Всего новостей: 2652979, выбрано 22179 за 0.124 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное ?
Личные списки ?
Списков нет

Россия. Евросоюз. США > Внешэкономсвязи, политика > newizv.ru, 12 ноября 2018 > № 2788607 Лилия Шевцова

Запад отторгает от себя "прокажённых" русских

Лилия Шевцова, Политолог

Только в трёх странах на планете положительные чувства к России перевешивают отрицательные.

Не любят нас. Ой, как не любят! Запад окружает Россию заградительным рвом, чтобы локализовать как государство—угрозу. Нет признаков, что Не-Запад питает к нам симпатии. Только в трёх странах (!) положительные чувства к России превалируют над негативным отношением — во Вьетнаме, Греции и Филиппинах. Впрочем, греки уже не в лагере симпатизантов.

Западное общество решило исторгнуть из себя «русский фактор», как разлагающий его систему. Выскребают нашу лигу миллиардеров. Тех, кто стал символом коррупционной глобализации. Наступает очередь более мелкой живности. Вон британцы проверяют обоснованность «золотых виз» для 700 россиян и составляют список объектов применения закона «о доходах неустановленного происхождения».

А ведь какая была чудесная жизнь для обеих сторон — и российских рантье, и их западных лоббистов. Президент Путин, однако, сделал ошибку в оценке западной бесхребетности, посчитав, что мягкотелость его западных коллег (Берлускони, Саркози, Шредера, Обамы) говорит о готовности Запада дать ему право диктовать миру. Соответственно российская элита посчитала, что Запад позволит ей вести себя там, как в России. Оказалось, что нет. Вот ведь ирония: сам Кремль запустил механизм западной самозащиты. Дошло до того, что всеядная Австрия начала высказывать к России претензии. Теперь Кремлю, а заодно и россиянам приходится расхлёбывать.

В этом контексте возникает вопрос: что будет делать наша элита, изгнанная Западом либо попавшая там под подозрение? Некоторые из россиян, имеющие сомнительный источник доходов, попытаются найти себе какие—либо Сейшелы. Другие будут стремиться оплатить свое пребывание в Калифорнии либо в Ницце сменой лояльности. Как это, видимо, пытался сделать медиамагнат Михаил Лесин. Но в этом случае искателям новой «крыши» придется быть готовыми к неприятным последствиям. Об этом говорит судьба самого Лесина, внезапно скончавшегося в вашингтонской гостинице. Драма со Скрипалями — тоже сюжет на тему лояльности.

Но нет сомнений, что управленцы изъятой у народа собственностью будут возвращаться на Родину вместе со своими активами (как Дерипаска и Рыболовлев). Они уже знают, что их ждет на Западе – они должны стать инструментом самоочищения либеральных демократий. Уже никогда западные лидеры не будут встречаться с российской элитой на яхтах. Уже никогда глава ВТБ Костин не будет привозить в Давос балерин с ушанками и никто там не будет ждать «Russian Night». Эпоха интеграции России и россиян «в Запад» завершилась.

Многих у нас волнует вопрос: что сделают в России возвращенцы? Повернут ли против Путина? Ведь именно «семибанкирщина» поставила своего царя в Кремле. Станут ли олигархи революционерами или путчистами на худой конец? Какая чушь! Эти ребята могут жрать друг друга. Но в отношении повелителя стаи они превращаются в пресноводных. Их долгая жизнь в качестве кремлевских подручных сделала из них безопасный для власти биологический подвид. Ждать, что Абрамович либо Усманов вдруг присоединится к новой «Болотной» — признак буйного воображения. Да, и нужны ли они «Болотной»? Разве что для дискредитации. Следовательно, богатые рантье будут ползти домой и искать защиту у Кремля. Чем больше они будут чувствовать себя неуверенно, тем сильнее будет их надежда на репрессивный режим, как способ защиты. Вытолкнутая из Запада российская элита станет оплотом тоталитаризма, не демократии! А как же с надеждами на раскол правящего класса и появление тех, кто поддержит про-западный курс и реформы? Смельчаки эти, возможно, и выскочат из деморализованной и прогнившей накипи – но под давлением не извне, а под напором снизу. Между тем, любой российский лидер – и Путин, и пост-Путин — вынужден будет думать, как успокоить требующий справедливости народ. И как же решить эту задачу? Правильно! Отдать на съедение старых порученцев и нанять новых. Вот самая эффективная легитимация власти! Особенно в обществе, жаждущем возмездия за свою беспросветную жизнь. Российские олигархи-назначенцы и бюрократы-олигархи федерального и местного пошиба — самый антинациональный, но и самый беззащитный элемент политического класса. Прокаженные на Западе. Прокаженные в России, которая формируется сегодня. Они еще под защитой власти. Но в любой момент они будут брошены толпе в российском Колизее. Впрочем, если речь идет об окружающей мире, все мы прокаженные. Оказавшись в Лондоне, Вашингтоне либо Вене, каждый из нас может стать объектом подозрения: а не шпион ли он (она); что он (она) здесь потерял (потеряла)? Нам предстоит узнать, что такое жить в Державе, которая внушает миру стремление окопать ее рвом.

P.S.

А как же саммиты президента Путина с остальными лидерами? Вот только что наш лидер посетил мировую тусовку в Париже. Пустое. Символизм. Способ создать у Кремля ощущение включенности, чтобы умерить его желание бить окна в чужих домах. Неглупая тактика.

P.P.S.

А чтобы узнать, какой стереотип отношения к русским формируется в западном обществе, стоит посмотреть сериалы — «Американцы» и «Оккупированные». Там ничего не осталось от симпатий к русским, которые присутствовали в Бондиане. Помните «Из России с любовью»? Теперь такой сюжет просто невозможен.

Россия. Евросоюз. США > Внешэкономсвязи, политика > newizv.ru, 12 ноября 2018 > № 2788607 Лилия Шевцова


Казахстан > Финансы, банки. СМИ, ИТ > kapital.kz, 12 ноября 2018 > № 2788481 Сергей Коваленко, Андрей Гидулян

Вытеснят ли роботы банкиров?

Эксперты попытались развеять мифы об искусственном интеллекте и спрогнозировать, когда банки закроют свои отделения

Цифровизация финансового рынка набирает обороты. Теперь банки уже начали конкурировать не между собой, а с финтехкомпаниями. И, как предполагают эксперты, через 10−15 лет банки могут измениться до неузнаваемости. Как именно трансформируются фининституты, эксперты обсуждали на прошедшей в Алматы конференции Central Asia SME Banking Club. Между тем центру деловой информации Kapital.kz захотелось подробнее раскрыть самые обсуждаемые и неоднозначные темы, которые волнуют как банковское сообщество, так и клиентов банков.

Заместитель председателя правления АТФБанка Сергей Коваленко и основатель SME Banking Club Андрей Гидулян попытались развеять мифы об искусственном интеллекте и спрогнозировать, как скоро банки закроют свои отделения.

— Что для вас значит понятие «диджитализация» в банковской сфере?

Сергей Коваленко: В первую очередь диджитализация — это оцифровка различных процессов в банках. За счет этого упрощается процесс обслуживания, финансовые услуги становятся дешевле. Очень важно, чтобы максимум банковских операций, которые не видит клиент, осуществлялись в электронном виде. За счет этого риск возникновения какого-то сбоя в обслуживании клиента стремится к нулю. Ведь зачастую именно пресловутый человеческий фактор приводит к каким-то ошибкам, недочетам и, соответственно, к проблемам.

Андрей Гидулян: В целом диджитализация в банковской системе включает автоматизацию процессов, перевод сервисов в электронные каналы и онлайн-кредитование. Все это ведет к повышению эффективности банка. Зачастую клиенты банка даже не предполагают, что важна именно автоматизация процесса принятия решений в банках. За счет этого время обслуживания клиента значительно сокращается.

— Какие операции должны быть обязательно оцифрованы?

Сергей Коваленко: Самое главное — банки должны давать возможность клиентам обслуживаться онлайн. Клиенты должны иметь возможность, не выходя из дома, проводить через интернет-банкинг различные стандартные операции. Такие, как открытие счета или депозита, оформление и погашение кредита, осуществлять переводные операции со счета на счет.

И уже высший пилотаж, когда банки смогут предоставлять нестандартные услуги дистанционно.

Стандартную банковскую операцию достаточно легко автоматизировать, а нестандартный запрос клиента — намного сложнее.

К примеру, в АТФБанке есть автоматизированная система кредитного анализа Landau, которая позволяет сократить время рассмотрения кредитных заявок. За счет этой системы повышается как качество, так и скорость оценки платежеспособности заемщика.

Зачастую работа с МСБ, в том числе с ИП, осложняется тем, что у многих из них нет достоверной финансовой отчетности или она может содержать ошибки. Также некоторым предпринимателям сложно спрогнозировать рентабельность их бизнеса или конкретного проекта. Как раз-таки система бизнес-аналитики Landau позволяет решать эти проблемы за счет автоматизации процессов оценки финансового состояния заемщиков. С Программа проводит анализ и проверку всех представленных клиентом финансовых данных; дает оценку структуры продаж, расходов, уровня рентабельности, рынков сбыта компании, делает прогнозы по потенциальным денежным потокам и будущим доходам организации.

Что немаловажно, программа позволяет взаимодействовать даже с индивидуальными предпринимателями, работающими с «тетрадными» данными.

Андрей Гидулян: Сейчас в развитых странах малому и среднему бизнесу уже недостаточно получать от банков только стандартные банковские продукты. Предприниматели хотят не только удаленно открывать счета. Им уже хочется, чтобы за них вели бухгалтерию, оплачивали налоги, чтобы они могли видеть свои денежные потоки, кредитные лимиты. И все это в онлайн-режиме 24/7, без посещения отделения. То есть постепенно банки меняются, они перенимают какие-то функции телекоммуникационных, финтехкомпаний. Поэтому для банков важно иметь развитые онлайн-каналы.

Думаю, что банки должны стремиться оцифровать большинство кредитных процессов. Тенденции рынка заключаются в том, чтобы клиенты, в том числе в МСБ-секторе, могли подать заявку по займу и получить одобрение по нему, не приходя в банк.

Еще один тренд, который, надеюсь, скоро подхватят и казахстанские банки, — отделения превратятся в шоу-румы. Так, в некоторых отделениях банков уже нет стационарных компьютеров. Там клиентам могут показать, как провести онлайн-платеж через планшет. И, знаете, когда предприниматель вместе с менеджером осуществит первый пробный платеж через планшет или телефон, этот шаг может привлечь его в банк. Как правило, после трех таких операций клиент постепенно привыкает пользоваться именно банковскими онлайн-услугами.

— Как думаете, закроют ли банки вскоре все свои отделения? И какова вероятность, что «искусственный интеллект» полностью заменит банковских менеджеров?

Сергей Коваленко: Даже сейчас наблюдается общемировой тренд, когда банки не наращивают, а сокращают свои отделения. Это связано с тем, что усиливается тенденция на диджитализацию. К тому же за счет онлайн-обслуживания банки стараются удешевить свои продукты — содержание отделений обходится дорого.

Закрытие сети отделений будет происходить не так быстро, как предполагают футурологи или аналитики. Это связано с привычкой людей общаться друг с другом. К тому же старшее поколение привыкло посещать отделения и обслуживаться именно там. Очевидно, что более динамичное сокращение банковских отделений будет происходить со сменой поколений. Предполагаю, что в течение 10−15 лет отделения банков сильно изменятся. В таких отделениях МСБ-клиенты смогут обсудить между собой тенденции и проблемы на рынке, получать советы и решить нестандартные ситуации в бизнесе.

Но все-таки большую часть стандартных и нестандартных вопросов клиенты, в том числе и в МСБ-сфере, будут решать дистанционно, вне отделений.

Андрей Гидулян: Все банки имеют разные бизнес-модели, работают с разными нишами предпринимателей. Так, в России есть банки, которые работают только дистанционно, без отделений. Они заняли определенную нишу, обслуживают свой пул клиентов МСБ. Для них модель онлайн-банков оказалась успешной.

В то же время есть предприниматели, которые пока не готовы отказываться от обслуживания в отделениях. К примеру, посмотрим на опыт Великобритании. После того как там банки стали закрывать свои отделения, в некоторых районах компании стали испытывать проблемы с доступом к финансированию. Парадокс: несмотря на то что Великобритания является развитой страной, там все равно клиенты банков не смогли обойтись без отделений.

Одновременно есть и успешные примеры отделений, которые работают как центры поддержки малого бизнеса. Зачастую такие центры становятся бизнес-хабами. Там предприниматели, в том числе начинающие, могут обмениваться идеями, опытом, встречаться с потенциальными клиентами и партнерами. Такие центры иногда работают в формате коворкингов. Там в одном месте могут работать как предприниматели из разных компаний, так и сотрудники одной организации. В Польше в таких коворкинг-центрах даже есть стенды для фотосъемки. Предприниматели могут сфотографировать свой продукт, например книгу, и выложить фото в интернет-магазин.

Считаю идею о том, что банкам следует срочно закрывать все свои отделения, утопической. Предпринимателям по-прежнему очень важно общение с менеджерами банка.

— Какие преимущества диджитализация банков дает МСБ?

Сергей Коваленко: В первую очередь клиенты экономят свое время. И, учитывая, что банки являются сервисными компаниями, у них в приоритете — скорость обслуживания. Если один банк предложит получить какую-то услугу за 7 дней, а другой — за час, то выбор клиента достаточно очевиден. Даже в том случае, если кредит, выданный за час, окажется дороже. Ведь в бизнесе ценна каждая минута.

Андрей Гидулян: Также важно, чтобы банк помогал предпринимателю вести его бизнес, стал партнером, поддерживал в кризисных ситуациях.

— Дает ли цифровизация реальный прирост новых клиентов банку?

Сергей Коваленко: Конечно, ведь цифровизация банка является конкурентным преимуществом. И это ценят бизнесмены, которые становятся нашими клиентами.

Андрей Гидулян: Это зависит от стратегии работы банка. Например, в России «Точка», «Модульбанк» и «Тинькофф банк», несмотря на огромную конкуренцию, вывели клиентский опыт на новый уровень. Эти банки зашли на рынок МСБ вопреки устоявшимся там традициям и отказались от отделений. Через три года работы эти финтехбанки уже заняли 10% российского рынка. В чем успешность этих банков? Они поняли потребности клиентов и предложили новые цифровые решения.

И важно, чтобы банки могли предложить своим клиентам какие-то нефинансовые услуги. Например, для самозанятых в банках практически нет необходимых онлайн-услуг. Так, как только «Тинькофф банк» запустил с Яндекс. такси мобильное приложение для обслуживания таксистов, сразу же был виден эффект. Это приложение помогало автоматизировать процессы по начислению и оплате налогов, вести онлайн-бухгалтерию. Кстати, это приложение было доступно на платформе Яндекс. такси, а не банка. Было бы замечательно, если бы в Казахстане появились подобные приложения.

Клиенты будут обслуживаться в тех банках, которые смогут обеспечить им такие услуги. В Казахстане, по самым пессимистичным прогнозам, через 3−5 лет уже появятся такие нефинансовые сервисы.

— Интересно, как в ближайшие 3−5 лет банки будут развивать «цифру»?

Сергей Коваленко: В Казахстане первый тренд, который будет наблюдаться, — процесс принятия решений по выдаче кредитов будет автоматизирован. К тому же кредитных заявок будет обрабатываться в разы больше, чем раньше.

Второй тренд, который мы прогнозируем, — банки будут исполнять не свойственные им функции. А именно: будут создавать для малого бизнеса сервисы, через которые клиенты смогут не только отслеживать операции по счету, но и вести онлайн-бухгалтерию, оплачивать налоги, видеть кассовые разрывы.

Еще одна тенденция, которая, думаю, будет актуальна через 10−15 лет, — банки будут угадывать потребности клиентов. Так, банковские системы будут интегрироваться с системами магазинов, детских садов, школ и других учреждений. Таким образом, банки будут видеть, какие продукты приобретает тот или иной человек и какие услуги он оплачивает. И, соответственно, банки смогут подстраиваться под потребности клиентов.

Ведь зачастую все мы думаем, что уникальны. Но фактически какие-то наши поведенческие поступки можно предугадать. Например, мы все оплачиваем коммунальные услуги, платим за детские сады, покупаем какие-то продукты. И, согласитесь, что эти функции за клиента может осуществлять банк — автоматически. Так, представляете, как было бы здорово, если бы каждый день к вам после работы ровно в 19.30 из любимого вами магазина доставлялась корзина с определенными продуктами. Именно теми продуктами, которые вы постоянно приобретаете. Пока это звучит немного фантастически. Между тем мы видим, что в мире сейчас активно развивается интернет вещей.

Андрей Гидулян: По оценкам SME Banking Club, в скором времени около 3−5 банков станут предлагать интересные онлайн-услуги для индивидуальных предпринимателей. Так, у малого бизнеса появится возможность оформлять кредиты, не приходя в офис банка, видеть свои обороты по бизнесу в онлайн-режиме и прогнозировать прибыль.

И, как уже я говорил ранее, банки будут искать новые источники доходов, интегрировать сервисы с B2B-компаниями. Уже сейчас есть примеры, когда банки 30% своих доходов генерируют за счет предоставления не свойственных им услуг для МСБ-сегмента.

По нашим оценкам, в течение 5 лет банки превратятся в маркетплейсы. Также некоторые банки могут создать свои экосистемы. И еще один тренд — могут появиться специализированные банки. Например, работающие только с экопроектами, агросектором или нефтяной отраслью.

Казахстан > Финансы, банки. СМИ, ИТ > kapital.kz, 12 ноября 2018 > № 2788481 Сергей Коваленко, Андрей Гидулян


Россия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 10 ноября 2018 > № 2787693 Василий Трофимчук

Изменит ли «Яндекс» рынок рекламы?

Василий Трофимчук

Основатель Multitoken

По результатам третьего квартала 2018 года выручка «Яндекс» выросла на 39% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года — до 32,6 млрд руб., а чистая прибыль увеличилась в 5,5 раза. Компания связывает свои успехи с новыми направлениями бизнеса. Но привычная для компании тема интернет-рекламы не исчерпана

Как ранее писал Forbes, «Яндекс» уже давно превратился из поисковой системы в глобальную экосистему, предлагающую множество сервисов: «Такси», «Медиасервисы», «Сервисы объявлений» и т. п. И выход на каждый рынок серьезно сказывался на нем. Но компания не исчерпала всех возможностей и на своем «родном» рынке рекламы. Например, в конце сентября «Ведомости» сообщили со ссылками на источники в отрасли, что «Яндекс» проводит закрытое бета-тестирование рейтинга самых популярных площадок Рунета под названием «Топ сайтов». Как это повлияет на рекламный рынок в РФ?

Что нового?

Объем рынка интернет-рекламы в России по итогам первого полугодия 2018 составил около 91 млрд рублей (это на 21% больше, чем за аналогичный период 2017-го), поэтому у «Яндекса» есть серьезная финансовая мотивация для дальнейших работ по захвату этого рынка. И собственный рейтинг сайтов может стать в этой кампании достаточно эффективным инструментом.

Топ от «Яндекса» не станет первым рейтингом сайтов в Рунете: давно и успешно работают Liveinternet, «Медиаскоп», а также десятки менее масштабных и известных площадок. Все они отслеживают посещаемость сайтов и составляют свои списки наиболее популярных ресурсов, но при этом все существующие рейтинги имеют несколько ключевых недостатков.

Основной из них таков: на данный момент ни один топ не содержит данных по всем крупным игрокам российского сегмента интернета. В «Топ сайтов» от «Яндекса» ожидается информация по всем площадкам: поисковик будет использовать отчеты «Яндекс.Метрики» (с согласия владельца сайта), а также статистику, собранную с помощью «Яндекс.Браузера» и фирменных расширений. Последние позволят учитывать посещаемость сайтов без установленных счетчиков.

По прогнозу компании, точность анализа составит не меньше 95% — подобными результатами не могут похвастаться ни «Медиаскоп», ни Liveinternet.

Будет ли статистика достоверной и прозрачной?

Как правило, наибольшим доверием у рекламодателей пользуются данные, собранные независимыми площадками. Компании вроде «Медиаскопа» не продают рекламу, не имеют на рынке своего интереса, соответственно, у них нет повода искажать сведения. «Яндекс» же является одним из крупнейших игроков на российском рекламном рынке: 53% продаж интернет-рекламы, или около 48 млрд рублей, поэтому есть гипотетическая опасность, что компания сможет получать выгоду от публикации скорректированной статистики.

Однако причин думать, что «Яндекс» будет вести дела недобросовестно, на данный момент нет. Рейтингу и так не приходится ждать легкой жизни: Mail.ru Group, Instagram, Google вряд ли присоединятся к проекту, и сведения об их площадках придется собирать не через «Метрику», а при помощи браузера и расширений. Учитывая, что «Яндекс.Браузер» установлен только у 13% российских пользователей сети, неясно, даст ли такой подход заявленную точность в 95%. Кроме того, есть западные компании, рейтинги которых популярны у участников рынка.

Западные аналоги

В англоязычном сегменте интернета рекламодатели традиционно уделяют аналитике рынка очень пристальное внимание. Лидирует в этой сфере израильская платформа SimilarWeb — независимое аналитическое агентство, которое регулярно публикует отчеты об аудитории самых популярных сайтов, и при этом оно не ангажировано ни с одним поставщиком рекламных услуг.

Значит ли это, что на Западе доверяют только независимым агентствам? На самом деле нет: уже на втором месте по посещаемости среди всех рейтингов сайтов на западе находится топ-500 Alexa, созданный Amazon. Этим ресурсом пользуются многие рекламодатели, а между тем «Амазон» — один из крупнейших игроков на мировом рынке интернет-рекламы. Ретейлер обрабатывает колоссальный объем сведений о поведении своих клиентов, используя эти данные для продажи рекламы в сети. На данный момент компания уже обогнала по рекламной выручке Twitter и Snapchat и ожидает получить к концу 2018 года $3,37 млрд — это 1,2% рынка digital-рекламы.

Таким образом, у Amazon есть очевидные интересы в сфере рекламы, но это не мешает рейтингу сайтов компании пользоваться доверием десятков тысяч рекламодателей. Параллель с «Яндексом» четко прослеживается: вероятно, для «Топ сайтов» от российского гиганта собственная заинтересованность компании в рекламе также не станет препятствием.

Скорее всего топ от «Яндекса» не перевернет рекламный рынок, но займет на нем свое место, потеснив Liveinternet, Mediascope и других участников. В результате российский интернет-гигант получит еще один рычаг влияния на рекламодателей. Учитывая популярность «Яндекса», рекламным площадкам стоит начать думать о своем месте в новом «Топе сайтов» уже сейчас.

Россия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 10 ноября 2018 > № 2787693 Василий Трофимчук


США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 10 ноября 2018 > № 2787691 Майкл Блумберг

«Я заслужил место на небесах». Правила бизнеса Майкла Блумберга

Андрей Рассанов

внештатный автор Forbes

Бывший мэр Нью-Йорка и основатель информационного агентства Bloomberg о трудоголизме, главном слове в английском языке, необходимости рисковать и своей загробной жизни

Чтобы оплачивать обучение в Университете Джона Хопкинса в Балтиморе, штат Мэриленд, юному Майклу Блумбергу приходилось занимать деньги в банках и подрабатывать парковщиком. Через несколько десятилетий он стал бизнесменом, изменившим Уолл-стрит, а затем — мэром, преобразившим Нью-Йорк.

Карьерный путь Блумберг начал в 1966 году, устроившись в инвестбанк Salomon Brothers. Сначала он торговал акциями, затем возглавил отдел информационных систем, а в 1981 году был уволен. Основатели банка продали его, и Блумберг остался без работы, но с выходным пособием в размере $10 млн. Блумберг потратил $4 млн из этих денег на запуск компании Innovative Market Systems, анализирующей финансовые рынки. Вскоре он переименовал компанию в Bloomberg LP, ее первым клиентом и инвестором стал инвестбанк Merrill Lynch. Сегодня бизнес, которому Блумберг дал свою фамилию, приносит ежегодно до $9 млрд. Главное направление — продажа компьютерных терминалов, отслеживающих поведение финансовых рынков по всему миру, за которые 325 000 пользователей ежегодно готовы платить по $20 000 в год. С состоянием в $50 млрд Блумберг занимает одиннадцатую строчку в списке Forbes.

В 2000 году Блумберг победил на выборах мэра Нью-Йорка и провел на этом посту 13 лет. Он не раз заявлял, что готов побороться и за кресло в Белом доме. Получится ли у него стать вторым президентом-миллиардером в истории Соединенных Штатов?

Forbes вспомнил самые яркие высказывания Майкла Блумберга.

Менеджмент — это как лыжи. Вы не станете суперлыжником, прочитав книгу по лыжам. Менеджменту учатся со временем, когда приходится управлять все большей и большей группой людей, принимать все больше и больше трудных решений и жить с этими решениями.

Люди часто думают: «О, я успешен в одном бизнесе, поэтому я могу преуспеть во всех бизнесах». Я не думаю, что это правда, отчасти потому, что для каждой отрасли требуются разные навыки, и отчасти потому, что очень большая часть успеха связана с банальной удачей, хотя никто не желает это признавать.

Изменения пугают. Изменения могут стоить вам работы. Могут стоить вам отпуска. Могут стоить вам друзей и семьи, поэтому люди их избегают. Но чтобы быть успешной компанией, необходимо решаться на изменения.

Некоторые компании противятся нововведениям и неизбежно сходят с дистанции, потому что людям всегда удобнее иметь дело с чем-то уже знакомым, чем с новым и непонятным. Основной принцип, которым руководствуется наша компания, — играть на опережение и рисковать.

Что мне не нравится в ребятах, которые приходят устраиваться на работу, так это то, что они все говорят: «Я вылечил рак. Я принес мир на Средний Восток». Хватит с меня! Как насчет: «У меня не было отца, моя мама оказалась в тюрьме за торговлю наркотиками. Я работал в три смены в McDonald's». Кого я действительно найму, так это парня, который заботится о своей семье, потому что он будет заботиться об окружающих. Некоторые из нас обделены большим умом, зато настойчивы, старательны и имеют хорошие шансы выжить. Я не самый умный парень в комнате, но никто меня не переработает.

Мы конкурируем за сотрудников с Amazon, Google, Facebook, Microsoft и парой других компаний. Как я пытаюсь заинтересовать людей? Я говорю: «Если ты будешь работать на них, ты сделаешь богатых людей еще богаче. Приходи в Bloomberg — вся прибыль компании идет в Bloomberg Foundation, и мы всю ее отдаем [на благотворительность]. И во-вторых, если ты приходишь к нам, ты не маленькая шестеренка в большом механизме, мы даем тебе реальную ответственность».

MBA играет большую роль, но главное в учебе — это научиться взаимодействовать с людьми. Я не встречал такой работы, которую мог бы сделать один человек. И столько же, сколько я узнал из Гарварда, я узнал от двух парней в Salomon Brothers — Билли Саломона и Джона Гутфренда. В конце концов всем нужны именно социальные навыки. Неважно помните вы или нет, что Колумб приплыл [в Америку] в 1492 году, — куча фактов в вашей голове не материальны.

Делай то, что больше всего нравится, и затем работай как сумасшедший.

Я не умнее остальных, но я могу работать больше вас. Удостоверьтесь, что вы каждый день приходите на работу перым и уходите последним. Это ключ к успеху. Не отвлекайтесь на обед или туалет, работайте. Вы даже не знаете, какие возможности к вам придут. Каждая возможность, которая открывалась передо мной (а их было очень много), появлялась, потому что я был в нужном месте в нужное время. Это в ваших руках. Вы не можете контролировать удачу, но чем больше вы работаете, тем удачливее становитесь.

Будьте настойчивы. Настойчивость окупается. Когда я начинал свой бизнес, я покупал кофе и шел с ним в Merrill Lynch, сотрудники которого были нашей целевой аудиторией. Я ходил по коридорам, здоровался с людьми, предлагал им кофе и спрашивал, могу ли я с ними поговорить. Даже не понимая, кто я и откуда, они все равно брали кофе. Я приходил снова и снова в попытке выстроить отношения с потенциальными клиентами. Так я изучил целевую аудиторию и ее потребности. Спустя три года после основания компании, Merrill Lynch купил 20 терминалов и стал нашим первым клиентом.

Вы пришли ко мне и сказали: «Я только что уволился или потерял работу. Что мне делать?» Мой ответ — подождите немного, пару месяцев, оцените обстановку, потому что вам станут доступны вещи, о которых вы даже подумать не могли. И будет обидно сразу за что-то схватиться. А то, что доступно вам с первого дня, будет доступно и спустя пару месяцев. А если нет — ну и что?

Не было дня, когда я бы не хотел идти на работу — даже в те дни, когда я знал, что буду выжат до нитки, даже в день, когда я знал, что буду уволен. Меня никогда до этого не увольняли — интересно, каково это? О'кей, пойдем узнаем.

Только вы сами ответственны за ваш успех или неудачу. Но при этом вы можете преуспеть, только если делитесь с другими.

В конце дня спросите себя: «Меняю ли я жизни других людей?» Я сделал первое пожертвование в $5 для моей альма-матер — Университета Джонса Хопкинса — вскоре после его окончания. Мне приходилось буквально наскребать эти деньги, но продолжал отдавать. И хотя сегодня суммы стали больше, ощущение осталось таким же. Необязательно быть богатым, чтобы отдавать. Вы можете отдавать, например, свои время и умений. Вы должны дать обязательство помогать другим.

Никогда не прекращайте учиться. Самое сильное слово в английском — «почему». Нет ничего более влиятельного, чем непредвзятый пытливый ум. Какую бы сферу вы для себя ни выбрали, будьте вечным студентом. В мире полно людей, которые прекратили учиться, им кажется, что они во всем разобрались. Несомненно вы таких уже встречали и еще не раз встретите. Их любимое слово — «нет». Они найдут миллион причин, почему что-либо не может или не должно быть сделано. Не слушайте их, не позволяйте им себя остановить и не становитесь одним из них, если хотите реализовать себя и изменить мир к лучшему.

Рискуйте. Жизнь слишком коротка, чтобы терять время на попытки избежать ошибок. В 1981 году, когда мне было 39 лет, меня уволили с единственной постоянной работы в моей жизни, работы, которую я любил. Но я никогда не оглядывался назад. Уже на следующий день я рискнул и запустил свой бизнес, основанный на идее, которая, как почти всем казалось, провалится. На идее, что информация о финансовых рынках должна быть доступна на персональном компьютере. Вспомните, это было еще до того, как у всех были компьютеры. В 2001 году, когда я думал баллотироваться в мэры, многие отговаривали меня. Все они боялись провала. Но один человек сказал: «Если ты можешь себе представить, как произносишь речь после поражения, то почему бы и не попробовать?» Это был лучший совет, и я ему последовал.

Для того, чтобы преуспеть, вы должны быть готовы проиграть, и иметь смелость все равно пойти на риск.

Не достичь цели — не самое страшное. Самое большое поражение — упустить возможности.

Если Бог есть, то когда я попаду в рай, меня не будут останавливать. Я направлюсь прямиком внутрь. Я заслужил свое место на небесах. Это даже не обсуждается.

Впервые в истории все больше людей умирает от незаразных болезней. Вы не можете избежать рака, но можете снизить риск его возникновения, вы можете снизить риск инфаркта. Ожирение, курение, смерти на дороге, оборот оружия — все эти вещи можно предотвратить.

Чем беднее страна, тем больше ее граждан страдает от незаразных болезней. Мы экспортируем наши плохие привычки от богатых бедным.

Я финансирую политиков по всей стране — тех, которые в своих программах обещают сражаться против оружия и за образование. Но проблемы мира велики, они очень велики и требуют огромных денег. Нью-Йорк тратит $22 млрд в год на школы. Частные деньги не могут заменить государственные из-за масштаба. Но они позволяют делать вещи, которые нельзя позволить себе делать на государственные деньги. Частные деньги могут финансировать пилотные проекты. В случае государственных денег вы должны сказать, каких целей пытаетесь достичь. Если это не получается, пресса говорит, что вы не справились. Что удивительно, в науке, если вы пошли по какому-то пути, и этот путь оказался тупиковым, это очень ценно. Суть в том, что вы должны пробовать много вещей. И в этот момент появляется потребность в частных инвестициях. Суть инновации в том, что вы не знаете, сработает ли это, как это будет выглядеть, купят ли это люди.

В конце концов капитализм — это прекрасно. Он заставляет людей делать то, что им выгодно.

Мы должны перестать готовить сценарии возможного апокалипсиса, который произойдет через десятки лет, и должны говорить о моментальных преимуществах, которые даст нам борьба с изменением климата. Сокращение выбросов парниковых газов — это одна из лучших вещей, которые мы можем сделать, чтобы спасти жизни сегодня, снизить количество заболеваний, улучшить жизни и стимулировать рост числа рабочих мест. Этого хотят все.

Половина людей в мире живет в городах. Через пару десятилетий в городах будет жить уже 70% мирового населения. Проблема [изменения климата] — в городах. Решение проблемы тоже в городах, а не в правительствах. Креативность, которая может справиться с этими вызовами, находится в городах, здесь эти вызовы оказывают наибольшее влияние. Поэтому в 2005 году была основана организация C40 — сообщество городов для борьбы с изменением климата. Оно началось с 18 городов, сейчас к нему присоединился 91 город. Города — это ключ к спасению планеты.

Мой совет Дональду Трампу — нанимать экспертов в своих областях независимо от их политических пристрастий, дать им возможность брать на себя ответственность и позволить работать, даже когда случаются вещи, с которыми он не согласен. И даже если они принимают решения, с которыми он не согласен и которые оказываются неправильными, он должен оказывать им поддержку. Если вы не вселите в людей уверенность, что вы их поддерживаете, вам не удастся получить лучшие кадры, вам не удастся их удержать.

При подготовке статьи использовались материалы CBS, Business Journals, Forbes, The New York Times, CNBC, Techcrunch, Huffpost, Time, The Washington Times, The Irish Times, Spiegel, Vanity Fair.

США > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 10 ноября 2018 > № 2787691 Майкл Блумберг


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 9 ноября 2018 > № 2787707 Павел Самиев

Станут ли проблемы у крупных банков началом нового кризиса

Павел Самиев

управляющий директор Национального рейтингового агентства, исполнительный директор АЦ "Институт страхования" при Всероссийском союзе страховщиков, генеральный директор «Бизнесдром»

Крупные государственные банки, несмотря на профицит ликвидности в банковской системе, исчерпали свои возможности брать кредиты по адекватным ставкам и теперь вынуждены серьезно переплачивать. Такая ситуация создает риски как для курса рубля, так и для всей экономики

Крупные банки, преимущественно государственные, начали активно занимать деньги у Банка России с начала сентября — объемы задолженности тогда подскочили с пары десятков миллиардов рублей до нескольких сотен, а главным заемщиком выступил ВТБ. Повышение аппетита к заемным средствам у этого государственного банка аналитики связали с закрытием сделки по расформированию консорциума, который владел 19,5% акций «Роснефти» (в рамках этой сделки катарский суверенный фонд QIA выкупил 14,16% акций российской нефтяной компании у сингапурской QHG Oil Ventures, своем совместном предприятии с Glencore).

В двадцатых числах октября стало известно о резком росте задолженности банков перед регулятором под нерыночные активы — до отметки почти в 0,9 трлн рублей, что стало рекордом с января 2017 года. Объемы займов и их срочность (они, главным образом, короткие) указывали на нервный настрой крупных банков в преддверии обещанного объявления нового раунда американских санкций.

У банков был выбор: либо занимать относительно дорогую ликвидность у ЦБ (ставки доходили до 9,25 %), либо повысить ставки по вкладам. Банки выбрали ЦБ, так как фиксировать депозитные ставки в ситуации неопределенности означало бы набрать еще больше рисков. Важно отметить: кредиты берутся под нерыночные активы, поскольку рыночные — те же самые ОФЗ или иные ликвидные инструменты — уже перезаложены. Ситуация становится слишком рискованной.

Другая проблема, которая обозначилась в последние месяцы, — это отток клиентских вкладов. Эксперты называют его рекордным с памятного кризиса конца 2014 года. Причина оттока заключается в том, что клиенты ищут для своих капиталов более доходные гавани, а также снимают деньги на текущее потребление из-за продолжающейся стагнации доходов. Чтобы переломить негативный тренд, банку ВТБ в октябре текущего года пришлось дважды повышать ставки по долларовым вкладам, на сегодня они составляют 3,2–3,5% годовых. Сопоставимые ставки и у Россельхозбанка со Сбербанком. И это притом что еще летом ставки по долларовым депозитам едва ли превышали 0,5 %.

Повышая ставки по вкладам в иностранной валюте, банки, скорее всего, стремятся прекратить панику у клиентов, нежели решить свои текущие проблемы ликвидностью. Хотя последние имеют место, поскольку повышенный спрос на деньги регулятора наблюдается вот уже четвертый месяц подряд в периоды налоговых выплат. То есть мы имеем дело со систематической проблемой.

А ведь это происходит на фоне общего профицита ликвидности. Другими словами, у тех банков, что поменьше, денег больше. Это, в свою очередь, означает еще и никуда не исчезнувшую проблему доверия на российском денежном рынке, раз ликвидность на нем не перемещается свободно. Еще в конце этого лета Банк России оценивал, что общий профицит ликвидности вырастет к концу года до уровня в 4 трлн рублей, но потом скорректировал прогноз до 1,7-2,1 трлн рублей. Но даже в таком виде размер навеса ликвидности огромен и косвенно свидетельствует о другой хронической болезни российской экономики — отсутствии хороших заемщиков.

Другими словами, деньги есть, но вкладывать их особо некуда. Не стоит забывать и о том, что, помимо ставок по вкладам, в рост пошли ипотечные ставки, а это довольно быстро скажется на спросе на заемные деньги и приведет к охлаждению рынка недвижимости. В отсутствие других точек приложения инвестиций это будет означать, что навес ликвидности скорее имеет тенденцию к росту — вопреки ожиданиям Банка России.

Конечно, крупные госбанки и раньше сталкивались с дефицитом ликвидности, но теперь у них не осталось рыночных активов и они вынуждены привлекать деньги под залог нерыночных. Профицит ликвидности в системе распределен неравномерно, и механизмы для эффективного перераспределения, как и раньше, отсутствуют.

В пользу дальнейшего профицита ликвидности будет играть охлаждение конечного спроса. Рост депозитных ставок вытягивает средства с фондового рынка (проблема не банковская, но общеэкономическая). Ажиотажный спрос крупных банков на дорогую ликвидность сокращает их процентную маржу, обязательно скажется на прибыли и в конечном счете вынудит банки повышать ставки по кредитам. Итогом станет дополнительный фактор охлаждения конечного спроса.

Наконец, текущая ситуация в банковском секторе создает риски для курса рубля. Конечно, прямого влияния на курс российской валюты она не оказывает, но, c другой стороны, ЦБ не может не учитывать проблемы банковской системы при очередном решении по ключевой ставке. Кроме того, в Банке России считают, что ценовые ожидания предприятий все еще находятся на повышенном уровне, равно как и инфляционные ожидания населения. А еще сохраняется неопределенность относительно их будущей динамики.

Аналитики полагают, что на фоне высокой инфляции (выше 5,5% в первой половине следующего года) Банк России закладывает курс рубля на уровне 70 рублей за доллар (+6-7 % к текущему курсу). Таким образом, шансов на то, что курс российской валюты теперь ослабнет, к сожалению, больше, чем надежд на обратное. Но в этот раз курсовые ожидания накладываются на проблемы с ликвидностью у крупных госбанков, что в конечном итоге приведет к еще большим рискам для экономики, чем прежде.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 9 ноября 2018 > № 2787707 Павел Самиев


Россия > Образование, наука > forbes.ru, 9 ноября 2018 > № 2787703 Алексей Басов

Какие технологии вернули рост венчурному рынку России

Алексей Басов

Частный инвестор, заместитель генерального директора и инвестиционный директор РВК, член правления РВК

После введения экономических санкций к России инвесторы потеряли интерес к молодым технологическим компаниям, но в 2017 году наконец-то ситуация изменилась

Российский венчурный рынок в 2017 году впервые после многолетней рецессии показал рост — как по количеству, так и по объему инвестиций, согласно отчету MoneyTree по итогам 2017 года и первой половины 2018 года, подготовленному PWC совместно с РВК. Хотя в венчуре существенная часть сделок не попадает на радары публичных отчетов, данные MoneyTree позволяют аккуратно предположить, что рынок начал оправляться от падения 2013-2014 годов и в целом адаптировался к постсанкционной реальности. Как он теперь выглядит?

Эффект низкой «базы»

В 2017 году объем венчурного рынка увеличился на 48% до $244 млн, за год было совершено 205 сделок — на 21 сделку больше, чем в 2016 году. Первые шесть месяцев 2018 года принесли еще около сотни вложений общим объемом $93,4 млн. Поскольку конец года — традиционно активный период финализации договоренностей и закрытия сделок, можно предположить, что по итогам 2018 год также покажет уверенный рост.

Тем не менее даже двузначные показатели динамики внутреннего рынка не должны создавать иллюзий: пока мы оперируем весьма скромными цифрами и растем с крайне низкой «базы». Рынок буквально рухнул в 2014 году, а по многим индикаторам зрелости венчурная отрасль России кратно отстает не только от западных, но и от развивающихся стран. Показатель вклада технологической венчурной области в ВВП России пока не превышает 0,02%, что сопоставимо с уровнем Словакии и Испании и примерно в 20 раз меньше, чем в США. Пример для нас — показатель Израиля в 0,6%, но такой вклад в ВВП станет достижим на горизонте 5-7 лет. Аналогичная ситуация со средним чеком инвестиций. В России он из года в год колеблется на уровне $1,4 млн, в Израиле составляет $5,6 млн, в США — $10,4 млн.

Биотех пока не стал новым IT

Сектор информационных технологий остается лидером по числу венчурных сделок и объему привлеченных инвестиций. В 2017 году эти показатели составили 75% и 84% соответственно. Пятая часть вложений пришлась на сегмент решений для бизнеса, на втором месте — сегмент агрегаторов и маркетплейсов, на третьем — финтех. В числе крупнейших сделок — инвестиции Baring Vostok и VEF в «Рево Технологии» и «Сосрдата» c чеком в $20 млн, вложения в размере $10 млн фонда Almaz Capital в сервис вызова такси «Везет», сделка «Ташира» с SaveTime объемом $8,7 млн.

Биотех, который некоторые эксперты называют новым IT, пока не оправдывает надежды инвесторов: в относительных цифрах доля сектора изменилась незначительно. В то же время абсолютный показатель вложений в 2017 году вырос на 55% — пусть и до скромных $14,7 млн. Важное наблюдение: в биотехнологии начинают вкладываться не только традиционные игроки этого сегмента — госфонды, но и частные инвесторы. Так, в 2017 году фонд Primer Capital вложился в разработку препарата для пациентов с миеломой (один из видов рака) компании «Гемофарм», фонд под управлением VIY Management приобрел долю в производителе витаминов и спортивного питания «Русвит», а «ЭйСиПи» совместно с Moscow Seed Fund инвестировали в проект эстетической косметологии «Мерея косметикс». Это неплохой результат, учитывая традиционную недооцененность биотеха среди российских инвесторов. Порог входа в этот сектор высок как с точки зрения объема инвестиций, так и длительности цикла проверки гипотез: успех таких вложений становится виден не ранее чем через 5-7 лет, когда компания как инвестиционный продукт получает первую ликвидность.

Не менее важно, что в этом году сегмент биотеха уже отметился успешными экзитами. В сентябре фонд RBV Capital, структурированный с участием РВК, продал долю в стартапе-производителе ботулотоксинов Bonti американскому гиганту Allergan. Сумма сделки составила около $200 млн, обеспечив инвесторам трехзначный IRR. Это уже второй кейс покупки портфельной компании RBV Capital зарубежным стратегом: в 2016 году тот же Allergan приобрел компанию RetroSense, только первый транш по сделке составил $60 млн. Якорный продукт компании — препараты генной терапии для лечения заболеваний зрения.

Успешные экзиты все еще редкость

Несмотря на отдельные истории успеха, острая нехватка сценариев выходов из инвестиций (экзитов) по-прежнему стоп-фактор развития венчура в России. В 2017 году, по данным MoneyTree, количество экзитов упало в два раза, а их объем — более чем на треть, до $79,9 млн. В первом полугодии 2018 года отчет зарегистрировал шесть выходов, при этом в денежном выражении их размер уже сопоставим с совокупным показателем прошлого года. Крупнейшие экзиты: две сделки МТС по покупке сервисов Ticketland.ru и Ponominalu.ru, а также покупка компанией Qiwi доли в проекте TimePad у фаундеров и фонда Target Global.

Неоднозначная динамика говорит о том, что в России пока не удалось запустить системные механизмы продажи стартапов. И если на зрелых рынках основным инструментом выхода инвесторов является M&A (в том числе через этап участия корпоративных венчурных фондов), то у нас корпоративных стратегов пока можно пересчитать по пальцам. Корпорации не привыкли мыслить длительными горизонтами планирования. Кроме того, снизилось доверие к российским проектам со стороны иностранных игроков, ранее активно поставлявших выходы на наш рынок.

Инвестируют в идеи, а не в зрелый бизнес

Четвертая тенденция — заметное смещение фокуса инвестиций в стартапы ранних стадий, в то время как зрелым проектам привлекать финансирование становится сложнее. В самом большом отраслевом сегменте рынка — IТ — доля инвестиций на ранних стадиях в стоимостном выражении выросла с 8% до 26%. С 2016 года средний чек на посевной стадии увеличился более чем в 4 раза до $900 000, а на стадии расширения (последующих инвестраундов) этот показатель упал с $2,8 млн до $2 млн.

У нас сложилась парадоксальная ситуация, когда молодая команда с горящими глазами и красивой презентацией, а тем более прототипом находит инвесторов гораздо быстрее, нежели устойчивый бизнес с оборотом в миллиард рублей, успешно преодолевший «долину смерти». В России критически мало фондов, работающих на поздних стадиях. Очевидно, венчурной индустрии нужен новый тип игроков, готовых работать со зрелыми проектами.

При этом перекос рынка заметен на уровне не только частных фондов, но и мандатов государственных институтов развития. Большая их часть так или иначе связана с поддержкой первичной воронки проектов. С одной стороны, такая ситуация вполне объяснима: государство демонстрирует готовность разделять высокие риски ранних стадий с частными инвесторами. С другой стороны, избыточный фокус на посев привел к нехватке инструментов поддержки на следующих — более зрелых этапах сужающейся проектной воронки.

Российские фонды активны за рубежом

За первые шесть месяцев 2018 года российские фонды провели 44 сделки с иностранными активами на $398 млн. Инвесторы уже два года подряд наращивают объем вложений на зарубежных рынках. В 2017 году общая сумма составила $696 млн, а два года назад — $414 млн. Рост обеспечивается за счет увеличения чека: средний размер инвестиций в иностранных юрисдикциях в 2017 году достиг $8,7 млн.

Несмотря на сложную международную конъюнктуру, российские инвесторы находят за рубежом привлекательные проекты и партнеров, готовых работать, не оглядываясь на политику, а наш капитал продолжают пускать в крупные глобальные сделки. Свежий кейс — приобретение фондом с участием капитала РВК Da Vinci Capital 8% сервиса Gett.

Вопреки прогнозам пессимистов, российский рынок по-прежнему интегрирован в международную инновационную повестку, демонстрирует доступ к первосортным сделкам и способность выходить через лидеров индустрии.

Россия > Образование, наука > forbes.ru, 9 ноября 2018 > № 2787703 Алексей Басов


Россия > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 9 ноября 2018 > № 2787700 Михаил Крутихин

Почему Россия может потерять статус экспортера нефти к 2035 году

Михаил Крутихин

Партнер консалтинговой компании RusEnergy

При нынешнем положении отрасли Россия к 2035 году может утратить до 40% своего нефтедобычного потенциала. Правительство совершенно не намерено серьезно менять это положение, если не считать невнятных планов налогового «стимулирования»

Читаю в солидном американском издании: «Россия станет главным бенефициаром санкций против Ирана. Российские нефтяные компании забирают себе традиционных покупателей иранской нефти». Прочитав, спохватываюсь, потому что невольно, имея за плечами четверть века анализа нефтегазовой отрасли, пытаюсь тут же понять, о каких покупателях и каких объемах нефти может идти речь. И что-то не вытанцовывается…

Для начала стоит вспомнить, что у России два рынка сырой нефти, где она продает два очень разных по физическим характеристикам сорта нефти. На запад через Черное море, Балтику и по трубопроводной системе «Дружба» идет традиционная смесь Urals, а в восточном направлении — смесь ESPO, более легкая и менее сернистая, чем Urals.

Это, кстати, очень чувствительный момент для нашей нефтяной торговли, поскольку уход легких малосернистых сортов на восток лишает нефтепроводную монополию «Транснефть» возможности поддерживать стандартные характеристики Urals путем подмешивания легкой нефти к тяжелой, в основном поступающей из Поволжья. На ухудшающееся качество западной экспортной смеси уже жалуются покупатели в Европе.

Начнем с востока, где главным покупателем российской нефти выступает Китай. Вроде бы отказ китайцев от импорта иранской нефти должен благоприятно сказаться на России, которая могла бы увеличить поставки, но этому мешает ряд обстоятельств. Разберемся в них подробнее (простите за обилие цифр).

Объем поставок нефти из России в Иран действительно растет. За десять лет он увеличился с 11,6 млн т до 57,9 млн т в прошлом году, а в нынешнем году может достигнуть 66,3 млн т. Российская нефть добирается до китайцев по следующим маршрутам: отвод через границу от магистральной трассы «Восточная Сибирь — Тихий океан» (ВСТО), ежегодная пропускная способность которого достигла 30-33 млн т; через конечный пункт ВСТО — дальневосточный порт Козьмино, который с 2020 года сможет отгружать до 36 млн т в год; транзитом через Казахстан, где мощность маршрута Оренбург — Павлодар — Атасу — Алашанькоу должна увеличиться до 18 млн т в год к 2025 году. Помимо основных направлений, до 5 млн т может направляться танкерами через Черное море в принадлежащий китайцам румынский завод в Констанце; еще до 2 млн т в год танкерами с проекта «Сахалин-1»; примерно 1 млн т в год морем из Новороссийска по торговым схемам «замещения» и, наконец, до 2 млн т по железной дороге из Восточной Сибири.

С учетом потребностей российских НПЗ на этих направлениях суммарная мощность маршрутов в Китай ограничена и составляет на практике не 100, а около 75 млн т в год даже после 2025 года. Более того, потенциал нефтедобычи в Восточной Сибири можно оценить примерно в 45 млн т в год, не больше. Иными словами, оперативно заменить иранцев на китайском нефтяном рынке у России не получается и не получится.

При этом надо помнить, что одна из стратегических установок в Китае — максимальная диверсификация источников нефти ради обеспечения национальной энергетической безопасности. России просто не дадут занять господствующее положение в структуре поставщиков, где она отвечает за 14% китайского нефтяного импорта (у Ирана и Ирака до санкций было по 8,2%, у Саудовской Аравии — 13,4%, а у Анголы — 11,5%). Освобождающуюся «нишу» распределят равномерно между другими источниками поставок.

Переместимся на запад. Здесь, помимо неуклонно ухудшающегося качества смеси Urals, уже просматривается тенденция к некоторому сокращению экспорта. Падает добыча в главном источнике российской нефти — Ханты-Мансийском автономном округе — с 277,6 млн т в 2008 году она сократилась до 235,3 млн т в 2017 году и продолжает падать. Действующие промыслы «досасывают» остатки запасов в недрах, крупных открытий не было уже несколько десятилетий, а до 70% оставшихся запасов — это трудноизвлекаемая нефть, которая требует для добычи цены в $80 и более за баррель. Компании бросают все силы и средства на разбуривание месторождений, уже находящихся в эксплуатации, и на ускорение отдачи нефти из старых запасов с низкой себестоимостью, ускоряя их опустошение.

Если верить главе «Росгеологии» Роману Панову, при нынешнем положении отрасли Россия к 2035 году утратит до 40% своего нефтедобычного потенциала. При этом следует отметить, что правительство совершенно не намерено серьезно менять это положение, если не считать невнятных планов налогового «стимулирования» (а когда налоговые правила и правила недропользования меняются по десять раз за год, инвесторы не испытывают желания вкладываться в долгосрочные проекты). Из-за доминирования «Роснефти» с ее гигантоманией и прочих крупных игроков в стране остаются невостребованными сотни мелких месторождений — Соединенные Штаты с их тысячами малых компаний, готовых на инвестиционные риски и инновации, с открытой для всех геологической информацией и ясными правилами бизнеса остаются живым упреком нашей косной и тормозной нефтянке.

Предположения о том, что российские компании могут быстро нарастить добычу — то ли ради того, чтобы заменить иранцев, то ли по воле Минэнерго, которое утверждает, что выполняет солидарную волю ОПЕК+, — не имеют под собой никакой почвы. Добыча нефти в России выходит на пик, после чего уже в будущем году или год спустя начнется ее сокращение по совершенно объективным причинам. Лет через двадцать наша страна может полностью утратить статус экспортера нефти.

Россия > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 9 ноября 2018 > № 2787700 Михаил Крутихин


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > minfin.ru, 9 ноября 2018 > № 2787628 Татьяна Демидова

Директор Департамента бюджетной политики в сфере контрактной системы Татьяна Демидова приняла участие во всероссийском форуме "10 лет программе 7 нозологий"

Демидова Татьяна Павловна

Директор Департамента бюджетной политики в сфере контрактной системы

Выступая на всероссийском форуме, посвященном 7-ми высокозатратным нозологиям, Татьяна Демидова затронула вопрос состояния и перспектив развития законодательства о закупках в данной области.

Говоря о работе, которая проводится Минфином России, директор Департамента отметила, что с 1 октября этого года в системе государственных закупок начали функционировать новые электронные площадки.

«На фоне смены операторов изменилась финансовая модель при осуществлении закупочных процедур. Если ранее при участии в аукционах участники вносили обеспечение на расчетный счет оператора, то сейчас при участии в закупках внесение денежных средств для обеспечения заявки осуществляется на специальный счёт участника, открываемый им в одном из 18 банков, включённых в утверждённый Правительством Российской Федерации перечень. Последующее взаимодействие по блокированию и разблокированию средств участников осуществляется между операторами и банками в автоматизированном режиме», - сказала Татьяна Демидова.

В связи с новыми правилами, глава Департамента посоветовала обращать пристальное внимание на разъяснения Минфина России, которые регулярно публикуются как на официальном сайте Минфина России, так и в единой информационной системе.

Учитывая тему форума, Татьяна Демидова обратила внимание присутствующих на проводимую работу по урегулированию порядка осуществления закупок малых объемов, целью которой является, в том числе, выведение в открытую плоскость механизма отбора исполнителя по контракту и формирования цены договора.

«В частности, соответствующий механизм должен позволять реализовать потребности заказчика на приобретение лекарственных препаратов в максимально возможные короткие сроки и сохранить конкуренцию среди компаний», - сказала она.

Также Татьяна Демидова отметила, что в случае выработки удачного механизма, его возможно распространить и на иные закупки. «Возможно изменить и оптимизировать существующие системы закупок, в том числе проводимые в форме запроса котировок, запроса предложений, создав площадку, позволяющую в режиме реального времени определить нужные лекарственные препараты и осуществить их закупку еще быстрее. Такая задача стоит у нас на 2019 год», - добавила Директор Департамента бюджетной политики в сфере контрактной системы Татьяна Демидова.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > minfin.ru, 9 ноября 2018 > № 2787628 Татьяна Демидова


Украина > Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 9 ноября 2018 > № 2787216 Виктор Суслов

УНIАН (Украина): Почему повышение «минималки» не приведет к повышению уровня жизни украинцев

Минимальную заработную плату на Украине решено повысить минимально, всего на 12%. Такое повышение очень близко к цифре официальной инфляции: на конец 2018 года в стране прогнозируется инфляция на уровне около 10% за год, а реально может оказаться и больше. Поэтому будущее повышение минимальной заработной платы не приведет к повышению уровня жизни украинцев, отмечается в статье.

Виктор Суслов, УНИАН, Украина

Планируемое с 1 января 2019 года повышение минимальной заработной платы в Украине с 3 тысяч 723 гривен до 4 тысяч 170 гривен, конечно же, является недостаточным, поскольку наша страна по уровню зарплат все равно оказывается в числе беднейших стран Европы и одной из самых бедных стран в мире. Особенно если учитывать, что для стран Восточной Европы абсолютный уровень бедности рассчитывается из уровня дохода в 5 долларов в день, или 4 тысяч 200 гривен в месяц по текущему курсу гривны.

Простите за каламбур, но, исходя из приведенных данных, минимальную заработную плату у нас сейчас повышают минимально, всего на 12%. Такое повышение очень близко к цифре официальной инфляции: на конец 2018 года у нас прогнозируется инфляция на уровне около 10% за год, а реально может оказаться и больше. Поэтому будущее повышение минимальной заработной платы не приведет к повышению уровня жизни украинцев, поскольку оно примерно соответствует темпу инфляции.

Следует отметить, что темп инфляции отражает повышение стоимости потребительской корзины с минимальным набором продуктов и услуг, т.е. корзины фактически для бедных. А реальное повышение цен на все товары и все услуги, конечно же, оказывается выше. Поэтому в плане роста благосостояния народа, по крайней мере, работающей части населения, очень сложно говорить о том, что повышение минимальной заработной платы на 12% повысит уровень благосостояния.

Будущее повышение минимальной заработной платы не приведет к повышению уровня жизни украинцев, поскольку оно примерно соответствует темпу инфляции Надо также учитывать, что в Украине минимальная заработная плата, в отличие от многих других стран, облагается налогом на доходы физических лиц, причем по достаточно высокой ставке — 18%, а необлагаемый минимум доходов составляет беспрецедентно малую величину — всего 17 гривен.

Давно назрел вопрос о необходимости поэтапного повышения этого необлагаемого минимума, с постепенным приближением его к величине минимальной заработной платы, что позволило бы повысить уровень доходов самых бедных. Украинское правительство идет по пути повышения минимальной зарплаты, а не по пути повышения необлагаемого минимума доходов граждан, потому что первый путь означает также увеличение налогообложения бизнеса за счет увеличения платежей по подоходному налогу, а также увеличение платежей бизнеса по единому социальному взносу, включая платежи в Пенсионный фонд.

При этом дополнительные расходы бюджета на увеличение зарплат в бюджетной сфере полностью перекрываются дополнительными доходами бюджета от увеличения налогообложения бизнеса. Второй путь заставил бы бюджет отказаться от части налоговых доходов за счет снижения налогообложения самых бедных. Однако эти потери легко было бы перекрыть путем введения прогрессивной системы налогообложения личных доходов, по типу той, что используется в ведущих странах ЕС, когда богатые платят подоходный налог по более высокой ставке.

Однако украинское кланово-олигархическое государство даже в тяжелой экономической ситуации оказывается неспособным замахнуться на часть сверхдоходов правящей элиты. Мало того, в стране используется льготная ставка налогообложения дивидендов —5%, а это основной вид личных доходов олигархов и других собственников бизнеса. Кроме того, есть и другая сторона вопроса о необходимости повышения зарплат работающих украинцев, и сегодня она становится, пожалуй, самой главной.

Речь идет о конкурентоспособности украинских зарплат. Все — и предприниматели, и бизнес, и правительство — бьют в колокола: пошел массированный отток рабочей силы из Украины за границу! Продолжение политики зарплат, связанной с искусственным занижением этих зарплат, просто уничтожает украинскую экономику. Сегодня это очевидно Причина одна — украинские зарплаты не конкурентоспособны. За такой же труд, такой же квалификации, такой же интенсивности и продолжительности в любой из соседних стран (будь то Польша, Россия, Чехия или Словакия), не говоря уже о странах Западной Европы, в этих странах платится в несколько раз больше. Поэтому при сохранении неконкурентоспособных зарплат Украина теряет большое количество молодой, более-менее подготовленной рабочей силы, а особенно теряется квалифицированная рабочая сила.

Продолжение политики зарплат, связанной с искусственным занижением этих зарплат, просто уничтожает украинскую экономику. Сегодня это очевидно. Поэтому и украинскому бизнесу, и украинскому правительству необходимо более внимательно посмотреть на сложившуюся ситуацию. Власть должна изменить отношение к своему народу. Для того, чтобы наш люди не уезжали за рубеж, им нужно дать зарплату пусть не такую, как в Польше, пусть на 20-30% меньше, но и тогда никто никуда не поедет.

Однако пока такой политики в целостном виде никто специально не вырабатывает, поскольку у нас крайне слабо развито гражданское общество, у нас нет по-настоящему работающих профсоюзов, нет традиции защиты интересов лиц наемного труда. Получилось так, что работающие украинцы не обладают способностью добиваться достойных зарплат. Как известно, в капиталистических странах конечный уровень зарплаты всегда определяется борьбой между работодателем и наемным работником, в том числе путем забастовок. В результате этой борьбы и устанавливается величина зарплаты.

В Украине трудящиеся после десятилетий советского тоталитарного режима потеряли способность бороться за свои права, они соглашаются работать за мизерные и недостойные зарплаты. Теперь же, когда все увидели, что можно лучше зарабатывать за границей, многие поехали туда. И эта тенденция набирает обороты. Так что изменение политики зарплат и доходов, как и вопрос изменения политики налогообложения личных доходов — это вопрос будущего страны. Как отреагирует МВФ на повышение минимальной и средней заработной платы в Украине?

В последнее время от МВФ не было слышно официальных заявлений, связанных с протестами по поводу повышения минимальной заработной платы. Раньше такое было в связи с опасениями, что рост минимальной заработной платы вызовет рост дефицита бюджета, но в последнее время — нет. Я думаю, что эксперты МВФ увидели, что удержание зарплат в Украине на низком уровне не облегчает ситуацию с бюджетом, а приводит к тому, что, в виду выезда большого количества людей за границу, доходы бюджета как раз начинают падать. Потому что люди, которые выезжают, прекращают платить налоги, пенсионные взносы и делать все остальные платежи.

В конце концов, они прекращают покупать здесь товары, и соответственно, те налоги, которые включены в цену товаров, тоже не попадают в бюджет. Страна теряет способность выплачивать внешние долги, в том числе и самому МВФ. Это одна из самых серьезных проблем. Поэтому сейчас темы о том, что МВФ против повышения минимальных зарплат, нет. Так что изменение политики зарплат и доходов, как и вопрос изменения политики налогообложения личных доходов — это вопрос будущего страны Почему бизнес не хотел повышать зарплаты?

Потому что, чем выше заработная плата наемного работника, тем ниже прибыль предпринимателя. И предприниматели, используя свое доминирующее положение, особенно в условиях достаточно большой безработицы, которая была в Украине на уровне 10%, могли диктовать свои условия и добиваться понижения зарплат или, по крайней мере, их не повышения. С изменением ситуации многое может измениться в пользу наемных работников, тех, кто работает за зарплату.

Украина > Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 9 ноября 2018 > № 2787216 Виктор Суслов


Эстония. Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 9 ноября 2018 > № 2787211 Артемий Троицкий

Артемий Троицкий об отношениях между эстонцами и русскими: в определенном плане это удобно всем (Delfi, Эстония)

Комментируя интервью уехавшего из России музыкального критика Артемия Троицкого, в котором тот назвал эстонскую партию EKRE профашистской и «проектом Кремля», депутат парламента Эстонии от этой партии Яак Мадисон в свою очередь назвал Троицкого «агентом Кремля, играющего в Эстонии роль диссидента», а его высказывания «очередной пропагандистской ложью».

Кристер Парис, Delfi.ee, Эстония

Журналист и музыкальный критик дал спецкорреспонденту «Ээсти паэвалехт» Кристеру Парису интервью, в котором сказал, что его семья нисколько не жалеет, что переехала в Эстонию.

«Я настроен позитивно. Нам тут очень нравится. Старший сын ходит в гимназию и у него все хорошо. Младший учится в экспериментальной эстонско-русской школе, во втором классе. Ему там очень нравится. У жены много подруг, она посещает концерты и кафе. Единственный, кто не часто бывает в Таллине, — это я. Я периодически нужен то на востоке, то на западе. Выступать, что-то делать, читать лекции… Мы очень довольны тем, что не ошиблись и выбрали в качестве места, где жить и работать, именно Эстонию. Вне всякого сомнения», — сказал он и добавил, что единственное, что ему здесь не нравится, — климат.

Троицкий отметил, что поначалу его шокировали отношения между эстонцами и русскими, но потом он привык, поскольку стало ясно, что «в определенном плане это удобно всем». Эстонцам удобно чувствовать себя хозяевами и в той или иной мере игнорировать проблемы русских. «А русские…. если бы им тут на самом деле не нравилось, то они бы уже давно либо уехали, либо образовали в качестве протеста какое-нибудь сильное политдвижение. Но я не вижу ни того, ни другого. Русские, которые покидают Эстонию, едут на запад, а не на восток. Никаких политических партий или протестов тоже нет».

Большой проблемой, требующей скорейшего разрешения, по словам Троицкого, является вопрос русской школой: «Исходя из собственного опыта, могу сказать, что в русских школах эстонский язык преподают плохо, а частые уроки слишком дорогие. Один урок эстонского языка стоит 30 евро, в то время как урок китайского — всего 5! То есть над проблемой изучения языка нужно работать более эффективно».

Говоря о переходе на эстоноязычное образование, Троицкий назвал абсурдной ситуацию, когда плохо владеющие эстонским языком преподаватели обучают не только эстонскому языку, но и физике и химии на том же эстонском языке. «Я не знаю, как решить эту проблему, но начинать следует уже в самом раннем возрасте, то есть с детских садов. Прежде чем переводить школы на эстонский язык, следовало бы сделать это с детскими садами. Дети шли бы в школу уже подготовленными. Но то, что зарождается сейчас, совершенно неэффективно».

Рассуждая о происходящем в эстонской политике и вероятности того, что на следующих выборах в парламент попадет «профашисткая партия», Троицкий сказал, что EKRE в Рийгикогу не пройдет. Он отметил, что партия представляет собой «пародию на европейские ультраправые партии» и «речь идет о проекте Москвы, в существование которого внесли свой активный вклад московские политтехнологи».

Троицкий отметил, что что на пророссийских сайтах об EKRE пишут чаще, чем об остальных вместе взятых, и не трудно догадаться, «откуда у них на это деньги». «На месте Марта Хельме я бы рискнул и совершил бы оригинальный поворот, открыто и неоднозначно признав, что они являются партией Кремля, поддерживают Путина, а Путин поддерживает их. Так EKRE получила бы хоть какой-то шанс, что те русские Эстонии, которые до этого голосовали за Центристскую партию, отдали бы свои голоса ей».

Критик уверен, что наличие в Европе ультраправых партий, которые дестабилизируют ситуацию внутри государств, выгодно Кремлю.

Говоря об ETV+ Троицкий заявил, что не смотрит этот канал. «Не смотрел даже тогда, когда там выходила моя передача. Будем надеяться, что новый главный редактор Екатерина Таклая сможет вдохнуть в него новую жизнь, ведь там есть много действительно профессиональных молодых журналистов. Меньше всего Эстония нуждается в длинной и глупой копии российского семейно-развлекательного канала. Думаю, что ласнамяэские домохозяйки все равно продолжат смотреть российские каналы», — рассудил Троицкий, но добавил, что, как бы то ни было, русскоязычный канал — важное начинание.

«Бюджет российских телеканалов исчисляется сотнями миллионов евро. С учетом этого делать развлекательные шоу [здесь] — это примерно то же самое, что ресторанному певцу из Нарвы тягаться с Филипом Киркоровым. Или — что еще лучше — давайте вспомним Элллочку-людоедочку, соревновавшуюся с дочерью американского миллиардера Вандербильда. Ситуация идентичная. Нужно исходить из реальности и делать то, что возможно сделать. Как говорится: дешево, зато с душой».

«Ответ Чемберлену»

Депутат от EKRE Яак Мадисон отреагировал на интервью и назвал Троицкого «агентом Кремля, играющего в Эстонии диссидента», а его высказывания «очередной пропагандистской ложью».

«Он не глупый человек. Напротив — он агент, который очень хорошо умеет врать и задача которого — стать в Эстонии человеком, к которому прислушиваются и чьи слова имеют вес», — написал Мадисон в Eesti Päevaleht. Он уверен, что действия Троицкого согласованы и финансируются Кремлем.

«Удивляет другое — почему в Эстонии не задумываются над тем, насколько хорошо мы на самом деле знаем этих диссидентов? Россия пользуется любой возможностью для создания в обществе конфликта и особенно в отношении нашей партии, которая единственная работает во имя сильного, независимого национального государства», — написал политик.

Эстония. Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 9 ноября 2018 > № 2787211 Артемий Троицкий


Германия. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 9 ноября 2018 > № 2787210 Герхард Шредер

Герхард Шрёдер в интервью на тему европейских выборов: «Должно появиться настоящее правительство ЕС» (Aachener Nachrichten, ФРГ)

Бывший канцлер ФРГ Герхард Шрёдер остановился в интервью газете «Аахенер нахрихтен» на ряде вопросов европейской политики. Он высказался за создание «настоящего правительства ЕС», отметив, что альтернативы позиции «больше Европы» не существует. Касаясь вопроса о присоединении Крыма к России, Герхард Шрёдер подчеркнул, что это реальность, которую «однажды придется признать».

Михаэль Брёкнер (Michael Bröckner), Томас Телен (Thomas Thelen), Aachener Nachrichten, Германия

Для 74-летнего Герхарда Шрёдера Европа и сегодня представляет все еще один большой проект мира. И все же, и в этом у человека, правившего Германией с 1998 по 2005 годы, нет сомнений: Европа видела и лучшие времена. Лоск сошел, если сформулировать грубо. Но Шрёдер не был бы Шрёдером, если бы у него не было предложений о том, как это можно изменить. В интервью с Михаэлем Брёкнером и Томасом Теленом он говорит о европейских судьбоносных выборах, России как партнере, посте министра финансов ЕС и шагах, которые необходимо сделать СДПГ, чтобы выбраться из пике.

Аахенер нахрихтен: Выборы в парламент ЕС в 2019 году станут судьбоносными для Европы?

Герхард Шрёдер: Думаю, да. Я хотел бы, чтобы в Европарламенте сохранили доминирующую роль демократические партии.

— В Европе наблюдается скорее тенденция отхода от традиционных народных партий?

— Да, к сожалению. Это опасное развитие, потому что крайне левые и правые партии ставят под угрозу стабильность европейского проекта. Это касается непосредственно Германии. Я часто разговариваю со старыми политическими противниками. Мы всегда едины во мнении, что раньше мы боролись друг против друга, потому что хотели держать противника в узде, но мы никогда не хотели разбить противника. Эта опасность присутствует сегодня. От этого выигрывают крайние спектры. И если в ФРГ не обеспечена политическая стабильность с проевропейским фокусом, то этой стабильности нет и в ЕС. Поэтому это судьбоносные выборы.

— Чего не хватает? Европе нужно больше страсти или больше рациональности?

— И того, и другого. Европа продолжает оставаться большим проектом мира.

— Это еще привлекает?

— Конечно. И молодое поколение ценит свободу путешествий, безграничные обмены в мирное время. Непосредственного опыта войны у этого поколения, слава Богу, нет. Поэтому нужно постоянно делать осязаемыми преимущества мирной и свободной Европы. Образовательная программа «Эразмус» (Erasmus) до сегодняшнего дня — образцовый проект. В публичной дискуссии это недооценивается. Сделать Европу осязаемой — важная задача политики, а также и СМИ.

— А рациональность?

— Если мы, европейцы, в глобальной конкуренции с США и Китаем не сумеем долговременно играть собственную экономическую роль, ЕС распадется.

— Наш континент слишком старый, слишком медленный, слишком рассорившийся?

— Это приведет к негативным последствиям, если Европа не сумеет сделать прогресс и благосостояние осязаемым для людей. Это получится только в том случае, если удастся сделать «больше Европы». Возвращение к национальной независимости было бы большим заблуждением. Тогда мы будем разрываться между экономической и политической супердержавой США и динамичной и растущей сверхдержавой Китаем. Европа должна обрести собственную роль, сохранять свои интересы как континент. Я думаю, что ЕС должен сплотить свои силы и сильнее сотрудничать в политическом плане. И он должен заключать равноправные партнерства. Нам нужен тесный экономический обмен с Китаем, ключевое слово здесь — «Новый шелковый путь». Нам нельзя разрывать связи с Турцией, даже если внутриполитическая ситуация там непростая. И мы должны оживить партнерство с Россией. Будущее Европы может быть только при более тесном сотрудничестве. Брекситом больше или меньше.

— Равноудаленность от старого трансатлантического партнера США и России?

— Ценности, которые мы выделяем в трансатлантическом союзе, ставятся в США под сомнение. Президент США действует по принципу «Америка прежде всего» и хочет указывать нам, с кем мы должны вести торговлю. Поэтому мы должны определить наши собственные интересы, если мы еще хотим играть роль в мировой политике в следующие 10-15 лет. А для этого нам нужны партнеры, к которым относится и Россия, несмотря на текущие противоречия.

— А партнерство с Вашим другом Владимиром Путиным спасет Европу?

— Речь не о господине Путине. Речь о стратегических интересах Германии в области энергетической и экономической политики, мире и стабильности во всей Европе. У США другие интересы в отношении России. Они хотят держать Россию в узде, потому что они не хотят иметь второго конкурента в мировой политике, помимо Китая. Это я могу понять. Но это не должно касаться Европы. Между Европой и Россией нет Атлантики, страна является нашим непосредственным соседом. И Россия им останется — с президентом Путиным или без него. Эта зацикленность на господине Путине не поможет. Без России невозможен длительный мир на нашем континенте. Понимание этого было основой политики всех канцлеров.

— Немцы просто хотят видеть надежных партнеров, которые разделяют наши ценности.

— Тогда мы сможем вести переговоры и торговлю лишь с некоторыми странами мира. Мы не можем экспортировать нашу общественную модель. Поскольку нам самим потребовалось много времени, чтобы научиться демократии, и нам это стоило миллионы жизней. Нашей республике только 70 лет. Притязания на внешнюю политику, основанную на ценностях, это прекрасно, но нам нужна и внешняя политика, основанная на интересах. Она может заключать в себе ценности, но интересы играют более решающую роль, когда мы говорим об отношениях с другими странами, прежде всего, когда мы хотим сохранить мир.

— В наших интересах, чтобы ни одна страна в Европе не нападала на другую и не совершала аннексию вопреки нормам международного права.

— Если вы имеете в виду Крым, вы действительно считаете, что какой-либо российский президент в будущем аннулирует это решение? Эту реальность однажды придется признать. Кстати, Крым, который раньше принадлежал России, в 1954 году стал подарком советского лидера Хрущева Украине, которая тогда была в составе СССР. Он думал, что советский коммунизм достигнет такого же возраста, как католическая церковь. К счастью, этого не произошло.

— Нельзя вот так просто отнимать подарки.

— Если бы вот так просто все было в международной политике.

— На востоке Украины продолжается война, за которую ответственность несут и пророссийские силы.

— Я считаю, что Минские соглашения могут стать хорошей основой для мирного решения. Обе стороны должны их придерживаться. Однако, что касается политики в отношении России, нужно думать более масштабно. Нам нужен новый договор между ЕС и Россией, например, соглашение об ассоциации с Россией. Это облегчит и политическое решение конфликта на Украине. Об этом должно задуматься министерство иностранных дел.

— Что конкретно Вы имеете в виду под концепцией «больше Европы»?

— Например, пакет реформ для укрепления еврозоны, над которым работает министр финансов Шольц. Общеевропейская страховка от безработицы — разумное предложение, которое можно было бы реализовать вместе с Францией. При помощи общего фонда страхования от безработицы можно обезопасить кризисные страны, чтобы не произошло урезания социальных услуг. Это не трансфертный союз, поскольку эти кредиты связаны с обязательствами по обратным выплатам, это реальная европейская солидарность. Это похоже на то, что Германия сделала в национальном масштабе во время финансового кризиса в 2008 году, введя частичное пособие безработным. Это защитный механизм для трудных экономических времен. Надо делать чудеса своими руками. Сейчас нужно набраться мужества и действовать.

— Идею о министре финансов ЕС в Германии вряд ли бы поддержали?

— Здесь я не уверен. Это логичный шаг, когда еврозона получает больше веса в политическом плане, например, получая собственный бюджет и того, кто за него отвечает. Правильным шагом является и расширение общего банковского союза.

— Еврозона как ядро Европы?

— Да, верно. Там экономические связи сильнее всего. Это ядро Европы должно быть открытым для тех новых членов, которые хотят этого и могут это сделать. Долгосрочной целью должно стать настоящее правительство ЕС, которое будет контролироваться парламентом. Это было уже в Гейдельбергской программе СДПГ в 1925 году. Еврокомиссия еще слишком сильно воспринимается как технократичный орган.

— Одна из стран-основательниц, Италия, своим долговым курсом все же отворачивается от ЕС?

— Этот странный союз из «Лиги Севера» и «Движении пяти звезд» — это не то правительство, которое я поддерживал бы. Но конфликт с Италией ничего не принесет. В Италии еще до введения Маастрихтских критериев была слишком большая долговая квота. И все же Гельмут Коль и Тео Вайгель хотели, чтобы Италия была с ними при основании еврозоны. Ничего не свидетельствует против того, чтобы дать странам больше времени на сокращение долга, если они в ответ реализуют внутриполитические реформы. Так, Германия сделала в рамках программы реформ «Агенда». Франция получила больше времени. И Греция получила больше времени и с большими мучениями реализовала реформы. Зачем сейчас давать другим урок на примере Италии? Это только укрепит позиции популистов.

— Руководство ЕС хорошо подготовлено к этому?

— После европейских выборов 2019 года нам необходима сильная Комиссия. Мне нравится Маргрет Вестагер, которая, будучи комиссаром по вопросам конкуренции, делает хорошую работу и также занимается вопросами крупных американских цифровых концернов. Почему бы ей не взять на себя больше ответственности в Европе?

— А что может предложить новый главный кандидат от СДПГ, госпожа Барли?

— Человек с европейским резюме. Это очень хорошее решение СДПГ.

— Ее мягко подтолкнули к этому.

— Ну, да. Сегодня практически нет таких политиков, которые сильно рвутся и говорят, что хотят туда попасть. Скорее есть те, кто рвется и говорит, что хочет уйти оттуда.

— В Европе крупные партии массово теряют избирателей. Почему?

— Старые связи больше не действуют, общество стало более разрозненным, а интересы более многообразными, сформировалась позиция против традиционных партий. Кроме того, правительственные партии потеряли много доверия из-за миграционного вопроса. В результате блок является только средней, а СДПГ — скорее, малой народной партией. Я очень сожалею об этом.

— Как СДПГ может снова достичь былых высот?

— Мы не можем стремиться быть более зелеными, чем Зеленые, и более левыми, чем Левые. Если мы хотим быть сильнее, то должны делать упор и на таких темах, как внутренняя безопасность, порядок и верховенство права, как делали это в «красно-зеленой» коалиции с министром внутренних дел Отто Шили. Речь здесь идет не о полицейской статистике, а о неуверенности людей. На это народная партия должна реагировать.

— Лидер партии Андреа Налес рассматривает инициированные однажды СДПГ реформы как проблему. Она хочет новую модель социального государства и выйти из «абстрактной тюрьмы Агенды».

— О Боже. Я с удовольствием возьму на себя всю вину, если это поможет партии. Но я не понимаю этих дискуссий. Решение о реформах я принимал не в одиночку. Тогда проводился специальный съезд СДПГ, на котором программу реформ «Агенда» поддержали 90 %. На этом фоне мы лидировали в 2005 году в ходе предвыборной кампании в бундестаг и получили 34,2 % голосов. Это результат, о котором СДПГ сегодня может только мечтать. Решение о реформах было принято в 2003 году. Прошло 15 лет, 11 из которых СДПГ входила в правящую коалицию. Избиратели это замечают. Когда СДПГ, наконец, начнет смотреть вперед?

Германия. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 9 ноября 2018 > № 2787210 Герхард Шредер


Россия. Китай > Госбюджет, налоги, цены. Нефть, газ, уголь > mirnov.ru, 9 ноября 2018 > № 2786689 Никита Исаев, Михаил Делягин

КОГО ХОТЕЛИ ОБМАНУТЬ «НАЛОГОВЫМ МАНЕВРОМ»

Сомнительные игры чиновников с нефтяниками в итоге разоряют российский народ.

О так называемом «налоговом маневре» многие из нас слышали, но вот что это такое, понимают очень немногие. Если говорить коротко, то надо вспомнить великую фразу «хотели, как лучше...».

То есть правительство, конечно, не собиралось резко повышать цены на бензин, понимая все страшные социальные и экономические последствия для страны. Однако некие «умники» пролоббировали этот пресловутый маневр, суть которого вот в чем: нефтяникам снизили экспортный налог на вывоз нефти из России.

Мол, платите в бюджет РФ по 3 рубля с каждого литра и везите и продавайте куда хотите и сколько хотите! Что и было сделано с большой радостью - ведь цена на нефть снова выросла, и продавать ее за доллары на Запад стало куда выгоднее, чем перерабатывать на бензин и торговать за деревянные рубли в России. А вот НДПИ (налог на добычу полезных ископаемых) повысили и торговать внутри страны стало невыгодно.

Потому-то россияне стали для нефтяных магнатов «немилыми пасынками», которые хотят «халявного бензина», и цены весной 2018 года на заправках рванули вверх.

Недавно Дмитрий Медведев в сердцах заявил, что подпишет закон о введении «заградительной пошлины» на вывоз нефти, по сути, отменит этот «налоговый маневр» и сделает продажу сырья за рубеж не столь выгодной, как продажу бензина в России.

Заключили на днях пока что мировую: нефтяники до 2019 года обещали не поднимать цен оптовых продаж бензина на заправки (соответственно и в рознице)...

Но надолго ли затишье?

«МН» обратился за комментариями по ситуации с топливом к своим экспертам.

Никита Исаев, директор Института актуальной экономики, кандидат юридических наук, лидер движения «Новая Россия»:

- Нефтяные компании, подобно ненасытной старухе из сказки про рыбака и рыбку, хотят получить с нас и правительства еще больше - около 200 млрд рублей - и, скорее всего, добьются этого шантажом: в России уже стал появляться искусственно созданный дефицит дизельного топлива на независимых заправках. Им его просто не продают крупные компании.

В Чите, например, только в последнюю неделю октября цены на бензин выросли на 4,2%. А это уже чревато топливным бунтом, и напуганное правительство вынуждено будет пойти на попятную.

Кто окажется в итоге в выигрыше - государство или компании, - сказать сложно, но пока что нефтяники лидируют в этом споре. Зато точно ясно, кто окажется в проигрыше, - простые люди, которые будут оплачивать все последствия непродуманной реформы, которая не предусматривает эффективного контроля за внутрироссийскими ценами на топливо.

Михаил Делягин, научный руководитель Института проблем глобализации, действительный член РАЕН:

- «Налоговый маневр» - повышение ставки налога на добычу полезных ископаемых при одновременном снижении (до полной отмены) пошлины на экспорт нефти и нефтепродуктов, осуществляемый правительством.

Повышение НДПИ повышает цены на нефть, а значит, и на нефтепродукты на внутреннем рынке России; с 1 января себестоимость бензина за счет этого вырастет, по оценкам, на 1 рубль. Удорожание нефти на внутреннем рынке уже сделало работу на него многих НПЗ нерентабельной, что вынудило правительство пообещать субсидировать эти НПЗ (при помощи так называемого обратного акциза).

Общая цель «налогового маневра» - снижение потребления нефти и нефтепродуктов в России при увеличении их экспорта, вероятно, с тем, чтобы ценное сырье не расходовалось на нашу страну, а в максимально возможной степени направлялось развитым странам и Китаю. При этом снижается выгодность нефтепереработки, что способствует усугублению сырьевой ориентации России и подрыву ее стратегической конкурентоспособности.

Удорожание бензина и дизтоплива разрушает российскую экономику и усиливает социально-политическую напряженность, представляясь одним из направлений (наряду с пенсионной реформой, повышением НДС и проч.) политики либералов по возврату в 90-е, когда в их руках находилось все государство, а не только его социально-экономический и идеологический блоки, как сейчас.

Евгений Александров, Андрей Князев

Россия. Китай > Госбюджет, налоги, цены. Нефть, газ, уголь > mirnov.ru, 9 ноября 2018 > № 2786689 Никита Исаев, Михаил Делягин


Россия > Приватизация, инвестиции. Внешэкономсвязи, политика > newizv.ru, 9 ноября 2018 > № 2786261 Сергей Катырин

Сергей Катырин:"Экспертиза ТПП РФ затронет 1800 законопроектов"

Законодатели давно бы уже заточили бизнес в башню из слоновой кости в своей неравной борьбе "за все хорошее", если бы не работало сито под названием «оценка регулирующего воздействия» (ОРВ). Эксперты ТПП РФ подсчитали: всего в этом году через него они «просеют» порядка 1800 законопроектов.

ОРВ позволяет оценить, как проект нормативного акта воздействует на бизнес, не ухудшит ли он, вольно или невольно, условия функционирования компаний, не создаст ли дополнительных трудностей и барьеров, - пояснил президент ТПП РФ Сергей Катырин.

Это касается не только предпринимателей. Если что-то упустить, пропустить, не исправить, то бизнес, естественно, понесет издержки, которые потом включит в себестоимость продукции, а далее по цепочке это обернется для конечного потребителя ростом цен или ухудшением качества товара.

- Когда система ОРВ заработала и сколько законов уже прошло через нее?

- Работу по оценке возможного регулирующего воздействия на бизнес предлагаемых к принятию законопроектов система ТПП страны, а это 180 региональных и муниципальных палат, ведет с 2011 года. В первый год работы мы рассмотрели меньше пятисот проектов, а в январе-сентябре нынешнего наши эксперты проанализировали уже более 1330. По оценкам, до конца года дойдем примерно до 1800. Всего же за это время мы изучили регулирующее воздействие порядка десяти тысяч федеральных законопроектов.

- И что это дает?

- После анализа каждого законопроекта мы отправляем замечания в ведомства, разрабатывавшие документы, чтобы они учли мнение бизнеса и внесли соответствующие изменения.

- Учитывают?

- Учитывают, хотя, естественно, не всегда. Тогда идем дальше, доказываем свое, и нередко все заканчивается отрицательным отзывом на проект уже на уровне Минэкономразвития РФ. Доля учтенных замечаний из предложенных нами в этом году превышает 80 процентов. Считаю это неплохим показателем.

- А бывает так, что серьезные, по вашему мнению, замечания не учитываются, но закон все же принимается? И если бывает, то что вы потом делаете?

- Конечно, бывает. Но мы стараемся рук не опускать. Ведем мониторинг применения таких законов, анализируем все нюансы, чтобы уже с цифрами в руках доказывать свою правоту. Работаем с депутатами Госдумы РФ, с общественными советами при министерствах и ведомствах.

- В чьих законопроектах эксперты чаще всего обнаруживают «подводные камни», о которые может споткнуться бизнес?

- Бывает по-разному. В этом году больше всего замечаний было по проектам Минфина, потом Минтранса и Минтруда. Я мог бы, конечно, подробно рассказать о таких нормативных актах и почему у нас возникли вопросы, но, думаю, это будет не очень интересно. Это важно и нужно специалистам. Скажу только, что серьезные замечания у нас были, например, по проекту правительственного постановления об определении размера инвестиционного портового сбора и порядке его взимания, по законопроектам об изменениях в федеральном законе «Устав железнодорожного транспорта РФ» и в федеральном законе «О защите конкуренции». Итог везде был одинаков: отрицательное заключение Минэкономразвития.

- Что дальше?

- Обязательная процедура ОРВ внедрена и на региональном, а с 2015 года - и на муниципальном уровнях. Это серьезно улучшает деловой климат, инвестиционную привлекательность территорий. Начали оцениваться законопроекты, разработанные непосредственно депутатами, и это очень правильно. Видите ли, такая экспертная оценка помогает на самом начальном этапе учесть возможные негативные последствия. И это всегда лучше, чем потом долго и порой мучительно добиваться ликвидации изъяна уже работающего закона.

Поэтому мы считаем правильным применять ОРВ как можно шире. Надо усиливать его влияние и значение при разработке законодательных актов. Но тут есть вопросы.

- Какие?

- В идеале ОРВ со временем должны подвергаться все нормативные правовые акты.

Надо серьезно повысить информированность о значимых проектах: пока что бывают случаи, когда ведомства стараются обойтись вообще без нашей оценки. Нужны также механизмы, не позволяющие вносить в правительство проекты законов, отличных от версий, прошедших оценку регулирующего воздействия.

Наконец, последнее и, полагаю, самое главное: если по законопроекту в результате оценки регулирующего воздействия дано отрицательное заключение , то он вообще не должен приниматься,

- Такое возможно?

- Да, возможно. Скажу больше: полагаю, со временем так и будет. Это нужно.

Россия > Приватизация, инвестиции. Внешэкономсвязи, политика > newizv.ru, 9 ноября 2018 > № 2786261 Сергей Катырин


Россия. Великобритания > СМИ, ИТ > ria.ru, 9 ноября 2018 > № 2786030 Карен Гиллан

Шотландская актриса Карен Гиллан запомнилась миллионам поклонников в качестве Эми Понд, обаятельной спутницы Доктора из британского сериала "Доктор Кто", а также фантастической инопланетянки Небулы в "Стражах Галактики". В Москву она приехала в другом качестве: представить свой дебютный полнометражный фильм "Вечеринка только начинается" на фестивале "Новое британское кино". В интервью РИА Новости Гиллан призналась в том, что с детства мечтала стать режиссером, рассказала о самом сложном моменте на съемках и поделилась мнением о первой женщине-Докторе в истории телешоу. Беседовала Валерия Высокосова.

— Вы впервые в Москве?

— Да, я вообще в России впервые. Я с нетерпением ждала возможности приехать сюда и все посмотреть. Москва такой красивый город! Я влюбилась. Мы гуляли по городу: сперва я была на Красной площади, потом видела Храм Христа Спасителя. Архитектура здесь потрясающая.

— Вы привезли в Москву свой дебютный фильм "Вечеринка только начинается". Как вы решили попробовать себя в качестве режиссера?

— Думаю, я всегда мечтала стать режиссером, просто раньше не понимала этого с такой ясностью. В юности я больше всего любила камеру — постоянно снимала коротенькие фильмы у себя дома, заставляла родителей проходить кастинг. Так что мне показалось вполне естественным попробовать себя в этом качестве после того, как я приобрела актерский опыт. И на самом деле мало что изменилось по сравнению с тем временем, когда я снимала своих домочадцев. Разве что размах другой.

— А у вас сохранились какие-то из ранних, так скажем, работ?

— Да, но я никак их не могу найти. Я должна это сделать, потому что есть среди них один хоррор, который я бы хотела всем показать.

— История, которую мы видим в фильме "Вечеринка только начинается", выглядит довольно личной…

— Она, конечно, снята не по мотивам моей жизни, но это действительно очень личный проект, который полностью меня захватил.

— Почему вы решили написать именно такой сценарий?

— Я прочитала исследование, согласно которому уровень самоубийств среди молодых людей в северо-западной части Шотландии, где я выросла, гораздо выше, чем в остальных частях страны. Меня начал мучить вопрос — почему? Это прекрасные пейзажи, и люди постоянно говорят, что это чуть ли не лучшее место на Земле, но факт остается фактом. Я стала изучать вопрос и поняла, что, вероятно, это зависит не от данной конкретной территории. В мире полно других мест, где может происходить то же самое.

— Ваша героиня потеряла друга. Да, ее это сломало, но она продолжает бороться с реальностью, хоть и весьма специфичными способами. Как вы думаете, сможет ли ваша картина помочь тем людям, которые сейчас переживают нечто подобное?

— Я надеюсь, что если те люди, которые посмотрят фильм, сейчас чувствуют себя одиноко и закрываются от мира, найдут в себе силы вновь начать разговаривать с окружающими, потому что коммуникация — лучший способ преодолеть те страдания, которые мы видим в картине. Я надеюсь, что они смогут по крайней мере позвонить близким и поговорить с ними.

— Фильм строится на контрастах — например, темнота улиц сменяется яркими огнями супермаркета. Что вдохновило вас на такое визуальное решение? Может, работы каких-либо режиссеров?

— Мои любимые режиссеры — Стэнли Кубрик, Майкл Ханеке и Линн Рэмси. Линн Рэмси шотландский режиссер, и мне кажется, что она удивительно точно передает атмосферу Шотландии. Но не уверена, что в своем фильме я специально выстраивала визуальную метафору. Я просто хотела, чтобы получилось круто. История в нем довольно мрачная, тяжелая, поэтому я пыталась сделать так, чтобы в ней было что-то приятное — и посмотреть, и послушать.

— Что для вас было самым сложным — писать сценарий, играть главную роль или снимать картину?

— Наверное, то, что делать все это пришлось почти одновременно. Снимать и играть — это жесткая мультизадачность, приходится бегать туда-сюда, следить за всем. Зато не пришлось договариваться с ведущей актрисой, потому что это была я сама.

— Не могу не задать вам этот вопрос — новым Доктором в сериале "Доктор Кто" стала женщина, Джоди Уиттакер, впервые в истории этого шоу. Что вы думаете по этому поводу?

— Мне кажется, абсолютно неважно, кто играет эту роль — женщина или мужчина. Но это прекрасно, что Доктором стала женщина. Пол неважен еще и потому, что этот персонаж — инопланетянин. Главное, что нужно, это особая энергия, и у Джоди она есть.

— Вы когда-нибудь мечтали сами сыграть эту роль?

— Ох, не знаю. Я обожаю Эми Понд, свою героиню, и время, проведенное на съемках с Мэттом Смитом (Одиннадцатый Доктор — ред.). Я никогда не думала о том, что могу сыграть эту роль, потому что я была и так очень счастлива.

— Мне кажется, что все ваши героини имеют нечто общее — они сильные личности с хорошим чувством юмора, могут постоять за себя, и есть в них немного злости. Есть ли у вас что-то общее с ними?

— Думаю, да. Но я вовсе не злая. Я привношу что-то свое в каждую из них, это неизбежно, потому что хочу, чтобы они были настоящими. Но после завершения съемок они от меня уходят.

— Какой самый ценный урок преподали вам ваши герои?

— Они научили меня смотреть в лицо своим страхам. Я постоянно играю героев, которые оказываются в опасных ситуациях, особенно в фантастических фильмах — там постоянный баланс на грани жизни и смерти. По-моему, это хороший урок: если чего-то боишься, то сделай это, не мешай самому себе.

— Вы хотите снять еще один фильм?

— Да, я хочу снять много фильмов. У меня есть короткометражка, которая называется Conventional. Я собираюсь снять полный метр.

Валерия Высокосова.

Россия. Великобритания > СМИ, ИТ > ria.ru, 9 ноября 2018 > № 2786030 Карен Гиллан


Россия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 9 ноября 2018 > № 2786028 Борис Шпигель

Ровно 80 лет назад в ночь с 9 на 10 ноября в Германии состоялись массовые погромы в отношении еврейского населения, которые вошли в историю как Хрустальная ночь. В память об этом античеловеческом преступлении ежегодно во всем мире 9 ноября отмечается День борьбы против фашизма, расизма и антисемитизма. О том, почему вопрос противодействия этим политико-социальным явлениям не теряет актуальности и в наши дни, насколько эффективна деятельность антифашистских организаций, что происходит с их активистами и чем опасен возрождающийся нацизм в Европе, в интервью корреспонденту РИА Новости Ирине Альшаевой рассказал президент международного правозащитного движения "Мир без нацизма" Борис Шпигель.

— Насколько в контексте сегодняшней международной политической обстановки актуален вопрос противодействия нацизму и антисемитским настроениям?

— Ситуация, связанная с сегодняшним явлением обостряющихся националистических настроений в мире, была предвосхищена нами еще восемь лет назад, когда мы создали международную правозащитную организацию "Мир без нацизма". Если говорить об антисемитизме, то это явление, проистекающее из понятия нацизма, который в данном случае первичен. Фашистская Германия в годы Второй мировой войны стала главным рупором этой идеологии, частью которой стало массовое преследование и уничтожение еврейского народа — Холокост. Одним из главных его идеологов был Пауль Йозеф Геббельс — немецкий политик, ближайший сподвижник и последователь Адольфа Гитлера. Он заявлял о том, что евреи — "самое страшное зло в мире", не по какой-то причине, а по определению. На примере стремительно ставшей фашистской в конце 1930-х годов Германии мы можем видеть, что на политическое настроение народа всегда имеют влияние идеологи, оно формируется тем или иным образом в зависимости от того, кто и какими методами его пропагандирует.

Сегодня в мире происходит нечто ужасающее — Европа вновь становится "коричневой". Например, недавно в Швеции пришла к власти ультраправая Шведская националистическая партия, желающая ограничить неевропейское переселение на территорию Швеции. И их приход к власти, на мой взгляд, гораздо серьезнее, чем приход к власти в Германии в свое время нацистов, так как у шведских националистов еще более жесткая политическая программа. Также меня обеспокоило недавнее выступление президента Греции Прокописа Павлопулоса, который заявил о том, что Европа вновь может стать фашистской.

Антисемитизм в Европе сегодня стремительно развивается — если раньше не было открытых демонстраций на эту тему, то сегодня это происходит. В Европарламент, по словам президента Греции, могут прийти националисты. Если заявление Павлопулоса подтвердится, и Европарламент станет "коричневым", то жесткие проявления антисемитизма будут неизбежны.

Что касается России, то у нас нет государственного антисемитизма. А вот бытовой есть. И по большей части это связано с тем, что у нас в стране никак не регулируется такое понятие, как средства массовой коммуникации, никак не пресекаются публичные призывы отдельных лиц к разжиганию национальной розни, государственному перевороту, вооруженному восстанию.

К примеру, видеохостинг YouTube содержит массу подобных видеороликов, и от их просмотра становится страшно. Страшно от того, что их видит в основном молодежь, та, которая пока еще не имеет устойчивых понятий о мировоззренческой, политической, социальной картине мира. В России есть закон о СМИ, но закона о средствах массовой коммуникации нет, и движение "Мир без нацизма" ратует за его создание.

В России огромное количество экстремистских сайтов, которые пропагандируют разжигание национальной розни, выступления против правительства, против президента — с этим надо бороться, за это нужно сажать в тюрьму, если мы хотим, чтобы в нашей стране была стабильность.

В этой связи сегодня вопрос противодействия фашизму и антисемитским настроениям по-прежнему актуален.

— Что включает в себя деятельность организации "Мир без нацизма" и какие результаты получены на сегодняшний день? Какую роль в этом играет созданная в 2015 году Молодежная лига? Сколько человек на сегодняшний день она в себя включает и насколько активна молодежь, разделяющая антифашистские взгляды? Какими странами представлено движение?

— "Мир без нацизма" — международная неправительственная организация, которая объединяет более 140 национальных антифашистских организаций. Она создана в Киеве 22 июня 2010 года. Организация является международным правозащитным движением, которое формирует общественное мнение в направлении поддержки антинацистских политических настроений в разных странах мира. На сегодняшний день отделения организации есть в 56 странах, в том числе в Болгарии, на Украине, в США, Франции, Германии.

За восемь лет своего существования "Мир без нацизма" сделал немало. Например, мы предотвратили в 2010 году Луковский марш в Болгарии. Это факельное шествие болгарских ультраправых, посвященное памяти генерала Христо Лукова. Оно проводится каждый февраль с 2003 года. Этот генерал в 1932-1938 годах возглавлял Союз болгарских национальных легионов. На шествие в память о Лукове ежегодно собираются крайние националисты и неофашисты не только Болгарии, но и мира.

Также мы выпустили "Белую книгу нацизма", исследование, в котором в баллах представлена вероятность возрождения фашизма в той или иной стране. В книге впервые дается сравнительный анализ этого явления по 18 странам Европы, что позволило нам также впервые составить соответствующий рейтинг неонацистской угрозы.

Что касается роли молодежи в "Мире без нацизма", то она огромна. Молодежь составляет ее большинство, ей интересна деятельность нашей организации, в частности, программы по поиску воинских захоронений времен Второй мировой войны. Например, в Белоруссии молодежь активно участвует в таких мероприятиях и очень гордится их результатами, они создают свои клубы, музеи по этой теме. Инициативная группа молодых правозащитников-антифашистов в структуре "Мира без нацизма" на конференции в Страсбурге в 2015 году заявила о создании молодежного отделения организации — Молодежной лиги. В конференции приняли участие делегации 15 стран, в том числе из России, США, Украины, Польши, Франции, Германии и других стран.

Участники международного общественного движения "Мир без нацизма" на антифашистском митинге в Эстонии. 2010 год

Однако сегодня движение "Мир без нацизма" никто из стран-участниц не поддерживает на правительственном уровне. "Мир без нацизма" делает большую работу, но вдруг сегодня оно стало невостребованным. Несмотря на это, организация существует, и 3 ноября в Москве прошел съезд ее генеральной ассамблеи.

— Как в Европе относятся к активистам "Мира без нацизма"?

— Наши активисты вызывают в свой адрес негативную реакцию. Например, руководитель украинского отделения организации "Украина без нацизма" после проведения антинацистского митинга — вразрез проводимому в Киеве нацистскому — был арестован на 60 дней. Наша организация запрещена на Украине. Региональные власти в Болгарии отказываются проводить наши мероприятия, они боятся реакции своего правительства. Руководителю отделения "Мира без нацизма" в Литве пришлось из-за этого отказаться от своего поста и покинуть организацию. В Эстонии наших активистов сажают в тюрьму. Одного из них лишили эстонского гражданства, другого уволили с работы. Но, несмотря на такое положение дел, люди приходят в нашу организацию, они хотят работать в направлении борьбы с фашизмом.

— В чем главная угроза возрождающихся неонацистских настроений на Украине?

— Сегодня Украина стала нацистским государством. Там эта идеология открыто пропагандируется и поощряется правительством. Парламент Украины принял закон, устанавливающий лозунг украинских националистов "Слава Украине!" как официальное воинское приветствие, его поддержал 271 парламентарий при необходимом минимуме в 226 голосов.

Также президент Украины Петр Порошенко намерен законодательно изменить воинское приветствие в украинской армии со "Здравствуйте, товарищи!" и "Здравия желаю (желаем)!" на лозунг украинских националистов "Слава Украине!" и "Героям слава!".

Главная угроза возродившегося на Украине нацизма в том, что сейчас там происходит радикальная смена государственного устройства, пропагандируются идеи превосходства одних народов над другими. В Украине сейчас преследуются и евреи. Украина находится под влиянием Польши, Литвы, она провозглашает верховенство народа этих стран над другими, например, над румынами. Именно по этой причине закрылось венгерское посольство в Киеве.

Вряд ли правительство Украины спросило у своего народа, хочет ли он жить в фашистском государстве. Вызывает негодование то, что они установили в центре Киева памятник лидеру и организатору украинского националистического движения на Западной Украине Степану Бандере, снесли Сквер мира и на его месте установили бюст Симону Петлюре — украинскому идеологу левонационалистических взглядов.

Активисты "Мира без нацизма" провели социологическое исследование среди молодых людей, проживающих на Украине, и выяснили, что их подавляющее большинство после окончания учебы уезжает из страны в поисках работы, они не желают жить в фашистском государстве.

Также возродившийся нацизм на Украине опасен и для России тем, что мы соседние государства. А вирусы, в том числе — политические, распространяются, как известно, быстро.

— Как можно охарактеризовать действия польских властей, на законодательном уровне принявших закон о запрете пропаганды коммунизма? Он проявляется в демонтаже памятников советским солдатам, освобождавшим Польшу. Также памятники становятся объектами вандализма.

— К сожалению, то, что происходит в Польше в отношении памятников нашим воинам, освобождавшим ее от нацизма, в отношении к России, это закономерный процесс, корни которого кроются глубоко в истории этого государства.

Польский национализм зародился еще в позднем Средневековье, и в нынешнем виде стал формироваться с 19 века во время борьбы за независимость страны после раздела Польши. Польскому обществу свойственна ксенофобия, и в нем, так же как и раньше, популярен антисемитизм. На сегодняшний день в Польше существует восемь националистических партий.

После 1991 года отношения России и Польши обострились, Польша была нацелена на скорейшее вступление в европейские структуры, обвиняя Россию в причастности к ее тяжелому историческому наследию.

Законом о декоммунизации, вступившем в силу в Польше в 2017 году, польские власти пытаются обособиться от России, стереть все, что с ней связано. В том числе и память о вкладе советских воинов в победу над фашизмом в годы Второй мировой войны.

— Считаете ли вы, что Закон о запрете на пропаганду или публичное демонстрирование символики организаций, сотрудничавших с фашистами или отрицающих итоги Нюрнбергского трибунала, принятый в России осенью 2014 года, нуждается в доработке? В частности, в области привлечения граждан к ответственности за демонстрацию свастики? Ведь она имеет иную историческую трактовку, чем символ фашистской Германии. К тому же этот символ широко используется во всех фильмах о Второй мировой войне — как быть в этом случае его использования?

— Я считаю, что необходимо ужесточить законодательство в данной области, в частности, статью 282. Я считаю преступлением идеологизацию организованных коллективов общества в ключе националистических настроений. Любые публичные заявления, призывы к национализму, разжиганию национальной розни, выступления против действующего правительства должны реально пресекаться законом. За это нужно сажать в тюрьму.

Что касается свастики, то сегодня мало кто из молодых людей знает о том, что это в действительности индийский символ солнца. Современное общество ассоциирует ее сугубо с фашистской Германией времен Второй мировой войны. Поэтому ее демонстрация — это плохо. Плохо, потому что она подается в тех же фильмах о войне как символ произвола, насилия, бесчинства фашистов. Ее показом прививаются обществу националистические настроения. В этом ключе свастика стала символом "коричневой чумы" и другие ее трактовки отошли на второй план. Она должна преследоваться.

— Насколько эффективна деятельность антифашистских организаций в странах, в которых обострено явление возрождающегося неонацизма?

— Деятельность антифашистских организаций в мире малоэффективна. Дело в том, что правительства стран их не финансируют и всячески пресекают их деятельность. Например, арестовывают активистов за участие в антифашистских акциях и митингах. А между тем масштабные националистические настроения во всем мире неудержимо растут.

— Насколько память о жертвах Холокоста сохраняется в России? Может быть, какие-то вопросы еще не решены?

— Холокост заслуживает внимания в сотни раз больше, чем сегодня говорят о нем. Я не считаю, что сегодня есть необходимая система, серьезная международная организация, которая говорила бы о жертвах Холокоста. К примеру, та же Украина очень быстро восстановила национальный статус Петлюры и Бандеры, а о жертвах Холокоста в такой же степени не говорится.

Мы не говорим сегодня про Бабий Яр — урочище под Киевом, в котором проходили в годы Второй мировой войны массовые казни цыган, евреев, советских военнопленных. Это место стало международной площадкой, где собирались люди со всего мира в дни памяти Холокоста. Но сейчас это не представляется возможным ввиду того, что происходит в этой стране.

— Какими методами сегодня можно привить обществу толерантность?

— Сегодня при высоком развитии информационных технологий и, как следствие, доступности и открытости мира можно привить обществу любое настроение. Вне зависимости от того, какая политическая идеология избирается, ее целесообразно внушать гражданам с детства. Дети и молодежь очень отзывчивы, они податливы, пока не достигают возраста, в котором начинают самостоятельно анализировать то, чем живет их страна, что происходит на политической арене мира.

В "Мире без нацизма" мы создали программу "Дети в песочнице". Она была направлена на то, чтобы объединить детей разных национальностей. И нам это удалось — в скверах, на игровых площадках в различных странах дети из Франции, Израиля, Азии играли вместе. Если людям прививать с детства толерантное отношение друг к другу, то и взрослыми они его сохранят. Соответственно, то же самое получится, если изначально культивировать между ними рознь.

Что касается России, то считаю целесообразным проводить в школах на постоянной основе уроки Мужества, вновь и вновь возвращаться к теме победы советского народа над фашизмом, а не только 9 мая, превозносить этот подвиг как бесценное историческое наследие нашей страны.

Кроме того, нужно следить за тем, что читает, смотрит и слушает наша молодежь, нужно снимать больше отечественных патриотических фильмов вместо бессмысленно жестоких боевиков. Можно было бы создать всероссийскую молодежную организацию, подобную пионерской, возродить международные молодежные фестивали, масштабные военно-патриотические игры для школьников наподобие советской "Зарницы".

Ирина Альшаева.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 9 ноября 2018 > № 2786028 Борис Шпигель


Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство > stroygaz.ru, 9 ноября 2018 > № 2785409 Мария Литинецкая

Провоцирующая активность

Новостройки дорожают на фоне пока не падающего спроса

Управляющий партнер компании «Метриум» (участник партнерской сети CBRE) Мария Литинецкая в блиц-интервью рассказала «СГ-Онлайн» об итогах октября на московском рынке новостроек массового сегмента. Главная тенденция в сегменте – девелоперы не ощущают падения спроса из-за повышения ипотечных ставок и поднимают цены.

«СГ Онлайн»: Мария, расскажите вкратце об основных итогах октября в цифрах. Что с объемом (в метрах, лотах) и динамикой предложения? Есть ли новые проекты на рынке?

М.Л.: В октябре продолжился активный выход на рынок новых проектов, который мы наблюдаем с начала второго полугодия. Объем предложения в массовом сегменте вырос на 2,5% и сейчас в столице экспонируется около 15 тыс. квартир. В продаже появились четыре новых проекта – по два в САО и СВАО. Кроме того, поступили в реализацию шесть новых корпусов в шести жилых комплексах, которые уже были представлены на рынке к началу прошлого месяца. На данный момент в столице насчитывается 89 проектов новостроек комфорт- и эконом-класса.

«СГ Онлайн»: Какие изменения произошли в структуре предложения?

М.Л.: Продолжается увеличение доли квартир, которые покупатели могут приобрести на начальной стадии строительства. Сейчас этот показатель достиг 39% или около 5,8 тыс. лотов. Еще 4000 квартир продаются в корпусах, в которых ведется монтаж этажей (27% рынка массового сегмента). В меньшинстве остались квартиры в готовых для заселения домах – всего 1800 объектов или 12% рынка. Очевидно, доля «котлована» в массовом сегменте первичного жилья растет из-за активизации девелоперов, которые стремятся увеличить свой портфель проектов до перехода на эскроу-счета с 1 июля 2019 года.

«СГ Онлайн»: Как ведут себя цены в комфорт-классе?

М.Л.: Несмотря на увеличение объема предложения, расценки по-прежнему растут. В октябре средняя стоимость кв. метра в московской массовой новостройке составила 159,1 тыс. рублей за кв. метров. По сравнению с прошлым месяцем она возросла на 1%, а в годовом выражении – на 5,4%. Тем не менее, средняя стоимость квартиры в массовой новостройке в столице немного скорректировалась (на 0,5%) и составила 9,56 млн рублей при площади 60,1 кв. метров. В целом расценки на первичное жилье комфорт-класса сохраняют стабильный и умеренный темп роста. Учитывая активность покупателей, пока предпосылок к быстрому снижению цен нет.

«СГ Онлайн»: Что происходит с реальным спросом и количеством сделок?

М.Л.: По количеству сделок в проектах нашей компании спрос в октябре вырос на 39%. Несмотря на повышение ипотечных ставок ведущими банками до уровня 9,5-10% годовых, активность покупателей остается высокой. Полагаю, что пока ставки не приблизятся к значениям выше 11,5% годовых, мы будем наблюдать мощный спрос, хотя постепенно он будет ослабевать по сравнению с пиковыми значениями, достигнутыми ранее в этом году. Кроме того, рынок уже не пополнится клиентами, которые рассчитывали на дальнейшее снижение стоимости кредита, скажем, до 8-9%.

«СГ Онлайн»: Выделите основную тенденцию этого месяца.

М.Л.: Основной тенденцией месяца можно признать сочетание роста предложения с повышением цен. Это свидетельствует о том, что девелоперы пока не ощущают сокращения спроса из-за изменения ипотечной политики банков. Активность покупателей позволяет им прямо повышать цены в проектах. Вместе с тем, скидки остаются широко применяемым инструментом продаж. Дисконтные предложения действовали в октябре в 90% жилых комплексах.

Автор: СГ-Онлайн

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство > stroygaz.ru, 9 ноября 2018 > № 2785409 Мария Литинецкая


Украина. Испания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 8 ноября 2018 > № 2787266 Пилар Бонет

Испанская журналистка Бонет: Надо называть вещи своими именами. Украина сильно идеализировала Запад. Очень сильно (Гордон, Украина)

В интервью «Гордон» журналистка крупнейшей испанской газеты «Эль Паис» Пилар Бонет рассказала, почему не стоит идеализировать Запад, почему Европа никогда не станет помогать Украине, а также почему все труднее доносить реальность происходящего до читателей. Она считает, что есть только один политик, понимающий суть происходящего между Украиной и Россией, и это не Путин.

Гордон, Украина

В интервью «Гордон» корреспондентка крупнейшей испанской газеты «Эль Паис» (El Pais) Пилар Бонет, больше 30 лет освещающая события на территории бывшего СССР, рассказала, почему не стоит идеализировать Запад, насколько сильна кремлевская пропаганда в странах ЕС, кто тот единственный европейский политик, понимающий суть происходящего между Украиной и Россией, и почему все труднее доносить реальность происходящего до читателей.

Пилар Бонет: Мне кажется, вокруг ситуации в Украине огромное количество мифов и фейковых новостей. Это очень влияет на понимание того, что здесь происходит. Я пытаюсь передать и объяснить, как сама это понимаю.

Пилар Бонет — известный журналист крупнейшей испанской ежедневной газеты El Pais, основанной в 1976 году после падения диктаторского режима Франсиско Франко. С середины 1980-х Бонет работает корреспондентом на постсоветском пространстве, именно из ее публикаций испаноязычная аудитория по всему миру больше 30 лет узнает о важнейших событиях на территории бывшего СССР, в том числе в Украине. С журналистом издания «Гордон» Пилар Бонет встретилась в Киеве, куда приехала собирать материал о предоставлении автокефалии Украинской православной церкви. В интервью испанская корреспондентка рассказала, почему не стоит идеализировать Запад, насколько влиятельна кремлевская пропаганда в Европе и почему ощущает ответственность за то, что происходит в Украине. Украина — это множество ларьков, множество горизонтальных связей. Россия — один павильон, как греческий храм, с одним поставщиком, вся коммерция монополизирована

«Гордон»: Вы больше 30 лет работаете корреспондентом на постсоветском пространстве. На ваш взгляд как европейского журналиста, чем Украина принципиально отличается от России и других стран бывшего СССР?

— Во-первых, я думаю, что в природе не существует «европейских журналистов». Ты или журналист, или нет. Поэтому я представляю только себя. Мне кажется, что в России пирамидально выстроенная власть, где все нити ведут к одному человеку и замыкаются на нем. В Украине очень много центров власти, наверное, сказывается традиция гетманства. Еще в Украине очень много игроков и ты всегда должен быть начеку, потому что один из них может в последний момент все изменить.

— Последнее предложение совсем не поняла, о чем вы?

— Я была в Киеве во время Оранжевой революции в 2004-м. Помню, как в один из дней в парламенте принимали какое-то важное решение. Я тогда жила в гостинице «Днепр» на Европейской площади, где вечером со сцены выступали политики. Как раз заканчивала статью о ситуации, которую с большим трудом удалось понять. Открыла окна в номере, чтобы слышать выступления политиков на площади, и вдруг из их речи поняла, что ситуация кардинально поменялась. Пришлось выбросить почти законченную статью и писать новую.

Еще пример. Я стараюсь хотя бы раз в год ездить на Донбасс и по возможности в Крым, чтобы понимать ситуацию. Из Киева это нелегко, что с одной, что с другой стороны. Этим летом была в Крыму, в «Артеке». Директор лагеря рассказывал: «Когда мы сюда приехали, вокруг было очень много ларьков, украинцы разные мелкие вещи продавали, мы это все убрали». Я прогулялась по этому месту — действительно, ларьков нет, но стоит большой павильон, где продается спортивная одежда одной марки. Только одной. Этот пример буквально иллюстрирует для меня разницу между странами. Украина — это множество ларьков, множество горизонтальных связей. Россия — один павильон, как греческий храм, с одним поставщиком, вся коммерция монополизирована.

— Что ваши читатели в Испании в принципе знают о войне в Украине?

— Понятия не имею, могу говорить только от себя. Мне кажется, вокруг ситуации в Украине огромное количество мифов и фейковых новостей. Это очень влияет на понимание того, что здесь происходит. Я пытаюсь передать и объяснить, как сама это понимаю.

— Насколько сильна и эффективна кремлевская пропаганда в Европе?

— Думаю, достаточно сильна. Точка зрения России по многим моментам…

— …доминирует?

— Не знаю, доминирует или нет, но сталкиваюсь со многими людьми, у которых в голове позиция России и они не критично к ней относятся.

— А украинский голос пробивается только благодаря западным дипломатам, журналистам и правозащитникам?

— Трудно судить совокупно, но голос России, как мне кажется, звучит гораздо громче. По-моему, Украина прилагает недостаточно усилий и средств, чтобы был слышен ее голос, хотя вы намного ближе: в Испании очень много украинцев, в Португалии — еще больше, сотни тысяч.

— Не понимаю, как может на Западе доминировать российская точка зрения хотя бы в совершенно очевидных вещах: аннексия Крыма, сбитый малайзийский Boeing и так далее.

— Не могу сказать, у меня нет статистики. Но, по моим ощущениям, там очень неоднозначно воспринимают и эти ситуации. Я вам уже говорила, что усилия Украины по доведению своей позиции недостаточны. Кто сказал, что Европа будет вас защищать? Мне кажется, ваши ожидания были слишком завышены и наивны

— В первые два года после нападения России на Украину наши новостные каналы в прямом эфире транслировали заседания Совета Безопасности ООН, а электронные СМИ публиковали выступления представителей от каждой страны. Украинские телезрители и читатели активно за этим следили, пока не поняли: очередная «глубокая озабоченность» Запада ни на что не влияет.

— У меня впечатление, что Европа не была готова защищать Украину.

— Как думаете, почему?

— А кто сказал, что Европа будет вас защищать? Мне кажется, ваши ожидания были слишком завышены и наивны. В феврале 2014 года я была в Крыму. Помню, мне позвонил украинский коллега и спросил: «Как думаешь, НАТО будет нас защищать, если русские нападут?»

— Что вы ему ответили?

— Я ответила, что не будет. Не будет, потому что у Европы нет обязанности защищать Украину: вы не член НАТО, а они не хотели столкновений с Россией.

— Даже неловко в очередной раз напоминать западным партнерам о Будапештском меморандуме.

— Насколько я понимаю, Будапештский меморандум не имеет обязательной юридической силы, там не прописан механизм, как защищать. Я напомню вам, что участником меморандума не был Запад. Запад — это слишком размытое понятие. Меморандум подписали Украина, Россия, США и Великобритания.

— Есть ощущение, что даже если этот механизм был бы прописан, Европа все равно не вмешивалась бы.

— Надо называть вещи своими именами. Украина сильно идеализировала Запад. Очень сильно. Судя по всему, до сих пор идеализирует. Я слышала, как у вас говорят: хотим быть членом НАТО, Евросоюза и так далее. Но мне кажется, что Украина должна смотреть на себя как на субъект, а не заглядывать кому-то в рот. Будете успешными — вас примут и в НАТО, и в ЕС. Но ждать, что вас сначала примут, и только после вы станете успешными — ошибочно.

Украину всегда соблазняют то Запад, то Москва. В США часто не понимают, что здесь происходит, а европейцы очень ценят собственный комфорт, хотят, чтобы их оставили в покое. Я говорю не обо всех, это обобщение, конечно, но тем не менее. Ну вот Крым — это же была ваша территория…

— …и остается нашей территорией, только оккупированной.

— Да. Hо что вы делали, чтобы защитить свою территорию?

— Есть ответ украинского руководства. Например, исполнявший обязанности президента в 2014-м Александр Турчинов не раз заявлял, что в разгар аннексии Запад дал ему понять «не суетитесь, не обостряйте ситуацию, не провоцируйте Россию на масштабное вторжение».

— Это сложная проблема, потому что задним числом все умные. Я была полтора месяца в Крыму во время этих событий. Помню, что писала тогда: Украина не занималась Крымом, люди были в отчаянии и ждали приказ из Киева, особенно ваши военные, для которых это стало унижением.

— Что за история, когда 16 марта 2014 года, во время так называемого референдума о статусе Крыма, на вас наставили автоматы «зеленые человечки»?

— Я ездила каждый день в воинскую часть, где общалась с заместителем украинского гарнизона. В день «референдума» я, как обычно, опять туда поехала. Возле входа, за каждым деревом, было по одному вооруженному российскому солдату в маске. Они и раньше там были, но не вели себя активно: просто окружали часть, но я могла говорить с украинским начальником гарнизона. А в тот день мне даже не дали подойти ко входу. Российские солдаты блокировали украинскую военную часть, чтобы никто не мог выходить и голосовать.

— Что вы говорили российским военным, которые наставили на вас автоматы?

— Ничего. Когда шесть человек направляют на тебя автоматы, говорить нечего. Мой водитель сказал: «Это автоматы Калашникова такой-то серии, самая современная модель. Что делаем, едем дальше или разворачиваемся?» Я сказала: «Разворачиваемся». Было страшно, не было никакой гарантии, что они не выстрелят.

— Как думаете, почему на оккупированных территориях разрешают работать западным журналистам?

— Не знаю, даже не понимаю, по каким критериям разрешают работать в Крыму и самопровозглашенных «ЛНР» и «ДНР». Не все западные журналисты могут туда въехать.

— Когда в конце лета 2018 года в центре Донецка взорвали главаря «ДНР» Александра Захарченко, в испаноязычном сегменте Twitter было очень много перепостов ваших публикаций об этом персонаже. Для вас убийство Захарченко стало неожиданностью?

— Нет, считаю, что все актеры этой истории сильно рискуют и знают об этом. Нечто подобное могло произойти с любым из них. Надо учитывать, сколько убитых было до этого.

— Сколько раз вы встречались с Захарченко?

— Несколько раз, но самый первый разговор был в мае 2014-го, когда он был в «Оплоте» и контролировал мэров. Еще раз встречались в марте 2017-го, когда ночью почти четыре часа брала у него интервью.

— Его охранники вас и ваши вещи тщательно прощупывали?

— Нет, ничего такого не было. Я была в гостинице, спустилась вниз, в кафе, он сам туда приехал.

— Он вас не просил: «Этого не писать, того не спрашивать, эту тему не поднимать»?

— Были какие-то просьбы, вроде «об этом не пишите», это касалось упоминания других людей.

— Какое у вас осталось впечатление после общения с Захарченко?

— Мне показалось, что он убежден в том, что говорит. Это его мнение. Mне важно было понимать, как он думает. Мне показалось, что он более самостоятельным был в апреле 2014-го, когда я первый раз с ним встречалась. Я не считаю руководителей непризнанных территорий марионетками. В определенной степени они подчиняются Москве, но они необязательно думают, как думает Кремль. В этом я уверена. Я очень долго занимаюсь неразрешенными конфликтами на территории бывшего Советского Союза, разговариваю с людьми из Приднестровья, Абхазии, Осетии, знаю, какие существуют внутри разногласия. Другой вопрос, как они решаются и кто сильнее.

— Чем наша ситуация принципиально отличается от приднестровской, абхазской, южноосетинской, карабахской?

— Все конфликты отличаются, имеют разные корни и историю. Я считаю конфликт на Донбассе самым ужасным из всех происходящих сегодня на постсоветском пространстве. Потому что он самый масштабный: больше 10 тысяч убитых, больше миллиона переселенцев, до сих пор ничего не закончилось. И меня поражает, что Европа до конца этого не осознает.

— Не осознает и, судя по всему, не собирается. Как думаете, почему?

— Наверное, не осознает потому, что если можно игнорировать то, что тебя прямо не касается, — значит, можно игнорировать. Думаю, суть ситуации между Украиной и Россией в Европе лучше всех понимает один человек — Ангела Меркель. Она выросла в ГДР, знает менталитет российской власти, лучше всех понимает психологию Путина.

— Та самая канцлер ФРГ Меркель, которая сейчас активно занимается строительством «Северного потока — 2» — магистрального газопровода из РФ в Германию, а на самом деле очередного рычага влияния России на Европу.

— Это другой вопрос. Промышленное и энергетическое лобби в Германии очень сильно, у них традиционно хорошие отношения с Россией. Думаю, возможности Меркель здесь ограничены. Я была корреспондентом в Германии четыре года, видела конфликты между бизнес-сектором, который настроен на прибыль, и политиками. Не думаю, что Меркель сейчас легко. Понимаете, на Западе все делается очень медленно и с ограниченными возможностями именно потому, что там демократические процедуры, которые требуют согласования вопросов со всеми участниками. Это в авторитарной стране все можно быстро сделать по желанию одного человека. Механизм решения в Европе другой. Это одновременно ее сила и слабость. У Меркель ограниченные возможности, хотя она единственная в Европе, кто открыто говорит Путину, что он аннексировал Крым. Некоторое время назад российской власти было важно, чтобы вещи были правдоподобными, сейчас — нет

— Когда ваши европейские друзья просят объяснить, почему у россиян 20 лет один и тот же президент, что вы им отвечаете?

— Нет простого объяснения. С одной стороны, демонизация 90-х, пропаганда, нажим, отсутствие оппозиции, изменение конституции, которые позволили отдать власть на какое-то время Медведеву, а после опять вернуть Путину. Посмотрим, как сейчас будет развиваться ситуация в России. По-моему, люди начинают понимать, что пенсионная реформа — это последствия экспансионистской политики РФ. Хотя социологи обычно говорят, что у российского избирателя нет связи между дорогой международной политикой России и экономической ситуацией внутри страны.

— В 2011 году в интервью российскому «Эсквайр» (Esquire) вы сказали: «Кремлевские пиарщики издеваются не только над народом, но и над своим начальством. Медведев и Путин одновременно закидывают удочки в какую-то реку, и один вытаскивает щуку, а второй — окуня… В голове не укладывается». — Не очень поняла, что вы хотели сказать, можете расшифровать?

— Это старый текст. Я говорила о том, что правдоподобность из риторики России исчезла.

— Правдоподобность?

— Объяснения, которым можно верить. Произошла какая-то «эволюция», некоторое время назад российской власти было важно, чтобы вещи были правдоподобными, сейчас — нет.

— А почему российская власть перестала заботиться о правдоподобности собственных объяснений?

— Мне кажется, мы переходим на другую фазу, где реальность не учитывается. Это очень опасно, потому что это манипуляции над читателями. Они уже растеряны, их поставили в ситуацию, где они не имеют ни малейшей возможности узнать правду.

— Вы говорите о российских или западных читателях?

— Обо всех.

— Но в Европе нет монополизации СМИ, нет грубой тотальной пропаганды, соблюдаются журналистские стандарты, разве не так?

— Говорю лишь о своих ощущениях. Я не делю читателей на украинских, российских, западных. Есть просто читатель, и все: он может быть образованным, понимающим, критически мыслящим, а может и не быть. Наши с вами коллеги как здесь, в Украине, так на Западе или в России пытаются делать свою работу, исходя из единых принципов для всех журналистов — отношения с реальностью. Куда реальность ведет, туда мы и идем. И описываем эту реальность в зависимости от объективных ограничений и степени собственной смелости. Каждый делает что может. Есть люди продажные, которые занимаются не журналистикой, а пропагандой и пиаром. Я понимаю профессию журналиста как описание реальности, какой бы она ни была, нравится она или нет. И здесь я не делаю различий — западный читатель или какой-нибудь другой. Не делаю различий и для журналистов: для меня и корреспондент «Нью-Йорк Таймс» (The New York Times), и корреспондент крохотной бедной газеты из самого захолустного места — одинаковы.

— Вам сейчас сложнее стало доносить реальность до читателей?

— Да, конечно, потому что мне самой все сложнее становится понимать эту реальность.

— Почему?

— Степень манипуляции значительно выросла. И технически, и концептуально. Многие вещи требуют глубокого расследования, требуют времени. Я не из тех, кто будет сразу говорить: «Да, это сделали эти». Я не пишу того, чего не знаю.

— Когда именно вы зафиксировали слом в информационной реальности и значительный рост манипуляции и дезинформации?

— Очень постепенно все шло. Конечно, манипуляции и пропаганда не вчера появились, есть традиция. Но сегодняшние технические средства позволяют доносить это на другом уровне.

— Вы про то, что сейчас любой желающий может прямо на своем смартфоне смотреть в прямом эфире, например, заседание Конгресса США или стихийные бедствия в азиатских странах?

— Да, но одно дело смотреть трансляцию, другое — понимать, что там происходит.

— Вы активно освещали события на Евромайдане 2013-2014 годов. Как для вас изменился Киев за последние пять лет?

— Я больше не могу ходить по Майдану и не думать об убитых. Не могу легко смотреть на улицы, где убивали людей. Очень любила и люблю Киев, но у меня здесь начала появляться грусть, что-то очень изменилось в городе, есть ощущение упущенных возможностей, нереализованных ожиданий, разочарования. Я это чувствую.

— В Украине за последние пять лет было очень много отличных журналистских расследований, публикаций, описания реальности, но это не привело к конкретным результатам: дела не расследуются, приговоров в отношении высокопоставленных коррупционеров нет. Зато есть эмоциональное выгорание за пять лет войны.

— Думаю, у нас, европейцев, есть ответственность за то, что происходит в Украине. Мы не можем и не должны отстраняться. Но мне кажется, что в нашей жизни не могут доминировать эмоции, потому что они нас блокируют, не позволяют действовать. Эмоции надо держать под контролем, превратить эту энергию в рациональное действие. Эмоция — неконтролируемая сила, которую надо структурировать, чтобы наши действия стали полезными.

Если мы откроем глаза даже одному человеку о происходящей вокруг реальности — мы сделали хорошее дело. Мы должны передавать читателям именно реальность, но чтобы ее передать, надо понимать, а чтобы понимать, надо слышать, смотреть, наблюдать, описывать. Даже если тебе рассказывают большую байку, все равно будет элемент, который не стыкуется и за который можно зацепиться.

— Вам не стало тяжелее работать в России после 2014 года?

— После Крыма и Донбасса общий фон был очень агрессивным. Я потеряла часть друзей. Со многими из тех, кто остался, мы не касаемся определенных тем.

— Подозреваю, события в Украине — не топ-тема для европейских читателей. Вам не обидно, что столько времени и сил тратите на сбор информации, а в итоге статью прочтет пара тысяч человек в лучшем случае?

— Знаете, я не ориентируюсь на клики, лайки и репосты.

— Разве для вас совсем неважно внимание и отклик аудитории?

— Это не определяющее. Я отвечаю перед собой. Думаю, и вы, и я знаем, как можно легко сделать статью, на которую все будут кликать. Вам интересно так работать? Мне — нет, абсолютно.

Я считаю, что в моих репортажах из Крыма, например, было много вещей, которые мало кто описывал. Люди, которым эта информация нужна, обязательно ее найдут. Конечно, я буду рада, если у статьи будет 100 тысяч просмотров, но это точно не определяющее в выборе темы, героя или ситуации.

Например, в одном репортаже я писала о Горловке, где была в мае этого года. Внутри статьи были слова одной местной женщины, я ее случайно встретила в центре города. Она только вернулась из Крыма, где была с маленьким ребенком. И все равно вернулась в Горловку, где стреляют, потому что в Крыму ее считали иностранкой и разрешали находиться там не больше 90 дней.

— И что это означает?

— Что в Крыму даже людей с Донбасса не признают «своими», не делают по отношению к ним никаких скидок. И один человек, аналитик, который занимается этой темой, взял этот кусок текста и распространил в Twitter. Я ему потом писала: «Вы уловили самое главное в статье».

Смотреть только на клики — плохая привычка. Есть много приемов, чтобы люди читали статьи. Я борюсь с таким легкомысленным описанием ситуации, потому что это не реальность.

Помню, когда был конфликт в Южной Осетии, кто-то из команды грузинского президента написал: во время конфликта к нам приехали тысячи корреспондентов с Запада, из них только сотня знала, где Южная Осетия, из этой сотни только десять человек знали больше. Мне хотелось бы быть в числе этих десяти.

Мне не хочется строить искусственные конструкции, которые возводятся вокруг вооруженных конфликтов. Я считаю победой, когда могу пробиться к правде, донести ее до читателя. Мне это приносит удовольствие. И тут для меня критерий оценки материала — не количество кликов, хотя понимаю, что всем редакциям важна реклама. К сожалению, качественная журналистика не обязательно рентабельная. Значит, надо решить вопрос: как делать качественную журналистику в конкретных финансовых условиях. Думаю, это возможно.

Украина. Испания > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 8 ноября 2018 > № 2787266 Пилар Бонет

Полная версия — платный доступ ?


Россия. Монако. США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 8 ноября 2018 > № 2787251 Леонид Бершидский

Bloomberg (США): русским миллиардерам некуда бежать

Обозреватель издания «Блумберг», рассказывает о положении российских миллиардеров за границей. Как считает автор, арест Рыболовлева в Монако стал сигналом для других состоятельных россиян, которые мечтают избавиться от всех своих активов на родине, как это сделал Рыболовлев. Это сигнал о том, что в сегодняшнем политическом климате Запад уже не так доброжелательно относится к их деньгам и привычкам, как раньше.

Дмитрий Рыболовлев избавился от своих российских активов несколько лет назад, но это не стало для него гарантией мирного существования.

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

Задержание Дмитрия Рыболовлева в Монако для проведения допроса стало очередной головной болью для этого российского миллиардера и сигналом для других состоятельных россиян, которые мечтают избавиться от всех своих активов на родине, как это сделал Рыболовлев. Это сигнал о том, что в сегодняшнем политическом климате Запад уже не так доброжелательно относится к их деньгам и привычкам, как раньше.

Рыболовлев известен в Америке как человек, заплативший в 2008 году Дональду Трампу 95 миллионов долларов за особняк в Палм-Бич, штат Флорида, что в два раза превышает ту сумму, за которую Трамп купил его в 2004 году. Оппоненты Трампа считают эту сделку подозрительной, утверждая, что это составная часть предполагаемой российской помощи нынешнему президенту. Но Рыболовлев хорошо известен своими большими тратами. Свидетельством тому является его давняя вражда со швейцарским торговцем предметами искусства Ивом Бувье (Yves Bouvier), которого российский магнат обвиняет в завышении цен на целый ряд шедевров живописи. (Одной из таких работ стало полотно Леонардо да Винчи «Спаситель мира», которое является на сегодня самой дорогой картиной в мире, несмотря на ее спорное происхождение. На аукционе ее цена дошла до 450 миллионов долларов, а Рыболовлев купил картину у Бувье за 127,5 миллионов долларов. Тот, в свою очередь, отдал за «Спасителя мира» 80 миллионов.) Бувье обвинения Рыболовлева отвергает.

Арест Рыболовлева связан с историей Бувье. В сентябре 2017 года министр юстиции Монако Филипп Нармино (Philippe Narmino) подал в отставку сразу после того, как французская газета «Монд» опубликовала материалы расследования, получившего название «Монакогейт». В его основу легли текстовые сообщения, которыми Рыболовлев обменивался со своим адвокатом и местными чиновниками, включая Нармино. Эта переписка указывает на тесное сотрудничество между чиновниками княжества и Рыболовлевым в деле Бувье. «Ле Монд» посчитала, что это может указывать на «покупку влияния». Сейчас судья из Монако проводит расследование в попытке выяснить, не пытался ли этот русский оказывать влияние на сотрудников правоохранительных органов. Кроме задержания Рыболовлева, был проведен обыск у него на вилле, хотя никаких обвинений в совершении преступления ему не предъявлено, а сам он отрицает свою вину. Возможно, в четверг Рыболовлев будет выпущен на свободу. Его адвокаты намерены подать апелляцию на арест. Они также сомневаются в законности свидетельств и улик, использованных против их клиента.

В то же время Рыболовлев оказался в центре другого скандала, связанного с футбольным клубом «Монако», контрольный пакет которого он приобрел в 2011 году, пообещав за четыре года инвестировать в эту слабую на то время команду не менее 100 миллионов евро. Однако французский вебсайт «Медиапарт» (Mediapart) 5 ноября сообщил о том, что Рыболовлев пошел дальше, заключив в 2014 году фиктивную сделку, позволившую ему вкладывать в свой клуб по 140 миллионов евро ежегодно — в нарушение финансовой политики «честной игры» УЕФА. Эта политика направлена на то, чтобы футбольные клубы не превращались в игрушки для богачей, неизменно принося убытки. «Медиапарт» также заявил, что клуб «Монако» убедил чиновников УЕФА ослабить свое давление в другом расследовании, и этот руководящий орган футбола в 2015 году ограничился лишь относительно небольшим штрафом, узнав о том, что сумма финансового дефицита «Монако» непомерно велика.

Футбольный клуб в ответ выступил с заявлением, в котором напрочь отрицает попытки обойти стороной финансовые правила «честной игры», указывая на то, что сделка по финансированию не была реализована. В заявлении говорится: «Клуб был вынужден прибегнуть к альтернативной стратегии, основанной на продаже игроков». Но в любом случае, у Рыболовлева в последнее время очень мало стимулов вкладывать деньги в «Монако». Связанные с ним скандалы разозлили монарха князя Альбера, который считает, что они бросают тень на органы власти его княжества. В этой обстановке больше нет смысла поддерживать футбольный клуб ради сохранения собственной репутации.

Рыболовлев вряд ли ожидал, что столкнется с такими проблемами правового и репутационного свойства, когда в 2010 году продал свою российскую компанию по производству удобрений за 7,5 миллиардов долларов и вывел из России все свои активы. В списке миллиардеров «Блумберг» его состояние оценивается в 10,5 миллиардов долларов, причем все оно, скорее всего, хранится на Западе, включая предметы искусства и недвижимость на 2,7 миллиарда долларов.

Самые богатые россияне, которых часто и ошибочно называют олигархами, по сути дела, превратились в заложников президента Владимира Путина, требующего от них вкладывать большие средства в его любимые проекты, а также поддерживать его политику, дабы не лишиться российских активов. Отъезд Рыболовлева прошел, насколько известно, без сучка и без задоринки. Другие миллиардеры, предпочитающие жить и инвестировать средства на Западе, скажем, Михаил Фридман и Роман Абрамович, до сих пор поддерживают прочные связи с Россией. По данным из списка миллиардеров «Блумберг», российские активы составляют около четверти состояния Фридмана, а у Абрамовича — более трети.

Избавление от российских активов может показаться весьма привлекательной перспективой в эпоху усиления американских санкций и ужесточения контроля со стороны регулирующих органов США, которые таким образом отвечают на грубую и смертоносную деятельность российской разведки в Британии. Но это не всегда получается у состоятельных россиян, которые не желают жить незаметно и любят демонстрировать силу. Именно так большинство из них сколотило свои состояния, зачастую действуя в атмосфере беззакония. Из-за того внимания, которое «олигарх» привлекает к своей персоне даже в таком спокойном и снисходительном месте как Монако, он не защищен от враждебных ветров. А не имея базы в России, ему непросто убежать домой, где пристального внимания и контроля избегают только те миллиардеры, которые послушно проводят путинскую линию.

Российское руководство понимает, насколько ценен пример Рыболовлева для многолетних и в основном безуспешных попыток Путина заманить вывезенный на Запад российский капитал обратно. Во вторник вечером российское посольство во Франции опубликовало заявление, отметив, что оно запросило информацию о задержании Рыболовлева у властей Монако, и подчеркнув при этом, что сам миллиардер не связывался с российскими дипломатами. Смысл заявления в том, чтобы показать: Россия готова защищать своих граждан, оказавшихся в беде, где бы они ни хранили свои деньги, но она может сделать очень немногое, если только они сами не будут активно искать помощи. Как неоднократно подчеркивал Путин, россиянам безопаснее жить дома.

Злоключения Рыболовлева на Западе вряд ли закончились. Но наблюдая за ними, другие состоятельные россияне могут извлечь из этого совсем другой урок. Он состоит не в том, что безопаснее всего хранить свое состояние в России и поддерживать с ней прочные связи. Скорее, эти люди сделают вывод о том, что если быть заметным, действовать напористо и упрямо давить своих врагов, как это делал Рыболовлев, это может помешать им наслаждаться своими деньгами на Западе. Эти деньги уже не являются такими желанными, как 15 или даже пять лет тому назад. Они могут даже стать источником неприятностей и проблем.

Содержание статьи может не отражать точку зрения редакции, компании «Блумберг» и ее владельцев.

Россия. Монако. США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 8 ноября 2018 > № 2787251 Леонид Бершидский


Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 8 ноября 2018 > № 2787247 Вильям Таубман

Вильям Таубман: «Владимир Путин уничтожил все наследие Горбачева» (El Mundo, Испания)

«Эль Мундо» публикует интервью с биографом бывшего президента СССР Михаила Горбачева, в котором он рассказывает о его уединенной жизни, былых заслугах, о его признании на Западе и забвении в собственной стране. Вильям Таубман отмечает, что бывший президент СССР заложил основы демократии в СССР. Когда-нибудь россияне, возможно, оглянутся назад и увидят, что именно он стоял у ее истоков и положил конец холодной войне.

Альберто Рохас (Alberto Rojas), El Mundo, Испания

Их уже мало осталось в живых. XX век уходит в прошлое вместе с уходом своих главных действующих лиц: Нельсона Манделы, Ясира Арафата, Фиделя Кастро… Кажущаяся бессмертной королева Великобритании как будто соревнуется в долголетии с последним кормчим СССР, который его обновил и в итоге уничтожил. Сегодня Горбачев, проживающий в уединении на своей даче в окрестностях Москвы и не пользующийся особым расположением Путина, рассказывает о своем наследии лауреату Пулитцеровской премии писателю Вильяму Таубману (William Taubman), приехавшему в Мадрид, чтобы рассказать о биографии Горбачева, опубликованной издательством «Дебате» (Debate).

«Эль Мундо»: Как живет сейчас Михаил Горбачев?

Вильям Таубман: Мне кажется, что грустной и очень одинокой жизнью. Я не уверен, что он отдает себе отчет в том, насколько она грустна, поскольку всегда был оптимистом, но, если говорить объективно, в его собственной стране Горбачева не любят, а его супруга трагически умерла. Их дочь Ирина, которая заботилась об отце, теперь проживает в Германии, поскольку не может выносить нападок и оскорблений в адрес отца. Вначале Путин выражал ему определенное уважение, но потом перестал. Одна из самых известных фраз Путина — «распад СССР стал одной из самых страшных катастроф ХХ века» — является обвинением Горбачеву. Горбачев пользуется большим признанием на Западе, но даже здесь ему теперь уделяют меньше внимания, чем раньше.

— Почему он живет в России, раз на Западе к нему лучше относятся?

— У него были возможности обосноваться в Германии или США, но, оставшись в России, он хочет показать, что он действительно русский человек, а никакой не предатель и не продавал свою страну Западу. Если бы он жил в Германии, то мог бы дать своим оппонентам повод заявить, что именно это и входило в его планы.

— Как сказалось все это на самом Горбачеве?

— Он понимает ценность всего того, что сделал для своей страны, но некоторые его друзья мне говорили, что бывший президент СССР очень подавлен.

— Что в современной России осталось от демократических реформ Горбачева? Владимир Путин оставил что-то в силе?

— Есть, по крайней мере, одно издание, «Новая газета», в которой Горбачев является одним из миноритарных акционеров. Она публикует правдивые новости. Есть также независимая радиостанция. Ну и в целом люди могут значительно свободнее выезжать на Запад, чем раньше. Но нынешний путинский режим покончил с реформаторским наследием Горбачева. Не могу утверждать, что его правление является тоталитарным, но авторитарным оно точно является. Он допускает определенную степень свободы в качестве выхлопного клапана.

— Меняет ли Путин мнение о Горбачеве в худшую сторону, а о Сталине — в лучшую?

— Думаю, что да, по крайне мере для многих россиян. Наверное, 20% граждан России, молодежь и средний класс, могут заметить изменения, происшедшие благодаря Горбачеву. С другой стороны, остальные 80%, которые восхищаются Путиным, не любят Горбачева. Сельское население и жители небольших городов о нем отзываются отрицательно, обвиняя его в хаосе 1990-х годов. Несколько лет тому назад был проведен опрос с целью выявить наиболее популярного российского лидера. Первое место занял Сталин, второе — Путин, а Горбачева в этом списке не было вообще.

— Каков Горбачев в общении?

— Я брал у него двухчасовые интервью восемь раз. Это приятный, располагающий к себе, симпатичный человек с большим чувством юмора… Он открытый человек, говорит то, что чувствует.

— Мог ли сам Горбачев идеализировать прошлое в своем воображении и преувеличить собственные успехи?

— Да, именно это он и сделал. Говоря о самом себе, ему пришлось сделать упор на свои успехи. Он заложил основы демократии в СССР. Если когда-нибудь вновь вернется свобода, то россияне, возможно, оглянутся назад и увидят, что именно Горбачев стоял у ее истоков и положил конец холодной войне. Если представить себе, что Рональд Рейган умер до переговоров с Горбачевым, а Джордж Буш-старший был бы президентом как раз во времена перестройки, думаю, что холодная война все равно бы закончилась, но вот если бы Горбачев раньше ушел из жизни, могу заверить, что холодная война продолжалась бы и по сей день.

— Пытался ли он добиться невозможного, а именно, совместить коммунизм и демократию?

— Коммунистическая демократия — это уже не коммунизм. Но такова была сущность Горбачева. Он говорил, что вначале ленинизм действительно мог быть демократичным и гуманным, но Сталин извратил революцию. Он хотел возродить ленинские принципы. Но для меня ленинский коммунизм никогда не был демократичным. Сталин продолжил то, что начал Ленин. В конце своей карьеры Горбачев стал склоняться к социал-демократии.

— Именно поэтому у него были столь хорошие отношения с Фелипе Гонсалесом?

— Гонсалес был социалистом, молодым, интеллектуалом… Горбачев любил поговорить с ним о будущем социализма. Ему нравилось с ним общаться даже больше, чем с Тэтчер, Миттераном и Рейганом. Скажите, а в Испании к Горбачеву хорошо относились?

— В Испании продавали куклу с родимым пятном в форме серпа и молота на голове.

— Надо будет послать эту книгу Фелипе Гонсалесу, хотелось бы узнать его мнение о ней.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 8 ноября 2018 > № 2787247 Вильям Таубман


Россия. Индия > Армия, полиция > ria.ru, 8 ноября 2018 > № 2786041

Военно-техническое сотрудничество России со странами Юго-Восточной Азии (ЮВА) динамично развивается. Подтверждением тому являются крупные контракты на поставку разных видов вооружений — от военно-морской техники, до самолетов и вертолетов. Одной из площадок для обсуждений текущих и перспективных проектов в этой сфере является оборонная выставка "ИНДО ДИФЕНС", где РФ традиционно принимает активное участие.

Глава официальной российской делегации на выставке "ИНДО ДИФЕНС-2018", заместитель директора Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству (ФСВТС) России Михаил Петухов рассказал в интервью обозревателю РИА Новости Алексею Паньшину об исполнении обязательств по текущим проектам с ЮВА, о перспективах взаимодействия в сфере ВТС, а также о планах перейти на расчеты в национальных валютах за покупку оружия.

— Михаил Владимирович, как вы оцениваете ВТС со странами региона в целом? Увеличивается ли количество поставляемых Россией вооружений в государства ЮВА?

— Роль стран Юго-Восточной Азии в формировании региональной архитектуры безопасности сейчас очень велика. Кроме того, государства региона проводят последовательную политику по созданию собственного высокотехнологичного военно-промышленного комплекса. Военно-техническое сотрудничество с нашей страной занимает в этом процессе важное место.

Российская техника неоднократно доказывала свою надежность в реальных боевых условиях. Наши предприятия обладают обширным опытом взаимодействия со странами региона по самой различной номенклатуре ПВН. Это позволяет нам вести продуктивный диалог с партнерами даже в условиях западных санкций. Страны Юго-Восточной Азии традиционно остаются важным направлением развития наших военно-технических связей. Думаю, что и в ближайшей, и в долгосрочной перспективе характер наших взаимоотношений и объемы сотрудничества с основными партнерами в регионе сохранятся на прежнем высоком уровне.

— Ведутся разговоры, что для снижения зависимости от американского доллара некоторые страны мира могут перейти на расчеты в национальных валютах. Ведется ли обсуждение со странами ЮВА? Какие перспективы у подобной модели взаиморасчетов с государствами региона?

— Сегодня курс на снижение зависимости своих экономик от доллара США заявлен многими государствами. Причиной тому являются проводимая США агрессивная торговая политика и стремление любыми, далеко не всегда рыночными, способами выдавить конкурентов с мировых рынков, в том числе и с рынков вооружений. В этой связи рассматриваются различные варианты организации расчетов с зарубежными партнерами. Естественно, ведется такая работа и в области военно-технического сотрудничества. Работа эта непростая, поскольку подход к каждому партнеру сугубо индивидуален.

Что касается стран Юго-Восточной Азии, ни для кого не секрет, что их национальные банковские системы исторически тесно связаны с американской. Это определенным образом усложняет поиск путей выхода из сложившейся ситуации. Но это не означает, что взаимоприемлемые методы расчетов не могут быть найдены.

— Вы сказали, что отношения удается сохранять на достаточно высоком уровне. Какова динамика портфеля экспортных заказов со странами ЮВА?

— Вы знаете, статистика, как правило, подводится по каждой стране в отдельности. С некоторыми странами региона на протяжении последних лет был исключительно поступательный рост объемов сотрудничества, с другими — динамика менялась год от года. Это не удивительно, ведь решения о закупках принимаются в зависимости от ряда факторов: уровня национальной безопасности государства, наличия внешних или внутренних угроз, состояния экономики и выделенного на закупку вооружения бюджета, размеров самого государства и его вооруженных сил, а также от многих других обстоятельств. Обобщая, за последние 5-6 лет на страны ЮВА приходилось от 8 до более 10 процентов нашего портфеля экспортных заказов.

— Какую технику в основном закупают у России страны ЮВА? Что в приоритете?

— Страны Юго-Восточной Азии испытывают потребность в широком спектре производимого российского вооружения. По сложившейся практике наибольшим приоритетом пользуется российская авиационная техника и средства ПВО, затем идут вооружение и военная техника сухопутных войск и военно-морских сил.

— Есть ли уже твердые контракты на поставку зенитных ракетно-пушечных комплексов "Панцирь-С1" и переносных зенитных ракетных комплексов "Игла-С", интерес к которым проявляют страны региона?

— Интерес к этим системам проявляют многие страны региона. Ведется маркетинговая работа, проводятся презентации. Эта работа требует времени, поэтому говорить о контрактах пока преждевременно.

— Правда ли, что из-за санкций США отложены поставки Индонезии истребителей Су-35? Если реализация не приостановлена, когда начнутся поставки и в какие сроки планируется завершить исполнение контракта?

— Хотел бы обратить внимание на то, что стороны, заключившие этот важнейший как по объемам, так и по содержанию контракт, не заявляли о том, что поставка отложена. Россия и Индонезия настроены конструктивно. Консультации и поиск взаимовыгодных решений продолжаются.

— Будет ли Индонезия покупать российские бронетранспортеры БТ-3Ф? Будут ли продолжены поставки БМП-3Ф? Ранее сообщалось, что Индонезия хочет купить еще 50 в дополнение к поставленным ранее.

— Оба эти проекта находятся в стадии переговоров. Поэтому было бы преждевременно говорить об их конкретных параметрах.

— Как реализуются поставки по уже заключенным контрактам? Завершена ли поставка автоматов Калашникова в Таиланд? Поставлены ли в страну два Ми-17В-5? Когда планируется завершить реализацию контракта на поставку во Вьетнам партии танков Т-90С/СК?

— Россия очень серьезно подходит к вопросу качественного и своевременного выполнения своих контрактных обязательств со всеми партнерами. Страны Юго-Восточной Азии, конечно, не являются исключением.

Контракт на поставку автоматов Калашникова в Таиланд находится в стадии реализации, также пока не завершена поставка в Таиланд вертолетов Ми-17-В-5. Обе поставки будут осуществляться в предусмотренные соответствующими контрактами сроки.

Что касается поставки во Вьетнам танков Т-90С/СК, она также осуществляется в строгом соответствии с определенным в контракте графиком.

— На какой стадии переговоры с Бангладеш по заключению контракта на поставку шести Ми-35М? Когда ожидается подписание?

— Эта тема прорабатывается, со сроками подписания контракта стороны определятся позднее.

— Ранее сообщалось, что несколько стран региона интересуются подлодками проекта 636. Ведутся ли переговоры сейчас?

— Подводная лодка проекта 636 — одна из наиболее малошумных. Она оснащена современным вооружением, в том числе ракетными комплексами. Естественно, эта лодка вызывает интерес партнеров, вопросы сотрудничества по данному проекту обсуждаются. Мы готовы поставить современные подводные лодки проекта 636 партнерам, в случае если от них поступят конкретные, предметные заявки.

— Филиппины выражают готовность, вопреки давлению США, развивать сотрудничество с Россией в области ВТС? Какие перспективы у этого сотрудничества и какие конкретные темы сегодня на повестке?

— В настоящее время военно-политическое руководство Филиппин стремится проводить суверенную и независимую политику, в том числе в области военно-технического сотрудничества. Российская Федерация, в свою очередь, всегда открыта к равноправному и взаимовыгодному военно-техническому сотрудничеству с Республикой Филиппины.

Как известно, около года назад филиппинским Вооруженным силам потребовалась срочное содействие в борьбе с террористическими формированиями и российское министерство обороны оперативно передало им крупную партию автоматов Калашникова и автомобилей "Урал". В этом году подписан контракт на поставку противотанковых гранатометов. В перспективе могут быть достигнуты договоренности о поставке другой техники.

Алексей Паньшин.

Россия. Индия > Армия, полиция > ria.ru, 8 ноября 2018 > № 2786041


Китай. Россия > Авиапром, автопром > ria.ru, 8 ноября 2018 > № 2786036 Ладислав Батик

Технологии из фантастических фильмов уже сегодня становятся реальностью: автолюбителям теперь надо выбирать не только марку и модель машины, но и необычные функции: хотите вы просто ездить или же ездить и летать. О том, кто и на каких условиях сможет управлять летающими машинами, во сколько обойдется транспорт будущего, чем его заправлять и на какую высоту можно взлететь на личном автомобиле корреспонденту РИА Новости Анне Раткогло на полях первого импортного ЭКСПО в Шанхае рассказал главный операционный директор компании AeroMobil Ладислав Батик.

— Как возникла идея создать летающий автомобиль и когда вы поняли, что время для реализации этой концепции пришло?

— Идея создать летающий автомобиль не нова, она существует уже довольно продолжительное время, первые попытки были предприняты в начале XX века. Наши изобретатели бьются над этим последние 15-20 лет. Сегодня вы видите уже нашу пятую версию летающего автомобиля.

— И все они летали?

— Да, все наши предыдущие автомобили летали. Но разница между этой и предыдущими версиями в том, что данная модель разрабатывалась так, чтобы соответствовать всем требованиям действующего законодательства в отношении как автомобилей, так и самолетов. Это крайне важно в связи с тем, что нам в этом случае не нужно ждать нового закона, потому что сейчас просто не существует никаких правовых норм для летающих автомобилей. Мы регистрируем его отдельно как автомобиль и отдельно как самолет в рамках существующего законодательства.

— Расскажите, пожалуйста, подробнее про характеристики летающего автомобиля.

— Автомобиль изготовлен из композитных материалов, он очень легкий, работает на двух типах двигателей. В нем установлен один двигатель внутреннего сгорания, который отвечает за работу винтов в задней части автомобиля во время полета, и для него нужно обычное автомобильное топливо. Есть также два электрических двигателя, которые приводят в действие передние колеса во время режима езды.

На одной заправке вы можете лететь около 3 часов и преодолеть дистанцию около 750 километров. Почти такую же дистанцию вы преодолеете и при движении по земле. Автомобиль рассчитан на двух человек — на пилота-водителя и пассажира. Чтобы им управлять вам понадобятся и водительские права, и лицензия пилота. Он может лететь на высоте до 3 тысяч метров. И это только потому, что мы хотели, чтобы у владельцев не было необходимости надевать кислородные маски. Поэтому такое ограничение.

Для того чтобы перевести его из режима самолета в режим автомобиля необходимо одно нажатие кнопки и две минуты времени. После того, как крылья сложатся, автомобиль будет всего 2,2 метра в ширину и сможет спокойно перемещаться по улицам.

— Звучит достаточно фантастично, что автомобиль просто будет ехать в потоке по дороге, а потом взлетит…

— Как я уже сказал, мы должны соблюдать все возможные требования и нормы. Естественно, вы не сможете взлететь с шоссе в любом месте, где вам захочется, нужно будет добраться до определенного места, к примеру, аэродрома. Это может быть спортивный аэродром, без бетонного покрытия, можно взлететь и с травы.

Идея заключается в том, чтобы перевезти человека из пункта А в пункт Б на одном транспортном средстве. Вместо того чтобы, к примеру, ехать в аэропорт из дома на такси, ждать 2 часа, потом сесть на самолет до следующего пункта назначения, потом вновь воспользоваться наземным транспортом — поездом, метро, такси, вместо всех этих звеньев можно просто воспользоваться этим автомобилем. То есть, вы садитесь в машину в вашем гараже, едете до ближайшего аэродрома, долетаете до аэродрома, близкого к месту назначения, переходите в режим автомобиля и доезжаете туда, куда нужно.

— Можно ли будет управлять таким автомобилем дистанционно? К примеру, с помощью смартфона?

— Нет, конечно, пока нет. Мы делаем все, чтобы соответствовать законодательству, и в настоящий момент нормы не предусматривают возможности дистанционного управления. Несомненно, в будущем мы бы хотели производить автономные автомобили, но пока это невозможно.

— Как я понимаю, это уже модель для продажи? Когда можно будет купить такой автомобиль?

Опубликовано видео испытаний летающего автомобиля BlackFly

Опубликовано видео испытаний "летающего автомобиля" BlackFly

— Мы надеемся, что первый летающий автомобиль мы сможем доставить клиенту в 2021 году, до этого мы начнем принимать предварительные заказы. Это наш первоначальный продукт для рынка, но мы уже разрабатываем следующее поколение продукции, которую намерены реализовывать.

— И сколько он будет стоить?

— Эту модель мы намерены производить в крайне ограниченном количестве, будет изготовлено лишь 500 автомобилей, которые будут позиционироваться как автомобили класса люкс. Стоимость автомобиля будет достигать от 1,2 до 1,5 миллиона евро до вычета налогов.

Естественно, все еще зависит от страны. В Китае, как вы знаете, на предметы роскоши довольно высокие налоги, поэтому здесь итоговая цена будет выше, чем в Европе.

Анна Раткогло.

Китай. Россия > Авиапром, автопром > ria.ru, 8 ноября 2018 > № 2786036 Ладислав Батик


Сирия. Россия > Армия, полиция > ria.ru, 8 ноября 2018 > № 2786035 Хасан Ахмад Хасан

Для сирийской армии 2018 год стал прорывным в плане освобождения значительных территорий от боевиков террористических группировок. Глава политуправления сирийской армии Хасан Ахмад Хасан рассказал в интервью корреспонденту РИА Новости Заману Рамазанову о том, как Турция и террористы "Исламского государства"* обменивались территориями без ущерба друг другу, о сведении к минимуму вероятности успешных израильских атак против Сирии и о том, возможно ли повторение сценария 2011 года в САР с последующим появлением подобных ИГ* группировок.

— Замглавы МИД РФ Сергей Вершинин, комментируя соглашение по провинции Идлиб, не исключал точечные операции против боевиков в демилитаризованной зоне. Каковы пределы терпения Дамаска?

— Благодарю вас и ваше агентство за эту встречу и предоставленный шанс рассказать о различных аспектах и последствиях того, что происходит на самом деле. Говоря об Идлибе, невозможно не коснуться темы навязанной сирийскому государству почти что мировой войны. Кроме того, когда мы говорим об Идлибе, мы говорим о части соглашения, заключенного в Сочи. Сочинская договоренность была достигнута потому, что американская администрация не заинтересована в выполнении данных России обязательств — в отделении террористов от, как они их тогда назвали, умеренных боевиков, при том, что каждый восставший с оружием против своего государства не является "умеренным".

Из этой ситуации нужно было найти выход, им оказалась сочинская платформа, которая определила четыре зоны деэскалации: Идлиб, район между Хамой и Хомсом, Восточную Гуту и южный регион. Три из этих зон вернулись под контроль сирийского государства, над этими зонами поднят сирийский флаг.

С точки зрения логики и научного подхода к реальности доказано, что и Идлиб не станет исключением в полном смысле этого слова. Турция может затягивать сроки, может маневрировать, однако необходимо сконцентрироваться на двух вещах. Во-первых, мы в XXI веке, в 2018 году говорим о том, что больше нет так называемой нулевой войны, когда одна сторона выигрывает все, другая сторона все теряет.

Эта война сложная, в ней участвуют или соревнуются несколько сил на нескольких направлениях. Очевидно, что основным планом было разделение Ближнего Востока в рамках четкой американской стратегии. Благодаря стойкости сирийского государства и помощи друзей Сирии, в первую очередь России, удалось не допустить распространения этого плана. Здесь мы увидели проявление того, как взаимодополняли друг друга российская тихая дипломатия и качественное выполнение военного долга сирийскими военными, что обеспечило очистку значительных территорий и, безусловно, приведет к очистке оставшихся районов.

Достижение достойных результатов зависит от того, насколько взаимодополняющими и согласованными будут военная, государственная, политическая, экономическая службы государства с российской дипломатией. Однако в любом случае несмотря на то, что Турция это часть НАТО, судьба Идлиба и остальных сирийских территорий будет такой же — они все вернутся в лоно родины, очищенные и освобожденные от терроризма, его покровителей и его структуры.

— Продолжая тему Турции, мы знаем об имеющейся проблеме оккупированных турецкими войсками территорий в Африне и Манбидже. Каковы возможные решения этой проблемы и возможно ли проведение там военной операции сирийской армией?

— Тем, кто считает, что Сирия оставит какой-либо клочок земли под контролем турецких, американских или каких-то еще сил, стоит подумать еще раз. Когда мы говорим о вторжении Турции в Африн или в другие районы, то понятно, что на момент вторжения данные территории были под контролем ИГ*. Операция расширялась на десятки, если не больше, километров, однако не было ни одного раненого ни у ИГ*, ни со стороны турецких сил или поддерживавших их группировок.

Что это значит? Это означает, что произошла операция сдачи, передачи территории, а руководит всей операцией, вне зависимости от ее масштаба, Турция, остающаяся представителем НАТО в регионе. В то же время она все еще неспособна реализовать свои военные планы. Один раз они использовали Турцию, другой — Францию, в другой раз — Британию. Теперь они опираются в основном на турок. Почему? Потому что у Турции протяженная граница с Сирией, почти 900 километров. Вторжение Турции в Африн или другую часть Сирии очевидно нарушает международное право. Это означает, что данная война не просто война, она состоит из многих аспектов, это война экономическая, политическая, разведывательная, дипломатическая, в ней участвует много сторон — это Россия и Сирия против терроризма, но в то же время там еще участвуют США и страны Атлантики, поддерживавшие эти террористические группировки.

Турция через границу пропустила десятки тысяч боевиков в Сирию. Несмотря на это, Сирия вместе с ее сторонниками очистит эти регионы от терроризма, как и другие территории в прошлом. Говоря о возвращении территорий, оккупированных как Турцией, так и поддерживаемых Турцией сил, или же находящихся под руководством США и НАТО и коалицией во главе с США, стоит отметить, что есть несколько способов возвращения этих территорий. Сирийцы, привыкшие быть образцом самопожертвования и того, как они дорожат своими правами, успешно возвратят Африн и не только Африн под контроль государства, будь то через отличный политический процесс или процесс урегулирования. А если в итоге не будет таких вариантов, то армия не будет стоять сложа руки, когда ситуация зайдет в тупик.

— "Сирийские демократические силы", как они утверждают, ведут операцию против боевиков "Исламского государства"* совместно с международной коалицией. При этом коалиция неоднократно наносила авиаудары по мирным жителям и самим курдам. На днях SDF объявили о приостановке операций против ИГ*. Готова ли армия САР вместе с курдами проводить операции против ИГ* на севере, если курды откажутся от сотрудничества с США?

— Хочу лишь разъяснить некоторые термины. Нет такого понятия "курдские силы", есть так называемые "Сирийские демократические силы", в которых есть и курды, и арабы. Возможно, арабов там даже больше. Во-вторых, попытки придать религиозную или этническую окраску это часть замысла по разделу Сирии, который хотят навязать, но им это пока не удалось и не удастся.

Еще один момент: США время от времени хватаются за курдскую дубинку и начинают махать ей то над головой Турции, то над головой Сирии, то Ирака, то Ирана. После того, как этот козырь использовался и был раскрыт, то им уже невозможно стало пользоваться до бесконечности.

Говоря об освобождении SDF ряда районов от ИГ*, мы говорим о том же юмористическом спектакле, что и в случае с турецким вторжением: никаких боев не было, состоялась передача территории. Единственный маэстро — США или так называемая международная коалиция. Именно эта коалиция руководит ИГ* и контролирует его деятельность, именно она распределяет задачи по группировкам, то есть раздаются роли, не больше и не меньше.

Однако в конце концов у сирийского государства четкая позиция: оно призвало всех, в том числе братьев-курдов, вернуться в лоно родины и встать на стороне государства и сирийской армии, поэтому предосудительно говорить "курдские силы", так как у нас есть курдский элемент общества, которым мы гордимся. Это и члены общества, и министры, они есть во всех частях государства.

Давая этнические или этноконфессиональные названия, мы тем самым служим плану по разделению региона, о котором четко объявили США, что они хотят навязать так называемое новое видение Ближнего Востока, разрушив имеющуюся политическую структуру и заново собрав ее в угоду американским стратегическим интересам. Но они потерпели неудачу, как и в ряде других эпизодов своих планов. Единственный факт, который доказан всему миру, — США и их сторонники не борются с терроризмом, а лишь притворяются, что сражаются с ним сами или через SDF. Отличное доказательство тому — американские самолеты, на которых перевозили руководителей ИГ*.

Когда сирийская армия продвигалась в том или ином районе, американская авиация совершала прямую агрессию против нее, а кроме американской, еще израильская или авиация других стран, входящих в американскую коалицию, доказавшую, что на самом деле она сражается со всем, кроме терроризма. Она борется с проявлениями повседневной жизни, с сирийскими людьми, с присутствием Сирии и ее цивилизацией, со всеми элементами жизни, но с чем не воюет, так с терроризмом, и это вполне естественно, что с терроризмом они не воюют. Почему? Потому что терроризм — дело рук этой коалиции.

— Завершились ли поставки комплексов С-300 в Сирию и в каком объеме? Кто будет контролировать поставленные Россией С-300: сирийская армия или все-таки право пуска будет у российских военных?

— Я не могу вдаваться в такие детали, понятно, что есть понятие военной тайны, и эти детали являются ее частью. Минобороны РФ объявило, что поставки завершены. Сирийские офицеры доказали в реальности, что обладают высокой квалификацией в обращении с самыми современными технологиями и современным оружием. Как с ним будут обращаться — вопрос важный. Эти ракеты, они какие? Они для нападения? Нет, они для обороны, поэтому это право сирийского государства — как в координации с российскими друзьями, так и независимо защищать свое небо, когда происходит атака. Естественно, что если есть возможность ответа на агрессию, то задействованы все возможные средства.

— Можно ли теперь полностью исключить вероятность успешных израильских атак против Сирии?

— В военной стратегии нет понятия нулевой вероятности. Мы не можем сказать, что такая вероятность сведена к нулю, потому что мы говорим об открытом небе, о протяженных границах, о различных технологиях. Мы говорим, на мой взгляд, о том, что один из аспектов и проявлений этой войны то, что это война между военной промышленностью России и американо-атлантической, с другой стороны. Поэтому я не могу сказать, что в итоге не будет такой вероятности, однако сведена к минимуму вероятность достижения целей этой агрессии.

— На каком уровне находится военно-техническое сотрудничество Сирии и России?

— Весь мир сейчас говорит о том, что техническое и политико-дипломатическое сотрудничество РФ и Сирии оставило свой отпечаток на международных отношениях. Стойкость сирийского государства и помощь российских друзей помогли этому, безусловно. Я не могу сказать, что мир тот же, что и раньше. Понятия однополярного мира больше не существует, оно вымерло. Но о появлении многополярного мира также никто не заявлял, хотя он и существует.

Как минимум об уровне российско-сирийского военного сотрудничества известно то, что это сотрудничество смогло противостоять терроризму в грязнейших и худших его проявлениях — ИГ* и "Нусра"*, и именно оно положило конец большей их части. В то же время другие утверждают, что они якобы борются с терроризмом, а на самом деле только и делают, что поддерживают терроризм.

Таким образом, во-первых, ВТС РФ и Сирии оставило свой четкий отпечаток, оно привело к уничтожению самых злобных террористов, это очевидно, и обеспечило фундамент, на котором можно строить.

(Западом — ред.) было подготовлено большое количество террористов, и мы говорим не о сотнях или тысячах, мы говорим о десятках, если не сотнях тысяч, которых тренировали, вооружали, которых снабжали всеми видами оружия — легким, средним, тяжелым… Когда мы говорим об этих успехах (в уничтожении террористов — ред.), то все факты, логика, наука, стратегические военные расчеты указывают на то, что на основе этого сотрудничества можно выстраивать, можно открывать новые горизонты, которые как минимум приведут к определению новых правил столкновений в очень горячем регионе — на Ближнем Востоке.

— Президент Сирии Башар Асад в октябре объявил об очередной амнистии для дезертиров и уклонистов от военной службы. Каковы ее результаты на данный момент, есть ли какие-то данные о числе решившихся на амнистию? Какие меры принимаются по отношению к ним?

— Благодарю вас за этот важный вопрос, на котором стоит остановиться. Сирийское государство относится к своим сыновьям совсем не с точки зрения мести, отнюдь — оно обращается с ними как мать: даже если сын ошибся, оно делает все возможное, чтобы возвратить его на правильный путь, а не отомстить ему. Когда президент Башар Асад издал указ об амнистии, это показало, как широка душа сирийского государства, как оно и лично господин президент стремятся вернуть всех сыновей родины в лоно государства.

Говоря об указе об амнистии, мы отмечаем, что наказания за все нарушения, совершенные до издания указа, не будут исполняться. Этот указ словно мыло, которое очищает черное пятнышко с белого одеяния. После издания указа все, что связано с преступлениями, не существует, преступление и его последствия стерты, вычеркнуты — имеются в виду уклонение от призыва и дезертирство.

Безусловно, у указа уже есть эффект, уже через 2-3 дня несколько СМИ снимали, как десятки парней пришли (сдаваться — ред.), и меньше чем через два часа у каждого из них в руках был указ о приписке к новой военной части в соответствии с указом.

Те, кто дезертировали, возвращаются в военную часть, чтобы дослужить. Те, кто не явился в военкомат, тем дается четыре или шесть месяцев. Не раз объяснялось, что призывы для запасников, изданные девять месяцев назад, больше недействительны. Если будет необходимо набрать больше, будет новый призыв.

Таким образом, указ затронул старый призыв и уклонение от него. Как минимум надеюсь, что этот указ станет стимулом для молодежи, чтобы такие нарушения не повторялись, потому что когда направляется повестка, а (призывник) не является, то снова возникает нарушение.

Все совершенные до даты издания указа нарушения аннулированы полностью. Это позволит вернуться в страну многим, ведь есть прямое соотношение — чем больше в страну будут возвращаться уклонившиеся от обязательной службы и от призыва из запаса и отправляться служить в части, тем больше солдат можно будет демобилизовать из тех, кто все еще служит.

— Каково отношение Сирии к растущему числу военных баз стран, незаконно находящихся на территории Сирии? В СМИ поступают сообщения о строительстве военной базы Франции рядом с Раккой. Есть ли у вас сведения о французской базе, о ее предназначении?

— Франция — участник возглавляемой США коалиции, которая объявила о своем намерении добиваться раздела Сирии, о стремлении расколоть страну и весь регион. Это их основная логика действий. Есть два подхода к ситуации: либо логика международного права, либо логика закона джунглей, которая состоит в том, что сильный уничтожает слабого. Принцип международного права гласит, что никакое государство и никакая сила не имеет права на какое бы то ни было военное вмешательство на территории другого государства, кроме как на основании просьбы последнего либо при наличии соответствующего мандата Совета Безопасности ООН. Оба эти варианта в данном случае исключены.

Это дает нам вполне ясную картину: любое военное присутствие, за исключением основанного на просьбе сирийского государства, не является легитимным. Тем самым единственно законным является лишь российское военное присутствие, а также присутствие иранских сил и сил национального сопротивления Ливана (движения "Хезболлах"), которые пришли в страну и находятся на территории сирийского государства на основании его просьбы. Любые другие формы военного присутствия, будь то турецкое, американское, британское, французское, немецкое либо стран Персидского залива, любые другие формы военного присутствия, дислоцирования вооруженных сил являются незаконными. Поскольку государство не контролирует те или иные географические регионы, такое государство и те, кто его поддерживает, имеют право бороться с подобным незаконным присутствием, с этой оккупацией всеми возможными средствами.

Исходя из этого, вне зависимости от того, идет ли речь о создании одной или более баз либо о планах их создания, какая цель за этим стоит? Основная цель — сохранить статус-кво как можно на более длительный срок в свете неспособности реализовать главную цель, заключающуюся в том, чтобы добиться раскола сирийского государства. Какова в этом случае их задача? Стоящая перед ними задача — сохранить статус-кво на максимально возможный срок. Они не смогут этого сделать, но это означает новые жертвы, новую необходимость для сирийского государства расплачиваться за это. Однако тот, кто уже заплатил цену и выдержал почти восьмилетний период самой бесчестной войны в истории человечества, не обесценит все предшествующие жертвы, позволив создать какую-либо базу, неважно, французскую или чью-либо еще.

Всегда, в любое время за все сделанное приходится платить. Военная стратегия в целом, и не только она, основана на двух вещах: затраченные средства и полученный доход. Конечно, принесенные жертвы очень велики. У каждого погибшего в сражениях своя история, каждый погибший — это целый мир для родных, жены, матери, детей, братьев и сестер, это бесспорно. Однако это совершенно не означает, что тот, кто отказывался подчиниться и проявлял стойкость на протяжении восьми лет, в конечном итоге подчинится.

Второй момент, на котором я остановлюсь, заключается в том, что эта война длилась дольше, чем Первая и Вторая мировая войны. Есть некоторые территории, которые оставались осажденными на сроки более длительные, чем все прежде известные в мировой истории. Мы пережили ряд переломных этапов, многие из которых сирийскому государству удалось преодолеть; со всей уверенностью можно сказать, что будут преодолены и все оставшиеся испытания. Возможно, за это потребуется заплатить еще большую цену. Народ, армия и руководство сирийского государства доказали на деле, что готовы заплатить такую цену и способны это сделать.

— Президент РФ Владимир Путин заявил, что боевики ИГ* к востоку от Евфрата уже казнили десять из 700 удерживаемых ими заложников, в основном европейцев. Известно ли сирийской армии о подробностях этой ситуации?

— У меня нет детальной информации по этой ситуации. А что касается присутствия ИГ* к востоку от Евфрата, то оно так же, как и их присутствие рядом с районом Ат-Танф, происходит с благословения США и коалиции, управляемой Вашингтоном. Невозможно говорить о том, что государство, утверждающее, что оно первая в мире военно-техническая держава, что присутствующее с военной силой, разведкой (в Сирии) государство — США — не знают, как покончить с этими (ИГ*). Они действуют по их указам и в соответствии с их желаниями и по их планам. Поэтому вполне могут быть 700 заложников. Разве они не брали в заложники жителей целых городов?

Это факт, что коалиция под руководством США — враждебная, а логика, на которую опираются США, противоречит международному праву, гуманитарному праву, а подобные их действия только усложнят ситуацию. При этом усложнение ситуации не заставит тех, кто прав, избавляться от своих прав.

— Боевики практически ежедневно обстреливают снарядами город Алеппо. Когда планируется операция по зачистке пригорода Алеппо от террористов, а конкретно района Рашидин, откуда боевики обстреливают город?

— Я считаю, что эта тема взаимосвязана с другими. Террористы, обстреливающие районы Алеппо в эту минуту, делают это под взором и с благословения Турции, утверждающей, что она якобы хочет реализовать соглашение (по Идлибу) с русскими друзьями. Я не вижу никакой разницы между снарядами, падающими на Алеппо сегодня, и снарядами, вчера падавшими на Дамаск.

Так же, как были зачищены окрестности Дамаска от террористических группировок, будет очищена территория вокруг Алеппо. Когда? Это решать военному руководству, определяющему приоритеты и способ решения согласно масштабному видению и стратегии, которую согласовывают с русскими друзьями и не только с русскими.

Напрасно считать, что сирийское государство одиноко в этой войне, у него есть друзья и партнеры, с которыми необходима координация. Когда будет достигнуто соглашение по военному плану, то он, конечно, будет осуществлен. Если будет решено отложить (операцию), то так и состоится.

Основной вопрос здесь это суверенитет сирийского государства. Именно оно принимает первое и последнее решение относительно всего, что происходит на сирийской территории. Сирийский народ обладает исключительным правом решать, какая форма правления и стиль жизни в Сирии.

 Заман Рамазанов.

Сирия. Россия > Армия, полиция > ria.ru, 8 ноября 2018 > № 2786035 Хасан Ахмад Хасан

Полная версия — платный доступ ?


Казахстан > Финансы, банки > kapital.kz, 8 ноября 2018 > № 2785302 Наталья Коржова, Елена Бахмутова

Из первых уст

Как создавалась накопительная пенсионная система Казахстана

20 лет назад в Казахстане ввели накопительную пенсионную систему. С тех пор, согласно Закону «О пенсионном обеспечении», каждый гражданин стал самостоятельно формировать свой пенсионный капитал. И оттого, сколько человек накопит в течение активной трудовой деятельности, напрямую зависит его обеспеченное завтра. «Капитал.kz» узнал, действительно ли стране нужна была пенсионная реформа и почему Казахстан первым на постсоветском пространстве решился на ее проведение.

Наталья Коржова, доктор экономических наук, президент АО «Финансовая академия»:

— В 90-х годах прошлого столетия Казахстан делал свои первые шаги в статусе независимого государства. Практически с нуля мы приступили к формированию базовых институтов страны, создавая всю систему жизнеобеспечения: политическую, организационную, оборонно-защитную, социальную. Выбор был сделан в пользу демократии и рыночной экономики. А это глубинные и болезненные преобразования. Нужен был темп по всем направлениям: выйти из союзной экономики, понять, насколько разрушены прежние экономические связи, какая продукция должна быть снята с производства как отныне невостребованная. Как следствие — остановка предприятий, массовая безработица, бедность, длительная невыплата зарплаты, а вскоре и пенсий.

Появилась форма расчетов с людьми бумажными чеками, а также натуральным эквивалентом: товарами и продуктами. У автодорог старики продавали автомобильные покрышки, водку, крышки для консервирования и многое другое, пытаясь таким образом обменивать «зарплату» своих детей на деньги. В то же время в стране образовался дефицит продуктов первой необходимости, и как вынужденная мера вводилась распорядительная карточная система.

Остановка монопредприятий в малых городах, таких как Кентау, Жанатас, Текели, Рудный, привела к безысходности и отчаянию людей, которые в надежде быть услышанными и как-то изменить ситуацию выходили на акции протеста. К тому же в этот период проводимая либерализация цен в соседних государствах не могла не коснуться Казахстана и вызвала гиперинфляцию.

На таком сложном, нередко трагическом фоне нужно было объяснить населению, что правительство совершает переход к новой жизни. О том, что сложившаяся трудная ситуация — временная и в будущем мы должны стать успешной, развитой и процветающей страной. Но это… в будущем. А как жить людям сейчас, изо дня в день? Как растить детей, как их лечить и учить? Вопросов было больше, чем ответов. Как раз в то время мне выпала честь возглавить министерство труда и социальной защиты населения.

Государственные должностные лица, начав строительство нового уклада, экстренно стали командой реформаторов, в функции которой входила выработка программы действий, экспертных заключений, планов реализации, а также промежуточный мониторинг результатов. В создавшихся условиях нужно было продвигаться, не буксовать, не ждать, когда получим в обществе понимание и поддержку. Готовых лекал не было. Прежние — ушли в небытие вместе с СССР. Мы должны были действовать жестко, решительно, ответственно и консолидированно.

Возводя здание государственности независимого Казахстана, мы начали с главного: с построения системы баланса доходов и расходов. Системы, которая давала бы возможность сохранения стабильности экономического равновесия на всех уровнях общества — от территорий до каждой семьи. После распада СССР Казахстан стал первопроходцем в деле реформирования. Ни одна из стран постсоветского пространства не имела такого опыта.

Мы первыми приступили к процессу приватизации, провели жилищную реформу, благодаря которой люди стали собственниками квартир, заменили многочисленные — более 200 — социальные льготы, прописанные в законах, на денежные компенсации. Все это происходило в обстановке протестного поведения в обществе, при сопротивлении значительной части руководящей, хозяйственной элиты, заинтересованной в бюджетных деньгах. И у них была вера, что их сопротивление может изменить курс президента и правительства.

К пенсионной реформе мы тоже подошли первыми. Сама необходимость толкала нас к этому. Нарастали пенсионные расходы бюджета, спровоцированные инерцией действия солидарной системы. Стремительно приближался момент «пенсионного кризиса», когда работающая часть населения должна обеспечивать все более растущему числу пенсионеров гарантированную государством пенсию. Ситуацию осложнял и долг перед пенсионерами в размере 37 млрд тенге, который нужно было прежде погасить, а потом уже начинать реформу. При этом была реальная опасность отмывания денег через бартер в регионах.

Во все области Казахстана вылетели представители правительства и, в частности, Минтруда, чтобы персонально проконтролировать выплату пенсий наличными деньгами. Публичность власти, прозрачность ее решений и действий стали первым шагом к восстановлению доверия граждан к правительству. Погашение долга широко освещалось в средствах массовой информации, вплоть до того, что в прямом эфире показывали наличные деньги разного достоинства купюр, чтобы люди знали: чиновники не имеют шансов на невыплату и оговорки.

Хочу сказать, что внедрение пенсионной накопительной системы пронизало все общество. Мы объясняли, что эта реформа для работающего населения и вступит в силу с 1 января 1998 года. Люди будут выбирать частный пенсионный накопительный фонд, и туда будут отчисляться их взносы. Государство гарантирует за счет бюджета только часть пенсии, остальное — это накопления. И чем больше, тем лучше! При этом должно стать невыгодным получать «серую» зарплату. Для работы с населением было задействовано все что возможно: радио, телевидение, газеты, журналы, листовки, собрания и встречи. Акимы областей, городов, районов собирали в залах людей, и мы, специалисты, выступали перед народом и отвечали на все интересующие его вопросы.

Конечно, можно много вспоминать о том, как нам приходилось преодолевать тернии, прокладывая свой неповторимый самостоятельный путь к государственности. Но одно не подлежит никакому сомнению: реформа пенсионной системы была необходима, начата своевременно и проведена верно. В итоге к 20-летию накопительной пенсионной системы Казахстан подошел с уверенным взглядом в будущее.

Елена Бахмутова, председатель совета Ассоциации финансистов Казахстана:

— Пенсионная реформа Казахстану нужна была, безусловно. И подтверждением этому служит сегодняшняя ситуация у наших ближайших соседей, которые в свое время также решились на реформирование пенсионных систем. Толчком к тому, что мы сделали это первыми на постсоветском пространстве, послужила сложившаяся в 1997 году обстановка в экономике страны. Она была не самая благоприятная, имелись серьезные проблемы с выплатой пенсий, которые в то время выплачивались из республиканского бюджета. Прогнозируемое снижение количества работоспособного населения и, как следствие, наемных работников на фоне старения населения и роста количества получающих пенсию граждан увеличивали будущую нагрузку на бюджет. Кроме того, реформа социального обеспечения предполагала рост ответственности граждан в условиях рыночной экономики.

Изучался зарубежный опыт накопительных пенсионных систем разных стран мира, в том числе Чили, Сингапура, Швейцарии. В частности, сингапурская модель предполагала довольно существенные взносы со стороны работодателей. Тогда это было порядка 36%. Реалии же тех дней были таковы, что ряд промышленных предприятий был в плачевном состоянии, некоторые из них еще не перестроились на новые рельсы, поэтому существенную нагрузку они могли бы просто не выдержать. В качестве примера могу привести введение обязательного медицинского страхования в 1997 году, которое тоже подразумевало взносы за счет работодателя и местных бюджетов. Однако последние не выполнили своих обязательств, собственно по этой причине тот первый ФОМС и был ликвидирован.

Учитывая реальную ситуацию тех лет, была принята трехуровневая система пенсионного обеспечения. Она предполагала базовые выплаты из бюджета — демогрант, обязательные накопительные взносы из доходов работника, а также добровольные взносы граждан. Позднее были введены обязательные профессиональные взносы работодателей для работников с вредными условиями труда. Система с фиксированными взносами — наиболее устойчивая модель пенсионного обеспечения. Сколько вкладчик накопит, столько выплат и получит по достижении пенсионного возраста. То есть неплатежеспособной такая система, по сути, быть не может.

Более того, государство гарантирует вкладчикам сохранность пенсионных накоплений в размере фактически внесенных взносов, скорректированных на уровень инфляции. Если к моменту выхода на пенсию пенсионные накопления окажутся ниже этого показателя, то эту разницу восполнят за счет республиканского бюджета. Были периоды, когда доходность по государственным ценным бумагам (ГЦБ) была существенно ниже инфляции, это происходило на фоне больших объемов внешних заимствований. Сейчас ситуация нормализовалась, и доходность, которую дают пенсионные активы в годовом исчислении, превышает уровень инфляции.

Реформирование пенсионной системы было призвано не только смягчить социальную напряженность и освободить госбюджет от неподъемных расходов, но и способствовать развитию фондового рынка в Казахстане. Надо сказать, что НПФ активизировали биржу, поскольку они являлись институциональными инвесторами, причем не единственными. Кроме них довольно активно развивался и сектор инвестиционных фондов, которые имели более широкие возможности для приобретения финансовых инструментов. У НПФ были достаточно жесткие регуляторные ограничения по инвестированию в ценные бумаги одного эмитента, требования по наличию рейтинга у ценной бумаги, существенные ограничения на приобретение бумаг у связанных сторон и т. д.

На мой взгляд, слабость того времени была в том, что рост пенсионных накоплений не сопровождался адекватным предложением ценных бумаг и выводом эмитентов на РЦБ. В те времена ликвидность давали в основном ценные бумаги эмитентов из финансового сектора, но в идеале большинство эмитентов должно было быть из реального сектора. В результате наблюдался голод на фининструменты, торговавшиеся на организованном рынке. Другая проблема — отсутствие нормальной справедливой рыночной цены, то есть стоимость ценных бумаг формировалась на недостаточно глубоком рынке. Соответственно, возникали сложности с «рыночной» оценкой одних и тех же ценных бумаг в портфелях разных НПФ. Все это создавало перекосы и, возможно, подвигло к решению объединить все фонды в один.

Сегодня пенсионные активы составляют 8,9 трлн тенге. Это уникальная инвестиционная возможность и источник длинных денег. В 1998 году это никому и не снилось. И то, что сегодня в экономике создан такой объем внутренних сбережений, который можно направить на реализацию инвестиционных проектов, и есть свидетельство правоты реформаторов, предложивших в корне изменить систему пенсионного обеспечения в Казахстане. Теперь важно правильно распорядиться пенсионными активами с тем, чтобы это было выгодно не только экономике страны, но и каждому вкладчику в отдельности. Нужно находить разумный баланс между доходностью, которую ожидают вкладчики, и тем, куда и для каких целей использовать пенсионные деньги. Лучше конкуренции механизмов для таких целей еще не придумали, поэтому целесообразно вновь вернуться к управлению пенсионными активами вкладчиков с привлечением частных управляющих компаний с обеспечением адекватного регулирования рынка и его участников.

Казахстан > Финансы, банки > kapital.kz, 8 ноября 2018 > № 2785302 Наталья Коржова, Елена Бахмутова


Россия > СМИ, ИТ > premier.gov.ru, 8 ноября 2018 > № 2785134 Владимир Мединский

Брифинг Владимира Мединского по завершении заседания

Из стенограммы:

В.Мединский: Сегодня на заседании Правительства был рассмотрен вопрос об изменении законодательства в части государственно-частного партнёрства и концессий, касающихся памятников культуры, объектов культурного наследия.

Законопроект был Председателем Правительства поддержан. На самом деле это старый, выстраданный законопроект, который позволяет изменить сам принцип подходов к освоению и восстановлению объектов культурного наследия – старинных усадеб, дворцов, зданий, архитектурных комплексов.

Законодательство, которое действует сейчас, достаточно разнообразно. Оно позволяет иногда арендовать за рубль, иногда выкупать объекты культурного наследия и восстанавливать их. Но всё-таки то, что находится в наиболее запущенном состоянии, с коммерческой точки зрения никакого интереса для бизнеса не представляет. Как правило, это объекты без коммуникаций, находящиеся далеко, руинированные, а строить новое на порядок дешевле, чем восстанавливать старое. Никто с этим не связывается.

В принципе, в отличие от западноевропейских стран, у нас подобного законодательства не существовало. Мы несколько лет над этим работали, прошли очень сложный и долгий путь согласования. И вот наконец премьер принял уже волевое решение – наш законопроект поддержан, будет внесён в соответствующем порядке в Государственную Думу. Надеюсь, что парламентарии как можно быстрее его примут, поскольку никаких иных способов восстановить разрушенные памятники, кроме как привлекая общественную инициативу, привлекая частные средства, нет. Никто в мире ничего другого не придумал.

Вопрос: Вы говорили на встрече с Президентом, что с 2020 года планируется восстанавливать форты, превращать их в объекты туристического показа. Есть уже какие-то проекты, которые готовы к передаче в частные руки? Я имею в виду форты. В каких регионах?

В.Мединский: Речь идёт о фортах Владивостокской крепости. Что такое Владивостокская крепость? Это не крепость в её западноевропейском представлении – нечто, окружённое стенами. Это огромный комплекс взаимосвязанных фортов, дотов, дзотов, иных бывших военных сооружений, которые разбросаны на площади несколько десятков квадратных километров, на значительном удалении друг от друга, на острове Русский и вокруг Владивостока. Крепость эта как единый комплекс защитных сооружений строилась в конце XIX – начале XX века. Наиболее активно она модернизировалась после Русско-японской войны с учётом опыта падения Порт-Артура и на тот момент представляла собой самую совершенную морскую систему обороны в мире. Даже в годы Первой мировой войны строительство не прекращалось. Кстати, всё строительство велось исключительно под надзором русских инженеров, это тоже уникальный национальный памятник.

К сожалению, после 1917 года крепость была заброшена, в годы Второй мировой войны несколько модифицирована, а после перестройки заброшена окончательно. И собственность – около 800, подчеркну, объектов недвижимости – крайне запутанна. Бóльшая часть принадлежит Министерству обороны, что-то городу Владивостоку, что-то оказалось чудодейственным образом на балансе Министерства культуры, и несколько фортов даже в частных руках. Поэтому задача, которая перед нами поставлена: во-первых, постараться это всё учесть, во-вторых, за исключением, может быть, каких-то особо важных военных объектов, собрать это в одних руках федерального ведения, затем постепенно использовать их как объекты туристического показа, как объекты культурного показа. Так используются подобного рода старинные заброшенные крепости во всём мире.

Позитивные примеры и у нас есть, это пара фортов в Калининграде, которые сегодня эксплуатируются, кстати, не государственными, а именно частными компаниями. Но это исключение. В Калининграде крепость намного меньше, она очень компактная, и эти форты находятся в черте города, поэтому это проще. А здесь надо ехать из центра Владивостока до форта зачастую два часа.

Мы подобрали здание, которое станет центром будущего музея, и уже его привели в порядок. Там будет визит-центр, откуда пойдут, как мы полагаем, туристические маршруты, автобусы, там будет развёрнута экспозиция в следующем году об истории Владивостокской крепости, действительно уникальная история, наверное, будут предложены какие-то интерактивные варианты. И потом форт за фортом будут потихоньку восстанавливать. Но, ещё раз подчеркну, не надо ждать чего-то, что произойдёт в течение двух лет по мановению волшебной палочки. Это долгая, сложная и кропотливая работа.

Вопрос: Начался суд по делу «Седьмой студии». Министерство культуры планирует ли какие-то новые ходатайства?

В.Мединский: Я за всё это время пытался не давать никаких характеристик людям, которые оказались в очень непростом положении. Что бы сейчас ни говорили активно в поддержку обвиняемых или, наоборот, в осуждение их, – это будет рассматриваться только под одним углом: оказание давления на суд. Тем более в момент, когда идут судебные заседания. Никакой доброй службы это никому не сослужит.

Поэтому я могу лишь повторить то, что говорил всегда: Серебренников – яркий режиссёр, его театр был во многом инновационным и очень интересно устроенным, хотя у него были как свои сторонники, так и противники. Что касается финансовых претензий, которые предъявляют Серебренникову следственные органы, давайте дадим возможность суду объективно, без давления, без истерики, спокойно разобраться.

Вопрос: Какой предполагается механизм концессионных соглашений по памятникам? Примерно на какой объём рассчитывает государство в том, что касается инвестиций?

В.Мединский: Я могу сказать откровенно, что с учётом нашего уникального культурного наследия, десятков тысяч памятников по всей стране, которые находятся в запустении (у нас только дворянских усадьб не меньше 3 тыс., причём многие из них даже не учтены как объекты недвижимости, не говоря уже о земле, кадастре, охранных зонах – вообще ничего нет), мы любые инвестиции потянем. Весь мировой ВВП можно будет направить на восстановление наших памятников, и этим деньгам будет найдено правильное приложение. Наша страна в этом отношении абсолютно уникальна.

Мы постараемся создать, и такая задача поставлена, механизм наиболее простых и гарантированных инвестиций в восстановление памятников. Чтобы памятник после восстановления переходил в собственность участнику ГЧП или в максимально длительное, на много поколений концессионное использование.

При этом самая главная новелла этого законодательства заключается в том, что использовать этот памятник можно будет в соответствии с концессионным соглашением, договором ГЧП. То есть необязательно его восстанавливать как музей. Ведь вы и сейчас можете по концессии восстановить заброшенную усадьбу, но сделать из этого только музей. Найдёте желающих – их не так много, можно сказать, единицы.

По новому же законодательству можно будет сделать из этого объекта культурный центр, деловой центр, отель, какое-то сложное культурное образование, частный театр, что угодно, лишь бы этот памятник обрёл свою новую вторую жизнь.

Россия > СМИ, ИТ > premier.gov.ru, 8 ноября 2018 > № 2785134 Владимир Мединский


Россия > Транспорт > premier.gov.ru, 8 ноября 2018 > № 2785133 Евгений Дитрих, Олег Белозеров

Брифинг Евгения Дитриха и генерального директора – председателя правления ОАО «РЖД» Олега Белозёрова по завершении заседания

Из стенограммы:

Вопрос: Одобрило ли Правительство инвестпрограмму на 2019 год и ближайшие два года?

Е.Дитрих: Решение Правительства, которое было подготовлено и сегодня обсуждено, состояло в том, чтобы одобрить инвестиционную программу и финансовый план ОАО «Российские железные дороги» на 2019 год и плановый период 2020 и 2021 годов.

Объём инвестиционной программы определён в сумме 2,25 трлн рублей на три года. Значительную часть этой инвестиционной программы составляют проекты, которые выполняются во исполнение поручений Президента и Правительства. Объём финансирования таких проектов на три года – 812 млрд рублей. Уделяется внимание восстановлению сети для ускорения участковых скоростей и ускорения движения грузов. Значительная часть средств направляется на обновление подвижного состава и на проекты развития.

Вопрос: Олег Валентинович, анонсированы некоторые тарифные решения, которые должны предоставить «РЖД» определённый объём дополнительного финансирования. Можете ли Вы назвать общую сумму, которая будет получена до 2025 года за счёт этих тарифных решений для финансирования ДПР (долгосрочная программа развития)? И можно разбить по категориям, то есть экспортная надбавка, повышение тарифов?

О.Белозёров: По ряду направлений решения были приняты. Вместе с тем есть уточнения, на которые отведено порядка 10 дней, для того чтобы цифры можно было сбалансировать и уточнить. В зависимости от этих решений будут понятны цифры. Вы задали вопрос, как их разбить, на какие направления. Ключевое направление – это 8-процентное повышение на экспорт и, как мы говорили, увеличение платежей за порожний пробег, в том числе для того, чтобы улучшить оборачиваемость вагонов на сети. Эти доходы – от увеличения – должны полностью сбалансировать инвестиционную программу до 2025 года.

Вопрос: А понижающие коэффициенты?

О.Белозёров: Понижающие коэффициенты для алюминия и нефтепродуктов – не понижающие коэффициенты, а неповышение – такое решение тоже принято. Соответственно, в рамках деятельности нам поставлена чёткая задача – внимательно следить за тем, что будет происходить на рынках, и вместе с грузоотправителями реагировать на изменяющуюся конъюнктуру. Если цены будут неблагоприятными, мы с грузоотправителями будем искать компромиссные варианты.

Я подписал решение правления «Российских железных дорог». Мы рассматривали буквально два дня назад 14 вопросов. Мы пролонгировали скидки на 3 млн т грузов. Ряд скидок продлили только на 2019 год, но за счёт того, что нам предоставлено сейчас право давать и долгосрочные скидки, рассматриваем скидки до 2025 года.

Е.Дитрих: Хотел бы добавить, что и на этапе подготовки сегодняшнего мероприятия, и на этапе обсуждения инвестпрограммы совместно с Министерством экономики, Федеральной антимонопольной службой рассмотрели вопрос подходов к формированию инвестпрограммы и долгосрочной программы развития ОАО «Российские железные дороги», которую поручено доработать к 1 декабря. Подходы связаны с тем, что проекты развития по отдельным участкам, направлениям должны реализовываться «Российскими железными дорогами» при условии, если экономические параметры таких проектов будут для «РЖД» прибыльными. Обсуждали и совместно обговаривали такие условия. Срок окупаемости таких проектов для «РЖД» не должен превышать 20 лет, а внутренняя норма доходности таких проектов не должна быть ниже 10%. Под эти условия, собственно говоря, и будут тарифными решениями, индивидуальными, локальными, или другими параметрами балансироваться проекты развития. Важно, чтобы на грузоперевозки «РЖД» имело возможность привлекать средства и для этого показывать прибыльность таких проектов на будущее.

Вопрос: Хотел уточнить про 8-процентную экспортную надбавку. Она будет заложена в прейскурант 10.01? Или это будет коридор, то есть право «РЖД» давать скидки или надбавки?

О.Белозёров: Нет, это не право, это увеличение. В прейскурант пока заложено не будет. Будет именно в виде надбавки. При этом до 30 апреля на основании письма, о котором сказал Евгений Иванович, на основе договорённости регуляторов, органов исполнительной власти, необходимо продумать систему сбалансированного погружения такой надбавки, прежде всего исходя из интересов экономики, для того чтобы, как Федеральная антимонопольная служба отмечает, уйти от дисбалансированности, которая на сегодняшний момент зашита в прейскурант 10.01.

Вопрос: То есть это решение ещё не принято по 8-процентной надбавке, потому что будут точечные решения?

О.Белозёров: Решение принято. Это как уравнение: в итоге есть единица, а внутри – механизм расчёта, он может уточняться. Соответственно, на уточнение дано несколько сроков, для того чтобы выверить эти позиции.

Вопрос: Евгений Иванович, Вы сказали о параметрах окупаемости, которые должны быть применены к этой программе. Есть ли какие-то титулы инвестпрограммы, которые в эти параметры уже очевидно не укладываются?

Е.Дитрих: Есть ряд позиций в инвестпрограмме, которые не соответствуют этим параметрам по окупаемости, которые рассчитаны из более, условно, социальных условий их реализации. То есть для «РЖД» они выгодными и прибыльными не являются. Чтобы сбалансировать такие проекты, в том числе и для этого, сегодня были рассмотрены инвестпрограммы и предложены решения и подходы, которые могли бы эти проекты сделать для «РЖД» прибыльными.

Мы с вами понимаем, что если внешнеэкономическая конъюнктура и рост экспорта сегодня позволяют говорить о том, что объём вывоза грузов на экспорт растёт и на этом, собственно говоря, отрасли серьёзно зарабатывают, то часть этих средств могла бы быть направлена в финансирование проектов по развитию железнодорожной инфраструктуры. На мой взгляд, это было бы справедливо.

При этом мы чётко понимаем, что сегодня механизм в случае обратного движения внешнеэкономической конъюнктуры, связанный с тем, чтобы не душить отрасли, если, допустим, внешние цены падают, – он тоже сегодня существует: механизм, связанный с предоставлением «РЖД» скидок по отдельным направлениям движения. И сбалансированное применение этих механизмов позволит вывести деятельность на окупаемость и не нанести вреда экономике.

О.Белозёров: Добавил бы, что механизм расчёта включает как внутренние факторы в том числе и бюджетную эффективность, прежде всего в рамках расчёта развития пассажирского движения. Соответственно, эффекты тоже будут засчитываться, рассчитываться в определённых параметрах и приниматься как окупаемость проекта.

Вопрос: Когда Дмитрий Анатольевич выступал, он упомянул, что у китайских коллег были определённые вопросы по формированию долгосрочных программ развития «РЖД». Можете сказать пару слов, что их занимало?

Е.Дитрих: Если позволите, как участник этих дискуссий могу сказать, что вчера на площадке министерства транспорта КНР и государственного комитета по развитию КНР я провёл ряд встреч. В основном нашу делегацию интересовали параметры строительства высокоскоростных железных дорог в Китайской Народной Республике – условия, когда такие решения принимаются, окупаемость такого рода проектов, востребованность и спрос со стороны пассажиров.

Коллеги часть информации, связанной с общей работой по этому поводу, нам предоставили. В конце ноября приедут к нам, и мы обсудим эти вопросы. Думаю, до конца года мы сложим сводную картинку по поводу того, как это происходит у них, чтобы можно было понять, насколько наши проекты по высокоскоростным магистралям сравнимы с тем, что делают наши китайские партнёры. Для них важен эффект масштаба. У них сегодня порядка 25 тыс. км высокоскоростных железнодорожных магистралей уже работает. На этой сети можно работать, собственно говоря, примерно так, как ОАО «РЖД» оперирует на российской сети параметров 1520.

Нам при принятии решений о том, как, когда и каким способом мы идём в проекты высокоскоростных магистралей, нужно тоже себе представлять эти проекты с учётом эффекта масштаба. Это не просто участок от Москвы до Казани, это существенно большие и масштабные проекты, которые в будущем могут нас продвинуть и с технологической точки зрения. И понять, идём мы туда или нет, нужно, взвесив все параметры.

Вопрос: По экспортной надбавке. Там исключения – алюминий и нефтепродукты. Может быть такой вариант, что после 2019 года добавятся ещё какие-то исключения?

О.Белозёров: После 2019 года посмотрим. Задача стоит следующим образом: гибко реагировать на изменяющиеся условия. Не уверен, что будет отменена, включена в таком виде отмена увеличения, а вот в качестве скидки к уже принятому решению – да, такое возможно.

Вопрос: Вы сказали, на некоторые виды грузов дали скидку до 2025 года. Какие это виды грузов?

О.Белозёров: Более детальную информацию, поскольку это большое количество вопросов, вам предоставят, с разбивкой – как принимались решения и из чего исходили.

Более того, могу сказать, что в ближайшее время мы рассмотрим ещё порядка 25 предложений, связанных в том числе с продлением определённых решений, которые дают нам возможность привлекать более 25 млн т грузов на железную дорогу.

Вопрос: А на десятилетние скидки ещё нет заявок?

О.Белозёров: Есть разные заявки. Пока мы рассматривали варианты предоставления скидок в увязке с долгосрочной программой. Поэтому мы считаем, что это не просто скидка ради скидки, а для того, чтобы все вопросы были взаимоувязаны.

Вопрос: По продлению экспортной надбавки на 8%. То есть все грузы, кроме нефтянки и алюминия, автоматически вырастут на 8%, и потом, как Вы говорите, будут снижаться за счёт скидок?

О.Белозёров: Нет, они будут увеличены на 8%. Я хочу сделать, может быть, ещё один акцент. Когда говорили о принципе формирования индексации, у нас тариф на будущий год проиндексирован на 3,5%. В следующем году должна была произойти отмена 8-процентной экспортной надбавки, и, соответственно, тариф бы в следующем году вырос не на 3,5, а на 2,5%. И если мы говорим о справедливости, а мы так договаривались с нашими грузоотправителями, соответственно, эта 8-процентная величина должна была бы быть учтена в тарифе. Она сейчас будет учтена в экспорте. А дальше изменение и форма изменения – это не факт, что это снижение, а изменение, отражение в прейскуранте… Вот Вы говорите: наценка, – там просто сложная система формирования тарифных решений, поэтому цифра конечная будет одна, а механизм её реализации может уточняться. При этом если в следующем году будет ухудшаться какая-то ситуация, не знаю, по каким-то группам экспортных товаров, то тогда «Российские железные дороги» должны будут рассмотреть вместе с коллегами при изменяющейся ситуации возможность предоставления скидок, для того чтобы сохранить возможность экспортирования товаров, чтобы не ухудшать ситуацию.

Вопрос: А на порожний пробег какая индексация будет?

О.Белозёров: Пока планировали в районе 6% на полувагоны, все типы полувагонов.

Россия > Транспорт > premier.gov.ru, 8 ноября 2018 > № 2785133 Евгений Дитрих, Олег Белозеров


Россия > Финансы, банки > minfin.ru, 7 ноября 2018 > № 2787632 Сергей Сторчак

Заместитель Министра финансов Сергей Сторчак принял участие в пресс-конференции в рамках V Всероссийской недели сбережений

Сторчак Сергей Анатольевич

Заместитель Министра финансов Сергей Сторчак принял участие в пресс-конференции «Долговая нагрузка населения: пути предотвращения избыточной закредитованности» в рамках V Всероссийской недели сбережений. В пресс-конференции также приняли участие директор по маркетингу Национального бюро кредитных историй Алексей Волков, член Центрального штаба ОНФ, руководитель проекта ОНФ "За права заемщиков" Виктор Климов, заместитель директора Национального центра финансовой грамотности Сергей Макаров.

Открывая мероприятие, замминистра отметил, что «без хороших знаний и понимания того, как идут процессы нарастания долга, его списания или аннулирования, воспитать цивилизованного заемщика достаточно сложно, если вообще возможно».

В рамках мероприятия Алексей Волков представил результаты исследования по долговой нагрузке жителей России по результатам последних 12 месяцев, подготовленного Национальным бюро кредитных историй. Он отметил, что в структуре задолженности российских заемщиков больший вес стали приобретать «длинные» кредиты. «Этот тренд создает более комфортную ситуацию с обслуживанием текущего долга, но при этом предъявляет больше требований к заемщикам, которые должны планировать ведение своего домохозяйства на годы вперед», – заявил эксперт. – За последние несколько лет доля залоговых займов достигла практически половины портфеля всех кредитных организаций, а доля ипотеки выросла до 44%».

Комментируя представленные данные, Сергей Сторчак напомнил, что кредиты по-прежнему остаются одними из самых сложных для понимания финансовых инструментов, а многие россияне не вполне осознают риски невозврата кредита, что создает угрозу для их собственного материального благосостояния. «По информации Национального агентства финансовых исследований, с которым сотрудничает Проект Минфина по финансовой грамотности, 24% россиян считают допустимым невозврат кредита, а 40% не воспринимают как проблему небольшую задержку выплат по займам», – отметил он.

Руководитель проекта ОНФ «За права заемщиков» Виктор Климов подчеркнул важность создания механизма, который гарантированно бы обеспечил заемщику право на реструктуризацию долга при возникновении временных трудностей. «Мы обратились в Банк России с предложением – минимум на шесть месяцев снизить ежемесячный платеж не менее чем на 50%. Пусть это будет один раз в период ипотечного кредита, но это нужно сделать. Сейчас также обсуждается стандарт ипотечного кредитования. Одной из важных его составляющих должно стать обучение заемщиков, поскольку многие не понимают, что кредиты – это дорого. Люди должны четко понимать, на что они идут, когда берут ипотеку», – подчеркнул Климов.

О способах, как не попасть в долговую яму, и что делать, чтобы из нее выбраться, рассказал Сергей Макаров. «Для того чтобы обезопасить себя в будущем, есть как минимум два надежных инструмента. Первый – подушка безопасности сроком на 3-6 месяцев. Другой, как ни странно, – это использование страхования. Мы знаем случаи, когда люди брали кредиты на автомобиль и при этом его не страховали, затем попадали в аварию, лишались машины, а кредитная нагрузка оставалась», – пояснил он.

Россия > Финансы, банки > minfin.ru, 7 ноября 2018 > № 2787632 Сергей Сторчак


Россия. Китай > Авиапром, автопром > ria.ru, 7 ноября 2018 > № 2786692 Максим Литвинов

Объединенная авиастроительная корпорация и китайская корпорация COMAC на Чжухайском авиасалоне впервые презентовали полномасштабный макет российско-китайского совместного широкофюзеляжного дальнемагистрального самолета CR929. О том, на какой стадии находится проект, с каким организационными и техническими сложностями сталкиваются стороны, влияют ли на работу западные санкции, а также о том, как российская сторона будет защищать свои технологии от копирования, в интервью корреспонденту РИА Новости Жанне Манукян рассказал главный конструктор самолета Максим Литвинов.

— ОАК и COMAC на этом салоне впервые презентовали полномасштабную модель самолета CR929. На какой стадии сейчас находится реализация проекта?

- Макет представлен в размерах 1:1. Это демонстрационная версия, потому что она включает в себя кабину экипажа и, соответственно, три класса компоновки пассажирского салона. Что касается стадии, на которой находится проект. Мы следуем технологиям, которые взяты на вооружение ОАК, то есть технологии прохождения контрольных рубежей Stage-Gate, которыми пользуются Boeing, Airbus и другие крупные авиастроительные компании.

Сейчас мы находимся на стадии Gate 3, то есть мы прошли Gate 2 — контрольный рубеж два и двигаемся к контрольному рубежу три. Если проецировать на то, что было раньше в авиационной промышленности, это стадия эскизного проектирования. На этой стадии мы осуществляем ряд экспериментальных работ для того, чтобы подтвердить или исследовать вопросы, связанные с аэродинамическими характеристиками, с характеристиками управляемости самолета. Далее — экспериментальная работа, связанная с обоснованием выбора конструкционных материалов. Так как в проекте мы вместе с китайскими партнерами решили использовать максимальное количество элементов конструкции из композиционного материала, которые ни у нас, ни у наших китайских коллег ранее не встречались, поэтому здесь очень большие экспериментальные, исследовательские работы. На этом этапе мы осуществляем работу с потенциальными поставщиками систем и авиационных компонентов, это так называемая стадия RFP — запрос предложения, на котором мы общаемся со всеми потенциальными поставщиками, которые откликнулись на предыдущую стадию — запрос на информацию. И прорабатываем с ними вопросы, что они хотят предложить, что мы хотим, чтобы они предложили. На этой фазе мы будем готовить большой документ. В принципе, мы находимся в завершающей стадии подготовки таких документов, их больше 50 пакетов, которые включают в себя не только технические требования, но также и вопросы, связанные с графиком программы, коммерческая составляющая, требования к послепродажной поддержке, вопросы, связанные с сертификацией и верификацией, потому что для гражданского самолета вопрос сертификации это вопрос первостепенный. Мы планируем завершить эту фазу завершением ряда экспериментально-исследовательских работ и анализов ответов на RFP от наших потенциальных поставщиков.

— Каким поставщикам будет отдаваться приоритет? Из каких стран?

— В первую очередь нам хотелось получить те компоненты, которые прежде всего отвечали бы нашим требованиям, а также имели бы лучшие характеристики в своем сегменте, потому что задача от наших маркетологов стоит достаточно жестко.

Конечно, прежде всего мы будем отдавать предпочтение в выборе поставщиков тем, кто удовлетворяет всем критериям, связанным с техникой, с качеством, с наличием процедур сертификации. При прочих равных в первую очередь приоритет, конечно же, будет отдаваться российским и китайским поставщикам. Во вторую очередь компаниям, которые являются российско-китайскими предприятиями, их мы рассматриваем как основных поставщиков или поставщиков второго уровня. И в третью очередь это, конечно же, поставщики компонентов и систем, которые находятся в Европе и в США.

— Не повлияют ли санкции на поставщиков из Европы и США?

— Влияют, и очень серьезно. Помимо того, что у нас санкционная война, между Китаем и США идет торговая война. Естественно, что мы в своей работе это все учитываем и поэтому держим руку на пульсе, потому что мы должны очень быстро внести какие-то поправки в наш график и в нашу работу.

Но хочу отметить, что поставщики из Европы и США сами стараются как-то нивелировать те политические аспекты, которые существуют между странами, и достаточно конструктивно работают, сами ищут различные предложения, различные схемы. Мы, соответственно, со своей стороны предлагаем, как поступить в том или ином случае.

— Реализация совместного проекта требует очень тесного контакта с китайскими партнерами. Возникают ли сложности при коммуникации? Тяжело ли работать с ними? Что самое сложное в организационном плане и что самое сложное с технической точки зрения?

— Скажу так: с коллегами работать очень непросто. Но мы пытаемся найти подходы, различные схемы. Работа сейчас проводится в рамках команд российской и китайской, мы собираемся на такие достаточно длительные jet-сессии (join engineering team session), которые проходят в Москве и в Китае длительностью три-четыре недели.

В этом году у нас было четыре таких сессии: две в Москве, две в Шанхае. В конце ноября — начале декабря будет следующая сессия уже в Москве. В них участвует порядка 200 человек с обеих сторон. Это в основном ведущие специалисты, потому что мы находимся на стадии закладки самолета, то есть мы решаем идеологические вопросы. Во время этих сессий мы стараемся в работе над документами либо над какой-нибудь задачей найти общие точки соприкосновения и согласовать их друг с другом. По каким-то направлениям это идет достаточно быстро, по каким-то несколько медленнее. Конечно же, если бы мы занимались сами, время было бы немножко короче в нашей работе, но здесь такие нюансы.

Что самое тяжелое? То, что надо учитывать, как вообще в китайской команде принимаются технические решения. Я, например, как главный конструктор делегирую ряд полномочий специалисту по аэродинамике самолета, по гидравлической системе, он может сам без меня принимать какие-то тактические и даже стратегические решения, если у него на это есть разрешение с моей стороны. У китайских партнеров все немного не так, то есть они должны пройти полный цикл согласования от подчиненного к начальнику, от начальника к следующему начальнику — до главного конструктора.

Мы, конечно же, находим общий язык. Главный конструктор с китайской стороны достаточно грамотный и умный специалист. В принципе, мы договариваемся не так быстро, как хотелось бы, но здесь вопрос в том, что две разные компании, две совершенно разные страны пытаются за очень короткое время, помимо разработки, производства, испытания и запуска такого технически сложного объекта, еще и наладить бизнес-процесс. У Airbus было гораздо больше времени, тем более в странах с одинаковым менталитетом, поэтому здесь у нас стоит сложная задача. Я думаю, что здесь сложности такие же, как у всех, кто ведет дела с китайскими коллегами. Это просто учитывается, это нужно принимать как есть, и, конечно же, не забывать о своих интересах.

— Вы сказали, что требуется больше времени, чем хотелось бы. Проект реализуется в соответствии с графиком?

— Пока мы двигаемся в том интервале дат, который мы наметили. Конечно же, учитывая все возможные риски, которые существуют у программы — и политические, и возможные экономические, а также какие-нибудь другие, которые могут возникнуть, — естественно, они как-то могут влиять, но не только на движение сроков вправо, но и в другую сторону. Это такой достаточно живой процесс, но в интервале мы пока удерживаемся.

— Китай постоянно обвиняют в краже интеллектуальной собственности. Есть ли у российской стороны какие-то обеспокоенности по этому поводу и как вы будете защищать свои технологии?

— Этот вопрос поднимается на самом высоком уровне ОАК, в том числе на заседаниях у замминистра. Очень непростой вопрос, потому что у наших китайских коллег поставлена совершенно четкая задача на трансфер технологий. Мы отдаем себе отчет в этом, но также мы понимаем, что какими-то вопросами нам придется поделиться, потому что они все-таки наши партнеры, а какие-то вопросы нам необходимо оставить в своей компетенции, потому что это наше конкурентное преимущество в работе с китайскими партнерами.

Я думаю, что вы сами прекрасно знаете, что Китай работает со всеми. У него нет каких-то преференций. Если удобно работать с одними, можно также работать и с другими. Мы понимаем, какие сложности у нас могут быть, поэтому у нас налажена система контроля за интеллектуальной собственностью, то есть мы всегда оговариваем перед всеми встречами, о чем мы будем говорить, какую информацию мы будем передавать. Если это внутри компании, то это проходит через ведущих специалистов, через службу безопасности и через меня.

Если это внешний партнер с российской стороны, то, конечно же, при нашем участии осуществляется контроль той информации, которая может быть передана или передается. Например, по одному элементу в аэродинамической трубе в ЦАГИ (Центральный аэрогидродинамический институт имени профессора Н. Е. Жуковского) проходила проверка, которая показала, что ничего секретного нет, информация об этом устройстве уже опубликована в открытой литературе, поэтому нет никаких возражений, чтобы передать по ней информацию. ЦАГИ — это центр экспериментальных работ, у нас их несколько. В принципе, самолеты могут разрабатывать страны, у которых есть экспериментальная база. У нас она есть. Эта база копилась не просто годами, а десятилетиями.

— Как вы оцениваете экспериментальную базу Китая?

— У китайских коллег сейчас она находится в таком зарождающемся состоянии. Они, конечно же, вкладывают огромные средства, там очень интересное оборудование. Оно современное, больше по размерам, в нем можно проводить больший спектр испытаний. Но вопрос в том, что любую экспериментальную установку надо верифицировать, и у наших партнеров впереди еще определенный путь к тому, чтобы испытания, которые они проводят на своих установках, методы, которые они применят для анализа, были бы наиболее приближены к реальности.

— Будет ли какой-то контроль за качеством работ, произведенных китайской стороной?

— В авиации достаточно жесткий контроль качества. Он многоуровневый. Мы сейчас работаем над стандартами, которые регламентируют вопросы, связанные с качеством продукции, качеством самих процессов. Это будет на уровне совместного предприятия, а далее будет спускаться в дочерние предприятия или в кооперационные связи со стороны ОАК и COMAC. Кроме того, это уже контроль самих предприятий на местах, и, конечно же, это сертификация.

Авиационные власти будут проводить работы, не только связанные с получением сертификата типа самолета, но и с получением сертификата производителя. Соответствие требованиям норм будут проверять эксперты авиационных властей — как наших, так и китайских. Если мы будем получать одобрение сертификата нашего типа в Европе, соответственно, их эксперты тоже будут отслеживать соответствие. Я скажу, что процесс сертификации — это достаточно трудоемкий длительный процесс.

— Одна из причин, почему Россия решилась на создание совместного самолета, это большой рынок Китая. Китай параллельно разрабатывает еще один самолет — C919. Он отличается по своему классу от CR929, но тем не менее можно ли его рассматривать в качестве конкурента?

— Нет, C919 — это самолет другого класса. У него отличается пассажировместимость и дальность полета. Он, скорее всего, конкурент МС-21. Что касается CR929, этот самолет в классе Boeing 787, Airbus-330, Airbus-350. И как раз это ниша больших широкофюзеляжных самолетов. Я не думаю, что он будет конкурировать. Это больше зависит от оператора, авиакомпании. Если самолет будет летать незагруженный, то он не будет неэффективным, поэтому это вопрос планирования организации полетов.

В России и странах СНГ спрос на такие самолеты небольшой, соответственно, мы рассчитываем на спрос в Юго-Восточной Азии, в Китае. Нам этот проект больше интересен как раз по этой причине. И кроме того, все-таки он позволяет сохранить и закрепить компетенцию российской авиационной промышленности в области интеграции такого сложного технического объекта, а также развить некоторые технологии, которые у нас либо были утеряны в связи с распадом СССР, либо которых у нас еще нет, либо которые мы хотим модернизировать. У Китая совершенно четкая задача — иметь компетенции во всех областях. У нас, в принципе, она такая же. Это очевидно, что у каждого есть свои интересы, свои цели.

— Китай может создать такой самолет без помощи России?

— Может, но не так быстро. Я считаю, что без нас китайским коллегам потребуется несколько больше времени. Да, со временем, но не так быстро, как бы они хотели.

— Вы верите, что это будет успешный проект?

— Я смотрю достаточно трезво на всю нашу работу, поскольку есть очень много рисков. Я, конечно же, надеюсь, что нам удастся решить все наши технические вопросы, организационные вопросы, удастся построить самолет, сертифицировать его. Но я трезво оцениваю риски, которые есть. Работа очень многогранная. Общение и с руководством нашей компании, и работа с нашими китайскими партнерами постоянно анализируется, и нужно иметь в виду, как меняется обстановка. Обстановка может меняться очень быстро.

Я, конечно же, надеюсь, я даже хочу, чтобы самолет был построен, поднялся в воздух, потому что это мечта любого конструктора, а я инженер-конструктор и по образованию, и по своему опыту.

У меня уже есть один самолет — "Сухой Суперджет". Я хочу еще один, потому что цикл проектирования и изготовления самолета очень длительный. Это мировая практика и даже современная мировая тенденция. Это занимает порядка 10-12 лет. Редко кто из инженеров в авиационной отрасли может похвастаться, что он сделал один-два самолета. Время таких постоянно появляющихся новых продуктов проходит. Сейчас на повестку ставится вопрос о необходимости производить продукт, который будет проще производить, будет дешевле, безопаснее, удобнее для заказчика, удобнее для пассажира.

Все эти процессы длительные и хочется, чтобы за жизнь таких объектов было бы больше. Вот если будет два, я считаю, что государство, которое потратило деньги на мое образование, уже отбило эти деньги (смеется).

Жанна Манукян.

Россия. Китай > Авиапром, автопром > ria.ru, 7 ноября 2018 > № 2786692 Максим Литвинов


Россия. СЗФО > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 7 ноября 2018 > № 2786691 Александр Цыбульский

Губернатор самого малонаселенного — Ненецкого автономного округа России — Александр Цыбульский через год испытательного срока с приставкой врио официально вступил в должность. О том, на какие крупные инфраструктурные проекты сегодня делает ставку округ, какие изменения необходимы в главной отрасли региона — оленеводстве, когда будет построена дорога на Большую землю, какой неожиданный подарок он получил в оленеводческой общине и как родители отнеслись к тому, что сын решил променять комфортное кресло замминистра в Москве на губернаторское на Крайнем Севере, 39-летний глава региона рассказал в интервью РИА Новости. Беседовала Анастасия Яконюк.

— Александр Витальевич, экономика Ненецкого округа, как и многих северных регионов, зависит от масштабных инфраструктурных проектов. В последние годы активно обсуждались перспективы порта Индига, однако, похоже, с его реализацией возникли сложности. Какие сегодня возможности у Индиги?

— Да, действительно, порт Индига — замечательный проект, о нем много говорилось, были сделаны определенные шаги по его оформлению. Он разрабатывался под проект Роснефти, связанный с построением завода по транспортировке сжиженного газа. Насколько я понимаю, компании не удалось получить разрешение на экспорт сжиженного газа, и Роснефть, как все знают, приняла решение о выходе из этого проекта. Я считаю, что вопрос по Индиге остается открытым, другое дело, что потенциальный инвестор будет уточняться.

— Это был болезненный удар по планам развития региона?

— Это был сильный удар, но в целом ожидаемый. Когда я уже понимал, что нет договоренностей по экспорту сжиженного газа, то стало очевидно, что проект в своем прежнем виде уже не мог играть ту роль, которая ему отводилась. Но для развития региона это абсолютный приоритет, поэтому я уверен, что проект будет — не этот, так другой.

Как известно, президент поставил задачу по ускоренному развитию Севморпути, и грузопоток на этой артерии к 2024 году должен достичь 80 миллионов тонн. Очевидно, что этого можно добиться в первую очередь за счет экспортных поставок с территории РФ, как неоспоримо и то, что в ближайшее время нашу экономику будет во многом определять экспорт ресурсов.

Что касается нашего региона, пока могу сказать, что уже есть крупные инвесторы, которые сегодня рассматривают территорию округа для выхода на Северный морской путь и построения новых портовых мощностей. Территориально — в том же районе Индиги, потому что он является наиболее благоприятным по всей территории арктической зоны — там хорошие глубины, незамерзающий порт и легкая ледовая обстановка фактически круглый год. Так что суда могут заходить туда без серьезной ледокольной проводки и дальше уходить на траекторию СМП.

Кроме того, с учетом расположения округа — это удобная территория, куда можно подвести железнодорожную ветку небольшой протяженности за не очень большие деньги. С одной стороны, этот проект будет рассчитан на вывод на экспорт российских углей из этой части нашей страны, сюда могут "подтянуться" удобрения из Пермского края и лес из Коми. По сути, это были те же составляющие проекта, которые мы рассматривали при порте Индига, добавляя туда же экспорт газа.

— Как еще округ может использовать преимущества географического расположения относительно Северного морского пути?

— Сегодня, когда мы понимаем, что Севморпуть активно развивается, у нас встает несколько проблем. Первая — экологическая. Сегодня есть инициатива максимально переводить российский ледокольный флот либо на атомные ледоколы, которые с нулевым выбросом проходят по арктическим водам, либо на сжиженный природный газ. И сегодня "Новатек" уже запустил ледоколы на сжиженном газе, и они доказывают свою эффективность.

Ситуация складывается так, что в ближайшее время большая часть ледокольного флота будет постепенно переходить на сжиженный газ. А любая морская артерия в первую очередь это бункеровка: у нас на протяжении всего пути от Мурманска до Владивостока бункеровочных пунктов почти нет, корабли вынуждены загружаться топливом по полной программе, чтобы проходить по Севморпути. С другой стороны, у нас есть месторождения газа, находящиеся практически на побережье, которые за счет небольших мощностей могут быть использованы для создания такого рода завода, И они могли бы взять на себя функцию бункеровки этих судов на территории округа.

Кроме того, можно было бы создать логистический центр и разводить этот газ по другим бункеровочным пунктам, чтобы создавать экономику СМП.

— На какой стадии находится сейчас этот проект?

— Пока на стадии формирования пула инвесторов. Это проект высокой степени проработки, пока рано говорить. Инициатива идет прежде всего со стороны бизнеса, а мы ее поддерживаем. Надеюсь, в ближайшие пару месяцев они сочтут возможным публично о нем заявить. В любом случае, я думаю, это будет мощный проект с точки зрения изменения структуры экономики округа.

Не надо питать иллюзий, что у северных территорий большое количество возможностей для диверсификации экономики. Это территории, на которых могут реализовываться только крупные мегапроекты.

— Какую роль в экономике округа играет оленеводство, что отрасль ждет от власти и наоборот — власть от оленеводов?

— Это та отрасль, которая будет развиваться при любых условиях — даже исходя из исторических реалий, мы не можем от нее отказываться. Это традиционный вид хозяйственной деятельности для большого количества населения нашего округа, но наша задача в том, чтобы эта деятельность начала им приносить большую отдачу в современной жизни.

Сегодня мы поддерживаем эту отрасль максимально: здесь есть субсидии, льготы и так далее. Другое дело, что эффективность ее работы нужно повышать. Речь идет о тех предпринимателях, которые на оленьем мясе пытаются делать бизнес. Важно, чтобы оленеводы не встречали на своем пути проходимцев, которые их обманывают, забирают мясо и не платят денег. Нужно сделать так, чтобы у них была гарантированная возможность сбывать этого оленя в конкретных местах по конкретной ставке, чтобы они были уверены, что это не одноразовая акция, а то, что будет иметь прогнозируемые перспективы.

Сегодня у нас стадо оленей 182 тысячи голов — но это учтенные олени хозяйств, которые имеют коллективную форму собственности. Но есть еще огромные личные стада, которые оленеводы держат для себя. А психологически для тех, кто занимается этим много лет, олень — это инвестиционный ресурс, на который они делают ставку в будущем. Если мы сможем показать людям, что мы будем у них гарантированно принимать мясо и это войдет в систему, они будут держать то количество оленей, которое им будет необходимо.

И если говорить по-честному, надо чтобы у этой отрасли появился хороший хозяин — я имею в виду и переработку. У нас есть замечательный мясокомбинат, который производит прекрасную продукцию, но я убежден, что управленцы всех форм государственной собственности — не самые эффективные. Они не заинтересованы в том, чтобы оптимизировать процесс производства, удешевить его, улучшить качество продукции. Что удивительно — они даже не заинтересованы в том, чтобы выходить на внешние рынки, даже региональные. Нарьян-Мар им кажется пределом возможностей.

Я убежден, что это не так — надо выходить и осваивать новые рынки и в России, и за рубежом. За рубежом, может быть, не столько для финансовой выгоды, сколько для имиджа. Олень — уникальный объект для получения дополнительной стоимости: можно использовать все — мясо, шкуры, эндокринные продукты, рога, панты. Все это востребовано в разных отраслях — от фармацевтики до высокой моды. Это нужно выгодно использовать, но это никогда не сделает государство. Должен найтись человек, который будет заниматься этим как собственным бизнесом. Боюсь, мы здесь пока такими компетенциями не обладаем.

— Познакомившись с округом, вы заявили, что одним из приоритетов на посту главы региона считаете решение проблемы транспортной доступности. Что сегодня делается в этом направлении в регионе, где до сих пор нет постоянной дороги на Большую землю?

— Конечно, если мы говорим сегодня о нормальном качестве жизни в XXI веке, нам нужна связь с Большой землей. Этот вопрос решается с 1992 года. Большое количество руководителей заявляли в качестве приоритета решение этой проблемы, я не исключение. Но я надеюсь, что сейчас мы взяли реальные темпы строительства дороги Нарьян-Мар — Усинск. Пока я не вижу рисков того, что к 2022-му году мы ее не запустим. Я в это верю, все делаю, чтобы сроки не сорвать.

Эта дорога нас свяжет с федеральной сетью автодорог. Для обычного жителя Нарьян-Мара это означает, что можно будет сесть за руль и поехать куда-то дальше деревни Красное (40 километров от Нарьян-Мара — ред.). Сейчас такая возможность есть только зимой — по так называемому зимнику. Переезд будет занимать часов пять.

Дорога не самая передовая — грунтовая, но для нас и это будет прорыв, дальше можно будет думать про ее улучшение. Дело в том, что процесс строительства в тундре очень специфический — я раньше не понимал, почему такие сроки, но теперь вижу — если вы в этом году делаете хоть одну ошибку, вы платите за нее в следующем. К сожалению, подрядчики такую ошибку сделали и опережающими темпами они пойти не смогли.

Сейчас же, пока нет дороги, мы можем сделать еще одну вещь для жителей округа — субсидировать большее количество мест на каждом авиарейсе, чтобы снизить финансовую нагрузку на потребителей. И мы начнем это делать со следующего года, хотя и сегодня мы часть расходов компенсируем.

— Еще одна проблема, которая связана во многом с историческими причинами, — ветхость жилья и социальных объектов. Как быстро можно ее решить?

— Действительно, так исторически сложилось, что у нас высокий износ социальной и коммунальной инфраструктуры: когда-то, еще в советские годы, по всему Северу строились дома временного типа, и сегодня множество объектов пришли в абсолютную негодность. И проблема сегодня требует незамедлительного решения, чтобы людям обеспечить качество жизни, которое человек достоин иметь в XXI веке. Мы, конечно, большое количество проблем решаем за счет собственного бюджета — мы ускорили темпы жилищного строительства, вводим в эксплуатацию школы, взялись за недострои.

Но одномоментно выделить необходимые на все средства у нас нет возможности, даже с учетом высокой бюджетной обеспеченности на душу населения. У нас есть два пути — либо кредитоваться в коммерческих банках, что я на прошлой работе (замглавы Минэкономразвития РФ — ред.) призывал регионы не делать, потому что в какой-то момент бюджет начинает работать на погашение обязательств.

Второе — растянуть по времени. Но чтобы решить все накопленные проблемы в строительстве, потребуется 10 лет. Если нам сейчас поможет федеральный бюджет, то мы эти проблемы решим за 4-5 лет, об этом я просил президента России, и он поддержал нас. За счет этих средств мы сможем построить современную больницу, которая будет выполнять диагностические функции — из-за малочисленности населения нам нет смысла строить высокотехнологичный лечебный центр.

Сегодня нам нужен диагностический центр, чтобы на ранних стадиях выявлять проблемы и за счет бюджета отправлять в разные клиники России, немногие регионы могут этим похвастаться. С другой стороны, я хотел бы, чтобы у жителей была возможность получать медицинскую помощь в рамках обязательного медицинского страхования не только в одном учреждении города Архангельска, а чтобы они могли получить лечение в лучших клиниках Петербурга и Москвы.

Мы в конце этого года — начале следующего заключим несколько соглашений с ведущими медицинскими центрами, которые по столичному уровню находятся на первом месте, где собраны лучшие специалисты. А мы на себя будем брать расходы по обязательному медстрахованию, транспортировке и так далее.

Это наш приоритет.

— В образовательной сфере, наверное, схожие проблемы?

— К сожалению, в отдаленных селах школы находятся в сильно изношенном состоянии, и здесь мы тоже должны делать прорыв. Но не это основная проблема. Построив прекрасные школы, оснастив их, мы не можем найти для поселка, где живут, например, 200 человек, такое количество профессиональных учителей, которые могли бы дать нашим детям шанс на хорошее образование.

Так что здесь встает вопрос дистанционного образования. На сегодняшний день это наиболее реальный шанс дать нашим детям возможность, приехав в серьезные учебные заведения, на общих основаниях быть конкурентоспособными абитуриентами. Мы активно работаем над этим, и в начале следующего года запустим проект, который будет включать в себя три направления: переподготовка учителей, которые могут дистанционно повышать квалификацию, подготовка выпускников к ЕГЭ, дистанционные уроки для детей из сел в школах Нарьян-Мара, а в учебных заведениях столицы округа можно было бы получать дистанционно знания у лучших преподавателей других регионов.

— Видите ли вы смысл создавать в округе вуз, ведь возможностей для получения очного высшего образования в регионе нет?

— Особой целесообразности открывать здесь большой вуз я не вижу — у нас здесь недостаточное количество студентов. Но тем не менее образование сегодня трансформируется, в том числе дистанционное, я считаю, что нам надо это учитывать. Более того — с САФУ мы подписали соглашение, и сейчас мы будем возвращать компетенцию по высшему образованию.

Это будет модернизированный проект, связанный с внедрением цифровых технологий, но мы постараемся за ближайшие год-два его реализовать. Если бы речь шла о том, чтобы открыть здесь филиал вуза, я бы не настаивал, потому что Архангельск недалеко отсюда — долететь до него иногда быстрее, чем доехать из одного конца Москвы в другой.

Но мы смогли разработать интересную идею — арктического научно-студенческого центра. Небольшую часть мы отдадим под классическое высшее образование, а остальное — полевые исследования, связанные с экологией, недропользованием. Центр может стать полигоном для практической научной работы на территориях со сложным климатическими условиями.

Мы в этот контур смогли включить МФТИ, МГТУ им. Баумана, Сколково. Необходимо создать научно-образовательный центр компетенций, который может стать центром научного притяжения в России.

— Но если особые северные условия могут привлечь в регион ученых, туристов они пока скорее настораживают. По официальным данным, турпоток в регион составляет около двух тысяч человек в год. Нужен ли вам массовый туризм?

— Скажу вам откровенно — год назад я приехал сюда приверженцем идеи того, что туризм может приносить деньги. Но это касается только традиционных общепринятых мест массового отдыха — пляжи, горы. Но в северных регионах нет таких притягательных мест для массового туриста, и создавать мощную инфраструктуру — это выбросить деньги на ветер. Здесь скорее есть условия для эксклюзивного туризма — для тех, кто любит экстремальные условия, охоту, рыбалку, сплавы по рекам, пешие походы.

Так что за туриста, который готов приехать издалека и заплатить приличные деньги, надо бороться, для него надо делать эксклюзивные продукты, которым должен заниматься малый и средний бизнес. Он этим и занимается, правда, в основном эта деятельность идет в серой зоне и пока в казну это не приносит больших денег.

— Каким вы видите бренд региона?

— Мы им давно занимаемся и разработали бренд, который вызывает огромные споры у населения. Это значит, мы попали в точку, потому что если бы он прошел незамеченным, я бы считал, что мы сделали плохую работу. Это символ региона — яркий, вызывающий, бросающийся в глаза — в этом была основная идея, потому что НАО не серый регион, нам есть, что показать, у нас замечательные люди, яркие цвета, которые символизируют весеннее яркое солнце, северное сияние, чистейшие реки.

Сама по себе тундра потрясающе красива. Если ты здесь не прожил год, этого не понять: в каждое время года здесь своя красота. Я летаю в командировки и вижу, как за две недели тундра совершенно меняется — ярко-зеленые насыщенные цвета переходят в песочные оттенки, фантастические виды открываются с самолета: иногда пейзажи кажутся космическими — кратеры вулканов, вкрапления неземных красок, такого нет нигде. Здесь можно бесконечно наслаждаться красотой природы и энергетикой тундры: если у вас есть негативные эмоции, она у вас их заберет.

— Когда вы ехали на Север, было ли опасение, что он, как говорится, вас не примет?

— Они до сих пор у меня остались. Мне кажется, Север — это территория, которая не признает фальши и настороженно относится к приезжим. Здесь в силу условий жизни все на виду, ты никого не сможешь обмануть. Ты либо приедешь и станешь частью этого места, либо оно тебя отторгнет.

Конечно, я очень опасался — я никогда не жил на Севере, не представлял, что это такое. Но опасения не оправдались. Здесь люди другие — очень требовательные, они никогда не верят сразу: ты должен им доказать, что тебе можно верить. Здесь нельзя сказать и не сделать. Может быть, влияет история — ведь это уникальная территория, где не было крепостного права, ненцы всегда жили родовыми общинами, здесь были староверы, покорители Севера — ценности были такие, что все были равны.

Здесь иерархия "начальник-подчиненный" не работает, никто не будет перед тобой заискивать. С любым человеком мы общаемся на равных, и нужно еще постараться заслужить доверие. Мне кажется, я таких отношений нигде не встречал.

— Наверное, вам все же удалось заслужить доверие, иначе бы вам вряд ли подарили бы оленя в одной из общин…

— Кстати, надо бы узнать, как он поживает. Да, ситуация оказалась неожиданная, она не была запланирована или согласована протоколом. Мы провели замечательно время в общине, я проникся к этим людям — искренним, настоящим. И потом вдруг глава общины подарил мне оленя. Было неловко, потому что у меня в ответ не было подарка той же ценности. У меня очень красивый олень. По-моему, это лучший олень в стаде. Мне хочется верить, что этот жест — проявление уважения.

— Вы провели в округе год в должности временно исполняющего обязанности, совсем недавно совет избрал вас официально губернатором. Не хотелось поучаствовать в прямых выборах?

— Для меня прямые выборы были бы проще. Я возглавлял список партии "Единая Россия" — для меня это была легитимация того, что я хочу сделать. Когда я шел на выборы, то таким образом представил свою программу. Для меня это было важно, я бы с удовольствием участвовал в прямых выборах. Это мне бы сегодня не давало сомнения в том, что в этой победе мог быть больше ресурс партии.

— Как отнеслись родители к тому, что вы отправились из комфортной Москвы на суровый Крайний Север?

— Мама выражала опасения, что я еду на Север, говорила, ты тут сидишь в Москве, ты заместитель министра, зачем тебе это нужно? Но поскольку у меня семья военных, родители понимают — здесь не принято спрашивать. Я сказал — задача поставлена, я еду ее выполнять. Мои родители сами научили меня этому. Они дали мне довольно жесткое воспитание, которое не позволило наделать глупостей, и заложили основу, которая до сих пор меня держит.

Помимо того, что они дали мне все, что составляет счастливое детство любого человека, они дали понять главное — ценно только то, чего ты добиваешься сам.

Когда я оставил военную службу, мои родители были категорически против, не поддерживали меня. Но я знал, что я сам принимаю решения, понимаю их цену и осознаю ответственность, я взял на себя все риски. Я всегда говорю, что сделаю все так, чтобы они могли мной гордиться. Надеюсь, что еще успею это доказать.

Анастасия Яконюк.

Россия. СЗФО > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 7 ноября 2018 > № 2786691 Александр Цыбульский

Полная версия — платный доступ ?


Македония. Россия. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 7 ноября 2018 > № 2786124 Анна Немцова

Встречайте: человек Москвы в Македонии, один из многих приятелей Путина, разрушающих Европу

Анна Немцова | The Daily Beast

"Янко Бачев, бывший агент македонской спецслужбы, теперь возглавляет все более мощную оппозицию в стране. Он довольно-таки раболепно списал себя с президента России Владимира Путина: его политическая партия "Единая Македония" настолько подражает "Единой России", что ее эмблема выполнена в российских мотивах и цветах, но медведь заменен львом", - пишет журналистка The Daily Beast Анна Немцова.

"В скудно обставленных рабочих помещениях Бачева в центре македонской столицы ковровое покрытие на ступенях, может, и облезает, но российский государственный флаг гордо украшает угол конференц-зала. Позвоните Бачеву на мобильный телефон, и вы услышите российский гимн", - повествует Немцова.

"Наше будущее - с Евразийским союзом Путина, это альянс намного более подходящий, чем НАТО", - заявил Бачев журналистке. По его словам, Россия привлекает его православием и традиционными ценностями, и его не волнует, что критики его называют агентом Кремля.

"В Скопье полно американцев и европейцев, которые давят на наш парламент, а наша спецслужба их не останавливает! - воскликнул Бачев. - Если Соединенные Штаты и дальше будут втягивать Македонию в НАТО, Путин вмешается и на Балканах начнется третья мировая война".

Пока что Путин убедил вступить в Евразийский союз только пять стран, но Москва усердно старается подорвать политику США по интеграции Запада и укрепить влияние России в Центральной Азии, на Балканах и в Восточной Европе. Среди союзников Путина - Бачев, лидер Республики Сербской Милорад Додик, президент Сербии Александр Вучич и венгерский лидер Виктор Орбан, отмечается в статье.

В январе в Скопье приезжал неофициальный советник Путина Александр Дугин, ключевой идеолог прокремлевского восстания на востоке Украины. "Всякому, кто хочет за пару недель дестабилизировать какой-нибудь регион, следует обратиться к Дугину: он эксперт", - пишет Немцова.

В недавней "Директиве" на YouTube Дугин зловеще провозгласил: "Над небольшой православной славянской страной Македонией сгущаются тучи. Если кто-то намерен еще раз взорвать Балканы, начать следует именно там". По его словам, война "разразится там или в соседней Боснии, где ситуация накаляется все больше. И Россия сейчас сосредотачивается, что дает нам больше поводов для оптимизма... Восточная Европа сама падает нам в руки - пора создавать лигу православных государств".

Лидер российской оппозиции Дмитрий Гудков вместе с тем считает: "У Путина нет идеологии, которую он мог бы предложить. Он пытается купить побольше союзников за оставшиеся у него деньги".

"Европейские популисты, выступающие против истеблишмента, противопоставляют Евразийский союз Европейскому, требуя больше денег у них обоих. Это каверзная игра, и им следует помнить, как украинский лидер Виктор Янукович перестарался, разыгрывая эту карту", - отмечает автор статьи.

"Евросоюз означает прогрессивное будущее, тогда как дорога в Евразийский союз - это путь в прошлое, сконструированное бывшим агентом КГБ Путиным, - заявил Гудков. - Выбирая Евразийский союз, пропутинские лидеры должны быть готовы стать мучениками и отправиться вместе с нами в рай, поскольку это единственный конечный пункт, который предполагает политика Путина".

Македония. Россия. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 7 ноября 2018 > № 2786124 Анна Немцова


Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 7 ноября 2018 > № 2785130 Дмитрий Медведев

Пресс-конференция Дмитрия Медведева

Председатель Правительства ответил на вопросы российских журналистов по итогам визита в Китай.

Из стенограммы:

Вопрос: Завершается Ваш визит в Китай. Вы приняли участие в первой выставке импортных товаров в Шанхае, где Россия получила статус страны-партнёра. Также приняли участие в очередной встрече глав правительств России и Китая, подписали ряд двусторонних документов. Какие направления Вы могли бы выделить в дальнейшей совместной работе? В каких отраслях, на Ваш взгляд, она наиболее перспективна? В частности, удалось ли договориться о масштабном росте сельхозэкспорта в Китай?

Д.Медведев: Вы все были свидетелями того, что происходило в Шанхае и Пекине. Сначала по поводу Шанхая. Это действительно интересная инициатива наших китайских партнёров – проводить регулярно, ежегодно выставку по импорту. Особенно интересно, что это китайская инициатива. Китай известен своими экспортными возможностями, он поставляет товары во все страны мира на огромные суммы. И тем не менее является огромным и очень ёмким рынком, который, как говорят наши партнёры, открыт для того, чтобы на этом рынке присутствовали товары из разных стран. Наши компании тоже приехали. Я посмотрел спектр того, что представлено: это действительно наиболее интересные для китайского рынка группы товаров, включая сельхозтовары и продукты питания. Население Китая, как известно, очень большое, Китай значительный импортёр продовольствия. И наша страна как одна из ведущих аграрных стран в этом смысле должна свои компетенции наращивать.

Поэтому плавно перехожу ко второй части Вашего вопроса: мы действительно обсуждали и в ходе встречи с Председателем КНР Си Цзиньпином, и в ходе переговоров в узком составе с Премьером Госсовета КНР Ли Кэцяном, и в ходе межправительственных консультаций, то есть 23-й встречи глав правительств, тему аграрных поставок. До последнего времени существовали определённые ограничения, они касались ввоза мяса птицы, молочных продуктов. Постепенно вместе с китайскими партнёрами мы эти ограничения снимаем. Сегодня на эту тему было подписано два протокола. С нашей стороны протокол был подписан Россельхознадзором. Это даст возможность нашим аграрным производителям выходить на китайский рынок. В Китае стали активно потреблять молочные продукты, раньше этого не было. Очень много потребляют мясных продуктов. Поэтому открытие этих сегментов очень важно. Хочу подчеркнуть, речь идёт о том, что там задействованы региональные поставщики – с учётом того, что существуют санитарно-эпидемиологические требования и мы выбрали принцип регионализации для того, чтобы наращивать поставки наших сельхозпродуктов на китайский рынок.

Есть и другое очень важное направление, о котором говорили все китайские руководители. Речь идёт о поставках сои. Соя – культура, очень востребованная в Китае. Китайский рынок огромный, порядка 95 млн тонн сои они импортируют ежегодно. Из них 30 млн, даже больше, – из Соединённых Штатов Америки. С учётом торговых проблем, которые возникли во взаимоотношениях между этими странами, – скажем прямо, протекционистского курса, который сейчас проводят Соединённые Штаты Америки в отношении Китая и целого ряда других стран, европейских стран и нашей страны тоже, – определённая часть соевого сегмента высвободилась. Мы договорились с китайскими партнёрами о том, чтобы более активно присутствовать именно в этом сегменте, что для нас неплохо. Это даёт возможность, с одной стороны, выйти на китайский рынок с нашими продуктами, включая сою, а с другой стороны – нарастить производство сои в нашей стране, прежде всего на Дальнем Востоке. Именно в этом регионе соя выращивается, и под эту культуру надо готовить поля, чтобы больше её производить.

Так что результаты очень неплохие. Подписаны документы и в других сферах. Они касаются в том числе высокотехнологичного сегмента, высокотехнологичного сотрудничества, включая космос, энергетику и целый ряд других направлений, по которым мы взаимодействуем. Как обычно, по итогам этих консультаций подписан итоговый протокол – его подписывают Премьер Госсовета Китая и Председатель Правительства Российской Федерации, – где отражены результаты и в конечном счёте, по сути, содержатся поручения ведомствам о том, как работать дальше. Результаты вполне благоприятные. Мы надеемся, что они воплотятся в новые достижения нашего партнёрства с Китаем.

Вопрос: Две недели назад Вы дали поручение курирующему вице-премьеру и Министру энергетики принять дополнительные меры по стабилизации цен на топливо на внутреннем рынке. Удовлетворены ли Вы полученными результатами или необходимо сделать что-то ещё?

Д.Медведев: Тема довольно острая, появляются всякие комментарии: что выросло, что обратно вниз ушло. Я только что подписал постановление Правительства о соглашениях между федеральными органами исполнительной власти и хозяйствующими субъектами. На базе этого постановления Министерству энергетики вместе с антимонопольной службой вменяется обязанность заключить с хозяйствующими субъектами соглашения о принятии мер по стабилизации и развитию внутреннего рынка нефтепродуктов.

Да, они договорились по моему поручению, потому что альтернатива была простая: или будут эти соглашения, или введут запретительные пошлины, то есть ограничительные меры по поставкам на экспорт. Нефтяные компании эти аргументы услышали и согласовали такой режим. На базе этого документа – а он вступает в силу с момента подписания – соглашения с этими компаниями будут заключены. Есть перечень компаний. Я все перечислять не буду, но здесь крупнейшие: «Газпромнефть», «Лукойл», «Роснефть», «Русснефть», «Сургутнефтегаз», «Татнефть» и так далее. Я думаю, что таким образом мы эти отношения поставим на легальную основу.

Правительство будет следить, как эти соглашения исполняются. Если я увижу, что соглашения не действуют или размываются (неважно, какая компания это будет делать, в конечном счёте это всё равно будет видно по ценам, которые будут складываться у продавцов, покупателей, а самое главное – на бензоколонках, потому что именно эта цена волнует потребителей), тогда придётся принять решение, о котором я сказал, и подписать постановление о введении заградительных экспортных пошлин. Надеюсь, что до этого не дойдёт и что эти соглашения будут выполняться надлежащим образом. Вице-премьер Козак и министр Новак должны будут следить за исполнением этих соглашений.

Вопрос: На днях США ввели санкционный режим в отношении Ирана. Говорят о втором пакете санкций в отношении российских компаний. Какова позиция Правительства в части сотрудничества с иранскими партнёрами? Будет ли Правительство оказывать поддержку российским компаниям в случае, если на них будут распространены дополнительные санкции?

Д.Медведев: Такое ощущение, что, чем яростнее разгорается политическая борьба в Соединённых Штатах Америки, тем с большим остервенением они плодят какие-то санкции в отношении самых разных суверенных участников международного сообщества. Сегодня там состоялись выборы с определёнными результатами, которые можно по-разному рассматривать, но это их внутреннее дело. Очевидно, что всякого рода санкции, разговоры о санкциях в отношении Ирана, Российской Федерации, ограничениях по поставкам и введении пошлин и квот в отношении Европейского союза, Китайской Народной Республики – всё это делается для того, чтобы решить внутриполитические задачи, связанные с выборами в Конгресс, то есть в Сенат и Палату представителей, и получить заделы на будущее. Я сейчас даже не имею в виду конкретных участников политической борьбы, но это очень плохо, потому что это расшатывает международный режим. Об этом мы говорили здесь, в Китайской Народной Республике, об этом говорил Председатель КНР Си Цзиньпин. Об этом говорил я, выступая с трибуны, – о том, что в настоящий момент, по сути, заложена мина замедленного действия под режимы ВТО. Об этом говорили руководители ВТО и Всемирного банка, Международного валютного фонда. Потому что это очень плохо.

Теперь в отношении конкретных мер. Если говорить об Иране, никаких доказательств нарушения Ираном режима так называемой ядерной сделки не было и нет. Об этом говорил Президент нашей страны Владимир Владимирович Путин, об этом говорили другие участники международных отношений в этой сфере, об этом говорили европейцы. Тем не менее было принято это решение. К чему это приведёт? Совершенно понятно. То, что с таким трудом было сделано, может быть пущено под откос. Как я понимаю, терпение иранцев не беспредельно. Там эти решения вызывают народный протест. То, к чему мы так долго стремились, может быть разрушено буквально росчерком пера. Притом что, ещё раз подчёркиваю, никто, ни Соединённые Штаты Америки, ни наши партнёры в Израиле, доказательств того, что Иран ядерную сделку нарушил, не предъявили.

Санкции в отношении нашей страны я неоднократно комментировал. Здесь мне добавить нечего. Мы приспособились к различного рода ограничениям, они даже дают нам определённый простор для того, чтобы совершенствовать свою экономику, создавать новые хозяйственные механизмы. Поэтому ничего критичного не произойдёт, я в этом уверен. Но всё это неприятно и, конечно, заставит нас определённые решения принимать в случае необходимости, в том числе и по поддержке отдельных крупных компаний, если они окажутся под подобного рода санкциями. Безусловно, мы всё это выдержим, просто жалко, что на это приходится тратить силы.

Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 7 ноября 2018 > № 2785130 Дмитрий Медведев


Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 7 ноября 2018 > № 2785129 Дмитрий Медведев, Ли Кэцян

23-я регулярная встреча глав правительств России и Китая

Д.Медведев: «Китайская Народная Республика сегодня является крупнейшим внешнеторговым и инвестиционным партнёром нашей страны. В этом году мы выйдем на уровень 100 млрд долларов торгового оборота, который ещё лет 10–12 назад казался нам фантастическим. А сейчас мы уже говорим о других рубежах – о возможности выхода на 200 млрд долларов торгового оборота».

Выступление Дмитрия Медведева на 23-й регулярной встрече:

Уважаемый Премьер Государственного совета Китайской Народной Республики Ли Кэцян! Уважаемые коллеги, друзья!

Ещё раз сердечно всех приветствую на 23-й встрече глав правительств наших стран. Этот формат зарекомендовал себя очень хорошо. Он постоянно развивается и позволяет обсуждать самые разные вопросы. Как Вы справедливо сказали, это первая наша встреча после обновления составов правительств, поэтому коллеги, которые не были знакомы, познакомились и установили прочные отношения.

Сопредседатели комиссий доложат сегодня, что было сделано за год. Результаты хорошие. Действительно, наш товарооборот растёт. И, по всей вероятности, мы впервые за всю историю российско-китайских отношений преодолеем отметку в 100 млрд долларов торгового оборота. Но, как Вы только что справедливо сказали, это не финал, это явно не тот результат, на который мы должны ориентироваться как на заключительный. Мы способны нарастить товарооборот очень существенно, и такая цель поставлена. Мы можем говорить как минимум об удвоении торгового оборота.

Китай по-прежнему является для России самым крупным торговым партнёром. И мы это качество считаем определяющим для развития наших отношений. Результаты торгового взаимодействия, инвестиционного взаимодействия весьма неплохие, что особенно важно в контексте сложностей, с которыми сталкиваются наши экономики ввиду недружественных действий ряда стран, ввиду протекционистских решений, которые в последнее время принимаются отдельными государствами, и попыток разрушения международного торгового порядка. Нам нужно соединить усилия для того, чтобы международное регулирование в этой сфере сохранялось. Более того, оптимизировалось, развивалось.

Для этого наши ведомства будут работать, сотрудничать. Об этом мы говорили и в ходе прошедшей выставки импортных товаров в Шанхае. По каждому из направлений наши коллеги сейчас сделают соответствующие доклады.

Документы, подписанные по завершении 23-й регулярной встречи глав правительств России и КНР:

- Совместное коммюнике по итогам 23-й регулярной встречи глав правительств России и Китая;

- Протокол 19-го заседания Российско-Китайской комиссии по гуманитарному сотрудничеству;

- План развития сельского хозяйства Дальнего Востока и Байкальского региона России и Северо-Востока Китая;

- Меморандум о взаимопонимании между Министерством экономического развития Российской Федерации и Министерством коммерции Китайской Народной Республики по сотрудничеству в области торговли услугами;

- Меморандум между Федеральной таможенной службой (Российская Федерация) и Главным таможенным управлением Китайской Народной Республики о совершенствовании порядка проведения таможенных операций (таможенного оформления) и таможенного контроля в отношении товаров, перемещаемых в рамках международной электронной торговли;

- Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Китайской Народной Республики о сотрудничестве в области применения глобальных навигационных спутниковых систем ГЛОНАСС и «Бэйдоу» в мирных целях;

- Протокол между Федеральной службой по ветеринарному и фитосанитарному надзору (Российская Федерация) и Главным таможенным управлением Китайской Народной Республики о ветеринарно-санитарных требованиях при взаимных поставках молочной продукции между Россией и Китаем;

- Протокол между Федеральной службой по ветеринарному и фитосанитарному надзору (Российская Федерация) и Главным таможенным управлением Китайской Народной Республики о проведении инспекционного, карантинного, ветеринарно-санитарного контроля в отношении взаимных поставок замороженного мяса птицы между Россией и Китаем;

- Соглашение между Государственной корпорацией по космической деятельности «Роскосмос» и Китайской национальной космической администрацией о сотрудничестве в области мониторинга космического мусора и практического использования собранных данных;

Заявления Дмитрия Медведева и Ли Кэцяна для прессы:

Из стенограммы:

Ли Кэцян (как переведено): Только что мы с Премьер-министром Дмитрием Медведевым вместе провели 23-ю регулярную встречу глав правительств Китая и России. Это первая встреча после обновления состава наших правительств, она имеет очень важное связующее значение. Мы обменялись мнениями по взаимно интересующим вопросам нашего практического сотрудничества, а также международной и региональной обстановки. Определили дальнейшие приоритеты нашего сотрудничества. Выслушали доклады сопредседателей пяти межправительственных комиссий. В нашем присутствии подписан целый ряд важных документов. Можно сказать, что наша регулярная встреча прошла с продуктивно и эффективно. И мы – Китай и Россия – долгое время поддерживаем развитие двухсторонних отношений в здоровом русле. Такая регулярная встреча проводится уже в 23-й раз. Последние 22 года мы проводим эти встречи без перерыва. Это демонстрирует стабильность отношений наших стран, которые являются крупнейшими соседями. Это является благом не только для наших стран, но и для всего мира.

Наши отношения развиваются на достаточно высоком уровне. Такой уровень означает всесторонний, всеобъемлющий характер нашего сотрудничества. Но, конечно, такой беспрецедентно высокий уровень – это для нас не финал. Это говорит о том, что у нас огромное пространство для дальнейшего развития. В процессе общения мы сошлись в том, что у нас огромный нераскрытый потенциал. Китай и Россия как две крупные страны взаимодополняют друг друга. В этом году мы сможем выйти на 100 млрд долларов США двустороннего оборота торговли. Но такая цифра для нас, Китая и России, не слишком большая. Это позволяет нам ещё дальше раскрывать наш потенциал, чтобы вывести нашу торговлю и сотрудничество и двусторонние инвестиции на качественно новый уровень.

<…>

Д.Медведев: Начну со слов благодарности в адрес Премьера Госсовета КНР господина Ли Кэцяна, всех китайских друзей за гостеприимство и прекрасную организацию нашей работы на протяжении последних дней.

Мы начали с участия в первой Китайской международной импортной выставке, которая сейчас идёт в Шанхае. Это большое событие, мы рады были принять участие в этом мероприятии. Наши компании принимают участие в этой выставке. Прошли круглые столы, состоялся продуктивный обмен мнениями, в том числе по теме, которую только что затронул мой коллега. Она касается существующих международных режимов регулирования торговли, сохранения правил Всемирной торговой организации, реформирования Всемирной торговой организации и недопустимости нарушений, которые осуществляются отдельными странами путём введения необоснованных торговых барьеров, санкций или преференциальных режимов в тех случаях, когда это законом не разрешено. Здесь наши подходы едины. Как правильно было сказано, мы считаем, всё, что было сделано в этой сфере, должно способствовать глобальной торговле, глобальному обмену инвестициями, а не замыкаться в рамках отдельных стран или регионов, поскольку это препятствует развитию в целом.

Сегодня у нас была насыщенная программа. Мы с господином Ли Кэцяном провели переговоры в узком составе. И только что завершилась 23-я встреча глав правительств с участием делегаций. Подписан ряд межведомственных и межправительственных соглашений. Всё это показывает эффективность формата, который используется уже 23-й раз.

Что можно сказать по итогам?

Российско-китайские отношения находятся сейчас на подъёме, во многом благодаря уникальной системе этих контактов, активной работе наших коллег, которые практически весь год в этом направлении ведут деятельность. В результате Китайская Народная Республика сегодня является крупнейшим внешнеторговым и инвестиционным партнёром нашей страны.

Двусторонняя торговля активно растёт. В этом году мы выйдем на уровень 100 млрд долларов торгового оборота, который ещё лет 10–12 назад казался нам фантастическим. А сейчас мы уже говорим о других рубежах – о возможности выхода на 200 млрд долларов торгового оборота. Я думаю, что это вполне по силам нашим странам, если мы будем активно продвигать сотрудничество в согласованных сферах.

Мы договорились о ряде дополнительных шагов. Они касаются поддержки малого бизнеса, совершенствования электронной торговли, совершенствования системы расчётов. Конечно, мы продолжим работу по снятию барьеров в различных сферах, и не только в двустороннем формате. Очевидно, что очень важным направлением является то, что мы называем сопряжением двух проектов – Евразийского экономического союза и проекта экономического пояса Шёлкового пути. Напомню, что в этом году Евразийский экономический союз и Китай подписали соглашение о торгово-экономическом сотрудничестве.

У нас много инвестиционных проектов. Они касаются энергетики, нефти, газа, нефтепереработки, высоких технологий, включая пилотируемую космонавтику, спутниковые навигационные системы, создание новых материалов, IT, в том числе такое важнейшее направление, как создание искусственного интеллекта. Мы договорились, что обратим более пристальное внимание на такие сферы, как нефть и нефтепереработка, включая новые проекты, и на вопросы, связанные с развитием российского Дальнего Востока, включая переработку леса.

Хорошие перспективы в сельском хозяйстве. Мы увеличили экспорт российской продукции в Китай. Китайские партнёры работают в этом же направлении. Мы, конечно, заинтересованы в том, чтобы реализовать новые проекты, включая экспорт в Китай российской сои и целый ряд других направлений, имея в виду и развитие транспортно-логистических возможностей.

Гуманитарное сотрудничество развивается также по восходящей. Мы уже традиционно проводим перекрёстные годы, которые символизируют дружбу между нашими странами. За последнее время мы накопили здесь колоссальный опыт. В настоящий момент проходят годы, посвящённые межрегиональному сотрудничеству. Очевидно, что они пройдут с большим успехом и ознаменуются лучшими результатами экономического взаимодействия и взаимодействия в гуманитарной сфере.

Развиваются образовательные проекты, проекты в культурной сфере. Достаточно сказать, что сейчас в нашей стране получают образование 30 тысяч китайских студентов. В Китае – порядка 18 тысяч российских студентов. Очевидно, что в ближайшее время в таких программах студенческих обменов будут участвовать не менее 100 тысяч человек. Это хорошая цифра, это инвестиция в будущее, которую невозможно игнорировать.

Я ещё раз хотел бы поблагодарить Премьера Ли Кэцяна, всех китайских друзей за проведение этой встречи и пригласить в Российскую Федерацию для проведения 24-й регулярной встречи, которую мы планируем провести осенью следующего года.

Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 7 ноября 2018 > № 2785129 Дмитрий Медведев, Ли Кэцян


Россия > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 7 ноября 2018 > № 2785124 Владимир Мединский

Встреча с главой Минкультуры Владимиром Мединским

Владимир Путин провёл рабочую встречу с Министром культуры Владимиром Мединским.

В.Мединский: Хотел бы начать с нескольких музейных тем, которые мы реализовываем по Вашим поручениям, – их время подошло.

Первая – Владивостокская крепость. Как Вы помните, уникальный фортификационный объект: более 800 фортов, дзотов и так далее. Строилось в основном после Порт–Артура с учётом всех выводов, которые мы делали, превращая Владивосток в неприступную крепость как с моря, так и с суши. Даже в годы Первой мировой войны строительство не прекращалось.

Забросили при большевиках, при Сталине возобновили. К сожалению, в 90–е годы опять забросили. Сейчас этот комплекс находится в сложной системе владения.

Часть – Минобороны, часть у Минкультуры каким–то образом оказалась, часть – город Владивосток, и даже несколько фортов в частной собственности. Вы поручили разобраться, что можно с этим сделать, чтобы привести это в порядок.

Что мы предлагаем? Мы предлагаем – сейчас вот как это выглядит, это лучшее, что там сохранилось, – создать на базе этой крепости по севастопольскому образцу федеральный музей-заповедник, рассказывающий об истории.

И конечно, это прекрасное место для воспитания патриотизма, тем более что вся крепость построена русскими инженерами – довольно уникальный случай.

Пока мы готовили предложения, мы нашли заброшенное здание в центре Владивостока, уже привели его в порядок за внебюджетный счёт – это и будет музейный центр.

Мы в первой половине следующего года развернём экспозицию, рассказывающую об истории крепости, истории русской военной инженерной мысли. Это будет визит–центр, откуда будут формироваться экскурсии на форты. Форты все достаточно удалённые.

Далее постепенно, один за другим начиная с 2020 года мы будем превращать эти форты в объекты туристического, экскурсионного показа. Их не надо особо реставрировать. Там надо сделать навигацию, интересную программу, экскурсии, освещение.

Пример подобный есть – это форты Калининграда. Их меньше, и они все в черте города, поэтому там полегче. Вот, например, в таком форте частный музей сделал интереснейший музейный показ. Его сдали за символическую аренду, и там сейчас тысячи и тысячи туристов. Вот примерно нечто подобное можно сделать во Владивостоке, хотя, конечно, это процесс будет непростой.

Что для этого нужно организационно? Поддержать решение о создании отдельного музея-заповедника. Так как мы здание уже привели в порядок, в первый год мы найдём средства на его запуск в рамках лимитов Министерства культуры.

А дальше такая сумма понадобится ежегодно, которая будет большей частью идти как раз на музеефикацию и освоение этих новых фортов, а не на содержание аппарата.

В.Путин: Они уже и зарабатывать что–то будут, эти объекты?

В.Мединский: Конечно. Мы хотим, чтобы эти все форты зарабатывали, это тоже принципиальный момент. Если Вы такую модель решения поддерживаете…

В.Путин: Мне кажется это интересным.

В.Мединский: Вторая история – 75 лет Победы. Одна из самых страшных в мировой истории битв – Ржев. Вот здесь рядом с трассой Москва – Рига находятся эти поля, где полегло, по имеющимся оценкам, 1 миллион 300 тысяч наших солдат.

Мы несколько лет каждый год силами Министерства обороны и Военно-исторического общества проводим там поисковые экспедиции, до 500 солдат каждый год мы достаём из–под земли, опознаём, перезахораниваем, то есть это число растёт ежегодно.

И сражение это по известным политическим причинам никогда у нас особо не афишировалось, всегда будучи в тени Сталинграда. Собственно, они взаимосвязаны, эти битвы.

Что мы предлагаем? 248 человек осталось жителей Ржева к концу сражения, представляете, из 50–тысячного города. Родилась общественная инициатива, её поддержало сначала Союзное государство, а потом уже присоединились мы: создать мемориал-памятник советскому солдату, своей грудью защитившему Москву под Ржевом.

Проводили год конкурс, родился такой интереснейший проект. Он потом прошёл общественное обсуждение, экспертизы, был вывешен в интернете, встретил, на мой взгляд, удивительную общественную позитивную поддержку.

Собственно, мы ничего не просим, кроме Вашего принципиального одобрения. Соорудим всё своими силами, привлечём внебюджетные средства, поможет, думаю, Союзное государство как инициатор этого проекта.

Если Вы поддержите, мы готовы заложить на следующей неделе камень в основание этого монумента.

В.Путин: Конечно, очень правильное, хорошее и своевременное решение.

В.Мединский: Спасибо за поддержку, Владимир Владимирович.

В.Путин: Памятник красивый, необычный.

В.Мединский: И ещё одна Ваша идея, которая подошла к степени реализации. Вы когда–то, года три назад, обратили моё внимание на разрушенную усадьбу в самом центре Москвы. Она была в таком состоянии…

Это её первый этаж, его просто не было, провал. Все просили бюджетных денег на её восстановление и превращение в какой–то очередной бюджетный объект.

Мы тогда предложили сделать из неё образцовый общественный музей, который бы содержался за счёт средств общественной организации и был бы примером неформального, неогосударствлённого подхода к музейной и популяризаторской деятельности.

Родилась идея создания на базе этой усадьбы музея военной формы, тем более в этой усадьбе исторически жили поколения офицеров. Сейчас она уже в таком виде, за эти два с небольшим года.

В.Путин: Красивая усадьба.

В.Мединский: Мы планируем к маю оборудовать музейное помещение, это будет первый в мире музей, рассказывающий всю историю нашей русской военной формы от кольчуги до формы спецназа ГРУ.

Конечно, мальчишка, придя туда, должен понимать, что это не только почётно – служить в армии, но и красиво. Это действительно здорово.

В.Путин: Думаю, что желающих будет много.

В.Мединский: Знаете, когда наши французские коллеги узнали об идее такого музея, они тут же предложили образцы французской военной формы туда привезти и показывать на выставках, и даже именную шпагу графа де Тревиля хотят у нас экспонировать – он всё–таки маршал Франции.

Владимир Владимирович, я бы Вас пригласил, если Вы найдёте время в графике, где–то поближе к 9 мая, на торжественное открытие музейной экспозиции.

В.Путин: Очень интересно, спасибо большое.

Россия > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 7 ноября 2018 > № 2785124 Владимир Мединский


Россия > Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 7 ноября 2018 > № 2785123 Алексей Репик

Встреча с главой «Деловой России» Алексеем Репиком

Владимир Путин провёл рабочую встречу с президентом Общероссийской общественной организации «Деловая Россия» Алексеем Репиком.

В.Путин: Добрый день, Алексей Евгеньевич!

«Деловая Россия» – одна из наиболее авторитетных организаций, объединяющих предпринимателей.

Вы знаете, что совсем недавно я был на «Опоре России». Повторять некоторые вещи бессмысленно, а вот послушать Вас по поводу того, что обсуждается, как обсуждается, какие ожидания есть у Ваших коллег в отношениях с органами власти, – это было полезно и интересно.

Мы с Вами в постоянном контакте, тем не менее всегда возникают какие–то вопросы наиболее актуальные, наиболее важные на данный момент времени.

А.Репик: Уважаемый Владимир Владимирович!

Мы готовились к XIV съезду и в процессе подготовки провели серьёзную череду консультаций, пытаясь определить возможную роль бизнеса в реализации национальных целей, поставленных Вами майским Указом. И заодно посмотреть, какие есть барьеры, для того чтобы максимально эффективно использовать именно потенциал предпринимателей, делового сообщества, пытаться делать нашу страну сильнее, конкурентоспособнее, лучше.

В этой части «Деловая Россия» проработала целый набор инициатив. Хотел бы ряд из них Вам сегодня изложить, послушать Ваши комментарии по этому поводу.

Во-первых, хочу сказать, что сама идеология, заложенная в национальных целях, а также беспрецедентный размер ресурса, который направляется именно на то, чтобы наша страна стала сильнее, на будущее, сама по себе требует максимально эффективной, собранной работы как со стороны государства, так и со стороны бизнеса. В этой части мы очень ответственно относимся к своему вовлечению в этот процесс.

В первую очередь это касается возможности государству эффективно расходовать бюджетные средства через повышение конкуренции и более активное участие именно российских компаний в реализации национальных целей.

На сегодняшний момент, к сожалению, мы считаем, что система могла быть более эффективной при условии более чёткого планирования долгосрочных задач – тем более у нас система национальных проектов это подразумевает – и заблаговременного осуществления всех необходимых процедур.

Например, конкурсных процедур, для того чтобы компании могли, в том числе с помощью институтов развития, Корпорации по поддержке малого и среднего предпринимательства, очень активно сейчас работающей, Фонда развития промышленности, обновить свою производственную базу, построить технологические процессы. И, соответственно, сами участвовать в реализации государственных задач, а не отдавать этот очень важный и конкурентный рынок зарубежным компаниям.

В этой части, если разнести процедуру заключения контрактов, конкурсные процедуры, и срок начала реализации хотя бы на шесть месяцев, там, где это несрочные закупки, больше российских компаний будет вовлечено в процесс. И мы сможем в том числе приблизиться к задаче по росту нашей экономики и, соответственно, вхождению в пятёрку ведущих мировых экономик.

Второй блок – и я считаю, что это не менее важно, и об этом сейчас говорит бизнес всё громче и громче – это предсказуемость условий ведения бизнеса, в том числе предсказуемость такой важной меры, как государственная поддержка.

Потому что и в промышленности, и в туризме, и в сфере услуг государство стимулирует предпринимателей больше вкладывать в новые производства, в новые рабочие места.

В то же время это эффективно, это по–настоящему работает только в одном случае: если эта поддержка стопроцентно гарантирована. Потому что если ты не можешь в своём бизнес–плане учесть те самые обещанные меры поддержки, ты по большому счёту на них не ориентируешь уже свой процесс, и в подобном случае вся эта государственная поддержка фактически окажется бесцельной, лишней тратой бюджетных средств.

В этом плане сейчас у нас есть целый ряд сигналов, что обещанные, скажем, меры поддержки как в области сельского хозяйства, так и в области промышленности, поддержки экспортёров, которые начали в том числе нашу машиностроительную продукцию продавать на внешние рынки…

Поскольку меры поддержки пересматриваются или выполняются не в полном объёме, нам нужно настроить систему таким образом, чтобы то, что обещано, реализовывалось, и тогда под это будут в большей степени ориентироваться и финансовые институты, и сами предприниматели больше инвестировать в новые проекты.

Ещё один очень, мне кажется, положительный фактор, про который мы говорили при подготовке к съезду, – это новые сферы, в том числе и экспортные. В первую очередь хотел бы обратить внимание на туризм.

Вы очень часто в выступлениях упоминаете успехи нашего сельского хозяйства, агропромышленного комплекса. Кстати, «Деловая Россия», по крайней мере наши представители именно агропрома передают Вам за это всегда благодарность. Их успехи действительно видны. Вы говорите часто, что экспорт сельскохозяйственной продукции у нас превысил экспорт вооружения.

Хочу сказать, что следующая большая вещь в этом плане – это въездной туризм. После чемпионата мира уже сейчас девять миллиардов долларов – это объём въездного туризма. Мне кажется, что он посоревнуется и посоперничает и с нашими сельхозпроизводителями, и с нашими технологическими компаниями.

Здесь важно что? Здесь нужно, конечно, учитывать при планах развития инфраструктуры необходимость тех задач, которые стоят именно по удобству, транспортному и вообще инфраструктурному, использования объектов, нужно с бизнесом согласовывать градостроительные планы, нужно чётко понимать, где что можно, а где что нельзя.

В конечном счёте вполне справедливо также субсидировать процентные ставки по кредитам, которые направляются на строительство новых интересных туристических рекреационных объектов, потому что всегда мы говорим, что есть льготные кредитные ставки и дешёвые деньги для строительства фабрик, а ведь хорошая гостиница или хороший концертный зал – такая же фабрика, просто услуг, и, в общем–то, не меньший генератор успешных экспортных проектов.

Наряду с туристической сферой очень большим блоком мог бы быть вообще экспорт услуг. У нас сейчас, к сожалению, не определён в Налоговом кодексе, пока нет чёткой дефиниции, экспорт услуг в отличие от наших конкурентов – европейских стран, даже ряда стран БРИКС.

И в этой части получается, что в отличие от экспорта товаров мы становимся менее конкурентоспособны, потому что, например, налог на добавленную стоимость, к сожалению, взимается как за границей, так и здесь, дома, а вычет по НДС применять компании российские не могут. И я бы тоже просил Вас от лица наших предпринимателей на этом заострить внимание Правительства, посмотреть, поручить проработать.

Ещё хотели, конечно, обрадовать Вас, что в России всё больше и больше становится интересных проектов, связанных с НИРами, НИОКРами, появлением продуктов интеллектуальной деятельности – это хороший знак. Это говорит о том, что наконец появляется эта смычка между наукой и предпринимателями, и экономикой.

Но в этом контексте, конечно, очень важно не допустить здесь офшоризации, перевода этих прав интеллектуальной собственности во всякие льготные и, скажем так, безналоговые юрисдикции.

Для этого предлагаются различного рода эксперименты, в том числе эксперименты, связанные с льготными ставками обложения экспорта результатов интеллектуальной деятельности при условии, что он находится в России. Но сейчас, в общем–то, этот экспорт, к сожалению, ведётся из офшорных юрисдикций.

Мне кажется, что если мы посмотрим на опыт других стран – Соединённых Штатов, Европейского союза – в части использования такого инструмента, как так называемый patent box, «патентная коробка», может быть, это позволит нам получить дополнительные доходы бюджета уже сейчас.

Эти инициативы и ряд других у нас сейчас на повестке. Наверное, больше всего, если говорить количественно, при подготовке съезда активность проявляли представители строительного сектора.

Все нелегко переживают переход на новую форму финансирования, уход от долевого финансирования к проектному. В этом контексте одной из важных для них мер является возможность учитывать в составе своих расходов объекты инфраструктуры, безвозмездно передаваемые государству, потому что хочется делать хорошо, хочется строить и социальную инфраструктуру, и инженерную на высоком уровне.

Доходность у застройщиков, конечно, резко упадёт, и придётся поделиться с банками в рамках перехода на проектное финансирование. В этой части, по крайней мере на переходный период, просили бы Вас посмотреть на этот вопрос с точки зрения возможной поддержки наших застройщиков.

В.Путин: Прежде всего хотел бы Вас поблагодарить за то, что Вы выбрали такую тему, как поддержка и совместное участие в реализации национальных проектов, потому что, только объединяя усилия, – я уже об этом говорил, в том числе публично – мы можем добиться нужного всем нам результата, именно всем нам: и бизнесу, и государству в целом. То, что Вы сосредоточили своё внимание именно на этих направлениях, это чрезвычайно важно, и считаю, что это ценно, и хочу Вас за это поблагодарить.

Теперь по конкретным направлениям, мы сейчас поговорим подробнее, но согласен с Вами в том, что если государство обещает какую–то поддержку, то оно должно свои обещания выполнять. Иначе мы ставим бизнес в очень сложные условия.

Дело даже не в том, что чего–то недодали, а дело в том, что проект разваливается в этой связи. Ведь эта поддержка связана с тем, что люди, имея в виду, что она будет, берут кредитные ресурсы, выстраивают свои бизнес–планы, а когда она исчезает, рассыпается весь бизнес–проект. Я это прекрасно понимаю, уже неоднократно с этим сталкивался, люди об этом говорят.

Что касается другой важной темы – строительства: чрезвычайно важная вещь, очень тонкая и чрезвычайно чувствительная и для экономики в целом, и для строительной отрасли в частности, и для людей.

Нам нужно добиться того, чтобы у нас не было серьёзных сбоев в объёмах строительства – это задача номер один.

В то же время нам нужно обеспечить безусловные интересы граждан, которые не должны страдать от различных схем или даже от отсутствия таковых, от того, с чем связаны риски долевого строительства. Нам нужно от этого уходить и переходить, безусловно, к современным рыночным способам регулирования в этой сфере.

Здесь тоже важна поддержка государства, здесь нужны понятные, прозрачные процедуры, объёмы этой поддержки и способы её доведения до отрасли должны быть понятны. Об этом, надеюсь, ещё предстоит серьёзный разговор с Правительством. Но хочу, чтобы Вы знали: я настроен именно на такую совместную работу.

Россия > Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 7 ноября 2018 > № 2785123 Алексей Репик


Казахстан > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 6 ноября 2018 > № 2788254 Айгуль Омарова

Гендерный шовинизм. Почему среди глав регионов Казахстана нет женщин?

«У нас 10 процентов политических должностей занимают женщины, но мы не видели ни одну женщину - акима области. Очень мало их на уровне районных акимов, хотя статистика показывает, что казахстанские женщины - это высокообразованные и компетентные специалисты». Такой вывод озвучила недавно ассистент-профессор Высшей школы государственной политики «Назарбаев Университета» Салтанат Джаненова. В причинах этого мы попытаемся разобраться вместе с политологом Айгуль ОМАРОВОЙ.

Мужской круг

- Айгуль, может ли, на твой взгляд, женщина в Казахстане возглавить регион?

- Конечно, может. У нас есть успешные примеры женщин-министров, и я не вижу причин, мешающих женщине возглавить область.

- Но далеко не все представительницы слабого пола, занимавшие высокие посты, проявили себя с хорошей стороны…

- Женщины у нас в основном назначаются в ведомства, курирующие социальную сферу - трудоемкую и зачастую невыигрышную с карьерной точки зрения. И, надо заметить, они в целом справляются с поставленными перед ними задачами. Возьмем, к примеру, Тамару Дуйсенову, которая в недавнем прошлом возглавляла Министерство труда и социальной защиты населения. Она – трудяга. И даже те, кто любит критиковать представителей власти, признают, что Дуйсенова была на своем месте. Она знала каждую букву закона, как рыба в воде, ориентировалась в нормативно-правовых актах, имеющих отношение к курируемой ею отрасли, до копейки вникала в бюджет, а главное – могла спокойно разъяснить всем и каждому причины и последствия тех или иных новшеств и изменений. Как раз таки этого умения не хватает большинству наших чиновников, и потому многие шаги, предпринимаемые властью, не находят должного отклика у населения. А еще главы министерств и ведомств разучились проводить имиджевую политику. Дуйсенова ею, конечно, тоже не занималась, но у нее была заместитель – Светлана Жакупова, которая с этой задачей справлялась на все сто процентов. И дуэт двух женщин давал неплохие результаты.

- Но Дуйсенова, как мы знаем, не удержалась в кресле министра, а другую столь же ответственную должность ей уже не предложили…

- Увы, это обычное дело не только в нашей стране, но и на всём постсоветском пространстве, а, может, и в мире. Если человек не просто добросовестно исполняет свои обязанности, но и выводит курируемую отрасль на надлежащий уровень, то его сразу переводят на другую должность. А надо бы, чтобы человек лет пять проработал, закрепил всё, что сделал. Может быть, я ошибаюсь, но, скорее всего, Тамара Дуйсенова стала жертвой очередных клановых войн, когда понадобилось найти «стрелочника». Естественно, под удар попала женщина. Гендерный шовинизм у нас, ох, как процветает. Возможно, вы скажете, что в моих словах отсутствует логика: дескать, одну женщину сменила другая. Но посмотрите: пришедшая вместо нее Мадина Абылкасымова не имеет опыта работы именно в этой сфере, соответственно рано или поздно ей тоже могут предъявить претензии. То есть, позиции нового министра изначально шаткие.

- Но ведь на самом деле можно привести массу примеров, когда КПД женщин на руководящих постах вызывает вопросы…

- Не спорю. Даже на примере одного ведомства можно увидеть, что одни успешно справляются с возложенными на них обязанностями, а другие – нет. Взять ту же Мадину Абылкасымову. Ничего дурного сказать про нее не хочу, но, очевидно, что она даже не может внятно объяснить то, чем занимается. Но это вовсе не повод ограничивать женщин в их продвижении по карьерной лестнице – в среде мужчин-руководителей ситуация точно такая же: одни «горят на работе», другие просто «отсиживают срок».

Что главное, например, для акима? Грамотно и эффективно использовать денежные средства, соблюдая режим адекватной экономии. Но ведь именно женщины знакомы с этими премудростями чуть ли не с пеленок. В подавляющем большинстве случаев именно они рулят семейными бюджетами, умудряясь даже при небольших ежемесячных доходах сводить дебет с кредитом – кормить и лечить домочадцев, одевать их, оплачивать коммунальные услуги. Такому в зарубежных вузах вряд ли научат… Вот и получается, что у нас чуть ли не каждая представительница прекрасного пола – талантливый менеджер.

Время выдвигать

- Но не бюджетом единым жив аким…

- Прежде всего, он должен знать нужды народа, оперативно реагировать на поднимаемые им вопросы. Но дело в том, что у нас гражданское общество не развито, обратная связь с населением у власти практически отсутствует. Причем многие акимы не понимают важности и необходимости налаживания такой связи, что является их стратегической ошибкой. Рано или поздно накапливаемое сегодня в народе недовольство прорвется наружу. Смикшировать его, снизить накал страстей под силу опять-таки именно женщинам. Поэтому сейчас самое время выдвигать их на должности акимов, да и не только акимов.

Я вовсе не собираюсь пропагандировать матриархат, но все же в нашей стране женщин больше, чем мужчин, и пора дать им возможность принимать решения, причем не только в социальной сфере. А то получается, что мы со своими представлениями об их неспособности руководить регионами и отраслями не можем догнать даже Иран. Это лишь досужие разговоры, что женщины там никто. На самом же деле представительницы прекрасного пола в Иране заседают в парламенте, занимают высокие должности, а три из них являются вице-президентами страны. У нас же, стыд и позор, в 146 акиматах районного значения должность акима занимают всего три женщины.

- Но вернемся к нашим реалиям. Каким же образом женщины, заняв посты акимов, смогут остановить волну накопившего в обществе раздражения?

- Благодаря житейской мудрости и смекалке. Приведу такой пример. Одна моя знакомая, человек по натуре резкий и за словом в карман не лезущий, ради дела сумела наладить отношения с так называемыми «хозяевами жизни» - снобами и хамами. Когда я поинтересовалась, как ей это удалось, она ответила: «Я включаю в разговоре с ними материнский тон». И это работает, я сама видела. Если женщина-аким в процессе выстраивания взаимоотношений, как с населением, так и с центральными органами власти, будет умело использовать этот самый материнский тон, она горы свернет. Она будет стараться найти свой подход к каждому человеку, к каждой проблеме. И, поверьте, найдет.

- А если не справится?

- Не справится – наказывайте. И спрашивать с них надо точно так же, как с мужчин – тут тоже не должно быть деления. Вот и все. Хватит проявлять гендерный шовинизм! А он у нас сплошь и рядом. Буквально на днях наблюдала ситуацию, когда мужчина – модератор «круглого стола» - не останавливал выступления мужчин даже тогда, когда они несли откровенную пургу, зато если женщина хоть на секунду превышала временной регламент, он в грубой форме прерывал ее. Гендерный шовинизм глубоко засел в наших чиновниках.

- Но только ли он всему виной? Может, подавляющему большинству женщин борьба за власть неинтересна в принципе и у них другие карьерные предпочтения?

- Конечно, есть женщины, как, собственно, и мужчины, которым претит работа на госслужбе. Но немало и тех, кто готов попробовать себя на этом поприще. Почему бы им не дать такой шанс? Вспомните, кто в постсоветский период организовал в Казахстане первую партию по классическому образцу? Женщина. Кто тот единственный из бывших министров здравоохранения, кого казахстанцы вспоминают сегодня добрым словом? Опять же женщина – к сожалению, ныне покойная. И таких примеров немало. Но эти примеры свидетельствуют и о другом - о том, насколько для толковых и деятельных женщин со здоровыми амбициями опасно проявление какой-либо инициативы. Они рано или поздно встают поперек горла у мужчин.

- И что, женщинам всю жизнь придется отсиживаться в кустах?

- Сама собой ситуация, конечно же, не рассосется. Вода под лежачий камень не течет, поэтому женщинам самим нужно проявлять инициативу и активность. По мере развития гражданского общества, увеличения числа женских организаций, защищающих интересы прекрасной половины (хотя я и противник разделения по гендерному принципу, но в данном случае это необходимость), отношение к женщинам и их начинаниям будет меняться. Но нужна смелость для того, чтобы сегодня сделать первый шаг.

Инстинкт самосохранения

- Хорошо, давайте поговорим о другом. Что способна дать региону женщина, занявшая пост акима? Как она может повлиять на его развитие?

- Приход женщины на такую должность, как бы это ни показалось смешным, может напрямую повлиять на демографическую ситуацию в регионе. Как мать (состоявшаяся или будущая) она будет акцентировать внимание, прежде всего, на здравоохранении, образовании, культуре, вопросах социальной поддержки населения, что продиктовано самой женской природой. В приоритете будут семья, ее достаток. А это, как ни крути, и есть та самая стабильность, отсутствие которой зачастую препятствует росту рождаемости.

- Недавно одна из казахстанских социологов заявила, что ВВП и уровень коррупции в стране напрямую коррелируют с количеством женщин-управленцев. Не напоминают ли такие параллели сравнение мухи с вертолетом?

- Что касается зависимости между гендерным равенством и размером ВВП, то она вряд ли существует. А вот относительно снижения уровня коррупции от присутствия женщин на руководящих должностях, то тут, пожалуй, соглашусь. Конечно, они тоже могут брать взятки и пользоваться служебным положением для извлечения личной выгоды, но у них в большей степени, чем у мужчин, развиты инстинкт самосохранения и чувство ответственности за будущее своих семей. И прежде всего за детей, которые могут остаться без матери, если она преступит закон, и ее поймают за руку. Этот фактор всегда будет удерживать женщин-руководителей от опрометчивых шагов.

- Не просядут ли при акиме-женщине экономические показатели?

- С чего это? У нас практически везде работают преимущественно заместители, а первые лица госорганов осуществляют лишь общее руководство. Почему с приходом женщины что-то в этой схеме должно измениться? Аким – стратег, а его заместители – управленцы, реализующие стратегию. Но, конечно, выдвигать женщин на должности акимов нужно, исходя исключительно из их деловых качеств и уровня компетенции.

- Кто из наших женщин, на ваш взгляд, может хоть завтра возглавить какой-либо регион?

- Очень жаль, что по возрасту не может стать акимом Айткуль Самакова. Для меня это кандидатура номер один. По-разному можно относиться к Загипе Балиевой, но деловые качества и опыт работы тоже делают ее потенциальным кандидатом на такой пост. Не могу не упомянуть и Даригу Нурсултановну, хотя многие и расценят это как подхалимаж. Еще одна достойная, на мой взгляд, женщина – депутат мажилиса Гульнара Иксанова. Добавлю в этот список мажилисмена Майру Айсину. Все они, как мне кажется, способны не только возглавить регионы, но и вывести их в число передовых.

- Но не логичнее будет привлечь на эти посты женщин из бизнеса, таких, как Умут Шаяхметова? Думается, они быстрее и легче справятся с задачами, стоящими перед акимами…

- Не соглашусь. Такие предположения хороши лишь в теории, практика же изобилует фактами, говорящими об обратном. Как я могу ратовать за то, чтобы Шаяхметова возглавила какую-либо область, если возглавляемый ею банк при всех тех ресурсах, которые в него вливаются, не блещет ни сервисом, ни качеством банковских продуктов? Она - красивая, обаятельная и, очевидно, умная женщина. Это важно, но недостаточно для того, чтобы занять ключевой пост в системе государственной власти.

Выловить для госcлужбы «золотых рыбок» из бизнес-среды, честно говоря, непросто. Кроме госпожи Молдахметовой, которая давно работает в России и действительно могла бы управлять регионом, пожалуй, и назвать некого.

Автор: Асель Омирбек

Казахстан > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 6 ноября 2018 > № 2788254 Айгуль Омарова


Россия. Таиланд > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 6 ноября 2018 > № 2786695

Кирилл Барский, посол России в Таиланде с августа 2014 по ноябрь 2018 года, завершил работу в этой стране. О развитии российско-таиландских отношений в последние четыре года, о наиболее важных событиях этих лет и впечатлениях, которые он увозит с собой на родину, дипломат рассказал в беседе с корреспондентом РИА Новости Евгением Беленьким.

— Последние несколько лет отличаются от предыдущих периодов в российско-таиландских отношениях ускоренным развитием двустороннего сотрудничества в целом ряде областей. Эти годы пришлись на вашу работу в качестве посла России в Таиланде. В каких именно областях сотрудничества, по вашему мнению, были достигнуты наилучшие результаты?

— Нет такого направления двусторонних связей, где мы за эти годы не продвинулись бы вперед. Естественно, в каких-то областях удалось сделать больше, в каких-то результаты скромнее. Но общая картина может быть поводом для гордости: сегодня мы вправе говорить о том, что по уровню взаимодействия, помноженного на стремление к укреплению сотрудничества, Россия и Таиланд находятся на пути к формированию подлинного стратегического партнерства.

К числу наиболее значимых достижений я бы отнес прежде всего завязывание между Россией и Таиландом более тесного торгово-экономического сотрудничества. За эти годы мы, может быть, не увидели взрывного роста товарооборота и инвестиционного сотрудничества, но важнее абсолютных цифр тенденция устойчивого роста, которую приобрела наша двусторонняя торговля. Основную роль в этом, конечно же, сыграли не посольство и торгпредство — их роль была вспомогательной, а деловые круги наших стран. Достаточно отметить активизацию инвестиционных усилий компании CP Group по развитию российского агропрома, расширяющееся сотрудничество между таиландским энергетическим монополистом РТТ и российскими нефтегазовыми компаниями, наращивание взаимных поставок сельхозпродукции и увеличение ее доли в общем товарообороте. Был реорганизован и возобновил работу Российско-таиландский деловой совет, нашедший надежных партнеров в лице Таиландско-российского делового совета и Таиландско-российской торговой палаты. Именно в торгово-экономической области следует ожидать новых результатов в ближайшие годы на благо экономик России и Таиланда.

Еще одной важной сферой, где мы за последние годы существенно продвинулись вперед, стали военные связи и военно-техническое сотрудничество. Помимо значимости этого измерения межгосударственных отношений с точки зрения укрепления региональной безопасности и национальной обороноспособности, это еще и важнейший показатель взаимного доверия.

В области культурно-гуманитарного сотрудничества минувшие годы были периодом небывалого успеха, который сопутствовал в Таиланде российским танцорам, музыкантам, художникам, фотографам, кинорежиссерам. Только представьте себе: за эти четыре года на бангкокских подмостках выступили семь ведущих российских театров оперы и балета, здесь гастролировали наши лучшие джазовые коллективы, выставляли свои работы талантливые российские живописцы, проводились московские культурные фестивали, показывались новинки отечественного кино. Особенно дорогим для меня проектом стала организация в 2016 году уникальной выставки фотографий председателя правительства Российской Федерации Дмитрия Медведева. Больше узнать о самобытной культуре Таиланда благодаря успешным культурным проектам смогли и россияне — это и представление традиционного танцевального театра масок "Кхон" на сцене Мариинского театра, и полюбившиеся москвичам ежегодные фестивали культуры Таиланда в Сокольниках, и многое другое.

Наконец, среди наших достижений нельзя не упомянуть бурно развивающийся туризм как наиболее реальное воплощение контактов между людьми и свидетельство истинного отношения народов двух стран друг к другу. После спада турпотока из России в Таиланд в 2015 году, спровоцированного резким падением цен на нефть и возникшими в результате экономическими трудностями, на протяжении последних трех лет число российских туристов, посещающих Таиланд, неуклонно росло и по итогам нынешнего года может превысить 1,6 миллиона человек. Это говорит о том, что Таиланд был и остается излюбленным местом отдыха россиян, не знающим в этом регионе конкурентов.

Но еще больше меня порадовала статистика роста посещений России подданными Таиланда: только за первую половину 2018 года количество тайских туристов, побывавших в нашей стране, увеличилось на 60 с лишним процентов! Тайцы перестали бояться Россию, которую они долгие годы ошибочно считали холодной, негостеприимной страной, в них проснулся искренний интерес к нашей культуре, истории, достопримечательностям. Причем интерес не только к Москве и Санкт-Петербургу, но и к малым городам, к Сочи, Крыму, русскому Северу, Сибири и Дальнему Востоку. Вижу в этом изменении настроений в том числе и результат работы посольства на ниве того, что называется "мягкой силой".

- Кирилл Михайлович, а как, по вашему мнению, изменилось отношение тайцев к России на государственном уровне и на уровне общения между простыми гражданами за последние 4-5 лет?

— За минувшие годы изменилось многое — и в том, что касается официальных, межгосударственных отношений, и в части контактов между людьми. Приведу некоторые цифры, которые говорят о многом: начиная с 2014 года мы явились свидетелями двух российско-таиландских встреч на высшем уровне, обменялись визитами глав правительств наших стран, дважды Таиланд посетил секретарь Совета Безопасности Российской Федерации, а в России дважды побывал министр обороны Таиланда. Визиты наносят друг другу не только военачальники: за эти годы в Королевстве Таиланд пять раз принимали отряды боевых кораблей Тихоокеанского флота ВМФ России. Возобновилась деятельность Рабочей группы по сотрудничеству в области безопасности. Налажены интенсивные межпарламентские связи. На регулярной основе осуществляются обмены по линии Верховных судов двух стран. Образцовым можно считать взаимопомощь правоохранительных органов России и Таиланда в сфере борьбы с преступностью, противодействия наркоугрозе и коррупции. По итогам состоявшегося в июле 2015 года 6-го заседания Смешанной российско-таиландской комиссии по двустороннему сотрудничеству созданы рабочие группы по энергетике, межбанковскому сотрудничеству и туризму. Начата подготовка к учреждению российского Генерального консульства на Пхукете, открыт и уже вовсю работает офис почетного консула России на острове Самуи.

Вы спросили про общение между простыми гражданами, общественностью наших стран. Предложил бы взглянуть на эту проблему через призму того, как происходит самоорганизация тех сил в России и Таиланде, которые находятся на переднем крае культурно-гуманитарного сотрудничества. В последние годы мы наблюдаем здесь то, чего раньше не было. Таиландские парламентарии сформировали в рамках Национальной законодательной ассамблеи авторитетную по составу Группу дружбы с Россией, а в Государственной думе функционирует Группа по связям с парламентами стран АСЕАН. В Нижегородском лингвистическом университете им. Добролюбова открылся Центр тайского языка и культуры, а в Таммасатском университете Бангкока — Центр изучения России и стран СНГ. В Бангкоке возобновила работу Ассоциация выпускников советских и российских вузов. Учреждена Ассоциация по развитию российско-таиландских культурных, научных и экономических связей. Под эгидой нашего посольства создан российско-таиландский туристический клуб.

Не могу не сказать несколько слов о том, чем живет российская диаспора в Таиланде. Дело в том, что проживающие здесь россияне не только занимаются бизнесом (а значит, и содействуют развитию экономики королевства, в виде налогов приносят доход в таиландскую казну, создают рабочие места), но и несут населению Таиланда русскую культуру, рассказывают о нашей православной вере, ведут активную благотворительную деятельность, помогая местным больницам, школам, детским домам. На наших глазах расширяются масштабы работы российских танцевальных школ, балетных классов, музыкальных студий, множатся, как грибы после дождя, образовательные проекты. На тайской земле только за последние четыре года построены и освящены два новых православных храма — в Чиангмае и на острове Пханган (их общее число уже достигло 11), по-новому засиял после ремонта бангкокский Святониколаевский собор, стало просторнее в храме Всех Святых в Паттайе. Значительно выросла и православная община Таиланда.

А сколько тайцев сегодня стремятся учить русский язык! Ежегодно число поступающих на отделения русского языка ведущих таиландских вузов исчисляется сотнями. Кружки русского языка открываются в средних школах по всему Таиланду. Самый большой из них — Русский центр в городе Каласин на северо-востоке страны. Недавно мне рассказали, что к разработанной преподавателями-русистами Чулалонгкорнского университета онлайн-программе начального курса русского языка уже подключилось более полутора тысяч пользователей.

Люди — русские и тайцы — тянутся друг к другу, для меня это совершенно очевидно и очень отрадно.

— Какую роль, по вашему мнению, сыграли в развитии российско-таиландского сотрудничества происходившие в эти годы события на международной арене, та сложная международная обстановка, которая сложилась к сегодняшнему дню?

— Последние четыре с половиной года стали серьезным испытанием не только для России, на которую западные страны обрушили шквал нелигитимных санкций, но и для Таиланда. После того, как военные взяли в мае 2014 года ситуацию под свой контроль и тем самым, по сути, спасли страну от острого гражданского конфликта, те же лукавые "блюстители демократии" — США и Евросоюз — ввели против Таиланда жесткие рестрикции. Фактически наши страны оказались в схожем положении: нам пришлось столкнуться с беспрецедентными попытками вмешательства в наши внутренние дела со стороны тех, кто еще недавно называл себя нашими добрыми партнерами.

Тайцы — гордые люди. Это независимая нация с обостренным чувством собственного достоинства. Народ Таиланда никогда не согласится, чтобы кто-то за него определял внутреннюю и внешнюю политику королевства. В этом мы, Россия и Таиланд, очень похожи. Отсюда-то, наверное, и наша историческая тяга друг другу. В этом смысле сложившиеся международные реалии можно считать дополнительным фактором, способствовавшим российско-таиландскому сближению, которое мы сейчас наблюдаем.

На Россию сегодня оказывается мощное давление, но здесь, в дружественном Таиланде мы этого не чувствуем. Обратите внимание: правительство Королевства Таиланд не только не присоединилось к антироссийским санкциям, но, напротив, нацелено на всемерное развитие сотрудничества с Москвой.

Таиландские предприниматели ищут новые возможности для развития двусторонних торговых связей, работают над серьезными инвестиционными проектами. Местные средства массовой информации либо откровенно доброжелательно относятся к России, либо по меньшей мере не отказывают тем, кто хотел бы изложить взгляды и оценки, противоположные русофобскому мейнстриму Запада.

В целом должен сказать, что по моим наблюдениям к русским в Таиланде всегда относились хорошо, а в последние годы стали относиться еще лучше.

— На 2017 год пришлось празднование 120-летия дипломатических отношений между двумя странами. Как мероприятия, связанные с этим, способствовали дальнейшему развитию сотрудничества? Насколько события истории являются катализатором развития отношений сегодняшнего дня? Как этому может способствовать предстоящее в 2021 году 130-летие визита цесаревича Николая Александровича в Сиам в 1891 году?

— История наших отношений с Таиландом — это и история самого Таиланда. В конце XIX века России выпала историческая миссия сыграть свою роль в его судьбе. Хотел бы напомнить, что дружба между нашими странами началась с личной взаимной симпатии между двумя монархами — Николаем II и королем Сиама Рамой V. Одобренное ими в 1897 году решение об обмене посланниками, ставшее отправной точкой в дипломатических отношениях между Россией и Таиландом, сопровождалось договоренностью о формировании, по сути, военного альянса, нацеленного на защиту суверенитета и территориальной целостности Сиама. Россия, как и во многих других случаях на протяжении ее долгой истории, бескорыстно протянула руку помощи. Пришла на помощь дружественной стране, оказавшейся перед угрозой колониального раздела со стороны Англии и Франции и утраты независимости. В итоге Таиланд — редкое исключение в азиатском регионе — сохранил свой суверенитет, так и не став ничьей колонией. Тайцы помнят об этом и по сей день.

У нас за плечами десятилетия славной общей истории, поэтому и 120-летие установления дипломатических отношений между нашими странами мы отметили с небывало широким размахом. В общей сложности в 2017 году сторонами было проведено более 30 разноплановых мероприятий, красивых и резонансных. Это были фестивали, выставки, концерты, круглые столы и презентации. В обеих странах была выпущена юбилейная марка, а в России еще и памятная медаль. Издан роскошный художественный альбом "Суваннапум — золотая земля", в котором представлено более сотни работ российских художников, посвященных Таиланду.

Центральным событием года стал девятидневный визит в Россию в октябре 2017 года Ее Высочества принцессы Маха Чакри Сириндон, младшей сестры короля Таиланда. Для меня, как для человека, по мере возможностей способствовавшего успеху данной поездки, это предмет особой гордости.

Впереди новые юбилеи, и мы могли бы ознаменовать их новыми решениями, мероприятиями и дружественными жестами. В частности, мне было бы очень приятно узнать, что в Бангкоке открылся Российский культурный центр (без него работа по ознакомлению тайцев с российской культурой и искусством продвигается не так эффективно, как хотелось бы), что воссоздано Общество российско-таиландской дружбы (его отсутствие сегодня я считаю вопиющей несправедливостью), что в Москве или Бангкоке состоялся большой концерт и выставка, посвященные русскому композитору Петру Щуровскому — неоправданно забытому автору таиландского королевского гимна.

Следовало бы увековечить память дружбы Николая II и Рамы V. Есть такой общественный проект — установка памятника двум монархам в Бангкоке. Надеюсь, что он будет поддержан королем и правительством Таиланда. Рассчитываю также, что свое место в ряду скульптур иностранных правителей, поддерживавших отношения с королями Сиама, займет в Мемориальном зале королевского дворца и прекрасный бюст Николая II работы президента Российской академии художеств Зураба Церетели, переданный мастером в дар народу Таиланда.

— Ваши личные впечатления от работы в Таиланде в качестве посла России. Трудно ли или, наоборот, легко быть послом России в Таиланде? Какие события, произошедшие в период вашей работы в качестве посла России в Таиланде, особенно вам запомнятся?

— Посол — ответственная должность. Это, так сказать, фронтмэн, он несет персональную ответственность за все — и за отношения со страной пребывания, и за безопасность посольства, и за его бюджет, и за людей, которыми руководит, не только за их результаты их деятельности, но и за их здоровье, бытовые условия, досуг и так далее.

Послом трудно работать в любое время и в любой стране. Многое зависит еще и от задач, которые глава государства, назначивший посла, ставит перед ним. Задачи эти порой бывают весьма ответственными. Особый отпечаток на работу посла накладывает обстановка — международная, внутриполитическая, криминогенная, экологическая. Факторов, влияющих на нашу жизнь, очень много.

Не скрою, работать в Бангкоке было непросто, особенно поначалу. Я никогда до этого не был послом и не служил в Таиланде. Для налаживания эффективной работы необходимо было собраться, мобилизовать все внутренние резервы, объединить все силы, готовые продвигать наши интересы.

Мое назначение состоялось вскоре после переворота, который совершили таиландские военные в мае 2014 года. Наконец-то в Таиланде воцарились долгожданные стабильность и порядок, и на повестке дня сразу оказалось много дел. Надо было выводить из некоторого застоя двусторонние связи, расшевелить экономическое сотрудничество, оживить культурно-гуманитарные обмены. А главное — показать официальным властям и широкой общественности, что такое Россия, убедить людей в том, что это дружественная Таиланду держава, что это большой добрый товарищ, который никогда не предаст и всегда подставит плечо, что это страна огромных возможностей, с которой надо сотрудничать.

А вот когда кое-что начало получаться и выяснилось, что у России здесь много друзей, работать стало легко.

Какие моменты были наиболее запоминающимися? Даже затрудняюсь ответить. Вся командировка в Бангкоке была каскадом ярких событий, каждое из которых я сохраню в своей памяти на долгие годы.

Наверное, самым неожиданным и ответственным был для меня и моей супруги визит в посольство России в ноябре 2017 года Ее Высочества принцессы Маха Чакри Сириндон, которая лично изъявила желание (впервые в истории!) посетить российскую дипмиссию и провела в ее стенах целых шесть часов.

Никогда не забуду, какая гордость переполняла меня на борту большого противолодочного корабля "Адмирал Пантелеев" и легендарного крейсера "Варяг". Как радовался вместе с тремя сотнями гостей гала-обеда, приуроченного к открытию чемпионата мира по футболу в России, победе нашей сборной со счетом 5:0 в стартовом матче турнира. Как вместе с министром иностранных дел Таиланда Доном Праматвинаем под хлопьями искусственного снега в обнимку с забавной ростовой куклой белого медведя по имени Mr. Russkiy открывал трехдневный фестиваль российско-таиландской дружбы. Об этих и многих других моментах я буду много раз с теплотой вспоминать.

Евгением Беленьким.

Россия. Таиланд > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 6 ноября 2018 > № 2786695


Россия. Китай > Авиапром, автопром > ria.ru, 6 ноября 2018 > № 2786694 Виктор Кладов

Один из крупнейших авиакосмических салонов в мире открывается во вторник в Джухае (Китай). Россия традиционно участвует в его работе, представляя весь спектр своих достижений в области военной и гражданской авиационной и космической техники.

Актуальность этого салона для России особенно важна сегодня, так как из-за санкций было принято решение ограничить российское участие в авиакосмических салонах, которые проходят в Европе, в частности, в Фарнборо (Великобритания) и Бурже (Франция). Поэтому Россия привезла на выставочную площадку в Джухай не только передовые образцы военной и гражданской авиационной и космической техники, но и новые предложения по сотрудничеству с зарубежными партерами в различных сферах, в том числе военно-технической.

О том, что это за предложения, какие вопросы российские представители будут обсуждать на форуме в Китае, руководителю профильной редакции МИА "Россия сегодня" Сергею Сафронову рассказал глава делегации Ростеха, директор госкорпорации по международному сотрудничеству и региональной политике Виктор Кладов.

— Виктор Николаевич, какой на сегодня портфель заказов Рособоронэкспорта?

— По итогам 2017 года объем военно-технического сотрудничества по линии Росооборонэкспорта составлял 13,4 миллиарда долларов. Портфель заказов достиг 45 миллиардов долларов. Год еще не заканчивается, но портфель заказов продолжает увеличиваться. Сейчас цифры больше 50 миллиардов. Сегодня Россия, во многом благодаря проактивной работе Ростеха, уверенно держит второе место в мире по объемам военно-технического сотрудничества.

— Можно предварительно сказать, какой будет объем продаж российского оружия по итогам этого года?

— Мы надеемся на то, что на конец года мы выйдем на показания прошлого года. То есть 13,4 миллиарда долларов.

— Насколько динамично развиваются сейчас отношения между Россией и Китаем? Как на них повлияли американские санкции?

— Между двумя странами идет масштабное военно-техническое сотрудничество в рамках наших отношений стратегического партнерства, которое укрепляется год от года, день ото дня.

Динамично развиваются контакты и по военно-технической линии. Это не пустая фраза. Вы спрашиваете, как повлияли санкции? Я был очень приятно удивлен, они, я бы сказал так, раззадорили, по-спортивному разозлили наших китайских партнеров. Нельзя с такой большой, великой страной, с крупным игроком на мировой арене разговаривать языком давления, угроз, ультиматумов.

Я недавно вернулся из Пекина. На всех уровнях звучала одна мысль: нашим ответом на санкции должно стать еще более тесное, более глубокое сотрудничество. Мы должны с Россией быть плечом к плечу, спина к спине, как они сказали. Знаете, как в голливудском боевике, спина к спине. И ответом на эти вызовы должно быть военно-техническое сотрудничество и в сфере совместных разработок, и в сфере поставок, и в сфере создания и налаживания производства новых образцов.

— Виктор Николаевич, можете привести конкретные примеры этого сотрудничества за последнее время?

— Мы ведем активное сотрудничество с КНР во всех средах военно-технического сотрудничества – земля, воздух и вода. Помимо успешной реализации двух контрактов по С-400 и Су-35 у нас есть масса других проектов. Я бы не хотел углубляться в детали, но скажу, что мы буквально недавно подписали еще три контракта с китайской стороной.

— Сохраняются ли даты окончания реализации контрактов по поставкам в Китай истребителей Су-35?

— Сохраняются, все идет в соответствии с согласованными сроками. И реализован контракт будет в срок.

Попутно хотел бы заметить, что истребители Су-35 вызывают самый позитивный отклик у китайских летчиков. Машины полюбили, хвалят за отменные тактико-технические характеристики, легкость в управлении, маневренность. В общем, понравились эти машины. И мы этим гордимся.

— Обсуждаем ли мы с Китаем схему расчетов в национальной валюте?

— Да, мы обсуждаем этот вопрос, поскольку мы хотели бы, чтобы наше сотрудничество с Китаем не зависело от капризов, прихотей, скажем так, третьих сторон. Поэтому соответствующий механизм обсуждается и создается.

— Вернемся к новым проектам сотрудничества. Чем еще можете похвалиться?

— Завершаются работы и вот-вот будет подписан контракт на совместную разработку тяжелого вертолета для КНР: это будет машина тяжелее Ми-17, но легче Ми-26.

Хочу особо отметить, что это чисто гражданский проект, как и проект создания ШДМС (широкофюзеляжного дальнемагистрального самолета — ред.), яркий пример российско-китайского сотрудничества в высокотехнологичной сфере. Область применения этого "передового тяжелого вертолета" — гражданские перевозки и спасательные работы в высокогорье. Ведь большую часть территории Китая составляют горы и высокогорные плато.

— Перейдем к вопросу о ВТС со странами Азиатско-Тихоокеанского региона. Некоторые СМИ сообщают о проблемах с реализацией недавно заключенного контракта на поставку в Индонезию 11 истребителей Су-35. Отложено ли его исполнение?

— Нет, не отложен. Но для того, чтобы он вступил в силу, необходимо решить некоторые технические вопросы.

— Значит тема поставки БТР-3Ф до сих пор актуальна?

— Да, эта тема остается актуальной. Эти машины поставлялись несколькими партиями, и они очень хорошо себя показывают в условиях Индонезии. Но что поставлено, то поставлено. В будущем кроме БМП-3Ф будут поставляться и новые БТР-3Ф.

Кроме того, проведены предварительные консультации специалистами дочернего холдинга Ростеха – "Техмаша" по локализации в Индонезии производства боеприпасов для этих боевых машин. Это было бы логично. Но пока переговоры не велись. Существует пока только проект. Опять-таки сроки зависят от воли, а также наличия финансирования. Мы готовы к продолжению обсуждения этой темы.

— В ходе визита министра обороны РФ Сергея Шойгу в Мьянму была достигнута договоренность о поставке в эту страну шести истребителей Су-30СМ. Подписан ли контракт?

— Да, подписан в этом году и уже реализуется.

— Мьянма закупила в России 10 учебно-боевых самолетов Як-130. Но была еще договоренность об опционе на шесть машин. Какова судьба этой договоренности?

— Действительно, мы поставили 10 самолетов, и сейчас реализуется опционная поставка еще шести машин.

— На каком этапе находится реализация контракта на поставку во Вьетнам партии из 64 танков Т-90С и Т-90СК?

— Идут отгрузки имущества, большая часть техники уже на месте.

— Сейчас идут активные контакты по линии ВТС с Филиппинами. Что сейчас обсуждают стороны?

— Эта страна десятилетиями закупала американскую военную технику. Но что делали американцы? Чтобы не везти обратно на континент оружие, они все передавали филиппинцам. Поэтому у них сейчас в большом объеме старое американское оружие, которое нуждается в ремонте и даже замене. Они разработали программу модернизации, есть планы вооружения. Одновременно президент Дутерте убедился, что он не может полагаться на заокеанских партнеров, поскольку они ведут себя некорректно. Например, они подписали контракт на поставку канадско-американских вертолетов. А канадский премьер Трюдо заявил, что мы еще подумаем, поставлять или не поставлять, мол, не все в порядке с правами человека у вас. Был скандал большой. Дутерте ответил в том духе, что мы не можем иметь дело с людьми, которые сначала получили аванс, а потом сказали, мы посмотрим на ваше поведение. И разорвал этот контракт на поставку вертолетов.

Соответственно, огромный интерес у филиппинского руководства к российскому вооружению. Огромный. Мы это видим. Очень представительные делегации были у нас на "Армии" в Кубинке. И есть интересы к вертолетной технике, и есть интерес к подводным лодкам. Мы знаем, что у них в планах строительство подводного флота. Поэтому, да, интерес имеется. Мы будем активно участвовать во всех тендерах, которые будут объявляться.

В этом году мы направили представительную делегацию на выставку в Манилу, мы в ней впервые участвовали.

Кстати, есть планы закупки вертолетов в варианте "спасателя" и у береговой охраны Филиппин. Для них это важно, потому что Филиппины расположены в зоне, где очень часто случаются тайфуны, смерчи, ураганы.

— Одним из главных, если не главным, покупателем российского оружия является Индия. Что сейчас стоит в повестке дня переговоров по линии ВТС? Какова судьба договоренности о закупке Индией 48 вертолетов Ми-17В5?

— Контракт не подписан, у индийской армии изменились приоритеты. Заключен крупнейшей в новейшей истории России контракт на поставку в Индию С-400. Соответственно сначала будет реализован этот контракт.

Затем идет активная работа по реализации проекта на совместное производство в Индии вертолетов Ка-226. Уже создано совместное предприятие, где индийской стороне принадлежит 50,5% акций, российской стороне – 49,5%. Оно заработало, идет активная проработка вопросов с министерством обороны Индии.

— Когда можно ждать начало производства?

— До конца года, я думаю. СП подготовило технический коммерческий проект, предложение к конечному пользователю, то есть к Минобороны. Сейчас Минобороны, как получатель продукта, уточняет детали. Затем оборонное ведомство должно заключить контракт с СП. Дальше юридическим лицом этого проекта выступает СП. Оно будет подписывать контракты, закупать оборудование, направлять средства и так далее.

— Осталась в силе договоренность о том, что из 200 машин 60 будут собраны в России, 140 в Индии?

— Да, пока так. Так это записано в "дорожную карту" проекта.

— Как развивается ВТС с Пакистаном? Заинтересован ли Исламабад в продолжении закупок российской вертолетной техники?

— Действительно, "Вертолеты России" поставили Пакистану четыре вертолета Ми-35М. Они крайне необходимы Пакистану для борьбы с терроризмом. Исламабад изначально хотел взять до 12 машин, но пока, в силу очевидно финансовых ограничений, закупил только четыре.

Хочу особо подчеркнуть, что эти вертолеты очень нужны Пакистану для борьбы с террористами в условиях горной местности, особенно на границе с Афганистаном. И в этом вопросе мы с Пакистаном союзники, это для нас общая угроза. Если от Пакистана будут дополнительные заявки, мы их рассмотрим.

Сергей Сафронов.

Россия. Китай > Авиапром, автопром > ria.ru, 6 ноября 2018 > № 2786694 Виктор Кладов


Казахстан. МВФ > Финансы, банки > kt.kz, 6 ноября 2018 > № 2782754 Олег Смоляков

На 2019 год инфляционный коридор установлен в диапазоне 4-6% - Нацбанк РК

На 2019 год инфляционный коридор установлен и диапазоне 4-6%, сообщил заместитель председателя Национального банка Казахстана Олег Смоляков выступая на презентации очередного доклада Международного валютного фонда "Перспективы развития региональной экономики: Кавказ и Центральная Азия", состоявшейся сегодня в Алматы, передает Kazakhstan Today.

В своем выступлении он рассказал о проводимой финансовым регулятором денежно-кредитной политике, ситуации на валютном рынке Казахстана и перспективах развития региональной экономики.

О. Смоляков отметил, что являясь членом МВФ, Казахстан принимает во внимание рекомендации и передовой опыт Международного валютного фонда в проведении монетарной и бюджетной политик.

Он подчеркнул, что усилия регулятора направлены на достижение своей основной цели - обеспечение стабильности цен в стране, что подразумевает фиксирование инфляции на низком уровне и снижение ее волатильности. "Режим свободноплавающего обменного курса - неотъемлемая часть инфляционного таргетирования, помогающая абсорбировать внешние шоки", - отметил О. Смоляков.

По его словам, в среднесрочной перспективе Национальным банком планируется дальнейшее снижение инфляции до 4% к 2020 году. "Годовая инфляция снизилась с 8,5% в декабре 2016 года до 7,1% в декабре 2017, находясь в целевом диапазоне в течение года. Инфляция продолжила снижение в 2018 до отметки 6,1% в сентябре, что соответствует коридору 5-7% в текущем году. На 2019 год инфляционный коридор установлен и диапазоне 4-6%", - отметил он.

О. Смоляков напомнил, что в настоящий момент базовая ставка находится на уровне 9,25% с процентным коридором +/-1%. "Мы определяем процентную ставку, опираясь на управление ликвидностью и сохранение ставок на денежном рынке на уровне базовой ставки. Также, решения по базовой ставке принимаются согласно анализу макроэкономических показателей, соответствия показателей ожидаемой инфляции с инфляционным коридором, экономической ситуации, а также трендов на местном и зарубежных рынках. В перспективе, денежно-кредитная политика будет формировать рациональные ожидания игроков на рынке касательно процентных ставок в будущем", - проинформировал представитель Национального банка Казахстана.

Кроме того, заместитель главы Нацбанка рассказал о законодательном усилении регуляторного и надзорного мандата. "Национальный банк Казахстана перешел к принципам риск-ориентированного надзора финансовых организаций с возможностью применять надзорное суждение о состоянии финансового института, а также превентивно применять адекватные меры, включая ограничение активных и пассивных операций", - проинформировал он.

В заключение своего выступления О. Смоляков отметил значительную поддержку и неоценимый вклад МВФ в развитие и реализацию стратегий, необходимых для проведения экономических, фискальных и монетарных реформ в странах Центральной Азии и Кавказа. "Я надеюсь, что данное мероприятие послужит эффективной площадкой для обмена мнениями по ключевым вопросам экономического развития нашего региона", - сказал он.

Казахстан. МВФ > Финансы, банки > kt.kz, 6 ноября 2018 > № 2782754 Олег Смоляков


Украина. Германия > Авиапром, автопром > interfax.com.ua, 6 ноября 2018 > № 2782700 Йозеф Граф

Директор "Порше Украина" Й.Граф: В следующем году мы ожидаем прирост рынка новых легковых авто на 18-25%

Блиц-интервью генерального директора ООО "Порше Украина" Йозефа Графа агентству "Интерфакс-Украина"

Для начала проанализируйте, пожалуйста, рынок новых легковых и легких коммерческих авто текущего года и свои позиции на нем. Многие эксперты ожидали его прироста в этом году, аналогичного прошлогоднему – примерно 20%, но по факту за 9 месяцев он значительно меньше. Каковы позиции ваших брендов?

Наше присутствие на рынке в этом году можно оценить как достаточно позитивное. За январь – сентябрь компания нарастила продажи легковых автомобилей почти на 12% по сравнению с таким же периодом 2017 года – до 7,364 тыс. Показательно, что компании удалось нарастить долю на рынке легковых авто – с 11,6% в прошлом году до 12,4% в 2018-м.

Коммерческих автомобилей Volkswagen за три квартала реализовано 811 ед., или 10,9% рынка коммерческих авто. Основными покупателями коммерческой техники являются юрлица и частные предприниматели (70% продаж этих авто).

Мы ожидаем по итогам года, как минимум, сохранить свои доли на рынке. В целом рынок легковых авто в этом году растет не очень быстро – сейчас около 5%, и к концу года продажи в целом могут составить 80–85 тыс. ед. (в 2017 году они превысили 80 тыс.), т.е. все-таки надеемся на небольшой прирост.

Большим нашим преимуществом является широкая линейка автомобилей, рассчитанная на любого покупателя.

Вы импортируете три достаточно мощных бренда. Как бы вы охарактеризовали ключевые отличия в их продвижении на отечественном рынке (между собой, а также в сравнении с продвижением на других рынках)?

Украинский рынок имеет свою специфику, поэтому продвижению брендов присущи индивидуальные особенности. Audi – это премиум-бренд, основные аспекты работы с ним – это премиальность во всем: в качестве продукции, уровне обслуживания, сервисе и индивидуальном подходе к клиенту. Массовый ("народный") бренд Volkswagen имеет очень широкую линейку для любой аудитории: от хэтчбека Volkswagen Polo до флагманского внедорожника Touareg. Бренд SEAT фокусируется на более молодом и социально активном сегменте покупателей, т.е. это более узкая аудитория. Но сейчас данный бренд ориентируется на внедорожники, а в Украине автомобили SUV–сегмента пользуются достаточно высоким спросом – у нас люди любят большие авто.

Кроме того, мы делаем ставку на сотрудничество с корпоративными клиентами.

Были ли крупные корпоративные клиенты в последнее время?

Основная доля корпоративных продаж – коммерческие автомобили Volkswagen.

Как известно, корпоративные контракты – это некий индикатор экономической ситуации в стране: когда экономика в стране идет вверх – растет покупательная способность юрлиц, этот спрос сказывается на коммерческих продажах, мы можем спрогнозировать динамику продаж следующего года. Если говорить о последних крупных контрактах – это поставка 92 автомобилей SEAT Ibiza компании Coca-Cola.

Считаете ли вы сегодняшние показатели продаж достаточными? Насколько перспективен отечественный рынок для иностранных автоконцернов? Насколько может вырасти рынок в следующем году?

Сложный вопрос. Если посмотреть долгосрочную перспективу, то мы видим высокий потенциал рынка. Оценка потенциала – это сравнение уровня моторизации (автомобилизации) в различных странах. Например, в Германии – это около 550 автомобилей на 1000 человек населения, а в Украине – только 200 автомобилей, т.е. это по-прежнему большая страна с высоким потенциалом.

На самом деле худшая ситуация с продажами была после кризиса в 2014 году (понятно почему), когда было зафиксировано практически двукратное падение (цифры разнятся в зависимости от конкретных сегментов). Но начиная с 2015 года, рынок постепенно растет – медленно, но уверенно. Если наш прогноз на этот год около 80–85 тыс. новых легковых автомобилей, то в следующем году ожидаем 100 тыс. авто.

В секторе коммерческих автомобилей ситуация схожая – с 2016 года рынок медленно растет. Считаем, что в 2018 году в Украине будет зарегистрировано около 11 тыс. машин, а в 2019-м – 12 тыс.

Ситуация в Украине улучшается, отмечается рост доходов и покупательной способности, именно поэтому мы прогнозируем положительную динамику.

Расскажите о том, как компания смогла допустить ошибки в сертификации партии автомобилей Volkswagen Golf Sportwagen (Variant)? Почему хорошая идея – поставить украинским потребителям по доступной цене автомобили, изготовленные для американского рынка – обернулась проблемами для собственников транспортных средств? Что сегодня предпринимает "Порше Украина" для того, чтобы разрешить проблему и минимизировать моральные и материальные убытки клиентов?

Действительно, произошла такая ситуация – в середине апреля стало известно, что в процессе оформления сертификата на 2800 автомобилей Volkswagen Golf Sportwagen (Variant) были обнаружены несоответствия. Мы эту проблему анализировали и в первую очередь думали о том, как избежать затруднений для владельцев этих автомобилей. Но важно сказать, что после выявления проблемы мы сами уведомили об этом владельцев данных авто, вышли на открытый диалог с ними и сообщили об этом в СМИ. И сегодня продолжаем придерживаться данной стратегии.

Решение состоит из двух этапов. Первый – проведение индивидуальной сертификации, после чего необходима регистрация автомобиля. Индивидуальная сертификация началась 15 августа, и почти 80% авто уже сертифицированы.

Сейчас мы работаем над вторым этапом – регистрацией этих автомобилей. Эту процедуру мы также начали, первые пилотные авто зарегистрированы. Все наши усилия направлены на то, что после того, как этот этап протестируют, будет проведена регистрация общего количества авто.

Наша компания с помощью дилерской сети сопровождает каждого клиента на каждом этапе и покрывает все расходы, возникающие на прохождении этих этапов. После прохождения всех этапов клиент получает сертификат от нас, своего рода компенсацию моральных неудобств – это ваучер на 6 тыс. грн.

И уже есть клиенты, которые получили такой ваучер? Они удовлетворены суммой?

Да, есть. И мне не известны случаи возражений. В процессе диалога, конечно, возникали вопросы о самом процессе, которые мы должны разъяснять, но мы стараемся максимально оградить клиента от возможных неудобств во время прохождения этих процессов.

То есть можно сказать, что репутационные риски были сглажены?

Мы делаем все, чтобы вести открытый диалог и таким образом нивелировать репутационные риски. Открытый диалог с клиентами и СМИ позволяет это осуществить, но в то же время, это неприятная ситуация, побывать в которой не пожелаешь никому. Однако мы стараемся и должны ее решить.

Насколько, по вашему мнению, может коснуться Украины европейская тенденция сокращения и постепенного отказа от дизельных двигателей?

Я не вижу здесь большой проблемы, потому что автопроизводители ориентируются на потребительский спрос. В Украине есть спрос на авто с дизельным типом двигателя, и у нас большой выбор таких авто.

Думаю, что в перспективе Украина будет следовать европейским тенденциям, и мы уже наблюдаем интерес к альтернативным типам – постепенно спрос на авто с ДВС и дизелями будет падать.

По оценке экспертов, основные факторы, тормозящие рост рынка новых авто, – это ввоз подержанных автомобилей по льготным ставкам акциза и засилье "евроблях" с учетом пока так и не разрешенной на законодательном уровне проблемы. Как вы оцениваете влияние этих факторов, в том числе на продажи ваших брендов?

Что касается так называемых "евроблях", мы здесь не видим большой проблемы для рынка новых авто и не стали бы смешивать эти два рынка – это разные целевые аудитории и, скорее, количество "евроблях" влияет на рынок подержанных авто, где есть соприкосновение интересов.

А вот что действительно влияет – это импорт подержанных авто по сниженным ставкам акциза. Мы наблюдаем и ощущаем его влияние – наши продажи немного проседают. И если на 2019 год льготные ставки не продлят, рассчитываем на рост продаж за счет этого фактора.

Что мы еще стараемся делать для удержания позиций – это следовать тенденциям рынка. Например, электромобили во всем мире являются трендовым сегментом. Украина не исключение, чему в немалой степени способствовали законодательные преференции, относительно быстрое развитие соответствующей инфраструктуры, рост цен на традиционные виды топлива, а также растущая экологическая сознательность украинцев.

"Порше Украина" не может оставаться в стороне от перспективной тенденции, и в 2019 году мы планируем презентовать в Украине первый полностью электрический автомобиль Audi e-tron. Конечно, мы не ожидаем, что в 2019 году будет большой объем продаж таких авто, но это своего рода заявление от имени бренда.

Но на этом рынке в Украине бума пока не наблюдается, несмотря на отмену для электромобилей ввозной пошлины, акциза и НДС. Как вы считаете, это из-за дороговизны авто, отсутствия достаточной зарядной инфраструктуры?

Здесь вы правы – тормозят и дороговизна, и отсутствие инфраструктуры. Но это не только в Украине, так во всем мире. Хорошие условия для развития рынка электромобилей будут там, где это регулируется властями – примером может служить Скандинавия.

Мы зависим от стратегии Концерна по производству и выводу автомобилей на рынок. Недавно был представлен полностью электрический автомобиль Audi e-tron, именно этот автомобиль выводится и на украинский рынок. У Volkswagen уже есть модель электромобиля – e-Golf, но в Украине мы его не представляли из-за отсутствия инфраструктуры. Согласно концепции бренда планируется замена линейки электромобилями серии ID, которые также будут представлены в Украине.

"Порше Украина" планирует в нашей стране инвестировать в собственную зарядную инфраструктуру?

Не планируем, но будем предлагать свое решение для подзарядки – например, это будет небольшая подстанция, которую можно поставить дома и заряжать авто.

Не могу не спросить о новинках, которые будут представлены на рынке в 2019 году

Мы представим сразу несколько новинок. В линейке Volkswagen – это компактные кроссоверы T-Roc, T-Cross, обновление текущей генерации Passat и абсолютно новый Golf. Также мы планируем расширить еще больше наше предложение на рынке Украины по бренду SEAT: модельный ряд пополнится семиместным A+ SUV представителем – Tarraco. Что же касается Audi, то 2019 будет годом новинок и передовых технологий: помимо полностью электрического Audi e-tron будет представлено новое поколение модели А6, новое поколение Q3, а также ряд спортивных новинок. В общей сложности бренд Audi порадует украинских автолюбителей восьмью новинками.

Оптимальна ли сегодня дилерская сеть компании, планируется ли ее количественное расширение либо качественная перестройка?

С учетом тех продаж, которые есть, сеть полностью соответствует спросу по количеству и качеству. Сегодня у Volkswagen – 26 дилерских предприятий плюс 4 сервисных партнера, у Audi – 9 дилеров плюс 2 сервисных партнера, у SEAT – 8 дилерских центров плюс 17 сервисных партнеров. А о расширении можно говорить только при росте продаж. Но мы постоянно инвестируем в качество сети. Хотя тут есть разница между брендами, например, есть потенциал развития дилерской сети у бренда SEAT.

У вас есть собственная финансовая компания – "Porsche Finance Group Ukraine". Насколько активно ее инструментами пользуются украинцы, проявляют ли больше интереса к лизингу, популярность которого по-прежнему невысока?

Не могу говорить от имени компании Porsche Finance Group Ukraine, которой не управляю. Нам очень повезло, что в рамках группы есть структура, инструменты которой мы можем предлагать. Если не ошибаюсь, общее количество авто, которые покупают посредством финансирования, – около 20%. И сильная сторона Porsche Finance Group Ukraine – это как раз лизинговые предложения, компания хороший игрок на этом рынке. Но, конечно, если взять общий финрынок, то лизинг играет совсем маленькую роль – по сравнению с европейскими рынками Украина все еще на начальном этапе.

В Европе лизинг – обычный инструмент даже для физлиц, а в Украине на него больше нацелены юрлица.

Мы говорили о значительном влиянии на продажи импорта подержанных авто, тем более что самым популярным б/у авто остается Volkswagen. А ваша компания как-то присутствует на вторичном рынке?

Мы уже три года работаем на вторичном рынке. "Порше Украина" – единственный импортер на рынке, который развивает программу продажи и обслуживания автомобилей с пробегом (всех наших брендов) в соответствии со стандартами концерна Volkswagen (DasWeltAuto). Ее преимущество в том, что клиент приобретает подержанное авто с гарантией, т.е. может не бояться, что авто выйдет из эксплуатации в следующем году.

Сегодня эту программу предлагают 14 наших дилерских предприятий. Дилеры, которые по ней работают, должны соответствовать определенным критериям.

Вторичный рынок в Украине очень большой, в основном, это операции купли-продажи между частными лицами, т.е. без всяких гарантий.

И последний вопрос – каковы финансовые показатели "Порше Украина?

К сожалению, не могу давать такие данные. Но можно сказать, что прибыльность, в общем, достаточно хорошая, хотя в этом году немного снизилась из-за ситуации с автомобилями Golf Sportwagen, из-за наших инвестиций в ее решение.

Украина. Германия > Авиапром, автопром > interfax.com.ua, 6 ноября 2018 > № 2782700 Йозеф Граф


Россия > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 6 ноября 2018 > № 2782253 Александр Пасечник

Диктатура государства. Чем закончится топливная драма

Александр Пасечник

Руководитель аналитического управления Фонда национальной энергетической безопасности

Нефтекомпании не станут рисковать экспортным бизнесом: иначе их ожидает совсем другой уровень потенциальных потерь, если государство введет заградительные экспортные пошлины на нефть и нефтепродукты

Драма, развернувшаяся на российском топливном рынке и длящаяся более полугода, завершена. Или как минимум поставлена на паузу. 29 октября премьер-министр Дмитрий Медведев поставил ультиматум нефтяным компаниям о введении заградительных экспортных пошлин на нефть и нефтепродукты в случае, если с их стороны не последуют шаги по сдерживанию цен на моторное топливо в стране. Ультиматум всерьез напугал поставщиков горючего. Буквально через день, 31 октября, на совещании кабмина глава правительства продублировал свой посыл нефтяной отрасли и поинтересовался, есть ли решения.

Ответ не заставил себя ждать. Уже вечером вице-премьер Дмитрий Козак провел совещание с руководителями нефтяных компаний, итогом которого стал консенсус. Сторонам удалось договориться о фиксации оптовых цен на бензин и дизельное топливо на уровне июня до конца 2018 года. «Стороны договорились о том, чтобы все вертикально интегрированные компании, а также все независимые нефтеперерабатывающие заводы приняли на себя обязательства по поставкам бензина и дизеля в объемах, которые зафиксированы по состоянию на соответствующий месяц 2017 года, плюс 3%. А оптовые цены должны быть зафиксированы на июнь 2018 года. Мы зафиксировали оптовые цены, они взяли на себя обязательства», — подытожил он.

Соглашение начинает работать с 1 ноября, срок его действия — до 31 марта 2019 года. При необходимости оно может быть продлено. При этом акцизы на топливо в следующем году будут расти, согласно плану.

Эта удивительная история примечательна несколькими противоречиями. Во-первых, сложившаяся ситуация вызвана преимущественно несовершенством трансформации фискальной системы для нефтяной отрасли. Так называемый принятый к реализации налоговый маневр был всецело согласован с нефтекомпаниями: принципиально одобрены его ключевые параметры — обнуление экспортных пошлин на нефть и производные в период до 2024 года с индексацией акцизов и синхронным ростом ставок налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ).

Было понимание, что всех все в целом устраивает. Учитывался и тот факт, что затеянная фискальная реформа серьезно подрывает потенциал развития сегмента нефтепереработки. Отсюда внедрение компенсационных механизмов, которые усложняются чуть ли не в еженедельном режиме. И хотя нефтяники выбивают себе некоторые бонусы, но их все равно недостаточно, чтобы выстраивать сбалансированную политику по обеспечению страны топливом (ведь все больше продукции уходит за периметр, где продавать выгоднее). Это в принципе признают регуляторы — в частности, Минфин и Минэнерго. То есть в фискальном поле все равно наступят перемены — базис «маневра» будет меняться, так как ни у кого нет четкого понимания конъюнктуры на мировых рынках «черного золота» на горизонте грядущих пяти лет. Всплески же волатильности на мировых площадках будут провоцировать к пересмотру налоговой модели.

Во-вторых, весьма любопытно, что речь идет именно об оптовых котировках, а не розничных (что практиковалось при прежних мораториях). В этом новация. Но если в контрактных поставках ценники на моторное топливо предстоит заморозить как минимум на I квартал 2019 года, то как быть биржевой составляющей продаж? Ручной режим регулирования и биржа — понятия взаимоисключающие. И в этом курьез — ведь государственный диктат цен противоречит самой сути биржи. Но в то же время власти давно и неустанно стремятся стимулировать развитие биржевой торговли нефтепродуктами. В этом свете контрход на уничтожение задатков рынка несколько неожиданный. Биржа в некоторой мере оттеняла лютую (в понимании потребителя) олигополитическую среду нефтепродуктового сегмента.

Сработает ли сама договоренность? Скорее всего — да. Рисковать экспортным бизнесом нефтекомпании не станут, иначе их ожидает совсем другой уровень потенциальных потерь, если последуют ограничения. Важна и объявленная коллегиальная ответственность за исполнение соглашения. Здесь все как в строке из небезызвестной песни «скованные одной цепью»: оступится один игрок, потянет за собой всех. Власть же, в случае срыва ценового моратория, несомненно, пойдет на внедрение заградительных пошлин.

Россия > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 6 ноября 2018 > № 2782253 Александр Пасечник


США. Россия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 6 ноября 2018 > № 2782250 Никита Цаплин

Герои против Facebook: как ИТ-романтики проигрывают корпорациям

Никита Цаплин

Управляющий партнер и основатель российского хостинг-провайдера RUVDS

Анархисты и романтики хотели разрушить монополию ИТ-монстров, а в итоге своими руками создали новые корпорации. Но не всегда основатели приживаются в своих же компаниях

В поиске новых источников роста ИТ-гиганты превратились в конвейер по скупке перспективных стартапов и переводу их на жесткие бизнес-рельсы. Как правило, этому не очень рады основатели-романтики, которые все чаще не находят себе место в столь агрессивной среде. В прошлый раз мы рассказывали о тех, кто смог обуздать систему и сохранить руководство своими корпорациями. Но часто они погибают в жерновах конвейера. Один из примеров «жерновов» — компания Facebook Марка Цукерберга, о выходцах из которой и пойдет речь.

Ян Кум и Брайан Эктон

Чтобы понять идеалистический настрой основателя WhatsApp Яна Кума, достаточно привести его фразу: «Я хочу сделать всего один проект, но сделать его хорошо». Все началось в октябре 2009 года, когда друг и бывший коллега Кума по Yahoo Брайан Эктон собрал $250 000 в качестве стартового капитала для WhatsApp.

Эктон и Кум в первую очередь хотели сделать сильное, свободное от набившей оскомину в Yahoo рекламы средство общения, и долгое время избегали венчурного капитала, опасаясь того, что им придется пойти на компромиссы. Наряду с отсутствием рекламы, групповыми чатами и обменом файлами одной из основных ценностей нового проекта стала конфиденциальность.

Эктон и Кум, являясь приверженцами защиты частной жизни, пообещали сохранить неприкосновенность WhatsApp, когда они объявили о своей продаже Facebook за впечатляющие $22 млрд четыре года назад. Дуэт не планировал интегрировать продукт с учетной записью пользователя Facebook. Следуя своим принципам, в 2016 году WhatsApp внедрил сквозное шифрование и, несмотря на давление правоохранительных органов, отказался создать бэкдор — доступ к зашифрованным данным.

Однако продажа сервиса Facebook была «бомбой замедленного действия». Конфликт был неизбежен с самого начала: социальной сети нужно было найти способ заработать деньги на приложении и окупить дорогостоящие инвестиции. Реализовать свою бизнес-модель социальная сеть могла лишь путем сбора пользовательских данных для таргетирования рекламы.

Практически одновременно с внедрением сквозного шифрования WhatsApp добавил в пользовательское соглашение пункт о передаче данных Facebook для осуществления таргетинга рекламы, выполнения мер безопасности и сбора бизнес-аналитики. Это вызвало шквал недовольства среди европейских регуляторов. Подобное столкновение двух культур заставило идеалистов-вдохновителей весной этого года покинуть свою компанию с интервалом в один месяц.

«Настало время», — провозгласил Брайан Эктон и продемонстрировал приверженность своим принципам, добавив к своему сообщению в Twitter хештег #deletefacebook и вложив $50 млн в шифрованное приложение для обмена сообщениями Signal.

Кевин Систром и Майк Кригер

Пара бывших однокурсников Стэнфорда работали над геолокационной социальной сетью Burbn, когда обнаружили, что именно фильтры для обработки фотографий были, безусловно, самой популярной частью приложения. Объединив инструменты, превращающие зернистые фотографии смартфонов того времени в безупречные снимки, с социальными каналами для их обмена, Instagram стал, пожалуй, самым успешным мобильным приложением в мире.

Популярность приложения стала волновать Facebook настолько, что социальная сеть Марка Цукерберга потратила $715 млн на приобретение стартапа и его аудиторию в 30 млн пользователей в месяц. Теперь, когда Bloomberg Intelligence оценивает приложение в $100 млрд с ежемесячной аудиторией в 1 млрд человек, можно сказать уверенно: опасения Facebook не были напрасными, а покупка Instagram стала, возможно, самым успешным приобретением социальной сети.

Пока Facebook переживал скандалы, связанные с конфиденциальностью, фейковыми новостями и вмешательством в выборы, бренд Instagram оставался незапятнанным и продолжал набирать аудиторию. По данным аналитической компании SimilarWeb, в июне пользователи Android в среднем проводили в Instagram 53 минуты в день — это всего на пять минут меньше, чем на Facebook. Instagram находится на пути к тому, чтобы приносить Facebook до $20 млрд прибыли к 2020 году, примерно четверть всей выручки корпорации.

Сделав ставку на молодую аудиторию, которая бежит из Facebook, устав от политических прений и скандалов из-за нарушения конфиденциальности, Кевин Систром и Майк Кригер оказались заложниками своего успеха. Теперь, когда социальная сеть-гигант с аудиторией 2,23 млрд человек испытывает трудности с привлечением аудитории, Марку Цукербергу приходится возлагать особые надежды на Instagram с его молодыми пользователями и брать управление на себя.

Закат 6-летней автономии Instagram в рамках Facebook начался символично — с отставки в начале года менеджера по конфиденциальности Николь Джексон Колако, проработавшей в компании с момента основания, и закончился уходом основателей Кевина Систрома и Майка Кригера в сентябре.

Брендан Айриб

В 2012 году, когда Палмеру Лаки исполнилось 19 лет, Айриб услышал о том, над чем он работал. С его друзьями Нейтом Митчеллом и Майклом Антоновым он помог Лаки превратить их прототип шлема виртуальной реальности в бизнес-идею, проведя успешную кампанию на Kickstarter и представив устройство для публики.

Лаки было отведено играть роль изобретателя-вундеркинда с убедительной историей в лучших традициях «гаражного предпринимательства» Кремниевой долины, в то время как Айрибу предстояло занять место генерального директора для того, чтобы сделать мечты реальностью. Ребята отлично справились со своими ролями, и уже через год к ним присоединился сам Джон Кармак, основоположник легендарных игр-«стрелялок»: Wolfenstein 3D, Doom и Quake. Мимо такой команды просто не мог пройти конвейер Марка Цукерберга, и уже в 2014 году состоялась сделка ценой $2 млрд.

Впрочем, новоиспеченные миллионеры довольно быстро разочаровались в бизнес-принципах ИТ-гиганта Facebook. Не желая приносить в жертву комфорт пользователей и производительность ради краткосрочного роста пользователей сырой технологии, Брендан Айриб через год вслед за Лаки Палмером, о котором мы говорили в предыдущей колонке, покинул компанию. Брендана не устроила «гонка ко дну» в плане производительности, к которой подталкивала проект материнская компания Facebook. Дело шло к тому, чтобы отказаться от передовых устройств виртуальной реальности в пользу чего-то более простого и дешёвого, а именно, шлема Oculus Quest, спроектированного по принципу «все в одном», вместо возглавляемого Айрибом проекта Rift2.

Недовольство Марка Цукерберга и смену стратегии понять можно: помимо того, что продажи устройств Oculus Rift составили всего 1% от запланированных, Facebook оказался втянутым в судебное разбирательство по иску на $500 млн о нарушении авторских прав основателями теперь уже дочерней Oculus VR.

США. Россия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 6 ноября 2018 > № 2782250 Никита Цаплин


Россия > Транспорт > forbes.ru, 6 ноября 2018 > № 2782249 Петр Шкуматов

Приехали. Рынок такси выходит из-под контроля

Петр Шкуматов

координатор российского общественного движения Общество синих ведерок

Отсутствие контроля за развитием агрегаторов сделало российское такси опасным: участились аварии и нападения на пассажиров. Как реформировать рынок?

Во всем мире уже который год лихорадит рынок такси. В Нью-Йорке за непродолжительное время покончили с собой шестеро таксистов по причине резкого падения доходов и невозможности обслуживания долгов. В Лондоне в прошлом году суд потребовал от Uber признать водителей работниками с соответствующими трудовыми правами, что привело к грандиозной череде судебных процессов. В России с такси происходит то же самое, только в еще худшем виде.

Недавно на публичных слушаниях по реформе ОСАГО в Государственной думе была озвучена справедливая стоимость полиса обязательного автострахования для такси. Цифра поразила практически всех — 60 000 рублей в год. Но о чем это говорит? О том, что аварийность в российском такси зашкаливает. Почему? И главное, что с этим делать?

Для начала надо понять, что сама услуга легкового такси в результате технологического развития теперь представляет из себя микс из трех услуг: непосредственно такси, которое имеет соответствующее разрешение, сервисы ride-hailing, «кликни и езжай» (в это понятие входят как убер-подобные приложения с водителем, так и привычный москвичам каршеринг), а также ride-sharing-сервисы, когда вы являетесь попутчиком. Наиболее известный пример — BlaBlaCar.

Дискуссия идет вокруг ride-hailing — сервисов такси с водителем, в России их называют агрегаторами. Вопрос звучит так: ближе ли они по сути к легковому такси, то есть требуют соответствующего лицензирования, или все-таки они более близки к ride-sharing-сервисам и, значит, не требуют вмешательства государства? В ближайшее время на этот вопрос будет отвечать Апелляционный суд Англии и Уэльса. Но каждая страна должна будет ответить на этот вопрос самостоятельно, если не хочет получить последствия в виде резкого роста аварийности на дорогах.

Логика предыдущих судебных решений в разных странах заключалась в том, что если водитель автомобиля, подключенный к ride-hailing-сервисам, зарабатывает себе этим на жизнь, то это означает юридическую близость этих сервисов к легковому такси. Водители ride-sharing-сервисов не зарабатывают себе этим на жизнь, лишь компенсируют стоимость топлива, поэтому и не подлежат государственному регулированию. Сами водители ride-hailing-сервисов подтверждали, что это именно работа, просто без оформления официальных трудовых отношений, что приводит к чудовищным нарушениям здравого смысла. Например, в Великобритании одним из аргументов против Uber является то, что «водители работают по 80/90 часов в неделю, спят в своих автомобилях, но все равно не зарабатывают минимальный уровень дохода».

В России сложилась та же ситуация. График работы 6 дней по 12 часов (суммарно 72 часа в неделю), без больничных, отпуска и иных социальных гарантий, распространен повсеместно. Работая 40 часов в неделю, водитель не будет зарабатывать ничего. Но на смену графику «6х12» пришел график «сутки через сутки» — так автомобиль используется максимально эффективно. Водитель заступает на суточную смену, после её окончания он передает машину напарнику и идет спать. Проснувшись, он вынужден заступать через несколько часов на новую смену, и так до бесконечности. А в реальности — до тяжелого ДТП, когда проявляются физиологические пределы уставшего организма.

Если ride-hailing-сервисы будут признаны сервисами такси, то цены на поездки серьезно вырастут — этот аргумент часто приводят сторонники полного дерегулирования отрасли. Но может ли стоимость поездки быть важнее безопасности пассажира, самого водителя, а также других участников дорожного движения? По моему искреннему убеждению — нет. Что можно сделать для того, чтобы соблюсти интересы как сторонников дешевых поездок, так и тех, кто выступает за безопасность дорожного движения? Выход есть.

Решением данной проблемы является перенос разрешения на работу в такси с автомобиля на водителя. Сегодня разрешение выдается на автомобиль, и делается это крайне неэффективно. Например, в Excel ведутся реестры разрешений в 63 регионах Российской Федерации, а 8 реестров вообще имеют формат, который не может быть прочитан автоматизированным способом. Выдача разрешения на автомобиль приводит не только к тому, что любой желающий может сесть за руль и возить пассажиров, но и к появлению прослойки посредников, сдающих автомобили, имеющие разрешения для работы в такси, в аренду всем подряд. То есть никакого смысла в ведении подобных реестров нет. Очевидно, что на безопасность дорожного движения реестр транспортных средств никакого влияния не может оказывать в принципе.

Выдача персональных разрешений на перевозку пассажиров в легковом транспорте решит проблему искусственного разделения такси и ride-hailing-сервисов, так как оба сегмента будут работать непосредственно с субъектами лицензирования — с водителями. В результате переноса лицензирования на водителя и такси, и ride-hailing сольются в один большой сегмент: городских перевозчиков пассажиров.

У подобной реформы есть еще ряд плюсов:

  • Водитель является не только лицензиатом, но и субъектом налогообложения, что позволит нормализовать вопрос с «самозанятыми» водителями.
  • Становится возможным контролировать режим труда и отдыха с помощью автоматизированных средств, таких как персональный тахограф.
  • К водителям можно предъявлять дополнительные квалификационные требования, исключающие попадание за руль тех, кто находится в группе риска.
  • Прямые взаимоотношения между сервисами по заказу такси и исполнителями этих заказов устранят целую прослойку посредников, которые сейчас резко снижают заработок в этом сегменте.
  • Появляется возможность страхования в реальном времени как пассажиров и водителя, так и гражданской ответственности.

Подобная реформа оздоровит рынок пассажирских перевозок в России, увеличит безопасность на дорогах и предоставит дополнительные социальные гарантии водителям, которые сейчас представляют собой что-то вроде биороботов, работающих за еду. Будет ликвидирован и искусственный разрыв между ride-hailing-сервисами (агрегаторами) и службами заказа легкового такси — это будет единый организм. Компании ride-sharing, организующие совместные поездки, не пострадают. Цены на поездки вырастут незначительно — за счет ухода с рынка целого конгломерата посредников между клиентом и водителем. Дело теперь осталось за малым: чтобы эту идею услышали депутаты Государственной думы.

Россия > Транспорт > forbes.ru, 6 ноября 2018 > № 2782249 Петр Шкуматов


Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 6 ноября 2018 > № 2782248 Алексей Потапов

Почему состоятельные россияне не возвращают деньги на родину

Алексей Потапов

директор инвестиционного департамента UFG Wealth Management

Недоверие владельцев крупного капитала к российской юрисдикции сохраняется, несмотря на попытки властей улучшить инвестиционный климат в стране

Как известно, российские долларовые миллионеры предпочитают держать большую часть своих финансовых активов (а зачастую и бизнес-активов) за пределами родины. Более того, многие для этих целей меняют если не гражданство, то налоговое резидентство, что предполагает необходимость физически находиться за пределами России больше половины календарного года.

Тем не менее за последние пять лет как в экономической, так и в политической сфере происходили стремительные изменения. В СМИ часто высказывались предположения, что ситуация с движением капитала, возможно, начала меняться. И действительно, такие явления, как возросший контроль и прозрачность, борьба с офшорами, автоматический обмен информацией, наконец, появление так называемых санкционных рисков и запущенный российским правительством процесс амнистии капиталов и деофшоризации, по идее, должны были способствовать возврату денег в российскую финансовую систему. Но так ли это на самом деле?

Исходя из своего опыта, я бы ответил, что скорее нет. Действительно, некоторые состоятельные люди забрали в последние 2-3 года денежные средства из зарубежных банков и перевели в российские. Как правило, их свободный финансовый капитал не превышал $1-3 млн, и они столкнулись со снижением уровня сервиса в крупных западных банках, которым стали невыгодны такие «маленькие» клиенты при достаточно высокой стоимости обслуживания. Для российских банков такие клиенты являются достаточно крупными и желанными, им готовы предоставить хороший сервис и, разумеется, более низкий уровень комиссий на услуги Private Banking.

Но те, у кого капитал существенно больше, такого рвения не проявляли. Даже переведя капитал в российский банк с целью воспользоваться российской налоговой амнистией, они затем возвращали его обратно в одну из европейских юрисдикций.

Всколыхнувшее российское медиапространство исследование компании Frank RG «Private banking в России 2018: Мифы и реальность» в целом лишь подтверждает мои личные наблюдения. Сама по себе оценка компании, согласно которой всего 31% активов российские миллионеры держат в России, не сенсационна, — по данным самой Frank RG, такая картина сложилась уже очень давно.

К сожалению, традиционное недоверие владельцев крупного капитала к российской юрисдикции сохраняется, несмотря на попытки властей улучшить инвестиционный климат в стране. Угрозы введения санкций в отношении крупнейших российских банков только усиливают страх. Например, в этом году мы наблюдаем возросший интерес к перемещению ликвидных активов в зарубежные банки со стороны состоятельных людей из российских регионов. Основными причинами такой динамики послужили увеличение санкционных рисков в отношении российских банков и неожиданное на фоне высоких цен на энергоресурсы ослабление курса рубля, а также пример друзей и бизнес-партнеров, которые уже имеют такие зарубежные «подушки безопасности».

Так что явных тенденций, которые указывали бы на разворот частного капитала в сторону России, мы не наблюдаем. Валютная структура клиентов российского рынка Private Banking и ее динамика, исходя из данных Frank RG, косвенно подтверждают это: если сейчас доля рублевых инструментов составляет 40% (и, скорее всего, снизится в ближайшие месяцы до 35%), то еще года три назад она составляла большую часть инвестиций. Очевидно, это свидетельствует о снижении доверия к российской валюте. Учитывая, что какая-то часть рублей используется для текущих трат и «на всякий случай», выходит, что сокращается прежде всего инвестиционная составляющая. Несмотря на это, я наблюдаю определенный рост интереса к российскому фондовому рынку, что могло бы способствовать возвращению частного капитала. Однако пока этот интерес слишком мал, чтобы превратиться в тенденцию.

Смена поколений российских миллионеров, если мы говорим о передаче существующих состояний наследникам, также вряд ли сама по себе изменит устоявшуюся систему. Многие наследники получили зарубежное образование, связывают себя с другими странами и/или опять же уже имеют нероссийское гражданство. Вряд ли у них вдруг появятся достаточные внутренние стимулы для возврата в Россию.

Кто же виноват и что делать? Ответ на первый вопрос оставим политикам, а вот на второй, на мой взгляд, ответ очевиден. Стране нужно новое поколение миллионеров, которые заработают свои капиталы в наше время и в той институциональной среде, которая не будет способствовать мыслям о переводе кровных за рубеж. А для этого нужно продолжать планомерную работу по улучшению бизнес-среды и инвестклимата, а также возвращать высокий экономический рост. А там, глядишь, и нынешнее поколение возьмет пример с молодых.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 6 ноября 2018 > № 2782248 Алексей Потапов


Россия > СМИ, ИТ > rosbalt.ru, 6 ноября 2018 > № 2781845 Карен Казарян

Напомним, закон, который обязал мессенджеры идентифицировать пользователей по номеру мобильного телефона, приняли прошлой осенью. Он вступил в силу еще 1 января 2018 года. Согласно документу, если администрации ресурса не удалось подтвердить личность юзера по абонентскому номеру у оператора сотовой связи, его должны заблокировать. Иначе компании грозит штраф — от 800 тыс. до 1 млн рублей. С момента принятия закона прошел почти год, но он так и не заработал. Есть ли у него шанс с принятием новых правил идентификации, и как эта процедура будет выглядеть на практике, «Росбалту» рассказал ведущий аналитик Российской ассоциации электронных коммуникаций (РАЭК) Карен Казарян.

— Закон об идентификации пользователей мессенджеров принят прошлой осенью, но до сих пор не работает. Новые правила, которые принял кабмин, это изменят?

— Нет. Кроме правил нужно принять еще ряд подзаконных актов, которых до сих пор нет.

— Идентификацию должны будут пройти все пользователи или только новые?

— Этот закон обратной силы не имеет. Значит, тех, кто уже пользуется мессенджерами, идентификация не коснется. Она затронет только новых пользователей, которые будут регистрироваться после вступления закона в силу.

— По новым правилам, после регистрации в мессенджере пользователь должен будет «совершить действие с использованием абонентского номера, позволяющее достоверно установить, что сообщенный абонентский номер при регистрации в сервисе обмена мгновенными сообщениями используется пользователем». О чем идет речь?

— Ну, у каждого мессенджера своя процедура подтверждения: кто-то просит ввести код из смс, кто-то — сделать звонок на определенный номер. Не очень понятно, как это будет выглядеть в будущем, поэтому формулировка в законе довольно размытая.

— Правильно ли я понимаю, что уже после этой процедуры администрация мессенджера направляет запрос сотовому оператору?

— Да.

— Как это будет? Вот я регистрируюсь в мессенджере, указываю свой номер телефона, подтверждаю его. Дальше администрация ресурса отправляет запрос оператору связи, чтобы подтвердить, есть ли я у них в базе. Что конкретно должен подтвердить оператор? Зарегистрирован ли вообще такой номер в сети? На кого именно он зарегистрирован? Значит ли это, что при регистрации в мессенджере я должна буду указывать реальные имя и фамилию, а может и паспортные данные, чтобы потом администрация ресурса могла сверить все это с базой сотового оператора?

— Об этом ни в самом законе, не в правилах идентификации нет ни слова. Никаких разъяснений о том, какую именно информацию просят у сотовых операторов мессенджеры, нет.

— Не знаю, есть ли теперь смысл задавать этот вопрос, но все же спрошу: по новым правилам, у сотового оператора есть 20 минут, чтобы ответить администрации мессенджера. Если он ответит, что в базе нет данных о таком абоненте или не ответит вовсе, то идентификация считается не пройденной. По закону, мессенджер в таком случает должен пользователя заблокировать. В том числе просто потому, что оператор сотовой связи не ответил.

— Это еще одна проблема, по которой закон об идентификации не будет работать. Нигде не прописано, что сотовый оператор обязан сотрудничать с мессенджерами и предоставлять им какую-то информацию. И наказания за то, что он просто не ответит, нет. Кроме того, до сих пор непонятно, кто будет платить за идентификацию, на что указывал Минэкономразвития в своем отзыве на законопроект. Ведь мессенджеры и сотовые операторы должны будут вести определенную работу. И сами смс тоже чего-то стоят.

— На какие мессенджеры распространяется действие закона? Ведь во ВКонтакте и Facebook тоже есть возможность обмениваться мгновенными сообщениями.

— Роскомнадзор ведет так называемый реестр «Организаторов распространения информации (ОРИ)», на которых распространяется действие закона. Сейчас из известных в России ресурсов в нем только Telegram и ВКонтакте, а также Snapchat, WeChat, Line Chat. Ни WhatsApp, ни Viber, ни Facebook Messenger, ни даже «Там Там» в этом списке нет.

— Как так получилось?

— Для компаний есть два пути в реестр Роскомнадзора: либо они сами подают заявку, либо их включают в этот список принудительно — по решению органов национальной безопасности. Поскольку в отношении WatsApp или Viber они этого не сделали, значит, в этом пока нет необходимости.

Что касается добровольности, формально все компании, которые предоставляют пользователям возможность обмениваться мгновенными сообщениями, действительно, должны были сами подать заявки в Роскомнадзор для включения их в реестр. Но никаких санкций за то, что они этого не сделают, не предусмотрено.

— Правильно ли я понимаю, что весь этот закон об идентификации завязан на реестр Роскомнадзора, и спрос только с тех, кто в нем числится?

— Так, наверное, неправильно говорить. Формально в законе есть конкретное юридическое определение понятия «организатор распространения информации». Другое дело, что правоприменение, действительно, завязано на включении таких компаний в реестр.

На сайте Роскомнадзора нет возможности посмотреть весь список компаний, которые входят в перечень организаторов распространения информации. Можно только проверить по названию конкретной компании, есть она там или нет.

По состоянию на 10 августа 2017 года в реестре было 89 компаний. Как писал РБК, среди них на тот момент были почтовые клиенты Mail.Ru Group и «Яндекса», облачный сервис «Яндекс.Диск», соцсети «Мой мир», «Мой круг», «ВКонтакте», сервисы знакомств Mamba, Badоo, мессенджеры «Агент@Mail.ru». «Из-за нежелания предоставлять данные для включения в реестр в России была заблокирована онлайн-рация Zello, сайты мессенджеров BlackBerry, Imo. Представитель Zello называл требования ведомства «абсурдными и невыполнимыми», — отмечало издание.

Позднее Роскомнадзор заявил, что ведет переговоры с крупнейшими международными IT-компаниями вроде Facebook, WhatsApp, Viber, Apple, Twitter, которые находятся в процессе принятия решения о вхождении в реестр ОРИ. «Мы уважаем право компаний на конфиденциальность переговоров, поэтому не выносим в публичное поле результаты их промежуточных этапов. Нужно понимать, что это глобальные корпорации со сложной системой управления и согласования юридически значимых действий. Но для нас важно стремление компании к сотрудничеству. Если оно явно обозначено, у нас есть процедурные возможности для того, чтобы предоставить сервису дополнительное время, необходимое для согласования итогового решения», — сказал замглавы Роскомнадзора Олег Иванов «Российской газете» еще в апреле 2018 года. С тех пор в публичном поле не было никакой информации о вхождении WhatsApp, Viber или Facebook в реестр.

Анна Семенец

Россия > СМИ, ИТ > rosbalt.ru, 6 ноября 2018 > № 2781845 Карен Казарян


Россия. Весь мир > Армия, полиция > kremlin.ru, 6 ноября 2018 > № 2781441 Владимир Путин

Заседание Комиссии по вопросам военно-технического сотрудничества России с иностранными государствами

Владимир Путин провёл заседание Комиссии по вопросам военно-технического сотрудничества Российской Федерации с иностранными государствами.

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги!

В мае этого года мы с вами отметили 65-летие сотрудничества с иностранными государствами в области военно-технического взаимодействия. Хотел бы на заседании Комиссии по вопросам ВТС ещё раз поздравить всех разработчиков, производителей вооружений, учёных, инженеров, рабочих, ветеранов российской оборонки с этой знаменательной вехой. Именно благодаря их самоотверженному труду Россия не только сохранила, но и упрочила лидерские позиции на мировом рынке вооружений, прежде всего в его высокотехнологичном сегменте, в конкурентной среде.

Опираясь на накопленный богатый опыт, необходимо и далее последовательно наращивать военно-техническое сотрудничество с иностранными государствами. Имеющиеся возможности в сфере ВТС важно использовать для модернизации и обновления всей отечественной промышленности, поддержки нашей науки, для формирования мощного технологического потенциала в интересах динамичного развития страны.

Уважаемые коллеги! На повестку дня сегодняшнего заседания Комиссии по военно-техническому сотрудничеству с иностранными государствами вынесены несколько вопросов, а также запланировано обсуждение мер по развитию ВТС.

В последние годы объём экспортных поставок продукции военного назначения находится на стабильно высоком уровне, составляет порядка 15 миллиардов долларов.

Имеющиеся возможности в сфере ВТС важно использовать для модернизации и обновления всей отечественной промышленности, поддержки науки, формирования мощного технологического потенциала в интересах динамичного развития страны.

Преимущество российских производителей – это неизменно высокое качество продукции, которая по своим боевым и техническим характеристикам не имеет аналогов. Россия дорожит репутацией добросовестного и ответственного участника ВТС. Мы строго соблюдаем международные нормы и принципы в этой сфере. Поставляем вооружение и военную технику исключительно в интересах безопасности, обороны и борьбы с терроризмом. В каждом конкретном случае детально оцениваем обстановку и прогнозируем развитие ситуации в том или ином регионе мира. При этом заключаемые двусторонние контракты никогда не направлены против третьих стран, против интересов их безопасности.

Существенно меняющиеся условия, в которых приходится вести торговлю военной техникой, требуют переналадки привычных подходов и разработки новой комплексной стратегии действий на перспективу.

Конечно, мы продолжим пристально следить за тенденциями мирового рынка вооружений, предлагать нашим партнёрам новые гибкие, удобные формы сотрудничества. Это тем более важно в нынешних условиях, когда наши конкуренты прибегают часто к недобросовестным методам борьбы: пытаются давить, шантажировать покупателей, в том числе с использованием санкционных мер политического характера, чтобы навязать свою военную технику, даже если она выше по цене и уступает нашей технике по качеству.

Новым моментом является и растущая заинтересованность иностранных заказчиков в современных научно-исследовательских и опытно-конструкторских работах, а также в локализации производства военной продукции на своей территории. Мы, разумеется, это учитываем. Так, за последние пять лет объём совместных НИОКРов с целью модернизации и разработки новых образцов вооружений вырос на 35 процентов.

Вместе с тем существенно меняющиеся условия, в которых приходится вести торговлю военной техникой, требуют переналадки привычных подходов и разработки новой комплексной стратегии действий на обозримую перспективу. Словом, в сфере ВТС у нас есть и серьёзные достижения, и понимание стоящих перед нами масштабных задач.

Сегодня обсудим эти конкретные вопросы на важнейшем направлении нашего взаимодействия и примем необходимые решения.

Россия. Весь мир > Армия, полиция > kremlin.ru, 6 ноября 2018 > № 2781441 Владимир Путин


Казахстан > Госбюджет, налоги, цены > camonitor.com, 5 ноября 2018 > № 2788251 Алуа Жолдыбалина

Как изменится сознание госслужащих в Казахстане?

Модернизация общественного сознания, обозначенная в программной статье Нурсултана Назарбаева «Болашаққа бағдар: рухани жаңғыру», касается также изменения сознания представителей государственных органов. Эта мысль уже более детально была продолжена главой государства в октябрьском послании народу Казахстана. О том, как именно планируется реализовать эту реформу, мы беседуем с руководителем отдела социально-политических исследований Казахстанского института стратегических исследований при Президенте РК Алуа Жолдыбалиной.

– Алуа Сериковна, что, по-вашему, необходимо изменить в сознании госслужащих в первую очередь?

– В первую очередь, кардинальное повышение эффективности деятельности государственных органов требует от госслужащих новой формации современных навыков и компетенций. Характеристиками новой управленческой элиты должны стать готовность и способность к диалогу, к нетривиальному ответственному выбору, патриотизм, высокая общая культура, сотрудничество с аналитиками-экспертами, умение работать в команде.

Новые управленцы должны быть специалистами в разных областях знания (это одновременно означает, что они не должны быть узкими специалистами). Такая специализация закрывает, а иногда и исключает возможность поиска альтернативных решений, основанных на компромиссе интересов, консенсусе различных социальных сил.

К тому же новым управленцам следует учитывать специфику различных сфер управления не только по уровням (региональный, местный), но и по функциям (управление стратегическое, управление информацией, финансами, человеческими ресурсами и т. д.), и по структурам (государственное управление, коммерческое управление, управление общественными организациями).

– Какими в итоге вы видите руководителей новой формации?

– Руководители новой формации – это служащие, которые сами выступают в роли проводников социально-экономических реформ. Они обладают широтой взглядов и стратегическим мышлением. В достаточной степени понимают содержание и значение основных программных документов страны. В своей деятельности не ограничиваются исполнением поручений вышестоящих госорганов и должностных лиц. Понимают взаимосвязь осуществляемой ими работы с общестратегическими целями государства. И, конечно, способны предложить смелые, нестандартные идеи.

– А как изменятся зарплаты госслужащих? Как известно, президент поручил уделить этому вопросу особое внимание.

– Интересно, что ежемесячная заработная плата госслужащих теперь будет зависеть от характера и сложности работы (традиционная система учитывала только уровень их должности и стаж работы). В пилотном режиме новая система оплаты труда уже внедрена в акимате города Астаны, акимате Мангистауской области, Министерстве юстиции и в Агентстве по делам государственной службы и противодействию коррупции.

Напомню, что при старой тарифной сетке работники министерств получали значительно больше служащих акиматов, а оклад любого руководителя был выше, чем у исполнителя, вне зависимости от содержания работы каждого. Это приводило к необоснованной диспропорции в оплате труда и не дифференцировало должности с учетом их значимости для госоргана.

– И все-таки, каково главное отличие новой системы оплаты труда от старой?

– На мой взгляд, главное отличие новой системы оплаты труда в том, что она учитывает круг возложенных обязанностей и результативность госслужащего. Его доход будет формироваться из двух частей: гарантированный должностной оклад на основе факторно-балльной шкалы и бонусов.

Новая система основана на так называемой факторно-балльной шкале, согласно которой все должности оцениваются с учетом трех факторов:

– каков уровень знаний, компетенций и опыта работы необходим для эффективного осуществления должностных обязанностей;

– степень сложности поставленных перед должностью задач;

– степень ответственности за недостижение результата.

По каждому из факторов выводится балл, а их совокупность определяет место должности в новой сетке оплаты труда. В результате оценки всех должностей они были сгруппированы по четырем блокам: высший управленческий состав, куда вошли ответственные секретари, руководители аппаратов и председатели комитетов; основной (должности отраслевых подразделений); содействующий (должности, ответственные за юридическое, финансовое, кадровое, информационно-технологическое сопровождение, связь с общественностью); вспомогательный (должности, ответственные за административно-хозяйственную деятельность).

– А как насчет сокращения диспропорции в окладах госслужащих регионов и центра?

– Действительно, это еще один значимый положительный аспект внедрения новой системы. К примеру, если раньше главный специалист акимата в среднем получал на 70 процентов меньше (115 тыс. тенге), чем главный эксперт в центральном госоргане, то сейчас разница будет составлять в среднем 10 процентов (210 тыс. тенге).

Так, на областном уровне минимальный размер заработной платы на низовой должности повысится с 62 тыс. до 117 тыс. тенге. В центре – с 84 тыс. до 136 тыс. тенге. По завершении пилотного проекта будет принято решение о сроках внедрения проекта в масштабе республики.

Как известно, большинство организаций, в том числе государственных, частных, международных (ООН, Всемирный банк, Азиатский банк развития и т.д.), при оценке должностей полагаются на факторно-балльную оценку. В государственных органах США, Сингапура, Малайзии, Новой Зеландии и других экономически развитых стран работа служащих оценивается таким же образом.

И, наконец, касательно новой системы премирования. Во-первых, изменено само понятие «премий» на «бонусы». Во-вторых, они будут выплачиваться только в зависимости от результатов работы государственных служащих по итогам года.

Автор: Светлана Борисова

Казахстан > Госбюджет, налоги, цены > camonitor.com, 5 ноября 2018 > № 2788251 Алуа Жолдыбалина


Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > premier.gov.ru, 5 ноября 2018 > № 2782018 Дмитрий Медведев

Онлайн-конференция Дмитрия Медведева в Шанхае

Председатель Правительства ответил на вопросы в режиме «онлайн» на площадке Шанхайской медиагруппы.

Онлайн-конференция Дмитрия Медведева с китайскими интернет-пользователями прошла в штаб-квартире Шанхайской медиагруппы. Для российских интернет-пользователей была организована трансляция конференции на портале международного информационного агентства «Россия сегодня».

Из стенограммы:

Юань Мин (как переведено): Сегодня утром в Шанхае состоялось открытие первой Китайской международной импортной выставки. Россия приняла участие в выставке в качестве одного из 12 почётных гостей. Премьер-министр Российской Федерации прибыл в Шанхай во главе российской делегации и принял участие в открытии выставки. Сегодня мы рады приветствовать Премьер-министра в студии Шанхайского медиацентра. Благодарим Вас за то, что Вы согласились принять участие в онлайн-конференции и ответить на вопросы интернет-пользователей.

Добро пожаловать!

Д.Медведев: Ni hao! Здравствуйте!

Вопрос (как переведено): Премьер-министр, в 2010 году в Шанхае проходила Всемирная выставка «ЭКСПО», и Вы были на ней с визитом. И вот спустя восемь лет Вы снова приехали в Шанхай. Позвольте спросить, что интересного из сделанного в России российское Правительство и предприятия привезли на этот раз на импортную выставку?

Д.Медведев: Во-первых, хочу сказать, что идея выставки сама по себе очень правильная и интересная. В мире не так много подобного рода выставок, где рассматриваются вопросы, связанные с импортом. В данном случае речь идёт о большой, полноценной выставке, куда приезжают предприятия из самых разных стран мира. И сегодня в открытии выставки участвовали главы государств и правительств. Это было масштабное мероприятие с открытием, которое осуществил Председатель Си Цзиньпин, а затем выступали другие коллеги.

Мы говорили о том, что в мире много уделяют внимания экспорту, но «ЭКСПО», которая была бы посвящена непосредственно импорту – во всяком случае, на такой системной основе, – появилась впервые. И мы рады принять участие. Хотел поблагодарить ещё раз наших китайских друзей за то, что нас пригласили в качестве страны-партнёра.

На эту выставку приехали представители приблизительно 50% регионов нашей страны. Это большие делегации, которые представлены региональным бизнесом и которые привезли на выставку свои продукты, свои идеи, свои предложения.

Я осмотрел вместе с другими коллегами павильоны, которые были посвящены отдельным государствам, а после этого – уже непосредственно нашу часть выставки и обратил внимание, что там большое количество самых разных товаров. Это и продукты питания, и техника, и аграрные технологии, и вообще много всего, что может быть интересно потребителям в Китайской Народной Республике и, наверное, в других странах.

Площадка хорошая. И то, что выставка будет проходить каждый год, на ней будут встречаться представители бизнеса каждый год, это само по себе весьма и весьма неплохо. Так что я хочу поздравить наших китайских друзей с очень важным событием.

Вопрос (как переведено): Вы отметили, что в будущем несырьевой неэнергетический экспорт России должен вырасти до 250 млрд долларов. Как Вам кажется, какие новые точки роста экономики и торговли в сотрудничестве России и Китая может принести эта импортная выставка?

Д.Медведев: Именно в этом направлении, как мне представляется, и должно проходить наше сотрудничество. Мы очень неплохо научились сотрудничать в сфере энергетики – наши китайские партнёры покупают в Российской Федерации и газ, и нефть. Но это традиционные направления сотрудничества, хотя и очень большие. Кстати сказать, совсем скоро в Пекине будет проходить и большой энергетический форум между нашими странами. Если говорить об этой выставке, то это совершенно другое направление. Это несырьевое и неэнергетическое направление, это то, что для нашей страны очень важно, – сельское хозяйство, продукты питания, высокие технологии, различного рода технологические сервисы, цифровая экономика. Это то, что будет определять уровень развития наших стран в XXI веке. Мы очень рассчитываем, что при помощи этой выставки и ввиду наших разветвлённых экономических связей с Китайской Народной Республикой удельный вес именно такого, несырьевого экспорта будет в нашем товарообороте расти. Это будет на пользу и нашим экономикам, которые получат дополнительные драйверы развития, и нашим компаниям, которые этим занимаются.

Перед нашей страной стоит задача – изменить структуру товарооборота. Россия очень большая страна и поставляет большое количество энергоресурсов, сырьевых товаров. Но мы понимаем, что будущее за другим – за высокими технологиями, современными цифровыми решениями. И мы стараемся свой экспорт поменять. В настоящий момент уже более 50% доходов, которые получает российский бюджет, создаётся не за счёт нефти и газа, не за счёт поставки электроэнергии или какого-то иного сырья, а за счёт других решений. Я уверен, что наше сотрудничество в этой сфере будет помогать в решении этой задачи.

Вопрос (как переведено): Сегодня утром Вы отметили, что в Шанхае должно быть открыто представительство Российского экспортного центра при поддержке Внешэкономбанка. Это очень интересная новость для Шанхая. Вы ранее также неоднократно упоминали, что создание цифровой экономики является государственной задачей России. Какое пространство для взаимодействия наших стран существует в области цифровой экономики?

Д.Медведев: Во-первых, по поводу Российского экспортного центра. С учётом масштабов сотрудничества между Россией и Китаем совершенно очевидно, что представительство этого центра в Китайской Народной Республике должно быть. И оно будет создано в Шанхае. Это структура, которая занимается поддержкой экспорта российских компаний, чтобы они могли на нормальных условиях выйти на иностранные рынки, в том числе на такой большой рынок, как рынок Китайской Народной Республики. Поэтому мы приняли решение создать здесь подразделение Российского экспортного центра. Мне кажется, это очень важно. Сегодня я проходил по выставке, там были российские бизнесмены, и они нас за это благодарили, потому что это помогает им работать на китайском рынке.

Что касается «цифры», то цифровая экономика – это будущее. Это понимают все, это понимаем мы и наши друзья в Китайской Народной Республике. Мы будем делать всё для того, чтобы подобного рода технологии развивались. Ведь «цифра» сейчас везде. Мы с вами общаемся – сигнал через «цифру» уходит наверх, на спутники, после этого нас видят по телевидению, смотрят в интернете. Если бы не цифровые технологии, то никто бы ничего не услышал и не увидел. «Цифра» сегодня становится частью управления – и государственного управления, и коммерческого управления. Цифровые технологии проникают на бытовой уровень.

Сейчас в нашей стране очень распространены сервисы, позволяющие людям напрямую получать ответы из государственных структур. Не обращаться туда, а, находясь за своими компьютерами, открывать личные кабинеты, заполнять соответствующие формуляры и получать ответы. «Цифра» – это масса очень удобных бытовых вещей.

Наконец, цифровые технологии будут способствовать созданию того, что мы называем искусственным интеллектом, а искусственный интеллект, совершенно понятно, определит развитие стран в текущем столетии.

По всем этим направлениям мы готовы работать вместе с нашими друзьями из Китайской Народной Республики. Тем более что эта сфера очень конкурентоспособна. В ряде случаев нас пытаются «отжать», не допуская к тем или иным сервисам, программам, упрекая в том, что мы нарушаем в той или иной степени чьи-то права. Иногда, наверное, это тоже происходит, и с этим нужно разбираться. Но в любом случае попытки недобросовестной конкуренции в этой сфере присутствуют. И в этом смысле очень важно, чтобы мы в ряде направлений выступали совместно, включая, кстати, и решения, связанные с будущим торговых отношений, международных торговых отношений, Всемирной торговой организации, о чём, кстати, сегодня в своём выступлении говорил и Председатель Си Цзиньпин, и определённые вопросы в этой сфере также были затронуты мной в выступлении.

Вопрос (как переведено): Пять лет назад Китай выступил с инициативой «Один пояс – один путь», эта инициатива значительно расширила сферы сотрудничества Китая с Россией. Также происходит сопряжение инициативы «Один пояс – один путь» с продвижением Евразийского экономического союза. Как Вы можете прокомментировать тенденцию развития сотрудничества в этой сфере, учитывая всемирный торговый протекционизм?

Д.Медведев: Про протекционизм я уже начал говорить, и ещё раз хочу сказать: протекционизм – это, безусловно, плохое явление мировой экономики. Протекционизм был всегда. Но всё-таки в основном в предыдущие годы большинство стран придерживалось тех правил, которые удалось выработать в рамках Всемирной торговой организации.

И мы сейчас продолжаем считать, что ничего лучшего человечество в этой сфере не выработало. Насколько я знаю, такова позиция и руководителей Китайской Народной Республики.

Да, эта система не идеальна, но она работает и обеспечивает конкуренцию в мире, свободное развитие экономик и соответствующих стран.

К сожалению, в последнее время были предприняты действия, направленные на то, чтобы эту конкуренцию задушить, а систему свободного обмена товарами и услугами поставить под очень жёсткий контроль. Это, собственно, и называется протекционизмом – когда одни страны пытаются отгораживаться от других стран.

Такого рода политику ведёт ряд государств. Наверное, самое крупное из них – Соединённые Штаты Америки, которые вводят всякого рода ограничения, пошлины в отношении Китайской Народной Республики, Европейского союза и нашей страны. В конечном счёте, я уверен, от этого пострадает и американская экономика. Всё это в настоящий момент сказывается на темпах развития мировой экономики и на развитии наших стран. И поэтому сегодня, выступая на эту тему, практически все говорили о ценности сохранения режима, который даёт Всемирная торговая организация, и необходимости его развития, реформирования в особых случаях.

Идея, заложенная в проекте «Один пояс – один путь», безусловно, полностью противоположна протекционизму. Она направлена на то, чтобы развивать глобальные процессы в экономике, связывать различные страны, имея в виду и торговые, товарные потоки, и возможности логистического порядка, развивать различные сервисы, в конечном счёте развивать все страны, которые и образуют «Один пояс – один путь».

Эта идея возникла, как Вы правильно сказали, пять лет назад, и мы в той или иной степени обсуждали её с нашими партнёрами на протяжении всего этого периода. В определённый момент возникла идея так называемого сопряжения Евразийского союза и концепции «Один пояс – один путь». Как мне представляется, сейчас мы находимся в ситуации, когда нужно проанализировать, каким образом такого рода соединение может помочь нашим экономикам, какой дополнительный, добавленный эффект эта идея может принести народам наших стран.

Это не абстрактный разговор, не общие рассуждения, а вполне конкретные истории, связанные, например, с торговыми соглашениями, которые мы в настоящий момент обсуждаем с Китайской Народной Республикой. С одной стороны – Евразийский союз, то есть пять стран, а с другой стороны – Китайская Народная Республика. Это создаёт дополнительные торговые возможности, это создаёт возможности по поставкам товаров, услуг, работ в упрощённом порядке. А стало быть, наши компании смогут лучше и быстрее быть представленными на территории и в экономике Китая и, соответственно, китайские компании смогут активнее взаимодействовать с компаниями из Евразийского союза.

Поэтому, мне кажется, это хорошее направление нашего взаимодействия. Мы будем этим заниматься.

Вопрос (как переведено): Вы отмечали, что в последнее время Россия сталкивается с определённым давлением из-за снижения цен на нефть и западных санкций. Но двухлетний период отрицательного роста российской экономики закончился, рост составил 1,5%. Также Россия выросла в рейтинге Всемирного банка, находится на 40-м месте. Каким образом Россия справляется с этим давлением и улучшает свой экономический климат?

Д.Медведев: Всякое давление создаёт и проблемы, и определённые перспективы.

Действительно, наша экономика вначале столкнулась с ситуацией, которая была связана с понижением цен на нефть, а для нашей страны это важный фактор. Но в настоящий момент, скажем прямо, цены выровнялись. И мы никогда не были заинтересованы в том, чтобы цены были максимально высокими. Это грозит как раз остановкой развития экономики, и мы это прекрасно понимаем. Для нас не являются выгодными цены, которые запредельно высоки. Нам нужны разумные цены, и сейчас с этим всё в порядке. А другой фактор, который, безусловно, влиял на развитие нашей экономики и влияет сейчас, – это пресловутые санкции, которые были введены рядом государств и в той или иной степени ограничивали наше развитие. Но в этих ограничениях мы и нашли источник самореализации, источник нашего собственного развития. Потому что когда нам сказали «мы не будем вам поставлять это и это», мы сказали: хорошо, если вы нам не будете поставлять такого рода технику или технологии, мы займёмся этим сами. И в результате мы стали развивать импортозамещение, у нас возникли целые вполне конкурентоспособные направления в промышленности, высоких технологиях. Если говорить о сельском хозяйстве, то, по сути, введение этих санкций (а мы ввели потом ответные меры в отношении Соединённых Штатов, Европейского союза) привело к тому, что наше сельское хозяйство стало развиваться просто ударными темпами. Мы теперь являемся крупнейшим производителем пшеницы и зерновых, поставляем их практически в любые регионы, где это необходимо, естественно, мы имеем очень добрые отношения с нашими партнёрами в этой сфере. Сегодня, кстати сказать, мы обсуждали вопрос о том, чтобы развивать сотрудничество по поставкам сои, например, в Китайскую Народную Республику. В общем, то место, которое в силу географических, природных условий, по сути, было предназначено нашей стране, мы сейчас, как мне кажется, достаточно неплохо используем. И за это мы должны поблагодарить тех, кто ввёл санкции в отношении нашей страны, – если бы они это не сделали, может, мы и дальше бы просто поставляли нефть и газ и не думали о том, чтобы развивать сельское хозяйство. Так что в каждом ограничении есть источник развития.

Юань Мин (как переведено): Сказано прекрасно. Знаете, как мы называем русских? Воюющая нация. Я услышала это и сразу поняла, что это выражение верное.

Д.Медведев: Мы стараемся воевать мирными средствами. Только когда что-то совсем тяжёлое происходит, мы, конечно, отвечаем так, как следует, а так мы стараемся конкурировать на экономической площадке.

Вопрос (как переведено): Россия и Китай также сотрудничают в сфере безопасности и противостоят новым, нетрадиционным угрозам. Каким образом можно укреплять и углублять сотрудничество России и Китая в сфере безопасности?

Д.Медведев: Мы давние партнёры в сфере безопасности. Наши страны, и Россия и Китай, являются постоянными членами Совета Безопасности ООН. Стало быть, у нас особая миссия при принятии решений, которые имеют значение для всего человечества, на площадке Организации Объединённых Наций. Наши страны исходят из того, что единственной всеобъемлющей площадкой для разрешения международных споров, проблем является именно Организация Объединённых Наций, а не какие-то суррогаты или придуманные виртуальные организации, где что-либо рассматривается. Поэтому мы уже очень давно сотрудничаем в сфере безопасности.

Но, конечно, сейчас появляются новые угрозы. И мы сотрудничаем и по этому направлению. Мы с вами сегодня говорим о цифровом развитии и компьютерных технологиях. Кстати, для понимания, только объём электронных сделок между гражданами, компаниями нашей страны и Китайской Народной Республики в настоящий момент уже составляет где-то 3 млрд долларов в год. Эта цифра, конечно, будет расти с учётом развития сервисов системы e-commerce, то есть электронной коммерции, и всё это будет развиваться. Но у цифрового развития и компьютерных технологий есть и оборотная сторона – это киберпреступность. Сегодня с этим явлением сталкиваются все страны. Есть обычные мошенничества, которые связаны с тем, что большое количество денег оседает в карманах мошенников в результате различного рода виртуальных манипуляций. Это трансграничная преступность, она может быть локализована где угодно.

Есть и ещё более опасная киберпреступность и технологии, которые пытаются использовать террористы. В этом смысле между нашими странами существует несколько важных соглашений, по которым осуществляют взаимодействие правительства наших стран, спецслужбы наших стран. Это работа тихая, но очень важная, и ей нужно заниматься постоянно.

Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > premier.gov.ru, 5 ноября 2018 > № 2782018 Дмитрий Медведев


Россия > Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 4 ноября 2018 > № 2782927 Наталия Зверева

Социальный бизнес остро нуждается в поддержке

Наталия Зверева

директор фонда региональных социальных программ «Наше будущее»

Как закон о социальном предпринимательстве поможет государству сэкономить миллиарды рублей

Сообщество социальных предпринимателей ждет принятия профильного законопроекта, разработанного Минэкономразвития, для возможности расширения своей деятельности и получения льгот. Закон вот-вот будет принят, но это «вот-вот» слегка затянулось. На днях Владимир Путин, выступая на ежегодном форуме «Опора России», напомнил парламентариям о том, что еще в прошлом июле он поручил им принять его в ускоренном порядке. «Заканчивается 2018 год, а воз и ныне там», — констатировал президент и потребовал выполнить его поручение до конца декабря.

Не думаю, что на этот раз причина промедления — бюрократическая волокита. Парламентарии не дремлют, работа над законом идет полным ходом, просто на этот раз речь идет о действительно очень непростом явлении, которое загнать в рамки сухих юридических формулировок невероятно сложно. Депутатам в этом смысле не позавидуешь.

Принимая закон о социальном предпринимательстве, очень важно не сбить прицел и принять закон именно о социальном предпринимательстве, а не о чем-то другом. Даже экономисты не всегда могут точно сформулировать, что же это такое. Путают наших подопечных, например, с НКО. Думаю, нелишним будет еще раз напомнить, что социальное предпринимательство — не благотворительность. Это самая что ни на есть коммерческая деятельность, которая в первую очередь должна быть эффективной, приносить прибыль и работать по всем законам современного бизнеса. Но кроме прибыли социальный предприниматель производит еще и явную общественную пользу. Его миссия — решать социальные проблемы бизнес-методами. Как это делают, например, Наталья Гаспарян и Мария Бондарь из Санкт-Петербурга, которые основали специализированную туристическую компанию для людей с ограниченными возможностями. Или Сергей Николаенко из Красноярска, который научился не хуже немцев производить современные лицевые протезы и тем самым подарил нормальную жизнь сотням людей, получившим страшные увечья. Или архангельская компания «Листик», которая нашла удивительную нишу — производство одежды для недоношенных детей. Оказывается, это реальная проблема, которую до сих пор никто не замечал. Всего в нашей орбите более 200 таких проектов, которым мы помогаем знаниями и беспроцентными кредитами.

Еще одна аббревиатура, которая не имеет к социальному предпринимательству никакого отношения, — КСО. Корпоративная социальная ответственность бизнеса. Да, сейчас почти все крупные компании выделяют часть своей прибыли на благие дела, и это замечательно. Но сама модель, по которой действует социальный предприниматель, принципиально иная. Он никому не дает деньги ради решения общественных проблем, он решает их самим своим существованием. Это не акула, которая по необходимости делится частью добычи, а скорее дельфин — тоже хищник, но с врожденными навыками альтруизма. Не случайно книга о наших героях, которая недавно вышла в издательстве «Манн, Иванов и Фербер», так и называется — «Дельфины капитализма»

В защиту депутатов я могла бы напомнить еще и о том, что в мире вообще не так уж много стран, где есть закон о социальном предпринимательстве. И где существует само явление, которое он регламентирует. Можно пересчитать такие страны по пальцам двух рук. То, что Россия вошла в их число, — это уже хорошая новость.

Самый передовой опыт демонстрируют две страны: Великобритания и Южная Корея. Причем подход к социальному предпринимательству у них принципиально разный, но одинаково эффективный. В Англии есть особая организационно-правовая форма — CIC (Community Interest Company), то есть компания, действующая в интересах местного сообщества. Этот статус предусматривает как льготы, так и ограничения, которые делают его непригодным для тех, кто хотел бы мимикрировать под CIC ради ухода от налогов. Государственно-частное партнерство с такими компаниями осуществляется через инструмент социальных облигаций (Social Impact Bonds). Под тот или иной социальный проект государство выпускает ценные бумаги, которые покупают инвесторы, финансируя таким образом CIC. А чтобы они работали эффективно, доход по этим облигациям привязан к результату проекта, тем самым власти делают «бесплатными контролерами» над социальными предпринимателями их собственных инвесторов. Всего в Великобритании 80 000 таких предприятий. Если экстраполировать эту цифру на масштабы России, то у нас их должно быть порядка 200 000. Допустим, что у каждого в среднем будет хотя бы 10 сотрудников. Это 2 млн рабочих мест! Причем не где-нибудь, а в глубинке, куда государству и крупному бизнесу дотянуться труднее всего.

Но наши законодатели ориентируются скорее на опыт Южной Кореи. Там к разработке аналогичного закона подошли максимально широко и вдумчиво, предусмотрели фактически все возможности для работы государства с социальными предпринимателями. Это и финансовая поддержка (выдача беспроцентных кредитов), и четко выстроенная система обучения, и бесплатное консультирование, и главное — продвижение, популяризация товаров и услуг, которые производят и предоставляют социальные предприниматели. Это очень правильный, системный подход, для которого, разумеется, нужен детально проработанный закон. В Южной Корее смогли его разработать и принять. Получится ли в России?

Эффект будет заметен не сразу, но я уверена, что постепенно такой закон в корне изменит жизнь не только самих предпринимателей, но и всех граждан России. Причем изменит к лучшему.

Что произойдет сразу? Министерству экономического развития больше не нужно будет каждый год разрабатывать новые приказы о деятельности социальных предприятий, как это происходит сейчас. Новый закон (а вернее, поправки к старому закону «О малом и среднем бизнесе») развяжет руки региональным властям и позволит им формировать меры поддержки социального бизнеса с учетом специфики, которая в их регионе существует. Сейчас местным органам власти, которые хотят быть активными в этой сфере, приходится самим разрабатывать законопроекты, при этом многие боятся сделать что-то не так.

Закон активизирует и самих социальных предпринимателей, многие из которых пока даже не осознают себя таковыми. После того как само понятие обретет законченную форму, представители бизнеса смогут гораздо быстрее разобраться в том, что такое рынок социальных услуг, как он работает, какова в нем роль государства и какую долю этого рынка оно готово отдать частному сектору. Например, власти региона говорят: «Уход за пожилыми людьми мы готовы делегировать бизнесу. С нашей стороны — подушевая оплата соответствующих услуг вот по таким-то тарифам, которые мы гарантируем на ближайшие пять лет». Имея эту информацию, инвестор понимает, что вложение в социальное предприятие обеспечит ему как минимум стабильность, потому что в течение долгого времени государство будет по фиксированной цене закупать у него определенный объем услуг. Но и для государства это выгодно, потому что теперь ему не нужно вкладывать огромные средства в строительство домов престарелых, их даст сторонний инвестор. А заодно теперь у властей перестанет болеть голова о качестве услуг, эффективности трат и коррупции. Ведь бизнес сам у себя воровать точно не станет. И держать в черном теле бедных старушек тоже смысла нет: в соседних с ними палатах на тех же условиях будут жить старушки не государственные, а коммерческие, за которых платят родственники. Это обстоятельство гарантирует высокое качество услуг и для тех, и для других.

Именно по такой схеме уже работают, например, власти Югры, решая у себя в регионе насущную проблему детских садов. Но пока это скорее приятное исключение, которое может стать правилом. И чем больше будет таких успешных кейсов, тем скорее придет осознание, что социальное предпринимательство — это не только хорошо и красиво, но и очень полезно. И для людей, и для госфинансов. Может быть, поэтому президент так настойчив?

Россия > Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 4 ноября 2018 > № 2782927 Наталия Зверева


США > Финансы, банки > forbes.ru, 4 ноября 2018 > № 2782924 Дмитрий Голубков

Почему доллар потеряет свои позиции на мировом рынке

Дмитрий Голубков

глава отдела инвестиционной стратегии управления по работе с финансовыми активами Ситибанка

В ближайшие годы доля американского доллара в международной финансовой системе будет постепенно снижаться, а доля валют-конкурентов возрастать. Виной тому хронический дефицит текущего счета платежного баланса и федерального бюджета США

В настоящее время доллар США занимает лидирующие позиции в мировой финансовой системе. Согласно данным таких уважаемых организаций, как Банк международных расчетов, Международный валютный фонд, а также системы платежей SWIFT, на конец 2017 года в сфере глобальных расчетов доля доллара составляла порядка 40%, в то время как доля евро (ближайшего конкурента американской валюты) около 36%.

На валютных рынках доля доллара в обороте составляет порядка 44%, что значительно превышает долю евро (16%) и иены (11%). Более 60% всех международных долговых инструментов выпускается в долларах США (в евро чуть более 20%). И, наконец, доллар США определенно главенствует в структуре официальных международных резервов, занимая более 60% от их общей суммы (у евро лишь 20%).

Лидирующие позиции, которые занимает доллар в мировой финансовой системе, отражают место, которое на протяжении последних нескольких десятилетий занимала экономика США в мире — и продолжает по-прежнему занимать, если ВВП различных стран пересчитывать в доллары США по текущим курсам. Однако для более адекватного сравнения размеров экономик различных стран целесообразно использовать курсы паритета покупательной силы (ППС). Если ВВП различных стран пересчитать в доллары США по курсам ППС и выразить в постоянных долларах 2011 года (как это делает Всемирный банк), то можно увидеть, что по итогам 2017 года США уже не являются крупнейшей экономикой мира. На страну приходится всего 15% мирового ВВП, в то время как доля Китая составляет 18%, а ближайшего конкурента — еврозоны — около 11%.

Неутешительная статистика

Относительное уменьшение доли США в мировом ВВП в последние годы порождает все больше разговоров о снижении роли доллара в мировой финансовой системе и уменьшении его значения как главной резервной валюты. Подобные прогнозы и опасения подкрепляются статистикой о состоянии платежного баланса США и государственного бюджета страны.

С начала 1980-х годов США попадают в ситуацию хронического дефицита по текущим счетам платежного баланса. За несколько десятков лет такая ситуация привела к тому, что столь важный показатель внешнеэкономического здоровья страны, как чистая международная инвестиционная позиция, стал отрицательным и на середину 2018 года составил порядка 44,5% ВВП США. В свою очередь, хронические дефициты как федерального, так и региональных бюджетов разогнали суммарный госдолг США в 2017 году до порядка 105% ВВП.

Перспективы дальнейшего расширения дефицитов государственного бюджета и текущего счета платежного баланса вызывают справедливые опасения. В результате недавней налоговой реформы в США, призванной стимулировать темпы экономического роста и способствовать возвращению ранее выведенного за границу производства, налоговые поступления госбюджета, как предполагается, сократятся, что приведет к увеличению заимствований. По прогнозам аналитиков Citi, дефицит государственного бюджета США вырастет с 3,8% ВВП в 2017 году до 5,2% ВВП в 2018 году и до 6,2% ВВП в 2019 году. Госдолг к 2019 году достигнет 108% ВВП.

При сохранении стабильного превышения объема частных сбережений над частными инвестициями увеличение дефицита государственного бюджета приводит к ухудшению баланса по текущим счетам. Аналитики Citi полагают, что дефицит текущего счета платежного баланса США вырастет с 2,3% ВВП в 2017 году до 2,4% ВВП в 2018 году и до 3% ВВП в 2019 году. К 2022 году этот показатель, по мнению аналитиков Citi, может составить 3,7% ВВП США.

Как мы видим, будущая статистика платежного баланса и государственного сектора США вряд ли будет положительно сказываться на существующем статусе американского доллара как доминирующей валюты. В этой связи аналитики Citi прогнозируют долговременное снижение курса доллара. Индекс доллара DXY, как предполагается, понизится с текущих значений в районе 96 пунктов до 93,9 пункта к концу 2018 года, а к концу 2023 года он может уйти вниз до 76 пунктов (что равносильно снижению на 20% по отношению к текущим уровням).

Новый лидер

Сможет ли снижение курса доллара уменьшить дефицит текущего счета платежного баланса США и обернуть вспять тенденцию к сокращению чистой международной инвестиционной позиции? Этот вопрос является дискуссионным. Необходимо рассчитать, как увеличится экспорт и как уменьшится импорт США в результате девальвации доллара, как в этой ситуации будет вести себя внутреннее потребление.

В любом случае заметная девальвация доллара в реальном исчислении потребует значительной адаптации экономики США к новым внешним условиям. В свою очередь, международным инвесторам, как частным, так и государственным (включая центральные банки и органы финансовой власти), придется менять свои подходы к формированию золотовалютных резервов. Не исключено, что доля доллара в международной финансовой системе в целом, и в международных резервах в частности будет постепенно снижаться, а доля валют-конкурентов постепенно возрастать.

Если обратить внимание на еврозону, финансовые показатели этого региона выглядят вполне оптимистично, что может поддержать интерес к евро как к одной из резервных валют. По итогам 2017 года текущий счет платежного баланса региона был положительным и составил 3,2% ВВП. Дефицит госбюджета еврозоны в 2017 году составил всего 1% ВВП, причем первичный баланс бюджета (до выплаты процентов по долгу) был положительным — 1% ВВП.

В этой ситуации аналитики Citi прогнозируют постепенное снижение суммарного госдолга еврозоны с текущих уровней порядка 87% ВВП до 83% ВВП к концу 2019 года. Определенные опасения у участников рынка, однако, вызывает политика Италии. Тем не менее в настоящее время пока сложно представить, что Рим пойдет на организацию референдума относительно своего пребывания в еврозоне. Таким образом, интерес к евро как к одной из резервных валют современного мира может вполне увеличиваться.

США > Финансы, банки > forbes.ru, 4 ноября 2018 > № 2782924 Дмитрий Голубков


Россия. Украина > Армия, полиция > inosmi.ru, 4 ноября 2018 > № 2781334 Николай Маломуж

Апостроф (Украина): Россия не уйдет с Донбасса, но мировые игроки готовят новый сюрприз Путину

Очередная встреча спецпредставителя Госдепа Курта Волкера с помощником президента РФ Владиславом Сурковым, о которой недавно заявил Волкер, не будет играть важную роль в разрешении конфликта на Донбассе. Но эта встреча может стать началом нового этапа переговоров по Донбассу, которые уже ведут в закрытом формате ведущие мировые игроки.

Ситуацию на Донбассе может изменить только новый формат переговоров

Николай Маломуж, Апостроф, Украина

Ситуация следующая: сейчас идут глобальные переговоры по новому миропорядку. Пока этот вопрос обсуждается в закрытом режиме между США, Европейским Союзом, Китаем, Японией, Индией, Бразилией, Канадой, Россией. То есть сюда включены крупные мировые игроки.

А уже в этом формате ведутся переговоры по урегулированию сложных проблем — Украина, Сирия, Северная Корея, Иран, Афганистан, Исламское Государство. И в русле больших договоренностей идут переговоры относительно того, какая может быть модель урегулирования конфликта на Донбассе наряду с наработанными Минскими соглашениями, и какие конкретные шаги нужно сделать.

Что касается новой возможной встречи в формате Волкер — Сурков, то представитель США уполномочен вести следующую линию — чтобы идти по пунктам Минских соглашений, но при поддержке ведущих стран мира. То есть это новый формат воздействия на Россию, чтобы она вышла с Донбасса.

Однако стоит заметить: Россия сегодня не готова к эффективным действиям, которые определены Минским соглашениями. И встреча Волкер — Сурков пройдет в формате обсуждения. Во-первых, будут затронуты вопросы обмена пленными — Волкер будет настаивать на этом. Во-вторых, очевидно, будут разговоры относительно миротворческого контингента. Но здесь Россия стоит на своих условиях. Они сделают какие-то реверансы-уступки, но не позволят, чтобы миротворцы контролировали российско-украинскую границу на оккупированных территориях. Ведь на данном этапе Россия использует ситуацию на Донбассе для давления на Украину и наших партнеров. Поэтому она не откажется от этого средства в ближайшие месяцы.

Но Волкер выполнит свою миссию — проведет очередной этап переговоров с предложениями по обмену пленными, по миротворческому контингенту, о полном прекращении огня и возобновлении контроля на границе и, возможно, проработке варианта переходной администрации. И как раз следующая встреча Волкера с Сурковым может быть началом нового этапа, в котором эти пункты будут определены. Но сейчас сложно прогнозировать, как пойдет процесс, потому что Россия занимает жесткую позицию в стратегических проблемах регулирования. А что касается незначительных проблем — здесь они свои мысли озвучат. То есть будет дискуссионный формат, который пока не приведет к конкретному решению.

Что касается миротворческой операции на Донбассе, то пока никаких оживлений ждать не стоит. Россия стоит на своем (миротворцы с ограниченными функциями и только на линии разграничения), и Совет Безопасности ООН пока не может перепрыгнуть через российскую голову.

Кто может реально изменить ситуацию? Это страны-участницы, которые сейчас готовят новый пакет глобальных договоренностей, чтобы не допустить глобальных катастроф. И в этом формате мы уже можем говорить о дорожной карте по Украине. Да, возможно дорожная карта, которая будет подготовлена при участии министров иностранных дел ведущих стран мира в какой-то степени будет совпадать с Минским соглашениями. Но это будет совсем другой формат. Это реальная программа действий, которая сейчас готовится и будет утверждена в новом формате с участием в том числе России. И это будет юридически обязывающий документ и программа действий по выполнению под эгидой руководителей ведущих стран мира и их уполномоченных представителей, например, министров иностранных дел, министров обороны. То есть это тот контингент участников рабочей группы, который принимает решение в соответствии с правовой позицией стран-участниц этого формата. И только такой формат сработает.

А формат Волкер — Сурков можно назвать поддержкой Украины, которая не имеет реальных перспектив по урегулированию ситуации, поскольку Волкер не имеет тех полномочий, которые действительно позволят это сделать. Он правильно действует в пределах своих полномочий, озвучивает согласованную позицию НАТО и Евросоюза.

Новый формат

Формат с участием ведущих стран мира зреет. Но сейчас идет тяжелый процесс неофициальных переговоров. Это будет формат вроде Хельсинских соглашений, где будут приниматься все стратегические решения относительно нового миропорядка — это ограничение и контроль глобальных вооружений, недопущение глобальных контраверсионных сценариев между различными блоками, а также решение проблем стратегического, экономического, экологического характера и вопросов в сфере безопасности (выживание человечества). То есть готовится мощный формат на новом качественном этапе, который даст программы действий по каждой проблемной ситуации, включая Украину. Будут приняты юридически обязывающие документы. И самое главное, будут созданы механизмы реализации не под эгидой Трехсторонней контактной группы, которая по сути ничего не решает, а в рамках серьезного формата. И в этом формате Путин будет критически зависим от всех договоренностей, потому что там будет стоять вопрос и перспектив самой России. Поэтому это совсем другой механизм.

Россия. Украина > Армия, полиция > inosmi.ru, 4 ноября 2018 > № 2781334 Николай Маломуж


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 4 ноября 2018 > № 2781332 Дмитрий Тренин

Carnegie Moscow Center (Россия): стратегическая стабильность в ХХI веке. Как ее сохранить

Отношения России и США перестали быть центральным звеном глобальной стратегической стабильности. А отношения Китая и США не являются столь же определяющими для остального мира, как были американо-советские во времена холодной войны. Это показывает, что способы поддержания стратегической стабильности, принятые в XX веке, недостаточны в современных условиях.

Дмитрий Тренин, Carnegie Moscow Center, Россия

Сегодня, когда существующий мировой порядок все больше расшатывается из-за соперничества крупнейших держав, региональных конфликтов и появления новых технологий, стратегическая стабильность, казавшаяся чем-то само собой разумеющимся со времен окончания холодной войны, снова оказалась под угрозой. Недавнее заявление президента США Дональда Трампа о намерении выйти из Договора по ракетам средней и меньшей дальности — очередное свидетельство набирающего силу тренда.

О стратегической стабильности опять ведутся споры, но они слишком часто концентрируются на отношениях между Соединенными Штатами и Россией и сводятся к призывам обновить режимы контроля над вооружениями. Прибегать к решениям ХХ века для ответа на вызовы ХХI столетия, однако, едва ли продуктивно. Предлагаемая читателю статья посвящена тому, как изменилось представление о сути и основных свойствах стратегической стабильности в XXI веке, какой инструментарий доступен сегодня для поддержания стратегической стабильности и какой политики имеет смысл придерживаться заинтересованным державам.

Старые обстоятельства

Идея стратегической стабильности возникла в разгар холодной войны, после Карибского кризиса 1962 года, когда Соединенные Штаты и Советский Союз оказались на грани полномасштабного обмена ядерными ударами. Тогда стратегическая стабильность, по сути, понималась как отсутствие у соперничающих сверхдержав стимула к нанесению первого ядерного удара. Для обеспечения стабильности каждая из сторон должна была располагать убедительным потенциалом для ответного удара, делавшего первый удар бессмысленным.

Гарантированное взаимное уничтожение подразумевало, что страна, первой применившая ядерное оружие, неизбежно была бы уничтожена ответным ударом уже через несколько минут после поражения своего противника. Чтобы гарантировать, что уничтожение действительно будет взаимным, Соединенные Штаты и Советский Союз в 1972 году согласились не наращивать стратегические оборонительные вооружения и заключили Договор об ограничении систем противоракетной обороны.

Таким образом, оба противника по холодной войне имели веские причины воздерживаться от серьезной подготовки к нападению друг на друга. Стабильность поддерживалась благодаря примерному равенству стратегических ядерных арсеналов США и СССР, которого Советский Союз достиг к концу 1960-х годов. Соотношение обычных вооружений противоборствовавших сторон по ряду географических и геополитических причин было менее симметричным, но это было не столь важно, потому что обе стороны отдавали себе отчет в том, что фронтальное столкновение сил Варшавского договора и НАТО может быть неядерным не дольше нескольких часов и что ядерная война, начавшись, с большой вероятностью выйдет на стратегический уровень и приобретет глобальный характер. Советская военная доктрина подчеркнуто опровергала взгляды американских стратегов на возможность ограниченной ядерной войны в Европе, не затрагивающей территорию США.

Обе стороны, таким образом, признавали, что ядерная война, скорее всего, уничтожит весь мир и поэтому в ней нельзя победить в привычном смысле слова. Баланс сил в Европе, где были сконцентрированы наиболее крупные контингенты вооруженных сил противоборствующих блоков, оставался в общем устойчивым. На протяжении всего периода холодной войны реальные боевые действия, как правило, велись чужими руками за пределами центрального фронта противостояния — например, на Ближнем Востоке или на Юге Африки. Даже в самых серьезных конфликтах в них напрямую участвовала лишь одна из двух сверхдержав, как это было в Корее, Вьетнаме или Афганистане. После 1962 года кризисов вокруг Западного Берлина уже не было.

Разумеется, холодная война не была образцом стабильности и взаимного доверия, скорее наоборот. Страх перед первым ударом со стороны противника был тотальным. И после Карибского кризиса возникали ситуации, когда одна из сторон ошибочно полагала, что другая наносит по ней ракетный удар. Даже в периоды относительного затишья никуда не исчезали опасения, что глобальный или региональный баланс сил будет изменен и противник тем самым получит стратегические преимущества.

Безудержная гонка вооружений носила в высшей степени дестабилизирующий характер, порождая надежды и опасения, что одна из сторон может получить достаточное преимущество над другой и сумеет вырваться из «пакта о взаимном самоубийстве». Развертывание ядерных ракет средней дальности в Европе в 1983 году создавало риск «обезоруживающего» первого удара. Другими примерами острого беспокойства служили учения НАТО Able Archer в том же 1983 году и перспективы развертывания вооружений в космосе в рамках программы «Стратегическая оборонная инициатива» президента США Рейгана. С другой стороны, переговоры между США и СССР о контроле над вооружениями, которые, начавшись в конце 1960-х годов, продолжались с перерывами вплоть до окончания холодной войны, и договоренности, достигнутые в ходе этих переговоров, помогали достичь определенной степени взаимного доверия.

Таким образом, у стратегической стабильности в эпоху холодной войны были следующие основные характеристики:

биполярное устройство мира с двумя основными противниками;

взаимные ожидания того, что любая война между двумя сверхдержавами приведет к ядерным ударам и вызовет эскалацию конфликта на стратегическом уровне;

определенная степень уверенности, что перспектива взаимного гарантированного уничтожения способна удержать обе стороны от нападения друг на друга;

постоянный страх, что противник найдет способ обойти «пакт взаимного самоубийства»;

двусторонний контроль над вооружениями как метод ограничения гонки вооружений и переговоры на эту тему как способ поддержать или скорректировать стратегический статус-кво.

На протяжении четырех десятилетий холодная война оставалась действительно холодной. Несомненно, ядерное сдерживание сыграло в этом важную роль. Но оно не было гарантией стабильности: сдерживание вполне могло бы не сработать, и в некоторых ситуациях, включая Карибский кризис, человечеству просто повезло.

В XXI веке положение дел в мире радикально изменилось. Теперь на повестке дня стоят совсем другие проблемы, которые требуют новых способов обеспечения стратегической стабильности.

Новые обстоятельства

Окончание холодной войны открыло 25-летний период глобального доминирования США — ситуации, беспрецедентной в мировой истории. Отношения между Соединенными Штатами и немногочисленными великими державами были довольно дружественными. Pax Americana означал реальный мир между всеми крупнейшими державами.

Американское доминирование, однако, не привело к формированию стабильной глобальной системы, учитывающей интересы всех важных участников международных отношений. К середине второго десятилетия XXI века непродолжительный период миролюбия в межгосударственных отношениях закончился, и мир снова вернулся во времена соперничества великих держав. Стратегическая стабильность снова оказалась под вопросом.

При этом стратегическая обстановка в мире существенно изменилась. На смену жесткой биполярности холодной войны и однополярности периода Pax Americana пришло несколько самостоятельных великих держав. Среди них США по-прежнему остаются самым сильным игроком, но их доминирующее положение уже не столь безусловно, как сразу после холодной войны. США также остаются лидером союза НАТО, в состав которого входят еще две ядерные державы — Великобритания и Франция.

Вашингтон вместе с тем сталкивается с серьезным вызовом со стороны Китая и находится в конфронтации с Россией. В свою очередь Китай и Россия, которых США официально признали соперниками и потенциальными противниками, считают друг друга стратегическими партнерами. Индия, которая постепенно превращается в мировую державу, поддерживает дружеские отношения с Россией и США, но с опасением относится к Китаю. Таким образом, в мире сейчас четыре великие ядерные державы, отношения между которыми довольно запутанные.

На региональном уровне есть и другие страны, которые уже разработали и развернули ядерные вооружения: Израиль, Пакистан и Северная Корея. Если в случае Израиля считается, что ядерное оружие может быть применено им только как самая крайняя мера, то ядерные системы Пакистана нацелены на Индию, а Северной Корее ядерное оружие нужно для устрашения и сдерживания Соединенных Штатов.

Израиль — давний союзник США; Пакистан поддерживает пускай непростые, но тесные отношения с Вашингтоном, а также с Пекином, в то время как Северная Корея формально близко связана с Китаем. Однако все это не мешает каждой из этих стран громогласно заявлять о своей стратегической независимости. И действительно, эти три государства фактически выступают как самостоятельные участники ядерного клуба.

В конце второго десятилетия XXI века распространение ядерного оружия не привело к появлению десятков ядерных держав, как опасались в 1968 году те, кто подписывал тогда Договор о нераспространении ядерного оружия. За прошедшие полвека, однако, ядерный клуб существенно расширился. Ядерный полицентризм стал реальностью, и этот процесс продолжает развиваться. По сути, сейчас, как продемонстрировали Пхеньян и в известной мере Тегеран, страна с некоторыми ресурсами и сильным целеустремленным руководством может обзавестись ядерным оружием, если, конечно, она готова терпеть международное давление и возможные военные удары по своей территории.

Война США в Ираке, военная операция НАТО в Ливии и, как добавят некоторые, российская интервенция на Украине показывают, что отказ от ядерного оружия делает государства уязвимыми для внешнего вмешательства. А вот обладание ядерным оружием, как показывает опыт Северной Кореи, наоборот, может стать единственной надежной гарантией неприкосновенности режима. Иран, региональная держава Ближнего Востока, согласился ограничить свою ядерную программу в обмен на отмену санкций и реинтеграцию в мировую экономику. Но если соглашение между Ираном и международным сообществом от 2015 года окончательно развалится, то уже ничто, даже возможные военные удары США или Израиля, не помешает Ирану стать ядерной державой.

Использовать ядерное оружие в нынешних условиях могут уже не только государства. После терактов 11 сентября 2001 года опасность того, что доступ к ядерному оружию могут получить какие-то негосударственные силы, стала предметом постоянного беспокойства в национальных службах безопасности по всему миру. С точки зрения стратегической стабильности это означает, что какая-нибудь экстремистская группировка может организовать теракт, напоминающий нападение одной страны на другую, и таким образом спровоцировать ядерную войну. В условиях почти полного отсутствия доверия, например между США и Россией, докопаться до правды будет особенно трудно.

На стратегическую стабильность влияет и развитие технологий: появление стратегических неядерных вооружений, развитие кибертехнологий и искусственного интеллекта, возможное размещение вооружений в космосе. Сочетание систем, основанных на этих технологиях, с ядерным оружием может серьезно дестабилизировать стратегическую обстановку. Высокоточные неядерные системы, способные поражать цели в любой точке земного шара, позволяют ведущим военным державам наносить удары с применением обычных боеприпасов. Ядерные и неядерные системы вооружений тесно переплетаются друг с другом.

Особенно серьезную угрозу для традиционного ядерного сдерживания представляют кибератаки. Теперь с помощью кибероружия можно добиться того, что раньше можно было сделать только ядерным: оставить крупные города без электричества, вывести из строя инфраструктуру целой страны, а также парализовать центры государственного управления и военного командования. В таких условиях поддерживать стратегическую стабильность становится особенно сложно, ведь установить организаторов кибератак очень непросто, а каким должен быть ответный удар, тоже неясно.

Подводя итог, перечислим новые обстоятельства, определяющие стратегическую стабильность в XXI веке:

ядерная многополярность и связанная с ней фрагментация мировой стратегической стабильности;

возвращение четырех ведущих военных держав к стратегическому соперничеству;

повышение роли региональных держав и даже третьестепенных стран, вроде Северной Кореи;

потенциальная возможность ядерных терактов и провокаций;

появление стратегических неядерных систем, возможности которых не меньше, чем у ядерных;

тесное переплетение ядерных и неядерных вооружений, что осложняет или делает невозможным идентификацию каждого из этих двух компонентов;

распространение высокоэффективных передовых технологий, например кибероружия, которые могут использоваться в сочетании с ядерным оружием или независимо от него.

Что устарело

Перечисленные новые обстоятельства показывают, что способы поддержания стратегической стабильности, принятые в XX веке (например, контроль над вооружениями), в современных условиях недостаточны. Тем более что американо-российский контроль над вооружениями сейчас фактически отмирает. В 2002 году США вышли из Договора об ограничении систем противоракетной обороны от 1972 года, который Москва всегда рассматривала как краеугольный камень стратегической стабильности. Сейчас Вашингтон осуществляет программу противоракетной обороны для защиты территории США и их основных союзников. В обозримом будущем эта программа едва ли может подорвать имеющийся у России потенциал сдерживания, но в долгосрочной перспективе она все равно вызывает беспокойство у российских стратегов.

Еще один российско-американский бессрочный договор — о ликвидации ракет средней и меньшей дальности, подписанный в 1987 году, очевидно, вскоре будет официально расторгнут. Стороны давно обвиняют друг друга в его нарушении, а в октябре 2018 года президент Трамп заявил, что США намерены выйти из этого соглашения. Расторжение договора будет означать, что ракетно-ядерные средства одной великой державы могут быть размещены в непосредственной близости от мест расположения ключевых объектов политического и военного управления соперника.

Таким образом, время реагирования на ракетное нападение сократится до нескольких минут, что серьезно подорвет стратегическую стабильность — потенциально в Европе или Северо-Восточной Азии.

Срок действия еще одного ключевого договора — о сокращении стратегических ядерных вооружений между США и Россией (СНВ-3) истекает в 2021 году с возможностью продления на следующие пять лет. Но даже если этот договор будет продлен, традиционный контроль над ядерными вооружениями вряд ли способен играть ту же стабилизирующую роль, какую он играл в XX веке. Для этого есть несколько причин.

Во-первых, отношения США и России, которые были единственными субъектами контроля над стратегическими вооружениями, перестали быть центральным звеном глобальной стратегической стабильности, несмотря на то что Вашингтон и Москва по-прежнему контролируют около 90% ядерного оружия в мире. Кроме того, по политическим причинам в обозримом будущем ни одно новое соглашение с Россией по вопросам вооружений, даже если оно будет выработано совместно с США, все равно не будет ратифицировано американским Сенатом.

Одновременно американо-китайские отношения, имеющие гораздо большее значение для будущего миропорядка, никогда не включали в себя тему контроля над вооружениями. Пекин отвергает мысль, что его относительно скромный ядерный арсенал может быть ограничен в рамках договора с США, и эта позиция едва ли изменится. Более того, китайско-американские отношения ни в коей мере не являются столь же определяющими для остального мира, как были американо-советские во времена холодной войны.

Во-вторых, стратегическая обстановка в мире сильно фрагментировалась из-за появления региональных и локальных ядерных держав. Эти страны не находятся под контролем ни Вашингтона, ни Пекина и будут действовать самостоятельно.

В-третьих, появление новых технологий, ориентированных на превосходящие боевые возможности, делает традиционные средства контроля, основанные на количественных ограничениях, затруднительными для применения или вовсе невозможными.

Наконец, достоверно установить источник кибератак, способных парализовать системы жизнеобеспечения страны, — это крайне сложная задача.

Это не означает, конечно, что все наследие холодной войны пришло в негодность и может быть безболезненно отправлено в музей дипломатии. В отличие от соглашений по контролю над вооружениями различные меры укрепления доверия и механизмы предотвращения конфликтов имеют больше шансов на то, что они будут востребованы и адаптированы для решения проблем XXI века.

Что актуально

В новых условиях, где все больше преобладают односторонние решения и технологические вызовы, особенно важно сформировать механизмы для ограничения соперничества между США и Китаем и открытой конфронтации между США и Россией. Во втором случае надежные и круглосуточные каналы связи между военным командованием, главами спецслужб и политическим руководством двух стран, а также согласованные протоколы по предотвращению эскалации были бы особенно целесообразны для того, чтобы избежать неверного толкования событий и не допустить перерастания опасных инцидентов в серьезные столкновения.

В отличие от времен холодной войны сейчас самую большую опасность представляют не преднамеренные внезапные удары, а случайные инциденты. На деле механизмы предотвращения конфликтов уже используются США и Россией в Сирии. Эту практику нужно расширить, в том числе распространив их на отношения между Россией и НАТО.

Чтобы избежать неверного толкования действий друг друга в стратегических вопросах, руководство всех ведущих военных держав должно оставаться на связи друг с другом и иметь четкое понимание политических целей, военной доктрины, стратегии и тактики соответствующей страны. Это трудная задача, особенно в отношениях между Москвой и Вашингтоном, где почти не осталось взаимного доверия, но решить ее чрезвычайно важно. Вернуть доверие между США и Россией вряд ли возможно в обозримом будущем, но некоторая степень уверенности в действиях друг друга — это уже вполне достижимая и необходимая цель. Регулярные контакты между высшим военным руководством обеих стран должны быть дополнены диалогом руководителей советов национальной безопасности и разведывательных служб.

Этот диалог можно было организовать в рамках переговоров о продлении СНВ-3, но не обязательно ограничиваться только этим. И для американской, и для российской стороны выстраивание партнерства сейчас может показаться неудобоваримым, но у них есть большой опыт по обузданию взаимной враждебности. Многоуровневый диалог по проблемам стратегической стабильности сам по себе будет стабилизирующим фактором. В ходе такого диалога российской стороне нужно будет четче сформулировать и обосновать свою политику, чтобы скорректировать неправильное понимание и ошибочные представления о ней на Западе, что может быть опасно в условиях кризиса. Кроме того, российская и американская стороны могли бы профессионально обсуждать региональные вопросы ядерного нераспространения, особенно случаи Северной Кореи и Ирана.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 4 ноября 2018 > № 2781332 Дмитрий Тренин

Полная версия — платный доступ ?


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter