Всего новостей: 2555791, выбрано 1582 за 0.136 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Персоны, топ-лист Финансы, банки: Аскаров Тулеген (83)Вардуль Николай (34)Греф Герман (31)Ормоцадзе Маргарита (30)Костин Андрей (29)Аксаков Анатолий (28)Набиуллина Эльвира (25)Акишев Данияр (24)Задорнов Михаил (23)Полухин Алексей (23)Иноземцев Владислав (18)Улюкаев Алексей (18)Бараникас Илья (16)Кричевский Никита (16)Силуанов Антон (16)Воротилов Александр (15)Тосунян Гарегин (15)Шаяхметова Умут (15)Волков Михаил (14)Горьков Сергей (14) далее...по алфавиту
Казахстан > Медицина. Финансы, банки > newskaz.ru, 3 октября 2017 > № 2336940 Лязат Актаева

Можно ли не платить за медстрахование в Казахстане?

В Казахстане стартует медреформа. Нововведения ведомства Елжана Биртанова вызывают массу вопросов: какие обследования будут бесплатными, кто это решает, сколько и за что придется платить, что будет, если не платить. И вообще можно ли отказаться от обязательного полиса, чтобы купить добровольный?

Минздрав обязал казахстанцев ежемесячно оплачивать очередной полис (ОСМС), и люди задались вопросом: "А за что, собственно, надо платить деньги?", и главное: "Станет ли приятнее проводить время в больницах?"

Sputnik Казахстан собрал все самые частые претензии к Минздраву и попросил на них ответить вице-министра здравоохранения Лязат Актаеву и исполнительного директора АО "Страховая компания "Евразия" Шакира Иминова.

Если не пользуешься услугами госполиклиники, а ходишь в частную, зачем нужен полис ОСМС?

Актаева: Если человек не пользуется услугами государственной поликлиники, Фонд социального медицинского страхования (ФСМС) может возместить расходы, затраченные на лечение и обследование в коммерческой клинике согласно Закону РК "Об обязательном социальном медицинском страховании".

Иминов: Согласно закону, Фонд может возместить затраты пациента на частную клинику, не любой частной клиники, а только той, что прошла аккредитацию и включена в реестр медицинских организаций, осуществляющих деятельность в сфере обязательного медицинского страхования. То есть прежде чем обратиться в какую-либо частную клинику, уместно будет узнать, имеется ли у нее договор с ФСМС.

А можно ли выбрать по своему желанию лечебное учреждение или врача?

Актаева: Право выбора медицинской организации в системе обязательного медстрахования возникает у человека с момента приобретения полиса, то есть с начала перечисления обязательных взносов. Порядок определен в приказе министра здравоохранения и социального развития Республики Казахстан от 28 апреля 2015 года №281 "Об утверждении Правил оказания первичной медико-санитарной помощи и Правил прикрепления граждан к организациям первичной медико-санитарной помощи". Таким образом, можно выбирать по своему желанию лечебное учреждение или врача, в порядке, предусмотренном Правилами.

Иминов: Повторюсь, обязательным условием для этого является включение лечебного учреждения в реестр медицинских организаций, осуществляющих деятельность в сфере обязательного медицинского страхования. Для того чтобы лечиться по ОСМС у частнопрактикующего врача, надо убедиться, что он включен в такой реестр. После этого вы можете подать ему соответствующее заявление. Но здесь есть два очень важных момента – во-первых, клиника должна иметь возможность принять нового пациента (плановая загрузка определяется нормативами), в противном случае обслуживание будет проводиться на платной основе.

А во-вторых, при обращении за медицинской помощью и ее получении не только пациент имеет право на выбор, но и врач должен быть согласен, и еще все должно быть по согласованию с администрацией.

Все ли обследования будут бесплатными благодаря ОСМС?

Иминов: Сейчас все пациенты имеют право на следующие бесплатные медицинские услуги в соответствии с перечнем, утверждаемым правительством РК: экстренная помощь (скорая помощь), амбулаторная помощь в поликлинике (обследования и лечение), стационарная медицинская помощь при обострении хронических и острых заболеваний, при отравлениях, травмах, плановая госпитализация и т.д. Учтите, что вы также имеете право на бесплатное получение лекарств, если заболевание является редким или приводящим к инвалидности. За другие услуги и лекарства придется заплатить.

Вообще, полный перечень случаев, при которых положена бесплатная медицинская помощь, включен в базовую программу обязательного медицинского страхования. Чтобы свериться с этим списком, можно обратиться в ФМС.

Актаева: Более точные обследования, осуществляемые в системе ОСМС, будут определены в перечне медицинской помощи в системе. Проект постановления разработан и внесен на рассмотрение в канцелярию премьер-министра. После утверждения перечень медицинской помощи в системе обязательного социального медицинского страхования будет официально опубликован в информационно-правовой системе нормативных правовых актов Республики Казахстан "Әділет".

Иминов: Но, если вам предлагают на платной основе провести операцию либо обследование, то правильным будет узнать у лечащего врача, входит ли данная медицинская услуга в программу государственных гарантий, то есть должна ли она предоставляться бесплатно. Лечащий врач также должен разъяснить возможность получить другую, подходящую для вас медицинскую услугу бесплатно. Только после получения всей необходимой информации пациент может сделать выбор либо в пользу бесплатного, либо в пользу платного лечения.

Для получения данной информации также можно обратиться в ФМС.

В бесплатной помощи откажут в ряде случаев. Например, если застрахованный выразил желание пройти лечение в более комфортных условиях, чем стандартные (в отдельной палате с телевизором и т.д.). Для этих целей разработано добровольное медицинское страхование с расширенным спектром услуг. Не покрывает полис ОСМС и оздоровление в санаториях. При этом пациент всегда вправе обратиться в ФМС как к арбитру, если считает, что его лечение малоэффективно и не приносит желаемых результатов, если врач ему что-то "недоназначил" или его "недообследовал". По желанию пациента, вне зависимости от назначений врача, можно провести любые дополнительные процедуры, но уже за собственные средства.

Все казахстанцы будут отчислять взносы, разные по суммам – кто-то больше, кто-то меньше, будет ли от этого зависеть объем предоставляемых услуг?

Актаева: Основные принципы модели медицинского страхования: солидарность, всеобщий охват и социальная справедливость как при сборе средств – "от каждого по платежеспособности", так и получении медицинской помощи – "каждому по потребностям".

Данная система не является накопительной и не предусматривает персонифицированное распределение средств. Солидарное финансирование – это ежемесячные взносы и отчисления в Фонд социального медицинского страхования со стороны работодателей, работников, самозанятых и государства, которое выступает основным плательщиком и вносит средства за социально-незащищенное население.

Базовым принципом системы является социальная справедливость, когда обеспечивается равный доступ всех застрахованных к единому пакету медицинских услуг, независимо от размера доходов и взносов, социального статуса, должности, места жительства. Таким образом, объем оказываемых услуг в рамках ОСМС не будет зависеть от перечисляемых процентов в Фонд, а будет определяться лечащим врачом в зависимости от необходимого пациенту лечения.

Иминов: Объем предоставляемых услуг не зависит от суммы взносов. На наш взгляд, ОСМС должно оказываться в равном объеме для всех, независимо от возраста, пола, социального статуса и места проживания застрахованного. Лекарственная и врачебная помощь предоставляется в одинаковых для всех объемах, если этого оказалось недостаточно, воспользуйтесь полисом добровольного страхования.

Имеет ли право человек отказаться от перечисления взносов, то есть отказаться от полиса?

Актаева: Одним из принципов медстрахования является соблюдение и исполнение законодательства Республики Казахстан об обязательном социальном медицинском страховании. Это значит, что уплата отчислений или взносов является обязательной.

Право на медицинскую помощь в системе медицинского страхования имеют лица, за которых осуществлялась уплата отчислений или взносов, а также освобожденные от уплаты взносов в фонд в соответствии с пунктом 7 статьи 28 Закона "Об обязательном социальном медицинском страховании".

Пациент может получить медицинскую помощь в системе медстрахования не более трех месяцев с момента прекращения уплаты отчислений. К тому же это право не освобождает от обязанности уплаты взносов в фонд за пропущенный период.

Лица, за которых не производилась уплата отчислений, для приобретения права на медицинскую помощь обязаны оплатить взносы в фонд, но не более двенадцати месяцев, предшествующих дате оплаты, в размере 5% от минимального размера заработной платы, установленного на текущий финансовый год.

Лицам, за которых не поступили отчисления в фонд либо которые не уплатили взносы в фонд, предоставляется гарантированный объем бесплатной медицинской помощи в соответствии с Кодексом Республики Казахстан "О здоровье народа и системе здравоохранения".

Казахстан > Медицина. Финансы, банки > newskaz.ru, 3 октября 2017 > № 2336940 Лязат Актаева


Казахстан > Медицина. Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > kapital.kz, 3 октября 2017 > № 2336939 Елена Бахмутова

В 2018 году взносы в фонд медстрахования должны достичь 680 млрд тенге

О работе «Фонда социального медицинского страхования» рассказала председатель правления Елена Бахмутова

По результатам подворового обхода, который проводило министерство труда и социальной защиты РК, из почти 2,7 млн человек около 1 млн человек считают себя занятыми, но работодатели не делают за них никаких отчислений. Поэтому необходимо решить эту проблему, после чего повысятся отчисления в Единый накопительный пенсионный фонд (ЕНПФ), Государственный фонд социального страхования (ГФСС) и ФСМС, рассказала в интервью центру деловой информации Kapital.kz председатель правления АО «Фонд социального медицинского страхования» (ФСМС) Елена Бахмутова.

— На сайте фонда размещены данные об отчислениях в рамках ОСМС. На 21 сентября сумма составила 9,6 млрд тенге. При этом поясняется, что 80% отчислений совершают работодатели.

— Пока отчисления делают три категории участников системы ОСМС. Работодатели отчисляют 1% от дохода наемных работников, но не выше 15 минимальных заработных плат (1 МЗП=24 459 тенге на 2017 год — ред.). Индивидуальные предприниматели платят за себя 5% от двух МЗП, физлица, которые работают по договорам гражданско-правового характера с юрлицами, отчисляют 5% из своего дохода. Обязанность по уплате возложена на налоговых агентов, то есть юрлиц. От этих трех категорий на 21 сентября поступило 9,6 млрд.тенге.

С будущего года к этим плательщикам должно присоединится государство, которое будет платить взносы за 14 льготных категорий граждан, это примерно 10 млн. человек. Ставка взносов начинается от 3,75% и доходит в 2022 году до 5% от среднемесячной зарплаты по стране. Кроме того, по закону со следующего года должны были платить и самозанятые, которые не входят в льготную категорию граждан, не являются наемными работникам и индивидуальными предпринимателями. Такие лица должны были платить взносы самостоятельно — в размере 1414 тенге или 5% от МЗП.

— С учетом этих категорий, какой прогноз у фонда по сборам в рамках ОСМС в следующем году?

— Согласно финансовой модели по консервативному прогнозу в 2018 году взносы и отчисления должны достичь 680 млрд тенге. Это в случае, если в действующий закон не будут внесены никакие изменения.

Из собранных средств должны быть созданы также и резервы фонда. Согласно принятому постановлению правительства, Фонд обязан иметь неснижаемый остаток на счете в виде денег в размере 1/12 от суммы годовых поступлений, но не менее 50 млрд тенге. Эта неснижаемая сумма должна быть постоянно на счете в Национальном банке на случай, если возникнут сбои с поступлениями, и придется заплатить за медицинские услуги, оказанные за месяц. Если проводить аналогию со страховыми организациями, то у них всех есть собственный капитал. У ФСМС его нет, поэтому необходимо создать такой резерв за счет активов. И второй резерв, тоже установлен для фонда правительством — 3% от активов, которые предназначены для непредвиденных ситуаций, например, на случай непрогнозируемого роста заболеваемости по ЧС. Предполагается, что резерв будет инвестироваться в финансовые инструменты, перечень которых установлен правительством. Это низкорисковые и достаточно высоколиквидные бумаги. Инвестированием, в рамках закона и договора о доверительном управлении, займется Национальный банк.

— У нас сложился замкнутый круг. С одной стороны в соцсетях недовольны введением отчислений по ОСМС, потому что качество медобслуживания никуда не годится. С другой стороны выступают чиновники, которые обещают из собранных денег повысить зарплаты докторам и тем самым поднять качество здравоохранения. И опять в ответ летят аргументы «сначала поднимите, потом мы будем платить». Как решить этот конфликт интересов, который отражается на показателях ФСМС?

— Нужно начинать действовать, а не рассуждать о том, с чего начинать. Есть статистика стран ОЭСР, где на государственное здравоохранение тратится не менее 6,5% от ВВП, а у нас 1,9% от ВВП. Другой пример, если у нас тратится 1,9% от ВВП на систему здравоохранения, то в Индии 1% и, согласитесь, на выходе мы имеем разный уровень медобслуживания. В США тратится 17%, включая частные расходы на медобслуживание, а у нас этот показатель составляет 3,4%. При этом частные расходы на медуслуги в Казахстане в два раза превысили допустимую норму, составив 40% от расходов на здравоохранение. Это характерно для стран с низким уровнем дохода, хотя мы относимся к государствам со средним уровнем дохода. В нашей стране люди вынуждены платить из своего кармана больше, чем в странах ОЭСР, где этот показатель составляет 20%.

— Опять же из-за качества услуг в городских поликлиниках.

— Есть госздравоохранение, которое гарантирует гражданам минимальный объем медпомощи. Люди приходят в поликлинику, а врача нет, потому что он перегружен, им приходится ждать. Нужно попасть к узким специалистам — опять очередь, снова нужно ждать. Тогда люди выбирают срочность, обращаются в частную клинику и платят из своего кармана. Конечно, есть вопросы и к качеству услуг, но ожидать, что после введения ОСМС оно мгновенно улучшится, неправильно. Нужно время, настойчивые действия, в том числе по аккредитации медорганизаций, развитию конкуренции, повышению уровня образования, переподготовки медработников, технического оснащения. Но при всем этом нужно правильно организовать систему здравоохранения, медицинские организации с точки зрения модели финансирования. У ФСМС есть очень хорошее преимущество — мы не обязаны содержать сеть медорганизаций, потому что в отличие государства и частных лиц не являемся их собственниками. Фонд только оплачивает фактически оказанные населению медуслуги, а окажет их бюджетная или коммерческая клиника, для нас неважно. Главное — довольные пациенты. Таким образом выстраивается рыночная среда. Это бросает серьезные вызовы самой системе здравоохранения, потому что медорагнизации уже не будут сидеть и ждать, что кто-то даст им деньги на содержание имеющихся персонала и помещения. Сейчас все обсуждения ведутся только о том, как население воспринимает введение ОСМС. Но на самом деле это структурная реформа, которая изменит и тарифообразование на медуслуги, которое должно не поощрять чрезмерные издержки, но в то же время должно покрывать их себестоимость при оптимальном бизнес процессе.

— То есть фонд не будет платить раздутым счетам частных клиник, и благодаря этому стоимость лечения может снизиться?

— Медорганизации могут оказывать услуги в рамках ГОБМП, в рамках ОСМС, ДМС и просто платно. Понятно, что тарифы в рамках ГОБМП и ОСМС станут едиными, то есть Фонд будет платить государственной поликлинике за оказанный объем медпомощи столько же, сколько частной клинике. Все заинтересованы в том, чтобы услуги, которые включены в пакет ОСМС, были переданы на конкурентный рынок. Хотя в абсолютном выражении цены вряд ли снизятся, так как инфляция и импортная составляющая достаточно высоки, сам инструмент тарифообразования будет препятствовать излишнему росту цен.

— Как фонд планирует повысить объем отчислений?

— Нужно решить вопрос с самозанятым населением. Мы хотим действовать через интеграцию с государственными базами данных. Корпорация «Правительство для граждан» выполняет функцию единого окна, через которое проходят пенсионные выплаты, взносы по фонд Государственного соцстрахования и по ОСМС. Казалось бы, что одни и те же работодатели должны делать отчисления за наемных работников в ЕНПФ, ГФСС и в ФСМС. Но, к сожалению, это не так. По информации ЕНПФ, в прошлом году пенсионные отчисления сделали за 5,6 млн. человек. На сайте ГФСС я нашла данные о том, что, по итогам июля этого года отчисления сделали 4,1 млн. человек. А на 15 сентября в ФСМС сделали взносы чуть меньше 4 млн. человек. Это ненормально, что за одного и того же работника работодатель сделал пенсионные отчисления, а отчисления за медицинское страхование не поступили. Интеграция баз данных поможет устранить эти разрывы, тогда уменьшится число, так называемых самозанятых.

— А расходы на содержание самого фонда медстрахования? Эксперты говорят, что 8 млрд. тенге, которые ежегодно будут на это уходить, большая сумма.

— Деятельность ФСМС должна финансироваться за счет комиссионного вознаграждения. Предельный размер вознаграждения утверждается постановлением правительства согласно закону. При обсуждении и согласовании проекта постановления проходят необходимые согласовательные процедуры с министерством национальной экономики, с министерством финансов, с министерством юстиции и с национальной палатой предпринимателей «Атамекен». Ставка комиссионного вознаграждения базируется на плане развития, проще говоря, смете. Для составления плана развития есть специальный приказ министерства национальной экономики. Этот приказ является обязательным для всех организаций с государственным участием, независимо от того, является эта организация АО или РГП.

— Какая сумма на содержание фонда заложена в смете?

— Ставка комиссионного вознаграждения на следующий год не утверждена, смета — то есть план развития, еще также не утвержден советом директоров.

Много говорилось об информационной системе фонда. Пока используем информационные системы министерства здравоохранения и корпорации «Правительство для граждан». Но фонду нужна своя информационная система, рассчитанная на 18 млн. граждан, которая потребует высокой степени защиты персональных данных. Создание такой системы планируется в рамках ГЧП.

— Сколько сотрудников работает в ФСМС?

— Совет директоров утвердил 819 штатных единиц — это при полном развертывании системы. Сейчас набран минимальный состав: 57 человек в центральном аппарате и 106 человек в филиалах. К расходам на зарплату персонала нужно добавить затраты на поддержание информационных систем, банковские услуги, обслуживание Национального банка.

— Какова ставка Нацбанка за инвестирование средств ФСМС?

— Стандартная. Нацбанк устанавливает ее на основании установленных им правил, как в случае с ЕНПФ, ГФСС.

— Кто мониторит расходы фонда?

— У нас три вида контроля. Государственный контроль осуществляют министерство здравоохранения, которому мы ежеквартально предоставляем 9 форм отчетности, они также доступны минфину и миннацэкономики. Кроме того, у фонда есть раздельный учет, который построен по МСФО. Есть баланс по активам, по собственным средствам, который аудируется независимой аудиторской организацией и публично размещается на нашем сайте. Там уже есть отчет за 2016 год, хотя деятельность велась только 1,5 месяца.

Мы также размещаем финансовую отчетность в депозитарии финансовой отчетности. Корпоративный контроль осуществляется через совет директоров, возглавляет его министр здравоохранения. В него входит вице-министр финансов, вице-министр нацэкономики, заместитель председателя Нацбанка, есть независимые директора. Совет директоров утверждает систему оплаты труда, штатную численность, внутренние документы фонда. Согласно стандартам корпоративного управления, в фонде действует политика и процедуры по управлению рисками, утверждены процедуры по информационный безопасности.

Казахстан > Медицина. Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > kapital.kz, 3 октября 2017 > № 2336939 Елена Бахмутова


Россия > Финансы, банки. Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 3 октября 2017 > № 2335687 Алексей Ульянов

Фьючерс без будущего. Что нужно, чтобы новый биржевой инструмент по торговле нефтью начал работать

Алексей Ульянов

Contributor Forbes

Если бы нефтетрейдеры, связанные с российскими нефтяными компаниями, начали котировать нефть, отталкиваясь от нового фьючерса, по сути, отвязав его от Brent, это был бы безусловный успех. Но пока он останется невостребованным

В ноябре 2016 года Санкт-Петербурская международная товарно-сырьевая биржа (СПбМТСБ) объявила о начале торгов поставочным фьючерсом на российскую нефть Urals. Этот вид фьючерса предполагает реальную поставку (в отличие от расчетного, который подразумевает только выплату разницы между ценой контракта и той, которая сложилась на день выполнения соглашения).

История запуска этого инструмента была долгой и сложной. Запустить биржевые котировки российской экспортной нефти пытались еще в 2006 году, когда на Нью-Йоркской товарно-сырьевой бирже ввели фьючерс на российскую экспортную смесь сырой нефти с поставкой FOB из порта Приморск. Однако спроса не было, и с 2012 года от этого инструмента отказались. Хотя осталась идея закрепить отдельную цену российской нефти Urals, не привязанную к корзине из популярных сортов (Brent, WTI, Dubai Crude).

К ней вернулись спустя пару лет на президентской комиссии по вопросам развития ТЭК. Для запуска фьючерса была выбрана СПбМТСБ. И спустя еще два года запуск состоялся. Как видим, на это потребовалось немало времени.

Оправдать эту задержку мог бы успех нового фьючерса (глава Федеральной антимонопольной службы Игорь Артемьев подчеркивал, что «Россия показывает высокий уровень своих технологий, в частности, биржевых»). Однако, по мнению экспертов, новый инструмент рынком не востребован. Одна из причин — отсутствие у СПбМТСБ опыта реализации столь масштабных задач, а также курирование проекта непрофильным ведомством — ФАС.

Площадка для торговли фьючерсом была изначально неверно выбрана. В отличие от, например, Московской биржи, СПбМТСБ известна лишь в российских узкопрофессиональных кругах. Для успеха такого проекта к торговле должны быть привлечены хеджеры и спекулянты. Спекулянты создают ликвидность, хеджеры страхуют свои позиции с помощью этого инструмента. И здесь возникает главная загвоздка — спекулянты об этой бирже не знают ничего. Более того, нерезиденты не будут даже открывать лимит под эту площадку из-за ее локальности и отсутствия у нее сколько-нибудь значимого капитала. Это не значит, что ее надо было вообще не привлекать к проекту. Например, клиринг можно было бы оставить за этой площадкой, но торговать новым инструментом стоило бы все же на Московской бирже.

Второй момент, с которым связан провал нового фьючерса — этот инструмент поставочный. Возможно, хеджеров, при определенных условиях, это бы устроило, но спекулянтам поставка не нужна, их больше интересуют расчетные инструменты. Более того, на финансовом рынке всегда больше приветствовались расчетные фьючерсы: им проще найти дорогу к своим потребителям — трейдерам.

Третий момент связан с тем, что цена этого инструмента должна учитываться в налоговых целях. Когда фьючерс ликвиден, и объем его торгов достаточно велик, он становится показателем реальной оценки продукта рынком. В случае с русским фьючерсом Федеральная налоговая служба (ФНС) могла бы по его цене определять справедливую стоимость Urals и по ней считать налоговую базу для нефтяных компаний. Таким образом, русский фьючерс стал бы исходной точкой для расчетов.

С привлечением к проекту профильного ведомства — ФНС — были бы закрыты вопросы с получением прибыли от использования инструмента как в нефтяных компаниях, так и других компаниях-участниках рынка.

В этом смысле даже логичнее было бы передать контроль над фьючерсом в ФНС. У ФАС нет необходимых компетенций и опыта для работы с такими проектами. Ими должны заниматься профессионалы-биржевики: Московская биржа, специалисты ФНС, нефтяные компании, которые заинтересованы в хорошем результате (например, «Транснефть», которая тоже задействована в проекте, поскольку это поставочный инструмент).

Кроме того, нужно привлекать к этому инструменту потребителей: устраивать презентации, ездить по компаниям и попробовать его продавать как хороший индикатор российского рынка нефти. Всего этого, к сожалению, не делалось.

А еще нужен маркетмейкер. Обычно, когда новый инструмент выходит на биржу, с кем-то из участников, котирующем обе стороны и поддерживающим какую-то ликвидность инструмента, заключается договор маркетмейкерства. Нефть котируется по нескольким эталонным смесям: Brent, Urals и т.д. Если бы нефтетрейдеры, связанные с российскими нефтяными компаниями, начали котировать нефть, отталкиваясь от нового фьючерса, по сути, отвязав его от Brent, это был бы безусловный успех. Только в этом случае участникам рынка было бы интересно прийти на СПбМТСБ, хеджироваться или покупать впрок.

С появлением фьючерса можно было бы понять, связана ли цена Urals с ценой Brent и как влияет на фьючерс курс рубля. Если будет доказана корреляция, то появится интерес спекулянтов к новому инструменту. Чтобы заработать, они будут играть на ценах: открывать позиции в Brent, во фьючерсе и в паре рубль-доллар, и, соответственно, подтягивать цену фьючерса к справедливой. Если же котировка контракта будет оторвана от мировой цены на Brent, то новый фьючерс так и останется невостребованным, как это происходит сейчас.

Летом 2017 года Санкт-Петербургская биржа предложила Шанхайской нефтегазовой бирже и китайским игрокам присоединиться к торгам фьючерсом на нефть Urals. Однако участники рынка уверены, что соглашение с китайской стороной вряд ли принесет ощутимую выгоду России. Если биржа будет продавать китайцам нефть по внутрироссийской цене, это будет выгодно китайской стороне, но не выгодно российским продавцам, ведь они точно так же могли бы продать нефть на мировом рынке. Китайцам же будет интересна работа на СПбМТСБ, если они получат дисконт к цене, по которой могли бы купить нефть в любом другом месте.

Другими словами, Китаю могут быть предоставлены такие же льготные условия по продаже нефти, как для внутренних российских потребителей. Но реальная цена этой «комбинации» в случае ее осуществления — многомиллиардные потери выручки российских нефтяников и бюджетных доходов от налоговых поступлений.

Россия > Финансы, банки. Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 3 октября 2017 > № 2335687 Алексей Ульянов


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 3 октября 2017 > № 2335683 Станислав Савченко

Недооценка индекса. Почему россияне редко инвестируют в ETF и ПИФы

Станислав Савченко

председатель совета директоров ИК «Спарта-финанс»

Биржевые индексные инструменты могут привлечь деньги частных инвесторов на российский рынок. Но для этого необходимы информационная кампания и расширение ассортимента продуктов

Приток частных инвестиций на рынок могут стимулировать инвестиционные инструменты, которые требуют минимум знаний и опыта работы на фондовом рынке. Для таких целей, конечно, подойдут простейшие продукты типа синтетических ОФЗ для населения (ОФЗ-н), а также индексные фонды (ПИФы и ETF), которые сами по себе предполагают максимальную диверсификацию.

В случае с индексными стратегиями инвестирования не нужно пытаться угадать тренды, геополитику и другие риски и факторы. И, по нашим оценкам, именно за индексными инструментами — будущее инвестиционной розницы в России. Пока на российском рынке представлена ограниченная линейка из 12 ETF, но с ростом спроса на них, можно предположить, что она будет расширяться.

Мировая слава индекса

Индексные фонды мегапопулярны во всем мире. Глобальный рынок ETF оценивается в $4,17 трлн, а в доминирующей по количеству индексных фондов стране —США — совокупные активы под управлением этих фондов превышают $2,8 трлн. Всего в мире представлено свыше 5 тыс. ETF-бумаг, из которых 1,8-2 тыс. обращаются на рынке США. Порядка 70% всех активов ETF сосредоточены в руках у финансовых гигантов — крупнейших провайдеров индексных фондов BlackRock, Vanguard и State Street Global Advisors.

Индустрия ETF растет высокими темпами. В 2017 году приток в них, по данным исследовательской компании ETFGI, был максимальным за все время наблюдений: объем рынка ETF достиг рекордного значения в $4,17 трлн, увеличившись за год на 17,5%. Причины — простота инвестирования в ETF, максимальная диверсификация и невысокие комиссии, а также разочарование в стратегиях активного управления, которые начали проигрывать пассивному инвестированию.

Вложиться через ETF практически во что угодно – например, в широкие индексы акций. Так, структуру S&P повторяет фонд SPDR S&P 500 ETF (тикер — SPY), структуру Dow Jones Industrial Average — SPDR Dow Jones Industrial Average (DIA). Фонд PowerShares QQQ (QQQ) следит за Nasdaq 100. Кроме того, существуют фонды на индексы стран или регионов (штатов США, в частности), отрасли (медицина, IT-сектор), виды сырья (золото, нефть) и облигации.

Инвестор в ETF может сфокусироваться на отдельных инвестиционных идеях — биотехнологиях, интернете-вещей, автопилотах, криптовалюте, а может поверить и во что-то совсем точечное и экзотическое — например, производителей солнечных панелей или вегетарианских полуфабрикатов.

У ETF бывает разная механика. Существуют так называемые «перевернутые» версии ETF, котировки которых меняются противоположно базовому активу. Или, скажем, ETF с двойным и тройным плечом, которые удваивают или утраивают динамику «базы». С помощью ETF можно сберегать, инвестировать или даже спекулировать.

Покупка бумаг этих фондов помогает добиться максимально диверсифицированного и сбалансированного портфеля. Диверсификация достигается и за счет самой структуры ETF, и за счет включения в портфель фондов на разные классы активов (драгметаллы, акции, облигации) и стран (ETF на разные страновые рынки). Все зависит от сроков, целей формирования сбережений и риск-аппетита конкретного инвестора. К примеру, консервативным инвесторам большую долю портфеля рекомендуется формировать из ETF облигаций, а те, кто склонен к рискам, могут выбирать ETF акций.

Индексные инвестиции в России

В США при помощи аналога наших ИИС — счетов IRA (Individual Retirement Accounts) — американцы могут инвестировать, в том числе, в ETF. Такая же опция доступна для держателей инвестсчетов ISA в Великобритании. Если ли такая возможность у владельцев ИИС в России? Безусловно. Но российский инвестор может покупать на ИИС только те ETF, которые торгуются на российских биржах.

Пока предложение на этом рынке ограничено. ETF только начали набирать обороты в России. На Московской бирже представлен урезанный набор локальных ETF-продуктов от FinEx. Это нюанс, имеющий особое значение для более подготовленных инвесторов, поскольку им интересны специфические сегменты рынка, которые в этом наборе не представлены. Например уже упомянутые биотехнологии или производители автономных авто — трендовая инвестиционная тема в мире. В этом смысле фонды, торгующиеся в России, практически не дают простора для инвестиционной мысли, хотя они вполне выполняют задачи по диверсификации консервативного портфеля.

По нашим оценкам, россияне в последнее время довольно активно интересуются пассивными инвестиционным продуктами — ПИФами и ETF. Но пока число инвесторов, верящих в это направление, совсем невелико — порядка 3-5% наших клиентов интересовались индексными стратегиями и/или использовали их. Несмотря на то, что, по данным Московской биржи, за 12 месяцев с июля 2016 по июль 2017 гг. в ETF стало вкладываться в 2 раза больше инвесторов — это всего лишь 2% от общего числа. В ОПИФы инвестируют и того меньше — порядка 0,03%.

В денежном выражении, по подсчетам Национальной лиги управляющих, с начала 2017 года инвесторы принесли всего около 260 млн рублей в индексные фонды. Для сравнения: общий объем торгов на бирже в июне — почти 80 млрд рублей.

По нашим оценкам, пока невысокий спрос на индексные инструменты обусловлен недостаточным информированием частных клиентов о преимуществах пассивных инвестиций. По тем же народным облигациям развернулась нешуточная информационная камрания, про инвестиционное страхование жизни рассказывают практически в каждом банке, а вот ETF и даже ПИФы многими воспринимается как нечто сложное и требующее специфических знаний.

Индексные инструменты недооценены, но при более активной пропаганде они имеют большой потенциал и в сегменте опытных инвесторов, и в массовом сегменте. Здесь важную роль могут сыграть инвестиционные и управляющие компании, работающие с розницей.

Также необходимо решать проблему ограниченного предложения на рынке. Один оператор ETF на рынке — это слишком мало для развития отрасли. Остается надеяться, что с ростом числа частных инвесторов и их спроса на ETF в ближайшие годы в России появятся и другие провайдеры индексных фондов, которые расширят линейку доступных продуктов.

Так или иначе, за пассивными инвестициями будущее. Я вижу, что люди присматриваются к индексным продуктам и спрашивают о них. Помимо автоматической диверсификации инвестиций, индексные фонды также предполагают невысокую комиссию (около 0,2% в среднем по миру) и простоту работы — в части формирования идеальных по сочетанию риск-доходность портфелей и их последующей ребалансировки. При более активном информировании о преимуществах пассивных инвестиций, а также появлению новых видов ETF на локальном рынке, вложения в ETF индексные фонды в России могут расти в геометрической прогрессии— показать в 2017 году прирост в районе 4-5%, а в 2018 году — уже в 8-10%.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 3 октября 2017 > № 2335683 Станислав Савченко


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 3 октября 2017 > № 2335680 Тимур Турлов

Криптовалютная лихорадка. Чем опасен бум блокчейна и ICO

Тимур Турлов

генеральный директор, глава инвестиционного комитета компании ИК «Фридом Финанс»

Как всеобщее помешательство на технологии блокчейн и ICO вредит финансовым рынкам

Сложно придумать что-то более абстрактное и магическое, чем деньги. Мало кто понимает, как они появляются, и еще меньше людей отдает себе отчет в том, почему они устроены именно так. Очень долго экономика как дисциплина оставалась предметом пристального интереса лишь со стороны научного сообщества, финансистов, регуляторов и прочих сочувствующих.

А потом случился блокчейн, благодаря которому люди придумали «некопируемую монетку» и начали стремительно изобретать буквально с нуля совершенно новую финансовую экосистему. При этом они особо не озадачивались вопросом о том, почему в реальном мире финансы работают несколько по-другому. Однако ничто так не придает уверенности в своих силах, как дефицит компетенции. Пока профессионалы думали о рисках легализации средств, проблемах судебной защиты и налогах, тысячи энтузиастов просто начали запускать новые валюты и биржи, а также эмитировать ценные бумаги и создавать индустрию финансовых посредников.

Причем ажиотаж и сумасшедший приток капитала позволил многим заработать инвесторам достаточно крупные суммы. Удачливые игроки криптовалютного рынка довольно быстро учатся на своих собственных ошибках и продолжают совершенствовать инфраструктуру. В конечном счете велосипед будет изобретен, и на многие вопросы, терзающие профессионалов, будут найдены ответы. Однако обнаружены они будут, как всегда, теми, кто, не понимая всех рисков, действует, а не теми, кто их понимает и оттого воздерживается.

Цифровое золото

Концепция распределенной базы данных оказалась настолько привлекательной и магической, что многие решили, будто с ее помощью можно сделать лучше и эффективнее практически все. Можно сделать лучшие деньги: создать единую наднациональную валюту, эмиссия которой будет заведомо ограниченной, а обращение — неподконтрольным центральным банкам.

Нам показалось, что это и есть наше будущее, но мы почему-то забыли, что это наше прошлое. Это все уже было, и у нас уже была такая валюта. Это золото. Оно тяжело добывается, оно было мерой стоимости по всему миру, и власти очень ограниченно могли его контролировать.

Тем не менее человечество отказалось от золота, и не осталось ни одной сколько-нибудь заметной экономики, использующей его в качестве валюты. У этого есть рациональная причина: те страны, которые перешли к концепции регулируемого денежного предложения на основе так называемых фиатных денег, добились существенно более высокого и стабильного экономического роста, чем страны, сохраняющие металлические стандарты.

Именно конкуренция экономических моделей убила «вечный» металл, менее чем за 100 лет лишив его абсолютно всех монетарных функций. Да, мы создали новое цифровое золото, требующее мегаватты энергии на бессмысленные вычисления для его добычи и поддержания работы сети, но уверены ли мы, что не ошиблись с самой концепцией?

Но ничто не вселяет такую сильную уверенность в инвесторов, как многолетний марафон по перепродаже по кругу примерно одинакового количества монеток, в результате которого капитализация рынка криптоактивов достигла $150 млрд. Избыток свежезаработанных миллионов породил спрос на инвестиции и изобретение крипторынка ценных бумаг. И здесь тоже человечество стремительно ринулось повторять свою историю.

Привлекать капитал, продавая инвесторам ценные бумаги, люди начали еще несколько сотен лет назад, и тогда тоже все было очень просто. Не было никаких законов, регулирующих акционерные общества, комиссий по ценным бумагам, требований к аудиту и корпоративному управлению, механизмов защиты прав финансовых инвесторов. Не блокчейн демократизировал рынок, а само общество, отвечая на многочисленные вызовы, борясь с мошенничествами и злоупотреблениями, пытаясь разработать справедливые правила игры и дать адекватную защиту различным субъектам.

Мы можем бесконечно восхищаться доходностью криптовалютного рынка в период ажиотажа, но за эйфорией всегда следует тяжелая депрессия, и она заставит задуматься о целесообразности применения всех уже обкатанных человечеством правил игры. Но, пока музыка звучит громко, и депрессия не наступила, огромное количество людей пытается вымучить идею, которая бы позволила им откусить кусочек от рынка, на котором пируют миллионы крайне неквалифицированных инвесторов.

Блокчейн-мания

За последние несколько месяцев я повстречался с десятками предпринимателей, собирающихся разработать новый продукт с использованием пресловутого блокчейн и обязательно привлечь деньги для его создания при помощи ICO. Возможно, это симптоматично, но качество презентаций почти во всех проектах, на мой взгляд, существенно ниже среднего для подобных стартапов.

Парадоксально, но люди почти не задумываются над тем, что в большинстве случаев блокчейн не дает никаких реальных преимуществ их проектам, а сами эти проекты гораздо легче и дешевле могут быть реализованы и без использования новомодной технологии. При этом эти стартапы имеют крайне ограниченную возможность выжить в конкурентной борьбе.

Почти никто из стартаперов, проводящих ICO, не затрагивает идею о справедливости оценки бизнеса и не говорит о том, как вкладчики смогут вернуть свои средства с прибылью. Инвесторам, по сути, предлагают сыграть в азартную игру и суметь перепродать свою ценную бумагу следующему по более высокой цене на волне невероятного ажиотажа.

Именно поэтому почти все стартапы, выводящие такие ценные бумаги, создание «пузырей» в которых довольно ограничено, мечтают о своей собственной валюте для обслуживания их расчеты с инвесторами. Они уверены, что с ростом оборота эта валюта должна будет постоянно расти в цене. Их не смущает, что она выглядит очевидным усложнением расчетов с клиентами, добавляет к инвестиционному риску валютный, а ее колебания неизбежно окажут драматическое влияние на экономику основного бизнеса.

Надувание «пузырей» становится главной мечтой и реальным смыслом, а бизнес-план проекта — не более чем поводом.

Безусловно, ничто так не популяризирует идею инвестиций, как получение сумасшедшей доходности. В этом смысле криптолихорадка сделала для развития финансового рынка больше, чем все инициативы правительств и профессиональных участников вместе.

Однако проблема в том, что, если внутренняя фундаментальная стоимость тех проектов, в которые приходят инвестиции (будь то валюты или ценные бумаги) не догонит те «пузыри», которые формируются на новом, не регулируемом ни кем финансовом рынке, тот неизбежно переживет охлаждение. А это принесет миллионам новичков многомиллионные убытки, после чего мы можем потерять их как инвесторов на достаточно длительный срок и дискредитировать многие принципы рынка.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 3 октября 2017 > № 2335680 Тимур Турлов


Саудовская Аравия. Великобритания > Финансы, банки > forbes.ru, 3 октября 2017 > № 2335677 Андрей Ляхов

Английская щедрость: ради Saudi Aramco Лондонская фондовая биржа меняет свои правила

Андрей Ляхов

доктор юридических наук, арабист, директор группы «Третий Рим»

Долгожданное IPO Saudi Aramco еще не состоялось, а Лондонская фондовая биржа в борьбе за привлекательного эмитента уже готова изменить правила допуска к торгам и создать новый сегмент листинга для компаний, контролируемых государством. Это открывает возможности выхода на LSE для госкомпаний России и Китая

В середине июля Управление по финансовому регулированию и надзору Великобритании (FCA) опубликовало крайне интересный документ. В нем предлагается изменить правила, по которым осуществляется допуск к торгам на фондовом рынке Соединенного Королевства. В частности, FCA предложило создать новую категорию премиального листинга для компаний, контролируемых государствами. Неудивительно, что это произошло вскоре после того, как совместная делегация Лондонской фондовой биржи (LSE) и FCA посетила Эр-Рияд и презентовала лондонский фондовый рынок компании Saudi Aramco и министру нефтяной промышленности Саудовской Аравии. Напомним, выхода саудовского нефтяного гиганта на биржу ждут уже 30 лет и уже в ближайшем будущем IPO Saudi Aramco может стать реальностью.

В опубликованном проекте FCA утверждает, что обнаружило пробел в правилах листинга для компаний, которые перевыполняют требования стандартного листинга, и при этом стремятся соответствовать более высоким стандартам премиального листинга. Такие компании часто контролируются акционером – суверенным государством. Такие акционеры, как правило, отличаются от типичных «акционеров частного сектора» своей структурой, деятельностью и, что более важно, мотивацией. В частности, государства могут владеть бизнесом по историческим причинам (например, в результате национализации), а некоторые из их обязанностей или уровень их вовлеченности в деятельность компании могут быть определены законодательством.

Это фактически означает, что FCA, вероятно, создаст новый сегмент листинга где-то между премиальным и стандартным, чтобы позволить государственным компаниям торговаться в Лондоне. У подобных компаний есть ряд особенностей - менее прозрачное корпоративное управление, выполнение социально значимых проектов и программ, прямая зависимость от решений правительств и регуляторов — которые, по мнению, FCA должны учитывать инвесторы.

Внедрение нового листингового сегмента, хоть и явно направлено на то, чтобы позволить компании Aramco провести листинг, показывает, что фондовый рынок Лондона в целом готов напрямую инвестировать в то, что ранее было абсолютным табу – в государственный сектор.

Суть предложения в том, чтобы создать новую категорию премиального листинга для коммерческих компаний с акционером, который является суверенным государством, контролирующим 30% или более голосов в компании. Оценивая соответствие критериям, FCA будет в каждом конкретном случае рассматривать осуществляемый государством существенный контроль. Любопытным является замечание FCA о том, что пассивный пакет, принадлежащий государственному инвестиционному фонду, вероятно, не будет указывать на наличие существенного контроля у государства. Это можно воспринимать как некий намёк на то, что компании, акции которых принадлежат суверенным инвестфондам (включая несомненно Российский Фонд Прямых Инвестиций) не будут рассматриваться как государственные. Если такое правило будет принято, это может иметь весьма широкие последствия для толкования что считать «государственной компанией».

В предложении есть список основных требований для нового типа государства-заявителя. Из этого списка видно, что помимо компании Aramco, большинство крупных контролируемых государством нефтяных и горнодобывающих компаний (Petronas, Национальная нефтяная компания Абу-Даби, PDVSA, CNPC, Нефтяная компания Кувейта, Национальная иранская нефтяная компания, SOCAR, AEMFC, Office Cherifien des Phosphates, Codelco и т.д.) могут соответствовать критериям, также как и контролируемые государством конгломераты, например, «Ростех», «Роснано», «Алроса», LKAB и Fortnum.

Предполагается, что большинство требований соответствия премиум-сегмента будут применимы к контролируемым государством заявителям. Примечательными исключениями, вероятно, будут отказ от требования о 25% акций в публичном владении непосредственно в момент допуска, освобождение государства от соблюдения правил сделок со связанными лицами и неприменение к контролируемым государством заявителям правил, касающихся контролирующего акционера.

Иное примечательное новшество – предложение разрешить контролируемым государством заявителям проводить листинг через механизм депозитарных расписок. Это предложение, безусловно, связано с опытом LSE в допуске крупных российских компаний через механизм глобальных депозитарных расписок (ГДР).

На компанию, попавшую в новую категорию листинга, будет возложено постоянное обязательство: суверенное государство должно оставаться контролирующим акционером компании, и, следовательно, компания должна будет уведомить FCA, если такой акционер перестанет владеть 30% голосов. В этом случае FCA ожидает, что компания захочет обсудить перенос своего листинга в другую категорию или его аннулирование.

Перенос в стандартный сегмент или аннулирование листинга будут предварительно утверждаться независимыми акционерами. В случае голосования против переноса или аннулирования, FCA будет иметь право приостановить и/или аннулировать листинг из-за несоответствия критериям для включения в новую категорию.

Новая категория листинга явно предназначена для привлечения международных компаний на Лондонскую фондовую биржу, поскольку государственный сектор Великобритании относительно невелик и сконцентрирован на транспортной инфраструктуре (NATS, Network Rail), ядерной отрасли и банковской деятельности (Royal Bank of Scotland). Несмотря на то, что все эти секторы явно выиграли бы от частных инвестиций, создание отдельного листингового сегмента для ограниченного числа отечественных компаний может не окупить потраченные усилия, особенно с учетом некоторых довольно успешных сделок государственно-частного партнерства, участниками которых являются эти компании.

Однако, как отмечает FCA, большинство компаний, желающих провести листинг в новой категории, не будут автоматически претендовать на включение их в индекс FTSE UK в соответствии с действующими правилами FTSE, поскольку им необходимо будет соответствовать другим строгим критериям (например, иметь более высокий процент акций в свободном обращении и пройти определенные тесты ликвидности), если они не зарегистрированы в Соединённом Королевстве. Включение в FTSE считается важным преимуществом для эмитентов, которые провели листинг в премиум-категории, и, соответственно для увеличения привлекательностям Лондонского фондового рынка необходимо будет понять будут ли меняться правила FTSE чтобы увеличить привлекательность лондонского рынка для госкомпаний.

FCA ожидает ответы на рекомендации к середине октября. Ожидается, что ответы, скорее всего, сгладят некоторые углы первичного предложения, в то же время утвердив его основные положения. Это также означает, что новый сегмент может быть создан к концу марта 2018 года, вследствие чего IPO компании Aramco в 2018 году (или в первом квартале 2019 года) станет возможным.

Было бы чрезвычайно интересно увидеть ответ Нью-Йоркской фондовой биржи на это далеко идущее предложение FCA в битве за IPO компании Aramco.

Если и когда это будет реализовано, это также может сделать Лондон центром для крупных и сверхкрупных китайских IPO, и мы сможем наблюдать возвращение россиян на лондонский рынок. Эта инициатива является также первым превентивным ответом английского регулятора на угрозу оттока инвесторов и эмитентов после выхода Соединенного Королевства из ЕС.

Саудовская Аравия. Великобритания > Финансы, банки > forbes.ru, 3 октября 2017 > № 2335677 Андрей Ляхов


США > СМИ, ИТ. Финансы, банки. Армия, полиция > forbes.ru, 3 октября 2017 > № 2335674 Ангелина Кречетова

Преследование на блокчейне. Причины первого дела о мошенничестве при ICO

Ангелина Кречетова

Редактор Forbes.ru

В последние месяцы регуляторы разных стран настороженно следили за криптовалютной деятельностью и предупреждали о необходимости соблюдать закон. Теперь американские власти перешли к делу и обратились в суд

Американская Комиссия по ценным бумагам и биржам (SEC) завела первое в истории дело о мошенничестве при первичном размещении криптовалюты (Initial Coin Offering, ICO) в отношении бизнесмена Максима Заславского и двух его компаний REcoin Group Foundation и DRC World (также известна как Diamond Reserve Club World) и, сообщает пресс-служба регулятора США. Соответствующая жалоба передана в федеральный окружной суд в Бруклине, штат Нью-Йорк.

По данным американских властей, Заславский рассказывал потенциальным инвесторам о том, что REcoin является первой криптовалютой, обеспеченной недвижимостью. Он, как указывается в пресс-релизе, представлял компанию как серьезную организацию со штатом юристов, брокеров и бухгалтеров, которые вложат привлеченные на ICO деньги в недвижимое имущество. Фактически же компания никого не нанимала и не проводила сделок, хотя и привлекла в ходе ICO около $300 000, пишет SEC. Регулятор отмечает, что в компании искажали цифры, говоря о привлеченных от инвесторов от $2 до 4 млн.

Схожую схему бизнесмен использовал и в случае с DRC World, которая якобы планировала вкладываться в алмазы и затем предлагать скидки клиентам, купившим членство в клубе. ICO компании еще идет. Несмотря на ожидания инвесторов, алмазов DRC не закупала и в других бизнес-операциях замечена не была. SEC добавляет, что обе компании продавали незарегистрированные ценные бумаги и предлагали вкладчикам несуществующие токены или криптовалюту. Клиентам обещали солидный возврат инвестиций, при этом никакой деятельности компании, по данным SEC, не вели. Сейчас активы двух организаций и предпринимателя заморожены. Он обвиняется в мошенничестве и нарушении правил регистрации бумаг. Гражданство фигуранта дела не указывается.

В беседе с отраслевым Anycoin.news Заславский на вопрос, собирается ли оспаривать обвинения, заявил: «Конечно, будем воевать. Я сейчас нанимаю адвокатов, чтобы отстаивать свою позицию в судах. Обвинения SEC лишены оснований, мы не обманывали своих инвесторов и предлагаем полный возврат средств всем, кто этого желает».

Ранее SEC уже предупреждала инвесторов о рисках ICO. 25 июля регулятор признал токены проекта The DAO ценными бумагами, решив, что их выпуск должен сопровождаться соответствующими процедурами. Речь, в частности, идет о допуске к ICO только квалифицированных инвесторов и регистрацией.

Двойной обман

Сооснователь и партнер The Token Fund Владимир Смеркис полагает, что компании бизнесмена Заславского лишь первые «в череде уголовных дел». «Борьба с мошенничеством — это текущая деятельность правоохранительных органов во всех странах», — говорит он. Собеседник Forbes отмечает, что предприниматель обманул дважды, первый раз, пообещав «доходность на монету», а второй — заявив, что сборы составили несколько миллионов при фактических сборах в несколько сотен тысяч.

«Теперь о том, что было сделано не так в этом кейсе и как делать не нужно. Прежде всего, токен не должен быть ценной бумагой или очень походить на нее. Комиссия по ценным бумагам и биржам США, (SEC) использует Howey тест для определения степени этой похожести. Суть теста в следующем: если люди, покупающие токены, не влияют на перформанс (доходность) и если токен не используется внутри системы — для SEC это пахнет как секьюрити (ценная бумага), и он может признать ее таковой. Не хотите играть в игры с американским правопорядком — не принимайте деньги от граждан США, как делает Tokenbox», — подчеркивает Смеркис. Второй важный момент, по его словам, — требование регистрировать компанию-токенизатор, которая несет юридическую ответственность. «В случае с Tokenbox мы выбрали Каймановы острова», — приводит пример он.

Собеседник Forbes указывает, что рынок уже становится умнее и осторожнее, большинство ICO отказываются принимать средства от граждан США, становится меньше проектов без юридических лиц, чего и добивается американский регулятор. «Осторожно выбраны проекты, которые жестко нарушали правила. Регуляторы сами до конца не определились как быть с компаниями, использующими инструменты новой экономики, и сейчас проводят «тестовые» эксперименты с делами», — полагает он, отмечая, что такова особенность всего нового приходящего на рынок. «Мораль этой истории довольно прозаична: если вы хотите делать ICO — определитесь для чего оно вам и не обманывайте людей, которые будут участвовать в вашем проекте с самого начала», — заключает сооснователь The Token Fund.

«Вне зависимости от того, организуете ли вы ICO или занимаетесь другой деятельностью, действует строгое правило — брать чужие деньги с использованием обмана или злоупотребления доверием нельзя. Если Максим Заславский привлекал средства под пустые обещания, будь то о высокой доходности или обещая вложить средства в недвижимость или алмазы, то это безусловно мошенничество», — соглашается партнер FMG Group Михаил Фаткин. Он подчеркивает, что если в России есть инвесторы, которые поверили подобным обещаниям и вложили средства в рассматриваемые проекты, то они могут обратиться в российские правоохранительные органы с заявлением о преступлении, и оно «с высокой степенью вероятности так же, как и за океаном, приведет к возбуждению уголовного дела по статье «мошенничество».

Основатель проекта FREED, Евгений Глариантов называет рынок ICO «диким». По его мнению, сейчас он является прекрасной базой для мошенников из-за большого количества свободной криптовалюты и неквалифицированных инвесторов, «которых манят рассказы о сказочных заработках». «Сами криптоинвесторы на каждом углу говорят, что основой ICO и блокчейна является понятие trust, а что такое бизнес на доверии, наше старшее поколение прочувствовало в 90-е. Вместе с тем, молодых непуганых инвесторов на рынке всегда хватает, так что ситуация будет только развиваться», — отмечает он.

Показательные примеры

К криптовалютной деятельности, в том числе к ICO, приковано внимание регуляторов многих стран. Где-то такую деятельность запрещают, как происходит в Китае или Южной Корее. В России сейчас идет обсуждения регулирования этих процессов: стремительный рост криптовалюты (за последние 12 месяцев биткоин, например, вырос более чем на 720%) уже невозможно игнорировать, понимают регуляторы. Банк России, в частности, думает, как защитить участников рынка и инвесторов, которые могут потерять средства, инвестируя в цифровые деньги.

В России есть и случаи уголовного преследования деятельности, связанной с криптовалютным рынком. Такой вехой стал арест в Костромской области трех граждан, которые использовали сотни банковских и SIM-карт, оформленных на родственников и знакомых, для операций с криптовалютами и «незаконного обналичивания» более 500 млн рублей.

Второй громкий случай с участием россиянина произошел в Греции: там, на курортном полуострове Халкидики, в июле 2017 года гражданин России Александр Винник был задержан по обвинению в отмывании денег, взломе компьютеров, мошенничестве и незаконном обороте наркотиков при использовании созданной им криптовалютной биржи BTC-e. В США его подозревают в отмывании более $4 млрд через BTC-e. В середине сентября российская сторона попросила Грецию выдать ей Винника, поскольку здесь он также является фигурантом дела о мошенничестве.

Американский Forbes в сентябре писал, что российские власти сейчас балансируют между предотвращением отмывания средств и уходом от налогов при помощи цифровой валюты, с одной стороны, а с другой стороны, хотят показать, что они готовы поддерживать развитие биткоинов и аналогичных технологий в России.

США > СМИ, ИТ. Финансы, банки. Армия, полиция > forbes.ru, 3 октября 2017 > № 2335674 Ангелина Кречетова


Россия. СФО > Финансы, банки. Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 3 октября 2017 > № 2335671 Сергей Титов

Кузбасс на продажу: холдинг СДС распродает активы для погашения долга

Сергей Титов

обозреватель Forbes

Долг кемеровского холдинга приближается к $1 млрд. Чтобы рассчитаться с банками, СДС избавляется как от второстепенных, так и от профильных угольных активов

«Сибирский деловой союз» (СДС) Михаила Федяева F 170 и Владимира Гридина F 158 закрыл сделку по продаже 100% ООО «Сибэнергоуголь», сообщил сегодня кемеровский холдинг. Покупателем выступила московская компания «Сибуголь», учрежденная в 2017 году. 99% компании принадлежит швейцарской Sib Coal AG, 1% — гендиректору «Сибугля» Артему Казакову. Он и является бенефициаром компании, рассказали Forbes два источника на угольном рынке. Один из собеседников уточняет, что это выходец из Кемерово, который ранее занимался трейдинговыми операциями. До сделки с СДС добывающих угольных активов у Казакова не было.

Стоимость сделки СДС не раскрыл. Год назад аффилированная с Казаковым швейцарская Sib Trading AG сообщила на сайте российской Торгово-промышленной палаты о намерениях выкупить «Сибэнергоуголь» за $300 млн. По словам источника, знакомого с условиями сделки, итоговая стоимость составила $220-250 млн.

Производственная мощность «Сибугля» составляет 2,2 млн т угля в год, говорится в сообщении СДС. Это было единственное в составе СДС предприятие, добывающее антрацит. 80% продукции предприятие экспортирует. Основные потребители — Китай, Вьетнам, Южная Корея и Япония. Цель сделки – уменьшить кредитную нагрузку отраслевого подразделения «СДС-Уголь», указывает кемеровский холдинг. По словам источника, близкого к СДС, долг холдинга составляет не менее 50 млрд рублей. Другой источник говорит, что кредитная нагрузка СДС составляет около $1 млрд, основные кредиторы — Сбербанк и Газпромбанк.

В 2000-е СДС активно скупал угольные активы Кузбасса на кредиты. Но с 2011 года цены на уголь неоднократно обновляли многолетние минимумы, а банки наоборот поднимали ставки, вспоминает один из угольщиков. В итоге СДС был вынужден начать распродажу активов.

В 2016 году СДС продал химического производителя «СДС Азот» миллиардеру Роману Троценко F 55 и 74% Европейской медиагруппы УГМК Искандера Махмудова F 19 и партнеров. До этого СДС избавился от кемеровского аэропорта, «Новокузнецкого ликероводочного завода» и сократил долю в транспортной компании «Новотранс».

До сделки с «Сибуглем» в состав СДС входили шесть угольных предприятий с совокупной добычей в 30 млн т. Вскоре количество угольных активов холдинга может сократиться до четырех. Сейчас холдинг ведет переговоры с владельцем «Южуралзолота» Константином Струковым F 108 о продаже разреза «Киселевский». При этом от угольного бизнеса СДС не отказывается, говорит источник, знакомый с планами холдинга. Долгосрочная программа развития разреза «Черниговский», основного угольного актива СДС, предполагает увеличение добычи с 6,5 млн т угля до 9 млн т, делился планами Федяев в прошлом году.

Россия. СФО > Финансы, банки. Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 3 октября 2017 > № 2335671 Сергей Титов


Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 3 октября 2017 > № 2335632 Данияр Акишев

Данияр Акишев: "По прогнозам Нацбанка инфляция по итогам года останется внутри целевого коридора 6-8%"

Инфляция за 9 месяцев 2017 года составила 4,2%. Годовая инфляция снизилась до 7,1%, хотя всего год назад в середине 2016 года достигала 17,7% после обесценения курса национальной валюты в 2015 году, сообщил сегодня председатель Национального Банка РК Д. Акишев, выступая с докладом на заседании Правительства РК.

Он отметил, что эффект переноса девальвации тенге на внутренние цены в 2017 году практически завершился, и сегодня наблюдается умеренная динамика роста в группе продовольственных товаров и платных услуг населению.

«Национальный Банк ожидает, что инфляция по итогам этого года останется внутри целевого коридора 6-8%. Более того, на 2018 год Национальным Банком установлен целевой ориентир по инфляции на более низком значении, то есть от 5 до 7%. К 2020 году Национальный Банк ожидает замедления инфляции до уровня 4% годовых. Все меры денежно-кредитной политики в рамках режима инфляционного таргетирования направлены на достижения этих целей», - подчеркнул Данияр Акишев.

Как отметил глава Нацбанка, базовая ставка Национального Банка установлена на уровне 10,25%, уровень которой, с одной стороны, стимулирует переток свободных ресурсов банков в реальный сектор экономики, а с другой стороны, обеспечивает стабильность финансового, и в первую очередь, валютного рынка.

Д. Акишев также добавил, что Национальный Банк в июне, августе и сентябре на валютном рынке проводил нетто-интервенции в виде продаж иностранной валюты на валютном рынке, что обеспечило стабилизацию валютного рынка в условиях повышенных девальвационных ожиданий в последнее время.

Также, председатель Национального Банка, выступая сегодня на заседании Правительства, обозначил риски, которые присутствуют в условиях текущей макроэкономической ситуации.

В частности, глава Нацбанка отметил, что, несмотря на общий тезис о недостатке денежного предложения, фундаментально инфляционное давление возникает в результате стимулирующей фискальной политики: «За 2016 год пенсии и пособия выросли на 16%, расходы на заработную плату из госбюджета на 18% при инфляции по итогам 2016 года в размере 8,5%». Председатель отметил, что «в 2016 году объем тенге в экономике - это сумма всех наличных и безналичных тенге, увеличился на 61%, в этом году – еще на 6%».

По словам Д. Акишева, рост цен на непродовольственные товары опережает темпы роста, как общей инфляции, так и остальных компонентов, что может являться следствием отложенного эффекта девальвации в результате отложенного спроса. “3,5% из 6,3% роста розничного товарооборота обеспечены за счет вклада непродовольственных товаров. Одним из драйверов повышения непродовольственных цен является рост потребительского кредитования. С начала года объем задолженности по потребительским кредитам в банках вырос на 11% или на 270 млрд тенге”, - подчеркнул он.

Глава Нацбанка отметил, что «одной из причин роста цен является повышение цен на импорт». Так, за 1 полугодие дефлятор ВВП, отражающий изменение цен на отечественные товары и услуги, составил 6,7%, что ниже показателя индекса потребительских цен, который включает в себя изменение цен и на импортируемые товары.

«Очевидно, что стране потребуется больше времени для восстановления импортозамещения. Рост импорта из России на 32% демонстрируют недостаточную конкурентоспособность отечественных товаропроизводителей» - добавил председатель.

Д. Акишев также добавил, что причиной инфляции становятся ожидания населения и предприятий в отношении роста цен, которые “даже при отсутствии объективных факторов могут двигать цены вверх”.

В августе 2017 года количественная оценка инфляционных ожиданий на год вперед составила 6,5%. Таким образом, они формируются ниже фактической инфляции и внутри целевого коридора на 2018 год, сообщил сегодня председатель Национального Банка РК.

«В следующем году Национальный Банк переходит на поэтапное снижение целевых ориентиров. В этой связи важно добиться дальнейшей «стабилизации» инфляционных ожиданий в соответствии с долгосрочными целями денежно-кредитной политики – достижения уровня инфляции 4% к 2020 году», - отметил глава Нацбанка.

«На уровень инфляции продолжают оказывать влияние структурные особенности экономики, в том числе недостаточная глубина рынка товаров длительного пользования, слабая конкуренция, наличие торговых наценок и посредников. Это наблюдается на отдельных товарных рынках плодоовощной продукции, горюче-смазочных материалов и других. В этой части требуется усиление координации взаимодействия всех государственных органов», - заключил Данияр Акишев.

Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 3 октября 2017 > № 2335632 Данияр Акишев


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 2 октября 2017 > № 2334373 Роман Троценко

Альтернатива доллару: миллиардер Роман Троценко о пользе биткоинов и споре с главой Центробанка

Сергей Титов

обозреватель Forbes

После недавней встречи с президентом Роман Троценко прослыл одним из главных сторонников биткоинов. Миллиардер рассказал Forbes, почему криптовалюты важны для России и в чем его разногласия с Эльвирой Набиуллиной

В конце сентября Владимир Путин пригласил в Кремль крупнейших бизнесменов, чтобы обсудить, как превозмочь санкции. Роман Троценко предложил легализовать криптовалюты, чем вызвал шквал критики со стороны главы Центробанка Эльвиры Набиуллины, которая также присутствовала на встрече.

«Я был за создание биржевой площадки, которая бы позволила работать не только с биткоином, а вообще с новыми инструментами», — пояснил миллиардер в разговоре с Forbes. Так в России появится альтернативная форма расчетов для внешней торговли и услуг.

Санкции осложнили инвестиции, выраженные в долларах, говорит бизнесмен. Смягчить последствия санкций могла бы площадка, которая привлекает инвестиции в виде криптовалют. Если провести «инвестиционную амнистию», то приток инвестиций в Россию может составить от $5 до $10 млрд, считает Троценко.

Миллиардер видит три возможных сценария по легализации криптовалют: признание их валютами, разновидностью производных ценных бумаг (финансовыми деривативами) или цифровым товаром. «Последнее — самое сложное», — отмечает Троценко: возникнет вопрос, как взимать НДС. Сам он считает наиболее приемлемым вариант с деривативами.

В начале сентября Набиуллина заявила, что ЦБ не допустит легализации криптовалют. Ажиотажный интерес к ним чреват финансовыми пирамидами, а анонимность транзакций создает риск использования криптовалют для финансирования терроризма.

«Это ровно наоборот!» — возражает Троценко. По его словам, каждая транзакция, как и ее бенефициары, навсегда сохраняются в блокчейне. А «толпы граждан» и так уже на рынке криптовалют. «Лучше знать это, учитывать и налогооблагать», — призывает миллиардер.

Владелец сети из 14 аэропортов и сам инвестирует в сервис для продажи авиабилетов по технологии блокчейн. Подробности проекта Троценко раскрывать не стал, но отметил, что уже столкнулся с тем, что «в России физически мало специалистов на эту тему».

Блокчейн и криптовалюты — технологии будущего на ближайшие 30 лет, уверен Троценко. До тех пор, пока хождение криптовалют будет квалифицироваться как «нечто незаконное, постыдное или неинтересное, мы будем отставать», предупреждает миллиардер: «Это уже есть и будет существовать вне зависимости от того, что по этому поводу думает Центробанк».

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 2 октября 2017 > № 2334373 Роман Троценко


Россия > Финансы, банки > newizv.ru, 28 сентября 2017 > № 2332228 Гарегин Тосунян

Гарегин Тосунян: Поддержка проблемных банков обеспечит стабильность системы

А это в свою очередь скажется на других сегментах экономики и увеличит шансы на выход из экономического кризиса

Месяц назад Центробанк России объявил о мерах по повышению финансовой устойчивости банка «Открытие», а неделю назад - о санации еще одной банковской группы - Бинбанка. Эти действия вызвали в экспертном сообществе неоднозначную реакцию и разговоры о «банковском кризисе»

Сегодня с подачи председателя ЦБ Эльвиры Набиуллиной Минфин РФ внес в правительство поправки в законодательство для допуска санируемых банков к госсредствам и деньгам стратегических предприятий.

О том, насколько оправданы эти действия и какими могут быть их последствия для всей банковской отрасли, в интервью ЦСП «Платформа» рассказал президент Ассоциации российских банков Гарегин Тосунян.

Стоит ли рассматривать случай с «Бинбанком» как самостоятельный кейс или он отражает тренды, происходящие в банковском секторе?

С одной стороны, это самостоятельный кейс, с другой — признак того, что возможно в более позитивном плане будут строиться наши взаимоотношения с Центральным банком. Эта схема предполагает, что когда банк испытывает недомогание более или менее легкое, он обращается в ЦБ за поддержкой и может рассчитывать на нее. Такой процесс будет подтверждать, что ЦБ выполняет свою функцию защитника системы и обеспечивает ее стабильность.

Вы считаете такой подход более прогрессивным?

Поддержку получает сам институт, а не его собственник или менеджмент, – их права и полномочия, если они допустили какие-то нарушения при управлении банком, ЦБ в полном праве урезать. Да, это требует средств, но это намного полезнее, чем отзыв лицензии. Массовый отзыв лицензий – не самый лучший способ обеспечения стабильности системы. Мы становимся свидетелями нового направления взаимодействия банков с регулятором. Там, где нет криминала, а в силу экономических обстоятельств идет обращение за помощью, нужно протянуть руку помощи и ограничить полномочия при необходимости.

Будет ли интерес у потенциальных инвесторов к приобретению банков, которые сейчас национализированы?

Стабилизация банковского сектора скажется на других сегментах экономики, это увеличивает шансы на то, что мы выйдем из экономически сложной ситуации и доживем до состояния нормального роста. И тогда спрос на банки сразу повысится. Инвесторы поверят, что система стабильна, а не ущербна. Снижение ставки – это тоже действие в этом направлении. Когда ставки будут низкие и клиентская доходность будет выше этих ставок, ты понимаешь, что банковский бизнес становится привлекательным за счет масштаба, глобальности охвата, ты начинаешь в этот бизнес заинтересованно вкладываться.

Россия > Финансы, банки > newizv.ru, 28 сентября 2017 > № 2332228 Гарегин Тосунян


Россия > Финансы, банки > carnegie.ru, 28 сентября 2017 > № 2329674 Еуджениу Кирэу, Андрей Мовчан

Формула рубля. Как рассчитать курс российской валюты в любой момент времени

Еуджениу Кирэу, Андрей Мовчан

Рубль не только представляет собой валюту, жестко привязанную к стоимости нефти и более ни к чему, но и характер этой привязки не меняется с годами. Первые 17 лет XXI века эту привязку никак не ослабили. Скорее наоборот – чем дальше, тем точнее рубль следует за ценой на нефть. Судя по всему, мировой рынок убежден, что нефть – единственный актив, которым Россия может покрыть свои обязательства

В августе 2013 года в российском Forbes вышла колонка одного из авторов этой статьи (Андрея Мовчана) о том, чем определяется курс рубля в XXI веке. «Общепринятых» мнений по этому вопросу тогда было несколько. Наиболее распространенной была идея, что курс рубля определяется политикой ЦБ, удерживающей его в неких рамках (тогда еще существовало таргетирование курса). Другие пеняли на изменения в оттоке капитала, связывали твердость курса рубля с успехами экономической политики России, а падение курса в 2008 году – с происками США. Также колебания объясняли политическими новостями или действиями крупных экспортеров и банков-спекулянтов. Эти «теории» были достоянием не только желтой прессы – их поддерживали и распространяли политики, бизнесмены и даже сотрудники надзорных ведомств.

В статье «Почему через три года за доллар будут давать 50 рублей» автор на примере среднегодовых значений показал, что курс рубля к доллару явно зависит от двух параметров – стоимости нефти на мировом рынке и соотношения инфляции в США и России. На основании исторических данных автор предположил, что в результате ожидаемого существенного снижения цен на нефть (в августе 2013 года нефть стоила около $120 за баррель, но было ясно, что эпохе дорогой нефти приходит конец) курс рубля существенно снизится. В колонке предполагалось, что через три года (в 2016 году) при стоимости нефти $60 за баррель доллар будет стоить 55–60 рублей.

С тех пор прошло четыре года, гипотеза автора полностью подтвердилась, рубль сначала стремительно упал на фоне снижения цен на нефть, а потом, после длительной волатильности, к 2017 году нашел свой уровень стабилизации и на фоне низкой инфляции даже продемонстрировал способность к длительному укреплению – впрочем, так же, как и в 2003–2007 годах. Эмоции относительно движения рубля поутихли, и настало время в деталях разобраться, что же такое рубль с точки зрения его рыночной стоимости.

В сущности, задача «разоблачения» рубля не может не иметь тривиального решения. Мы знаем все существенные экономические параметры международного и российского рынков, от которых может зависеть стоимость рубля. Мы будем использовать простейший метод линейной регрессии, который чаще всего хорошо работает в экономике. В нем используется линейное уравнение, в котором справа от знака равенства стоит сумма произведений неизвестных коэффициентов на значения известных нам параметров (например, курс евро, размер ВВП, размер инфляции, значение индекса S&P), а слева – курс рубля к доллару.

Метод состоит в том, чтобы найти такие коэффициенты, при которых в любой момент времени (значения параметров со временем очевидно меняются, значения коэффициентов – нет) равенство соблюдается наиболее точно (для точности стоит заметить, что «наиболее точно» тоже имеет определение: сумма квадратов отклонений от равенства для всех моментов времени должна быть минимальной). Получаемые коэффициенты указывают значимость того или иного параметра. Если коэффициент, скажем, при индексе РТС окажется равным нулю (или около нуля), это будет означать, что между индексом РТС и курсом рубля нет связи. Если он будет большим и положительным, это будет указывать на прямую связь РТС и курса рубля. Если большим и отрицательным – на обратную. Поскольку слишком частая сетка значений создавала бы излишний шум, мы будем брать недельные значения всех параметров.

Важный аспект анализа с помощью регрессии, который часто упускают, – это различие между «нахождением лучших значений коэффициентов на всем массиве данных» и «нахождением реальной зависимости». Можно сказать и жестче: как правило, для большого набора данных и большого списка параметров всегда находится набор коэффициентов регрессии, который делает уравнение регрессии достаточно точным. Проблема начинается потом – время идет, вы получаете новые данные, и они не вписываются в модель, регрессия ломается.

Настоящей задачей прогнозиста является не как можно лучше описать коэффициентами всю совокупность данных, а найти такие коэффициенты, которые бы хорошо описывали зависимость не на какой-то одной, а на любой части данных – тогда есть основания полагать, что найдена реальная связь. В применении к курсу рубля это означает, что искать надо не коэффициенты на всем массиве данных (от начала 1990-х и до 2017 года), а найти такие коэффициенты и параметры, которые хорошо описывают зависимость на интервале в 3–4 года и так же хорошо на любых других интервалах.

Для начала следует отказаться от идеальной модели, в которой курсы валют связаны через соотношение инфляции и больше никак. Эта пропорция хорошо работает на горизонте от 30 лет и только для стран со сходными моделями экономики и открытыми рынками, но плохо в остальных случаях. Для рубля она вообще не работает – если бы это было не так, то курс рубля не укреплялся бы ни в период 2003–2008 годов, ни в 2016–2017 годах, а нынешнее значение курса рубля к доллару (если начинать отсчет с 1991 года) зашкаливало бы за 250.

Тем не менее использовать «идеальный курс» можно для сравнения, но не забывая, что мы не знаем, от какой точки его отсчитывать (то есть не можем найти того начального года, в котором курс был «справедлив»), а значит, как бы мы ни перемещали график «идеального» курса по вертикали, прицепляя его то к одному, то к другому году, он будет оставаться одинаково годным для сравнения – и одинаково неверным. Впрочем, приведение курсов рубля к доллару к «реальным», то есть скорректированным на инфляцию значениям позволяет нам избавиться от этого параметра.

На протяжении большей части истории России курс рубля был регулируемым, и его наблюдаемые значения, казалось, были производными не только от фундаментальных детерминант, но и от переменных, на которых строилась монетарная политика ЦБ и к которым был привязан курс рубля. Естественно предположить, что курс рубля зависит от множества параметров – как минимум от курса евро или корзины валют (поскольку доллар сам колеблется относительно корзины), от объемов экспорта и импорта, от действий российского Центробанка, от инвестиционных аппетитов, выраженных в виде индексов, и так далее.

При этом, используя «реальные» значения курса (то есть скорректированные на разность инфляций), мы можем исключить инфляцию из состава переменных. Увы, регрессионные эксперименты очень быстро приводят к выводу: многопараметрическая система может красиво описать весь массив значений курса рубля за период, но не предсказать его. Поиск зависимости на более коротких исторических выборках, скажем интервале 2000–2004 годов, и экстраполяция полученной зависимости на «будущее» и «прошлое», то есть периоды после 2004 и до 2000 года, приводит к существенным ошибкам – большинство параметров оказываются ложными и/или коэффициенты существенно изменяются со временем (см. график 1).

На Графике 1 Brent – долларовая стоимость барреля нефти марки Brent; EUR – курс валютной пары EUR/RUB; DXY – индекс доллара (курс валюты США относительно корзины из шести мировых валют); Interest – разница доходности по пятилетним гособлигациям России и США; S&P 500 – индекс фондового рынка США; R²adj – скорректированный на количество переменных показатель R² для регрессии, оцененных за 2000–2004 годы. Все значения переменных (за исключением Interest) логарифмированы

Как это ни парадоксально, использование модели с единственным параметром – ценой нефти марки Brent1 – позволяет получить стабильно надежные результаты, превосходящие другие модели по точности оценки справедливого курса рубля на прогнозных периодах. Мало того, эта модель, построенная на данных с 2000 по 2004 год, позволяет давать приемлемую по точности оценку курса рубля вплоть до сегодняшнего дня.

График 2

График 3

Правая шкала – процентное отклонение оценки курса пары USD/RUB от его рыночного значения

Вывод очевиден – справедливый курс рубля на сегодня можно с достаточной точностью оценить, базируясь лишь на двух основополагающих факторах: соотношении инфляции в России и США (при расчете регрессии закладываются в значения курса) и стоимости нефти марки Brent, которая является бенчмарком для марки Urals (результаты практически нечувствительны к выбору марки нефти).

Такая зависимость не является случайной гримасой статистики и, судя по всему, не временное явление. Коэффициент при стоимости нефти в уравнении регрессии оказывается крайне стабильным: на небольшой выборке, которую мы используем для построения зависимости (2000–2004), он равен минус 0,47, в то время как его лучшей аппроксимацией при включении в расчет всех 17 лет является минус 0,52. То есть то же значение, что и для периода 2000–2008 годов, с отклонением от полученного на интервале 2000–2004 годов значения коэффициента всего 10%.

Не надо также забывать, что в 2000 году в России еще сказывались последствия кризиса 1998 года: панические настроения 1998–1999 годов, с одной стороны, и политика жесткого сдерживания курса до 1998 года – с другой, еще сильно влияли на рынок. Поэтому любителям абсолютной точности не стоит удивляться, что коэффициент на этом периоде немного отличается от значений, которые получаются на более длинных периодах, – влияние 1998 года оказывается не таким уж большим, отклоняя зависимость меньше чем на 10%.

График 4

Все коэффициенты статистически значимы на уровнях значимости менее 1%, вертикальная ось инвертирована

Указанный коэффициент, кстати, имеет достаточно простую интерпретацию. Поскольку мы строили логарифмическую регрессию (см. описание регрессии в сноске), этот коэффициент показывает, на сколько процентов изменяется курс рубля при изменении цены нефти марки Brent на 1%. Согласно модели, при росте цены нефти на 1% скорректированный на инфляцию курс рубля укрепляется примерно на 0,526% к доллару США. При этом 95%-ный доверительный интервал коэффициента составляет от 0,514% до 0,538% (разумеется, здесь мы говорим о коэффициенте, полученном на всем массиве данных, а не о коэффициенте, рассчитанном на данных 2000–2004 годов).

Интересно также, что представленная модель очень устойчива с точки зрения волатильности результатов. Прогноз, сделанный на основе данных с 2000 по 2004 год, даже в 2017 году дает отклонение всего на 12,2% от реальных данных, а модели, построенные на выборках, включающих большее количество лет, дают еще более точные результаты на прогнозном периоде.

График 5

Как видно, рубль не только представляет собой валюту, достаточно жестко привязанную к стоимости нефти марки Brent и более ни к чему, но и характер этой привязки не меняется с годами. Первые 17 лет XXI века (со всеми «модернизациями», «реформами», «диверсификациями» и прочее) эту привязку никак не ослабили. Скорее наоборот – чем дальше, тем более точно рубль следует за ценой на нефть. Во времена золотого стандарта государства, выпускавшие бумажные деньги, обязались выдавать их предъявителям соответствующий объем физического золота по требованию. Судя по всему, мировой (да и внутренний) рынок убежден, что нефть является единственным активом, которым Россия может покрыть свои обязательства.

Тем не менее регрессия дает только оценку, а реальный курс все время немного отличается от расчетного. Остается вопрос, насколько на динамику курса рубля влияют прочие факторы, прежде всего действия Центробанка, который часто заявляет, что занят «таргетированием» – то напрямую курса рубля, то процентных ставок, то инфляции. Существуют и другие факторы, о которых много говорят, – например, введение санкций против России. Наконец, кажется, что курс рубля не может не зависеть от изменений на глобальных рынках.

График 6

Источники: Расчеты авторов; Моисеев С. Р. (2016). Валютные интервенции. Исторический опыт Банка России в 1992–2015 годах. Деньги и кредит, (6), 24–31; Годовые отчеты Банка России за 1995–2016 годы. Логарифмическая шкала курса рубля позволяет сравнивать степень изменения курса рубля в разные периоды

На представленном графике наглядно видны действия ЦБ и их результаты. Вот период с 1995 года: экспортеры продают не менее 50% валютной выручки; ЦБ, когда считает нужным, продает резервы для поддержания курса рубля (продаются за год от 30% до 70% резервов, рискуя обеспечением импорта, но считается, что цель оправдывает средства) – и рубль держится дороже своего естественного курса. Чем дальше, тем жестче ЦБ оттягивает рубль вверх – к 1998 году курс отличается от расчетного в два раза. Заканчивается это упражнение плачевно – в 1998 году происходит дефолт, и курс все равно возвращается туда, где он и должен был быть.

Продажа 63% резервов не помогает – курс пойдет еще выше, и до 2002 года рубль будет недооценен – видимо, в память о бессмысленной и убивающей экономику политике ЦБ в прошлые годы. К 2002 году ЦБ удается убедить рынок, что его действия будут более ответственными. С этого момента и до 2008 года курс рубля благодаря постоянному вмешательству ЦБ и объявленным ограничениям на волатильность действительно ведет себя более спокойно, чем его «расчетный» вариант. Курс в среднем следует лишь чуть ниже расчетных значений и постоянно с ними пересекается.

В 2008 году резкая коррекция стоимости нефти толкает рубль вниз – и нервы у ЦБ опять не выдерживают. ЦБ продает на рынке $185 млрд лишь для того, чтобы немного (на графике отлично видно, насколько немного) сгладить падение. К 2011 году курсы снова пересекутся, как будто и не было продажи почти $200 млрд. Вплоть до сентября 2014 года реальный курс рубля будет лишь незначительно ниже расчетного (будут сказываться и легкие интервенции ЦБ, и официально установленный коридор).

В сентябре 2014 года оба курса полетят вверх совершенно синхронно, и даже продажа $78 млрд за год не поможет. ЦБ предусмотрительно объявит о «свободном плавании» – все же научились на ошибках. Более того, на волне паники, связанной с резким изменением учетной ставки (локально) и резким изменением внешней политики России (глобально), рубль улетит на 15% ниже расчетного курса. Второй период паники (на резком падении нефти до $27 за баррель) будет через год, но он будет и короче, и меньше. Падение курса будет полностью соответствовать модели, и ЦБ уже не будет вмешиваться (хочется надеяться, что приобретенный опыт научил ЦБ понимать границы своих возможностей).

Нам остается разобраться с 2017 годом. С первых недель марта текущего года можно наблюдать существенное расширение спреда между оценкой курса рубля и его рыночным значением, которое к июню выходит за пределы двух стандартных отклонений исторических данных (то есть, несколько упрощая, сложившаяся ситуация имела примерно 5%-ную вероятность) и только в августе возвращается к уровню полутора стандартных отклонений (то есть примерно 20% вероятности реализации).

График 7

Это расхождение интуитивно (никто из комментаторов не ссылался на формулы) ощущалось многими экономистами как «неправильное», а рубль назывался и называется «переоцененным». Некоторые предрекали рублю значительное падение, кто-то обвинял ЦБ в искусственном создании спроса на рубли, кто-то заявлял, что причиной роста курса рубля являются иностранные инвесторы, скупающие высокодоходные рублевые бумаги, продавая для этого доллары. В качестве факторов называются и существенное сокращение импорта в связи с рецессией российской экономики и падением доходов населения, и «сговор» ЦБ с крупнейшими экспортерами, которые обязались продавать свою выручку.

Скорее всего, все перечисленные факторы имеют влияние, но значение каждого из них достаточно мало: падение импорта произошло задолго до появления отклонения; общий объем покупок рублей иностранными инвесторами вряд ли превосходит $30 млрд (вспомните, сколько надо было продать валюты ЦБ, чтобы так же отклонить курс рубля вверх в 2008–2009 годах). Намного важнее другое: несмотря на устойчивое отклонение, рубль ни разу не оказывался в «невероятной зоне» (даже 5%-ная вероятность вполне может реализоваться один раз за 17 лет). Мы уже были в подобных ситуациях, например в 2006–2008 и 2008–2010 годах.

Важен и еще один факт: расчетное значение курса рубля по модели, построенной на базе данных 2000–2004 годов, на сегодня отличается от его реального значения всего на 11%, или на 6,4 рубля. Этого категорически недостаточно для того, чтобы ожидать обвала рубля, даже если операции керри трейд иностранными инвесторами будут по какой-то причине прекращены. Если предположить, что нефть останется на уровне $50 за баррель, инфляция в США и России не изменится, но под влиянием краткосрочных крайне негативных факторов (скажем, мировой кризис, и/или война с Северной Кореей, или резкое обострение отношений между Россией и развитыми странами) курс рубля упадет за год до отметки «расчетный курс минус два стандартных отклонения», мы получим лишь 75 рублей за доллар – значение, которое мы уже проходили, далекое от катастрофы.

Наличие зависимости между стоимостью нефти и рублем позволяет подумать об инвестиционных решениях, основанных на отслеживании отклонений текущего курса рубля от расчетного в надежде на их последующее схождение. Самым простым способом в случае такого расхождения было бы открыть позиции по нефти и по рублю в разные стороны: если рубль слабый – покупка рублей и продажа нефти, если рубль сильный – наоборот.

В ситуации сильного рубля такое инвестирование затруднено высокой стоимостью рубля на рынке (занимая рубли под 14–16% годовых, вы рискуете ничего не заработать, если отклонение будет сохраняться достаточно долго), но если рубль опустился ниже своего расчетного значения минус две стандартные девиации, то покупка рубля на занятые доллары и продажа фьючерса на нефть в соответствующем объеме с большой вероятностью принесут инвесторам хороший доход. Остается дождаться благоприятного момента.

Наконец, возникает соблазн использовать полученную формулу для среднесрочного прогноза курса рубля. Увы, сегодня делать это намного труднее, чем в 2013 году. Тогда нефть стоила существенно дороже, чем в среднем в рамках цикла, а на рынке появлялся совершенно новый класс углеводородов – сланцевые нефть и газ. Себестоимость самых дорогих потребляемых углеводородов тогда составляла более $90 за условный баррель, в то время как сланцевые углеводороды начались при себестоимости менее $80 за баррель и быстро снизили ее до $42–45. При этом операционная себестоимость их добычи упала существенно ниже $40.

Сегодня уровень стоимости нефти ($45–55 за баррель) близок к среднециклическим значениям ($55–60 2013 года), а себестоимость всех новых гипотетических источников нефти (месторождения Восточной Африки, углеводороды, добываемые плазморазрывом, и прочее) не выглядит ниже себестоимости сланцевых углеводородов, добываемых методом гидроразрыва пласта (в основном в США). С точки зрения экономических циклов нас, вероятно, ждет долгосрочная депрессия цен на биржевые товары, поэтому сверху мы с большой вероятностью ограничены тем же уровнем $60 2013 года за баррель (при возможных краткосрочных периодах роста выше этого уровня на негативных новостях). При этом депрессия не может быть глубокой – этого не допустит себестоимость добычи.

Разумно предполагать, что мы не скоро (а именно до появления принципиально нового источника энергии или принципиально нового дешевого метода добычи) увидим цену нефти ниже уровня $40 2013 года за баррель (и снова – с учетом краткосрочных провалов на фоне новостей о снижении потребления или открытии новых технологий энергообеспечения).

Что касается инфляции, можно предположить, что рост инфляции в США будет медленным, в то время как инфляция в России, достигнув минимума в 2017 году, начнет с 2018–2019 годов медленно расти к уровням 6–8% годовых, более привычным для российской экономики в период стабильности. Таким образом, при стабильной цене нефти естественным будет падение курса рубля на 1–3% в год по отношению к доллару – опять же краткосрочные колебания могут быть существенными, поскольку рубль все же остается локальной валютой, российский рынок – волатильным, а объемы его – небольшими.

С точки зрения цифр такой условный (в силу своей явной неточности) прогноз означает для рубля коридор от 56 до 69 рублей за доллар, с границами, медленно (на 1–3%) повышающимися от года к году. Но уверенность в таком прогнозе ниже, чем в том, который делался в 2013 году, и это не стоит забывать.

Примечания

1 - Источник данных: Thomson Reuters, недельные данные по котировкам валютной пары USD/RUB, фьючерсным контрактам на нефть марки Brent (continuation 1), месячные данные по ИПЦ США, ИПЦ России. Период выборки: с января 2000 года по сентябрь 2017 года.

Переменные:

CPInorm i,t = CPIi,t/CPIi,0

CPIratiot = CPInormRU,t/CPInormUS,t

NonInflationaryRUBt = RUBt/CPIratiot

Модель: lnNonInflationaryRUBt = α+β ln(Brentt) + εt

Оценка курса рубля: RUBestimatet = elnNonInflationaryRUBt × CPIratiot

Россия > Финансы, банки > carnegie.ru, 28 сентября 2017 > № 2329674 Еуджениу Кирэу, Андрей Мовчан


Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 28 сентября 2017 > № 2328827 Борис Дьяконов

Борис Дьяконов, «Точка»: «Многие банки идут к МСБ не из любви к клиенту, а потому что деваться некуда»

Дьяконов Борис, Со-основатель и импресарио банка для предпринимателей «Точка»

Беседовала: Юлия Лю, редактор направления IT и инноваций

Со-основатель и импресарио банка для предпринимателей «Точка» Борис Дьяконов рассказал Bankir.Ru о том, что происходит в «Точке» в связи с передачей «ФК Открытие» в Фонд консолидации банковского сектора, о выбранной банком мультибанковской модели и ситуации в сегменте МСБ.

— Что происходит в «Точке» сейчас в связи с событиями вокруг «Открытия»?

В настоящее время мы ведем переговоры еще с 5 банками

— Что происходит в «Точке» и что происходит в «Точке» в Открытии – это два разных вопроса. До истории с ЦБ «Точка» запустила мультибанковскую модель: у нас сейчас два банка – «Открытие» и QIWI. В настоящее время мы ведем переговоры еще с 5 банками. Запросов на самом деле больше, но я физически не успеваю общаться со всеми заинтересованными банками. При этом мы не разговариваем с банками не из первой двадцатки и банками, у которых нет рыночных перспектив. Разумеется, у нас есть и запросы от банков, которые не знают, что делать со своей лицензией, но и такие банки мы в принципе не рассматриваем как партнеров.

В «Открытие» ЦБ зашел красиво: клиенты ничего не заметили

Много клиентов «Точки» исторически в «Открытии». Что касается ситуации в «Открытии», с одной стороны, полностью сохранена работоспособность банка. Раньше ЦБ не заходил, насколько я помню, в нестоящие банки. Задача зайти в банк и мягко перехватить управление так, чтобы платежи продолжали идти, ни разу не тривиальная. Сама процедура тяжелая: отзываются печати и доверенности, необходимо поменять все карточки с образцами подписей, сделать доверенности во всем множестве филиалов и так далее. Все это способно положить банк дня на 2-3 даже если очень хорошо работать. Но в «Открытие» ЦБ зашел красиво: клиенты ничего не заметили, поскольку у них все работает без перебоев, и это дико круто.

С другой стороны, для клиентов «Точки» снизились проценты по выплатам на остаток. Если раньше «Точка» многие решения принимала самостоятельно, то сейчас решение по выплатам на остаток откуда-то взялось. При этом, в QIWI у клиентов остались нормальные рыночные условия, отличающиеся от условий в «Открытии».

Мы раньше были сервисом одного банка. Сейчас этот подход изменился, и месяца через два мы начнем подключать другие банки.

— Мультибанковская модель дает клиентам возможность пользоваться зеркальными счетами. Как работают такие счета?

— Внешне для клиента все выглядит просто как один интерфейс. Все основные сложности ложатся на плечи IT. Мне очень нравится подход Apple: применяя очень сложные технологии, компания выпускает устройства, которые выглядят очень простыми для пользователей. Например, что может быть проще, чем беспроводные наушники, включающиеся, когда пользователь вставляет их в уши? Однако на самом деле, чтобы они работали, требуется множество технологий. «Точка» как раз про это.

Мы проводили исследование, которое показало, что практически у всех клиентов несколько счетов. При этом люди мучаются с разными интерфейсами и разными банками, и делают это отнюдь не из любви к искусству и коллекционированию разных банков, логинов, флешек и номеров служб поддержки.

У потребителя может быть несколько счетов в нескольких банках, при этом счета для платежей одинаковые

Мы в «Точке» решили, что собрать все счета в одном месте - прикольно. У потребителя может быть несколько счетов в нескольких банках, при этом счета для платежей одинаковые, различается только БИК, а какой-то из счетов может быть основным. Всеми счетами можно пользоваться в единой экосистеме «Точки», с единой техподдержкой - пользователи получают сквозной клиентский опыт.

— Как клиенты платят за такое обслуживание – как за один банк или как за несколько?

— Пока каждый банк сам выставляет свои тарифы. Я думаю, рынку необходимо больше зрелости и доверия участников, чтобы это можно было оформить как единое ценовое предложение.

— Говоря о ценах, «Точка», будучи банком для МСБ, довольно дорогой банк. У «Тинькофф» и Модульбанка тарифы в два раза дешевле ваших.

— Вы посмотрели на лобовой тариф. Средний пассажир «Победы» с багажом платит за перелет дороже, чем пассажир «Аэрофлота». При этом на сайте «Аэрофлота» билет в лоб выглядит дороже. При разных профилях клиента получаются очень разные цифры «итого».

В нашу цену заложен лучший интерфейс, сервис, надежность, среднее поведение клиента, который не просто держит у нас счет, а реально им пользуется. Для среднего работающего клиента тарифы «Точки» дешевле. Отчасти это объясняется тем, что мы не гонимся за массой клиентов, выбирающих банк по принципу цены. Пусть у нас клиентов будет слегка меньше, но это будут клиенты, которые реально пользуются нашими услугами, знают, за что они нас выбрали и за что они нам платят деньги. Согласитесь, что иметь клиента, который выбрал тебя с единственной причиной «вы самые дешевые» и не планирует пользоваться, не очень хорошо. Мы сами не так выбираем одежду и еду.

— А сколько у вас сейчас клиентов?

— Правильней сказать, не сколько у «Точки» клиентов, а у скольких предпринимателей есть «Точка». «Точка» исторически обслуживает более 100 тыс. клиентов. Однако сейчас стало непросто подсчитать нашу клиентскую базу: есть «Точка» в «Открытии», есть «Точка» в QIWI.

— С подключением других банков подсчитать число ваших клиентов будет еще сложнее?

— Верно.

— В последние месяцы все крупные банки демонстрируют огромный интерес к сегменту МСБ. Появились предложения, которые, во всяком случае, на первый взгляд, выглядят привлекательными. Откуда такой всплеск?

Банки довольно давно лишились источников дохода: все заработанное на одном клиенте часто списывается в убытки на другом

— Банки довольно давно лишились источников дохода: на корпоративном кредитовании особо не заработать, поскольку все заработанное на одном клиенте часто списывается в убытки на другом. На розничном кредитовании сейчас умеют зарабатывать всего четыре-пять игроков, включая Сбербанк. Все остальные на этом сегменте теряют.

По этой причине многие крупные банки решили пытаться зарабатывать комиссионные доходы на МСБ – инвестировали в продукт и наняли эффективных менеджеров. Однако продать услуги они не смогли. Чтобы исправить ситуацию, провели рекламную кампанию, но продаж по-прежнему нет. Вот они и начали демпинговать.

В итоге на рынке по-прежнему останется всего 3-4 игрока, которые смогут построить интересную стратегию, предложить клиентам интересную идею. Со всеми остальными произойдет то же самое, что случилось в сегменте кредитования: там люди закладывали кредитный риск, здесь будут закладывать комплаенс-риск и еще множество факторов.

Для меня трагедия этой идеи заключается в том, что люди идут в рынок не от любви к клиенту и не от понимания боли, а просто потому что деваться некуда. Я видел стратегии, которые корпоративные консультанты рисовали банкам еще 5 лет назад - всем советовали заняться МСБ. Ну вот, они занялись. Но ведь есть грандиозная разница между «зарабатывать комсу на МСБ» и «менять мир предпринимателя к лучшему». Точка всегда была про второе.

— Что нужно сделать, какие «фишки» предложить, чтобы оказаться в числе упомянутых вами 3-4 банков, востребованных МСБ?

По большому счету, банки создавали много боли для клиентов

— Сегодняшние «фишки» - это завтрашний уровень нормальных клиентских ожиданий. Важны не «фишки», важна команда, которая создаёт продукт. Нужно тонко понимать клиента, предлагать сервис, а не демпинг. По большому счету, банки создавали много боли для клиентов. Сейчас банки научились боль снижать. Но создавать реальную пользу, это совсем другой опыт и совсем другое упражнение.

— Что касается интересных для МСБ сервисов, например, Модульбанк помимо банковского обслуживания предлагают сопутствующие услуги. Вам эта модель интересна?

— Мы где-то в 2012 году или даже раньше сделали проект с «Эльбой», опередив время лет на 5. Банкам надо учиться встраивать дополнительные сервисы вглубь клиентского предложения и не предлагать несочетаемые услуги.

Многие банки почему-то уверены, что они для клиента - пуп земли

Например, в парикмахерских нам предлагают кофе или средства для волос, и это органические услуги, их наличие понятно. Если в парикмахерской попробуют еще и сандалики продать, то возникнет легкий диссонанс. А многие банки почему-то делают именно это, они уверены, что они для клиента - пуп земли. Пример с Модулем как раз очень удачный, в «Точке» реализовано это чуть иначе, но принцип обогащающих комплиментарных сервисов не может не выигрывать.

— Все банкиры говорят одно и то же: наш банк – самый лучший.

Если спросить человека на улице, что он думает про банк, то выяснится, что банк скорее лажал, чем радовал

— Это снобизм в 20-й степени. Многие банки исходят из того, что они владеют клиентом, но это же не так. Я поэтому и ответил на вопрос «сколько клиентов у «Точки» через обратное – у скольких предпринимателей «Точка». Это ж они выбирают. На самом деле, это клиент перебирает свои карточки в кошельке и думает, кто из банков прогнётся сегодня, с кого он больше получит кэш-бека, а какая из карточек сегодня будет разрезана ножницами, потому что в офисе не улыбнулись. Это очень динамическая картинка, она меняется каждый день. Если спросить человека на улице, что он думает про банк, то выяснится, что банк скорее лажал, чем радовал. О каком «владении клиентом» может идти речь? Это не мы владеем, а нас выбирают каждый день. Или не выбирают.

— А «Точка» каким образом планирует удерживать существующих клиентов и чем будет завлекать новых?

— Устойчивость наших рыночных позиций и клиентская база, передовые технологии и инновации с аджайлом и блокчейном. Шучу. Булшит всё это. Все думают, что секрет удержания клиентов заключается в каких-то сервисах и специальных предложениях. На мой взгляд, секрет в том, что есть сработавшаяся команда людей, которая знает и чувствует клиента, не думает о клиенте свысока, и такая команда будет что-то делать, чтобы привлекать и удерживать клиентов. И создавать те самые сервисы.

Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 28 сентября 2017 > № 2328827 Борис Дьяконов


Казахстан > Медицина. Финансы, банки > kursiv.kz, 28 сентября 2017 > № 2328806 Елена Бахмутова

Елена Бахмутова, председатель правления ФСМС: «Система ОСМС стала спусковым крючком»

Салим САКЕНОВ

Не исключено, что в Казахстане в итоге будет отложен переход на систему обязательного социального медицинского страхования. Напомним, выступая на открытии парламентской сессии 4 сентября, президент Нурсултан Назарбаев поручил еще раз тщательно продумать вопрос о сроках перехода на эту систему, особо акцентировав внимание на необходимость решения проблемы с 2,7 млн граждан страны, которые сегодня отнесены к самозанятым. О том, что происходит в настоящее время с планами по внедрению ОСМС в эксклюзивном интервью «Къ» рассказала председатель правления Фонда социального медицинского страхования Елена Бахмутова.

– Елена Леонидовна, проблема, поднятая главой государства, появилась далеко не вчера. И до его выступления в обществе все же звучала информация о том, что на деле эти 2,7 млн самозанятых давно уже существовали. Или это не так?

– Я хотела бы сразу уточнить, так как уже звучит кое-где, что глава государства поручил отменить систему. Глава государства, думаю, вы слышали, не говорил об этом. Наоборот, он сказал, что к этой системе нужно двигаться, вопрос лишь в том, как быстро. И в первую очередь он говорил о людях, которые не платят налогов.

И именно медицинское страхование выявило, что есть довольно большая категория людей, которые, возможно, налоги не платят, но это не мешает им получать гарантированный объем бесплатной медицинской помощи, профинансированный из бюджета. И как-то ранее эту ситуацию никто особенно не замечал. Второй момент – есть граждане, которые считают себя работающими, но в пенсионный фонд они взносов не перечисляют. Я думаю, что все эти вопросы были известны, но концентрированно над ними не задумывались.

В рамках подготовки к ОСМС об этой проблеме, естественно, знали. Потому и готовились к выявлению людей, которые должны страховаться самостоятельно. Были проведены подворовые обходы министерством труда и социальной защиты населения совместно с местными исполнительными органами, выявились проблемы с базами данных: в них были уже выехавшие граждане, умершие и так далее. То есть, эту работу правительство вело. В результате и выявилась цифра граждан, которая оказалась весьма внушительной.

– Все же не очень понятно, почему проблема «всплыла» только сейчас. Цифра почти в 3 миллиона самозанятых звучала, о неплательщиках в ЕНПФ тоже давно говорится. Плюс – из 18 миллионов населения Казахстана в системе ОСМС – 10 миллионов граждан, относящихся к льготным категориям, за которых платит государство. Как вообще собирались выстраивать эту систему?

– Думаю, что вопрос не совсем по адресу. Моя задача, как менеджера, обеспечить запуск и функционирование Фонда. А это все же вопрос политики. Да, есть проблемы с охватом населения и в пенсионном фонде, в Государственном фонде социального страхования, они известны, их никто не скрывает, над их разрешением работают. Наверное, когда-то возникает последняя капля и наступает пора преодолеть проблему, а не загонять ее вглубь.

Вы знаете, что есть разное количество участников-плательщиков в разные фонды и в бюджет? Почему? Почему у нас за одно количество людей идут взносы в пенсионный фонд, за другое в ГФСС, за третье в ФСМС, есть еще плательщики подоходного налога, социального налога, налога на имущество и т. д. Когда-то же надо комплексно во всем этом разобраться. Вот глава государства сказал об этом публично – теперь будут разбираться все вместе. Система ОСМС и платежи в Фонд стали спусковым крючком для обсуждения всех этих проблем. Но не надо связывать это исключительно с медстрахованием.

По сути именно внедрение ОСМС подняло ряд многолетних вопросов. Поэтому фонду во избежание споров необходимо определить конкретное число потенциальных участников системы, причем, поименно по ИИН. Понятно, что потребуется задействовать имеющиеся базы данных государственных органов.

Как Фонд мы заинтересованы в том, чтобы была интеграция всех имеющихся баз данных, в том числе и данных налоговых органов. Я вижу, что по текущим платежам в Фонд есть разница между данными об отчислениях за наемных работников по ОСМС, пенсионным взносам, взносам в ГФСС. На мой взгляд, это показывает большой потенциал работ по интеграции с Комитетом госдоходов, который контролирует своевременность платежей, а также Госкорпорацией «Правительство для граждан», через которую поступают, как через одно окно, социальные платежи во все три внебюджетных фонда.

– А еще есть проблема увеличения нагрузки на фонд оплаты труда с внедрением ОСМС, о которой говорят работодатели. Как этот вопрос будет решаться?

– Если уж говорить о налоговой нагрузке, давайте разберемся в цифрах. Работодатели платили обязательные социальные платежи. Теперь им говорят, что в 2018–2019 годах эти социальные платежи, которые платили в ГФСС, уменьшатся на 1,5% (с 5% до 3,5%), но взамен 1,5% от доходов работников работодатели будут платить, как отчисления в фонд медстрахования. В чем проблема? Нагрузка остается точно такой же, как и была. Гипотетически, если сейчас отменятся платежи в фонд медстрахования, то автоматически восстановится прежний размер в фонд государственного социального страхования. Причем, такие платежи будут поступать в ГФСС и формировать резервы под будущие выплаты соцпособий, деньги под такие резервы будут храниться и управляться также, как и средства ФСМС, т. е. в Национальном банке по стандартным правилам. Для людей, для работодателей ничего не меняется. Почему некоторые усматривают в такой ситуации угрозу – мне, как финансисту, не до конца понятно.

– Но предполагается, что размеры выплат в фонд медстрахования должны же увеличиваться поэтапно, соответственно, и нагрузка на ФОТ будет расти. Поэтому и звучат возмущения – что в перспективе, причем, недалекой, эта нагрузка вырастет. Плюс отчисления с заработных плат самих работников – для многих даже 1% очень существенен. Потому и поднялась буря.

– В данном случае в 2018–2019 годах никакого увеличения не происходит. Что касается дальнейших лет, я думаю, это вопрос обсуждения.

Что касается заработных плат, то там установлен лимит дохода – в пределах 15-кратного МЗП. И потом, хотелось бы напомнить – закон-то был принят в ноябре 2015 года. А нынче уже сентябрь 2017. Почти два года прошло. Понятно, что никогда не поздно вернуться к этому вопросу. Но никто же не скрывал, что это все будет – прямая норма закона. Поскольку экономическая ситуация не так хороша, как хотелось бы, проектом Налогового кодекса решено, что на 2018–2019 годы дополнительной нагрузки на работодателей не будет. И платежи из фонда государственного социального страхования переориентируются в фонд медицинского страхования. Для понятных целей.

– Почему из системы оказались исключены страховые компании? Добровольное медицинское страхование (ДМС), хоть и прописано третьим пакетом, но оно, по сути, «за бортом» остается.

– Доводы о том, что ДМС исключается из этой системы, надуманы. На самом деле добровольное медицинское страхование имеет возможность развиваться, у него есть хорошие перспективы. И в профессиональных встречах со страховыми организациями мы нашли уже возможности, каким образом они будут интегрироваться в систему ОСМС. Более того, внедрение ОСМС позволит им дать дополнительный импульс для развития.

– Каким образом?

– Элементарно. Они будут, во-первых, координировать ту медицинскую помощь, которая оказывается их застрахованным гражданам. Тем самым, возможно, не покрывать дважды затраты одной и той же организации и за счет ОСМС, и за счет ДМС.

Далее – они могут делать ассистанс (от фр. assistance – помощь), и тем самым контролировать качество для своих же застрахованных граждан в тех организациях, которые работают и по ОСМС, и по ДМС. И они могут обеспечивать то, в чем так нуждаются застрахованные граждане – делать прикрепление и оказывать услуги в разных регионах, если там работают медицинские организации, которые работают в рамках ассистанса.

Кроме того, ДМС будут правильно выстраивать работу по тарифам. За счет ДМС можно оказывать дополнительный сервис застрахованным сверх пакета ОСМС. Это же рынок, поэтому ДМС может подстроиться и, по сути, использовать франшизу за счет ГОМБП и ОСМС. Есть и совсем революционные идеи – полностью передать администрирование платежей и оказание услуг страховым организациям, но давайте быть реалистами. ДМС должно вырасти в 27 раз, чтобы взять на себя платежи по системе ОСМС. Это невозможно ни в пятилетний, ни даже в десятилетний период. Это будет коллапс страхового рынка. Такого акционерного капитала сегодня на рынке не существует. И перестраховать такое количество рисков в столь короткое время проблематично и дорого.

– Да, за последние годы доля ДМС в медицине 2–3%, это очень мало.

– Конечно! 2,5% – это объем страховых премий по ДМС относительно государственных расходов на здравоохранение. Поэтому я и говорю, что, если передать администрирование ОСМС на страховой рынок, то нужно в 27 раз единовременно увеличить пропускную способность. Чтобы принять такой объем страховых премий, нужно иметь страховщиков с адекватной капитализацией, либо перестраховать риски. Такой бум на финансовом рынке несопоставим с финансовой устойчивостью.

– Но сейчас наоборот – многие склоняются к тому, что этот сегмент вообще свалится после ОСМС. Предполагается, что и многие компании откажутся от ДМС, поскольку их уже обязали платить за страховую медицину.

– Нет, этого не произойдет. Во-первых, премии по ДМС идут на вычеты при КПН. Платежи на ОСМС также идут на вычеты при КПН.

Кроме того, после наших встреч с работодателями, которые используют ДМС, осталось понимание, что они не намерены его сворачивать. И страховщики предлагают им разумные пакеты. По нашей оценке, и застрахованный, и страхователь, и страховщик могут получить свою выгоду за разумную плату. И ОСМС тоже может получить выгоду, потому что мы будем использовать наработанный годами опыт. Дальше время покажет, насколько глубоко ДМС может быть интегрировано с ОСМС.

Но, по крайней мере, сейчас надо задействовать те рычаги, о которых я уже говорила. Чтобы элементарно медицинская организация не предъявляла счет за посещение всем потенциальным источникам финансирования

– Вот предъявление счета на оплату – это больная тема, особенно для частной медицины. Частные организации сегодня жалуются на систему штрафов, и для многих это аргумент, чтобы не связываться с системой обязательного медстрахования.

– Это еще один аргумент, что систему надо совершенствовать и менять. Она же сама по себе не изменится.

– Но сейчас-то особых изменений и не предполагалось на первом этапе.

– Значит, надо ее дальше совершенствовать, чтобы сюда приходили частные медицинские организации. Но это должен делать кто-то. Для этого нужно действовать, а не рассуждать, что надо это делать. Должны быть люди, которые понимают проблемы. Министерство здравоохранения сейчас нацелено на дерегулирование, опять же – нужно оценить эффект от этого. Точно так же сейчас можно снять любые ограничения по равномерному финансированию в течение года. Но тогда получится, что годовая сумма денег будет потрачена за полгода. А оставшиеся полгода люди без медицинской помощи окажутся? Это уже вопрос управления. Да, наверное, так называемая «линейная шкала» – слишком топорный механизм для сдерживания расходов. Надо разработать более гибкий инструмент. Значит необходимо заниматься реальной работой, обсуждать с участниками рынка возможные механизмы. Они могут быть найдены только в процессе, в движении.

Понятно, что любая реформа не появляется сама по себе в готовом виде. Начинает внедряться, и дальше что-то корректируется, что-то усадку дает, потом создаются удобные тропинки, по которым движение идет. И это нормальный процесс. Внедрение ОСМС – структурная реформа. Безусловно, не следует торопиться, надо оценить плюсы и минусы, собственно, их и изучали. В настоящее время появился еще один входной негативный параметр – нужно тоже его досконально оценить, и, если риски приемлемы, значит двигаться дальше. Если неприемлемы – значит надо риски устранить системно.

– Была обозначена серьезная проблема – рост частных затрат граждан на медицину.

– Да, это очень серьёзная проблема. Минздрав много раз демонстрировал графики, они все как-то проходят мимо внимания. Есть в целом расходы на здравоохранение, включая частные расходы. Так вот, в общей структуре затрат на здравоохранение частные превысили допустимые величины – 39% от совокупных расходов. В странах ОЭСР 20% уже является «красным огоньком». Это говорит о том, что население вынуждено слишком много тратить из своего кармана. В том числе и потому, что уровень государственного здравоохранения не позволяет профинансировать требуемый уровень медицинских услуг.

Наверное, сразу напрашивается вывод – в госрасходах все неэффективно, много денег тратится зря. Давайте посмотрим – сколько. С 2,6% от ВВП в 2009 году госфинансирование опустилось до 1,9% от ВВП. Можно уповать на скрытые резервы для оптимизации. Согласна, они есть. Но когда на государственное здравоохранение тратится 1,9% от ВВП, вы глобально ситуацию не измените. И, к сожалению, когда министр говорит о том, что сейчас объективно дорогие технологии, больше расходов идет, этот довод не воспринимается. В США расходы на здравоохранение составляют 17%, в любой стране ОЭСР – минимум 6–8%. А мы хотим то же самое, но за 3,4% от ВВП, включая частные расходы?

Есть наболевший вопрос – частники предлагают пересмотреть тарифы. Да, это нужно. Но весь наш гарантированный объем бесплатной медицинской помощи, который сегодня существует – на него сколько денег нужно? И поскольку деньги ограничены, в результате получается, что пациент имеет право на посещение, но в пределах имеющихся денег. И человеку либо нужно ждать, когда до него дойдет очередь – в пределах выделенных средств, либо он идет и платно получает нужную ему медуслугу. Проблему можно решить либо, увеличив финансирование, либо лимитировав объем услуг.

– Получается, что врач тот же самый, в той же самой поликлинике – но уже за наличные деньги. А бесплатно – к нему очередь на несколько месяцев вперед. Почему?

– Потому что у него есть определенная нагрузка. Он может принять в пределах своей ставки лишь определённое количество людей. Если он принимает дополнительно – значит, он работает на три ставки, а не на одну. Ставки эти должны оплачиваться. А в бюджете заложена только одна ставка на этого врача.

Конечно, надо увеличить количество врачей, чтобы был не один, а три, например. Но тогда надо и увеличить расходы. А мы хотим за те же самые деньги получить эффективное и качественное лечение. Понятно, что и проблем внутренних и резервов, скрытых много. Они есть, и их нужно разрешать. Но кардинально изменить ситуацию, когда государство тратит на здравоохранение 1,9% ВВП – нельзя. И повысить тарифы нельзя, потому что для этого нужно дополнительное финансирование.

– И как к этому идти, какое решение?

– Решение – это реформа, серьезная структурная реформа, которая сейчас начата. Мы должны идти к тому, чтобы затраты людей из их собственного кармана замещались системой страхования. Чтобы люди тратили на здравоохранение приблизительно как в странах ОЭСР – не более 20%.

Если сейчас отложить решение этих вопросов в долгий ящик – появятся новые проблемы. А потом мы вернемся к тому, с чего начали. Можно сейчас свернуть ОСМС, и на этом все закончится. А можно продолжить движение вперед с разумной корректировкой, тогда качественные изменения в здравоохранении все же станут ощутимыми, конечно, не вдруг, но это обязательно произойдет.

Казахстан > Медицина. Финансы, банки > kursiv.kz, 28 сентября 2017 > № 2328806 Елена Бахмутова


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 28 сентября 2017 > № 2328774 Павел Салас

Суровая забота. Нужно ли защищать россиян от CFD и бинарных опционов

Павел Салас

региональный директор eToro в России и СНГ

Иностранным площадкам, которые продают россиянам бинарные опционы и CFD, придется получать дилерскую лицензию у ЦБ и работать по российским законам. Именно этот вариант регулирования предложил Банк России. Удастся ли ему защитить таким образом частных инвесторов?

Банк России планирует ввести надзор над интернет-площадками, которые предлагают частным инвесторам приобрести внебиржевые производные инструменты с финансовым рычагом. К таковым ЦБ относит опционы (в первую очередь бинарные), форварды, свопы со всеми видами базовых активов, а также популярные среди форекс-брокеров контракты на разницу цен (CFD), которые позволяют делать ставку на рост или падение ценных бумаг, не владея ими.

В консультационном докладе ЦБ «Совершенствование регулирования дилерской деятельности», опубликованном 11 сентября, рекомендуется допускать к продаже таких инструментов на территории России только лицензированных участников. Это значит, что торговым онлайн-площадкам, которые чаще всего зарегистрированы за рубежом, придется получить лицензию дилера у ЦБ и действовать строго в соответствии с российским законодательством о ценных бумагах. Последнее подразумевает, что покупать внебиржевые деривативы с финансовым рычагом смогут только квалифицированные инвесторы.

Forbes спросил у Павла Саласа — регионального директора крупнейшей в мире социальной сети для трейдеров eToro, которая специализируются на CFD, чего он ждет от грядущего надзора.

Регулирование на финансовом рынке в любой стране должно руководствоваться двумя целями: первая — это развитие финансового рынка, второе — снижение рисков частных инвесторов.

Сначала о первой цели. Законодательного определения CFD в России не существует. Ближайшим аналогом этого инструмента в нашей стране выступает беспоставочный форвард. Когда мы прорабатывали идею продавать такой дериватив в России при помощи классической брокерско-дилерской лицензии, мы столкнулись с серьезной проблемой: по закону этот инструмент должен хеджироваться исключительно на российской бирже. Это существенно ограничивает количество активов, с которыми можно работать, продавая деривативы.

Касательно снижения рисков частных инвесторов — если мы изучим российский закон о рынке Форекс, то увидим, что он подразумевает минимальную защиту клиента. Дело в том, что, согласно этому документу, форекс-дилер не имеет права хеджировать свои сделки на контрагенте, а это значительно увеличивает риски для инвестора. По большому счету российское законодательство позволяет форекс-дилеру зарабатывать только в тех случаях, когда клиент проигрывает деньги. Закон о рынке Форекс наглядно показал, что, к сожалению, российская законодательная практика зачастую игнорирует лучшие иностранные решения в сфере регулирования.

Возникает закономерный вопрос: а почему мы ограничиваемся только российской средой? Почему российский брокер не может хеджировать риски на иностранном поставщике ликвидности, например, у такой компании, как IG Group? Не надо ограничивать для брокеров возможности хеджирования! Их наоборот надо расширять — это даст больше ликвидности рынку и больше безопасности клиенту.

Кроме того, если брокеру разрешено работать с несколькими контрагентами, то у него есть возможность предоставить лучшие торговые условия для клиента. Если же он вынужден сотрудничать только с одной биржей — это не лучшим образом сказывается на предложении.

В этом свете, прежде чем регулировать рынок внебиржевых деривативов, нужно осознать, какая нормативная база сложилась на данный момент. Сейчас она такова, что дилерам торговать CFD с хеджированием на Московской бирже просто нецелесообразно. Это не работает, поскольку на российской площадке ограниченное количество инструментов по сравнению с международными брокерами и поставщиками ликвидности.

Поэтому каждый раз, когда мы говорим об изменении законодательства или внесение продуктов под существующий закон, необходимо комплексно подходить к проблеме. Нельзя просто так взять и сказать: «Окей, торговля CFD теперь разрешена только некоторым компаниям».

Прежде чем вводить надзор, нужно определить, к каким финансовым инструментам приравниваются эти внебиржевые деривативы и какая лицензия позволяет с ними работать. Например, некоторое время назад обсуждалась идея прописать в законе о ценных бумагах возможность продажи CFD форекс-дилерами, но она так и осталась нереализованной, поскольку по закону о рынке Форекс дилер может торговать только валютными парами. Таким образом, разрешить форекс-брокерам одновременно торговать и CFD, и валютными парами в текущем правовом поле невозможно, иначе возникает законодательный казус.

Также важно учитывать зарубежный опыт и возможности. Мы не должны ограничивать хеджирование только российской биржей. Необходимо разрешить дилерам работать с иностранными контрагентами. Наконец, нужно четко прописать права и обязанности брокера — дать ему возможность как быть контрагентом, так и полностью хеджировать свои сделки.

В конечном счете, Центробанк борется за то, чтобы российские инвесторы оставались в России, платили налоги со сделок, работали на локальном рынке. Для этого надо создать те условия, к которым люди уже привыкли, работая долгое время с международными брокерами. Рынок CFD существует десятилетия. Его инструменты торгуются по всему миру, а инвесторы привыкли к определенному сервису, продукту, правилам игры. Если ЦБ планирует регулировать этот рынок, то ему нужно идти от потребителя к регулятору, а не наоборот. Ведь инвесторы в CFD и другие деривативы готовы работать в российской юрисдикции ровно до того момента, пока им станет некомфортно

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 28 сентября 2017 > № 2328774 Павел Салас


Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 28 сентября 2017 > № 2328763 Олег Смоляков

Олег Смоляков: "В Нацбанке не будет «НКВДшной тройки»"

Ирина ЛЕДОВСКИХ

Президент Казахстана, выступая на совместном заседании палат парламента, второй раз за год открыто поддержал Национальный Банк. Более того, Глава государства рекомендовал регулятору «жестко контролировать каждый банк», а некоторые БВУ сравнил даже с «чертом в тарелке». В этой связи у стороннего наблюдателя начало складываться мнение, что в банковском секторе «тучи ходят хмуро». Заместитель председателя НБРК Олег Смоляков рассказал «Къ» о переменах, которые готовит регулятор, а также о том, что сейчас происходит на рынке.

- Как много проблемных зон в банковской системе Казахстана?

- Их несколько, и о них мы давно говорим. Во-первых, мы считаем, что проблемный портфель БВУ выше, чем показывает официальная статистика. Дело в том, что отечественные финансисты очень часто используют реструктуризацию как продление жизни заемщика и кредита. Причем, не факт, что заемщик сможет, в конце концов, рассчитаться с долгом.

Следующее - управление ликвидностью. К сожалению, в нашей стране ликвидность обеспечивает очень много компаний квазигосударственного сектора. Это разные компании, но они косвенно подчиняются материнской, и у них похожие стратегии инвестирования. Когда это крупный банк с хорошей базой - нет проблем, но если это средний или мелкий банк - каждый крупный отток капитала будет создавать нагрузку на ликвидность.

- Что делает НБ РК для преодоления этих зон?

- Вы знаете, что нами принята Программа повышения финансовой устойчивости банковского сектора. Пока мы думаем, что БВУ получат 500-700 миллиардов тенге. Сумма зависит от количества банков, которые будут работать в программе. Про финансовую часть много говорят, но она не самая важная. Распределить средства, не изменив надзорный процесс, систему управления рисками в банках, - мало.

Те банки, которые зайдут в эту программу, будут выполнять требования по увеличению капитализации. Мы будем заходить в капитал низкого качества, и банк за счет наших денег не сможет поглотить свои убытки. Провизии, расходы и потери – все это банки будет покрывать за свой счет и за счет средств акционеров. Этот принцип будет соблюдаться на 100%.

Вопрос вхождения в нашу программу – это не вопрос стабильности и не показатель проблем в банке. Если финансовая организация хочет иметь свободную или агрессивную модель ведения бизнеса, она располагает внутренними источниками, соответствует всем нашим требованиям, то банк может самостоятельно «двигаться». Если же банк готов согласиться на ограничения регулятора, то он может войти в нашу программу на тех условиях, которые мы им выдвинули. Решения и требования Национального Банка будут коллегиальными и все модели развития БВУ будут выноситься на правление НБ РК. Там мы будем смотреть на их реалистичность, соответствие нашим параметрам.

Подчеркну, что эта программа не предусматривает безусловное субсидирование. У нас сейчас где-то порядка 15 банков - кандидаты в программу. Порядка 6-7 банков потенциально способны стать ее участниками.

- Это же не единственная мера. Национальный Банк разрабатывает систему экономического суждения.

- Мы вводим свою методику, которая соответствует стандартам МСФО. Это не амбиции регулятора, это делается для того, чтобы повысить стабильность банковского сектора. То, что мы собираемся делать, – это надзорное суждение. Сейчас у нас есть правила, пруденциальные нормативы, мы можем применять меры раннего реагирования. Это общие правила, которые учитывают минимальный порог одинаково как для высокорисковых, так и для низкорисковых банков. Соответственно, все наше реагирование на те или иные ситуации на рынке происходит постфактум.

Теперь же мы хотим сделать акцент не на правилах, а на рисках. Первое, что нужно сделать в этой связи регулятору, – это иметь карту рисков каждого банка с точки зрения ликвидности, достаточности капитала, операционных рисков. И проранжировав эти данные, мы поймем, какой банк более рискованный, а какой менее.

Следующий пункт: если мы работаем от рисков, у нас не может быть общих правил для всех БВУ. Регулятор будет работать индивидуально с каждым банком. Мы оцениваем, достаточно ли у него ликвидных средств, достаточно ли капитала. После этого будут приниматься решения отдельно по каждому банку с учетом его риска.

Допустим, банк выполняет нормативы регулятора по достаточности капитала, но мы видим рисковые операции, которые находятся в правовом поле, но которые, скорее всего, приведут к ослаблению его финансовой устойчивости. И мы в этот момент вводим надзорную надбавку - то есть провизии этого банка будут выше, чем у других, ограничиваем операции. То же относится к рискам ликвидности БВУ - мы будем оценивать денежные потоки банков с точки зрения их уязвимости.

Таким образом, реагирование у Национального Банка будет не постфактум, а еще до наступления нарушений. Как только мы видим большие риски, мы приступаем к собственному комплексу мер: мы начинаем выставлять этому банку предписания, требования.

Вообще, сейчас заработает регуляторный вычет – это разница между масштабом риска и провизиями, сформированными в соответствии с МСФО. Отмечу, что в течение пяти лет – это требование к капиталу будет внедряться в мягкой форме. То есть пока при недостаточности капитала у банка он должен будет поработать либо со своими активами, либо с капиталом, а уже через пять лет эта надбавка будет прямо вычитаться из основного капитала БВУ.

- Кто будет принимать такие решения? Как банки смогут обезопасить себя от неэффективного регулятора?

- Во-первых, решения будут приниматься коллегиально. Это будет либо существующая площадка – правление Национального Банка, либо создадим новую квалифицированную площадку, где весь профиль риска банка будет разбираться и будут выноситься суждения регулятора. Затем в оперативном порядке мы будем обсуждать это решение с банком. Мы сможем ознакомиться с доводами БВУ, так как дистанционно мы можем какие-то вещи не увидеть. И самое главное - у банка будет право обжаловать в суде меры надзорного реагирования регулятора, но в процессе обжалования действия этих мер не будут приостанавливаться.

- Коррупции не опасаетесь?

- У рынка есть опасение, как эта система будет работать. Но у нас все строится на обосновании наших мер реагирования и на коллегиальном решении. Есть проблема в одном человеке или в двух людях, но если мы имеем четко прописанную систему, то «НКВДшной тройки» в Нацбанке не может быть. Это будет профессиональная группа людей, которая занимается вопросами регулирования, постоянно находится в диалоге с банками и перепроверяет все данные. Повторю, у всех БВУ будет право на обжалование этих решений.

Мы не говорим о том, что посредством экономического суждения будут сразу приостанавливаться или отзываться лицензии, мы говорим о мерах реагирования, которые чем раньше начинают работать, тем они эффективнее. Я думаю, больше споров будет, когда мы начнем работать с банками, у которых очень высокие риски и наши действия будут жесткими в части требований к капитализации, структуре акционеров, смене менеджмента. В этих случаях возможно какое-то оспаривание, но, когда мы говорим об изменениях по нашему требованию системы рисков банка, я думаю, у нас не будет судебного формата взаимодействия с БВУ.

- В начале года некоторые банки объявили об объединении. Что происходит сейчас?

- Да, есть несколько инициатив - АО «Tengri Bank» и АО «Capital Bank Kazakhstan», АО «Цеснабанк» и АО «Банк Центр Кредит», АО «Bank RBK» и АО «Qazaq Banki» объявляли об объединении. От этих проектов пока никто не отказывался, но надо понимать, что какие-то модели легче объединить одномоментно, а другие требуют дополнительных усилий. Возможно, балансы банков требуют отчистки или изменения структуры собственности, повышения качества активов. Все заявленные объединения находятся в процессе, но с разной скоростью. Обычно продолжительность оценки составляет от 9 месяцев до года. Идет процесс договоренностей: кто и по какой цене свои акции передает, какая будет дальнейшая модель развития.

Если какие-то институты решат для себя, что им на какое-то время необходимо приостановить слияние или отменить его - это тоже разумно. Мы, как регулятор, не хотим из двух маленьких проблем получить одну большую. Поэтому, если акционеры посчитают, что финансовая модель каждого банка более эффективная, чем общая, мы не будем влиять на этот процесс.

При этом, в целом, мы считаем, что необходимо укрупнение в банковской системе Казахстана, потому что у нас появляются новые крупные игроки.

- Вы говорите о сделке АО «Народный банк Казахстана» и АО «Казкоммерцбанк». А международным игрокам мы интересны? Ведь, через несколько лет вступят в силу нормы ВТО, готовые существенно облегчать путь иностранных банков в нашу страну.

- После открытия рынка иностранные банки не получат у нас безусловный вход. В частности, у нас установлены минимальные требования - 20 миллиардов долларов – это критерий для головного банка. Плюс банки не смогут работать в нашей стране во всех сегментах. Минимальный депозит, который смогут принимать иностранные финансовые организации, - это 120 тысяч долларов. Таким образом, они будут занимать премиальный сегмент, и в рознице не смогут конкурировать с местными БВУ.

Западные страны и США уже или присутствовали, или присутствуют здесь, и их спрос, я думаю, пока реализован. Российские и частные крупные государственные банки у нас довольно давно работают.

Работают и два китайских банка. При этом китайский капитал интересуется нашим рыком. В настоящее время финансовые организации Поднебесной занимают нишу в узком сегменте: они обслуживают предприятия своих соотечественников, население, квазигосударственные компании. Мы видим, что у них есть интерес к розничному бизнесу в Казахстане. В ходе дискуссий, которые у нас постоянно идут, они, конечно, интересовались открытием филиалов, но пока они движутся сюда именно как дочерние банки.

После вступления в силу требований ВТО какие-то игроки придут, но я не думаю, что их будет очень много.

Сейчас мы готовимся к ЕАЭС, вы знаете, к 2025 году есть планы по созданию единого финансового рынка, то есть банки Беларуси и России смогут работать здесь через филиалы.

Надо понимать, что мир становится открытым, и мы все работаем на общем рынке. Когда мы говорим про технологическое развитие финансового сектора, мы говорим про онлайн доступ к услугам и, учитывая, что у нас либеральное валютное законодательство, уже сейчас можно легко работать с западными компаниями, так как есть онлайн кредитование, альтернативный банкинг, поэтому конкуренция будет возрастать независимо от интеграционных процессов.

- Какова сейчас ситуация в АО «Delta Bank»?

- Постановление о приостановлении лицензии для обслуживания счетов физических и юридических лиц будет действовать до 1 ноября. Можно сказать, что риски, связанные с этим банком, мы купировали. Мы, конечно же, рассматриваем различные направления решения проблем, но все они хуже, чем если сам акционер изыщет материальные ресурсы и поддержит банк. Почему я так говорю? Порядка 85% обязательств банка и депозитов – это квазигосударственные компании. Депозиты физических лиц тоже есть (большая часть гарантирована Казахстанским фондом гарантирования депозитов), но их не так много.

Если взять ссудный портфель, то порядка 80% - это зерновые компании, связанные с холдингом, который напрямую или косвенно ассоциирован с крупным акционером АО «Delta Bank». 99% ссудного портфеля этого банка сейчас в просрочке. При этом большинство кредитов банка - беззалоговые, которые были выданы под будущие денежные потоки. В этой ситуации мы имеем банк, который можно оздоровить, только если сам акционер будет заводить финансовые потоки от подконтрольных предприятий, в том числе от реализации урожая, в банк. Такие обязательства акционер взял на себя. Мы сейчас постоянно мониторим деятельность этого банка.

- Когда-то банковская система РК считалась самой развитой в СНГ. Затем произошёл кризис 2007 года, и настали сложные времена. Остались ли плюсы в нашей банковской системе?

- Я думаю, все оценки тогда делались на основе очень высоких темпов роста. На фоне доступных заемных средств из-за рубежа у нас появлялись интересные продукты. Но именно тогда банки начали снижать стандарты подходов к оценке заемщиков, что позже привело к кризису.

Теперь о плюсах. Недавно было совещание «Цифровой Казахстана». Так вот, если сравнить все секторы экономики, то финансовая система Казахстана в этом отношении самая продвинутая.

Охват интернет-банкингом, мобильными приложениями и, вообще, осуществление платежей через мобильную систему у нас очень высоки, то есть несмотря на кризисные годы, мы сохранили технологичность.

Регулятор активно работает в продвижении базельских стандартов, то есть мы остаемся, как и раньше, приверженцами новых инициатив в надзоре.

У нас отлично выстроенная платежная система.

Инфраструктура рынка ценных бумаг очень сильная. Согласен, что на рынке нет хороших эмитентов, нет ликвидности, но инфраструктура, в целом, всегда была очень хорошей.

Стабильность и устойчивость банковской системы всегда зависит от состояния экономики. Если у нас несколько десятков тысяч малых и средних предприятий, которые активно кредитуются, естественно, банки будут конкурировать друг с другом за них. Поэтому при ряде очевидных плюсов необходимо более взвешенно подходить к оценке рисков, которые остаются все еще очень высокими в реальном секторе экономики.

Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 28 сентября 2017 > № 2328763 Олег Смоляков


Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 27 сентября 2017 > № 2328686 Андрей Смирнов

Банк «Югра» поведет в суде бой с Центробанком на три фронта

Андрей Смирнов

В отличие от большинства из почти трех сотен банков, лишившихся лицензий за время «большой расчистки» банковского сектора и канувших в Лету без лишнего шума, банк «Югра», похоже, собирается прибегнуть к сценарию «помирать – так с музыкой». Собственники «Югры» подали уже два иска к Центробанку и получили один в ответ – заявление о банкротстве.

Пока слушания начались только по первому заявлению «Югры», в котором банк в лице своих прежних владельцев требует признать незаконными приказы Банка России о назначении временной администрации и о введении моратория на удовлетворение требований кредиторов.

По первым заседаниям в этом деле уже видно, что собственники «Югры» делают ставку на привлечение максимального внимания к спору, благо с банком сотрудничает целая PR-компания. Журналисты получают персональные приглашения посетить слушания, вкладчики-превышенцы (это те, чьи вклады превышают страховую сумму в 1,4 млн рублей) агитируются на поход в суд через соцсети и форумы.

В результате зал арбитража, выделенный для предварительного заседания в августе, не смог вместить и половину желающих. «Превышенцы» устроили в коридоре такую толчею, какой здание московского арбитража не видело, пожалуй, со времен краха приснопамятной «Социальной инициативы».

На следующее заседание, состоявшееся в середине сентября, «Югре» и ее вкладчикам выделили самый большой зал суда, но и в нем сидячих мест хватило не всем слушателям. Учитывая, что заседание началось с большой задержкой, всё это время в коридоре проходил импровизированный митинг обиженных вкладчиков.

Почему «Открытие» с огромными долгами они решили спасать, а на «Югре» сразу поставили крест?

«Почему «Открытие» с огромными долгами они решили спасать, а на «Югре» сразу поставили крест?» – вопрошает мужчина средних лет. Под местоимением «они» он подразумевает Центробанк.

Судя по высказываниям, для всех вкладчиков ЦБ – главный враг. Если не вдаваться в подробности, люди уверены, что это именно Центробанк их всех «ограбил». Основные подозрения при этом вызывает та поспешность, с которой «Югра» прошла путь от введения временной администрации (7 июля) до лишения лицензии (28 июля) и подачи Центробанком заявления о банкротстве (7 августа). В некоторых других случаях этот путь растягивался на месяцы.

«Выплачивать страховое возмещение начали чуть ли не через неделю, несмотря на запрет Генпрокуратуры. Зачем такая спешка?», – удивляется пенсионерка, у которой сгорело полмиллиона сверхнормативных рублей.

Вкладчица говорит о предостережении Генпрокуратуры, предупредившей 19 июля АСВ о недопустимости страховых выплат вкладчикам банка «Югра». Кроме того, надзорное ведомство требовало отменить приказы Центробанка, которые теперь оспаривают собственники «Югры». Несмотря на грозный окрик, АСВ начало выплачивать страховое возмещение вкладчикам уже 20 июля.

Разбирательство по первому делу продолжилось в суде 26 сентября. Началось заседание с того, что судья Максим Кузин отклонил ходатайство Центробанка, просившего отказать «Югре» в приобщении к материалам дела отчета об аудите банка, выполненного сторонней компанией.

По мнения ЦБ, отчет об аудите не соответствует требованиям, предъявляемым к аудиторскому заключению законодательством, к нему не приложен договор на проведение аудита, поэтому непонятно, кто выступил заказчиком. Представитель «Югры» на это заявил, что заявителя пытаются лишить права представлять вообще какие-либо доказательства своей правоты, и, видимо, был услышан судом.

Наиболее жаркие споры разгорелись по поводу двух ходатайств «Югры» – о привлечении к спору АСВ и об истребовании у Банка России плана участия АСВ в мерах по предотвращению банкротства «Югры». На основании этого документа, по словам заявителя, принимается решение о назначении временной администрации.

Представители «Югры» заявили, что у них имеются большие сомнения, что план был разработан в соответствии с инструкциями, и что он вообще существует

Представители «Югры» заявили, что у них имеются большие сомнения, что план был разработан в соответствии с инструкциями, и что он вообще существует. «Анализ документов говорит о том, что план появился в пятницу 7 июля в течение всего нескольких часов. Вся сложная процедура уместилась в несколько часов. Отсутствие плана в материалах дела и отказ его предоставить наводит на мысли о том, что это фикция», - сказал представитель банка.

По его словам, положение о Комитете банковского надзора ЦБ предусматривает, что комитет правомочен принимать решения только при наличии кворума - не менее половины членов. «Если кворума не было, решение недействительно, поэтому мы также просим истребовать протокол заседания комитета», - заявил представитель «Югры».

В противном случае ЦБ может на салфетке в ресторане написать план и потом утвердить его на комитете

Он призвал суд «реализовать эффективный судебный контроль за деятельностью мегарегулятора» и не формально изучить фактические обстоятельства. «В противном случае ЦБ может на салфетке в ресторане написать план и потом утвердить его на комитете», - горячо аргументировал представитель «Югры».

Представитель ЦБ, однако, сообщил, что закон не устанавливает срок разработки Плана, а его существование подтверждается ответом Генпрокуратуры. К тому же, по его словам, запрошенные заявителем документы не относятся к предмету спора. «Все доводы заявителя основаны на предположениях. Мы намерены доказать законность действий ЦБ в ходе судебного разбирательства», - заявил представитель регулятора.

Представитель ЦБ также пояснил, что закон не ставит в зависимость решение комитета банковского надзора регулятора о назначении временной администрации от содержания плана участия АСВ в осуществлении мер по предупреждению банкротства.

Судья Кузин отклонил ходатайство «Югры» об истребовании плана участия АСВ и других документов комитета банковского надзора по причине несоответствия данных доказательств принципу допустимости и относимости к предмету спора.

Зато суд удовлетворил ходатайство «Югры» о привлечении к процессу АСВ, чему Центробанк также противился. По словам юристов регулятора, сейчас в банке действует другая временная администрация – составленная из сотрудников ЦБ, и АСВ никакого отношения к банку не имеет.

Представитель «Югры» заявил в ответ, что АСВ находилось в банке с 7 по 27 июля (до отзыва лицензии), и судебный акт по делу может затронуть его права и обязанности. «В суде будет даваться оценка деятельности АСВ в качестве временной администрации», - отметил заявитель.

В связи с привлечением АСВ к делу в качестве третьего лица суд отложил рассмотрение дела на 10 октября, чтобы у агентства была возможность направить на заседание своего представителя.

А уже на следующий день, 11 октября, начнется второй раунд противостояния «Югры» с Центробанком – московский арбитраж проведет первое заседание по заявлению, в котором опальный банк оспаривает законность отзыва у него лицензии.

ЦБ РФ, отозвав в июле лицензию, в качестве основных причин этого называл финансирование проектов бенефициаров «Югры» за счет привлеченных средств физлиц (доля таких кредитов составила почти 90%), отсутствие адекватных резервов, неоднократное применение надзорных мер и нарушение банком введенных в отношении него ограничений.

Истории известно несколько случаев успешного оспаривания банками приказов об отзыве лицензии

Истории известно несколько случаев успешного оспаривания банками приказов об отзыве лицензии. Так, например, российская «дочка» черногорского Atlas banka в 2015 году смогла доказать незаконность приказа Банка России. Суды согласились, что у регулятора не было всех необходимых для отзыва лицензий оснований и избранная им мера наказания неадекватна допущенным Атлас-банком нарушениям.

Однако к тому моменту, когда «дочка» черногорского банка доказала свою правоту в деле об отзыве лицензии, в параллельном процессе она уже была судом ликвидирована, и пересмотреть то дело банку не удалось. В итоге победа не принесла собственникам кредитной организации ничего, кроме морального удовлетворения.

Памятуя об этом кейсе, «Югре» надо попытаться не только выиграть у ЦБ спор вокруг лицензии, но и сделать это максимально быстро. Ибо 27 октября стартует еще одно и, пожалуй, самое важное разбирательство между сторонами – суд начнет рассматривать заявление Банка России о банкротстве «Югры».

По последним данным на середину сентября 2017 года, разница между активами и обязательствами банка «Югра» составляла более 86 млрд рублей. При том что в момент отзыва лицензии в конце июля регулятор сообщал о «дыре» всего в 7 млрд рублей.

В суде собственники «Югры» попытаются, видимо, доказать, что лавинообразный рост долга произошел уже по вине временной администрации

В суде собственники «Югры» попытаются, видимо, доказать, что лавинообразный рост долга произошел уже по вине временной администрации. Судя по начавшемуся первому судебному разбирательству, настрой у адвокатов «Югры» самый боевой.

Страховой случай с банком «Югра» стал крупнейшим за период расчистки банковской системы России. Банк входил в число 30 крупнейших в России по размеру активов. АСВ оценивало общий объем выплат в 169,2 млрд рублей. Основным владельцем «Югры» является бизнесмен Алексей Хотин, который контролирует 52,5% капитала кредитной организации.

Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 27 сентября 2017 > № 2328686 Андрей Смирнов


Украина > Финансы, банки > interfax.com.ua, 26 сентября 2017 > № 2353938 Дмитрий Сологуб

Замглавы НБУ Сологуб: Экономика приспособилась к механизму монетарной трансмиссии лучше, чем мы ожидали

Блиц-интервью заместителя главы Национального банка Украины (НБУ) Дмитрия Сологуба агентству "Интерфакс-Украина"

- Совет НБУ на прошлой неделе одобрил Принципы денежно-кредитной политики центробанка на 2018 год...

- Не только на 2018 год, но на 2018 год и среднесрочную перспективу. Мы все-таки уже отходим от практики, когда центробанк составлял их только на год и поэтому этот документ не очень отличается от предыдущего. В этом вся идея.

- Я так понимаю, они строятся на стратегии монетарной политики, которая была принята немного раньше?

- Да. Во время экспертных обсуждений и обсуждений с Советом НБУ мы также говорили о том, что идеально было бы вообще разделить документ на две части: стратегическую, которая почти не меняется, и более тактическую, которая говорит об особенностях проведения монетарной политики на следующий год. Даже в рамках одного этого документа мы пытались так сделать, чтобы сначала шла стратегическая часть, а затем тактическая. В рекомендациях Совета правлению указана разработка отдельного проекта стратегии.

- Как Нацбанк намерен в рамках одобренного документа реагировать на непредсказуемые изменения инфляции и, в частности, готов ли он после пересмотра прогноза инфляции в ноябре поднимать ставку?

- Национальный банк может реагировать на инфляцию и до пересмотра прогноза, если есть понимание тренда в целом.

Главный принцип инфляционного таргетирования – видение перспективы. То есть, мы не реагируем по факту, мы действуем исходя из того, что ожидаем в будущем.

Да, сейчас мы действительно проходим через эпизод ускорения инфляции, но этот рост сосредоточен в четырех товарных группах: табак, овощи, мясо и молочные продукты. Более 40% нынешнего роста индекса цен обусловлено именно этими товарами. В то же время, если посмотреть на их долю в структуре потребительской корзины, то она занимает всего 23,4%.

Если говорить в целом, инфляция имеет фундаментальные компоненты, которые действительно отражают ценовые факторы в экономике (спрос, безработицу и т.д.) - временные или сезонные.

Сейчас большинство факторов относятся именно к временным – погода, проблемы с дистрибуцией, повышение акцизов и рост экспорта мясомолочных продуктов, тогда как практика и теория инфляционного таргетирования говорят о том, что центральный банк должен реагировать на фундаментальные факторы - изменение инфляционных ожиданий, спроса в экономике и так далее.

Мы видим, что базовая инфляция остается относительно стабильной. Там также есть колебания: по результатам августа она выросла до 7,8%, тем не менее, на временном интервале в 15 месяцев она находится в диапазоне от 6% до 8%, то есть она недостаточно волатильна. Это говорит, что фундаментальное давление на цены является умеренным и это, соответственно, находит свое отражение в инфляционных ожиданиях.

Вы также знаете, что НБУ измеряет ожидания фактически всех групп: населения, банкиров, бизнеса, профессиональных аналитиков. По последним опросам, их ожидания относительно инфляции находились в диапазоне от 7% до 11%, во всех четырех группах. То есть они достаточно близко к ожиданиям НБУ.

Помимо этого, мы видим, что в ближайшее время будет некоторое замедление темпов роста цен, и если ситуация будет улучшаться, мы будем и далее смягчать политику.

Безусловно, если давление со стороны фундаментальных факторов усилится (из-за ожиданий, например, или фискальной экспансии), мы будем соответственно реагировать. Пока же нет оснований для повышения учетной ставки.

- Тогда, возможно, вы измените подход к прогнозированию инфляции? Есть ли риск того, что будущие поквартальные прогнозы не будут соответствовать действительности из-за подобных эффектов?

- Я занимаюсь прогнозированием более 10 лет, и вижу, что часто прогнозы не сбываются. Но дело не в том, что ваш прогноз должен исполняться каждый раз. Прогноз - это довольно эфемерная переменная, особенно в таких экономиках как Украина.

Главное, чтобы направление прогноза примерно соответствовало действительности. Что мы видим в этом году? Галопирующую инфляцию? Гиперинфляцию? Нет. Цифровые показатели прогнозов могут быть не совсем точными, но тенденция примерно такая. Подход к прогнозированию такой, каким должен быть, на квартальной основе. Должна быть транспарентность и предсказуемость.

- А такие факторы, как серая экономика и граждане, выезжающие на заработки и перечисляющие валюту, влияют на инфляцию? Насколько эти факторы могут быть фундаментальными?

- Если увеличивается количество людей, работающих за рубежом, то действительно увеличивается приток наличной иностранной валюты в страну. В этом году население продало около $2 млрд, в прошлом году было $2,5 млрд, и тут дело не только в росте доверия к гривне на фоне стабильности курса. Такие объемы продажи валюты, в том числе, отражают увеличение трансфертов от тех, кто работает за рубежом, и это соответствующим образом влияет на обменный курс и оказывает положительное влияние на инфляцию из-за удешевления импортных товаров. В частности, если мы посмотрим на категорию непродовольственных товаров (одежда, обувь и т.д.), то там цены не растут, а на некоторые позиции вообще снижаются.

- Тогда возвращаемся к Принципам денежно-кредитной политики: по вашим оценкам, приспособилась ли экономика к трансмиссионному механизму Нацбанка? Насколько быстро она реагирует на решение по учетной ставке?

- Она приспособилась лучше, чем я ожидал, но нет предела совершенству. Есть значительный потенциал к улучшению механизма монетарной трансмиссии. Мы это понимаем и над этим работаем.

В прошлом году ставка снижалась постоянно, и рынок это отражал, хотя и с определенным лагом. Но в ситуации этого года, когда мы снижали ставку, потом не снижали - здесь сложнее ситуация для рынка, его участники должны понимать, на чем основывает свои решения центральный банк. Мы часто повторяем, что ключевая ставка зависит не от фактического, а от прогнозируемого уровня инфляции. Это также означает, что когда банки меняют свои ставки, они должны ориентироваться не на текущий, а на будущий уровень инфляции.

Тем не менее, сейчас мы видим снижение профицита ликвидности банковской системы и также наблюдаем реакцию ставок: если раньше они находились у нижней границы нашего коридора (до 10,5% годовых), то сейчас они ближе к центральной точке. Это говорит о том, что заработал рынок межбанковского кредитования, там есть ликвидность и это способствует работе трансмиссионного механизма.

- Каковы ваши ожидания по рыночным ставкам до конца года?

- В первую очередь мы ожидаем, что правительство начнет тратить средства с Единого казначейского счета (ЕКС), мы уже не раз обсуждали с ним, что необходимо это делать ритмично. Но это зависит и от начала отопительного сезона, так как значительную сумму расходов составляют субсидии.

Помимо этого, значительные средства сосредоточили местные бюджеты, от которых мы также надеемся увидеть ритмичность в расходах.

Когда все эти средства будут уходить с ЕКС, они будут появляться на счетах банков, профицит ликвидности будет расти, а ставки, соответственно, снижаться.

Относительно кредитных ставок формула очень простая: кредитная ставка – это депозитная ставка плюс маржа банка. Депозитная ставка зависит от макроэкономических условий, и мы видим, что при стабильных ожиданиях (к концу года мы, все-таки, прогнозируем снижение инфляции) возможно дальнейшее снижение процентных ставок по депозитам.

Что касается маржи банков, то, поскольку банки в нее вкладывают все риски кредитной активности, это, скорее, вопрос эффективности законодательства, особенно в части защиты прав кредиторов, а также судебной реформы.

- А вы оценивали спред между инфляцией и учетной ставкой НБУ? Можно предположить, что в случае снижения в следующем году инфляции до 6%, то учетная ставка соответственно снизится до 8%, в зависимости от ширины этого спреда? Интересует также спред между учетной ставкой и ставками банков. Насколько он существенный, есть ли возможность его сузить?

- Для начала необходимо напомнить, как центральный банк принимает решение относительно учетной ставки – он, прежде всего, смотрит на инфляцию через 12 месяцев. Это, однако, не означает, что при прогнозе инфляции на следующий год в 6%, учетная ставка также должна быть 6%.

Во-первых, все зависит од того, какая у нас монетарная политика – сдерживающая (жесткая), или стимулирующая (мягкая). Мы уже не раз отмечали, что в условиях постепенного восстановления экономики Украины и необходимости снижения инфляции до целевого уровня, мы придерживаемся умеренной политики с некоторым ужесточением в случае потребности.

Во-вторых, мы также должны принимать во внимание наличие так называемой "нейтральной реальной процентной ставки", отражающей премию за риск страны и другие факторы. Премия за риск в Украине снижается, о чем свидетельствует успешное размещение суверенных еврооблигаций, но она все еще является положительной. По оценкам моих коллег, в настоящее время уровень нейтральной реальной процентной ставкой находится в пределах 2-3%. Если прибавить к ней ожидаемую через 12 месяцев инфляцию (прогноз НБУ на конец сентября 2018 года - 6,5%), следовало бы ожидать учетную ставку на уровне 9-10%. Но у нас учетная ставка составляет 12,5%, что и отражает сдержанность НБУ в монетарных решениях.

Что касается связи между процентными ставками банков и учетной ставкой НБУ, мои коллеги как раз недавно анализировали это взаимоотношение на примере других стран. Скажем так: такой спред не должен быть слишком широким, но будет он выше или меньше – зависит от многих факторов.

Ситуация, которую мы сейчас видим по соотношению депозитных ставок с ключевой ставкой, в целом, нормальная и не вызывает обеспокоенности. Если посмотреть на индекс ставок по трехмесячным депозитам, в настоящее время он находится на уровне 13,3% годовых, на 12 месяцев – 14,6% годовых, то есть, ставки находятся в коридоре ставок Нацбанка.

- Ожидаемый в текущем году выход инфляции за рамки ранее установленного ориентира, отразится ли это на ВВП к концу года?

- На номинальном ВВП это действительно отразится непосредственно, так как номинальный ВВП увеличивается вместе с ростом цен. Что касается роста реального ВВП, там связь не такая прямая. Рост экспорта, тех же мясомолочных продуктов, в дальнейшем окажет положительное влияние на экономику. В то же время это негативно влияет на инфляцию в краткосрочном периоде.

- Премьер-министр во время презентации проекта госбюджета отметил наличие потенциала роста ВВП в 2018 году сверх ожидаемых 3%. Есть ли у НБУ подобные оптимистичные ожидания, помимо официального прогноза?

- Мы видим, что в этом году мы несколько консервативно оценили влияние блокады на рост ВВП. Данные за второй квартал и некоторые показатели за третий свидетельствуют, что ситуация лучше, чем мы ожидали. В частности, заметно активное восстановление металлургических предприятий, что связано с их быстрой адаптацией к новым условиям работы, в которых они оказались в результате разрыва торгово-транспортных связей на востоке страны, плюс у них очень активный внешних спрос. Оптимистичная статистика также в сельском хозяйстве: хотя сбор урожая и отстает от показателей прошлого года, наши ожидания были еще хуже, поскольку погодные условия оказались в этом году неблагоприятными. Поэтому мы видим, что уже к концу 2017 года экономика может возрасти больше, чем мы ожидали.

- А когда возможен пересмотр соответствующего прогноза?

- Все макроэкономические показатели пересматриваются в одном пакете. То есть, это новый макроэкономический прогноз, который мы с коллегами будем обсуждать где-то с начала октября. Затем он будет обсуждаться на монетарном комитете, и будет презентован в кратком формате на монетарном брифинге 26 октября. Через неделю после брифинга будет обнародован новый инфляционный отчет, где новый прогноз будет представлен в широком формате. Что касается следующего года, действительно есть потенциал для более быстрого восстановления экономики, чем мы ожидаем. Он может быть реализован при наличии одного из двух условий: первое – это значительный рост внешнего спроса, о чем сложно говорить однозначно. Мировая экономика сейчас восстанавливается, но вряд ли стоит надеяться, что мы сможем вернуться в благоприятные 2005-2007гг, когда Китай "рос" на 10% и выше. Другое условие – это детенизация экономики. Она должна стать результатом тех реформ, которые заложены в программу сотрудничества Украины с МВФ. По оптимистичному сценарию, при условии продолжения сотрудничества с Фондом и сохранения стабильного доступа Украины к внешнему долговому рынку, а также ускорения притока иностранных инвестиций, мы можем постепенно прийти к темпам роста 5-6% через два-три года.

- Первый заместитель директора-распорядителя МВФ Дэвид Липтон после официального визита в Киев отметил, что Украина должна воспользоваться восстановлением мировой экономики. Что имелось в виду, он ожидает рост ВВП сверх вашего прогноза на 2018 год?

- Я думаю, он имел в виду, что Украина должна наращивать экспортный потенциал, выходить на новые рынки, что, по сути, уже происходит. Можно еще раз отметить рост экспорта мясомолночных продуктов, а также активизацию торговли в некоторых сегментах машиностроения, трубной промышленности, IT-услуг и других секторах. То есть, мировой спрос постепенно растет, и нам необходимо этим воспользоваться. Помимо этого, если мы посмотрим на ситуацию с экспортом, она несколько улучшилась по сравнению с тем временем, когда мы зависели от одного только рынка – России или СНГ в более широком формате, – а также от нескольких товаров – зерновые и металл. Сейчас мы видим, что есть диверсификация экспортных товаров, растет доля экспорта в Европу, Азию, подписано соглашение о зоне свободной торговли с Канадой. То есть, в целом условия являются весьма неплохими. Поэтому, мне кажется, Д.Липтон имел в виду, что Украина должна улучшать бизнес-климат в стране, и далее проводить структурные реформы, поскольку это будет способствовать усилению конкурентоспособности украинских товаров на глобальном рынке. После девальвации национальной валюты Украина стала весьма конкурентоспособной в плане заработной платы, но у нас остается нереализованным потенциал относительно повышения продуктивности труда и других факторов производства. Это как раз очень важно и это зависит от бизнес-климата, от сокращения регуляций, принятия законов, направленных на возобновление кредитования и другого.

- То есть, о каких-либо конкретных показателях речь не шла? - Увидим. Через месяц будет представлен прогноз МВФ, может, там будут новые показатели, поскольку, как я понимаю, показатели роста глобальной экономики действительно улучшаются.

- Возвращаясь к принципам денежно-кредитной политики. Есть ли среди них механизмы стимулирования кредитования, на чем в последнее время настаивают и глава правительства, и депутаты? - Об этом в принципах есть упоминание. Мы упорно работаем и изучаем, какие механизмы поддержки долгосрочной ликвидности банков мы можем применить. Вместе с тем, независимо от того, к какому решению мы в итоге придем - своп или какие-либо кредиты с плавающей ставкой - это не будет целевым финансированием проектов. Это будет механизм обеспечения банков длинным ресурсом. Для них все еще актуальна проблема привлечения "длинных" денег: они привлекают депозиты с более коротким сроком, чем выдаваемые кредиты. Поэтому вся философия нашей монетарной политики, а также политики финансовой стабильности, направлена на повышение срочности средств. Мы ранее уже внедрили механизм ELA (emergency liquidity assistance), который рассчитан на то, чтобы нормальный, платежеспособный банк, у которого возникли какие-либо краткосрочные сложности с ликвидностью, мог обратиться в центробанк за поддержкой. Но это срочный механизм. В прошлом у банков не было гарантии, что они смогут получить рефинансирование в НБУ, даже под обеспечение облигаций внутреннего государственного займа (ОВГЗ). Сейчас такая неопределенность снята, хотя сейчас никто и не обращается за рефинансированием. Мы за последние несколько месяцев не выдали ни одного кредита рефинансирования, даже овернайт и даже в условиях, когда снижался профицит ликвидности. Это говорит о том, что межбанковский рынок начал работать лучше. Банки уже не идут в Национальный банк, а предпочитают работать на межбанковском рынке, поскольку процентная ставка по кредитам рефинансирования НБУ – это предельная ставка, процентные ставки на межбанковском кредитном рынке ниже. Теперь мы работаем над механизмом поддержки долгосрочной ликвидности. Но еще раз подчеркну - это только опосредованный механизм стимулирования. Другой проект - это решение проблемы нерабочих кредитов (NPL), что будет способствовать возобновлению кредитования. Уровень проблемных кредитов в банках превышает 50%. Эти проблемные кредиты сосредоточены в основных украинских бизнес-группах. Именно решение этой проблемы с неработающими кредитами станет еще одним шагом на пути к восстановлению кредитования.

- Вы упомянули о свопе. Это будет процентный или валютный, или оба инструмента?

- Мы сейчас говорим о валютном свопе, но процентные свопы также есть в планах. Есть потенциальная линейка инструментов, которые мы можем использовать. Мы с банкирами это уже обсуждали, но пока только на уровне идеи.

- И как быстро могут быть анонсированы соответствующие инструменты? - Пока нет определенных сроков. Мы ожидаем изменения некоторых регуляторных актов и усовершенствования наших IT-систем.

- Другой момент, который интересует – это макро и микропруденциальный надзор. Учитывая возможное принятие в скором времени земельной реформы, что может повлиять на стоимость активов, какие инициативы планируются в этом направлении?

- В Принципах мы старались четко определить связь между двумя главными целями центробанка – поддержанием ценовой и финансовой стабильности. То есть стабильная макроэкономическая и ценовая ситуация положительно влияет на финансовую систему, показатели деятельности банков. С другой стороны, стабильная финансовая система повышает эффективность монетарной политики. Что касается макропруденциального инструментария, то мы сейчас разрабатываем стратегию макропруденциальной политики. Действительно, одной из главных задач центрального банка, сейчас, после очистки банковской системы, является построение эффективной системы надзора. При этом на всех уровнях – и микро, и макро. Именно это сейчас происходит. Многое мы уже воплотили – это и новое постановление по кредитному риску, и новые правила по финансовому мониторингу. Сейчас мы готовимся с нового года установить новые нормативы относительно ликвидности – liquidity coverage ratio. В целом, мы сейчас пытаемся следовать базельским стандартам и очень активно работаем по этому вопросу с Базельской группой. Это – приоритет для Национального банка. Что касается земельной реформы, я бы не выделял ее, как такую, которая потребует введения определенных макропруденциальных инструментов. Главное в этой реформе то, что будет еще один рыночный актив, который повысит потенциал банковской системы, поскольку является отличным залогом. Поэтому, важно не создавать дополнительные преграды для функционирования банковской системы на земельном рынке.

- Но все-таки у нас раньше не было рынка земли, чтобы можно было рассчитывать на быструю и эффективную оценку этого актива.

- У нас раньше и инфляционного таргетирования не было, как и многих других вещей. Пример Национального банка свидетельствует, что все можно урегулировать, если это будет спокойно и тщательно анализироваться и обсуждаться с участниками рынка.

Украина > Финансы, банки > interfax.com.ua, 26 сентября 2017 > № 2353938 Дмитрий Сологуб


Россия. Евросоюз > Финансы, банки. Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 26 сентября 2017 > № 2325189 Игорь Юшков

Своп раздора: как отсутствие регулирования деривативов приводит к конфликтам корпораций

Игорь Юшков

Ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности, эксперт Финансового университета при Правительстве РФ.

В 2018 году в Евросоюзе вступает в силу новое законодательство, регламентирующее работу финансовых рынков. России не помешало бы позаимствовать часть новых регулятивных норм, чтобы прекратить конфликты между банками и корпорациями из-за сделок с производными инструментами

В январе 2018 года вступает в силу Директива европейского Регулирования рынков финансовых инструментов (MiFID II/MiFIR). В соответствии с этим документом все эмитенты еврооблигаций должны получить код LEI (Legal Entity Identifier — Международный код идентификации юридического лица), а все торговые площадки, соответственно, будут обязаны собирать информацию о кодах LEI всех участников рынка, а также эмитентов торгуемых ценных бумаг. Таким образом, ценные бумаги, выпущенные организациями, которые не имеют кода LEI, не смогут торговаться в Европе.

Сам код выполняет несколько функций. Во-первых, это уникальный международный идентификатор юридического лица, присваиваемый в соответствии с международным стандартом ISO 17442. По коду LEI можно получить базовую информацию об организации (например, юрисдикцию, адрес регистрации, названия на разных языках) и безошибочно идентифицировать контрагента, в том числе и при трансграничных операциях.

Во-вторых, и это основная его функция, код позволяет четко ранжировать контрагента в соответствии с его квалификацией. Например, предлагать доступ к сложным производным инструментам (свопам и проч.) банки смогут только тем компаниям, которые определены как «квалифицированные» участники рынка.

Российский рынок финансовых инструментов уже несколько лет находится в ожидании аналогичных решений регулятора. Как следствие, его периодически сотрясают громкие судебные разбирательства. Пример тому — тяжба между компанией «Платинум Недвижимость» и Банком Москвы. В августе 2016 года арбитражный суд признал сделки валютно-процентного свопа, заключенные между компанией и банком, недействительными на основании недостаточной финансовой квалификации клиента («Платинум Недвижимость») — она не позволяла ему заключать сложные сделки с производными финансовыми инструментами. Ранее, в 2013 году, аналогичный случай был и у ЮниКредит Банка, который заключил связанные сделки с компанией «Агротерминал» по предоставлению кредита и валютно-процентного свопа (IRS).

В 2016 году, после череды судебных скандалов, Банк России, наконец, озвучил свою позицию по этой проблеме. В ходе конференции «Российский рынок деривативов» директор департамента по развитию финансового рынка ЦБ Елена Чайковская сообщила, что регулятор рассматривает возможность введения квалификации для корпоративных клиентов, которые намереваются совершать сложные сделки с производными финансовыми инструментами. По ее словам, эта идея возникла после нескольких судебных процессов, в которых потерявшие средства на сделках «своп» с банками компании были признаны заведомо более слабой стороной.

Во всех этих случаях суд встал на сторону истцов, руководствуясь аргументом об отсутствии у них квалификации для четкого понимания рисков и принципов действия деривативов. Однако если в Европе и США банк в принципе не имеет права предлагать такой инструмент неквалифицированному клиенту, то в России он, с одной стороны, выступает консультантом, объясняя потенциальному клиенту все прелести данного инструмента, а с другой — является продавцом и, по сути, навязывает сделку. Налицо конфликт интересов.

Дальше словесных деклараций Центробанк пока не пошел. Последствием его молчания стала новая серия судебных разбирательств вокруг заключенных сделок с производными финансовыми инструментами между Сбербанком и компаниями «Сухой» и «Транснефть». Суть сделки со Сбербанком состояла в том, что «Транснефть», страхуясь от обесценения доллара, покупала опционы put и продавала опционы call на доллар в течение нескольких лет: в 2013 году — на $4,2 млрд, в 2014 году — на $2,7 млрд. Договоры, заключенные в 2014 году, имели срок исполнения август-декабрь 2014 года – пик девальвации рубля. По итогам 2014 года чистый убыток «Транснефти» по МСФО из-за этих операций составил 75,3 млрд рублей, а за девять месяцев 2015 года — еще 3,2 млрд рублей.

В июне 2017 года Арбитражный суд Москвы по иску «Транснефти» признал недействительной убыточную для нее сделку с производными финансовыми инструментами, заключенную со Сбербанком в 2014 году. Суд первой инстанции обязал Сбербанк вернуть «Транснефти» около 66,5 млрд рублей. Однако 23 августа Девятый арбитражный апелляционный суд отменил решение арбитража Москвы, поддержав Сбербанк. Сейчас «Транснефть» готовится к кассации.

Решения московского арбитража, в первом случае признающего потерпевшим истца — компанию «Транснефть», а в апелляции — Сбербанк, выглядят, мягко говоря, странно. Ведь в предыдущих разбирательствах такого рода суд всегда вставал на сторону истца, а не банка. Однако в России непрецедентная система права, поэтому для суда предыдущие заключения по Банку Москвы и ЮниКредит Банку не указ.

Отсутствие четкого регулирования заставляет нервничать и банки, и компании. Как писал ранее «Коммерсантъ», отдельные представители банковского рынка уже обращались к ЦБ с просьбой урегулировать проблему. Ведь банк не заинтересован вести бизнес с тем, кто впоследствии может обвинить его в обмане. А компании, в свою очередь, опасаются прибегать к инструментам хеджирования, поскольку у них нет уверенности в исходе таких сделок.

Для того чтобы предотвратить новые конфликты, Центробанк должен заимствовать методы регулирования с развитых рынков — в частности, квалифицировать участников сделок по определенным критериям. В противном случае в российской действительности напряженность из-за операций с деривативами может дойти до открытой вражды политико-экономических групп.

Россия. Евросоюз > Финансы, банки. Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 26 сентября 2017 > № 2325189 Игорь Юшков


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 26 сентября 2017 > № 2325159 Сергей Дубинин

Потерянное доверие. Почему банковский надзор вынужден уподобляться следователям

Сергей Дубинин

Член наблюдательного совета банка ВТБ

Хронические проблемы с доверием населения к банкам, банков друг к другу и банкиров к клиентам из корпоративного сектора не позволяют банковскому сектору занять достойное место в экономике

Видя «ослабление» банковского баланса — увеличение объема кредитования аффилированных с банком лиц, уклонение менеджмента от исполнения предписаний ЦБ о создании резервов и нарастающую недостаточность капитала, орган банковского надзора наверняка должен стремиться вмешаться в ход событий как можно скорее. Например, ввести в банке управление временной администрации. Во многих странах для принятия срочных мер вполне достаточно «обоснованного профессионального суждения» руководства Центробанка. О том, что этот инструмент целесообразно использовать и в России, говорила в июле и председатель ЦБ Эльвира Набиуллина. Однако развитие событий после отзыва лицензии у банка «Югра» должно, как мне кажется, поколебать стремление Банка России принимать на себя дополнительную ответственность без накопления формальных бумажных аргументов. Мощная, беспрецедентная PR–кампания, направленная на то, чтобы поставить под сомнение решения органов банковского надзора, может быть завершена только судебным решением. А здесь без предъявления бумажных доказательств никак не обойтись.

По существу, частный случай «Югры» высветил общую проблему банковской системы: речь идет о первоначальном значении слова «кредит», то есть о доверии или об отсутствии доверия. Центробанк не доверяет ни владельцам банка, ни его управляющим, ни отчетности, которую банк предоставляет. Банковский надзор вынужден уподобляться следователям, введенная в банке временная администрация знакомится с первичной документацией и убеждается в потере банковского капитала. Генеральная прокуратура не доверяет решениям Банка России. А владельцы «Югры» стремятся возбудить недоверие к регулятору, вернуть доверие к себе, обещают пополнить банковский капитал. Правда, владельцы банка не говорят, почему же они раньше этого не сделали. Всеми действиями до и после отзыва лицензии бизнесмены подрывают всякое доверие населения к предпринимателям. Это разбирательство будет загружено в суды. Пройдет череда апелляций. Вероятно, через год-полтора высшая судебная инстанция примет окончательный вердикт. Остается надеяться, что доверие к суду будет достаточным, чтобы поставить в этой истории точку гораздо раньше этого времени.

Несомненно, банки играют важную роль в российской экономике. Но хронические проблемы с доверием населения к банкам, банков друг к другу и банкиров к клиентам из корпоративного сектора не позволяют банковскому сектору занять достойное место в экономике. Стоимость активов российского банковского сектора составляла 73% ВВП страны в 2011 году, в январе 2015 года этот показатель вырос до 102,7%. Однако в 2016 году он снизился до 93% (данные Института экономической политики им. Е. Т. Гайдара). При этом весь сектор финансовых услуг занимает в производстве ВВП России скромные 4,0% (данные Института «Центр развития» НИУ ВШЭ).

Действия Банка России по расчистке банковской системы от «слабых» звеньев привели к череде отзывов лицензий у десятков банков. Увеличение числа отозванных лицензий наблюдается начиная с 2014 года.

В определенном смысле Банк России пользуется спадом спроса на кредитные ресурсы со стороны экономики и населения в кризисный период 2014–2016 годов. Сокращение числа банков в такой ситуации оказалось практически незаметным для общества делом. Задача, несомненно, состоит в восстановлении доверия к банкам всего российского общества и всех предпринимателей, включая и банкиров. Мне, наверное, скажут, что ведущие крупнейшие банки «кредита доверия» вовсе не теряли. И это правда. В значительной мере это произошло благодаря вере в их собственника — российское государство как таковое.

Оживление экономики, а значит, и спроса на банковский кредит зависит прежде всего от роста инвестиционной активности в стране. С 2014 года до второй половины 2016 года экономика России находилась в состоянии рецессии. Снижение ВВП составило 3,5%. Спад накопления основного капитала в 2015 году по сравнению с 2014 годом составлял 9,9%, и в 2016 году он продолжился, хотя и замедлился до 1,8%, по данным Института «Центр развития» НИУ ВШЭ.

Роль (доля) банковского кредитования в финансировании инвестиций невелика. По данным Росстата, эта доля составляет около 10%. У российских предпринимателей сейчас достаточно собственных финансовых средств для инвестирования. Если вложения в основной капитал начнут расти, то быстро увеличится и спрос на банковский кредит для пополнения запасов и оборотных средств.

Однако для восстановления экономического роста необходимо наращивание кредитования. Спрос на деньги еще не восстановился. По данным «Центра развития», в 2015–2016 годах суммарное падение выдачи кредитов корпоративным клиентам составило 7,7%. В первой половине 2017 года кредитный портфель российских банков предприятиям начал медленно расти в годовом исчислении. По данным «Центра развития», в мае 2017 года прирост составил всего 0,6%.

Банку России предстоит предпринять серьезные усилия для стимулирования спроса на кредит. Самым очевидным шагом является дальнейшее снижение ключевой ставки до уровня показателя инфляции плюс два процентных пункта, например, до 6%. Но действий одного ЦБ в сфере денежно–кредитной политики будет все равно недостаточно. Речь надо вести о возрождении доверия населения и предпринимателей к российской экономике в целом.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 26 сентября 2017 > № 2325159 Сергей Дубинин


Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 26 сентября 2017 > № 2325090 Сергей Лебедев

Прощание с картами без сантиментов

Сергей Лебедев, заместитель директора по развитию бизнеса в России OpenWay

Перед современным обществом уже не стоит вопрос, прощаться с пластиковыми картами или нет. Альтернативные (беспластиковые) технологии оплаты активно проникают во все сферы деятельности, мы все чаще выбираем их при совершении покупок. «Прощание» с картами происходит ежедневно: когда мы читаем новости, когда обсуждаем со знакомыми впечатления от применения новых технологий, когда мы приобретаем свой опыт.

Еще год назад пользователи только присматривались к Samsung Pay, Apple Pay и прочим подобным решениям, а сейчас уже вовсю осваивают их. Доля платежей, совершаемых через интернет, растет с каждым днем, в свою очередь, стимулируя процесс отказа от пластика. По оценке Assist, в 2016 году общий объем онлайн-платежей в Рунете вырос по отношению к 2015 году на 47% в рублях и на 41% по количеству совершенных транзакций.

Есть несколько факторов, благодаря которым карты станут постепенно отходить на второй план

Есть несколько факторов, благодаря которым действительно стоит рассчитывать на то, что в ближайшее время карты, к которым мы привыкали не один год, станут постепенно отходить на второй план.

Первый – удобство использования. Сервисы Apple Pay, Samsung Pay и им подобные становятся все более популярными, привычными в обращении. Все больше людей понимает, что виртуальные карты ничуть не «хуже» реальных, а в плане удобства использования и защиты превосходят пластиковые аналоги. Комфорт выражается не только в том, что пользователи могут «прикоснуться и пойти», когда платят в торговых точках или проходят через турникеты в общественном транспорте. Нагляднее всего преимущества бесконтактной оплаты раскрываются при совершении платежей в интернете. Расплачиваясь обычной картой, мы вбиваем ее данные (имя и фамилию владельца, срок действия, код), после чего начинается процедура вторичной идентификации владельца, как правило, подразумевающая получение одноразового пароля и так далее, что делает покупку длинной и не очень удобной.

Безусловно, безопасность данного способа платежа не вызывает сомнений. Но поскольку предполагается, что для перевода денежных средств необходимо преодолеть несколько ступенек аутентификации, нередко происходят отказы в проведении платежа – люди не готовы «разгадывать» процедурный пазл оплаты. Особенно часто это случается в европейских странах. Поэтому активно идет поиск способов ухода от этой технологии и создания более простых и удобных форматов платежей в интернете.

Не нужно вводить никаких данных, никаких имен, никаких паролей

Так, технология Apple Pay позволяет после регистрации в данном платежном сервисе покупать товар на ресурсе, поддерживающем такой способ оплаты, в один клик. Буквально. Нужно лишь выбрать товар и способ оплаты Apple Pay, приложить палец к смартфону, и все. Прямо сейчас такую схему можно протестировать на сайте РЖД, например. Не нужно вводить никаких данных, никаких имен, никаких паролей. Особенно ярко эти преимущества раскрываются при проведении всей операции на смартфоне: в приложении или в интернете клиент и выбирает, и оплачивает покупки.

Конечно, карточные данные при этом перемещаются по Сети, поскольку банк-эквайер обязательно должен получить ответ на свой запрос у банка-эмитента, но это данные не оригинальной карты, а токена (защищенной копии). И потому компрометация такой информации в телефоне не является компрометацией данных реальной карты.

Второй - экономический. Пластик стоит денег. Стоимость изготовления одной карты с чипом и бесконтактным интерфейсом составляет примерно 1,5-2 евро. Особенно эти расходы становятся ощутимыми в программах по выпуску предоплаченных карт, карт с коротким сроком действия, карт лояльности и иных проектах, использующих в настоящее время карточные технологии, например, топливные карты. В условиях конкуренции, борьбы за высокую маржинальность доходов и поиска путей снижения расходов технологии без использования карт становятся все более актуальными, привлекают внимание соответствующих игроков.

В современном мире время сжимается, все должно происходить быстро и четко

Третий фактор – логистика. В современном мире время сжимается, все должно происходить быстро и четко. Мы не любим ждать – на доли секунды замешкавшийся на светофоре автомобилист получает поток гудков в спину, любая небольшая очередь вызывает у нас раздражение, а запрашиваемые услуги мы хотим получать в кратчайшие сроки. Процесс оформления и получения карты, как в банковской, так и в иных сферах, не является исключением. Представьте себе, что он может занимать считанные минуты, в течение которых вы скачиваете и активируете мобильное приложение, мгновенно получая средство платежа. И можно даже не упоминать об экономической стороне вопроса – становятся не нужны банковские отделения, курьеры, стойки регистрации и прочие затратные и в настоящее время неизбежные атрибуты распространения пластиковых карт.

Отдельно стоит сказать о том, что помимо собственно карточных, развиваются и другие технологии бесконтактной оплаты при помощи смартфонов. Их основное преимущество - в отсутствии привязки к определенной модели телефона, как в случае с Samsung Pay и Apple Pay. Ведь транзакции могут совершаться с использованием QR-кодов и штрих-кодов, и это уже совсем другая история – абсолютно любой смартфон вне зависимости от производителя и операционной системы может быть с легкостью превращен в средство осуществления платежей. Международные платежные системы создали платежные сервисы mVisa и MasterPass QR, которые предоставляют финансовым институтам, торгово-сервисным предприятиям и потребителям на развивающихся рынках преимущества безналичных средств расчетов. С помощью соответствующих приложений потребители могут совершать покупки, оплачивать счета и отправлять деньги друзьям и родственникам, не используя карт, простым сканированием QR-кода. Для начала работы пользователь загружает на смартфон или мобильный телефон приложение и привязывает к нему данные своего счёта.

Еще один способ бескарточной оплаты (без использования физического пластика), о котором можно упомянуть, – Uber-like приложения, ориентированные на применение в рамках одной индустрии.

«Прощание» с пластиком выгодно в рамках программ лояльности ресторанов и торговых сетей

Как мы уже говорили выше, «прощание» с пластиком выгодно в рамках программ лояльности ресторанов и торговых сетей. Кошельки переполнены картами, от них все уже устали. Когда у людей появляется возможность заменить их приложениями и хранить все данные о скидках, баллах, накоплениях в смартфоне, они с готовностью ею пользуются. Ведь даже в случае потери устройства восстановить аналог карты будет гораздо проще, чем в случае с пластиком. Кроме того, приложение предоставляет продавцу отличную возможность всегда оставаться на связи с клиентами, напоминать о себе и приглашать сделать новые покупки, распространяя персонифицированную информацию о специальных акциях и предложениях.

Закончить рассуждения на тему QRеволюции хотелось бы упоминанием такого яркого явления на рынке платежей как Alipay и Wechat Pay. По данным РБК, по состоянию на апрель 2017 года, количество подтвержденных подписчиков Alipay составляет 450млн человек, а Wechat регулярно использует более 768млн человек. Получается, что это два крупнейших и невероятно быстро растущих по объему подписчиков и операций электронных кошелька, которые позволяют своим владельцам – держателям карт китайских банков - осуществлять покупки в интернете и в торговых сетях в Китае и даже за его пределами без предъявления карты.

Технологической изюминкой данных продуктов является QR-технология

Технологической изюминкой данных продуктов является как раз QR-технология: либо касса сканирует бар-код на приложении в мобильном телефоне, либо приложение телефона сканирует QR-код, сгенерированный под конкретную транзакцию. В результате у каждого из сервисов - Alipay и Wechat Pay - миллионы пользователей в Китае. А если мы посмотрим на данные аналитиков, согласно которым более 122 млн туристов из этой страны путешествуют по всему миру, можно прийти к интересным выводам. Наплыв китайских туристов стимулирует банки во всем мире (Россия – не исключение) рассматривать возможность принимать к оплате этот новомодный метод расчетов. Alipay уже пришел в торговые сети Москвы и, очевидно, что мы находимся только в самом начале пути.

Наверняка в ближайшие годы будут предложены самые разнообразные альтернативные решения для оплаты без карт. Ведь жить на рынке будет то, что удобно пользователям.

Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 26 сентября 2017 > № 2325090 Сергей Лебедев


Россия > Финансы, банки > minfin.ru, 22 сентября 2017 > № 2322270 Антон Котяков

Интервью заместителя Министра финансов Антона Котякова журналу "Финансы"

О расходах федерального бюджета на социальную сферу

Котяков Антон Олегович

Заместитель Министра

Более трети расходов федерального бюджета запланированы на социальную сферу: Интервью с заместителем Министра финансов Российской Федерации А.О. Котяковым.

— Антон Олегович, в новой должности заместителя министра Вы почти полгода. Расскажите, пожалуйста, о вверенной Вам сфере деятельности?

— В Министерстве финансов я курирую социальную сферу. При этом «социальная сфера» – в достаточно широком понимании этого слова. Так, в перечень курируемых направлений входят здравоохранение, образование, наука, социальная защита, культура, спорт, обязательное социальное страхование, оплата труда.

Для понимания направлений нашей деятельности хотелось бы отметить, что в сфере этих отраслей находятся 9 государственных программ и 3 отдельных бюджета бюджетной системы – бюджеты Пенсионного фонда, Фонда обязательного медицинского страхования и Фонда социального страхования.

Социальная сфера напрямую связана с гражданами, с их доходами, с услугами, которыми они пользуются каждый день, поэтому состояние ее финансирования очень чувствительно для общества.

Если говорить непосредственно о расходах, то общий объем расходов федерального бюджета по государственным программам социальной сферы составляет на 2018–2020 гг. около 2,5 трлн. руб. ежегодно, или около 15% всех расходов федерального бюджета. При этом с учетом бюджетных ассигнований на развитие пенсионной системы, расходы федерального бюджета на социальную сферу в указанный период превышают 35% от общей суммы расходов федерального бюджета.

При формировании федерального бюджета на 2018–2020 гг. мы исходили из следующих приоритетов:

– индексация всех социальных выплат, в том числе пенсий, в соответствии с законодательством Российской Федерации;

– обеспечение безусловного и своевременного выполнения всех социальных обязательств государства на федеральном уровне;

– реализация «майских» указов Президента Российской Федерации о повышении заработной платы для отдельных категорий бюджетного сектора.

— Отдельно хотелось бы остановиться на расходах, связанных с оплатой труда. Это, в первую очередь, расходы на реализацию «майских» указов в части доведения заработной платы отдельных категорий в процентном отношении к средней в регионе.

— Предельные объемы бюджетных ассигнований в части фонда оплаты труда отдельных категорий работников федеральных государственных учреждений сформированы с учетом реализации «майских» указов.

В 2018 г. они подходят к своему логическому завершению, в результате чего мы должны достигнуть конечных показателей «дорожных карт» и обеспечить безусловное исполнение «майских» указов. В связи с этим в 2018 г. дополнительно предполагается выделение порядка 118,7 млрд. руб. на повышение средней заработной платы отдельным работникам бюджетного сектора. При этом реализация соответствующих указов осуществляется одновременно с учетом привлечения необходимых ресурсов за счет внутренней оптимизации расходов и внебюджетных источников (платной деятельности).

На сегодняшний день отдельным главным распорядителям бюджетных средств (Минобрнауки России, Минздраву России, Минкультуры России и Минтруду России) уже предусмотрены бюджетные ассигнования для всех получателей средств на повышение оплаты труда в объеме оставшейся потребности с учетом вышеназванных подходов.

Соответствующие органы должны распределить доведенные им бюджетные ассигнования на повышение фонда оплаты труда между получателями средств, в том числе путем перераспределения бюджетных ассигнований между государственными программами Российской Федерации.

Указанное распределение средств на повышение фонда оплаты труда представляется в Минфин России в составе справочных материалов к возвратному распределению бюджетных ассигнований федерального бюджета по соответствующим государственным программам Российской Федерации.

— А что с теми, кто не подпадает под выполнение так называемых «майских» указов?

— Работникам бюджетной сферы, которым не повышается заработная плата по указам Президента РФ, индексация последний раз проводилась в 2013 году. При этом потребительские цены существенно выросли. Длительная неиндексация в условиях инфляции привела к снижению реальной заработной платы работников.

В основном речь идет о работниках государственных учреждений, судьях, прокурорских работниках, сотрудниках Следственного комитета, федеральных государственных служащих. Общая численность таких граждан – около 5,6 млн. человек.

Напомню, что повышение уровня реального содержания заработной платы входит в число законодательно установленных государственных гарантий по оплате труда.

Сейчас в соответствии с проектировками бюджета на 2018–2020 гг. предполагается увеличение оплаты труда для соответствующих категорий граждан с 1 января 2018 г. и в 2019–2020?гг. на прогнозный уровень инфляции.

Расходы на индексацию заработной платы составят около 72 млрд. руб., из них около 22?млрд. – для работников федеральных государственных учреждений, а для работников государственных учреждений субъектов Российской Федерации и муниципальных учреждений?– около 50 млрд. рублей.

— Вы сказали о трех внебюджетных фондах, которые имеют отдельные бюджеты. Как сформирован бюджет Федерального фонда обязательного медицинского страхования и какую роль в расходах на здравоохранение он сегодня играет?

— Необходимо отметить, что около 65% расходов на здравоохранение финансируются из бюджета Федерального фонда ОМС. Общий объем расходов бюджета Фонда на 2018–2020 гг. прогнозируется в объеме 2,0–2,1 трлн. рублей.

Основными направлениями расходов бюджета Фонда ОМС являются предоставление субвенций субъектам РФ на реализацию базовой программы ОМС, а также оплата высокотехнологичной медицинской помощи, не включенной в базовую программу ОМС. При этом в 2018 г. размер субвенций субъектам РФ планируются с увеличением на 301,0 млрд. руб., или 20% к уровню 2017 г., что позволит:

– обеспечить достижение показателей уровня заработной платы отдельных категорий медицинских работников, определенных Указом Президента России от 7 мая 2012?г. № 597;

– проиндексировать заработную плату «неуказных» категорий медицинских работников с 1 января 2018 г. на прогнозный уровень инфляции;

– проиндексировать прочие расходы медицинских организаций (лекарственные препараты, медицинские изделия, коммунальные услуги и др.) на прогнозный уровень инфляции.

Если говорить об особенностях формирования доходов бюджета Федерального фонда ОМС в 2018–2020 гг., то их рост будет обеспечиваться за счет:

– увеличения поступления страховых взносов на ОМС работающего населения в результате ежегодного роста фонда оплаты труда по экономике, который является базой для начисления указанных страховых взносов, а также снижения задолженности плательщиков благодаря улучшению их администрирования Федеральной налоговой службой;

– индексации тарифа страховых взносов на ОМС неработающего населения, уплачиваемых из бюджетов субъектов РФ, в 2018?г. на 8,2%, что позволит увеличить доходы на 50 млрд. руб. к предыдущему году, и в 2020?г. на 4% (26,8 млрд. руб.).

— А как обстоят дела с другими внебюджетными фондами? Речь идет о Пенсионном фонде и Фонде социального страхования. В частности, насколько они сегодня сбалансированы?

— Доходы бюджета Пенсионного фонда сформированы за счет страховых взносов и межбюджетных трансфертов из федерального бюджета.

При этом в проектировках федерального бюджета и бюджета Пенсионного фонда предполагается продление тарифа страховых взносов на 22% в пределах облагаемой базы (сегодня это 876 тыс. руб.) и 10% сверх указанной базы, а также с учетом продления «моратория» на уплату взносов на накопительную пенсию.

Расходы бюджета Пенсионного фонда в бoльшей степени составляют расходы на выплату страховых пенсий. Проектировками федерального бюджета предусмотрена индексация страховых пенсий в соответствии с законодательством на фактический уровень инфляции.

Несмотря на рост фонда оплаты труда, производной от которой являются страховые взносы, Пенсионный фонд попрежнему испытывает серьезный дефицит в части системы обязательного пенсионного страхования. Поэтому на 2018–2020 гг. предусмотрено обеспечение сбалансированности бюджета Пенсионного фонда в рамках передачи межбюджетного трансферта на обязательное пенсионное страхование, объем которого составит около 700–800 млрд. рублей.

Кроме того, значительный объем средств ежегодно предусматривается на финансовое обеспечение расходных обязательств федерального бюджета, оператором которых является Пенсионный фонд. Это, в частности, расходы на предоставление материнского (семейного) капитала, осуществление ежемесячных денежных выплат, оплату присмотра и ухода за отдельными категориями граждан и т.д.

Что касается бюджета Фонда социального страхования, то сегодня он формируется из двух видов социального страхования.

Покрытие складывающегося дефицита бюджета Фонда социального страхования в 2018–2019 гг. планируется осуществлять за счет использования остатка средств на счетах бюджета ФСС, в 2020 г. – за счет привлечения трансферта из федерального бюджета на обеспечение сбалансированности бюджета Фонда социального страхования (до 53 млрд. руб., в зависимости от прогноза социальноэкономического развития).

Благодаря вышеперечисленным мерам обязательства Фонда социального страхования Российской Федерации в 2018–2020 гг. будут исполнены своевременно и в полном объеме.

— В последнее время много говорят о расширении применения критериев нуждаемости при предоставлении мер социальной поддержки. Что нужно сделать в этой сфере?

— Первое, что хотелось бы отметить, – у нас до сих пор нет законодательного определения или хотя бы общего толкования понятия «нуждаемость», не определены критерии, по которым гражданин может быть признан нуждающимся в социальной поддержке.

При предоставлении отдельных видов выплат или услуг, назначение которых производится с учетом доходов получателей, применяются различные подходы.

Например, в качестве критериев нуждаемости используются:

– величина прожиточного минимума (государственная социальная помощь малоимущим гражданам в соответствии с Федеральным законом «О государственной социальной помощи»);

– полуторная величина прожиточного минимума (социальные услуги в форме социального обслуживания на дому и в полустационарной форме в соответствии с Федеральным законом «Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации»);

– средний доход в субъекте Российской Федерации (ежемесячная денежная выплата в связи с рождением третьего ребенка и последующих детей в субъектах Российской Федерации с неблагоприятной демографической ситуацией).

Органы государственной власти субъектов РФ в пределах своих полномочий осуществляют мероприятия, направленные на совершенствование региональных систем социальной поддержки, повышение их социальноэкономической и бюджетной эффективности. Однако эта работа не носит в целом системного, планомерного характера. Частично это связано и с нехваткой методических и информационных материалов.

Таким образом, в целях обеспечения единого подхода к реализации мер социальной поддержки с учетом нуждаемости необходимо:

– законодательно определить понятие «нуждаемость»;

– установить критерии нуждаемости, порядок оценки доходов и имущества семьи (одиноко проживающих граждан), а также круг лиц, относящихся к членам семьи;

– повысить уровень открытости соответствующих мер государственной поддержки с учетом информации о получателях, размещаемой в открытых источниках.

— Антон Олегович, расскажите, пожалуйста, об открытости данных о предоставляемых услугах учреждениями, в том числе учреждениями социальной сферы?

— Да, такая работа ведется. На официальном сайте bus.gov.ru с 1 сентября 2015 г. размещается информация о результатах независимой оценки качества оказания услуг организациями социальной сферы. Получатели социальных услуг – граждане.

На сайте создан раздел «Независимая система оценки качества», на котором размещается информация об учреждениях, в отношении которых проведена независимая оценка качества их работы. Например, вы можете посмотреть рейтинг вашей поликлиники по таким критериям, как: комфортность условий предоставления услуг, время ожидания предоставления услуги и т.п. Кроме того, после получения услуги вы можете оставить отзыв о работе поликлиники.

При этом наша задача – обеспечить простоту и удобство пользования указанным разделом, создать для граждан возможности сформировать свою позицию после ознакомления с результатами независимой оценки.

Хотел бы в целом сказать о том, что мы должны активнее внедрять современные методы оказания мер социальной поддержки граждан. Это возможно как за счет информатизации, так и использования определённых элементов безналичного расчета. Нами сейчас ведется определенная работа в этом направлении.

Россия > Финансы, банки > minfin.ru, 22 сентября 2017 > № 2322270 Антон Котяков


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 22 сентября 2017 > № 2321789 Микаил Шишханов

Консерваторы и пессимисты. Шишханов поспорил с ЦБ о сумме на спасение Бинбанка

Андрей Злобин

редактор Forbes.ru

На докапитализацию банка «Открытие», о санации которого было объявлено три недели назад, регулятор может потратить 250-400 млрд рублей

Миллиардер Микаил Шишханов F 44 поспорил с зампредом ЦБ Василием Поздышевым о размере помощи, которая потребуется для спасения Бинбанка. «По моей оценке, на дорезервирование потребуется 100-150 млрд рублей», - заявил 22 сентября агентству РИА Новости крупнейший акционер Бинбанка, о санации которого на средства Фонда консолидации банковского сектора объявил накануне регулятор.

«Мы оцениваем необходимость доформирования резервов банковской группы от 250 до 350 млрд рублей», — сказал 21 сентября Поздышев. Он уточнил, что эта оценка предварительная и дана с учетом того, что пока не все активы и сделки группы Бинбанк за последний месяц изучены. «Регулятор обязан исходить и оценивать ситуацию из пессимистичного сценария», — пояснил разницу в оценках «дыры» в капитале Бинбанка Шишханов.

Опрошенные Forbes эксперты считают, что на данном этапе рано обсуждать вопрос о том, чья оценка суммы, необходимой для санации Бинбанка, ближе к действительности. «Реального ответа пока нет в природе», — заявил старший директор банковской аналитической группы Fitch Ratings Александр Данилов. «До того момента, пока ЦБ не сделает полную оценку качества активов, снаружи оценить, кто из них прав, кто нет, невозможно. Только аудит отчетности и качества активов выявит реальную цифру».

Старший директор, руководитель Группы банковских рейтингов АКРА Кирилл Лукашук считает естественным, что оценки регулятора и собственника банка в текущей надзорной работе, и тем более в процедурах финансового оздоровления, расходятся. «Потому что традиционно ЦБ занимает более консервативную позицию по оценке тех или иных активов или стоимости обеспечения, предоставленного по ним», — отметил аналитик.

Шишханов 22 сентября также рассказал агентству, что на данном этапе не может поддержать капитал банка новыми вливаниями. «Нужно понимать, что в течение последних полутора лет для поддержки «Бинбанка» я и так вливал в него значительные средства, распродавая другие свои активы», — заявил он.

По оценке зампреда ЦБ, основные активы, связанные с бизнесом собственника Бинбанка, сейчас заведены на баланс Рост банка. «По нашим предварительным, очень осторожным оценкам, примерно около 75% от активов банка Рост — это кредитование в разной форме активов, которые связаны с собственниками банка», — заявил Поздышев (цитата по ТАСС).

Санация и устойчивость банковского сектора

20 сентября ЦБ сообщил, что собственник Бинбанка (№49 в рейтинге 100 самых надежных российских банков Forbes за 2017 год) «обратился к Банку России с просьбой рассмотреть возможность санации через Фонд консолидации банковского сектора». 22 сентября Шишханов уточнил, что обратился в ЦБ с просьбой о санации Бинбанка «недавно, дней семь-десять назад».

21 сентября Банк России объявил о принятии мер по повышению финансовой устойчивости Бинбанка, Рост банка и других банков группы, владельцами которых являются миллиардеры Микаил Шишханов и Михаил Гуцериев F 20. «В рамках данных мер планируется участие Банка России в качестве основного инвестора с использованием денежных средств Фонда консолидации банковского сектора», — отмечалось в пресс-релизе регулятора. Приказом ЦБ в Бинбанк и Рост банк были назначены временные администрации, в которые вошли сотрудники регулятора и ФКБС.

ЦБ принял решение спасать крупнейшие российские банки на средства ФКБС второй раз за три недели. Ранее, 29 августа, ЦБ принял решение осуществить санацию банка «ФК Открытие».

Зампред ЦБ Поздышев 4 сентября заявил, что регулятор может потратить на докапитализацию группы «Открытие» от 250 до 400 млрд рублей. Таким образом, ЦБ предварительно оценил санирование банка «Открытие» и Бинбанка в 500-750 млрд рублей. По данным ЦБ, «ФК Открытие» занимает 8 место в России по размеру активов. А Бинбанк — 12-е. В рейтинге 100 самых надежных российских банков Forbes за 2017 год банк «ФК Открытие» занимал 18-е, а Бинбанк — 49 место.

И банк «ФК Открытие», и Бинбанк фигурировали в письме, которое в августе 2017 года разослал клиентам сотрудник «дочки» Альфа-банка — УК «Альфа Капитал». В письме он предупредил клиентов о проблемах в четырех российских банках, в том числе в «ФК Открытие», Бинбанке, Московском кредитном банке и Промсвязьбанке.

Почти сразу УК «Альфа-Капитал» отозвала письмо, подчеркнув, что «часть высказываний сотрудника не соответствует нашей позиции и не совсем точно отражает действительность». В самом Альфа-банке тогда заявили, что не имеют достоверных сведений о проблемах в этих кредитных организациях. Свою проверку письма провела и Федеральная антимонопольная служба, которая по ее результатам отметила, что сообщения о проблемах в этих банках «не соответствуют действительности, поскольку не подтверждаются официальной информацией».

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 22 сентября 2017 > № 2321789 Микаил Шишханов


Казахстан. США. Евросоюз > Финансы, банки > dknews.kz, 21 сентября 2017 > № 2327935 Бахыт Маженова

Извлеченные уроки

Глобальный финансовый кризис, начавшийся 10 лет тому назад, имел серьезные последствия для банковских систем многих стран мира. Банки Казахстана, как известно, также испытали значительные трудности. Последствия кризиса вызвали необходимость в выработке мер по раннему выявлению проблемных банков и разработке подходов и методов их урегулирования.

Тулеген АСКАРОВ

Об этом и многом другом «ДК» беседует с известным финансистом Бахыт МАЖЕНОВОЙ. Ее более чем 20-летний опыт работы в финансовой сфере базируется на многообразной деятельности в казахстанском банковском секторе, Национальном банке РК, системе высшего образования. Она стояла у истоков формирования национальной системы гарантирования депозитов и 12 лет возглавляла Казахстанский фонд гарантирования депозитов.

– Бахыт Мурсалимовна, какие последствия финансового кризиса испытали банковские системы стран Европы и США, и какие уроки были извлечены?

– Финансовый кризис начался в 2008 году, и до сих пор никто не говорит о его завершении. Одним из главных уроков кризиса является то, что крупные банки также могут обанкротиться. Банкротство крупного банка ведет к неплатежеспобности более мелких банков и разорению компаний, связанных с ним и далее по цепочке к системному кризису. Как известно, в США дефолт крупного инвестиционного банка Lehman Brothers 7 октября 2008 года привел к банкротствам ряда других банков. В целом только за период 2008 – июль 2014 года общее количество американских банков, у которых была отозвана лицензия, составило 504. Из них на момент отзыва 60 банков располагали размером активов лицензии свыше $1 млрд.

За этот же период в Великобритании урегулированию подверглось 7 жилищно-сберегательных кооперативов, из которых два крупных (с размером активов 7 млрд и 4,9 млрд фунтов), а также 6 банков, три из которых – крупные. Многие страны Европы получили горький опыт банкротства крупных банков. Так, например, ABN AMRO в Нидерландах или Dexia в Бельгии. Широко обсуждались банкротства банков Португалии и Кипра, а дефолт исландских банков вообще отдельная история.

Такое значительное количество дефолтов крупных финансовых институтов требовало быстрого принятия решений именно государственными органами и центральными банками этих стран. Зачастую эта помощь оказывалась, когда частные акционеры не находили ресурсов для улучшения состояния проблемного банка, либо, когда объединение с другими финансовыми институтами распространяло «инфекцию» на активы приобретателей. В основном вмешательство государства в Великобритании и Европе проходило по сценарию национализации финансового института с последующей реализацией доли государства частным инвесторам, либо реструктуризацией обязательств и последующим разделением с реализацией бизнеса, как это было с Bank of Cyprus.

– Какие меры были предприняты правительствами этих государств?

– Начнем с выводов, к которым пришли правительства Великобритании и Европы. Большинство европейских стран ранее не сталкивалось с банкротствами банков, а потому не имели отлаженных механизмов и процедур их урегулирования. Решение оказать помощь из средств госбюджета было самым простым, но дорогостоящим. Поэтому первый вывод, к которому пришли западные регуляторы, – необходимо выработать меры для минимизации участия госсредств в спасении частного капитала. Второй вывод – регулятор не всегда способен адекватно оценить размеры рисков проблемного банка и, следовательно, может принять неверное решение по методу его урегулирования.

В этих целях 15 мая 2014 года Евросоюз одобрил директиву «Оздоровления и урегулирования проблемных банков» (Banks Recovery and Resolution Directive– BRRD). BRRD определяет совокупность механизмов, направленных на оздоровление или реорганизацию крупных проблемных финансовых организаций в странах ЕС с целью избежать привлечения средств налогоплательщиков. BRRD также предусматривает обязательства акционеров и кредиторов оплачивать свою долю расходов через механизм «спасения» банков. Согласно этой директиве банки, особенно системообразующие, обязаны формировать планы оздоровления, которые включают меры финансового оздоровления, способы оценки их эффекта, перечень действий по их реализации; показатели, служащие индикаторами необходимости активации плана финансового оздоровления в целом или в какой-то его части.

Великобритания придерживается такого же подхода в отношении формирования планов оздоровления, здесь их еще называют завещание при жизни (living wills). В США, которые и стали инициаторами этого направления еще в 2010 году в рамках акта Додда-Франка, процесс формирования чрезвычайных планов (contingency plan) стандартизирован, так же, как и сама процедура проверки регулятором чрезвычайных планов банков.

Таким образом, в западных странах основной курс в регулировании системообразующих и крупных финансовых институтов взят на повышение ответственности самих банков за то, что их текущая деятельность не приведет к принятию радикальных мер со стороны государства.

– Это большая и интересная тема, но хотелось бы вернуться к ситуации в нашей стране…

– Казахстан не остался в стороне от глобального экономического кризиса – три девальвации, потеря доверия к национальной валюте, дефолты нескольких банков, снижение уровня потребления и многое другое. Но давайте продолжим обсуждение темы о том, как спасали банковскую систему и чему это нас научило.

В целом в период с начала кризиса госпомощь была оказана 5 банкам, из которых три системообразующих и два средних. Хочу напомнить, что три системообразующих банка реализовали различные доли акций ФНБ «Самрук-Казына» в рамках Государственной стабилизационной программы. Альянс и Темир прошли процедуру реструктуризации своих обязательств перед кредиторами (bail-in), и лишь после этого государство вошло в их капитал. Общая сумма финансовой поддержки, оказанной им в 2009 году, составила порядка $12 млрд.

Если оказанная госпомощь усилила позиции Халык банка и Казкоммерцбанка, то БТА она не помогла, хотя ему была оказана самая большая поддержка и ФНБ «Самрук-Казына» выкупил 75% его акций. Поскольку финансовые вливания не улучшили положения этого банка, государство, как основной его владелец, было вынуждено в том же 2009 году начать процесс реструктуризации обязательств БТА перед кредиторами, сократив их на более чем 30%.

Однако и это не дало ожидаемых результатов, после чего в марте 2012 года банк прошел еще одну реструктуризацию своих долгов. В ее результате, согласно аудированной отчетности, обязательства снизились еще на 55%. Это был очень сложный процесс, и кредиторы банка вынуждены были согласиться на предложенные им условия. В ином случае БТА ожидала процедура ликвидации и тогда кредиторы рисковали не получить ничего. Согласно опубликованным данным, общая сумма госвливаний в БТА в виде дополнительных эмиссий, выплат кредиторам, предоставленного займа, выпущенных облигаций и размещенных в банке депозитов составила 1, 495 трлн тенге ($10,26 млр по курсу на тот момент).

– Вы считаете, что спасение БТА было ошибочным шагом?

– Существует много методов урегулирования проблемных банков. В ноябре 2011 году Базельским комитетом были даже приняты стандарты урегулирования проблемных банков под названием «Ключевые атрибуты режимов эффективного урегулирования финансовых институтов». В них описываются основные методы и подходы: реструктуризация долгов (bail-in); передача активов и обязательств проблемного банка здоровому (purchase&assumption); оказание финансовой помощи (bail-out); перевод активов и обязательств в банк-мост и дальнейшая реализация его инвесторам (bridge-bank).

Интересно, что БТА испытал на себе почти все перечисленные методы урегулирования. Но давайте ставить правильные вопросы. Банк спасать было нужно, поскольку БТА в 2008 году контролировал 25% рынка активов Казахстана. Другой вопрос, как это делать, и какова цель спасения? Нужно ли было стремиться сохранить прежние позиции банка? Некоторые экономисты высказывались, что спасать БТА таким образом было необходимо в целях поддержания инвестиционной репутации Казахстана. Я лично не думаю, что две реструктуризации БТА способствовали сохранению инвестиционной привлекательности страны.

И это не конец истории. Как вы знаете, БТА был продан в феврале 2014 года Казкоммерцбанку и Кенесу Ракишеву за 72,1 млрд тенге. Данная сумма была погашена двумя траншами, причем 56,8% от нее, или 41 млрд тенге, были оплачены лишь в июне этого года. Основной задачей сделки являлся обмен активов и обязательств между банками, а именно: плохие активы должны были остаться на балансе БТА, а хорошие активы и обязательства переданы Казкому. Это как раз метод передачи активов с соответствующим размером обязательств (purchase&assumption) проблемного банка другому, здоровому банку. В начале июня 2015 года было официально объявлено о деконсолидации балансов банков, а в начале 2016 года БТА был продан физическим лицам по условной цене. Государство вернуло от общей суммы, потраченной на спасение БТА, лишь 0,02 %, но банк не был спасен… .

– Но и Казкоммерцбанк теперь куплен Халыком…

– Я думаю, одной из основных причин, по которой Казком не смог оставаться на плаву, явилось то, что после деконсолидации балансов с БТА его кредитный портфель существенно ухудшился. Технически разделить активы БТА на плохие и хорошие было сложно, поскольку портфель его активов сильно обесценился после двух реструктуризаций. Кроме того, Казкому были переданы обязательства БТА перед вкладчиками.

Само же объединение Халыка и Казкома имело ряд предварительных условий, одним из основных условий явился выкуп проблемного займа, составлявшего более 50% ссудного портфеля Казкома, Фондом проблемных кредитов. В ином случае качество ссудного портфеля Казкома ухудшило бы ссудный портфель Халыка со всеми вытекающими отсюда последствиями.

– Вы думаете, что ситуация, случившаяся с БТА, может повториться?

– Как я уже сказала, никто не взял на себя ответственность объявить об окончании кризиса. И, да, такая ситуация может повториться, если не извлекать уроки из совершенных ошибок. Очень важно детально проанализировать, что и как произошло в 2008-2014 годах, оценить, где у нас пробелы в законодательстве. Как показывает опыт с БТА, урегулировать проблемные крупные банки сложнее всего. Неверные решения порождают новые проблемы.

И возможно, регулирование крупных банков – это главная задача регулятора на сегодняшний день. Посмотрите, как существенно изменилась структура банковской системы Казахстана. В результате процесса слияний и объединений количество крупных банков уменьшилось с 8 в 2014 году до 5 в 2017 году, но они стали гораздо крупнее. Среди больших банков появился очень крупный Халык-Казком, который контролирует примерно более половины депозитного рынка и рынка активов страны.

– И какие же меры предпринимает регулятор?

– Выкуп плохого займа ФПК у Казкома сам по себе стал определенной мерой по оздоровлению банковской системы страны, которая также обусловила объединение этого банка с Халыком. Применение принудительных мер урегулирования к Казкому могло существенно ухудшить ситуацию на финансовом рынке.

30 июня 2017 года НБ РК утвердил «Программу повышения финансовой устойчивости банковского сектора республики». Это достаточно интересный документ. В качестве меры раннего реагирования на возможные банковские проблемы предлагается применять мотивированное надзорное суждение; будет пересмотрена система мер надзорного реагирования; повысится ответственность акционеров по рекапитализации банков. Внедрение этих мер предполагает усиление надзорных полномочий, а значит, и повышение ответственности самого надзора за правильность, достоверность и профессионализм суждений.

Кроме того, программа предполагает, что господдержка банков будет осуществляться на основе оценки их жизнеспособности, размера возможных потерь по его ссудному портфелю; его системной и социальной значимости и способности акционеров осуществить докапитализацию банка. Программа также определяет перечень инструментов урегулирования. Оператором по осуществлению мер урегулирования проблемных банков пока определен сам Национальный банк, хотя в самой Программе говорится о необходимости разделения функции надзора и процедур урегулирования проблемного банка.

Предполагается, что введение в банковское законодательство требования по обязательному наличию у акционеров банка денег либо имущества в необходимом размере для улучшения его финансового состояния усилит их ответственность.

Внедрение всех указанных мер предполагает, прежде всего, внесение изменений в банковское законодательство. Поэтому реальное их применение возможно в лучшем случае только в следующем году.

– Законотворчество длительный процесс. Но уже сейчас в рамках программы создан Фонд устойчивости, дочерняя организация Нацбанка.

– Основная задача Фонда устойчивости – улучшить собственный капитал крупных банков за счет финансовой помощи центрального банка. Согласно принятой программе схема оказания помощи будет следующей: фонд предоставит денежные средства банку против выпущенных субординированных облигаций сроком на 15 лет, а банк приобретет ГЦБ, таким образом, улучшив свой портфель активов. Эта мера создаст определенную временную подушку, позволив банкам заняться качеством кредитных портфелей, а списание безнадежных займов не приведет к отрицательному значению собственных капиталов. Предполагается также, что акционеры докапитализируют банки в размере не менее 33% от суммы потенциальных убытков в рамках данной схемы. Нацбанк предполагает, что эта мера позволит улучшить качество кредитных портфелей банков в течение 5 лет.

– Будут ли такие меры действенны и повысят ли они устойчивость банковской системы страны?

– Перечень предпринимаемых Нацбанком мер, даже в рамках принятой программы повышения устойчивости, достаточно широк. Мы говорили лишь об отдельных мерах, касающихся урегулирования проблемных банков. Конечно, при условии введения необходимых изменений в банковское законодательство, значительно расширяющих полномочия Нацбанка, а также сохранения общей экономической стабильности в течение ближайших 15 лет, думаю, эти меры дадут положительные результаты.

Казахстан. США. Евросоюз > Финансы, банки > dknews.kz, 21 сентября 2017 > № 2327935 Бахыт Маженова


Казахстан > Финансы, банки. СМИ, ИТ > dknews.kz, 21 сентября 2017 > № 2327845 Данияр Акишев

Данияр АКИШЕВ: «Нужно работать над созданием среды, нежели вводить запреты»

Как мы уже сообщали, в конце минувшей недели председатель НБ РК Данияр Акишев встретился с редакторами печатных и телевизионных СМИ. Встреча состоялась в Центре кассовых операций и хранения ценностей Национального банка РК. Ее соорганизатором выступила наша газета.

Алевтина ДОНСКИХ

Беседа продлилась насколько часов, и по ее окончании Данияр Акишев ознакомил журналистов с работой Центра кассовых операций и хранения ценностей (Гохрана). Накануне встречи в нашей газете вышло обширное интервью с председателем Нацбанка, а в СМИ было достаточно много информации о состоявшейся беседе, поэтому мы дадим короткие ответы банкира по тем вопросам, которые оказались наиболее интересными.

Все ли резервы страны хранятся в Гохране?

Валютные активы НБ РК и Нацфонда инвестированы в зарубежные финансовые инструменты и золото. Почему это делается? Для диверсификации рисков, поскольку у Казахстана – открытая экономика, которая является частью мировой. «Мы экспортируем товар, услуги и также их импортируем, соответственно мы должны иметь резервы, размещенные в иностранных валютах, для того, чтобы была возможность все эти потоки обслуживать.

Большая часть золота хранится в здании Центра кассовых операций и хранения ценностей. Часть золота Нацбанк держит за границей на случай каких-либо непредвиденных ситуаций. Это позволяет быстро обратить его в более ликвидный актив. Например, инвалюту или другой товар. Это нормальная практика. У НБ РК достаточно взвешенная структура, как портфеля валютных резервов, так и портфеля золота. Здесь нашим гражданам переживать не за что», подчеркнул – Д. Акишев.

Как долго может страна жить на свои ЗВР?

ЗВР Казахстана оцениваются в 91 млрд долларов. Относительно ВВП это больше 60%. Такая большая подушка безопасности. «Если бы вдруг прекратился приток денег в страну, то только резервы НБ РК покрывают порядка 9 месяцев импорта. По стандартам МВФ – минимальное значение – составляет 3 месяца импорта. Понятно, что это гипотетическая ситуация, и понятно, что такое даже невозможно представить», – резюмировал тему Д. Акишев.

О МИНИ-СЛИТКАХ ЗОЛОТА И ПОКУПАТЕЛЬНОЙ СПОСОБНОСТИ

Монеты из драгметаллов – золота и серебра – пользуются значительным спросом у населения. Но золотой слиток – это инвестиция. Основная масса людей покупает недорогие, 10-граммовые слитки. Популярен 100-граммовый слиток, хотя его стоимость превышает миллион тенге. Это достаточно дорогой продукт для населения, тем не менее, это один из самых популярных слитков. НБ РК за три месяца уже продал почти 9000 различных слитков. Это около 25 кг золота. «Я думаю, что успех этой программы в том, что продает их не НБ, а банки второго уровня – наши партнеры в своих филиалах. Это доступно населению. Этот товар ликвиден: вы можете прийти в банк и продать слиток в любой момент времени при целостности и неизменности упаковки», – подчеркнул глава НБ РК.

Одна из идей Нацбанка дать право торговли золотом и обменным пунктам, которые принадлежат не только банкам, но и юрлицам, с тем, чтобы они котировали золото так же, как котируют инвалюту, и выставляли на табло цену покупки и продажи золота. Чтобы человек мог спокойно как купить, так и продать этот золотой слиток.

Есть регионы, в которых больше интересуются золотыми слитками, чем в Астане и Алматы. Так, в Усть-Каменогорске большая динамика. Пока это пилотный период, и, исходя из текущих показателей, его можно считать успешным. Но ближе к концу года будет понятно, насколько это успешно в целом.

Кто скупает золото у предприятий?

«У нас запрещен вывоз золота из Казахстана, – напомнил глава финансового регулятора. – Мы выкупаем у производителей все золото по мировой рыночной цене. У нас также есть три аффинажные мощности. Аффинажный завод ТОО «Тау-Кен Алтын» способен переработать все золото в Казахстане. Бенефициаром всей этой политики является страна. Золото, по сути, – самый ликвидный актив. Оно является источником ЗВР, обеспечением устойчивости на валютном рынке, всей финансовой и экономической системы».

Новый паритет тенге с рублем?

Эта ситуация отражает внешнеэкономические тенденции: происходит рост импорта из России, соответственно возрастает спрос на российский рубль, который, естественно, в этих условиях начинает дорожать. «Но мы никогда не говорили о том, что Национальным банком какой-то паритет между российским рублем или тенге таргетируется, либо он должен быть каким-то, – подчеркнул Д. Акишев. – Здесь возможна любая ситуация, которая в первую очередь будет определяться теми экономическими отношениями, которые есть между нашими странами. В первую очередь это экспорт и импорт товаров и услуг между Россией и Казахстаном.

Этот вопрос из серии: раньше был паритет тенге к доллару на уровне 180 тенге за доллар, вернемся ли мы к нему когда-нибудь?»

О ВАЛЮТНЫХ ИНТЕРВЕНЦИЯХ

Нетто-интервенции НБ РК в июне составили около 100 млн долларов, в августе – порядка 70 млн долларов. При этом объем рынка в эти месяцы превышал 2 млрд долларов. Соответственно, если смотреть на общий объема торгов, показатель объема интервенций НБ РК небольшой. Показатели по интервенциям публикуются на сайте НБ РК, ориентировочно на 5-й день после окончания месяца.

Причины выхода финансового регулятора на валютный рынок: девальвационные ожидания, в которые поверил народ, банки и их клиенты; узкий рынок – нет продавцов инвалюты, но есть, к примеру, 10 покупателей, которым нужно обслуживать свои импортные контракты, продавать валюту обменным пунктам. И если предложение валюты в моменте равно 0, то НБ РК выходит и влияет на ситуацию.

«Как правило, эти ситуации происходят очень редко: в период либо значительного обострения, либо значительных изменений каких-то параметров на внешнем рынке. Но никакой конкретной математики либо очевидной формулы, по которой можно посчитать размер и вероятность интервенции, нет и быть не может, – пояснил председатель Нацбанка. – Тратить на эти расчеты время в условиях свободно плавающего курса – бессмысленно. Курс должен формироваться сам. Но когда на рынке происходит какая-то стрессовая ситуация, НБ оставляет за собой право вмешиваться. Если мы видим устойчивый тренд, мы ему не препятствуем. И причины типа солнечное затмение, государственный праздник, начало учебного года и прочие не являются для нас причинами для сдерживания курса».

Нефть растет, выручка страны растет, а тенге обесценивается. почему?

«Да, валютная выручка увеличивается, но она не вся попадает на внутренний валютный рынок. У нас режим валютной либерализации, и репатриация валютной выручки происходит не в моментпродажи товара за рубежом. Компании могут ее подержать за границей, не продавать ее на внутреннем валютном рынке.

Сейчас до 75% от общего объема валютной выручки генерирует 25 компаний. И часть выручки они просто не перевели в страну. Сумма, которая находится за рубежом, составляет от 4 до 8 млрд долларов.

Но смысл либерализации был направлен на то, чтобы в условиях рыночных отношений обеспечить свободу предпринимательской деятельности. Мы даем экономическую свободу нашим субъектам экономики в стране. Но если мы отходим от валютной либерализации, тогда инвестиционный климат может от этого пострадать.

Я считаю, что нужно работать над созданием среды и администрированием, нежели вводить прямые запреты».

Диалог показал, что глава Нацбанка не уходит от острых вопросов, он был открыт и пообещал продолжить практику подобных встреч. Журналисты и читатели могут готовить свои вопросы…

Казахстан > Финансы, банки. СМИ, ИТ > dknews.kz, 21 сентября 2017 > № 2327845 Данияр Акишев


Россия > Финансы, банки > minfin.ru, 21 сентября 2017 > № 2322258 Алексей Лавров

Заместитель Министра финансов Алексей Лавров принял участие в Международном форуме стран БРИКС по инициативному бюджетированию

Лавров Алексей Михайлович

Заместитель Министра

21 сентября Заместитель Министра финансов Алексей Лавров принял участие в первом рабочем дне Международного форума стран БРИКС по инициативному бюджетированию «Вовлечение граждан в развитие общественной инфраструктуры». В мероприятии, помимо иностранных гостей, участвуют члены Совета Федерации, представители финансовых органов регионов России, а также делегаты муниципальных образований Республики Башкортостан.

В своем выступлении на пленарном заседании Алексей Лавров отметил, что Минфин России не видит законодательных ограничений в развитии практик инициативного бюджетирования на местном уровне. В свою очередь, член Совета Федерации от Республики Коми Дмитрий Шатохин озвучил в своем выступлении предложения Совета Федерации, в том числе предложение о включении в бюджетный кодекс нового принципа гражданского участия, а также закрепления понятия «инициативное бюджетирование».

Для обсуждения вопросов нормативно-правового регулирования инициативного бюджетирования на Форуме организована секция «Государственное регулирование практик вовлечения граждан».

Практика инициативного бюджетирования должна быть внедрена во всех регионах России, уверен Алексей Лавров. В кулуарах мероприятия он сказал: «На сегодняшнем форуме отмечалось, что Россия достаточно поздно по сравнению с другими странами подключилась к процессу инициативного бюджетирования - начиная с 2006 года, - но за последние годы сделала большой прогресс в этом направлении. Сейчас практикой инициативного бюджетирования охвачено 47 субъектов Федерации. Хотелось бы достичь цифры 85», - сказал он.

«Мы бы хотели видеть высокое качество инициативного бюджетирования. Самое главное - граждане должны быть инициаторами этих проектов; эти проекты не должны им спускаться сверху, навязываться. Если группа граждан выдвигает проект, это значит, что она будет следить за его реализацией до самого завершения, а затем использовать его результат», - передает агентство ТАСС слова Алексея Лаврова.

По его словам, роль федерального центра должна заключаться в координации деятельности регионов, содействии обучению людей, которые вовлечены в процессы инициативного бюджетирования. Лавров напомнил, что этими вопросами занимается Центр инициативного бюджетирования, который создан в Научно-исследовательском финансовом институте (НИФИ) при Минфине России. Кроме того, в проекте участвуют негосударственные структуры, в частности Комитет гражданских инициатив (КГИ) и Центр стратегических разработок (ЦСР).

Алексей Лавров также сказал: «У нас есть относительно небольшой, но очень значимый проект по формированию бюджетной грамотности. Уже разработаны учебные курсы, модули, которые вставляются в школьные программы. Они прошли апробацию примерно в десяти школах в трех субъектах Федерации». «В настоящее время идет работа по их включению в качестве базовых модулей обучения на постоянной основе для всех школ», - сообщил Заместитель Министра.

По его словам, благодаря программе Минфина России у школьников появляется активный интерес к информации о налогообложении, о формировании бюджета. «И мы уверены, что в будущем, когда они станут избирателями, будут активными участниками бюджетного процесса», - подчеркнул Алексей Лавров.

Проект по обучению старшеклассников бюджетной грамотности с 2016 года реализуется в пилотном режиме в Алтайском и Пермском краях, а также в Республике Башкирия.

Россия > Финансы, банки > minfin.ru, 21 сентября 2017 > № 2322258 Алексей Лавров


Россия > Финансы, банки > minfin.ru, 19 сентября 2017 > № 2322327 Антон Силуанов

Министр финансов Антон Силуанов принял участие в работе Комитета Государственной Думы по бюджету и налогам

Силуанов Антон Германович

Министр финансов Российской Федерации

А.Г. Силуанов: О макроэкономике не будем говорить, я думаю, коллеги из Министерства экономического развития на ней остановятся. Но что я хочу сказать – что по сути дела мы начали действительно адаптировать бюджет, который после всех внешнеэкономических последствий и сокращения доходной части бюджета нам приходилось приводить в соответствие с новыми возможностями. По сути дела, внедряются уже те бюджетные правила, которые Государственная Дума приняла в текущем году и с которыми мы уже сформировали следующую трехлетку.

И как раз этот принцип бюджетных правил, принцип определения возможностей, исходя из доходов и ограничения дефицита бюджета, он сработал и сделал свое дело с точки зрения оздоровления экономики. Мы видели, что начала снижаться инфляция, как мы говорили, достигнут исторический минимум инфляции, 5,4%. Стали более доступными кредиты, начали создаваться условия для роста экономики.

Бюджет. Мы видели, что он исполнен еще с дефицитом 3,4% ВВП. В качестве источников использовали Резервный фонд, было использовано 2,1 триллиона Резервного фонда. Кстати, хочу сказать, что на следующий год у нас оценка средств Резервного фонда (Фонда национального благосостояния, теперь все резервы объединены в одном фонде) 4,5 триллиона рублей, из которых не вложено в активы около 2,4-2,5 триллиона рублей. Так вот, в прошлом году было задействовано средств Резервного фонда для финансирования дефицита бюджета 2,1 триллиона рублей.

Это о чем говорит? Почему мы снижаем в следующем и последующие годы, и почему мы ориентируемся только на собственные возможности – потому что мы потратили объем резервов такой, который примерно у нас остался на следующий год. Поэтому нам невозможно, нельзя использовать подушку безопасности так, как мы это делали в самый такой посткризисный период, когда действительно нужно было поддержать исполнение наших обязательств и выполнить все первоочередные, в том числе, в первую очередь, конечно, социальные обязательства. Поэтому мы в следующее трехлетие очень аккуратно относимся к использованию резервов. Вы знаете, что начиная с 2019 года, мы уже не используем нашу подушку безопасности.

Что касается доходов, как раз мы говорили о том, что они сложились с тем, что самый низкий уровень был в 2016 году – 5,6%. Мы помним, что, предположим, в 2015 году это 7% ВВП, в 2014-м – 9,4% ВВП. Во всех случаях на протяжении всех последних лет это самый низкий уровень нефтегазовых доходов, и соответственно расходы мы профинансировали в полном объеме, и естественно, нам потом приходилось увеличивать дефицит бюджета.

Хочу сказать, что особенностью тоже прошлого года было то, что мы осуществили самый значительный по объему приватизационный (…). Мы продали «Роснефть», «Башнефть», привлекли под триллион рублей доходов от приватизации. Правда, мы получили это в виде дивидендов, это было зачислено в доходы бюджета. И эти средства позволили, кстати, нам не только сбалансировать, улучшить балансировку бюджета, но и закрыть те долги бюджета перед предприятиями оборонки, которые накопились в результате опережающего финансирования гособоронзаказа, так называемой кредитной схемы. Поэтому эти средства были направлены на расчистку долгов оборонных предприятий, что также положительно сказалось и на экономике.

На что хотелось еще тоже обратить внимание, несмотря на все ограничения, мы тем не менее реализовывали наши программы. Несколько буквально моментов назову. Речь идет, предположим, о Минздраве. Несмотря на все ограничения, тем не менее мы выполнили показатели по объему производства собственных лекарственных средств – раз, снизился показатель смертности от целого ряда болезней.

По сельскому хозяйству у нас достигнут один из самых высоких урожаев. Это в том числе и следствие той бюджетной политики, которая проводилась. Потому что сельское хозяйство, всегда мы на комитете очень внимательно рассматриваем объемы средств, направление этих средств, постоянно нас подправляют. Поэтому результаты есть, результат мы видим с точки зрения урожая и прироста основных сельскохозяйственных культур, который составил 7,8% рост. Это при том, что по большинству отраслей экономики мы видели продолжение снижения роста отраслей.

Обеспечен рост выпуска машин и оборудования для сельского хозяйства на 24%. То есть в 2016 году начались такие процессы импортозамещения. Это связано и с учетом поддержки, которая оказывалась из бюджета, но и, конечно, те преимущества, которые получили наши предприятия в результате и изменения курсовых политик, и изменений в экономике.

В прошлом году, хочу сказать, был реализован план деятельности Правительства по обеспечению стабилизации социально-экономического развития. Если раньше это у нас называлось «антикризисный план», то сейчас уже в планомерном порядке была осуществлена поддержка и автомобильной промышленности, что позволило стимулировать автомобильную технику и сохранение рабочих мест. Более 50 миллионов рублей было направлено. Были направлены средства на предоставление дешевых займов в промышленности, в то время как кредитные ресурсы в 2016 году оставались еще достаточно дорогими. Были поддержаны такие направления, как транспортное машиностроение, сельскохозяйственное машиностроение.

И конечно, еще Внешэкономбанк – вы помните, какая ситуация была у нас сегодня, долги, и ВЭБ стоял перед такой чертой – что делать, как осуществлять исполнение своих обязательств. Так вот, государство помогло, и выдало дополнительно при всех ограничениях 150 миллиардов рублей. Мы этим самым спасли наш ключевой институт развития, который в этом году достаточно устойчиво работает, и уже мы видим возможности сокращения тех объемов поддержки, которые изначально были, и он сам начинает уже самостоятельно набирать обороты.

Важно, конечно, было также поддержать из бюджета и ипотечников, потому что процентные ставки были высокие, и у нас в прошлом году действовала программа поддержки ипотеки. Хочу сказать, что это одна из самых успешных действительно программ, мы субсидировали часть процентных ставок коммерческих банков, и у нас строительство жилья планируем обеспечить поддержкой этой программы, поддержкой из федерального бюджета.

Несколько слов о бюджетах регионов. Хочу сказать, что они в меньшей степени почувствовали все кризисные явления. Вы помните, что за 2016 год мы увидели самый низкий уровень дефицита бюджета, 12,4 миллиарда рублей всего составил дефицит бюджета субъектов Российской Федерации. Конечно, география говорит о том, что по целому ряду субъектов сохраняется сложное положение с долгами, которые росли в последние годы, но опережающий рост доходов над расходами, который сохраняется и в текущем году, позволяет постепенно снижать долг в номинальном выражении и в удельном весе к собственным доходам бюджетов субъектов Российской Федерации.

И мы видим, что начиная с 2016 года, началось постепенное ослабление долгового бремени для регионов, и этот процесс продолжается в текущем году. Мы видим, что исполнение бюджетов субъектов Российской Федерации с профицитом бюджета. В целом на сегодняшний момент это большие объемы, за 600 миллиардов рублей, профицит бюджета текущего года снизится к концу года, потому что обязательства будут выполняться, но тем не менее ситуация исполнения бюджетов в текущем году лучше, чем в предыдущем. А в 2016 году существенно была более позитивным, чем ранее. И это благодаря той политике поддержки субъектов непосредственно, как за счет финансовой помощи, так и за счет подписания соглашений по контролю за расходами, контролю за долгом контролю за дефицитом бюджета.

Уважаемые депутаты, мы изучили исполнение бюджета за 2016 год, видим, что существенно увеличилось количество нарушений. Это нас, конечно, не может не беспокоить. И здесь Министерство финансов, наше Правительство, принимают меры по улучшению качества отчетности. Потому что Счетная палата справедливо указывает на низкий уровень финансовой отчетности, не то, что отчет об исполнении бюджета идет, финансовая отчетность, отражение операций с имуществами комплексная несвоевременно и не в полном объеме осуществлялась. Поэтому мы здесь в этом году принимали решение о расширении применения казначейского механизма исполнения бюджета, и выборки всех вопросов, касающихся финансовой отчетности.

Поэтому, уважаемые депутаты, мы просим рассмотреть отчет об исполнении бюджета, и просим принять в первом чтении в целом закон «Об исполнении федерального бюджета за 2016 год». Спасибо за внимание.

Россия > Финансы, банки > minfin.ru, 19 сентября 2017 > № 2322327 Антон Силуанов


Россия > Финансы, банки. Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 19 сентября 2017 > № 2316090 Екатерина Еременко

Отказ «Системы». АФК обжаловала решение суда по спору с «Роснефтью» на 136,3 млрд рублей

Екатерина Еременко

Корреспондент Forbes

Пресс-секретарь «Роснефти» заявил, что нефтяная компания расценивает подачу жалобы как односторонний отказ АФК от мирового соглашения

АФК «Система» во вторник, 19 сентября, подала апелляционную жалобу на решение башкирского суда по иску «Роснефти», взыскавшего с корпорации 136,3 миллиарда рублей в пользу «Башнефти». Об этом Forbes сообщил официальный представитель «Системы» Сергей Копытов.

«В апелляционной жалобе подробно изложена оценка корпорацией решения суда первой инстанции. В то же время в соответствии с процессуальным законодательством подача апелляции является необходимым этапом для возможного мирового соглашения, которое может быть утверждено только в рамках судебного процесса», — объяснил он. Отвечая на вопрос о планах по мирному урегулированию спора, он подчеркнул, что позиция АФК не изменилась. «Как мы ранее заявляли, корпорация стремится к нахождению приемлемого для обеих сторон решения», — добавил Копытов.

Пресс-секретарь «Роснефти» Михаил Леонтьев заявил Forbes, что юристы нефтяной компании еще не ознакомились с текстом жалобы. «Жалобу мы комментировать не можем, поскольку ее еще не видели. Но сам факт подачи жалобы расцениваем как односторонний отказ от мирового соглашения», — пояснил Леонтьев.

В свою очередь президент АФК «Система» Михаил Шамолин передал через представителя, что в нефтяной компании неверно интерпретировали необходимые процессуальные действия.

«Подача апелляционной жалобы не только не является односторонним отказом АФК от мирового соглашения, а напротив, является обязательным условием его заключения, поскольку только суд может такое соглашение утвердить. Без подачи жалобы в суд второй инстанции решение суда первой инстанции вступает в силу автоматически», — пояснил Шамолин. Он также подчеркнул, что АФК заинтересована и готова заключить мировое соглашение с НК «Роснефть», и хотя его условия являются предметом переговоров, в компании уверены, что вместе с истцом смогут «реализовать ожидания», обозначенные президентом России Владимиром Путиным.

Арбитражный суд Башкирии 23 августа частично удовлетворил иск «Роснефти», постановив взыскать сумму убытков в размере 136,3 млрд рублей. Как следует из опубликованного решения, арбитражный суд Башкирии признал реорганизацию «Башнефти», которую в 2014 году провели бывшие собственники АФК «Система» и «Система-Инвест», способом неправомерного вывода активов из компании.

История судебного разбирательства и выводы суда

С 2005 по 2014 год «Башнефть» входила в состав АФК «Система» Евтушенкова. В 2014 году «Башнефть» была возвращена в государственную собственность. Евтушенков тогда находился под следствием в связи с нарушениями в ходе приватизации компаний башкирского ТЭКа, которые достались сыну бывшего президента Татарстана Муртазы Рахимова — Уралу. В 2016 году 50,1% акций «Башнефти» приобрела «Роснефть», заплатив за пакет 329,7 млрд рублей. Позднее, после оферты миноритариям, «Роснефть» стала контролировать 57,7% уставного капитала «Башнефти».

Сразу после приобретения «Башнефти» у покупателя возникли претензии к тому, как управлялась компания: главный исполнительный директор «Роснефти» Игорь Сечин заявил о выводе нефтесервисных активов «Башнефти». АФК «Система» их вернула за те же деньги, что и покупала, — 4,1 млрд рублей.

2 мая 2017 года Арбитражный суд Москвы зарегистрировал иск «Роснефти» и подконтрольной ей «Башнефти» о взыскании 106,6 млрд рублей с АФК «Система» и ее дочернего АО «Система-Инвест». В сумму в 106,6 млрд рублей вошли 57,2 млрд рублей за потерю акций «Системы-Инвест», 36,9 млрд рублей долга «Башнефти» и 12,5 млрд рублей расходов, понесенных при обязательном выкупе акций компании у миноритариев, несогласных с условиями реорганизации «Башнефти».

10 мая Арбитражный суд Москвы вернул иск без рассмотрения на том основании, что дело ему неподсудно. После этого «Роснефть» подала иск на ту же сумму в арбитражный суд Башкирии. На своем первом заседании 6 июня башкирский суд удовлетворил ходатайство «Роснефти» об увеличении суммы исковых требований до 170,6 млрд рублей с учетом девальвации рубля.

Официальный представитель АФК «Система» Сергей Копытов тогда заявлял, что и предыдущая сумма требований была абсолютно не обоснована, подчеркивая, что «все документы, касавшиеся реорганизации «Башнефти», включая разделительный баланс, были подготовлены в полном соответствии с корпоративными процедурами и требованиями действующего законодательства».

В июне 2017 года АФК «Система» предложила «Роснефти» урегулировать спор во внесудебном порядке, однако в «Роснефти» посчитали, что конкретных предложений «Система» не представила. 26 июня Федеральная служба судебных приставов по Москве наложила арест на принадлежащие АФК «Система» и АО «Система-Инвест» 31,76% акций в уставном капитале ПАО «МТС», 100% акций в уставном капитале АО «Группа компаний «Медси» и 90,47% акций в уставном капитале АО «БЭСК».

Арбитражный суд Башкирии 23 августа частично удовлетворил иск «Роснефти», постановив взыскать сумму убытков в размере 136,3 млрд рублей. Как следует из опубликованного решения, арбитражный суд Башкирии признал реорганизацию «Башнефти», которую в 2014 году провели бывшие собственники АФК «Система» и «Система-Инвест», способом неправомерного вывода активов из компании.

Россия > Финансы, банки. Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 19 сентября 2017 > № 2316090 Екатерина Еременко


Казахстан > Медицина. Финансы, банки > dknews.kz, 19 сентября 2017 > № 2316011 Толебай Рахыпбеков

Толебай Рахыпбеков: Откладывая ОСМС, мы потеряем здравоохранение

Сегодня в эпицентре дискуссии будущее всеобщего медицинского страхования в стране, будет ли отложен полномасштабный запуск реформы и какие последствия могут быть у такого решения? Председатель Совета Директоров АО «Медицинский университет Астана», доктор медицинских наук, профессор, член-корреспондент НАН РК; PhD Толебай Рахыпбеков в интервью корреспонденту Zakon.kz поделился своим мнением.

- Сегодня одним из самых актуальных вопросов в здравоохранении является необходимость внедрения обязательного социального медицинского страхования. В 1996-1998 годах в Казахстане такой опыт уже был, как вы считаете, не повторится ли ситуация сейчас?

- Когда вводился ФОМС в 90-х годах, была сложная экономическая ситуация в стране. В то время долг по зарплате врачей и медсестер составлял 1,5-2 года. На всё здравоохранение в бюджете выделялось всего 49 миллиардов тенге. К банкротству ФОМС привели объективные обстоятельства. Например, акимы областей за страхование неработающего населения платили всего от 4 до 17% от запланированного. Администрировал страховые взносы сам ФОМС, отвечал за сбор, реализацию страховых полюсов. Были даже случаи, что в приемных покоях продавали страховые полисы, дешевле в 10 раз реальной стоимости лечения, это все – неправильный менеджмент. Сейчас в новом проекте, в законе, все эти риски учтены и проработаны. Фонд социального медстрахования будет определен в качестве единого плательщика услуг, ответственность за администрирование возложена на налоговые органы, поэтому система должна эффективно работать.

Поэтому неудачный опыт внедрения ФОМС в начале 90-х не может служить отрицанием новой системы обязательного социального медицинского страхования.

- В обществе активно обсуждается вопрос, что ОСМС - это новый вид налогообложения. Что вы думаете по этому поводу?

- Я помню, как все это начиналось. Была идея мотивировать людей к бережливому отношению к своему здоровью. Создали рабочую группу с участием иностранных экспертов и других лиц, обсуждали реально возможность введения сооплаты медицинских услуг. Но в конце концов, изучая опыт зарубежных государств, где уже была введена сооплата, пришли к выводу, что очень трудно администрировать подобные проекты, и это может вызвать некоторую социальную напряжённость в обществе. И было принято решение вводить обязательное социальное медицинское страхование, т.е. когда мы говорим о том, налог это или не налог, надо понимать, что это специальные деньги для здоровья самого народа, как бы они не назывались. Они направлены на социальную защиту народа. Что означает слово солидарная ответственность? Государство берет на себя часть расходов, часть покрывает пациент и часть работодатель. Поступают платежи из бюджета или другими способами, методы изъятия налогов бывают разные: корпоративный, подоходный налог, земельный, НДС, и т.д., или же оно берётся с фонда заработной платы. Название не имеет никакого значения, самое главное надо помнить, что финансирование здравоохранения является не финансированием лечебно-профилактических учреждений, а социальной защитой населения.

У казахского народа всегда существовала взаимопомощь, в особо трудных жизненных ситуациях люди складывались кто чем может, это называется «жылу», или были кассы взаимопомощи. В страховании самое главное – это закон больших чисел, таким образом здоровый платит за больного, богатый за бедного, и таким образом вот эти средства будут служить для социальной защиты всего народа.

Согласно 102-й Конвенции Международной Организации Труда, государство должно обеспечить социальную защиту своих граждан на случай болезни, травм и отравлений, беременности и родов. Это форма социальной защиты населения, и поэтому не имеет смысла спорить на эту тему.

Так как внедрение ОСМС необходимо для социальной защиты населения и для того, чтобы повысить мотивацию людей к ответственности за свое здоровье, а систему здравоохранения к улучшению качества медицинской помощи. Другой вопрос, что ФСМС должен быть прозрачным, чтобы в распределении ограниченных ресурсов участвовали как сторона пациентов, т.е застрахованных, так и страхователь, чем больше гражданское общество будет принимать участие, тем более прозрачным будет распределение.

- Национальная палата предпринимателей считает, что ОСМС невыгодно предпринимателям и ведет к дополнительным нагрузкам на бизнес, как вы на это смотрите?

- Я думаю, что президент сделал за многие годы столько важного для развития предпринимательства, и у нас низкие налоги для бизнеса. И я не представляю, как целевые взносы от заработной платы послужат тормозом к развитию предпринимательства, тем более эти целевые деньги направлены на здоровье каждого конкретного человека. И нужно правильно понять это, я думаю, и предприниматели не будут против.

- Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев, говоря в начале сентября о системе ОСМС, заявил, что около 2,7 миллиона самозанятых граждан останутся "за бортом" медстрахования. Он призвал разобраться в сложившейся ситуации и принять совместное решение, каким вы видите это решение?

- Статус самозанятого населения конечно определен, но в преддверии подготовки к данной статье мы провели среди них исследование. Кто такой самозанятый человек? Например, беседа с таксистом, который работает через компанию и оплачивает этой компании 14-15 000 тенге, показала, что им (таксистам) пенсионные взносы не перечисляют, они налогов не платят, по их доходам сказать, что они еле выживают – невозможно, врачи получают намного меньше. Общение с людьми, которые например убираются в квартирах, ведут домашнее хозяйство, показало, что они тоже никуда не платят налоги. Министерство социальной защиты занимается вопросом безработицы сейчас очень активно. У них есть проект «Өрлеу», он распространяется на страну, очень хороший проект. Самозанятое население нужно структурировать, это не все 2,7 млн. человек. Среди них есть люди с хорошим доходом, есть претенденты на статус безработного, и как в любом обществе, есть тунеядцы. Этим контингентом надо заниматься, опрошенные готовы платить за медицинское страхование, при получении гарантий на предоставление качественной медицинской помощи. Из-за этого откладывать внедрение ОСМС не стоит. По ходу внедрения, до 2020 года надо будет разбираться, тем более есть поручение президента, и надо помнить, что никогда 100% сбора средств не будет.

К примеру, помогая своим детям старше 25 лет, мы их делаем инфантильными, неспособными к жизни, здоровыми инвалидами.

- Как вы считаете, действительно ли есть реальная необходимость откладывать переход к ОСМС?

- Как я уже сказал, самозанятое население не причина для откладывания, во-вторых я считаю, что внедрение ОСМС не должно быть затянуто, система уже начала работать, уже начали собирать взносы. У нас должно быть движение к 5,5% от ВВП и солидарной ответственности. Возникает вопрос, что делать с сегодняшними больными, они же 2 года не будут ждать качественной медицинской помощи? Начинающий врач получает 46 тысяч тенге, он будет 2 года ждать повышения заработной платы? Мы останемся без врачей. Они итак уходят в другие сферы. Сколько бы мы не готовили новые кадры, все время есть дефицит. Поэтому откладывать внедрение очень опасно для тех, кто сегодня болеет, для тех, кто преждевременно умирает.

- Какой вы представляете себе будущею систему здравоохранения?

- Если мы сегодня не повернемся лицом к персонифицированной медицине, мы отстанем от мира на 50 лет. Я приведу простой пример: всем известная голливудская кинозвезда Анжелина Джоли, сделав генетический анализ и обнаружив гены высокого риска развития рака молочной железы, сделала операцию по удалению молочной железы, вот что такое персонифицированная медицина.

Таким образом, на основе генотипа человека можно сделать персонифицированную карту профилактики еще в самом раннем возрасте. Вот на что в ближайшее время должно потратить средства государство.

И государство, я думаю, если пойдет на затраты по обеспечению регионов генетическими лабораториями, внедрению генетических паспортов, тогда на их основе будут разработаны индивидуальные программы предупреждения болезней. Я вижу систему здравоохранения будущего так: у каждого гражданина с рождения будет генетический паспорт, будет составлена индивидуальная программа профилактики заболеваний. А все это требует личной ответственности за здоровье здоровых, государства, гражданина и работодателя, а это невозможно без внедрения системы обязательного социального медицинского страхования.

Казахстан > Медицина. Финансы, банки > dknews.kz, 19 сентября 2017 > № 2316011 Толебай Рахыпбеков


Казахстан > Финансы, банки. СМИ, ИТ > kapital.kz, 18 сентября 2017 > № 2315979 Данияр Акишев

Данияр Акишев: о курсе, интервенциях, золоте и криптовалюте

В Нацбанке объяснили, почему курс тенге может падать при повышении цен на нефть

Национальный банк РК продолжает проводить политику открытости. На днях председатель Нацбанка Данияр Акишев в очередной раз встретился с главными редакторами печатных и телевизионных СМИ, чтобы ответить на все интересующие вопросы.

Про паритет тенге к рублю

«В сентябре курс тенге к рублю пробил отметку в 5,94. Прокомментируйте этот скачек. Можно ли говорить о том, что паритет тенге к рублю в 5,9 можно считать новым паритетом? Есть ли у тенге шансы вернуться к паритету 5,5 к рублю?» — поинтересовался журналист у Данияра Акишева.

«Курс тенге плавающий, Нацбанк практически не вмешивается в него. Те значения по курсу рубля к тенге, которые возникли, — это абсолютно рыночная ситуация, обусловленная уровнем развития внешнеэкономических отношений между Казахстаном и Россией. Ослабление стоимости тенге к рублю означает более высокий спрос на российский рубль. Иными словами, спрос на рубль вырос, соответственно рубль подорожал в Казахстане. Происходит рост импорта в Казахстан из России и, соответственно, возрастает спрос на российский рубль, который, естественно, в этих условиях начинает дорожать. Я бы здесь не стал говорить о каких-то паритетах. Какой-то паритет между рублем или тенге не таргетируется Нацбанком», — заметил Данияр Акишев.

При этом финрегулятор уточнил, что «переход на тенге» займет некоторое время. «Я недавно встречался с экс-председателем Новозеландского суверенного фонда, какое-то время он был заместителем председателя Нацбанка Новой Зеландии. В начале 90-х годов эта страна перешла на свободно плавающий курс национальной валюты. Это маленькая страна, которая очень сильно зависела от Австралии и Китая по импорту. Так вот, он мне рассказал, что у Новой Зеландии ушло около 15 лет на то, чтобы привыкнуть к плавающему курсу. Мы же спустя два года после введения плавающего курса пытаемся подвести итоги. Это правильно, но пока не нужно делать выводов. По всей видимости, потребуется больше времени, чем мы ожидали, на то, чтобы привыкнуть к такого рода колебаниям на валютном рынке», — подчеркнул Данияр Акишев.

Об интервенциях

Также регулятор прокомментировал, есть ли у Нацбанка потолок по валютным интервенциям.

В Нацбанке напомнили, что в июне объем нетто-интервенций составил около 100 млн долларов, в августе — 70 млн долларов. Но одновременно Данияр Акишев уточнил, что если посмотреть на объем валютных торгов в июне и августе, который составил более 2 млрд долларов, то «объем интервенций Нацбанка можно считать небольшим».

«Между тем, конечно, наши интервенции так или иначе влияют на курс в конкретный момент времени. Бывают ситуации, когда при девальвационных ожиданиях банков и населения вообще нет продавцов иностранной валюты, на рынке только 10 покупателей инвалюты, которым нужно обслуживать свои импортные контракты. При этом нужно иметь в виду, что валютный рынок узкий. И в этот момент времени предложение валюты в моменте равно нулю. В этих условиях курс может быть вообще любым. А, исходя из тех правил торгов, которые есть на валютной бирже, курс формируется из средневзвешенной цены сделки, которая происходит в моменте. Соответственно, если в этот момент времени нет никакого предложения валюты, то те, кто хочет купить валюту, начинают поднимать цену по курсу. В этом случае курс может быть любым. В этих условиях, так как валютный рынок узкий, Нацбанк оставляет за собой право иногда вмешиваться в курс. Как правило, это происходит очень редко. Финрегулятор вмешивается в курс либо при значительном обострении ситуации, либо при ощутимых изменениях параметров на внешнем рынке. Никакой очевидной формулы, по которой вы сможете подсчитать, когда и в каком объеме вероятны интервенции, нет, и ее даже не может быть. Тратить на это время в условиях свободно плавающего курса мы считаем бессмысленным. Курс должен формироваться сам при какой-то неизменности параметров: к примеру, когда на рынке 10 продавцов валюты и 10 покупателей. А вот когда происходит какая-то стрессовая ситуация на рынке, Нацбанк оставляет за собой право вмешиваться в курс», — сообщил Данияр Акишев.

В Нацбанке уточнили, что не идут против тренда. «Если мы видим устойчивый тренд на укрепление тенге, мы не препятствуем этому тренду. Часто на устах населения и в СМИ речь идет о том, что Нацбанк сдерживает курс из-за каких-то событий. Например, говорят, что мы сдерживаем курс, потому что скоро начнется учебный год, или День Конституции, или потому, что третья неделя августа солнечного затмения, ЭКСПО… Но мы серьезный госорган, и мы не отслеживаем эти события для привязки их к курсу. Многие думают, что мы получаем какие-то там месседжеры из органов власти по курсу, которые нам говорят, что, мол, сегодня курс будет такой. Это абсолютно исключено, это невозможно. Нацбанк не имеет каких-то временных таргетов, целей, что вот до этого времени курс должен быть таким, завтра таким», — отметил главный банкир страны.

Казахстан > Финансы, банки. СМИ, ИТ > kapital.kz, 18 сентября 2017 > № 2315979 Данияр Акишев


Великобритания > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > forbes.ru, 18 сентября 2017 > № 2314486 Ольга Волкова

Расставание на удачу: как англичанка Аиша Вардаг построила бракоразводную империю

Ольга Волкова

Редактор Forbes Woman

Рожденная в Оксфорде и окончившая Кембридж Аиша Вардаг зарабатывает деньги на чужих разводах. Благодаря кому процветает ее бизнес в Лондоне и на Ближнем Востоке?

Год 2000-й выдался не самым удачным для финансового юриста британской компании Linklaters Аиши Вардаг. Она разводилась с отцом двух ее сыновей. Чтобы снизить издержки на адвокатов, Вардаг много работала над разводом сама. Когда процесс наконец подошел к концу, представлявший Вардаг в суде Рэймонд Тут, старший партнер фирмы Sears Tooth Solicitors (он, кстати, позже был советником Ирины Абрамович во время ее развода с олигархом), пригласил Аишу на ужин и предложил ей работу.

С тех пор Вардаг переквалифицировалась из финансового юриста в специалиста по семейному праву, ушла из компании Тута, основала собственную и заслужила прозвище «дива разводов» вместе с самым высоким прайсом за час работы. Forbes Woman расспросил Вардаг о ее конкурентных преимуществах, особенностях британского семейного права и о том, какую часть совместно нажитого имущества может получить при разводе домохозяйка.

Vardags: начало

Через несколько лет после развода Вардаг родила третьего ребенка, дочь, и решила оставить карьеру практикующего юриста, чтобы преподавать семейное право в Лондонском университете королевы Марии. Правда, к концу второго учебного года стало ясно, что заработной платы преподавателя, пусть и в престижном вузе (входит в 50 лучших европейских университетов по версии Times Higher Education), на все нужды человека с тремя детьми хватает с трудом. Нужно было, чтобы работа приносила финансовую стабильность или хотя бы позволяла спокойно выплачивать ипотеку и оставляла возможность заботиться о детях.

Свою фирму Вардаг создала в 2005 году в единственной свободной комнате собственного дома: она постаралась максимально строго ее обставить, сделав похожей на офис. Наняла ассистента, и довольно долго штат ее конторы двумя сотрудниками и ограничивался. Вардаг проводила всю юридическую работу и даже успевала искать новых клиентов, на сон оставалось 3–4 часа в сутки. «Было тяжело, — признается она, — но это был очень захватывающий период».

С первой клиенткой Вардаг познакомилась еще до регистрации своей фирмы, на родительской викторине в школе сыновей. Женщина рассказала о бракоразводном процессе и пожаловалась на своего представителя. Вардаг дала ей несколько советов, а позже стала ее адвокатом. Дело рассматривалось в Высоком суде Лондона и стало, по словам Вардаг, хорошим стартом для привлечения следующих клиентов.

Опыт работы финансовым юристом стал конкурентным преимуществом Вардаг в области семейного права. «В Сити ты работаешь очень быстро, сидишь в офисе допоздна, — рассказывает Вардаг в интервью Forbes Woman. — Ты всегда фокусируешься на положительном исходе, добиваешься нужного результата, даже если дело сложное. Ты готов к длительным переговорам и хочешь прийти к соглашению, а не бросить другой стороне: «Увидимся в суде!» Сарафанное радио до сих пор приносит значительную долю клиентской базы Вардаг, хотя сегодня на привлечение клиентов работает и громкая репутация Vardags.

Ну и дела

История развода немецкой наследницы £100-миллионного состояния Катрин Радмахер и бывшего банкира Николя Гарантино в 2009–2010 годах была во всех британских газетах. Согласно брачному соглашению, которое супруги подписали в 1998 году в Германии, в случае семейной неудачи Гарантино не претендовал на состояние жены. Через 10 лет он, однако, передумал: со времени заключения договора Гарантино отказался от работы в банке, перешел на позицию исследователя в Оксфорде и полагал, что брачное соглашение справедливым уже считать нельзя.

Для Вардаг этот процесс стал звездным. Верховный суд Великобритании признал брачный договор решающим фактором в деле. Вардаг рассказывает, что это стало победой не только для немецкой наследницы.

Дело в том, что в отличие от других стран подобные решения не были в Великобритании стандартной практикой. Зачастую в таких делах на женщин смотрели как на слабые создания, которые при малейшей возможности вступить в брак теряют способность трезво мыслить и готовы подписать что угодно — так что нельзя требовать от них исполнения заключенных договоров. «Сегодня женщины требуют равных прав, свобод, возможностей, так что логично ожидать и равных обязательств», — рассуждает Вардаг. Наконец, это просто история о том, что пары должны иметь возможность делать самостоятельный выбор без вмешательства судей.

Дива разводов

Свое звучное прозвище Вардаг получила с легкой руки авторов журнала Easy Living. На вопрос о хобби адвокат рассказала, как занималась оперным пением. Статья вышла под заголовком «Дива разводов», и прозвище прижилось. «Знаете, мне оно нравится: в нем есть ощущение яркости, превосходства в своей профессии, а еще требовательности и твердости», — говорит юрист.

Вардаг сложно не назвать яркой. Это, вероятно, одна из причин, по которым ее так любит пресса. Первое время, рассказывает она, ее привлекали в качестве эксперта, чтобы комментировать известные бракоразводные процессы. В эфире многие коллеги Вардаг ведут себя слишком «юридически». Она же в свое время редактировала студенческую газету в Кембриджском университете, играла в студенческом театре — для любого телеканала она идеальный спикер.

В 2015 году Vardags впервые вошла в рейтинг 100 самых быстрорастущих компаний Fast Track 100 от Sunday Times, став там единственной юридической фирмой. Среднегодовой рост продаж компании Вардаг эксперты оценили в 63% (46-я строчка рейтинга), объем продаж за 2015 финансовый год — в £6,5 млн. Для сравнения: по данным исследовательской компании IBISWorld, с 2011 по 2016 год рынок услуг семейных юристов ежегодно рос всего на 0,1%.

При этом число разводов в Великобритании в последние 10 лет стабильно снижается: по данным Национальной статистической службы Великобритании, в 2005 году (когда Вардаг только начинала свою практику) в Англии и Уэльсе было зарегистрировано более 141 000 разводов, в 2010 году — около 120 000, в 2015-м — уже 101 000 случаев расторжения брака.

Сегодня, на 13-м году существования, в Vardags порядка 75 сотрудников и пять офисов в Великобритании. Основательница компании говорит, что бизнес стабильно растет, выручка этого года, по ее прогнозам, превысит £12 млн.

Большая часть выручки Vardags пока приходится на бракоразводные процессы. Однако многие ее клиенты — владельцы бизнеса, и им необходим широкий спектр юридических услуг. В 2016 году в фирме появились департаменты, отвечающие за трасты, завещания, уголовно-правовую защиту и арбитражные споры. Пока это небольшая доля бизнеса, говорит Вардаг, но она активно развивается.

Прочно заняв позицию лидера по разводам на родине, основательница Vardags переключила свое внимание на Ближний Восток. Подразделения компании там пока нет, но в регионе есть состоятельные клиенты.

«Дива разводов» ведет дела только самых богатых клиентов: час ее работы сейчас стоит £795, поэтому ее участие в процессах, где речь не идет о больших состояниях, не очень оправданно. Британские газеты называют Вардаг самым дорогим юристом по разводам. Тем не менее она все еще выступает консультантом по многим делам, даже если сама их не ведет, — одновременно таких может быть 30 или даже 40.

Поддержать женщин

То, как Вардаг запустила бизнес, воспитывая троих детей, повлияло на политику ее компании: «Мы говорим сотрудникам, которые ухаживают за маленькими детьми: «Выходи, как только сможешь: на полдня или на один день в неделю». Так они постепенно возвращаются в рабочий процесс, не делая выбора между семьей и работой». Сотрудникам высшего звена Vardags оплачивает услуги по уходу за детьми в то время, когда они на работе. Получается, что юристы, несмотря на рождение детей, могут сохранять за собой самые сложные дела, не терять в профессиональной узнаваемости и карьерном росте.

Среди 17 позиций уровня директоров Vardags девять занимают женщины. Вардаг говорит, что не верит в разницу в способностях мужчин и женщин и сотрудников компания нанимает исключительно на основании их профессиональных качеств. Впрочем, в некоторых отношениях женщины-адвокаты действительно пользуются популярностью: клиентки, проходящие через бракоразводный процесс, часто чувствуют себя раненными мужчинами и их избегают; мужчинам же, в свою очередь, иногда кажется, что будет легче, если жесткие заявления от их лица сделает женщина.

Грустная пьеса

Своих клиентов Вардаг готовит к «серии битв» и «долгой кампании». «Нужно сохранять холодный рассудок. Клиенты часто стремятся к драматичным поступкам, но из-за них они хуже выглядят в суде», — объясняет она.

Вардаг сравнивает бракоразводный процесс с пьесой в трех актах: в первом проходит слушание по организационным вопросам, во втором стороны пытаются прийти к соглашению — в большинстве случаев на этом этапе процесс удается завершить, в третьем акте драма достигает кульминации: стороны идут в суд и представляют доказательства.

Иногда люди судятся из-за безумных вещей: кофеварки или зеркала, которое, если его снять со стены, оставит пустоту, и на нее будет больно смотреть. Они готовы к изнуряющим разбирательствам из-за домашних животных. Однажды пара так долго судилась из-за кролика, что он за это время умер — и воевать было уже не из-за чего.

Драться люди готовы, конечно, из-за детей. Вторым номером идут деньги, но, уточняет Вардаг, нужно понимать, что речь не идет о жадности: для многих это момент, когда они могут обеспечить себе и детям определенный уровень жизни и получить компенсацию за свой вклад в брак, даже если он не удался.

В 2017 году после нескольких лет судебных тяжб английский суд назначил компенсацию в £64 млн бывшей «Мисс Малайзия», 70-летней Полин Чай, интересы которой представляла Вардаг. После 43 лет совместной жизни и имея 5 общих детей, Чай разводилась с 78-летним Кху Кай Пенгом, владельцем контрольного пакета сети магазинов Laura Ashley. В 2015 году Пенг вошел в список 50 самых богатых людей Малайзии по версии Forbes с оценкой состояния в $300 млн. Судебные издержки пары составили £6 млн. Дело было важным не только из-за впечатляющих сумм, объясняет Вардаг: суд оценил вклад супругов как одинаковый, то есть уравнял «домохозяйку» с «кормильцем». Хотя принцип равенства в таких случаях был установлен еще в 2000 году, многие предпринимали попытки его ослабить.

Отвечая на вопрос Forbes Woman о русских клиентах, Вардаг говорит о стабильном спросе на услуги ее фирмы со стороны россиян, в том числе очень состоятельных. Адвокат объясняет это как устоявшейся репутацией фирмы, так и тем, что в свое время, еще будучи представителем Linklaters, она работала в Москве (юрист даже родила здесь второго сына) и немного говорит по-русски. Имена клиентов Вардаг не раскрыла.

Права и договоры

Хотя бизнес Вардаг процветает благодаря бракоразводным процессам, она активно пропагандирует брачные соглашения. Адвокат и сама заключила такой договор с нынешним мужем Стивеном Бенсом. Он тоже работает в Vardags, где возглавляет подразделение финансовых расследований. «Очень многие браки заканчиваются разводом — 40%. Это не какая-то отдаленная возможность, а довольно высокая вероятность, — рассуждает Вардаг. — Как покупка страховки: вы, конечно, надеетесь, что ваш дом не сгорит, но хотите быть защищены на случай, если это все-таки произойдет».

Кроме того, по мнению Вардаг, в британском законодательстве должна появиться норма о разводе «без вины». В этой стране до сих пор нельзя просто взять и развестись по обоюдному согласию: нужно ждать два года или доказывать вину одного из супругов. «Отношения заканчиваются. Иногда никто не виноват, иногда все виноваты. Что необходимо, так это обойтись без излишней враждебности, которая вредит супругам и их детям», — говорит адвокат. Пока такой закон не принимается — по словам Вардаг, потому, что лишь только какая-то политическая партия заикнется о введении новой нормы, оппоненты немедленно клеймят ее как «антисемейную». /

Великобритания > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > forbes.ru, 18 сентября 2017 > № 2314486 Ольга Волкова


Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 18 сентября 2017 > № 2314420 Михаил Задорнов

Михаил Задорнов: «К сожалению, в России комплаенс строится не так, как на Западе»

Михаил Задорнов, Президент-председатель правления "ВТБ 24"

Беседовала: Татьяна Терновская, редактор Банкир.Ру

Впервые за 4 года объемы портфелей кредитов малому бизнесу начали расти. При этом, как заявил в своем выступлении на форуме «Банки России - XXI век» в Сочи глава ВТБ24 Михаил Задорнов, сегодня фининституты в руках регуляторов и государства оказались основным инструментом борьбы с отмыванием денег и серыми схемами. «Последние полгода мы отклоняем треть заявок на открытие расчетного счета», - заявил он. В интервью Bankir.Ru Михаил Задорнов рассказал, в чем причина такой придирчивости банков.

— В своем выступлении на форуме вы говорили о том, что в этом году впервые за несколько лет начал расти портфель кредитов малому бизнесу. В будущем, по вашим прогнозам, рост продолжится, и это будет «здоровый» рост. Некоторые эксперты вообще склонны предполагать, что в недалеком будущем малый бизнес может стать новой точкой роста для российской экономики. Вы согласны с этим?

—С точки зрения банка или группы, которая имеет очень большую долю на рынке обслуживания МСБ, я могу сказать, что это очень прибыльно. Мы и еще, может быть, пара игроков смогли построить очень доходный бизнес с точки зрения обслуживания клиентов малого бизнеса.

Мы изменили модель. Мы уже не кредитуем малый бизнес. Вот что такое раньше был малый бизнес? Тогда рассматривалось только кредитование. Мы полностью за последние три года ушли от этой модели, поняв, что она неправильная. Мы идем от потребности клиента. Что ему нужно? Ему нужно, прежде всего, качественное банковское обслуживание, ему нужно дистанционное обслуживание. И поэтому мы уже четыре года бросаем основные инвестиции в дистанционные каналы, в онлайн-банкинг, в объединение банковской платформы с целым рядом других маркетинговых платформ – с Google, с биржами, где проходят торги государственными гарантиями, с 1С, с бухгалтерскими программами, с аутсорсингом некоторых услуг.

Мы фактически создаем на базе своих банковских платформ такую, если так можно сказать, мультиплатформу - для того, чтобы малые предприятия получали не только банковские, но и все другие услуги, причем онлайн. И это движение очень важно и для малого бизнеса, и, не скрою, дает нам дополнительный комиссионный доход.

Малые предприятия начали верить в то, что их бизнес будет расти. А если их бизнес будет расти, будет расти и экономика

Наша клиентская база ежегодно прирастает примерно на 15-20%. Значит, услуги для малого бизнеса востребованы. Кредитуется же не более 20%. Сейчас наш кредитный портфель – не более 20% от общего числа наших клиентов. Поэтому сейчас у нас совершенно другая модель обслуживания. Но – что важно - впервые за четыре года кредитный портфель стал расти. Это говорит о том, что есть спрос, есть потребность в кредитовании. А, значит, малые предприятия начали верить в то, что их бизнес будет расти. А если их бизнес будет расти, будет расти и экономика. И я рискну сказать, что наши доходы будут расти, как растут наши доходы от кредитования физических лиц.

— Банки сейчас развернули настоящую конкурентную борьбу за малый бизнес…

—Так же, как и за частного вкладчика и частного заемщика.

— Но это очевидно – чуть ли не каждый день тот или иной банк объявляет об улучшении условий по тому или иному продукту для малого бизнеса.

—Так это же хорошо для клиента!

— Это сейчас настолько конкурентный сектор для банков? Потому что он очень прибыльный, как вы сказали?

Все сейчас конкурируют за хорошего клиента. Но надо этого клиента привлечь и оставить у себя. А клиент разборчив

— Не только потому, что прибыльный, но и потому, что вообще банковская сфера очень конкурентна. Мы ищем сферы активного приложения и денег, и сферы пассивов – откуда привлечь пассивы. Все сейчас конкурируют за хорошего клиента. Но надо этого клиента привлечь и оставить у себя. А клиент разборчив.

То есть, это хорошая ситуация – борьба за клиента.

— Вы сегодня говорили о том, что отказываете в открытии счетов по трети заявок от малого бизнеса. Глава Сбербанка Герман Греф недавно тоже заявил, что очень часто предприятия малого бизнеса – это «прачечные» для отмывания денег.

—По сути это не предприятия малого бизнеса. Это различного рода схемы. Это предприятия – элементы в цепочках либо по обналичиванию денег, либо по отправлению этих денег за границу, либо просто по зачислению их на счета других компаний. И, поскольку ЦБ уделяет этому большое внимание, мы также делаем на этом серьезный акцент.

— Предприниматели, в свою очередь, жалуются…

— Говорят, что правила ужесточились?

— Да. И они часто не понимают, что случилось, по какой причине им отказали в открытии счета или в обслуживании. При этом они предполагают, что, возможно, крупным банкам невыгодно возиться и тщательно разбираться с каждым клиентом.

— Они ошибаются. К сожалению, действительно - само ужесточение правил всегда влечет за собой какие-то такие перегибы с точки зрения их применения. Но мы, к примеру, у себя создали специальные рабочие группы. То есть, не комплаенс принимает окончательное решение, а рабочая группа, где как раз с каждым конкретным клиентом работают бизнес-подразделения. По сути, внутри банка есть арбитраж. Мы не сразу отказываем в открытии счета или, наоборот, закрытии счета. Мы разбираемся с каждым клиентом. Кстати, значительная часть клиентов, от трети до половины, вновь к нам возвращается на обслуживание - когда мы разблокируем операции.

Обращайтесь к своим менеджерам, настойчиво показывайте документых. Давайте ту информацию, которую запрашивает банк

Что я посоветовал бы клиентам – не только нашего банка, но нашего прежде всего. Обращайтесь к своим менеджерам, настойчиво показывайте документы – о своей реальной регистрации, об оборотах, об уплаченных налогах. Давайте ту информацию, которую запрашивает банк. Если клиент не предоставляет никакой информации, он с высокой степенью не сможет у нас обслуживаться.

Нужно работать, понимая, что в России комплаенс строится не так, как на Западе. На Западе комплаенс на входе. Клиент очень тщательно проверяется, и потом уже работает, ну, до какого-то момента. В России, в основном, комплаенс работал по факту проведения тех или иных операций. Сейчас постепенно система будет сдвигаться к комплаенсу на входе в банк.

— В следующем году кредитным организациям придется разделиться на банки с универсальной и базовой лицензией. И предполагалось, и ЦБ заявлял об этом, что банки с базовой лицензией выберут для себя приоритет в работе – это обслуживание малого бизнеса.

—Ну, это так предполагалось. Может быть, не обязательно малый бизнес. Это могут быть региональные банки, это могут быть какие-то ниши. Например, рыболовецкая отрасль. То есть, те ниши, где банк является специалистом и может дать какой-то уникальный продукт или сервис.

— Сейчас малый бизнес пытается идти на обслуживание в крупные банки, считая их более надежными?

В России реально работает 4,5 миллиона малых предприятий и ИП. Это большое число, и они обслуживаются в совершенно разных банках

— Малый бизнес идет и в небольшие банки. Здесь нет какого-то общего поведения. Как и у физических лиц. Вы знаете, в России реально работает 4,5 миллиона малых предприятий и ИП. Это большое число, и они обслуживаются в совершенно разных банках. И не концентрируются где-то в одном сегменте.

— Ощущает ли группа ВТБ и банк ВТБ24 приток клиентов из сегмента малого бизнеса в этом году, после отзывов лицензий у таких крупных банков как Татфондбанк, «Югра», после истории с «Открытием»?

—Мы не ощущаем. Мы ежемесячно открывали до 12 тысяч счетов. С ужесточением комплаенс сейчас в месяц мы открываем 7,5-9 тысяч новых счетов. Как правило, не менее 15-20% - переход из других банков. Мы внимательно это отслеживаем – переходы из Сбербанка, из Альфа-банка. Мы имеем всю эту картинку. И всегда где-то 10-15% – это клиенты из банков, которые в той или иной степени либо уже испытали отзыв лицензии, либо находятся под риском. Это абсолютно нормальная работа, она как была в 2016 и в 2015 годах, так есть и сейчас. За последние месяцы у нас нет никаких всплесков в доле таких переходов.

Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 18 сентября 2017 > № 2314420 Михаил Задорнов


Россия. США > Финансы, банки. Внешэкономсвязи, политика > bankir.ru, 18 сентября 2017 > № 2314419 Роман Ткачук

Рубль пока не воспринимает всерьез страшные сказки дяди Сэма

РОМАН ТКАЧУК

старший аналитик группы компаний «Альпари»

Как известно, финансовыми рынками правят страх и жадность. Неудивительно, что там периодически появляются мифы, подталкивающие граждан к резким и необдуманным решениям. На мой взгляд, страшилка о новых санкциях США в отношении российского госдолга именно из этой серии.

Безусловно, в этом мире ничего исключать нельзя, но всё же такой сценарий – инициатива, исходящая от Госдепа США в адрес международных инвесторов, запрещающая покупку госдолга России - выглядит маловероятным. США может трясти оружием в направлении Северной Кореи и грозить принять санкции в отношении всех, кто имеет торговые отношения с этой страной. Но с Россией такой фокус не пройдёт. Россия тесно интегрирована в мировую финансовую систему, а Европа и вовсе зависит от поставок российской нефти и газа. В ближайшие годы избавиться от этой зависимости европейским странам даже при всём желании не представляется возможным. И США помочь в этом вопросе не могут. А, значит, не стоит ждать и запрета на покупку российских энергоносителей.

Можно перевести деньги в другую юрисдикцию, например, в азиатскую, при желании можно использовать офшоры. Через них можно вкладываться в любые активы

Аналогично не стоит ждать запрета на покупку российского долга. Даже если США введут его, инвесторы найдут способ обойти. Можно перевести деньги в другую юрисдикцию, например, в азиатскую, при желании можно использовать офшоры. Через них можно вкладываться в любые активы. Smart money найдут лазейки в погоне за более высокой доходностью. Как говорится: мухи – отдельно, котлеты – отдельно. То есть политика политикой, а бизнес бизнесом. А раз так, то смысла в запрете на покупку российских облигаций, кроме ещё большего ухудшения отношений, нет.

Если это всё же произойдёт, то спрос на российские облигации немного снизится, а рубль окажется под давлением, но в любом случае о девальвации речи не идёт. Российская экономика адаптировалась к санкциям и давлению со стороны западных стран, а российские власти готовы к различным сценариям.

Показательно, что рубль пока не воспринимает всерьёз угрозу запрета покупки российского госдолга. Показателен высокий спрос на российские облигации. Индекс ОФЗ RGBI (Russian Government Bond Index) даже рос на 1,5% за до 140 пунктов, что являлось очень сильным движением для облигаций и пятилетним максимумом. Последнее размещение ОФЗ Минфином вызвало небывалый ажиотаж, спрос превысил предложение в три раза.

Рис.1 Индекс российских облигаций RGBI – на пятилетних максимумах

После заседания Центробанка мы ожидаем ослабления национальной валюты. Об этом говорят макроэкономические факторы: дефицит бюджета и отрицательный счёт текущих операций платёжного баланса

На прошлой неделе рынком российского долга двигали другие факторы. Прежде всего – это растущие нефтяные цены и ожидание снижения ставки на заседании Центробанка России, которое произошло 15 сентября. У регулятора были все карты на руках, чтобы смягчить денежно-кредитную политику – инфляция замедлилась, рубль крепок, экономический рост нужно стимулировать. Впрочем, на наш взгляд, середина сентября может стать разворотной точкой для рубля. После заседания Центробанка мы ожидаем ослабления национальной валюты. Об этом говорят макроэкономические факторы: дефицит бюджета и отрицательный счёт текущих операций платёжного баланса. Да и непростые отношения с западными державами не стоит сбрасывать со счетов. Я считаю, что девальвации рубля ждать не стоит, но прикупить немного валюты вполне разумно.

Россия. США > Финансы, банки. Внешэкономсвязи, политика > bankir.ru, 18 сентября 2017 > № 2314419 Роман Ткачук


Россия. Украина > Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > gazeta.ru, 18 сентября 2017 > № 2312796 Георгий Бовт

Миротворцы без мира

Георгий Бовт о том, «сдаст» ли Россия Донбасс

Донбасс «сдают», а «русскую весну» окончательно хоронят. Поскольку «денег нет, но вы держитесь». Так можно было подумать, прочитав на днях «утечки» в ряде российских СМИ: якобы правительство намерено отказаться от «гуманитарной поддержки отдельных территорий» в пользу финансирования проектов в Крыму и Калининграде (речь идет примерно о 165 млрд рублей на три года). «Отдельные территории» — это как раз Донбасс и есть.

Публикации появились на фоне обсуждения перспектив ввода на юго-восток Украины миротворцев ООН. Вопрос впервые встал года два назад, однако Россия неизменно была против такого варианта. А тут вдруг сам президент РФ недавно предложил миротворцев ввести. Но разместив их лишь на линии разграничения ЛНР и ДНР и украинских войск, для выполнения узкой функции охраны наблюдателей ОБСЕ и только с легким вооружением.

Предложение после первоначальной вроде бы сдержанно-положительной реакции (видимо, от удивления и неожиданности) позже была встречена резко в штыки и отвергнута Украиной и Америкой. Ясно, что вторая в таком виде наложит вето на проект резолюции в СБ ООН, требуя расширенного мандата для миротворцев ООН, которые в этом случае должны взять под контроль всю территорию ЛНР и ДНР, включая соответствующий участок российско-украинской границы. Но на такой проект резолюции вето наложит уже Россия.

Передача под контроль границы, что обозначено в Минских соглашениях пунктом последним, после выполнения всех прочих, означало бы в нынешних условиях действительно полную «сдачу Донбасса».

Тем не менее Владимир Путин в телефонном разговоре с Ангелой Меркель идет на новые уступки – соглашаясь с тем, чтобы функция «охраны наблюдателей ОБСЕ» распространялась не только на непосредственно линию фронта, но и на другие районы самопровозглашенных республик. Означает ли такая гибкость, что Россия все же начинает отступление?

Что касается так называемой гуманитарной помощи, а на самом деле поддержки всей системы жизнеобеспечения ЛНР и ДНР, то слухи/сливы в прессе опроверг пресс-секретарь президента Дмитрий Песков. Он заявил, что «Россия не откажется от гуманитарной помощи Донбассу ни сейчас, ни в будущем… Россия продолжит заботиться об этих людях, которые были отторгнуты в результате гражданской войны из своей собственной страны».

Если бы он на этом поставил точку, то вопрос можно было на текущий момент считать исчерпанным. Однако он добавил: «Там идет определенное перераспределение… речь идет просто об упорядочении». И это вдобавок к тому, что ряд правительственных чиновников, включая пресс-секретаря премьера-министра, отказались комментировать информацию о сокращении помощи, якобы прозвучавшую на совещании у вице-премьера Дмитрия Козака. А сам Песков отказался назвать объем такой помощи, — он, дескать, не владеет цифрами.

Термин «упорядочение» не имеет четкого толкования — в смысле «увеличение» это или «уменьшение».

В советское время «упорядочение цен» означало их повышение, а в нынешние времена «упорядочение» социальных программ означает их урезание.

В современном контексте термин «упорядочение» для Донбасса скорее тревожный. Означая эволюцию позиции Москвы по отношению к самопровозглашенным республикам и к перспективам урегулирования кризиса на юго-востоке Украины. Вопрос в том, сколь далеко может зайти эволюция? Есть ощущение, что некие «подвижки» по украинскому кризису могут произойти в ближайшие полгода.

Реперные точки просматриваются следующие.

1. Принятие Верховной радой закона о реинтеграции Донбасса — ориентировочно октябрь. Где, помимо того, что Россия будет названа «страной-агрессором», состоится фактически отказ Киева от Минских соглашений по целому ряду важных пунктов.

2. Возможное принятие (хотят пока это кажется маловероятным) в каком-то формате СБ ООН решения об отправке миротворцев на Украину — до конца текущего года.

3. Доклад Минфина США о целесообразности масштабных финансовых санкций против России (январь 2018 года), в случае принятия которых начнется также тотальная охота за активами представителей российской элиты по всему миру. Теоретически такая угроза может использоваться как средство давления на Москву.

4. Использование «фактора «Новороссии» в контексте президентской предвыборной кампании в России и непосредственно после нее, на «четвертом сроке» – в плане конструирования некоей «новой идеологической реальности». Отзвуки чего уже можно услышать как в «деле Серебренникова», так и в истерике охранителей (за которой просматривается вполне определенная борьба внутривластных группировок) вокруг не вышедшего фильма «Матильда», так и в предстоящих довольно масштабных действиях по блокировке VPN и анонимайзеров в интернете, соответственно, по более эффективной блокировке неугодного контента.

В этих условиях Москве придется проявить чудеса гибкости и упорства в принципиальных вопросах одновременно, имея ввиду, что именно поражение в Донбассе не только неприемлемо по целому ряду внешнеполитических причин, но и внутренних тоже.

Сначала о том, сколь «тяжел чемодан без ручки» — помощь Донбассу. Во многих других странах объем подобной помощи, выделяемой в том числе из госбюджета, а также косвенно за счет ряда российских компаний (закладывающих это в издержки внутри страны) давно бы стал объектом, скажем, парламентского внимания, а также внимания широкой общественности. Что, конечно, правильно.

«Проект Новороссия» изначально пользовался поддержкой части общества, а сама гуманитарная составляющая в донбасской истории очевидна. Более того — бесспорна.

Особенно на фоне разошедшегося на нынешней Украине дурного национализма и огульной травли и разгрома всего, что связано с «треклятыми москалями». Злорадствовать по последнему поводу, как и по поводу насильственной украинизации, включая запреты на русский язык (на преподавание на нем) неуместно.

А ничего зазорного в том, чтобы русское общество знало, почем нам выходит Донбасс, не было и нет.

Если уж оно знает, почем обошелся, скажем, парк «Зарядье» или обойдется мост в Крым. Как в других странах, к примеру, знают, почем стоят США разные гуманитарные программы, а также помощь египетской армии или Израилю.

Но мы – не «другие страны». У нас почти все – секрет. Есть лишь разрозненные данные из разных источников. Есть данные МЧС, которое поставило в Донбасс 68 автоколонн с более 70 тысяч тонн грузов. Однако эти грузы якобы не оплачивались непосредственно из бюджета МЧС. А из какого бюджета – неизвестно.

В Совете нацбезопасности и обороны Украины оценивают помощь ЛНР и ДНР примерно в $3 млрд в год (якобы не считая «военных расходов»), но насколько можно верить этим цифрам? По другим украинским оценкам, расходы по «гражданским статьям» составляют €1 млрд в год. В начале года агентство Bloomberg со ссылкой на источники в ЛНР и ДНР сообщало, что ежемесячные перечисления из России на юго-восток Украины составляют не менее 2,5 млрд рублей только на пенсии, что было опровергнуто Минфином России. Близкие цифры, правда, приводила немецкая газета «Бильд», учитывая общее число пенсионеров в двух республиках около 700 тыс. человек.

Со своей стороны, Украина, вопреки все тем же Минским договоренностям, прекратила выплаты пенсий по крайней мере 407 тыс. пенсионерам на юго-востоке на том основании, что они не проходят «регулярной верификации» каждые полгода, а также при внезапных проверках (согласно постановлению кабмина №365 от июня 2016 года) на основной территории страны. То есть не платят всем, кто не выехал с юго-востока окончательно.

Это происходит, подчеркнем, потому, что Киев не выполняет свою часть Минских соглашений, отказавшись от всех форм социальной поддержки населения этой части Украины. При полном попустительстве Германии и Франции как гарантов Нормандского формата.

В одной из версий готовящегося в Раде законопроекта об интеграции Донбасса так и вовсе сказано об «ответственности» именно России за эти территории до их «освобождения».

С начала этого года Киев ввел полную экономическую блокаду ЛНР и ДНР. Прекращены закупки угля, теперь его везут аж из США. Трамп тем самым, как и обещал, «поднимает с колен» какую-нибудь угольную Западную Вирджинию. Пусть Киеву это дороже обходится, но зато «назло москалям». Объем производства угля в ДНР был в 2016 году примерно 12 млн тонн, основным потребителем была Украина.

Прекращены поставки воды, газа и электроэнергии на эти территории. «Газпром» поставляет газ туда бесплатно (объем можно оценить примерно в $1 млрд в год). Электричество в ЛНР (на 2-4 млрд руб. в год, в ДНР вроде есть свое) тоже идет бесплатно, но не за счет российского бюджета, а за счет производителей.

Кто-то с готовностью подскажет тут же «простое решение»: перестать тащить «чемодан без ручки», и дело с концом. Однако не всегда в международной политике самые «экономные решения» бывают самыми удачными.

Сэкономив, потом можно много дороже заплатить по другим счетам.

«Экономам» можно напомнить эпизод с блокадой Западного Берлина в 1948-1949 годах. Если бы тогда западные союзники не организовали, сэкономив, весьма дорогостоящий «воздушный мост», история Германии, да и всей Европы, возможно, пошла бы совсем по другом пути. В этом смысле в геополитике — сколько ни плати, не переплатишь.

Нынешняя осень может стать переломным моментом в кризисе в Донбассе и по причине внутриполитической ситуации на Украине.

Положение Порошенко осложнено периодическими вспышками внтуриэлитных разборок. Нынешний фантасмагорический казус Саакашвили, отправившегося в «наполеоновский поход» по стране — одно из таких проявлений. И Порошенко не может в таких условиях «проявить слабость»: ни признать «особый статус» юго-востока, ни амнистировать тамошних «ополченцев». В этой части Минские соглашения для Киева политически невыполнимы.

Зато после некоторого периода неуверенности в действиях новой администрации США теперь Киев увидел, что она будет с Москвой пожестче, чем Обама. Порошенко рассчитывает на поставки вооружений (а в перспективе и на поддержку военного варианта решения проблемы Донбасса), на усиление давления на Москву. Прежде всего – в части пересмотра Минских соглашений.

Важную роль в этом могут как раз сыграть миротворцы ООН. Их широкий самостоятельный мандат будет означать для Москвы фактически «сдачу Донбасса». По аналогии, как в свое время именно под прикрытием «голубых касок» произошло отделение Косово от Сербии, причем без всякого референдума. Но Запад, что нельзя исключать полностью, может пойти на их ввод сначала и при «ограниченном мандате», а уже потом начать расширять его непосредственно на месте по факту.

Одно дело, когда «ополченцы» будут лишь разграничены с ВС Украины миротворцами по линии фронта, а другое — когда те перекроют границу с Россией и закроют затем глаза на неизбежные жесткие «чистки» «освобождаемых территорий» силами ВСУ. После чего, а также после проведения «местных выборов» под руководством украинского ЦИК и с участием всех украинских партий и СМИ и в свете неизбежного в этом случае «ухода» России из Донбасса, можно «развить успех» и интегрировать Украину в НАТО.

Угроза втягивания Украины в НАТО, напомним, изначально была одной из главных причин вмешательства Москвы в украинский кризис и продолжает оставаться для российского правящего класса экзистенциальной угрозой. Это именно то, что называется «загнать в угол».

Четкие гарантии о нейтральном статусе Украины – это тот рубеж, за которым начинается состояние, выражаемое лозунгом «Отступать некуда, позади Москва!»

Можно много рассуждать о надуманности такой угрозы, однако Кремль воспринимает ее серьезно. А уроки той же Северной Кореи, с одной стороны, и Ливии при Каддафи, с другой, лишь подтверждают бытующее в Кремле убеждение: будешь слабым – тебя сожрут, а труп правителя выставят в музее на всеобщее обозрение. Тем более, что история России богата столкновениями не на жизнь, а на смерть с теми, кто назывался «цивилизованными просвещенными народами».

В этом смысле лучше быть «всемирным хулиганом», но «вечно живым», как Ким из Пхеньяна, чем прогнуться до смерти, как Каддафи.

Сколь серьезна угроза в этой связи ужесточения санкций со стороны США в начале 2018 года, когда нынешняя свара вокруг консульств покажется невинной забавой? Она воспринимается как достаточно серьезная для того, чтобы попытаться, проявив некоторую гибкость, сдвинуться в урегулировании на Украине, но она все равно не заставит Кремль пойти на капитуляцию. Которая при определенных условиях будет означать движение в направлении «сноса» нынешнего режима.

Если бы мы были небольшой латиноамериканской страной, то часть нынешнего истеблишмента уже вела бы переговоры об условиях «сдачи и замены» действующего президента. Однако таковых «дезертиров», готовых выйти из строя, пока не наблюдается.

Также «капитуляция» в Донбассе будет воспринята консервативно-патриотической частью правящего класса, включая силовиков, примерно так же, как в свое время была воспринята «сдача» Восточной Европы Горбачевым. И тогда действия разных поклонских со стрелковыми точно покажутся невинными детскими шалостями по сравнению с теми, кто может выйти на новые крестные ходы «во имя великой России».

В силу всех этих обстоятельств мы уже в ближайшие месяцы, не исключено, можем увидеть на юго-востоке Украины не столько установление мира, сколько новую полномасштабную войну.

Россия. Украина > Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > gazeta.ru, 18 сентября 2017 > № 2312796 Георгий Бовт


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > mirnov.ru, 15 сентября 2017 > № 2501452 Эльвира Набиуллина

НАБИУЛЛИНА РАЗГЛЯДЕЛА В КРИПТОВАЛЮТАХ ПРИЗНАКИ ФИНАНСОВОЙ ПИРАМИДЫ

Глава Центробанка Эльвира Набиуллина усомнилась в необходимости легализации криптовалюты и сравнила ее с финансовыми пирамидами.

Глава ЦБ выступила против официальной легализации криптовалют и приравнивания их к обычным иностранным валютам на законодательном уровне. Чиновница опасается, что ввод электронной валюты в обращение лишь стимулирует интерес к ней, притом, что механизмы рынка криптовалют имеют все признаки финансовой пирамиды.

Набиуллина отметила, что стоимость электронных валют возрастает из-за вовлечения в майнинг все новых и новых пользователей. Глава ЦБ предупредила об опасности предоставления криптовалюте официального статуса, назвав инвестиции в данную сферу высокорисковыми и спекулятивными.

Представитель финансового регулятора подчеркнула, что ЦБ поддерживает модернизацию и развитие новых технологий, в том числе и тех, которые используются при создании криптовалют. Она признала, что они могут принести большую пользу при использовании в мирных целях. В связи с этим Набиуллина заявила о необходимости тщательно изучить все положительные и отрицательные стороны сегмента электронных валют прежде, чем приступать к его регулированию.

Ранее наш портал пытался понять можно ли биткоины считать пирамидой по типу незабываемой МММ.

Федор Карпов

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > mirnov.ru, 15 сентября 2017 > № 2501452 Эльвира Набиуллина


Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 15 сентября 2017 > № 2310758 Данияр Акишев

Данияр Акишев: У Нацбанка нет пока четкой позиции в отношении криптовалют

Динара ШУМАЕВА

Глава Национального Банка Данияр Акишев считает, что прежде чем регулировать рынок криптовалют в Казахстане необходимо накопить определенные знания и опыт в этой сфере. Об этом он заявил во время встречи с журналистами в Алматы, 15 сентября. По его словам, работа в этом направлении уже ведется, однако каких-либо конкретных законодательных инициатив пока не называется.

«К сожалению, я не могу пока дать всеобъемлющую оценку всех процессов, которые происходят сейчас на этом рынке (криптовалют – ред. Къ). Мы сейчас занимаем позицию больше наблюдателя, чем проактивного игрока. Мы изучаем эту ситуацию. Вопросы регулирования и ограничения чего-либо требуют изучения», - сказал он.

По его словам, чтобы ограничивать операции по криптовалютам, которые уже существуют в мире, нужно понимать, есть ли для этого соответствующие механизмы администрирования.

«Если вы играете в казино в Казахстане, я могу это регулировать. Если вы играете в казино за рубежом, никаких рычагов чтобы воздействовать на вас у меня нет. Если вы участвуете в каких-то финансовых пирамидах за пределами Казахстана, я тоже не могу это администрировать. Поэтому в отношении тех криптовалют, которые уже существуют, мы сейчас изучаем вопрос – достаточно ли у нас инструментов администрирования, чтобы наши граждане от этого рынка были каким-то образом отсечены. Хватит ли у нас таких возможностей?

В условиях открытой валютной либерализации вы можете делать денежные переводы в любую страну мира без каких-либо ограничений. И если завтра вы также будете покупать эту криптовалюту не на казахстанском рынке, а на соседнем, наверное, регулировать этот процесс будет сложно», - пояснил глава Нацбанка.

Он добавил: «Другой вопрос, связанный с отношением самого Нацбанка как Центрального банка и эмитента национальной валюты к выпуску тех или иных инструментов, которые выстроены на платформе блокчейн и какие-то криптовалюты, которые мы можем использовать с точки зрения каких-то своих национальных интересов. Это отдельный вопрос. Это отдельный вектор развития и здесь мы также изучаем, смотрим, потому что у меня сейчас нет четкой позиции, что какая-то определенная криптовалюта Нацбанку не нужна – такой позиции у меня нет. Поэтому еще раз говорю, мы изучаем».

По его словам, сегодня многие люди не всегда понимают то, что некоторыми Центральными банками анонсируется.

«Когда говорят о том, что какая-то страна признала криптовалюту, то речь скорее всего идет о достаточно узком правовом поле, в котором эта криптовалюта может использоваться для определенного рода операций или группы лиц, обладающей квалифицированными навыками. Это скорее всего только для каких-то расчетов внутри страны. Да, такие страны есть.

Есть страны, которые достаточно негативно относятся таким валютам и идут по пути запретов. Единого стандарта в этом отношении в мире пока нет.

Я склоняюсь к тому, что нужно накопить больше знаний. Более того, мы живем в правовом государстве и права наших граждан, компаний регулируются законом. Для того чтобы ввести какое-либо ограничение, требуются изменения в законодательстве. Соответственно, процедура изменения закона достаточно длинная, даже если выйти сейчас с какой-то инициативой на это потребуется как минимум год», - говорит Данияр Акишев.

Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 15 сентября 2017 > № 2310758 Данияр Акишев


Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 15 сентября 2017 > № 2310552 Василий Поздышев

Василий Поздышев, ЦБ: «Банки научились работать по кредитованию МСБ»

Елена Гостева, редактор Банкир.Ру

На региональные банки и банки с базовой лицензией ляжет работа с малым и средним бизнесом. На форуме в Сочи банкиры обсудили, что именно делают для развития бизнеса Центробанк и структуры корпорации МСП.

Сегодня Центробанк оказывает две формы поддержки малому и среднему бизнесу (МСБ). Он занимается рефинансированием кредитов, выданных банками МСБ, и обеспечивает сами банки, кредитующие этот сектор, деньгами в периоды, когда стоимость средств в экономике не дает возможности снижаться ставкам по выдаваемым кредитам. Об этом заявил, выступая на сессии «Перспективы расширения возможностей рынка кредитования субъектов МСП региональными банками» XV международного банковского форума в Сочи зампред Банка России Василий Поздышев.

Поздышев озвучил прогноз прироста портфеля кредитов МСБ за 2017 год – за 8 месяцев он вырос 8%. На данный момент выдано кредитов на общую сумму 4,8 трлн. рублей, и до конца года цифра будет не менее 5 трлн. рублей. Это при том, что общий кредитный портфель банков бизнесу будет к концу 2017 года на уровне 30 трлн. рублей, то есть на МСБ приходится 15% от общей суммы займов. И те кредиты, что выдаются сегодня - это качественно новый рост, так как значительная часть кредитов сектору МСБ была выдана не в лучшие для бизнеса времена. Общий уровень просрочки в портфеле МСБ – 13%. Но с начала года уровень просрочки уже не растет. Это говорит о том, что банки научились работать по кредитованию МСБ и уже не допускают большого числа ошибок. Поэтому уже буквально через год при таких же темпах роста портфеля уровень просрочки в МСБ существенно снизится.

ЦБ разрешил банкам применять пониженный коэффициент риска к кредитам МСБ на уровне 75%, что снижает нагрузку на капитал. Именно поэтому банки стали выдавать больше кредитов МСБ, отметил зампред Банка России.

Что же касается льготного регулирования, то ЦБ активно работает с корпорацией МСП. Сейчас гарантии МСП являются обеспечением второй категории качества, то есть к ним применим дисконт в 50% от суммы гарантии, напомнил Поздышев. «Мы работаем с корпорацией и правительством для того, чтобы создать законодательные условия, которые дадут возможность зачислить гарантии корпорации МСП к обеспечению первой категории качества. Корпорация будет обязана соблюдать определенный набор нормативов, у нее будут условия по хранению свободных остатков на счетах, чтобы ограничить риски самой корпорации», - сообщил зампред ЦБ.

Председатель правления СМП-банка Дмитрий Голованов сообщил, что уже созданы стандарты, по которым кредиты, выдаваемые банками малому и среднему бизнесу, будут включены в мультиоригинаторную секьюритизацию. Это создается для того, чтобы банки выдавали кредиты по одинаковым однородным параметрам, дабы потом они могли служить обеспечением под выпускаемые на эти кредиты облигации. Банк уже сейчас начинает работы с партнерами по выдаче кредитов по этим стандартам.

МСП-банк возьмет на себя создание платформы мультиоригинаторной секьюритизации и будет выступать якорным инвестором по выкупу требований к предприятиям малого и среднего бизнеса. Банк пока решает, как он будет выкупать эти облигации – на собственные книги МСП-банка или на специально созданные общества.

«Кроме выкупа облигаций на баланс банка, мы будем ходатайствовать перед ЦБ о включении этих бумаг в РЕПО и ломбардный список», - заявил Голованов.

Что подлежит секьюритизации? Кредиты на 500 млн рублей, но при этом если деньги выдаются в рамках возобновляемой кредитной линии, то секьюритизировать можно не более 2% от общего объема линии. Валюта кредитов – рубли, сроки – до 36 месяцев или до 120 месяцев – для возобновляемы линий. Важно, чтобы кредиты качественно обслуживались и генерировали стабильный денежный поток.

Есть у банка и требования к обеспечению по кредитам, но на сумму до 3 млн. рублей можно секьюритизировать и кредиты и без обеспечения, так как по меркам МСБ такие суммы можно проводить как ПОС-кредиты.

Приоритет в работе МСБ-банка отдается работе с региональными банками и банками с базовой лицензией. Эти банки будут агентами банка МСБ по доведению денег до бизнеса. Они смогут кредитовать бизнес от имени и по поручению МСБ-банка .

Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 15 сентября 2017 > № 2310552 Василий Поздышев


Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 15 сентября 2017 > № 2310551 Александр Афанасьев

Александр Афанасьев, Московская биржа: «Те, кто бросаются в омут финтеха – не при деньгах»

Елена Гостева, редактор Банкир.Ру

А те люди, которые при деньгах, обычно побаиваются новшеств. Но финтех дает возможность сократить дистанцию между человеком и необходимой ему услугой, а также попробовать многое, не прибегая к услугам посредников.

За три года бурного развития финтеха на финансовом рынке 90% из тех новинок, которые анонсировались, уже растворились в безвестности. Об этом заявил глава Московской биржи Александр Афанасьев на XV международном форуме «Банки России - XXI век» в Сочи 15 сентября 2017 года. Он вспомнил, что когда финтех только появился, был большой соблазн предлагаемые новинки тут же внедрить, а сейчас у многих есть обманутые ожидания – технологии не смогли развиться так, как прогнозировалось три года назад. Но если раньше, несколько лет назад, в США удаленно открывалось лишь 12% счетов, и такая возможность была, скорее, диковинкой из серии «ну пусть будет», то сегодня в США уже 72% счетов открываются через дистанционные каналы, и те компании, которые не предлагают этой сервис, вызывают недоумение.

Вот клиент открывает в банке счет, и, несмотря на тот факт, что счет этот принадлежит человеку или компании, банк начинает считать этот счет и этого клиента «своим» - это юридическое или физическое лицо уже выбрало данный банк, можно начинать продавать ему услуги – карту, депозиты, кредиты. А современная экосистема вокруг одного счета выросла так, что человек поворачивает ключ зажигания в машине, и его совершенно не интересует, по какой логике и через каких посредников с его счета списываются средства за прокат автомобиля. Получается, что в этой системе банк – лишь провайдер услуг. «Отвязать» счет от банка фактически помог тот же самый финтех.

Но при этом во все предлагаемые финтехом новинки, «в этот омут финтеха, бросаются чаще всего те, кто не при деньгах, им и рисковать-то нечем. А те, кто при деньгах, новшеств побаиваются», - отметил Афанасьев. Но финтех помогает выловить из тонн пустой руды даже капли золотоносной породы. Так, если раньше инвестиционные компании и брокерские дома охотились лишь за состоятельными клиентами, потому что содержать офисы дорого, то теперь, благодаря дигитализации, через интернет можно дойти с предложением инвестиционных услуг и до массового клиента.

Александр Афанасьев отметил еще одну особенность финтеха: «Финтех говорит – не надо повышать финансовую грамотность, купи себе бота, и он тебя обо всем будет информировать, ответит на все вопросы и все объяснит». На фоне привлечения в работу ботов банки сами уже немного обленились, считает глава Московской биржи. Но финтех и заставляет уходить с финансового рынка посредников. Так, например, обыватель не знает, зачем ему, просто торгующему на рынке, нужен брокер, клиринговая компания, депозитарий, репозитарий, да и сама биржа. Но финтех развивается и уже заставил биржу допустить к торгам не только сами банки, как держателей счетов корпораций, но и непосредственно эти корпорации. Так, компании на бирже торгуют сами на валютном рынке и рынке РЕПО, и делают это не хуже, чем специалисты банков.

«Молодые клиенты скорее доверяют технологиям, а зрелые люди – финансовому институту. Поэтому прорыв на рынке финансовых технологий будет тогда, когда технологии и бренды сумеют договориться», - резюмировал Афанасьев.

Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 15 сентября 2017 > № 2310551 Александр Афанасьев


Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 15 сентября 2017 > № 2310550 Оливер Хьюз

Оливер Хьюз: «Интересное время наступает!»

Татьяна Терновская, редактор Банкир.Ру

Что надо делать банкам, чтобы остаться на рынке завтра? Bankir.Ru представляет тезисы выступления председателя правления Тинькофф Банка Оливера Хьюза на форуме «Банки России – XXI век» в Сочи.

Останутся ли банки, основные поставщики финансовых услуг, через какое-то время? Как ни парадоксально, мой ответ – да. Хочется сказать «нет». Но, к сожалению, да.

Взрыв финтеха, много хайпа. При этом очень много финтех-компаний без банковских лицензий умирают.

Успешные небанковские финтех-проекты начинают получать банковские лицензии или лицензии участников финансового рынка, начинают регулироваться. Им это нужно, чтобы развить свой бизнес дальше. А банки, в свою очередь, начинают приобретать некоторые финтех-навыки.

Есть банки, которые были финтехом изначально – как Тинькофф. А есть банки, которые становятся финтехом со временем. Как Сбербанк, например. Он очень успешно и убедительно это делает. И не только он – если мы говорим про Россию.

Вопрос не в том, останутся ли на рынке банки – эти успешные посредники, со своим успешным риск-менеджментом, жестким регулированием. А в том – какие банки вообще останутся? Вот это самое интересное. И, возможно, здесь стоит говорить не только о банках, а в целом о финансовых игроках, которые регулируются.

Что нужно, чтобы оставаться участником банковской и финансовой системы?

Интерфейс. Без интерфейса ты никто. И есть куча банков, которые уже никто, ходячий труп. Это очень важный момент, который определяет твои связи с клиентом. Тем более - с будущим клиентом. Это может быть, кстати, face to face - отделения, я их не отрицаю. Это, естественно, мобильные приложения. Это интернет-банк, это колл-центр, это чат. Но это уже и намного больше. Например, если ты заходишь в магазин в США. Ты делаешь покупку без покупки. Ты просто заходишь в магазин, забираешь с полки то, что тебе нужно – и товар ушел, все. Через мобильные приложения, через датчики в магазине и так далее средства дистанционно списываются со счета. Это покупка – но это не покупка. Все эти вещи меняются очень быстро.

Технологии. Интерфейс – это вопрос технологий. И технологии – это не просто IT-платформа. Понятно, что много чего можно купить, установить кучу разных новых систем. Но это вопрос процессов вокруг IT-платформ. У тебя может быть прекрасный интерфейс на фронте. Но если за этим фронтом нет соединенных процессов, чтобы дать хороший клиентский опыт, тогда у тебя тоже большие проблемы. Бизнес-процессы – самое сложное. Их постоянно надо обновлять, модернизировать технологии. Скорость, адаптированность, качество и сервис – все эти технологии должны быть у тебя. Ты сам должен это писать, поддерживать. Это сложно и дорого.

Данные. Все розничные банки имеют кучу данных, большие банки имеют много данных. Но что с ними делать – большой вопрос. Опять это вопрос технологий, но также – вопрос правильной настройки. Ты должен понять, как их хранить, как упорядочить, очищать, куда их применять, как анализировать. Просто много данных – это ни о чем.

Масштабирование. Ты должен понять, как масштабировать свой бизнес. Это, к сожалению, закон джунглей, где самые большие выживут, а маленькие – умрут. Почему? Это вопрос экосистем. Экосистемы финансовых игроков – это, скорее всего, онлайн, электронная коммерция, интернет-магазины. Это могут быть телеком-гиганты. И, кстати, банки. Некоторые банки, которые смогут сложить этот паззл. Они построят финансовую экосистему. Они уже строят, мы уже строим. Это вопрос количества клиентов, количества сервисов: все в одном месте. Ты масштабируешь, масштабируешь – и за счет этого ты можешь снижать цену, не снижая клиентского сервиса. Это вопрос жизни и смерти для всех нас. Мы готовы конкурировать в масштабе с этими гигантами?

Интересное время наступает!

Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 15 сентября 2017 > № 2310550 Оливер Хьюз


Казахстан > Финансы, банки > dknews.kz, 14 сентября 2017 > № 2312232 Данияр Акишев

Данияр АКИШЕВ: «Обменный курс – индикатор состояния экономики»

Сегодня есть немало людей, для которых утро начинается не с прогноза погоды, а с курса валют. Нормальная практика: едва открыл глаза, схватил мобильный… ДК в тренде: с этого вопроса началось и наше интервью с председателем Национального банка РК Данияром АКИШЕВЫМ. Хотите знать ответ? Читайте…

Алевтина ДОНСКИХ

-Все думают, что за обменный курс отвечает только Нацбанк. Да, мы отвечаем за текущую ситуацию на бирже, – говорит банкир. – Но на самом деле обменный курс – это индикатор, который отражает состояние экономики в целом. Если экономика, к сожалению, не генерирует в достаточной степени экспортные доходы, но при этом тратит тот же объем средств на оплату импорта, то соответственно будет наблюдаться дисбаланс на валютном рынке. То, что происходит с курсом – это исключительно рефлекция на системные, глубинные процессы, которые сложились в нашей экономике. Можно критиковать Нацбанк за нынешний свободный валютный курс, но других механизмов, другого рецепта, кроме как того, что курс должен найти точку своего равновесия в среднесрочном периоде времени, нет. Нет и с точки зрения альтернативы. Потому что другая альтернатива – временная фиксация, временное благополучие и стабильность, при волатильности внешних и внутренних экономических процессов, будет постоянно приводить к шокам.

Наше интервью предваряет встречу Данияра Акишева с руководителями печатных и ТВ-СМИ. Она организована Национальным банком, газетой «Деловой Казахстан» и состоится сегодня в Центре кассовых операций и хранения ценностей НБ РК. Заявленная тема – «Деловая осень».

КТО РАСКАЧИВАЕТ РЫНОК

Ну а наше интервью преимущественно о том, что волнует большинство людей. Темой августа и начала сентября стала валютная ситуация, снижение курса тенге по отношению к доллару, евро, рублю. Это происходило на сравнительно стабильном внешнем фоне, нефтяные цены медленно, но росли, а тенге, тем не менее, слабел. Как отмечал в это время Национальный банк в своем комментарии, ситуация «сложилась на фоне превышения спроса на иностранную валюту над ее предложением со стороны банков, компаний и населения». А один из факторов «раскачивания» валютного рынка – всевозможные слухи – прогнозы, которые побуждали людей совершать покупки валюты впрок. Даже если в этот момент валюта не была нужна. А в условиях свободно плавающего курса тенге и минимизации участия Национального банка на валютных торгах такая ситуация приводит к автоматическому ослаблению курса. Нацбанк, как и обещал, вмешивался в ситуацию, выступая продавцом валюты, срезая пики спроса.

– Данияр Талгатович, в условиях наших реалий режим свободно плавающего обменного курса тенге показал свою эффективность?

– Ровно два года мы живем в новой реальности: сейчас действует режим свободно плавающего обменного курса тенге. В этих условиях курс ежедневно изменяется в сторону укрепления либо в сторону ослабления под воздействием фундаментальных и иных внутренних и внешних факторов. Эти колебания позволяют не накапливать дисбалансы, которые ранее становились причиной проведения девальвации (резкой корректировки курса) тенге, и постоянно поддерживать конкурентоспособность наших товаропроизводителей.

Понятно, что наше общество очень чувствительно к любой негативной информации относительно курса тенге. Независимо от источника информации общество впадает в панику, несмотря на наши разъяснения. Недавний пример: в начале августа курс тенге немного вырос, хотя серьезных объективных причин для этого не было. Колебания курса происходили из-за появления неоправданных слухов о возможной девальвации. Люди начали скупать валюту. Обменные пункты устанавливали высокие цены, по которым население было готово покупать и покупало иностранную валюту. Это был ажиотажный период, когда не стоило покупать валюту, о чем НБ РК и предупреждал. За короткое время курс стабилизировался, и люди понесли потери. Видимо, только так, через потери, казахстанцы научатся сохранять благоразумие и доверять нашим словам.

– Есть известное правило: покупай на падении, продавай на росте…

– Я бы поправил: сейчас действует одно правило – не покупай валюту, когда курс меняется!

Нацбанк ведет постоянную разъяснительную работу через СМИ, социальные сети, мобильное приложение NBK-online. За два года население и профессиональные участники рынка стали более лояльны к ежедневным колебаниям курса тенге. У них появилось понимание, как формируется обменный курс, от чего зависит, на какие факторы реагирует. При этом регулятор сохраняет за собой право участвовать в валютных торгах (проводить интервенции) с целью сглаживания резких дестабилизирующих колебаний курса тенге в случае возникновения угрозы для финансовой и экономической стабильности.

ВЫШЛИ В СЕТЬ ШИРОКУЮ

– Назначая вас на должность председателя Нацбанка, глава государства поручил вам вернуть доверие к тенге и Национальному банку. Как вы оцениваете сделанное, и что еще предстоит сделать в этом направлении?

– Развитие коммуникаций является одним из приоритетных направлений в нашей работе. За последние годы Нацбанку удалось значительно улучшить политику коммуникаций, повысить транспарентность. Очень важно, что мы обеспечили рынок, все целевые аудитории необходимой информацией.

Так, в 2016 году НБ РК существенно расширил перечень статистической и аналитической информации, публикуемой на своем сайте. На регулярной основе мы публикуем данные о ситуации на финансовом рынке Казахстана, инфляции, прогнозах, инфляционных ожиданиях, операциях...

При этом мы сопровождаем информацию комментариями, максимально задействовав потенциал своих экспертов. Это пресс- и интернет-конференции, тематические брифинги. Мы практикуем круглые столы с участием СМИ, в ходе которых представители Нацбанка разъясняют проводимую политику и законодательные инициативы. В прошлом году мы ввели в практику проведение встреч с экспертным сообществом, где даем разъяснения по основным направлениям денежно-кредитной политики.

Мы используем современные инструменты и каналы коммуникаций. В том числе официальные аккаунты в соцсетях. Важную роль играет и мобильное приложение NBK-onlin. Оно было запущено в ноябре прошлого года. У людей появилась возможность задать свои вопросы напрямую Национальному банку и получить ответ в течение 5 часов. Число пользователей NBK-online растет и уже превысило 10 тысяч. Мы анализируем наиболее востребованные темы пользователей приложения и стараемся быстро реагировать на их запросы. Постепенно мы добавили в приложение новые разделы: «Защита прав потребителей финансовых услуг», «Золотые слитки», «Гарантия по депозитам».

В целом, можно сказать, что проделана большая работа. Тем не менее мы понимаем, что это только начало процесса восстановления доверия к финансовому регулятору. Мы продолжим качественно развивать уже существующую практику активных коммуникаций с населением, СМИ, рынком, экспертным сообществом.

– Сегодня тенговые депозиты растут. Что позволяет сохранять доверие общества к национальной валюте?

– Фундаментальная причина доверия – проводимая государством и Национальным банком политика в этом вопросе. Государством гарантируются депозиты физлиц в национальной валюте – в размере до 10 млн тенге, в инвалюте – до 5 млн тенге. Кроме того, максимальная рекомендуемая КФГД ставка по депозитам физлиц на сегодня составляет 14% по тенговым депозитам; 1,5% – в инвалюте.

Напомню, что максимальная рекомендуемая ставка по депозитам была введена с 1 июля 2008 года для распределения рисков и недопущения агрессивной рыночной политики банков при привлечении депозитов. То есть, сейчас созданы благоприятные условия для вложения в тенговые инструменты сбережения. Политика же НБ РК в целом направлена на повышение привлекательности тенге, обеспечения более высокой доходности тенговых инструментов, снижение уровня долларизации депозитов.

Показатель закономерен: в условиях относительно стабильной экономической ситуации в Казахстане, а также в условиях функционирования режима свободно плавающего обменного курса долларизация депозитов продолжает стабильно снижаться. Так, по последним имеющимся данным, в июле 2017 года доля валютных вкладов демонстрирует продолжение тенденции к снижению – до 49%. И июне 2017 года этот показатель был 50%, а в январе 2016 года – 70%. Такова тенденция.

ПРО ЗАЩИТНЫЙ «АРСЕНАЛ»

– В зарубежных СМИ обсуждаются два взаимоисключающих сценария: первый – доллар укрепится, поскольку ФРС намерен значительно снижать долларовую ликвидность. Согласно второму – группа стран готовится «торпедировать» доллар, отказавшись от его широкого использования, что при 20-триллионном долге США вызовет серьезные потрясения в мировой финансовой системе. Просчитывает ли Нацбанк такие сценарии?

– Мы постоянно наблюдаем за ситуацией на внешнем рынке. Намерение ФРС снижать долларовую ликвидность – ожидаемое событие, так как значительный объем ликвидности стал результатом программы количественного смягчения. Думаю, изъятие ликвидности ФРС частично учтено в ожиданиях рынка, последствия будут иметь ограниченный характер.

Тем не менее в случае возникновения негативных последствий НБ располагает достаточными инструментами по смягчению негативных внешних последствий.

Что касается отказа от широкого использования доллара, считаем такой поворот событий маловероятным. Доллар – мировая валюта и применяется в ежедневных международных расчетах. По данным МВФ, примерно две трети мировых валютных резервов хранятся в долларах. И отказ от доллара может привести к значительным издержкам и торможению деятельности международных предприятий и организаций.

Внешние факторы находятся вне зоны влияния НБ РК, и прогнозировать их динамику сложно. Тем не менее мы проводим ДКП с учетом текущих реалий, регулярно оценивая вероятность возникновения внутренних и внешних рисков.

– Насколько велик «арсенал» защитных мер НБ РК в случае нарастания внешних дестабилизирующих факторов?

– Основными механизмами реагирования со стороны регулятора на возникающие риски являются инструменты ДКП, основной из которых – базовая ставка.

Что касается валютного рынка, то с момента перехода к режиму плавающего обменного курса именно курс тенге абсорбирует внешние шоки, что позволяет не накапливать дисбалансы в экономике.

Также нами предприняты меры по обеспечению диверсифицированности активов под управлением НБ РК, что позволяет минимизировать негативное воздействие возможного увеличения волатильности, связанной с долларом США. В рамках Инвестиционной стратегии по управлению золотовалютными активами Национальный банк имеет возможность оперативно реагировать на изменения конъюнктуры на мировых финансовых рынках. Эти меры и шаги позволяют в должной мере обеспечить ликвидность и сохранность золотовалютных активов НБ РК.

– В народном рейтинге тревог пункт номер два – объединение самых крупных казахстанских банков – Халыка и Казкома. По отечественным меркам это мега-банк. Но, судя по прошлому опыту, не всегда это позитив: БТА утянул на дно Казком. Не утянет ли Казком, у которого, даже при мощной господдержке, проблем все еще немало, на дно Халык? Люди беспокоятся – а народная интуиция зачастую бывает вернее банковских индикаторов устойчивости…

– В свое время сделка по передаче активов и обязательств между ККБ и БТА была проведена для поддержания устойчивости банковского сектора. Однако она не предполагала проведение финансовой экспертизы качества активов для определения их реального состояния, по результатам которой оба банка должны были признать все имеющиеся убытки.

В результате той сделки все обязательства БТА перешли на баланс ККБ. Однако рыночная стоимость передаваемых активов БТА не покрывала его переданные обязательства. Аналогично не была проведена рыночная оценка активов ККБ, передаваемых в БТА. Таким образом, Казком «посадил» у себя на балансе активы БТА не по рыночной стоимости (хотя прежде необходимо было признать убытки). Аналогично, БТА «посадил» у себя на балансе активы ККБ не по рыночной стоимости. В результате у БТА образовался долг перед ККБ, который БТА должен был обслуживать, но фактически не мог погашать.

При оценке сделки между ККБ и Халык Банком следует принять во внимание, что в этом случае произошло приобретение акций ККБ новым стратегическим инвестором. Что положительно отличает эту сделку от сделки ККБ-БТА и не ухудшает финансовое положение инвестора, так как:

во-первых, в сделке Халык– ККБ обязательства последнего не переходили на баланс Народного банка. Халык приобрел акции ККБ и стал материнской компанией Казкома. Это влечет за собой обязательства в рамках крупного акционера/банковского холдинга ККБ;

во-вторых, в рамках проведения сделки продажи ККБ Халык Банку была проведена оценка качества активов и признание убытков по ее результатам и доведения капитала до нуля тенге. Халык Банк капитализировал ККБ до уровня, необходимого для выполнения им нормативов достаточности капитала, что обеспечивает устойчивость ККБ;

в-третьих, механизм сделки предусматривал полное очищение ККБ от неработающих активов (выкуп Фондом проблемных кредитов проблемных активов БТА). Тогда как ранее предпринятые меры носили «косметический» характер решения проблемы.

При этом как в отношении системно значимых банков, так и в отношении всех банков будут внесены изменения в регулирование, надзор и механизмы урегулирования для обеспечения устойчивости всего банковского сектора.

При осуществлении сделки ККБ-Халык были задействованы государственные средства при выкупе Фондом проблемных кредитов проблемных активов БТА. Их использование было продиктовано необходимостью поддержания финансовой стабильности и предотвращения угрозы системных рисков.

ККБ – системно значимый банк и осуществляет значительную долю платежей в платежной системе Казахстана. Реализация рисков и неисполнение платежных поручений или приостановление выплат по обязательствам ККБ могут вызвать распространение паники на вкладчиков других банков и будут оказывать негативный эффект на всю систему. При этом финансовые кризисы имеют негативные макрофискальные последствия для всей экономики. В итоге, урегулирование ККБ без госпомощи могло бы иметь системные последствия, как для финансового сектора, так и для всей экономики. Альтернативная стоимость восстановления доверия к банковскому сектору превысила бы затраченные на сделку средства.

Также следует отметить, что в структуре фондирования ККБ присутствует высокая концентрация государственных и квазигосударственных компаний, в том числе АО «ЕНПФ». Соответственно, признание убытков по займу БТА при отсутствии погашений по нему привело бы к неплатежеспособности ККБ, а убытки сверх акционерного капитала были бы понесены за счет депозиторов и кредиторов, в том числе за счет государства. Таким образом, в случае урегулирования несостоятельности ККБ без государственной помощи, кредиторы, относящиеся к государственному и квази-государственному сектору, понесли бы убытки.

Напомню, что во многих странах мира есть тенденция – за ошибки банков отвечают вкладчики. Казахстан же пошел по пути поддержки банков, их оздоровления, чтобы в итоге они могли отвечать по своим обязательствам, особенно перед вкладчиками.

ВИРТУАЛЬНЫЕ ДЕНЬГИ, ВТОРЖЕНИЯ, ОТРАЖЕНИЯ АТАК

– Криптовалюты резко вырывались вперед, тесня классические деньги. Какова позиция регулятора в этом вопросе – не пришло ли время менять законодательство с учетом цифровых денег и эмитировать «казкоины» или «тенгкоины»?

– Сегодня криптовалюты очень активно обсуждаются во всем мире. Однако говорить о вытеснении ими традиционных денег, на мой взгляд, довольно рано. Несмотря на то, что они обладают рядом удобств для их держателей, прежде всего, анонимностью, высокой скоростью обмена при трансграничных переводах, имеется ряд вопросов к общей безопасности их широкого использования.

Особенность криптовалют в том, что они не имеют единого эмиссионного органа и ничем не обеспечены. То есть не являются обязательством кого бы то ни было, включая государство. Также выпуск цифровых валют изначально происходит без обмена на традиционные денежные средства. Учитывая эти характеристики, подходы регуляторов разных стран к классификации и использованию криптовалют значительно различаются.

В некоторых странах они рассматриваются не как денежные средства, а как товар. То есть в вопросе регулирования речь в таком случае идет не об эмиссии, а о налогообложении операций, связанных с оборотом «цифрового товара». При этом цена этого инструмента или актива определяется исключительно имеющимся на него спросом и предложением. Высокая волатильность в краткосрочной перспективе дает возможность владельцу заработать на спекулятивных операциях, однако в долгосрочной перспективе существует значительный риск полной потери денежных средств.

Некоторые страны, например, Великобритания, Китай, Канада, Швеция анализируют вопрос целесообразности выпуска собственных цифровых валют. Это сложный, многогранный вопрос, который в настоящее время исследуется центральными банками этих стран.

В целом, ввиду глобальной природы хранения и работы распределенных реестров, в рамках которых используются криптовалюты, эффективное регулирование цифровых валют возможно только в международном сотрудничестве. На национальном уровне регулятор принимает меры информационного характера, уведомляет всех о рисках, присущих криптовалютам. Мы изучаем практику других стран и внимательно отслеживаем изменения, происходящие на этом новом рынке, для принятия решений при необходимости.

– Виртуальная реальность вторглась в мир реальных денег. Растет киберпреступность, и теперь уже не только защита банкнот становится важнейшей задачей Нацбанка, но и защита оборота денег в онлайне. Какие меры в этой сфере предпринимает Нацбанк?

– В этих целях в июле текущего года в НБ РК создано Управление информационных угроз и киберзащиты. В его задачи входит формирование централизованной системы защиты информационных систем и информационно-коммуникационной инфраструктуры финансового сектора для предотвращения кибератак и обеспечения их стабильного функционирования.

ТРИ НА МИЛЛИОН

– И вопрос о защите тенге. Как часто и насколько успешно подделываются тенге?

– За 8 месяцев года в Казахстане было выявлено 1 209 поддельных дензнаков, что на 4% больше, чем годом ранее. То есть, в Казахстане на один миллион банкнот приходится 3 подделки. В России – 15 подделок, в странах Евросоюза – 30 фальсифицированных на миллион банкнот.

Наибольшей популярностью у фальшивомонетчиков пользуются банкноты номиналом 2000 и 1000 тенге – их было выявлено 802 и 186 штук соответственно. Поддельные банкноты в Казахстане в основном изготавливаются с использованием компьютерной техники и струйного принтера, и при внимательном рассмотрении любой человек сможет распознать такую подделку.

«БАЗА» СНИЖЕНА – БИЗНЕСУ ПОДСПОРЬЕ

– В сентябре традиционно стартует новый деловой год. Есть ли хорошие новости или прогнозы для бизнеса? Например, по доступности к банковским кредитам, ведь НБ РК свой шаг сделал, снизив базовую ставку…

– Да, действительно, постепенное снижение базовой ставки за полтора года с 17% до 10,25% способствовало снижению процентных ставок по банковским кредитам. Средневзвешенная ставка по ним снизилась с максимального 23,7% в январе 2016 года до 15,7% в июле 2017 года, в том числе по кредитам небанковским юридическим лицам в нацвалюте, с 25,8% до 13,7%.

Их снижение происходило в связи с тем, что годовая инфляция продолжила замедление, соответствуя прогнозным оценкам НБ РК, а инфляционные ожидания остаются стабильными. Однако на фоне неопределенности и волатильности внешних условий возможности снижения ставки в текущем году ограничены.

При этом, в связи с тем, что эффект от снижения «базы» проявляется на рыночных ставках с временным отставанием, вероятность переноса последних снижений базовой ставки на рыночные в последующие месяцы присутствует.

Кроме того, Нацбанком принята Программа повышения финансовой устойчивости банковского сектора РК. Она предусматривает поддержку банков за счет государственных средств при условии солидарной ответственности акционеров по докапитализации банков и улучшению качества активов. По мере реализации программы ожидается последующее восстановление кредитной активности банковского сектора.

Казахстан > Финансы, банки > dknews.kz, 14 сентября 2017 > № 2312232 Данияр Акишев


Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 14 сентября 2017 > № 2310152 Айгуль Ибраева

Кто является лидером устойчивого роста банковского сектора?

Айгуль ИБРАЕВА

Экономика Казахстана находится на стадии восстановления после девальвационных процессов, происходивших в 2014 и 2015 году, оказавших дестабилизирующее влияние и на финансовый сектор государства. Тем временем, на банковском рынке страны наблюдается некоторое оживление. Kursiv Research решил выяснить, какие финансовые институты являются драйверами устойчивого роста в «постдевальвационный» период.

Согласно отчету S&P Global Ratings, казахстанским банкам предстоит пережить еще один непростой год, поскольку они будут осуществлять операционную деятельность в условиях умеренных темпов роста ВВП, волатильного курса тенге и низких цен на сырьевые товары, что негативно повлияет на перспективы развития банковского сектора, показатели прибыльности и качества активов.

В банковском секторе страны за последние несколько лет произошли немалые структурные перестановки. Изменились также предпочтения клиентов. Лидерами сектора сегодня являются банки, чья политика нацелена на клиентуру в розничном сегменте.

Одним из основных показателей стабильного роста банка является динамика роста ссудного капитала. По состоянию на 1 августа 2017 года кредитный портфель банковского сектора составил 13,50 трлн тенге, за два года показатель вырос на 8,3%.

За последний год заметно подрос рынок потребительских займов. Так, в июле 2017 банки выдали кредиты населению на потребительские цели на 47,5% больше, чем за тот же период предыдущего года. При этом в последнее время основным критерием выбора банка для клиентов становится стабильность.

Лидером по наращиванию объема ссудного портфеля относительно предыдущих лет стал Банк Хоум Кредит. По состоянию на 1 августа 2017 года кредитный портфель банка составил 144,91 млрд тенге, относительно того же периода предыдущего года показатель вырос на 45,7%.

Руководитель финансового блока, член правления ДБ «Банка Хоум Кредит» Франтишек Каливода отметил, что по сравнению с прошлым годом портфель потребительских займов банка вырос почти на 50%, чему послужила гибкая политика банка по внедрению новых продуктов, отвечающих требованиям клиентов. При этом жесткая политика банка по одобрению кредитов не повлияла на снижение спроса со стороны потребителей, а скорее наоборот, способствовала увеличению качества кредитного портфеля за счет лояльного подхода к клиентам. К примеру, в Банке Хоум Кредит при отсутствии просрочки клиент может получить до шести платежей в подарок, чего нет в других банках страны.

На втором месте по наращиванию объема кредитного портфеля оказался Tengri Bank. Ссудный портфель банка по состоянию на 1 августа составил 68,61 млрд тенге, показав рост в 43,7% по сравнению с аналогичным периодом 2016 года. Положительная динамика по кредитному портфелю наблюдается также в АО "Жилстройсбербанк Казахстана", где за год показатель вырос на 34,7%, чему способствовали госпрограммы по поддержке строительной отрасли и ипотечного кредитования. Относительный рост ссудного портфеля за год по состоянию на 1 августа 2017 года наблюдался у АО «Kaspi Bank» (21,0%) и АО «Нурбанк» (16,7%).

Не менее важным показателем доверия клиентов является рост вкладов населения. В августе текущего года совокупный объем вкладов физических лиц в банках составил 8,03 трлн тенге, что почти приравнялось к объему вкладов компаний, также это говорит о росте финансовой грамотности населения. К примеру, 2 года назад вклады граждан составляли лишь треть совокупного объема.

Казахстанцы стали больше вкладывать в национальной валюте. К примеру, за два года объем срочных депозитов в тенге возрос почти в 3 раза, тогда как вклады в иностранной валюте остались на прежнем уровне.

Согласно статистике Нацбанка РК, наибольший приток вкладов населения относительно уровня 2015 года показал Банк Хоум Кредит. По состоянию на 1 августа 2017 года уровень депозитов физических лиц в банке вырос более чем в 6 раз за два года и достиг 45,61 млрд тенге. В 2016 году тенденция роста вкладов продолжилась – за последние 12 месяцев показатель возрос на 138,3%. Рост показателя обусловлен выгодными и удобными условиями по продукту. Банк предлагает депозиты по максимально допустимой регулятором эффективной ставке по тенговым вкладам — 14% годовых.

Относительно высокий рост депозитов физических лиц наблюдается в АО "Банк Астаны". За два года по состоянию на 1 августа 2017 года уровень вкладов населения в банке увеличился в 4,3 раза, за год показатель подрос на 39,1%. В число лидеров по данному показателю вошел и Altyn Bank, где объемов вкладов физлиц за последние 24 месяцев вырос почти в 3 раза, а за 12 месяцев – на 80,9%.

Приток вкладов за последние два года также наблюдается в АО "ТПБ Китая в г.Алматы" (260,2%) и АО "Capital Bank Kazakhstan" (216,7%).

В ходе оздоровления банковской сферы Казахстана особое внимание уделяется уровню кредитов БВУ с просрочкой платежей свыше 90 дней (NPL). Рядом банков второго уровня за последний год был проделан огромный фронт работы по сокращению уровня токсичных кредитов в совокупном объеме ссудного капитала.

В АО «АТФБанк» за последние 12 месяцев уровень NPL сократился на 11,6%. Несмотря на проделанную банком работу по улучшению качества кредитного портфеля, уровень токсичных кредитов все еще превышает допустимые 10%. По состоянию на 1 августа 2017 года кредиты с просрочкой более 90 дней составил 11,0%.

В Банке Хоум Кредит наблюдается планомерное сокращение объема неработающих кредитов. За год по состоянию на 1 августа 2016 года уровень NPL в банке уменьшился на 3,25%, за следующие 12 месяцев показатель сократился еще на 3,16%. В итоге, за два года доля токсичных кредитов в совокупном объеме ссудного портфеля в финансовом институте сократилась с 10,4% до 4,02%.

Улучшению качества кредитного портфеля в банке способствовал строгий скоринг клиентов при выдаче кредитов, отметили в АО «Банк Хоум Кредит», что позволяет минимизировать риск неуплаты займа. Свою лепту здесь внес и проект банка по финансовой грамотности и ответственному кредитованию реализуемый банком с 2014 года. Специалисты Банка Хоум Кредит отмечают, что в последнее время потенциальные клиенты банка стали более обдуманно подходить к решению оформления кредита.

ДО АО "Банк ВТБ" (Казахстан) несмотря на уменьшение доли токсичных кредитов за рассматриваемый период на 2,6%, уровень NPL остается относительно высоким – 14,0%. Постепенное улучшение качества ссудного портфеля наблюдается у ForteBank (-2,1%) и Нурбанк (1,8%). Доля кредитов с просрочкой в августе текущего года в данных финансовых учреждениях была примерно одинаковая – 7,2% и 7,3% соответственно.

Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 14 сентября 2017 > № 2310152 Айгуль Ибраева


Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 14 сентября 2017 > № 2309467 Василий Поздышев

Василий Поздышев, ЦБ: Скоро число отозванных лицензий у банков достигнет 350

Елена Гостева, редактор Банкир.Ру

Зампред Центробанка Василий Поздышев считает, что процесс реформирования банковской системы в мире, начавшийся после кризиса 2007 года, близится к завершению. Поздышев коснулся того, как новации, внедряемые в мире, повлияют на регулирование отечественной банковской системы.

Реформа банковского сектора в мире длится с 2007 года и лишь сейчас приблизилась к завершению. Поэтому можно уже сейчас подвести предварительные итого того, как реакция финансовых властей развитых рынков на кризис повлияла и еще будет влиять на политику Банка России. Об этом заявил заместитель председателя Банка России Василий Поздышев, открывая вторую сессию XVII международного форума «Банки России- XXI век» в Сочи 14 сентября 2017 года. По его словам, международные финансовые власти – это объединение органов, в ведении которых находится финансовое регулирование в разных странах. Но это регулирование имеет общую точку и сводится под зонтиком одного органа – FSB, Совета по финансовой стабильности, штаб-квартира которого находится в городе Базель, в Швейцарии.

Поздышев расставил приоритеты в том, что делает совет по финансовой стабильности в своей работе, и как это отражается в деятельности ЦБ. Первый блок - это поддержка полного и последовательного осуществление пост-кризисных реформ. Программа, которая была принята в 2009 году Советом по финансовой стабильности, завершена 10 лет спустя с начала мировой турбуленции на рынке капиталов. Для нас реализация этого приоритета – внедрение требований Базеля III, два последних норматива из свода правил которого вступают в силу с 1 января 2018 года.

Это - норматив левериджа, который будет распространяться на банки с универсальной лицензией, и норматив чистого стабильного фондирования, который коснется системно значимых банков.

Второй приоритет – построение работы центральных контрагентов. И впоследствии заведение большинства сделок на финансовых рынках каждой страны в центральный депозитарий и центральный контрагент. Поэтому центральные контрагенты, работающие в России, и обслуживающие торги на российских рынках, будут выведены из регулирования в качестве банков. К центральным контрагентам будут применяться иные требования регулирования, например, водопадный метод покрытия убытков, чем к прочим кредитным организациям, отметил зампред Центробанка.

Третий приоритет – это устранение уязвимости внутри управления активами. Данное требование касается фондов – как пенсионных, так и акционерных, управления активами страховых компаний. В этой области регулирования в России тоже будет поводиться усиление контроля –чтобы банки не уводили свои риски в смежные структуры финансового рынка. Так, например, сегодня если банк владеет страховой компанией, то капитал страховой компании вычитается из капитала банка, а вот если страхования компания владеет банком, то вычет можно и не делать.

Четвертый приоритет – контроль за тем, что новые сложные правила регулирования, соблюдаться банально не будут. «Мы этот риск хорошо знаем, это - осознанное нарушение правил акционерами и руководством банков. И число отозванных лицензий у банков в России, а скоро таких лицензий за четыре года будет уже 350 – яркое тому подтверждение. Скоро ЦБ выпустит инструкцию о применении новых мер воздействия по отношению к банкам, где будет отражен элемент этого риска», - заявил Поздышев. Вторая часть этой же проблемы – политика вознаграждения менеджмента банка, и ЦБ будет жестко влиять на эту область.

И последний элемент новой парадигмы регулирования – новые финансовые технологии. В этом секторе ЦБ выделят три элемента: финтех, киберриски и криптовалюты. Это три разные зоны работы регулятора, и ЦБ подробнее расскажет про эти риски на форуме Финополис в октябре 2017 года.

Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 14 сентября 2017 > № 2309467 Василий Поздышев


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 14 сентября 2017 > № 2309463 Павел Самиев

Too big or not too big: как дальше развиваться крупным российским частным банкам

Павел Самиев

управляющий директор Национального рейтингового агентства, исполнительный директор АЦ "Институт страхования" при Всероссийском союзе страховщиков, генеральный директор «Бизнесдром»

Банковский рынок переживает мощную трансформацию, которая напоминает внутренний кризис. Крупнейшие частные банки больше не too big to fail, и их конкурентные позиции будут снижаться

Может показаться, что банковский рынок сейчас гораздо более уязвим, чем это было даже в острую фазу кризиса в 2014 году. Хотя внешний фон гораздо лучше — нет внешних шоков, уже достаточно продолжительное время «штиль» в экономике (не рост, конечно, но и не штормит). Система страхования вкладов уже не раз показала свою исправную работу, по сути, нет негативных предпосылок к появлению новых рисков, банки привыкли к геополитическим факторам и регуляторной политике ЦБ. Тем не менее ситуация на финансовом рынке этим летом, как многим показалось, вдруг стала выходить из-под контроля. Причем тревогу вызывают именно крупные кредитные организации.

В аэродинамике есть важное понятие «точка невозврата» — высота, набрав которую самолет уже не может опускаться, иначе потерпит крушение. При взлете это очень важно: от точки невозврата самолет может только подниматься все выше и лететь вперед. Подобную аналогию можно провести для банковского бизнеса: ряд крупных банков, которые сейчас входят топ-30, как раз прошли не просто фазу роста, а настоящий «взлет», неорганический рост. И выходя из уровня среднего или нишевого, попав в статус очень крупных, они прошли точку невозврата. Обратного пути не было — рост был сам по себе необходим для существования бизнеса. А далее, чтобы успешно конкурировать с другими банками (и на определенном этапе — с госбанками), им нужно только наращивать бизнес — за счет поглощения активов и развития новых проектов.

Однако этот этап уже точно в прошлом; санация «Открытия» — это точка отсчета нового времени, хотя на самом деле перелом произошел еще раньше.

Пенсионная реформа и особенно ее резкий «разворот» сыграли большую роль на банковском рынке. «Открытие» — не единственная финансово-банковская группа, которая сделала ставку на пенсионные деньги для экспансии, но, безусловно, один из ключевых участников консолидации и «передела» пенсионного рынка. За пару лет с 2012 года было куплено несколько НПФ, и это казалось просто великолепной, гениальной моделью: очень дешевая и растущая база фондирования для банка, для проектов группы и покупки бизнесов/активов для наращивания группы. Эта стратегия изначально не была обречена, но ряд внешних факторов — прежде всего, резкое изменение вектора развития пенсионной системы и изменение регулятивных требований — поставили на ней крест.

В любом случае сначала открытие для частных растущих банков огромного источника фондирования — пенсионных, государственных и квазигосударственных денег, а потом по разным причинам достаточно резкое сворачивание для них же этих источников, конечно, не могло пройти бесследно. Мы еще наблюдаем далеко не все последствия, к сожалению. Эхо будет долгим.

С точки зрения конкурентной среды, а точнее распределения сил на рынке, главное, что можно констатировать, — частные банки будут быстро сдавать позиции. Причем, прежде всего, именно те кредитные организации, которые в какой-то момент стали главными конкурентами госбанков.

Концентрация банковских активов и операций на российском рынке и так давно усиливается в пользу госбанков. По нашим подсчетам, доля топ-15 банков с госучастием (по размеру активов на начало этого года) в активах банковской системы составляла в 2008 году 51,2%, в 2012 году — 56,4%, в 2016 — уже 61,4%.

Госбанки доминируют и в корпоративном сегменте, и в розничном. Так, например, доля розничного кредитного портфеля, которая приходится на госбанки, увеличилась в 1,5 раза за период с 2008 по 2016 год и достигла на начало 2017-го 65,7%. Доля корпоративного кредитного портфеля, приходящаяся на госбанки, за восемь лет увеличилась на 17,4 п. п. (до 71,7%). До конца этого года доля госбанков в активах всей системы, по нашим оценкам, вырастет (с учетом санации «Открытия» и усиления тренда концентрации) до 67-68%, в розничном кредитном портфеле — до 66-67%, в корпоративном — до 77-78%.

Условно частные российские банки можно разделить на три категории. Первая — крупные универсальные банки. До текущего кризиса доверия их стратегия заключалась в том, чтобы набрать объемов в разных сегментах рынка и конкурировать с банками с госучастием. Сегодня наблюдается переток клиентов из частных в государственные банки, доля частных игроков и влияние на рынок катастрофически снижаются. Эта группа банков пострадала более всего, и если ситуация на рынке будет разворачиваться и далее в том же ключе, то доля частных крупных банков так и будет сокращаться. Как пример — та же ипотека, которая снова начала расти на фоне рекордно низких ставок. Но что значит этот рекордно низкий уровень? Госбанки могут «пробивать» рекорды вниз и далее — фондирование дешевое. Ипотека в частных банках будет становиться менее конкурентоспособной, проще говоря, невыгодной для клиентов из-за ставок. Масштабные программы субсидирования ставки могли бы сбалансировать рынок, но их сейчас нет.

Вторая группа частных банков — это средние банки с универсальной лицензией. Это сейчас спокойный кластер, хотя именно они понесли большие потери в 2014-2015 годах. Сейчас же здесь спокойно. Единственный момент — среди них есть монолайнеры, такая стратегия может также оказаться проигрышной, если госбанки будут активно наступать во всех сегментах рынка.

Третья группа — кредитные организации, которые в новой конфигурации рынка будут банками с базовой лицензией и которые занимаются преимущественно расчетными услугами, транзакционным или каким-то нишевым бизнесом. Эти банки постепенно будут уходить все больше в узкое сегментирование. Некоторые из них, конечно, перестанут быть банками, что бы они сами и регулятор не говорили.

На банковском рынке начинается новый этап развития, который больше напоминает внутренний кризис и напрямую не вызван ни новыми технологиями, ни изменением регулирования, ни внешними рисками. Конечно, диджитал, развитие нового формата работы с клиентами, технологии, новации в регулировании — все это очень важно, но причина трансформации рынка в другом. Альтернативной модели роста частных банков пока не видно.

На российском рынке сейчас работает более 550 банков, но при этом на топ-10 приходится 70% всех активов банковской системы. А в десятке крупнейших остается лишь три частных банка. И доля частных банков стремится к минимуму за 15 лет.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 14 сентября 2017 > № 2309463 Павел Самиев


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 14 сентября 2017 > № 2309357 Екатерина Еременко

Считаем потери. «Дыра» в капитале банка «Югра» выросла в 43 раза

Екатерина Еременко

Корреспондент Forbes

Отрицательный капитал «Югры» превысил 86 млрд рублей. Крах этой кредитной организации стал крупнейшим случаем в истории России по объему выплат вкладчикам из АСВ, всего подлежит выплате 169,2 млрд рублей

Отрицательный капитал (превышение обязательств над активами) банка «Югра», у которого Центробанк ранее отозвал лицензию, вырос до 86,091 млрд рублей, следует из опубликованного в «Вестнике Банка России» бухгалтерского баланса кредитной организации. Ранее, по данным обследования кредитной организации временной администрацией на конец июля, отрицательный капитал составлял 2,045 млрд рублей, то есть «дыра» в капитале увеличилась в 43 раза.

По информации ЦБ, чистая ссудная задолженность банка на 8 сентября оценивалась в 78,3 млрд рублей, что на 83,9 млрд рублей ниже оценки на 28 июля — 162,2 млрд рублей. Активы банка с 28 июля до 8 сентября 2017 года снизились на 84,2 млрд рублей (в 1,7 раза) — со 197,2 млрд рублей до 113 млрд рублей. Оценка обязательств банка на отчетные даты практически не изменилась — 199,13 млрд рублей на 8 сентября и 199,29 млрд рублей на день отзыва лицензии.

Кроме того, вырос убыток «Югры» на 84 млрд рублей — с 51,6 млрд рублей на 28 июля до 135,6 млрд рублей на 8 сентября.

Крах «Югры»

10 июля Центробанк ввел временную администрацию в банк «Югра». У регулятора вызвали вопросы клиенты «Югры» в нефтяной отрасли и юрлица, занимающиеся недвижимостью. Активы именно в этих отраслях и составляли основу небанковского бизнеса основного владельца банка Алексея Хотина F 110. 28 июля ЦБ отозвал у «Югры» лицензию на осуществление банковской деятельности, признав невозможным спасение банка. Крах «Югры» стал крупнейшим случаем в истории по объему выплат за время работы Агентства по страхованию вкладов, объем выплат оценивался в 169,2 млрд рублей. Позже АСВ сообщало, что примерное число вкладчиков банка «Югра» — 260 000, они могут обратиться за страховыми выплатами на общую сумму 173 млрд рублей. По состоянию на 28 августа 2017 года Агентство выплатило страховое возмещение более чем 200 000 вкладчикам банка «Югра» на сумму 163,96 миллиарда рублей, что соответствует 94,7% страховой ответственности АСВ.

2 августа первый зампред ЦБ Дмитрий Тулин пояснил, почему механизм санации не был использован для банка «Югра». По словам Тулина, банк «Югра» был относительно крупным «карманным» банком, который практически все привлеченные от вкладчиков деньги использовал для финансирования личного бизнеса своих собственников. Кроме того, банковские операции осуществлялись кредитной организацией таким образом, что значительную часть выданных кредитов вернуть практически невозможно.

«Расходовать государственные деньги — а санация идет за государственный счет — оправданно для восстановления финансовой устойчивости тех банков, которые выполняют общественно значимую функцию финансовых посредников в экономике. А если банк «пылесосит» вклады в интересах собственников банка, да еще безвозвратно утрачивая привлекаемые деньги, то он опасен для общества и «оздоровлению» не подлежит», — отмечал Тулин.

«Доля аффилированных c владельцами кредитов может сильно удивить регулятора», — писал 10 июля Forbes. «Большая часть кредитного портфеля шла на финансирование бизнеса собственников. По нашему мнению, банк обходил с помощью схем ограничение риска на собственников», — рассказал изданию зампред ЦБ Василий Поздышев. Из данных системы «Контур-Фокус» следует, что многие залоги в банке «Югра» связаны с Хотиным, его менеджерами и знакомыми. Один из примеров — компания «Сургуттранс» Анастасии Макаровой (она также задействована в управлении активами Алексея Хотина). Компания заложила нефтепровод в 148 км от Травяного до Мултановского месторождения в Ханты-Мансийском — Югра округе и лесные участки площадью 101,3 га и 540 га в том же районе. Сумма кредита неизвестна. Другие кредиты в банке тоже могли выдаваться по знакомству или для поддержания отношений.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 14 сентября 2017 > № 2309357 Екатерина Еременко


Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 13 сентября 2017 > № 2310148 Данияр Акишев

Данияр Акишев: "Свыше 70% всех платежей юрлиц и 50% платежей физлиц проводятся через дистанционные каналы"

Председатель Национального Банка РК Данияр Акишев на Республиканском совещании по вопросам цифровизации рассказал о внедрении инновационных технологий и цифровых сервисов в финансовую отрасль республики.

Он отметил, что за последние 20 лет кардинально расширились каналы и способы взаимодействия с клиентами. Ключевыми факторами в этом процессе выступили Интернет и мобильные устройства.

«Сегодня практически во всех банках внедрена система Интернет банкинга. Из 33 действующих банков услуги мобильного банкинга предоставляются 18 банками, которые охватывают 75% всей клиентской базы физических лиц. На сегодняшний день около 1 миллиона физических лиц пользуются мобильными приложениями банков», - сказал Акишев.

Он также отметил, свыше 70% всех платежей юридических лиц и 50% всех платежей физических лиц проводятся через дистанционные каналы. «Рост количества безналичных платежей с платежными карточками за первое полугодие 2017 по сравнению с аналогичным периодом прошлого года составил 70%. В данный момент популярность приобретают также электронные деньги: «В 1 полугодии 2017 года количество операций с электронными деньгами выросло в 2,7 раза, объем возрос в 3,4 раза».

По словам главы НБ РК казахстанские банки постепенно переходят к обслуживанию клиентов в онлайн-режиме в формате 24/7/365. В ряде банков применяются биометрические технологии - распознавание голоса, сканирование лица на основании фотографии или видеоизображения.

Клиентам казахстанских банков теперь не обязательно приходить в отделение банка, чтобы открыть банковские счета, платежные карточки, депозиты, получать кредиты. Все эти услуги могут предоставляться онлайн. Клиенты банков также могут проводить платежи и получать иные финансовые услуги с помощью социальных сетей.

«Новым каналом общения клиента с банком сегодня все чаще становится смартфон. Национальным Банком совместно с Правительством и банковским сообществом проводится работа по развитию мобильных финансовых сервисов. Рассматривается вопрос создания платформы мобильных платежей нового поколения, позволяющей проводить платежи с использованием мобильного устройства в реальном времени, в том числе по номеру мобильного телефона между гражданами, так называемые, P2P переводы», - сказал председатель регулятора.

Такое решение, по его словам, позволит проводить платежи быстро и удобно, не нужно будет также иметь дорогостоящую физическую инфраструктуру для организации приема платежей.

«Национальным Банком, со своей стороны, в ноябре 2016 года было запущено мобильное приложение «НБК Online», которое обладает двумя основными функциями. Во-первых, любой владелец телефона может задать вопрос Национальному Банку и получить ответ на свой телефон в течение 5 часов. Во-вторых, предоставляется оперативная рассылка новостей и важнейших событий в финансовой сфере», - рассказал Акишев.

Он отметил, что спустя 10 месяцев после начала функционирования мобильного приложения «НБК Online» было зарегистрировано свыше 10 000 тысяч пользователей, обработано более 2 000 обращений от граждан.

«Также Национальный Банк завершает разработку новой технологии – мобильного приложения для совершения населением операций по покупке и продаже ценных бумаг на базе блокчейн. В пилотном проекте рассматривается использование краткосрочных нот Нацбанка. Предлагаемое решение позволит гражданам в режиме онлайн покупать и продавать ноты Нацбанка с мобильного телефона, минуя посредников в лице брокеров и дилеров. Без налогов и комиссий. Абсолютная ликвидность и никаких ограничений по срокам владения», - рассказал глава Национального Банка.

Обратной стороной внедрения новых технологий в сфере финансов является повышение рисков киберугроз. В настоящее время Национальным Банком уделяется особое внимание мерам по защите информации и финансовой инфраструктуры.

Данияр Акишев отметил, что эффективность работы по защите информации и финансовой инфраструктуры зависит от тесного взаимодействия всех заинтересованных субъектов, профилактических мер и оперативного реагирования на возникающие угрозы.

«Ключевыми элементами обеспечения киберустойчивости финансовой системы является регулятор в лице Национального Банка Республики Казахстан, координационный центр по кибербезопасности, участники финансового рынка и иностранные партнеры с наработанной практикой противодействия кибератакам», - сказал он, отметив, что механизм реализации поставленных целей будет заложен в концепции кибербезопасности на финансовом рынке, который является составным элементом стратегии кибербезопасности Республики Казахстан «Киберщит Казахстан».

Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 13 сентября 2017 > № 2310148 Данияр Акишев


Россия > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > gazeta.ru, 12 сентября 2017 > № 2312856 Роман Артюхин

Казначейство: как заработать для бюджета

Артюхин: Федеральное казначейство получит новые полномочия

Петр Нетреба

Федеральное казначейство включит в свою учетную систему средства тех регионов и муниципалитетов, которые сейчас не вправе размещать бюджетные остатки в банках. Глава ведомства Роман Артюхин рассказал «Газете.Ru» какой доход приносят бюджетные деньги, зачем внедряется риск-ориентированный подход, выйдет ли Казначейство на валютный рынок, и чем учреждения культуры отличаются от оборонных заводов.

— В 2013 – 2014 году вы начали реформировать Казначейство. Сейчас предлагаете оформить новую конструкцию в Бюджетном кодексе. В каких условиях окажутся пользователи казначейской системы на завершающей стадии?

— Мы перейдем в категорию новой реальности. Все начиналось с того, что мы поступательно переводили счета федеральных бюджетных учреждений и органов государственной власти из кредитных организаций на обслуживание в Казначейство. И поскольку сейчас все средства федерального бюджета находятся на едином счете, каждая копейка на этом счете работает.

Управляя ликвидностью единого счета федерального бюджета, Казначейство размещает временно свободные остатки средств в различные надежные финансовые инструменты, такие как банковские депозиты и сделки РЕПО. Только за прошлый год государство заработало рекордные 82,7 млрд руб.

Вместе с тем, мы видим, что пока за рамками этой модели получения преимуществ от управления ликвидностью остались счета бюджетов субъектов РФ и муниципальных образований, которые не вправе размещать свои остатки согласно Бюджетному кодексу.

Сегодня Федеральному казначейству в Банке России открыты единые счета бюджета каждого публично-правового образования. А это порядка 500 млрд руб. ликвидности.

Мы сейчас при поддержке ЦБ ведем работу по реформированию системы бюджетных платежей, в рамках которой все открытые Казначейству банковские счета перейдут в нашу учетную систему. А Казначейству России в Центральном банке будет открыт один единый казначейский счет.

На основе имеющегося опыта по управлению остатками средств федерального бюджета, Казначейство будет управлять всей ликвидностью единого казначейского счета и начислять проценты по этим операциям нашим клиентам.

Эти бюджетные полномочия Казначейства будут закреплены в новой редакции Бюджетного кодекса. При этом, полномочия по самостоятельному управлению ликвидностью бюджетов субъектов РФ, которые предусмотрены в статье 236 Бюджетного кодекса, сохранятся и в новой редакции Кодекса. То есть на права самостоятельно размещать средства таких субъектов РФ, как Москва и Санкт-Петербург, мы не претендуем.

--Правила распределения доходов, возникающих при управлении ликвидностью, уже есть?

— В новой редакции Бюджетного кодекса предполагается, что эти правила будут установлены правительством. Мы предложим соответствующий механизм расчета, который обсудим затем с субъектами РФ, чтобы каждый мог высказать свои замечания и предложения.

И, разумеется, по всем активным операциям мы будем предоставлять отчетность каждому публично-правовому образованию, чтобы они понимали, каким образом были начислены доходы от размещения средств.

— Как доходы от остатков изменят бюджетный процесс, и кто будет их администратором?

— Администратором указанных доходов может быть и Федеральное казначейство. И конечно, в рамках бюджетно-правовых процедур мы будем планировать указанные доходы и направлять их публично-правовым образованиям, чтобы они также могли планировать в своих бюджетах эти поступления. Но этот вопрос еще будет развиваться поступательно.

— Норму доходности можете предсказать?

— Среднерыночные процентные ставки. Мы же не размещаем ни выше, ни ниже рынка.

— Но там, где есть доходность – есть и риски, и потери...

— Какие риски? Какие потери?

— Например, повторение кризиса 2014 года, когда доходы бюджета 2015 года сократились на треть…

— Действительно, мы, может быть, рассчитываем, условно на 7-8%, а ставки могут быть 3% - 4%. Ну, значит, доходность будет меньше. Что делать…

- А минус в такой системе возможен?

— Минус, как невозврат? Все зависит от того, в какие инструменты мы будем размещать деньги. Сделки РЕПО осуществляются с передачей ценных бумаг. Значит, если кто-то не вернул взятые у нас деньги, ценные бумаги становятся активом государства. Соответственно, мы их продаем, и остается их рыночная стоимость. Депозиты в настоящее время размещаются в самые надежные банки. Риски потерь по депозитам в Сбербанке, ВТБ, ВТБ-24, Газпромбанке, Россельхозбанке и Альфа-банке гипотетические.

— Конечно, вы назвали госбанки, за исключением одного.

— Да, но это вопрос к банковской системе. Мы смотрим на это с точки зрения управляющего. Есть банковская система, ее емкость и структура – это всё вопросы к Банку России. Для нас важно координировать с Центральным банком, потому что объемы размещения у нас триллионные. Если мы начнем размещать деньги без ограничений, риски колебаний будут очень велики. Дальше есть наши партнеры в лице банковской системы верхнего уровня, которые отобраны в порядке, установленном правительством. Если они не берут ликвидность, значит, нет и размещения.

— Пример размера остатков на счетах казначейства можете привести?

— Пожалуйста: за 4 сентября на утро 5 сентября мы имеем остатки средств на едином счете федерального бюджета в размере 2,876 трлн руб., это больше, чем у любого банка.

Из них размещено в депозитах – 618 млрд рублей, в сделках РЕПО – 526 млрд руб., и выдано бюджетных кредитов субъектам Российской Федерации и муниципалитетам – 118 миллиардов рублей.

Кстати, для субъектов Российской Федерации и муниципалитетов наши бюджетные кредиты очень важны, поскольку они предоставляются им по низкой процентной ставке — 0,1% .

— Зачем вы вписываете в законодательство «операции с повышенным риском», собираетесь вводить их категории и применять их при операциях со средствами участников и неучастников бюджетного процесса?

— Это уже отдельная ветвь нашего развития. До 2015 года основная функция Казначейства заключалась в учете и проведении бюджетных платежей, то есть мы были по сути своей кассирами.

Серьезный поворот произошел после вступления в действие Указа президента, передавшего полномочия по контролю и надзору в финансово-бюджетной сфере от Росфиннадзора к Казначейству России. И мы теперь на эту ситуацию смотрим еще и с точки зрения контролеров.

Посмотрите, как работает банковская система со своими клиентами. Мы можем провести здесь аналогию. Каждый сомнительный платеж банки проверяют на соответствие различным сферам законодательства. И банк же несет определенную ответственность за эти риски.

— А Казначейство по этим рискам должно отвечать?

— Начинаем над этим задумываться. Банковское законодательство, банковские технологии выработали совсем другую природу взаимоотношений с клиентом. Более того, в настоящее время банки активно используют принцип – «знать своего клиента насквозь». Например, даже счет физическому лицу так просто никто не откроет. Такой же подход возникает и у Казначейства.

Федеральных клиентов мы знаем, поскольку ведем их юридические дела, видим учредительные документы. Но у нас обслуживаются помимо них еще и клиенты регионального и муниципального уровней.

Да, они функционируют как участники бюджетного процесса, но уверены ли мы, что все операции, которые они совершают, по всему спектру не только бюджетного, а иного законодательства, соответствуют этому законодательству?

То есть, мы уже говорим о некоем compliance-контроле, который, должен возникать как чисто казначейский. Наша задача как контролеров не только выходить на проверки, а создать инструменты, которые предотвращали бы возникновение нарушения. Или сигнализировали о них вовремя тому же главному распорядителю. Речь не идет об ограничении их полномочий. Но есть ли у них полный набор таких полномочий? Каждый ли должен самостоятельно создавать эту систему контроля? Так называемый риск-ориентированный подход, при внутреннем своем контроле.

Поэтому мы должны предложить, с точки зрения прохождения платежей, систему риск-ориентированного контроля, при котором стало бы понятно, какие платежи проводятся. Могут использоваться модели банковского законодательства, механизмы, используемые Федеральной налоговой службой или Росфинмониторингом.

Мы используем весь имеющийся у Казначейства набор инструментов не только как контролера, но и как бухгалтера, и как оператора IT-систем. Это и казначейское сопровождение, и предоставление средств «под потребность», и технологические решения в информационных системах, при котором отсутствует сама возможность совершать нарушения

А общая задача, которая перед нами стоит — переломить негативное отношение к государственным деньгам и сделать так, чтобы каждый бюджетный рубль использовался по назначению.

— Приведите пример, как будет работать предупреждение об операции с повышенным риском?

— Самый простой пример по перечню юридических лиц, которые участвуют в противоправной деятельности. Такой перечень ведет Росфинмониторинг.

В случае, если наши клиенты захотят перевести им бюджетные деньги, мы должны просигнализировать, что перевод средств таким юридическим лицам, влечет за собой риски их отвлечения и неисполнения условий контракта. Даже если контракт уже заключен.

— Вы имеете ввиду контрагентов бюджета?

— Да. В случае такого сигнала платеж либо приостанавливается, либо вообще не проводится.

— А если контрагент госкорпорация?

— Маловероятно. Во всех государственных корпорациях создана очень серьезная система внутреннего контроля, функционируют свои единые казначейства. У всех государственных корпораций применяется внутренняя риск-ориентированная модель управления своими ресурсами.

Госкорпорация – это не та организация, которая завтра исчезнет, или возникла только вчера. Модели управления госкорпораций очень высокоразвитые. Понятно, что и там существуют свои нюансы, проблемы, сложности. Но это вопрос другого уровня.

— То есть, процедуры санкционирования усложняются только для контрагентов более низкого звена?

— Здесь мы должны быть тоже уместными. Модель, о которой я говорю, должна быть направлена на поиск различных нестандартных операций, таких, как, например, снятие особо крупных сумм наличных денег. Есть повод задуматься?

Модели мы сейчас вырабатываем, пока они проходят апробирование и об их широком применении говорить рано. И, конечно, эти модели должны получить подтверждение со стороны Минфина России.

— Выявление операций с повышенным риском — обязательный элемент казначейского сопровождения? Или казначейское сопровождение – это отдельная система?

— Тесно связанный с ним элемент, я бы так сказал. Конечно, казначейское сопровождение без этого элемента тоже может быть.

Но развитый механизм казначейского сопровождения должен обязательно основываться на риск-ориентированном подходе.

— На какой эффект вы рассчитываете от казначейского сопровождения?

— Все началось с авансов. Мы выдавали авансы, при этом увеличивалась дебиторская задолженность и, как следствие, неосвоение средств. У контрагентов казны возникало желание разместить их на депозиты в кредитных организациях и заработать проценты. И, чем позднее они рассчитаются с контрагентом, тем лучше. Обычный финансовый менеджмент.

Как только деньги стали оставаться на казначейских счетах, пропала возможность их отвлечения. Сократилась цепочка соисполнителей по контрактам, поскольку у поставщиков нет мотивации держать деньги на казначейских счетах, так как мы не начисляем проценты на их остаток. А за счет этого увеличилась скорость использования средств и их доведения в экономику.

Другой неожиданный эффект, благодаря казначейскому сопровождению – ряд государственных заказчиков и подрядчиков стали отказываться от авансов. Нас это вполне устраивает. Например, есть одно федеральное агентство, которое минимизировало авансы с 50 млрд руб. до 6 млрд.

— Не Росавтодор ли?

— Да. При казначейском сопровождении, даже новый принцип появился в бюджетном процессе: деньги под потребности, то есть выделение средств именно в тот момент, кода они реально необходимы.

Особенно хорошо это стало понятно при казначейском сопровождении на примере субсидий юридическим лицам и межбюджетных трансфертов. Все платежи четко видны, процент исполнения бюджет стал более достоверным. И у получателя субсидий появилась повышенная финансовая дисциплина. Он понимает: каждый платеж понятен и прозрачен, после каждой операции остается аудиторский след.

Правила работы с государственными деньгами в чем-то могут быть обременительными. Но лучше обремениться в начале пути, чем в его конце.

— Но для ряда получателей бюджетных средств в бюджете сделаны исключения по казначейскому сопровождению…

— Валютные операции вне Казначейства. Мы пока не являемся агентами валютного контроля. Есть и отдельные решения в установленном порядке, обусловленные определенными задачами. Например, Центризбирком.

Они как были, так и остались еще с советского времени в банковской системе. ЦИК перечисляется сразу вся сумма на проведение выборов, и они самостоятельно ею распоряжаются согласно соответствующему законодательству.

— Вы говорите о том, что операции в валюте не подлежат казначейскому обслуживанию. Но сами предлагаете ввести в Бюджетный кодекс понятие единого казначейского счета в валюте. Зачем?

— Пока не подлежат, потом будут подлежать. Сейчас мы видим, что по валютным операциям наши клиенты открывают отдельные счета в кредитных организациях.

Но мы полагаем, что соответствующие валютные операции может делать и Казначейство. То есть, необходимости открытия валютных счетов в кредитных организациях не существует.

Мы напрямую можем осуществлять данные платежи с казначейских счетов. В масштабах бюджета это небольшие операции – внешнеторговые, взносы в международные организации, финансирование зарубежных представительств.

— Но сейчас обсуждается и передача Казначейству функций агента по покупке валюты.

— Такой вопрос действительно рассматривается. У нас есть отдельная «дорожная карта». Но для выхода Казначейству напрямую на валютный рынок потребуется разработка соответствующих правовых механизмов и технологическое обеспечение.

— А зачем тогда отказываться от агентских услуг ЦБ?

— Это вопрос к ЦБ. Мы не хотим отказываться.

— То есть это инициатива Центробанка?

— У них есть хорошие доводы для этого, касающиеся разделения политики Центрального банка и политики клиентов. Они считают, что клиенты сами должны заниматься своими задачами. Но для нас это технологически сложно. Нам удобно, что бы Банк России по своему курсу продавал нам валюту, которая необходима для осуществления бюджетных операций и все. Что бы выходить на валютный рынок, нужно создавать соответствующую инфраструктуру. Сделаем, конечно, если задача так стоит.

— Если вернуться к скорости оборачиваемости бюджетных средств в экономике, о которой вы уже упоминали и вспомнить «бюджетный навес», который повторяется в конце каждого года. Почему он по-прежнему в моде?

— Его не надо бояться. Это искусственный страх. А сам «навес» является частью естественного процесса. Самый показательный пример – это заработная плата. Вся бюджетная система получает за ноябрь – декабрь зарплату в декабре и еще дополнительно годовую премию.

В структуре расходов даже федерального бюджета зарплата занимает 20% и этот навес по зарплате убрать никак не нельзя, да и не нужно.

Дальше закупки. Да у нас сложился определенный производственный цикл закупок. Государство все сделало для того, чтобы были трехлетние контракты, трехлетние лимиты, и здесь все понятно. Но окончательные расчеты по контрактам все равно осуществляются в декабре. Конечно, здесь еще можно о чем-то подумать для повышения равномерности расходования средств.

Но если посмотреть с точки зрения банковского дела, где этот навес? Нет этого навеса. Потому что деньги находятся на едином счете федерального бюджета, которые размещены в депозитах. Они в банковской системе. Суммы я называл.

Депозиты возвращаются к нам, а мы опять все возвращаем в банковскую систему уже через выплаты по соответствующим обязательствам наших получателей средств. Все нейтрально. По остальным направлениям, таким как трансферты и субсидии, перечисления идут более или менее равномерно.

— А почему тогда правительство ежегодно обостряет эту проблему?

— Для правительства деньги как лакмусовая бумажка. Бюджетный «навес» говорит о недостатках в организации работы по контрактации, по сдаче работ поставщиками.

То есть, деньги – это как свидетельство того, что если они не были освоены, значит, работы не выполнены поставщиками. А если работы не выполнены – значит, существует риск недостижения целей, на которые выделялись средства из бюджета. Это всегда будет артикулироваться в таком контексте.

Но, навес как финансовая или как казначейская проблема, на мой взгляд, не настолько актуальна.

— Как же жалобы бюджетополучателей на трудности оформления документации?

— Нет такой проблемы. Все очень четко урегулировано, многолетняя система соблюдения бюджетных ограничений отстроена.

Контракт должен быть? Должен. Акт выполненных работ должен быть? Должен. Они должны друг другу соответствовать? Должны! Все. Какие трудности?

— А существует разница в оформлении на получение бюджетных средств у организации культуры и предприятия оборонки?

— Да.

— Кому проще оформить документацию?

— У них разный статус. Учреждения культуры – это бюджетные учреждения. У них более гибкая система финансового обеспечения, они получают субсидии на выполнение государственного задания.

Согласно Федеральному закону № 83-ФЗ, направления использования средств определяются планом их финансово-хозяйственной деятельности. Соответственно, для них предусмотрена и более гибкая модель управления собственными ресурсами.

Главное, что от них требуется – достигнуть цели, которые обозначены в государственном задании.

Напротив, государственные заказчики в рамках государственного оборонного заказа должны заключить госконтракты и разместить сведения о них в реестре контрактов.

При этом, для них законодательно определена необходимость представления другого, более масштабного пакета документов, нежели тот, который представляется учреждениями культуры. То есть, по разным видам средств предусмотрены разные механизмы и разные инструменты их использования.

Россия > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > gazeta.ru, 12 сентября 2017 > № 2312856 Роман Артюхин


Дания > Финансы, банки. СМИ, ИТ > kursiv.kz, 12 сентября 2017 > № 2306322 Павел Драготски

Банк будущего должен быть похож на конструктор Лего

Эксперт: Павел Драготски

Автор: Павел Драготски, глава Saxo Bank в Центральной и Восточной Европе

Цифровая трансформация финансовой отрасли зачастую ассоциируется с блокчейном, в долгосрочной перспективе революционный потенциал этой технологии поистине огромен. В скором времени блокчейн будет состоять из множества ИТ-блоков, основанных на интерфейсе программирования (API).

Слово "Лего" происходит от датского "leg godt", что означает "играть хорошо". Между сбором конструктора Лего и дискуссией о будущем цифровой финансовой экосистемы можно провести интересные параллели. Такие характеристики как модульность, стандартизация и инновации применимы не только к сбору Лего, но и к созданию цифровой финансовой отрасли.

Финансовым институтам и банкам нужно ответить на вопрос: что делать, чтобы "играть хорошо" в новом цифровом мире?

Инструкции по сборке

Отправная точка для банков - это бизнес-модель, для Лего - инструкция по сборке. Главная проблема финансовых компаний - их традиционная линейность. Одержимая принципами независимости и контроля, банковская отрасль сформировалась по принципу «полного владения цепочкой создания ценности».

В эпоху цифровой трансформации отсутствие альтернативных бизнес-моделей и высокая стоимость владения «закрытой» ИТ-инфраструктурой довела традиционных поставщиков финансовых услуг до кризиса эффективности и самоопределения. Компании в сфере финансовых технологий, а также игроки, в разной степени связанные с финансовыми экосистемами, такие как PayPal, Apple, Amazon и Facebook, используют ее структурные недостатки, чтобы выйти на рынок или расширить границы системы. Их поддерживают регуляторы, которые меняют правила игры для финансовых рынков в пользу финтеха, выдают специальные лицензии, поддерживают стандартизацию посредством нового регулирования (например, PSD2) и поощряют появление новых бизнес-моделей (таких как агрегаторы данных).

Стратегия трансформации: открытие

Конечно, было бы ошибкой утверждать, что традиционные финансовые институты, исторически основанные на организационных моделях, полностью исчезнут, уступив место цифровым структурам. Чтобы воспользоваться преимуществами цифровой трансформации, нужно понимать, чем обусловлены происходящие изменения.

Помимо отраслевой конвергенции, изменений в переговорных позициях клиентов и растущей прозрачности рынка, обусловленной стандартизацией, успех также зависит от смены моделей поведения в сторону более тесного сотрудничества, созидания и масштабирования. Таким образом, финансовый посредник должен стремиться к высокой степени специализации, делать свои сервисы предельно ясными и завязанными на собственной бизнес-модели (или инструкции по сборке), а затем обеспечивать к ним доступ при помощи технологий и платформенных соединений. Таким образом, элементы цепочки, взаимозаменяемость которых не создает добавленную стоимость, можно заимствовать в экосистеме, у сетевых партнеров, например, у финтех-компаний, которые способны создавать более качественные и экономически выгодные решения.

Открытый (API) банкинг

Принцип открытого банкинга лежит в основе стратегии трансформации для банков. Его суть заключается в том, что вместо громоздких приложений банк предоставляет свои интерфейсы (API), обеспечивая взаимодействие со сторонними компонентами системы. Иными словами, API дает возможность подключения сторонних ИТ-сервисов и инфраструктур (таких как комплексные торговые и инвестиционные платформы Saxo Bank), и открывают доступ к современным готовым решениям.

API помогают банкам гибко и эффективно интегрировать необходимые платформы, продукты и инновационные сервисы в свою цепочку добавленной стоимости и в традиционную ИТ-инфраструктуру. Также стоит использовать аутсорсинг в отношении процессов с низкой добавленной ценностью, чтобы добиться более широкого распространения, повысить гибкость в обслуживании и улучшить пользовательский опыт, кроме того, это позволит продемонстрировать поведенческую гибкость и снизить ИТ-риски.

Наконец, API банкинг позволяет осуществить процесс трансформации в игровой форме (как конструктор), а также объединиться с опытными партнерами, не ограничивая возможности компании в краткосрочной перспективе. Возможности разнообразны, начиная с интеграции уникальных продуктов (например, данных исследований) и решений white label (например, для торговли и инвестиций), заканчивая аутсорсингом сервисов, связанных с инфраструктурой, продуктами и услугами в целях создания новых бизнес-моделей (в рамках которых «API банки», например, объединяют сервисы третьих сторон и обеспечивают их взаимодействие).

Совет директоров и руководство должны решиться на смену мировоззрения

Цифровая трансформация заставляет усомниться в правильности классической стратегии развития. Стратегии должны быть адаптивными. Поставщики финансовых услуг должны иметь возможность отказаться от своих взглядов на историческую принадлежность и самоопределение без лишних эмоций, и постоянно менять свое позиционирование в финансовой экосистеме, используя инновации как средство создания «цифровой культуры».

Процесс цифровых трансформаций влечет за собой растущую неопределенность в сфере управления, поэтому руководителям нужно учиться признавать, что есть вещи, которых они не знают. Руководство и совет директоров должны ориентироваться на будущую ценность, разрабатывать и использовать прототипы стратегических решений.

Успех придет к тому, кто открыт

Предложение компании определяется ее местом в экосистеме. Реактивная позиция или отставание могут настигнуть многих игроков финансового рынка, если они не откроют свою инфраструктуру, не будут активно формировать технологические взаимосвязи, и не добьются гибкости.

Чтобы "играть хорошо", нужно обеспечить взаимосвязь своего "потока ценности" с внешним миром - у Лего, одного из самых успешных производителей игрушек, все кубики сочетаются друг с другом.

Дания > Финансы, банки. СМИ, ИТ > kursiv.kz, 12 сентября 2017 > № 2306322 Павел Драготски


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > bankir.ru, 12 сентября 2017 > № 2306266 Аркадий Лобас

Стратегия современного банка в эпоху цифровых сервисов

Аркадий Лобас, генеральный директор ЗАО «ФлексСофт»

Мир стоит на пороге качественного рывка, драйверами которого являются цифровые технологии и их влияние на традиционный бизнес. Это принципиально новая модель построения бизнеса, полное переосмысление традиционных подходов к решению проблем клиентов, создание уникального опыта. Новый виток эволюции финансовой индустрии ведет к цифровизации, взаимопроникновению банковских продуктов, услуг, маркетинга и продаж, клиентского обслуживания и операционных процессов в цифровую среду.

Важнейшим стратегическим вызовом финансового рынка в настоящее время является усиление конкуренции со стороны технологических компаний и банков, вставших на путь операционной и цифровой трансформации. Организации трансформируются как внешне, так и внутренне.

Внешняя трансформация подразумевает новую концепцию по работе с клиентами, партнерами и контрагентами. В цифровую эру бизнес строят не вокруг продукта, а вокруг клиента, а это уже совсем другая культура. На смену традиционным B-2-B и B-2-C коммуникациям приходят открытые инновационные экосистемы, ориентированные на клиента. Усиливается синергия с контрагентами и партнерами, которые совместно строят эффективное взаимодействие с клиентом, по большей части предвосхищая его ожидания и потребности. Time-to-market – дни, а не месяцы, сейчас является одной из первоочередных задач.

Новая концепция не может работать на существующей управленческой и операционной модели. В цифровом мире организации должны перестроить себя внутри. Текущая модель построения бизнеса, система управления и операционная модель банков в основном ориентирована на поступательное развитие и не предполагает масштабной цифровой трансформации. Банки, которые уже начали свой путь в этом направлении с внедрения новых ИТ-систем, поддержки новых каналов коммуникаций, мобильных приложений, сейчас сталкиваются с необходимостью изменения мышления своих руководителей и сотрудников, внедрения новой культуры ведения бизнеса, операционных изменений.

Первооткрыватели в этом направлении перестраивают систему управления, помимо вертикальной внедряют горизонтальную культуру ведения бизнеса, вводят в состав топ-менеджмента CDO, Chief Digital Officer – менеджера по цифровой трансформации, внедряют Agile, активно работают с финтех-стартапами, открывают доступ к сервисам собственных ИТ-платформ.

Согласно недавно проведенному исследованию PwC «Global Digital Banking Survey» основным препятствием внедрения digital стратегий в банках, наряду с регулятивными ограничениями и недостатком финансирования, являются ограничения ИТ-архитектуры, сложность и «неповоротливость» текущих автоматизированных банковских систем. 

Сравнение традиционного и цифрового банкинга

Традиционный банк

  • Весь опыт и знания о клиенте сконцентрированы в определенной точке обслуживания, филиале банка.
  • Филиал или офис банка является точкой начала взаимодействия с клиентом.
  • Расстояние до филиала имеет значение, клиент должен иметь возможность физически добраться туда.
  • Цифровые сервисы являются продолжением сервисов филиала, где обслуживается клиент.
  • Продукты и сервисы стандартизированы.
  • Знания о клиенте и опыт обслуживания может быть разным в зависимости от канала обслуживания.

Цифровой банк

  • Центром сосредоточения знаний о клиенте и клиентского опыта является сам клиент.
  • Клиент сам выбирает, как ему удобнее начать взаимодействие с банком, чтобы начать общение не обязательно приходить в офис.
  • Клиент может находиться физически где угодно, расстояние до офиса банка не имеет значения.
  • Цифровые сервисы находятся в центре модели обслуживания клиента независимо от филиала.
  • Продукты и сервисы подгоняются под потребности клиента.
  • Омниканальность, опыт и знания о клиенте аккумулируется в одной точке, независимо от канала обслуживания.

Ключевым фактором успеха в настоящее время, помимо построения эффективной управленческой и операционной модели, основанной на горизонтальной культуре бизнеса, является применение принципиально новой ИТ-платформы на самых передовых информационных технологиях – банковской платформы развития, базовой системы разработки и учета продуктов, обслуживания клиентов. Проекты создания и внедрения таких платформ, которые идут на смену традиционным АБС, уже ведутся в крупнейших банках в России и в мире.

Компания «ФлексСофт» занимается проектированием и внедрением автоматизированных банковских систем с 1991 года. Результатом масштабных исследований и практической работы является создание банковской платформы развития нового поколения - «Платформы FXL», которая уже имеет успешный опыт внедрения в крупных и средних банках с распределенной структурой.

При создании новой платформы нам удалось совместить две, казалось бы, несовместимых между собой вещи: гибкость и высокую производительность. Высокая производительность и горизонтальная масштабируемость «Платформы FXL», подтвержденные независимым нагрузочным тестированием, соответствуют, а в ряде случаев и превышают целевые показатели крупнейших финансовых институтов России. Система может обрабатывать объемы в десятки миллиардов транзакций в день.

Для средних банков, при обработке меньших объемов в десятки и сотни тысяч операций, преимуществом системы является гарантия более высокой производительности при той же мощности оборудования в отличие от традиционных АБС. Например, значительное сокращение времени ежедневных процедур обслуживания операционного дня.

Архитектура и логика работы системы максимально отражают бизнес-модель современного универсального банка и включают в себя гибкие инструменты настройки сложных продуктов и операционной модели - развития и поддержки текущего операционного производства банка. Уникальные инновационные разработки, применённые при построении архитектуры «Платформы FXL», позволяют разворачивать систему как в качестве единого модульного приложения, так и в виде набора независимых микросервисов, взаимодействующих по единым правилам и стандартам, заложенным архитектурой платформы. Используя возможности «Платформы FXL», специалисты банка могут легко сформировать собственный микросервис, расширить или раздробить его на более мелкие, применяя любые технологии в соответствии с потребностями бизнеса.

Поскольку полная перестройка ИТ-архитектуры – это долгий, сложный и дорогой проект, можно установить новую платформу рядом с существующим ИТ-ландшафтом, доверив ей задачи клиентоориентированной работы с новыми банковскими продуктами. Это позволит, не прерывая работу банка, запускать в ускоренные сроки новые продукты и новые бизнес-направления с возможностью мгновенного их тиражирования по всем структурным единицам банка с учетом региональных или иных особенностей.

Бизнес-выгоды от внедрения: во-первых - скорость и легкость создания новых продуктов, возможность гибко подстраиваться под изменения рынка и потребности каждого клиента, привлечение новых клиентов за счет уникальных условий, снижение стоимости запуска продуктов.

Во-вторых - высочайшая скорость обработки операций и доступность системы в любое время, отсутствие временных простоев, вызванных необходимостью проведения регламентных процедур, таких как завершение операционного дня, снижение себестоимости проведения транзакций.

Преимущества на рынке получат те, кто первым перестоится и адаптируется к новым условиям ведения бизнеса.

О «Платформе FXL»

«Платформа FXL» – это программный комплекс нового поколения, предназначенный для автоматизации бизнес-процессов финансовых организаций любого масштаба, включающий в себя:

«Core System FXL» – единое ядро платформы, реализующее бизнес-логику работы всей системы: ведение единого справочника клиентов, продуктового каталога, главной книги и общих справочников, администрирование, управление доступом и аудит;

«Front Desk FXL» – единый фронт-офис, решение для автоматизации процессов взаимодействия с действующими и потенциальными клиентами в любых точках и каналах продаж современного банка;

«Ва-Банк FXL» – полнофункциональную автоматизированную банковскую систему, обладающую повышенной гибкостью в настройках бизнес-процессов;

«Data Force FXL» – высокопроизводительная информационно-аналитическая система для оперативного получения отчетности, построенная на базе единого хранилища данных по технологии OLAP с использованием инструментария BI и запатентованной отраслевой модели данных с применением современных подходов и технологий построения хранилищ данных.

О компании «ФлексСофт»:

ЗАО «ФлексСофт» занимается разработками в области информационных технологий для финансового сектора экономики более 25 лет. Решения компании включены в Единый реестр российских программ для электронных вычислительных машин и баз данных и не раз были отмечены в обзорах Gartner и Forrester. В ходе своего развития компания аккумулировала уникальный опыт создания, внедрения, сопровождения и интеграции автоматизированных систем для финансовых организаций любого масштаба.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > bankir.ru, 12 сентября 2017 > № 2306266 Аркадий Лобас


Россия > Финансы, банки > minfin.ru, 11 сентября 2017 > № 2310753 Константин Вышковский

Интервью Директора Департамента государственного долга и государственных финансовых активов Константина Вышковского агентству "Reuters"

Об обмене государственных еврооблигаций

Вышковский Константин Владимирович

Директор Департамента государственного долга и государственных финансовых активов

Министерство финансов РФ видит заинтересованность инвесторов в обмене государственных еврооблигаций и не будет давать премию к рыночной цене, которая по выпуску Россия-30 искажена из-за высокой концентрации бумаг в портфеле одного инвестора, сказал в интервью Рейтер Константин Вышковский, глава долгового департамента Минфина.

Правительство РФ летом утвердило перечень выпусков еврооблигаций для обмена: Россия-18 RU008937524=, Россия-28 RU008854319= и Россия-30 RU011428878=.

"Заинтересованность (у инвесторов) есть. Я бы даже сказал по-другому: один из факторов, почему мы это запланировали, как раз наличие этой заинтересованности. Наша тоже была, конечно. Но когда мы готовились, мы задавали вопросы иностранным участникам, есть ли такие прецеденты, примеры в мировой практике обмена сувереном такого рода операций, и нам затруднились ответить. Мы как обычно пионеры, и поэтому как это все сделать, как структурировать - большой вопрос", - сказал Вышковский.

Минфин в июне разместил два транша евробондов со сроками обращения 10 и 30 лет на общую сумму $3 миллиарда, несмотря на санкции 85 процентов выкупили нерезиденты.

По мнению Вышковского, в случае с обменом западные санкции против России не будут препятствием также.

"Санкции, так называемые, могут затрагивать только возможность осуществления заимствований РФ. В рамках обмена также предполагается выпуск новых облигаций, напрямую санкции не касаются этой возможности, реализации этого права, поэтому в этом смысле ничего не изменилось. Прямых запретов никаких там нет", - сказал он.

Минфин еще не определился с датой обмена и обещает объявить о сделке в день ее проведения, как делал прежде.

Глава Минфина Антон Силуанов говорил в интервью Рейтер, что обмен обращающихся выпусков на новые бумаги пройдет не раньше сентября; в пятницу он сказал о сроках сделки - "очень скоро".

Из трех выпусков, предлагаемых к обмену, наибольший объем в обращении у России-30, считавшейся бенчмарком рынка, до того как основная часть займа осела в портфеле холдинга Открытие.

"Особенностью ситуации является то, что бумаги находятся в портфелях крупных инвесторов. Соответственно, их позиция, их участие или неучастие в обмене будет во многом определять результат этого обмена. Это первая особенность", - сказал Вышковский .

"Вторая особенность - то, что известно всему миру - это то, что как минимум по одной бумаге, в силу первого обстоятельства, наличия крупной части ее выпуска в портфеле одного инвестора, искажает ценообразование. Это второе обстоятельство, которое, конечно, мы будем вынуждены учитывать. Иными словами, так называемая рыночная цена этой бумаги завышена", - сказал он, отказавшись называть имя крупного инвестора.

Холдинг Открытие сообщал в отчете за 2015 год, что консолидировал 74 процента выпуска евробондов Россия-30.

"Я не буду называть имен. Просто концентрация очень существенной части в портфеле одного инвестора позволяет влиять на формирование уровня рыночной цены. Это не означает, что концентрация во всех случаях к этому ведет. И эта тема, о которой мы говорим, это подтверждает: есть бумага с концентрацией в портфеле одного инвестора, по которой имеет место искаженное ценообразование, а есть бумага, при такой же ситуации, когда крупный пакет в одном портфеле, но там этого не происходит. И это обстоятельство мы просто должны учитывать, оно усложняет процедуру", - сказал Вышковский.

С учетом этого обстоятельства Минфин установит справедливую, по его мнению, цену выкупа или обмена для России-30.

"Та цена обмена, которая будет объявлена на эти бумаги, она не будет соответствовать рыночной цене. Мы не можем брать в качестве ориентира для определения цены выкупа или цены обмена цену, которую мы видим на экранах торговых систем, потому что понятно, что она не объективная и не справедливая. Это просто, повторюсь, осложняет реализацию этого проекта", - сказал Вышковский.

"(Нужно) определить справедливую цену и отталкиваться от нее. В обычном случае, если вы владелец рыночной ценной бумаги, для того, чтобы вы поучаствовали в обмене или выкупе этой бумаги, который предлагает эмитент, то эмитент вам должен предложить более интересные условия. Иначе какой смысл, вы и так по этой же цене можете продать. Но если речь идет о неликвидных бумагах, которые номинально где-то котируются по каким-то ценам, но возможность продать по этой цене или по этой цене в значительном объеме ограничена или отсутствует, это фактор, который вас может сподвигнуть согласиться на продажу эмитенту этой бумаги по более низкой цене", - добавил он.

По остальным двум выпускам - Россия-18 и Россия-28 - инвесторам также не стоит рассчитывать на премию.

"В распоряжении правительства написано "бумаги старые забираются по цене не выше рыночной": у нас просто нет правовой возможности давать к рыночной цене какие-то премии", - сказал Вышковский.

По его словам, в обычной ситуации, если бы речь шла о ликвидном инструменте, для участия в обмене держателю этого инструмента нужно было предложить какую-то премию.

"А если речь идет о неликвидном инструменте, то логика может быть немного другой. И в отсутствие премии ему может быть интересно поучаствовать".

"Но это все очень общие рассуждения, все будет зависеть от того, что это за участник: если это банковский институт, например, то как он отражает у себя на учете эту бумагу, по какой цене он ее покупал, в каком она портфеле находится. Тот факт, что он поучаствует и отдаст эту бумагу по цене ниже рыночной, для него может означать необходимость отражения убытков у себя на балансе. Для одних институтов это актуально, для других нет", - сказал Вышковский.

Риски необмена

Вышковский допускает, что в этом году может возникнуть ситуация, что обмен евробондов не состоится.

"Возможны любые ситуации. Мы можем не принять решения проводить обмен. Такое решение будет определяться либо пониманием, что инвесторы не готовы участвовать на условиях, которые мы готовы предложить. Либо какие-то другие форс-мажорные обстоятельства. Также возможен вариант, что мы можем объявить обмен, а он может не состояться, если те заявки, которые будут поданы инвесторами по ценам, по которым они хотели бы обменяться, нас не устроят", - сказал он.

Тем не менее, Минфин заинтересован в отсрочке погашения долгов в иностранной валюте в ближайшие годы.

"Все три бумаги выпускались в принципиально иных условиях экономических, по всем трем бумагам установлены высокие купонные ставки, потому что они выпускались в ситуации значительно худшего экономического, бюджетного положения российской федерации. Сегодня они все стоят выше номинала. Очевидно, для любого держателя, что потенциал роста цен на эти бумаги, скорее всего, исчерпан".

"Если мы говорим про 30-ю бумагу, она амортизируемая. Это инструмент в принципе не очень удобный для инвесторов. Тот факт, что по ней происходят крупные регулярные выплаты, означает для держателей необходимость нахождения источника инвестирования этих средств. Если бумага булитовская, то есть с единовременным погашением в конце срока, такие бумаги считаются более стандартными и ликвидными", - сказал Вышковский.

"Поменьше платить (Минфину) не получится по той причине, что обмен должен производиться, исходя из рыночных стоимостей (опуская искаженное ценообразование). Если ваша бумага стоит 120 процентов от номинала, а моя бумага, которую я предлагаю в обмен, стоит 100 процентов от номинала, очевидно, что я вам должен дать $120 новой бумаги, чтобы вы мне отдали $100 номинала старой бумаги. Финансовой экономии при обмене по рыночным ценам нет, потому что именно эта цена означает приведенную стоимость. Почему она стоит 120 процентов? Именно потому, что высокий купон, который был установлен по этой бумаге, гарантирует высокие потоки в будущем, отсюда устанавливается 120 (с учетом тех доходом, которые эта бумага обеспечивает)".

"Та цель, которая для нас будет основной, это снижение выплаты по долгу в предстоящие три года. Фактически речь идет о том, что если такой обмен состоится, для федерального бюджета это будет означать потерю необходимости в предстоящие три года рефинансировать эти обязательства", - сказал Вышковский.

Для погашения евробондов Россия-18 Минфину нужно было бы привлечь на внешнем рынке $3,5 миллиарда, но объем ежегодных внешних заимствований ведомство определило для себя в объеме $3 миллиарда. Поэтому чистые заимствования были бы отрицательными.

"То есть все, что мы привлечем, мы должны будем отдать на погашение только этой бумаги. Но если эта бумага будет обменяна на облигации с более дальними сроками погашения, это будет означать, что нам не нужно будет в 2018 году искать $3,5 миллиарда на ее погашение. Если мы привлечем эти средства, мы их сможем направить на иные цели", - пояснил глава департамента.

Вышковский также опроверг предположения, что сумма в $4 миллиарда, отведенная на обмен, может быть заменена привлечением нового долга.

"Обмен евробондов не предполагает денежного компонента, это некассовая операция. И та предельная сумма выпуска новых евробондов, $4 миллиарда, ее можно сделать только в рамках обмена. Мы не можем сейчас сказать - давайте мы не будем обменивать, давайте просто $4 миллиарда выпустим, нет. Возможность выпуска новых была только на $3 миллиарда, и мы ее использовали".

На вопрос, кто будет организовывать для Минфина сделку по обмену – ВТБ, Сбербанк или Газпромбанк - Вышковский сказал, что на этот счет будет отдельный приказ ведомства.

"Есть три, любые из этих трех банков".

Новые евробонды

Минфин собирается в будущем продолжить работу над формированием репрезентативной кривой доходности российского госдолга и поддерживает инициативу Центробанка установить конечных держателей валютных евробондов.

"Когда мы говорим о разовом выходе на внешний рынок, ... мы не преследуем цель привлечения ресурсов, а какие-то другие цели – привлечение инвесторов, снижение стоимости заимствований, формирование кривой доходности. На кривой нет точки с каким-то сроком: вот мы хотим, чтобы семилетняя бумага была, чтобы на кривой эта точка появилась", - сказал Вышковский.

"Допустим, это я сейчас теоретизирую, потому что для российских корпоративных заемщиков этот срок интересен - потому что пока его нет, евровая кривая доходности состоит из одной точки. У нас один выпуск суверенный в евро, это не очень хорошо. Кривая как бы есть, но она не очень репрезентативная, а расчетная", - добавил он.

ЦБР с сентября стал публиковать данные о задолженности перед нерезидентами по еврооблигационным займам РФ и доле иностранцев в структуре владения этими ценными бумагами.

По данным ЦБ, на 1 июля 2017 года объем еврооблигаций РФ, принадлежащих нерезидентам, составлял $12,533 миллиарда, а их доля сократилась до 31,7 процента с пика в 76,0 процентов на начало 2012 года.

"Совершенно нормальная практика, когда эмитент точно не знает, кто владеет, есть только оценки. Когда мы говорим, что к нам на аукционы приходит больше нерезидентов, это условная оценка, это дочки иностранных банков, хотя дочкам иностранных банков ничто не мешает купить бумаги себе на позицию, так и для российских клиентов", - сказал Вышковский.

"Значительно более принципиальное значение имеет то, кто купит бумаги на первичных размещениях; когда эти бумаги попадают на вторичный рынок, конечно, мы хотели бы, чтобы у наших инструментов была диверсифицирована база инвесторов и присутствовали нерезиденты, консервативные качественные инвесторы, какие-нибудь фонды, пенсионные фонды западные крупные".

"Конечно, разные категории - это приветствуется. И понимая это, мы готовы их потребности удовлетворять. Выпускать бумаги сроков и типов, которые бы им были более интересны. Понятное дело, что евробонды России для российских участников тоже очень интересный инструмент для вложений".

"Внешний долг государственный составляет значительно меньшую величину, чем долг в российской валюте, поэтому программа внешних заимствований у нас только 10 процентов от всех заимствований. Поэтому, если не будет возможным для России из-за санкций привлекаться в иностранной валюте, значит эти 10 процентов от программы заимствований будут замещены на внутреннем рынке. Это вполне реально, по силам", - сказал он.

"Я прекрасно помню те времена, когда госдолг был подавляющим образом выражен в иностранной валюте. Это крайне рисковая структура. Сейчас заемная политика России принципиально иная: валютный риск ограничен. Валютные заимствования нужны только постольку, поскольку необходимо поддерживать присутствие России на внешних рынках, и не более того".

"Соответственно, если часть этого долга держат нерезиденты, это хорошо, это никоим образом не может рассматриваться как фактор нестабильности. Ничего тревожного я здесь не вижу. Мы ставим задачу при первичном размещении продать как можно больше бумаг нерезидентам, причем качественным".

Россия > Финансы, банки > minfin.ru, 11 сентября 2017 > № 2310753 Константин Вышковский


Китай. Катар. Италия. РФ > Нефть, газ, уголь. Приватизация, инвестиции. Финансы, банки > carnegie.ru, 11 сентября 2017 > № 2310009 Михаил Крутихин

Извивы приватизации: как китайцы получили часть «Роснефти»

Михаил Крутихин

Эта сделка закрывает спекулятивные рассуждения относительно состава владельцев 19,5% акций «Роснефти», то есть пакета, который был недавно приватизирован в ходе чрезвычайно запутанной операции. Детали всей цепочки операций остаются тайной вопреки заверениям российского президента. Неясности оставляют широкое поле для гипотез, которые никто пока не торопится опровергать с помощью документов

Руководитель «Роснефти» Игорь Сечин объявил, что совладельцем его компании стала крупная частная китайская компания CEFC, которая приобрела 14,2% акций. По оценке Reuters, покупка обошлась китайцам в $9,1 млрд.

Эта сделка, по существу, закрывает спекулятивные рассуждения относительно состава владельцев 19,5% акций «Роснефти», то есть пакета, который был недавно приватизирован в ходе чрезвычайно запутанной операции.

Напомним, как президент России напутствовал Сечина накануне продажи акций, которая оставила под контролем государства чуть больше 50% компании. Выступая 1 февраля прошлого года в Кремле, он сказал: «Все приватизационные сделки должны строго соответствовать нормам и требованиям закона, само собой разумеется. Необходимо обеспечить и максимальную прозрачность этих сделок как для их участников, так и для общественности».

Вот чего в сделке не было, так это прозрачности. Наблюдатели были вынуждены делать выводы о каждой из проведенных чиновниками операций на основании скудных пресс-релизов, а чаще всего просто применяя элементарную логику и здравый смысл с учетом характерных особенностей поведения нынешней российской элиты в хозяйственных делах.

Первая неясность возникла с источником средств, которые якобы поступили в российский бюджет от покупателей 19,5% «Роснефти». Дело в том, что 7 декабря 2016 года, как раз накануне продажи акций, «Роснефть» неожиданно и спешно выпустила облигации на 625 млрд рублей и за полчаса разместила их среди неназванных собственных «дочек». Сделано это было без объявления деталей и даже без обязательного и гласного созыва совета директоров «Роснефти». Чтобы расплатиться, эти дочерние компании заложили облигации в Центробанке, который фактически провел дополнительную эмиссию денег.

Официально было объявлено, что средства пойдут на рефинансирование долга и финансирование зарубежных проектов «Роснефти», однако самой реалистичной гипотезой, за которую сразу ухватились наблюдатели, было использование полученных в Госбанке средств для приватизационной сделки. Иными словами, некие покупатели-бенефициары должны были расплатиться за акции не своими, а государственными рублями.

Подозрения в истинности этой гипотезы укрепились, когда на сцене появились покупатели: государственное инвестиционное ведомство Катара и нефтеторговая фирма Glencore, которая частично принадлежит тому же катарскому фонду. Первой прокололась Glencore, объявившая, что покупает акций только на 300 млн евро, а затем и катарцы были вынуждены признать, что заплатили только 2,5 млрд евро. Таким образом, этому дуэту досталась примерно четверть приватизировавшегося пакета.

За остальное должен был поступить кредит от итальянского банка Intesa. Однако позднее, уже в конце лета 2017 года, итальянские банкиры признали, что не смогли обеспечить синдицирование этого кредита: ни западные, ни восточные банки не пожелали финансировать непрозрачную сделку, где главным действующим лицом выступали находящиеся под санкциями США и ЕС «Роснефть» и ее босс Игорь Сечин.

Без синдицирования этот кредит, как логично было бы предположить с учетом участников сделки, мог поступить только от самой «Роснефти» – из средств, которые компания получила от того самого размещения облигаций, а также из «Роснефтегаза», куда поступают дивиденды самой «Роснефти».

Чтобы еще больше затуманить операцию, катарцы и Glencore быстро зарегистрировали с полдюжины компаний, в том числе в закрытых для посторонних глаз юрисдикциях, и через цепочку перекрестных схем собственности передали свою долю в «Роснефти» (5,3%) зарегистрированной в Сингапуре фирме QHG Shares Pte. Сюда же поступили и акции, за которые так и не расплатился банк Intesa.

По сути дела, они уже не принадлежали российскому государству: «Роснефть» и правительство объявили, что продажа завершена, сделка закрыта, а средства поступили в госбюджет. Получается, что реальными владельцами 14,2% акций госкомпании, возможно, стали те, кто проводил приватизационную операцию с использованием государственных средств. Они-то сейчас и продали этот размещенный в Сингапуре актив китайцам.

Если такой сценарий верен, то катарский фонд, компания Glencore и итальянский банк выступали в качестве посредников операции, обогатившей в том числе продавцов государственной собственности России.

По свидетельству банковских экспертов, итальянцы могли согласиться на роль ширмы за относительно небольшие комиссионные – от одного процента от суммы сделки. Для Glencore наградой стал пятилетний контракт на перепродажу продукции «Роснефти» (220 тысяч баррелей в сутки), что может принести посреднику до полумиллиарда долларов комиссионных за весь срок действия контракта. А катарцы потребовали, чтобы дивиденды на их долю в «Роснефти» составляли не 26% чистой прибыли компании, а 35% – что и получили. Представители QIA и Glencore были приняты президентом России, который выразил им благодарность за помощь, и получили места в совете директоров «Роснефти».

Однако детали всей цепочки операций остаются тайной вопреки заверениям российского президента. Неясности оставляют широкое поле для гипотез, которые никто пока не торопится опровергать с помощью документов.

Китай. Катар. Италия. РФ > Нефть, газ, уголь. Приватизация, инвестиции. Финансы, банки > carnegie.ru, 11 сентября 2017 > № 2310009 Михаил Крутихин


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter