Всего новостей: 2550769, выбрано 2 за 0.011 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Зеленский Владимир в отраслях: Финансы, банкиМедицинавсе
Зеленский Владимир в отраслях: Финансы, банкиМедицинавсе
Россия > Медицина > portal-kultura.ru, 20 сентября 2016 > № 1917303 Владимир Зеленский

Владимир Зеленский: «Телефон страховой компании должен быть всегда под рукой»

Августин СЕВЕРИН

Несмотря на то, что эта система существует уже давно, многие до сих пор не знают, как она работает. О том, что представляет собой ОМС, какие возможности дает полис и как должны быть защищены наши права, «Культуре» рассказал директор Московского городского фонда обязательного медицинского страхования Владимир Зеленский.

культура: Для немалого числа людей остается загадкой, как функционирует система и зачем вообще нужна.

Зеленский: Первоначально она создавалась в качестве замены советскому бюджетному финансированию. Предполагалось, что ОМС станет толчком к развитию, поскольку раньше деньги выделялись не на пациента, а на медицинскую организацию — теперь же во главу угла ставится пациент. При старой схеме часть отчислений работодателя оставалась на региональном уровне, часть уходила на федеральный, была децентрализация и все держалось за счет региональных средств. Сегодня основное финансирование идет из центра. То есть все страховые взносы, собираемые и в Москве, и в любом другом месте, поступают в Федеральный фонд обязательного медицинского страхования, который распределяет эти деньги по подушевому принципу между регионами. В столице на сегодняшний день более 12 миллионов застрахованных граждан. За каждого мы получаем около 13 тысяч рублей. Таким образом, из федерального фонда ОМС в московский перечисляется более 155 миллиардов. Плюс имеем дополнительное финансирование из столичного бюджета. Это первые два уровня — федеральный и региональный. Дальше — в любом субъекте РФ работают страховые компании. Москвичи застрахованы в 11 компаниях, которые выполняют две основные функции. С одной стороны, это расчеты с медорганизациями за оказанные услуги, с другой — защита граждан. Страховщики обязаны работать с жалобами, информировать клиентов о правах и обязанностях, представлять их интересы в разбирательстве с медицинскими организациями, проводить разного рода экспертизы. Думаю, мало кто из обладателей полисов ОМС знает о том, что в год страховые компании только в Москве инициируют несколько миллионов экспертиз. Они проверяют истории болезни, смотрят, есть ли нарушения в лечебном процессе, лекарственном назначении, оформлении документации и так далее.

культура: Многие довольно редко ходят к врачам, в конце концов, обратившись в поликлинику, они могут столкнуться с ситуацией, когда им заявят, что полис старого образца, выданный на работе, больше недействителен, и для получения медпомощи (если это не экстренный случай) необходимо оформить новый по месту жительства. Например, так произошло со мной: я живу в области, а работаю в столице, соответственно полис у меня был московский.

Зеленский: Здесь все просто: переезжая с квартиры на квартиру, каждый должен известить об этом страховую компанию. Так что вам, как жителю Подмосковья, я рекомендую обратиться в местную страховую компанию — это ваша обязанность согласно закону.

культура: В Москве выдают полисы в виде пластиковых карточек. Многие ли успели их получить? Что необходимо сделать для оформления таких полисов?

Зеленский: Процесс стартовал в августе прошлого года, на сегодня выдано уже около семисот тысяч. Порядок получения электронного полиса ОМС практически не отличается от обычного. Единственная разница — при подаче заявления в страховую компанию нужно явиться лично и сфотографироваться, а также оставить свою подпись на специальном планшете. Детям до 14 лет сниматься не надо: их полисы действительны и без фото, а подпись ставит законный представитель. Электронные полисы хорошо защищены, их централизованно изготавливают для всей страны на Гознаке.

культура: Вы планируете заменить все полисы на электронные?

Зеленский: Очень бы хотелось, но они будут действовать наряду с бумажными. Мы предоставляем право выбрать, на каком носителе сделать документ. Это решение принято по нескольким причинам, в частности потому, что электронный полис можете получить лишь вы лично, а обычный — и ваш представитель по доверенности. Так, например, поступают маломобильные группы граждан.

культура: Есть мнение, что действителен не только сам полис, но и его ксерокопия. Это так?

Зеленский: По закону необходимо предъявить именно полис. О ксерокопии нигде ничего не говорится. Впрочем, в экстренных случаях ни скорая, ни стационар не откажут. Хотя в этих ситуациях полис вообще предъявлять необязательно. Другое дело, что потом стационару придется заниматься идентификацией пациента, просить родственников привезти документ.

культура: Если москвичу потребуется медицинская помощь в другом регионе России, достаточно ли полиса? И кстати, работает ли система ОМС в Крыму?

Зеленский: Полис нового образца, как электронный, так и бумажный, действует на всей территории РФ, включая Крым, просто применяется иная система взаиморасчетов: платит не страховая компания, а мы, Московский городской ФОМС, в фонд того региона, где была оказана помощь. Для гражданина, однако, это не имеет никакого значения. Есть одно «но»: полис надо все время брать с собой. Если же его нет, то перед визитом к врачу придется отправиться в местную страховую компанию для оформления временного свидетельства ОМС. Неприятности начинаются по возвращении домой: обратившись в очередной раз в свою поликлинику в Москве, застрахованный обнаруживает, что его столичный полис аннулирован. Дело в том, что после обращения в страховую компанию запускается процесс оформления нового полиса. Через месяц его изготавливают в другом регионе. Но так как забывчивый отпускник подавал заявление по месту отдыха, то и получить новый полис сможет лишь там. Старый же перестает действовать сразу после подачи заявления. Проблема в том, что люди, которые редко обращаются в медучреждения, обнаруживают, что их полис погашен, только через год, а то и два, когда им действительно снова требуется помощь.

культура: Электронный документ — единственное новшество, внедренное столичным ФОМС?

Зеленский: Для застрахованного на территории Москвы есть еще одно — личный кабинет на нашем сайте http://www.mgfoms.ru, где все желающие могут проверить, когда и какие медицинские услуги они получили, оценить их. Это удобный инструмент борьбы с приписками. Дело в том, что некоторые недобросовестные врачи проставляли процедуры, которых не проводили. Систему мы запустили в сентябре 2015-го, а к декабрю, когда многие горожане узнали о новой возможности, разразился скандал: оказалось, что за 2015-й (в базу была вбита информация с начала года) таких приписок сделано большое количество. Когда информация стала достоянием общественности, за короткий срок к нам поступило несколько десятков тысяч обращений. Сейчас ситуация изменилась в лучшую сторону, но время от времени подобные сигналы все-таки приходят.

Кроме того, в личном кабинете можно написать любую важную для врачей информацию, касающуюся своего здоровья (на что аллергия, какие болезни перенесли, переломы и др.), а также о том, как к вам удобнее проехать, оставить номер домофона. Эти сведения будут доступны бригаде скорой помощи.

культура: Как попасть в личный кабинет?

Зеленский: Необходимо зарегистрироваться на федеральном портале Госуслуг https://www.gosuslugi.ru/. Логин и пароль для входа на портал действуют и на нашем сайте.

культура: Еще один актуальный вопрос: обязательно ли прикрепляться к поликлинике?

Зеленский: Дело добровольное. Хотя все-таки прикрепляться важно, и вот почему: вся медицинская помощь у нас организована по участковому принципу. Предполагается, что такой врач следит за вверенной ему территорией и знает, все ли проходят диспансеризацию, скрининги, профилактические осмотры, наблюдает за страдающими хроническими заболеваниями. Естественно, у тех, кто выпадает из этой зоны ответственности, могут возникнуть проблемы.

В Москве из 12,1 миллиона застрахованных около 10,7 миллиона человек прикреплены к поликлиникам, как правило, по территориальному признаку. Это объясняется тем, что в 2013-м столичные медучреждения переведены на подушевое финансирование. Теперь выделение средств напрямую зависит от количества прикрепленных, вне зависимости от того, сколько услуг было оказано или сколько счетов за них выставлено.

культура: Можно ли прикрепиться к конкретному врачу?

Зеленский: Законодательство предоставляет такое право. Однако медицинская организация может вам отказать по причине перегруженности. Если вас по заявке прикрепят к доктору, у которого очень большая нагрузка, то в какой-то момент поликлиника не сумеет обеспечить вам попадание к нему на прием в определенные дни. Предельные сроки ожидания регламентированы, и мы очень жестко за этим следим и наказываем, если они нарушаются. Кроме того, врач должен дать согласие. Представьте ситуацию, когда на участке у терапевта три тысячи человек при норме в тысячу семьсот, и вы пришли три тысячи первым. При этом в той же поликлинике у другого доктора только полторы тысячи пациентов. Именно поэтому закон предоставляет медработнику право отказаться от приема гражданина.

культура: Можно ли лечиться не в той поликлинике, к которой прикреплен?

Зеленский: Это возможно, например, когда требуется неотложная помощь, скажем, при получении травмы. Или если вы прикрепились к медучреждению возле работы, в центре, а живете на окраине, и вам нужно вызвать врача на дом. Тогда та поликлиника, в которую идет ваше подушевое финансирование, оплатит оказанную вам услугу. В большей части остальных случаев потребуется направление из вашей поликлиники. Поскольку для нас основным принципом, определяющим, будет ли оплачена услуга страховой компанией или нет, является назначение врача, точно так же, как и в системе добровольного медицинского страхования, то поликлинике выгоднее принять пациента своими силами. Так как московские поликлиники — достаточно крупные организации (в среднем около тысячи сотрудников и двухсот тысяч прикрепленных, с бюджетом порядка миллиарда рублей), то подавляющее большинство из них оснащены всем необходимым. Конечно, может случиться, что, к примеру, нет гастроэнтеролога: врач на учебе, на больничном или в отпуске. Тогда вам выдадут направление в ближайшую санчасть, где есть специалист, и заплатят соседям за это посещение.

культура: Недавно мой коллега рассказал о том, что, записавшись на прием к терапевту, ждал очереди 10 дней. Когда пришел, то просидел около запертого кабинета 15 минут, после чего выяснил, что расписание врача изменилось, следующий прием ему назначили еще через 10 суток. Это нарушение?

Зеленский: Конечно. У нас сроки регламентированы. Немногие, кстати, знают, что есть документ — «Территориальная программа государственных гарантий», утвержденный постановлением правительства Москвы. В нем очень много различных приложений, которые обычным гражданам не очень-то интересны, но есть вещи, касающиеся буквально каждого, в частности, предельные сроки попадания к врачу, госпитализации и проведения исследований. Так, прием у терапевта должен быть осуществлен через 24 часа после обращения, при этом необязательно это будет ваш участковый доктор. Попадание к врачу-специалисту — семь рабочих дней. Четырнадцать — это рентген, УЗИ и любые анализы, двадцать — компьютерная и магнитно-резонансная томография и так далее. Если к нам поступают жалобы о несоблюдении сроков, то есть, допустим, человек не смог попасть на УЗИ в течение 14 дней, то страховая компания или фонд выходит в медицинскую организацию с проверкой. И если право гражданина на получение медицинской услуги не было вовремя обеспечено, учреждение штрафуется на весьма приличную сумму.

культура: Значит, при любых задержках надо звонить в страховую компанию?

Зеленский: Да. Компании, представленные в Москве, — очень крупные, у всех круглосуточные горячие линии. Звонок будет принят в обработку, и страховщики примут меры, чтобы пациент попал туда, куда ему нужно. Точно так же следует поступать, когда говорят, что та или иная услуга в полис не входит, требуется заплатить. Даже если каких-то экзотических процедур нет в ОМС, всегда существует бесплатный аналог, о чем пациент должен быть проинформирован. В страховых компаниях на горячих линиях работают в том числе врачи-эксперты, которые могут проконсультировать, что входит в полис, а что нет. У нас были случаи, когда люди звонили в страховую компанию и передавали трубку доктору, который вел прием. И дальше происходил разговор лекаря и эксперта.

культура: Как поступать, если застрахованный столкнется с нарушением в другом регионе? Звонить в свою страховую в Москву?

Зеленский: Нужно обращаться в территориальный фонд того региона, в который он приехал. А в Москве помощь иногородним оказываем мы. Даже если приезжие пишут жалобу в свой фонд, ее пересылают к нам. Такая же схема и в других субъектах.

культура: Телефоны горячей линии есть у всех страховщиков?

Зеленский: Да, и мы регулярно проверяем их работу.

культура: У региональных фондов также имеются горячие линии?

Зеленский: Да, только не круглосуточные. Поэтому если москвич столкнется с проблемой в выходной или ночью, ему придется звонить в свою страховую. Так что всем, кто этого еще не сделал, настоятельно рекомендую узнать и сохранить в мобильном телефоне номер страховой компании.

культура: А что все-таки не входит в ОМС?

Зеленский: Например, пластическая хирургия в эстетических целях. Самый главный критерий — наличие медицинских показаний. По закону в ОМС входит все, кроме психиатрии, туберкулеза, наркологии, лечения ВИЧ, СПИДа. Не попадают также самые сложные и дорогие методы высокотехнологичной медицинской помощи, такие, как, допустим, трансплантация органов или замена суставов. Все остальное финансирует ОМС. Бесплатное протезирование зубов, кстати, все же существует, но для определенных категорий граждан и оплачивается из городского бюджета, а не за счет фонда.

культура: Человек, который не прикреплен ни к одной поликлинике, может беспрепятственно получить медпомощь в любой из них?

Зеленский: Безусловно. Но первое, что ему порекомендуют, — прикрепиться. Потому что поликлиники заинтересованы в годичном подушевом финансировании, а не в выплате за один визит к терапевту.

культура: До недавнего времени диспансеризация проводилась по территориально-производственному принципу, то есть поликлиники договаривались с предприятиями и учреждениями о том, чтобы их сотрудники прошли комплексное обследование. Сейчас этот вопрос решается на местном уровне?

Зеленский: Действительно, в определенный период диспансеризация охватывала работающих граждан. Она была частью приоритетного национального проекта в сфере здравоохранения. Вопрос в том, что продолжительность жизни растет, поэтому срок, в течение которого могут быть выявлены те или иные заболевания, зачастую приходится на время выхода на пенсию. Поэтому несколько лет назад было принято решение сделать диспансеризацию правом не только работающих. Теперь ее проходят все граждане по достижении определенных лет. А именно, если ваш возраст кратен трем, то вы можете обратиться в поликлинику и пройти диспансеризацию. У нас есть четкая градация для мужчин и женщин, которая определяет, какие тесты нужны в том или ином возрасте. Сегодня система ОМС оплачивает диспансеризацию вне зависимости от того, работаете вы или нет. Это был дискриминирующий признак, а для ОМС таковых быть не может. Есть полис — есть право.

Россия > Медицина > portal-kultura.ru, 20 сентября 2016 > № 1917303 Владимир Зеленский


Россия. ЦФО > Медицина > bfm.ru, 7 декабря 2015 > № 1580094 Владимир Зеленский

Глава Московского фонда ОМС: Я могу подтвердить, что денег в системе обязательного страхования достаточно

Москвичи обнаружили, что им приписывают медицинские услуги — начиная от вакцинации до, подчас, полной диспансеризации. Только с сентября было получено 8 500 сообщений от граждан

Москвичи обнаружили, что в 2015 году «прошли» вакцинацию и диспансеризацию, более того, оказалось, что такая система функционирует не первый год. Как выяснила Business FM, при этом многие граждане даже не заходили в свои поликлиники. Подобные сведения заинтересовали Минздрав: он попросил Фонд обязательного медицинского страхования провести проверку в связи с ситуацией с врачебными приписками.

Каждый человек, застрахованный по ОМС, имеет право обратиться в страховую компанию и запросить выписку об оказанных услугах. В сентябре жители столицы получили доступ к базе фонда. Обозреватель Business FM Михаил Баженов встретился с директором Московского городского фонда обязательного медицинского страхования Владимиром Зеленским, чтобы прояснить ситуацию.

Владимир Анатольевич, в сентябре этого года Московский городской фонд обязательного медицинского страхования сделал сервис, который позволяет москвичам проверить те медицинские услуги, которые были им оказаны за текущий год. С сентября как много сообщений получил фонд о том, что эти услуги не были оказаны?

Владимир Зеленский: По состоянию на текущую дату мы получили порядка 8,5 тысячи сообщений о неуказанных услугах.

Есть ли среди них те, которые уже подтвердились?

Владимир Зеленский: Мы проверяем каждый случай. Мы пока разбираемся с сентябрем, уже есть несколько сотен случаев, по которым подтвержден факт отсутствия в медицинской документации в медорганизацих.

Это явление, которое эксперты называют припиской, я так понимаю, существует не первый год, и Московский городской фонд ОМС делал определенные шаги, чтобы это явление убрать. Расскажите об этих шагах и о том, почему это явление существовало раньше и может продолжать существовать сейчас.

Владимир Зеленский: В первую очередь, личный кабинет застрахованного человека открывался не с целью вылавливания приписок. Это часть политики по информированию застрахованных о том, как вообще работает система обязательного медицинского страхования. У нас по закону об ОМС на страховые компании возложена обязанность представлять интересы застрахованных, контролировать, следить, проводить экспертизы, информировать граждан, осуществлять индивидуальное информирование. Этот личный кабинет создавался, в сентябре был открыт именно для того, чтобы дать возможность гражданам проверить те записи, которые есть о них в наших информационных системах. Это не только записи об оказанных услугах. Это и паспортные данные, и информация о прикреплении к медицинским организациями. Много разной информации в этом личном кабинете, но все-таки мы преследовали цель народного контроля за расходованием средств обязательного медицинского страхования.

Почему понадобился этот народный контроль? Насколько я понимаю, страховые компании в постоянном режиме сами осуществляют контроль за теми услугами и за качеством тех услуг, которые оказывают лечебные учреждения.

Владимир Зеленский: Нормативы тех экспертных мероприятий, которые сейчас предусмотрены для страховых компаний на федеральном уровне, например, для амбулаторно-поликлинической помощи 0,8% оказанных услуг, у нас услуг оказывается поликлинических в ОМС порядка 400 млн, и обязательной экспертизе подвергаются только 3 млн. И у нас есть достаточно серьезные вопросы, в том числе к качеству этих экспертных мероприятий, проводимых страховыми компаниями, и мы все равно предположили, что лучше, чем сами застрахованные граждане, нам никто не сможет подтвердить или опровергнуть факты оказания тех или иных услуг.

То есть качество экспертизы страховых компаний оставляет желать лучшего?

Владимир Зеленский: И мы это выявляем периодически при проверках страховых компаний.

Вы сами тоже проверяете страховые компании?

Владимир Зеленский: Одной из основных функций фонда является как раз именно контроль за деятельностью страховых компаний, потому что большая часть ресурсов системы ОМС тратится именно через страховые компании, это подавляющее большинство всей оказанной медицинской помощи и всех услуг. Но если сравнить два показателя, мы получаем от федерального фонда субвенцию в 141 млрд рублей, из которых 134 млрд рублей медицинские организации получают именно через страховые компании.

Зависят ли доходы страховых компаний от качества их работы в системе ОМС?

Владимир Зеленский: Доходы страховых компаний являются фиксированными, это так называемые расходы на ведение дел. В текущем году это 1,3% от суммы средств, которая проходит через страховые компании. В следующем году это будет 1% от средств, идущих через страховые компании.

То есть, по большому счету, страховым компаниям можно почивать себе на лаврах за счет тех денег в системе ОМС и не особенно шевелиться в плане проверок, экспертиз и прочего?

Владимир Зеленский: По закону страховые компании имеют право получать себе в доход 30% от стоимости услуг, которые они признали дефектными, остальные 70% возвращаются в доход бюджетам фонда ОМС территориального, в нашем случае Московского городского фонда обязательного медицинского страхования. И наша ключевая задача, которую мы постоянно решаем со страховыми компаниями, для того чтобы те деньги, которые получают страховые от экспертиз, были бы использованы на улучшение качества самих экспертиз, а не просто были бы чистой прибылью страховых компаний.

Но даже получая часть прибыли от того, что они находят нарушения, страховые компании, как выясняется, находят эти нарушения не совсем качественными. В чем здесь подвох может быть?

Владимир Зеленский: Трудно сказать, в чем здесь подвох. Я думаю, отчасти это вызвано тем, что система все равно формируется относительно недавно такого рода штрафов. Поскольку вся эта система штрафных санкций была введена с новым законом об обязательном медицинском страховании, по сути, с 2011 года, и сейчас все равно еще определенным образом происходит setup этой системы. Но самое главное начнется, когда мы будем проверять те сообщения, которые наши застрахованные оставляют через сервисы, через личный кабинет застрахованного, мы будем еще смотреть, проверяла или не проверяла страховая компания этот случай ранее. Если выяснится, что страховая компания проверяла этот случай и когда-то признала его правомерным, но при этом человек нам сейчас сообщает о том, что он не обращался, то мы будем наказывать страховую компанию.

А насколько серьезное наказание для страховых компаний?

Владимир Зеленский: Существует тоже целая система штрафов и санкций для страховых компаний. Как правило, за нарушение экспертной работы это штраф в размере 10% от месячных расходов на ведение дел.

В этом году какие штрафы страховые компании получили?

Владимир Зеленский: Порядка 170 млн рублей.

Если сравнить эту цифру с их доходами...

Владимир Зеленский: На ведение дел в этом году страховые компании получат в общей сложности порядка 1,6 млрд.

10% от доходов страховые компании заплатили в виде штрафов?

Владимир Зеленский: Да, или заплатят.

Давайте вернемся на более территориальный уровень — в поликлиники. Все-таки несколько случаев, как вы уже сказали, подтвердились, приписки были. С какой целью это делается? К примеру, в Facebook говорится, что эти приписки позволяют медицинским учреждениям сохранять объемы и тем самым защищают их от возможного закрытия, от возможной реструктуризации. Насколько объективно и соответствует действительности это мнение?

Владимир Зеленский: Главная задача вообще системы обязательного медицинского страхования — это оказание медицинской помощи гражданам и оплата этой медицинской помощи, организация оказания медицинской помощи и оплата этой помощи — это самое ключевое. И в системе ОМС участвует огромное количество учреждений — порядка 400. И система ОМС — это не про врачей и не про медицинскую организацию. Поэтому очень сложно мне сказать, зачем. Я могу только прокомментировать одно: у нас поликлиники — и городские, и часть не городских поликлиник — в этом году уже получают деньги по принципу подушевого финансирования. Это означает, что их бюджет годовой зависит от количества прикрепленных граждан, написавших заявление в первую очередь или прикрепленных по территориальному признаку, а также подушевого норматива. И вне зависимости от того, обращался человек в поликлинику или не обращался в поликлинику, если он прикреплен, то поликлиника все равно получает этот фиксированный бюджет. И не означает абсолютно, что если человек ходил в поликлинику много и свой «подушевик», скажем так, исчерпал, то поликлинике кто-то заплатит сверх или не заплатит, ровно так же, как и не вычтет финансирование, если кто-то не ходит. То есть зависимости финансирования поликлиник от объема оказанных услуг сейчас нет, самое ключевое — это выбор гражданина на прикрепление.

Кстати, вы говорили о том, что у нас еще не все граждане прикрепились к своим поликлиникам, и отсюда возникают вопросы, когда человек заходит в систему и видит, что он оказывается к другой поликлинике прикреплен. Сколько у нас таких граждан осталось, неприкрепленных?

Владимир Зеленский: Порядка 6 млн человек. По сути, единственная обязанность застрахованного, которая есть у нас в законодательстве, это информировать страховую компанию об изменениях паспорта, фамилии, имени, отчества и изменении места жительства в течение месяца после того, как эти изменения произошли. У нас граждане зачастую не знают, что такая обязанность есть, поэтому в информационных системах страховых компаний в информационной системе фонда хранятся те данные о гражданах, которые были ими оставлены при получении полиса ОМС 10-15 лет назад. Естественно эти данные устаревают, нам застрахованные не сообщают, что у них эти изменения произошли. Поэтому возникают вопросы о том, почему человек прикреплен к поликлинике, а он на самом деле не живет уже несколько лет в этом районе. Потому что просто система ОМС не знает о том, что застрахованный уже несколько лет не живет в этом районе. Наша задача, и мы начали в сентябре 2014 года информационную кампанию, чтобы граждане все-таки прикреплялись по заявлению, а не по территориальному признаку. Нужно прийти в свою поликлинику и написать заявление о прикреплении. Потому что для нас заявление о прикреплении — это некий формат доверенности, что человек абсолютно осознанно пришел в поликлинику и нам, системе обязательного медицинского страхования, сообщил, что да, я хочу, чтобы сюда вы переводили свои деньги, а не мы сами догадывались бы, куда их переводить.

Что человеку необходимо сделать, чтобы посмотреть список оказанных ему услуг? Как я понимаю, для начала нужно пойти на сайт Московского городского фонда ОМС. Что дальше?

Владимир Зеленский: Можно прийти на сайт городского Фонда обязательного медицинского страхования и пройти в свой личный кабинет, если есть доступ к федеральному порталу государственных услуг. Причем этот доступ должен быть проверенным и подтвержденным. Почему мы выбрали такую систему авторизации — потому что мы открываем, по сути, медицинские данные, и мы должны быть на 100 процентов уверены, что мы открыли данные именно тому человеку, именно те данные, за которыми он пришел. Абсолютно не сложная процедура получения доступа на федеральный портал госуслуг, она несколько минут занимает — регистрация на сайте — и должен быть осуществлен визит в отделение «Почты России». Визит в отделение «Почты России» означает, что специальное лицо смотрит на паспорт, смотрит на человека и убеждается, что это действительно он. Это очень важный этап именно для получения такого доступа, он правда не занимает абсолютно много времени, я сам проходил эту процедуру, она у меня заняла буквально три минуты в отделении почты. То есть ключевое — живой человек должен посмотреть, что это действительно живой человек обращается за доступом.

Вы в свое время наблюдали за опытом других стран и видели то, что приписки — это не наше, отечественное, российское явление, что оно существует везде. Это так?

Владимир Зеленский: Да, и очень многие страны, действительно, пытаются разными способами бороться с приписками или с фиксакцией неоказанных услуг. Например, в части стационарной помощи во многих странах Европы приписки приобретают несколько другой оттенок. То есть это фиксация не факта услуги, когда гражданин не обращался, а это искусственное утяжеление диагнозов, то есть это еще один фактор искажения медицинской документации. Все с этим сталкиваются, и все с этим борются.

Это то, что у нас происходит в основном в частных клиниках.

Владимир Зеленский: Не могу комментировать частные клиники.

Человек приходит с головной болью, а ему говорят: у вас скоро будет инфаркт, давайте полечим еще ваши почки.

Владимир Зеленский: Не совсем так. Наверное, другой пример приведу: это может быть госпитализация с вывихом, а поставлен перелом. В мире очень распространена такого рода практика, поэтому страховые компании, фонды ОМС, которые существуют в других странах, всегда очень пристально смотрят именно за этим.

Можете ли вы дать оценку количеству этих виртуальных, неоказанных услуг и объему их в денежном эквиваленте за прошлые годы? В этом году, наверное, статистику подбивать еще рано, а за 2012-2014 годы есть какие-то данные?

Владимир Зеленский: Нет, таких данных у нас нет по так называемым виртуальным или неоказанным услугам. Я хочу просто еще раз подчеркнуть, что каждый случай требует индивидуального разбирательства, и говорить о том, что у нас 8,5 тысячи сообщений, из которых 8,5 тысячи — это будут подтвержденные неоказанные услуги, некорректно. Каждый случай требует расследования, детального изучения медицинской документации и, при необходимости, общения с самим застрахованным. И в этом плане очень хорошо, когда застрахованные тут же оставляют нам свои контакты для обратной связи, чтобы мы могли с ними оперативно поговорить, если вдруг у нас возникают какие-то вопросы. Хотел сказать огромное спасибо всем, кто обратился в свой личный кабинет, кто хочет в него обратиться или будет обращаться, за активную позицию. Действительно, правительство Москвы уделяет огромное внимание здравоохранению, постоянно вливаются дополнительные деньги, и нам то отношение граждан и та обратная связь, которую мы получаем через личные кабинеты, очень важны, потому что экономическая обстановка сложная и нам важен каждый рубль, чтобы он был использован максимально эффективно, с максимальным результатом. Поэтому спасибо всем огромное за активную гражданскую позицию.

Не один раз я слышал о том, что деньги в системе обязательного медицинского страхования есть, и их там достаточно. Вы можете подтвердить, что они там действительно есть и их там на самом деле достаточно?

Владимир Зеленский: Подтвердить выпиской со счетов казначейства Московского фонда обязательного медицинского страхования? Да, деньги в системе есть. Сейчас в системе ОМС больше полутора триллионов рублей — это огромная сумма. Денег достаточно. Ну, как сказать, во всех странах мира денег недостаточно. Пример тех же самых США, где 15-17% ВВП уходят на здравоохранение, и цифра нарастает, говорит о многом. Тем не менее, чтобы обеспечивать тот уровень помощи, который у нас есть, денег действительно достаточно. Вопрос в том, что мы должны правильно распоряжаться этими деньгами.

Михаил Баженов

Россия. ЦФО > Медицина > bfm.ru, 7 декабря 2015 > № 1580094 Владимир Зеленский


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter