Всего новостей: 2552684, выбрано 3 за 0.008 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Маломуж Николай в отраслях: Армия, полициявсе
Маломуж Николай в отраслях: Армия, полициявсе
Украина. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 10 июля 2018 > № 2668901 Николай Маломуж

Россия готовит новый плацдарм для наступления на Украину: что делать

Николай Маломуж о ситуации на Азовском море

Николай Маломуж, экс-глава Службы внешней разведки Украины, Апостроф, Украина

Сегодня Россия пытается занять стратегические позиции в прилегающей к Черному морю акватории вокруг нашего государства. Поэтому, наряду с усилением позиции в самом Крыму (речь, например, о новейших комплексах С-400), они наращивают присутствие в море, особенно там, где нет линии разграничения. Россия очень удачно пользуется соглашением от 2003 года о совместном использовании Азовского моря. В свое время мы на Совете безопасности и обороны ставили вопрос президентам (сначала Кучме, а потом — Ющенко) относительно четкого определения границы в Азовском море.

В 2003 году, во время конфликта вокруг Тузлы, а затем в 2008 году ставился вопрос о новых сценариях конфронтации, особенно в период войны с Грузией. Четкая граница в Азовском море была чрезвычайно актуальной, этот вопрос поднимали как военные, так и дипломаты. На тот период и президент Кучма, и Ющенко не могли этого решить даже на самом высоком политическом уровне. Почему? Потому что Российская Федерация решила не устанавливать никаких границ — им было удобно вроде бы совместно использовать море, но, обладая чрезвычайно мощными вооруженными и военно-морскими силами, они имели преимущество. Мы готовили средства противодействия, но на период начала войны Россия приступила к прямой реализации сценария блокировки нас с позиции Азовского моря и усиления военного присутствия. Все для того, чтобы в случае масштабной конфронтации иметь плацдармы наступления с моря, например, на Мариуполь и другие регионы.

Речь идет также об обесценивании нас как морской торговой державы — это удар по нашей торговле и дискредитация нас в глазах международных партнеров. Каким образом? Здесь постоянно останавливают, задерживают, осматривают корабли, есть угроза ареста. Под предлогом того, что после ареста «Норда» они защищают свои корабли, Россия начала аресты и задержания, используя при этом новую технику. Все это — признаки того, что Россия ползуче берет под контроль эту акваторию.

Из-за таких действий россиян ряд наших партнеров из-за рубежа уже ограничивает торговые возможности на перспективу, думает, заключать ли в дальнейшем контракты. Это еще один удар по нашей экономике. Россия пытается показать, что именно она в этой акватории будет определять приоритет для иностранных государств, то есть захочет — будет осматривать суда, захочет — ослабит режим.

Мы можем применить различные международно-правовые методы, в первую очередь — морское право относительно сопровождения этих судов и недопущения их осмотра без уважительных причин. Например, должны быть явные данные, что на борту есть террористы или контрабанда. Также надо поставить вопрос относительно четкого разграничения, чтобы мы имели свои воды. Мы имеем предварительные предложения по делимитации, согласованные с Россией.

Следующая составляющая — это установление нашей свободной экономической зоны, ведь, согласно морскому праву, мы имеем зону в пределах территориальных вод, поэтому это надо определить. Есть международные нормы, и нам нужно принять решение относительно разграничения и территориальных вод Украины — как шельфа, так и свободной экономической зоны. Это обеспечит свободный доступ судов. А если Россия не будет этого соблюдать, то мы, в случае наличия всех необходимых документов и законов, имеем право применять силу, устанавливать режим контроля над акваторией. И если бы российские суда пытались пройти ее, это было бы поводом применить силу.

Сейчас, учитывая, что позиция по разграничению Азовского моря неопределенная, мы можем брать под охрану важные иностранные суда — и пусть тогда россияне попытаются применить силу. Можно также объявить зону военных учений на море, это станет причиной для России и других стран не заходить туда, ведь никто не имеет права этого делать. Мы можем проводить обучение перманентно и таким образом ограничить деятельность российского флота. Если они откровенно пойдут на конфронтацию, то это уже практически война. Исходя из различных соображений, Путин в этой ситуации не рискнет идти на полномасштабный конфликт, чтобы не допустить противостояния со странами НАТО и глобальными партнерами, которые могут прекратить политику невмешательства и применить не только политические рычаги, но и военную силу. Это крайний вариант, ибо в таком случае Россия может натолкнуться не просто на малоэффективные санкции, а на полное блокирование финансовой системы. Сегодня США и Европа относятся к Москве более-менее лояльно: введены санкции, звучат заявления о том, что Россия должна уменьшить аппетиты относительно Украины, Сирии и в других регионах, однако эффективного противодействия нет. Поэтому в ситуации с Азовским морем надо полагаться на собственные силы: установить правовые и территориальные рамки, защищать судна, усилить наши военные позиции в регионе в противовес РФ. Это тот формат, который позволит сдерживать ее от агрессивных действий там.

Стратегически они уже предвидели, что надо взять этот регион под контроль и использовать неопределенный правовой статус Азовского моря относительно Украины и России, а поводом для активных действий по подготовленному сценарию стало задержание корабля «Норд».

Правовой статус Азовского моря

До 2003 года статус Азовского моря был вообще не определен, ставился вопрос о том, чтобы провести линию разграничения. Этого не сделали как раз по вине РФ — она принципиально не хотела, чтобы мы установили свои режимы и имели полный контроль над своей долей территории Азовского моря. В России боялись, что мы будем задерживать российские суда или будем заставлять их платить пошлины и прочее. Конечно, им было бы это невыгодно, и в период «кольчужного скандала» Путин использовал ситуацию в отношении Кучмы, на которого активно давили США за якобы продажу «Кольчуг» Ираку. Такого на самом деле не было, но Запад был настроен против Украины. Тогда, понятно, Путин предложил альтернативный вариант, мол, мы же «братские народы», поэтому давайте не спорить из-за линии разграничения, а совместно использовать Азовское море. Понятно, что президент Украины пошел на это, хотя такой подход в принципе неправильный.

Мы ссылались на принципы международного права, наши аргументы базировались на опыте разных стран мира. Вопрос о четких границах поднимался нашими МИД, СБУ, разведкой. Но Россия использовала не очень благоприятную для Украины ситуацию с «кольчужным скандалом» и прижала на высшем политическом уровне, чтобы мы вышли на другую формулу — совместное использование, раз мы никак не могли выйти на четкое определение границ.

Сейчас стоит вопрос о денонсации соглашения от 2003 года, определения территориальных вод Украины нашим законодательством и предложение новой сделки, которая бы предусматривала четкое разграничение с учетом сегодняшних отношений с Россией. То есть о совместном использовании моря речи быть не может. Когда мы отсчитали все позиции по параллелям и меридианам, Россия их не отрицала, а просто проигнорировала подписание.

Если Россия не согласится, будем устанавливать границу в одностороннем порядке, как на суше. Например, в 2014 году мы начали строить защитные укрепления, и Россия не была против. Почему? Потому что они уже были согласованы и определены на картах, просто не было реальных защитных полос, физического и технологического разграничения. Мы это сделали — и что? Россия ничего не сделала, а должна была согласиться, потому что все происходило в соответствии с международным правом и предыдущими двусторонними соглашениями.

Украина. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 10 июля 2018 > № 2668901 Николай Маломуж


Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 4 апреля 2018 > № 2557401 Николай Маломуж

Отравление Скрипаля: кому выгодно

Ни одна версия, даже если она суперозвученная, не является окончательной.

Николай Маломуж, Корреспондент, Украина

Да, в данной ситуации главной версией является то, что к отравлению Сергея Скрипаля и его дочери причастны российские спецслужбы. Ее надо рассматривать, но при этом обязательно надо рассматривать и другие альтернативные версии. И первый вопрос, который обычно ставится, тем более на таком глобальном уровне, когда идет речь о таких серьезных последствиях — кому это выгодно? Ведь перед президентскими выборами проводить такую операцию и получить бумеранг со всего мира России было не очень выгодно.

Поэтому надо рассматривать и то, что подобную мощную операцию могли организовать и противники Владимира Путина, задействовав разные методы, при этом имея существенные финансовые возможности и привлекая химиков, которые раньше жили в России.

В ближайшее время таких глубинных расследований не будет, пока не будет собрано конкретных фактов. И то, что Россия не будет допускать к серьезным разработкам в своих лабораториях и спецслужбы иностранные не будут раскрывать свои секреты, и третьи лица, совершившие эту операцию, которые могут еще попасть в поле зрения. Поэтому в этой ситуации этот процесс затянется надолго. Правда, политический старт он уже получил и все это может повлиять на объективность расследования, ведь действие на упреждения именно так и влияют. Сначала надо было собрать доказательную базу, чтобы потом не давать запущенному политическому процессу обратный ход. Ведь могут быть большие политические потери, если появятся доказательства, что главная версия является не объективной.

С другой стороны, вряд ли Россия, если она является главным организатором этого преступления, не просчитала, какой именно может быть международная реакция. Особенно, если вспоминать о реакции на аннексию Крыма, на сбитый «Боинг» и так далее. Это было бы наивно и глупо с их стороны.

В любом случае, хотелось бы, чтобы расследование было объективным. И если получится так, что Россия к этому непричастна, последствия тех действий, которые были ей уже предъявлены, могут стать довольно негативными.

Николай Маломуж, экс-глава внешней разведки Украины, генерал

Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 4 апреля 2018 > № 2557401 Николай Маломуж


Украина > Армия, полиция > inosmi.ru, 10 января 2018 > № 2450555 Николай Маломуж

Оборонный бюджет врага на 2018 год: к чему готовиться Украине

Россия готовится к сценарию, который предполагает попытку Украины освобождения оккупированных районов Донецкой и Луганской областей.

Николай Маломуж, Главред, Украина

Несмотря на то, что российское руководство заявляло о сокращении оборонного бюджета Российской Федерации на 2018 год в связи с завершением военной операции в Сирии, затраты на оборону у России остаются практически на прежнем уровне. Так, в новом году на оборону российское руководство планирует потратить 2,7 триллионов рублей (в 2017 году эта сумма составляла 2,8 триллионов рублей).

Как отмечали руководители российских военных ведомств, эти деньги пойдут на приоритетные для безопасности РФ направления: наращивание высокоточного вооружения, модернизацию ядерного вооружения, наращивание сил быстрого реагирования (спецподразделений, способных действовать в нестандартных ситуациях), укрепление обороноспособности России на важных для нее направлениях (в частности, в Крыму, в котором РФ уже разместила свои ракетные комплексы и войска, и в западных округах Российской Федерации, куда уже стянуты внушительное количество военнослужащих), а также на размещение контингентов, призванных действовать против НАТО и Украины.

В данной ситуации, с учетом завершения сирийской операции, оборонный бюджет России не сокращается, а, скорее, наоборот, увеличивается по некоторым направлениям. В 2018 году Россия планирует усилить качественную составляющую своих вооруженных сил, повысив боеспособность контингентов, призванных противодействовать НАТО и Украине. Москва собирается активно вкладывать бюджетные средства в высокоточное оружие, новые самолеты Су-35, новые ракетные комплексы и модернизацию сил быстрого реагирования, снабдив их новым вооружением, новой моделью радиоразведки и системы коммуникации.

Так что, даже учитывая некоторое уменьшение бюджетных затрат на оборону в целом, финансирование приоритетных для России направлений будет наращиваться. Потому нет оснований ожидать снижения милитаризации России. Модернизация российской армии будет продолжаться.

Кроме того, суммы, которые в 2018 году Россия планирует выделять из бюджета на оборону, свидетельствуют о том, что она будет способна проводить специальные операции локального характера, в частности, усиливать боевиков на оккупированных территориях Донбасса. Также нам следует быть готовыми к тому, что Россия будет размещать дополнительные контингенты и наращивать их наступательные способности в западных округах России, то есть на границе с Украиной. И, естественно, наращивание российского контингента у наших границ, поставки боевикам новейшего вооружения, в том числе наращивание вооружения в Крыму, будут представлять потенциальную угрозу для безопасности Украины.

Кроме того, Россия, имея финансирование обороны на таком уровне, сможет отрабатывать различные модели и ситуации, например, препятствовать попыткам украинской стороны освободить часть своих ныне неподконтрольных территорий. При этом РФ будет вынуждена использовать более многочисленные контингенты, что потребует большего финансирования, и оно оборонным бюджетом предусмотрено. Так что мы должны понимать: Россия готовится к сценарию, который предполагает попытку Украины освободить свои ныне оккупированные районы Донецкой и Луганской областей.

Украина > Армия, полиция > inosmi.ru, 10 января 2018 > № 2450555 Николай Маломуж


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter