Всего новостей: 2605829, выбрано 1 за 0.008 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Антане Инга в отраслях: Транспортвсе
Антане Инга в отраслях: Транспортвсе
Латвия > Транспорт > telegraf.lv, 27 мая 2017 > № 2192570 Инга Антане

По рельсам – в туфельках на шпильке

Есть отрасли, в которых традиционно задействованы мужчины — по крайней мере, так принято считать. Строители, водители автобусов, электрики и т.д. Транспорт и логистика — еще одна исключительно «мужская» сфера.

Однако лидер данной отрасли — общественная организация Балтийская Ассоциация транспорта и логистики (BATL), своим руководителем выбрала именно женщину — Ингу Антане. Много лет подряд Инга Антане неустанно стучится в двери властных структур, стремясь дать новый импульс к развитию этой отрасли, а вместе с ней — к расцвету и развитию латвийской экономики в целом.

Она стала не просто главным лобби этой отрасли, но и предпринимателем, заняв должность члена Совета директоров в таких крупных портовых компаниях, как Ventbunkers и Ventspils tirdzniecības osta (Вентспилсский торговый порт). Кроме того, она не побоялась бросить вызов всему обществу, выставив свою кандидатуру на муниципальных выборах именно в Вентспилсе — городе, ключи от которого в течение более двух десятилетий были в руках одного -единственного человека.

Для нашей с ней беседы она выбрала свой новый офис в Вентспилсе, потому что именно здесь прошла ее юность, и здесь начался ее трудовой путь. Сегодня Инга рада и горда тем, что может вернуться в Вентспилс, вооружённая огромным опытом и знаниями, которые может использовать для привлечения новых грузов в этот уникальный город с глубоководным незамерзающим портом, соединенным сетью железных дорог с почти всем континентом.

— Ты вышла с инициативой самим создать Латвию следующего столетия, и приглашаешь всех принять в этом участие. Что ты имеешь в виду? Почему считаешь это важным и что хочешь этим достичь?

— С одной стороны, мы постоянно жалуемся: и правительство нам не нравится, и и политики, и принятые решения нас не устраивают. С другой стороны, даже если ты хочешь принять участие в политических процессах, пытаешься быть граждански, общественно активным, стремишься что-то изменить к лучшему — ничего не получается. Моя работа как президента ВATL связана с тем, что я постоянно пытаюсь влиять на политические процессы и принимаемые решения, чтобы стимулировать развитие предприятий, развитие Латвийского транзитного коридора. Но в какой-то момент начинаешь понимать: руки коротки. Можно прожужжать все уши министрам, можно идти и трубить в СМИ, можно получить максимальную поддержку, но все равно понимаешь – этого недостаточно. И тогда ты оказываешься, как тот рыцарь на распутье. Один путь – ты входишь в политику, становишься активным политиком, министром, — то есть человеком, принимающим решения. Это отличный выход, — правда, далеко не все и далеко не всегда становятся политиками, и тем более министрами.

Второй вариант – самим более активно вовлекаться в создание и развитие народного хозяйства нашего государства. Латвия приближается к столетию, можно сказать, уже взрослая “девушка”, так что сейчас самое время планировать ее следующее столетие. Чтобы снова не получилось так, что мы сто лет прожили и вдруг опомнились, — дескать, нет, нам все-таки так не нравится, опять все не так, как нам хотелось. Чтобы не было этого постоянного недовольства и упреков, мы от ситуации “все плохо и все плохие” переходим к ситуации “делаем сами”. Отсюда и идет эта инициатива. Поэтому я и призываю всех и каждого внести свою лепту в создание латвийской истории следующего, второго столетия: высказывать свои пожелания и предложения, а также свое видение будущего Латвии – что и как нужно делать, чтобы жить стало лучше. А потом в течение года мы все обобщим, подадим в Бюро столетия, — я думаю, это может быть и в дигитальном виде. Мы начали сбор пожеланий и предложений. Движение планируется как общелатвийское, и я хочу призвать все города, волости и районы принять в нем участие. Более того: призываю вливаться в наше движение и тех, кто сейчас живет за пределами Латвии. Я думаю, что у наших сограждан, живущих за границей, очень даже есть что сказать, и у них могут быть очень интересные и серьезные пожелания и предложения.

— Откуда у тебя, женщины, такая гражданская активность? Можно же просто жить, как многие – воспитывать детей, ждать по вечерам с ужином мужа с работы, ухаживать за клумбой на своем участке и “поливать” на кухне правительство за его многочисленные промахи...

— Моя дочь сейчас учится на третьем курсе, она – будущий врач. Иногда она мне говорит: “Мам, я не уверена, что, когда выучусь, то найду себе в Латвии приличную работу с конкурентоспособной зарплатой, что я смогу здесь остаться, создать и содержать семью, сделать карьеру, — в общем, достичь тех целей, которые хотела бы достичь. Да, я это слышу от своей 22-летней дочери, и это заставляет задуматься. Она уже сейчас об этом думает! Она говорит: “Вот я завершу образование – и что меня ждет? Нескончаемая борьба за прибавку к зарплате, за сверхурочные часы? Постооянная нехватка ресурсов и прочее, что сейчас происходит в медицине? Это – неуважение к труду медиков!”

Когда мне это говорит молодая девушка, которая родилась в Латвии во времена независимости, выбравшая благородную профессию врача, для меня это – и как для матери, и как для женщины, — четкое и ясное послание, что перемены просто жизненно необходимы! Я уже заметила: молодежь в этом вопросе очень активна. И я вижу свое предназначение в том, чтобы расшевелить эту молодежь, и направить ее активность в нужное русло – создание той самой будущей Латвии. У нас была возможность формировать Латвию на протяжении последних ста лет, а молодежь нынешняя – будущие доктора, учителя, полицейские, юристы и др. — пусть принимают активное участие в формировании будущей Латвии, на следующее столетие.

— До сих пор тебя знали, главным образом, как борца за интересы одной конкретной отрасли – транспорта и логистики. Ну и в политике немного “засветилась”, не без того… А сейчас баллотируешься на муниципальных выборах в Вентспилсе. Зачем тебе это?

— Да вот, не умею рукодельничать, — приходится чем-то компенсировать (смеется)....

— Да и транзит – как-то уж очень “не женственно”...

— А вот мне как раз кажется, что шагать по рельсам в туфлях на высокой шпильке как раз-таки очень даже женственно (смеется). А как закаляет!

А если серьезно, то тут снова есть два варианта на выбор. Ты можешь занять выжидательную позицию, решить для себя, что это – не твое, и надеяться, что за тебя все сделают другие. Можешь смириться с тем, что происходящее тебя частично или полностью не устраивает, ныть и жаловаться, все равно в результате что-то да получится. И неважно, что где-то что-то планируется, — ты -то сам ничего не планируешь, плывешь себе вместе с другими в общем потоке по течению, и надеешься, что другие за тебя все спланируют и все решат.

Но есть и другой вариант. Tы видишь, что что-то не в порядке. Транзит – вторая крупнейшая отрасль народного хозяйства в Латвии, явно пробуксовывает. У нас не разработано предложение транзитного коридора, с тарифами тоже не все в порядке, предприниматели страдают – а ведь они платят налоги! Знаешь, как важно понять, что налоги вырастают не в Госкассе, налоги появляются, например, в Вентспилсском порту. И тогда ты можешь выбрать второй путь – идти на помощь, отстаивать, бороться, углубляться, анализировать. Я и выбрала этот второй путь. Я не могу оставаться в стороне и спокойно смотреть, если что-то, с моей точки зрения, происходит неправильно. Тут есть только два варианта, третьего не дано. Или плыви по течению, или реально что-то делай.

— И что тебе удалось УЖЕ сделать?

— На протяжении последних 25 лет транзит, порты — все это было какой-то terra incognita: вроде было известно, что в этой сфере что-то происходит, что-то куда-то перегружается, какие-то деньги куда-то поступают, — но никто до конца не понимал, что именно. А уж человеку, далекому от всего этого, и вовсе было невдомек, что между ним и всем этим хозяйством может быть какая-то связь. Что мне удалось? — во-первых, отрасль стала более открытой. Наконец началась дискуссия о том, что транзит, транспорт и логистика — отрасль исключительной важности для экономики Латвии. Следствием дискуссии о признании транспорта и логистики одной из приоритетных отраслей народного хозяйства стала дискуссия о сотрудничестве с Китаем, чтобы диверсифицировать грузопоток, поскольку сегодня мы обслуживаем, главным образом, грузы из России. Мы начали работу над разработкой новой методики расчетов железнодорожных тарифов. Переговоры ведутся на всех уровнях. Люди начинают осознавать, что в Латвии имеется три порта, и они – наше общее достояние и огромное богатство. Могу согласиться с тем, что сегодня решены далеко не все проблемы, связанные с отраслью, до сих пор не выработано общее видение, еще нет предложения единого Латвийского транзитного коридора. Будь я министром – то есть человеком, уполномоченным принимать решения, мне, безусловно, было бы легче влиять на процессы и принимать жизненно важные решения. Сегодня же я делаю то, что в моих силах, в пределах моих возможностей. Результат обязательно будет, рано или поздно.

В той ситуации, которая сейчас наблюдается в транзитной отрасли, когда грузопотоки то и дело меняются, когда Клайпеда очень сильно укрепила свои позиции и продолжает повышать свою конкурентоспособность, плюс влияют другие внешние объективные условия, — от нас требуются реальные действия. Мы не можем позволить себе, как 25 лет назад, чтобы в порту что-то перегружалось, чтобы какие-то крутые дяди что-то там между собой делили, и чтобы никому до конца так и не было бы понятно, какая же от этого выгода нам, всем остальным. Наши порты — Рига и Вентспилс — включены в сеть морских портов Европейского Союза. Это дает огромные возможности! Этот вопрос должен быть актуализирован и разъяснён обществу.

Я дважды давала интервью двум крупным китайским изданиям. Что такое Китай!? Это огромная мировая экономическая сила. Я показала китайскому журналисту карту Латвии и объяснила, что на этой крошечной территории имеется три больших порта и семь малых. Для него это оказалось настоящим открытием! Так вот: эта работа должна быть продолжена. Нужно разъяснять всем и каждому, что собой представляет наши наши железные дороги и порты (в частности, Вентспилсский), насколько велико их значение, — что это фактически кровообращение экономического организма нашей страны! Пока это не осознают все, я свою работу не смогу считать завершенной.

— И это привело тебя в политику – на выборах вон стартуешь… Тебя больше волнует Вентспилс, или все-таки вся Латвия целиком?

— Во-первых, я вполне могу работать во главе Ассоциации, заботиться о предпринимательстве в Вентспилсе, держать руку на пульсе всего латвийского транзита, — и наряду с этим принимать активное участие в локальном управлении: эти виды деятельности вполне совместимы. Вентспилсский порт является очень важным для всей Латвии, а не только для Курземе или, тем более, только для Вентспилса. Вентспилсский порт — это самый северный незамерзающий порт на восточном побережье Балтийского моря. Это очень важно именно зимой. В нем заинтересована вся Латвия — Вентспилс может работать даже тогда, когда все остальные порты затянуты льдом. К тому же Вентспилс – самый глубокий порт восточного побережья Балтийского моря. Мы можем обслуживать очень большие, крупнотоннажные корабли. Это два колоссальных преимущества, свидетельствующие о том, что этот порт должен быть объектом интереса и заботы не только Вентспилса, но и всей Латвии.

Необходимо менять мышление. До сих пор было так: есть Рига, Лиепая, Вентспилс и Латвийская железная дорога, и каждый, что называется, тянет одеяло на себя. Но ведь вся инфраструктура принадлежит государству, — следовательно, все это следует рассматривать как единое целое, как латвийское национальное достояние. Есть много стран, у которых нет портов, — например, Беларусь, наш сосед и партнер по сотрудничеству. Как я уже сказала, транспорт и логистика являются “кровообращением” экономики страны: если происходит развитие транзита, транспорта и логистики, вокруг развивается и все остальное. Вовлекаясь в активную политику, я приобретаю еще один инструмент, чтобы содействовать развитию Вентспилсского порта, а вместе с ним и развитию всего Латвийского транзитного коридора.

— Мэр Вентспилса Айварс Лембергс, судя по его публичным заявлениям, тоже как бы борется за интересы Вентспилсского порта.

— Вентспилсский порт и Лембергс – это отнюдь не синонимы. В порту работает много предпринимателей, представителей крупного бизнеса, в том числе членов BATL, которые являются самыми крупными налогоплательщиками в Вентспилсе. На предприятиях работает много жителей Вентспилса. Наша деятельность тесно связана с городом и его развитием. По моему мнению, местным властям следует гораздо более активно участвовать в решении вопросов, которые препятствуют развитию, в том числе привлечению большего количества грузов.

Например, BATL постоянно и активно борется за выравнивание тарифов в Вентспилсском направлении. С государственной, народнохозяйственной точки зрения, категорически неправильно, что коммерсанты, работающие в трех крупных латвийских портах, борются между собой не за повышение качества обслуживания в условиях честной и справедливой конкуренции, а за доступность государственной инфраструктуры. Отдалённость снижает конкурентоспособность Вентспилсского порта. Если предприниматель вынужден переплачивать за перевозку в Вентспилс около 3-5 евро за тонну, понятно, что он либо останется в Риге, либо поедет в Клайпеду. В результате потери несем мы все. Таким образом мы потеряли грузы калия из Беларуси, который сейчас успешно перегружается в Клайпедском порту. Белорусы построили там свой собственный терминал. Почему они ушли от нас? Потому, что мы не смогли договориться о тарифах, не смогли дать белорусам конкурентоспособное, «вкусное» предложение. В Клайпеде белорусы перегружают примерно десять миллионов тонн. Парк калия (а калий, как известно, является также специализированным удобрением) способен переваливать до семи миллионов тонн. Можно легко подсчитать, сколько денег сейчас проходит мимо нашего кармана, если одна тонна продукта приносила бы экономике Латвии около 15 евро. И это результат только собственной глупости и неумения оперативно и разумно реагировать на меняющиеся условия рынка.

Я считаю, что руководству Вентспилса, как крупному и сильному самоуправлению, следовало договориться с правительством и с Латвийской железной дорогой. Они могли бы, в конце концов, достичь договоренности и предложить оптимальный тариф. Тем более, что компания сама обращалась к правительству. Это – бездействие. Вопрос о тарифах является очень важным, и городские власти могли и должны были принять активное участие в решении этого вопроса на государственном уровне. Да, можно отговориться, что это не в компетенции самоуправления, но давайте говорить честно: местные власти в принципе могут на многое повлиять, а уж Вентспилсское самоуправление является одним из самых влиятельных в стране. Кроме того, очень важным вопросом является модернизация железнодорожных путей в Вентспилсском направлении, — чтобы мы могли использовать максимально длинные железнодорожные составы, повышая, таким образом, свою эффективность.

Обо всем этом мы говорили неоднократно. Если бы я была мэром города, я, безусловно, гораздо более активно участвовала бы в решении вопросов как о тарифах, так и о модернизации железнодорожного сообщения. Тем более, если на эти проблемы указывают компании, которые являются крупнейшими в городе налогоплательщиками, и от которых зависит благосостояния жителей города. Когда в Риге был Китайский саммит 16 + 1, BATL также приглашала представителей местных самоуправлений сесть за круглый стол и обсудить вопросы тарифов, разработать единое тарифное предложение. Вентспилсская дума тогда скромно отмолчалась.

— Слушая тебя, создается впечатление, что ты ввязалась в “крупную игру больших парней”, где ведутся транзитные войны, где между собой какие-то миллионеры ведут какие-то свои хитрые игры. Теперь ты, рижанка, приходишь и говоришь, что борешься за транзит. Для чего? Чтобы другие имели эти самые миллионы? А что с того жителям Вентспилса?

— То, что человек в настоящее время он проживает в Риге, абсолютно не означает, что он утратил связь со своей малой родиной в Курземе. Я родилась и училась в Талси, а в Ригу уехала потому, что в те времена только там можно было получить высшее образование.Но душа и сердце мое по-прежнему принадлежит Курземе. К тому же в Вентспилсе было мое первое место работы: первые шаги, первый опыт... Такое не забывается.

Что до бытующего в Латвии мнения, что порты – это только транзитные войны, в которых крутые дяди -миллионеры только и смотрят, как бы набить свои карманы нашими, тяжко заработанными денежками, — на самом деле все совсем не так. Во-первых, управляемые нами предприятия, — например, Ventbunkers, вот уже долгие годы является крупнейшим в Вентспилсе налогоплательщиком. Это означает, что самоуправление в виде подоходного налога получает от нас прямое финансирование, и средства эти идут на нужды Вентспилса и его жителей. На социальные пособия, на обеспечение коммунальными услугами, на содержание и развитие инфраструктуры, на городское благоустройство, на содержание городской думы и ее структур, наконец. И это только одна компания! А ведь у нас таких компаний много, они работают в Вентспилсском порту и наполняют своими налогами бюджет Вентспилса! То есть предприниматели — это те, кто содержат город. Ни мэр города, ни городская дума ничего не производят, не перерабатывают, не перегружают уголь, не переливают нефть и не грузят трубы. Они перераспределяют ресурсы. Для нас как предпринимателей очень важно, чтобы наши деньги, заработанные, кстати, очень нелегким трудом, тратились бы с максимальной пользой для жителей. Так что я с полным правом считаю себя жительницей Курземе, и в списке иду как жительница Курземе.

— Ты упомянула проект NordSrtream 2, который Вентспилс, к сожалению, потерял. Почему так случилось? И можно ли что-то предпринять сейчас?

— Принять участие в проекте NordSrtream 2 нас уговорили наши немецкие партнеры, зная, что у нас есть терминал Nord Natie, где эти трубы можно было бы разместить, арендовав нашу территорию. Было много переговоров, компания согласилась принять участие. В нашем регионе имеется пять портов, которые предполагалось включить в участие в этом проекте — в Швеции, Германии, два финских порта и Вентспилс. Это было бы очень здо'рово — что Вентспилсский порт участвует в таком крупном и значимом проекте, каким был этот европейский проект. И для нас оказалось большом сюрпризом, когда мы из сообщений СМИ узнали о том, что Латвия сказала «нет» проекту NordStream 2 — дескать, это связано с вопросами безопасности.

Разумеется, я не могу знать всего, да и, наверное, мне и не нужно все знать, — но есть же такая элементарная вещь, как коммуникация! Из-за плохой коммуникации, бывало, даже войны начинались. Прежде чем принимать решение, нашим государственным мужам следовало бы разъяснить нам нормальным языком, почему принимается такое решение. Мы не просим раскрывать нам государственные тайны, но в этом контексте все эти истории с Parex, Citadele, NordStream и т. д. ну так страшно засекречены, что лично у меня создается впечатление о Латвии как об одной большой коммерческой тайне — тайне, прежде всего, от своих же жителей. В настоящее время проект NordStream 2 мы потеряли. Это 20 миллионов евро, которых Латвия лишилась как государство. Параллельно этому нам улыбнулся груз из России, — но 50% грузового плана не согласовано. Планируется увеличить акцизный налог на дизельное топливо. Куда мы идем?

Транспорт и логистика — вторая крупнейшая в Латвии отрасль экономики, которая приносит миллиарды. Почему мы сами же ей так вредим? Нам она не нужна? Какую альтернативу мы можем предложить ей взамен? Запретить — это очень легко. Это как с ребенком: будешь плохо учиться — отниму компьютер, и играть не сможешь. И что, он от этого станет личше, когда вырастет? Да нет, просто так легче, чем поработать вместе с ним и преодолеть трудности сообща. Вот и в этом случае мы ожидаем, что правительство будет предпринимать более активные шаги, стимулируя развитие отрасли транспорта и логистики.

У нас есть целое министерство — Министерство транспорта, которое должно нести ответственность за эти вопросы. Но если даже наш отраслевой министр не поинтересовался, какая у нас ситуация после потери проекта NordStream 2, — это наглядное свидетельство, что между властными структурами и бизнесом отсутствует нормальная коммуникация и сотрудничество ради общей цели — экономического расцвета Латвии. Нам, предпринимателям, нужно свое правительство. Нам нужны люди, которые нас слышат. Я неоднократно призывала наших государственных мужей к разговору о Китайском саммите, призывала сесть за стол и попытаться решить, наконец, вопрос тарифов, но даже премьер-министр не счел нужным ответить.

— Ты все времы говоришь о Латвии в целом. Но давай вернемся в Вентспилс, где ты баллотируешься на муниципальных выбрах. Что бы изменилось в Вентспилсе, окажись бразды правления в твоих руках?

— У Вeнтспилоса, в отличие от других латвийских городов, за исключением разве что Риги, есть колоссальное преимущество и огромная ценность — глубоководный незамерзающий порт. Такой город заслуживает уровня жизни западных городов-портов. Здесь же не только порт, — хотя сам по себе он достаточно мощный, и может не только привлечь уголь и нефть, но и диверсифицировать грузы, открывать центры логистики, может привлекать новые контейнерные грузы. Город может стать современной торговой Меккой западного типа. А что такое Вениспилс сегодня? Мэр все время сравнивает Вентспилс с другими латвийскими городами. Это очень некорректно – сравнивать Вентспилс с городами, у которых и близко нет таких возможностей зарабатывать! С таким портом и такой инфраструктурой Вентспилс мог бы выглядеть намного привлекательнее, а люди — жить гораздо более зажиточно. И не уезжать по выходным из Вентспилса в Ригу или в Лиепаю, а наоборот, — нужно, чтобы люди даже из Риги стремились бы переехать в Вентспилс, потому что это современный, благоустроенный город, курортный город, город -порт, колоссальный потенциал которого разумно используется. Сейчас это не так.

В начале 90-х годов, когда я приехала в Венспилс еще молоденькой девчушкой и устроилась тут на работу, мне после Талси казалось, что я приехала в настоящий мегаполис. Жизнь буквально кипела! В порту все время происходило какое-то движение, в городе работали магазины, парикмахерские, банки… Сейчас, когда приезжаешь в Вентспилс, сразу чувствуешь какое-то… обмельчание, что ли? Грустно. Транзитный город не может и не должен быть таким! Если уж в транзитном городе такое затишье, чего же мы тогда хотим от Резекне?! Да, город содержится в порядке, с этим не поспоришь, но у транзитного города должны быть другими и вклад, и отдача. Он должен стать известным, популярным торговым местом, куда бурным потоком устремляются, поскольку знают, что там их ждут отличные гостиницы, великолепные рестораны и магазины, предлагаются разнообразные возможности для отдыха и развлечений.

Посмотрите, что происходит в других портовых городах! Прокатитесь, например, в Антверпен! Вот каким должен быть город-порт! Нам сейчас необходимо развивать Вентспилс. И нужно использовать все те преимущества, которые дает порт. Порт – это не пугало, загрязняющее все вокруг. Порт – это уникальная возможность зарабатывать, — если, конечно, правильно это делать.

Латвия > Транспорт > telegraf.lv, 27 мая 2017 > № 2192570 Инга Антане


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter