Всего новостей: 2523262, выбрано 3 за 0.009 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Квиташвили Александр в отраслях: Медицинавсе
Квиташвили Александр в отраслях: Медицинавсе
Украина > Медицина > interfax.com.ua, 27 января 2016 > № 1626914 Александр Квиташвили

Александр Квиташивли: "Для сегодняшних условий бюджет – оптимален"

Эксклюзивное интервью министра здравоохранения Александра Квиташвили агентству "Интерфакс-Украина"

Вопрос: Размер субвенции из госбюджета на систему здравоохранения в 2016 году сокращается на 2,5 млрд грн. За счет чего будет происходить сокращение финансирования?

Ответ: Сокращение субвенции скоординировано с сокращением койко-мест в лечебных учреждениях. Не нужно пугаться. Мы говорим не о сокращении всех койко-мест и закрытии больниц, а об оптимизации системы и отказе от содержания пустующих коек. Мы говорим о сокращении нормативов, которые предусматривали, что на 10 тыс. человек населения должно быть 80 коек. Теперь на 10 тыс. человек будет предусмотрено 60 коек.

Кроме того, хочу отметить, что мы не говорим о повальном сокращении коек во всех отделениях. Минздрав в ближайшее время представит специальную методику, как это нужно делать, некое "пособие" по сокращению". Мы понимаем и учитываем, что есть койки, например, хирургические, которые нужны и которые сокращать мы не будем, но есть и койки в нозологиях, которые давно перешли на амбулаторное лечение или где используется модель "дневного стационара". Например, в дерматовенерологии пациенты уже давно лечатся амбулаторно, но дерматоловенерологические койки все равно есть в больницах и нуждаются в содержании и финансировании. Также в больницах есть очень много терапевтических коек, которые также не нужны. Тут много расписывать не нужно, некоторые койки перейдут в амбулаторные услуги или в дневной стационар. Поэтому мы готовим технологию, чтобы клиники могли рассчитать оптимальное количество. Вскоре больницы получает ее – тут не нужно много расписывать.

Вопрос: Как отразится на системе здравоохранения сокращение субвенции?

Ответ: Нужно понимать, что субвенция, какой бы она ни была, при существующей системе финансирования здравоохранения не будет иметь эффекта. Даже если мы утроим размер субвенции, но будем раздавать ее по сегодняшнему принципу, то никто не почувствует никакого улучшения. Я много раз об этом говорил, потому что сегодня деньги идут не на охрану здоровья и лечение, а на сохранение той инфраструктуры, которая есть, но которая устарела и не нужна.

Если у нас будут базовые законы, меняющие принцип финансирования, законы относительно автономизации клиник – для меня не важно, кто будет подписываться под ними, но важно, чтобы был в руках какой-то законодательный акт, мы будем переходить от финансирования койки на оплату медицинских услуг, т.е. самого лечения.

Я не согласен с заявлениями, что сначала нужно разработать протоколы лечения – это параллельные процессы. Сегодня существуют протоколы лечения, ведь иначе система бы не работала вообще. Нам просто нужно систематизировать и рассчитать эти протоколы. Грубо говоря, "приклеить ценники" к каждой медицинской услуге. Очень многие клиники это уже сделали, особенно в сегменте частной медицины и в клиниках, где существуют платные услуги. Поэтому когда мы будем переходить на изменение системы финансирования, тогда можно будет и увеличивать субвенцию и затраты на здравоохранение.

Вопрос: Что именно будет происходить в этом направлении в 2016 году?

Ответ: Этот год будет переходным именно в изменении модели финансирования. При этом мы будем ориентироваться больше на первичную медицинскую помощь, которая, если говорить откровенно, по всей стране фактически развалена. Мы будем ориентироваться на местных, сельских врачей, на сельские амбулатории, уделять им больше внимания и средств, создавать им лучшие условия работы, выделять капитальные инвестиции в инфраструктуру.

В 2016 году постараемся, чтобы во всех областях эти работы начались. С нами в этом направлении будет работать команда и деньги Всемирного банка, который выделил $215 млн на реформирование системы здравоохранения. Конечно, не все $215 млн пойдут на первичку, но часть будет направлена именно на это.

Вопрос: Вы упомянули капитальные инвестиции. Что имеется в виду? Строительство?

Ответ: Мы начинаем разрабатывать типовые проекты лечебных учреждений. В частности, мы уже получили задание от премьер-министра разработать типовую модель сельской амбулатории. Я сторонник того, чтобы не использовать для лечебных учреждений старые советские здания. Они очень энергоемкие, на них нужно тратить много ресурсов, чтобы обогревать, обеспечить работу инженерных систем. Лучше строить современные здания.

Но это пока проект. Скоро мы будем его презентовать. В целом мы будем идти в направлении изменения системы финансирования и автономизации медучреждений, но наша цель в 2016 году будет именно первичка.

Вопрос: Как вы прокомментируете объем финансирования, выделенного из госбюджета-2016 на закупки лекарств? Хватит ли?

Ответ: Во-первых, в 2016 году на эти цели предусмотрено больше денег, чем было в 2015-м – 4,149 млрд грн, что на 100 млн грн больше, чем в 2015 году. В 2015 году, когда был скачок гривни, мы дополнительно скорректировали госбюджет и дополнительно получили 400 млн грн к концу первой половины года.

Кроме того, в бюджете у нас еще есть резерв – это деньги, которые предназначены для финансирования работ по восстановлению Донбасса после деокупации. Эти деньги в бюджете предусмотрены, в частности, на восстановление лечебных учреждений, расположенных в зоне АТО и прилегающих районах, и мы можем их привлечь. Это резерв, который у нас есть и если деокупации в этом периоде не произойдет, мы сможем этот резерв перенести в здравоохранение. Мы так делали в 2015 году.

Кроме того, мы намерены передать все госзакупки международным организациям. В ближайшее время мы хотим получить их отчет – они все уже провели торги, и мы узнаем, насколько они смогли сэкономить. Предварительно в целом получилась экономия, и мы ожидаем итоговую информацию. Это означает, что в 2016 году через международные организации мы сможем закупить больше, отдача от денег будет выше. Если, конечно, не изменится курс гривни, потому что он очень существенно влияет на закупки.

И президент, и премьер уже сделали акцент на том, что 2016 год будет годом медицины и образования. Но нужно понимать: страна находится в состоянии войны, поэтому в Украине существует глобальный кризис. Но у нас есть уверенность, что если здравоохранению понадобятся деньги, мы сможем их привлечь. Я думаю, что в сегодняшних условиях этот бюджет оптимален, и хочу отметить, что нам никогда не отказывали в дополнительных деньгах.

Кроме того, хочу отметить, что в 2016 году предусмотрены большие капитальные инвестиции – реконструкция "Охматдета", реконструкция с расширением Института рака. Это будет большой значимый проект, потому что мы хотим выстроить правильную систему онкологической помощи по Украине, которая в принципе сегодня не в лучшем состоянии. Поэтому мы хотим создать на базе Института рака в Киеве учреждение третьего уровня, головное учреждение этого профиля, т.е. у института будет повышаться статус.

Вопрос: Сегодня на выходе новые ДБН относительно планировки и застройки городов, которые учитывают старые нормы (80 койко-мест на 10 тыс. населения). Т. е. строительство и планировка будут идти исходя из уже неактуальных нормативов (60 койкосмест на 10 тыс. населения). Есть ли у Минздрава диалог с Минрегионом в отношении синхронизации действий?

Ответ: На прошлой неделе я поднимал этот вопрос. Например, для строительства "Охматдета" нужно было получить разрешения почти на 70 отклонений от существующих нормативов. Сегодня ни одна больница в Украине не построена по современным технологиям. Я говорю не только об оснащении операционных, но и о энергоэффективности зданий, коммунальных услугах.

Потому что стандарты, которые у нас были, – это стандарты 70-х годов, они устарели и не дают возможности построить в стране современные медицинские здания. И я попросил премьера помочь. На мой взгляд, ничего не нужно придумывать, все уже придумано в Европе, нужно в одностороннем режиме принимать все стандарты стран ЕС, и это будет нормальное решение проблемы. Нужно просто принимать стандарты других стран, той же Чехии или Германии. Это делалось в Грузии, где подчитали, что чешский стандарт стоит столько-то, немецкий – столько-то. В любом случае, все эти стандарты выше, чем советские. Насколько я знаю, было отдельное поручение Минрегиону от премьера, чтобы они это сделали. Диалог в этом направлении идет.

Вопрос: Какие планы на 2016 год есть по законотворческой деятельности?

Ответ: О законопроектах об автономизации клиник, которые мы подготовили в 2015 году, нужно спросить депутатов. Мы будем просить парламентариев, спикера, чтобы эти законопроекты были в перечне приоритетных, которые должны быть приняты в первом квартале.

В целом хотелось бы, чтобы законодательная работа в 2016 году вышла на новый уровень, и мы не готовили законопроекты "в стол". Я, например, не могут понять, почему нельзя было договориться по закону о трансплантации. Ежегодно из Украины уходят миллионы долларов государственных денег, которые идут на развитие трансплантологии в Беларуси, где эта отрасль уже поднялась к европейскому уровню, из-за того, что у нас нет закона. Закон о транспланталогии должен быть приоритетом.

Вопрос: Состоится ли в 2016 году назначение главы Гослекслужбы? Операторы рынка говорят, что отсутствие руководителя этого ведомства очень негативно отражается на фармотрасли.

Ответ: Назначение главы Гослекслужбы состоится. К сожалению, проведенные конкурсы не дали результата, но кандидаты у нас есть.

Но я хочу подчеркнуть: проблемы рынка из-за отсутствия начальника Гослекслужбы преувеличены. В ведомстве есть исполняющие обязанности, есть ответственные лица, которые могут подписывать документы. Ведомство работает, процессы не останавливаются.

Украина > Медицина > interfax.com.ua, 27 января 2016 > № 1626914 Александр Квиташвили


Украина > Медицина > regnum.ru, 30 июня 2015 > № 1415812 Александр Квиташвили

Министр здравоохранения Украины Александр Квиташвили заявляет, что приехал на Украину «делать дело», а «если это дело никому не нужно — его ничего не удерживает». Об этом он сказал на пресс-конференции 30 июня, реагируя на заявления фракции «Блока Петра Порошенко» о его возможной отставке, передает корреспондент ИА REGNUM.

«Я не знаю, что значит „не справляется с реформами“… очень многое сделано. Мы получаем тысячи писем от депутатов Верховной рады — я бы хотел, чтобы они хотя бы прочли ответы, что было сделано, что было не сделано и почему не было сделано… Реформами заниматься — это не одного министра дело или двух замов. Реформы — это интерес всей страны. В том числе, и законодательного органа», — заявил министр.

Квиташвили также отметил следующее: «Если кто-нибудь в Верховной раде думает, что они будут сидеть, разъезжать в Ниццах, в Каннах и в Лондонах, в Токио — а я буду здесь писать законы, а потом кто-то, кто в своей жизни ничего, кроме критики не сделал, будет меня критиковать, потому что нет реформ — они очень ошибаются».

Также он заявил о полном отсутствии инициатив от парламентского комитета здравоохранения, о том, что нет «ни одного законопроекта в поддержку реформ, ни одного действия в поддержку законопроектов, нет нормальной работы с министерством». «И я не знаю, как тут делать реформы», — резюмировал Квиташвили.

Он дал понять, что считает главным своим достижением изменение системы закупок.

«Мы абсолютно поменяли… пошли прозрачным, нормальным, цивилизованным путем. Я понимаю, что очень многих очень волнуют те 4 миллиарда гривен, которые прямо между собой распределялись во время закупок лекарств. Я понимаю, что многие товарищи, которые сегодня осели в разных точках системы здравоохранения, теряют свои доходы… и очень многие люди под большим вопросом, будут ли они работать. Это первый и я думаю, что последний шанс Украины начать реформу здравоохранения. Я понимаю, что это последний бой, который мы просто должны выдержать, потому, что система уже 6 месяцев сопротивляется изменениям, очень многие не заинтересованы в том, чтобы в этой стране что-то изменилось», — сказал Квиташвили.

Украина > Медицина > regnum.ru, 30 июня 2015 > № 1415812 Александр Квиташвили


Украина > Медицина > interfax.com.ua, 17 июня 2015 > № 1409756 Александр Квиташвили

Квиташвили: "Возможно, некоторые из депутатов попали под влияние каких-то групп, которые не заинтересованы в изменениях

Эксклюзивное интервью министра здравоохранения Александра Квиташвили агентству "Интерфакс-Украина"

Вопрос: Почему до сих пор в Верховной Раде не зарегистрированы законопроекты, которые дадут возможность говорить о начале реформирования системы здравоохранения?

Ответ: Этот вопрос не ко мне. Минздрав давно подал законопроекты в Кабмин, а Кабмин должен вынести их в парламент. Думаю, уже практически все процедуры пройдены, в ближайшие дни законопроекты будут зарегистрированы. Они уже согласованы и в них учтены все замечания.

Вопрос: Чем вы объясните острую критику со стороны профильного комитета Верховной Рады, которая в последнее время звучит в вашу сторону и в сторону Минздрава?

Ответ: У нас с профильным комитетом всегда была нормальная коммуникация, но, возможно, некоторые из депутатов попали под влияние каких-то групп, которые не заинтересованы в изменениях. На самом деле, в сфере здравоохранения очень многое меняется, и эти группы уже не могут по-старому вести свой "бизнес".

Я полагаю, для того, чтобы результат реформирования системы здравоохранения был более четким и вызывал одобрение, депутатам-членам профильного комитета нужно было общаться со мной и с Минздравом. Например, в последний раз глава комитета на коллегии министерства критиковала нас за то, что мы не делаем то, что мы уже сделали несколько недель назад, а информация об этом была обнародована на сайте. Так что такие вещи тоже встречаются.

В то же время в принципе критика – это абсолютно нормальная вещь. Главное, чтобы все понимали: сдвинуть процесс с мертвой точки можно только если действовать сообща. Когда критикуют и говорят, что Минздрав что-то делает неправильно, нужно предложить правильный вариант. А этого пока, к сожалению, я не видел.

Кстати, у меня также есть небольшие претензии к комитету по вопросам здравоохранения. Это законодательный орган, но за шесть месяцев я от него не увидел ни одной законодательной инициативы. Они должны писать законы, а не только критиковать Минздрав. Минздрав - это исполнительная власть и есть какие-то моменты, когда исполнительная власть предлагает изменения, но законами, в первую очередь, должна заниматься законодательная власть – парламент и профильный комитет.

Вопрос: Вас критикуют за то, что вы не развиваете стратегию, которую подготовила Стратегическая совещательная группа (СДГ), в состав которой вы входили до прихода в Минздрав. Члены СДГ полагают, что вы забыли о совестной проделанной работе...

Ответ: Стратегия была написана, одобрена, принята и вывешена на сайт Минздрава уже давно. Если члены СДГ почитают подготовленные нами документы, они удивятся тому, насколько полно в этих законопроектах применены разработки СДГ.

Вопрос: Есть ли у вас взаимопонимание с Кабмином?

Ответ: У нас очень хорошие взаимоотношения с премьер-министром. Мы презентовали ему нашу концепцию, с его стороны была 100%-ная поддержка. Он хорошо понимает тему, быстро выхватывает самые главные моменты, быстро разбирается. Мы находили с его стороны понимание и тогда, когда я еще не был министром, и сейчас. Думаю, Кабмин сегодня работает намного лучше, чем в начале года. В декабре-январе мы еще друг друга не знали. Сейчас очень хорошо налажены коммуникации. Если будет такая динамика, реформы будут.

Вопрос: Почему вы не озвучиваете кандидатуру на должность главы Гослекслужбы и почему глава Гослекслужбы до сих пор не назначен?

Ответ: Мы выбрали кандидата. Я лично два дня проводил интервью более чем с 30 кандидатами. Мы выбрали шесть кандидатур, которые мне понравились. Из этих шести я выбрал одного, чью кандидатуру мы подали на рассмотрение Кабмина. В ближайшее время Кабмин одобрит или не одобрит ее.

Вопрос: Эта кандидатура согласована с фармацевтической общественностью?

Ответ: Откровенно говоря, мое мнение: фармацевтическая общественность должна заниматься своим делом – фармацевтическим производством, независимо от того, кто будет возглавлять Гослекслужбу. Глава Гослекслужбы – это не главное. Главное, чтобы была система, на которую не влияет, кто именно возглавляет эту службу.

Когда мне предлагают сравнить ситуацию здесь и в Грузии, я всегда отвечаю, что в Грузии тоже были заинтересованные бизнесы, но никому и в голову не приходило вмешиваться в назначения главы департамента, какого-то заместителя министра или главы госслужбы. Это говорит не о том, что в Грузии бизнес был пассивен, а о том, что в Украине очень субъективная система, которая зависит о того, кто стоит во главе, а не от закона. Поэтому бизнес в Украине считает, что он должен влиять на назначения. Это нужно менять – когда будут реализованы наши инициативы, не будет иметь значения, кто начальник Гослекслужбы.

Возвращаясь к назначению, скажу, что кандидат на должность главы Гослекслужбы будет проходить собеседования в Кабмине с премьер-министром, который и будет его назначать.

Вопрос: Чем этот кандидат на должность главы Гослекслужбы показался вам лучше других?

Ответ: Для меня было несколько основных критериев. Первое, чтобы у человека не было никаких порочащих его связей с фарминдустрией. Второе: нужен был человек, который был бы хорошим функционером и управленцем, который понимал бы работу и задачи службы. Третье: это опять таки должен был быть максимально незаангажированный человек.

Я изучал информацию обо всех кандидатах, искал в Интернете, звонил, расспрашивал. Например, были хорошие кандидаты, у которых оказывались фирмы, занимающиеся регистрацией лекарств, поэтому я их отбраковывал. Я спрашивал кандидатов буквально: "Я читал о вас то-то и то-то. Это правда?" Они мне отвечали, старались объяснить, что и как.

Такой подход я считаю абсолютно нормальным. Так нужно делать. Конечно, я могу ошибиться - никто не застрахован от ошибок, но ошибся я или оказался прав, увидим уже довольно скоро.

Вопрос: Недавно на фармацевтическом рынке разразился скандал вокруг следственных действий СБУ и МВД в представительстве японской фармкомпании "Такеда" и ее партнера - украинской компании "Кусум Фарма". Речь шла о якобы незаконной регистрации препарата "Актовегин", одного из самых продаваемых ан украинском рынке. Как вы прокомментируете эту ситуацию?

Ответ: Я не могу прокомментировать эту ситуацию, поскольку в Минздрав по поводу этого конфликта никто не обращался. СБУ и прокуратура нам ничего не сообщали, а сама компания "Такеда" по этому вопросу с нами также не общалась.

Вопрос: На фармрынке существует мнение, что все возникающие конфликты - результат целенаправленных действий одной компании, которая хочет подмять под себя весь фармрынок Украины и даже управляет Минздравом через вашего первого заместителя. Что вы думаете по этому поводу?

Ответ: Эти мифы я развеиваю последние шесть месяцев. Пусть хоть кто-нибудь приведет мне хоть один факт того, как мой первый заместитель управляет мной или как кто-то управляет мной или моим заместителем. Пока никаких конкретных фактов ни мне, ни кому-либо другому никто не предоставил.

Если же у каких-то компаний возникает конфликт, в котором принимает участие СБУ или прокуратура, то причем тут Минздрав? Нужно задавать вопросы СБУ и прокуратуре.

Понятно, что крупные компании пытаются подстраивать рынок под себя. Так происходит не только в Украине - это мировая практика. Компании между собой борются всегда, используя разные методы, а государство выступает в роли судьи и регулятора, который стоит на страже интересов пациентов, чтобы конкурентная борьба компаний не навредила потребителям. Поэтому очень важно, чтобы в Украине Минздрав не стал каким-то орудием в руках какой-то фармкомпании или бизнес-группы. И когда произойдут системные изменения, которые мы сейчас предлагаем, ни Гослекслужба, ни Минздрав не смогут быть орудием в руках заинтересованных групп. Пока, к сожалению, получается: если "твой" чиновник сидит на какой-то должности, то он может влиять на конкурентов. И нужно не только менять этих чиновников, но и менять систему, чтобы исключить такую возможность.

Например, если сроки на выдачу какого-то документа составляют от 90 до 240 дней, это дает возможность чиновнику решать, кому дать 90, а кому 240. Регуляции, дающие чиновнику возможность манипулировать, нужно убирать, поскольку они порождают коррупционную составляющую, которая и дает возможность крупным компаниям влиять на процесс.

Вопрос: Эти регуляции можно убирать приказами Минздрава или нужно менять законы?

Ответ: Многие из таких регуляций идут на уровне закона. Законов Украины очень много, они регулируют очень узкие сферы, а регуляции расписаны очень детально. В принципе, у исполнительной власти не остается никакого пространства для маневра.

Та же проблема - в исполнительной власти, когда многое решается на уровне Кабмина, а у Минздрава есть очень немного возможностей что-либо менять: приходится оперировать изменениями постановлений или законов, которые приходится очень долго со всеми согласовывать. Были ситуации, когда премьер давал поручения, а мы не могли их выполнить два месяца, поскольку такая система – бумаги "ходят" по кругу.

Вопрос: Приходится ли в вопросах проведения реформы сталкиваться с сопротивлением медиков? Есть противостояние с клиниками или все-таки вас поддерживают?

Ответ: Думаю, что поддерживают. Я был в разных больницах, в разных областях, говорил с разными людьми. Процентов 90% медиков, включая главврачей, поддерживают необходимость изменений. Они понимают, что дальше так нельзя жить.

Недовольные, конечно же, будут. Я жду некоторого сопротивления от главных врачей, которые сидят на потоке денег и не захотят отойти от этого. Но есть и огромное количество главврачей, которые ожидают изменений в системе здравоохранения и чье мнение пересилит мнение недовольных.

Думаю, именно автономия клиник позволит расставить все на свои места. Минздрав не будет увольнять недовольных - государство должно отходить от монополии управления здравоохранения, мы должны быть закупщиками услуг, а сеть должна эти услуги предоставлять по тарифам, которые государство будет оплачивать. Финансовые решения, конечно, будут находиться под контролем Минздрава, но управлением будет заниматься сама клиника.

Сегодня, например, я подписал около 300 документов, среди которых много таких, которые можно было бы принять на уровне отдельных клиник. Автономизация клиник позволит им финансово развиваться и самостоятельно принимать решения.

Вопрос: Когда будет готов расчет стоимости медуслуг?

Ответ: Расчет делается в рамках протоколов лечения с учетом того, какие манипуляции нужно провести при определенном протоколе и сколько может стоить такая мунипуляция. Это будет объединение украинского и европейского решения, адаптация европейских протоколов. Впрочем, в медицине нет национальных протоколов – все лечат согласно достижениям мировой науки по одному сценарию.

Но чтобы рассчитать правильно, нужен не только протокол, но и статистика. Многие обижаются, когда я говорю, что в украинской медицине нет статистики. Но то, что у нас есть, устаревает, как минимум, на шесть месяцев, а чтобы правильно реформировать систему, статистику, нужно получать в режиме он-лайн, а для этого нужны современные технологии.

Все страны, прошедшие через реформу, внедрили электронную систему управления. Когда закупщик – государственный орган, который платит за услуги, получает электронный счет от больницы и оплачивает. Чтобы сделать то же самое в Украине, нужно сначала внедрить электронную систему, собрать всю информацию в единое целое, а уже затем осуществлять расчеты. Думаю, чтобы это сделать, нужно, как минимум, год.

Впрочем, такая работа уже началась. У нас этим займется очень сильная команда, которая начнет работать к концу июня. В работе, которую им предстоит проделать, нет ничего уникального, поэтому мы постараемся все сделать быстро.

В рамках этой работы будет создан единый реестр пациентов, электронные базы докторов, будет проведена паспортизация всех клиник, больниц скорой помощи. Это - обязательно, поскольку без этого невозможно реформирование и страховая медицина.

Таким образом, в течение года мы поймем, сколько стоит медицинская услуга. Сейчас пока мы понимаем только, что тратим на здравоохранение 59 млрд грн.

Вопрос: В паспортизации клиник также примут участие частные и ведомственные клиники?

Ответ: Официально паспортизация государственных клиник началась 1 июня. Надеюсь, что реально она может начаться к концу июня. Специалисты будут проверять, что есть в клинике из того, что должно быть, а что не работает.

Ведомственные и частные клиники тоже пройдут паспортизацию. Конечно, частные клиники могут отказаться от участия в паспортизации, но тогда они не смогут рассчитывать на получение бюджетных средств - если у нас не будет полной и проверенной информации о клинике, мы не будем включать ее в государственное финансирование.

Вопрос: По вашему мнению, какое место частная медицина должна занимать в системе здравоохранения в Украине?

Ответ: По имеющейся у меня информации, доля частной медицины в системе здравоохранения в Украине - всего 3%. Это очень мало. Многие европейские страны каждый год уменьшают долю государственной медицины. Содержать сегодня клинику очень дорого, нужно обновление технологического оборудования, повышение квалификации врачей.

Таким странам, как Украина, которые находятся в переходном периоде, сейчас тяжело элементарно содержать ту сеть медицинских учреждений, которая существует на сегодня. Поэтому важно, чтобы в системе здравоохранения появлялись частные деньги. Это не значит, что кто-то должен покупать какие-то клиники, это значит, что клиники должны иметь возможность привлекать частные деньги, принимать их на свои счета и расходовать по своему усмотрению, например, за аренду и лизинг аппаратуры на 4-5 лет. Это то, что для государства очень тяжело, дорого и создает возможности для коррупции. В результате главврач за счет бюджета "выбивает" себе дорогостоящее оборудование, а затем оказывается, что оно не установлено и не используется годами. А когда клиника сама будет распоряжаться своими деньгами, оно точно будет работать.

Вопрос: Что вы будете делать, если окажется, что в тендерах 2015 года победили те же компании, которые побеждали в прошлые годы, завышали цены и не выполняли свои обязательства?

Ответ: Мы сделаем все, чтобы этого не допустить. В идеале, я полагаю, нужно сделать "черный список" компаний, которые не должны допускаться к торгам не только в Минздрав, но вообще где бы то ни было. Кроме того, должны быть четкие критерии компаний, которые могут принимать участие в госзакупках.

Кроме того, я не понимаю, когда компании-производители, иностранные компании, которые имеют в Украине представительство, не участвуют в торгах, а тендеры выигрывают посредники – такие тендеры не могут быть дешевле.

Поэтому мы обошли все фармкомпании и всех пригласили к участию в торгах. Мы обещали, что будем совершенно открытыми, прозрачными, не будем "делать схемы". Фармкомпании ответили, что посмотрят, как будут происходить процессы.

Т. е., если мы увидим у компании нехорошую историю с закупками, мы постараемся ее отсеять от тендера. "Черный список" для стран с переходной экономикой – вещь необходимая. Это касается не только фармацевтики, но и строительства, и компаний, предлагающих какие-то услуги госорганам. В Грузии работал "черный список", и это было очень эффективно. Я не знаю, кто его должен сформировать и как сделать, чтобы он был легитимным, но он должен быть.

Коррупция в системе здравоохранения в Украине достигла того уровня, что с нами не хотели работать даже международные организации - ЮНИСЕФ или ВОЗ. Они боялись и считали, что все интересы в госзакупках уже перераспределены. Мы их убеждали переговорами, уговорами, встречами, пытались сделать так, чтобы они могли поверить в то, что Украина - это страна, которая готова меняться и проводить реформы.

Вопрос: Есть несколько непопулярных в СМИ тем, касающихся сферы здравоохранения, в частности, трансплантология или медицинский туризм. Минздрав планирует заниматься этими вопросами?

Ответ: Трансплантология в Украине – это полная катастрофа. Сегодня украинские пациенты и украинские хирурги уезжают за границу, чтобы там проводить операции. А мы из бюджета оплачиваем эти операции, которые осуществляются в зарубежных клиниках. Это абсолютно не понятная для меня вещь. Нужно менять законы, чтобы украинские врачи могли делать трансплантации украинским пациентам в своей стране.

Что касается медицинского туризма. В Украине есть огромное количество клиник, которые принимают иностранных пациентов, и это нужно развивать. Но для этого нужно, чтобы не было войны, чтобы иностранные пациенты видели: здесь спокойно.

В целом я убежден: Минздрав должен заниматься как раз такими стратегическими вопросами, как развитие трансплантологии и медтуризма, а не распределением квоты спирта или закупками. Функции министерства – это стратегия, развитие отрасли, новые технологии. Надеюсь, что если не в моей карьере министра, то после меня кто-то этим займется.

Вопрос: Как вы относитесь к тому, что вас могут уволить?

Ответ: Если не будут идти реформы, то я просто не вижу себя в роли министра. Мне непонятно, чем бы я мог заниматься, если все остается по-прежнему. Мне непонятно, чем я буду заниматься, если Верховная Рада уйдет на каникулы, не приняв подготовленный нами пакет законов о реформировании. Его нужно проголосовать до каникул, иначе время будет упущено.

Но я не хочу уезжать и просто уходить с должности. Я хочу сделать хотя бы первый шаг в направлении реформы. Я еще раз повторю: реформа – это процесс, который должен проходить постоянно. Главное, чтобы люди, которые будут после меня, продолжали генеральную линию в развитии здравоохранения, чтобы не было возможности развернуть ситуацию в обратную сторону. А кто будет министром - это второстепенная вещь.

Вопрос: Вам предлагали взятки?

Ответ: Нет. Я сразу сказал, что ничего брать не буду, возможно, поэтому и не предлагают. Если предлагают "нематериальные" блага, например, какой-то круиз на два дня, я тоже отказываюсь, потому что не хочу быть зависимым. Если ты принимаешь какую-то ценность, которую тебе предлагают не по-человечески, а из-за твоей должности, ты попадаешь в зависимость. Я никому ничего не должен.

Не могу сказать, что меня не интересуют материальные ценности, но я не хочу из-за них загубить свою карьеру и репутацию. Сейчас я могу сделать хорошее дело, например, изменить систему, чтобы она работала без взяток и по закону – такой шанс выпадает раз в жизни.

Вопрос: Вы довольны тем, что стали министром здравоохранения Украины?

Ответ: Мне тяжело. Я даже принял решение не перевозить сюда семью, потому что если бы перевез, я бы все время проводил на работе. Поэтому мне легче вырваться к родным на выходные.

В то же время в должности министра очень интересно. Я человек, который знает свою цель и старается довести дело до конца. Когда увижу, что система изменилась, я пойму, что выполнил свою задачу.

Впрочем, я не вижу себя в политике. Я не люблю политику. Вообще.

Украина > Медицина > interfax.com.ua, 17 июня 2015 > № 1409756 Александр Квиташвили


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter