Всего новостей: 2549747, выбрано 3 за 0.009 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Акимов Максим в отраслях: Госбюджет, налоги, ценывсе
Акимов Максим в отраслях: Госбюджет, налоги, ценывсе
Россия > СМИ, ИТ > bfm.ru, 24 мая 2018 > № 2636363 Максим Акимов

Вице-премьер Акимов: «Кейс с Telegram весьма травматичный, но это попытка поиска баланса»

Максим Акимов признал, что попытка выдалась неудачной, но государство обязано реагировать на угрозы. Об этом он заявил в эфире Business FM

Кейс с Telegram — это неудачная попытка найти баланс между правами граждан, интересами бизнеса и безопасности государства, заявил Business FM вице-премьер Максим Акимов. В кулуарах ПМЭФ-2018 с ним побеседовал корреспондент Business FM Иван Медведев:

А вы, как человек, отвечающий за цифровизацию, и как человек с таким видением, очень интересна ваша позиция по поводу блокировки Telegram. Нужна ли вообще и нужна ли она в той форме, в которой она проводится? Ваше отношение к пакету «законов Яровой»?

Максим Акимов: Моя позиция такова: не только мы, во всех странах мира ищут очень сложный баланс в треугольнике: права людей, интересы бизнеса и интересы безопасности государств, которые представляют, в общем, интересы общества. И, к сожалению, иногда в поисках этого баланса надо двигаться путем проб и ошибок. Не из-за злодеяний и злой воли участников этого процесса, а из-за того, что этот баланс либо технологически не находим, пока нет возможности его найти, либо мы просто не настолько технологичны и умны, чтобы его быстро обнаружить. Мы, безусловно, его найдем, и я думаю, что, в любом случае, это должен быть, скорее, диалог между разными участниками, но все время формировать повестку, исходя из того, что это дремучее охранительство, наверное, это как раз не случай дремучего охранительства, а случай поиска этого сложного баланса, потому что мы не можем игнорировать наши же с вами собственные интересы. И, в одном случае говорить, мы нуждаемся в защите, а в другом случае, в общем, излишне критически, мягко скажу, относиться к попыткам выстроить такие элементы защиты. Полагаю, что этот конкретный кейс — сложный, без сомнения.

Мы сейчас говорим о Telegram?

Максим Акимов: О Telegram, конечно. Этот конкретный кейс, весьма сложный и травматичный для всех сторон, теперь уже надо признать.

И для тех, кто вообще не имел никакого отношения?

Максим Акимов: Да. Еще раз хочу сказать, с моей точки зрения, это вот такая попытка поиска этого баланса.

Пока не совсем удачная.

Максим Акимов: Я считаю, несмотря на то, что это не совсем удачно, это никак не характеризует политику как таковую. Это просто ситуация, когда, действительно, такой баланс найти сложно, и, конечно, я просто призываю не только людей, которые занимаются вопросами нашей с вами безопасности, но я призываю и, соответственно, другую сторону тоже уважительно относиться к профессиональной работе тех, кто должен эту безопасность обеспечивать. Этот вопрос есть. Мы не можем сказать, слушайте, этот мир безграничных свобод. Технологическое развитие подразумевает абсолютную свободу имплементации. К сожалению, мир не таков. И он полон иногда, в том числе и разного рода угроз, на которые государство должно реагировать, и реагировать профессионально. Это получается, еще раз хочу сказать, не всегда. Мне кажется, мы должны проявить чуть больше терпения.

При этом Акимов признал, что приложение Telegram у него есть. На уточняющий вопрос, пользуется ли он им, вице-премьер заявил, что это его личные данные.

Иван Медведев

Россия > СМИ, ИТ > bfm.ru, 24 мая 2018 > № 2636363 Максим Акимов


Россия > Госбюджет, налоги, цены. СМИ, ИТ > premier.gov.ru, 24 мая 2018 > № 2623494 Максим Акимов

Интервью Максима Акимова телеканалу «Россия 24».

Заместитель Председателя Правительства ответил на вопросы ведущего телеканала Александра Кареевского в рамках Петербургского международного экономического форума.

Из стенограммы:

А.Кареевский: Здравствуйте, Максим Алексеевич!

М.Акимов: Добрый день!

А.Кареевский: Вам доверена очень ответственная должность в Правительстве – выстраивать цифровую экономику. Мы в основном будем говорить об этом, хотя не только.

Многие сейчас говорят о цифровой экономике, но не очень многие понимают, что это такое. Есть разные точки зрения. Представляются прежде всего компьютеры, телефоны, ещё какие-то гаджеты. Что, по-вашему, цифровая экономика и зачем нам её нужно строить? Как Вы видите этот процесс?

М.Акимов: Если Вы обратили внимание – я думаю, конечно, обратили, и не только Вы, но и все заинтересованные граждане страны, – в указе Президента о структуре органов исполнительной власти появилось министерство с новым названием – Министерство цифрового развития, связи и массовых коммуникаций.

Цифровая экономика – это не только, да и не столько про экономику. Это прежде всего преобразование всех сфер жизни – здравоохранения, наших повседневных практик, культуры, гейминга. Всего чего угодно: процесса покупок, процесса перемещения товаров, грузов, людей, процессов отношений между ними, в том числе на базе социальных сетей.

А.Кареевский: То есть это какой-то новый дивный мир?

М.Акимов: Это очень сложное, очень рискованное, очень сложно управляемое (потому что оно меняет природу национальных государств и их возможности), трансграничное и глобальное явление. И это большой вызов не только для Российской Федерации, но и, без сомнения, для всех государств.

Мы должны в нём увидеть прежде всего огромные возможности и для улучшения жизни людей, и для повышения эффективности экономики, и для нахождения абсолютно новых рецептов развития. Экономика, построенная на данных, на обеспечении бесшовной миграции данных, на их обработке с помощью невиданных доселе мощных алгоритмов, – конечно, всё это принесёт абсолютно новые дивиденды. В здравоохранении это десятки тысяч сохранённых жизней. Это абсолютно новая скорость перемещения товаров, абсолютно новые сервисы, которые уже входят в нашу жизнь.

А.Кареевский: Например, какие Вы имеете в виду?

М.Акимов: Например, колоссальное увеличение доли электронных продаж в транспортной сфере, сфере транспортных услуг. Мы ведь уже забываем, что такое билетные кассы.

А.Кареевский: Да, всё там, в телефонах или на компьютерах.

М.Акимов: Более того, мы делаем это не с десктопов, мы делаем это в мобильных приложениях. У нас более 25% продаж в ритейле уже совершается с помощью мобильных приложений. Подчеркну, не электронных.

А.Кареевский: То есть не за большим компьютером?

М.Акимов: Да, не с помощью десктопов, а с помощью мобильных приложений.

Второй гигантский трек – это огромное накопление данных от интернета вещей. Потому что вся наша жизнь, так или иначе, опутана и будет опутана датчиками. У меня на руке часы – они фиксируют пульс, фиксируют мои движения, объём сна, который сократился сильно в последнее время. Всё это позволяет очень многое узнать человеку о самом себе, но и узнать третьим лицам о человеке.

А.Кареевский: Я как раз хотел сказать, что это всё пряники, о которых Вы говорите, а есть и…

М.Акимов: Я сразу сказал о рисках. Конечно, одна из базовых вещей – это не только кибербезопасность, борьба с прямым мошенничеством, это абсолютно новые правовые режимы регулирования данных.

Вопросы ведущему, интервьюеру, задавать не принято – задам: Вы часто читаете пользовательские соглашения (знаете, такие длинные есть)? Сколько раз в жизни Вы прочли их до конца?

А.Кареевский: Ни одного раза. Обычно я согласен.

М.Акимов: Ни одного раза. Вот с чем Вы согласны – всё там и заключается. Но если мы посмотрим ещё глубже, то не всё так просто. Например, если мы с помощью национального регулирования, чего во многом хотят люди, и это очень правильный запрос… Мы должны исходить, как я полагаю, из того, что первым и главным обладателем данных о себе является человек, он должен грамотно, компетентно в своём праве распорядиться этими данными.

А.Кареевский: То есть согласиться отдать их или изъять.

М.Акимов: Да, согласиться со способом их обработки, согласиться с тем, кто, как, когда, на какой основе может их агрегировать и, например, продать. И это очень важный аспект. Но это только одна сторона вопроса. А другая сторона вопроса в том, что цифровой мир трансграничен и глобален. И политика запрета не всегда работает. Это очень сложный баланс.

Приведу пример. Можно издать директивно норму, установить её с помощью правовых инструментов, нормативно-правовых актов, запрещающую, например, обработку данных, которые пользователи разместили в каких-то платформах. Вы как пользователь социальной сети, естественно, высказываете потребительские предпочтения, ставите лайки, реагируете…

А.Кареевский: Конечно, это всё собирательно...

М.Акимов: А если алгоритм, который видит Ваш профиль, находится за территорией Российской Федерации? И зарабатываются на этом деньги. Соответственно, развиваются новые бизнесы, с них платятся налоги. Согласны ли мы, чтобы эти сервисы перемещались за границу и там создавали стоимости? Я думаю, нам надо подумать о том, чтобы эти компетенции и эта активность легально концентрировались на территории России.

А.Кареевский: Максим Алексеевич, здесь есть очень много политических, наверное, проблем, экономических проблем, правовых проблем. Последний случай – инициатива запретить Booking.com в России. Наверное, Вы слышали.

М.Акимов: Как выяснилось, это скорее не инициатива, а частное обращение.

А.Кареевский: Хорошо, это была чья-то частная мысль, которая достаточно серьёзно всколыхнула интернет. Я видел отзывы.

Там есть здравое зерно. Как Вы сказали, стоимость от наших данных фактически зарабатывается за границей. Как этот вопрос решать? Как к нему подойти? Надо создать свой Booking.com?

М.Акимов: Во-первых, надо, конечно, развивать российские сервисы. И первое, о чём надо заботиться, – это о том, чтобы компетенции, которых у нас в каких-то сферах не хватает, приживались на российской почве, сотрудничать с глобальными компаниями.

А.Кареевский: А они готовы с нами сотрудничать?

М.Акимов: Сложный переговорный процесс, настрой – конструктивный.

А.Кареевский: То есть Вы видите такую возможность?

М.Акимов: Безусловно. И наша задача – создать для этого условия. Политикой пряника, но иногда и второй части этой пословицы… Так или иначе создавать условия для локализации ключевых компетенций в России. Мы для этого имеем всё: у нас прекрасные люди, у нас замечательная матшкола, у нас хорошее профильное образование, у нас сильный и очень заинтересованный бизнес, который готов это абсорбировать и имплементировать, применять в бизнес-процессах.

Возвращаясь к центральному вопросу, цифровая экономика – это про данные и про людей. Это не только про IT. И это не про финтех. Многие думают: цифровая экономика – равно криптовалюты, блокчейн и так далее. Это совсем про другое. Это то, как механизм накопления, передачи и обработки данных меняет стандартные представления о бизнес-моделях, о повседневной жизни людей, как он привносит в нашу жизнь совершенно новые вещи.

А.Кареевский: Мне нравится называть это «изменение способа производства товаров и услуг». Я так это определяю.

М.Акимов: И взаимодействия людей и вещей.

А.Кареевский: Согласен, такое добавление очень важно.

Вы коснулись вопроса криптовалют. Действительно, было много, как теперь говорит молодёжь, хайпа и так далее по этому делу в прошлом году. Сейчас немножко страсти поутихли, тем не менее криптовалюты развиваются, процесс идёт, как говорил наш политик недавнего прошлого, и вряд ли он закончится завтра. Госдума приняла в первом чтении закон о цифровых активах. Вы как к нему относитесь? Считаете его разрешительным или это запретительный закон – в том виде, в котором он есть сейчас? Пока на первый взгляд всё-таки достаточно жёсткое регулирование, но всё-таки это не запретительный закон. Что нам делать с этой стороной цифровой экономики? Ваша позиция какая?

М.Акимов: Позиция Правительства на этапе работы с инициаторами законопроекта – а мы активно, естественно, коммуницировали в рамках реализации программы «Цифровая экономика», на базе центра компетенций «Сколково», в рабочих группах, в Минфине, в Банке России – позиция конструктивная, поддерживающая. Есть, соответственно, замечания, которые вполне можно ко второму чтению учесть. И я думаю, что на сегодняшний день в законопроекте оптимальный баланс между безопасностью, безопасностью финансовой сферы… Это же не абстракция, это наша с вами безопасность.

Это безопасность от вовлечения в новые пирамиды, безопасность от продажи под видом неких цифровых активов воздуха.

А.Кареевский: Токенов. Такого много сейчас, к сожалению.

М.Акимов: Американская комиссия по фондовому рынку провела такой эксперимент: опубликовала подобного рода криптофальшивку, инициировала, чтобы продемонстрировать, какое нездоровое доверие к этому существует, насколько это перегрето.

В законопроекте решается другая задача ещё, очень важная. Ведь это очень технологичные вещи, и они должны быть введены в гражданский оборот. Нам надо определить, что это такое с точки зрения природы: это отношение? это вещь? это обязательство?

А.Кареевский: Это имущество вроде?

М.Акимов: Как будем обращать взыскание? Вот всякое в жизни бывает, мы встречаемся, поженились, расстались, а у вас нажит совместный кошелёк криптовалют – что с ним делать? Брать цифровую пилу и…

А.Кареевский: Флешку напополам распиливать...

М.Акимов: Эти вопросы должны быть урегулированы. И введение на здоровой основе в гражданский оборот этой части цифровой индустрии – это очень важная задача. Для того чтобы дать возможность работать судебной системе, для того чтобы дать возможность работать правоприменителям и правоохранительным органам, защитить людей, не допустить перегрева и, самое главное, не блокировать развитие новых форм привлечения капитала на базе краудфандинга с помощью выпуска цифровых финансовых инструментов.

Мне кажется, мы очень близки к тому, чтобы найти баланс и не повторять ошибок.

А.Кареевский: То есть баланс будет найден? Запрещать, не пущать – такой задачи не стоит?

М.Акимов: Такой позиции нет. Есть вещи, на которые точно Банк России, Министерство финансов не согласны. Я думаю, что это очень здоровый баланс.

А.Кареевский: Максим Алексеевич, последний вопрос.

Цифровая экономика должна иметь материальную базу. Сейчас много идёт информации о том, что китайские власти вкладывают огромные деньги – появилась цифра 47 млрд долларов, только один фонд будет развивать микроэлектронику. Вся цифровая экономика на чём-то базируется. В России с этим проблемы. Есть ли у Правительства план (без цифр, может быть, пока) вложить какие-то серьёзные деньги и снизить нашу зависимость от импортных комплектующих и вообще от импорта цифровой техники?

М.Акимов: Вся наша активность в ближайшее время и в средней, долгосрочной перспективе будет базироваться на реализации нашего стратегического документа, на реализации наших планов по выполнению Указа Президента №204. Если вы обратили внимание, там цифровая повестка ведь не только в программе «Цифровая экономика», которой посвящён отдельный пункт, она присутствует практически во всех разделах. Цифровая повестка – сквозная.

Я всё время хочу сказать, что не существует такого: вот, мол, цифровая экономика, а всё остальное – само по себе. Это не так. Поэтому, конечно, в течение лета будут решения, в том числе и по финансовому обеспечению всех ключевых направлений. А импортозамещение – это не только направление, которое обеспечивает экономическую безопасность, которое критично вообще для безопасности страны. У нас есть очень чувствительные сферы, где, в общем, применение определённых импортных технологий просто недопустимо, там некоторым нашим партнёрам делать нечего, где мы можем полагаться только на себя, это абсолютно оправданно. И я думаю, что мы в соответствии с поручением Правительства до 15 августа вместе с экспертами и, самое главное, вместе с бизнесом эти решения выработаем.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. СМИ, ИТ > premier.gov.ru, 24 мая 2018 > № 2623494 Максим Акимов


Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > regnum.ru, 11 января 2012 > № 469445 Максим Акимов

Еженедельник "Калужский перекресток" разместил на своем сайте интервью первого заместителя губернатора Калужской области Максима Акимова под броским заголовком "О мифах и правде новой калужской экономики". Высокопоставленный областной чиновник предпринял очередную попытку обосновать актуальность и качество современного развития экономики калужского региона в условиях "дикорастущего" русского капитализма.

Свое мнение по данному вопросу 11 января высказал корреспонденту ИА REGNUM кандидат социологических наук калужанин Анатолий Галич :

"Наряду с интересными предположениями и фактами, в интервью М. Акимова имеется ряд неточностей и даже заблуждений. Действительно, иностранные инвесторы размещают на территории Калужской области не всегда устаревшее производство и оборудование, как о том судачат калужане. Вместе с тем, автозавод "Фольксваген", КМПМЗ в индустриальном парке "Ворсино", завод "Самсунг" и другие, размещая свое оборудование и производство в регионе, получили от областных властей существенные преференции и весомые льготы, которые отечественным производителям и не снились. К примеру, для предприятий - инвесторов необходимы кадры, которые надо было подготовить. Калужские власти предложили гостям- инвесторам помощь в подготовке персонала, профинансировав за счет регионального бюджета реконструкцию здания и строительство нового корпуса для Учебного центра подготовки и переподготовки специалистов для автомобильной промышленности.

Властями оплачивалась закупка базового, неспецифического оборудования калужского автокластера (специфическое - узлы для автомобилей и учебные программы финансируют инвесторы);

- бесплатная (за счет областного бюджета) подготовка специалистов в Учебном центре (до того момента, пока они не станут сотрудниками "Фольксвагена", "Вольво", "Пежо-Ситроен"). Центр, созданный на базе трех профлицеев, находится в системе государственного профобразования, где обучение бесплатно (опять за счет областного бюджета).

Средняя заработная плата на предприятиях новой калужской экономики по официальным данным составляет около 20 тысяч рублей в месяц, хотя на практике она значительно ниже (чистыми - 12-15 тысяч рублей), то есть 400 - 500 долларов в месяц.

Получается, что слесарь механосборочных работ на том же калужском Фольксвагене и других западных предприятий получает максимум 15 000-20 000 рублей. И это при трехсменном графике работы. План постоянно растет, зарплата - уменьшается. Как при такой "мотивации" работодателям ликвидировать текучесть кадров и повысить качество работы?! Впрочем, руководство этих предприятий не собирается этого понимать, т.к. заинтересовано только в уменьшении себестоимости выпускаемой продукции и в получении максимальной прибыли за счет мизерной заработной платы!

По известным нормам ООН, минимальная часовая зарплата должна быть не меньше $3, то есть по нормам ООН минимальная месячная заработная плата должна составлять на местных предприятиях около 16 000 рублей ( $3 х 30 руб. х 8 час. х 22 рабочих дня = 15 840 рублей), а в Калуге - это порой максимальная!

За год, на любом т.н. "импортном" калужском предприятии сотрудникам гарантируют выдать зарплату в размере около 190 000 рублей или где-то - 6,5 тысяч долларов США. Для сравнения, такой же специалист, но работающий на аналогичных предприятиях в Германии зарабатывает при такой же производительности труда в среднем за год - 50 тыс. евро или 1 710 000 рублей, т.е. в 9 раз больше калужского специалиста. В Японии такой специалист зарабатывает за год $75 800 или 2 274 000 рубле или в 12 раз больше, чем в Калужской области.

Эти сравнения - явно не в пользу иностранных работодателей (расхваливаемых замгубернатором М. Акимовым), которые инвестируют свои средства в свои предприятия на территории Калужской области.

При такой заработной плате, которую платят эти же работодатели за пределами России, на создаваемых ими предприятиях в калужском регионе, появилось бы не только американское, европейское или японское качество, но и большая заинтересованность работников и выгода для областного бюджета.

Эксплуатация калужских рабочих на иностранных предприятиях региона значительно выше, чем за границей в это же количество раз (в 9-12 раз). Между тем, региональные руководители радуются их "высокой" заработной плате, вместо того, чтобы отстаивать интересы своих рабочих перед иностранными инвесторами. Почему в этом наиважнейшем вопросе не работают контрольные государственные и общественные органы?!

На калужских предприятиях с западным капиталом идет беспощадная эксплуатация местного рабочего класса, т.к. внедренная в России и, в том числе в регионе, иностранными инвесторами "потогонная система", выгодна прежде всего этим инвесторам, т.к. основная прибыль - идет в карман иностранных владельцев. Вот почему, несогласие Максима Акимова с фантомом общественного сознания калужских специалистов, работающих в таких сложных экономических условиях, прямо говоря - удивляет!

За счет существенной недоплаты за труд калужским рабочим, иностранные инвесторы получают огромные сверхприбыли, позволяющие быстро "отбить" вложенные инвестиции.

Между тем собственные инвестиции калужского региона попросту "закопаны в землю", так как за счет подоходного налога от мизерной зарплаты (а остальное, в основном - льготы и преференции иностранным инвесторам), региональные вложения "не отобьются" и через 50-100 лет. Помимо налоговых, таможенных льгот, административных преференций - западным инвесторам полностью подготовили в чистом поле площадки со всеми коммуникациями для монтажа цехов - ангаров, похожих на временные сооружения, срок эксплуатации которых составляет 10-15 лет. Средства на подготовку этих площадок взяты региональным руководством, как правило, в коммерческих банках под залог областного имущества.

Любому экономисту или просто опытному хозяйственнику понятно, что, если бы эти же деньги были вложены в местную, отечественную промышленность (Моторостроительный, Турбинный, Машиностроительный, Приборный, Тепловозостроительный и в другие калужские заводы) эффективность и качество вложений была бы значительно выше, да и прибыль на дальнейшее развитие предприятий и социальной сферы осталась бы в Калужской области, а не вывезена инвесторами за границу.

Кстати, отечественные заводы не временные сооружения, а капитальные и могут послужить еще не один десяток лет. На бюджетные деньги, которые считай задарма отдали "пришельцам" можно было все обновить оборудование десятки цехов и предприятий. Вот они скрытые пружины быстрого "развития" калужского инвестиционного "феномена" и продолжающего упадка местной (отечественной) промышленности! В этой связи, невольно возникает вопрос, почему т.н. "калужские Фольксвагены, Пежо, Вольво, Самсунги" и другая продукция продается в России практически за такие же деньги, как и за изготовленные в Германии, Франции, Швеции, Японии и т.д. - там же зарплата в разы выше и таможенные пошлины - несравнимы!

Это еще одно, экономически обоснованное подтверждение, что происходит беспардонной обман покупателей продукции предприятий, изготовленной в калужском регионе, так как их качество и себестоимость на 30-50% ниже аналогичной зарубежной продукции.

С вступлением России в ВТО, экономические условия для отечественных предприятий будут значительно ухудшаться, т.к. при любом раскладе - северная страна (к которой относится Россия), не сможет на условиях ВТО, конкурировать с европейскими, американскими и азиатскими "теплыми" странами, т.к. себестоимость отечественной продукции будет всегда выше, из-за больших энергетических затрат".

"Что касается ухудшения экологии в регионе за счет размещения новых предприятий, то с этим спорить вообще некорректно, тем более руководителям области.

У кого может возникнуть вопрос о том, вредно ли производство цемента (строится рядом с Калугой крупнейший в Европе завод), или химическое производство - хлор и пр. (строится на территории Национального парка "Угра" - заповедника, также крупнейший в Европе), или попытка "пропихнуть" производство стеклотары (г. Обнинск), производство автомобильных шин и т.д.

Доказательства М. Акимова о некой "полезности" в экологическом понимании этих производств, или сопоставлять различные виды деятельности (с транспортом) - мягко говоря, не выдерживают никакой критики. До тех пор, пока не будет восстановлена отечественная промышленность и сельское хозяйство, население области будет вынуждено покупать импортные товары, тем самым инвестировать иностранные компании и различные посреднические структуры, и эта закономерность - налицо (как пример - "заоблачные" цены на лекарственные препараты, в основной массе - импортных)".

В Калужской области, как и в других регионах, происходит очередной "перегрев" экономики, что, безусловно, приведет не к модернизации различных отраслей хозяйства, а к очередной стагнации и к очередному витку экономического и финансового кризиса. Как следствие - фактический уровень жизни большинства калужан будет продолжать ухудшаться, а потребление - падать. С тем, чтобы не допустить массового протестного движения, государство вынуждено повышать зарплаты низко оплачиваемым работникам бюджетной сферы и пенсии, которые также направляются на стимулирование не производства, а на стимулирование потребления, т.е. опять на приобретение товаров, которые в основной массе составляет импорт.

В связи с этим можно сделать достаточно точный прогноз экономического развития региона и страны в целом на ближайшие годы - продолжение углубления кризиса за счет рецессии. По сути - возврат России к старой модели развития, которая в 2008 году уже привела страну к тяжелейшему кризису". 

Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > regnum.ru, 11 января 2012 > № 469445 Максим Акимов


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter