Всего новостей: 2552142, выбрано 2 за 0.061 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Великая Анна в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаСМИ, ИТвсе
Великая Анна в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаСМИ, ИТвсе
США > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 мая 2017 > № 2220943 Анна Великая

Публичная дипломатия США в трансформирующемся мировом порядке

Анна Великая, Эксперт Фонда поддержки публичной дипломатии им. А.М.Горчакова, кандидат политических наук

Сегодня многие страны используют публичную дипломатию (ПД) для работы с экспертным сообществом и гражданским обществом. Поскольку по всему миру наблюдается возрастающая персонализация внешней политики, публичная дипломатия, направленная на адресную работу с зарубежной аудиторией, становится все более востребованным инструментом.

Публичная дипломатия, в том числе и американская, тесно связана с национальными интересами и национальной безопасностью, поэтому американская публичная дипломатия призвана «осуществлять внешнеполитические задачи США, продвигать национальные интересы и укреплять национальную безопасность путем информирования и влияния на зарубежную аудиторию, расширяя и укрепляя связи народа и правительства США с гражданами других стран»1. Таким образом, являясь внешнеполитическим инструментом, она осуществляется государственными и окологосударственными структурами.

Следует отметить, что если в США под публичной дипломатией понимается совокупность публичной и общественной дипломатии, стратегических коммуникаций (пропаганды и контрпропаганды, называя вещи своими именами), то в России под данным термином подразумевается работа с экспертным сообществом и лидерами мнений (общественно-политическими, деловыми, общественными кругами), отвечающая целям официальной дипломатии, - то, что в английском языке обозначается термином «frontline public diplomacy». Усилия США в области публичной дипломатии включают: взаимодействие с иностранной аудиторией, культурную дипломатию, академические и образовательные гранты, программы международных обменов, а также информационное противодействие международному терроризму и внешнеполитическим соперникам2.

Таким образом, в то время как целью российской публичной дипломатии является создание объективного образа собственной страны в глазах зарубежной аудитории, национальный брендинг3, сопровождение внешнеполитических усилий в данной сфере, без очернения образа других государств, публичная дипломатия США включает в себя два компонента - привлечение союзников (в основном посредством образовательных и культурных программ) и противодействие угрозам (экстремизму и зарубежной пропаганде* (*Следует отметить, что в США в последнее время все активнее используются термины «пропаганда» и «контрпропаганда», причем как академическим сообществом, так и официальными лицами. Негативная коннотация присутствует только в отношении зарубежной - чаще всего «российской пропаганды и дезинформации», усилий в данной области со стороны международного терроризма (данные угрозы в ежегодных отчетах Совещательной комиссии по публичной дипломатии США стоят через запятую, именно в таком порядке); при этом пропаганда собственных американских ценностей приветствуется // Из личного архива автора. Выступление и дискуссии на международных конференциях: Ежегодный конвент Ассоциации международных отношений (ISA). Торонто, 2014; Новый Орлеан, 2015; Атланта, 2016; Конференция Центра публичной дипломатии Южнокалифорнийского университета «Содействие международному развитию». Лос-Анджелес, 2015; V международный форум «Политический маркетинг в меняющемся мире: глобальное, региональное и национальное измерение». СПбГУ-2016; Конференция Дипломатической академии «Трансформация международных отношений в XXI веке: вызовы и перспективы». 2017.), прежде всего российской), при помощи стратегических коммуникаций4. Эти две взаимоисключающие задачи приводят к дефициту координации и сложности стратегического планирования, размыванию аппарата публичной дипломатии, чрезмерной административной нагрузке специалистов, отвечающих за ее осуществление5, поскольку публичную дипломатию тяжело совмещать со стратегическими коммуникациями в рамках одного контролирующего органа - Государственного департамента США.

Хотя ПД США осуществляется государственными и окологосударственными структурами, огромное влияние на нее оказывают два фактора - американская внешняя политика и национальный бренд США. Успехи на внешнеполитической арене (к примеру, из недавних - переговоры по иранской ядерной программе, Парижское соглашение по климату, восстановление дипломатических отношений с Кубой) формируют благоприятную среду для ее реализации. Как говорил Президент Обама в своем резонансном интервью журналу «The Atlantic», на какой бы саммит он ни приехал, везде именно США задавали повестку дня, принимали ключевые решения - в вопросах от ядерного нераспространения до изменения климата6. В то же время гуманитарные интервенции и то, что Джордж Фрост Кеннан называл «законнически-морализаторским подходом» к международным отношениям, приводят к росту антиамериканизма по всему миру, отрицательно влияют на инициативы США в области ПД.

Барак Обама отмечал, что, каждый раз, когда США начинали наземные операции за рубежом, в других столицах возникали мысли о том, что, хотя данный шаг с американской точки зрения являлся обоснованным, он приводил к нарушению суверенитета других стран7. К примеру, нынешний миграционный кризис (который, по оценкам Джона Керри, привел к миграции 12 млн. человек8) видится частью европейцев как результат разрушения государственности на Ближнем Востоке и в Северной Африке (*В то же время примечательно, что значительная часть беженцев/экономических мигрантов в ЕС приезжают из Косова, решение о международном признании которого во многом было пролоббировано именно США. Так, в прошлом году с просьбой об убежище в Евросоюз обратились 73 тыс. косовских албанцев - 3,9% всего населения страны, а из объятой гражданской войной Сирии - всего 2,2% населения // См.: Саморуков М. Кто обрушил миграционную систему ЕС: Россия, Асад или албанцы // URL: http://carnegie.ru/commentary/?fa=63275)*.

Говоря о национальном бренде США, следует отметить, что в его формирование вовлечено как бизнес-сообщество, крупные компании, Американская торговая палата (AmCham с представительствами в 108 странах), так и культурные институты - от МакДоналдса, Диснея, Голливуда до Смитсоновского института и Карнеги-холла. Героями детства многих поколений россиян являются Том Сойер, Морис Джеральд, Холден Колфилд, Натаниэль Бампо, поэтому США активно используют культурную дипломатию в своей работе, в том числе и на постсоветском пространстве. В этой связи интересными представляются слова руководителя Центра публичной дипломатии Южнокалифорнийского университета Джэя Вонга (Jay Wang) о том, что, поскольку эмоции являются важной составляющей привлечения зарубежной аудитории, искусство и культура могут быть лучшим орудием в мире «постправды» - они направлены на возникновение эмпатии, делая образ «другого» более близким и понятным9.

Безусловно, «другим», «чужим» для США сегодня является именно Россия, поэтому для взаимодействия с ней, выстраивания процесса двусторонней коммуникации активно используется культурная дипломатия. Причем наиболее эффективными в области культурной дипломатии представляются мероприятия по линии народной дипломатии, горизонтальных связей, к примеру прошедший в Москве впервые за четверть века концерт приглашенного Ольгой Ростропович Вашингтонского национального симфонического оркестра, активно участвующего в различных американских официальных мероприятиях, включая инаугурацию Президента США10. По информации «The Washington Post», посол С.И.Кисляк назвал российский тур данного оркестра «одним из ярчайших событий современных российско-американских отношений»11. Таким образом, культурная дипломатия США, направленная на создание привлекательного образа страны, является значимой частью американской публичной дипломатии.

Для того чтобы исследовать публичную дипломатию США, представляется необходимым выявить и проанализировать следующие ее аспекты: посыл, уполномоченные структуры, целевую аудиторию, инструменты.

Посыл

Посыл, который США продвигают по всему миру, - доминирование ценностей над национальными интересами. При этом, как мы помним, публичная дипломатия самих Соединенных Штатов тесно связана с национальными интересами, а «сферой американских интересов в Вашингтоне считают весь мир»12. Предлагаемые ценности и нормы - права человека, демократизация, транспарентность, верховенство закона13: «США поддерживают набор универсальных прав - свободу речи, свободу собраний, свободу религий, равенство мужчин и женщин перед законом, свободу избирать лидеров»14. Кроме того, США активно используют образ американской мечты. По словам заместителя госсекретаря США по публичной дипломатии посла Брюса Вортона (Bruce Wharton), у них есть «то, чего нет у России и Китая, - признаваемые во всем мире возможности для самореализации»15, и как бы спорно ни выглядела данная идея, она активно продвигается американцами вовне. Известный российский ученый А.Д.Богатуров отмечает, что американцы считают собственные представления подходящими для всех, поскольку, по их мнению, «они отражают превосходство американского опыта и успех благоденствующего общества США»16.

Уполномоченные структуры

Стратегическое планирование и деятельность в данной сфере осуществляется «триадой» американской публичной дипломатии - Государственным департаментом, Совещательной комиссией по публичной дипломатии (the Advisory Commission on PD - ACPD) и Советом управляющих по вопросам вещания (the Broadcasting Board of Governors - BBG), деятельность которых будет рассмотрена ниже.

Государственный департамент

Основной структурой, отвечающей за осуществление американской публичной дипломатии, является Государственный департамент, в рамках которого заместитель госсекретаря по публичной дипломатии (в данный момент - посол Брюс Вортон) контролирует три профильных бюро - образовательно-культурное (с 1961 г. занимающееся вопросами культурно-образовательных, спортивных, профессиональных обменов со 160 странами, государственно-частного партнерства)17, общественно-политическое (занимающееся вопросами внутренней коммуникации с американской аудиторией)18, международных информационных программ19 (координирующее работу 700 американских центров в 150 странах, технологической инициативы TechCampGlobal* (*На которых, как отмечает профессор Н.А.Цветкова, представители зарубежных неправительственных организаций узнают о способах использования Интернета, когда доступ к сети отключен, проведения информационных кампаний: «Этот проект стал основным плодом работы госсекретаря Х.Клинтон, которая всегда живо интересовалась этими проектами. В ее переписке, опубликованной организацией «Викиликс», есть немало писем от ее помощников с подробным описанием хода развития программы в разных странах» // См.: Цветкова Н.А. Наследие Президента Обамы в области публичной дипломатии США. Материалы выступления на специальной секции Фонда Горчакова и факультета международных отношений МГИМО МИД РФ в рамках РАМИ. 09.12.2016 // URL: http://gorchakovfund.ru/news/20161), цифровой платформы ShareAmerica).

Также в сфере полномочий заместителя госсекретаря по публичной дипломатии находится Центр глобального вовлечения, созданный для информационной работы против экстремизма и терроризма20 и Центр политического планирования и ресурсов на публичную дипломатию21. Государственный департамент США курирует более 90 образовательных и культурных программ, 84 из которых - напрямую из семи региональных бюро в Вашингтоне (Африки, АТР, Европы и Евразии, международных организаций, Ближнего Востока, Южной и Центральной Азии, Западного полушария), а также сотни полевых программ, цифровых платформ и американских спикеров за рубежом.

На публичную дипломатию в 2017 году запланировано выделение 3,44% (1,72 млрд. долл.) от общего бюджета Госдепа (50 млрд. долл.)22. Хотя эффективность публичной дипломатии сложно оценить, поскольку она приносит результаты лишь в долгосрочной перспективе, специалисты обращают внимание на острую нехватку финансирования, особенно по сравнению с бюджетом на стратегические коммуникации Министерства обороны США23. В связи с планируемым сокращением бюджета программ содействия международному развитию по линии Государственного департамента на 28%, предполагается, что они станут более адресными и ориентированными на военно-политические задачи США.

Говоря об управлении публичной дипломатией со стороны Государственного департамента, следует отметить, что ушедшая администрация Обамы сделала несколько важных шагов в данной сфере.

Прежде всего, с 2013 года вместо концепции «мягкой силы»* (*Представляется важным отметить, что как альтернативу термина «мягкая сила» российский ученый М.А.Хрусталёв ввел понятие «сознательное влияние»: «Говоря о влиянии, необходимо сделать некоторое уточнение. Оно может быть стихийным или сознательным. Первое есть продукт наличия материальных ресурсов, так как сила и богатство оказывают влияние уже самим фактом своего существования. Однако стихийное влияние не поддается регулированию и в лучшем случае принуждает, то есть потенциально содержит в себе угрозу. В отличие от него сознательное влияние убеждает. В последнее время в американской политической науке стал использоваться для его обозначения термин «soft power» («мягкая сила»). Подобная терминологическая инновация представляется не вполне удачной, хотя она и получила признание и распространение в отечественных научных публикациях» // См.: Хрусталев М.А. Анализ международных ситуаций и политическая экспертиза: очерки теории и методологии. М.: НОФМО, 2008. С. 59.) началось активное использование стратегических коммуникаций, то есть предпочтение было отдано пропаганде, а не трудоемкому процессу привлечения зарубежной аудитории24. Определенное влияние на данный выбор оказали достижения российского международного вещания, которые в США характеризуются как «угроза российской дезинформации»25. Важную роль в американских стратегических коммуникациях играет созданный в 2016 году Центр глобального вовлечения26 - структурное подразделение Государственного департамента, изначально занимавшееся противодействием радикальной идеологии ИГИЛ, но в настоящее время, по словам ведущего американского исследователя в области ПД профессора Николаса Калла, направленное против российских усилий в области информационной работы27.

Следующим шагом в регулировании публичной дипломатии со стороны Госдепа стал переход к цифровой дипломатии, ознаменовавшийся запуском множества цифровых платформ и интернет-сообществ выпускников американских культурно-образовательных программ. Так, уже через год после произнесения в 2010 году госсекретарем Х.Клинтон исторической речи о том, что США будут вести прямой диалог с молодыми активными гражданами зарубежных стран28, во время событий в Египте на площади Тахрир координация протестов среди выпускников американских вузов велась путем использования социальных сетей. Как отмечает профессор Наталья Цветкова, использование сети Интернет стало основным инструментарием социально-политических протестов в Северной Африке, на Ближнем Востоке и на постсоветском пространстве, а мобилизация активной арабской молодежи, обучение ее методам координации посредством социальных сетей, создание многочисленных виртуальных НПО, которые пропагандировали ценности либерализма на арабском и английском языках, поддержка массовых выступлений американским политическим истеблишментом через глобальные интернет-сервисы стали неотъемлемой частью работы Государственного департамента29.

Знаковым для подтверждения руководством Госдепа возрастающей роли публичной дипломатии стало продвижение дипломатов, работающих в данной области, по карьерной лестнице (на посольские должности, на руководящие должности в региональных департаментах)30.

В то же время наблюдается дефицит стратегического планирования и координации данной сферы в рамках внешнеполитического ведомства: если до ликвидации в 1999 году Информационного агентства США (USIA) его сотрудники, работающие за рубежом, не были подотчетны послам и писали телеграммы, в том числе и критические, напрямую в Центральный аппарат агентства и Государственного департамента, то теперь специалисты управления по связям с общественностью (public affairs officers - PAOs) при посольствах подотчетны послам. Независимость, которую гарантировало агентство, утрачена, и не всегда возможно известить Вашингтон о реальной ситуации в стране пребывания. Вообще, ликвидацию агентства многие эксперты считают «односторонним разоружением в области публичной дипломатии». Вместе с тем «значительная часть Информационного агентства США сохранилась по крупицам в системе Государственного департамента. Все это теперь называется публичной дипломатией, но эти элементы не связаны общей стратегией, имеют острую нехватку финансирования, кадровый дефицит, неверно заданные цели, они не интегрированы и изолированы друг от друга»31.

Совещательная комиссия по публичной дипломатии - структура, оказывающая аналитическое сопровождение американской публичной дипломатии, созданная распоряжением Конгресса США в 1948 году* (*Законом Смита-Мундта (Smith-Mundt Act); тогда она называлась Совещательной комиссией по информационным вопросам, а в 1977 г. произошло ее объединение с Совещательной комиссией по вопросам образовательных обменов // URL: https://www.state.gov/pdcommission) для разработки мероприятий в области ПД и оценки их эффективности, а c 2013 года наделенная полномочиями составления ежегодных отчетов президенту, госсекретарю, Конгрессу.

Приоритетными областями работы комиссии являются:

- оценка эффективности деятельности в области ПД и международного вещания;

- поиск путей привлечения зарубежной аудитории и соблюдения требований безопасности (поскольку зачастую американские центры находятся на территории посольств с пропускным режимом, необходимость прохождения тщательной проверки отталкивает их потенциальных посетителей);

- укрепление кадрового потенциала специалистов в области ПД;

- стратегическое планирование32.

В данный момент перед комиссией остро стоит проблема координации работы дипломатов, находящихся в заграничных точках, центрального аппарата Госдепа и ученых. Поэтому многие специалисты отмечают необходимость структурной реформы, учета ПД при внешнеполитическом планировании: по их мнению, она должна быть более регионально ориентирована, а финансирование - отвечающее поставленным задачам, с целью чего необходима более активная работа с Конгрессом.

Совет управляющих по вопросам вещания создан для контроля за американским иновещанием с государственным финансированием в целях донесения до широкой аудитории незападных стран, «где зачастую нет независимых СМИ, позицию США для защиты свободы и демократии, которые являются государственной линией США»33.

Деятельностью подразделений совета охватываются все страны, анализируя которые можно выделить следующие регионы:

Азия - Радио «Свободная Азия» со штаб квартирой в Нью-Йорке, имеющее восемь региональных бюро. Помимо вещания в шести странах - Камбодже, Вьетнаме, Лаосе, Мьянме, Китае, КНДР, - им проводятся форумы и создаются дискуссионные площадки.

Ближний Восток и Африка - ближневосточные вещательные сети (телевизионная сеть «Alhurra TV» и музыкальное «Radio Sawa») - новостной канал на арабском языке с еженедельной аудиторией более 27,5 млн. человек в тех 22 странах Ближнего Востока и Северной Африки, «которые Freedom House расценивает как «несвободные» или «частично свободные»», работа которого осуществляется посредством «распространения и поддержки демократических ценностей»34.

Куба - офис вещания на Кубе - «Новости Марти» (Office of Cuba Martí Noticias) - мультимедиа хаб со спутниковым телевидением, коротковолновое и AM радио, распространение информации осуществляется с помощью флэш-дисков, электронной почты, DVD-дисков, SMS-рассылки, цифровой платформы martinoticias.com.

Европа/Евразия - Радио «Свободная Европа»/Радио «Свобода» (Radio Free Europe/Radio Liberty - RFE/RL), ведущее работу на 26 языках в 23 странах с аудиторией 26,6 млн. человек.

Кроме того, на весь мир вещает «Голос Америки» (Voice of America - VOA), «предоставляющий информацию на 45 языках для аудитории численностью 236,6 млн. человек»35.

Говоря о деятельности Совета управляющих по вопросам вещания в Евразии в отношении русскоязычной аудитории, стоит отметить, что здесь в качестве стратегии выбрано информирование и вовлечение граждан стран, «наиболее подверженных зарубежной пропаганде», с целью чего созданы новые инициативы, такие как сайт www.polygraph.info и канал «Настоящее время» (CurrentTime)36.

Профессор Н.Цветкова отмечает, что для влияния на Русский мир Барак Обама вдохнул новую жизнь в такие пережитки холодной войны, как «Голос Америки» и Радио «Свободная Европа»/Радио «Свобода», создав дополнительно 35 программ на русском языке для жителей постсоветского пространства в 2015 году: «Американские каналы вещания в Молдове, Киргизии, Грузии, Армении, Азербайджане и на Украине получили дополнительные деньги и часы вещания, 17 языков бывшего СССР вернулись в международное вещание США - добавились аварский, чеченский, белорусский, черкесский, язык крымских татар, казахский и др.»37. Еженедельно на русскоязычный сайт «Голоса Америки» заходят 350 тыс. человек, а в 2015 году произошел экспонентный рост подписчиков канала38. Также в 2013-2014 годах были запущены новостные каналы «Hromadske.TV» и «Настоящее время», вещающие на украинском и русском языках.

В то же время в 2016 году Совет управляющих по вопросам вещания лишился независимости от президентской администрации - теперь его руководителя может назначить Президент США (данный законопроект был пролоббирован администрацией Обамы, ожидавшей, видимо, приход на эту должность Х.Клинтон)39, что негативно оценивается американскими учеными и практиками.

Стоит отметить, что деятельность США в области публичной дипломатии не ограничивается работой рассмотренных трех структур, поскольку огромную роль в ней также играют два федеральных агентства - Агентство США по международному развитию (USAID), занимающееся различными вопросами - от экономической помощи до продвижения правозащитной повестки, и Корпус мира (PeaceCorps), функционирующий в 139 странах. При этом их деятельность не гарантирует лояльности населения других стран. К примеру, по линии американских программ экономической помощи Пакистану «ежегодно выделяются 500 млн. долларов гуманитарной помощи, при этом 74% его населения воспринимают США враждебно ( в 2009 г. - 64%)». Хотя, безусловно, следует признать, что в ряде регионов данные структуры эффективно выполняют американские внешнеполитические задачи.

Кроме того, сложно переоценить значение аналитических центров, исследовательских институтов, неправительственных организаций, таких как Центр стратегических и международных исследований (CSIS), Корпорация RAND, Брукингский институт, Институт международного образования (Institute of International Education - IIE), Национальный совет по зарубежным визитам (The National Council for International Visitors - NCIV), AMIDEAST, Смитсоновский институт, фонд «Gen Next Foundation», играющих существенную роль в выстраивании диалога с зарубежными научными и деловыми кругами.

После анализа институтов перейдем к рассмотрению целевой аудитории американской публичной дипломатии.

Целевая аудитория

Целевую аудиторию американской публичной дипломатии можно разделить на два сегмента - «лидеров, элиты» (нынешние и будущие «movers & shakers») и «революционеров, оппозиционеров» с высоким протестным потенциалом.

Лидеры, элита

США по всему миру работают с «влиятельными лидерами мнений среди гражданского общества, бизнеса, СМИ, политики, религиозных сообществ»40. Причем американцы в свою деятельность вовлекают не только нынешнюю, но и будущую элиту. Так, по словам бывшего заместителя госсекретаря США по вопросам публичной дипломатии Ричарда Стенгела (Richard Stengel), в ситуации, когда половина мирового населения моложе 30 лет, необходимо выстраивать отношения с будущими лидерами, которые будут рассматривать Америку как союзника, поскольку у молодежи нет устойчивого представления о стране, можно повлиять на его формирование.

США заинтересованы в легитимности своих действий в глазах иностранной аудитории, поэтому для осознанной и неосознанной ретрансляции своей позиции они привлекают зарубежных экспертов, настроенных положительно или нейтрально по отношению к США, именно такие голоса внушают наибольшее доверие в зарубежной среде; кроме того, невозможно всем потенциальным получателям информации «отправить по открытке», к примеру легче привлечь к сотрудничеству вузовского преподавателя, который затем повлияет на формирование позиции по отношению к действиям США со стороны своих студентов.

Революционеры

Американская публичная дипломатия направлена не только на представителей элит, но и на амбициозную, хорошо образованную молодежь, не имеющую возможностей для самореализации, - недавних выпускников обменных программ, представителей мусульманских меньшинств (особенно в странах ЕС), девушек и представителей необеспеченных семей, «воспринимающих США как модель для подражания, ориентир, на который следует равняться для воплощения мечты»41.

Сотрудники, работающие в области американской публичной дипломатии, взаимодействуют с различными группами, включая оппозиционные по отношению к правящим режимам, чтобы не допустить повторения ситуации, подобной событиям 1979 года в Иране, когда у США не оказалось выхода на окружение пришедшего к власти Аятоллы Хомейни.

В такой работе, безусловно, важен адресный подход ко всем заинтересованным во взаимодействии, процесс коммуникации должен представлять собой улицу с двусторонним движением, на которой возможна не только передача информации, но и получение отклика от ее получателей для внесения необходимых корректив.

Инструменты

Существует несколько инструментов в области американской публичной дипломатии. Представляется, что наиболее эффективным из них является высшее образование, поскольку США стабильно занимают первое место в мире по количеству студентов-иностранцев.

Американские университеты - это инкубаторы и лаборатории демократии. Как отмечал Ричард Стенгел, высшее образование является одним из главных американских активов, образовательные институты - лабораториями демократии, а знание английского языка необходимо для успеха в глобальной экономике42.

Будущие лидеры со всего мира получают американское образование, в результате чего у них вырабатывается если не симпатия, то эмпатия по отношению к американскому народу, его достижениям, стране, системе, ценностям. К примеру, говоря о соседних с Россией странах - стратегических партнерах, ежегодно 60 тыс. китайских студентов учатся в США по стипендиям правительства КНР; с 1993 года более 6500 казахов прошли обучение по президентской программе РК «Болашак», большинство из них - в США и Великобритании43. Причем США успешно капитализируют данный ресурс: ежегодно иностранные студенты приносят в казну США 30 млрд. долларов. Кроме того, США предлагают образовательные программы не только на своей территории, но также активно создают сеть филиалов американских университетов за рубежом (American University - в Армении, Азербайджане, Болгарии, Казахстане, Киргизии, Марокко, Иордании, ОАЭ - Шарджа и Дубай)44.

Важной частью использования в публичной дипломатии США достижений американского высшего образования являются программы международных обменов - проекты для будущих лидеров (стипендии Fulbright, the International Visitor Leadership Program, the Future Leaders Exchange - FLEX program, The Kennedy-Lugar Youth Exchange and Study -YES program, American Council of Young Political Leaders - ACYPL, Study of the U.S. Institutes for Student Leaders - SUSI, International Leaders in Education Program - ILEP|IREX, Hubert H. Humphrey Fellowship), а также специализированные программы для различной аудитории, к примеру проекты для зарубежных писателей, бизнесменов, женщин, учителей - The International Writing Program (IWP), Salzburg Global Seminar, FORTUNE/US State Department Global Women’s Mentoring Partnership, Teaching Excellence and Achievement Program (TEA)|IREX. Достаточно сказать, что выпускниками американских программ обмена, курируемых Госдепартаментом, являются 75 нобелевских лауреатов и 450 глав государств45.

Также посольства США в 60 странах мира поддерживают массовые открытые курсы дистанционного обучения (т. н. Massive open online courses - MOOCs), тематика которых посвящена различным аспектам - от предпринимательства до инжиниринга (т. н. science, technology, engineering and mathematics - STEM), провайдерами которых являются такие образовательные платформы, как Coursera, edX, Udacity, Open CourseWare46.

Продвижение изучения и преподавания английского языка по всему миру представляет собой неотъемлемую часть работы американского внешнеполитического ведомства. Одна из наиболее успешных программ в этой области - микрогрантовая программа «Access», ориентированная на 13-20-летнюю молодежь из стран с неблагоприятными условиями развития, участниками которой с 2004 года стали около 95 тыс. студентов из 85 стран47.

Важным инструментом американской публичной дипломатии в зарубежных странах являются американские центры (American Spaces, Centers, Corners), функционирующие при посольствах, на площадке которых выступают спикеры, рассказывающие о различных темах - от джаза до гастродипломатии. Также 400 центров Госдепа в 170 странах предоставляют консультации по вопросам обучения в США - так называемый «проект EducationUSA»48.

В то же время, как отмечалось выше, существует проблема ограниченного доступа в подобные центры, поскольку зачастую они располагаются на территории посольств США. Кроме того, в цифровую эпоху достаточно сложно так оборудовать эти центры, чтобы люди ежедневно в них приходили: если раньше было достаточно организовать их по типу библиотек, то теперь, когда многие ресурсы доступны в электронном виде, следует создавать новые инициативы. В данной ситуации необходимо нешаблонное мышление, к примеру в Джакарте американский центр открыли в крупнейшем торговом центре, и, хотя первые пару лет данный проект имел огромный успех (экспонентный рост посетителей), со временем эффект от его новизны был нивелирован49.

Поэтому сегодня как никогда актуальна фраза бывшего главы Информационного агентства США Эдварда Мэроу (Edward R.Murrow), одного из основоположников американской публичной дипломатии, борца с маккартизмом, о том, что главное - пройти последние пару шагов навстречу зарубежной аудитории («to make the last three feet»). У США это не всегда получается, но профильные эксперты, работающие в большинстве случаев в Центре публичной дипломатии Южнокалифорнийского университета (USC CPD) и в Школе права и дипломатии им. Флетчера Университета Тафтса, Институте публичной политики им. Бейкера Университета Райса, активно занимаются вопросом изучения и внедрения лучших мировых практик для достижения поставленных целей.

Как ранее говорилось, две плохо сочетаемые задачи американской публичной дипломатии - привлечение союзников и противодействие соперникам - приводят к дисбалансу в управлении данным внешнеполитическим инструментом.

Говоря о российском направлении в публичной дипломатии США, крайне перспективной видится «вторая дорожка» дипломатии, которая смогла бы повлиять на формирование мер доверия между двумя странами. Авторитетные центры США заявляют о готовности к диалогу с Россией по вопросам публичной дипломатии50. Как отмечал Генри Киссинджер в своей «примаковской лекции» в Фонде Горчакова, сегодня угрозы чаще возникают от размывания государственности и возрастающего количества неконтролируемых территорий, с которыми не в состоянии справиться ни одно государство, что требует существенной кооперации между Россией, США и другими державами51.

С российской стороны также имеется запрос на подобные дискуссии по линии аналитических центров, подтверждением чему могут служить такие форматы, как организованные ИМЭМО им. Е.М.Примакова РАН «Примаковские чтения», собравшие ведущих международников со всего мира; встреча на острове Бойсто, резолюции которой легли в основу Минских соглашений; проект «Евроатлантическая инициатива в области безопасности», нацеленный на разработку предложений по новой архитектуре безопасности на евроатлантическом пространстве; встречи группы «Эльба», созданной для обсуждения важных аспектов российско-американских отношений. Экспертные дискуссии о подобном сотрудничестве открывают большие возможности для публичной дипломатии как России, так и США.

Александра Коллонтай говорила, что задача дипломата - приобретать друзей для своей страны52, это касается и специалистов в области публичной дипломатии. Задача американских дипломатов в XXI веке - сделать американскую мечту своей для миллиардов людей во всем мире. И хотя американская экономическая система, достижения в области бизнеса, высоких технологий крайне положительно влияют на формирование имиджа США, тем самым обеспечивая благоприятную среду для американской публичной дипломатии, американская внешняя политика последних десятилетий, приведшая к разрушению государственности в ряде регионов мира, оказывает отрицательное воздействие на публичную дипломатию США, приводит к росту антиамериканизма по всему миру.

Турбулентные события, которые мы наблюдаем, называемые американцами «ростом популизма и национального самосознания, правых движений в ряде стран», поиск самими США национального консенсуса по приоритетным внешнеполитическим вопросам осложняют работу американской публичной дипломатии. Однако следует отметить, что инструментарий, используемый США в данной области, американские достижения и неудачи, успехи и просчеты могут представлять интерес для российских исследователей и дипломатов, занимающихся проблематикой публичной дипломатии.

1The Foreign Affairs Manual (FAM) // URL: https://www.state.gov/m/a/dir/regs/fam, Under Secretary for Public Diplomacy and Public Affairs // URL: https://www.state.gov/r/

2Stengel Richard. A Message to the Public Diplomacy Community // URL: https://www.state.gov/r/remarks/221768.htm

3Боришполец К.П. Публичная дипломатия на пространстве ЕАЭС: осмысление феномена и тенденций развития // Вестник МГИМО. 2015. №5 (44). С. 42-55.

4Ващенко А.В. Ресурс публичной дипломатии США и России: сравнительный анализ в начале XXI века // Проблемы национальной безопасности России: уроки истории и вызовы современности. 25 лет без Советского Союза. Адлерские чтения. Сборник статей международной конференции. 2016. С. 37-44.

5Public diplomacy and national security in 2017 // URL: https://csis-prod.s3.amazonaws.com/s3fs-public/publication/170117_Brown_PublicDiplomacy2017_Web.pdf?FaqyYdWYJBGWo24kpc01vqlSW2ZcwyNf

6Goldberg Jeffrey. The Obama Doctrine // The Atlantic. 2016. №4 // URL: http://www.theatlantic.com/magazine/archive/2016/04/the-obama-doctrine/471525/

7Ibid.

8Belfer Center Conversation with Secretary of State John Kerry // URL: http://belfercenter.ksg.harvard.edu/publication/25886/belfer_center_conversation_with_secretary_of_state_john_kerry.html

9Wang Jay. Seeking Emotional Truth in Public Diplomacy // URL: https://uscpublicdiplomacy.org/blog/seeking-emotional-truth-public-diplomacy

10Великая А. Культурная дипломатия США на российском направлении // URL: http://gorchakovfund.ru/news/20466/

11Midgette Anne. There’s still high culture in America: Why the National Symphony Orchestra went to Moscow. Washington Post. March 30, 2017 // URL: https://www.washingtonpost.com/entertainment/music/theres-still-high-culture-in-america-why-the-national-symphony-orchestra-went-to-moscow/2017/03/30/065acc26-1059-11e7-b2bb-417e331877d9_story.html?utm_term=.56a18ba3e6b2

12Богатуров А.Д. Международные отношения и внешняя политика России: Научное издание / А.Д.Богатуров. М.: Аспект Пресс, 2017. С. 259.

13Великая А.А. Рецензия доклада немецкого отделения Фонда Маршалла (США) «Пересматривая восточное направление европейской политики соседства» // URL: http://gorchakovfund.ru/news/16544

14Remarks by the President on the Middle East and North Africa. May 19, 2011 // URL:https://obamawhitehouse.archives.gov/the-press-office/2011/05/19/remarks-president-middle-east-and-north-afric

15Public Diplomacy and National Security - Lessons Learned for the Next Administration // URL: https://www.csis.org/events/public-diplomacy-and-national-security-lessons-learned-next-administration

16Богатуров А.Д. Указ. соч. С. 255.

17Bureau of Educational and Cultural Affairs // URL: https://eca.state.gov/about-bureau

18Bureau of Public Affairs //URL: https://www.state.gov/r/pa/

19Bureau of International Information Programs // URL: https://www.state.gov/r/iip/

20Global Engagement Center // URL: https://www.state.gov/r/gec/index.htm

21Policy Planning and Resources for Public Diplomacy and Public Affairs // URL: https://www.state.gov/r/ppr/

222016 Comprehensive Annual Report on Public Diplomacy and International Broadcasting // URL: https://www.state.gov/pdcommission/reports/2016/index.htm

23Kristof F. However Much Trump Spends on Arms, We Can’t Bomb Ebola // The New York Times. March 2, 2017 // URL: https://www.nytimes.com/2017/03/02/opinion/however-much-trump-spends-on-arms-we-cant-bomb-ebola.html?_r=0

24Цветкова Н.А. Наследие Президента Обамы в области публичной дипломатии США. Материалы выступления на специальной секции Фонда Горчакова и факультета международных отношений МГИМО МИД РФ в рамках РАМИ. 09.12. 2016 // URL: http://gorchakovfund.ru/news/20161

25Undermining Democratic Institutions and Splintering NATO: Russian Disinformation Aims. Hearings // URL: https://foreignaffairs.house.gov/hearing/hearing-undermining-democratic-institutions-splintering-nato-russian-disinformation-aims

26Global Engagement Center // URL: https://www.state.gov/r/gec/index.htm

27Cull Nicholas J. What the U.S. can learn from its Cold War fight against Kremlin propaganda // URL: https://www.washingtonpost.com/news/monkey-cage/wp/2017/01/13/will-steroids-help-u-s-counter-propaganda-bigger-isnt-always-better/?utm_term=.5b297a5613ab.

28Цветкова Н.А. Указ. соч.

29Там же.

30Public diplomacy and national security in 2017 // URL: https://csis-prod.s3.amazonaws.com/s3fs-public/publication/170117_Brown_PublicDiplomacy2017_Web.pdf?FaqyYdWYJBGWo24kpc01vqlSW2ZcwyNf

31Armstrong Matt. The Past, Present, and Future of the War for Public Opinion // War on the Rocks. January 19, 2017 // URL: https://warontherocks.com/2017/01/the-past-present-and-future-of-the-war-for-public-opinion/

32United States Advisory Commission on Public Diplomacy // URL: https://www.state.gov/pdcommission/

33Broadcasting Board of Governors. Mission // URL: https://www.bbg.gov/who-we-are/mission

34Broadcasting Board of Governors. Middle East Broadcasting Networks // URL: https://www.bbg.gov/networks/mbn/

35Broadcasting Board of Governors. Voice of America // URL:https://www.bbg.gov/networks/voa/

36Public diplomacy and national security in 2017 // URL: https://csis-prod.s3.amazonaws.com/s3fs-public/publication/170117_Brown_PublicDiplomacy2017_Web.pdf?FaqyYdWYJBGWo24kpc01vqlSW2ZcwyNf

37Цветкова Н.А. Указ. соч.

382016 Comprehensive Annual Report...

39Big change to U.S. broadcasting is coming - and it’s one Putin might admire // URL: https://www.washingtonpost.com/opinions/global-opinions/a-big-change-to-us-broadcasting-is-coming--and-its-one-putin-might-admire/2016/12/09/6c6d5786-bcb7-11e6-91ee-1adddfe36cbe_story.html?utm_term=.39b4b9d

40Public diplomacy and national security in 2017 // URL: https://csis-prod.s3.amazonaws.com/s3fs-public/publication/170117_Brown_PublicDiplomacy2017_Web.pdf?FaqyYdWYJBGWo24kpc01vqlSW2ZcwyNf

41Public diplomacy and national security - Lessons Learned for the Next Administration // URL: https://www.csis.org/events/public-diplomacy-and-national-security-lessons-learned-next-administration

42Stengel Richard. A Message to the Public Diplomacy Community // https://www.state.gov/r/remarks/221768.htm

43Embassy of the Republic of Kazakhstan to the United States Bolashak scholarship // URL: http://www.kazakhembus.com/content/bolashak-scholarship#sthash.jBVPHIMR.dpuf

44Waterbury John. Hate Your Policies, Love Your Institutions // Foreign Affairs. January/February 2003 Issue; American University website // URL: http://www.american.edu/

45Bureau of educational and cultural affairs, the U.S. Department of State. About the Assistant Secretary // URL: https://eca.state.gov/about-bureau/about-assistant-secretary

46Bureau of educational and cultural affairs, the U.S. Department of State. MOOC camp // URL: https://eca.state.gov/programs-initiatives/mooc-camp

47Bureau of educational and cultural affairs, the U.S. Department of State. Exchange programs // URL: https://exchanges.state.gov/non-us/program/english-access-microscholarship-program

48EducationUSA // URL: https://educationusa.state.gov/

49Rugh W. Front Line Public Diplomacy. How US Embassies Communicate with Foreign Publics. Palgrave Macmillan Series in Global Public Diplomacy. 2014.

50Public diplomacy and national security in 2017 // URL: https://csis-prod.s3.amazonaws.com/s3fs-public/publication/170117_Brown_PublicDiplomacy2017_Web.pdf?FaqyYdWYJBGWo24kpc01vqlSW2ZcwyNf

51Primakov Lecture by Henry A.Kissinger at the Gorchakov Fund in Moscow // URL: http://gorchakovfund.ru/en/news/18352/

52Коллонтай А.М. Дипломатические дневники. 11 октября 1922 г. М.: Академия, 2001. 1076 с.

США > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 мая 2017 > № 2220943 Анна Великая


Россия. Весь мир > СМИ, ИТ > interaffairs.ru, 18 февраля 2016 > № 1653397 Анна Великая

Публичная дипломатия как инструмент международного диалога

Анна Великая, Руководитель проекта Фонда поддержки публичной дипломатии им. А.М.Горчакова, кандидат политических наук

«Бесполезно взваливать вину за текущую
 ситуацию на ту или иную страну. Если основные
 центры силы не найдут возможность взаимодействия
 и равного распределения ответственности, то мы 
вновь окажемся на грани войны».

Обращение к Конгрессу Президента Ф.Д.Рузвельта
по итогам Ялтинской конференции 1945 года

Сегодня, когда Россия находится в центре дискуссии о современном мироустройстве, публичная дипломатия может стать ключевым элементом донесения до зарубежной аудитории нашей позиции, формирования площадок для ее обсуждения и выработки взаимоприемлемого решения. Будучи тесно связанной с национальными интересами - а по мнению корифея американской дипломатии Эдварда Джереджяна, публичная дипломатия представляет собой отстаивание национальных интересов посредством информирования, вовлечения и влияния на международные процессы1, - она крайне важна в ситуации, когда имеется дефицит доверия для преодоления конфронтации. Как считает Адам Ротфельд, член «Группы мудрецов» ОБСЕ, чем сложнее официальные отношения между государствами, тем более необходимы контакты между неправительственными организациями, писателями, деятелями культуры и учеными2. Именно публичная дипломатия позволяет создать форматы сотрудничества, направленные на нахождение точек соприкосновения интересов. Данное понятие, привнесенное в оборот деканом Школы Флетчера Эдмундом Галлионом 50 лет назад, предполагает ведение диалога по наиболее значимым вопросам международных отношений представителями экспертного сообщества и гражданского общества различных стран.

Иногда публичную дипломатию считают синонимом «мягкой силы», или общественной, народной дипломатии. Однако это не так: она является инструментом «мягкой силы»3, и если в английском варианте включает в себя общественную, народную дипломатию (people-to-people diplomacy), то в русском эти понятия различаются. Публичная дипломатия предполагает акцент на экспертную аудиторию (Track II Diplomacy), корреляцию с целями официальной дипломатии. То есть можно сказать, что самым высоким уровнем международного взаимодействия является классическая дипломатия, межправительственное сотрудничество, следующим - публичная дипломатия, экспертное сотрудничество (к примеру, встреча на острове Бойсто, участники которой выдвинули рекомендации по Минским договоренностям), а фундаментальным - общественная дипломатия, направленная на работу с представителями гражданского общества, творческой интеллигенцией, молодыми лидерами (к примеру, культурные форумы стран - участниц СНГ).

Как отмечает Джозеф Най, велика опасность перепутать публичную дипломатию с пропагандой, но данное понятие имеет отрицательную коннотацию, и поэтому пропаганда не может формировать «мягкую силу»4. В то же время пропаганда может серьезно повлиять на восприятие образа страны, против которой она направлена. Так, в качестве примера можно привести резкий рост пронатовских настроений в Швеции: по информации «Радио Свобода», если в 2012 году за присоединение к Североатлантическому альянсу выступало 17% населения, то из-за так называемой «российской угрозы» сейчас эту идею поддерживает 41% (39% выступают против, а 20% не определились)5. Таким образом, широкомасштабные методы пропаганды привели к росту пронатовских настроений за три года практически в 2,5 раза, причем это нельзя объяснить присоединением Россией Крыма, поскольку первоначальный всплеск этих настроений с 17 до 29% наблюдался в 2013 году, когда Президентом Украины был еще законно избранный Виктор Янукович, а дипломатические усилия Москвы сосредоточились на ближневосточном направлении с целью недопущения военной операции США против Сирии, передачи химического оружия под контроль ООН6.

В отличие от пропаганды публичная дипломатия призвана строить мосты, а не возводить заграждения, поскольку она направлена не на очернение других международных акторов, а на формирование объективного представления о собственной стране7. К сожалению, представители аналитических кругов соседних с Россией стран еще недавно отмечали, что российские усилия в данной сфере были направлены лишь на отвержение западной «мягкой силы»8, поэтому необходимо проводить серьезную работу по доведению до иностранной аудитории собственной позиции по наиболее актуальным международным вопросам. Движущей силой этого процесса является публичная дипломатия, связанная с адресной работой с нынешними или будущими элитами иностранных государств (понимаемыми, по определению Г.К.Ашина, как авангард социальной общности, слой людей, играющий решающую, часто огромную роль в социальном процессе9).

Публичная дипломатия влияет на различные аспекты внешнеполитической деятельности государства, и она принципиально важна для достижения успеха на международной арене. Лица, причастные к принятию внешнеполитических решений в данной сфере, должны стараться, чтобы формируемый образ страны был привлекательным в долгосрочной перспективе. Однако в современных условиях достичь данной цели очень сложно и применять для этого нужно более личные и интерактивные подходы, чем ранее.

С помощью публичной дипломатии можно добиться лояльности внешней аудитории - устойчивого положительного или благожелательно-нейтрального отношения к определенной стране. Однако лояльность не всегда является самоцелью, поскольку существует часть внешнеполитической аудитории, интересы которой можно удовлетворить только в ущерб собственным. Так, говоря о такой «ложной лояльности», можно привести пример, когда пару лет назад один видный представитель академических кругов Украины предлагал первоначально урегулировать газовый вопрос для пре-вращения нашего соседа из партнера в друга10. История показала, что дружба в этом случае на рыночной основе не вышла: на экономических началах целесообразнее иметь предсказуемого партнера, а не переменчивого друга.

Способствуют укреплению лояльного отношения «горизонтальные» контакты: важно приглашать представителей иностранного экспертного и гражданского сообществ для формирования объективного представления о России, направлять отечественных специалистов перенимать лучший зарубежный опыт. Так, можно привести слова директора Института проблем передачи информации им. А.А.Харкевича РАН академика РАН Александра Кулешова: «Если я вижу молодого перспективного парня, который скоро может стать доктором наук, я ему говорю: «Ты будешь начальником лаборатории при выполнении следующих условий: защитишь докторскую и год должен отработать на Западе. И это обязательное условие, потому что без этого ты мне в качестве начальника лаборатории не нужен. Мы тебе организуем стажировку: несколько месяцев в Швейцарии, несколько месяцев во Франции. Ты должен понимать, что происходит в мире. Ты должен найти свои связи. Без этого ты всегда будешь на периферии»11.

Можно сказать, что одной из задач публичной дипломатии является выведение страны из этой условной «периферии» в «центр», причем для этого необходимо использовать современные информационно-коммуникационные технологии, знать портрет людей, являющихся потенциальными получателями информации, проводить социологические исследования, направленные на выявление запросов зарубежной аудитории, поскольку, как представляется, только государства, понимающие интересы экспертного сообщества и гражданского общества ключевых игроков, предлагающие соответствующие им и собственным национальным интересам форматы взаимодействия, способны выйти победителями из развернувшейся сегодня «битвы за умы и сердца».

Также важно изучать зарубежный опыт публичной дипломатии. Например, говоря об американском подходе к публичной дипломатии, можно сказать, что она приравнивается к гуманитарному сотрудничеству в российском понимании этого термина - налаживанию и поддержанию контактов в сфере образования, науки, культуры, туризма, спорта и массовых коммуникаций. Американская публичная дипломатия активно работает с правозащитной тематикой, направлена на отстаивание прав меньшинств и продвижение феминизма, ключевыми словами при ее проведении являются свобода, прозрачность, демократия и права человека. В США существует созданная распоряжением Конгресса 1948 года Комиссия по публичной дипломатии, готовящая ежегодные отчеты для президента, Конгресса, заместителя госсекретаря по публичной дипломатии и международному вещанию, учитывающая шаги в данной сфере Государственного департамента США и Совета управляющих по вопросам иновещания (Broadcasting Board of Governors, BBG)12. В составе американского внешнеполитического ведомства действуют шесть региональных офисов по публичной дипломатии, а также секции по гуманитарным вопросам (Public Affairs Sections - PAS) при посольствах США по всему миру.

Следует отметить, что публичная дипломатия является крайне сложным и многоуровневым процессом. До недавнего времени начинания в сфере российской публичной дипломатии были связаны с межправительственными отношениями или же проектами с творческой и научной интеллигенцией, не охватывая работу с гражданским обществом: неправительственными организациями, лидерами мнений, людьми, участвующими в процессе принятия решений, учеными-международниками. Но за несколько лет в России были предприняты значительные усилия в данном направлении: создан Фонд поддержки публичной дипломатии им. А.М.Горчакова, осуществляющий грантовые и собственные программы в данной области; Российский совет по международным делам; Фонд поддержки и защиты прав соотечественников, проживающих за рубежом; существенные полномочия переданы Россотрудничеству; запущены успешные медиапродукты, такие как «Россия сегодня», новостное агентство «Спутник», приложение «Российской газеты» «Russia Beyond the Headlines»; основан Международный дискуссионный клуб «Валдай»; расширена деятельность Совета по внешней и оборонной политике; созданы региональные экономические форумы, направленные на работу с бизнес-сообществом, ключевыми инвесторами. Однако, несмотря на все эти позитивные инициативы, события на Украине наглядно продемонстрировали, что России предстоит еще существенно работать над донесением собственной позиции до зарубежных лидеров, особенно в регионах, приоритетных для ее внешнеполитических интересов. В то же время пример постконфликтных российско-грузинских отношений показывает, что даже в ситуации, когда между странами разорваны дипломатические отношения, важно сохранять каналы для «горизонтального» сотрудничества13.

Несмотря на действия конкурентов, среда для функционирования российской публичной дипломатии крайне благоприятна: на лучших мировых площадках с триумфом проходят концерты Валерия Гергиева, Дениса Мацуева, Николая Луганского, Анны Нетребко; Россия находится на седьмом месте в мире по количеству нобелевских лауреатов; выступления российских спортсменов, проведенная зимняя Олимпиада вызывают восхищение во всем мире - по словам президента Международного олимпийского комитета Томаса Баха, в Сочи гости приехали с глубоким почтением к богатой и разнообразной истории России, а уехали как ее друзья14.

Также Россия предпринимает все больше адресных шагов, направленных на содействие международному развитию: в соответствии с заявлением ООН, наша страна вышла на первое место в мире по количеству обращенных к ней просьб об убежище (275 000 человек, 99% из которых составляют граждане Украины)15; кроме того, пару месяцев назад было подписано соглашение о создании Трастового фонда «Российская Федерация - Программа развития ООН в целях развития»16, представляющего собой механизм реализации российской помощи на проекты ПРООН с первоначальным финансированием в размере 25 млн. долларов (прежде всего в государствах - участниках СНГ). Данные факторы, формирующие положительный образ страны за рубежом, создают плодотворную почву для российской публичной дипломатии.

Говоря о соотношении роли официальных структур и гражданского общества в продвижении публичной дипломатии, отдельные эксперты, к примеру Джошуа Фоус, считают, что она является прерогативой органов государственной власти: деятельностью правительства по донесению до зарубежной аудитории культуры, ценностей и верований своей страны и, следовательно, по улучшению ее образа и репутации17. Однако представляется, что ключевыми участниками данного процесса должны быть экспертное сообщество и гражданское общество.

Причем следует сказать, что для публичной дипломатии крайне важно соответствие заявлений руководителей определенной страны их поступкам. Американские исследователи отмечают: «Для того чтобы люди нам доверяли, слова не должны расходиться с поступками. К примеру, на словах США воспевают свободную торговлю, а на деле устанавливают торговые барьеры для продукции зарубежной сталелитейной промышленности, проводят протекционистскую политику по отношению к собственному сахарному и хлопчатобумажному производству, не допуская более дешевые импортные товары. Вопреки положениям Североамериканского соглашения о зоне свободной торговли (НАФТА), Америка не допускает на свой внутренний рынок более дешевые канадские пиломатериалы»18.

Все эти шаги вредят образу страны в глазах иностранных граждан, снижают эффективность ее публичной дипломатии и нивелируют работу людей, занятых в этой сфере. Также можно сказать, что верно выбранный внешнеполитический курс является основой для публичной дипломатии: так, позиция России по Сирии, Ираку, Ливии была с восторгом встречена миллионами людей - от Ближнего Востока до Латинской Америки, сформировав отношение к России как к стране, предлагающей альтернативный западному подход, основанный на общечеловеческих ценностях и справедливости.

В этой связи можно привести слова М.А.Хрусталева, еще несколько лет назад отмечавшего, что стратегическая линия Запада предусматривает формирование единого мирового правового пространства, в котором регулирование распространяется не только на межгосударственные отношения, но и на внутригосударственные процессы, иначе говоря, на отношения между населением и режимом: «Концепция прав человека объективно противостоит концепции суверенитета, а следовательно, отказу от принципа «невмешательства во внутренние дела» в межгосударственных отношениях. Это последнее создает квазилегитимное основание для иностранной интервенции»19. Последствия подобного подхода привели к миллионам жертв среди мирного населения некогда процветающих государств, крупнейшему со времен Второй мировой войны миграционному кризису, о разрешении которого думают лучшие умы Европейского союза, но, к сожалению, так пока и не озвучив ошибочность своей позиции по разрушению государственности на Ближнем Востоке и в Северной Африке.

Также помимо верно выбранной внешней политики страны на эффективность публичной дипломатии существенно влияет ориентация на работу с молодежью - привлечение сегодняшних магистрантов, аспирантов, молодых профессионалов, которые через пять-десять лет станут аналитиками, дипломатами, журналистами, преподавателями профильных вузов и руководителями НПО, это является необходимым, поскольку публичная дипломатия приносит результаты лишь в долгосрочной перспективе. Как считает один из ведущих исследователей в данной области Николас Калл, средства, потраченные на публичную дипломатию, являются не затратами, а стратегическими инвестициями, поэтому расчеты ее эффективности в краткосрочной перспективе можно сравнить с измерением садовником роста куста роз за ночь.

К примеру, по словам экс-заместителя госсекретаря США по публичной дипломатии Тары Зоненшайн, эффект от образовательных проектов виден лишь в долгосрочной перспективе: так, в грузинском Парламенте она встретила 17 выпускников американских программ20. Осознавая необходимость проведения эффективной публичной дипломатии, государства все чаще решаются на серьезные шаги в данной сфере, при этом копирование действий других международных игроков и собственная интерпретация удачных внешнеполитических действий очень свойственны для данной сферы (использование образовательных программ, стажировок, проведение культурных мероприятий, запуск новостных каналов на различных иностранных языках21).

К сожалению, в России наблюдается проблема экспертного диалога академических ученых-международников с их зарубежными коллегами, поскольку бюджет исследовательских центров на проведение международных конференций, зарубежные командировки сотрудников во многих случаях оставляет желать лучшего. Представляется необходимым активизировать именно это направление публичной дипломатии. Следует отметить, что в США также идет дискуссия о целесообразности увеличения финансирования публичной дипломатии, особенно в свете необходимости улучшения образа США на Ближнем Востоке и Латинской Америке, отмечается, что после окончания холодной войны количество людей, работающих в области публичной дипломатии, сократилось на 35%, финансирование - на 26%.

Успешная публичная дипломатия начинается с понимания процессов, формирующих общественное мнение, большая роль в которых принадлежит средствам массовой информации22, поэтому необходимо взаимодействовать с иностранной аудиторией через публичные выступления, публикации, культурные обмены, мониторинг социальных сетей. Специалисты, работающие в области публичной дипломатии, в отличие от представителей внешнеполитических ведомств, не связаны официальными ограничениями, они правомочны работать с различными представителями гражданского общества, аналитических центров для выработки конструктивной точки зрения.

Необходимо отметить особенность публичной дипломатии стран Южной Европы, ЕАЭС, БРИКС и МИНТ, которые в своих действиях апеллируют к культурному, гуманитарному, экономическому сотрудничеству. Их общей чертой является демонстративное невмешательство во внутренние дела стран-партнеров, имеющих, по их представлению, право на отстаивание собственных национальных интересов23; у них имеется осознание, что гражданское общество бывает не только либеральным. Не прибегая к насильственной демократизации или правозащитной повестке, они сознательно отказываются от практики построения государств («nation-building»), направленной на привнесение извне институтов власти в государства, рассматриваемые определенными международными акторами как несостоявшиеся. Невозможно вообразить, чтобы представители вооруженных сил этих стран открыто говорили о содействии в диалоге гражданского общества и правительств отдельных стран посредством дипломатов и военных страны-посредника, в отличие от западных военнослужащих, которые могут позволить себе подобные высказывания24. Несмотря на отсутствие подобных отрицательных предпосылок для формирования собственного образа за рубежом, работа вышеуказанных стран в области публичной дипломатии зачастую идет по линии межгосударственного, «вертикального» сотрудничества, поэтому имеется серьезный запрос со стороны их экспертного сообщества, гражданского общества на более активный и открытый диалог, формирование «горизонтальных» связей.

Подводя итоги, можно сказать, что публичная дипломатия позволяет нивелировать тенденции роста разобщенности и использовать открывающиеся возможности для взаимодействия. Ввиду того что в современных условиях достичь этого крайне сложно, следует применять подходы, учитывающие страновую специфику (законодательную, культурную, историческую). Также важно слышать собеседников, перенимать у них положительныи? опыт: благодаря созданию пространства для ведения диалога можно укрепить долгосрочные отношения между странами, причем необязательно добиться совпадения всех позиции?, гораздо важнее выявить область общих интересов, на основе которых можно выстраивать сотрудничество. Помочь этому и призвана публичная дипломатия.

 1Changing Minds Winning Peace: а new strategic direction for U.S. public diplomacy in the Arab & Muslim world // URL: http://www.state.gov/documents/organization/24882.pdf

 2Rotfeld Adam Daniel. A World in Turmoil Searching for a New International Order. Presentation at the Polish Embassy. Moscow, 4 Sept. 2015 // URL: http://www.moskwa.msz.gov.pl/resource/b6885f12-9338-496e-adb5-9534a3a8dbfe:JCR

 3Sun Henry H. International political marketing: a case study of United States soft power and public diplomacy // Journal of Public Affairs. 2008. №8. P. 165-183.

 4On «The American century» and the future of smart power. An Interview with Joseph Nye // URL://publicdiplomacymagazine.com/wp-content/uploads/2015/06/Smart-Power-PD-Mag.pdf

 5The Daily Vertical: The Temperature in Sweden // RFE. URL: http://www.rferl.org/content/daily-vertical-temperature-in-sweden/27249247.html

 6http://ria.ru/spravka/20140821/1020585145.html

 7Правда, иногда видные американские ученые-международники де-факто приравнивают публичную дипломатию к пропаганде, призывая НАТО противодействовать российским усилиям в данной сфере. См.: Seib Philip. Fighting the Information War // Huffington Post. 27.09.2015 // URL: http://www.huffingtonpost.com/philip-seib/fighting-the-information_b_8203348.html

 8Shiriyev Zaur. Does Russia need «soft power»? // Today's Zaman // URL: http://www.todayszaman.com/columnistDetail_getNewsById.action?newsId=307507#.USPL9FnxQAN.facebook.

 9Ашин Г.К. Элитология в системе общественных наук // URL: http://www.mgimo.ru/files/138689/vestnik_09-03_ashin.pdf

10«Круглый стол» «Россия и Украина: контуры внешней политики на 2013 год». Из личного архива автора.

11Механик А. Квант технологической революции // Эксперт. 2015. 30 авг. // URL: http://expert.ru/expert/2015/36/kvantyi-tehnologicheskoj-revolyutsii/

122014 Comprehensive Annual Report on Public Diplomacy and International Broadcasting Activities // URL: http://www.state.gov/documents/organization/235159.pdf

13http://gorchakovfund.ru/news/10368, http://gorchakovfund.ru/news/10368    

14Almasy Steve. Olympics closing ceremony is trip through Russian culture // http://www.cnn.dk/2014/02/23/sport/olympics-closing-ceremony/index.html?iid=article_sidebar

15UNHCR. Forced displacement in 2014 // URL: http://www.unhcr.org/556725e69.html

16Соглашение о создании Трастового фонда в целях развития // URL: http://www.undp.ru/documents/Agreement_Russia-UNDP%20Trust%20Fund%20for%20Development_rus.pdf

17Sun Henry H. Op. cit.

18Taylor Humphrey. The Not-So-Black Art of Public Diplomacy // World Policy Journal. Winter 2007/2008. Vol. 24. Issue 4. P. 51.

19Хрусталев М.А. Анализ международных ситуаций и политическая экспертиза: очерки теории и методологи. М.: НОФМО, 2008. С.18.

20Video: Undersecretary of State for Public Diplomacy and Public Affairs Tara Sonenshine on Why Public Diplomacy Matters // URL: http://csis.org/multimedia/video-undersecretary-state-public-diplomacy-and-public-affairs-tara-sonenshine-why-public

21См.: сайты каналов «Russia Today», «Press TV», «Chinese Central Television» // www.rt.com, www.press-tv.com, www.cctv.com.

22Taylor Humphrey. Op. cit.

23См.: Великая А. Рекомендации Фонда Маршалла - отказ от национального суверенитета // URL: http://gorchakovfund.ru/news/16544/

24Так, к примеру, командующий спецоперациями армии США генерал Джозеф Вотель заявил, что его подчиненные, работая совместно с американскими посольствами в странах, руководство которых хотело бы оказать сопротивление российскому влиянию, укрепляют связи между их правительством и гражданским обществом. Special Ops Chief: Russia aims to divide NATO, poses «existential» threat to US // URL: http://www.foxnews.com/politics/2015/07/25/special-ops-chief-russia-aims-to-divide-nato-poses-existential-threat-to-us/?intcmp=hpbt1

Россия. Весь мир > СМИ, ИТ > interaffairs.ru, 18 февраля 2016 > № 1653397 Анна Великая


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter