Если между сторонами нет договоренности по конкретной партии товара, то поставка, естественно, не осуществляется. Как говорится, насильно мил не будешь.

Исходя из этого, считаем, что украинская сторона выполняет свои обязательства по Генеральному договору.

Давайте погорим о кредите в $3 млрд. Первый транш в размере $1,5 млрд Украина получила. Что происходит с этими деньгами?

Около $1,05 млрд размещены на подконтрольных счетах в "Укрэксимбанке". Это контролирующий банк, который по договору о контроле следит за целевым использованием кредита. Большая часть этих денег находится на депозите. Депозитные процентные ставки покрывают ставки по кредиту.

В обороте же находится порядка $200 млн. По состоянию на 1 июля 2016 года, по нашим данным, у нас в балансе "дырка" около $250 млн, являющаяся следствием злоупотреблений в компании в 2013-2014 годах и курсовых убытков. Вот, собственно, это упрощенная структура нашего баланса.

Вы заявили, что часть первого транша кредита была украдена прошлым руководством ГПЗКУ. Расскажите более подробно, сколько было украдено?

Суммарная дебиторская задолженность за 2013-2014 годы по внешнеэкономическим контрактам, когда зерно было поставлено, но не зашла валютная выручка, составляет $132 млн. Общую дебиторскую задолженность за тот же период по форвардным и спотовым договорам на закупку зерна, страховым платежам, покупке топлива и т.д., мы оцениваем в размере 800 млн грн.

Я знаю, что по факту злоупотреблений руководителями ГПЗКУ было инициировано открытие ряда криминальных дел, по отдельным контрактам идут суды. Расскажите более детально

По факту злоупотреблений в предыдущие периоды, нами было инициировано 137 криминальных дел. На данный момент, все они расследуются соответствующими правоохранительными органами.

Кроме того, мы активно работаем над возвращением дебиторской задолженности предыдущих лет. Если говорить о задолженности по внешнеэкономическим контрактам, то могу сказать, что по состоянию на сегодня, мы выиграли 13 судов. Было получено 4 положительных решения международного арбитража ГАФТА (Ассоциацией по торговле зерном и кормами), 3 решения арбитражного суда Торгово-промышленной палаты, 6 положительных решений хозяйственного суда г. Киева — все относительно взыскания с компаний-нерезидентов дебиторской задолженности на общую сумму $127,9 млн. Из этих денег, к сожалению, пока ничего не было возвращено.

Удалось что-то вернуть из задолженности в гривневом эквиваленте?

Да. На счета ГПЗКУ было возвращено 200 млн грн.

Вы также ранее заявляли, что часть денег из первого транша будет потрачена на модернизацию ваших элеваторов и заводов. Есть продвижение в этом направлении?

Сейчас ведутся переговоры с Экспортно-импортным банком Китая, о том, чтобы они подтвердили нам возможность использовать на модернизацию денежные средства из первого транша кредитной линии. Мы хотели в этом году направить на модернизацию $57 млн, но, к сожалению, мы не смогли договориться с банком и сейчас проводим модернизацию за свой счет. На эти цели мы выделили из бюджета 231 млн грн.

На что будут потрачены ваши собственные инвестиции?

На модернизацию линейных элеваторов потратим 125 млн грн, порядка 88 млн грн — на модернизацию наших портовых элеваторов. Еще около 17 млн грн мы потратим на автоматизацию бизнес-процессов, внедрение системы контроля качества зерна, а также систем безопасности и видеонаблюдения.

Оптимизация затрат при хранении и транспортировке зерна является одной из наших задач. Поэтому мы и предпринимаем все меры для того, чтобы запустить и модернизировать наши элеваторы. Например, в этом сезоне мы отгрузили с наших элеваторов в Голой Пристани и Великой Лепетихе зерно на речной транспорт. Подобные операции на этих предприятиях не осуществлялись более 10 лет.

Как вы поступите со вторым траншем?

На нас сейчас лежит очень большая финансовая нагрузка по первому траншу кредитной линии и до тех пор, пока мы не активизируем торговлю и не стабилизируем наши отношения с корпорацией CCEC, нет смысла говорить об открытии второй части кредита. Такова позиция "Эксимбанка" Китая.

А это означает, что наши китайские партнеры будут поставлять китайские товары (средства защиты растений, технику, элеваторное оборудование). Когда обсуждался второй транш, то речь шла также о строительстве заводов по производству биодизеля и по переработке кукурузы. Но по оценке специалистов, сегодня слишком высоки форексные риски и связанные с этим возможные дефолты со стороны покупателей китайских товаров.

Украина. Китай > Агропром > ukragroconsult.com, 28 сентября 2016 > № 1910873 Борис Приходько


Россия > Агропром > kremlin.ru, 27 сентября 2016 > № 1917824 Александр Ткачев

Рабочая встреча с главой Минсельхоза Александром Ткачёвым.

Владимир Путин провёл рабочую встречу с Министром сельского хозяйства Александром Ткачёвым. Глава Минсельхоза информировал Президента о планируемом объёме урожая зерновых и экспортном потенциале отечественного агропромышленного комплекса.

В.Путин: Александр Николаевич, уборочная кампания постепенно, но всё–таки движется к завершению. Как в таких случаях говорят, каковы виды на урожай, как Вы прогнозируете результат этого года?

А.Ткачёв: Виды очень приличные, как никогда. На самом деле мы имеем уникальную возможность получить выдающийся урожай за последние 25 лет: от 110–115 миллионов тонн (потому что мы убрали только 80 процентов площадей). Конечно, может быть, в 1990 году Россия получала подобный урожай, но там было несколько факторов: площадь посевных площадей была на десять миллионов гектаров больше. А за счёт урожайности, за счёт культуры земледелия, за счёт интенсивных технологий [земледелия] мы сегодня уже имеем среднюю урожайность 24 центнера [с гектара] – тогда было пятнадцать, десять центнеров и так далее. Поэтому те вложения, которые сегодня осуществляются государством…

В.Путин: Урожайность почти в два раза стала выше.

А.Ткачёв: Да, почти в два раза. Были года, условно 1950–60-е, когда у нас урожайность была семь–восемь центнеров по всей стране – начиная с юга и заканчивая Дальним Востоком.

Поэтому благодаря беспрецедентной поддержке государства, не побоюсь этого слова – самоотверженной работе коллектива агропромышленного комплекса: механизаторов, учёных, специалистов (да и климатические условия были достаточно благоприятные в этом году) – всё–таки такой хлеб мы можем получать в России.

Но хочу сказать, что такого урожая бояться не надо. Если брать мировую практику, в целом зерновой баланс строится следующим образом: благополучные страны – тонна на одного человека, то есть, по этим расчётам, нам нужно порядка 150 миллионов; у нас сегодня будет 115–116, а значит, нам есть куда расти.

И если мы будем так развиваться дальше, а есть абсолютно все предпосылки для того, чтобы урожайность росла, мы осваивали новые площади, возвращали утерянные, которые заросли сегодня деревьями или превратились в пустыни, за счёт мелиорации, других технологий, то через десять, максимум 15 лет мы сможем получить эти 150 миллионов тонн, накормить свою страну и продать на экспорт львиную долю урожая.

В.Путин: Экспортный потенциал у нас растёт?

А.Ткачёв: Да, Владимир Владимирович. За последние пять–семь лет мы практически на 30–40 процентов увеличили экспорт. Мы осваиваем новые страны, не только Персидский залив, но и Северная Африка, и азиатско-тихоокеанские страны. И, действительно, у нас там хороший удельный вес, мы там уже присутствуем и будем дальше это развивать.

В.Путин: Александр Николаевич, здесь нам нужно учитывать несколько факторов, Вы их хорошо знаете.

Во–первых, мы при организации экспорта должны иметь в виду обеспечение прежде всего собственных интересов, собственных внутренних рынков: это и для кормов, и для продовольственного обеспечения хлебом населения. При всём растущем экспорте всё–таки задача обеспечения самой России – это задача номер один. Это первое.

Второе – конъюнктура. Вы знаете, как она сейчас складывается на мировых рынках: цена на зерно несколько снизилась, это нужно иметь в виду и, может быть, не спешить с тем, чтобы выбрасывать на рынок дополнительные объёмы, а, наоборот, работать на сельхозпроизводителя для удержания нужного уровня цен.

Насколько я понимаю и вижу по документам, у нас растёт экспортный потенциал не только зерновых, но и товаров животноводства: это и свинина, и мясо птицы. Насколько там Вы видите позитивные перемены?

А.Ткачёв: Если позволите, по первой части. Безусловно, задача Минсельхоза – этот баланс соблюдать. Мы чётко следим за этим, и, я Вас уверяю, мы прежде всего,= закрываем свои потребности на кормопроизводство и на продовольственные цели. И только излишки, подчёркиваю – излишки, мы направляем на экспорт, это безусловно, это даже не обсуждается. Экспорт даёт нам приток денег, это валюта, от этого, в общем–то, богатеют наши сельхозпроизводители, это их доходы.

Что касается не только зерновой группы, Вы абсолютно правы, с у нас растёт экспорт животноводческой продукции: свинина – только за последние пять месяцев этого года мы увеличили её экспорт в три раза, сегодня объём порядка десяти миллионов долларов, это только начало.

Практически мы [Россия] на этом рынке впервые. Мы всегда, Вы лучше меня знаете, закупали огромные [объёмы]: начиная с «окорочков Буша» – и свинину, и говядину, и молочные изделия. По птице мы увеличили экспорт в три с половиной раза, объём экспорта – порядка 25 миллионов долларов.

Уверен, что эти цифры будут сотни миллионов долларов. Конечно, надо наращивать. Зерно – из того, что можно продавать на экспорт: мы должны производить из него комбикорма, пропускать через животноводство – и продавать [готовую продукцию], на этом зарабатывать.

В.Путин: Хорошо.

Россия > Агропром > kremlin.ru, 27 сентября 2016 > № 1917824 Александр Ткачев


Россия > Агропром > agronews.ru, 27 сентября 2016 > № 1911112 Виктор Семенов

Государству пора начать выполнять свои обязательства.

Виктор Семенов, Председатель комитета ТПП РФ по развитию агропромышленного комплекса, Председатель Совета Ассоциации отраслевых союзов АПК России (АССАГРОС), Председатель Наблюдательного совета ГК Белая Дача, 27 сентября 2016 г. выступит на заседании Совета ТПП РФ по промышленному развитию и конкурентоспособности экономики России по теме «О повышении конкурентоспособности агропромышленного комплекса». Мы взяли комментарий у Виктора Александровича по наиболее острым вопросам отрасли

— Виктор Александрович, какие меры стимулирования развития агропромышленного комплекса Вы можете предложить?

— В первую очередь надо, чтобы государство выполнило свои обязательства, которые оно продекларировало, но которые не всегда способно выполнить. Имеется в виду — выделение инвестиционных субсидированных кредитов, компенсация затрат на строительство тепличных комбинатов, овощекартофелехранилищ, ирригационных систем, на закладку садов и виноградников. Конечно, хотелось бы, чтобы доступ селян к энергетической инфраструктуре был более открыт. А также пора вернуться к льготным сельхозтарифам на электроэнергию.

— Какие наиболее острые проблемы существуют в АПК?

— Сегодня многие инвесторы испытывают неуверенность из-за того, что государство задерживает выполнение обязательств по стимулированию инвестиционного процесса в отрасли (то, о чем говорил ранее). Остается серьезной проблемой земельный вопрос. Часть земли находится в руках земельных спекулянтов, а значит, недоступна для тех, кто хочет на ней работать, что сокращает потенциал развития агропромышленной отрасли. Также нельзя не отметить, что наряду с появлением многочисленных точек роста в аграрной сфере продолжает расти закредитованность сельского хозяйства в целом, что указывает на недостаточное регулирование этого рынка со стороны государства.

Россия > Агропром > agronews.ru, 27 сентября 2016 > № 1911112 Виктор Семенов


Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 27 сентября 2016 > № 1908901 Анна Морозова

Украинский чеснок — ставка на деньги

В Украине промышленное производство чеснока практически отсутствует. Эта сельскохозяйственная культура очень капризна, качественные семена в дефиците, технология производства на низком уровне. Кооперация в чесноководстве может существенно усилить позиции этой отрасли на украинском и на мировом рынках.

Призыв к кооперации бросает украинским производителям чеснока компания UkrUP (УКрАП). Название молодой компании говорит само за себя: только вверх, и только украинский чеснок. Засилье китайского импортного чеснока в Украине изумляет и удручает. По оценкам ученых, страна теряет национальный генофонд экологическихх форм чеснока. При этом отечественные и зарубежные переработчики предпочитают украинский чеснок, который по аромату, вкусовым качествам, количеству эфирных масел, превосходит импортный.

Ошибки в сельскохозяйственном производстве стоят очень дорого, и только кооперация может понизить то огромное количество рисков, которое присутствует в нишевой отрасли чесноководства. Сегодня UkrUP выращивает чеснок, как в своих хозяйствах, так и совместно, а также создает систему взаимопомощи фермерам-чесноководам. О трудовых буднях компании рассказывает представитель UkrUP Анна Морозова.

Расскажите о вашей компании, с какой посевной площади стартовал UkrUP?

У нас всегда были большие амбиции, поэтому мы стартовали с немаленькой для чеснока площади в 14 га в Черкасской и Черниговской областях.

Почему выбрали именно эти регионы?

У нас нет собственной земли, и мы этого не скрываем. Кооперация бывает разной. Мы смогли договориться с фермерскими хозяйствами, которые предоставили нам землю, технику и рабочую силу. В свою очередь мы предоставили посевной материал, средства защиты растений, технологию, а также взяли на себя сбыт продукции. Секрет успешного сотрудничества в том, что люди слышали и слушали.

Где брали посевной материал, ведь в Украине это большая проблема?

Покупали на рынке. Первый раз, год назад делали закупки, еще не имея опыта выбора посевмата.

С какими проблемами столкнулись в начале пути?

Начиная чесночный бизнес, мы столкнулись с множеством неправдивой информации и нечестной игрой на рынке. К сожалению, в рынке не всегда рассказывают правду, что приводит к потерям заработка. Поэтому сегодня стратегия кооперации UkrUP — это обмен достоверной и полезной информацией.

Планируете ли вы расширять площадь под чесноком?

Таких планов нет. Мы планируем сев озимого чеснока под урожай 2017 года на уровне 2016 года. Объясню, почему не планируем увеличивать площади: успех в чесноководстве зависит не от количества, а от качества. На 14 га можно эффективно выращивать чеснок с высокой урожайностью. По нашему мнению, это боле выгодно, чем засеять большие площади, но проиграть в валовом сборе.

Как будете развиваться?

Мы хотим заняться разведением сортов посевного материала чеснока для того, чтобы получить собственный качественный посевмат. По нашему мнению, только таким путем мы можем достичь высоких показателей урожайности.

На какой вид чеснока делали ставку в вашем производстве: свежий, товарный, на переработку?

Наша команда – это бизнесмены, поэтому мы делали ставку на деньги. Сначала планируем продавать зеленую стрелку, потом свежий чеснок, по факту сбора – калиброванный товарный, зубки и остатки.

Какие проблемы возникают со сбытом продукции в Украине?

Смысл кооперации UkrUP – объединить чесноководов, которые смогут сформировать необходимое количество партий чеснока, чтобы украинский чеснок был представлен и на внутреннем рынке и за рубежом.

Но здесь есть проблема. Украинские магазины любят отечественный чеснок только тогда, когда это тренд – «Made in Ukraine» – и это очень временно – пока не приедет новый китайский. Ритейлеров можно понять: китайский товар лежит круглый год, а украинский чеснок нужно правильно хранить. В свою очередь украинские производители чеснока не могут обеспечить количество и качество чеснока круглогодично. Для этого нужны склады. Дальше, чтобы на складах хранить чеснок — нужна партия. Чтобы была партия, люди должны ее вырастить, при этом партия должна быть определенного сорта и качества.

Есть ли у вашей компании опыт продаж в ЕС?

Если говорить о Европе, то там партия чеснока в 1 тонну никому не нужна. 16 тонн одной машиной – это интересно, мы уже можем продавать. Как раз объединение позволяет сформировать партию и обеспечить заработком каждого фермера в кооперации.

Расскажите об украинском рынке товарного и зеленого чеснока?

Цифр по украинскому рынку чеснока нет. Есть такие данные: 90% чеснока, который мы едим, к нам привозят. Оставшиеся 10% делятся на: 3% — производители, 7% — местное население и перекупщики. По нашим оценкам, в Украине производится около 4 тыс. тонн чеснока.

По зеленому (свежему) чесноку статистика не ведется вообще. Его выкапывают в небольших количествах в июне для продажи на мелкий опт. Существуют ранние сорта, которые обеспечивают высокую урожайность именно свежего чеснока.

А что называют сухим чесноком?

Сухой чеснок – это доработка товарного чеснока: на чипсы, порошок, масло и т.д.

Какое соотношение между импортом-экспортом чеснока?

По статистике в Украину импортируется около 10 тыс. тонн чеснока. Другими словами, $8 млн из Украины идет в карман чесноководам Китая и Египта. Украина по итогам 2015 года экспортировала 81 тыс. кг чеснока. Наш чеснок востребован в Прибалтике, Канаде, Нидерландах — в этих странах не любят китайский чеснок. Также нужно не забывать, что у нас есть квота на вывоз 500 т чеснока в Европу, которую никто не покрывает. Надеюсь, недолго…

Если говорить о расширении экспорта украинского чеснока, то иностранец, набрав в поисковой строке «Ukrainian garlic», должен попасть на один сайт, а не на 80 сайтов, у которых нет суммарно даже 5 тонн, как это происходит сегодня.

Что сегодня привлекает фермеров заходить в бизнес по выращиванию чеснока?

Привлекает высокая цена товарного чеснока — около 100 грн/кг круглогодично. Если почитать интернет, то урожайность чеснока там оговаривается на уровне до 25 т/га. Фермеры перемножают эти цифры и рассчитывают получить выручку около 250 тыс. грн/га. Люди начинают вкладывать деньги, не до конца понимая, что ждет их на выходе. Первый урожай за неимением опыта, отсутствием технологии и при использовании некачественного посевного материала может составить от 3т/га до 6 т/га, да еще и цены реализации могут колебаться. Часто фермеры тут же бросают затею с выращиванием чеснока.

Причина неудач — нет первичной качественной информации о технологии выращивания чеснока в условиях Украины. Для этого мы и кооперируемся, создаем кластеры, проводим конференции, делимся информацией, чтобы люди, прежде всего, посчитали, во что на самом деле обойдется заход в этот бизнес. Ни одно растение не растёт просто так само по себе.

Вы общаетесь с фермерами, какова рентабельность производства чеснока?

Диапазон очень широкий – от 16% до 300%. Если затраты на гектар понятны, то реализация – есть нюансы. Одно дело продать красивый товарный чеснок 4 калибра, другое, — если его вовремя не собрать и позволить рассыпаться на дольки – такой чеснок годится только на переработку, а это уже совсем другой заработок.

Где вы берет информацию по технологии выращивания чеснока?

Когда мы создавали технологическую карту, то изучили всевозможную информацию: от данных университетов, государственных стандартов и до местных легенд и обычаев касательно выращивания чеснока.

Исходя из вашего опыта, в чем преимущества кооперации в производстве чеснока?

Первое преимущество кооперации – это моральная поддержка — фермеру есть куда обратиться, с кем поделиться проблемами и посоветоваться. Второе – обмен технологической информацией. Например, фермеру нужны СЗР – можем помочь найти. С осени 2016 года на сайте ukrup.com.ua будет работать интернет-магазин, через который будем реализовывать товары и услуги для чесноководов: от СЗР до аренды сажалки и другой техники.

Где закупаете СЗР?

Можно сказать, что везде. Закупали оригинаторы, генерики у разных компаний и перепроверяли на полях. Так как никто не пожелал с нами делиться опытом применения СЗР, то свой опыт нарабатывали сами и готовы о нем рассказывать. После проведения конференции в сентябре 2016 года, посвященной проблемам чесноководства, нашли надежного и проверенного поставщика.

Главные риски производства чеснока, по вашему мнению?

Их очень много. Несвоевременно посадили, выпал снег, чеснок не взошел, «прилетела» муха, не срезали стрелку, не положили полив или наоборот «перекапали», несвоевременно собрали и неправильно хранили. То есть вся технологическая карта в любом звене может создавать риски.

Что вы посоветуете начинающим фермерам-чесноководам?

Обязательно знакомиться с информацией наших конференций по чесноководству, составить для себя технологическую карту и бизнес-план.

Для того чтобы заработать на чесноке – нужно объединяться. Купить дешево и продать дорого – это будет работать недолго. Чеснок любит, чтобы на него тратили не только деньги, но и время. Если люди будут знать, что есть куда сбыть продукцию, то будут наращивать объемы и пытаться вырастить красивый чеснок высокого качества.

Растите чеснок с нами, вместе мы сила!

Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 27 сентября 2016 > № 1908901 Анна Морозова


Россия. СФО > Агропром > agronews.ru, 24 сентября 2016 > № 1908459 Андрей Кнорр

Андрей Кнорр: мы сделали сбор дикоросов успешной отраслью местной экономики.

Ягоды, грибы и орехи называют дикоросами в основном в Сибири. Именно здесь их сбор и заготовка с конца 1990-х годов стал развиваться как самостоятельная отрасль. Спустя 20 лет сбор ягод и грибов дает сезонную работу почти 70 тысячам человек.

В планах местного правительства довести долю «экономики природы» в валовом региональном продукте (ВРП) до 3%. Это лишь немногим меньше, чем все сельское хозяйство.

В интервью ТАСС заместитель губернатора Томской области по агропромышленной политике и природопользованию Андрей Кнорр рассказал о кедровом молочке и халве из сибирского кедра, о том, как Китай увозит из региона орехи и клюкву, о перспективах и проблемах «дикорастущей» отрасли.

— Андрей Филиппович, в наших магазинах по-прежнему немало иностранной продукции из ягод, грибов, хотя, казалось бы, своих ресурсов у нас достаточно.

— Не могу говорить о всей России, но в Томской области наши заготовители воспользовались ситуацией с введением продуктового эмбарго и поддержкой импортозамещения. Нам полностью удалось заместить ягодные и грибные замороженные смеси: вы их не только в наших магазинах не увидите, но и в соседних регионах, куда поставляем и мы, и Омск, и Алтай, и другие. Смесей из Нидерландов и Польши больше нет.

Значительно мы потеснили и импортные консервированные фрукты. Стали выпускать ягодные джемы – только в Томской области это 300 тонн в месяц. Освоили производство варенья по старинным рецептам – 40 тонн в месяц. Используем бруснику, клюкву, чернику, облепиху, смородину, клубнику с лесных и дачных участков.

Мы практически заняли нишу в регионе по производству кондитерских начинок и кремов, которые тоже раньше завозились в Томскую область. Мы могли бы делать больше – те же джемы для питания в самолетах, и многое другое.

Наши натуральные начинки, кремы и наполнители используют в производстве мороженого компании из Москвы, Новосибирска, Томска. Два молочных предприятия – в Томской и Новосибирской областях – используют начинки для йогуртов, наринэ, творожной массы, сырков.

— Томская тайга известна сибирским кедром. Как организованы сбор и переработка кедрового ореха в регионе?

— За последние годы на трех предприятиях ввели новые производственные мощности по переработке кедрового ореха. И сегодня представляем на рынке около 20 наименований продуктов на основе кедрового ореха: кедровое молочко, сливки, жмых, грильяж, халва, мука и многое другое. Такого ассортимента вы не найдете в других регионах.

И еще одно направление, которого нет нигде – это лесобиохимия. Резидент Томской особой экономической зоны «Солагифт» занимается глубокой переработкой зелени хвойных пород при помощи современных инновационных технологий, кстати, российской разработки. Они получают биологически активные вещества из хвои в виде субстанций, полипренолов. На их основе производится клеточный сок пихты, пищевые добавки, косметика, зубные пасты, субстанции для фармпрепаратов.

В целом продукция дикоросов и продукты их переработки превысили 10% от общих объемов пищевой промышленности Томской области – а пищевка у нас очень развита.

— А много ли продукции этой идет на экспорт?

— В зависимости от урожая. В последние годы объемы заготовок составляют от 8 до 10 тысяч тонн – около половины от объемов всего сбора в Сибири. Доля экспорта сегодня составляет до трети в общей доле переработки дикоросов. Основные потребители нашей продукции находятся в Италии, Германии, Австрии, Польше, Китае, Монголии.

Грибы и кедровые орехи – основа экспорта томских дикоросов. Это примерно 25-30% от нашего экспортного потенциала. За рубеж орех в основном идет в Китай, а также в Германию, откуда расходится по европейскому рынку.

И по экспорту кедровых орехов Китай доминирует на рынке, при этом в основном используя наше же, российское сырье. К нам, в Россию, возвращается оттуда совершенно другой орех – корейский: из другого кедра, более крупный, который имеет менее ценные качества, чем орех нашей сибирской сосны. Мы могли бы поставлять больше, но об этом – позже.

Еще «возвращается» к нам выращенная на промышленных плантациях клюква. Мы ее даже иногда встречаем, в том числе и в Томске. Но это торговля, хотя мы больше 10 наименований по первичной заготовке делаем в Томской области.

Россия. СФО > Агропром > agronews.ru, 24 сентября 2016 > № 1908459 Андрей Кнорр


Россия. УФО > Агропром > agronews.ru, 23 сентября 2016 > № 1908809 Александр Гладилов

Комментарий. «Уральская сила»: газель к подъезду – продукты поданы.

О неординарных решениях проблемы сбыта продукции рассказал «Крестьянским ведомостям» заместитель директора Союза фермерских хозяйств Челябинской области, председатель кооператива «Уральская сила» Александр ГЛАДИЛОВ.

– Одна из вечных проблем фермеров – реализация продукции, – рассказал спецкору «КВ» Александр Гладилов. – Вот и приходилось сдавать молоко перекупщикам по 12 рублей за литр и с тоской смотреть, как в магазине твое молоко перепродают за 50.

А сунуться со своей продукцией в гипермаркет фермеру не по карману – обдерут как липку всевозможными поборами и бонусами. Как выдержать конкуренцию с торговыми монополистами? Мы разработали пилотную программу «от производителя до покупателя». Уже создан кооперативный бренд – занесенная в Книгу рекордов России 100-пудовая гиря местного производства – символ Верхнеуральского района и малого бизнеса Южного Урала. Фермеры будут нести коллективную ответственность за добротность своих продуктов.

Главная особенность проекта — ориентация на конечного потребителя. К примеру, были заключены соглашения с потребительским обществом «Сфера здоровья», с «Объединением собственников недвижимости» … На днях в Магнитогорске прошел круглый стол, на котором фермеры договорились о сотрудничестве с местной торговлей, ТСЖ и управляющими компаниями. Кооператорам предоставили в городе 10 торговых точек, а коммунальщики взяли на себя роль посредников по доставке фермерских продуктов (они проходят ветконтроль) своим жильцам на заказ.

Теперь отправляем газель со свежими продуктами прямо покупателям под двери. И жители рады, и фермеры, и препоны зарвавшихся магазинных сетей обошли. Сегодня мы по такой схеме работаем с несколькими магнитогорскими товариществами. Уже идут переговоры об апробации этой схемы и в Челябинске.

– Александр Николаевич, как организованы работы по переработке молока?

– Технологию я недавно подробно рассказывал региональным СМИ и телевидению. Специально для читателей «Крестьянских ведомостей» обрисую некоторые моменты. Возьмем, к примеру, нашего переработчика Бориса Батурбаева. Его оборудование (накопитель, пастеризатор) позволяет ему переработать 5 тонн молока в сутки. Но на деле он мог потянуть только одну тонну, которую и скупал у фермеров за бесценок. Молоко ведь надо не только пастеризовать, но и в тот же день на завод отвезти. И главное, чтобы сырье приняли, а то, бывало, разворачивали из-за повышенной кислотности. Кто-то из фермеров тару не помыл, а у Батурбаева из-за этого убыток. Он-то с фермерами и частниками уже расплатился.

Каждый день в определенное время наш логист Андрей Лыгин на машине с флягой объезжает производителей, забирает молоко и везет Батурбаеву. Тот молоко проверяет, перерабатывает, и о реализации у него голова не болит. Готовый продукт логист везет на продажу. Важный момент: как член кооператива, переработчик не сможет скупить у нас молоко по дешевке. А из расчета 20 рублей за литр минимум. Это выгоднее, чем при прежней схеме. Не говоря о том, что отношения к нему соседей-поставщиков не как к спекулянту, а как к уважаемому партнеру.

Другой фермер, Иван Шиманов, построил в райцентре мини-сыроварню. Почти в домашних условиях он производит из «кооперативного сырья» отличные сыры: брынзу, адыгейский, моцареллу … Ему под стать и кооператор из поселка Нововоронинского фермер-коневод Ерлан Якшер, производящий лечебный кумыс, не раз завоевывавший медали на областных агровыставках.

Фермеры-кооператоры готовы расширять линейку поставок — включить в нее и рыбу, мед… К примеру, Михаил Рукавишников и Николай Сысуев взяли в аренду озера, зарыбили водоемы, выращивают пелядь, карпа. Свою продукцию предлагают и пасечники Владимир Шамшин, Юрий Алевский, кроликовод Николай Зайцев. Фермеры начали бутилировать и чистейшую родниковую воду. Сергей Шаров готов брать у фермеров сырье для своего мини-мясокомбината.

Крестьянский агрохолдинг

Впрочем, фермерский кооператив осваивает еще и переработку зерна. Уже на подходе интереснейший проект по выпуску кваса, «крестьянского хлеба». Для этого районные власти, даже не требуя арендной платы, передают ему полуразрушенное пустующее здание бывшего инкубатора бывшего совхоза «Дзержинский». Фермеры, у которых есть и опыт, и знания АПК, обещают «в складчину» восстановить здание и запустить мини-агрозавод.

Меня поразил такой план Гладилова – установить в подъездах термобоксы самообслуживания. Доставили утром заказ, скинули покупателю СМС-оповещение и персональный код. Клиент продукты забрал, код поменялся и термобокс ждет следующий заказ. Как в лучших домах Лондона, Парижа и Бонна! По словам председателя, «специально для нас антивандальные боксы разрабатывает озерская производственная компания. Думаю, в ближайшее время начнем установку».

Другая задумка: предприимчивые кооператоры предлагают своим клиентам покупать коров, так скажем, в коллективную собственность. Гладилов поясняет:

– Средняя семья обычно тратит на молочную продукцию около 150 рублей в день. Умножаем на 306 дней (за минусом времени, когда корова ждет приплод), получается 45900 в год. Это стоимость целой коровы! А ведь корова живет не один год, а больше десяти лет! Так вот: если вы проинвестируете покупку коровы, то вы будете ежедневно получать продукцию от своей коровы. Все, что остается сверху, «излишки», идет фермеру за работу. Коровы непременно страхуются, так что, если животное погибнет, вам «выдадут» замену». По его словам, схема вызвала большой интерес.

Наш кооператив – экспериментальная площадка и прообраз будущего регионального фермерского кластера. Мы уже выходим на межрайонный уровень: с нами сотрудничают фермеры Уйского, Нагайбакского районов.

– Дело новое, есть недоверие глав КФХ?

– Вопросов у фермеров еще много. Одни не понимают, куда денется прибыль с продажи молока. Приходится объяснять: все, что останется после вычета расходов, будет разделено между членами кооператива. Приняли, скажем, молоко у поставщиков за 18 рублей, переработали за 5, доставка – еще 5. А продали за 40. 12 рублей – и общую прибыль разделили в зависимости от объема сданного в кооператив молока.

В первом квартале этого года оборот «Уральской силы», по предварительным расчетам, составил порядка 10 млн рублей. Выручка будет поделена поровну между всеми членами кооператива. Раньше кооперативов было много, но они закрылись, например, «Родина», «Союз», «Казна». На самом деле не было кооперации, действовали частные лавочки, на интерес одного человека – владельца. У нас доход будет делиться по справедливости, по вкладу.

– Существенный вопрос: где взять деньги на оборудование для переработки?

– Законный интерес. Модульные молочные цеха, например, с функцией приемки, пастеризации, переработки, упаковки могут поднять производительность кооператива до 15 тонн в сутки против сегодняшних 500 литров. Но одна установка обойдется миллионов в шесть как минимум! На этот счет договариваемся с Росагролизингом. Но наша мечта: чтобы область попала в федеральную программу поддержки кооперативов.

– Я помню ваше дельное выступление на февральском съезде фермеров России по вопросам земельного устройства. Выступивший на форуме министр сельского хозяйства РФ Александр Ткачев порадовал, заявив, что Минсельхоз РФ планирует практически втрое нарастить господдержку сельхозкооперативов – с 400 млн рублей до 1,4 млрд рублей. Ну и каковы размеры грантовой поддержки сельхозкооперативов в Челябинской области?

– Мы обратились в Минсельхоз области с предложением включить наш регион в федеральную программу господдержки сельхозкооперативов, но там все думают… Между тем в соседних регионах, в Башкирии, Татарстане вовсю налажена грантовая поддержка сельхозкооперативов.

Ныне, по словам Гладилова, «Уральская сила» — это более 30 КФХ, главным образом, из Верхнеуральского и Нагайбакского района, а также ещё 31 производитель молока, 4 переработчика, 8 поставщиков мяса на одного производителя колбасы и двое заготовщиков овощей. И спрос на их продукцию в несколько раз превышает предложение!

Получается, «Уральская сила» – фактически фермерский кластер (некоторые осмеливаются даже назвать его крестьянским агрохолдингом) в миниатюре, объединяющий всю цепочку агробизнеса: сельхозпроизводство, переработка, сбыт.

P.S. АККОР поддержал инициативу южноуральцев по развитию кооперации. По словам руководителя «Союза крестьянских (фермерских) хозяйств и сельскохозяйственных кооперативов Челябинской области Анны Таскаевой, кооперация фермерских хозяйств в регионе набирает силу. В текущем году порядка 30 фермерских хозяйств планируют объединиться в кооператив на базе компании «АЭС-ГРУПП» (Челябинск), располагающей комплексом овощехранилищ, цехом предпродажной подготовки и упаковки продукции. Компания входит во все основные торговые сети и имеет высокий объем заказов.

Также на базе предприятия «Вкус еды» (Сосновский район) планируется создание фермерского молочного кооператива по переработке молока и реализации по г. Челябинску. В с. Архангельское создается кооператив по реализации мясной продукции. Возможно, возникнет и «медовый» кооператив на основе сотрудничества К(Ф)Х с пчеловодами: пчеловоды планируют поставлять фермерам семена определенных трав, и вблизи полей, засеянных этими травами, обустроить свои пасеки. Травы, урожайность которых будет повышаться благодаря опылению пчел, в последующем будут заготавливаться на корм сельскохозяйственным животным.

Так что, несмотря на скептические прогнозы, кооперативное движение среди фермеров находит все больше сторонников. И есть надежда, что сельхозкооперативы, подобные «Уральской силе», вытянут село. В складчину сподручнее.

Автор: Александр РЫБАКОВ, «Крестьянские ведомости»

Россия. УФО > Агропром > agronews.ru, 23 сентября 2016 > № 1908809 Александр Гладилов


Россия > Агропром > zol.ru, 21 сентября 2016 > № 1901325 Аркадий Злочевский

Злочевский: санкции сменили географию экспорта зерна

Минсельхоз прогнозирует рекордный урожай зерна около 113 млн тонн. Это приблизительно на 5 миллионов тонн больше, чем в 2015-м. Как рекордный урожай повлияет на стоимость зерна, и как проходят зерновые интервенции в России. Об этом мы поговорим с нашим гостем Аркадием Злочевским, президентом российского Зернового союза.

Начался важный период в жизни каждого сельхозпроизводителя, который занимается, прежде всего зерновыми. Как пошутил один из губернаторов, у нас всегда две проблемы. Когда низкий урожай – это большая проблема. Когда большой урожай – это снова большая проблема. Какие сложности?

- Да. У нас именно, так. Урожай беда побольше.

- Чего стоит опасаться вот этой осенью?

- Конечно, сложностей очень много. В первую очередь связано это с конъюнктурой рынка. Потому что, как только случается такой урожай, причем, он не плановый, а он больше, на бога молимся, да, погодка помогла. И в итоге, соответственно, возникает проблема с ликвидностью зерновых ресурсов. Их просто некуда девать, излишки. И цены падают.

А это больно ударяет по карманам в первую очередь производителя, трейдеров и экспортеров это не затрагивает. Они как бы балансируют между внутренним рынком и мировым. Или, скажем, внутренним рынком и продуктами переработки. А вот по стимулам крестьянским хозяйствам, именно по производству это ударяет достаточно болезненно.

- В этом смысле объемы зерновых интервенций, которые обычно государство имеет возможность регулировать и это делает, каким-то образом помогают? И насколько вообще это эффективный инструмент в современном рыночном понимании?

- Это, безусловно, помогает. Хотя бы даже с точки зрения психологии восприятия. Потому что цены – это психологический фактор, которые заявлены, как интернационные, это срабатывает, в какой-то степени удерживает. Но, конечно, эффективность механизма, который мы применяем для закупок, оставляет желать лучшего. И она одна из самых низких в мире.

- Что нужно было бы изменить? Почему она не достаточно эффективна, эта система?

- Ну, система сама по себе построена на конкуренции. То есть биржевые торги, игра на понижение. Вот, что…странно и абсурдно, но тем не менее, факт нашей биографии. От так называемых минимальных закупочных цен – интернационных - мы пляшем вниз. Тогда почему они минимальные, если они де факто являются максимальными?

Но мы их называем минимальным, так в документах названо. Но от них только вниз. И вот, скажем, вчерашние торги показали уже снижение цены от заявленной интернационной в среднем на тысячу рублей. Это значит, что крестьяне недополучили деньги от заявленных цен. А весь мир пользуется так называемыми минимальными гарантированными ценами, которые вообще исключены из конкурентной среды, рассчитываются на основе себестоимости. И рынок. История не знает ни одного примера, когда бы рынок опустился ниже минимальной гарантированной цены в принципе. То есть это цена отсечения. А ровно это и должно быть у нас. Но, к сожалению, не так. Да, мы, бывает, проваливаемся очень низко. И нам очень памятна история 2009-го года, когда после очень высоких цен 2007-8-го годов в 2009-м году цены обвалились в три раза с 9500 до 3000 рублей за тонну, что ниже себестоимости. Вот это крайне критичный процесс. Итогом обвала 2009-го года стал неурожай 10-го. И мы должны это понимать, что там не засуха сыграла огромную роль.

- Какой-то вклад она тоже внесла?

- Конечно засуха внесла свой вклад в неурожай. Но традиционно от засухи можно потерять примерно 10% планового урожая. Так во всем мире выглядит. Да, а мы потеряли 30%. Еще 20% мы потеряли от плохой конъюнктуры предыдущего сезона и от недовложений в производство. Потому что от погодных явлений можно защищаться только технологическими средствами, больше никак. А когда они не защищены, погода срабатывает очень жестко. И это ведет к катастрофическим потерям, таким, как было в 2010-м году.

- Чей механизм регулирования рынка вам видится наиболее эффективным и подходящим для нас, чей можно опыт адаптировать?

- Можно применять практически любой опыт. Америка, Канада, Австралия, Европа применяют минимальные гарантированные цены. Это куда более эффективный механизм. Нюансы и тонкости там, где-то лучше, где-то хуже, это можно уже смотреть для того, чтобы улучшить российскую площадку.

- Действительность.

- То есть действительность, зависит от законодательства, от тех правил, которые сложились по рынку. Давайте адаптируем все наилучшие механизмы, но фундаментом является все равно минимальные гарантированные цены. Мы предлагаем, соответственно, с учетом нашей специфики практически слить воедино с так называемым механизмом обратного выкупа. Когда крестьяне сдают в интернационный фонд, то по минимальной гарантированной цене имеет право выкупить в последующем этот урожай. Если конъюнктура улучшилась, по той цене, по которой он заложил. Компенсировав только затраты на хранение и, там, агентскую комиссию, грубо говоря, которая необходима и должна быть оплачена. Чтобы мне платить при этом ставки по привлеченному кредиту, за деньги, которые он получил от государства. И это было бы тогда очень важным стимулирующим механизмом для развития производства в первую очередь. Потому что, когда у тебя неликвидное зерно, ты не можешь окупить процесс, это резко снижает инвестиции. А здесь этот механизм практически поддерживает инвестиционный процесс в секторе.

- Давайте рассмотрим мировой рынок. Место России на мировом рынке серьезно улучшилось. Во всяком случае, об этом говорит глава Минсельхоза. Ну, и в целом эксперты это отмечают. Россия, как экспортер пшеницы, свои показатели улучшает. И здесь нужно говорить, а где те рынки сбыта в основном, которые сейчас, ну, наиболее перспективны, и что происходит с нашими мощностями, которые позволяют заниматься экспортом зерна. Что с этим? Потому что, если вот взглянуть на карту, основные рынки сбыта пшеницы, то мы видим, что, конечно, самый такой лакомый кусок рынка расположен на Ближнем Востоке и северной Африке. Там очень серьезные рынки. Но разного рода перевалочные мощности, все, что касается элеваторов и так далее, сосредоточено, в основном, в европейской части России. Там у нас явно инфраструктура не готова. Я имею в виду на Дальнем Востоке. Правда?

- Да, инфраструктура там, может быть, сегодня не очень готова, хотя там мощности есть. И они не до загружены. Там есть прямой вариант в порту Восточный во Владивостоке, соответственно, там, можно переваливать зерно. И реально перевалка идет, просто объемы небольшие. А под объемы там точно появится терминал, может быть, и не один. Но, где эти объемы и, собственно говоря, это вопрос внутренней логистики. Расстояние от тех зерновых зон, которые, в которых мы выращиваем и приспособлены для дальневосточного вывоза, ровно такой же, как для южного. Потому при наличии всех тех же прочих, составляющих преимущество у юга, потому что там есть инфраструктура и есть налаженные каналы связи. Поэтому мы в ту же самую Южную Корею отгружаем с Новороссийска, а не с Дальнего Востока, в том числе и сибирское зерно. И расстояние то же самое. Мы давно уже говорим на эту тему с правительством и РЖД. Предлагаем сделать льготный режим. На такие расстояния надо вводить очень большие льготы для того, чтобы стимулировать. Невозможно возить. Мы возим гораздо дороже, чем наши конкуренты, вот, в чем проблема. В результате зерно у нас становится просто не конкурентно способным на внешних рынках.

- Просто цена.

- Именно из-за транспортных затрат. Потому что возим гораздо дороже. Понятно, что у нас может быть не подготовлена еще внутренняя инфраструктура. Но мы же действуем ровно наоборот. Потому что, скажем, все зерно перевозится в Америке отправительскими маршрутами. И это обходится почти в два раза дешевле, чем немаршрутные отгрузки. А мы можем, тягаться по стоимости немаршрутных отгрузок. Но де факто. Поскольку они маршрутами возят, они возят в два раза дешевле нас на те же расстояния, понимаете.

- Да.

- И в конечном итоге это значит, что нам надо маршрутизировать первозки. Мы только начали этот процесс. Была рабочая группа в Минсельхозе, которая обсуждала эту проблему. Было определенно 4 терминала, они в практике начали маршрутизировать свои отправки на порты. А еще 9 готовы были приступить к этой работе. Но тут поменялись правила по маршрутам. И теперь количество вагонов не 47, а 60 надо. А у нас на пути столько не встает ни на одном терминале.

- Конечно.

- Вообще осуществить погрузку необходимо за сутки, за 24 часа, а мощности не позволяют. В результате мы выпали даже из тех скидок скромных, там в два раза дешевле, а у нас 10% скидка на маршрут. Соответственно, как в этих условиях. Ну, либо мы приведем к таким же условиям, как у них, и станем конкурентно способны. Либо мы так и будем оставаться в не конкурентно способном состоянии.

- Но у вас есть ощущение, что власти вас слышат, что в министерстве понимают, о чем говорят участники рынка?

- Эту тему мы обсуждали с РЖД. РЖД там вроде как понимает, что говорит, что не все от них зависит. И у них всего - 25% скидки. И их-то не дают, эти 25%. А это явно не достаточно для дальневосточного вывоза. Там надо больше. То есть это должно решать правительство. Правительство решало, пока у нас было специальное поручение президента на тему решить по Сибири и Дальнему Востоку. И там предоставляли 50-процентную скидку на дальность свыше 1100 километров. Но это время кончилось.

- Что значит - кончилось? Чего, поручение президента – это какое-то поручение с конечным сроком исполнения?

- Ну, это поручение, благодаря поручению удалось решить. А так мы, я говорю конкретно про российский зерновой союз. Каждый год ходили в федеральную службу по тарифам.

- Сезон прошел, и вроде как заиграли?

- Пока существовал и продлевали эту скидку. Каждый год предоставляли документы и так далее. То есть это не системное решение.

- Президент должен каждый сезон это говорить, чтобы продлить это решение?

- Конечно. В настоящее время это вообще иссякло. И теперь нам говорят и отвечают все чиновники: ну, вот, у нас новый тариф готовится №1001 по железной дороге. Ну, вот давайте в нем чего-то и предусматривать. А никакие льготные режимы после того, как мы образовали Евразийское экономическое сообщество, невозможно, поскольку они будут действовать и распространяться на всю евразийскую территорию.

- Что касается валютной составляющей. Потому что, все производители, все те, кто работает на экспорт чего бы то ни было, в разных секторах российской экономики обычно оценивают курс рубля. Чуть крепче, то уже не выгодно. Чуть слабее, то лучше. Для производителей зерна, вообще для сельхоз сектора нынешний уровень российской валюты, он комфортен, можно сказать, что у нас здесь есть конкурентное преимущество, оно по-прежнему сохраняется?

- Я бы не сказал, что оно по-прежнему сохраняется. Но, оно безусловно есть, это преимущество. Но иссякает быстро.

-По времени оно же ограничено. Там все-таки 2-3 года, это то, чем можно в среднем пользоваться если девальвировать?

Конечно, эффект девальвации сработал. И на момент, когда рубль обвалился, мы уже теряли конкурентно способность. Мы проигрывали последние тендеры в Египте, а это крайне важный институт

- Давайте рассмотрим ситуацию с Египтом?

- Действительно, сложилась интересная ситуация для нашей страны. Россия уже на этот момент практически проигрывала все французам и румынам. И тут вдруг обвалился рубль. На этом мы стали все резко выигрывать. То есть, это безусловно сработало. Более того, я считаю, что само импортозамещение реальное, которое случилось за эти пару лет, оно произошло отнюдь не от анти российских санкций. Анти санкции привели только к импорто замешению, они сменили географию поставок.

- Да.

- Не более того. А вот обвал рубля реально обеспечил это импорто замещение. Заместил на прилавках импортную продукцию отечественной, национальной. Это крайне важный процесс. Но эффект уже практически исчерпан. Он подошел к концу. И сейчас надо резко повышать свою конкурентно способность. Для этого все программы и государственная поддержка должны быть заточены на повышение конкурентно способности. А они таковыми не являются на сегодняшний день. Они вообще не затачивают нашу конкурентно способность, не повышают ее. А иной раз даже снижают.

- Расскажите про египетскую историю, потому что то, что, в общем, Россия здесь уже борется опять за этот рынок, а он для нас был одним из основных. Я так понимаю, что, там, Турция, Египет – это такие основные импортеры, во всяком случае, по этому направлению, по российскому зерну были. Ну, формально придираются египтяне из-за грибка спорыньи. И это аргумент, это серьезный аргумент? Или они просто здесь выторговывают себе более выгодные условия, потому что вот новость о том, что, ее комментирует вице-премьер Аркадий Дворкович, что мы будем запрет на ввоз в РФ овощей из Египта тоже вот обсуждать и оценивать его влияние на инфляцию. Это все выглядит таким обменом. Мы сейчас вот притормозили их импорт овощей из-за того, что они не могут с нами договориться. Есть ли тут момент такой конспирологический?

- Я бы не ставил в один ряд овощи, с зерном. Это разные вещи. Дело в том, что Египет своим решением практически подорвал собственные позиции по снабжению населения продовольствием. А, когда Египет осознает этот вопрос. Там у них свои внутренние процессы, своя кухня, в которую мы не вмешиваемся.

- Восток.

- Скорее всего, да, это связано, и решение основано было на том докладе, который сделал Минздрав египетский в отношении здоровья египетской нации. И там эта спорынья была поименована. И, соответственно, какие риски она за собой несет. Просто чиновники минсельхозовские, египетские я имею в виду чиновники, не наши, они перепугались этого доклада Минздрава египетского. И решили принять такое решение. Сказали, ну, не, не чтобы ограничить наши поставки. Властям Египта надо соответственно защищать, интересы своего населения. Скорее всего, с перепугу, скажем так. Но власти приняли решение по нулевому порогу, что в принципе не реально и невыполнимо. В результате провалили все последние тендеры, потому что никто не подал заявки. Сейчас до них быстренько дойдет, что выполнить эти требования невозможно. А, как они останутся без снабжения. Мы помним, чем закончилась история 2010-го года, когда мы нашему эмбарго сильно помогли египетской революцией.

- Кстати, да.

- Сместить. Да. И, соответственно,

- На самом деле не Фейсбук, а вот такие истории серьезнее всего влияют.

- Да. Это же реальные хлебные бунты были. Естественно, никто там не пойдет на то, чтобы хлебные бунты допустить. Поэтому они вернут все эти уровни. Другой вопрос, до какого уровня и порога, мы сейчас там ведем переговоры с египтянами в отношении обоснованности. Потому что был 0,05. Ну, достаточно высокий порог. Его можно понизить реально, да, там, скажем, до 0,03. Ну, и все, и как бы и красиво соблюсти фасад и позаботиться о здоровье египетской нации, но при этом и реальные поставки поддержать. Потому что их просто сейчас зарубили своим решением. И все, сейчас невозможно поставлять.

Спасибо большое, Аркадий Леонидович, за то, что нашли время, пришли к нам. Спасибо. Аркадий Злочевский, президент Российского зернового союза, обсуждали мы ситуацию на зерновом рынке России.

Россия > Агропром > zol.ru, 21 сентября 2016 > № 1901325 Аркадий Злочевский


Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 12 сентября 2016 > № 1891849 Рафаэль Гороян

Продажи группы компаний «Прометей» выросли до 1 млн тонн

Группа компаний «Прометей» — титан украинского агробизнеса с ежегодным объемом продаж около 1 млн тонн. Может быть не случайно она носит имя античного героя, которое переводится как «Провидец». Владелец ГК Рафаэль Гороян о рецепте развития бизнеса без банковских инвестиций, ставке на мелкого и среднего фермера, бурном развитии собственной элеваторной сетки и иммунитете к негативу

С какими показателями торговая компания «Прометей» закрыла прошлый год?

2015/16 маркетинговый год был успешным — наши продажи выросли до 1 млн тонн, при росте товарооборота почти в 3 раза. 54% объема реализованной продукции мы поставили на внешние рынки, всего за год увеличив объем экспорта больше чем в 3 раза. Такие впечатляющие результаты — итог 20 лет успешного развития «Прометея» и профессиональной работы всех наших сотрудников. Сегодня вся группа компаний работает как единый механизм, где каждый человек на своем месте делает все для того, чтобы обеспечить «Прометею» лидирующие позиции на рынке.

Такой прирост товарооборота потребовал расширения элеваторной базы?

Сейчас в активах ГК «Прометей» 12 элеваторов с объемом хранения 650 тысяч тонн. Мы успешно закрепились в Центральной и Южной Украине (Кировоградская и Николаевская области). Там нам удалось построить разветвленную сеть с оптимальным расстоянием между элеваторами до 100 км, что позволяет охватить максимальное количество производителей и показывать хорошие результаты. Однако мы не останавливаемся на достигнутом. Подтверждая статус национального оператора зерновых, мы приобрели элеваторы в Киевской и Хмельницкой областях, которые стали флагманами компании в этих регионах. Более того, в ближайшее время мы планируем покупку еще 5 элеваторов в Запорожской области, а в дальнейшем будем осваивать новые регионы — Днепропетровскую и Харьковскую области. Создание мощной сетки элеваторов — приоритетное направления развития ГК «Прометей».

Потребовало ли это перестройки уже существующих логических цепочек?

Наш собственный автопарк зерновозов насчитывает более 40 автопоездов. Однако сегодня мы активно развиваем железнодорожные перевозки. «Благодаря» внезапному решению правительства бороться с перегрузами на украинских дорогах, нам пришлось изменить систему логистики, увеличив долю железнодорожной отгрузки. За счет собственных средств мы восстановили около 80% железнодорожных веток к нашим элеваторам. Это очень дорогое удовольствие, но мы готовы держать любой удар. У нас стойкий иммунитет от рейдеров, коррумпированных чиновников, некомпетентных решений властей и непрозрачных схем возврата НДС. Как у каждого настоящего мужчины, у меня всегда есть план Б. «Прометей» — семейный бизнес с короткой цепочкой принятия решений. И эта мобильность помогает не только выживать в любой ситуации, но и стабильно генерировать прибыль.

Какие инструменты финансирования вы используете для инвестирования?

Мы развиваем элеваторный бизнес за счет реинвестирования собственной прибыли. Несмотря на высокие риски, такие инвестиции — это «длинные» деньги, являющиеся важным показателем стабильности развития «Прометея». Сегодня, когда банковская система Украины неохотно кредитует инвестиционные проекты, а внешние инвестиции практически не приходят в воюющую страну, мы на практике показываем, что можно добиться отличных результатов без банковских инвестиций. Отсутствие долговой нагрузки делает нас более гибкими, позволяет лучше чувствовать рынок и быстро реагировать на его сигналы. Главное верить в себя и завтрашний день, и инвестировать грамотно и стабильно. В первую очередь, в усовершенствование технической базы.

Почему компания предпочитает зернохранилища напольного типа?

Комплексы этого типа мы считаем оптимальными. Во-первых, это бетонный склад со стенами толщиной около метра. Он может эксплуатироваться не одну сотню лет, тогда как металлическое зернохранилище имеет гарантированный срок эксплуатации в 12 лет. Во-вторых, элеватор из металла почти в 5 раз дороже, хотя производитель заявляет о его низкой сметной стоимости. В-третьих, хранение ценных культур в металлических колбах снижает их качество, потому зерно в них травмируется. Мы же обеспечиваем естественный процесс сушки. А значит, каждое зернышко, выращенное фермером с любовью, будет сохранено.

Как еще «Прометей» обеспечивает лояльность поставщиков?

Основные наши принципы – качественный сервис, открытость и мобильность. Наша компания гарантирует своим партнерам высокий уровень предоставляемых услуг, а также прозрачные условия сотрудничества. Мы заинтересованы в долгосрочных и взаимовыгодных отношениях, а потому наши поставщики получают уникальные привилегии: не платят за приемку продукции на элеватор, а также за первый месяц хранения. Но главное, мы всегда даем честную цену. «Прометей» готов оказывать партнерам юридическую поддержку, дает возможность стабильно работать и несет высокую культуру бизнеса. Для нас важно, чтобы мелкий и средний фермер богател вместе с нами! Ведь именно за ним, а не за крупным латифундистом, будущее украинской агроиндустрии. Это огромный потенциал, за счет реализации которого Украина сможет стать лидером мирового продовольственного рынка!

Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 12 сентября 2016 > № 1891849 Рафаэль Гороян


Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 10 сентября 2016 > № 1892033 Лилиана Дмитриева

Последние тенденции на ягодном рынке, а также рынке саженцев и посадочного материала

В Украине динамично развивается производство ягод, а значит, очень востребован посадочный материал плодово-ягодных культур.

Директор известного питомника «Брусвяна» Лилиана Дмитриева рассказала о последних тенденциях на ягодном рынке, а также рынке саженцев и посадочного материала для товарных ягодников. Новой нишевой культурой в Украине становится земляника альпийская.

В 2015 году вы планировали наладить экспорт саженцев голубики в ЕС. Сбылись ли эти планы?

Запроса на экспорт саженцев голубики не было. Но очень хорошо экспортировались саженцы малины. Нашим клиентом была Беларусь, в два хозяйства мы экспортировали саженцы малины осенью 2015 и весной 2016 года. Весной отправили 33 тысячи саженцев, рассчитанных на посадочную площадь в 3 га.

Какой сорт малины наиболее востребован у вашего потребителя?

У нас очень удался и востребован сорт нашей селекции «Брусвяна», его создателем является Владимир Игоревич Дмитриев. Малину «Брусвяна» любят и поляки, и белорусы, и украинцы. В частности, именно саженцы этого сорта мы продали в Беларусь.

Каковы запросы рынка по малине?

Запросы рынка по малине – это крупная, красивая, что называется, «зрелищная» ягода с хорошими вкусовыми качествами. Если говорить о требованиях товарного производителя, то это— хорошая транспортабельность, «легкий отрыв», в то же время ягода должна хорошо держаться на ветке и произвольно не опадать. Все эти качества присущи сорту «Брусвяна», а также она отличается сильными побегами и высокой морозоустойчивостью, что делает этот сорт конкурентоспособным и востребованным.

В прошлом году наиболее востребованным был посадочный материал малины и голубики? Какой посадочный материал наиболее востребован в 2016 году?

В 2016 году по востребованности к малине и голубике добавилась новинка украинского товарного производства ягод — земляника альпийская. Эта маленькая ароматная ягода (длиной до 1см) похожа на лесную землянику. В Украине начали закладывать поля этой ягодной культурой, и у нас достаточно заказов. Если раньше мы реализовывали рассаду земляники альпийской только для приусадебных участков, то в прошлом году впервые выполнили заказ для промышленного производства. Было заложено экспериментальное поле в Киевской области 0,5 га. Если в 2015 году наши клиенты заложили экспериментальные поля, то в 2016 — они расширяются. На сегодняшний момент, саженцами нашего питомника заложено до 4 га земляникой альпийской, и мы продолжаем заключать контракты.

Есть ли еще подобные плантации рассады земляники альпийской в Украине?

Новые идее ивнедряются в Украине синхронно. Мы уже видели подобные плантации в Западной Украине. Думаю, что через несколько лет земляника альпийская станет массовым товаром на украинских прилавках.

Чем обусловлен рост спроса на посадочный материал земляники альпийской?

Ягода имеет замечательный аромат и высокую урожайность. К тому же её любят украинские потребители.

Где закупаете семена земляники?

Семена закупаем в Украине и выращиваем рассаду для продажи. Также работаем по такой схеме: клиенты сами закупают необходимые семена, а наш питомник выращивает для них кассетную рассаду.

Сбор ягод в разгаре, поделитесь впечатлениями, довольны ли производители ягод сезоном 2016?

Скажу то, что многим не понравится. Ситуация с ягодами неоднозначная. У производителей фруктов и ягод ранее существовали стабильные каналы сбыта. Фермеры привыкли, что к ним на поля подъезжали машины и все забирали, везли на рынки больших украинских городов и в Крым, но главными покупателями были РФ и Беларусь. Сейчас указанные рынки, как и Крым — официально закрыты для украинской плодоовощной продукции. В результате сегодня фермеры должны сами заниматься реализацией собственной продукцией с максимальной выгодой для себя, а к этому они оказались не готовы.

По моим наблюдениям, большинство фермеров ждут, что ситуация изменится, и всё будет как раньше. Однако реальность такова, что для того чтобы выгодно продавать плодоовощную продукцию, нужно сортировочное и холодильное оборудование, позволяющее задерживать у себя продукцию дольше, а также менеджеры по продажам. Пока все это отдаленная перспектива и есть надежда, что рано или поздно подобные процессы наладятся. Возможно, будут региональные холодильники, региональные центры сбыта.

Трудно сегодня: люди вложили деньги и не получили предполагаемый результат. Для многих это означает убытки, а зачастую и отказ от участия в плодово-ягодном рынке.

Цены, сложившиеся сегодня на ягодном рынке, выглядят высокими для потребителя. Почему жалуются производители?

Ягода сама по себе — дорогостоящий товар. Она не может быть дешевой. Объясню почему. Ягодоводство, как и садоводство – это очень рискованный вид бизнеса. Не каждый год является урожайным. В нашей зоне много погодных рисков: часто бывают ранние заморозки, холодные или бесснежные зимы, летние засухи. И, если один год хозяйство получает супер-урожай и прибыль, то в следующем может сработать в убыток. Прибыль и убытки поэтому складывают и делят на число определённых лет для каждой культуры. Например, рентабельность смородины черной рассчитывается на 7 лет. Сколько живет плантация определённой ягоды – на столько лет и рассчитывается рентабельность производства каждого вида ягод.

Что можно сказать уже об урожае ягод этого года?

Урожай клубники был получен на уровне прошлого года. Можно отметить снижение урожая смородины черной в Украине из-за погоды. При этом цены на ягоду для розничного потребителя не поднялись, и остались на уровне прошлого года. А вот голубика выросла: оптовая цена стартовала с 500грн/кг в последнюю декаду июня (Киев, Троещинский рынок), за неделю упала до 160 грн/кг, и в конце июля оптовая цена держалась на уровне 80-90 грн/кг. Стабильно высокой была цена на летнюю малину: опт от 25 до 45 грн/кг, крыжовник — 25-45 грн/кг, облепиха 70-120 грн/кг.

Какие нишевые культуры получили большее распространение, кроме упомянутой уже земляники альпийской?

Ежевика крупнолодная набирает обороты. Первый урожай появился в середине июня и продавался по высокой цене 120 грн/кг. Постепенно культура из нишевой может перейти в разряд основных ягодных культур.

Приходят ли к Вам новые болезни ягод?

Для нас исключено заражение. Даже, если мы завозим новый материал с полным пакетом карантинных документов, то высаживаем на отдельных участках, где возможность заболевания держится на особом контроле. Кроме того, наше предприятие как питомник регулярно проходит карантинное обследование.

Знает ли вы случаи появления заболеваний на голубике?

У нас ягоды не болели специфическими заболеваниями. А традиционные проявления грибковых заболеваний и вредителя –тли – в той или иной степени свойственны всем ягодам.

Риск заболеваний можно свести к минимуму технологиями. Как человек со здоровым иммунитетом, так и ухоженное растение — заболеют с небольшой вероятностью. Если посажен хороший качественный материал, а не третьесортный, потом проведены профилактические обработки и т.п., то получим хороший здоровый лист и вкусную ягоду – вот и вся премудрость.

Стоит ли ждать потребителю новинок от вашего питомника?

У нас на регистрации находятся новые сорта малины, но пока это секрет.

Расскажите о планах по развитию на следующий сезон?

Сегодня в Украине и за ее пределами создался высокий спрос на саженцы ягод и рассаду. Поэтому «Брусвяна» наращивает производственные мощности, будем расширять площади и открытого и закрытого грунта. Мы постоянно строим новые теплицы. В этом году ввели в эксплуатацию 500 м2 теплиц, планируем построить столько же в 2017 году.

Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 10 сентября 2016 > № 1892033 Лилиана Дмитриева


Россия > Агропром > agronews.ru, 7 сентября 2016 > № 1887917 Владимир Кашин

Комментарий. Не нужен нам берег турецкий и Польша нам не нужна.

Состояние дел в садоводстве в интервью «Крестьянским ведомостям» оценивает председатель Комитета по природным ресурсам, природопользованию и экологии Госдумы ФС РФ академик РАН Владимир КАШИН.

Стоя у красивых ваз с духмяными яблоками в фойе Дома науки Всероссийского селекционно-технологического института садоводства и питомниководства (ВСТИСП), где проходил VII Международный форум «Дни сада в Бирюлёво», Владимир Иванович на вопрос автора строк, как оцениваете положение дел в российском садоводстве, категорично ответил:

– Состояние дел в садоводстве плачевное. Мы за последние годы почти с 780 тыс. га сократили площади под садовыми культурами до 500 тыс. Причем, если взять товарное производство, там площади сократились в несколько раз. И только за счет садоводческих кооперативов, ЛПХ мы удерживаем уровень площадей садовых культур в 500 тыс. га. Сегодня валовое производство плодов составляет порядка 2,9 млн. т. Эти 2,9 млн т (даже при 100-процентной товарности) разделим на численность населения в 147 млн и получим 20 кг на душу. А норматив по потребительской корзине составляет 60 кг на взрослого человека, на детей – почти вдвое больше. Как этого достичь, если урожайность низкая – на уровне 50-60 ц/га.

– Какими видите пути возрождения садоводства?

– Есть два основных пути развития садоводства. Первое – это закладка новых продуктивных уплотненных сортов через системы адаптивных технологий, садопригодности территорий. Все эти системы, механизмы наукой отработаны.

Второе – внедрение новых сортов, которыми богата наша страна, и технологий. Причем, наши технологии на слабороссах – уплотненная посадка на уровень 220 растений на гектар – спокойно решают все проблемы (даже без всяких опор). Это можно посмотреть в Краснодарском институте и в нашем ВСТИСП. В четыре раза меньше затраты по капвложениям. Меняется высота прививки, подвой. Спокойно можно получать 30-35 т/га по семечковым.

Но для осуществления этого необходима господдержка в целом. Мы считаем, в три раза должны быть увеличены средства на НИОКР – это проверенная научно обоснованная цифра. Второе – в целом на АПК необходимо выделять не 1,4% расходной части бюджета, а 10%.

Надо как минимум удвоить зарплату профессорско-преподавательскому составу и аспирантам. Мы летим в пропасть по кадровой составляющей. Я сегодня на форуме показывал слайды, куда мы провалились – всего 18% аспирантов защищается, а их стало втрое меньше.

Выделяя средства, взяв под контроль обеспечение и выращивание сертифицированного посадочного материала научно-производственными центрами, государственными и частными, надо восстановить структуру управления в министерстве этим процессом. То есть, первичное семеноводство и питомниководство, селекция и генетика должны состоять под контролем государства.

– Вы эти вопросы доводили до правительства?

– Да, мы на последнем заседании комиссии правительства по АПК (я член её) четко поставили эти вопросы перед премьером А. Медведевым. И мы договорились на следующем заседании рассмотреть проблемы селекции первичного семеноводства и питомниководства.

Решив проблемы выращивания качественного посадочного материала, имея сегодня достаточное количество сортов, имея все наши технологии, мы сможем изменить ситуацию и уйти с выращивания 2,9 млн т к 10 млн т плодов, ягод и винограда. И тогда резко улучшится ситуация по нормативу (в развитых европейских странах этот норматив продкорзины еще выше, чем у нас). И тогда мы уйдем от импортной зависимости по фруктам. От персиков Турции, яблок Польши…

В принципе мы сохранили сегодня систему для прорыва, но эту систему надо привести в жизнь, и для этого надо самое главное – сформировать конкретный бюджет развития для отрасли садоводства.

– Как оцениваете деятельность ВСТИСП?

– Институт, как всероссийский, признан через целую систему наработанных теоретических основ. Возьмем систему садопригодности, адаптивности. Мы здесь первые. Инструментарий, методики ВСТИСП работают во всех институтах не только России, но и стран СНГ.

Вопросы зимостойкости, устойчивости наших сортов, методика, теория признаны всеми. Вопросы микроклонального размножения, биотехнология – это Государственная премия. Без этого, к примеру, не было бы такого озеленения Москвы.

– Как ФАНО поддерживает научные изыскания?

– ФАНО интересуют институтские структуры в большей степени как собственность, как земли. В меньшей степени – вопросы развития науки, жизнь научного коллектива, ученого совета. Мы должны положить конец разрушению науки. Выступления ученых на форуме свидетельствуют о том, что институты и наша опытная сеть в состоянии обеспечить своими наработками производство.

Александр Ткачев: надо кратно увеличить субсидии по садам

P.S. 26 августа министр сельского хозяйства РФ Александр Ткачев в Нальчике на Всероссийском совещании по развитию садоводства в РФ заявил: «Чтобы ускорить развитие, необходимо обеспечить приоритетное финансирование садоводства в будущем: увеличить субсидии на закладку и уход за садами в 2017 году до 4 млрд руб., Госпрограммой предусмотрено 2,1 млрд рублей».

Поддержку нужно направлять и на создание питомников по производству качественного посадочного материала путем возмещения части капитальных затрат на селекционные центры. По словам Александра Ткачева, необходимо до 2020 года заложить порядка 72 тысяч гектаров садов. В том числе интенсивных садов – 68 тыс. гектаров, что позволит увеличить производство плодов и ягод на 500 тыс. тонн к 2020 году. При этом с учетом вступления многолетних плодовых насаждений в период товарного плодоношения – на 1,5 млн тонн к 2025 году.

По оценкам Минсельхоза России, для создания отечественной базы питомников, которые смогут предоставлять качественный посадочный материал плодово-ягодных культур, необходимо ежегодно закладывать более 500 гектаров питомников. «Это одно из условий эффективного развития садоводства», — подчеркнул министр.

«Считаю необходимым ввести господдержку для суперинтенсивных садов со ставкой 350 тыс. рублей на 1 гектар, а также увеличить сегодняшние ставки на закладку плодовых питомников в 1,5 раза — до 300 тыс. рублей и на проведение работ по уходу за многолетними плодовыми и ягодными насаждениям в 2 раза — до 40 тыс. рублей», — предложил министр.

Надеемся, эти меры возродят отечественное садоводство, и мы увидим на прилавках больше своих яблок, груш и слив.

Россия > Агропром > agronews.ru, 7 сентября 2016 > № 1887917 Владимир Кашин


Россия > Внешэкономсвязи, политика. Агропром > bfm.ru, 6 сентября 2016 > № 1885042 Геннадий Онищенко

Онищенко: поправки к закону «О торговле» — «это продукт компромисса»

Геннадий Онищенко рассказал в интервью Business FM о целях и задачах принятых этим летом поправок к закону «О торговле»

Поправки к закону «О торговле», подписанные президентом РФ в июле этого года и ограничивающие максимальный размер дополнительных платежей (бонусов) торговым сетям со стороны поставщиков, вызвали шквал публикаций в СМИ. Это и неудивительно: принятые изменения были «предметом очень серьезной и длительной борьбы», говорит помощник председателя правительства РФ, главный государственный санитарный врач России с 1996-го по 2013 годы, руководитель Роспотребнадзора с 2004-го по 2013 годы Геннадий Онищенко. Как он рассказал в интервью Business FM, поправки нацелены на то, чтобы качество продуктов питания улучшалось, цена — снижалась, создавалась конкурентная среда и на рынок открывался доступ отечественным производителям, малому и среднему бизнесу.

На приведение действующих договоров в соответствие новым требованиям закона «О торговле» участникам рынка дан срок до 1 января 2017 года. Времени все меньше и меньше. Успеют ли они составить новые договоры, соблюдая все новые правила, какие сложности возникают у игроков рынка, и, самое главное, как эти сложности отразятся на конечном покупателе, человеке, который пришел в магазин?

Геннадий Онищенко: С последнего надо, наверное, и начинать, потому что, конечно же, все эти законы, принимались ради одного — ради того, чтобы наш потребитель как можно меньше страдал. Тема сетевых магазинов, которые, надо отдать должное нашему бизнесу, очень быстро вошли в нашу повседневную жизнь, также и обтурировали этот рынок. Обтурировали в том плане, что они явились серьезным, практически не преодолимым препятствием для доступа на рынок малого и среднего бизнеса, отечественного бизнеса. Эти поправки как раз были нацелены на то, чтобы был конечный результат, то есть улучшалось качество, уменьшилась цена на продуты питания. Это было предметом очень серьезной и длительной борьбы, и то, что вышло, это прежде всего продукт компромисса. То, что сейчас приняли в таком виде, это не все, что хотелось принять, поэтому здесь уже больше не столько объективная реальность отражена, сколько отражена та политическая конъюнктура, когда «сетевики» угрожают, что они уйдут с рынка и так далее. Ну, что есть, то есть.

Уже приходят сообщения о том, что крупный ритейл пытается сохранить свою маржу и все то, что убиралось этими поправками, они хотят компенсировать от поставщиков, требуя от них скидки ровно на ту же сумму. Если раньше ретро-бонус составлял 10%, а теперь он ограничен 5%, ритейлер требует отобранные у него 5% заменить скидкой. Насколько здесь соблюден баланс, удается ли поставщикам отстоять и играть в рамках принятых поправок?

Геннадий Онищенко: Во-первых, пока нет достаточной кредитной истории, и трудно пока говорить о том, насколько удается, насколько не удается. Это первое. Второе: конечно же, поставщик не может беспредельно снижаться, поэтому в каждом конкретном случае играют роль многие в том числе неэкономические интересы, факторы. Но что уже очевидно, допустим, я сдал продукцию, и отсчет начинается не с момента моей сдачи продукции в сеть…

Отсчет оплаты?

Геннадий Онищенко: Отсчет времени возврата мне денег. А как было до этого — с момента оформления. Я сегодня сдал, мне могут ее оформлять и день, и два, и три, и чем дальше, тем это было выгоднее для сетей. Конечно, это меня как малый и средний бизнес здорово обременяет.

Принятые поправки эту проблему устраняют?

Геннадий Онищенко: В данном случае единственное, что четко: я сегодня привез, мне делается отметка, что мой товар принят, и с этого момента начинается отсчет. Второе: конечно, все эти, как говорилось, полковые бонусы, я пока не вижу, каким здесь...

Полковые — от слова «полка», речь о том, что поставщик доплачивал за размещение на полке на уровне глаз.

Геннадий Онищенко: Это такой сленг. Будем говорить, на полке, удобной для просмотра. Это были самые дорогие полки. Какой здесь инструмент придуман, я сказать не могу. Нет ответа на этот вопрос, что же делать. В законе ничего не написано. Поставщик вынужден будет говорить, что я так решил. А поставщик что скажет? Раз он так решил.

Свобода договора.

Геннадий Онищенко: Да. Есть эта тема, но в любом случае тема была настолько перегрета, что даже эти скромные достижения уже, на мой взгляд, работают на главное — на то, чтобы цена была приемлемая, чтобы качество товара было соответствующим этой цене, чтобы был на этот рынок доступ отечественным производителям. И это уже все-таки есть. Но какие другие дальнейшие инструменты? Нужна конкурентная среда. Здесь я вижу совершенно другой путь: не столько создание дополнительных экономических инструментов, а сколько создание альтернативы. Что я имею в виду под альтернативой? Допустим, для таких широко распространенных потребительских продуктов, как хлебобулочные изделия, гораздо проще было бы развить сеть. Я производитель, у меня есть несколько товаров, имею официально отведенные мне властями места, выставляю свою продукцию, тут же продаю. Во-первых, у меня идет возврат денег, у меня оборот денег интенсифицируется, повышается ответственность. Я сегодня испек продукцию, вам продал, и вы знаете, у кого вы ее купили, это не какая-то обезличенная продукция. Или, допустим, молочка. Это тоже «скоропорт», и пока он дойдет до предприятия, ему нужно идти через крупные молокоперерабатывающие комбинаты, пока он дойдет до полки, мы уже точно будем иметь дело не с живым продуктом, не с цельным молоком. Тоже лучше мелкая сеть небольших магазинов по продаже, мы выиграли тендер, и сейчас в Москве идет установка автоматов по продаже молока, которые наши отечественные производители из Дмитровского района хотят развить как сеть. Это хорошее дело. Во-первых, это живое молоко: с вечерней дойки уже утром оно в сети. Это одна сторона вопроса, которая и им дает большую выгоду даже при тех накладных расходах, которые они на себя берут дополнительно. Но тем не менее давайте все-таки будем делать выводы. Первый вывод: то, что хотели сделали, и то, что получилось, это следствие компромиссов, жесточайшего сопротивления сетей. Второе: давайте то, что сделали...

Проверим, как работает.

Геннадий Онищенко: Как работает, дадим некую кредитную историю, и у нас появится возможность ценить. По существу мы с вами сегодня устроили некую такую школу молодого нарушителя российского законодательства, мы им даем подсказки. Это вторая часть. И третья, конечно, все равно по этому пути нужно двигаться, и двигаться не только просто запретами и жесткостью, но и еще созданием истинной конкурентной среды.

Иван Медведев

Россия > Внешэкономсвязи, политика. Агропром > bfm.ru, 6 сентября 2016 > № 1885042 Геннадий Онищенко


Россия > Агропром > premier.gov.ru, 2 сентября 2016 > № 1887125 Дмитрий Медведев, Александр Ткачев

О ходе проведения в 2016 году сезонных полевых работ.

Селекторное совещание.

Из стенограммы:

Д.Медведев: У нас сегодня выездной видеоселектор, посвящённый сезонным полевым работам.

Сначала несколько цифр по текущей ситуации. По данным на 31 августа текущего года, урожай убран практически с 70% посевов, намолочено 91,7 млн т зерна, в том числе пшеницы – приблизительно 63,5 млн т. Темпы уборки и средняя урожайность очень неплохие, превышают прошлогодние показатели, хотя они тоже были не самые худшие. Если погода будет благоприятной, то мы можем получить очень приличный, можно сказать, высокий урожай.

Ситуация такова, что мы на сегодня не только полностью закрываем собственные потребности в зерне, но можем и дополнительно зарабатывать на нём. Сегодня российская пшеница экспортируется во многие страны мира. Учитывая размеры нашей пашни, мы просто обязаны сделать аграрный экспорт стабильной статьёй доходов. Причём мы можем продавать за границу не только пшеницу, но и некоторые другие культуры. В частности, и по подсолнечнику мы тоже практически закрываем потребности внутреннего рынка, можем уже думать о поставках на внешние рынки подсолнечного масла. На Дальнем Востоке серьёзно увеличилось производство сои, которая в настоящий момент уже экспортируется в страны Азиатско-Тихоокеанского региона.

Экспортный потенциал высокий, и им нужно правильным образом распорядиться, естественно, не забывая о внутреннем рынке. Увеличение производства и увеличение урожайности в растениеводстве также должно стимулировать развитие животноводства, создание новых мощностей в животноводческом комплексе.

Здесь важно правильным образом настроить систему регулирования зернового рынка. Эта система должна защищать производителей от рисков, в том числе рисков сезонного колебания цен. У нас уже применяются такие инструменты, как государственные интервенции (закупочные и товарные), а также экспортная пошлина. Но нужно дополнительно простимулировать и экспортные возможности с учётом текущей ситуации. Хочу ещё раз напомнить, мы приняли решение обнулить экспортную пошлину на пшеницу на ближайшие два года. В результате зерновой рынок получит дополнительный стимул для развития и бо?льшую предсказуемость, в том числе будут исключены риски потерь от колебаний валютных курсов. Рассчитываю на то, что эта мера сможет поддержать в том числе и экспортёров, и число заключаемых контрактов вырастет.

В целях стабилизации цен на внутреннем рынке Минсельхоз по моему поручению уже приступил к закупочным интервенциям. Первые торги были проведены в Крыму. Государство также планирует закупить зерно у производителей из тех регионов, где большие запасы зерна, а цены на него достаточно сильно просели. Речь идёт о Приволжском округе, об Уральском, Сибирском федеральных округах. Будем надеяться, что это сможет обеспечить более справедливую цену на зерно. Аграрии смогут, соответственно, получить дополнительные деньги, закупить всё необходимое к посевной, так что эта практика будет продолжена.

У нас также увеличивается производство овощей – как в открытом грунте, так и в теплицах. Мы находимся в Астраханской области, где овощеводство – один из самых развитых сегментов. Только что побывали в одном из хозяйств, была встреча с предпринимателями, руководителями небольших предприятиятий, которые занимаются прежде всего овощеводством, аквакультурой, некоторыми другими видами аграрного дела. Но овощи нужно не только собрать, но и хранить, упаковывать, перевозить, доставлять до прилавка, и чтобы это не очень сильно сказалось на цене продукции. Ситуация достаточно разная. Мы сейчас зашли в магазин, не так много местной продукции на прилавках. Продукция из других регионов приходит, что само по себе неплохо, но нужно создавать условия, для того чтобы и местные производители могли продавать свою продукцию. Необходимо также, чтобы эта продукция доходила до наших крупных мегаполисов, до центра страны, до Москвы, до Петербурга – это тоже отдельная задача. Ещё совсем недавно на рынке доминировала иностранная продукция. Сейчас ситуация поменялась, нужно это ценить. Нам важно продолжить курс на замещение избыточного импорта.

Только что разговаривал с аграриями, они просили повременить с отменой ограничений на импорт сельхозпродукции. У нас все решения приняты, ограничения сохраняются. Это мера по защите рынка, в то же время это контрсанкционная мера. Но самое главное, что мы надеемся: это действительно поможет нашим аграриям выращивать хорошие урожаи, поставлять свою продукцию в магазины, чтобы она продавалось по разумным ценам, чтобы наши люди были довольны. Вот главная цель такого рода решений.

В этом году также планируется ввести в строй и модернизировать почти 200 га теплиц. Эта мера также направлена на то, чтобы на прилавках появилось больше российских овощей.

Уверен, что практически любой руководитель региона сможет рассказать об успехах в сельском хозяйстве, они сейчас есть у всех – это не фигура речи, это именно так. Куда бы я ни приезжал, везде сельское хозяйство развивается – и на севере, и в центре страны, и на юге, и на западе, и на востоке. Сельское хозяйство, аграрный сектор в настоящий период – это один из немногих стабильно растущих сегментов российской экономики. И в этом году этот сектор, эта отрасль покажет рост, в отличие от целого ряда других отраслей, где есть проблемы. Это нужно ценить и всячески стимулировать. Мы прекрасно понимаем, что за этими результатами, за этими цифрами – напряжённый труд миллионов аграриев по всей стране.

Сегодня мы поговорим и о некоторых проблемах, которые существуют. Одна из самых сложных проблем, о которой мы сегодня также говорили на встрече с аграриями, – это семена. У нас сохраняется чрезмерная зависимость от импорта по семенам, особенно при выращивании сахарной свёклы, кукурузы, подсолнечника, целого ряда овощей. Инструментами поддержки предусмотрен опережающий рост семеноводства. Субсидии в целях поддержки элитного семеноводства должны быть направлены на возмещение затрат (до 20% затрат) на модернизацию селекционно-семеноводческих центров. Это исключительно важно. Это вопрос государственной безопасности в полном смысле этого слова. Нужно обязательно этим заниматься – и науке, и бизнесу.

Ещё одна тема – современная техника. У нас с 2013 года работает программа субсидирования российской сельхозтехники. В этом году на неё выделено 10 млрд рублей. За счёт субсидий сельхозпроизводители закупают новые комбайны, новые тракторы по более доступным ценам. В целом программа весьма востребована, и мы надеемся сохранить существующий уровень поддержки.

Кредиты – тоже важнейший вопрос. Надо обеспечить бесперебойное финансирование уборочных работ, своевременное доведение до сельхозпроизводителей средств господдержки. Эта задача является актуальной, я и в этом году неоднократно на это ориентировал коллег по Правительству. Необходимо быстрее принимать решения, чтобы из Москвы эти деньги быстрее перечислялись в регионы, чтобы они в регионах не оседали где-то на бюджетных счетах, чтобы быстрее доходили до сельхозпроизводителей. Прошу за этим сохранять максимально тщательный контроль.

По мере возможности будем уделять приоритетное внимание и другим вопросам. Рассмотрим это в ближайшее время на заседании комиссии по развитию сельского хозяйства. Это и вопросы удобрений, топлива, и, естественно, того, как проходит сев озимых культур под урожай будущего года, как обстоят дела с софинансированием обязательств в рамках государственной программы сельского хозяйства.

Давайте прежде всего сконцентрируемся на текущем состоянии сезонных полевых работ, но с теми основными нюансами, о которых я сказал.

А.Ткачёв: Вы абсолютно правильно отметили, что Минсельхоз, как и Правительство, ставит вопросы перед регионами о том, чтобы вопросы самообеспечения были в компетенции и ответственности, прежде всего продуктами питания, регионов. Это, на мой взгляд, и политически очень важно. Я знаю, что многие регионы, не говоря уже о юге, работают над этим, и сделано немало, есть огромный потенциал. И должен сказать, что в Астраханской области, может быть, только по свинине и отчасти по птице они не закрывают на 100%, но резерв есть. Я уверен, что в течение одного-двух лет максимум Астраханская область выйдет на уровень самообеспечения. Но подчёркиваю, это, на мой взгляд, задача престижа. Каждый регион своими продуктами – свинина, говядина, молоко, овощи закрытого грунта – должен кормить собственный народ. Остальное всё на экспорт, потому что экспорт в ближайшие пять лет станет основной статьёй дохода для аграриев всей страны, нам есть, куда продавать. И сегодня мы активно при Вашей поддержке этим занимаемся.

Что касается текущего дня уборочной кампании, подведения итогов, то, конечно, благодаря достаточно благоприятным погодным условиям мы подошли к хорошим заделам уборки. У нас достойные показатели по целому ряду направлений. Как Вы уже отметили, по прогнозам, если погода и дальше будет благоволить, ожидаемый рекордный урожай зерна – не менее 110 млн т. При сохранении благоприятных погодных условий урожай зерновых может возрасти и достичь (я, конечно, с осторожностью говорю, но тем не менее) от 113 до 116 млн т. Мы уже перевалили за половину, остался месяц-полтора. И всё-таки очень надеемся, что это будет рекорд практически за всю новую историю.

Д.Медведев: Это тогда будет абсолютный рекорд.

А.Ткачёв: Но хочу сказать, что Россия в 1990 году собирала 116 млн т зерна, уже эту цифру преодолевала. За 26 лет мы, к сожалению, должны констатировать, посевные площади, занятые под зерновые, сократились на 20%, и у нас выбыло более 13 млн га. Но урожайность была порядка 12–15, а сегодня 24 центнера с га. Но самый выдающийся урожай, это для истории, был в 1978 году – 127 млн т, 17 центнеров с га. И это опять же благодаря объёмам пашни.

Д.Медведев: Сохраняется задача восстановления объёмов пашни.

А.Ткачёв: Я сейчас буду об этом говорить в том числе. О чём это говорит? Мы на правильном пути, безусловно. Мы поднимаем объёмы зерна за счёт урожайности, за счёт технологий, интенсивных технологий прежде всего. Получаемая господдержка даёт возможность аграриям добиваться рекордных показателей на меньших посевных площадях за счёт повышения урожайности.

Мы прекрасно понимаем, что нам нужно идти дальше и менять на 2017 год правила распределения погектарной поддержи так, чтобы каждый потраченный рубль попадал в десятку и приносил максимальную отдачу. И здесь две составляющие.

Первая – надо стимулировать внесение минеральных удобрений. Прежде всего хочу напомнить, что половина страны сеет вообще без удобрений и получает 10–12 центнеров, рентабельность там от 10%, и вроде бы как неплохо. Но тем не менее мы прекрасно понимаем, что потенциал у каждого региона, до Дальнего Востока, гораздо выше. Я уверен, что если мы начнём заниматься предметно этим вопросом, для многих земель впервые, если будут внесены удобрения, конечно, земля наша благодатная отреагирует сразу. Я в этом убеждён, в течение пяти-семи, максимум 10 лет мы можем поднять нашу среднюю урожайность с 24 до 30 центнеров с га.

Конечно, с одной стороны, мы должны, как я уже сказал, стимулировать внесение удобрений, то есть из погектарной поддержки доплачивать тем, кто занимается предметно плодородием почвы и сеет с удобрениями, тем самым поднимая урожайность, и стимулировать, с другой стороны, возврат в оборот, как Вы сказали, неиспользованных земель. Вот эти 10 млн в течение 10 лет мы можем монотонно год за годом возвращать. Там, Вы знаете, уже кусты, уже деревья. Работы много. Но мы будем стимулировать, финансировать и субсидировать эти работы. Мы впервые этим будем заниматься в современной России, и я уверен, что аграрии воспримут это как большой стимул. Эти земли, конечно, нужны всем – это их доходы, это их результат труда и так далее.

За счёт введения повышающих коэффициентов акцент при распределении связанной поддержки должен быть смещён также в пользу регионов с непростыми природно-климатическими условиями. У нас, плохо или хорошо, наверное, не очень, но погектарная поддержка на юге была выше, чем в Сибири. То есть мы исходили из критериев, что большое плодородие, вроде бы 60 центнеров с гектара, надо ещё больше. Но с другой стороны, мы прекрасно понимаем, что денег в большей степени не хватает тем территориям, у которых рентабельность ниже на земле, условия климатические хуже, поэтому мы переворачиваем эту систему поддержки.

Я уверен, если мы пойдём по этому пути, плюс будем доплачивать за удобрения, плюс за ввод новых земель, то, я Вас уверяю (мы подключили экспертное сообщество), если до 2030 года эта работа будет проводиться, можно получить 170 млн т зерна. Я хочу напомнить, что Китай производит 507 млн, Соединённые Штаты Америки – 428. Мы говорим: 116. Да, у нас седьмая позиция, но понятно, что зерно – это очень высокодоходная часть аграриев, мы умеем заниматься производством зерна. Конечно, чем больше мы будем продавать на экспорт и внутри страны, естественно, от этого мы будем только богаче. Мы посчитали, что дополнительные доходы от экспорта, если продавать порядка 60 млн на экспорт, составят 11 млрд долларов.

Такие подходы по корректировке несвязанной поддержки, я уверен, одобряет большинство регионов. Мы планируем согласовать наши предложения с регионами и заинтересованными ведомствами, до конца года представить их в Правительство.

На сегодняшний день уборочная кампания приближается к завершающей стадии, почти 70% площадей уже убрано, собрано свыше 92 млн т зерна, почти на треть больше, чем годом ранее. Урожайность выше на 7%. Планируется собрать рекордный урожай пшеницы, сахарной свёклы, сои, у нас здесь большой потенциал.

Уборка масличных культур, подсолнечника, сои, льна, тоже находится в активной фазе. По прогнозам, удастся собрать до 15 млн т масла семян. Рассчитываем, что снова побьём рекорд по сбору сои. Позавчера я в этом лично убедился в ходе рабочей поездки в Амурскую область, Хабаровский край, где мы проводили Всероссийский день сои. В Приамурье сосредоточено 40% всех посевов сои по стране, мы производим порядка 3 млн т. Хочу напомнить, 2 млн т закупаем в Бразилии, Парагвае. Должен сказать, что это, к сожалению, генно-модифицированная соя, которую мы должны, конечно, компенсировать, восполнить своей, экологически чистой, нормальной. Для этого есть потенциал. Кстати, рентабельность сои – больше 60%, то есть достаточно высокая, почти как зерна. Я имею в виду в лучших территориях.

Всё это формирует высокий экспортный потенциал зерновых и растительных масел. Планируем сохранить наступательную стратегию на мировые рынки сбыта в этом году и закрепиться на позиции крупнейшего экспортёра пшеницы. В 2016–2017 годах планируем экспортировать до 40 млн т зерна, в том числе до 30 млн т пшеницы.

Введение ограничений на ввоз в Россию овощей оказало положительное влияние на развитие овощеводства. Производство тепличных овощей в сельхозпредприятиях, по прогнозам, вырастет на 25% и достигнет по итогам года 800 тыс. т. А нам нужно, чтобы закрыть дефицит, 2 млн, то есть ещё чуть больше 1 млн т нужно произвести. Мы продолжаем их закупать, это десятки миллиардов рублей. В целом планируется собрать 16,5 млн т овощей, 31 млн т картофеля.

Вы правильно сказали, что мы сегодня закладываем 200 га теплиц, но чтобы выполнить задачу, которую Вы ставите вместе с Президентом, – за 5 лет обеспечить себя овощами, – нам нужно 300 га. Тогда к 2020 году мы практически произведём тот объём, 1 млн т, который нам необходим.

Сегодня мы уже приступили к закладке фундамента урожая будущего года. Засеяно 17% прогнозной площади озимых. Всеми необходимыми ресурсами для проведения осенних полевых работ сельхозпроизводители обеспечены. Продолжается подготовка семян к озимому севу, запасы превышают прошлогодние. Обеспеченность семенами составляет 95%, из них кондиционных семян – 97%.

За последние два года наметилась тенденция сокращения импорта семян на 15–20% в зависимости от сельхозкультур. Этому способствовало развитие отечественных семенных компаний, увеличение спроса на рынке семян отечественной селекции. Тем не менее по итогам первого полугодия сохраняется высокая зависимость от иностранного селекционного материала: по сахарной свёкле – 76%, по кукурузе – 25%, по подсолнечнику – 38%, по овощам – 23%.

Для развития отечественной селекции предусмотрены субсидии на поддержку элитного семеноводства, а также возмещение 20% прямых понесённых затрат. До 2020 года в регионах планируется ввести в эксплуатацию 87 селекционно-семеноводческих центров, в том числе построить 61 центр и модернизировать ещё 26.

Но, Дмитрий Анатольевич, мы об этом тоже с Вами говорили и будем очень благодарны, если Вы поддержите. Вы чётко сказали, что это продовольственная безопасность, поэтому, чтобы быстрее дело шло и была окупаемость этих центров, мы просим, чтобы всё-таки капексы были не 20, а 40%. Их всего 80 на всю страну, но это скелет, базис, который будет нас сопровождать на десятки лет вперёд.

Предлагаю ФАНО России совместно с Минсельхозом усилить работу по подготовке программ развития селекции и семеноводства наиболее импортозависимых культур до 2030 года и проработать вопрос их финансирования совместно с Минфином.

Запасы минеральных удобрений и топлива выше, чем в прошлом году. Готовность техники в среднем по России остаётся на уровне прошлого года, что позволит завершить сезонные работы в оптимальные сроки. Благодаря поддержке Правительства за последние два года мы существенно увеличили темпы обновления парка сельхозтехники. Если в 2014 году в общем объёме закупок на 40% отечественной сельхозтехники приходилось 60% импортной, то уже в этом году доля закупок отечественной техники выросла на 15%, то есть соотношение 55 на 45 по тракторам и комбайнам. В последующие годы необходимо сохранить достигнутые объёмы субсидирования, чтобы растущие темпы приобретения новых сельхозмашин компенсировали выбытие старой техники. На полях страны работает порядка 600 тыс. тракторов и комбайнов, и у половины из них износ уже более 10 лет.

Что касается ситуации по финансированию отрасли. В этом году на развитие растениеводства мы направили в регионы порядка 62 млрд рублей, из них три четверти, или 77%, уже доведено до сельхозтоваропроизводителей. Это на 7% больше, чем в прошлом году.

Весомой помощью остаётся привлечение кредитов. Динамика кредитования сезонных полевых работ на 20% опережает прошлогоднюю. Банками выдано кредитов на сумму 186 млрд рублей, в том числе лидер Россельхозбанк – 123 млрд, Сбербанк – 63 млрд рублей.

Несколько слов о ситуации на рынке зерна. Мы ведём ежедневный мониторинг. Спасибо, что поддержали наше предложение обнулить экспортную пошлину. Это даст экспортёрам больше определённости, они смогут заключить долгосрочные контракты на поставку зерна, не переживая из-за колебаний курсов валют.

Во избежание резкого падения цен с учётом высокого урожая уже ведётся закупка зерна, как Вы отметили, в интервенционный фонд. Мы начали с Крыма, уже к сентябрю перейдём в центральную часть России. До конца сельхозгода планируем закупить в наш фонд до 2 млн т по предельно минимальным закупочным ценам на зерно, которые Минсельхоз утвердил в марте.

Завершая своё выступление, Дмитрий Анатольевич, хочу напомнить, что 18–19 ноября в Сочи состоится второй Всемирный зерновой форум, организованный по Вашей инициативе. Россия вновь станет мировой ареной для выработки предложений, рекомендаций по дальнейшему развитию зерновой отрасли и обеспечению глобальной продовольственной безопасности. За семь лет, прошедших со дня проведения первого Всемирного зернового форума в Санкт-Петербурге, российский экспорт зерна расширил свою географию с 60 до 100 стран, производство зерна выросло на треть. Россия выходит в четвёрку лидирующих стран по производству и экспорту зерновых. Эти факты свидетельствуют о возрастающей роли России в числе ключевых игроков на глобальном рынке зерна, усилении её влияния на мировую агропромышленную, агропродовольственную политику.

Пользуясь случаем, хочу пригласить всех принять участие в работе второго Всемирного зернового форума.

А.Жилкин: Дмитрий Анатольевич, хочу от всех сельхозпроизводителей поблагодарить Вас лично, Правительство России за реализацию последовательной политики в развитии агропромышленного комплекса, который обеспечивает продовольственную безопасность страны и реально решает политику импортозамещения. Отмечу, что долгосрочные планы развития отрасли получили существенный импульс, в том числе это контрсанкции, которые ввела наша страна. Освободившиеся на рынке ниши обеспечивают устойчивый повышенный спрос на продукцию.

В региональном АПК начинает складываться система расширенного воспроизводства, увеличивается занятость, растёт количество хозяйств, внедряются новые технологии. Мы активно используем современные методы орошения, добиваемся высокой урожайности за счёт применения научно-обоснованных норм внесения минеральных удобрений. Сегодня в передовых хозяйствах средняя урожайность – 80 тонн с гектара по овощам, до 100 тонн с гектара по луку, и это не предел.

Сегодня Вы, Дмитрий Анатольевич, видели продукцию астраханских аграриев, Вы видели запуск нового завода по переработке томатов, его первую очередь – получение томатной пасты отечественной. В следующем году на этой площадке будут запущены вторая и третья очереди, объём готовой продукции будет доведён до 50 тыс. т томатной пасты.

Все организационные и финансовые вопросы решены. Опираясь на этот факт, мы планируем нарастить объёмы производства сельхозпродукции. Только в этом году объём растениеводческой продукции перешагнет планку 1,5 млн т. Хочу напомнить, что в лучшие советские годы Астраханская область выращивала не более 800 тыс. т.

При этом структура меняется, я не буду всё перечислять, но структура меняется в сторону выращивания тех растений, которые раньше закупались за пределами Российской Федерации. Мы устойчиво по многим видам овощных культур, лука и картофеля вышли на получение двух урожаев с одного поля.

Хочется отметить, что все планы, которые мы ставили на 2016 год, будут выполнены. Но это не означает, что у нас нет проблем или все они преодолены. Ввиду того, что регион расположен в зоне рискованного земледелия, выращивание растениеводческой продукции здесь невозможно без оросительных систем, что отражается на высокой себестоимости сельскохозяйственной продукции. Поэтому в первую очередь хочу поблагодарить Министерство сельского хозяйства и Правительство за оказываемую поддержку в вовлечении в сельскохозяйственный оборот неиспользуемых земель сельхозоборота за счёт мелиорации. В этом году только будет введено 4 тыс. га. В этом году также по линии Минсельхоза был выполнен значительный объём работ, для того чтобы мы могли поднимать и направлять воду в наши полупустынные земли. Мы используем активно систему капельного орошения, на сегодня «под капелькой» находится 50 тыс. га земли. Для того чтобы помочь аграриям, Дмитрий Анатольевич, я Вам докладывал, в особой экономической зоне начинается строительство завода по производству трубок для капельного орошения, в том числе на основе биоразлагаемых технологий. Это российская технология, в апреле следующего года завод будет запущен.

Ещё обеспечение овощной продукцией во внесезонный период. Здесь у нас два направления, и первое – это овощеводство защищённого грунта. У нас ЛПХ достаточно активные, где-то 500 га – это площадь с использованием плёночных укрытий. Но это сверхранняя продукция, то есть они там круглогодично выращивать не могут. Поэтому ту поддержку, которая сегодня присутствует в Минсельхозе, я думаю, надо продолжить, чтобы общую программу, поставленную для круглогодичного выращивания в закрытом грунте, выполнить.

И второе направление – единовременное хранение и логистика. Хочу доложить, что в регионе функционирует 92 овощераспределительных центра, половина из них введена была при поддержке в том числе бюджета в последние пять лет. Объём единовременного хранения составляет 160 тыс. т. Мы планируем довести до 35% объём возможного сохранения для дальнейшей реализации в течение двух-трёх лет.

Всё это, конечно, возможно при достаточно комфортном взаимодействии с Минсельхозом. И я бы хотел повторить своё обращение, Дмитрий Анатольевич, – сегодня при формировании программ поддержки аграрного сектора страны учесть особенности таких регионов, как мы, высокозасушливых: к ним относится часть районов Ростовской области, Волгоградской области и Ставропольского края. Здесь нужны несколько иные коэффициенты, Александр Николаевич (А.Ткачёв) об этом знает. Если такое поручение будет, мы Вам будем благодарны.

А.Карлин: Уборочная кампания в Алтайском крае находится на пике. Сегодня 52% площадей в нашем регионе убрано, намолочено 3 млн т зерна. И у нас есть уверенность, что мы свои обязательства, которые взяли согласно соглашению с Минсельхозом, не только выполним, но и перевыполним примерно на 10–15%. Не менее 5 млн т зерна Алтайский край в этом году стране даст. Это обеспечит устойчивое развитие отрасли и сельского хозяйства на последующие периоды и полностью загрузит самые крупные мощности по мукомольной, комбикормовой, макаронной промышленности в Алтайском крае и крупяные наши производства.

Дмитрий Анатольевич, к уборке мы подготовились достаточно серьёзным образом. На полях сегодня работает только зерноуборочных комбайнов 8,5 тыс. В этом году приобретено крестьянами 170 комбайнов, практически подавляющая часть – это комбайны отечественного производства. Мы использовали механизмы государственной поддержки крестьян согласно известному постановлению №1432. За последние пять лет наши крестьяне приобрели более 1,2 тыс. только зерновых комбайнов.

Это наряду с другими мерами и системной государственной поддержкой сегодня позволяет нашим сельхозтоваропроизводителям, крестьянским (фермерским) хозяйствам, несмотря на погодные аномалии, которые случались и в этом году, в целом вести отрасль устойчиво и демонстрировать положительные экономические результаты деятельности на земле.

Я хотел бы особо доложить по гречихе. Алтайский край в среднем половину объёмов в стране по этой культуре даёт. Доложу, что положение здесь спокойное, стабильное, 560 тыс. га гречихи с хорошей урожайностью мы имеем. Это культура поздней уборки, поэтому убрано пока ещё только 7%, но примерно 85% этих площадей сегодня уже в валках, культура требует раздельной уборки. Мы специально ориентировали крестьян, чтобы они ускорились по этому виду работ, потому что культура имеет потенциальную угрозу терять часть урожая от сильных осенних ветров. То, что крестьяне сделали, гарантирует нам, что выращенное будет собрано и переработано у нас, в Алтайском крае.

Поэтому мы просили бы, чтобы средства массовой информации наше население информировали правильно, чтобы избежать какого-то ажиотажного спроса. Поверьте, нашим крестьянам и зернопереработчикам это не с руки, нам выгоднее работать на устойчивом потребительском рынке, мы в этом заинтересованы.

Крестьяне уже активно работают по обработке почвы, ведут вспашку зяби. Мы уже приступили к посеву озимых. Предполагается, что мы в следующем году будем иметь озимых посевов 185 тыс. га. Это создаст определённую подушку безопасности для наших очень сложных климатических условий.

Мы единственный регион на востоке страны, в Зауралье, который занимается производством сахарной свёклы. Мы в этом году имеем более 23 тыс. га посевов этой технической культуры. К уборке свёклы также приступили. Мы приближаемся к решению задачи самообеспечения нашего региона по сахару. Для нас это принципиально важно, поскольку по всем основным другим продуктам питания мы не только покрываем собственные потребности, но являемся в этом смысле регионом – продовольственным донором и намерены эту миссию выполнять и дальше.

У нас более 0,5 млн га под важной технической культурой – подсолнечником. Мы в прошлом году экспортировали за пределы нашей страны алтайское растительное масло замечательное, экологически качественное в объёме более 80 тыс. т. Виды на урожай неплохие, мы надеемся, что будем достойно присутствовать и на мировых рынках по поставкам этого вида продовольствия.

Я одобряю позицию Александра Николаевича, высказанную сегодня здесь. Мы эти мысли обсуждали у нас, в Алтайском крае, в июле, по корректировке механизмов субсидирования сельского хозяйства, в частности по несвязанной поддержке. Я думаю, принимаемые корректировки позволят этот механизм организовать более эффективно.

Ю.Берг: На сегодня уже убрано 80% посевных площадей, намолочено более 2 млн т зерна, средняя урожайность – 13,1. Валовой сбор зерна в 2016 году сохраняется в пределах 3 млн 200 тыс. т при средней урожайности 11,5, что обеспечит область семенами, фуражом и позволит иметь 2 млн т товарного зерна для реализации. Не сомневаюсь, что главную задачу – завершение уборочной страды, вспашка зяби и пара на площади более 2 млн га и сев озимых культур – область выполнит в срок.

Я поддерживаю все предложения, которые были высказаны моими коллегами Александром Александровичем (А.Жилкиным), Александром Богдановичем (А.Карлиным) по тем госпрограммам, которые есть. Также выражаю благодарность за эти программы. Мы все надеемся, что они и дальше будут работать.

Р.Минниханов: Формирование урожая в этом году в Татарстане прошло в тяжёлых погодных условиях. Сумма положительных температур оказалась на 30% выше, а количество осадков – на 38% ниже среднемноголетних показателей. Но благодаря соблюдению технологий возделывания сельхозкультур, а также системному внедрению инноваций и элементов влагосбережения нам удалось полностью обеспечить потребности республики в сельхозпродукции.

В целом под урожай текущего года нашими хозяйствами направлено свыше 24 млрд рублей, из которых 18 млрд – кредиты.

Что касается уборочной, завершена уборка зерновых и зернобобовых культур на площади 1,5 млн га. Валовой сбор превысил 4 млн т при урожайности 27 центнеров с гектара. Мы приступили к уборке масличных культур – рапса и подсолнечника. В текущем году планируем собрать до 400 тыс. т маслосемян. Сахарной свёклы планируем собрать более 2 млн т, на сегодня накопано свыше 200 тыс. т. Сахарные заводы приступили к приёмке и переработке сырья.

Засуха прошлых лет заставила нас более внимательно отнестись к вопросам мелиорации. В республике восстановлено свыше 30 тыс. га орошаемых земель. Кроме того, овощами начали серьёзно заниматься на приусадебных участках.

Потепление климата в последние годы позволяет нам увеличивать площади кукурузы на зерно. В текущем году они доведены до 100 тыс. га. Планируем намолотить более 400 тыс. т зерна кукурузы. И большие планы на будущее – в ближайшие годы довести валовой сбор по этой культуре до 1 млн т.

В республике продолжается подготовка грубых и сочных кормов. Предстоит прокормить более 1 млн голов крупного рогатого скота. Кормами для высокопродуктивной зимовки республика будет обеспечена в полном объёме.

Началась работа по закладке урожая следующего года. Планируем посеять 600 тыс. га – это более 35% зернового клина. Все площади подготовлены, на сегодня посеяно 480 тыс. га.

Из республиканского бюджета на посевные дела мы дополнительно выделили 1 млрд рублей по статье несвязанной поддержки для проведения осеннего сева. Основная часть этих средств хозяйствами направлена на закупку минеральных удобрений.

По техническому обеспечению активно используется федеральная программа, через «Росагролизинг» приобретено 340 единиц техники на сумму более 1 млрд рублей. По постановлению Правительства Российской Федерации №1432 приобретено 535 единиц техники на сумму 1 млн 230 тыс. рублей. Также из республиканского бюджета три года подряд ежегодно выделяем порядка 2 млрд рублей на возмещение 40% стоимости приобретённой техники. Кроме того, для проведения всего комплекса полевых работ сельхозпроизводителям республики выделено 140 тыс. т дизельного топлива по льготной цене.

Я хотел бы обозначить один вопрос. Перерабатывающие предприятия для закупки сырья привлекают большие суммы краткосрочных кредитов, которые в настоящее время не субсидируются. Это, конечно, отрицательно влияет на обеспечение сырьём переработчиков и на их финансовое положение. Я бы просил рассмотреть возможность возобновления господдержки по данным видам кредитов.

В.Владимиров: Уборку мы практически завершили, осталось немного кукурузы и свёклы. Ожидаем, что урожай Ставропольского края будет чуть более 10 млн т. Это хороший урожай. Достигнуто, конечно, это не только благодаря погодным условиям. За три года мы нарастили в три раза количество удобрений, вносимых на один гектар, – до 180 кг. Мы в два раза увеличили площади посевов высокопродуктивными или репродуктивными семенами, это тоже даёт эффект практически 50%. Сегодня мы гордимся урожаем. Соберём ещё, я думаю, 1 млн т кукурузы, 2 млн т свёклы, ориентируемся на 800 тыс. т картофеля, овощей закрытого грунта будет чуть более 300 тыс. т.

Мы, как и вся Россия, в сельском хозяйстве устойчивы, ежегодно прирастаем на цифры от 4 до 7% по разным видам культур и в целом по производству.

К посевной 2016 года мы готовы полностью: 100% – ГСМ, 100% – удобрения. Спасибо за решение по удобрениям. Сегодня мы видим снижение по цене на удобрения. Применяем новые удобрения, так называемые жидкие удобрения, безводные удобрения, это тоже даёт свой особый эффект.

Разрешите три вопроса.

Первый. Александр Николаевич, спасибо за инициативу о перераспределении несвязанной поддержки. Но хотелось бы дополнить, помимо коэффициентов удобрений, продуктивности, плодородности почв, также наличием животноводства на этой территории. Сегодня мы практически на 30% снизили количество населения, занятого в сельском хозяйстве, только из-за одного: в два раза снизили количество производимой продукции животноводства – это мясо, молоко, субпродукты. Желательно было бы нам такой коэффициент ввести.

Второй вопрос, актуальный и с каждым годом всё более актуальный вопрос на юге России, – это град. Сегодня только Ставропольский край потерял уже 1 млрд рублей. У нас 35 тыс. га посевных площадей выбыло из строя из-за градовых явлений. Сегодня в целом 2,5 млн га находится под противоградовой защитой, но тем не менее необходимо усиливать эту службу, что важно, делать ответственной за свои действия. Я из краевого бюджета сегодня плачу 75 млн рублей за противоградовые мероприятия, но град как падал, так и падает, причём это у нас, в Кабардино-Балкарии, Краснодарском крае. Необходимо усиливать и выводить в отдельную службу.

Д.Медведев: В отдельную службу где?

В.Владимиров: Моё глубокое убеждение, что это должно быть Министерство по чрезвычайным ситуациям. Но здесь, что называется, кто это будет тянуть на себе. Чтобы была ответственность.

И третий вопрос. Дмитрий Анатольевич, спасибо за поддержку, Вы поддержали меня по АПП «Ставрополье». Я бы хотел немножко усилить. Сегодня мы на территории АПП «Ставрополье» планируем детское питание производить, питание для спортсменов, сублимированные продукты. Таких проектов, я уверен, в регионах очень много, именно по переработке сельхозпродукции.

Мы по образу Минпрома видим поддержку на создание инфраструктуры в рамках региональных парков. Если есть такая возможность, сделать целевым решение об обеспечении инфраструктурой объектов сельхозпереработки на территории Российской Федерации тех регионов, которые в этом заинтересованы.

В.Голубев: Вы сказали, что урожай этого года неплохой, и первая часть уборки показала, что он действительно выше прошлого года. И надежды на вторую половину уборки у нас такие же. Мы уже начали активную работу по подготовке урожая будущего года. Планируем посеять не меньше 2,2 млн га озимых. Сегодня хозяйства готовят почву и кондиционный семенной материал, которым, мы уверены, будут обеспечены полностью.

Какие проблемы я бы сегодня хотел выделить, актуальные для Ростовской области? Мне кажется, часть из них коллеги уже обозначали. Для нас актуальным является развитие тепличных комплексов, мы планируем строительство нескольких таких объектов. Это позволит увеличить производство местных овощей закрытого грунта, например, в следующем году на 14 тыс. т. Но в то же время сегодня в области есть мощности для единовременного хранения, они примерно на 148 тыс. т овощей. К сожалению, это только 19% от потребности формирования запасов длительного хранения и ритмичной отгрузки в течение года. Поэтому мы принимаем дополнительные меры по расширению ёмкости хранилищ, планируем в 2016–2017 годах дополнительно ввести мощности на 32 тыс. т.

Отдельная тема – это создание условий для модернизации существующих консервных заводов. В первом полугодии текущего года по сравнению с аналогичным периодом прошлого у нас увеличился выпуск продукции из овощей, но в то же время серьёзно поддержать консервные заводы могло бы субсидирование процентной ставки по кредитам на пополнение оборотных средств для закупки сырья. Думаю, что здесь у нас есть примеры, это аналогия с масложировой отраслью.

Область участвует в федеральной программе, о которой также говорили, Александр Александрович говорил, – это мелиорация, для нас она очень актуальна. В своё время примерно 10% посевных площадей гарантированно обеспечивали 30% урожая Ростовской области. Мы, конечно, добавляем из года в год, за три последних года 12,5 тыс., а в текущем году 6 тыс. га орошаемых земель у нас появится. Но в то же время из-за смены условий финансирования господдержки сегодня реально хватает на возмещение не многим более 20% затрат на строительство оросительных систем и приобретение оросительного оборудования. Поэтому мы предлагаем рассмотреть возможность увеличения суммы возмещения этих затрат.

Следующий вопрос. Речь идёт о науке. Несомненно, что сегодня наука стремится, но в полной мере не обеспечивает введение научно обоснованных систем ведения отраслей селекции сельхозкультур и животных. Предлагается Федеральному агентству научных организаций проработать с регионами и согласовать с органами управления АПК субъектов проведение научно-исследовательских работ на территории конкретных субъектов.

Что беспокоит? Беспокоит рост цен на ГСМ. На 21,8% с начала года выросла цена на бензин марки Аи-92, им заправляется почти 75% автопарка. Поэтому я считаю, что нужны дополнительные меры по остановке роста цен.

И последнее. По-прежнему селяне высказывают мнение о том, что необходимо принятие решений по укреплению финансовой устойчивости сельхозпредприятий. Сегодня в области их кредиторская задолженность к июлю текущего года составляет 97 млрд рублей. Мы уже высказывали это предложение, считаю возможным его повторить: всё-таки рассмотреть вопрос и принять нормативную базу, которая позволит банкам реструктурировать задолженность предприятий АПК на более длительный срок.

С.Собянин: В Москве за последние годы происходит резкое изменение структуры продовольственной группы с точки зрения резкого уменьшения импорта. В 2014 году импортные товары на 28% просели, в этом году в I квартале – ещё на 13%. Все эти товары, естественно, замещаются отечественными товарами. Для примера скажу, что поставки отечественного картофеля составляют 96% от потребности, сахара – 90%, молока и молокопродуктов – 88%, масла растительного – 87%, мяса и мясопродуктов – 83%, рыбы – 70%. Это серьёзная подвижка в силу того, что Москва всегда была городом, который потребляет большой объём импорта. Причём качество этих товаров в своём большинстве соответствует потребительским критериям.

Для развития товаропроводящей сети мы создали агропродовольственный кластер «Фудсити», который заключил соглашения практически со всеми сельхозрегионами и с двумя десятками стран, у которых можно купить товары мелкооптовым покупателям по достаточно сходной цене, с низкими наценками. Кроме того, со всеми регионами заключены соглашения, проводим региональные ярмарки. Почти в каждом районе Москвы созданы фермерские рынки выходного дня, на которые мы записываем фермеров напрямую в электронной форме, что обеспечивает доступ на рынок Москвы, причём места им предоставляем бесплатно.

Какие проблемные вопросы могут возникнуть, на мой взгляд, в связи с обнулением экспортной пошлины? Как я мог понять, не знаю, насколько это правильно, в 2014 году цена на зерно резко выросла, есть опасения, что такие же ценовые колебания могут произойти и в этом году. Хотелось бы минимизировать эти риски.

В.Кондратьев: Первый вопрос касается обеспечения семенами. Я понимаю, что в перспективе, может быть, будет государственно-частное партнёрство по этим селекционно-садоводческим центрам, но это долгосрочная перспектива или краткосрочная?

Сегодня есть наше уважаемое ФАНО, и у нас в крае тоже присутствуют ФГУПы, которые входят в это агентство. И дело в том, что сегодня у нас в крае все 16 сахарных заводов заработали, и сегодня бизнес очень активно заинтересован в сахарной свёкле. И они готовы пойти на это самое государственно-частное партнёрство, 50 на 50 или как мы определим, потому что сегодня это уже для них жизненная необходимость. Причём условия таковы, что им не нужна земля, им не нужно имущество, им нужна только возможность, то есть площадка, остаток научного потенциала, который ещё есть в федеральных государственных унитарных предприятиях, для того чтобы они смогли создать родительские формы семян, в данном случае свёклы. Кроме того, они готовы пойти на то, что эти родительские формы останутся в собственности Российской Федерации. То есть им нужны сами семена.

Д.Медведев: А что нужно от ФАНО?

В.Кондратьев: Поручение, чтобы они не начали сейчас заниматься укреплением. ФАНО сегодня говорит: давайте, к примеру, Гулькевическое федеральное государственное унитарное предприятие присоединим к такому, которое помощнее. Но это всё форма, а содержание не меняется. Поэтому нужно поручение: рассмотреть вопрос о конкретном подходе к государственно-частному партнёрству Гулькевической по крайней мере семеноводческой станции, ну и в целом по ряду федеральных предприятий.

Ещё вопрос о внесении изменений в закон о карантине. У нас сегодня из закона о карантине ушло такое понятие, как «партия семян». На селекционной станции, к примеру, чтобы было понятно, 160 т семян находится. У нас есть фермеры, есть малые и крупные формы, так вот, чтобы приобрести даже мешок семян, необходимо брать карантинный сертификат. А почему нельзя его получить на всю партию и не заморачиваться фермерам, которые должны потом проходить опять целый круг, грубо говоря, на тонну (им больше не нужно) получать карантинный сертификат. То есть ввести, как было раньше, – «партия семян». Они получат карантинный сертификат на 160 т и всё. А потом просто отнимите, если нужно проконтролировать, если свыше 160 т, это уже «левак».

И второй момент немаловажный. Даже если ты покупаешь 300 кг семян (это фермеры), то требуется документ, подтверждающий фитосанитарную обработку складских помещений. Это целый круг вопросов. Конечно, фермер сам себе во вред не сработает, он не будет хранить семена в непригодных условиях. А это опять разрешительные документы, куча справок. Они просто эти вопросы поднимают всегда, потому что для них каждая копейка на счету. Не нужно отрывать их от дел, которые для них приоритетные.

Россия > Агропром > premier.gov.ru, 2 сентября 2016 > № 1887125 Дмитрий Медведев, Александр Ткачев


Казахстан > Недвижимость, строительство. Агропром > kapital.kz, 31 августа 2016 > № 1875810 Бакытжан Базарбек

Как земля концентрируется в одних руках

О слабостях земельного законодательства Казахстана

«Как получается, что люди владеют 80 тыс. гектаров сельскохозяйственных угодий?» – юрист, международный эксперт по земельному и экологическому праву Бакытжан Базарбек знает ответ на этот вопрос. Проблема, по его мнению, в том, что действующее земельное законодательство, в частности Земельный кодекс РК, имеет множество слабых мест. Его легко обойти. Но в то же время интересы инвесторов, решивших вложить средства в землю, очень плохо защищены. Это если кратко, подробнее – в интервью эксперта корреспонденту центра деловой информации Kapital.kz.

– В обществе бытует мнение, что казахстанское земельное законодательство слабое. Вы согласны с этим утверждением?

– Проблем достаточно много. Вообще хочу сказать, что если инвестор, вне зависимости от того, казахстанский он или иностранный, решил вкладывать свои средства в природные ресурсы Казахстана, то одним из нормативных документов, гарантирующих защиту и приумножение его инвестиций, должен быть Земельный кодекс РК.

К сожалению, недостатков в этом документе предостаточно. Слабость Земельного кодекса вкупе с отсутствием разъяснения его положений населению и бизнесу-сегменту на региональном уровне создает огромные проблемы. Грош цена многолетним законопроектным усилиям с затратами на них, если это не работает. Более того, не просто не работает, а разрушает. Я скажу так: Земельный кодекс в сегодняшней редакции разрушает инвестиционный климат в земельных отношениях.

– Вы хотите сказать, что Земельный кодекс не защищает интересы предпринимателей?

– Приведу пример. Физические лица приобрели на аукционе право аренды участка земли для того, чтобы спроектировать и построить на нем малые жилые комплексы (коттеджного типа) стоимостью несколько миллионов тенге, срок аренды – 18 месяцев. Участок не обеспечен инженерными сетями, нет линий электропередачи, дорог. Как инвестор будет строить жилой комплекс в том месте, в котором ничего нет, только степь кругом?

По статье 44-1 Земельного кодекса, если такой участок все-таки был выдан, государственные органы указывают сроки ввода в эксплуатацию инженерных сетей и точки подключения к ним. Инвесторы ждут информацию. Но новостей нет, а сроки аренды тем временем идут! В итоге с инвесторами не продлевают договор аренды из-за того, что они не освоили земельный участок. И деньги им при этом не возвращают. Как можно назвать такую ситуацию?

Мы никогда не дождемся потоков инвестиций, пока не предусмотрим защиту инвестиций в землю на законодательном уровне, в положениях Земельного кодекса. Может быть, кто-то мне на это возразит: есть же Предпринимательский кодекс, Гражданский кодекс, инвестиционное законодательство Казахстана – там все предусмотрено. Я отвечу так: все, что касается приобретения права частной собственности на землю и права землепользования вне зависимости от категорий земель и целевого назначения, – это инвестиции, и они должны быть защищены. И все это должно быть предусмотрено в Земельном кодексе, поскольку речь идет об инвестициях в землю.

– Вы как-то говорили о проблеме рейдерства в бизнесе, который связан с землей. Поясните, что вы имели в виду.

– Поясню на примере лесоразведения и предоставления земельных участков под эти цели. Кто-нибудь из отечественных инвесторов желает этим заниматься? Нет. Потенциальные инвесторы не могут рассчитать объем вложений на долгосрочный период. Почему? Потому что нормы Земельного кодекса не только не способствуют развитию лесоразведения, но и создают угрозу для инвестиций в лес.

Согласно пункту 2 статьи 23 Земельного кодекса негосударственным юридическим лицам в частную собственность земля предоставляется. При этом в Лесном кодексе первоначально землепользователю, который выращивает лес, участок выдается на праве долгосрочного лесопользования сроком от 10 до 49 лет.

А теперь представьте. Вы 20 лет выращиваете лес, но гарантий, что никто не положит на него глаз, у вас нет никаких! Одними только внеплановыми проверками в рамках Предпринимательского кодекса можно вмешаться в чужую собственность. При этом в Земельном кодексе нет норм, которые запрещали бы изъятие выращиваемого десятилетиями леса, нет норм, гарантирующих защиту инвестиций. Но зато есть статьи 92 (Принудительное изъятие у собственника и землепользователя земельного участка, не используемого по назначению и не освоенного, – прим. ред.) и 93 (Принудительное изъятие у собственника и землепользователя земельного участка, используемого с нарушением законодательства Республики Казахстан, – прим. ред.).

А потом, когда дело доходит до судебных разбирательств, зачастую никто не разбирается, надуманные доводы против землевладельца или землепользователя или нет. Земельные участки выставляются на аукционы, кому они продаются – другой вопрос. Чем не рейдерство?

– На ваш взгляд, действующая редакция Земельного кодекса несет риски сосредоточения огромных участков земли в одних руках?

– Это очень важный вопрос! Как получается, что люди владеют 80 тыс. гектаров сельскохозяйственных угодий? Ведь о таких предельных или максимальных размерах участков в законодательстве речи не идет. Значит, есть проблема.

Пункт 3 статьи 50 Земельного кодекса определяет предельные размеры сельскохозяйственных участков, предоставляемых в частную собственность. Однако предельные размеры земельных участков, предоставляемых на праве временного землепользования, Земельным кодексом не прописаны.

Другими словами, предельные (максимальные) размеры земель, предоставляемых в частную собственность, могут устанавливаться для физлиц (для крестьянских (фермерских) хозяйств) и юрлиц (для товарного сельхозпроизводства). А земли, находящиеся во временном возмездном землепользовании, не входят в этот предел.

Так что же, можно оформлять в пользование столько земель, сколько душа пожелает? Здесь-то и начинается самое интересное. Юридические лица для видимости оформляют в частную собственность небольшой участок земли, который по размерам «укладывается» в предельные нормы, а все остальные участки оформляют во временное возмездное землепользование.

Таким образом, отсутствие предельных и максимальных норм на земельные участки, находящиеся во временном землепользовании, дает возможность физическим и юридическим лицам сосредотачивать огромные участки земли в одних руках.

– Получается, временное землепользование выгоднее и удобнее собственности на землю, и это вытекает из самого земельного законодательства?

– Если хорошенько разобраться в вещных правах, разница между собственностью и землепользованием заключается только в правомочии владельца решать юридическую судьбу земли – в праве отчуждать землю. Других отличии нет. Поэтому землепользователь, по сути, – это временный владелец земельного участка. При этом сроки землепользования позволяют свободно хозяйствовать на участке достаточно длительный период. Это выгодно предпринимателям: вроде и хозяин земли, и дешево обходится.

Тем более, Земельный кодекс с прописанными в нем сроками отбивает интерес инвесторов к собственности – 49 лет для ведения товарного сельскохозяйственного производства. Вопрос – что выгоднее. Выкупить участок в собственность, имея смутные представления о том, что будет, скажем, через 10 лет, и получая в придачу множество обязательств, налагаемых на собственника. Или оформить участок во временное землепользование на столь длительный срок с минимальной арендой, понимая, что через 20 лет этот участок уже не будет в прежнем «свежем» состоянии? Ответ очевиден, достаточно только посмотреть на статистику: более 95% земель сельскохозяйственного назначения находятся во временном землепользовании, только менее 5% – в частной собственности. Тем более, как я уже говорил, норм и пределов нет.

Если ситуация не изменится, мы вообще можем «проснуться» в феодализме! Лично мое профессиональное мнение: вне зависимости от разновидности вещных прав на землю, будь это временное возмездное или безвозмездное, постоянное землепользование, частная собственность, все должно быть ограничено нормами и пределами. Иначе, страну купить можно. При желании.

– Если вернуться к теме сосредоточения огромных участков земли в одних руках, проблема аффилированности, наверняка, также существует…

– Да, такая проблема существует. В Земельном кодексе, в подзаконных нормативных актах не разъясняется, как именно уполномоченные органы и органы земельной инспекции должны проверять аффилированность каких-либо негосударственных юридических лиц к заявителю при предоставлении права на землю. Будут ли запрашивать через органы юстиции сведения, проверять учредительные документы – не понятно. То есть получай участок и, главное, оформляй так, чтобы учредитель компании не был твоим родственником по фамилии! На деле получается именно так. Возникает вопрос: может, степень аффилированности вообще не проверяется?

Есть и такая проблема. Участки земли предельного размера оформляются на предпринимателя – отдельно, на аффилированных с ним лиц – отдельно. Земельный кодекс не предусматривает общий размер в совокупности для заявителя и его аффилированных лиц по всей стране. Каждый предельный размер местные исполнительные и представительные органы утверждают у себя в регионе. Получается, можно подать документы на земельные участки в одном административном районе, в другом, в третьем – и так просто и быстро обойти пределы. Думаю, законодатели не могут не замечать этого вечность.

– Бакытжан, спасибо за интервью! Надеемся, Земельный кодекс РК и земельное законодательство будут совершенствоваться и рано или поздно начнут по-настоящему защищать интересы инвесторов и предпринимателей.

Казахстан > Недвижимость, строительство. Агропром > kapital.kz, 31 августа 2016 > № 1875810 Бакытжан Базарбек


Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 29 августа 2016 > № 1888819 Тарас Кутовой

Министр Тарас Кутовой о будущей земельной реформе

Министр аграрной политики Тарас Кутовой рассказал Фокусу о грядущей земельной реформе, перспективах приватизации скандальных государственных агропредприятий и стимулах для развития малого фермерства

Продаже подлежит

Минагрополитики называют одним из самых инертных ведомств. Что вы делаете, чтобы ускорить его реформирование?

— Безусловно, министерство очень инертно. В прошлые годы, по сути, его реформированием никто не занимался. Люди работают так, как десятки лет назад. Планируем сменить принцип работы министерства с отраслевого на проектный. Люди не должны просто сидеть и готовить какие-то бумажки по растениеводству, животноводству.

Приоритетных направлений у министерства три: земельная реформа, развитие малого и среднего агробизнеса, приватизация госпредприятий. Надеюсь, что законопроект об обороте земель сельхозназначения попадёт в парламент на второе чтение уже в следующем месяце и до конца года его примут. Что касается поддержки малого и среднего бизнеса, мы сейчас готовим законопроект, который принципиально меняет подход к системе дотаций сельхозпроизводителей, в результате чего акцент сместится с поддержки крупных агрокомпаний, и без того показывающих хорошие результаты, на поддержку фермеров, которые не могут нормально работать из-за отсутствия средств на технику и внедрение новых технологий. Если говорить о приватизации госкомпаний, то уже принят закон об условиях приватизации Укрспирта, назначены новые руководители Артёмсоли и Государственной продовольственно-зерновой корпорации Украины (ГПЗКУ). Надеюсь, что до конца года мы передадим хотя бы одно из этих предприятий в Фонд госимущества.

Верите, что приватизация этих скандальных предприятий состоится в ближайшее время?

— Каких-то препятствий для приватизации Укрспирта я не вижу уже сейчас. Предполагаю, что от продажи корпорации государство получит от $200 млн до $400 млн. Мы разработали модель приватизации, которая заставит инвесторов бороться за спиртзаводы. Мы установим общий лимит производства пищевого спирта для страны. После приватизации каждого завода его мощности будут вычитаться из общего лимита. Это заставит инвесторов конкурировать за самые мощные заводы, повышая цену актива на аукционе. После того как лимит будет исчерпан, оставшиеся мощности можно будет использовать для производства биоэтанола либо как производственные площадки, перепрофилировав их под другие производства.

В Артёмсоли мы, наконец, преодолели бандитский беспредел предыдущих годов. Нужно ещё время, чтобы наладить бизнес-процессы, и предприятие можно выставлять на приватизацию. Сложнее с ГПЗКУ. На ней по-прежнему висит $1,5 млрд китайского кредита, вокруг которого возникли разногласия. Китайские партнёры считают, что ГПЗКУ должна продавать до исчерпания суммы кредита всё зерно им, даже если другие контрагенты предлагают более выгодные условия. Мы с такой трактовкой контракта не согласны. Этот вопрос сейчас рассматривает Лондонский арбитраж. В любом случае, пока мы не выполним контракт, для приватизации ГПЗКУ нужно будет получить согласие китайской стороны. Я уже обращался к китайцам по этому поводу. В принципе, они не против, но длительных переговоров вряд ли удастся избежать.

«Если мы разрешим продажу земли, многие люди её продадут, чтобы выручить крупную по их меркам сумму, но потом останутся вообще без средств к существованию»

Игра в долгую

Вы предложили новую версию земельной реформы — возможность продажи права аренды сельскохозяйственной земли на 49 лет. По сути, аренда земли на 49 лет — это её продажа. Зачем нужны такие сложности?

— Долгосрочная аренда земли и её продажа — разные вещи. В селе много людей кормится со своих паёв. Они получают за них или хоть какие-то деньги, или зерно, необходимое для ведения подсобного хозяйства. Если мы разрешим продажу земли, многие люди её продадут, чтобы выручить существенную по их меркам сумму, но потом останутся вообще без средств к существованию. Если же мы разрешим долгосрочную аренду, то паи никуда не денутся, люди продолжат получать за них арендную плату, но агропредприятия будут иметь твёрдую гарантию для ведения бизнеса. Сейчас, когда договоры с физлицами заключаются на семь лет, компаниям трудно планировать свои производственные циклы.

Ещё одно нововведение — возможность залога права долгосрочной аренды земли. Это упорядочит взаимоотношения банков и заёмщиков. Сейчас, если агрокомпания не может выплатить кредит, она попросту передаёт арендованные паи связанным компаниям. В итоге из всего залогового имущества банк получает право распоряжаться только строениями, которые без земли не представляют ценности. Заканчивается всё тем, что кредитор выкупает у банка своё имущество с большой скидкой. Невозможность реализовать залог по справедливой цене повышает стоимость кредитования агросектора, а высокие ставки тормозят развитие отрасли. Если право на аренду земли будет передаваться в качестве залога, банк сможет передать хозяйство новому владельцу вместе с землёй. Невозвратов кредитов станет куда меньше, деньги станут дешевле. Наконец, возможность продажи и залога прав долгосрочной аренды запустит механизм ценообразования на землю. Мы будем понимать, растёт ли у нас отрасль, повышается ли цена на землю со временем.

Доля агросектора в экономике из года в год растёт, сельхозпроизводители уже обошли металлургов и машиностроителей. Но в правильном ли направлении движется украинская экономика, ведь большинство аграрных стран живут бедно?

— Украина уже стала одним из ключевых экспортёров зерновых и масличных культур в мире. Сейчас перед нами стоит задача увеличить в агропромышленном комплексе долю агропродукции с высокой добавленной стоимостью. Недавно был в Дании, эта маленькая страна, имея в десять раз меньше пахотной земли, получает на 50% больше дохода от сельского хозяйства, чем мы. Нам нужно увеличивать долю нишевой продукции, на которую в мире есть спрос. К примеру, украинские производители органической продукции весьма конкурентоспособны на рынках ЕС. А стоит «органик» гораздо дороже, чем конвенциональная продукция аналогичного качества. Именно поэтому я и говорю о необходимости поддержки малого и среднего бизнеса. Крупные агрохолдинги — молодцы, они дают поток прибыли в страну, но нишевый бизнес им неинтересен.

Фермеры же хотят заниматься нишевыми культурами, но просто не могут это делать: нет техники, нет возможности осваивать новые технологии. При размере земельного банка до 500 га получить банковский кредит практически невозможно. В итоге они вынуждены просто сдавать землю в субаренду крупным агрохолдингам. Поэтому необходимо перейти к прямой финансовой поддержке малых и средних фермеров. Для этого необходимо не менее 3 млрд грн. Пытаемся добиться, чтобы эти деньги заложили в бюджет следующего года. Если средств не найдут, придётся искать возможность дотировать фермеров через льготный режим налогообложения. Но этот вариант хуже, так как фискальные преференции всегда оставляют возможности для схем.

Естественно, наша поддержка фермеров не будет ограничиваться деньгами. Министерство должно помочь им научиться экспортировать продукцию. Для этого мы сейчас работаем над созданием офиса по продвижению продукции небольших сельхозпроизводителей на мировые рынки. У крупных холдингов достаточно ресурса, чтобы продвигать себя за рубежом. А у маленькой компании такой возможности нет. Фермер не поедет, скажем, в Иран договариваться о поставках. Это должно сделать профильное министерство. Договориться о сотрудничестве, вернуться в Киев и сообщить производителям, что в Иране нужно то и то, и каким стандартам качества должна соответствовать эта продукция.

Далее на базе ГПЗКУ мы будем формировать большие партии фермерской продукции и, используя нашу инфраструктуру, отправлять их за рубеж. При этом фермерам мы предоставим возможность на льготных условиях использовать государственные элеваторы и портовые перевалки по приемлемым для них ценам.

МВФ не будет против сохранения налоговых льгот для аграриев, если денег на прямые дотации не найдут?

— МВФ изначально был против и переходного периода в налогообложении агросектора, но об этом с ним удалось договориться. Если мы докажем МВФ, что сохранение налоговых льгот для фермеров необходимо для стабилизации украинской экономики, проблем возникнуть не должно.

Команда вашего предшественника Алексея Павленко с восторгом говорила о перспективах евроинтеграции. Но создаётся впечатление, что Европа не слишком рада нашей продукции животноводства и готовым продуктам питания. Чем можно реально заменить потерянный рынок России?

— Сейчас, наконец, начал сдвигаться с «мёртвой точки» вопрос увеличения беспошлинных квот. Раньше ЕС вообще не хотел его рассматривать. Но мы попытались объя­снить влияние на наш торговый баланс блокады России. Для европейской стороны это сильный аргумент. Сейчас ключевой вопрос поставок продукции животноводства и готовых продуктов питания в ЕС — соответствие стандартам качества. Как я говорил, у нас практически развалены существовавшие ранее контролирующие органы, а новые ещё не заработали. По этому вопросу мы регулярно встречаемся с главой Госпродпотребслужбы Владимиром Лапой. Надеюсь, что в ближайшие несколько месяцев новосозданная система контроля качества пищевой продукции полноценно заработает и мы сможем показать всему миру высокое качество нашей продукции. Другое дело, что не надо концентрироваться только на Европе. Украина очень слабо интегрирована в рынки Юго-Восточной Азии и Африки. А это гигантские рынки. Нужно работать над углублением проникновения на эти рынки. Недавно был в Индонезии, большую часть продуктов питания туда завозят из Австралии. Мы можем предложить продукцию по качеству не хуже, но по более низким ценам.

Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 29 августа 2016 > № 1888819 Тарас Кутовой


Россия. ЦФО > Агропром > premier.gov.ru, 22 августа 2016 > № 1873849 Александр Михайлов

Встреча Дмитрия Медведева с губернатором Курской области Александром Михайловым.

Из стенограммы начала встречи:

Д.Медведев: Александр Николаевич, мы с вами сейчас обсуждали темы, которые действительно волнуют огромное количество наших людей, прежде всего тех, у кого есть садовые участки и огороды. Но перейдём к более таким масштабным вопросам – я имею в виду урожай.

В этом году всё пока у нас развивается хорошо. Урожай собран на значительной части территории нашей страны. Урожай очень хороший. Знаю, что и у вас результаты весьма и весьма впечатляющие.

Что удалось сделать к настоящему моменту, какие ещё есть виды на урожай. И как предполагаете использовать его, потому что всё-таки Курская область – одна из наших аграрных областей и от того, как вы сработаете, зависит и общий уровень обеспеченности продовольствием в стране и благополучие государства.

А.Михайлов: Дмитрий Анатольевич, что касается агропромышленного комплекса, по итогам прошлого года, мы сработали с хорошим ростом. И вообще на протяжении последних шести лет у нас на созданной нашими хозяйственниками базе, при нашей, конечно, поддержке, достаточно динамично развивается отрасль растениеводства прежде всего. Сегодня уже неплохо и животноводческая отрасль.

Что касается нынешнего года. Собранный на сегодняшний день урожай – это практически 99%, мы имеем сегодня в активе уже почти 3 млн 600 тыс. тонн зерна. Это хороший показатель с учётом того, что предстоит убирать ещё поздние культуры. В том числе там и крупяные есть. Мы сейчас будем наращивать производство гречки, поскольку это востребовано, и зерно кукурузы. В этом году у нас достаточно много её – 150 тыс. гектаров. И вкупе виды на урожай показывают: если в прошлом году у нас было 3,6 млн тонн в целом, в этом году мы должны выйти где-то на 4,4–4,5 млн тонн. Это будет лучший показатель за всю историю Курской области.

Внутренние потребности нашего региона, что касается зерна, составляют где-то 2,2 млн тонн. Поэтому область имеет возможность подключиться к общегосударственной работе по экспорту зерна, в том числе, за рубеж.

Мясное животноводство у нас тоже сейчас неплохо развивается. Мы уже вышли на второе место в Центральном федеральном округе и на пятое в стране. Но у наших соседей-белгородцев показатель получше. А в растениеводстве мы уже шесть лет их опережаем. Они закупают где-то около 500 тыс. тонн зерна у нас.

У нас партнёры и в Ленинградской области, Санкт-Петербурге – тоже где-то в этом году 400 тыс. тонн будет поставлено туда.

Остальное зерно может быть поставлено и нашим фирмам-партнёрам, которые у нас на территории работают, они будут его отправлять зарубежным партнёрам.

Д.Медведев: Мы действительно довольны тем, что у нас появился экспортный потенциал, который за последние годы где-то складывался в размере от 25 до 30 млн тонн. И это, конечно, очень хорошо. Это позиция на международном рынке. Это экспортная выручка, большая причём. Но, с другой стороны, не менее важная задача – использовать зерновые культуры и вообще продукцию растениеводства для того, чтобы поднимать животноводство, то есть, по сути, вкладываться в новые более высокие формы передела в сельском хозяйстве, выходить на переработку. Потому что чем больше у нас будет объём животноводства, тем больше будет поголовье в конечном счёте и молочное, и мясное, тем больше, естественно, потребуется кормов. И в этом плане как раз общегосударственная задача заключается в том, чтобы определить баланс между внутренним потреблением, в том числе на цели животноводства, и внешним экспортным потенциалом. Хотел бы, чтобы и у себя на территории Курской области вы этот баланс определили окончательно.

Россия. ЦФО > Агропром > premier.gov.ru, 22 августа 2016 > № 1873849 Александр Михайлов


Россия. СКФО > Агропром > premier.gov.ru, 17 августа 2016 > № 1873854 Владимир Владимиров

Встреча Дмитрия Медведева с губернатором Ставропольского края Владимиром Владимировым.

Из стенограммы начала встречи:

Д.Медведев: Владимир Владимирович, я хочу поздравить вас и в вашем лице всех тружеников села Ставропольского края с очень хорошим результатом, который был получен в этом году, – с беспрецедентным уровнем по урожаю. Это действительно выдающееся достижение всех, кто занимается растениеводством, кто помогает всем процессам на селе. Конечно, для нашей страны очень важно, что с каждым годом объём зерна, который получают наши хлеборобы, объём в целом продукции растениеводства растёт.

Хотел бы отметить ещё один момент, который всегда важен. У нас урожаи растут год от года, по зерновым во всяком случае это именно так. Растёт экспортный потенциал, значительное количество зерна мы не только перерабатываем, потребляем, но и отправляем на экспорт. Но крайне важной является тема сохранения урожая и последующего хранения. Просил бы вас рассказать о том, каким образом вы планируете и в этом году сохранять полученный урожай, имея в виду его очень значительные объёмы.

В.Владимиров: Дмитрий Анатольевич, действительно, урожай большой. Спасибо за поддержку. Без поддержки государства этого бы не произошло. Всё-таки 6,2 млрд в этом году мы получили только из федерального бюджета. Свой миллиард на софинансирование потратили.

В части хранения. Сегодня мы для своего зерна на 80% имеем площади и объекты хранения у себя на территории. Практически пятая часть урожая будет продана до 1 октября. Всё остальное будет ждать лучшей цены, с февраля начнётся очередная волна продаж.

Элеваторы и места хранения подготовлены полностью. Нужно только улучшать качество хранения, чтобы зерно не набирало влагу. Над этим работаем. У нас недавно открылась выставка «Агро Юг», там представлены хорошие технологии хранения, бункерного типа, в оцинкованных элеваторах.

Д.Медведев: Это очень важно, потому что действительно урожай хороший, им нужно правильно распорядиться. А направление того, куда расходовать это богатство, вы и сами прекрасно знаете. Что-то подлежит реализации, что-то идёт в переработку непосредственно у вас или в сопредельных регионах, ну а что-то подлежит хранению, имею в виду и внутреннее потребление, и экспортный потенциал. А это действительно сейчас для нашей страны ключевая задача. Объём экспорта зерновых, точнее, продукции сельхозпроизводства из нашей страны превысил на четверть объём экспорта вооружений. Это очень хороший результат, к которому мы долго шли, и нам нужно наращивать наши возможности и по линии зерновых, и, естественно, по другим направлениям сельскохозяйственной продукции, имея в виду и растениеводство, и животноводство.

Россия. СКФО > Агропром > premier.gov.ru, 17 августа 2016 > № 1873854 Владимир Владимиров


Россия. ДФО > Агропром. СМИ, ИТ > amurmedia.ru, 13 августа 2016 > № 1875138 Роман Авилов

Всё больше хабаровчан при выборе продуктов делают выбор в пользу здорового питания. При этом, все, что связано с темой здорового образа жизни, можно назвать мейнстримом. Спортзалы, фитнес клубы и секции активного отдыха переживают второе рождение, а понятие "правильное питание" на пике популярности, как среди молодежи, так и более старшего поколения. Люди стали внимательней относиться к тому, что едят, а в это время продуктовые сети все чаще предлагают нам сырный продукт вместо сыра, йогуртосодержащие напитки вместо йогурта, колбасу без мяса и шоколад без какао. На этом фоне, все более привлекательным направлением для создания бизнеса становиться продажа полезных продуктов. Но для того, чтобы заниматься продажей таких продуктов, необходимо всерьез интересоваться здоровым питанием, уверенно заявил корр. ИА AmurMedia владелец и директор интернет-магазина "Руккола.net" Роман Авилов.

— Роман, в допредпринимательской жизни кем Вы были?

— Я сменил немало мест и успел поработать в разных должностях: это и программный менеджер в одной из телевизионных компаний города, и директор магазина, и маркетолог-аналитик. Предпринимательство привлекало давно, да все как-то не складывалось. Но как бывает у многих владельцев своего дела, в какой-то момент просто "выстрелило" в голове и я приступил к активным действиям.

— Первоначальные инвестиции, которые пришлось вложить, окупились быстро?

— Для старта понадобилось порядка 150 тысяч рублей, с последующими небольшими денежными вливаниями. А окупается, наверное, до сих пор. Сейчас оборот держится на одном уровне, и я вижу по клиентам, что им очень интересна наша продукция. Многим просто любопытно попробовать, есть и постоянные клиенты. Но, несмотря на это, покупательская способность населения, к сожалению, падает.

— А почему именно здоровое питание?

— Честно скажу — очень долго думал, куда себя применить, советовался с супругой, анализировал рынок. И в итоге остановил свой выбор на интернет-магазине. Правда, изначально это был магазин товаров для выпечки хлеба: разнообразная мука, готовые хлебные смеси. Но в последующем, уловив модное нынче течение ЗОЖ, мы поняли, что эта ниша еще не переполнена, быстро переориентировались, расширили ассортимент, добавили несколько товарных групп и стали называться "Руккола". Сейчас это интернет-магазин и магазин-склад, которым в августе исполнился год.

— Продуктов, продаваемые "Рукколой", можно назвать уникальными? Возможно, у вас есть то, что нельзя найти на полках других магазинов?

Все магазины здорового питания разные. У кого-то уклон на суперфуды, у других на зерно или чай, а мы вот специализируемся на муке

— Поскольку начинали мы с продажи муки, которая до их пор составляет немалую часть ассортимента, о ней я могу рассказывать бесконечно! Помимо всевозможных ее видов у нас можно найти макаронные изделия и печенье из цельнозерновой муки: пшеничной, ржаной, овсяной. Она совсем по-другому ведет себя в организме благодаря тому, что это цельно смолотое зерно вместе с оболочкой и зародышем. В обычных же магазинах продается мука только высшего сорта, даже 1-го и 2-го редко встретишь. Так же имеются всевозможные масла, некоторые редкие травы и специи, семена для проращивания. Кроме того, у нас есть амарантовое масло, мука и амарантовая крупа, из которой получается очень полезная каша, богатая скваленом. Те, кто знаком с полезными свойствами амаранта и находят наш магазин, автоматически становятся нашими постоянными клиентами.

— Кто ваши покупатели? Спортсмены? Модницы?

— В основном, это люди среднего и старшего возраста. Но при этом, очень много молодых мам. Есть какое-то количество вегетарианцев и даже один идейный сыроед. Последний, кстати, уже перешел в разряд хороших знакомых. Он стал для меня настоящим примером того, что можно питаться, так скажем, весьма аскетично, но при этом заниматься спортом, прекрасно себя чувствовать и замечательно выглядеть. Я вообще считаю, что человека невозможно просто со стороны взять и переориентировать на пресловутое правильное питание. Это однозначно должно идти изнутри. Только посредством личной мотивации люди приходят к этому, решают нужно им это или нет, а после сами находят наш магазин. Как ни удивительно, среди наших клиентов немало мужчин.

— У мужчин? И что же они покупают?

— Нельзя сказать, что одна категория товара чисто женская, а другая — мужская. Но однозначно у всех популярны сладости. Очень вкусное печенье с разнообразными зернами, натуральные конфеты с медом и сухофруктами, полезные сиропы. Кроме того, в последнее время набирает популярность Иван-чай. Люди, наконец, оценили его полезные свойства: ферментированность, потрясающий вкус и отсутствие кофеина. Я и сам уже почти не пью обычный байховый – перешел на Иван-чай. К нам он приходит из Иркутска, очень хороший продукт.

— Роман, а Вы отслеживаете информацию о поставщиках? Как производится продукция, где готовится?

— Стараемся. Прежде чем начинать продажи, мне пришлось проштудировать достаточно много информации о здоровом питании, ведь необходимо разбираться в свойствах каждого продукта, а не просто с улыбкой произносить название товара. К тому же, я сам потребитель той продукции, которую реализую, поэтому отслеживать качество нетрудно.

— Неужели всей семьей перешли на здоровое питание?

Не обязательно сразу становиться вегетарианцем, можно постепенно заменять некоторые привычные продукты на более полезные аналоги.

— Не совсем. Тем не менее, открытие "Рукколы" вдохновило на получение новых знаний из области ЗОЖ, и многие "мусорные" продукты как-то сами собой заменились на полезные. Жена, например, постоянно экспериментирует с выпечкой из разных сортов муки.

— Кстати, а с открытием бизнеса произошли какие-то кардинальные изменения в вашей жизни? О личной жизни пришлось забыть или это больше вопрос грамотного распределения времени?

— Конечно, я стараюсь распределять временные ресурсы и вечер посвящать семье. Моему ребенку сейчас пять лет, он требует внимания, и я понимаю, что это тот возраст, который нельзя упускать. Хотя поначалу магазин работал без выходных, но я очень быстро понял: что для бизнеса хорошо, то для семьи не очень. А ведь в конечном итоге все, что я делаю – это ради близких, поэтому воскресенье – свято выходной день, как для меня, так и для "Рукколы".

Россия. ДФО > Агропром. СМИ, ИТ > amurmedia.ru, 13 августа 2016 > № 1875138 Роман Авилов


Россия. ЮФО > Агропром > premier.gov.ru, 9 августа 2016 > № 1853451 Дмитрий Медведев

Встреча Дмитрия Медведева с активом, кандидатами и сторонниками партии «Единая Россия» в Краснодарском крае.

Стенограмма:

Д.Медведев: Добрый день, уважаемые коллеги! Мы с вами встретились здесь, на Кубани, и разговаривать будем про село, про аграрное дело. Я обычно во время таких встреч не делаю долгих вступительных слов, мне гораздо ценнее пообщаться с вами. У кого какие предложения, вопросы? Пожалуйста.

Ю.Хараман (председатель сельскохозяйственного производственного кооператива (колхоз) «Знамя Ленина», член фракции партии в Законодательном собрании Краснодарского края): Правильно поставленные задачи по импортозамещению и разработанные на местах аналогичные программы дали возможность увеличить производство сельскохозяйственной продукции. Эта тенденция будет сохраняться и в будущем, производство сельскохозяйственной продукции будет нарастать. Однако сейчас мы уже испытываем трудности по реализации отдельных видов сельскохозяйственной продукции, особенно скоропортящейся продукции.

Если учитывать то, что на рынке сегодня присутствует и импортная, не всегда высококачественная продукция, и существует такое понятие, как демпинг, возникает вопрос о строительстве логистических центров. Не рассматривается ли возможность строительства федеральных логистических центров для хранения сельскохозяйственной продукции и оказания помощи регионам, для того чтобы мы могли здесь, у себя, построить такие центры?

Д.Медведев: Во-первых, хочу отметить отрадный факт, что у нас импорт продовольствия снизился на 35%. Это означает, что мы движемся в правильном направлении, занимаемся вопросами обеспечения нашей продовольственной безопасности и переходим с импортных продуктов на наши, отечественные. А мы с вами знаем, что наши продукты гораздо лучше, чем иностранные. Это первое.

Второе. Конечно, мало собрать урожай, его нужно сохранить. И здесь вы правы, программа по строительству логистических центров, оптовых центров существует, она реализуется, причём реализуется в разных местах, она есть и федеральная, и региональная. Мы сейчас только что говорили с Вениамином Ивановичем (В.Кондратьев – глава администрации (губернатор) Краснодарского края) по поводу того, чтобы строить такие центры на Кубани, и мы эту работу обязательно продолжим. Имею в виду, что нужно строить и большие, и не очень большие центры в зависимости от ситуации на рынке.

Н.Боева (генеральный директор ООО «Калория», член фракции партии в Законодательном собрании Краснодарского края, кандидат в депутаты Государственной Думы по Каневскому одномандатному избирательному округу №53 Краснодарского края): Мы уже не один год говорим об импортозамещении, о продовольственной безопасности, но не знаем точно, сколько должны произвести зерна, молока, мяса и прочей продовольственной продукции.

Мне кажется, что всё это нужно рассчитать, для того чтобы каждый регион знал, сколько потребуется всей этой продукции произвести, чтобы наш рынок наполнить, а если будут какие-то остатки, продать на экспорт.

Д.Медведев: Вообще-то мы знаем, сколько нам всего нужно. У нас в каждом регионе есть статистический подсчёт потребности в продовольствии.

У нас, напомню, существует Доктрина продовольственной безопасности, которую мы реализуем. В рамках этой доктрины, по сути, и формируется рынок. И за последние годы мы очень сильно продвинулись в смысле того, что мы себя полностью обеспечиваем теми видами продовольствия, которые ещё совсем недавно закупали за границей, включая картофель, злаки и сахар. В меньшей степени, к сожалению, мы пока себя обеспечиваем мясом и молоком, но если говорить о мясе птицы, то здесь также наша потребность полностью закрыта, мы уже ничего практически не покупаем за границей. А вспомните, как это было в 1990-е годы, когда ввозили тысячами тонн все эти так называемые «Ножки Буша». Сейчас всё, мы все эти вопросы закрыли.

Посложнее, конечно, с КРС, мясом крупного рогатого скота, но и там у нас движение неплохое есть, мы продвигаемся и себя обеспечиваем сейчас процентов на 70. Поэтому все эти задания будем выполнять, включая Доктрину продовольственной безопасности.

С.Шатохин (генеральный директор ЗАО «Успенский сахарник»): Директор успенского сахарного завода Шатохин Сергей Викторович. У нас в Краснодарском крае есть селекционная станция. Но сегодня ситуация такая с селекцией: если не вкладывать деньги, то мы не скоро дождёмся от нашей станции результатов. Мы предлагаем на основе государственно-частного партнёрства укрепить селекционную станцию. От государства здесь денег не нужно. На эти цели мы выделим – мы входим в состав компании «Продимекс» – 2 млрд рублей в течение трёх лет. Все семена, которые будут выращены, будут оставаться за ФАНО или Росакадемией. И возможности для научных институтов (у нас четыре хозяйства) есть. Кроме того, мы могли бы и молодые кадры, в том числе зарубежных специалистов, привлечь к этой теме.

Д.Медведев: Идея правильная. Более того, мы в государственную программу развития аграрно-промышленного комплекса, которая у нас действует, в качестве приоритета сейчас специально погрузили селекцию и генетику. У нас, к сожалению, в последние годы это направление не развивалось так, как следовало бы. Мы очень зависим от поставок из-за границы семенного, посадочного материала. По сути, это и есть потенциальная угроза нашей продовольственной безопасности. Поэтому генетика, селекция остаются приоритетом номер один сейчас. Более того, если раньше мне периодически приносили на подпись всякие бумаги о том, чтобы приватизировать в этой сфере что-то, то сейчас я это полностью запретил, потому что государству важно оставить это всё за собой и развивать те формы партнёрства, о которых вы говорите. Так что, я думаю, это правильное решение.

В.Плотников (президент Ассоциации фермеров, кандидат в депутаты Государственной Думы по одномандатному избирательному округу №83 от Волгоградской области): Очень серьёзный вопрос с землёй, и наша фракция в Думе добилась принятия закона об изъятии неиспользованных земель и передаче таких земель в упрощённом виде для сельхозпредприятий и крестьянско-фермерских хозяйств. Поэтому вопрос: упрощённая процедура – какой её регламент? И планируется ли с помощью поправок в Земельный кодекс дать возможность крестьянско-фермерским хозяйствам без торгов получать такие земли?

Д.Медведев: Эта тема в какой-то момент стала притчей во языцех, потому что земли много, но изъять её невозможно, и на моей памяти одних поручений на эту тему было, наверное, несколько десятков. Сейчас благодаря стараниям коллег в Государственной Думе законодательство изменилось, оно стало проще, но, к сожалению, пока ещё не настолько простым, как бы нам всем хотелось. И сейчас делом Правительства будет подготовить необходимые подзаконные нормативные акты, для того чтобы реализовать эти новые правила по изъятию неиспользуемой земли. Мы это быстро подготовим и выпустим.

Что же касается второй части вашего вопроса – по поводу возможности передать без торгов такую землю крестьянским (фермерским) хозяйствам, я считаю, это было бы нормальной практикой. Но нужно оценить ситуацию более глубоко, насколько эта процедура будет использоваться. Но в принципе, мне кажется, это совершено нормально.

Д.Щебетов (президент Северо-Западной ассоциации промышленников, предпринимателей и сельхозтоваропроизводителей, кандидат в депутаты Государственной Думы по списку от Санкт-Петербурга): Дмитрий Анатольевич, у меня очень важный вопрос для нас, сельхозтоваропроизводителей. Огромные деньги государство выделяет на поддержку отечественного производителя машиностроения сельскохозяйственного и техники. Хотелось бы Вас попросить рассмотреть возможность ввести предельную наценку на эту технику, потому что она должна быть конкурентоспособной с импортной, чтобы те огромные деньги, которые выделяются на поддержку развития машиностроения, не уходили в прибыль какого-то конкретного предпринимателя.

Д.Медведев: В отношении поддержки приобретения российской техники – мы увеличили финансирование по этой линии, и если недавно на это выделялось миллиард или полтора, то сейчас эта сумма составляет 10 млрд. Это действительно большие деньги, которыми нужно правильным образом распорядиться. Цены, которые есть у производителей сельхозтехники, утверждаются один раз в течение года и корректировке не подлежат. Может, вы имеете в виду каких-то посредников, которые торгуют? Но у аграрного производителя всегда есть возможность приобрести сельхозтехнику прямо на самом производстве, у поставщика, и не нужно пользоваться услугами сомнительных посреднических организаций. А если говорить об инновационной продукции, не имеющей аналогов, там вообще есть предельная наценка, она уже существует.

А.Лавриненко (председатель сельскохозяйственного производственного кооператива (колхоз) имени Апанасенко Апанасенсковского района Ставропольского края, кандидат в депутаты Государственной Думы по списку от Ставропольского края): Дмитрий Анатольевич! Хотел бы обратить внимание на агрострахование, страхование сельхозпосевов от чрезвычайных ситуаций и от непогоды. Фактически на сегодняшний день, когда застрахована часть урожая и наступает страховой случай, очень сложно получить деньги. Механизм доказательства того, что страховой случай наступил, очень сложный. Механизм подтверждения убытков очень сложный, и очень размыт механизм прохождения денег.

Хотелось бы законодательно откорректировать и чётко прописать все параметры.

Д.Медведев: В отношении агрострахования. К сожалению, действительно этот вид страхования таким образом устроен, что получить страховое возмещение подчас почти нереально – и в силу оговорок разных, которые страховые компании делают, и в силу того, что очень многие не страхуют урожай, а страховые фирмы, которые этим занимаются (часть из них, во всяком случае), очень напоминают жульнические структуры.

Но это не значит, что нам не нужно развивать агрострахование. Его нужно обязательно развивать. И за последнее время количество застрахованных случаев увеличилось. Несколько лет назад, когда я начинал этой темой заниматься, у нас, по-моему, 9% страховалось всего. Сейчас около 20. Но это всё равно очень мало, потому что по-хорошему практически вся аграрная деятельность должна страховаться.

Поэтому мы подумаем, каким образом упростить практику применения правил о страховании в аграрном деле. Наверное, есть смысл просто изменить законодательство на эту тему, с тем чтобы эта система была гораздо более понятной и прозрачной для тружеников села, для всех, кто занимается сбором урожая.

Мы постараемся этот вопрос продвинуть. Я и в порядке законодательной инициативы могу это сделать. Надеюсь, коллеги из Государственной Думы тоже здесь помогут.

А.Поляков (генеральный директор ЗАО «Сабуровский комбинат хлебопродуктов», кандидат в депутаты Государственной Думы по Тамбовскому одномандатному избирательному округу №177):

Дмитрий Анатольевич, у меня вопрос по сельскохозяйственной технике. В 2016 году был введён утилизационный сбор, и автоматически техника сельскохозяйственная подорожала. То есть при покупке сельхозтехники за 3,5–4 млн утилизационный сбор составляет сверх цены 500–600 тыс. Известно, что существует программа государственной поддержки машиностроителей. И получается, с одной стороны, государство поддерживает машиностроителей, а с другой стороны, предприятия машиностроительные берут утилизационный сбор с сельхозтоваропроизводителей. Это первое.

Второе. Работает программа очень хорошая по субсидированию при покупке отечественной техники. Есть предложение продлить эту программу, чтобы она продолжала работать, и расширить список в части машин подработки сельскохозяйственных культур зерновых, сушки и хранения. Потому что основные потери как раз происходят на этом этапе.

И третье предложение – разработать программу по утилизации сельскохозяйственной техники, аналогичную программе, которая была по поддержке отечественного автопрома. Эта программа очень эффективно работает. Если будет разработана такая же программа по утилизации сельскохозяйственной техники, она тоже принесёт положительные результаты.

Д.Медведев: С утилизационным сбором будем разбираться, потому что действительно всегда в таких решениях есть и плюсы, и минусы.

Что касается вашей идеи разработать программу, похожую на программу поддержки автопрома, мне кажется, это хорошая идея, потому что программа поддержки автопрома работает. Может быть, и сельхозмашиностроение получит результат от использования таких же принципов, как и в программе поддержки автопрома в нашей стране. Идея хорошая, я обязательно поручу её проработать.

А.Князев (глава крестьянского (фермерского) хозяйства в Воронежской области, кандидат в депутаты Государственной Думы): Вопрос о программе развития сельских территорий. В последнее время идут разговоры, что её могут сократить, объединить с другими программами, хотя за счёт этой программы на селе ремонтируются дороги, строятся школы, ведётся водоснабжение, газификация, молодым семьям, специалистам на селе субсидируется покупка квартир, домов. Это уже не только социальная программа, это и помощь производству. Потому что, допустим, строится серьёзный животноводческий комплекс, и вдруг для него не хватает каких-то специалистов, и вся эта цепочка начинает рушиться. Программа эта была рассчитана до 2020 года. Она, я считаю, не просто нужна, она необходима.

Д.Медведев: Программу эту мы в обиду не дадим. Мы её обязательно продлим и сохраним. Программа на самом деле очень полезная, это правда. Очень много хороших вещей сделано. И школы, и дороги – всё это строилось на базе этой программы, равно как и развивалась газификация. Кстати сказать, это ещё одна тема, очень важная для будущего нашей деревни, нашего села. Когда я ещё раньше занимался этими вопросами, работая в Правительстве, в Администрации (я был ещё и председателем совета директоров в «Газпроме»), появилась программа газификации нашей страны, и меня удивило, что у нас село газифицировано было всего на 15%. Это очень обидно, имея в виду, что мы смогли газифицировать массу наших соседей, соседних республик, когда они входили в состав большого Советского Союза. Например, наши товарищи из закавказских республик газифицированы на 95%, а у нас уровень газификации на селе был просто чудовищно низким. За последние годы эта программа набрала обороты, и я считаю, что это очень важная, хорошая программа. В ней принимает участие и «Газпром», не снимающий с себя такой социальной ответственности, и регионы, которые занимаются софинансированием в той части, в которой должны это делать. Программу газификации на селе мы обязательно продолжим, потому что это просто другое качество жизни.

Е.Василенко (глава крестьянского (фермерского) хозяйства в Краснодарском крае): Мы сталкиваемся с тем, что средства государственной поддержки из федерального бюджета в регионы попадают в июне-июле. До нас, фермеров, деньги зачастую доходят уже после уборки урожая. А необходимы они, конечно, в посевную для закупки семян, удобрений, ГСМ.

Также мы сталкиваемся с проблемой сбора документов. Например, столкнулись с такой проблемой: необходима справка из налоговой о том, что нет задолженности. Иногда два рубля задолженности отменяют субсидию для фермеров либо её получение откладывается на неопределённый срок. Предложение такое: ускорить процесс получения денежных средств из федерального бюджета непосредственно фермерами. И, если возможно, упростить документооборот и установить, может быть, порог допустимой задолженности, для того чтобы получить денежные средства.

Д.Медведев: Документооборот точно нужно упрощать, в том числе переходить на электронный документооборот. Я думаю, это нормально для всех – и для фермеров, и вообще для всех, кто так или иначе участвует в этих процессах.

Что касается того, почему деньги не доходят быстро, я с этим разбирался. К сожалению, здесь грехи есть у всех, скажем прямо. Есть грех и на Минсельхозе, который в этом году очень долго раскассировал эти деньги. Есть грех, наверное, и на Минфине, который, действительно, сложные требования подчас выдвигает. И есть, наконец, проблема в регионах. Поэтому будем обязательно за этой ситуацией следить самым внимательным образом, а тех, кто деньги задерживает подолгу, и начальников, которые не принимают решений по этому поводу, будем наказывать. В такой ситуации, мы с вами понимаем, нужно деньги моментально разгонять, для того чтобы вы могли ими воспользоваться. Это совсем не та сфера, где допустимы какие-либо задержки.

Н.Костенко (член центрального штаба Общероссийского народного фронта): Импортозамещение полностью поддерживается населением, всеми сельхозпроизводителями, оно привлекло внимание и повысило престиж жизни на селе и интерес к этой отрасли. Но, с другой стороны, рост конкуренции, который естественным образом возник в этой сфере, привёл к тому, что сельхозпроизводители начали между собой спорить за землю. Где-то, конечно, в каких-то регионах много земли, но на Кубани её мало, и не только на Кубани – на юге России. И здесь возникло много споров.

На Кубани мы этим занимались, и губернатор нам помогает, создал рабочую группу и ввёл омбудсмена по вопросам фермеров, но, поскольку это тема не только Кубани, мы хотели бы Вашей поддержки тоже попросить. Нам нужно навести в этих вопросах порядок, в том числе продолжить обновление земельного законодательства, которое фактически не обновлялось с земельной реформы в 1990-е годы.

Д.Медведев: Конечно, займёмся совместно вопросами совершенствования земельного законодательства. Действительно, земельное законодательство у нас формировалось в 1990-е годы, качество этого законодательства очень разное, где-то оно сбалансированное, где-то какие-то решения принимались достаточно скоропалительно и много запутанности, внутренних противоречий. Правительство будет заниматься этими вопросами, не сомневайтесь.

П.Романишин (генеральный директор ОАО «Агропромышленная фирма “Фанагория”»): Романишин Пётр, руководитель виноградарско-винодельческого предприятия «Фанагория». Мы благодарны за поддержку отрасли. С момента проведения под Вашим председательством встречи в Абрау-Дюрсо изменения введены в законодательство, они начинают приносить пользу отрасли. Также с этого года благодаря федеральному центру и нашему губернатору увеличены дотации и субсидии на посадку виноградников. Но наш рынок в значительной степени занимают пока столпы мирового виноградарства – Франция, Италия, Испания, которые не стесняются поддерживать санкции против нашей страны. Понятно, что импорт вина, коньяка, шампанского невозможно полностью запретить, потому что (мы пока набираем обороты) просто будет недостаток продукции на рынке.

Но если применить квотирование, например по 10% в год снижать завоз, особенно продукции разлитой в потребительскую тару, как это сделано, например, в Белоруссии?

Вопрос: возможно ли такими тонкими настройками квотировать год от года завоз этой продукции и тем самым создавать горизонт для отрасли?

Д.Медведев: Отрасль развивается. Хорошо, чтобы вы помните результаты этого совещания, потому что мы после этого изменили законодательство. Вы упомянули некоторые страны. Там вот как раз это квотирование вовсю представлено. Это первое. Второе. Конечно, очень важно, чтобы производитель виноградного вина обязательно указывал, из какого винограда это сделано. Потому что очень часто используются виноматериалы, которые имеют сомнительное происхождение, а как раз культура развития виноградарства и винодельческой отрасли напрямую связаны с тем, что человек видит, откуда происходит тот или иной сорт винограда. Мне кажется, что если мы пойдём по такому пути, то в этом случае мы добьёмся хороших результатов. Во всяком случае, сейчас готовится предложение по поводу того, что должно содержаться на этикетке. И это вопрос нормативного регулирования.

Что же касается квотирования, нужно аккуратно, так, чтобы не создавать ажиотаж. А то, знаете, вот сейчас скажешь, что нужно квотировать, после этого начнётся рост цен. Поэтому тонкими настройками, как вы говорите, нужно к этой ситуации и подходить.

Коллеги, я два слова ещё скажу. Просто хочу, чтобы вы ещё раз от меня это услышали – и вы, и, естественно, через средства массовой информации огромное количество аграриев в нашей стране. Для нас, для Правительства поддержка аграрной отрасли является ключевым приоритетом. И мы, безусловно, сохраним тот объём финансирования, которого в настоящий момент нам удалось достигнуть. Село, аграрная отрасль без государственной поддержки в той или иной степени не живёт ни в одной стране, и мы эту поддержку будем обеспечивать.

Россия. ЮФО > Агропром > premier.gov.ru, 9 августа 2016 > № 1853451 Дмитрий Медведев


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter