Всего новостей: 2652977, выбрано 340 за 0.139 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное ?
Личные списки ?
Списков нет

Персоны, топ-лист Экология: Донской Сергей (37)Тарасов Алексей (34)Путин Владимир (12)Вильфанд Роман (10)Керимов Мурад (7)Пучков Владимир (7)Кульбачевский Антон (7)Иванов Сергей (6)Бурская Зинаида (6)Гизатулин Ринат (5)Сидоров Артем (5)Медведев Дмитрий (5)Фролов Александр (5)Стуруа Мэлор (4)Минеев Александр (4)Титов Евгений (4)Гурдин Константин (4)Брицкая Татьяна (4)Аскаров Тулеген (4)Бараникас Илья (4) далее...по алфавиту
Россия. ЮФО > Армия, полиция. Экология > mvd.ru, 21 июня 2018 > № 2649179 Евгения Шестко

Риски и награды делим на двоих.

21 июня - День кинологических подразделений МВД России

Однажды Евгений Шестко отправился к заводчику. Выбирать предстояло между двумя здоровыми крепкими кобелями и небольшой худой, переболевшей рахитом собачкой. Глаз упал именно на неё. Кинолог уверен: это была любовь с первого взгляда. Выбор сотрудника в райотделе не одобрили.

С немецкой овчарки по имени Елга в 2001 году началась служебная биография инспектора-кинолога патрульно-постовой службы полиции отдела МВД России по Приморско-Ахтарскому району Евгения Шестко.

- Профессиональное чутьё подсказало, что она будет работать по взрывчатке, - говорит старший лейтенант полиции Шестко. - В сарае, где находились щенки, валялась палка, вся изгрызенная. Кобельки её не трогали, а Елга не унималась - играла с ней, мусолила. Так обычно я и выбираю будущих служебных псов. Прихожу к заводчику, передо мной несколько щенят - все от одной матери, родились в один день. Достаю брелок или колокольчик, начинаю звенеть. Несколько щенят сразу убегут, другие останутся на месте, а какой-нибудь подойдёт к предмету, обнюхает, а если ещё и в зубы возьмёт - точно мой. Нужна врождённая заинтересованность и крепкие нервы.

Елга не подвела хозяина, спасла десятки солдат и военнослужащих в горячих точках. Только в Чечне в 2002 году - 30 человек. Она шла, как обычно, первая, за ней - кинолог, а позади - молодые ребята. Как-то около завода собака остановилась и присела, подавая знак об опасности. Оказалось, на воротах была прикреплена взрывчатка. Если бы их открыли, никто бы не выжил.

Позже в Грозном Елга спасла целую колонну наших бойцов. Они привезли гуманитарную помощь, а после Евгений решил проверить обратную дорогу. Елга обнаружила снаряд, который валялся под хламом. Колонне дали отбой. Ребята обнимали собаку и говорили спасибо.

- Награды, которые у меня есть, считаю общими с Елгой. Имеется и государственная медаль «За охрану общественного порядка» от Президента Российской Федерации Владимира Путина. Овчарка по праву заслужила её, и эта медаль висела у неё на груди рядом с другими. В кинологической службе потом служили дети Елги, сейчас - внуки. Хорошие служебные собаки, но их родительница была лучшей. За неё один чеченский командир, боровшийся с боевиками, давал десять тысяч долларов, но я ответил: «Друзья не продаются», - рассказывает о сокровенном Евгений.

Случалось, Елга обижалась. Как-то были в командировке. Пока хозяин спал в палатке, сослуживцы решили покормить питомца только что привезёнными продуктами, да перестарались. Дневальный разбудил Евгения, мол, там собака твоя скоро лопнет.

- Прибегаю, а она и правда - как мячик уже, - вспоминает полицейский. - Я стал её уводить, а повар ещё кусок протягивает, последний, говорит, граммов на 700. Овчарку я оттащил, а она на меня такими глазами посмотрела, мол, обратишься ещё, улеглась и стала исподлобья на меня глядеть…

Однажды машина, в которой ехал отряд возвращавшихся с задания военных, в том числе и Евгений с Елгой, наткнулась на фугас. Снаряд сработал с запозданием, когда отъехали уже метров на 100, но осколки долетели. Досталось и овчарке. После ранения Елга ушла на пенсию. Тут же добавилась и болезнь - рак. В органах внутренних дел она прослужила до 2012 года. Наставник забрал собаку к себе.

- Подхожу к дому с работы, а она у ворот лежит - встречает, - улыбается кинолог. - Болела сильно, лапы еле волочила, даже хвостом вилять не могла, но столько радости и искренности было в глазах! Я пожурю её, отнесу во двор, а она на следующий день снова у ворот. Дождь, снег - ничего ей не мешало. Сколько мы с ней прошли! Доверял ей как себе.

В память о героической собаке у здания отдела МВД России по Приморско-Ахтарскому району поставили обелиск. Памятник другу Евгений установил и на месте захоронения.

Более 20 лет Евгений Шестко вместе с четвероногими напарниками стоит на страже закона и порядка. Его метод воспитания собак был и остаётся один - любовь, забота и бесконечное терпение. Все щенки - потомки знаменитой овчарки Елги выросли у него дома в лучших условиях.

- Настолько люблю питомцев, что отдаю им всю душу. В нашей службе собака - верный друг и напарник, с которым можешь смело идти на минное поле. И, конечно, безмерно тяжело терять самых преданных товарищей, какими были Елга, её дочь Вита, потом спаниель Терри, - признаётся Евгений. - Помню, как выезжали зимой на границу в предгорья Кавказа, где проводили обыски с Терри. Она маленькая, жалкая, начинала мёрзнуть, так я её за пазухой бушлата носил. А теперь её нет, и от воспоминаний набегают слёзы. Вот такая наша служба.

Анна ВОЛКОВА

Россия. ЮФО > Армия, полиция. Экология > mvd.ru, 21 июня 2018 > № 2649179 Евгения Шестко


Россия > Недвижимость, строительство. Экология > stroygaz.ru, 19 июня 2018 > № 2693747 Марат Чабдаров

Отходный промысел.

Масштабные планы реновации жилого фонда ставят в повестку дня проблему утилизации строительных отходов.

В конце января 2018 года правительство России утвердило стратегию развития промышленности по переработке, утилизации и обезвреживанию отходов производства на период до 2030 года. Одним из важнейших элементов стратегии является переработка и утилизация отходов строительства. О разработках ФГБУ «ЦНИИП Минстроя России» в этой области рассказал генеральный директор института Марат ЧАБДАРОВ.

«СГ»: Марат Мухажирович, какие задачи сегодня стоят перед специалистами строительной отрасли в связи с принятием правительственной стратегии переработки отходов производства?

Марат Чабдаров: По утвержденному правительством плану, к 2030 году объем отходов, отправляемых на переработку, должен возрасти, и прирост может составить от 5 до 60%. А это значит, что для успешной реализации стратегии уже сейчас необходимо создавать нормативную базу, регламентирующую деятельность строительных организаций по утилизации и переработке отходов. В такой нормативной базе, в частности, должны быть четко обозначены обязанности строительных фирм-подрядчиков по предварительной сортировке и вывозу стройотходов на предприятия по переработке. Необходимо включение в сметы на строительные работы расходов на утилизацию отходов взамен вывоза и депонирования их на свалках.

«СГ»: А ведь еще существует такой фактор, как программа реновации устаревшего жилого фонда. В Москве она уже стартовала, а недавно депутаты Госдумы РФ выступили с инициативой распространить ее на всю территорию России…

М.Ч.: Вы правы, в ближайшие годы предстоит осуществить реконструкцию или снос сотен миллионов квадратных метров жилья в панельных жилых домах первых массовых индустриальных серий. Это морально и физически устаревшее жилье, постепенно переходящее в категорию ветхого и аварийного. Ученым предстоит найти способы утилизации части железобетона и других материалов, остающихся после ликвидации этого жилого фонда. И очень важно осознать колоссальные масштабы этой проблемы, которая встанет перед страной в предстоящие десятилетия. Только в Москве ежегодно образуется около 1,5 млн тонн строительных отходов. Из них всего 70-80 тыс. тонн перерабатывается в щебень, а остальные вывозятся на полигоны либо скапливаются на десятках несанкционированных свалок. При этом за весь период реализации программы реновации общий объем отходов от сноса старых пятиэтажек в Москве может составить порядка 30 млн тонн. Представьте себе, сколько будет строительного мусора, если программа реновации распространится на всю страну. Между тем, ни в Москве, ни в других городах России пока не решена задача постройки перерабатывающих комплексов. Никак пока не решается задача утилизации других видов стройотходов — стеклобоя, линолеума, битумных покрытий, пластмасс, санстройкерамики, древесины, пакетирования высвобождаемой стальной арматуры и так далее.

«СГ»: Вы сказали, что предстоит утилизировать большие объемы железобетона. Как это можно сделать?

М.Ч.: Да, это серьезная проблема. Массовое применение железобетона в жилищном строительстве не насчитывает и ста лет. Оно началось фактически во второй половине ХХ века, когда были освоены типовые серии секционных многоквартирных жилых зданий домов. Но, кроме очевидных преимуществ, железобетон в жилищном строительстве имеет ряд неочевидных характеристик, которые могут выйти на передний план в течение ближайших десятилетий. Общество еще не успело по-настоящему столкнуться с проблемами утилизации железобетона и с последствиями высотной сверхплотной застройки. Железобетон крайне трудно утилизировать, а массовое жилищное строительство на основе этого материала не встречает пока системной критики. Продолжается гонка за повышение средней этажности — доля зданий в 25 и более этажей составляет 19,8% от всего строящегося жилья, доля зданий в 10-17 этажей — 17,5%. Срок службы этих зданий составляет порядка 50 лет. Это сравнительно немного в сопоставлении со сроками существования городов. Накапливается гигантский фонд жилых зданий, имеющих по критериям капитального строительства ограниченный срок службы. При этом отсутствует методика технико-экономических расчетов ресурсного обеспечения полного жизненного цикла «строительство — эксплуатация — утилизация» для многоквартирных жилых домов массовых серий. Технологий массовой утилизации или капитальной реконструкции таких зданий сегодня в мире почти нет. Но уже понятно, что они будут весьма энергозатратными и трудоемкими.

«СГ»: Проблемы переработки понятны. А для чего можно использовать строительные отходы?

М.Ч.: Отходы строительного производства представляют собой вторичное сырье. Его можно использовать для переработки на вторичный щебень и песчано-гравийную смесь. Это может снизить затраты на новое строительство объектов и уменьшить нагрузку на полигоны. В мире накоплен довольно большой опыт использования вторичных продуктов в производстве вяжущих материалов, плотных и пористых заполнителей для бетонов разных видов, в производстве керамических, автоклавных, теплоизоляционных и других строительных материалов и изделий. Для создания устойчивого рынка сбыта вторичной продукции необходимо разработать нормы на использование такой продукции. Но технологическую часть необходимо увязывать и с территориальными схемами обращения с отходами, и с транспортной инфраструктурой, и с вопросами охраны окружающей среды. Проблема утилизации и переработки строительного мусора ставит на повестку дня целый блок вопросов, решить которые можно только в совокупности, привлекая специалистов разного профиля. Это комплексная задача, требующая научно обоснованных решений на федеральном уровне. На сегодня в ФГБУ «ЦНИИП Минстроя России» сформировался коллектив опытных ученых и специалистов-практиков, готовых к реализации системного научного подхода к вопросам утилизации строительных отходов, в том числе железобетонных. Научная база института позволяет учитывать в наших программах самые современные и эффективные способы переработки отходов, в частности, рециклинг — базовый метод для создания экономичного и «зеленого» производства. Нашими специалистами выполнен большой объем НИР по комплексному решению проблемы утилизации строительных отходов. И мы полностью готовы к участию в мероприятиях по научно-техническому и нормативно-методическому обеспечению федеральных и государственных программ в части выполнения стратегии развития промышленности по переработке, утилизации и обезвреживанию отходов производства на период до 2030 года.

Марат Чабдаров:

«Утилизация строительных отходов — это комплексная задача, требующая научно обоснованных решений на федеральном уровне»

Справочно

ФГБУ «Центральный научно-исследовательский и проектный институт Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства» («ЦНИИП Минстроя России») — ведущее отечественное научное и проектное учреждение, накопившее большой опыт проектирования объектов различной сложности. За 85 лет деятельности институт внес значительный вклад в развитие отечественного градостроительства, разработав более сотни проектов: районной планировки областей, планировки и застройки жилых районов, генеральных планов для многих городов России.

Автор: Татьяна ЯКОВЛЕВА

Россия > Недвижимость, строительство. Экология > stroygaz.ru, 19 июня 2018 > № 2693747 Марат Чабдаров


Россия > Приватизация, инвестиции. Экология > forbes.ru, 19 июня 2018 > № 2647447 Виктор Четвериков

Синдром отличника. Зачем российским компаниям дополнительные рейтинговые оценки

Виктор Четвериков

президент Национального рейтингового агентства

В России активно растет рынок специальных рейтингов — например, экологической ответственности или соответствия требованиям шариата. Помогают ли такие оценки привлечь инвестиции бизнесу?

Специальные или специализированные рейтинги получили широкое распространение в международной практике рейтинговых агентств. Сейчас существуют специальные рейтинговые системы для оценки самых разных аспектов деятельности компаний и их рисков помимо кредитного.

Речь идет прежде всего о рейтингах корпоративного управления, качества инвестиционного управления, рыночного риска, качества риск-менеджмента и услуг сервисных агентов, а также рейтингах волатильности активов.

Перечень российских специализированных рейтингов еще шире. Помимо рейтингов качества управления и качества услуг компаний разной отраслевой принадлежности существуют рейтинги инвестиционной привлекательности, рейтинги работодателей, вузов, профессий, соцсетей, digital-агентств, разработчиков мобильных приложений, экологический рейтинг городов России, рейтинг эффективности развития футбола в субъектах РФ, и это далеко не полный перечень.

В российской практике существуют такие эксклюзивные проекты как, например, рейтинг современных художников. В мировых аналитических системах ArtPrice, ArtNet, ArtTactic, Deloitte содержится немного информации о российском искусстве. Рейтинг позволяет оценить перспективы конкретных работ и мастеров и привлекать иностранные инвестиции в российское современное искусство.

По востребованности и широте освещения в СМИ лидирует рейтинг инвестиционной привлекательности субъектов России, далее следует рейтинг экологической ответственности нефтегазовых компаний России.

В международной практике также существуют специализированные ренкинги (а чаще всего, речь все же идет об аналитике), которые формируются преимущественно на основе определенных ключевых показателей. Например, оценивается экологичность бизнеса или офиса. Раскрытие информации решается путем публикации годовой отчетности. В России, напротив, это целая система с отдельной шкалой рейтингов и методологией, с участием привлеченных профильных экспертов. Такой подход обоснован целями, которые в России достигают благодаря специализированным рейтингам.

Цель определяет средства

Специализированные рейтинги для российского бизнеса — это своего рода механизм продвижения на рынке, способ оценить свои позиции относительно конкурентов, увидеть собственные сильные и слабые стороны.

Компании, как правило, стремятся максимально позитивно выглядеть на фоне других участников рейтинга, поэтому раскрывают результаты своей деятельности. Так или иначе, специализированные рейтинги выполняют важную задачу. Повышая свою транспарентность, компании меняются и задают новые профессиональные стандарты в своих отраслях.

Например, участвуя в рейтинге экологической ответственности, компании демонстрируют готовность к снижению воздействия на окружающую среду. Мы видим, что лидеры нефтегазовой отрасли все чаще начинают указывают свои места в экологическом рейтинге в отчетах для инвесторов или совета директоров. Высокие позиции в этом рейтинге сказываются на инвестиционной привлекательности компании, а также привлекательности в качестве работодателя.

Цель авторов рейтинга и предназначение продукта заключается в получении объективной и сопоставимой информации об уровне воздействия бизнеса (в основном речь идет о компаниях нефтегазового сектора, горнодобывающих и металлургических компаний, компаний целлюлозно-бумажного сектора) на окружающую среду, оценке прозрачности их деятельности.

Публичный характер рейтинга в конечном счете способствует повышению качества управления экологическими рисками и снижению воздействий на окружающую среду.

Как появляются новые рейтинги

В России любят памятные даты. Например, 2017 год, объявленный годом экологии в России, спровоцировал повышенный интерес к рейтингу экологической ответственности. Еще за четыре года до выхода этого рейтинга изъявили желание принять в нем участие сразу все крупные компании нефтегазового сектора.

Приведу пример, чтобы наглядно оценить масштаб произошедших перемен. До последнего времени компании российского нефтегазового сектора неохотно раскрывали информацию, и далеко не в полном объеме, хотя обязаны это делать.

«Экологическая ответственность» появлялась в другой отчетности, при этом компании предпочитали демонстрировать объем инвестиций в экологию, а не подтверждать соответствие стандартам экологической безопасности. Сейчас компании демонстрируют то, насколько они бережно обращаются с природными ресурсами, и специализированный профильный рейтинг способствует повышению экологичности бизнеса.

Вопросы экологии в России и в мире стоят все острее, поэтому неудивительно, что запрос на профильный рейтинг со стороны бизнеса растет. В настоящее время, например, разрабатывается методика рейтинга экологической ответственности для двух крупных отраслей экономики. Предпосылками для ее создания стал аналогичный действующий рейтинг в нефтегазовой отрасли.

Еще один рейтинг, который появился как ответ на запрос бизнеса, — это рейтинг соответствия требованиям шариата. Для разработки методологии привлекались специалисты департамента экономики Совета муфтиев в России. Рейтинг, созданный для того, чтобы оценить, насколько бизнес-процессы одной компании удовлетворяют требованиям шариата, сегодня успешно применяется разными компаниями.

Также в сотрудничестве с участниками рынка и по их запросу была разработана методология другого популярного российского рейтинга — привлекательности работодателя. Оценки HR-бренда используются для координации внутренних процессов работы с персоналом, но вместе с тем они давно уже стали важным конкурентным преимуществом.

Кто платит

Бизнес активно участвует в специализированных рейтингах и использует их в своих корпоративных интересах. В этом плане на рынке за последний год произошли серьезные подвижки. Однако оплачивать их создание готовы далеко не все компании, особенно в начале, когда рейтинг является новым продуктом.

Работа по присвоению специализированных рейтингов, основанных на публично раскрываемых данных, чаще всего не оплачивается, в отличие от контактных рейтингов, к которым относятся кредитные рейтинги.

Вместе с тем расходы на создание нового рейтинга существенные и зачастую не под силу рейтинговому агентству. Разработка методологии, сбор данных для создания методологии, работа аналитиков и оплата услуг привлеченных экспертов — вот далеко не полный перечень потенциальных расходов агентства.

На рынке есть прецеденты, когда инициаторами популярных специализированных рейтингов и спонсорами выступали общественные и профильные организации. На их средства разрабатывалась и внедрялась новая методология, организовывалась работа экспертных советов.

Впрочем, такой подход является признанной практикой. За рубежом создание методологии специализированных рейтингов оплачивают инфраструктурные институты или пользователи рейтингов. Сейчас есть все предпосылки к тому, что возрастающий интерес к специализированным рейтингам в России будет поддержан в том числе и бизнесом.

Россия > Приватизация, инвестиции. Экология > forbes.ru, 19 июня 2018 > № 2647447 Виктор Четвериков


Россия > Агропром. Экология > agronews.ru, 15 июня 2018 > № 2647500 Ксения Фирсова

Комментарий. На рынке органики будут работать только аккредитованные сертификаторы.

В канун принятия закона об органическом производстве «Крестьянские ведомости» продолжают публикации на актуальную тему. Сертификация органики — сложный процесс, и только тот сертификатор, у которого правильно налажен процесс, сможет аккредитоваться и работать. Так мы сможем защититься от недобросовестных компаний, которые просто торгуют бумагами.

Опытный сертификатор Ксения ФИРСОВА, ставшая ведущим экспертом компании «Органик Эксперт», единственной сейчас в России аккредитованной организации-сертификатора, делится своими соображениями о законе об органическом производстве и будущем развитии рынка органической продукции в России.

— Ксения, отличается ли международная сертификация от российских принципов сертификации?

— Пару слов о себе. Я 12 лет проработала в Экологическом союзе Санкт-Петербурга, была экспертом, в том числе и по международной органической сертификации. С 2010 года являюсь аккредитованным аудитором международных сертифицирующих органов. Сейчас я перешла в компанию «Органик Эксперт», являюсь ее ведущим экспертом.

По сути вопроса. Все добросовестные органы по сертификации действуют одинаково, по правилам стандарта ИСО 17065, который предъявляет требования к сертифицирующим организациям. Все действия органа осуществляются в рамках определенных прописанных процедур, требующих компетентности. А что касается различия в требованиях стандартов, то для потребителя существенной разницы в этом нет, все основные требования органических стандартов эквиваленты.

Конечно, речь идет о международных органических стандартах (самый известный нам сегодня – так называемый «евролист», стандарт Европейского союза, разработанный в России на базе международных стандартов ГОСТ 33980-2016 «Продукция органического производства. Правила производства, переработки, маркировки и реализации»), а также частных стандартах, которые гармонизированы с ГОСТом – например, система добровольной сертификации «Органический продукт», или с международными стандартами – например, система «Листок жизни».

— Как активно развивается российский рынок органики?

— За последний год интерес к этой теме стал заметно выше со стороны производителей. И одна из причин — значительные подвижки по принятию закона об органике. Причем интерес есть и опосредованный, со стороны зарубежных трейдеров, которые хотят закупать российскую продукцию, то есть растет экспортный интерес к российской органической продукции на фоне устойчивого общего роста рынка органической продукции в мире. По данным FiBL, продажи органической продукции в мире в 2016 году достигли 84,7 миллионов евро. С другой стороны, сложности для производителей пока остаются.

И главная сложность — отсутствие целостной системы. Ведь органическое сельское хозяйство — это некая система взаимосвязанных элементов: органический семенной материал, органические удобрения, органические средства защиты растений, органические корма для животных. Пока в России она еще не сложилась как в европейских странах, в силу неразвитости всего органического сектора, и производителю приходится рассчитывать только на свои силы. Например, производителю органики нужны органические семена, а на нашем рынке их нет. Или, например, нужны органические удобрения, которые соответствуют требованиям органического сельского хозяйства, но нет стольких хозяйств, которые могут их обеспечить. Животноводам, которые работают в органике, особенно сложно – корма для животных должны быть органические, и выращивать их приходится самостоятельно, так как купить негде. Но все-таки оптимизма я не теряю, положительная тенденция развития этого сектора уже заметна.

И как раз различные сообщества, отраслевые союзы, такие, как Национальный органический союз, — это большое подспорье для производителей.

— Растет ли интерес к органическим продуктам со стороны потребителей?

— Спрос на органику есть. Людей все-таки в первую очередь волнует, что они едят. Всем хочется питаться экологически безопасными продуктами. Но есть несколько препятствий. Во-первых, органическая продукция пока значительно дороже, чем неорганическая. Во-вторых, наши потребители плохо разбираются, что такое настоящая органическая продукция. Из-за изобилия гринвошинга (безосновательное позиционирование компаниями своих экологических преимуществ) на рынке – всевозможных зеленых листочков, надписей «эко» и «био» – люди путаются. Но сейчас грамотных покупателей все больше. Они уже знают «евролист» и другие маркировки. Но в массе знаний пока недостаточно.

Когда после принятия федерального закона в органическом секторе будет разработан единый государственный знак, это тоже подстегнет рынок к развитию, потребителям будет легче ориентироваться на рынке.

— Как вы считаете, откуда черпают информацию те потребители, которые уже хорошо знакомы с органической продукцией?

— Мода на здоровый образ жизни сподвигает людей искать на полках органическую продукцию. Информации сейчас много, и уже есть СМИ, которые занимаются просвещением в сфере органики. А еще сами производители, которые имеют сертификацию, занимаются этим в рамках своих маркетинговых кампаний.

— Что даст федеральный закон для развития органики в России?

— Сам факт того, что в России будет признана органическая продукция, даст огромный толчок для развития рынка. Это важно для производителей даже с той точки зрения, что можно будет уже говорить о господдержке для производителей органики. Дальше начнется развитие внутреннего рынка, и экспортного тоже.

Когда на законодательном уровне появится и закрепится термин «органическая продукция», это станет толчком к развитию сектора, особенно на государственном уровне. Пока это существует на уровне понимания самих производителей и потребителей. Для государства пока это еще не до конца сформулировано.

— Почему за рубежом государство поддерживает органических производителей? В чем интерес государства?

— То, что этот сектор обязательно будет поддержан и у нас, — это дело времени. Органика в Европе развивается уже с 70-х годов прошлого века. Сначала были фермерские объединения, потом в 1991 году был принят первый закон об органическом земледелии в Евросоюзе, а у нас до сих пор его нет, мы немного отстаем. Так сложилось исторически, у нас сектор начал развиваться позже, но когда мы догоним западные рынки, то и в России все будет на таком же уровне.

— Почему органическим производителям нужна поддержка?

— Поддержка вообще нужна сельскому хозяйству, потому что это трудоемкое и рискованное занятие. Многое зависит от климата, от погодных условий, результат не гарантирован на 100%. А если мы выращиваем растения органическими методами, не применяя химические удобрения и средства защиты от болезней и вредителей, то еще труднее вырастить урожай, при этом урожайность культур меньше, чем при традиционном способе ведения сельского хозяйства.

Большинство органических проектов в России имеют сейчас финансовую поддержку, без инвестиций трудно поднять это производство. Пока трудно сказать, что это прибыльный сектор на настоящем этапе. Государство должно поддерживать развитие органического сектора. Ведь речь идет не только о качестве продукции, но еще и о защите окружающей среды, сохранении плодородия почв. Именно государство в первую очередь должно инвестировать в здоровье нации.

— Насколько угрожает органическому сектору фальсификат?

— Многие беспокоятся, что сама сфера органики, попадая под государственное регулирование, может быть дискредитирована. У нас обязательной сертификации потребители не всегда доверяют, потому что появляется информация о том, что продукция, имеющая необходимую разрешительную документацию, не соответствует заявленному качеству безопасности, и у потребителей снижается доверие к обязательной сертификации. Многие боятся, что то же самое случится с органической продукцией. Но все же хочется быть здесь оптимистом. Речь идет о добровольной сертификации, это уже дополнительные экологические преимущества, к чему должны стремиться те производители, которые хотят и готовы делать настоящую органическую продукцию, а закон должен их защитить.

Если кто-то захочет зайти на рынок без сертификата, будет даже проще такое отслеживать, это будет задачей и государственных органов в том числе. Отсутствие сертификата будет легко проверить. Если на упаковке написано, что продукт органический, а такого производителя нет в реестре органических производителей (формирование такого реестра прописано в законопроекте), то такого производителя будет легко привлечь к ответу.

Что касается слов «эко» и «био» — я считаю, что все запрещать – путь неправильный. Лучше объяснить покупателям, какой знак на упаковке обозначает настоящую экопродукцию. А дальше покупатель уже сам постепенно разберется и сможет выбирать продукцию – так же, как, допустим, сейчас мы выбираем одного из нескольких сотовых операторов.

— Как должны работать сертификаторы на рынке органики?

— Добросовестная сертификация должна осуществляться в соответствии со стандартами. Должна быть четкая открытая процедура, понятные требования стандартов, которые производитель должен знать до начала процедуры сертификации.

Если какой-то производитель обращается в орган по сертификации, и слышит «Перечислите 30 тысяч рублей, и завтра сертификат будет у вас», это недобросовестный сертификатор. Органическая сертификация всегда подразумевает очный аудит. Причем, эти правила едины для всех в разных областях сертификации. Такие принципы работают и в нашей сертификации, и за рубежом. И все должно быть понятно заявителю.

— Зависит ли качество сертификации от количества компаний-сертификаторов?

— Думаю, что нет. В каких-то странах Евросоюза действует много частных сертификаторов. А есть страны, например, Финляндия, где действует один государственный орган по сертификации, национальное агентство. Но это не влияет на итог и на работу производителей.

Зато имеет значение репутация органа сертификации. Покупатели органического сырья продукции зачастую посмотрят, кем сертифицирована продукция. Есть органы сертификации, которые вызывают доверие, а есть такие, с которыми еще не на каждый рынок зайдешь.

До тех пор, пока у нас не принят закон об органике, аккредитация сертификаторам органической продукции не требуется. То есть любой орган по сертификации может сейчас законно сертифицировать производителей по ГОСТу, при наличии соответствующих внутренних процедур. Но когда закон будет принят, тогда будут иметь право работать только аккредитованные сертификаторы. Сейчас производителю выбирать сертификатора достаточно сложно, нужно учитывать многие факторы. В законе будет четко прописано, что орган по сертификации должен быть аккредитован в Росаккредитации. И все непонятные компании-сертификаторы автоматически отвалятся. И это правильно, потому что это сложный процесс, и только тот сертификатор, у которого правильно налажен процесс, сможет аккредитоваться и работать. Так мы сможем защититься от недобросовестных компаний, которые просто торгуют бумагами. Поэтому и нужен закон, чтобы эту ситуацию сделать однозначной.

И она станет однозначной в скором времени, ведь законопроект уже готовится ко второму чтению. Поэтому всем производителям органики, которые хотят начать сертификацию своей продукции и производства уже сейчас, нет смысла начинать эту процедуру с какой-то любой компанией, если есть уже первый официально аккредитованный орган по сертификации – «Органик Эксперт». Ведь рассчитывать надо надолго, сама процедура сертификации занимает два месяца, а переходный период для органической земли составляет два года, поэтому стоит сразу же выбирать аккредитованного сертификатора.

С принятием закона начнется новый этап развития органического рынка в России, и всем заинтересованным стоит задуматься об этом уже сейчас.

Справка:

Компания «Органик эксперт» входит в Национальный органический союз с 2012 года. Первые пять лет компания проводила инспекции и сертификацию на предприятиях, ведущих органическое сельское хозяйство в Ярославской области. С приходом в 2017 году новой команды специалистов с международным опытом в органической сертификации компания стала предоставлять услуги по органической сертификации по всей территории России. В своей работе «Органик эксперт» основывается на международных и российских стандартах, регламентирующих работу инспекционных и сертификационных органов. Компания уделяет особое внимание компетентности, прозрачности и доверию к своим услугам.

«Органик эксперт» ведет совместную работу с компаниями в области органического сельского хозяйства из Германии, Австрии, Литвы, Польши, Армении, Украины и Республики Беларусь.

Основные направления работы:

— сертификация органического растениеводства;

— сертификация органического животноводства, птицеводства;

— сертификация органического пчеловодства;

— сертификация органической аквакультуры;

— сертификация перерабатывающих предприятий;

— сертификация предприятий торговли, в том числе кафе и ресторанов.

Автор: Сергей НОСОВ

Россия > Агропром. Экология > agronews.ru, 15 июня 2018 > № 2647500 Ксения Фирсова


Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь. Экология. Транспорт > oilcapital.ru, 7 июня 2018 > № 2684985 Алексей Книжников

Северный завоз на СПГ.

Алексей Книжников, руководитель программы по экологической политике ТЭК российского отделения WWF, рассказывает о защите окружающей среды в нефтегазовой отрасли РФ.

На сегодняшний день мировая энергетика является одним из ключевых драйверов научного и промышленного развития современной цивилизации. При этом неизбежно она несет экологические риски, связанные с добычей, транспортировкой и переработкой углеводородного сырья. Россия, являясь одним из ведущих экспортеров нефти и газа на мировые энергетические рынки, также сталкивается с необходимостью защиты природы. В нашей стране осложняют ситуацию экстремальные погодные условия, в которых чаще всего добывают российские нефть и газ, а также высокая изношенность объектов инфраструктуры, построенных еще в советское время без соблюдения современных экологических норм. О том, как соблюсти статус-кво между развитием в России нефтегазовой отрасли и защитой окружающей среды, «НиК» расспросил руководителя программы по экологической политике ТЭК российского отделения Всемирного фонда дикой природы (WWF) Алексея Книжникова.

«НиК»: С чем связаны основные экологические проблемы нефтегазового сектора России?

– Я бы акцентировал внимание на том, что в связи с планами разведки и добычи нефти на шельфе арктических морей Всемирный фонд дикой природы уделяет особое внимание вопросам негативных воздействий от таких планов освоения Арктики. Это консолидированная позиция всех национальных организаций WWF из стран, входящих в Арктический совет. В основе нашей позиции лежит очевидная проблема: на сегодняшний день в мире отсутствуют эффективные технологии ликвидации разливов нефти в ледовых условиях. Сейчас по разным причинам темпы по освоению шельфовых нефтегазовых месторождений Арктики сократились. И это очень важная передышка, которая позволяет нам отстаивать свою позицию.

На сегодняшний день попытки добывать нефть на шельфе Арктики несут не только колоссальные экологические риски, но и риски экономические.

Слишком высока себестоимость конечного продукта. При этом в России есть уникальная возможность увеличивать добычу нефти за счет повышения коэффициента извлечения нефти (КИН) на сухопутных месторождениях. По этому показателю эффективность добычи в России очень сильно отстает от многих других нефтедобывающих стран, мало инвестируется в технологии повышения отдачи нефтяных пластов. На наш взгляд, это более правильная стратегия развития отрасли – не экспансия в новые регионы, особенно такие чувствительные, как наши арктические моря, а повышение эффективности добычи на действующих месторождениях.

«НиК»: Вы считаете, что в арктических морях не стоит добывать нефть совсем?

– Да, пока не будут созданы безопасные технологии. На шельфе Арктики опасен любой проект, который может завершиться разливом нефти в ледовых условиях. Это касается проекта «Приразломная» и транспортировки нефти, которая осуществляется из морского порта Варандей и нефтеналивного терминала «Ворота Арктики» в Обской губе. Работа этих объектов может закончиться печально в случае аварийной ситуации либо с танкером, либо при погрузке.

«НиК»: Кроме угроз аварийных разливов в северных морях, какие еще экологические проблемы преследуют российскую нефтегазовую отрасль?

– WWF уже несколько лет ведет специальный проект – Рейтинг экологической ответственности нефтегазовых компаний России. В нем оцениваются порядка 30 критериев экологического воздействия и управления рисками российских недропользователей. В рамках данного проекта наш фонд исследует деятельность 22 крупнейших российских компаний, занимающихся добычей и транспортировкой нефти. В частности, проводится оценка открытости компаний по таким количественным показателям, как сбросы, выбросы и образование отходов, сравниваются показатели каждой компании со среднеотраслевым. Поэтому у нас уже есть определенная отраслевая статистика – и это важный механизм не только оценки деятельности компаний, но и влияния на них в части снижения воздействия, так как компании, естественно, хотят быть на вершине рейтинга, а для этого им надо улучшать свои показатели. Это наша общественная инициатива не только по контролю и открытости, но и по стимулированию инвестирования в систему снижения воздействия на окружающую среду.

Хочется отметить важнейшую экологическую проблему, которая также отражена в рейтинге, – аварийные разливы нефти, случающиеся в основном на промысловых нефтепроводах. Во многом данное негативное воздействие нефтедобычи на окружающую среду является наследием советской трубопроводной системы, которая строилась в Западной Сибири или Коми 40-50 лет назад.

Главным образом такие нефтепроводы расположены в Обском бассейне, бассейне реки Печора, на Сахалине, и именно такие нефтепроводы являются главной причиной аварийных нефтяных разливов.

Как правило, разливы небольшие, но поскольку их очень много (возможно, даже десятки тысяч, достоверной статистики нет), то они дают значительный объем загрязнений.

Подчеркну, что на сегодняшний день это одна из основных проблем воздействия на окружающую среду нефтяной добычи в стране. Ее можно решить, если в одночасье заменить все трубопроводы. Но поскольку это колоссальные инвестиции, никто на такие работы не решается. Тем не менее, в отличие от воздействия на окружающую среду при бурении скважин, транспортировке нефти и так далее, аварийные ситуации такого рода могут быть минимизированы или вообще исключены. Вопрос в инвестициях. Компании это понимают, и работа идет. Тем не менее пока проблема не решена.

«НиК»: Каким вопросом защиты окружающей среды Вы занимаетесь наиболее активно?

– Сейчас очень актуальна тема снижения экологических рисков в связи с интенсификацией судоходства по Северному морскому пути и промышленным освоением Севера. В этой связи мы выступили в Год экологии в 2017 году с инициативой по переводу судоходства в Арктике и энергетики северных территорий (так называемого северного завоза) на использование сжиженного природного газа (СПГ). Мы провели большую аналитическую работу и добились успеха по продвижению этой инициативы среди российских компаний и отраслевых министерств. Смысл ее в том, что Россия начала производить СПГ в Арктике, при этом у нас уже идет и будет расширяться судоходство по Северному морскому пути. Оно подразумевает риски разлива жидкого топлива, например мазута, и высокие выбросы в атмосферу.

СПГ исключает угрозу нефтеразливов и серьезно снижает выбросы в атмосферу многих загрязняющих веществ.

Это очень эффективная мера, и мы рады, что она получила поддержку Минприроды и Минтранса. Кроме того, и «Совкомфлот» принял стратегию постепенного перехода на СПГ. Замена угля и мазута в энергетике северных территорий – это реальное снижение экологической нагрузки и угроз экологических аварий. Кроме того, переход на сжиженный газ дает колоссальный экономический эффект. В Международной морской организации (ИМО) как структуре ООН поставлена задача по созданию регламента на запрет использования мазута в Арктике. Это также заставляет российских регуляторов и индустрию создавать новый флот на основе использования сжиженного природного газа.

«НиК»: Ровно год назад Вы принимали участие в расследовании причин серии пожаров на месторождении им. Алабушина («ЛУКОЙЛ-Коми»). Каковы итоги расследования и окончательные оценки общего и экологического ущерба от аварии на данном месторождении?

– Мы изучали эту ситуацию больше с точки зрения последствий аварии, потому что причины ее были связаны с нарушением технологии при ремонте скважин. Оценка эффективности рекультивационных работ показала, что последствия аварии оказались меньше, чем они могли бы быть. Не было допущено попадания нефти в водные объекты. Загрязнение воздуха продуктами горения, к счастью, благодаря розе ветров не столь сильно затронуло населенные пункты. ЛУКОЙЛ в данном случае проявил чудеса открытости. На уровне руководства компании было дано добро на посещение места аварии независимыми экологами, это очень важный прецедент для всей отрасли. В том числе и потому, что порой для ликвидации аварий нефтяным компаниям приходится привлекать добровольцев, местных жителей, общественные экологические организации и необходимо устанавливать открытый диалог экологов и нефтяников по вопросам ликвидации аварий.

«НиК»: Изменился ли подход российских компаний к вопросам охраны окружающей среды за последние 10-15 лет? Можно ли говорить об улучшении ситуации?

– Да, ситуация изменилась к лучшему. Проекты, которые реализовывались в последние 10-15 лет, по уровню экологической ответственности выше. Например, проекты «Сахалин-1» и «Сахалин-2», работающие по системе раздела продукции с участием иностранных компаний, выполнены на очень высоком уровне. Для них проблема аварийных разливов практически не стоит, поскольку там качественно сделана трубопроводная система. Пока, к счастью, никаких серьезных аварий по этим проектам не наблюдалось.

Многие другие проекты, создаваемые по современным стандартам, намного более ответственно подходят к вопросам экологии, чем те, которые начинались еще в советское время или в 1990-е годы. Кстати, и наш рейтинг показывает этот прогресс. Например, в последние годы повышались показатели утилизации попутного нефтяного газа (ПНГ). Семь компаний уже достигли разрешенного правительством уровня, согласно которому можно сжигать только 5% ПНГ, а 95% необходимо утилизировать.

В нашем рейтинге отражается и наличие у компаний программ по предотвращению гибели диких животных. В целом для российской нефтянки это новая тема, но у нескольких компаний она уже появилась.

«НиК»: Насколько остро стоит проблема охраны окружающей среды при добыче нефти в других странах? Можно ли сравнить работу российских и зарубежных компаний в этом направлении?

– Чтобы корректно ответить на данный вопрос, WWF России совместно с нашим партнером группой КРЕОН выступило с инициативой проведения рейтинга открытости 30 крупнейших нефтегазовых мировых компаний в сфере экологической ответственности. В течение года мы это сделаем, и уже тогда можно будет провести объективное сравнение работы российских и зарубежных компаний.

Отмечу, что западные компании привносят высокие экологические стандарты при работе в России. В лидерах нашего рейтинга – компании «Сахалин Энерджи» и «Эксон НЛ».

«НиК»: Какую роль занимает экологическая экспертиза при реализации нефтегазовых проектов в России?

– В 2007 году было модернизировано экологическое законодательство, в результате чего роль государственной экологической экспертизы снизилась. Ряд объектов, которые ранее попадали под действие государственной экологической экспертизы, были выведены из-под данного формата оценки. Сейчас объектом государственной экологической экспертизы и общественной экспертизы является только небольшой сегмент проектов по добыче нефти и газа. В частности, это проекты, связанные с работой на шельфе и утилизацией отходов.

WWF более 10 лет пытается восстановить государственную экологическую экспертизу в том объеме, который был до 2007 года. Наш фонд поддерживает усилия Минприроды РФ по разработке соответствующего законопроекта, но пока он не принят.

Мы надеемся, что обновленное правительство и новый министр природных ресурсов и экологии придадут импульс этой законодательной инициативе.

«НиК»: Некоторые действия экологической организации «Гринпис», как, например, памятный штурм нефтяной платформы «Приразломная», многие считают провокационными. Как Вы оцениваете работу этой организации?

– У каждой общественной организации есть своя тактика. «Гринпис» проводит такие акции по всему миру – например, в США и Норвегии. Аналогичная по активности акция у них была против концерна Shell, который собирался бурить в море Бофорта на Аляске. Мы разделяем с коллегами из «Гринпис» виденье угроз нефтегазового освоения Арктики, но наш фонд использует другие методы. При инциденте на «Приразломной» мы, конечно, поддерживали наших коллег из «Гринпис».

«НиК»: Занимаетесь ли Вы проблемой сланцевой добычи нефти?

– Мы понимаем, что это новая проблема, которая, к счастью, пока не касается России. Но для США это большая экологическая проблема. В этой стране есть серьезное противостояние между населением и компаниями, осуществляющими добычу нефти таким способом. Мне известно, что в ряде наиболее густонаселенных районов США, например в штате Нью-Йорк, уже введены ограничения по сланцевой добыче. На практике наш фонд этой проблемой начинал заниматься на Украине, где была попытка приступить к сланцевой добыче в восточной части страны. По нашим оценкам, там мог быть трансграничный эффект негативного воздействия, затрагивающий российскую часть бассейна реки Северский Донец. Мы только начали проработку этого вопроса, но после 2014 года проекты на Украине приостановились.

Режим западных санкций в отношении России касается как арктической глубоководной добычи, так и сланцевой добычи. Однако рано или поздно эта проблема все равно появится, так как у нас есть свои крупные запасы такой нефти, добыча которых требует подобных технологий.

Например, в Западной Сибири. В то же время, по предварительным оценкам, применение технологии ГРП (гидроразрыва пласта – прим. «НиК») на российских месторождениях может быть менее ущербно для экологии, чем в других странах, потому что российские запасы – глубокого залегания и расположены на территориях, уже имеющих инфраструктуру, а именно в Западной Сибири. Я бы сказал, что WWF присматривает за этой темой, но пока активно с ней не работает.

«НиК»: Возможно ли создание в России нерепрессивного экологического законодательства?

– Оно таковым сейчас и становится. Сложная судьба у Федерального закона № 219-ФЗ от 21.07.2014 «О внесении изменений в Федеральный закон «Об охране окружающей среды» и отдельные законодательные акты Российской Федерации», предусматривающего экологическое нормирование на принципах наилучших доступных технологий (НДТ). Тем не менее с 2019 года начнется его применение. Смысл этого закона и заключается в том, что, инвестируя в охрану природы, компании получат совсем другой налоговый режим. Таким образом, стимулируется инвестирование в экологию.

«НиК»: Новый министр природных ресурсов и экологии РФ Дмитрий Кобылкин дал поручение разработать национальный проект «Экология». Что бы Вы внесли в данный документ с точки зрения регулирования добычи углеводородного сырья в РФ?

– Разработка национального проекта «Экология» следует из майского указа президента. Его наполнением, скорее всего, станет широкий спектр предложений по решению экологических проблем страны. Первый проект мы увидим уже в июне 2018 года. Это значимый документ. На мой взгляд, в большой степени он сфокусирован на проблеме утилизации отходов, потому что эта тема самая актуальная. Но для нас важно законодательное урегулирование, которое сейчас идет. Природоохранные проекты всегда испытывали недостаток финансирования, но в данном случае сам статус национального проекта позволит привлечь дополнительное финансирование природоохранных мероприятий.

«НиК»: WWF и Вы лично часто выступали в защиту природных парков, которые оказались на пути реализации нефтегазовых проектов. Эта работа продолжается?

– Мы периодически вынуждены проводить такие масштабные кампании, когда та или иная нефтяная компания пытается построить инфраструктуру или организовать добычу на особо охраняемых природных территориях (заповедников, заказников и природных парков). Зачастую эти природоохранные территории подпадают под охрану международной конвенции ЮНЕСКО и другие конвенции. У нас есть Кургальский заказник, который охраняется двумя международными конвенциями – Хельсинкской по защите морской среды района Балтийского моря и Рамсарской о водно-болотных угодьях.

В рамках проекта «Nord Stream 2» маршрут газопровода пытаются проложить именно через его территорию, и мы больше года выступаем против этого.

Сейчас идет сложная полемика, но фонд надеется, что будет принято решение об альтернативном маршруте этого газопровода. По данной теме мы ведем совместную работу с коллегами из «Гринпис» и других международных экологических организаций.

«НиК»: Сократилось ли в условиях западных санкций в отношении России финансирование экологической составляющей работы нефтегазовых проектов?

– Да, к сожалению, падение цен на нефть, которое шло в 2014-2016 годах, и санкционный режим привели тому, что под сокращение расходов попали статьи по уменьшению воздействий на окружающую среду. Одним из таких ярких примеров является тот факт, что как раз именно в этот период произошло увеличение сжигания попутного нефтяного газа. Компании перестали инвестировать в программу переработки ПНГ. Сейчас, по нашим оценкам, положение немного меняется. В июне мы планируем выпустить свежий обзор ситуации по утилизации попутного нефтяного газа в России.

Беседовала Екатерина Дейнего

Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь. Экология. Транспорт > oilcapital.ru, 7 июня 2018 > № 2684985 Алексей Книжников


Россия. ЦФО > Экология > gazeta.ru, 6 июня 2018 > № 2636853 Андрей Шипелов

Свалкам дали три года: когда в России начнут собирать мусор раздельно

Интервью генерального директора АО «РТ-Инвест» Андрея Шипелова

Евгения Петрова

В России остро стоит проблема мусора, с которой можно справиться только через раздельный сбор отходов и строительство мусоросжигательных заводов. Для этого государство должно стимулировать как сам бизнес, так и население, в том числе через налоги, субсидии и коммунальные платежи. Об этом в интервью «Газете.Ru» рассказал генеральный директор АО «РТ-Инвест» Андрей Шипелов. Правда, по его словам, сначала люди должны перестать испытывать дискомфорт от проживания рядом с отходами, а это произойдет через 2-3 года.

--Андрей Евгеньевич, на ваш взгляд, как возникла проблема подмосковных свалок, и почему она стала такой острой именно сейчас?

--Мы являемся заложниками проблемы, а сам тренд был заложен еще 50-60 лет назад. За все это время на протяжении десятилетий никто не озаботился, чтобы создать в России цивилизованную систему по обращению с отходами. Сейчас вся накопленная масса отравляющих отходов достигла уже критических размеров, и мы вынуждены ощущать это каждый день. Если два года назад свалки неделю пахли, а три месяца – нет, учитывая погодные условия и межсезонье, то сейчас это уже ежедневная реальность, которая нас окружает. И в настоящее время речь уже идет о том, чтобы изучить, как можно справиться с проблемой.

Например, те страны, где собирается и перерабатывается мусор раздельно, затратили на это десятилетия. И мы должны выработать такую культуру. Сейчас технологии и опыт других государств будет иметь значительный эффект. У нас много заготовок, как приучить людей.

--Компания «РТ-Инвест» известна тем, что намерена построить в Подмосковье мусоросжигательные заводы. Вы уже приступили к строительству объектов?

Мы ставим смелые сроки реализации всех трех кластеров. Мусоросжигательные заводы построим за четыре года, поскольку это сложный процесс, который соблюдения всех экспертиз. Мы уже начали строить первый мусоросжигательный завод в Воскресенске. Второй проект – Наро-Фоминский район. В конце года бы выйдем на площадку. Весной следующего года планируем начать строить третий завод, а уже в июне-июле – четвертое предприятие. Заводы мы построим в конце 2021-середине 2022 года.

--Как правило, мусоросжигательные заводы также вырабатывают энергию и тепло, куда это будет направляться? И насколько зеленый тариф увеличит нагрузку на население и другие предприятия?

Существует много разновидностей мусоросжигательных заводов. Наши будут вырабатывать электроэнергию. Это оптимально для России, потому что дорогая теплоэнергия точно не нужна, а за счет стимулирования «зеленым тарифом», электроэнергия для населения не подорожает. Таким образом, нагрузки не будет.

«РТ-Инвест» выиграли право на сбор, транспортировку, переработку и утилизацию отходов в трех кластерах: Сергиево-Посадском, Каширском и Рузском. Проводятся ли какие-то встречи, публичные слушания с жителями районов?

И российская, и мировая статистика говорит о том, что всегда есть люди, которые против строительства любого объекта рядом с их домом. Обычно это касается сельской местности и частного сектора. Даже если у проекта имеются все разрешения и экспертные заключения.

Но есть страны, где сознание уже давно работает иначе. Мы стараемся и объясняем жителям, что мусоросжигательные заводы не опасны для жизни. Например, в Швейцарии работает завод, а рядом пасутся коровы.

В этих трех районах, Сергиево-Посадском, Каширском и Рузском, публичные слушания уже проводятся, где-то закончились обсуждения проектов с жителями. Мы стараемся прийти к конструктивной дискуссии. Нам важно, чтобы у населения была ясная и четкая картина проекта.

--О каких инвестициях идет речь?

Инвестиции в инфраструктуру всех трех кластеров, которые мы выиграли, составят порядка 15 млрд рублей. Это без заводов. Каждый завод стоит 30 млрд рублей. В Московской области мы построим четыре таких предприятия, поэтому, соответственно, требуется 120 млрд рублей.

--Вы планируете обойтись собственными средствами для строительства новых заводов, или же все-таки речь идет и о кредитах? Вы привлекаете партнеров?

При этом мы работаем по практике, когда привлекаем 20-30% собственных средств против заемных. Как правило, это плечо банка или такие инструменты, как облигации. К строительству заводов мы всегда привлекаем партнеров, например, корпорацию Роснано. Также напрямую инвестируют банки. У нас уже есть четыре партнера. Но, мы стараемся сами начинать проекты, анализировать все риски, а уже со снижением рисков приглашать другие компании, в том числе это делается для сокращения пропорции своих и заемных средств.

--Ранее в своих выступлениях и интервью вы говорили, что «РТ-Инвест» планирует внедрять культуру раздельного сбора мусора в России. Интересно, можно переработать весь мусор?

— Мы реалисты и понимаем, можно переработать только порядка 50% отходов, но для этого нужно раздельно собрать мусор. Это уже обязанность оператора, который должен собрать, привезти и также раздельно переработать, чтобы не допустить смешивания, тогда это будет эффективно. Вопрос с остальными 50% отходов можно решить другим методом, которым наша компания сейчас занимается. Я говорю о переработке мусора в электроэнергию. Идеальная картина – обеспечить нулевое захоронение отходов, мы нацелены в своей работе именно на это.

Конечно, возникает следующий вопрос, что делать с существующими свалками и полигонами, которые уже сформированы, например, только в Московском регионе это порядка 40 таких мест. От них нужно избавляться, но жилья там уже не построишь. Да, можно рекультивировать свалки, и жители уже через несколько лет почувствуют отсутствие запахов. Но куда повезут мусор – на такие же полигоны, где через два-три года возникнет похожая проблема? Поэтому будущее только за мусороперерабатывающими и мусоросжигательными предприятиями. Собрать все, что можно, и потом переработать, получив более полезные продукты, которые можно применить, например, при благоустройстве городов.

--Сколько нужно людям и на государственном уровне, чтобы перейти на новую систему сбора отходов?

Первое – люди должны перестать испытывать дискомфорт от проживания рядом с отходами. Это произойдет через 2-3 года. Мы с 1 января 2019 года будем работать как региональный оператор и договорились, что проведем пилотный эксперимент по раздельному сбору мусора в Рузском районе, недалеко от места, где планируется строительство мусоросжигательного завода. Раздельный сбор мусора – это самый сложный процесс, и мы хотим посмотреть сначала, на то как люди будут вовлекаться в этот процесс. Здесь нужно быть на одной волне с населением. Мы смотрим на этот проект с оптимизмом, потому что в Подмосковье люди уже задумались о том, что живут рядом со свалками и хотят перемен. Мировой опыт показывает, что для того, чтобы люди на ментальном уровне перестроились и ввели систему раздельного сбора отходов на бытовом уровне, должно пройти в среднем около 10-15 лет. В Московской области население уже сейчас готово включаться в этот процесс, так что, вполне вероятно, что первые результаты мы увидим гораздо раньше.

Мы проводили подобный эксперимент в Казани, но там вся инфраструктура была уничтожена вандалами, и, к сожалению, отходы были смешаны в баках. Не исключено, что если весь дом будет отдельно собирать мусор, то найдется кто-то один, кому будет все равно, куда выкидывать. Самая главная задача – приучить людей. Мы сейчас разрабатываем программу для смартфонов, когда человек сможет проинспектировать сбор отходов и выявить нарушителя, придать гласности этот факт. Никто не хочет быть свиньей, и чтобы его вывесили на доске позора.

--Раз уж мы обратились к опыту других стран, то надо понимать, что там нарушения караются штрафами. В России такое возможно, и кто за это должен отвечать, только ли люди?

Должна быть общая шкала целевых показателей за поощрение и наказания за халатность, не желание использовать систему отдельного сбора мусора. Но это должно работать как для граждан, так и для органов власти как показатель эффективности работы. Также нужна персональная ответственность. Может быть, когда мы накопим какую-то статистику, то выйдем с инициативой о введении штрафов. Например, в Японии житель, нарушивший правила, может быть оштрафован на тысячу долларов, а могут и посадить. Представляете, если у нас ввести такие штрафы? У нас же, сегодня даже штрафы для управляющих компаний за то, что они вывезли мусор и бросили где-то составляет до 50 рублей, при этом сам вывоз стоит от 8-10 тысяч за машину. Но нужно использовать метод кнута и пряника. Например, давать людям сэкономить на коммунальных платежах, а уже потом вводить штрафы.

--В термине «мусоросжигательный» людей пугают слова сжигать мусор и завод. Ведь, как известно такие предприятия вырабатывают золу и шлаки. Что делать с ними, и насколько в целом безопасны такие объекты для жильцов близлежащих домов?

--Сейчас пока говорят о вреде от незнания. В Великобритании есть специальная технология Carbon8, которая позволяет извлечь из золы и других остатков после сжигания все вредные элементы и извлечь материалы, аналогичные цементу. Они уже успешно применяются при изготовлении строительных материалов. Технология применяется уже больше 5 лет и полученный материал используется при строительстве зданий промышленного назначения и даже жилых домов.

--В России такое возможно, или нужно будет отправлять такие остатки за границу? Требуются ли какие-то дополнительные мощности?

--Мы планируем построить завод, который будет перерабатывать все остатки, а это порядка 5-8% в зависимости от того, какие будут отходы. И здесь мы заинтересованы, чтобы отходы были отсортированы, если на завод будут поступать неотсортированные отходы, то объем зольного остатка растет и может достигать 10%. Как я уже сказал, существуют технологии, позволяющие переработать любую золу и сделать ее безвредной. В Подмосковье будет построен один завод по переработке золы по британской технологии Carbon 8, это лучшая технология на текущий момент, мы ориентируемся на нее. Мы рассчитываем сделать предприятие мощностью до 300 тыс. тонн в год, понимая, что он скорее всего будет недогружен, но перестраховываемся. По нашим оценкам объем зольного остатка со всех четырех подмосковных заводов составит около 200 тыс. тонн в год. Такой завод строится примерно 1 год. Кстати эта технология даже была отмечена премией ООН как значительный вклад в развитие циклической экономики. Где-то в конце 2019 года мы пройдем все экспертизы и потом начнем строительство.

--В то же время население довольно негативно воспринимает и идею мусоросжигательных заводов. Существует ли способ убедить граждан, что позитивный эффект от этого выше негативного? Стоит ли жителям Подмосковья опасаться за свое здоровье, если рядом появятся такого рода предприятия?

— Дело в том, что после сжигания отходов, образовавшиеся дымовые газы идут в реактор, где идет полное обезвреживание всех опасных элементов. Дальше газы проходят систему фильтрации, которая включает три стадии. Причем, в случае поломки фильтра система блокируется, процесс горения отходов и другие функции завода останавливается до момента пока не устранят неисправность.

На каком расстоянии от жилых домов можно строить мусоросжигательные заводы?

— Этот расчет делает Роспотребнадзор, учитывается множество факторов. Дальше ведомство дает рекомендации, по зоне расположения предприятия. Для одного из наших заводов такая зона определена в 500 метров от домов. Например, в Европе можно увидеть, что в 200-300 метрах от завода работает детский сад. В Токио предприятие окружает плотная жилая застройка. там все устроено так, что даже в момент разгрузки мусора нет запаха. Кстати у нас на предприятиях тоже будет такая система, неприятных запахов на заводе не будет.

Просчитывали ли Вы экономическую эффективность таких проектов? Может ли эта сфера стать инвестиционно привлекательной или ее удел – государственное субсидирование?

— Наши проекты структурированы так, что в них не вложены государственные деньги. Единственно, что, безусловно, сделало государство — это меры стимулирования через оптовый рынок. Таким образом, мы имеем доходность на уровне 12-14%, может привлекать инвесторов - Роснано, Газпромбанк, который инвестировал в проект. Это - уже коммерческий проект. Говоря о доходности, она не очень высокая, но зато это стабильность на долгий срок - 10-15%. Этим такие проекты и привлекательны для инвесторов с длинными деньгами, таким как, страховые компании, пенсионные фонды, банки. И мы понимаем, что такие инвесторы у нас будут.

Как государство стимулирует такие проекты?

— Государство не отказывается помогать, и в рыночной экономике оно должно использовать инструменты для стимулирования бизнеса: субсидиями, льготами, поддержкой инфраструктуры. В частности, наши проекты освобождены от налогов.

В России есть специалисты, которые могли бы построить мусоросжигательные заводы, и кто на них будет работать. Поскольку вы часто затрагиваете иностранный опыт, возможно, придется обратиться и к их инженерам? Требуется ли переобучение российских кадров?

— С учетом того, что это все-таки физика, химия и биология, то в России нет проблем с базовыми профессиями для таких предприятий. У нас сильнейшие инженерные кадры. Одним из наших партнеров является Росатом. До сих пор наша страна занимает лидирующие позиции в атомной промышленности. Для атомщиков наш завод – далеко не самый технически сложный проект с учетом их компетенций в этой отрасли. Самые важные элементы для завода, в том числе и котел, мы делаем на предприятиях ключевого игрока отрасли – «Атомэнергомаш». Сами котлы будут производиться в России, в городе Подольске. Другое дело, что наши специалисты никогда не строили такие заводы, но мы сможем.

--Текущие проекты предусматривают, что мусор будет сортироваться уже по прибытию на территорию предприятия? Будет ли возможность серому рынку пробиться на заводы?

— Объясню на примере Сергиево-Посадскоко кластера, где речь идет о 1,6 млн человек. Всего будет образовано 1,2 млн тонн отходов в год и отобрано 180 тысяч тонн вторичного сырья. Это произойдет через отдельный сбор отходов. Будет стоять три бака для сухих/чистых, загрязненных и опасных отходов. Далее осуществляется вывоз отходов на мусороперерабатыващий комплекс, при этом, стоит отметить, что уже сейчас порядка 80% всех мусоровозов оснащены системами «Платон» и «Глонасс», что дает нам уверенность в том, что при транспортировании отходов будут соблюдены все правила и нормы. Так, использование современных IT решений позволяет нам контролировать качество раздельного сбора на этапе транспортировки отходов и, самое главное, больше не будет всем известных ситуаций, когда в один мусоровоз сваливаются раздельно собранные отходы. После поступления отходов на мусороперерабатывающий комплекс происходит сортировка отходов с отбором вторичных, полезных фракций и органических фракций. Те отходы, которые могут быть использованы во вторичной переработке – будут направлены на соответствующие предприятий, органический отходы будут переработаны путем компостирования на площадке мусороперерабатывающего комплекса, а это около 420 тыс. тонн в год. Так называемые «хвосты» будут направляться сперва на специализированную площадку для временного размещения отходов, а после ввода в эксплуатацию заводов по термической переработке отходов, будут вывозиться на эти предприятия.

Таким образом, как вы можете видеть, будет организован контроль на всех этапах работы. Сейчас уже 100% полигонов имеют электронный талон, то есть определяется от какой компании машина привезла мусор, откуда забрал. Так, в Подмосковье почти нет серого рынка, который раньше достигал 70%. В этом году рынок точно может стать 100% легальным.

--Ранее мэр Москвы Сергей Собянин запретил строительство мусоросжигательного завода в Печатниках. Чем ваши мусоросжигательные заводы отличаются от того, что предполагалось строит там; почему ваши предприятия разрешили строить, а планировавшийся московский – нет?

— Во-первых в Москве очень плотная застройка, и в городе нигде не представляется возможным выдержать требования по санитарной зоне. Российские экологические нормы гораздо жестче, чем европейские. По нашим нормам можно строить на удалении от жилых домов, но в Москве трудно найти территорию для завода площадью 70 тысяч квадратных метров в 600 метрах от жилых объектов. Возможно, когда таких заводом понадобится больше, и люди поймут, что от них нет вреда, то они обдумают разные варианты.

Что касается нашего завода, то мы, скорее всего, предложим какой-то организации вести независимый общественный контроль, мониторинг. Но и сами люди на сайте через специальное приложение смогут посмотреть состав выхлопных газов, вырабатываемых заводом.

Россия. ЦФО > Экология > gazeta.ru, 6 июня 2018 > № 2636853 Андрей Шипелов


Россия > Рыба. Экология > forbes.ru, 4 июня 2018 > № 2630566 Александр Моисеев

Бизнес против экологии. Чем опасна искусственно выращенная рыба

Александр Моисеев

координатор программы по устойчивому морскому рыболовству Всемирного фонда дикой природы (WWF) России

Значительная часть рыбы, которую едят люди, выращена в искусственных условиях. Механизм называет аквакультурой. Бизнес активно вкладывается в развитие этого сегмента, но развитие такого способа ставит под удар выживаемость целых видов

Аквакультура стала ответом человечества на уменьшение рыбных запасов. Так называют разведение и выращивание водных организмов, также известных как гидробионты, в водоемах и на морских платнтациях. По сути, аквакультура помогла человечеству заменить вылов рыбы, моллюсков, ракообразных и водорослей на разведение этих организмов в искусственных условиях.

Но аквакультуру нельзя назвать панацеей в борьбе с мировым голодом. Более того, аквакультура может вредить водным экосистемам через загрязнение, распространение паразитов и заболеваний, вытеснение исконных обитателей и генетическое «загрязнение».

Как устроено выращивание рыб

Товарная аквакультура сегодня является самым быстроразвивающимся сектором продовольственной отрасли в мире. Примерно половина всей рыбопродукции, которую люди потребляют в пищу, производится из выращенной рыбы. Нет сомнений: доля такой продукции на международном рынке будет только расти.

Россия серьезно отстала от зарубежных стран в развитии аквакультуры — закон обсуждался не менее десяти лет, прежде чем был принят в 2014 году. После этого началась разработка нормативно-правовой базы, которая длится до сих пор.

Но аквакультура существует не в вакууме, и радужные перспективы продовольственной безопасности несколько омрачаются сообщениями об эксцессах на предприятиях аквакультуры, а также критикой ученых-экологов.

К примеру, в 2015 году в Мурманской области местные жители стали обнаруживать свалки мертвой семги, которую в регионе выращивают методом садковой аквакультуры. Выяснилось, что гибель рыб спровоцировала вспышка миксобактериоза.

Для интенсивного выращивания гидробионтов в сельском хозяйстве и аквакультуре используются различные химические вещества: антибиотики, пестициды и альгициды для борьбы с возбудителями заболеваний рыб, паразитами и сорными водорослями. В 2013 году для подавления вспышек лососевой вши норвежским фермерам пришлось высыпать в свои «чистые фьорды» пять тонн пестицидов — и это лишь по задокументированным данным.

В чем состоит опасность

Существует несколько типов аквакультурных предприятий. Одни из них выращивают рыбу в море в садках, то есть в «клетках», до того момента, пока рыба не достигнет товарного размера. При таком способе нередки случаи бегства «одомашненных» особей. Они заполняют ареалы обитания диких популяций рыб своего вида.

Результатом становится вытеснение и иногда полная гибель целых групп рыб диких популяций, которые неспособны противостоять болезням, которые переносят их аквакультурные собратья. В то же время рыбы, появляющиеся в неволе на протяжении нескольких поколений, приобретают генетические изменения, снижающие их способность выживать в естественной среде. При скрещивании эти мутации передаются новым поколениям диких рыб, негативно влияя на генофонд.

Другой тип аквакультуры (так называемой пастбищной) представлен рыборазводными заводами, на которых из икры выращивают мальков анадромных рыб, например, лососевых и осетровых видов. Подрощенную молодь выпускают в реку, откуда она мигрирует в моря или океан для нагула. Через несколько лет уже взрослые особи, ведомые инстинктом, возвращаются в реки для размножения, где у них забирают икру. Затем цикл повторяется.

Такой тип аквакультуры в подавляющем большинстве случаев является не эффективным ни биологически, ни экономически и в основном имеет целью сохранить уничтожаемые браконьерским прессом дикие популяции. Эти заводы требуют квоты на вылов производителей для закладки икры и постоянных государственных дотаций на свою работу. Выпущенная молодь, обитая некоторое время в реке, создает конкуренцию потомству диких популяций, что снижает их численность, вытесняет из родных экосистем.

Известны случаи, когда эти предприятия под видом изъятия так называемого пастбищного стада рыб (то есть выросшего из ранее выпущенных ими мальков) вели промысел диких популяций. Ограничить и проследить такие правонарушения очень сложно, а приводят они в основном к замещению природных популяций аквакультурными и снижению биоразнообразия рыб. В конечном итоге это ставит под угрозу выживаемость целых видов.

Третий тип аквакультурных предприятий можно считать разновидностью первого с установками замкнутого водообеспечения. Они предусматривают повторное использование воды. Такие заводы изолированы от естественной среды и могут считаться наиболее экологически безопасными: здесь нет риска, что рыбы сбегут в дикую природу.

Следует также понимать, что производство одного килограмма аквакультурной рыбы потребляет количество корма, в состав которого может входить от 800 г до 2 кг дикой рыбы.

Что можно сделать

Главное, на что необходимо делать упор при развитии рыбоводческой отрасли, — это соблюдение экологических требований. Аквакультурные хозяйства должны соответствовать международным параметрам экологической безопасности и проходить сертификацию, например, по стандартам Попечительского совета по аквакультуре (ASC).

В то же время политика государства должна быть направлена на сохранение и устойчивое использование естественных запасов рыбы. Остановить развитие аквакультуры невозможно, но ее негативное воздействие на окружающую среду должно быть сведено к минимуму.

И разумеется, стратегия развития аквакультуры в России должна быть пересмотрена с учетом всех ее негативных аспектов. Необходимо принять все возможные меры по снижению негативного воздействия уже существующих аквакультурных хозяйств.

Россия > Рыба. Экология > forbes.ru, 4 июня 2018 > № 2630566 Александр Моисеев


Россия > Приватизация, инвестиции. Экология > forbes.ru, 30 мая 2018 > № 2624826 Екатерина Хмелева

Выгодные выбросы. Как экологическая экспертиза поможет бизнесу

Екатерина Хмелева

директор программы «Регулирование охраны окружающей среды» Всемирного фонда дикой природы (WWF) России

Предприниматели часто воспринимают экологические проверки как досадное недоразумение, мешающее развитию компании. Между тем продуманная политика защиты окружающей среды может быть по-настоящему выгодной как для обычных жителей, так и для представителей бизнеса

Экология пронизывает все больше сфер жизни современного общества и становится неотъемлемой частью многих социальных и экономических процессов. Это создает благодатную почву для манипуляции информацией. Все чаще слышатся вопросы: зеленые защищают окружающую среду или чьи-то бизнес-интересы? Экологическая экспертиза — это инструмент оценки рисков или легитимизации нарушений? Экоактивисты отстаивают свои конституционные права или препятствуют развитию целых отраслей из корыстных мотивов?

Спорные моменты, касающиеся защиты окружающей среды, обсуждали на Петербургском международном экономическом форуме ПМЭФ-2018 в рамках сессии «Как упорядочить экологическую деятельность на благо экономики». И хотя проблема далека от разрешения, сейчас наметились направления, которые помогут примирить бизнес, защитников окружающей среды и обычных россиян, которые не хотят мириться с загрязнением.

Почему бизнесменам не стоит игнорировать экологию

В реальности экологи, бизнес и государство преследуют общие цели и смогут быть максимально эффективными в их достижении, только объединив усилия. Зачастую именно закрытость компаний и нежелание вступать в диалог с общественностью становились причинами затяжных конфликтов, приводивших к заморозке проектов и приостановлению деятельности целых бизнес-структур. И наоборот, есть множество примеров того, как открытое взаимодействие компаний с обществом и государством по вопросам экологии способствовало развитию бизнеса и достижению коммерческих целей.

Наш опыт показывает, что конструктивное взаимодействие, основанное на законодательстве, позитивно влияет на развитие экономики. Проведенные без нарушений общественные обсуждения и оценка воздействия на окружающую среду позволяют компании выбрать оптимальные векторы развития, при которых будет оказано минимальное негативное влияние на окружающую среду. В свою очередь, это позволит предотвратить социальные конфликты и сэкономить ресурсы бизнеса.

Право на благоприятную окружающую среду и обязанность защищать природу закреплены в главном законе страны — Конституции России. Этим правом обладают все россияне, а значит, представители бизнеса тоже попадают в список.

Экологические проблемы глобальны, и выживание человечества напрямую зависит от того, как большой бизнес будет управлять своими экологическими рисками и взаимодействовать с общественностью. Это право относится к новому поколению прав человека и отражено только в относительно молодых конституциях — таких как российская.

Что можно сделать

За рубежом существует целый ряд конвенций и законов, которые гарантируют участие общества в открытых обсуждениях и принятии экологических решений, а также доступ населения к экологической информации. В этой части наше законодательство в чем-то соответствует, а в чем-то даже опережает многие страны. Таким образом, власти осталось сфокусироваться на том, как оптимизировать эти процессы во благо общества и бизнеса. «Зона роста» экологического законодательства в устранении несоответствий в порядке проведения оценки воздействия на окружающую среду (ОВОС), государственной экологической экспертизы (ГЭЭ) и государственной экспертизы; во многом именно эти разногласия приводят к ситуациям, когда общественные слушания не проводятся, либо проводятся поздно, с нарушениями или формально.

С 2011 года Всемирный фонд дикой природы (WWF) участвует в разработке и продвижении законопроекта, который позволит устранить пробелы в проведении ОВОС, ГЭЭ и госэкспертизы. Эти инструменты могут стать более эффективными и не мешать бизнесу, а наоборот, помогать в выборе наиболее экологически дружественных вариантов развития.

Законопроект решает два ключевых вопроса. Во-первых, это перенос проведения экологической экспертизы на более раннюю стадию, когда еще не разработана проектная документация, не сделаны первоначальные инвестиции и не выбрано место строительства промышленного объекта. В этот момент могут быть даже не готовы конкретные технические решения, а потому специалисты еще могут учесть экологическую составляющую при разработке проекта. Во-вторых, это введение стратегической экологической оценки (СЭО), определяющей основные направления социально-экономического развития отраслей и регионов. Стратегическая оценка заранее оговаривает условия, в которых бизнес может продолжать развиваться.

Как устроен общественный контроль

Общественный экологический контроль закреплен в российском законодательстве уже более 20 лет, а поправки 2017 года к закону «Об охране окружающей среды» фактически вернули институт общественных инспекторов. Вполне закономерно, что люди, живущие вблизи предприятий, или члены общественных организаций, заинтересованные в сохранении окружающей среды как таковой, выражают стремление осуществлять контроль и настаивать на соблюдении предприятием действующих норм и законов. Рейтинги экологической открытости, составляемые WWF, также могут считаться одним из механизмов общественного контроля: они стимулируют компании раскрывать экологические данные, тем самым реализуя конституционное право россиян и улучшая имидж компаний.

В 2019 году вступают в силу положения законодательства о наилучших доступных технологиях, обязывающие предприятия, наносящие наибольший вред окружающей среде, использовать наилучшие технологии для предотвращения и минимизации негативного воздействия на природу. В то же время предприятия, наносящие наименьший вред, будут освобождены от избыточной регуляции.

Развитие экологического законодательства активно движется в сторону оптимизации регулирующих механизмов, открытости данных, снятия противоречивых и взаимоисключающих требований, и грамотная реализация подобной структуры не только упростит жизнь бизнесу, но и окажет благоприятное воздействие на экономику в целом.

Россия > Приватизация, инвестиции. Экология > forbes.ru, 30 мая 2018 > № 2624826 Екатерина Хмелева


Россия > Экология > ecoindustry.ru, 28 мая 2018 > № 2634463 Дмитрия Кобылкина

ГЛАВА МИНПРИРОДЫ РОССИИ ДМИТРИЙ КОБЫЛКИН В ИНТЕРВЬЮ АГЕНТСТВУ ТАСС РАССКАЗАЛ О ПЕРЕСТАНОВКАХ В МИНИСТЕРСТВЕ, ПРОБЛЕМАХ ЭКОЛОГИИ И РАБОТЕ С НЕФТЕГАЗОВЫМИ КОМПАНИЯМИ

Президент России Владимир Путин 18 мая утвердил новый состав правительства. Одним из кадровых решений, в частности, стало назначение на должность главы Министерства природных ресурсов и экологии России Дмитрия Кобылкина, ранее занимавшего пост губернатора Ямало-Ненецкого автономного округа.

О том, каким вопросам новый министр намерен уделить внимание в первую очередь и ожидать ли кадровых изменений, он рассказал в интервью корреспонденту ТАСС.

— Дмитрий Николаевич, буквально недавно вы вступили в должность министра природных ресурсов и экологии России. С чего планируете начать свою деятельность, с каких вопросов, какие вопросы считаете первоочередными?

— Конечно, это основные вопросы, связанные с реализацией майских указов президента. В частности, из десяти страниц один из пунктов полностью касается Министерства природных ресурсов и экологии. Вопросов, на самом деле, больше, чем ответов на сегодня. Познакомился со структурой, со специалистами, заместителями. Сегодня моя первая командировка — в Санкт-Петербург. Собрал практически все наши подразделения по Северо-Западу на совещание. Смотрю, какие есть вопросы и проблемы, связанные с реализацией указов, потому что здесь есть как раз перечень объектов, которые необходимо, согласно этому поручениям, рекультивировать в ближайшее время. Вопросов огромное количество, в том числе, с природоохранным регулированием.

— Стандартный вопрос: новый министр и возможные кадровые перестановки. Ожидать ли нам новых заместителей?

— Знаете, я по-разному умею работать и в разных ситуациях бывал. Мне кажется, стоит по максимуму использовать имеющийся потенциал специалистов. Потому что люди все работают не один день. Задачи стоят очень серьезные, амбициозные. На встрече с коллективом я сказал, что, если кто-то в себе не чувствует сил или не может измениться — поднимите руки, двери всегда открыты, и никаких проблем не будет. Но кто хочет работать — мы идем работать вместе. Мы одна команда, и мы должны сделать так, чтобы не было стыдно за нашу работу. И поручения президента, указы президента мы обязаны выполнить, как бы дорого и сложно это ни было.

— То есть будете исходить из эффективности, в первую очередь?

— Только эффективность.

— У министерства довольно широкий круг международных взаимоотношений. Погружались ли вы уже в эту работу, в частности, в работу по согласованию российской заявки на расширение шельфа Арктики? С чего планируете начать?

— Безусловно, необходимо более детально прорабатывать каждый шаг, который мы делаем. При этом есть определенная международная договорно-правовая база, будем строго ей следовать. Если нам нужно больше доказательной базы для нашей заявки, то это нужно делать, и ничего в этом страшного нет. Да, это будет стоить определенных денег, но если это необходимо — мы это сделаем.

— Российские недропользователи активно взаимодействуют с Ираном, недавно попавшему под санкции США. По вашему мнению, скажется ли решение США по этой стране на российских нефтяных компаниях, сотрудничающих с ней? Есть ли риски заморозки совместных проектов?

— В сотрудничестве с Ираном заинтересован целый ряд компаний, например, "Зарубежнефть", "Газпром нефть", "Татнефть" и "Лукойл". И эти компании накопили большой опыт работы в сегодняшних условиях. Так что нужно продолжать сотрудничество.

— В минувшем году "Новатэк" попросил зарезервировать десять газовых участков на Ямале. Сколько участков осталось в резерве и будут ли по ним объявлены конкурсы в этом году?

— Проводить аукционы в текущем году мы не планируем. Но в дальнейшем будем лицензировать, семь участков могут быть выставлены на аукцион.

— При предыдущем министре Сергее Донском возникла идея реструктуризации Росгидромета по примеру Росгеологии. Как вы относитесь к этой инициативе? Будете ли дальше работать над ней? Если да, то каких именно изменений ждать?

— Идея сейчас находится в стадии проработки. Дайте время — я дам ответ с решением по существу.

— Какого объема инвестиций частных компаний в геологоразведочную работу ожидаете по итогам текущего года?

В прошлом году инвестиции превысили докризисный уровень и составили около 350 млрд рублей

— В прошлом году инвестиции превысили докризисный уровень и составили около 350 млрд рублей. Учитывая положительную динамику цены на нефть, объемы геологоразведочных работ будут расти в 2018 году. По оценочным данным — 15% относительно 2017 года.

— Я бы еще хотела задать пару вопросов по экологии. В частности, можно ли как-то стимулировать, по вашему мнению, население к раздельному сбору мусора, а бизнес — к переработке? И какие инструменты для этого нужны?

Должно пройти порядка десяти лет до того момента, когда мы создадим все условия для сортировки и дальнейшей переработки мусора повсеместно

— Это очень непростой вопрос — заниматься внедрением раздельного сбора отходов нужно с детских садов. Я абсолютно убежден, что детей и целое поколение нужно на этих правилах выучить, чтобы они прижились. Должно пройти порядка десяти лет до того момента, когда мы создадим все условия для сортировки и дальнейшей переработки мусора повсеместно.

Нужно помнить, что практика раздельного сбора мусора, внедренная в других странах, родилась не сразу, к ней шли годами. Просто нам надо выбрать этот путь и идти. Только тогда у нас все получится.

— Но Минприроды может выступить с такой инициативой?

— Законодательные условия для раздельного сбора уже созданы. Нужно понимать, что старые полигоны были рассчитаны на определенное качество мусора, не связанное с тетрапаками и с пластиковыми бутылками. Объем образования мусора кратно возрос и мы должны четко понимать, что все процессы, связанные с простым сжиганием мусора, не смогут решить накопившейся проблемы. Здесь, как говорится, все способы хороши. Нужно и сортировать, и сжигать, и перерабатывать во вторичную энергию. Нужно делать все, что возможно, используя современные технологии.

— Может быть, есть смысл вернуться к практике сбора макулатуры и стекла, которая была в нашем детстве?

— Я вообще считаю, что у нас очень много было хороших и полезных практик. Просто не нужно было все зачеркивать. Об этом и президент не раз говорил, что лучшее всегда нужно брать с собой в будущее.

— А как планируете решать вопрос со свалками в Подмосковье?

— Мы планируем собрать серьезную рабочую группу, провести "мозговой штурм" со всеми министерствами, которые будут участвовать так или иначе в этих процессах — это Министерство строительства, Минпром и, конечно, наше министерство. Хочется привлечь всех специалистов, которые уже имеют какие-либо положительные наработки по решению таких задач. Они есть в России — это и представители бизнеса, и производители перерабатывающих комплексов. Это довольно сложная работа, но необходимо разбить ее на простые составляющие и создать "дорожную карту". Мусора меньше не станет, его будет становиться только больше. И тем более решение нужно находить как можно скорее.

— На полях форума вы встречаетесь с президентом ExxonMobil Нилом Даффином. Вы уже успели познакомиться с тем проектом, который компания представила в рамках реализации "Сахалина-1"?

Многие нефтегазовые компании хотят вести бизнес в России. И нам надо сделать все, чтобы это взаимодействие сохранить вне зависимости от "токсичности" внешнего периметра

— Это первая установочная встреча. Ранее подобного рода встреча у меня прошла с заместителем генерального секретаря ООН — здесь тоже очень большая программа. Коллеги большие профессионалы, все с большим уважением относятся к нашей стране. Многие нефтегазовые компании хотят вести бизнес в России. И нам надо сделать все, чтобы это взаимодействие сохранить вне зависимости от "токсичности" внешнего периметра.

— Вам предстоит знакомство с нефтегазовыми компаниями уже в качестве министра. Есть ли понимание, когда ожидать эту встречу?

— Я открыт для нефтегазовых компаний всегда. Знаком с большинством руководителей российских и зарубежных компаний, у меня с ними конструктивные отношения, уважаю их как профессионалов. В российской Арктике реализованы большие проекты, и это говорит о социальной ответственности руководства. Так что будем работать.

— Довольно прозрачный ответ. Спасибо вам большое.

— И вам за внимание к теме. Дайте немного времени, поделюсь принятыми решениями.

Россия > Экология > ecoindustry.ru, 28 мая 2018 > № 2634463 Дмитрия Кобылкина


Россия > Экология > forbes.ru, 27 мая 2018 > № 2621389 Сергей Чернин

Миллиарды в помойку: как Россия будет выходить из мусорного кризиса

Сергей Чернин

президент корпорации «ГазЭнергоСтрой», заместитель председателя комитета Торгово-промышленной палаты России по природопользованию и экологии

В последние годы в России почти не развивалась мусороперерабатывающая отрасль. Но государство планирует направить средства бюджета на строительство современных предприятий по утилизации отходов. Закончится ли эпоха свалок и нанесения ущерба экологии?

Мировой рынок управления отходами ждет глобальная перестройка. Виновник — Китай, запретивший импорт десятков видов мусора, включая пластик, металлолом и несортированную бумагу. Запрет бьет по рынкам Евросоюза и США: по итогам 2017 года на Китай приходилось 31% экспорта металлического лома из Штатов. Два года назад на китайские заводы уходила одна пятая (то есть 20%) пластиковых отходов Европы. Не о чем беспокоиться разве что Швеции, которая сама импортирует мусор для переработки, а вот другим странам перерабатывающих мощностей очевидно не хватит. Им придется инвестировать в собственную инфраструктуру и активизировать поиск новых рынков для сбыта — сейчас западный мусор уже отправляется во Вьетнам и Индонезию.

Новые мощности для переработки отходов предстоит в самое ближайшее время создать и России — и тут Китай уже ни при чем. Трафик российского мусора в КНР существует, но только из дальневосточных регионов, а объем поставок не самый значительный. Истинная причина в том, что со следующего года в России заработает принципиально новая система управления отходами. Она должна стать драйвером создания современной, отвечающим экологическим стандартам инфраструктуры по сортировке, переработке и утилизации мусора, практически отсутствующей сегодня на внутреннем рынке. Заработает эта система, похоже, в форсированном режиме. Путь, на который Европе потребовалось 20 лет, планируется пройти чуть ли втрое быстрее: согласно ожиданиям властей, к 2030 году уровень утилизации отходов должен составить 60%.

Переработка мусора стал темой дискуссии в рамках Петербургского экономического форума (ПМЭФ) на сессии «Экономика замкнутого цикла: российская модель и зарубежный опыт».

Забрал, вывез, закопал

Ежегодно в России образуется, по разным оценкам, от 40 до 60 млн тонн твердых бытовых отходов (ТБО). Каждый из нас, жителей страны, в год создает почти полтонны мусора. Большая часть мусора с учетом отходов промышленного сектора — свыше 5 млрд тонн — сегодня отправляется на свалки и полигоны без какой-либо сортировки и обезвреживания. При этом «вторую» жизнь после утилизации обретает лишь несколько процентов всех отходов.

Здесь нет ничего удивительного: развивать переработку мусора в России сегодня невыгодно. Основной доход в отрасли формируется на этапе транспортировки ТБО от коммунального бака до полигона, в том числе по серым схемам. Еще недавно в стране просто не было жестких правовых актов, регламентирующих правила захоронения отходов. Минимально отвечающие современным требованиям полигоны появились 10-15 лет назад. Для сравнения, первый завод по предварительной сортировке мусора заработал в США в 1895 году. До этого российский мусор нередко складировали на не предназначенных для этого территориях, что обернулось серьезной экологической угрозой — полигонами формата подмосковного «Ядрово», к сожалению, успело обзавестись большинство регионов страны. В Челябинске, например, власти вынуждены в экстренном режиме справляться со свалкой размером с многоэтажный дом в самом центре города.

Сейчас появляется есть надежда, что действовать по принципу «собрал, вывез, закопал» больше не получится. С 2019 года в каждом регионе страны заработают единые региональные операторы коммунальных отходов. Под их контроль на ближайшие десять лет перейдет весь комплекс обращения с отходами: начиная со сбора и транспортировки и заканчивая обезвреживанием с последующим захоронением. Транспортные компании получат оплату своих услуг, лишь отгрузив отходы на легальный полигон или сортировочный комплекс.

Но самое главное: именно региональные операторы возьмутся за решение ключевых для каждого региона проблем в управлении отходами — от рекультивации устаревших полигонов до запуска новых сортировочных и перерабатывающих мощностей. Все это должны реализовать в рамках инвестпроектов и программ. Выбор оператора должен проходить на конкурсной основе, причем для каждого региона программа преобразований и реформ будет максимально зависеть от местных особенностей. Можно будет выбрать способ сортировки, обезвреживания отходов и другие детали. По сути, на рынке обращения с отходами наконец-то появятся игроки, которые будут отвечать за свою зону или свой регион целиком.

Нужны «длинные» деньги

Ситуация на отечественном рынке переработки мусора и вызовы, с которыми сталкиваются его участники, не уникальны. Еще каких-то двадцать лет назад в Германии не было общепринятой практики раздельного сбора мусора. В Греции в 2015 году в переработку шло лишь 20% отходов. Даже сегодня в Европе проблема нелегальных захоронений отходов существует: ежегодно более 3 млн автомобилей там «пропадают», а не перерабатываются.

Другое дело, что реформа мусорной отрасли России должна была заработать еще в 2016 году, а соответствующий федеральный закон №458 был принят двумя годами ранее. Власти отложили реформу из-за неготовности регионов и отсутствия необходимых подзаконных актов. Предполагалось, что к началу мая этого года все субъекты в стране выберут региональных операторов по обращению с отходами, однако по состоянию на 11 мая семь регионов, среди которых Москва, Пермский край и Республика Татарстан, даже не приступили к выборной процедуре. В 26 регионах конкурсные процедуры только объявлены, а по состоянию на 8 мая в 18 регионах не утверждены региональные программы в области обращения с отходами. С отстающими теперь предстоит разбираться федеральному правительству. При этом в Минприроды считают, никаких законодательных препятствий для перехода на новую систему обращения с отходами не существует.

Возможно, сдерживающим фактором в развитии, казалось бы, стройной системы обращения регионального оператора с отходами остается размер инвестиций. Эти инвестиции неизбежно понадобятся для запуска современной перерабатывающей инфраструктуры. В Великобритании, к примеру, строительство системы мусороперерабатывающих предприятий потребовало сотни миллионов фунтов стерлингов инвестиций, при этом страна не достигла и 50% уровня переработки отходов. Избежать трат точно не получится: инфраструктурные инвестиции станут практически обязательным условием для начала работы оператора ввиду крайней степени изношенности и неразвитости существующих мощностей.

В среднем строительство современного полигона в России может стоить от 0,8 млрд до до 1,5 млрд рублей, сортировочные линии увеличат инвестиции до 2,5 млрд рублей. В целом объем всего инвестиционного рынка в России приближается к 350 млрд рублей. Конечно же, проблемой может стать и растянутая во времени окупаемость перерабатывающих предприятий — по моей оценке, она составляет минимум 10 лет. Если оставить за скобками проекты по сжиганию мусора, которые являются отдельным видом бизнеса, то наиболее интересными и рентабельными будут оставаться проекты по сортировке коммунальных отходов при наличии объемов в 150 000–200 000 тонн мусора в год. В случае с автоматической линией сортировки для достижения рентабельности необходим ежегодный поток отходов в 300 000-500 000 тонн ежегодно.

Заплатят граждане и государство

Региональные операторы будут работать в том числе за счет корректировки тарифов для конечных потребителей. Конечно, итоговые значения, которые увидят граждане в квитанциях квартплаты, приходящих им ежемесячно, будут зависеть от накопившихся в регионе экологических проблем. Степень их серьезности и определит объем необходимых инвестиций со стороны оператора. В среднем общая сумма для конечного потребителя вырастет в пределах 5%. Важно понимать, что для того чтобы создать практически с нуля отрасль обращения с отходами, приходится периодически поднимать тарифы — это нормальная практика, так как в абсолютных величинах рост платежей по мусору незначителен и не превышает рост по другим коммунальным услугам, который может быть на 3-5% больше.

Но тарифная составляющая будет далеко не единственной возможностью ускорить возврат инвестиций — операторы рынка сегодня рассчитывают на поддержку со стороны государства. Такой подход на мировом рынке считается общепринятым. Например, строительство завода по переработке мусора в Болгарии на 84% финансировалось Евросоюзом на безвозмездной основе. Власти Уэльса готовятся потратить 15 млн фунтов стерлингов на улучшение местной системы сбора мусора. Буквально на днях Европейский банк реконструкции и развития принял решение о выделении кредита на 8 млн евро муниципалитету Улан-Батора для развития системы городского управления отходами.

В России источником дополнительной маржи для участников рынка мусоропереработки могут стать утилизационные нормы, предусмотренные государством для производителей и импортеров товаров и упаковки, требующих переработки. Региональный оператор ТБО сможет брать утилизацию этих товаров на себя — вместо производителя и за счет производителя. По лизинговым программам для малого и среднего бизнеса будет доступна спецтехника, на которую в случае с сортировочным комплексом приходится до 70% вложений.

Но станут ли дотации на переработку и утилизацию мусора в России драйвером развития отрасли, пока неясно. Фактически механизм есть — финансирование на создание объектов по обработке и утилизации отходов будет осуществляться за счет экологического сбора. В этом году Челябинская область даже получила деньги на строительство мусороперегрузочной линии, но открытым остается вопрос относительно системности и объема такой поддержки. Так, в рамках расширенной ответственности производителей товаров и упаковки за 2016 год было собрано лишь около 1,2 млрд рублей. А в 2018 году на создание объектов по переработке и сортировке отходов в регионах России Минприроды направило 1 млрд рублей.

В масштабах софинансирования региональных программ по обращению с отходами суммы крайне незначительные. При этом до сих пор порядок принятия решений о выделении этих денег в субъекты четко не определен, как и не определена возможность направления этих средств региональным операторам, которые в основном и представляют частный бизнес. Опять же, на получение данного финансирования регионы смогут рассчитывать лишь после утверждения программ по обращению с отходами.

Конечно, доход оператору может обеспечить утилизация отходов с последующей реализацией вторичного сырья. Сегодня в стране большинство операторов перерабатывает лишь 5-10% получаемых ими отходов, в то же время доля ценного сырья в мусоре составляет как минимум 40%. Именно извлечение из мусора полезных фракций и производство из них готовых изделий и товаров — как показывает мировой опыт — не только привлекательно с точки зрения бизнеса, но и все более необходимо для минимизации негативного воздействия на окружающую среду. Вот только сейчас вторичная переработка отходов остается в России самым «узким местом»: по оценкам Торгово-промышленной палаты, общая мощность пунктов переработки вторичных материальных ресурсов в России составляет менее 60 тыс. тонн в год. Это всего 0,1-0,2% от общего количества мусора, перерабатываемого в России.

Россия > Экология > forbes.ru, 27 мая 2018 > № 2621389 Сергей Чернин


Россия. СЗФО > Рыба. Экология > fishnews.ru, 23 мая 2018 > № 2620744 Игорь Зубарев

Уникальным озерам нужна защита.

Законодатели обсуждают, каким образом сохранить уникальные водоемы – Онежское и Ладожское озера. Особая роль этих водных объектов отражена в «майском» указе президента: Владимир Путин поставил задачи по защите Ладоги и Онеги. Для озер готовится специальный приоритетный проект – о деталях в интервью Fishnews рассказал член Совета Федерации от Республики Карелия Игорь Зубарев.

– Игорь Дмитриевич, в 2017 году Госдума отклонила предложенный Законодательным собранием Карелии законопроект «Об охране Ладожского и Онежского озер». Теперь, насколько мы знаем, решено отказаться от подготовки отдельного проекта закона и разработать приоритетный проект. Что он будет собой представлять и кто участвует в его формировании? Будет ли это документ, аналогичный паспорту приоритетного проекта по сохранению Волги ?

- Идея создания собственного закона об Онежском и Ладожском озерах существует уже лет десять. И возникла она после того, как началось исполнение федерального закона об охране озера Байкал.

В 2013 – 2016 годах такой законопроект разработали депутаты предыдущего созыва Законодательного собрания нашей республики. В Государственной Думе он был отклонен в первом чтении.

Но созданная рабочая группа приняла решения не останавливаться, а искать другие пути по защите уникальных озер.

От идеи закона решили пока уйти, так как реализация мер по защите должна осуществляться уже «сейчас», а если допустить, что такой закон будет принят, то для издания прочих подзаконных актов потребуется еще несколько лет. Это понятно по работе над законом по защите Байкала.

Приоритетный же проект - это прерогатива исполнительной власти. Прописываются цели и задачи, ожидаемые результаты, в проект включаются мероприятия, определяется их исполнитель, а также, что очень важно, необходимые для достижения цели финансы. Проект должен курироваться федеральным органом исполнительной власти, так как его реализация затрагивает несколько регионов. Сейчас разработкой паспорта проекта занимается наше карельское правительство, потом подключатся и федеральные органы.

- Какое место в программе планируется уделить вопросам сохранения водных биоресурсов Онежского и Ладожского озер?

- Сохранением биоресурсов, в буквальном смысле этого выражения, должны заниматься надзорные органы. На два крупнейших озера Европы всего примерно 30 рыбинспекторов (это по документам), по факту - еще меньше, поэтому несложно представить, какой ущерб наносят браконьеры биоресурсам. Если говорить о косвенном сохранении, то приоритетный проект в первую очередь будет включать мероприятия по очистке сточных вод, попадающих в озера. Это, к сожалению, очень актуальная проблема. В прошлом году в Медвежьегорске из-за того, что сброс канализационных вод находился недалеко от забора воды для городского водоснабжения, разразилась эпидемия кишечных заболеваний, в результате которой пострадали десятки человек, примерно половина из них – дети. Из-за вспышки дизентерии в райцентре закрылись все школы и детские сады, был введен карантин. Причиной ЧП стало загрязнение воды Онежского озера хозяйственно-фекальными канализационными стоками.

– К какому сроку планируется завершить работу над паспортом приоритетного проекта?

- Сейчас ведутся расчеты по стоимости работ и по согласованию ряда проектов, которые не должны ограничить хозяйственную деятельность вблизи озер. В отличие от Байкала, у нас много городов и предприятий стоит на берегу Онежского и Ладожского озер. Мы не должны ограничить их так, чтобы это привело, например, к закрытию бизнеса. Это сложный и долгий процесс, я думаю, через полгода мы сможет выйти на проработанный паспорт приоритетного проекта.

24 мая мы проводим в Совете Федерации круглый стол по обсуждению мер экологической защиты наших крупнейших озер в Европе. Приглашены представители регионов, федеральных органов власти, ведущих научных учреждений. Предыдущее обсуждение этой проблемы с экспертами в Карелии на площадке регионального Законодательного собрания показало всю остроту и неотложность проблем экологического состояния озер. Сейчас мы собираем профессиональное мнение и изучаем фактические возможности использования федеральных программ и проектов для неотложной помощи Онежскому и Ладожскому озерам.

Александр ИВАНОВ, Fishnews.

Россия. СЗФО > Рыба. Экология > fishnews.ru, 23 мая 2018 > № 2620744 Игорь Зубарев


Тайвань. Россия > СМИ, ИТ. Госбюджет, налоги, цены. Экология > neftegaz.ru, 21 мая 2018 > № 2692728 Александр Кузнецов

Компьютерная техника Getac: защищенность, подтвержденная реальностью.

Безопасность производства и охрана труда на промышленных объектах строго регулируются международными стандартами и различными системами сертификации, содержащими строгие требования в т.ч. к электрооборудованию и другой технологической продукции, которая может использоваться, например, во взрывоопасных средах. То есть, скажем, нефтяники на производственных объектах не могут пользоваться обычным компьютером или планшетом, хотя нуждаются в них не меньше офисных сотрудников.Что же делать? О защищенной компьютерной технике, ее преимуществах и основных критериях выбора такой продукции корреспонденту Neftegaz.RU рассказал руководитель направления по развитию бизнеса компании Getac в России Александр Кузнецов.

- Насколько сегодня востребована защищенная компьютерная техника в бизнес-среде?

- Изначально такая техника как Getac и ему подобная пользовалась спросом только у военных, что легко объяснимо ее повышенной стойкостью к механическим, погодным и другим воздействиям. Но сегодня все больше пользователей приходит к нам из других отраслей, никак не связанных с военной, но где есть условия, под которые не подходят обычные устройства. Производственные, нефтегазовые, добывающие компании, да и не только они, пересматривают свой подход к выбору устройств для сложных условий работы, а также к расчету стоимости владения этими устройствами. Приходит осознание того, что не всегда изначально меньшие затраты означают меньшую стоимость владения. Поэтому крупные компании стали обращать внимание на серьезных, уже зарекомендовавших себя игроков на рынке защищенных устройств, к которым как раз и относится Getac, представленный на Российском рынке защищенных решений более 18 лет. Спрос со стороны коммерческих компаний на устройства такого рода растет, и мы прогнозируем значительный рост продаж в данных сегментах рынка в ближайшие 2-3 года.

- Почему специалистам, работающим в экстремальных условиях, сложно работать на обычных устройствах? Назовите основные преимущества защищенных моделей.

- На самом деле ответ на данный вопрос лежит на поверхности. Обычные устройства рассчитаны на бережное отношение и работу в «тепличных» условиях - нормальная влажность, температура не ниже 0 оС и не выше +40 оС, без падений и ударов, без дождя и снега, а также никаких прямых солнечных лучей - просто ничего нельзя будет прочитать на экране. Экстремальные условия просто смертельно опасны для этих устройств. Защищенные устройства (в зависимости от степени защиты) практически лишены данных ограничений: им не страшен мороз (вплоть до -29 оС) и жара до +60 оС, падения с высоты вплоть до 1,8 м, а также дождь, грязь и прочее. Яркое солнце также не будет помехой, т.к., на примере Getac, во всех представленных ноутбуках и планшетах применены фирменные технологии, такие как LumiBond 2.0 или QuadraClear для работы под прямыми солнечными лучами. Также реализованы различные режимы работы сенсорных экранов: дождь (работа просто пальцем), в перчатках, стилус. В итоге специалисты получают возможность работать с устройством там, где им нужно, а не только там, где это возможно.

- Какая продукция Getac максимально ориентирована на специалистов нефтегазовой отрасли?

- Среди наших продуктов мы выделили 3 основных, которые предлагаем российским компаниям нефтегазовой отрасли - это:

Планшет F110-Ex с дисплеем 11,6", процессорами Intel Core i5/i7 и Windows 10 Professional 64-bit, сертифицированный по ATEX для Зоны 2;

Планшет ZX70-Ex с дисплеем 7", процессором Intel Atom x5 и Android 6.0, сертифицированный по ATEX для Зоны 2;

Уникальный планшет для Зоны 0/1 по ATEX - модель EX80 с дисплеем 8", на базе процессора Intel Atom x5 и Windows 10 Professional 64-bit;

Все указанные модели изначально разрабатывались под нефтегазовую отрасль. Поэтому они полностью соответствую самым жестким стандартам, применяемым к устройствам, эксплуатируемым во взрывоопасных условиях.

- Какие требования предъявляются к планшетам и ноутбукам такого типа? Есть ли регулирующие стандарты?

- Ключевое требование к планшетам и ноутбукам, предъявляемое со стороны нефтегазового сектора - это их искро- и взрывобезопасность. По этой причине, все устройства должны подтвердить данный параметр, пройдя очень жесткую сертификацию в соответствии с требованиями отраслевых стандартов: Россия - ТР ТС 012/2011; Международный - IECEx; Европа - ATEX; США - UL913 (NEC). Каждый из стандартов предполагает свои требования к степени взрывобезопасности и классификации опасных зон. Поэтому для применения взрывобезопасных планшетов или ноутбуков на территории России, необходимо в первую очередь подтвердить их соответствие Российским стандартам, что и сделал Getac для трех моделей планшетов - F110-Ex, ZX70-Ex и EX80. Все они имеют российские сертификаты ЕАС ТР ТС 012/2011.

- Расскажите о технологии LumiBond® 2.0. В чем ее уникальность?

- Наша запатентованная технология LumiBond® 2.0 (аппаратно-программная) - это многослойный «бутерброд», включающий в себя высококачественную матрицу, два слоя оптически прозрачного клея, сенсорный экран, Gorilla Glass. Данная комбинация исключает возможность образования конденсата внутри экрана, обеспечивает повышенную прочность и жесткость экрана, позволяет достичь выдающихся показателей по максимальной яркости и контрастности, а в сочетании со специальным программным обеспечением предоставляет и несколько режимов работы сенсорного экрана - палец/дождь, в перчатке, стилус. Все это дает больше свободы пользователю в выборе места и времени работы с устройством, независимо от наличия внешних вредных факторов.

- На что в первую очередь нужно обращать внимание при выборе защищенной компьютерной продукции?

- Это очень интересный вопрос и однозначно трудно на него ответить, т.к. факторов много, но, если совсем коротко - эта техника должна иметь «честную» защищенность, подтвержденную реальными тестами в независимых лабораториях на соответствие международным стандартам, и гарантийными обязательствами и репутацией производителя. Сейчас на Российском рынке, к сожалению, очень много продукции брендов-однодневок, которые быстро появляются, и также быстро исчезают, оставляя покупателей без каких либо гарантий и поддержки.

Getac предоставляет на все свои устройства минимальную гарантию 3 года, а также возможность протестировать наше оборудование в реальных условиях работы на стороне Заказчика (при наличии образцов в офисе Российского представительства Getac).

Компания Getac - основное подразделение MiTAC-Synnex Business Group (доход компании в 2016 г. - 29 млрд долл США), была основана в 1989 г. как совместное предприятие с компанией GE Aerospace с целью производства военной электронной техники.

Сегодня Getac производит защищенные ноутбуки, планшеты, КПК для оборонного комплекса, правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб, государственных структур, а также для промышленности и транспортного сектора.

Тайвань. Россия > СМИ, ИТ. Госбюджет, налоги, цены. Экология > neftegaz.ru, 21 мая 2018 > № 2692728 Александр Кузнецов


Россия. ПФО > Экология > ecolife.ru, 17 мая 2018 > № 2644227 Александр Иванов

Ученый: В центре Нижнего Новгорода можно создать уникальный геопарк

Прямо в центре Нижнего Новгорода на месте слияния Оки и Волги можно создать уникальный геопарк, который не имеет аналогов в мире и может быть включен в список ЮНЕСКО, считает доцент кафедры ЮНЕСКО Нижегородского государственного архитектурно-строительного университета (ННГАСУ) Александр Иванов. Деталями проекта он в рамках 20-го международного научно-промышленного форума «Великие реки» поделился с корреспондентом «РГ».

Александр Владимирович, о культурном наследии ЮНЕСКО слышали многие, в России есть немало таких объектов. А насколько перспективно создание геопарков?

Александр Иванов: Процесс создания геопарков в РФ только начался. ЮНЕСКО исходит из того, что сначала идет изучение ядра территории, есть ли у него защитная зона и, самое главное, — формируется ли зона сотрудничества с местным населением. Последнее — крайне важный инструмент, который позволяет заинтересовать всех — бизнес-сообщество, самих жителей. Они должны понять, что сохранение таких зон — это не только элемент гордости, но и экономическое, и культурное благополучие. Именно из-за отсутствия этого момента многие интересные территории не получают статус ЮНЕСКО. Геопарки — это совершенно новая идея. Она основана на том, что при их создании не только не налагаются никакие дополнительные ограничения на данной территории, но, наоборот, речь идет о том, чтобы активизировать местную экономику, туристическую деятельность.

В России уже есть такие территории?

Александр Иванов:В Башкортостане природное наследие фантастически богатое. Например, там есть геотермальные источники, которые имеют целебные свойства, и туда многие едут лечить болезни суставов. В Ульяновской области уникальным является весь правый берег Волги. Там уже создан геопарк «Ундория» как национальный объект. Помимо этого, там богатое палеонтологическое наследие.

В Нижегородской области есть перспективы создания геопарка?

Александр Иванов: Очень большие. Таким объектом вполне может быть зона слияния Оки и Волги. С точки зрения геологии места абсолютно уникальные. Ничего подобного в мире нет. Мы находимся в центре Русской плиты, которая долгое время была дном морей. Но около двух с половиной миллионов лет назад она наклонилась, ее восточный край оказался ниже западного, возникли реки Ока и Волга. Русло Волги смещалось с севера на юг под воздействием вращения земли, вода все время подмывала правый берег, и в итоге возник 100-метровый перепад высот между верхним и нижним берегом. Две крупные великие реки, каждая из которых длиной больше тысячи километров, сформировали ландшафт, подобного которому нет в мире. Мы, стоя возле памятника Чкалову и располагая хорошей оптикой, можем увидеть горизонт на расстоянии 40 километров. Это дает ощущение какой-то невиданной свободы. И при этом мы стоим в центре города, откуда видим южный край тайги, которая простирается до Урала, а потом до Камчатки. Это крупнейшая климатическая зона мира. А чуть в стороне располагается крупнейшая в нашей широтах до Урала дубовая роща площадью пять тысяч гектаров. Есть много образцов слияния крупных рек, но либо оба берега плоские, либо горный ландшафт. Можно сказать, что нижегородский ландшафт — сила, формирующая мировоззрение людей.

Что нужно сделать, чтобы этот потенциальный геопарк попал в программу ЮНЕСКО?

Александр Иванов: Его концепция должна быть обсуждена со специалистами. Трудность заключается в том, что обычно объектами такого геологического наследия являются территории не настолько посещаемые. А здесь это центр города. Нельзя его разрушать, закапывать овраги, делать холмистый ландшафт более удобным для градостроительства. Человек вполне может жить в соответствии с природными реалиямии.

Россия. ПФО > Экология > ecolife.ru, 17 мая 2018 > № 2644227 Александр Иванов


Россия > Экология > ecoindustry.ru, 17 мая 2018 > № 2634401 Игорь Малышев

ЭКОЛОГИЧНЫЕ ПУТИ ОТХОДОВ

Поможет ли создание экотехнопарков отслеживать обращение промышленных отходов

В Татарстане и Ханты-Мансийском автономном округе (ХМАО–Югра) завершается обустройство площадок под «Экотехнопарки». Эти пилотные проекты представляют собой новейшую прозрачную схему экологически безопасной утилизации промышленных отходов, которую впоследствии можно внедрить по всей стране. О том, почему регионы мешкают с реализацией проектов по переработке, что позволит вывести утилизацию отходов из теневого сектора, а заодно увеличить объем инвестиций, порталу iz.ru рассказал глава Фонда развития трубной промышленности (ФРТП) Игорь Малышев.

— Тема переработки мусора не уходит из повестки. Показателен пример Подмосковья, где за последний год разгорелось два скандала из-за переполненных полигонов. У людей есть хоть какое-то представление о том, какие есть пути решения проблемы бытовых отходов. А как обстоит ситуация в сфере утилизации промышленных отходов, есть ли какие-то конкретные предложения?

— Да, вопросы переработки, утилизации отходов производства и потребления очень остро стоят в нашей стране в последние годы. Это действительно большая экологическая проблема. Обывателю, однако, видна лишь малая часть, только вершина айсберга, если так можно сказать. Проблема переработки бытовых отходов, которая постоянно на слуху, на самом деле меньшее из зол. Куда больше сложных организационных вопросов и технологических процессов связано с так называемыми промышленными металлосодержащими отходами.

Наш фонд много работает в этом направлении. Мы неоднократно говорили, что реалии производства и современные требования по повышению экологической безопасности при извлечении, транспортировке и утилизации систем трубопроводного транспорта, выработавших свой ресурс, требуют серьезной доработки экологического законодательства, а также разработки и внедрения новых природоохранных технологий.

Подтверждением важности комплексного решения этой проблемы может служить тот факт, что на него неоднократно указывал президент Владимир Путин. Он же обращал внимание, что эти проблемы нужно решать в связке с региональными властями.

— И ведется ли это работа? Предлагают ли субъекты свои варианты решения?

— К сожалению, мы вынуждены признать, что обсуждение этих вопросов зачастую сильно затягивается, да и в целом требует значительных усилий от всех участвующих сторон. По большей части процесс буксует не на федеральном уровне, а непосредственно на местах.

Как правило, регионы ждут инициативы или указаний сверху. Хотя действующее федеральное законодательство никак не ограничивает реализацию в субъектах федерации отдельных приоритетных проектов в области обращения с отходами производства и потребления. У регионов все карты на руках — у них есть полномочия, чтобы принять необходимые для регулирования сферы обращения с отходами законы или нормативно-правовые акты.

Регионы являются непосредственными участниками формирования государственной политики в этой области и вправе самостоятельно в рамках своих полномочий определять направления развития этой отрасли.

— Можете ли Вы привести положительные примеры? Хоть один регион, где вплотную занялись этим вопросом?

— Да, надо отдать должное, что руководство некоторых субъектов РФ понимает своевременность, значимость и перспективность развития этого направления деятельности и идет навстречу. Примеры — Татарстан и Ханты-Мансийский автономный округ. Там уже выстроен конструктивный диалог в этом направлении. Более того, есть конкретные решения от руководителей регионов. Там ведется масштабная работа по созданию института, регулирующего обращение с отходами. Проще говоря — создаются региональные операторы.

Именно в Татарстане и Югре будут реализованы пилотные проекты — «Экотехнопарки». Строительство современных площадок по работе с отходами находится в завершающей стадии, и, насколько мне известно, осталось решить небольшие рабочие вопросы.

— Что будет входить в зону ответственности региональных операторов?

— Весь процесс обращения с отходами на определенной территории, включая координационно-организационные, контролирующие, а также экспертно-аналитические задачи.

Такой подход позволит работать в этой сфере только лицензированным организациям. Будут исключены работы, которые подразумевают вмешательство в окружающую среду или в процессе которых образуются опасные промышленные отходы. Операторы не допустят запуска производства, если на него не дала добро государственная экологическая экспертиза, будут вести учет всех отходов «от и до» и так далее.

Свести все это воедино и эффективно выстроить все циклы работы позволят как раз-таки экотехнопарки. «Экотехнопарк» — это единая площадка, на которой будет организован сбор, сортировка и последующая переработка или утилизация промышленных металлсодержащих отходов. Там же они будут обезвреживаться. То есть в одном месте будут проводиться все технологические процессы, полный цикл работ.

— Какие преимущества в такой системе организации обработки промышленных отходов? Выгодно ли это регионам?

— Подобный единый подход к проблеме обращения с промышленными отходами в итоге позитивно отразится как на экологической обстановке, так и на социально-экономической сфере. В регионах будут создаваться новые рабочие места, снизится негативное воздействие на экологию, а соответственно, и на здоровье людей. Кроме того, усилится контроль за сферой переработки отходов, их путь удастся отслеживать от начала и до конца.

Не менее важным фактором является значительное повышение экономической эффективности и создание объемов сырья для металлургической отрасли. Отдельно подчеркну, что такой подход полностью укладывается в недавно утвержденную правительством «Стратегию развития промышленности по обработке, утилизации, обезвреживанию отходов производства и потребления на период до 2030 года». Ее главная цель как раз в том, что создать так называемую промышленность переработки отходов, максимально вовлечь их в производственный оборот.

О плюсах можно говорить и дальше. Мы можем прогнозировать увеличение налоговых поступлений от деятельности в этом сегменте бизнеса, а также привлечение дополнительных инвестиций в субъекты. И еще один важный момент — внедрение системы, при которой вся переработка промышленных отходов завязана на одном операторе, позволит в значительной вывести этот рынок из тени, сделать его более прозрачным.

— Может ли этот подход стать универсальным для всей страны?

— Мы в Фонде развития трубной промышленности выступаем как раз за то, чтобы подход к решению проблемы переработки отходов был системным. Полагаю, что в скором времени Татарстан и ХМАО–Югра смогут на своем примере показать эффективность выбранного подхода к созданию единого механизма обращения с отходами, а затем тиражировать свой опыт для последующей реализации на всей территории страны.

Светлана Харькова

Россия > Экология > ecoindustry.ru, 17 мая 2018 > № 2634401 Игорь Малышев


Россия > Экология > zavtra.ru, 2 мая 2018 > № 2616275 Александр Якименко

Старатели

предприниматель Александр Якименко о современных технологиях переработки мусора

Андрей ФЕФЕЛОВ. Александр Иванович, для человечества проблема мусора оказалась крайне актуальной. Капитализм предлагает всё новые и новые товары, новую упаковку. Ремонт у нас уже не в моде. В итоге всё это оказывается на свалках.

Александр ЯКИМЕНКО. В мире действительно проблема номер один — это обращение с отходами. Не с мусором, а с отходами, которые являются сырьём. И оно дешевле, чем то сырьё, которое человек добывает. Его нельзя терять, выбрасывать и закапывать.

Технологии по переработке отходов ещё в СССР были разработаны. В этой сфере работали учёные, например, академик Городний ещё в те времена пропагандировал технологии по биодинамической переработке отходов.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Но работали не только академики, работали и пункты сбора вторсырья, которых сейчас почему-то я не вижу: ни пунктов сбора посуды, ни макулатуры, ни металла.

Александр ЯКИМЕНКО. Металл ещё собирают, а вот с макулатурой, со стеклом уже похуже, хотя в мире существуют прекрасные предприятия, которые перерабатывают различное стекло по цвету, по качеству, прекрасно перерабатывают макулатуру. Они и у нас в России есть, и в СССР были.

Но самая большая проблема — это переработка органической составляющей отходов, которая в Центральной России доходит до 50-55 процентов.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Но органические отходы — это же удобрения?

Александр ЯКИМЕНКО. Да, но для того, чтобы эти отходы стали удобрением, их надо переработать. Академик Городний и говорил, что можно перерабатывать по-разному, можно перерабатывать и с помощью животных. В Канаде, например, это делали с помощью калифорнийского червя Eisenia foetida. А у нас в России есть свои прекрасные животные под названием "Старатель", которые гораздо репродуктивнее. В результате получается прекрасная почвообразующая смесь, на которой может жить всё живое на планете.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Естественно, черви не могут жить там, где химия разлита?

Александр ЯКИМЕНКО. Конечно, отходы нужно брать в лабораторию на анализ, поэтому и предприятие называется заводом и включает в себя много служб.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Как хотелось бы приблизиться к такому идеалу циркулярной экономики, где нет отходов!

Но пока приходится говорить о драматической ситуации в Волоколамске в связи с гигантской свалкой "Ядрово". Помимо реального ущерба здоровью людей, это воспринимается жителями и как оскорбление. Что там на самом деле произошло?

Александр ЯКИМЕНКО. Когда сваливают всё в одно место, то органика в процессе гниения выделяет все эти газы, которые никем не собираются, не перерабатываются, и они распространяются вокруг таких полигонов по утилизации отходов. Но это даже утилизацией называть нельзя, это просто свалка.

Андрей ФЕФЕЛОВ. То есть газ порождается не химией, а именно органикой?

Александр ЯКИМЕНКО. Да, это процесс гниения. Это естественный природный процесс, и когда всё это рассредоточено по какой-то территории, оно не имеет таких заметных проявлений. А когда это всё собрано в одном месте, да ещё в таком огромном количестве, то всё это будет концентрироваться. И будут эти свалки гореть, что и происходит на всех практически свалках по всей России.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Это такая стратегия сжигания мусора?

Александр ЯКИМЕНКО. Нет, возгорание происходит по различным причинам, но оно горит, потому что есть чему гореть. Есть газ, который горит, есть бумага, есть дерево, которое там лежит. Хуже всего, когда гореть начинает пластик, потому что он выделяет токсичные вещества.

И надо не мусоросжигательные заводы строить, а строить заводы, перерабатывающие отходы.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Если бы я писал научную фантастику, то получилась бы следующая картина. В квартире существует несколько окошечек для мусора, пять или шесть. И человек, который выпивает из стеклянной бутылки сок, потом эту бутылку кидает в окошечко для стекла. Упаковку бумажную кладет в окошечко для бумаги, очистки, банановые корки идут в специальное окошечко и так далее. И если он путает случайно, то невидимая рука из стены даёт ему маленький щелбан.

Александр ЯКИМЕНКО. Да, действительно, это был бы идеальный вариант, но немного поправлю: бутылочка имеет какую-то бумажную этикетку, её надо отдельно бросить. Пробочку тоже надо отдельно бросить. Бутылку одного цвета надо бросить в одно окошечко, а бутылку другого цвета — в другое. Это мы получим целый сортировочный цех у каждого в квартире! Потом всё это попадает в какие-то ёмкости за пределами этой квартиры; и для того, чтобы их отправить потребителю, который нуждается в таком сырье, их надо каким-то отдельным транспортом, не перемешивая со всем остальным, доставить этому потребителю. Или как-то дальше концентрировать в каких-то определённых местах. Сегодня это нереально сделать. Вы правильно сказали про фантастику.

Андрей ФЕФЕЛОВ. А в советское время, я помню, у нас в подъезде стояло на лестничной клетке вёдрышко, на нём была нарисована свинка и просьба давать свинке вкусные корки, арбузные и так далее. Я уж не знаю, как всё это работало дальше.

А сейчас, похоже, раздельный сбор, который производится, в том числе и в Москве, имеет только общетерапевтическое значение. На самом деле всё потом опять смешивается в один большой ком мусора и увозится на одних и тех же машинах на те же самые свалки. Так это или нет?

Александр ЯКИМЕНКО. К сожалению, вы правы. Это именно так и происходит. Компания может, конечно, расставив какие-то ёмкости в определённых местах, добиться того, чтобы там какое-то количество вторсырья собиралось. И они его будут концентрировать, доставлять тем, кто занимается их переработкой. Но вряд ли это будет иметь большой экономический эффект.

Поэтому сегодня нужны технологии переработки смешанного мусора. Вторсырьё собирается, а органика перерабатывается биодинамическим методом и получается биогумус.

Андрей ФЕФЕЛОВ. А как это на практике выглядит?

Александр ЯКИМЕНКО. На мусороперерабатывающем заводе каждую машину проверяют на наличие отравляющих веществ, радиации и так далее. В зависимости от того, что там есть, производится сортировка. То есть машина разгружается в определённый бункер, где механическими лентами мусор подается в барабаны, которые разрывают мешки, пакеты. И дальше досортировывается уже вручную на конвейере.

Процесс непрерывный, одна машина за другой выгружается, мусор нигде не накапливается. Отделяется неорганика от органики, вторсырьё собирается в ёмкости и отправляется на склад. А органику сепараторами измельчают, перерабатывают и отправляют в те помещения, где при определенной температуре (23—25 градусов) и влажности (до 73%) животные превращают её в биогумус.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Как быстро они всё это перерабатывают?

Александр ЯКИМЕНКО. Три-четыре недели максимум. Но поскольку поток всё время идет, то таких помещений делается несколько.

Андрей ФЕФЕЛОВ. И это удобрение получается довольно дорогое?

Александр ЯКИМЕНКО. Да, в мире оно очень дорогое. Многие страны нуждаются в почвообразующей смеси. И у нас в стране такие удобрения можно прекрасно использовать в тепличном производстве, недалеко от мусороперерабатывающего завода, хотя ближе 2000 метров не рекомендуется теплицы располагать. Тепло, которое получается при переработке отходов, на 25—30% удешевляет электроэнергию на предприятии.

Андрей ФЕФЕЛОВ. А какие ещё предприятия могут существовать в этом комплексе? Переработки стекла?

Александр ЯКИМЕНКО. Да, оно измельчается до определённых размеров, потом плавится и делается та же самая упаковка, которая может быть опять использована. Можно перерабатывать бумагу, которую собрали при сортировке или на полигоне, или привезли прямо от жилых домов.

Есть огромный опыт по переработке строительных отходов.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Но металл-то на этом заводе вы не плавите?

Александр ЯКИМЕНКО. Нет, для этого существуют другие предприятия, которые приедут и сами заберут всё.

Андрей ФЕФЕЛОВ. А что с пластиковыми бутылками и пакетами?

Александр ЯКИМЕНКО. Их пускают в переработку по определённой технологии и превращают в твёрдое топливо. Но те предприятия, которые используют это топливо, нуждаются в очистке газов и отходов, которые получаются в результате сжигания этого топлива. И фильтры через год-полтора надо менять, а они не дешёвые совсем, и их надо опять утилизировать. Но это решаемые вопросы. Задача только в одном: власть должна принять решение строить такие заводы и выделять под это определённые средства.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Александр Иванович, Вы участвовали в проектировании мусороперерабатывающего завода в Днепропетровской области. Какова его стоимость?

Александр ЯКИМЕНКО. Предприятие, которое я возглавлял, объединяло технологическую, проектную, юридическую и строительную компании. Мы выиграли тендер по переработке отходов в городе Першотравенске с объёмом отходов порядка 150 тысяч тонн в год, включая округу радиусом в 80 километров. Это разумное "плечо подвоза", которое не оказывает существенного влияния на экономику процесса. Была выделена территория на одной из шахт, которая прекратила работу. Областная администрация профинансировала проведение проектно-изыскательских работ. В 2010 году мы провели эти работы полностью и отчитались за них. Областная санэпидстанция и областной градостроительный совет одобрили этот проект.

Такой завод стоит порядка 21—23 миллионов долларов. С кластерными производствами будет, конечно, подороже.

Андрей ФЕФЕЛОВ. А за сколько лет окупается подобное предприятие?

Александр ЯКИМЕНКО. Максимум за четыре-пять лет. На таком предприятии работает около 150 сотрудников, но надо учитывать и текучесть. Помимо запахов, даже вид этого животного не каждому приятен…

Но специалистов высокой квалификации нужно немного, десятка полтора: это биологи, химики, энергетики, механики и так далее. Таких специалистов прекрасно готовят наши вузы, и они с удовольствием будут на таком заводе работать, если учитывать ту зарплату, которую мы можем им платить. Рентабельность предприятия высокая, поэтому работать и зарабатывать на нём легко и просто.

Андрей ФЕФЕЛОВ. 150 человек — это без смежных производств?

Александр ЯКИМЕНКО. Да, это без них. Но в стоимость завода входят обязательно свои транспортные средства и оборудование (мусоровозы и контейнеры), а также площадки по их размещению в жилых районах и возле предприятий.

Андрей ФЕФЕЛОВ. А может подобный завод существовать в условиях Сибири?

Александр ЯКИМЕНКО. Разумеется, нужно просто отапливать помещения. Конечно, в условиях Причерноморья легче, но в то же время, если сравнить с мусоросжигательными заводами, а их на Украине было два — один в Киеве, другой в Днепропетровске, то мы увидим, что они работали так по два, по три месяца в году. Потому что летом, когда более сухие отходы, ещё какая-то "экономика" получается, а в мокрые, холодные времена года они уже с перебоями работали. Потому что надо больше топлива для того, чтобы сжечь это всё. И уже арифметика не та получается.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Ваш проект у вас на руках?

Александр ЯКИМЕНКО. Да, и я надеюсь, долго ждать не придётся, и мы возобновим работы по этому проекту.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Логично кому-то предложить его на региональном уровне. Вы же в Орловской области уже работали?

Александр ЯКИМЕНКО. В Орловской области я работал техническим директором на предприятии, на котором не было той технологии, о которой я сейчас говорил. Там подразумевалось строительство сортировочной линии, и в дальнейшем — захоронение органических отходов на определённой территории, в картах, где были сделаны стоки в сборники для жидких отходов. Это, конечно, не то, что мы хотели сделать в Днепропетровской области, но, тем не менее, как первый шаг вполне может быть использовано.

Я знаю, что есть интерес к нашей технологии и у Правительства Московской области, и в других регионах. Нужно решить несколько организационных, административных и ресурсных вопросов и дать возможность группе людей, которые понимают, как это сделать, провести проектно-изыскательные работы, проектные работы и приступить к строительству.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Александр Иванович, хочется пожелать вам успехов на этом направлении!

Андрей Фефелов

Россия > Экология > zavtra.ru, 2 мая 2018 > № 2616275 Александр Якименко


Россия > Экология > zavtra.ru, 2 мая 2018 > № 2616274 Татьяна Воеводина

Мусор - проблема философская

проблему отходов решить нельзя

Ключевая тема нынешнего политического сезона — мусор. Положение у нас — повсюду — и в самом деле, аховое. Но прежде чем рассуждать, негодовать, изобличать, кивать на "цивилизованные" страны, надо с кристальной ясностью осознать вот что. Проблему мусора решить нельзя. В принципе. В силу закона сохранения вещества Ломоносова — Лавуазье. Наш универсальный гений формулировал его лапидарно: "…сколько чего у одного тела отнимется, столько присовокупится к другому… ежели где убудет несколько материи, то умножится в другом месте". Перерабатывая мусор (например, сжигая), мы видоизменяем его химически, но не уничтожаем. Он остаётся — просто в другой форме и в другом месте. Собственно, борьба граждан с мусором — это борьба за то, чтобы грязь и гадость была не у нас под носом, а где-нибудь там, подальше. Когда граждане митингуют против мусоросжигательного завода, они просто требуют, чтобы его построили под носом у кого-то другого, а не у них.

Вся гигантская возня вокруг сбора и переработки мусора — это борьба со следствием. А причина — это наша цивилизация, построенная на ложных основаниях. Чтобы "колёса капитализма" крутились, необходимо наращивать потребление, а для этого нужно производить монбланы дешёвой завлекательной дребедени мотылькового срока жизни. Чтоб было завлекательнее, нужны яркие броские упаковки. Известный философ Александр Зиновьев верно заметил: метафора современного человека-потребителя — это труба, куда с одной стороны засасываются вещи, а с другой они тотчас со свистом вылетают на свалку. Именно такой человек нужен капитализму, такого он воспитывает и формирует: с помощью СМИ, рекламы, образования. Так что надо понимать, что проблема мусора — не техническая. Она — жизненная, философская, религиозная. Надо спрашивать не о том, что делать с мусором, а о том, как жить.

Понимая всё это, поговорим, тем не менее, о переработке мусора. У нас эта отрасль очень отсталая. Обычный способ обращения с мусором — это валить его в выработанный песчаный карьер. Это даже не полигон, а просто помойка. Там стоит вонь, ядовитый фильтрат проникает в грунтовые воды. Полигон — это инженерно оборудованный объект, где не допускается распространение фильтрата, где отводится и утилизируется свалочный газ и т. д. Ничего прекрасного в этом сооружении нет, но это некий шаг вперёд. Потом его, как Кучинский полигон, накроют плёнкой, землёй, будут отводить газ, возможно, использовать его.

В странах, которым мы подражаем, принято сжигание мусора. У нас есть ряд заводов, поставленных нам из Европы. В Швеции, например, в каждом муниципалитете есть свой небольшой заводик по сжиганию мусора. Там на этой энергии вырабатывается электричество.

Ничего сказочно прекрасного в этом нет: в результате сжигания образуется ядовитая зола, с которой подлинно нечего делать, только захоранивать.

Опасны ли выбросы этих заводов? Как насчёт легендарных диоксинов, которыми все друг друга пугают? Если температура достаточно высока — диоксины практически не образуются. Но, к несчастью, понижают температуру органические отходы. У кого есть участок — органику легко компостировать, производя ценное удобрение для сада-огорода (я лично так делаю). Но что делать с нею в городском быту? Можно использовать специальные измельчители и спускать в канализацию, но справятся ли очистные сооружения — большой вопрос.

Сейчас принята правительственная программа "Чистая страна", ориентированная на мусоросжигание. Цель: 50% вторично перерабатывать и 50% сжигать. Это было бы шагом вперёд. Но чтобы вторично перерабатывать — надо сортировать мусор. Приучить к этому народ — не просто. Мне кажется, надо принудительно повысить залоговую цену на, положим, пластиковую тару, чтобы выгодно было её сдавать. Сдавали же мы когда-то бутылки и даже старые тряпки. Если за дело взяться всерьёз, можно научить народ разделять мусор. Ведь каждый из нас производит примерно по килограмму мусора в день — и мы далеко не чемпионы среди народов.

Можно ли реально решить проблему мусора по существу? Можно, но только изменив "весь строй жизни". В центре интересов должны стоять духовные вопросы, люди должны самоутверждаться не потреблением, а чем-то иным: творчеством, благочестием. Тогда окажется, что вещей человеку нужно гораздо меньше, чем сегодня. Должна быть запрещена реклама. Должны производиться крепкие долгоживущие вещи из натуральных материалов, которые разлагаются, не загрязняя среду: мебель из натурального дерева, одежда из хлопка и шерсти. Вся техника должна быть ремонтопригодной и долгого срока жизни. Минимальная и тоже натуральная упаковка. Продажа развесных товаров, оборотная тара. Я принадлежу к поколению, которое ходило за молоком с бидоном, покупало сметану в свою банку, а любимую пастилу мне клали в детстве в "фунтик" из крафт-бумаги. Помню и соки, которые наливали в магазине из стеклянных конусов с краниками. Сегодня над этим стебаются "антисоветчики вдогонку", а это именно и есть экологически ответственный образ жизни. Альтернатива — всеобщая свалка. Выбирайте, господа.

Татьяна Воеводина

Россия > Экология > zavtra.ru, 2 мая 2018 > № 2616274 Татьяна Воеводина


Россия > Экология. Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 2 мая 2018 > № 2616273 Андрей Фефелов

Не трожь Святую гору!

места русской силы — священны и неприкосновенны

Русская земля — святая! Вся, до последнего болотца, до самых отдалённых и бесприютных её пустырей и неудобий. Есть на ней места особенно страшные — напрочь заросшие ржавым паразитом-борщевиком территории распада и запустения или, того хуже, — заваленные гнилью и ядами цивилизации. Но это лишь временно оккупированные бесами территории. Придёт время, и даже эти зоны тьмы и ужаса просветлеют, отчистятся, воссияют. А пока, объезжая их стороной, русский человек, разумеется, стремится в места красоты, силы и благости. Главное — подтвердить нам свою причастность святорусской природе. Не осквернить, не замусорить, не плюнуть в это вечное зерцало. Иначе будет плохо. И не только нам самим. Пострадают и близкие, и любимые, и друзья, и соседи, и все потомки. Великая неблагодарность оборачивается болью, хворью, вселенскими сквозняками, сыростью, тоской и космической неустроенностью.

На днях глава Дмитровского муниципального района Трошенкова направила министру экологии и природопользования Московской области Когану письмо с просьбой начать строительство нового объекта по обращению с твёрдыми коммунальными отходами. Трошенкова предлагает для этого на выбор один из двух участков: в сельском поселении Синьковское или в сельском поселении Якотское. Сделано это, как часто у нас бывает, с "тихим" нарушением закона. Дело в том, что принятый в декабре 2017 года План застройки и землепользования и Генеральный план сельского поселения Якотское исключают строительство каких-либо мусороперерабатывающих предприятий на этом пространстве.

Участок в Якотском расположен на границе Дмитровского и Сергиево-Посадского районов, в ужасающей близости с древним Святогорским холмом, у самой реки Веля. Дело обстоит так: стоки мусорного предприятия попадут в реку, а затем в Святой источник, который расположен у западной окраины деревни Святогорово. Над сим источником десять лет назад построена часовня, освящённая монахами Дмитровского Борисоглебского мужского монастыря, подворье которого тут же, в паре километров от Святогорово.

Деревня Святогорово расположена в самой высокой части Клинско-Дмитровской гряды. Пересекая оную, быстрая и извилистая река Веля вскрывает родниковые слои, стекающие в основное русло, как правило, через левые свои притоки. В старину эта небольшая реченька была водной и служила дорогой между двумя старейшими монастырями России — Борисоглебским в Дмитрове и Лаврой в Сергиевом Посаде. По ней, как свидетельствуют летописи, проплывал сам Иван Грозный.

На притоках реки, прорезавших глубокие овраги, по весне можно наблюдать крохотные хрустальные водопады. Ниже по реке в самом русле торчит огромный камень странной серповидной формы. С этим камнем связано много всяких деревенских преданий и историй. Знают их долгожительницы деревни Горошково, где сегодня располагается подворье Хотьковского женского монастыря.

Незабываемая красота этого драгоценного уголка Подмосковья многие годы привлекала художников, фотографов и мечтательных странников. В 1970-е годы знаменитый фотограф В. Гиппенрейтер на основе этих пейзажей выпустил большой альбом фотографий. В 1980-е этот район облюбовали ориентировщики и туристы. Именно на Святой горе проводились форумы и соревнования. Несколько поколений туристов прошли лесными тропами через эти благословенные места преподобного старца.

Художник Евгений Востоков назвал местность вокруг деревни Святогорово "заповедником русского пейзажа". Его сын, почётный президент Туристско-спортивного Союза России, заслуженный мастер спорта СССР и России Игорь Востоков построил в деревне спортивный приют "Святогорово". "Хоромы", "Острог", "Ковчег", "Заимка", "Зимовье", водяная мельница, шатёр, трапезная, часовня на серебряных родниках воссоздают близкий русскому человеку быт деревни XIII-XVII веков.

Сейчас, местные жители составили петицию в защиту этого чудесного уголка Подмосковья. Они пишут, что мусорное предприятие и мусорный полигон планируется расположить на возвышенности, в верховьях рек, откуда собирают воду около 10 оврагов, впадающих в реку Веля. Веля — чистейшая родниковая река, которая впадает в Дубну и, далее, в Волгу. От полигона до реки менее 500 метров! Это грозит мгновенным заражением вод, поскольку контролировать стоки с возвышенности, породы которой пронизаны многочисленными подземными водотоками, образовавшимися ещё в ледниковый период, невозможно.

Нет сомнений в том, что мусороперерабатывающие заводы нужны обществу, ещё более нужны новые технологии утилизации отходов и даже целая мусороперерабатывающая промышленность. Однако очень важно в этом мусорном вихре не закопать самих себя и своих детей. Не потерять разум и не превратить Святую гору в гору мусора. Отстоим святость наших вод, нашей истории, нашей божественной спасительной природы!

Ратуйте, братья!

Андрей Фефелов

Россия > Экология. Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 2 мая 2018 > № 2616273 Андрей Фефелов


Россия > Агропром. Экология > agronews.ru, 27 апреля 2018 > № 2584891 Илья Калеткин

Комментарий. Илья Калеткин: органика – удел фермеров, а не холдингов.

«Крестьянские ведомости» постоянно держат в поле зрения деятельность органик-движения в России, которое в последнее время набирает удивительные обороты и выходит уже на международный уровень. На днях исполнительный директор Национального органического союза Олег Мироненко прислал в «КВ» интервью с Ильей Калеткиным – одним из пионеров органик-движения в стране, главой холдинга «Аривера», руководителем международного направления в Национальном Органическом Союзе (НОС).

— Илья Олегович, в апреле состоялась ваша поездка в Нижнюю Саксонию. Каковы итоги встречи с представителями немецкого бизнеса?

— В поездке, которая состоялась по приглашению немецкой стороны, участвовало шесть представителей России, это — производители продуктов питания, представители крупных продуктовых дистрибьюторов и ритейлеров, представитель Руспродсоюза. Мы представляли Россию в этом качестве на рынке органики. Немецких коллег заинтересовал мой рассказ о российском органическом сельском хозяйстве и о деятельности НОС (Национального Органического Союза).

Я пытался убедить немецких коллег в том, что мы заинтересованы в поиске немецких партнеров, которые могли бы инвестировать в создание перерабатывающих предприятий органического сырья в России. Если Германия проявит интерес к этому, я уверен, это будет способствовать их успешному вхождению на российский рынок. Это будет правильная стратегия. Собственно, конференция и была посвящена поиску правильных стратегий для входа немецких предпринимателей на российский рынок.

— В этом году Россия приняла участие в крупнейшей в мире выставке органической продукции BioFach-2018. Из 179 стран-участниц IFOAM в BioFach-2018 участвовали 80, в том числе и Россия. Наблюдаете ли вы рост интереса к России как к стране органического земледелия?

— Интерес к России был и есть. Россия, конечно, обязана присутствовать на таких выставках, если мы хотим играть важную роль на рынке органики в мировом масштабе. Потенциал у нас в этом вопросе огромный.

Интерес к стенду России был большой. Гости нашего стенда интересовались возможностями продажи в России своей органической продукции и закупкой сырья в России. Это естественно, ведь многие страны заинтересованы в том, чтобы продавать свой конечный продукт в другие страны. В том, как мы сами сотрудничаем с зарубежными странами в органике, мы не сильно отличаемся от других государств бывшего СССР: в нашем экспорте доминирует сырье, в импорте – конечный продукт. Собственно, так же это происходит и в традиционном сельском хозяйстве.

На российском стенде было представлено 8 участников: трое производителей, занимающихся дикоросами, — ТПК «САВА», «Кедр Экспорт» и «АЮ Групп», два крупных поставщика сырья «Сибиопродукт» и «Юфенал-Трейд», один — производитель проращивателей для семян ООО «СГК» и два производителя конечной продукции – холдинг «Аривера» и «Савинская Нива». Конечно, это было не полное представительство наших органических производителей.

— Каковы итоги нашего участия в BioFach-2018? Надо ли нам участвовать и дальше в подобных мероприятиях?

— Безусловно, для нас очень важно, что мы участвовали на BioFach с собственным российским стендом, представив наше органическое сельское хозяйство. К российскому павильону подходили многие участники, заинтересованных нашей продукцией было много. Уверен, что для наших сырьевиков участие прошло на пять баллов. Участие России в BioFach можно назвать успешным. И с точки зрения экономической успешности и поиска контрагентов для наших органических производителей, и с точки зрения декларирования России как полноправного участника органического мира. И, конечно, нам обязательно нужно принимать участие в подобных форумах. Это способствует развитию взаимоотношений с другими странами-производителями органики и повышает наш авторитет в мире.

— Россия налаживает взаимодействие с IFOAM (Международная федерация движений за органическое земледелие). Как продвинулись отношения?

— Цель НОС — представлять нашу страну в таком крупном объединении стран-производителей органики в мире. Нам важно не просто наше упоминание. Мы хотим быть активными участниками этого международного движения развития органического сельхозпроизводства. И мы деятельно участвуем во всех мероприятиях IFOAM.

Последние четыре года мы активны в этой деятельности. Мы участвуем в инициативной группе IFOAM action groop, которая ежегодно на BioFach встречается и обсуждает перспективы развития органики, миссию IFOAM в продвижении органики во всем мире. На этих встречах я представлял Россию. Мы дискутируем о том, каково наше видение органического мира в будущем.

Это частная инициатива с нашей стороны. Неприсутствие России в таком крупном объединении органиков было бы позором. Для нас это и общение, и обмен мнениями. Но самая главная миссия нашего присутствия в IFOAM – это своего рода наше заявление о том, что в России органическое производство существует. Да, органика пока не набрала в России свою критическую массу. Пока мы не знаем, когда это случится, учитывая тот текст законопроекта, который принят сейчас Госдумой в первом чтении. Очень надеюсь, что поправки ко второму чтению, которые мы помогаем готовить заинтересованным в этом депутатам, помогут изменить этот законопроект в лучшую сторону.

Мы участвовали в конгрессе IFOAM в Турции и в Индии. В том числе заявлялись как страна-кандидат на проведение следующего конгресса в нашей стране. К сожалению, нам не удалось этого добиться, но это и не удивительно. Пока на органической карте мира Россия занимает небольшую площадь с точки зрения количества участников рынка, оборота, информированности потребителей. Может быть, за исключением площади сертифицированной земли: мы декларируем почти 400 тысяч гектаров, занятых в производстве органической продукции.

Хотя, правда, мы не на 100% знаем о статусе этой сертификации (сюда входят земли, сертифицированные не только по признанным IFOAM стандартам). К тому же у нас наблюдается крен в сторону крупных производителей органики, что не совсем типично для остального мира. Обычно органика — это небольшие и средние производители-фермеры или средней величины хозяйства, что дает необходимое разнообразие и диверсификацию. Переплетение таких небольших хозяйств и их объединение в союзы дает усиление и развитие и самим этим фермерам, и таким союзам.

— Уже три года действует IFOAM Евразия, Национальный Органический союз стоял у истоков создания этой структуры. Каковы наши планы в сотрудничестве с русскоговорящими странами-производителями органики? Работает ли реально этот орган, и влияет ли наше участие в таких объединениях на развитие органики в России и других русскоязычных странах?

— Осенью 2014 года была создана IFOAM Евразия, которая объединила органиков из Кыргызстан, России, Грузии, Казахстана, Таджикистана, Азербайджана, Украины, Армении, Молдовы, Узбекистана, Беларуси. Мы объединились по принципу русскоязычности органических производителей и общих истоков — из советского сельскохозяйственного прошлого. Кроме нашего есть еще 10 региональных объединений: европейское, азиатское, где доминирует Китай, есть IFOAM Латинской Америки, Северной Америки, Южной Африки, и объединения по странам.

Наше присутствие в IFOAM Евразия мы рассматриваем как драйвер развития органического земледелия в России и русскоязычных странах. Ведь участники IFOAM Евразия — это в том числе страны-члены ЕАЭС, которые имеют прозрачные таможенные границы. Это важно с точки зрения и обмена компетенциями, и торговли. Мы можем взаимно обогатить друг друга. Такие связи присутствуют, и, хотя пока их немного, это должно дать огромный толчок к развитию органики и в России, и в странах бывшего СССР, входящих в эту структуру.

Органика, конечно, развивается разными темпами в наших странах, неравномерно. Например, в России это пока происходит не так быстро, как хотелось бы. На Украине, например, более серьезные темпы – в том числе потому, что там присутствует пусть квотируемая, но беспошлинная торговля, в том числе органической продукцией с Европой. У Украины и логистически более выигрышная ситуация, чем у наших производителей, и климат, в среднем, лучше, и достаточно сильное сплоченное органическое сообщество. Казахстан, опять же, стартовал позже в органике, чем мы, но развивается уже опережающими темпами. Можно выделить Армению – у них большое количество небольших органических производителей, действует сертификационный орган, который имеет аккредитацию в Европейском союзе на право проводить инспекции и выдавать сертификаты европейского образца.

Стоит ли сейчас нам активно говорить о сосредоточении этой организации в России? Сейчас официальный центр IFOAM Евразия в Бишкеке. Киргизии лидером здесь быть непросто и материально, и организационно, но так сложилось исторически. Мы не хотим никакого давления с нашей стороны на соседей-партнеров, хотя, возможно, было бы удобнее, чтобы таким центром была Москва, но мы деликатно ждем, пока ситуация дозреет сама. Стоит отметить, что производители органики наших стран – это, в хорошем смысле, космополиты. Мы равноправные партнеры, мы объединены нашей «органической» солидарностью, и стремления к доминированию ни у кого нет. Нужно просто принять оптимальное решение с точки зрения суммарных затрат.

— Вы как представитель НОС участвуете в переговорах с FIBL (научно-исследовательский институт развития сельского хозяйства). В феврале FIBL представил новый справочник органического сельского хозяйства, но Россия в нем не указана. Последняя информация о рынке органики в России в данных FIBL датируется 2012 годом. Каковы итоги переговоров с этим институтом, будет ли когда-то оперативная и достоверная информация о России представлена для международного сообщества?

— FIBL с удовольствием будет сотрудничать с нами с точки зрения сбора статистических данных по России и публикации этих данных на своих ресурсах. Мы ведем по этому вопросу переговоры с представителями Минсельхоза, чтобы в FIBL попадали эти данные. НОС частично аккумулирует у себя статистические данные, но этого недостаточно. В данный момент нужна работа по присваиванию кодов органическим товарам как отдельной группы, чтобы мы имели релевантную статистику — какой объем мы производим, какой экспортируем и импортируем. Пока у нас нет градации импортируемых и экспортируемых товаров на органические и обычные, поэтому нет и точной статистики.

Если передавать данные, то мы должны нести ответственность за их точность. А у нас пока нет в стране таких безупречно точных данных по органике. Ведь есть производители, которые, например, не афишируют, что они органические. Они уже нашли своих партнеров, контрагентов, работают с ними, и не хотят громко заявлять о себе. Чтобы производителям выходить из тени, они должны видеть, что государство заинтересовано в их дальнейшем развитии, и что российский потребитель заинтересован в них.

А пока условия работы для органических производителей в России достаточно сложные. В первую очередь из-за фальсификаторов, для которых слова «органик», «эко» и «био» — просто рекламный ход. Такие производители эксплуатируют желание потребителей покупать действительно настоящие биопродукты. А потребители, узнавая, что их обманывают, настраиваются нигилистически по отношению к любым продуктам, имеющим соответствующие слова на упаковке. Страдают при этом и настоящие производители органики, и потребители.

Поэтому крайне важно, чтобы в законе об органике эти три слова были защищены и могли быть использованы только на упаковках сертифицированных (только уполномоченными сертификационными агентствами) в соответствии с принятыми на государственном уровне стандартами продуктов. Так это работает на цивилизованных рынках. При этом, конечно, многое будет зависеть от правоприменительной практики. Мы заинтересованы в очищении рынка от псевдоорганики, в честном информировании потребителя. Если наш закон об органическом производстве даст эти возможности, и этот сегмент рынка начнет развиваться, у нас может, наконец, появиться и точная статистика.

Россия > Агропром. Экология > agronews.ru, 27 апреля 2018 > № 2584891 Илья Калеткин


Россия. ЮФО > Госбюджет, налоги, цены. Экология > premier.gov.ru, 27 апреля 2018 > № 2584834 Андрей Бочаров

Встреча Дмитрия Медведева с губернатором Волгоградской области Андреем Бочаровым.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Я знаю, что у Вас есть определённые проблемы с паводковой ситуацией. Доложите, пожалуйста, как обстоят дела, какие меры принимаются для того, чтобы эти проблемы ликвидировать.

А.Бочаров: На территории Волгоградской области продолжает действовать режим чрезвычайной ситуации в связи со сложной паводковой ситуацией. Но мы наблюдаем стабилизацию ситуации и хорошую, положительную динамику по снижению паводковой ситуации в целом. Хотя на отдельных участках рек Медведица, Иловля и Хопёр мы наблюдаем повышение уровня воды от 20 до 40 см. Но в целом ситуация контролируется.

Д.Медведев: Это высшие нормы для нынешнего периода времени?

А.Бочаров: Да. Мы паводковую ситуацию такого уровня наблюдали только в 1964 году. На территории 12 муниципальных образований, которые попали в зону паводка, проживает порядка 360 тысяч населения. Из этих 12 муниципальных образований в настоящее время только одно находится в подтоплении. И из 81 населённого пункта только два населённых пункта находятся в подтоплении. 868 человек мы эвакуировали из зоны подтопления. В настоящее время в пунктах временного размещения ни одного человека нет. Сегодня в двух населённых пунктах в подтоплении находится 30 дворовых территорий, вода уже ушла из домов.

Д.Медведев: Школы, медицинские учреждения работают?

А.Бочаров: Все учреждения социальной направленности работают в полном объёме. Системы жизнеобеспечения также работают в полном объёме. На всей территории, которая подвержена подтоплению, проведены аварийно-восстановительные работы. И сегодня продолжается работа по ликвидации ущерба. Кроме всего этого, мы оказываем необходимую помощь людям, оказавшимся в сложной жизненной ситуации, работают комиссии во всех муниципальных образованиях по дворовым территориям с целью определения возможного ущерба и оказания содействия.

Д.Медведев: Нужно довести всю эту работу до конца, чтобы люди получили причитающиеся выплаты, ну и просто под контролем держать ситуацию.

А.Бочаров: Дмитрий Анатольевич, необходимо отметить слаженную работу всех сил и средств, которые здесь применялись, это позволило уйти от более серьёзного ущерба, который в настоящее время есть, но не такой значительный.

Д.Медведев: Если это впервые за 50 с лишним лет, то это, конечно, серьёзное испытание для области. Держите меня в курсе.

Россия. ЮФО > Госбюджет, налоги, цены. Экология > premier.gov.ru, 27 апреля 2018 > № 2584834 Андрей Бочаров


Россия > Экология > ecoindustry.ru, 26 апреля 2018 > № 2584479 Юрий Чайка

ИЗ ДОКЛАДА ГЕНЕРАЛЬНОГО ПРОКУРОРА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Ю.Я. ЧАЙКИ НА ЗАСЕДАНИИ СОВЕТА ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОГО СОБРАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Об экологии

В прошедший Год экологии прокурорами комплексно проверено исполнение законодательства, регулирующего вопросы охраны окружающей среды.

На особом контроле находились проблемы ликвидации накопленного вреда в Арктике.

В связи со сложной пожароопасной обстановкой уделялось внимание предупреждению, локализации и ликвидации пожаров в лесах. Всего в 2017 г. выявлено свыше 22 тыс. нарушений законов, которые были связаны с бездействием органов власти, местного самоуправления и лесопользователей. За это к административной и дисциплинарной ответственности привлечено более 5 тыс. лиц.

Несмотря на то, что особо охраняемые природные территории должны находиться под пристальным вниманием, нарушения законов в этой сфере многочисленны.

Повсеместно выявлены случаи нецелевого использования заповедных территорий, незаконного строительства.

На сегодняшний день не обеспечено принятие правовых актов о 4 тыс. уникальных природных комплексах. На кадастровый учет не поставлено более 5 тыс. памятников природы, что в ряде случаев приводит к незаконному захвату их земель.

Особую обеспокоенность вызывает положение дел с захоронением отходов.

Мы реагировали на факты несоблюдения установленных запретов на размещение отходов в границах населенных пунктов, осуществление деятельности по их сбору и утилизации без лицензии.

Даже на Байкальской территории установлены многочисленные нарушения законодательства в этой сфере. В Иркутской области полигоны не отвечают предъявляемым требованиям, а в Республике Бурятия муниципальными образованиями проекты на строительство 11 полигонов разработаны только после прокурорского реагирования.

В 2018 г. органы прокуратуры продолжат надзорные мероприятия в целях обеспечения экологической безопасности и прав граждан на благоприятную окружающую среду.

О контроле и защите прав предпринимателей

Продолжалась и последовательная работа по защите прав предпринимателей, снижению административных барьеров для бизнеса.

Особое внимание уделялось вопросу погашения задолженности по государственным и муниципальным контрактам. Наибольший ее размер зафиксирован в строительной отрасли, образовании и медицине.

Системный надзор органов прокуратуры в тесном контакте с главами регионов, бизнес-сообществом позволил в прошлом году выплатить предпринимателям около 46 млрд. руб. Однако совокупный объем долга на конец года зафиксирован в размере 24 млрд. руб., в связи с чем надзорные мероприятия продолжаются.

При реализации инвестиционных программ остаются вопросы затягивания сроков, а также необоснованного отказа предпринимателям, вкладывающим средства в развитие промышленного и сельскохозяйственного производства, социальные, инфраструктурные проекты в предоставлении земельных участков.

В прошлом году сохранялась проблема избыточного контроля бизнеса. Прокурорами не согласовано 42 % внеплановых проверок. За допущенные нарушения к ответственности привлечено почти 13 тыс. должностных лиц контролирующих органов.

Не устранены факты необоснованного вмешательства правоохранительных органов в предпринимательскую деятельность. В 2017 г. прокурорами отменено почти 370 решений о возбуждении уголовных дел в отношении бизнесменов и постановлений о предъявлении им обвинений.

Однако, предприниматели должны отчетливо понимать, что мы не сможем принимать меры по их защите, если они ведут свой бизнес с грубейшими нарушениями закона, от которых страдают люди.

Трагические события в Кемерово показали, что в погоне за прибылью проигнорированы обязательные требования безопасности, а контролирующие органы, прикрываясь «надзорными каникулами», не исполняли свои прямые обязанности.

Хочу подчеркнуть, что для недопущения подобных чрезвычайных происшествий действующим законодательством предусмотрен риск-ориентированный подход к проведению проверочных мероприятий.

На тех объектах, где с учетом присвоенной категории риска имеется высокая вероятность несчастных случаев, причинения вреда здоровью людей, проверки проводить не только разрешено, но и необходимо.

Кроме того, уже год действует норма, прямо предписывающая контролерам осуществлять мероприятия по профилактике нарушений.

Мною поручено прокурорам давать принципиальную оценку фактам бездеятельности контрольных служб, особенно в тех сферах, где высока опасность возникновения чрезвычайных ситуаций.

Россия > Экология > ecoindustry.ru, 26 апреля 2018 > № 2584479 Юрий Чайка


Казахстан > Приватизация, инвестиции. Экология > kapital.kz, 23 апреля 2018 > № 2578460 Александр Боднар

Алматинец Александр Боднар рассказал о новой нише для бизнеса

Кто и зачем водит своих питомцев в тренажерный зал для собак

Подтянуть свое здоровье и улучшить физическую форму теперь могут не только люди, но и их четвероногие любимцы. Сегодня в Алматы работает первый и пока единственный фитнес-центр для животных. Специально разработанная программа направлена на улучшение физического состояния четвероногих друзей. Но так ли эта специфичная услуга востребована? О ценовой политике, спросе на услуги центра и о том, зачем собакам фитнес, корреспонденту центра деловой информации Kapital.kz рассказал директор кинологического центра «К-9» Александр Боднар.

— Александр, расскажите, что такое фитнес для собак и как родилась идея открытия специального центра.

— В Казахстане мы являемся родоначальниками такого направления. Наш центр работает с 2016 года. В России, в крупных мегаполисах, это направление развивается давно. Если говорить о востребованности услуги, то для владельцев собак в Алматы и Казахстане в целом это в новинку. Но есть у нас продвинутые владельцы, которые с удовольствием пользуются нашими услугами и всегда нам благодарны.

Что же такое фитнес для собак? Все думают, что это так же, как и для людей, — большие залы, спортивные тренажеры. На самом деле в том виде, в котором он существует, это минимальное количество тренажеров и по большей части работа не техники, а кинолога.

— Люди ходят в фитнес-центры, чтобы скорректировать недостатки фигуры, неужели те же проблемы у братьев наших меньших?

— Все мы после зимы хотим привести фигуру в порядок. У собак точно так же. Весной начинаются выставки — шоу, на которых оценивается красота собак. На них получают титулы, и, исходя из этого, собаки растут в рангах, их щенки стоят дороже. Опять же это бизнес. И каждый владелец племенной собаки хочет, чтобы его питомец выступил на выставке лучше всех. Один из вариантов — привести собачку в норму. Это вычесать ее, помыть, если есть лишний вес, то скорректировать его, нарастить мышечную массу, рельеф. Например, у длинношерстных пород не видно рельефа, как у такс, доберманов, ротвейлеров. Исходя из этого, существуют разные направления в дог-фитнесе.

— Что вы используете для занятий с собаками? Есть ли у вас специальные тренажеры?

— Основа занятий — кардионагрузки на беговой дорожке. Это специальные тренажеры, которые приучают собаку к координации. Мы также используем для занятий бассейн. Второе направление дог-фитнеса — это реабилитация. Довольно часто происходят неприятные ситуации с собакой: попадает под машину, получает травму. Многим вставляют протезы. И, для того чтобы восстановиться, животным прописывают такие щадящие нагрузки, как бассейн. Это самый нетравматичный вид спорта. У нас очень много владельцев собак, которые обращаются по этому вопросу. Есть очень хорошие результаты. С помощью бассейна мы реабилитировали собаку, которая не могла ходить. После 25 занятий она хоть с трудом, но начала передвигаться. Общий курс рассчитан на 25 занятий. Если это программа реабилитации, то туда входят занятие в бассейне, на беговой дорожке и массаж. Если это программа общего тонуса, то она предусматривает либо беговую дорожку, либо бассейн без массажа. Сейчас в Алматы открываются бассейны, в этом плане мы не единственные.

— Насколько финансовоемким оказался проект создания центра фитнеса для собак? Окупается ли бизнес?

— Для того чтобы заниматься дог-фитнесом в полном объеме, нужны средства. Если брать с коммерческой точки зрения, то он пока себя не оправдывает. Это такой вид бизнеса, который нацелен на перспективу. Во-первых, это подготовка специалистов, во-вторых, оборудование, которое стоит достаточно дорого. Например, одна специализированная беговая дорожка тянет почти на миллион тенге. Бассейн наш не совсем для собак, поэтому мы его переоборудовали. Но он все еще не до конца нас устраивает. Но мы совершенствуемся и продолжаем вкладываться. Общая сумма наших вложений в направлении дог-фитнеса составила около 4 млн тенге. И речи о прибыльности пока не идет. Самое затратное — аренда помещения с бассейном. Бассейн нужен с системой очистки от шерсти, плюс дезинфекция, обработка воды, оборудование, чтобы собачка могла в него спуститься, а не просто прыгнуть. Специализированные жилеты разного размера. Мы закупили американские. Жилеты нужны для правильной нагрузки на определенные мышцы собаки.

Но дог-фитнес становится все более популярным. И мы намерены эту идею развивать и дальше. Постараемся привлечь как можно больше клиентов. Тут играют роль и ценовая политика, и предоставление каких-то бонусов. Сейчас мы начали активно сотрудничать с компанией, которая предоставляет корма. У нее есть линейка кормов, связанных с ветеринарными вопросами, в том числе для собак, с повышенной физической нагрузкой. То есть за счет определенного питания мы также хотим проследить, поможет ли это более быстрой реабилитации животных.

— Какие разрешения нужно получить для открытия центра? Были ли какие-то особые требования?

— В нашей стране кинологическая деятельность не лицензируется. Чтобы открыть кинологический клуб или заниматься дрессировкой, не требуется лицензии. Многие люди, которые обращаются за услугами профессиональных кинологов, ошибаются. Есть объявления, в которых обещают за 10 занятий обучить вашу собаку всему. Действительно, те, кто работает давно, могут научить. Но чаще попадаются самоучки и те, кто просто хочет на этом нажиться. Людей же привлекает низкая цена. Это 1,5−2 тысячи тенге за занятие, а не 5−6 тысяч, как у нас. Многие обижаются, но потом приходят к нам, и мы исправляем ошибки непрофессионалов. Мы обучали наших людей на специальных семинарах, которые проводили с привлечением специалистов из России.

— Посещение вашего фитнес-центра — дорогое удовольствие?

— Привести свою собаку на дог-фитнес — удовольствие не из дешевых. Стоимость посещения бассейна у нас зависит от размера собаки. Если это крупная собака, например, среднеазиатская овчарка, стоимость составит 8 тысяч за час. Если это немецкая овчарка — 6 тысяч. Если собачка маленькая, спаниель или корги, то 4 тысячи. Нашим постоянным клиентам мы, конечно, предоставляем скидки. Большой популярностью пользуется абонементная система, в которой каждое занятие дешевле. К примеру, абонемент на 10 занятий стоит 45 тысяч в независимости от размера собаки. Для дог-фитнеса стандартная цена у нас 155 тысяч за 25 занятий. Сюда входят бассейн, беговая дорожка и массаж. На каждом занятии, кратном 5, у нас присутствует ветеринар. С ним мы разрабатывали программу, и он контролирует процесс. Мы можем остановить программу или изменить нагрузку. Больше дозировать водные процедуры, а не беговую дорожку, или увеличить массаж. Все это отслеживает ветеринар.

— Как проходят занятия по фитнесу, что они включают?

— Фитнес для собак начинается с разогрева мышц с помощью массажа, чтобы не травмировать собаку и не потянуть ей связки. После нужно дать животному легкую разминку. Потом переходим к упражнениям, куда входят физические упражнения, кардиотренировка. Обязательна растяжка. Для каждой собаки программа подбирается индивидуально. Предварительно мы всех отправляем к ветеринарному врачу. Нам нужна справка о том, что животное здорово. Все как у людей.

— Услуги вашего центра востребованы всегда или есть сезонные предпочтения?

— Перед выставкой у нас была достаточно хорошая нагрузка. Это 4−5 собачек в бассейне. Плюс их надо вычесать, посушить. Но, вообще, все зависит от сезонности. Зимой в бассейн почти не ходят. В основном весной, перед выставкой и летом. В несезон есть определенные скидки, акции. Для нас горячая пора в выходные дни и праздники, когда многие люди уезжают за город и оставляют животных. Но в основном мы работаем с постоянными клиентами. Но в целом такой комплекс услуг предоставляем пока только мы. Мы готовим к выставке, дрессируем, моем и стрижем, предоставляем бассейн, беговую дорожку, специальные тренажеры, зоотакси и гостиницу для животных.

— Как давно вы работаете? С чего все начиналось?

— Работаем мы давно, но как компания существуем с 2007 года. Я окончил погранучилище, кафедру кинологии. Единственную на всю страну. Затем я служил в пограничной службе, потом перешел в таможенную службу. Мне удалось поездить по миру, посмотреть, как все устроено в других странах. И, зная уровень наших специалистов, это было реально осуществить у нас. К конце 90-х нам удалось создать кинологический таможенный центр. Он до сих пор работает. Закончив погранслужбу и выйдя на заслуженный отдых, я начал заниматься любимым делом. Были единомышленники, с которыми мы вместе собрались и начали этим заниматься. Политика нашей компании — мы не используем кредиты и заемные средства. К дог-фитнесу был долгий путь, потому что это затратно и еще до конца непонятно, насколько это людям интересно. Но пока мы от этого направления отказываться не собираемся.

— Насколько востребованы в Алматы предлагаемые вами услуги?

— Когда я начал заниматься этим на гражданке, 20 лет назад, многие люди ругались, узнавая цены. Говорили, что за такую стоимость они и сами могут в гостинице пожить, а не собаку поселить. На самом деле среди владельцев животных наблюдается прогресс в понимании, что такое отношение к животным, качественный уход, качественные услуги для животных. Сейчас люди больше беспокоятся о своих питомцах.

— Есть ли намерение отрыть представительства в других городах Казахстана?

— Сейчас в развитии дог-фитнеса по Казахстану мы пока не видим перспективы. Возможно, продолжим в Астане. Сейчас успешно занимаются этим направлением в Караганде. Но пока дог-фитнес в нашей стране переживает период становления и развития.

Казахстан > Приватизация, инвестиции. Экология > kapital.kz, 23 апреля 2018 > № 2578460 Александр Боднар


Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Экология > newizv.ru, 18 апреля 2018 > № 2573701 Юрий Эхин

Молчание ягнят: почему проблема мусора станет главной для москвичей

Скажем сразу: этот материал - не журналисткие "домыслы" и "спекуляции", а мнение уважаемого в профессиональной среде архитектора Юрия Эхина, который настойчиво и методично доказывает: уплотнение и реновация Москвы - это путь к экологической и градостроительной катастрофе. Проблема мусора здесь практически неразрешима.

Архитектор Юрий Эхин

ДЛЯ ЧЕГО НАС СОБИРАЮТ В КУЧУ? (Тезисы из выступления на Всероссийском общественно-экспертном совете по выходу из кризиса в сфере утилизации отходов):

Поскольку я архитектор и градостроитель, а последние годы занимаюсь реновацией Москвы, то хочу начать с наиболее узкого места этого «мегапроекта» -экологии и градостроительства.

Год назад, когда началась кампания по реновации пятиэтажного жилого фонда Москвы, я. провел некоторые подсчеты. Если снести все пятиэтажки Москвы, то для вывоза образовавшегося строительного мусора потребуется 25 млн грузовиков. Протяженность такой автоколонны составит 360 тыс. км, а это равно расстоянию от Земли до Луны, или 9 экваторам земного шара, или достаточно для 6-кратного огораживания Российской Федерации по её внешней границе, которая растянулась более чем на 60 тыс. км. Одна десятая часть такой автоколонны способна заполнить все улицы Москвы, имеющие протяженность 4000 км, и вся Москва встанет, и никакой перспективы для разрешения ситуации нет.

Куда денут этот мусор? Его повезут на закрытые и открытые полигоны Подмосковья. К огромному количеству бытового мусора добавится огромное количество строительного мусора. В Москве нет технологии его переработки, а это крупногабаритный мусор: бетонные панели и блоки, которые не гниют столетиями. И никакого выхода из этой ситуации власть на сегодняшний день так и не предложила.

Заместитель мэра Москвы по вопросам градостроительной политики и строительства Марат Хуснуллин говорил, что будут ломать пятиэтажки по опыту прошлых лет: на снос пятиэтажки якобы уйдёт всего несколько часов, и при этом никакого мусора не останется. Я, как специалист вам поясню, что пятиэтажки уже снесённых серий были ветхими, на грани аварийности. Они были расчитаны всего на 25 лет эксплуатации, а послужили все 50. Поэтому от прикосновения экскаватора старые панели таких домов ломались, порой не оставалось даже металлической арматуры. Принципиальное отличие планируемых сегодня к сносу пятиэтажек состоит в том, что это кирпичные и блочные дома, которые были рассчитаны уже на срок службы 150 лет, а панельные дома несносимых серий — на 125 лет. И в них были заложены гораздо более высокие пределы конструктивной прочности — это так называемые дома первой категории. В них больше арматуры, больше бетона, больше других конструктивных материалов. Как ломать эти крепкие конструкции, никто не знает. И повторяю, у нас таких перерабатывающих производств нет. Московские чиновники заявляют, что ПОКА они будут завозить эти отходы на неработающие заводы, а вот куда будут вывозить, - неизвестно.

Проходит информация, что во Владимирской, Калужской и Ярославской областях (Тверская, вроде как, отказалась) планируют срочно создавать огромные полигоны под московский строительный мусор от программы реновации. Но это больше похоже на слухи. Власти молчат, чтобы не возбуждать людей. Но строительный мусор - это, извините, вопрос главный.

Для примера, в Европе, где тоже много пятиэтажек, когда стали анализировать, что с ними сделать, пришли к выводу, что их выгоднее реконструировать, и только по одной простой причине: потому что их снос будет стоить так дорого, что это невыгодно делать. Мы ждем большого количества мусора, и у нас нет ответа, что с ним делать. Использование этого строительного мусора в качестве материала для строительства дорог, как посчитали коллеги, оказалось менее выгодно даже по сравнению со строительством дорог из чистого бетона марки 500.

Реновация коснётся всех москвичей, а не только жителей тех 5171 дома, которые планируют снести, потому что реновируемые, а точнее, сносимые районы будут застраивать не только с большей плотностью, но и с большей высотностью, что приведет к автоматическому увеличению плотности населения, а следовательно, снижению санитарных и экологических норм во всем городе. Если этажность в этих районах будет 25 этажей, а в перспективе и 40 этажей, и при этом дома будут стоять более плотно, то здесь неизбежно будет страшная экология, так как в пространство дворов и в окна домов не будет попадать достаточного количества прямого солнечного света, убивающего золотистый стафилококк и туберкулезную палочку. Сегодня по розе ветров в основном северо-западные ветры продувают Москву, но сделать они это могут при пятиэтажной застройке — для этого силы ветра хватает. А с 25-этажной застройкой из плотно стоящих домов проветриваемости точно не будет. При этом плотность населения также увеличится в 4−5 раз: количество жителей возрастет, количество автомобилей возрастет, количество зелени уменьшится, потому что даже при сносе только 5171 пятиэтажки будет уничтожено и приблизительно 100 тысяч многолетних деревьев. И пока они вырастут за 25 лет, неизвестно, чем Москва будет дышать. Картина становится апокалипсической.

В чём корни этого явления, которое так ярко высветил проект реновации Москвы?

Поскольку ответов нигде не прозвучало, пришлось самостоятельно заняться анализом этой проблемы. И вот к какому выводу мы с коллегами пришли. Сам Сергей Собянин, до него Марат Хуснуллин, ещё ранее другие деятели, такие как Эльвира Набиуллина, когда она еще возглавляла Министерство экономического развития, Алексей Кудрин, а до него Институт социального развития в 2010 году выходили с идеей о том, что современная экономика будет развиваться только в крупных городах-мегаполисах (даже гигаполисах) или в агломерациях, создающихся на базе городов-миллионников. Агломерация — это несколько населенных пунктов, живущих как один организм.

Откуда взялась эта идея урбанизации всего? Те люди, которые делают политику, исходят из теории профессора Стокгольмской школы экономики Кьела Нордстрема о том, что вся будущая экономика мира будет сосредоточена в 600 крупных мегаполисах. И он под это дело подводит какую-то научную базу, и наши почему-то с радостью эту теорию подхватывают, поднимают её в виде флага и начинают действовать именно исходя из неё. Последствия этих действий мы видим уже сегодня на многих примерах, о которых было рассказано сегодня. Мусорный коллапс — это всего лишь небольшое следствие этой парадигмы, которая уже реализуется в жизни.

И когда мы друг другу или кому-то задаем вопросы, почему они такие недальновидные, почему они не выполняют федеральные законы, почему они принимают такие некомпетентные решения, почему прокуратура не принимает никаких действий, несмотря на кошмарные ситуации, когда людей постоянно травят, то нам нужно понимать, где находится источник этих внешне парадоксальных и на первый взгляд необъяснимых действий.

Я скажу кратко. Получается, что откуда-то сверху поставлена задача собирать население в агломерации, которые, с моей точки зрения, не являются будущим мировой экономики, в том числе и российской. И для решения этой задачи, как говорится, не считаются ни с какими жертвами — лес рубят, щепки летят. У них же цель вот какая, глобальная — развить экономику.

Посмотрим, в чём отличие экономики Швеции и экономики России. Прежде всего Россия и Швеция разительно отличаются по размерам территории и по их обустроенности. Швеция — развитая европейская страна, которая населена намного плотнее российской. Когда на нашей огромной территории встает вопрос, где начать собирать население в крупные города, в качестве таковых почему-то рассматривается всего шесть городов, при том что у нас областных центров еще 78. Что будет с остальными областными городами, со средними городами, не говоря уже о малых городах и деревнях? На эти вопросы никто ответов не даёт. Власть поставила себе цель идти по этому пути и с этого намеченного пути не сворачивает. И, на мой взгляд, руководители регионов являются лишь простыми исполнителями в решении этой задачи.

Чем это грозит Москве и Подмосковью, если сегодня в столице официально уже проживает 12,5 млн человек и мэр Собянин заявил, что в ближайшие годы Москва должна иметь 35 млн человек, то есть рост населения Москвы должен быть троекратным. По генеральному плану 70-х годов Москва была рассчитана на 7 млн человек, сегодня уже — 12,5 млн. человек, а в 2030 году Москва, объединённая с ближайшим Подмосковьем, — 35 млн. Это значит, что для этого будут собирать население со всех городов и весей страны. Для чего — непонятно, поскольку промышленного развития в Москве не планируется, промышленность, скорее, добивается. В качестве успешного примера приводят шанхайскую агломерацию, в которой проживает более 90 млн человек, то есть около 10% населения всего Китая. Так вот, Москва и Московская область этот предел давно преодолели, и дальнейшее сосредоточение людей в Москве находится за пределами разумного. При этом шанхайская агломерация обеспечивает полмира, Китай — крупнейший мировой производитель и крупнейшая экономика мира, а Москва что производит? Почти ничего. Сохранилось разве что несколько оборонных предприятий. Территории крупных заводов застраиваются, на месте ЗИЛа — жилой район, территория гигантского завода «Серп и молот» также застраивается жильем. В ближайшее время по генеральному плану Москвы ставится задача 15% промышленных территорий заместить жильем. Это тоже часть процесса реновации и агломерирования населения в Москве. Перспектив у такого дела, с точки зрения специалистов, нет, как нет и примеров успешного функционирования городов такого размера.

Для чего нас всех собирают в эту кучу, где рабочих мест нет, экология будет плохая, а территории страны развиваться не будет?

Вообще, если говорить о территориальном развитии, то любое правительство любой нормальной страны строит планы по развитию территории, как правило, размещая какие-то производства и населённые пункты на своей территории. Параллельно идёт их увязывание, создаются всякие логические схемы, транспортные и инженерные сети, а у нас в стране этого нет, и даже таких планов не существует. Но при этом с удивлением узнаешь всякий раз, когда какой-то отдельный Субъект Федерации разрабатывает свою локальную схему территориального развития и под это получает бюджетные деньги, и довольно немалые. Нет сейчас, к сожалению, и специалистов по городам. Когда-то нас этому учили, но перерывы в 30 лет не проходят бесследно. И когда молодые ребята желают заработать эти деньги, взять эти заказы, бегают, извините, высунув язык, и ищут специалистов по территориальному расселению, то это, во-первых, выглядит странно, а во-вторых, я и мои коллеги старшие понимаем, что это ничем хорошим не закончится. Потому что отдельно развивать какую-то локальную территорию невозможно, не понимая, как будет развиваться вся страна в целом. Отсутствие планов развития страны подменяется планами концентрации всего населения страны в шести крупнейших мегаполисах или агломерациях — это опасный абсурд.

Для короткой справки скажу, что в ныне действующем Градостроительном кодексе нет даже понятий «город» и «село». При этом он оперирует такими понятиями, как «межселенные территории» или «линейные объекты», то есть что-то с чем-то должно существовать вместе, а что такое город или село — непонятно. Для меня — это абракадабра. Мы как специалисты не понимаем, для чего это было создано, для чего создана такая система понятий. Но совершенно однозначно — не для развития, тут сомнений никаких нет, а скорее для разрушения.

В советское время Москва демографически подпитывалась за счет так называемых лимитчиков (аналога современных гастарбайтеров), которые привлекались для компенсации дефицита неквалифицированной рабочей силы, а также заполнения свободных вакансий на новых предприятиях. Людей набирали в провинции, для них строили жилье, таким образом развивался город. Это естественный путь развития. И когда говорят, что будущее мировой экономики связанно с мегаполисами, то имеют в виду мегаполисы Китая и Индии, где таким же образом развивается промышленность, также приезжают люди из сёл, получают образование, осваивают новые профессии, работают, для них строят жилье и так далее. Это процесс нормальный. А у нас сегодня всё вверх ногами. Город большой, но при этом промышленность уничтожается, а людей мы будем для чего привлекать?

Еще одно интересное совпадение дат. 21 февраля 2017 года началась история с реновацией. 21 февраля уже 2018 года затрясло Волоколаск в связи с инцидентами на полигоне «Ядрово». Чья вина в росте связанных с мусором протестов? Конкретных имен не знаю. Но совершенно очевидно, что ситуация с мусором и вообще с экологией, с застройкой Москвы и Подмосковья подошла к той критической черте, когда её игнорирование любыми политическими силами становится невозможным. Управлять той или иной территорией должен народ. Главный способ прямого управления — это референдум. Ни одного референдума в Москве и в Московской области за всё время существования на моей памяти не проводилось. Это странная практика. Народное самоуправление может быть реализовано прямо, через референдум, а также – процитирую Конституцию - « через органы государственной власти и органы местного самоуправления» .

В любом случае и мэр Собянин в Москве, и губернатор Воробьев в Московской области — это всего лишь «а также», это не основная форма реализации народовластия. Если мы будем исходить из этого или как минимум понимать это, то картина несколько меняется. Никто за нас с вами самую грязную тяжелую работу не сделает. Только мы с вами можем защитить себя и Москву от запланированных разрушений.

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Экология > newizv.ru, 18 апреля 2018 > № 2573701 Юрий Эхин


Россия > Экология > newizv.ru, 16 апреля 2018 > № 2573672 Александр Сидякин

Александр Сидякин: "С мусором у нас всё получится"

Людмила Бутузова

На вопросы «Новых Известий» отвечает первый заместитель председателя комитета Госдумы по жилищной политике и ЖКХ Александр Сидякин.

- Вокруг мусорной реформы в России сплошной туман, совершенно непонятно она началась, идёт, или уже провалилась?

- Никакого тумана. Реформа началась с 2015 года, когда ФЗ-458 были внесены изменения в законодательство об отходах производства и потребления. Цель - создать высокотехнологичную коммунальную отрасль обращения с отходами. В конце Года экологии сроки перехода на новые правила были в первый и последний раз продлены, и сейчас мы находимся на завершающем этапе - до 1 января 2019 года регионы должны перейти на единые схемы обращения с коммунальными отходами, установить тарифы.

Давать оценку - провалилась реформа, или оказалась успешной, - преждевременно. Мы, образно говоря, в раздевалке перед забегом на долгую дистанцию. Хотя тот мусор, который мы выбрасываем, всего 2% от общего объёма отходов, но это не только вопрос ЖКХ, но и экологической безопасности. Есть такая меткая фраза, что магазины, по сути, продают только две вещи - пакеты для мусора и мусор для пакетов. Происходит коренной сдвиг в отношении к проблеме отходов потребления. Экологическая открытость становится важнейшей ценностью.

Раньше граждане обращали внимание только на то, вовремя ли забирают содержимое бака со двора или нет. Теперь всех интересует - куда мусоровоз это всё отвозит. Компания получала деньги только за сам факт вывоза - никто не контролировал класс опасности, процветал чёрный нал, отсутствовала экономическая мотивация привоза мусора в конкретное место - из-за этого возникали как грибы после дождя несанкционированные свалки. В новой системе компания будет получать деньги не за вывоз мусора, а за то куда она его привезла.

- Из ваших публичных высказываний известно, что вы с сомнением относились к тому, что граждане захотят разделять свой бытовой мусор на разные части. Есть такие примеры сопротивления? И что, по-вашему, надо делать, чтобы приучить людей к цивилизованным отношениям с отходами жизнедеятельности? Как их стимулировать? И кто это должен делать?

- Многие думают, что цель реформы - это раздельный сбор и начинают с него. Им надо реформу заканчивать. Сортировка очень важна для воспитания культуры обращения с отходами, но не менее важно создать экономические условия для перерабатывающих заводов. Пока что у нас в переработку идёт только 15% отходов - это, в том числе, автомобильные покрышки, стекло, бумага, пластиковые бутылки и крышки от них. В странах, где повсеместно внедрён раздельный сбор мусора, переработка составляет более 90%. Что касается стимулирования, то для домохозяйств, установивших раздельные контейнеры для складирования мусора, нужно устанавливать льготный тариф. Но говорить об обязательности пока рано.

- Вопрос о мусоросжигательных и мусороперерабатывающих заводах. Люди протестуют против тех и других, опасаясь вредных последствий для своего здоровья и окружающей среды. Строительство тех и других заводов откладывается.

- Мусор - это политика. Посмотрите хотя бы на бунты коммунальщиков в Париже или Неаполе. Поэтому все страны через это проходят, и наша не исключение. Нельзя сбрасывать со счетов и интересантов сохранения непрозрачности в отрасли, которые могут чинить неприятности властям, разогревая протестные настроения. И здесь важна экологическая открытость. Самая большая проблема - что с людьми до недавних пор никто на эту тему предпочитал не разговаривать. Зачастую отсутствует информация о предельных выбросах с предприятий, о том какие есть объемы по складированию отходов, когда будет их рекультивация. Отсюда порождаются домыслы. Хотя основная альтернатива гниению мусора на свалках - его термическая обработка, но есть и другие технологии.

Понятно, что степень актуальности проблемы для субъектов Российской Федерации разная. Территории в стране большие. Но, как выяснилось, места не так уж и много - куда не повезешь мусор, везде тесновато, даже во взаимодействии с соседними субъектами Москвы и Подмосковья. Хотя в Нижегородской области построили и торжественно открыли мусоросжигающий завод. Или вот в Татарстане, регионе, который я представляю в Госдуме, собираются построить мусоросжигательный завод рядом с Казанью. Началась подниматься волна протеста, и к местным жителям приехал мэр и в открытую стал общаться, сформировал инициативную группу из активистов. Это единственно правильный выход из ситуации - садиться и разговаривать.

В Европе заводы построены по безопасным технологиям, имеют мощную систему фильтрации и грамотно эксплуатируются. Наши страхи от того, что нам обязательно построят «не так» - где-то сэкономят, где-то не уследят, где-то затолкают в топку то, что гореть не должно. По сути это вопрос ответственности, профессионализма и контроля. У нас почему-то непринято себе доверять - если в Швеции технологии работают, то и у нас будут.

Переход к глубокой переработке вторсырья это неизбежный путь, если мы не хотим видеть наших города в горах мусора, как в Неаполе. При этом низкая рентабельность не должна быть определяющим фактором, чтобы возле крупных административных центров мусор перерабатывали, а в отдаленных районах просто сваливали в кучу, везде живут люди и нужны единые критерии экологического надзора, не должно быть на карте региона "серых зон".

- Операторы мусорной реформы. Расскажите, пожалуйста, что это такое, зачем они нужны и как будут выбираться-назначаться?

- Они нужны в качестве механизма для регулирования государством сферы обращения с отходами. Они должны работать по утвержденной схеме по вывозу, транспортировке, переработке и последующей утилизации коммунальных отходов. Например, в Москве сейчас действует пять разных тарифов, 8 млн. тонн вывозится. Вывоз одного контейнера, условно кубического метра, стоит порядка 700 рублей. В настоящее время 91 оператор определен в 55 субъектах, т.е. в рамках одного региона есть несколько операторов по размещению отходов. У оставшихся регионов есть время до 31 декабря этого года. Терсхемы утверждают, оспаривают, пересматривают - это нормальный процесс повышения качества, учитывая что раньше этим вообще никто не занимался.

- Закон об утилизации отходов, принятый еще в 2015 году, предполагал, что исчезнут грязные свалки, появится раздельный сбор мусора, современные заводы по переработке… Где все это? Опять на местах проигнорировали?

- Есть перечень поручений президента, - которые он дал в ноябре года экологии, - в сфере регулирования обращения с отходами. В нем прописаны основные пробелы законодательства, которые нужно устранить. Главное, конечно, - отсутствие экологической открытости. Нам предстоит создать единую систему учета отходов, обеспечить прозрачное размещение информации о вывозе, переработке, утилизации отходов. К сожалению, за Министерством природы есть несколько долгов по разработке нормативной документации в этой части.

Кроме того, есть важный экономический аспект реформы. В тарифе на ТКО есть несколько составляющих, в том числе компенсационная плата за негативное воздействие на окружающую среду (НВОС), которая взимается с операторов за размещение твердых коммунальных отходов. Это где-то 663 рубля за тонну. Мы подняли проблему, что ее встраивание в тариф приведет к скачку платы граждан за жилищно-коммунальные услуги. Плату за НВОС регоператор обязан отдавать в Росприроднадзор, который распределяет ее в три бюджета - 55% в местный бюджет, 40% в региональный и 5% в федеральный. Только один регион "окрашивает" эти средства на мероприятия по возмещению экологичечского ущерба - Татарстан. За 2016-2017 гг. плата за НВОС не взималась, на совещании в марте у Дмитрия Николаевича Козака были приняты решения, предусматривающие семикратное уменьшения ставки платы за НВОС при размещении твердых коммунальных отходов 4 класса опасности - т.е. она будет расти в среднем по 15% в год. А операторы сохранят разницу между планируемой и фактической суммой платы за негативной воздействие, достигнутой в результате осуществления мероприятий по утилизации и обезвреживанию ТКО, и т.д.

Кроме того, раньше УК вывозила мусор по договору с компанией, которая была на упрощенной системе налогообложения, то регоператор должен работать на общей системе с уплатой НДС 18%. Как только утверждается оператор, вывоз мусора из строки по содержанию и текущему ремонту переходит в коммунальную услугу, как за счет, тепло и воду. И расчет будет производиться с человека, а не квадратных метров. Также остается проблема с контейнерами, которые оператору в настоящее время приходится устанавливать за свой счет, чтобы они были приспособлены для новой коммунальной техники, которую надо оборудовать GPS-датчиками.

- Кто отвечает за "мусорную реформу"?

- К сожалению, у реформы нет одного куратора в правительстве. Это как минимум, два вице-премьера и четыре ведомства. Что касается вывоза мусора - это Минстрой, сортировочные и перерабатывающие станции - это Минпромторг, захоронение и рекультивация мусора - Минприроды и Росприроднадзор. Формирование тарифов - Антимонопольная служба. Хотелось бы, чтобы при формировании нового правительства, распределение полномочий легло таким образом, чтобы у мусорной реформы был один куратор из вице-премьеров и появился закон об экологической открытости.

Мы хотим, чтобы в результате реформы мусор не выбрасывался бесконтрольно, а большая часть его сортировалась и перерабатывалась, лишь меньшая часть уходить в захоронение. Отработавшие свою мощность полигоны нужно закрыть, рекультивировать, находить места для новых. Сортировка должна начинаться с каждого подъезда, и для этого должно быть экологическое просвещение.

Россия > Экология > newizv.ru, 16 апреля 2018 > № 2573672 Александр Сидякин


Нидерланды. Евросоюз. Россия > Экология. Агропром. Химпром > oilworld.ru, 13 апреля 2018 > № 2577934 Лоран Массио

«Создать устойчивое производство в России — это вызов», - вице-президент по поставкам Unilever в России Лоран Массио — о том, зачем и как компания строит экологически безопасное производство.

Я живу в России уже десять лет, три из них работаю в Unilever Россия — и пришел в компанию именно потому, что она стремится вести бизнес методами, снижающими негативное воздействие на окружающую среду. В стране, где большинство населения не слишком волнуют экологические проблемы, лишь немногие компании готовы инвестировать в переоборудование производства и долгосрочные проекты, нацеленные на сохранение окружающей среды. Такие инициативы здесь выглядят серьезным вызовом.

В отличие от европейцев, в России люди не привыкли думать о ресурсах. В Европе водоснабжение и отопление — дорогое удовольствие. В России же вода и электричество традиционно дешевы, и люди до сих пор не привыкли контролировать их расход. Но плата за водоснабжение и электроэнергию растет каждый год — и это хорошо, поскольку заставляет людей задуматься если не о рациональном использовании ресурсов, то хотя бы об экономии.

Многие говорят: «Россия — большая страна, воды много». Пока это действительно так. Но мы знаем о том, что средняя годовая температура растет в России в 2,5 раза быстрее, чем по всему миру. Мы слышим о том, что уровень воды в Байкале регулярно опускается ниже критической отметки , а засухи и наводнения стали неотъемлемой частью сельскохозяйственного календаря.

Глобальное изменение климата — это та цена, которую приходится платить за перерасход природных ресурсов не только России, но и всему миру. Чтобы ситуация изменилась к лучшему, бережное отношение к природным ресурсам должно стать идеологией, привычной и понятной большинству россиян.

Нерациональное потребление и неразрывно связанное с ним избыточное производство заставляют компании задуматься о новой экономической стратегии. Пока чиновники ищут ресурсы для утилизации отходов, растущие объемы которых пугают, крупные производители стремятся создать так называемое «устойчивое» производство, генерирующее минимум отходов и выбросов, а значит, и минимум воздействия на окружающую среду.

Unilever несколько лет назад разработал глобальный План устойчивого развития и повышения качества жизни, экологическая составляющая которого основана на модели экономики замкнутого цикла. Согласно этому плану, за минувшие 6 лет мы существенно «озеленили» собственную систему производства и поставок.

Мы намерены полностью перевести наши производства на возобновляемые источники энергии и к 2030 году сделать бизнес "углерод-позитивным" – генерировать больше "чистой" энергии, чем потребляем, а излишки перераспределять тем, кто живёт и работает по соседству. Уже сейчас на наших фабриках неуклонно снижаются выбросы СО2. Несмотря на рост производства, к 2020 году мы планируем вдвое сократить расход воды на наших фабриках.

На сегодняшний день один из наших самым успешных проектов — «Ноль отходов на захоронение», суть которого в переработке или дальнейшем использовании в качестве вторсырья для других индустрий 100% отходов производства. В начале 2015 года по этой программе начали работать все наши фабрики, в том числе четыре в России — в Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Омске и Тульской области. Нам удалось сократить количество отходов на тонну продукции на 97% — а на российские свалки не попало 11 тысяч тонн мусора.

В программе «Ноль отходов на захоронение» участвуют не только наши фабрики, но и офисы, и склады, а многие сотрудники сортируют мусор не только на работе, но и дома — я и сам это делаю. К сожалению, мы — пока единственная компания, которая работает по этой программе в России. Однако принципы устойчивого производства помогают сокращать издержки и строить долгосрочную стратегию развития бизнеса.

Хотя в России переработка отходов пока зачастую обходится дороже их отправки на полигон, Unilever получает от нее положительный экономический эффект. Так, прибыль от реализации отходов тульского и санкт-петербургского производственных кластеров Unilever в 2015 году превысила расходы на захоронение. В 2016 году мы исследовали мнение акционеров об их отношении к такой экономической модели. Оказалось, что 70% из них при вложении инвестиций ориентируются на долгосрочные “устойчивые” стратегии, а 80% видят устойчивое производство неотъемлемой частью долгосрочного роста.

С упаковкой, которая оказывается на свалке после того, как потребители используют наши продукты, дело обстоит сложнее. Пока образование такого мусора удалось сократить только на 29%. Например, мы заменили бумагой фольгу для упаковки чайных пакетиков – ведь алюминиевая фольга, как известно, разлагается более 100 лет. К 2020 году мы планируем вдвое сократить объем отходов, связанных с потреблением нашей продукции, а к 2025 - сделать 100% пластиковой упаковки нашей продукции пригодной для вторичного использования и переработки.

Более того, мы и сами входим в объединения российских компаний, нацеленные на разработку новых правил ведения бизнеса с учетом экологических норм. Unilever является членом ассоциации РусПЭК, мы активно поддерживали принятие поправок к закону «Об отходах производства и потребления» — и выражали готовность исполнять его самостоятельно (а не отделываться платежами за нанесенный вред) — как это и предусмотрено лучшими международными практиками.

Эту тему мы продвигаем и в рамках отраслевых объединений — Ассоциации менеджеров, НП «Русбренд» (содружество производителей фирменных торговых марок), Консультативного совета по иностранным инвестициям. Изучив правовые акты правительства, мы обнаружили многочисленные неопределенности, пробелы и недоработки, которые препятствуют эффективному выполнению наших обязательств как производителя в отношении отходов.

Как член РусПЭК, мы направили список вопросов по применению положений закона об отходах в соответствующие органы — и вместе с Минприроды, Роспотребнадзором и участниками ассоциации дорабатываем положения законодательства. Госрегулирование в первую очередь должно быть настроено на поддержку тех, кто следует правилам и внедряет стандарты циклической экономики — а всех остальных мягко подталкивать к пересмотру позиций.

Нидерланды. Евросоюз. Россия > Экология. Агропром. Химпром > oilworld.ru, 13 апреля 2018 > № 2577934 Лоран Массио


Литва. Весь мир > Агропром. Экология > ukragroconsult.com, 11 апреля 2018 > № 2574557 Роберт ван Оттердийк

В мире ежегодно выбрасывается 1,3 млрд. тонн продуктов - ФАО

По оценкам ФАО, ежегодно в мире пропадает или выбрасывается почти треть всего произведенного продовольствия, то есть 1,3 миллиарда тонн.

Мало того, что это происходит на фоне волатильности цен на продовольствие и ухудшения продовольственной безопасности множества людей в мире, продовольственные потери и пищевые отходы также негативно влияют на окружающую среду, воздействуя на изменение климата и являясь недопустимой растратой природных ресурсов.

Об этом сообщил Роберт ван Оттердийк, специалист ФАО по вопросам агропроизводства и автор инициативы Сохранить продовольствие, выступивший на международной конференции в Вильнюсе (Литва), передает ИА «Казах-Зерно».

«В большинстве своем пищевые отходы появляются из-за неправильного поведения как розничных продавцов, так и потребителей, поскольку первым зачастую выгоднее выбросить, чем переработать, либо повторно переработать продовольствие, и вторым тоже так проще», - сказал ван Оттердийк на конференции «Пищевые отходы домохозяйств и способы их сокращения».

Возможно, это покажется тривиальным, но наличие продовольственных потерь и пищевых отходов является глобальной проблемой, и ФАО, как специализированное учреждение ООН со всемирной географией деятельности, находится в эпицентре усилий по решению этой проблемы.

Согласно одному из исследований ФАО объем пищевых отходов домашних хозяйств в беднейших регионах мира составляет всего около 10 кг на человека в год, в то время как в странах с высоким уровнем дохода теряется или выбрасывается более 100 кг продовольствия на одного человека ежегодно. В итоге лишь в странах Европы ежегодно в пищевые отходы попадает 88 миллионов тонн продовольствия.

Потери можно сократить только в том случае, если изменения произойдут на всех этапах производственно-сбытовой цепи. Один только частный сектор может существенно снизить продовольственные потери через корпоративную ответственность в сочетании с инновациями, - сказал ван Оттердийк. По мнению эксперта ФАО, государственный сектор, со своей стороны, должен сформировать благоприятные условия через стимулирование, налоговые льготы и совершенствование законодательства. Оба сектора также могут совместно содействовать повышению осведомленности и просвещению потребителей, чтобы замкнуть этот круг.

Сокращение пищевых отходов на всех этапах в странах ЕС приведет к падению цен на продукты питания, и это будет наиболее ощутимо именно в тех регионах, где объем пищевых отходов невелик. Это повлияет на торговлю со странами Африки, где африканские потребители выиграют от подешевевшего европейского импорта, а производители столкнутся с падением спроса и жесткой конкуренцией.

Литва. Весь мир > Агропром. Экология > ukragroconsult.com, 11 апреля 2018 > № 2574557 Роберт ван Оттердийк


Казахстан. СФО > Внешэкономсвязи, политика. Экология. Армия, полиция > dknews.kz, 29 марта 2018 > № 2552510 Андрей Зубов

Не смотрите на смерть как на будущее, большая часть смерти уже наступила

Последняя неделя марта 2018 года проходит под знаком траура. В соседней России по вине взрослых погибли дети. Это взрослые создали душегубку, обклеили ее горючим материалом, назвали торгово-развлекательным центром, заперли в нее детей и подожгли. Раньше взрослые создали мздоимство, разгильдяйство и алчность.

Андрей ЗУБОВ

Теперь чиновники в Кемерово становятся на колени, приносят извинения почему-то президенту страны, обещают найти виновных и больше такого не повторять. Как тут не вспомнить слова некогда популярного генерала Лебедя: «Наше нормальное состояние – это ползти и выползать. Это уникальная наша способность – выползать из пропастей с перебитыми костями, иногда на зубах, а если зубов нет – на деснах».

Вместе с этим мы видим, как на фоне пассивного поведения властей кемеровчане начали свое собственное расследование трагедии. Они ведут диалог напрямую с руководством города и области, они требуют дать ясный ответ, почему все случилось так, а не иначе. Представители общественности (после мерзких фейков о якобы сотнях обгоревших трупов) прорвались даже в морг, чтобы воочию убедиться в количестве жертв… Понятно, что все точки в этом происшествии расставит следствие, но уже ясно одно: и следствие, и дальнейшие действия властей будут проходить под жестким общественным контролем.

Показательно, что такая гражданская активность моментально нашла отклик и в Казахстане. Многие горячие головы даже предложили объявить бойкот всем ТРЦ. Разумеется, смысла в этом никакого нет. Это никак не отразится на пожарной безопасности, а напротив, ударит по обычным предпринимателям, которые арендуют помещения (и, наверняка, имеют огнетушители). Поэтому родился другой проект.

В эти дни многие «лидеры мнений» сами начали инспекцию крупных торгово-развлекательных центров в РК. «Если в нашей стране не случалось подобное, это не значит, что трагедии не будет никогда, – пишет одна неравнодушная общественница. – Да, я в курсе, что сегодня принято решение проверить школы и ТРЦ на предмет противопожарной безопасности. Но мы все знаем, как и за сколько можно решить проблемы с проверяющими. Кто даст гарантии, что проверки будут объективными?

Пока нет ответов на все эти вопросы, мы решили сами объехать все ТРЦ Алматы и посмотреть, как обстоит с противопожарной безопасностью в каждом из них. Естественно, что нам никто не даст доступ к документации, не покажет, как работает противопожарная система, но никто не сможет запретить посмотреть, есть ли в здании противопожарное щиты, схемы эвакуации, указатели эвакуации, открытые эвакуационные двери, есть ли подъезды для спецмашин к ТРЦ и так далее… Само собой, мы не будем никого предупреждать, будем выглядеть, как обычные посетители».

Буквально на следующий день после такого манифеста популярные и уважаемые блогеры (терпеть не могу это гаденькое слово, но ничего не поделаешь) вышли на анонимные «инспекции» по торгово-развлекательным центрам. И уже вечером мы могли видеть их фотоотчеты. В одном ТРЦ двери запасных выходов намертво закрыты на ключ, в другом – заставлены мебелью и еще непонятно чем…

Вот что, после посещения престижного ТРЦ, написал в своем отчете известный адвокат: «Ни у одной из 4 распашных дверей нет ручки! Вот просто нет! Их вообще невозможно распознать как двери! Они сливаются с фоном. Ни у одной распашной двери нет системы «Антипаника»!

Это жуткое нарушение, ведь дверь должна открыться благодаря этой системе даже при давке. Две двери закрыты у пола на щеколду. Одну из них не смог открыть сам охранник. Как вообще в панике и дыму при пожаре искать щеколду?».

И такие посты о проведенных гражданских проверках появляются все чаще и чаще. Я полагаю, что именно эта социальная активность вызвала и активность соответствующих тревожных служб и органов управления. КЧС моментально собрал пресс-конференцию, где глава комитета Владимир Беккер сообщил, что в 2018 году будут проверены все ТРЦ в Казахстане. Для справки: сегодня в Казахстане насчитывается 1151 храм Гермеса и Диониса. После этого г-н Беккер, как пишут в прессе «похвалил казахстанцев» за активную гражданскую позицию и публикацию фотографий и видео с нарушениями ТБ в торговых центрах.

Но я думаю, что одними проверками дела не исправить. Нужно законодательно заставить провести во всех ТРЦ глобальную перепланировку. Ведь ясно же, что в основе каждого ЧП с пожарами – патологическая жадность хозяев. Они не скупятся на страховки от пожара, но экономят на безопасности тех, кто их кормит – на нас с вами.

Главная их задача состоит в том, чтобы человек не только провел в ТРЦ как можно больше времени, но, желательно, чтобы он там еще и запутался. Ведь, чем дольше посетитель блукает по павильонам, тем выше шанс на «импульсивную покупку». И мы знаем, что развлекательные зоны и кинотеатры находятся на верхнем этаже, чтобы ты по пути к заветной комедии заглянул в магазин и в кафе. Причем эскалатор расположен где-нибудь в конце вереницы залов. В итоге путь в кино напоминает круговой лабиринт. Эта система была придумана еще 70 лет назад, но психологической эффективности не потеряла.

Отметим, что в России уже поднимают вопрос о переносе кинотеатров в ТРЦ с верхнего этажа на нижний. Глава комитета Совета Федерации по социальной политике Валерий Рязанский так отреагировал на трагедию в Кемерово: «Почему игровые комнаты все на четвертом этаже. Почему во главу угла поставлен не тот приоритет? Может, надо поменять строительные нормы и правила, которые бы запрещали расположение таких вещей, как кинотеатр, детские игровые комнаты, на верхних этажах?» Эту позицию поддержали и в Госдуме.

Понятно, что такие инициативы столкнутся с мощным противодействием торгового капитала. Ушлые бизнесмены найдут различные предлоги, чтобы похоронить идею. Ведь еще классик политэкономии, по которой мы жили 70 лет, сказал: «Обеспечьте капиталу 10% прибыли, и капитал согласен на всякое применение, при 20% он становится оживленным, при 50% положительно готов сломать себе голову, при 100% он попирает все человеческие законы, при 300% нет такого преступления, на которое он не рискнул бы пойти, хотя бы под страхом виселицы».

Но мириться с таким положением дел нельзя. Вы согласны?

В заключение и по традиции я поясню заголовок статьи. Автор цитаты – римский философ Луций Анней Сенека, ровесник Христа. Сегодня его фраза приобретает совсем зловещий смысл.

Казахстан. СФО > Внешэкономсвязи, политика. Экология. Армия, полиция > dknews.kz, 29 марта 2018 > № 2552510 Андрей Зубов


Россия. ЦФО > Экология > zavtra.ru, 28 марта 2018 > № 2580807 Константин Семин

ЯД

Массовое отравление в Волоколамске: подмосковный мусорный кризис набирает обороты

Яд - отрава, всякое вещество, убийственное или вредоносное в пище, либо в дыхании, в примеси ко крови или при переходе его иным путем в тело человека, животного. Ядом зовут снадобья, зелья, средства сильно и довольно быстро вредящие, отравляющие, могущие причинить смерть. Извращенное воспитанье разливает нравственный яд.

В. И. Даль. Толковый словарь живаго великорусского языка.

Утром 21 марта подмосковный райцентр Волоколамск накрыл выброс свалочного газа, произошедший на полигоне «Ядрово», на работу которого местные жители жалуются уже год, сообщает РБК. Несколько десятков человек, в том числе 76 детей, обратились за медицинской помощью. Шестеро детей в результате были госпитализированы. У детей были рвота и понос, шла кровь из носа, у многих на теле была сыпь и красные пятна; некоторые школьники стали терять сознание, рассказал мэр Волоколамска Петр Лазарев.

Роспотребнадзор и МЧС поначалу «не нашли» превышения нормативов по содержанию вредных веществ в воздухе. Министр здравоохранения Подмосковья Дмитрий Марков заявил, что отравление не связано с работой свалки. Позднее зампред подмосковного правительства Александр Чупраков признал выброс свалочного газа и объяснил, что он произошел из-за резкого падения атмосферного давления. Полностью исключить такого нельзя, потому что за 40 лет работы свалки на ней образовалось много газа, сказал он.

Глава комиссии по экологии Общественной палаты России Альбина Дударева сказала, что ЧП могло случиться, если на свалку в нарушение нормативов привезли химические элементы.

Через несколько часов после первых сообщений о случаях отравления на полигон и в городскую больницу выехал губернатор Подмосковья Андрей Воробьев. Жители Волоколамска встретили его выкриками «позор!» и «убийца!», забросали снежками, порвали куртку. Не менее жёсткий прием ожидал прибывшего к больнице главу Волоколамского района Евгения Гаврилова — общение с жителями закончилась дракой, охране пришлось эвакуировать чиновника.

Владелец ООО «Ядрово» и генеральный директор полигона — Алексей Сулимов, бывший первый заместитель главы Волоколамского района по ЖКХ. В 2016 году он баллотировался на выборах главы Волоколамска.

Проверку по факту массового отравления начали Следственный комитет России и прокуратура Московской области.

Экспертные оценки

Константин Сёмин

Ситуация с газовой атакой в Волоколамске универсальная, в ней как в зеркале отражается всё остальное, что у нас происходит. Дело не только в чиновничьем попустительстве действиям каких-то серых структур. Наверное, объяснимо, когда отравленные люди отрывают рукава губернатору Московской области или хлещут по щекам районных чиновников. Но это отражает в первую очередь то, что люди у нас начинают действовать лишь тогда, когда доведены до крайности — а опасность, угрожающая детям, и есть та самая крайность. Почему-то не воспринимается как крайность, например, ситуация в образовании, потому что оно отравляет сознание людей медленно, незаметно и никто сразу в больницу не попадает. Это первое.

А, во-вторых, всегда ответственным, виноватым у нас (и чем дальше, тем сильнее) видят конкретного чиновника. Я не к тому, что бюрократов необходимо защищать и оправдывать, это совершенно не так. Но у нас сегодня никто, к сожалению, особенно те, кто ударно пошел и проголосовал на недавних выборах, не воспринимает чиновников как продолжение власти капитала. Наоборот, многим кажется на абсолютном серьёзе, что у нас построен неправильный капитализм, которому мешают неправильные чиновники. Навальный сейчас эту историю активно использует в своих интересах, всячески распространяется об этом в роликах, в призывах, в Твиттере. Да, но под каким соусом — «чиновники неправильные, заменить на правильных». Тут сын такого-то поучаствовал, там родственник такого-то… Это, возможно, и правда, и это не удивительно. Но чиновника нужно воспринимать в первую очередь как продолжение, как представителя интересов капитала.

Я могу о ситуации с Ядрово судить по другим свалкам. Непосредственно рядом со мной — Истринский полигон твёрдых бытовых отходов, с которым воевала вся округа, который отравлял всё, что есть вокруг, который собирал самые жуткие отходы. И тем компаниям, тем предпринимателям, которые на этом обогащались, было абсолютно наплевать на возмущение людей. Так вот, чиновники всегда являются представителями интересов капитала во власти, которая принадлежит капиталу. Нет хорошего предпринимателя, который вместо нехорошего придёт на свалку под Волоколамском, построит мусоросжигательный или мусороперерабатывающий завод и устроит зелёную полянку для всех. И драться исключительно с чиновничьей обслугой, не ставя вопрос об основном, о самом главном — это самообман. Неспособность масс распознать в происходящем свои классовые интересы и их ущемление, неспособность распознать своего главного противника, переключение внимания масс на второстепенные предметы, канализация их гнева в направлении пустопорожнего возмущения, в конечном счёте может привести исключительно к усилению реакции и ни к чему более конструктивному, ни к какой организации. Защищать свои интересы можно только коллективно, а для этого нужно чётко осознавать, в чём эти интересы заключаются и кто является главным их попирателем.

Каждая такая свалка — это куча договорных обязательств, это куча мелких посредников, которые, как правило, ООО или ИП. За ними за всеми, за редким-редким исключением, скрываются интересы местных группировок и кланов, очень часто преступных. Нам постоянно говорят, что 90-е закончились. Да где они закончились? Если воры переоблачились, сменили красные пиджаки на костюмы Бриони, если они заседают в залах и депутатских комиссиях — это не значит, что 90-е закончились и преступники избавились от своих криминальных «погонял». Они точно так же существуют за счёт криминальных котлов, общаков и всего остального. И кормятся с той же самой паствы — бессловесной и молчащей. Вот в чём суть происходящего.

Когда некоторое время назад возмущение в моей сельской местности вдруг пошло через край, власти Московской области заговорили об обязательном подписании договоров всеми жителями области с той или иной мусоровывозящей компанией (частной — непременно, обязательно частной!). Это было прямым следствием тех самых процессов, о которых я говорю. Потому что всем было ясно, что эта компания наверняка стопроцентный монополист, она не будет немонополистом, потому что в капитализме по-другому не бывает. Потому что там, где возникает на 15 минут конкуренция, завтра непременно большие акулы будут пожирать малых по всем законам, открытым классиками марксизма давным-давно и объяснённым большевиками, такими как Владимир Ильич Ленин и Иосиф Виссарионович Сталин. Неизбежна монополизация, неизбежно укрупнение. Из двадцати конкурирующих организаций, которые утилизируют мусор, рано или поздно останется одна сверхмонополия, вся мелкая братва уступит место крупной и ты будешь иметь дело именно с ней — и ни с кем больше. И то, что у нас происходит в сфере розничной торговли, ничем не отличается от того, что происходит в сфере утилизации мусора. Это капитализм, ребята. Не надо отворачиваться от правды.

И капитализм отличается ещё не только тем, что растут свалки и захламляются лесные угодья и поля, а тем, что изменяется вся жизнь. Ядовитые свалки образуются не только от того, что их устраивают злобные предприниматели. Свалка — это ещё отражение нашего сегодняшнего бытия, нашего потребления. Как бы не клеветали сегодня на советскую эпоху, как бы не говорили о тогдашних проблемах с экологией, они не имели сегодняшних масштабов. Чем отличается социализм от капитализма? Социализм отличается наличием планирования — государственного, общенародного, народно-хозяйственного плана, по которому происходит всё: отливается чугун, катается сталь и утилизируется мусор. Этот план, действовавший в Советском Союзе, исключал производство гигантских массивов непригодного для утилизации мусора. Куда ушли стеклянные бутылки? «Ох, как плохо было сдавать стеклотару, одни алкаши занимались этим в советское время!» А что, пластиковый одноразовый пакет, на котором обогащается предприниматель, потому что он стоит доли копеек, с его периодом распада в 400 лет — выгоднее обществу? Так в том и разница между социализмом и капитализмом, что в социализме главной мотивацией при планировании являются интересы большинства, интересы общества. А в капитализме главной мотивацией является прибыль, интересы того или иного (пусть даже сверхкрупного) экономического агента.

Сейчас критики моих комментариев в Твиттере или в других соцсетях начинают кричать: «А вот же на Западе есть зелёная полянка, там же есть зелёный капитализм, который перерабатывает мусор!» На самом деле ответ очень простой. Процент перерабатывающегося Западом мусора по сравнению с процентом мусора, вывозящегося в страны третьего мира — ничтожен. Всё, что переваривают, пропускают через себя жители «первого мира», «золотой миллиард» — всё это оказывается на помойках Африки, Юго-Восточной Азии, в конце концов плавает в Тихом океане в виде гигантских пластиковых островов. Например, в фильме «Планета Вавилон» мы детально снимали и показывали в Китае, в провинции Гуанчжоу целые огромные города, живущие разборкой радиоактивного, токсичного мусора. Там дети сидят и разбирают выброшенные видео-приставки, а потом западный обыватель, ковыряясь в носу, говорит — «посмотрите, какая ужасная в Китае экология». Это экология капитализма, это экология смерти. И классики марксизма были абсолютно правы: человечество в этом режиме, в капиталистической своей ипостаси не сможет выжить, потому что ресурсов для поддержания человечества при сегодняшнем образе его потребления недостаточно для того, чтобы человечеству уцелеть — вот в чём фокус. Не перейдя на единое рациональное планирование и человечество в целом, и каждое государство в отдельности рано или поздно обречено на то, чтобы пережить катастрофу, подобную той пока небольшой трагедии, которую мы наблюдаем сейчас под Волоколамском.

По поводу экологов. Ещё советские люди с развитым экологическим сознанием, такие как Астафьев и Распутин, страшно горевали по поводу найденной в лесу консервной банки или разбитой бутылки, для леса совершенно безвредных. И таким образом невольно, видимо, но всё же топили советскую власть. В результате это привело к антисоветизму, реставрации капитализма и к Ядрово. Какими сегодня должны быть отношения патриотично и практично мыслящих людей и так называемых экологов?

Общество у нас всё больше и больше деградирует. Оно становится подверженным влиянию различных слухов, страхов, фобий. И в этом оно напоминает позднее советское общество. Помните, какая была волна борьбы с нитратами на полях? Это была одна из ключевых тем экологов той поры. Чернобыльская катастрофа, конечно, катастрофой была. Но сопоставьте медийный эффект после Чернобыля с тем, что произошло после Фукусимы, которая гораздо опаснее для человека и для всех окружающих Японию стран сегодня. А после Чернобыля началась страшная волна радиофобии в советском обществе и, конечно, все экологи из всех щелей выползли и стали на этом всячески танцевать, эксплуатировать тему, на которой всплывает разнообразная, простите, сволочь. И сегодня происходит то же самое, удивляться тут нечему. Конечно, пойдут слухи о чём угодно. Сколько было за последний год разговоров о ядовитых газах и так далее? Это совершенно не означает, что всегда нет дыма без огня, но это абсолютно точно значит, что если дым без огня появится, его непременно примут за огонь. Всегда есть целая свора, целая команда, которые будут раздувать из мухи слона. Я не применяю это сравнение к реально опасной ситуации под Волоколамском, но я говорю, что всегда есть толпа провокаторов из числа той же самой буржуазной обслуги, которая заинтересована в том, чтобы создать общественную «движуху» и чего-то успеть дорешать, чего они не успели дорешать на Украине или в 2011-м году.

То есть внутри нашей буржуазной системы, внутри нашего компрадорского класса всегда существуют силы, которые готовы этот класс, условно говоря, перешебуршить, переворошить так, чтобы оказаться сверху самим, устроить буржуазную «движуху», заменить шило на мыло. У нас и мыла много, и у многих имеются шила в одном месте. Нужно просто понимать, чем мотивированы эти экологи, нужно понимать, чьи интересы нередко и даже всегда защищает тот же Гринпис, что нет ничего бесплатного в этом мире. И поговорка, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке, абсолютно применима и к экологическому движению. Очень мало таких людей, которые выходят защищать что-то по зову сердца, при этом рационально мысля, обладая чётким, научным пониманием того, с чем они борются и что пытаются отстаивать.

Только коммунист, представитель тех самых адекватных левых сил способен объяснить людям, что в науке, в инженерии, в научно-техническом прогрессе нет ничего страшного, если эта наука опирается на чёткое представление об окружающем, на доказательную базу. Если наука служит интересам общества, то тогда нет ничего страшного в генетике, нет ничего страшного в новых технологиях. Но если эти технологии являются каналами проникновения на ваш сельско-хозяйственный рынок или продовольственный рынок иностранных корпораций, от которых наша страна в зависимости, то тогда это безусловный вред, это опасность. И то же самое касается проблемы с мусором и всех остальных проблем. Рациональное мышление, способность чётно осознавать, откуда взялась проблема, кто её породил и как с этой проблемой можно бороться — это должно отличать левые силы от тех, кто сегодня пытается выдавать себя за левых. Коммунистической партии Российской Федерации необходимо всё-таки вспомнить, что это партия научного материалистического мировоззрения, и отнять экологическую проблематику у таких, как Навальный и Собчак. Но отнять так, чтобы не пытаться переплюнуть Навального и Собчак в истеричности и в развешивании бирок. Нужно людей просвещать, объяснять, каким образом им бороться и с кем. Не достаточно охаять или забросать снежками того или другого чиновника. Чиновник в данном случае — это посредник между капиталом, настоящим хозяином проблемы, и человеком, который является пострадавшим. Если бить только по верхам, не борясь с хозяином проблемы, невозможно решить ни одну проблему. Можно только создать видимость борьбы, плодами которой воспользуются разнообразные проходимцы.

О мусорной свалке во многих из нас. Общественное бытие определяет (и уже в значительной степени определило) наше общественное сознание. Почти каждый человек, несмотря на то, что он очень сильно возмущается, когда обдирают его, готов ободрать соседа. Человек, несмотря на возмущение тем, что у него под окнами разгрузилась помойка, готов выбросить что-нибудь где-нибудь, если его за это не накажут, если никто не увидит этого. С 80-х годов, вплоть до триумфального хозрасчёта, гласности, перестройки, последовавших рыночных реформ — вытравлено, уничтожено ощущение каждого человека как «одного за всех», ощущение коллективизма, общей судьбы, не только связывающее людей между собой, но и связывающее людей и природу, то ощущение, которое было у советского человека. Теперь каждый мечтает преуспеть за счёт другого, если ему ничего за это не будет. И очень многие, к сожалению (не хочу конкретно ни в кого кидать камень), с радостью бы заняли место человека, который владеет той или иной золотоносной свалкой, просто потому, что это поможет пробиться в дамки и наплевать на того, по чьей голове пришлось бы пройти по направлению к этой цели. Вот что страшно. И каждый человек должен честно спросить себя — не думает ли он так, не ведёт ли он себя так? И если это не так, то откуда, действительно, взялись горы мусора? Я хожу по лесам каждый год и снимаю об этом иногда ролики. То, что я вижу там — ужасно. Абсолютно не понимаю, как можно принести с собой мешок мусора и оставить его в диком лесу для того, чтобы какой-нибудь ребёнок через полдня после тебя прошёл и пропорол себе ногу? Как-то же в человеческом мозгу поселяется такое — «умри ты сегодня, а я завтра»? Это тоже отражение уже упомянутой нами сегодня капиталистической системы ценностей.

Россия. ЦФО > Экология > zavtra.ru, 28 марта 2018 > № 2580807 Константин Семин


Россия > Экология. Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > zavtra.ru, 28 марта 2018 > № 2580765 Александр Проханов

Империя помоек

Президент Путин, надевай спецодежду, начинай чистить Россию!

Свалки движутся по России. Из деревень, посёлков, малых и больших городов, они сползаются, увеличиваются в размерах, превращаются в горы, затмевают собой небоскрёбы. Шевелящиеся, зловонные, погребающие под собой зелёные луга, синие озёра, арктические сверкающие льды… Уже не видны дали, не видны сияющие звёзды. Свалки совокупляются, размножаются, плодят семейства, архипелаги. На этих свалках — осколки бутылок и целлофановые пакеты, обёртки от пельменей и объедки рыбин. Из свалок торчат обломки памятников вождям, отрубленные бронзовые головы царей. На свалках — ракеты и спутники, не умеющие взлететь в небо, старые дома с оборванными обоями и шевелящимися клопами.

В этих свалках — исторические события, от которых никак не умеем отлепиться и которые своей гнилью загромождают пространство современной истории. В этих свалках — репутации казнокрадов, строящих дворцы на Лазурном берегу. Но и там настигают их свалки. В свалках — обветшавшие теории, которые десятилетиями засоряют экономические форумы и создают ложных кумиров. В этих свалках — неработающие заводы и нелетающие самолёты, непишущие писатели и немолящиеся священники. Русская свалка грандиозна, необъятна. Она, как новое оледенение, покрывает собой пространство России. Свалка дышит, хлюпает, выбрасывает из своих чёрных ноздрей ядовитый дым и зловонные газы. В ней разлагаются трупы, живёт множество странных, неведомых доселе существ: головастиков, долгоносиков, сороконожек, кусачих паучков. Всё это пропитано ядом, жалит, язвит.

В этих свалках — сквернословия, которыми полнятся произведения модных писателей и песни модных певцов. На свалках — ненависть одного человека к другому, безграничная алчность и стяжательство, величие одних, основанное на попрании других. Эта свалка проникает в души, в разум. Заглатывает политиков, погребает под собой духовидцев. Эта свалка — от Смоленска до Владивостока, от Ростова-на-Дону до Северного полюса. Как быть с этой свалкой? Как жить рядом с ней и в ней? Самому превратиться в гнилую слизь или падаль, захлебнуться мерзкой жижей, задохнуться зловонными выхлопами?

Эта свалка, казалось, вчера ещё незаметная, вдруг открылась во всей своей очевидной жути сразу после выборов президента. Президент, победивший на выборах своих конкурентов, в том числе и шутовских, сбросив их на свалку, только увеличил объёмы мусора, который заполонил Россию. Теперь ему придётся бороться не с Собчак, не с англичанкой Мэй, не с нехваткой денег в бюджете. Ему придётся бороться с этой чудовищной свалкой, которая надвинулась на Россию, надвинулась на Кремль, надвинулась на рабочий кабинет президента. Эти отходы человеческой материи, этот мусор человеческих отношений преодолимы. Всю жизнь человечество борется с отходами, которые достались ему от животной и звериной поры, когда скрежетали челюсти, рыдали возводимые на костёр, беззвучно плакали униженные и оскорблённые.

Священник, принимая исповедь, берёт на себя людские грехи, людские мерзости, людские страдания, перерабатывает их, освобождая прихожанина от грехов, давая ему возможность жить дальше. Литература во все времена уничтожает отходы, отделяет гнилое от целостного, подвиг от подлости, возвышенную жертву от тёмного предательства.

Россия — страна, во все века берущая на себя тьму мира, всю страшную мировую злобу, все мировые козни и напасти, которые движутся сюда то с войсками Наполеона, то с армией Гитлера. И ценою страшных жертв, ценою жизни самых лучших и прекрасных своих сыновей, Россия перерабатывает эти отходы, превращая тьму в свет. Господь Бог, моля Отца своего, чтобы тот пронёс мимо "чашу сию", страшился не плетей, не кованых железных гвоздей, не тернового венца. Он страшился чудовищных пороков, переполнявших чашу. Он знал, что должен будет испить до дна эту чашу и переработать в себе всю вселенскую тьму.

Президент Путин стоит перед огромной помойкой. И не избежать чистки, не избежать страшных усилий, для которых будет мало и шести отпущенных лет. Старый мир превратился в огромную смердящую свалку. Наступает новый мир, готовый к преображению, наполненный пасхальной святостью, мир, берущий свою основу не из адской зловонной ямы, а из небесных цветущих садов. Этот мир вступает в схватку с удушающим злом, с мировой помойкой.

Президент Путин, надевай спецодежду, начинай чистить Россию!

Александр Проханов

Россия > Экология. Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > zavtra.ru, 28 марта 2018 > № 2580765 Александр Проханов


Россия > Электроэнергетика. Экология > ria.ru, 26 марта 2018 > № 2695965 Наталья Никипелова

Наталья Никипелова: ТВЭЛ готовит "противоаварийное" топливо для АЭС

Президент топливной компании ТВЭЛ госкорпорации «Росатом» Наталья Никипелова

Топливная компания ТВЭЛ является одной из ключевых структур в российской атомной отрасли. Компания давно и прочно занимает первое место в мире в части услуг по обогащению урана и поставок ядерного топлива для нужд атомной энергетики и исследовательских ядерных реакторов. В сентябре 2017 года топливную компанию возглавила Наталья Никипелова, до этого работавшая вице-президентом ТВЭЛ по финансам, экономике и корпоративному управлению. О том, за счет каких новых разработок ТВЭЛ планирует удержать мировое лидерство, почему западные заказчики заинтересованы в продукции российской компании и когда ТВЭЛ планирует представить свое ядерное топливо, позволяющее избежать аварии, как на японской АЭС "Фукусима-1", Наталья Никипелова рассказала в интервью РИА Новости. Беседовал специальный корреспондент Владимир Сычев.

— Наталья Владимировна, с какими показателями топливная компания вошла в нынешний год?

— Показатели в 2017 году очень хорошие. Мы получили более 40 миллиардов рублей чистой прибыли. Выручка планировалась на уровне 178 миллиардов рублей, а фактически составила более 180 миллиардов. Причем план перевыполнен в основном по ядерному направлению бизнеса. Вместе с тем показатель выручки по новым продуктам неудовлетворительный. Рынок специфический, и пока мы учимся на нем работать как следует. Это очень большой вызов для нас. Кроме того, мы существенно перевыполнили такой отраслевой показатель, как скорректированный свободный денежный поток. Планировали порядка 68 миллиардов рублей, а получился 81 миллиард. Это весомая добавка в бюджет госкорпорации "Росатом".

Производительность труда в целом по компании на очень хорошем уровне — порядка 8,5 миллиона рублей на человека. В нашей стране такая цифра встречается не часто. Нам также удалось существенно пополнить портфель зарубежных заказов. Сегодня он превышает 10 миллиардов долларов, и это только по ядерной продукции. По этому показателю тоже есть положительная динамика: он вырос в 2017 году на 7%.

— За счет чего?

— Мы устойчиво чувствуем себя на зарубежных рынках. Конкурентоспособность ТВЭЛ основывается на трех факторах. Прежде всего это высокое качество продукции. Эксплуатационные характеристики это подтверждают.

Во-вторых, мы постоянно предлагаем своим клиентам новое топливо, учитывая их индивидуальные пожелания. Наконец, нас отличают привлекательные ценовые предложения, которые базируются на очень хорошей себестоимости топлива. Она обеспечивается в том числе благодаря эффективным газовым центрифугам, которые создают низкую себестоимость обогащения урана, и это, в свою очередь, создает основу относительно невысокой себестоимости топливных сборок.

Все это позволяет нам чувствовать себя уверенно на международном рынке. Наши зарубежные партнеры понимают, что внешнеполитическая ситуация накладывает свой отпечаток, но, несмотря на это, потребители могут понятно объяснить своим правительствам и регулирующим органам, почему они закупают топливо Росатома.

— ТВЭЛ давно удерживает за собой мировое лидерство в том, что называется начальной стадией ядерного топливного цикла. Это, безусловно, заслуженно и приятно. Но, с другой стороны, не проскальзывает у компании самоуспокоенность и почивание на лаврах?

— Ни в коем случае. Мы работаем в условиях жесточайшей конкуренции, когда другие компании зачастую используют нерыночные методы борьбы. И чтобы в этих условиях сохранять и расширять свои позиции, нужно быть самыми лучшими. Поэтому мы никогда не останавливаем наши научно-исследовательские работы. Почти каждый день я провожу совещания по разным направлениям исследований. Порядка 5% выручки ТВЭЛ выделяет на НИОКР. Мы не тратим эти деньги впустую — это вложения в завтрашний день.

— Можете ли вы привести примеры ведущихся исследований?

— ТВЭЛ активно занимаемся разработкой новых видов ядерного топлива. Одним из них является так называемое толерантное топливо, устойчивое к авариям. Кроме того, оно более эффективно, так как позволит увеличить продолжительность топливной кампании. Я могу с уверенностью сказать, что наши исследования в этой области находятся впереди других. Думаю, что в конце 2019 года мы уже сможем предложить это топливо рынку.

Кроме этого, у нас есть и другие способы улучшения надежности ядерного топлива. Например, есть программа нулевого отказа. Речь идет о том, чтобы резко уменьшить, а в идеале достичь вообще полного отсутствия случаев разгерметизации тепловыделяющих элементов во время эксплуатации ядерного топлива в реакторах. Это очень важная тема, потому что оболочка твэлов — это один из барьеров безопасности ядерных реакторов. Мы работаем и над тем, чтобы экономика реактора улучшалась — например, за счет повышения обогащения топлива ураном-235 или увеличения глубины его выгорания.

Кроме этого, продолжаются работы по снижению себестоимоcти топлива. На каждом предприятии ТВЭЛа есть такая комплексная программа. Но есть и программа уровня всей топливной компании, которая касается, например, компактизации производства.

Такой проект реализуется сейчас во Владимирской области. Он подразумевает объединение производств газовых центрифуг, которые расположены на Ковровском механическом заводе и "Точмаше" во Владимире. Между ними расстояние 70 километров. На 75-80% их компетенции пересекаются, поэтому было принято решение высвободить наиболее ликвидную площадку во Владимире и сосредоточить производство на площадке в Коврове. Тем самым мы отдаем будущим инвесторам, работающим в альянсе с областным правительством, эти площади для будущего развития и для трудоустройства персонала "Точмаша", который не захочет ехать в Ковров.

Это один из глобальных проектов топливной компании. Ранее уже был реализован проект по сосредоточению производства гексафторида урана, конверсионного производства на площадке "Сибирского химического комбината" в Северске.

— Одним из главных прорывов Росатома за последние годы по праву называется проект ядерного топлива "ТВС-Квадрат" для западных реакторов типа PWR, вышедший на этап конкретных контрактов. Есть договоренность с США об опытной эксплуатации этого топлива, а со Швецией — о коммерческих поставках. Как идет развитие этого сотрудничества?

— Шведские партнеры очень довольны этим топливом. Оно работает у них уже более трех лет. С ним не произошло никаких происшествий. Для нас опыт эксплуатации "ТВС-Квадрата" в Швеции стал очень значимым, и, думаю, что глядя на шведских коллег, консорциум американских энергокомпаний тоже проявил интерес к этому топливу. Теперь у нас в США очень хороший партнер — General Electric. Это большое подспорье. Мы работаем в полном взаимопонимании друг с другом.

— А почему американские энергокомпании заинтересовались "ТВС-Квадратом"?

— Во-первых, у нашего топлива хорошие эксплуатационные и экономические характеристики. Во-вторых, потенциальный заказчик получает возможность диверсифицировать свои поставки. За рубежом прекрасно понимают высокий уровень инновационности нашего продукта. Мы быстро внедряем новшества. И все лучшее, что у нас появляется, используем для создания более совершенного топлива. Взаимоотношения по "ТВС-Квадрату" развиваются. Я не могу сказать, что мы идем без сучка и задоринки из-за внешнеполитической ситуации, но работа продвигается.

— Приходится, очевидно, учитывать не только внешнюю политику, но и внутриполитические процессы в США. Предпосылок для остановки проекта нет?

— Нет. Более того, нашим будущим американским потребителям очень интересна и тема толерантного топлива.

— Не так давно произошли два знаковых события — были подписаны контракты на поставки ядерного топлива для будущей египетской АЭС "Эль-Дабаа" и на строящуюся сейчас Белорусскую АЭС, причем на весь срок эксплуатации этих станций. Какие преимущества получат заказчики от таких "вечных" контрактов?

— Росатом в данном случае предлагает комплексную услугу, в которую входят не только строительство АЭС, но и сервисные услуги, и обучение персонала, и поставки ядерного топлива, что сразу значительно сокращает транзакционные издержки у страны-потребителя.

А комплексное предложение — это существенно иной подход к ценообразованию. Речь идет о том, что страна, которая решает обзавестись собственной атомной энергетикой, смотрит на цену электроэнергии, которая будет вырабатываться на АЭС. Эта цена зависит в том числе от топливной составляющей. И если ты заранее знаешь стоимость этой доли, то можно смело прогнозировать и стоимость киловатт-часа электроэнергии с АЭС.

— Расскажите, пожалуйста, о позиции ТВЭЛ в текущей ситуации с использованием ядерного топлива Westinghouse на Украине. Тем более что совсем недавно стало известно, что оператор украинских АЭС НАЭК "Энергоатом" продлил договор с Westinghouse о поставках топлива.

— У ТВЭЛа есть действующий контракт с "Энергоатомом" до конца срока эксплуатации украинских энергоблоков, который мы намерены неукоснительно исполнять. Рассчитываем, что такого же прагматичного подхода будут придерживаться наши украинские коллеги. Недопустимо, чтобы в такую тонкую материю, как атомная энергетика, вторгались политизированные решения, безопасность остается здесь ключевым приоритетом.

Мы официально не уведомлены, в каких реакторах на Украине сейчас используется американское топливо и не располагаем точной информацией о его характеристиках. На других рынках ситуация иная — и операторы, и регулирующие органы сегодня стремятся к абсолютной прозрачности и взаимному обмену информацией между производителями топлива.

Тем не менее наше сотрудничество с НАЭК "Энергоатом" насчитывает уже более 20 лет, и мы со своей стороны делаем все, чтобы сохранить и укрепить его.

— Каким образом?

— Мы делаем то же, что и на других рынках — предлагаем новое, усовершенствованное топливо. Мы уверены, что можем предложить украинским партнерам самое эффективное топливо на рынке, с улучшенными характеристиками, очень привлекательное как по техническим параметрам, так и по ценовой составляющей.

— В начале нашей беседы вы отметили, что у ТВЭЛ сейчас еще недостаточна доля выручки по новым, неядерным, бизнесам. Как вы намерены развивать этот сегмент работы компании и каковы у ТВЭЛ здесь цели?

— Есть задумки в этой области. В части новых бизнесов мы ставим перед собой на следующую пятилетку задачи гораздо более амбициозные, чем в традиционной, ядерной, части. Хотим кратно повысить выручку по новым бизнесам, используя все свои преимущества и компетенции. И это должен быть рост не в два раза, а в десять и более раз.

Но это должны быть инновационные продукты. Мы понимаем, на какие новые рынки можем выйти и как много придется достроить для того, чтобы сделать это. И сейчас создаем так называемых интеграторов по тому или иному новому направлению. Предстоит решить, какие активы будем у себя собирать и использовать в рамках проектного управления. Отрасль поверила в нас — принято решение, что ТВЭЛ на отраслевом уровне является интегратором по аддитивным технологиям, то есть по технологиям 3D-печати, и по накопителям энергии.

— Как раз совсем недавно сообщалось, что создана компания "Русатом — Аддитивные Технологии".

— Да, мы будем выпускать 3D-принтеры и металлические порошки к ним. Это такая мини-управляющая компания, для которой мы должны определить рамки работы и какие активы под нее собрать.

Россия > Электроэнергетика. Экология > ria.ru, 26 марта 2018 > № 2695965 Наталья Никипелова


Россия > Экология. Нефть, газ, уголь > mnr.gov.ru, 26 марта 2018 > № 2551376 Сергей Донской

Министр природных ресурсов и экологии РФ Сергей Донской дал интервью журналу «Нефтегазовая вертикаль»

1.Каковы итоги геологоразведочных работ на нефть и газ в 2017 году? Сколько новых месторождений открыто, каков прирост запасов получен? Соответствует ли это планам и ожиданиям?

Вполне. В 2017 г. открыто 75 месторождений углеводородного сырья, предварительный прирост запасов за счет геологоразведочных работ составил по жидким углеводородам 550 млн т., по газу – 890 млрд м3. Это соответствует и плану, и нашим ожиданиям.

Если говорить о наиболее крупных месторождениях, то к ним относятся: Центрально-Ольгинское с оценкой запасов нефти 80 млн т (кат. С1+С2), Южно-Лунское с запасами газа около 50 млрд м3, Гораздинское и Вятшинское с запасами нефти в 26 и 19 млн т.

2.В 1990-х – начале 2000-х годов объемы добычи углеводородов заметно превышали приросты запасов, что давало повод говорить о «проедании ресурсного потенциала». В последние годы ситуация в этой сфере изменилась. Благодаря чему удалось добиться таких результатов?

Действительно, добыча жидких углеводородов превышала прирост запасов с 1992 года по 2005 г., а по свободному газу и газу «газовых шапок» - вплоть до 2007 г.

Сегодня ситуация постепенно меняется. Прежде всего – благодаря совершенствованию законодательства. Изменения направлены на стимулирование недропользования и снятие административных барьеров.

За последние несколько лет в этом направлении сделано очень много. Обеспечена доступность геологической информации за счет отмены платы за ее предоставление, формируется единый фонд геологической информации. Увеличен срок геологического изучения недр с 5 до 7 лет в труднодоступных и малоизученных регионах. Упрощено предоставление земельных участков, принадлежащих государству и муниципалитетам, для нужд недропользования.

Кроме того, усовершенствован порядок изъятия лесных земельных участков для нужд недропользования, горного сервитута.

Также законодательно закреплена возможность изменения границ участка недр, переданного в пользование, в целях обеспечения полноты геологического изучения, рационального использования и охраны недр.

Нельзя не упомянуть и исключение градостроительной экспертизы проектов на бурение.

Общий вектор всей работы по совершенствованию законодательства – снижение административных, технических и финансовых издержек недропользователей в связи с реализацией затратных геологоразведочных проектов на новых территориях и в регионах действующей разработки полезных ископаемых. Этим мы одновременно стимулируем и выход в новые, неопоискованные зоны, и продолжение развития добывающих регионов.

3. В результате снижения цен на нефть во всем мире сократились инвестиции в геологоразведку. А как переживает этот общемировой кризис российская геология? Отмечается ли падение инвестиций или они остаются на стабильном уровне?

Точные цифры будут известны к началу марта. По предварительным данным, затраты недропользователей на проведение геологоразведочных работ на нефть и газ оцениваются в 2017 г. в 302 млрд. руб. В 2016 г. затраты были меньше и составляли 252 млрд. руб. Так что есть основания говорить о росте интереса инвесторов. И значительную роль в этом играют наши усилия по совершенствованию регуляторного режима.

4.Какие направления геологоразведочных работ сегодня представляются наиболее актуальными и перспективными? В каких регионах в ближайшее время будет сосредоточен основной их объем?

Если мы говорим о геологоразведочных работах за счет федерального бюджета, то в ближайшие годы они будут сконцентрированы в пределах пяти первоочередных нефтегазоперспективных зон. В их числе - Озинско-Алтатинская, Юганско-Колтогорская, Карабашская, Гыдано-Хатангская, Аргишско-Чунская. По результатам этих работ может быть получен прирост подготовленных и локализованных ресурсов углеводородов в объеме 2,7 млрд. т.у.т.

Площадь незалицензированной части пяти указанных зон составляет порядка 800 тыс. км2. По результатам геологоразведочных работ, за счет средств недропользователей прогнозируется получить прирост извлекаемых запасов категории С1 в размере около 700 млн т.

5. Падение цен на углеводородное сырье ставит вопрос о рентабельности разработки ресурсов Арктического шельфа. Как эти ценовые коллизии повлияли на динамику ГРР в Арктике? Каков объем работ планируется на ближайшие годы?

Конечно, снижение цены на нефть в какой-то мере повлияло на объемы геологоразведочных работ. Кроме того, правительством установлен мораторий на предоставление участков недр в пользование в пределах континентального шельфа.

В настоящее время компании проводят геофизические исследования в рамках лицензионных обязательств. За счет средств федерального бюджета проводится изучение транзитной зоны и внутренних морей.

Отмечу, что несмотря на частичное снижение объемов ГРР, компании демонстрируют нестандартные подходы к их проведению. Например, компания «Роснефть» бурением с берега открыла нефтяное месторождение Центрально-Ольгинское в Хатангском заливе моря Лаптевых.

6.Сегодня на фоне истощения традиционных запасов нефти в Западной Сибири встает вопрос о разработке нетрадиционных запасов, в том числе баженовской свиты и других «сланцеподобных» формаций. Готова ли отечественная геологоразведка к поиску и разведке таких ресурсов?

Как известно, ресурсы нетрадиционных источников углеводородного сырья на порядок превышают ресурсы традиционных. Их потенциал очень велик, поэтому опережающее изучение нетрадиционных углеводородов является неотложной задачей для формирования резерва ресурсов России, но реальные темпы их освоения будут зависеть от экономических условий и технических возможностей.

Если говорить конкретно о баженовской свите, то ее разработка имеет стратегическое значение для развития отечественной нефтяной отрасли и обеспечения ее глобальной конкурентоспособности и устойчивого развития на долгосрочную перспективу. Однако сложность коллекторско-емкостных свойств баженовской свиты, ее недостаточная изученность требуют применения уникальных технологий и оборудования.

Сегодня практически все компании проводят исследовательские и опытные работы по поиску и апробации новых технологий. Это не простая задача, но решаемая, так что создание комплекса отечественных технологий для эффективного освоения трудноизвлекаемых запасов нефти баженовских отложений представляется вполне реальным.

В 2016 году завершен государственный контракт «Дифференцированная оценка перспектив нефтеносности баженовской свиты Западно-Сибирской НГП (нетрадиционные источники сланцевой нефти). В результате выполнения этой работы получены новые данные о перспективах отложений баженовской свиты. Проведена оценка начальных геологических ресурсов нефти с учетом их локализации по свойствам нефти. Суммарная оценка составила 9,6 млрд тонн извлекаемых ресурсов, в том числе 5,4 млрд.тонн легкой подвижной нефти.

На основании полученных новых данных разработана уточненная программа лицензирования отложений баженовской свиты.

7. Каково должно быть «распределение ролей» между государством и бизнесом в процессе обеспечения прироста минерально-сырьевой базы нефтегазового комплекса? Достигнут ли уже оптимальный баланс или же Вы ожидаете от бизнеса большей активности в плане проведения геологоразведки?

На сегодня предусматрен комплекс мероприятий по геологическому изучению недр и воспроизводству минерально-сырьевой базы за счет всех источников финансирования.

Средства федерального бюджета направляются на финансирование ранних стадий геологоразведочных работ, связанных с региональным изучением территории страны, поисками и оценкой месторождений полезных ископаемых. Необходимость выделения бюджетных средств вызвана низкой инвестиционной привлекательностью объектов геологического изучения и высоким уровнем геологических и финансовых рисков.

В «нефтянке» традиционно организация поисково-оценочных работ осуществляется за счет привлечения частных средств, посредством лицензирования перспективных участков.

Активность недропользователей в значительной степени зависит от стоимости нефти. С учетом стабилизации цен на нефть ожидается увеличение финансирования ГРР за счет средств недропользователей в 2017-2018 годах.

8. В свое время возглавляемое Вами министерство упрекали в том, что процесс лицензирования недр идет недостаточно активно, в результате чего некоторые компании в перспективе смогут ощутить «сырьевой голод». Как сегодня обстоят дела с лицензированием? Какие новые перспективные нефтегазовые объекты и площади предполагается в ближайшее время выставлять на торги?

Здесь надо иметь ввиду, что одними мерами по ускорению лицензирования вопросы «сырьевого голода» не решить. Увеличением количества предлагаемых к лицензированию неподготовленных участков мы лишь увеличим число несостоявшихся аукционов. Нужно принимать меры и по экономическому стимулированию, и по упрощению процедур, и по созданию поискового задела, и инфраструктуре – формировать комплексные решения.

Мы стараемся проводить лицензионную политику в соответствии с этими принципами. Так, в 2018 году мы планируем выставить на аукционы 114 участков. Основная их доля приходится на участки недр с прогнозными ресурсами.

Также в этом году планируется провести аукцион на право пользования недрами Октябрьского участка Азовского моря, отнесенного к участкам недр федерального значения.

Кроме того, Роснедра сейчас проводят подготовку к проведению в 1 квартале 2018 года конкурса на право пользования недрами с целью геологического изучения, разведки и добычи углеводородного сырья на участке Хара-Тумус Красноярского края.

9. Сегодня многие добычные проекты в НГК пользуются различными льготами и преференциями. А нужна ли дополнительная система мер государственной поддержки, в том числе фискальной, для геологоразведочных проектов?

Такого рода преференции нужны прежде всего для активизации геологоразведочных работ. Особенно – при реализации высокорисковых проектов на шельфе и труднодоступных территориях суши.

Экономические меры стимулирования геологоразведки уже закреплены в разработанном совместно с Минфином России механизме повышающего коэффициента 1,5 к расходам по геологическому изучению на шельфове при исчислении налога на прибыль.

Также установлена возможность, отнесения всей суммы понесенных расходов на освоение либо любой их части к расходам по деятельности, осуществляемой на иных участках недр.

Работа в этом направлении не завершена. Целесообразно применять повышающие коэффициенты к расходам до 3,5 в отношении наиболее рисковых и сложных регионов, в частности – в Арктической зоне.

10.В мире широкое распространение получила практика так называемых юниорских компаний, открывающих новые месторождения и продающих их крупным добычным компаниям. Как Вы считаете, применим ли такой опыт в России? Надо ли создавать «рынок месторождений» в целях стимулирования геологоразведочной деятельности?

Мы поддерживаем эту практику. Задел к реализации на территории нашей страны юниорного движения нами уже сделан.

В прошлом году Минэкономразвития России с участием Минприроды России, Минэнерго России, Банка России и экспертного сообщества разработана Концепция развития юниорных геологоразведочных компаний. В документе определены пути развития юниорного движения в стране, критерии определения юниорных геологоразведочных компаний.

Кроме того, Минприроды России введен так называемый «заявительный принцип», позволяющий заинтересованным лицам получать участки недр с низкой степенью геологической изученности в границах, самостоятельно определяемых заявителем.

Внедрение заявительного принципа стало стартом для прихода в геологоразведку малого и среднего бизнеса и привлечения в отрасль значительных инвестиций. Планируемый объем предусматриваемого проектной документацией финансирования составляет порядка 55 млрд. руб.

Причем интерес инвесторов к заявительному принципу неуклонно растет: в 2014 году в Роснедра поступило 286 заявок, в 2015 году – 746 заявок, а в 2016 году – 1 175 заявок, в 2017 году – 1259 заявок.

Большинство российских компаний проявляют интерес к дальнейшему расширению заявительного принципа на более высокие категории прогнозных ресурсов твердых полезных ископаемых.

Говоря о юниорном движении применительно к нефтянке, нужно иметь ввиду, что стоимость нефтегазовых поисковых проектов на порядки отличается от стоимости разведки ТПИ. Такие средства непросто поднять на венчурных биржах – основных донорах классического юниорного движения. Этим объясняется и то, что пока использование заявительного принципа для УВС ограничено. Но мы совершенно точно будем распространять удачный опыт привлечения частных средств в ГРР и на углеводородное сырье.

Дальнейшее же развитие юниорного движения в России может быть обеспечено посредством формирования биржевых площадок и создания механизмов софинансирования, государственно-частного партнерства, в том числе и для развития необходимой инфраструктуры, привлечения венчурного капитала.

11. Приходилось слышать, что в области геологоразведки зависимость от зарубежных технологий и оборудования даже выше, чем в других секторах нефтегазового комплекса. Какие шаги предпринимаются для преодоления этой зависимости и обеспечения импортозамещения?

К сожалению, надо констатировать, что в области геологоразведки в отдельных секторах мы до сих пор существенно зависим от зарубежных технологий и оборудования. Прежде всего это касается сейсмической разведки - основного метода изучения структурного строения геологических толщ, а также глубокого поискового бурения. Особенно сложная ситуация с проведением поисковых работ на акваториях.

В то же время не могу не отметить, что в России за последние годы созданы и вполне успешно применяются как технические средства сейсмических наблюдений, так и отечественное программное обеспечение.

В большинстве случаев отечественная техника – сейсмические станции производства Саратовского СКБ, вибрационные источники возбуждения производства завода «Геосвип», находящегося в составе «Росгеологии», программное обеспечение ряда российских малых предприятий и институтов - вполне могут заменить западную продукцию.

Основные направления по импортозамещению нефтегазового оборудования, используемого в России, осуществляются в рамках Плана по снижению зависимости российского ТЭК от импорта оборудования и иностранного программного обеспечения.

В соответствии с указанным планом мероприятий Минпромторгом России с учетом предложений Минприроды России утвержден Перечень оборудования, технических устройств, комплектующих (в том числе элементной базы), программного обеспечения, а также услуг (работ) для топливно-энергетического комплекса, подлежащих импортозамещению в краткосрочном, среднесрочном и долгосрочном периоде.

Экспертной группой по направлению «Технологии и оборудование для геологоразведки» (модератор АО «Росгеология») были подготовлены конкретные предложения по разработке и созданию отечественных аппаратурно-технических средств, оборудования, технических устройств для проведения геофизикина нефть и газ.

В первое воскресенье апреля традиционно отмечается День геолога. Что бы Вы могли пожелать работникам отрасли накануне этого праздника?

Минерально-сырьевой комплекс - основа экономической, промышленной и оборонной мощи нашей страны. Поэтому хотелось бы пожелать геологам удачи, энергии, благополучия и новых открытий.

Справка 1

К наиболее крупным по запасам месторождениям углеводородного сырья, открытыми в 2012-2016 гг., относятся: Ильбокичское с извлекаемыми запасами газа категорий С1+С2 – 59,0 млрд.м3 (Красноярский край), им. В.Б.Мазура с извлекаемыми запасами нефти категорий С1+С2 – 39,6 млн.т (Иркутская область), Оурьинское нефтегазовое (Ханты-Мансийский автономный округ) с запасами нефти категорий С1+С2 – 33,7 млн.т; Харбейское нефтегазоконденсатное (Ямало-Ненецкий автономный округ) с запасами газа 26,7 млрд. куб.м, нефти категорий С1+С2 – 6,6 млн.т, Победа с извлекаемыми запасами нефти категорий С1+С2 – 130 млн.т, природного газа – 395 млрд.куб.м (шельф Карского моря), Кошинское (Оренбургская область) с суммарной оценкой извлекаемых запасов нефти категории С1+С2 – 24,2 млн.т; Демьянское (Тюменская область) – 24,1 млн.т; D-33 (Балтийское море) – 21,1 млн.т.

Справка 2

В 2017 году состоялось 58 аукционов на право пользования участками недр, среди которых наиболее крупными по запасам полезны ископаемых и размеру разового платежа были такие участки недр как Эргинский (ХМАО) – 20,072 млрд. руб., Верхнетиутейский и Западно-Сеяхинский (ЯНАО) – 6,425 млрд. руб., Нижнечонский (Якутия) – 2,328 млрд. руб., Гыданский (ЯНАО) – 2,262 млрд. руб., Ыгыатинский (Якутия) – 1,518 млрд. руб., Осенний (ЯНАО) – 1,402 млрд. руб., Мирный (Саратовская обл.) – 1,232 млрд. руб., Печорогородский (Республика Коми) – 1,181 млрд. руб., Штормовой (ЯНАО) – 1,040 млрд. руб.

Россия > Экология. Нефть, газ, уголь > mnr.gov.ru, 26 марта 2018 > № 2551376 Сергей Донской


Россия. СФО > Внешэкономсвязи, политика. Экология. Армия, полиция > newizv.ru, 26 марта 2018 > № 2545588 Никита Исаев

Никита Исаев: Тулеев больше не имеет права управлять регионом

Ужасная трагедия в Кемерово, унесшая жизни как минимум 64 человек, в очередной (и какой уже по счёту) раз вскрыла множество нарывов. Вопросов множество, и один из них: почему губернатор Аман Тулеев фактически плюнул на жизни людей, приехав на место трагедии только на второй день?

Никита Исаев, политолог - специально для "НИ"

Отказ Тулеева приезжать к торговому центру - просто циничное проявление бесчеловечности! Как ни крути, а именно губернатор - самый главный человек в регионе, именно на нём лежит ответственность за решение всех проблем. Если же человек не готов брать на себя ответственность за происходящее, то это без обиняков указывает на профнепригодность такого руководителя.

И даже если Аману Тулееву чужды самые обычные человеческие чувства вроде сострадания и желания помочь в трудную минуту, то, как минимум, есть общепринятые стандарты и протоколы поведения для руководителей его ранга. Незамедлительно отреагировать, прибыть на место происшествия, взять ситуацию под оперативное личное руководство, или хотя бы под личный контроль (иногда действительно лучше, если оперативное руководство осуществляют профессионалы из МЧС).

Все привыкли, что власти часто закрывают глаза на бедность, проблемы благоустройства, коммунальное хозяйство, но только не на непосредственную угрозу жизни.Губернатор Саратовской области в январе этого года прибыл на пожар, возникший на нефтепроводе в селе Красноармейское и взял ситуацию под свой контроль из-за того, что возникла угроза возгорания жилых домов. В Ярославле на пожар на складе горюче-смазочных материалов, произошедший в июне прошлого года прибыл врио губернатора Дмитрий Миронов...

Только сравните масштабы: пожар на складе и пожар в набитом людьми ТЦ. В ноябре прошлого года близ села Нелькан Хабаровского края разбился небольшой самолёт L-410, на борту которого было 6 человек. Губернатор Шпорт прибыл первым же бортом вместе с МЧС.И это не уникальная особенность наших отечественных губернаторов. Так принято поступать во всём мире.

В самом конце 2017 года во время пожара в жилом доме Нью-Йорка погибло 9 человек. Пожар в многомиллионном городе - не уникальное явление, однако мэр города незамедлительно прибыл к месту событий.У нас можно быть плохим экономистом, плохим руководителем, не разбираться в людях и плохо вести закулисную политическую борьбу. Но игнорировать жизни людей - это уже совсем за гранью.

Особенно циничным выглядит оправдание Тулеева. По заявлению его пресс-секретаря (считай официальное заявление самого Тулеева), он не приехал к «Зимней вишне», чтобы его кортеж не мешал спасателям! То есть пока в огне гибнут дети, Тулеев не может оторваться от своего кортежа и приехать (вот ужас-то!) всего лишь на одной-двух машинах.В таком положении губернатор просто обязан прибыть на место любым способом: прилететь на вертолёте, приехать на трамвае или велосипеде, добежать, доползти. Что угодно! Но для Тулеева кортеж важнее жизни людей.Такая реакция говорит о том, что Аман Тулеев окончательно потерял связь с реальностью, о чем давно говорят и на Кузбассе и в Москве.

Для него его работа и жители Кемеровской области перестали иметь какие-либо точки соприкосновения. Он слишком погрузился в решение проблем с местными элитами и отстаивания собственных бизнес-интересов, забыв о том, что он руководит регионом, в котором живёт 2,7 млн. человек. И перед всеми этими людьми он несёт личную ответственность, ибо так устроено наше государство. Так приучила нас наше власть. Ответственность в конце концов несёт не какой-то местный начальник МЧС, а именно он.

Его действия и страх, не позволяющий показаться на людях без кортежа, сейчас лучше всяких экономических показателей продемонстрировали всем, что Аман Тулеев больше не способен управлять регионом. Без поддержки Москвы, которую теперь можно не ждать, Тулеев не сможет надолго задержаться в губернаторском кресле.

В 1997 году звезды для Тулеева сошлись. После стучащих касок шахтеров на Горбатом посту, перед отремонтированным после расстрела Белым домом в Москве, Ельцин решил две задачи. И купил для коммуниста Тулеева тёплым местом подальше от Москвы с правом делать там всё что вздумается, и удалил его из федеральной оппозиционной политики.

Последующие годы Тулеев держал регион в зоне исключительно своих личных интересов, регулярно давая при этом результат в Москву, избегая сколь значимых скандалов. И за это, как говорят, получил право на бессрочное царствование до момента пока сам не попросится. Характерным был прошлый 2017 год, когда несмотря на зачищенное информационное поле, просачивалась информация о болезни и лечении Тулеева, но он всё равно вернулся в регион, пусть и на инвалидном кресле.Уверен, сегодняшняя трагедия должна поставить перед Москвой вопрос о кадровой политике, в отношении тех местных начальников, которые уже неспособны ни нести ответственность за «свои» регионы, да ещё и подрывают доверие к самой Москве.И уходить лучше самому. И сегодня. Так он хоть не будет оплёван кузбассцами, - теми кого он так долго приучал себя любить.

Россия. СФО > Внешэкономсвязи, политика. Экология. Армия, полиция > newizv.ru, 26 марта 2018 > № 2545588 Никита Исаев


Таджикистан. Узбекистан. Афганистан > Внешэкономсвязи, политика. Экология. Электроэнергетика > news.tj, 26 марта 2018 > № 2543221 Владимир Норов

Норов: Таджикистану и Узбекистану необходимо соглашение о рациональном использовании трансграничных рек

Аваз Юлдашев

Реализация проектов в экономике, социальном секторе, обеспечение работой народа могут сыграть немаловажную роль в деле достижения мира в Афганистане, считает Владимир Норов, директор Института стратегических и межрегиональных исследований при президенте Узбекистана.

В интервью "АП" он отметил, что народы Центральной Азии, другие государства, граничащие с Афганистаном, постепенно наращивают сотрудничество с этой страной в торговле, экономике, энергетике, аграрном секторе.

"Я уверен в том, что данное сотрудничество поможет жителям Афганистана вернуться к мирной жизни", - отметил Норов.

Касаясь сотрудничества Таджикистана и Узбекистана, глава Института стратегических и межрегиональных исследований при президенте Узбекистана напомнил, что в ходе визита в Душанбе президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев заявил, что его страна готова поддержать строительство Рогунской ГЭС и других гидроэнергетических объектов в Таджикистане.

«Президент Таджикистана Эмомали Рахмон неоднократно публично заявлял, что его страна никогда не оставит страны низовья без питьевой воды и мы верим ему», - заявил Норов.

Он также отметил, что на сегодняшний день Таджикистану и Узбекистану необходимо подготовить проект межгосударственного соглашения о рациональном использовании трансграничных рек.

«Скоро Афганистан начнет реализацию нескольких проектов по строительству ряда ГЭС на реках Пяндж и Амударья и, по моему мнению, к вышеназванному соглашению по использованию вод трансграничных рек в перспективе должен присоединиться и Афганистан», - подчеркнул Норов.

Ташкентская конференция по Афганистану – «Мирный процесс, сотрудничество в сфере безопасности и региональное взаимодействие» проходит 26-27 марта с участием представителей более 60 государств и международных организаций.

Официальный Душанбе на конференции представляет глава МИД Таджикистана Сироджиддин Аслов.

Таджикистан. Узбекистан. Афганистан > Внешэкономсвязи, политика. Экология. Электроэнергетика > news.tj, 26 марта 2018 > № 2543221 Владимир Норов


Россия. ЦФО > Экология > newizv.ru, 23 марта 2018 > № 2539998 Петр Шкуматов

Петр Шкуматов: вывоз мусора в Москве должен стоить 1000 рублей с квартиры

Только в этом случае столичный регион может быть избавлен от «мусорной» проблемы

Известный общественный деятель Петр Шкуматов посвятил животрепещущей проблеме мусора сразу несколько постов в ФБ, как обычно, пытаясь досконально разобраться в извечных русских вопросах «кто виноват?» и «что делать?. Вот что у него получилось:

«То, что вы видели в Волоколамске, где главу этого города банально побили и он был вынужден вызвать ОМОН для собственной защиты, а также милая девочка, которая отчаянно жестикулировала пока губернатор области давал интервью, это проявления тех проблем, которые предпочитали задвигать под ковер.

Я напомню, что такая гигантская агломерация, как Москва, имеет проблемы не только с пробками на дорогах, но и ряд других узких мест. Я не буду сейчас рассказывать про канализацию, ведь она работает тоже практически на пределе. А вот свалки это уже прорвало. В прошлом году Путин по просьбам жителей закрыл свалку в Кучино, но мусора то меньше не стало. И его начали свозить на другие полигоны ТБО. Вы же не хотите жить в городе, где на улицах каждый год будут складироваться 600 тысяч тонн мусора (а этого хватит, чтобы покрыть метровым слоем мусора весь Пресненский район)? А куда его девать? В том числе и в сторону Волоколамска стали вывозить. И там вылезли проблемы.

Теперь Воробьев пообещал эту свалку через неделю закрыть. Но мусор то куда девать? Естественно, что его будут вывозить на другие оставшиеся полигоны, в результате нагрузка на них возрастет и история повторится только в других районах области. То есть это уже экологическая катастрофа.

Почему она произошла? Всё очень просто. Москва не была рассчитана и никогда не рассчитывалась на проживание здесь 20-ти миллионов человек (численность агломерации). Мусор (почти 10 миллионов тонн ежегодно), пробки, канализация - это признаки перенаселенности территории, когда количество проживающих не соответствует инфраструктуре для их проживания. Можно построить еще 100 миллионов квадратных метров жилья (половина жилого фонда Москвы, планы Хуснуллина-Собянина), но невозможно утилизировать мусор, который будут производить жильцы этих человейников.

Невозможно построить дороги для этих новых людей. Не-воз-мож-но. Надо уже посмотреть правде в глаза и сказать, что Москве надо разукрупняться, а не разрастаться. Иначе инциденты, подобные бунту в Волоколамске, тут будут происходить с завидной регулярностью.

Приведу немного цифр. Полигон ТБО - самый дешевый способ хранить мусор. Сжигать мусор на мусоросжигательном заводе в 3-4 раза дороже. А если мусор предварительно, перед сжиганием, сортировать и часть отдавать на переработку, то еще дороже (зависит от глубины сортировки, которая производится полуавтоматическим способом, то есть частично людьми).

Соответственно встает вопрос: а готовы ли москвичи и подмосквичи начать платить за вывоз и утилизацию мусора не как сейчас 150 рублей в месяц со средней квартиры, а 750 рублей? Может быть и 1000 рублей, если за вас мусор будут сортировать другие люди (стекло/бумага/пластик/металл)? Это приведет к росту платежей за ЖКХ процентов на 15-20, если что.

После замечания Алексей Козлов в комментариях, что в Скандинавии мусор скупают по 200-300 евро за тонну мой друг Игорь Шуляков, который живет в Норвегии, написал пост про то, как устроен сбор мусора в Осло. Однако, сбор мусора далеко не бесплатен для жителей Норвегии. Вот тарифы при заказе вывоза мусора на год:

Так, мусоровоз 30 кубов, 52 ходки в год, цена 509 544.68 NOK = 3 759 514.62 RUB. Или вывоз 1 куб метра мусора = 2410 рублей.

В Москве вывезти 27 куб метров мусора стоит 9000 рублей. Или 333 рубля за куб

Итого, в сухом остатке: жители Осло платят за вывоз своего мусора в 8 (ВОСЕМЬ) раз больше, чем жители Москвы. Почему? Именно потому, что мусор дальше не выкидывают на свалку, а подвергают глубокой сортировке и переработке. После чего сжигают только ненужные остатки, да и то, направляют тепло от сжигания мусора на отопление зданий.

При этом, действительно, хорошо отсортированный мусор продается по 200-300 евро за тонну. Но это совершенно логично, так как он идет дальше в переработку, из него получается вторсырье, которое продается в промышленность. Однако жители ВСЕ РАВНО платят за вывоз своего мусора и платят ОЧЕНЬ МНОГО, по российским меркам.

UPD: как справедливо заметили в комментариях, надо смотреть еще и на разницу в зарплатах. Так вот, житель Осло зарабатывает по медиане в 3 раза больше, чем житель Москвы. Следовательно, вывоз мусора «по-норвежски» должен стоить в Москве примерно 1000 рублей в месяц для квартиры. О чем я и писал в предыдущем посте, ссылаясь на швейцарский опыт...»

Россия. ЦФО > Экология > newizv.ru, 23 марта 2018 > № 2539998 Петр Шкуматов


Россия. ЦФО > Экология. Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 23 марта 2018 > № 2539901 Андрей Перцев

Что рассказал Волоколамск об эволюции российской вертикали

Андрей Перцев

Итоги волоколамского протеста не самые духоподъемные. В правительстве уже начали открыто обсуждать непопулярные реформы, но сгладить неизбежные кризисы и вспышки недовольства в регионах будет некому. Местные власти перетасованы до полной потери связи с управляемой территорией, утратили опыт общения с людьми в публичной политике, а главным принципом их поведения остается «не сдавать своих»

Видео протеста в Волоколамске, где жители во время стихийного схода колотят главу района Евгения Гаврилова, кидают снежки в губернатора Подмосковья Андрея Воробьева и ругаются с ОМОНом, мгновенно стали вирусными. Самым популярным стал ролик с девочкой, которая слушает главу Московской области и, указав на него, мрачно проводит себе рукой по шее.

Жители Волоколамска давно выступают против расположенного там мусорного полигона, последней каплей стало массовое отравление детей. Люди пытались добиться своего более цивилизованными методами – жаловались местной власти, потом жаловались на местную власть областной, вышли на многотысячный митинг 7 марта (всего в Волоколамске живет около 30 тысяч жителей). Но удовлетворительной реакции граждане не получили и теперь применили последние доводы в виде кулаков, снежков и нецензурной лексики.

Скорость и широта распространения видео в соцсетях показала, что российское общество с интересом относится к новым форматам диалога с властью. Ситуация в Волоколамске многих воодушевила еще и потому, что с чиновниками и силовиками хотели разобраться рядовые обыватели, которые только что голосовали за Путина (в этом городе президента поддержали 70%, правда, при явке 40%). Конечно, локальный всплеск недовольства с четкими требованиями может быть легко погашен властью и вряд ли перерастет в массовые протесты по всей стране. Но ситуация в Волоколамске поставила перед федеральной властью несколько серьезных вопросов, и отвечает она на них пока не очень уверенно.

Вертикаль большая и маленькая

Волоколамский протест обнажил несколько проблемных моментов, характерных для всей российской вертикали власти. Самый очевидный из них – чиновники не умеют общаться с людьми, а граждане относятся к ним без почтения. И глава района Гаврилов, и губернатор Воробьев используют неубедительный бюрократический язык: «меры принимаются», «проблема на контроле». Хотя понятно, что протестующие требовали от них четких ответов: что будет со свалкой, когда ее закроют и куда теперь будут возить мусор.

Расплывчатые ответы стали популярны не только у подмосковных чиновников – примерно так же выражаются большинство депутатов, министров и сам президент Путин. Но практика показывает, что в кризисных ситуациях туманный чиновничий дискурс только усиливает раздражение слушающих.

Социальный протест возник в Волоколамске не на пустом месте. Ему предшествовал затяжной политический кризис, связанный как раз с назначением побитого главы района Евгения Гаврилова. Этот чиновник возглавил район еще в 2014 году, до этого он не имел отношения ни к политике, ни к Волоколамску. После первого месяца работы публично критиковать нового главу района стали даже местные единороссы. Но губернатор Воробьев не обращал внимания на тревожные сигналы.

Практика назначения варягов, которые чаще всего принимаются населением негативно, традиционна для Подмосковья – большинство крупных районов и городов возглавляют такие же чужаки без опыта публичной политики. С 2014 года выборы в крупных муниципалитетах Подмосковья отменены – ими управляют чистые назначенцы. В случае социального кризиса с теми же крупными мусорными полигонами (их в области еще пять, и недовольство вокруг них нарастает) или со строительством вредных производств большинство из таких глав не смогут убедительно разговаривать с недовольной толпой, а та не будет их воспринимать.

Андрей Воробьев перенял в Подмосковье федеральную схему управления: на посты губернаторов уже давно назначаются варяги, которые до этого не имели отношения к регионам. Логика Кремля понятна: такие назначенцы ориентируются прежде всего на поддержку Москвы, ими проще управлять. Чужак в окружении влиятельных местных групп чувствует себя как в осажденной крепости. Он не будет проявлять самостоятельность и фронду, не будет обвинять центр в том, что тот забирает большую часть налогов, заключит контракт с правильным человеком, разместит вредное, но нужное стране производство.

В той же логике действовал и Андрей Воробьев. Формально он боролся с областными кланами, зачастую полукриминальными, которые долгое время контролировали города и районы Подмосковья и мало считались с региональной властью. На деле качество управления не изменилось, просто представители кланов перемещаются из района в район.

Руководитель Щелковского района Алексей Валов раньше работал заместителем одиозного экс-мэра Химок Владимира Стрельченко. Мэр Реутова Александр Ходырев переместился на пост главы Королева, его зам Сергей Юров поработал в Реутове, а потом стал управлять Балашихой. Глава Ленинского района Подмосковья Олег Хромов – выходец из администрации Домодедова; прославившийся глава Волоколамска Евгений Гаврилов раньше занимал пост замглавы Рузского района. Глав подмосковных районов перетасовывают так же, как губернаторов: мэр Вологды Андрей Травников сейчас возглавил Новосибирскую область; бывший губернатор Амурской области Олег Кожемяко теперь руководит Сахалином, и так далее.

Такая схема губительна и для властей Подмосковья, и для руководства всей страны, что и показал Волоколамск. Назначенцев извне воспринимают как враждебных наместников, которых терпят до поры до времени. При этом и Владимир Путин, и Андрей Воробьев всячески подчеркивают, что лично несут ответственность за происходящее в стране и области. Раз их ставленники не умеют общаться и не обладают нужным авторитетом для разрешения кризисов, вопросы автоматически уходят наверх.

Воробьев уже почувствовал многие прелести вертикализации. Она, конечно, дает административную управляемость бюджетных и хозяйственных процессов, но постепенно ведет к утрате связи с обществом. Избранные чиновники, как правило, чувствуют тонкую грань, что можно делать и говорить, а что нельзя. Бывший глава Марий Эл Леонид Маркелов во время выборной кампании 2015 года пригрозил жителям одного из сел «закопать дорогу», но никто его не освистал. Андрея Воробьева, который толком ничего не сказал, в Волоколамске закидали снежками под крики «Позор!».

Своих не бросаем

Реакция на протест со стороны что федеральной, что подмосковной власти не выглядит адекватной. Вся страна увидела, что в отдельно взятом городе людей довели до того, что те начали бить чиновников – дальше так могут пойти штурмы администрации. Однако Евгений Гаврилов сохранил свой пост, а Андрей Воробьев не получил даже выговора. В Кремле говорят о внимании к вопросу и подготовке некоего решения – то есть примерно то же, за что главе района жители пообещали разнообразные кары.

Система начала действовать по принципу «своих не бросаем», как обычно отказываясь уступать общественному протесту. Подмосковный губернатор – человек из окружения министра обороны Сергея Шойгу, он близок к семье генпрокурора Юрия Чайки, ему нельзя так просто делать выговоры.

Пока губернатор пообещал жителям установить в городе табло с показаниями чистоты воздуха и направить в Волоколамск своего спецпредставителя. Для внешних зрителей начались намеки – протесты подогреты извне, жителей настроили против губернатора. Для системы, которая не хочет сдавать своих, трактовка очень удобная: на митинг 7 марта приезжала Собчак, видео с потасовками распространяет Навальный. Есть и другие версии: протесты выгодны мэру Москвы Собянину или «Ростеху», который хочет получить подряды на строительство мусорных заводов. Радикальный протест пытаются смягчить слухами о его спланированности, а значит, и незначительности.

Российские власти вроде бы научились справляться с социальными протестами. Участники локальных митингов получают от власти послабления и отступают. Или просто устают протестовать без всяких послаблений. Так происходило уже много раз, от Пикалева до выступлений дальнобойщиков против системы «Платон».

Но сейчас стресс-тест властной вертикали происходит накануне непопулярных реформ. В правительстве уже обсуждают повышение налогов на доход физических лиц с 13% до 15% и на добавленную стоимость с 18% до 22%. Это значит, что люди станут получать на руки меньше, а цены вырастут. В правительстве, кажется, не видят никаких сложностей в этой реформе. «Это число – 13% – тоже не фетиш, оно ничем не отличается от 14% и 15%, это просто одно из возможных чисел», – пожал плечами на встрече со студентами вице-премьер Аркадий Дворкович.

Еще одна предполагаемая реформа – повышение пенсионного возраста. И то и другое граждане вряд ли воспримут спокойно. Ничего такого перед выборами Владимир Путин им не обещал, он даже не опубликовал предвыборную программу, и вот – сюрприз.

В 2005 году монетизация льгот вывела на улицы миллионы людей, они перекрывали дороги и штурмовали администрации. Правда, тогда из зданий администраций к ним выходили опытные и избираемые политики и убеждали не бунтовать. Так поступил мэр Рыбинска, руководство Удмуртии, мэр Набережных Челнов, глава Сергиева-Посада в Московской области. Губернатор Приморья Сергей Дарькин в 2006 году выходил к участникам стихийного митинга, которые требовали расследовать крупный пожар во Владивостоке. Это только несколько примеров, как правило, чиновникам удавалось уговорить протестующих разойтись.

Сейчас таких людей с хорошим знанием местных реалий и опытом публичной политики на руководящих постах в регионах почти не осталось – и волоколамская история тому свидетельство. При этом вертикаль не собирается отступать, наоборот, зачищают оставшееся – например, в заксобрание Свердловской области внесен законопроект об отмене выборов мэра Екатеринбурга.

Итоги волоколамского протеста не самые духоподъемные. В правительстве уже начали открыто обсуждать непопулярные реформы, но сгладить неизбежные кризисы и вспышки недовольства в регионах будет некому. Местные власти перетасованы до полной потери связи с управляемой территорией, утратили опыт общения с людьми в публичной политике, а главным принципом их поведения остается «не сдавать своих».

Россия. ЦФО > Экология. Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 23 марта 2018 > № 2539901 Андрей Перцев


Австрия. СЗФО > Леспром. Экология > bumprom.ru, 22 марта 2018 > № 2565313 Хайнц Циннер

Хайнц Циннер: Pulp Mill Holding обращает внимание на экологическую составляющую, инвестируя в Архангельский ЦБК

В прошлом году инвестиции в природоохранные мероприятия, включая НДТ, Архангельского ЦБК составили около 1 млрд рублей. Комментируя экологическую политику комбината, председатель Совета директоров АО «Архангельский ЦБК» Хайнц Циннер отметил, всякий раз, когда Pulp Mill Holding инвестирует в предприятие, акционер всегда обращает внимание на экологическую составляющую.

Так, например, строительство новой выпарной станции значительно уменьшит негативное воздействие на окружающую среду. Детализируя вопрос, Хайнц Циннер отметил, что приоритетом Программы в области природоохранных мероприятий АЦБК в 2018 году станет реконструкция производства биологической очистки и древесно-биржевое производство, модернизация ряда участков производства целлюлозы с целью снижения водопотребления, выбросов и сбросов загрязняющих веществ.

Хайнц Циннер также напомнил, что в течение 2018 года будут завершены основные работы по главному проекту Архангельского ЦБК – по реконструкции КДМ-2 и установке энергоэффективного оборудования Valmet Technologies, которая позволит снизить нагрузку на окружающую среду по водопотреблению и водоотведению, потреблению энергоресурсов. Снижение потребления электроэнергии приблизительно составит 5%, снижение потребления производственной воды- 12 %.

Справка Бумпром.ру:

Хайнц Циннер родился в 1941 году. Окончил Коммерческий университет Вены, имеет докторскую степень. Работал в разных компаниях по производству и продаже бумаги: Bunzl & Biach AG, Raccolta, Ekman, Wilfried Heinzel AG (Австрия). С 2003 года – управляющий директор компании Pulp Mill Holding.

Архангельский ЦБК основан в 1940 году. Является одним из ведущих лесохимических предприятий РФ и Европы. Специализируется на производстве картона и товарной целлюлозы, бумаги и бумажно-беловых изделий.

Единственный акционер АЦБК - австрийская компания Pulp Mill Holding GmbH.

Pulp Mill Holding GmbH – австрийско-германская компания со штаб-квартирой в Вене, объединяющая группу предприятий, осуществляющих деятельность по производству бумаги, картона и упаковки, создана в 2001 г. На территории России холдингу принадлежит 100% акций АО «Архангельский ЦБК». В группу АО «Архангельский ЦБК» входят АО «Архбум» (логистические услуги и производство гофроупаковки в Подольском и Истринском филиалах), ООО «Архбум Тиссью Групп». Количество сотрудников – 7,5 тыс. человек.

Австрия. СЗФО > Леспром. Экология > bumprom.ru, 22 марта 2018 > № 2565313 Хайнц Циннер


Россия. ЦФО > Экология > mirnov.ru, 21 марта 2018 > № 2539913 Андрей Воробьев

ГУБЕРНАТОР ПОДМОСКОВЬЯ ПООБЕЩАЛ ВЫВЕЗТИ ДЕТЕЙ ИЗ ВОЛОКОЛАМСКА ИЗ-ЗА ВЫБРОСА В «ЯДРОВО»

Губернатор Московской области Андрей Воробьев пообещал вывезти детей из Волоколамска в связи с выбросом опасного газа на полигоне бытовых отходов «Ядрово».

С самого утра жители подмосковного города жаловались на сильную вонь со стороны полигона. По данным СМИ, за день за медицинской помощью обратились 57 учащихся местных школ, у которых были зафиксированы симптомы отравления неизвестным газом.

Городская администрация сообщила, что в ночь на 21 марта на полигоне «Ядрово» был зафиксирован выброс газа, источник которого уже ликвидировали.

Воробьев сообщил СМИ, что в ближайшее время пострадавших школьников осмотрят врачи из Московского областного научно-исследовательского клинического института им. М. Ф. Владимировского.

Он также согласился с предложением местных жителей вывезти детей из города. Губернатор пообещал организовать для максимального числа несовершеннолетних поездку в ближайшие места отдыха.

Воробьев также сообщил, что процедура рекультивации полигона стартует уже на следующей неделе.

Предложение вывезти детей из города поступило от местных жителей. Ранее они неоднократно жаловались на резкий неприятный запах со стороны полигона. Сегодня вечером также стало известно, что местные жители обратились в суд с иском к ООО «Ядрово» с требованием закрыть полигон.

Иннокентий Багров

Россия. ЦФО > Экология > mirnov.ru, 21 марта 2018 > № 2539913 Андрей Воробьев


Казахстан. Евросоюз > Экология > dknews.kz, 15 марта 2018 > № 2530151 Андрей Зубов

Хорошему человеку бывает стыдно даже перед собакой

В ауле Саин Шапагатов Мангистауской области отстрелили 115 собак. Брошенные кем-то и когда-то псины сбились в огромную стаю и начали охотиться на домашний скот. Задрали два десятка овец, и жители объявили одичалым шарикам и рексам войну. Акимат аула попросил жителей держать домашних собак на привязи. Остальных приказано пускать в расход без суда и следствия.

Андрей ЗУБОВ

Вы знаете, вопрос о бродячих животных в Казахстане зрел не один год. И никто, по сути дела, им не занимался и не занимается. В итоге мы запустили проблему до такой степени, что сегодня решить ее «гуманно и цивилизованно» уже невозможно. Еще лет десять назад на окраинах Алматы можно было поймать отдельно взятую собачонку, отвезти ее в клинику, стерилизовать и выпустить обратно в город. И так же поступить с каждым в отдельности представителем собачьего поголовья. Нынче же люди просто боятся за детей, которые возвращаются вечерами со школ.

Я не буду морализировать, я просто припомню фразу великого Авраама Линкольна, который сказал: «Меня не интересует страна и религия, которая позволяет жестоко обращаться с животными». Так вот, 115 пристреленных собак – это приговор нашей с вами цивилизованности.

И не надо ничего выдумывать и ссылаться на несуществующий мировой кризис, чтобы раз и навсегда снять с себя этот грех. Рецептов много, выбирай любой. В конце концов, «высший» критерий гуманного отношения к бродячим животным – это их отсутствие на улицах населенных пунктов. И наказывать надо не собак, а людей, которые этих собак когда-то выкинули.

Вот поэтому во многих странах за отказ от животного предусмотрена строгая ответственность. Например, в большинстве стран Европы действуют жесткие законодательные нормы, которые определяют, кто и с какого возраста может заводить собаку. Там действует принцип, предложенный еще в 13 веке католическим святым Франциском Ассизским. «Не причинять страданий собратьям нашим меньшим – наш первый долг перед ними. Но одного лишь этого недостаточно. У нас есть более высокая миссия – служить им всегда, когда бы им этого не потребовалось!».

Так, в Швейцарии потенциальный хозяин собаки обязан пройти курс обучения прежде, чем ему доверят воспитание живого существа. Или возьмем еще один действенный превентивный метод – налог на содержание. В ЕС сумма налога зависит от размера собаки (кроме того, нужно будет доплатить страховку на случай нападения животного на человека). В Германии такой налог – 150 евро за первую собаку и 300 – за вторую. За бойцовую собаку гражданин заплатит уже 650 евро. Кстати, на стерилизованных питомцев налог будет ниже: если собаку выкинут из дома, то она после себя не оставит беспризорного потомства.

Впрочем, нужно сказать, что собак там не выкидывают – в 22 странах Старого света запрещено бросать свое животное. Брошенную собаку идентифицируют по чипу или по татуировке и хозяину вкатят большой штраф. В Люксембурге штраф за отказ от животного может достичь 200 000 евро (как вариант – тюремный срок до 3 лет), в Австрии за выброшенного щенка хозяин заплатит до 15 000 евро, в Германии – 25 000.

Так что во многих развитых странах мира, в тридцатку которых мы «входим» много лет подряд, собаки (или кошки, или морские свинки, или кролики) имеют настоящий правовой статус, который их оберегает. И нарушение их прав (издевательства или лишение дома) карается либо деньгами, либо лишением свободы. Мало того, не так давно католическая церковь стараниями папы Иоанны Павла II признала у собак душу, и им разрешили заходить в храм.

В Новой Зеландии, Бенилюксе, Германии и других странах пошли еще дальше: признали, что животные являются разумными существами, способными испытывать чувства. В Италии уже который год в начальной школе дети учатся обращению с животными вместе с волонтерами зоозащитных организаций. Также там существует телефонный «зеленый номер», по которому можно обратиться за помощью брошенным или пострадавшим в ДТП животным. В Великобритании парламент наделил правами и свободами 7 миллионов собак, 8 миллионов котов, 650 тысяч лошадей, 2 миллиона кроликов и неопределенное число домашних птиц.

Заметьте, я ни слова не говорю о собачьих или кошачьих приютах, как методе гуманного отношения к живности. Потому что наличие таких приютов отражает наличие проблемы брошенных животных. Я говорю о тех мерах, при которых приюты становятся не нужны.

И вот еще одна характерная деталь. Ни в одной стране, где с популяцией бездомных животных борются путем отстрела или усыпления (Казахстан, Албания, Армения, Азербайджан, Молдова, Украина и т.д.), число бездомных собак остается неизменным либо растет. Так говорится в исследовании, проведенном Всемирным обществом защиты животных (WSPA) и Королевским обществом предотвращения жестокого обращения с животными (RSPCA).

Вывод этого исследования таков. Ни тотальная зачистка населенных пунктов от собак, ни гуманный отлов с пожизненным содержанием в приюте проблему не решают. Необходима «последовательная многосторонняя и скоординированная общегосударственная программа, которой следуют на протяжении значительного времени. Такая программа должна включать обучение владельцев животных, управление городской средой, принудительную регистрацию собак, контроль за разведением и продажей. Все эти элементы должны поддерживаться строгим законодательством». Усилий какой-либо отдельной организации недостаточно. Это мы видим у нас в Казахстане, где несколько зоозащитных организаций воюют против системы, но ничего сделать не могут…

По традиции я заканчиваю материал афоризмом. На сей раз его автор талантливый американский журналист Норман Казинс. Он сказал: «Человек способен как на огромное сострадание, так и на чудовищное равнодушие. И в его полной власти взрастить в своем сердце первое и искоренить второе. И нет ничего сильнее, чем поступок человека по велению его совести».

Казахстан. Евросоюз > Экология > dknews.kz, 15 марта 2018 > № 2530151 Андрей Зубов


Россия > Агропром. Экология > agronews.ru, 13 марта 2018 > № 2525753 Сергей Сорокоумов

Комментарий. «Теперь мы ждем инициативы от бизнеса».

В январе 2018 года на заседании Правительства РФ был одобрен законопроект «О производстве органической продукции», сейчас документ находится на рассмотрении в Госдуме и будет принят в ближайшее время. Этот законопроект прошел путь от отрицания понятия «органика» и полного незнания этой сферы сельского хозяйства, до ситуации, когда и производители, и потребители хотят развития органического производства. О том, чего стоит ждать рынку с принятием закона об органическом сельхозпроизводстве, рассказывает Сергей СОРОКОУМОВ, советник министра сельского хозяйства, один из авторов и инициаторов законопроекта.

Зачем принимается закон об органическом сельскохозяйственном производстве, каковы главные цели этого законодательного акта?

— Ответ лежит в практической плоскости. Более чем в 170 странах мира производство органики нормативно определено. Существуют правила и само понятие, что такое органический продукт. В России такого понятия не существует. Поэтому мы обязаны были ввести в оборот термин, что такое органический продукт.

Сейчас на полках у нас чего только нет! Есть пометки «эко», «био», «фермерский продукт», «крестьянский продукт» и так далее. Но чем фермерский продукт отличается от крестьянского, органика от биодинамического продукта, эко от био и так далее — никто не знает. Это просто маркетинг. А теперь наконец появятся четкие определения. Потребитель будет знать, что органический продукт — это продукт, произведенный без химии, пестицидов, ядохимикатов, гормонов роста и так далее. Закон определит принципы органического производства.

Второй важный момент. Закон введет запрет на безосновательную маркировку продукта. Если продукт маркируется как органический — это должно быть объяснено и подтверждено. За введение в заблуждение потребителя предполагается административная ответственность, вплоть до изъятия товара из оборота. Такая возможность действует уже сейчас, но без законодательного утверждения принципов органического производства и требований к органическому продукту наложить какие-то санкции пока невозможно. Эта возможность появится с утверждением закона об органике.

Вообще, этот закон нужен в первую очередь для потребителя, чтобы его не обманывали, не использовали маркетинг в ложных целях и так далее. Это прежде всего потребительский закон. Для покупателей нужны правильные термины. Например, чем отличается лекарственное средство от БАД? В законе это прописано. Теперь такие же точные формулировки будут и для органических продуктов. А пока закона нет, создается поле для обмана.

Кто были основные разработчики законопроекта, кто вам оказывал активную помощь?

— Первым человеком, который поддержал идею создания такого закона, была депутат Госдумы Надежда Школкина. Это было еще на заре разработки законопроекта, в 2011 году. Второй важный человек в этой работе — Александр Петриков, доктор экономических наук, академик РАН, в то время он был замминистра сельского хозяйства, сегодня он возглавляет филиал Института экономики сельского хозяйства. Это GR-поддержка законопроекта.

Безусловно, было важно получить помощь и практиков. Во время разработки законопроекта сформировалось бизнес-сообщество, которое до этого было разрознено. Появились два союза — Национальный органический союз и Союз органического земледелия. Я идеолог и технолог, не практик. Я не понимаю тонкостей, как, например, использовать какие-то биологические средства лечения животных и так далее. Это знают практики, которые используют такие технологии в реальной жизни. И нам очень помогла их поддержка, знания.

Главным практиком в этой сфере, конечно же, является исполнительный директор Национального Органического Союза Олег Мироненко, который давно развивает органическое сельхозпроизводство в России, способствует развитию этой сферы. Большую роль сыграли и такие специалисты, как Илья Калеткин, директор компании «Аривера», которая является членом НОС, Анатолий Накаряков, руководитель компании «Савинская нива», это Союз производителей органической продукции Кубани, это Ольга Ратникова, руководитель компании Hipp, и так далее. Они знают все тонкости с практической точки зрения, нюансы применения органики. Поэтому они являлись главными экспертами в подготовке законопроекта. Без контакта с производителями любой нормативный акт обречен на неудачу. Мы всегда консультировались, дискутировали. В чем-то мы находим понимание, в чем-то нет, ищем компромиссы. Они защищают бизнес, мы систему. Но главное, что у нас нет расхождения в принципах органического земледелия.

Как закон об органическом сельском хозяйстве повлияет на дальнейшее развитие органического рынка России?

— С одной стороны, любые правила, любой порядок всегда приводят к тому, что мы делим рынок на правильный и неправильный. Рынок, конечно, сузится за счет того, что на нем не будет фальсификата. С другой стороны, любое нормативное регулирование потребует нормативных процедур – контроля, подтверждения документов и так далее. На компании это ляжет административным бременем.

Но главное для нас — потребитель и его права. Поэтому мы осознанно идем на то, что органический рынок с принятием этого закона в той или иной степени сузится, но это важно, чтобы бизнес привык к правилам. Люди хотят получать натуральный чистый продукт. За этим они и идут на рынок, в магазин. Поэтому и хотят покупать органический продукт – пытаются найти безопасную, экологически чистую продукцию. Но пока, по факту, не всегда находят, верят словам. Сейчас на рынке работает принцип «ничего не запрещено, все разрешено». А когда будет работать закон, будет официальная маркировка продукта.

Органика развивается и сейчас, но без правил. Кто-то на гидропонике развивает огурцы в теплице и считает их органическими. А это неправильно. С появлением четких принципов легче будет всем. Уйдут с рынка нерадивые конкуренты. Когда защита потребителя идет в законном русле, то это удобнее. Все, что не соответствует принципам органического производства, уйдет с рынка, и это расчистит поле. Добросовестный производитель сможет производить органический товар и продавать его в соответствии с требованиями.

Как вы видите дальнейшее развитие законодательной базы по органике?

— Сейчас пока создана только основа. Нынешний закон, который мы разработали, создает систему: правила и принципы, даже, скорее, контуры правил. В целом эти правила определены в Национальных стандартах, их сейчас 4. Но нужна дальнейшая работа. Например, нет стандарта по сбору дикоросов. Или, к примеру, есть общие основные принципы работы в пчеловодстве, но нет законодательных деталей в этой сфере. И этим стоит заняться.

Нужно еще и разрабатывать технологии. Это еще одна больная проблема. Ведь органическое производство, как и любое, требует применения удобрений, средств защиты – но мы не можем использовать химию, а только натуральные средства, а их практически нет. Значит, нужны созданные и апробированные средства и технологии их применения. Такая же ситуация в борьбе и профилактике болезней животных в органике – здесь тоже требуются новые разработки. Эти средства должны производиться в соответствии с правилами органического производства. И такая работа уже ведется в мире, но ее нужно адаптировать к российскому климату и действительности. И это не один день.

Для четкой работы нового закона на практике понадобится и сертификация производителей органической продукции. Есть опасения производителей, что, мол, это будет невозможно осуществить вовремя и быстро, что это миф. Но я не соглашусь с этим. Совсем недавно компания «Органик Эксперт», член НОС, получила первую аккредитацию в Росаккредитации как сертификатор органического производства. Да, это непросто, в ходе аккредитации высокие требования предъявляются к специалистам, нужно наличие опыта и квалификации. Эту компанию аккредитовывали 9 месяцев. И для Росаккредитации это тоже был первый опыт работы. Мы вместе разрабатывали методику, требования. Это не российская придумка, это адаптированный аналог европейского опыта, а у Европы уже более чем 25-летний опыт применения принципов производства органической продукции. Мы не пошли по принципу «мы наш, мы новый мир построим», мы взяли уже существующий опыт, и это правильно. Так что ничего нового для аккредитации сертификаторов или для самой сертификации не будет, и в этом не будет сложностей. Это был наш принципиальный подход. Процедура понятна, доступна, открыта. Да, она займет время, но это нормально.

Какого вы ждете участия профессионального сообщества, например, в лице Национального органического союза, в дальнейшем развитии органического рынка после принятия закона?

— Власть являлась инициатором объединения профессиональных сообществ, консолидации компаний, разработки законопроекта. Но теперь, когда бизнес уже консолидирован, мяч на стороне бизнеса. Теперь бизнес должен подсказывать власти, что нужно делать. И мы ждем участия бизнеса и его инициатив. Мир уже живет по этим принципам.

И мы ждем от НОС и других объединений, чтобы они инициировали разработку и принятие нормативных актов, а власть в лице Минсельхоза поддержит эти инициативы. Например, сейчас очень нужна разработка принципов органического производства по дикоросам. Или, к примеру, нам нужна обратная связь от союзов и ассоциаций о работе Росстандарта, Росаккредитации, Роспотребнадзора, чтобы знать, что нужно сделать для большей эффективности их работы с органическим сектором. Власть сейчас открыта для диалога, и мы призываем бизнес к участию в нем, даже к инициации процесса.

Теперь, господа бизнесмены и производители, ваша очередь. Работайте, помогайте, инициируйте, укажите на наши ошибки, скорректируйте нас.

Россия > Агропром. Экология > agronews.ru, 13 марта 2018 > № 2525753 Сергей Сорокоумов


Россия > Экология > gazeta.ru, 12 марта 2018 > № 2524674 Георгий Бовт

Как превратить страну в помойку

Георгий Бовт о том, почему мы загадили мусором собственную страну

Многие обыватели сами ежедневно способствуют тому, чтобы превратить страну, где они живут, в одну большую помойку. Не только власти в этом виноваты, и не только «мусорная мафия», превратившая свалки в бизнес, «кормящая с руки» чиновников, покрывающих нарушения и убивающая журналистов, которые вдруг осмелятся об этих нарушениях написать.

Всякий, кто путешествовал по России, знает: так называемые места массового отдыха граждан – это почти всегда неизменно помойка. Вот граждане изволили пожарить шашлычков – и сразу видно, чем они их запивали, что было на «гарнир» и в каких целлофановых пакетах они все это принесли. Другие граждане, придя на то же место, сядут практически в эту же помойку, нимало не смущаясь. А окончив свой пикник на обочине, не станут, как правило (есть, есть исключения), себя утруждать тем, чтобы захватить свой мусор с собой. Побывав в последнее время не в одном национальном парке (куда, в отличие от заповедника, въезд разрешен), могу засвидетельствовать, что по уровню свинства среднестатистический «любитель природы» ничем не лучше того, кто выбрасывает бутылки и прочий мусор прямо в окно своего автомобиля, отчего все наши обочины – это тоже одна сплошная помойка. Спасибо «рабам-гастарбайтерам», которые по весне собирают все это в мешки, которые потом увозят куда-то на очередной полигон.

Если бы не работники национальных парков (с их нищенской зарплатой), собирающие мусор за посетителями (часто под их насмешки), то эти парки превратились бы в такие же помойки, какие есть непременно вокруг чуть ли не каждого малого и среднего населенного пункта, вокруг каждой деревни. В том же Подмосковье, несмотря на то, что всевозможные садоводческие товарищества теперь обязали заключать договоры на вывоз мусора, проблема до конца не решена. Чему свидетельства – оставленные на автобусных остановках мусорные пакеты. Выбросить их некуда, а вести с собой в Москву не всем хочется.

Только зарегистрированных в стране — около 4 тыс. свалок, — они сегодня заполнены более чем на 90%. Площадь мусорных полигонов (только легальных) составляет почти 600 кв. км при слое в 25 метров и увеличивается на 0,4 млн га в год.

Страна у нас большая, так что кажется, что в ней еще гадить и гадить. Сбор и утилизация мусора не может быть нашей «национальной идеей», мы слишком «великая нация» для этого. Поэтому очищать наш сплошь загаженный промышленным отходами Север мы наймем японцев, им будет «не в падлу». По переработке мусора Россия находится на уровне стран Третьего мира. По уровню отношения властей и простых граждан к этой проблеме – примерно там же.

Граждане не восстанут до тех пор, пока им в буквальном смысле станет нечем дышать в собственной квартире, которую они купили уже с видом на свалку под обещания застройщика тут все скоро облагородить (так было в стремительно застраивающейся Балашихе, когда возмущение горожан заставило вмешаться президента). В обывательском сознании «экологи» — это нечто среднее между «пятой колонной» и откровенными подрывными элементами, которые непременно «за иностранное бабло» мешают нашим капитанам индустрии поднимать страну с колен.

При этом Москва и Петербург несравненно чище и опрятнее (если говорить о центральных районах городов), чем Париж, Рим и тем более Нью-Йорк. Тем разительнее их контраст с остальной страной.

В России накоплено уже более 31 млрд тонн неутилизированных бытовых отходов, а всех – более 100 млрд тонн. Каждый гражданин страны «производит» мусора примерно 400 кг в год, из них 150 кг пластмасс, более центнера макулатуры и более тысячи бутылок. Одних только батареек накапливается каждый год 15 тыс. тонн. Их почти не утилизируют. (В Европе уровень их утилизации - 30–45%, в США — около 60%, в Австралии — около 80%). Как и ртутные «энергосберегающие» лампы, которые массово повелел внедрять еще президент Медведев, но ни он, ни он же в виде премьера проблему их утилизации так и не осилил. То есть, теоретически, в Москве вы можете сделать это через управляющую компанию. Если очень захотите и приложите немало к тому усилий. Но я еще нигде не видел, чтобы это работало как система.

Вторичной переработке в России подвергается не более 5% бытовых отходов. В США (тоже большая страна) – 45% (еще 13% мусора сжигается для получения тепла и электроэнергии), в Европе – в среднем более 50%. У нас мусороперерабатывающих заводов – менее 250, сортировочных – полсотни, мусоросжигающих – 10. Заводов полного цикла нет ни одного. Вокруг мусоросжигательных заводов много шумных споров. Экологи говорят, что они страшно вредные, власти чаще всего идут навстречу экологам именно в этом вопросе, и за такой «сговорчивостью» можно легко заподозрить коррупционный интерес. «Наварить бабла» на мутном бизнесе вокруг мусорных полигонов, где объемы и нормативы учитываются плохо, а «левый мусор» за деньги принять проще простого, куда легче. К тому же строить современные заводы (в том числе мусоросжигательные с полным циклом очистки) – это десятки миллионов долларов каждый. Проще и дешевле «гадить под себя». Примерно аналогичным образом «мусорной мафией» были отсечены все иностранные инвесторы, которые собирались было строить мусороперерабатывающие заводы в нашей стране (один, вы будете смеяться, в пораженном коррупцией Дагестане, который сейчас сам подвергается глубокой «переработке» под руководством врио главы региона Владимира Васильева).

В ряде регионов доля несанкционированных свалок достигает 40-50%. И на этом наживаются вполне конкретные люди. Муниципальные власти просто не могут не быть в доле. Ради любопытства задайте в поисковике «вывоз мусора». Вы получите десятки предложений, большинство которых будут связаны именно с нелегальным бизнесом. Размаху которого позавидует любая неаполитанская мафия.

В Европе работают десятки заводов по переработке мусора, в том числе по его сжиганию. В Германии, где уровень экологического сознания повыше нашего будет и где «зеленые» в том числе входили в состав правящих коалиций, таких около сотни. Другое дело что такие технологии требуют и «немецкой дисциплины» в соблюдении стандартов (60-70% стоимости таких заводов – это система очистки), поддержания температуры сжигания и пр. Если посмотреть на контингент занятых в нашей «мусорной отрасли», сразу же возникнут большие сомнения в том, что эти люди способны на такой дисциплинарный подвиг. Кстати, вонь в Волоколамске вследствие прорыва разных вредных газов из-под слоя мусора – это прямое следствие несоблюдения правил захоронения на открытых полигонах, которые куда проще, чем при сжигании.

Швеция пошла дальше Германии. Там на полигоны свозят лишь 4% всего мусора! Зато чуть ли в каждом муниципалитете есть своя ТЭЦ по его сжиганию (всего таких ТЭЦ в стране не менее 30), все вместе они производят электроэнергии, достаточной для отопления почти 1 млн домов и обеспечения электричеством около 260 тыс. домохозяйств. Своего мусора шведам не хватает, они закупают его у соседних стран. Американцы ровно так же до недавних пор экспортировали 40% своего мусора в Китай, где из него, перерабатывая, производили разные товары. Однако теперь китайцы, борясь за экологию в своей стране (там с этим делом ситуация куда хуже нашей, особенно в крупных городах, по причине перенаселенности) не хотят больше закупать американский мусор в таких объемах, что составит большую проблему для США. Дело в том, что вторичная переработка сырья, особенно при низких ценах на нефть (особенно пластика), либо балансирует на грани рентабельности, либо убыточна, что делает ее зависимой от государственных дотаций.

У нас пока еще только планируют строить современные мусоросжигательные заводы (в Подмосковье, Татарстане и Крыму, где мусор, которым полуостров давно уже просто зарос, уж точно девать некуда), однако по объемам переработки они останутся каплей в мусорном море еще не одно десятилетие. Мы и в этом катастрофически отстаем. Разве что в Татарстане планируется уменьшить к 2025 году объем захораниваемого на полигонах мусора до нуля. В Подмосковье – лишь на треть к тому же сроку, притом, что объемы производимого мусора возрастают каждый год.

Наконец, в нашей стране эффективной вторичной переработке мусора мешает дремучее состояние экологической «сознательности» граждан. Никакой социальной рекламы на этот счет нигде нет (на тему раздельного сбора мусора особенно нет). Экология как тема практически отсутствует в общественном дискурсе. Между тем, без раздельного сбора утилизация в виде вторичной переработки однозначно становится убыточной. В крупных городах, включая «просвещенную Москву», были неоднократные попытки наладить раздельный сбор мусора. Все они пока что благополучно провалились.

Гражданам лень отделять пластик от бумаги, а органические отходы от прочих. Они считают ниже своего достоинства в тех немногочисленных случаях, когда даже и стоят разные контейнеры для разного мусора, шевелить мозгами на предмет того, что куда кидать. А часто просто ведут себя по отношению к этим робким усилиям «сепарации» как вандалы, как дикари.

Они по-прежнему исходят из того, что страна у нас большая и на наш век хватит. Они по-прежнему ведут себя так, как будто они тут вообще проездом. Жизненным транзитом. Как кочевники или временные оккупанты, которые, загадив одно место, переедут на чистое. Или, как говаривал классик сатиры Михаил Жванецкий, «не нравится тебе запах – отойди». Вот только отойти уже — некуда. Вонь и помойка обступили со всех сторон. В общем, велика Россия, а мусор сваливать уже некуда.

Россия > Экология > gazeta.ru, 12 марта 2018 > № 2524674 Георгий Бовт


Россия > Экология > mnr.gov.ru, 5 марта 2018 > № 2521093 Сергей Донской

«За 10 лет почти на 50% вырос объём образования отходов»: глава Минприроды о майнинге, свалках и заботе об экологии

Для майнинга стоит использовать мощности зелёной энергетики. Об этом в интервью RT заявил Министр природных ресурсов и экологии РФ Сергей Донской. Также глава ведомства рассказал, как в стране борются с мусорными полигонами, сколько денег необходимо для ликвидации подмосковных свалок и что делать тем, кто живёт в неблагоприятных экологических условиях.

— В мире, в том числе и в России, стремительно растёт число майнеров. Как известно, в процессе майнинга затрачивается большое количество энергии. Всё чаще высказываются опасения, что экологии может быть нанесён серьёзный вред. Каково ваше мнение на этот счёт?

— При майнинге на самом деле потребляется много энергии. В определённой степени это, конечно, может через выбросы, через парниковые газы иметь определённое влияние на экологию тех регионов, где находятся такие энергетические мощности. Если число майнеров будет расти, соответственно, будут расти и риски.

Мы считаем, что было бы предпочтительнее для производства биткоинов использовать мощности зелёной энергетики, которая имеет меньшие выбросы и, следовательно, меньше влияет на экологию. У этого направления хорошие перспективы в будущем. Что касается нашей страны, то здесь есть довольно большие свободные мощности, например, в Сибири и на Дальнем Востоке.

— Когда вы говорите о свободных мощностях, вы имеете в виду какие-то незадействованные электростанции?

— Свободные мощности, которые используются сейчас, на рынке не представлены. Это перспективное направление, и я уверен, в наших сибирских регионах эта тема сейчас активизируется.

— Поясните, что такое зелёная энергетика...

— Это то, что не использует ископаемое топливо: уголь, мазут. Солнечная и ветряная энергетика, а также энергетика, которая получается за счёт термической обработки отходов. Я думаю, у нас народ достаточно талантливый, и все свободные мощности будут задействованы, в том числе и для майнинга.

— В последнее время широко обсуждается тема мусорных полигонов. Что сейчас делается, чтобы сократить число свалок в стране и минимизировать вред, который они наносят природе?

— Тема отходов очень актуальна.

За последние десять лет почти на 50% вырос объём образования отходов. Это серьёзная цифра, которая показывает, что экономическое развитие страны даёт такой побочный эффект.

Отходы необходимо утилизировать, использовать или захоранивать. На сегодняшний день в основном у нас отходы захораниваются. Это наносит существенный вред экологии. Поэтому мы ставим перед собой задачу всё-таки запустить отрасль по вторичной переработке отходов и использованию сырья, которое получается за счёт переработки, в экономике для производства товаров. Это эффективный и цивилизованный способ. Чтобы реализовать его, сейчас внедряется новая система отходов.

— В чём суть этого нововведения?

— Минэкологии, Минпромторг и Минстрой России совместно работают над тем, чтобы запустить новую систему обращения с отходами. Она должна быть с 2019 года активно внедрена всеми регионами. В прошлом году был дополнительно принят закон, который уточнял вопросы, связанные с раздельным сбором отходов, вторичной переработкой и утилизацией отходов. Регионы, учитывая свою специфику, подготовили схемы по обороту отходов. 85 таких схем уже согласовано Росприроднадзором. Каждый регион также должен до конца года выбрать для себя регионального оператора, который будет отвечать за всю схему оборота отходов, подготовить территориальные схемы в области обращения с отходами и предоставить инвестиционные программы.

— Сколько сейчас в России проблемных свалок? Какой период времени может понадобиться на то, чтобы полностью их ликвидировать?

— Сейчас формируется реестр таких полигонов. Это не только свалки, но и, например, заброшенные производственные цеха. Как пример приведу Байкальский целлюлозный комбинат, который был закрыт в 2013 году, и там необходимо провести все рекультивационные работы и ликвидировать производственные цеха, которые остались. На сегодняшний день более 70 таких объектов будет внесено в реестр. Общий объём — более 140 млн тонн. Понятно, что по мере того, как туда будут вноситься новые объекты, список расширится. Поэтому регионам необходимо активнее вносить в реестр объекты, чтобы мы могли оценивать объём работы, которую предстоит сделать. Сейчас наша задача провести всю необходимую инвентаризацию этих объектов и приступить к их ликвидации. Для этого подготовлен и уже реализуется приоритетный проект «Чистая страна». В прошлом году впервые этот проект начал реализовываться. Было ликвидировано 25 объектов: свалки, нерекультивированные объекты горного производства, промышленные объекты. Мы планируем в ближайшие десять лет провести всю основную работу.

— Если исходить из тех 70 свалок, которые уже внесены в реестр, какой объём финансирования понадобится для их ликвидации?

— На ликвидацию 25 объектов из этого списка из бюджета было выделено более 5 млрд. Но эта сумма год от года будет меняться в зависимости от количества объектов и от бюджетного финансирования, запланированного на год.

— Во сколько государству обходится ликвидация одной свалки?

— Суммы очень разные. Если взять Подмосковье, ликвидация крупного полигона стоит 4 млрд рублей. Всё зависит от сложности и от того, какая задача стоит: полностью ликвидировать свалку или законсервировать, убрав наиболее опасные отходы. В каждом отдельном случае делается оценка и готовится соответствующий проект, который оценивается в сотни миллионов рублей.

— В Госдуме обсуждается законопроект о блокировке живодёрского контента. Как вы считаете, нужно ли ужесточать наказание за видео с истязаниями животных?

— Конечно, мы выступаем резко против такого контента. Эта тема требует совершенствования законодательства. В своё время совместно с МВД мы подготовили изменения, которые ужесточают ответственность за производство подобного контента и использование интернета для торговли редкими животными. Уже сейчас некоторые получают сроки за производство и размещение живодёрского видео, но пока это довольно сложно, так как законодательно не урегулированы некоторые моменты. Новые законы сделают привлечение к ответственности более последовательным и неотвратимым.

— Как, по вашему мнению, следует прививать школьникам уважение к экологии? И возможно ли сделать занятия по экологии увлекательными для подрастающего поколения?

— 2017 год был объявлен Годом экологии и Годом особо охраняемых территорий. В связи с чем проводились различные познавательные мероприятия, в том числе для детей. В некоторых из них я принимал участие. Было видно, что школьникам очень интересна эта тема. Они очень хорошо реагировали, с удовольствием демонстрировали свои работы, связанные с защитой природы, утилизацией и сбором мусора. Конечно, как любое другое занятие, это должно быть красочно и увлекательно. Думаю, через такие мероприятия, через вовлечённость и нужно прививать интерес и уважение к экологии.

— Ранее вы выступали с предложением вернуть в обязательную школьную программу уроки природоведения. Принято ли уже решение по этому вопросу?

— Этим занимаются коллеги из Министерства образования и науки. Пока разрабатываются стандарты, которые мы предлагали, чтобы уроки проводились не только в классе, но и на улице, чтобы ученики могли соприкасаться с природой и видеть воочию всё, что они изучали.

— Недавно Миэкономразвития предупреждало, что любые природные катаклизмы могут негативно сказываться на стоимости продуктов. Как это взаимосвязано?

— Не только на потребителях, не только на продуктах отражаются те опасные метерологические явления, которые случаются ежегодно. По статистике, если брать 2016 год, практически каждое третье из тысячи опасных явлений имело негативное влияние на экономику в целом. Речь идёт о повреждённых сельскохозяйственных посадках и инфраструктуре. Это реальные экономические ущербы, которые увеличиваются год от года, потому что количество негативных природных явлений, как показывает нам статистика, также растёт.

Поэтому одно из предложений, которые мы делали, — внесение соответствующих правил при градостроительстве. То есть в строительную документацию необходимо вносить упреждающие стандарты, которые бы позволяли возводить инфраструктуру таким образом, чтобы негативные последствия от возможных катаклизмов сводились к минимуму. Например, нельзя строить дома там, где разрушительные природные явления происходят регулярно. Это обязательно должен быть регулирующий документ, который определял бы, каким образом в дальнейшем вести строительство в городах, особенно подверженных негативным природным явлениям.

— Согласно экологическому рейтингу за 2017 год, составленному общественной организацией «Зелёный патруль», самая благоприятная экологическая обстановка — в Тамбовской области, самая плохая — в Челябинской области. Как вы считаете, насколько подобные рейтинги отражают реальную картину?

— Таких рейтингов множество. Каждый из них имеет определённое направление. Оценивается или экологическая обстановка, или действия местных властей. К созданию своего рейтинга в прошлом году мы привлекли общественников из ОНФ, чтобы под их надзором результаты получились максимально объективными. Они внимательно изучали данные, которые были в основе расчётов по каждому региону. И перед нами изначально стояла задача провести работу максимально открыто, чтобы получить реальную экологическую картину страны.

— Какие указания были даны аутсайдерам рейтинга?

— Необходимо в полной мере включиться в решение тех проблем, которые существуют. Везде своя специфика, но важная сфера для всех — работа с производствами. Особенно, когда мы говорим о производствах, имеющих негативное влияние на окружающую среду, следует внедрять экологические технологии. С 2019 года все основные загрязнители в нашей стране должны будут внедрять НДТ — наилучшие доступные технологии. Также один из ключевых загрязнителей у нас — транспорт. В этом направлении региональным властям надо активно вести работу.

— А как вести себя местным жителям? Стоит ли покидать неблагоприятные с экологической точки зрения регионы?

— Жители могут активно участвовать в улучшении экологической обстановки. Организовывать раздельный сбор мусора на своих территориях. Это поможет уменьшить объёмы захораниваемых отходов, ведь раздельный сбор направлен на то, чтобы сырьё вовлекалось во вторичный оборот. Жители также могут стремиться использовать экологически чистый транспорт.

— Вы выступали за запрет на использование полиэтиленовых пакетов и пластиковой посуды в природных зонах, национальных парках России. Когда его могут ввести?

— Мы стараемся внедрять это на наших особо охраняемых природных территориях, в заповедниках, в национальных парках. Проводятся образовательные акции. Где-то коллеги используют такой подход, как обмен пластиковых — на бумажные или на многоразовую посуду. Например, в Красноярске, в заповеднике «Столбы» проводятся такие акции. В национальном парке «Таганай», в Керженском заповеднике, в других национальных парках. Это не запреты, а воспитание у людей правильного отношения к отдыху на природе. Также одна из ключевых задач — создание инфраструктуры для сбора мусора, в том числе и раздельного. Должны внедряться специальные зоны, где люди смогут без ущерба для природы остановиться и перекусить.

— Планируется ли вводить штрафы за пронос на охраняемые природные территории пластика?

— За то, что ты просто принёс, нет. Но за то, что ты выбросил или устроил свалку, штрафы уже предусмотрены. За тем, чтобы люди после отдыха убирали за собой, внимательно следят сотрудники особо охраняемых природных территорий.

— В прошлом году на природоохраняемые проекты было потрачено 105 млрд рублей. Хватает ли такого объёма финансирования?

— Мы говорим о суммах, которые выделяет государство. Но нужно отметить, что и частный бизнес сейчас тоже вынужден много тратить на внедрение экологически чистых технологий. Согласно закону, они должны провести экологическую модернизацию. Из-за этого объём финансирования будет расти. В прошлом году мы заключили с рядом предприятий более 60 соглашений примерно на 500 млрд рублей, которые будут затрачены в течение нескольких лет.

Россия > Экология > mnr.gov.ru, 5 марта 2018 > № 2521093 Сергей Донской


Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Транспорт. Экология > snob.ru, 28 февраля 2018 > № 2519376 Михаил Блинкин

«Уберите сами». Как крупным городам справиться со снежными заносами

Михаил Блинкин

Эта зима стала одной из самых снежных в истории Москвы, утверждает мэрия. Директор Института экономики транспорта и транспортной политики Высшей школы экономики Михаил Блинкин рассказал, как город может бороться со снегом и почему от этой проблемы не избавиться, не решив проблему парковки

Зимняя картина, типичная для московских дворов: неубранный снег, дворовые проезды и тротуары, плотно заставленные автомобилями, многие из которых давно превратились в сугробы. Возмущению жителей нет пределов: почему никто не убирает снег, какая сволочь завалила проход к моему автомобилю, ну и все такое прочее.

По поводу уборки снега я всегда ссылаюсь на героя романа Артура Хейли «Аэропорт»: «Никто не покупает снегоочистители в расчете на чрезвычайную ситуацию — никто, у кого есть хоть крупица здравого смысла. Приобретается экономически рентабельное, оптимальное количество, а затем в особых, чрезвычайных случаях в ход пускают весь наличный инвентарь и выжимают из него все, что он может дать».

«Наличного инвентаря», которым располагает Москва, хватает на своевременную уборку магистральной уличной сети даже в «чрезвычайных ситуациях». Для неотложной уборки межквартальных и междомовых проездов, тем более дворов муниципального «инвентаря» не хватает всегда и везде. В том числе в самых благополучных и благоустроенных городах мира, где механизированную уборку снега не затрудняют стада намертво припаркованных автомобилей.

Единственное лекарство от этой болезни называется public participation — общественное участие. Или, попросту говоря, передача спасения утопающих в руки самих утопающих.

На противоположном берегу Атлантики мне довелось как-то наблюдать любопытную картину. В сильный снегопад джентльмены на больших джипах подъезжали к муниципальной конторе для получения съемного снегоуборочного инвентаря и отравлялись на уборку местных проездов. Никто из них не выходил на эту дворницкую работу ради заработка. Мотивом к волонтерству такого рода является (пафосно говоря!) моральная поддержка городского сообщества.

Пару лет назад эту историю пересказал с моих слов в эфире высокопоставленный региональный чиновник. Возмущенная реакция общественности была единогласной и громоподобной: «Начальство вконец обнаглело! Самим чистить снег?! Ни за что и никогда!»

Впрочем, самые упертые автомобилисты снег все-таки чистят. Они, как правило, сначала прокладывают тропку к передней дверце, затем заводят двигатель и уже не торопясь продолжают откапывать и отчищать от снега свое транспортное средство. Все это время двигатель продолжает работать прямо под соседскими окнами. Снег с одного места перебрасывается на другое, полчаса как расчищенное соседом. Все это не становится основанием для возмущенной реакции общественности. Так сказать, все свои; потерпим.

Давайте теперь вообразим себе бесснежную зиму, как бы «сотрем случайные черты». И давайте посмотрим, будет ли наш мир прекрасен.

Простейший расчет иллюстрирует суть дела. Согласно московским РНГП(региональные нормативы градостроительного проектирования. — Прим. ред.)в многоэтажном паркинге с автономным въездом/выездом на один автомобиль положено 40 квадратных метров. Согласно статистике UN-Habitat на одного российского горожанина приходится порядка 20 квадратных метров общей площади. То есть вдвое меньше, чем на 1 автомобиль.

Допустим, что вы живете в 12-этажном доме и на троих жильцов приходится один автомобиль. Если вы захотите освободить придомовое пространство от автомобилей, то вам понадобится фантастический 8-этажный подземный паркинг, который никто и никогда в жилом доме экономкласса не построит.

В более мягких предположениях мы согласимся предоставить для парковки всю придомовую территорию за исключением тротуаров и пожарных проездов. Тогда нам понадобится всего лишь «скромный» 4-этажный подземный паркинг. Понятно, что и такой вариант из области фантастики.

На самом деле нам придется размещать почти все автомобили под окнами: два колеса на тротуаре или на газоне, еще два – во всех мыслимых междомовых и дворовых проездах. В сущности, на таком автомобильном лежбище мы с вами и живем, как зимой, так и летом.

Вы спросите, как же решают эту задачу в иных городах мира? Отвечу, что в иных городах у той же задачи были совсем другие начальные условия.

К примеру, на одного американского или канадского горожанина приходится в среднем порядка 80 квадратных метров общей площади, то есть вдвое больше, чем на 1 автомобиль. При этом 12- и более этажная многоквартирная башня вовсе не является типичным местом жительства для «ежедневных автомобилистов»; большинство из них обитает в пригородных односемейных домах со встроенным гаражом и просторным фронтъярдом. Как пишут в книгах по истории автомобилизации, американец приобрел собственную спальню одновременно с первым собственным автомобилем.

В процессе российской массовой автомобилизации 1990–2010 гг. ничего подобного не случилось. Между тем собственный автомобиль совместим с малогабаритным городским жильем гораздо хуже собственного концертного рояля: от рояля вам во всех случаях придется отказаться в пользу скромной «музыкальной клавиатуры»; для размещения автомобиля, от которого вы не откажетесь, вам понадобится сугубо нескромный самозахват общественного пространства.

Джоэл Гарро — автор знаменитой книги Edge City — с грустью констатировал, что «парковка стала ключевым фактором, определяющим жизнь человека, по крайней мере, начиная с VII до н. э.» и что «спустя 2700 лет парковка по-прежнему остается стержнем урбанизма и цивилизации». Как известно, в VII до н. э. царь Синахериб воспретил практику самозахватов общественного пространства, распорядившись рубить голову каждому, чей неправильно припаркованный экипаж затруднит проезд по «Царской дороге».

2700 лет спустя городские власти наиболее тесных городов мира регулируют ту же проблему не менее радикальным образом: автомобиль получает право на существование в городе (то есть номер госрегистрации) не раньше, чем его владелец подтвердит наличие легального места для резидентного размещения своего движимого имущества. Этим нехитрым (далеко не единственным!) способом регулируется соблюдение предельно допустимых норм концентрации автомобилей в городе.

Так что неубранный снег под вашими окнами скорее не создает, а подчеркивает наши реальные городские проблемы: тотальное фрирайдерство, неумение и нежелание договариваться с соседями, неуважение к общественным пространствам. И, как следствие, полное отсутствие общественного согласия по поводу норм владения и пользования автомобилями в нашем очень тесном городе.

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Транспорт. Экология > snob.ru, 28 февраля 2018 > № 2519376 Михаил Блинкин


Россия > Агропром. Экология. СМИ, ИТ > agronews.ru, 27 февраля 2018 > № 2511257 Мила Корсикова

Комментарий. Как создать бренд органической продукции и удержать его.

Предпродажная подготовка, маркетинг, продвижение своей продукции – то, на чем спотыкается большинство мелких и средних сельхозпроизводителей. С органической продукцией еще сложнее, еще нужно доказать, что это настоящая органика. Продажи живут по жестким правилам профессионального маркетинга. Где в нем место органической продукции, произведенной небольшими хозяйствами, скромным бюджетом на рекламу, как сделать свой продукт близким, понятным и привлекательным для покупателей – Союзу органического земледелия отвечает независимый консультант-маркетолог в сфере вывода экологических брендов на рынок, экс-пиар директор сети магазинов «Organica» Мила КОРСИКОВА.

— Федеральный закон об органическом сельском хозяйстве внесен в Государственную Думу. Это новый важный этап в развитии сектора, который означает изменение подхода к созданию, развитию и продвижению эко-брендов в России. Мила, Вы работали в сети магазинов, которая реализует органическую продукцию. Какие российские бренды органической продукции Вы можете выделить?

— Реально брендов, которые можно отметить в смысле удачного продвижения, я не нахожу… Как часто Вы слышите о клиентоориентированности? В словаре синонимов к этому слову нет. Если вы делаете то, что нравится людям — они платят. Если вы делаете то, что нравится вам — платите вы. Простая формула успеха, которую не так уж просто реализовать в тематике органической продукции, потому что те, кто пришел в ее производство ради идеи, по практике, проигрывают как бизнес. Чтобы получить свою надбавку за повышенные требования к качеству надо еще и правильно представить продукт, брендировать его. Когда Вы идете на свидание, Вы же стараетесь показать себя с лучшей стороны. Если пойти на свидание в трениках и рваных тапках, невеста будет вести себя соответствующе.

— К сожалению, большинство фермеров предпочитают отдать свою продукцию дешевле и не заниматься маркетингом вообще.

— Да, трудно определить четкую концепцию брендов, этикетки часто не проработаны, отсутствует предпродажная подготовка, позиционирование — экопродукция и все. Ее обычно отправляют либо в специальные магазины, либо в отдел для диабетиков. Не всегда это является ошибкой или худшей идеей. Но, даже реализуя продукцию через сеть оптовых покупателей, маркетингом заниматься приходится. Оптовый покупатель – такой же покупатель, просто с иными критериями выбора, условиями сделки. Если продукция плохо уходит с полок – объемы закупок снижаются, закупщик начинает искать нового производителя, конкуренты могут демпинговать или предлагать более выгодные условия. В конечном итоге все равно решение за конечным потребителем – нравится ему продукт или нет, проголосует он рублем или выберет других.

— Как сегодня воспринимают органическую продукцию потребители?

— Пора разобраться в этом подробно. Всего 10 лет назад экологичная, а особенно, сертифицированная по евростандартам продукция, была новинкой и желанным эксклюзивом. Что происходит сегодня? Обратная тяга. Маркировка «Эко» и «Органика» — для покупателей может значить еще и «дорого, долго, невкусно, непонятно». Просто «экологичным» и «полезным» быть уже недостаточно. Нужно проложить путь к сердцам покупателей, сделать продукт брендом номер один.

— А как же мода на здоровый образ жизни и правильное питание?

— Такая мода, безусловно, есть. Это узкий сегмент целевой аудитории, который предпочитает ЗОЖ. Сегмент медленно, но растет, и за него сейчас конкурируют большинство эко-марок. У нас есть 10-15 лет до того момента, когда нынешние дети, повально родившиеся с аллергией, целиакией, отсутствием ферментов к белкам молока или мяса, севшей поджелудочной и так далее, вырастут и будут покупать первым делом органику. За это время бренду нужно вырасти и удержать позиции на рынке.

Сейчас основная покупательская способность принадлежит фанатам известного сладкогазированного напитка. Рожденные в СССР, выросшие в 90-е. Для нас импортные шоколадки и чипсы были в детстве праздником. Поэтому сначала — вкусно и интересно, затем уже — полезно и безопасно. Но конкурировать с бюджетами и командами трансконтинентальных корпораций мы не можем, потому что их суть — большая часть оборота на маркетинг. А суть органики — большая часть оборота на производство и качество продукции. Когда я думаю об этом, о сути экологичности, как понятия и как образа жизни… Иногда мне страшно, иногда – радостно. Страшно потому, что людей, которые едят, гораздо больше, чем тех, кто еду выращивает и производит. А радостно потому, что нам открыт доступ к любым продуктам и технологиям из самых закрытых и необычных уголков планеты.

— Как же завоевать внимание и доверие потребителей?

— Люди ищут информацию, хотят знать, но в притягательном, удобном для их типа восприятия формате, понятных для данного способа мышления формулировках. Это люди, которые никому не верят, не доверяют прямой рекламе, навязчивым слоганам и сообщениям. Упаковка важна, но не настолько. Самое важное — возможность найти достоверную информацию об истории продукта или узнать о продукте в формате обучения, новые лица, эксперты, места и события, возможности роста, развитие, личность на первом плане. Забота, уважение — это ценно, но надо уметь их показать, так чтобы увидели, поняли, о чем речь. И этого нет на рынке органической продукции, он для неформалов и тех, кто болеет, к сожалению. Такая репутация пока получается. А должен быть для всех и каждого, в первую очередь, для детей.

— Какие каналы продвижения наиболее эффективны?

— Сегодня одними из самых востребованных для этой задачи каналов продвижения являются визуальные социальные сети YouTube и Instagram. Лучший способ создать доверительные отношения с целевой аудиторией – разговаривать друг с другом. И самая большая сложность. Лучший способ стать лучшими – откровенный разговор, контент в стиле жизни. Но как его создать? Наблюдая огромное количество попыток, успешных и не очень, делая собственные ошибки и достигая успеха, роста продаж, я пришла к простому выводу. Есть всего несколько правил, которые использованы во всех успешных роликах. Несколько этапов продвижения нового контента. И несколько вопросов, на которые обязательно нужно дать ответ. Соблюдая эти простые формулы, вы получите новых людей, которые заинтересованы именно в вашей продукции. Ни упаковка, ни удачное расположение на полке магазина, ни оптовая сеть реализации товара такого эффекта дать не способны. Здесь есть огромное преимущество маленьких компаний, небольших брендов, узких тематик – возможность стать желанным, особенным, своим. Чтобы вас искали, вас ждали, вас любили.

Автор: Союз органического земледелия

Россия > Агропром. Экология. СМИ, ИТ > agronews.ru, 27 февраля 2018 > № 2511257 Мила Корсикова


Россия > Экология. Миграция, виза, туризм > mnr.gov.ru, 19 февраля 2018 > № 2513119 Мурад Керимов

Мурад Керимов: заповедный турпоток в России с 2011 года вырос на 50%

Сегодня заповедники и национальные парки зарабатывают на туристах примерно миллиард рублей в год, однако Минприроды намерено существенно увеличить эту «зеленую» прибыль путем строительства и создания туристической инфраструктуры. Для этого в рамках приоритетного проекта "Дикая природа России: сохранить и увидеть" отобраны 22 заповедные территории. Заместитель министра природных ресурсов и экологии России Мурад Керимов в интервью РИА Новости рассказал, что и где будет строиться, как сохранить сайгаков и северных оленей и какие новые заповедники появятся на карте страны. Беседовал Игорь Ермаченков.

— Каковы итоги прошедшего Года экологии для заповедных территорий?

— Мы много говорили об итогах Года экологии, но 2017 год был объявлен еще и Годом особо охраняемых природных территорий (ООПТ), приуроченным к столетию создания первого заповедника в России, и здесь важно отметить несколько событий. Во-первых, в 2017 году правительством был принят приоритетный проект "Дикая природа России: сохранить и увидеть", главной целью которого является развитие экологического туризма и сохранение редких видов животных. В рамках этого проекта при Минприроды России начал работу информационно-аналитический центр с широким набором функций: от контроля до международного сотрудничества и научной деятельности. Вопрос о необходимости создания такого центра назрел уже давно. На сегодняшний день в российскую систему ООПТ федерального значения входит свыше 240 особо охраняемых природных территорий, в ней работает больше 10 тысяч человек. Основной задачей нового центра является обеспечение эффективного и качественного управления заповедной системой России. Во-вторых, это учреждение новых национальных парков и заповедников. Работа по многим из них была трудной и долгой, но благодаря активной поддержке заповедного сообщества мы с этой задачей справились. Площадь заповедных территорий увеличилась на 0,8 миллиона гектаров.

И, наконец, еще одним важным результатом 2017 года стала возросшая волонтерская активность и формирование в обществе запроса на полевое экологическое просвещение. Более 20 миллионов человек с энтузиазмом участвовало в различных флешмобах, экологических и заповедных уроках, маршах парков и других природоохранных акциях, которые в этом году прошли в каждом заповеднике и национальном парке.

— Сколько сегодня государство тратит на содержание заповедников?

— На содержание федеральных ООПТ в год тратится примерно 6,5 миллиарда рублей. Это минимум, необходимый на содержание штата сотрудников и осуществление охранной и научной деятельности. Сами заповедники и национальные парки зарабатывают еще около миллиарда рублей на экологическом туризме — экскурсиях, реализации сувенирной продукции и так далее. Мы планируем существенно увеличить этот показатель, для этого нужно развивать инфраструктуру, разрабатывать новые туристские продукты, привлекать частные инвестиции.

Я уже упомянул о проекте "Дикая природа России", который был разработан Минприроды и утвержден в апреле прошлого года. Он будет полностью реализовываться за счет внебюджетных источников — это перспективное и интересное направление для бизнеса. Уже определены пилотные территории, где будем обкатывать проект с привлечением инвесторов.

— Куда пойдут инвестиции?

— На строительство, создание и обустройство того, что разрешено законодательством об ООПТ. Это экологические тропы, смотровые площадки, наблюдательные пункты, музеи, визит-центры, туристические стоянки и места отдыха. В национальных парках допускается создание мест туризма и отдыха в границах отведенной рекреационной зоны, а в заповедниках для этих целей выделяются отдельные участки.

Понятно, что в первую очередь бизнесу интересны территории с уже сформированным потоком туристов и прогнозируемой прибылью, поэтому первыми отобраны национальные парки Сочинский, Лосиный остров, Куршская коса, Прибайкальский, Русская Арктика, а также Кавказский и Байкало-Ленский заповедники.

Важно, что проект "Дикая природа России" — это абсолютно новая модель управления, построенная на принципах государственно-частного партнерства и необходимая для гармоничного развития всей системы ООПТ.

— Что будет сделано в этих нацпарках и заповедниках в рамках "Дикой природы России" в этом году?

— Механизм предоставления земельных участков в рекреационных зонах национальных парков уже проработан. Все соглашения о сотрудничестве должны быть заключены к марту 2018 года. Первый этап работ, который можно назвать подготовительным, закончится к июлю, и его главным итогом должно стать согласование комплексных планов по развитию всех территорий, внесенных в перечень пилотов. После этого до конца года с инвесторами должны быть заключены договоры аренды участков, выделенных под развитие территорий. Если планируется строительство, должна быть проведена государственная экологическая экспертиза инфраструктурных объектов. Отмечу, что речь не идет об отдельных постройках, в плане мы хотим увидеть общую картину, которая будет органично вписываться в задачи и стратегию развития нацпарков или заповедников.

В рамках приоритетного проекта в этом году продолжатся также мероприятия по сохранению переднеазиатского и дальневосточного леопарда, лошади Пржевальского, европейского зубра, сайгака и других видов животных.

— Что собираетесь создать в Лосином острове?

— Концепция развития этого национального парка разрабатывается в рамках проекта "Дикая природа России", она предполагает строительство в рекреационной зоне новых вольеров для животных, прокладку экологических троп и тому подобного. Как и в случае с другими пилотными территориями, концепция развития Лосиного острова должна быть утверждена до середины 2018 года.

— Сколько сегодня экотуристов в российских заповедниках и на сколько собираетесь увеличить этот турпоток?

— Если говорить о 22 ООПТ, которые включены в проект "Дикая природа России", то в настоящее время их посещают 2,5 миллиона человек ежегодно. Всего же туристическая активность на заповедных территориях по сравнению с 2011 годом выросла на 50%. В прошлом году около девяти миллионов человек (среди которых не только граждане России, но и иностранные туристы) посетили национальные парки, и еще два миллиона — заповедники.

Рост числа посетителей напрямую зависит от того, в каком состоянии находится инфраструктура на природоохранных территориях и какие рекреационные услуги там можно получить. При этом важно обеспечить баланс между увеличением турпотока и сохранностью природного и культурного наследия на ООПТ.

По итогам этого проекта туристический поток на заповедных территориях к 2021 году должен вырасти до 15 миллионов человек в год, а положительный опыт мы распространим на другие нацпарки.

— Сколько иностранцев в Год экологии посетило Русскую Арктику?

— Арктические острова, несмотря на свою удаленность и труднодоступность, год от года вызывают все больший интерес. В 2017 году там побывало 937 туристов из 36 стран мира. Из них более 450 человек приехали из стран Евросоюза, более 200 туристов — из Китая. Среди посетителей нацпарка в прошлом году были граждане Австралии, Новой Зеландии и даже один турист из ЮАР. Всего за прошедший сезон Русская Арктика приняла у себя 1142 человека.

— Каким образом собираетесь привлекать новых туристов?

— Помимо инфраструктуры в первую очередь нужно сформировать интересный туристский продукт. Чтобы этот вид отдыха стал популярным и массовым, он должен быть доступным, например, можно было бы купить тур в несколько кликов на специальном сайте, посвященном экологическому туризму. В регионах обязательно должны создаваться маршруты и программы, направленные именно на экотуристов, с возможностью посещения памятников природы.

Подобный универсальный сетевой ресурс по посещению ООПТ должен появиться уже к 2019 году. У него будут английская и, возможно, китайская версии. Кроме того, в этом году начнется работа над электронной картой заповедной России, на основе которой будет создано мобильное приложение "Дикая природа России: сохранить и увидеть".

— Развитие турпотока это замечательно, но как одновременно обеспечить сохранение уникальной природы?

— Как показывает опыт многих стран мира, при грамотной организации туризм на ООПТ способствует лучшей охране природы и просвещению граждан. Средства, вырученные от продажи туристических услуг, идут на развитие этих территорий: зарплату сотрудникам, покупку современного оборудования, на научные программы и поддержку инфраструктуры.

Чтобы минимизировать нагрузку на природу, специалисты ООПТ исключают из посещения наиболее уязвимые участки, обустраивают экологические тропы с настилами, мостиками и так далее. Эти меры снижают воздействие на почву, растительность и в то же время позволяют увидеть наиболее интересные места. И, конечно, просветительские программы ООПТ направлены на воспитание у посетителей ответственного отношения к природе.

— Проектом предусматривается также повышение численности редких животных. Похоже, что наиболее угрожающая ситуация складывается с численностью сайгаков, которых уничтожают ради рогов, являющихся якобы лекарством в китайской медицине. Как собираетесь остановить это преступное браконьерство и увеличить численность сайгаков?

— В 2013 году сайгаков включили в перечень особо ценных диких животных, и теперь любая охота на них в нашей стране полностью запрещена и карается уголовной ответственностью. Мониторинг численности животных ведется регулярно, в том числе с помощью беспилотников, особенно тщательно во время появления потомства.

Сайгаки — это широко мигрирующий вид животных, поэтому в 2015 году Россия, Казахстан, Монголия, Туркмения и Узбекистан подписали меморандум о сотрудничестве по сохранению, восстановлению и устойчивому использованию этих животных. В настоящее время мы работаем над экстренным протоколом действий на случай массового падежа и организацией новых служб по борьбе с браконьерством во всех местах обитания сайгаков.

Кроме того, страны ареала сайгака, страны-потребители и торгующие страны намерены поощрять исследования, направленные на сокращение количества рогов животного, используемых в традиционной азиатской медицине. Усиливается контроль за рынком незаконной торговли, в том числе в сети интернет.

— Проектом будут поддержаны семь редких видов животных. Не преуменьшая их значения, хотелось бы спросить, что делается для предотвращения сокращения таймырской популяции северного оленя? Крупнейшая в мире таймырская популяция северного оленя за последние десять лет сократилась почти вдвое. Сегодня дикого северного оленя на Таймыре насчитывается 300-350 тысяч, и эксперты говорят о ежегодном уничтожении браконьерами до 100 тысяч особей. В зимний период браконьеры загоняют оленей с помощью снегоходов, а весной и осенью уничтожают на водных переправах.

— С учетом мнения экспертов, Минприроды России планирует провести комплексное обследование и изучение таймырской популяции дикого северного оленя и по его итогам рассмотреть вопрос о занесении данной популяции в Красную книгу России.

— Какие новые заповедники и национальные парки будут созданы в ближайшее время?

— В 2017 году были созданы нацпарки "Сенгилеевские горы" и "Ладожские шхеры", а также два заповедника: "Васюганский" и "Восток Финского залива". На рассмотрении в правительстве России находятся постановления о создании ещё пяти ООПТ федерального значения: заказников "Новосибирские острова", "Архипелаг Соловецкий", национальных парков "Кодар", "Ленские столбы" и "Хибины". Все вопросы по "Кодару" и "Хибинам" уже урегулированы, проект постановления по этим нацпаркам находится на подписи у председателя правительства.

— По поводу создания заказника на Соловецких островах были разногласия с Минкультуры. Удалось их преодолеть?

— Минкультуры России и Русская православная церковь считают, что сначала Соловкам должен быть присвоен статус религиозно-исторического достопримечательного места, и только через два-три года мы сможем вернуться к вопросу создания заказника. Чтобы минимизировать ущерб природе, предполагается рассмотреть вопрос о внесении в положение о религиозно-историческом достопримечательном месте отдельных пунктов, направленных на обеспечение защиты природных комплексов.

— Собираетесь ли создавать общие заповедники с соседними странами?

— Статус трансграничных ООПТ на сегодняшний день имеют пять природных резерватов: заповедник "Дружба" на границе с Финляндией, заповедник "Озеро Ханка" на границе с Китаем, трансграничный резерват "Убсунурская котловина" на границе с Монголией, российско-казахстанский трансграничный резерват "Алтай" и заповедник "Даурия" (Россия, Китай, Монголия). Давно и плотно идет международное сотрудничество с норвежцами, финнами и шведами в заповеднике "Пасвик" в Мурманской области.

В прошлом году произошло приятное для нас событие: международный консультативный комитет при секретариате программы ЮНЕСКО "Человек и биосфера" одобрил проект создания трансграничного биосферного резервата "Большой Алтай" на базе Катунского биосферного заповедника (Россия) и Катон-Карагайского национального парка (Казахстан). Это первая и для России и для Казахстана охраняемая территория такого высокого международного статуса. В ближайшее время направить документы в ЮНЕСКО планирует также и российско-монгольский трансграничный резерват "Убсунурская котловина". Кроме того, в 2017 году было подписано соглашение о создании трансграничной ООПТ с Белоруссией, в этом планируется подписать соглашения о создании трех ООПТ с Монголией.

— Как обстоят дела с передачей в ведение Минприроды России крымских заповедников?

— В Крыму есть не только заповедники, есть еще национальный парк, два заказника и ботанический сад. В самое ближайшее время на федеральный уровень должно быть передано десять ООПТ. Шесть из них (Лебяжьи острова, Ялтинский горно-лесной, Казантипский, Опукский, Каркинитский и Малое филлофорное поле) будут переданы в ведение Минприроды России. Еще четыре (Карадагский заповедник, заповедник Мыс Мартьян, Никитский ботанический сад, а также Крымский национальный парк) перейдут под управление Федерального агентства научных организаций и Управделами президента РФ соответственно. Проект соответствующего постановления Минприроды уже внесло в правительство. Ожидаем, что оно будет принято в ближайшее время.

Россия > Экология. Миграция, виза, туризм > mnr.gov.ru, 19 февраля 2018 > № 2513119 Мурад Керимов


Россия > Экология > portal-kultura.ru, 15 февраля 2018 > № 2556162 Елена Ямпольская

Забава для Барина

Елена ЯМПОЛЬСКАЯ, председатель редакционной коллегии

«Лучше собаки могут быть только две собаки, особенно если вторую заводишь в канун одноименного года», — решили мы с мужем, и в доме у нас на днях появился щенок, пушистая девочка, привезенная из Петербурга, подружка для нашего Барина.

Именно так мне хотелось бы начать рассказ про нового члена семьи, однако идиллические сюжеты не вызывают доверия у читателей. И это правильно. Во-первых, если встречать каждый знак китайского гороскопа с подобающим питомцем, через год придется заводить свинку, затем — позволить плодиться мышам; вдали угрожающе маячат быки и тигры, а о том, кого мы понесем с птичьего рынка в год Дракона, лучше даже не думать.

Во-вторых, бобики, равно как бэбики, редко бывают запланированными. Твоя собака посылается свыше, находит тебя сама — вне зависимости от того, готов ли ты к такому шагу. Властно предъявляя права на хозяйское сердце, время и кошелек. Если, конечно, это — твоя собака.

Переехав из Москвы за город, я практически сразу заговорила о необходимости обеспечить Барину компанию. Прежде, в столичном лесопарке, у него были свои «Иветта, Лизетта, Мюзетта, Жанетта, Жоржетта», а тут, где можно пройти по полям, по лесам десяток-другой километров, не встретив ни людей, ни соплеменников, молодой общительный пес заскучал. «Какие нежности», — пренебрежительно откликнутся сетевые тролли, и, хоть диалога они не стоят, отвечу: нежность и к людям, и к зверям — вещь прекрасная, но в данном случае речь идет просто об ответственном отношении. Психическое здоровье питомца — прямая компетенция хозяина. Когда твой «малыш», он же зайчик, он же слоник, весит 80 кг, этот вопрос выходит на первый план. Возможность собаки выкладываться физически и эмоционально — залог порядка в доме и безопасности окружающих.

Тем не менее мы всячески отодвигали точку принятия решения. Добавочное счастье постучалось в двери, как и положено, вдруг. Приехала знакомиться с Барином президент национального породного клуба, признанный специалист и преданный энтузиаст Елена Головина, за разговором показала фотографию в айфоне, и судьба будущей Забавы была определена.

Барин и Забава принадлежат к одной славной породе, они — московские сторожевые. Шедевр отечественного разведения, попавший «под санкции» еще в 90-х: «москвичи» не признаны Международной кинологической федерацией. При этом пометы из хороших питомников в прямом смысле слова разлетаются по миру — спрос на рыже-белых «медвежат» высок и в Европе, и за океаном. Сетовать на западную несправедливость бессмысленно (в этом случае, как и в любом другом), надо действовать. Кстати, 21 февраля в Российской кинологической федерации на Гостиничной улице открывается выставка, посвященная московским сторожевым. Ведь замечательного — надежного, уравновешенного, морозоустойчивого — «караульщика» выводили в военном питомнике по заказу Минобороны СССР.

Имя Забава получила исходя из двух принципов: исконно русское плюс — в соответствии с домашней «миссией». Как Барин вырос вальяжным, разборчивым в еде и аристократически чувствительным, так Забава в три с половиной месяца регулярно исполняет: «Свободу, свободу, мне дайте свободу!», таскает хозяйские тапочки, прокладывает тоннели в февральских сугробах, гоняется за собственным хвостом и басовитым тявканьем сопровождает всякую инициативу старшего товарища. Пока это не масштабная личность уровня Барина, а обычный щенок с вытекающими из него (буквально) последствиями. В доме стало гораздо больше хлопот, но вместе с тем — радости и умиления. Лучше собаки могут быть только две собаки — уж это мы теперь точно знаем.

Барин — лицо медийное. (Вот интересно: можно ли сказать «медийная морда»? И всегда ли это будет относиться к собакам?..) Он появлялся на страницах «Культуры», в моей недавней книжке, и первый в «собачьем» году номер журнала «Друг» украшен его фотографией. Рада, что в интервью «Другу» удалось акцентировать главное: московская сторожевая — наше безусловное национальное достояние. А в поздравлении коллегам и читателям мне захотелось сказать: «Мы — счастливые люди. Для нас каждый год — да что там, каждый день — является годом и днем любимой собаки. Собака — это повод, закончив дела, радостно спешить домой. Пусть он будет у вас не единственным. Но все-таки — пусть обязательно будет».

Любите собак, и наступающий год ответит вам взаимностью!

Не Барон, а берн

У меня в семье собаки были всегда. Когда я родилась, у родителей был белоснежный шпиц. Мама ополаскивала его водой с синькой, чтобы шерсть стала кипенно-белой. Кстати, у нас это был единственный злой пес.

Мои дети не просят купить собаку — она у них и так есть. Это швейцарская горная овчарка красивого окраса «триколор». Когда мы купили первого щенка этой породы, то сначала учились произносить название — бернский зенненхунд. Статная красавица с широкой белоснежной грудью, прекрасными каштановыми лапами, волнистой черной шерстью. На вопрос, много ли в доме волос, я отвечаю: «Не много. Очень много».

Впервые я встретила берна в те времена, когда в СССР не было ничего «заграничного». Вдруг в Сергиевом Посаде (тогда Загорске) увидела машину с иностранными номерами, а рядом сидел пес необыкновенной красоты. Тогда и появилась мечта завести такого же.

Зенненхунды — компаньоны, помощники, Эти собаки настроены на жизнь рядом с человеком, поэтому в них нет агрессии: не брешут по пустякам, никогда не затевают склоки на площадке, постараются уйти от конфликта. Мою красотку достаточно похвалить, и она мгновенно «накрасит реснички», примет позу «ну любите меня, такую прекрасную».

Двухлетняя Черри — четвертый мой зенненхунд. Она очень добродушная, ласковая, редкой стабильности берн. Когда к ней однажды в 6 утра со словами «какая красивая» бросилась на вокзале неопрятная женщина, вся очередь проснулась и закричала: «Не подходите к собаке». На прогулке я часто прохожу мимо детской площадки. Иногда дети окликают: «Барон, Барон», потому что такая собака снималась в фильме «Счастливы вместе». Желающим разрешаю погладить роскошную шерсть.

Бернов часто используют при канистерапии — лечении и реабилитации детей с очень трудными заболеваниями, ограниченными возможностями. И иногда результаты после общения с бернскими зенненхундами бывают просто удивительными.

Мои дети не просят купить собаку — она у них и так есть. Это швейцарская горная овчарка красивого окраса «триколор». Когда мы купили первого щенка этой породы, то сначала учились произносить название — бернский зенненхунд. Статная красавица с широкой белоснежной грудью, прекрасными каштановыми лапами, волнистой черной шерстью. На вопрос, много ли в доме волос, я отвечаю: «Не много. Очень много».

Впервые я встретила берна в те времена, когда в СССР не было ничего «заграничного». Вдруг в Сергиевом Посаде (тогда Загорске) увидела машину с иностранными номерами, а рядом сидел пес необыкновенной красоты. Тогда и появилась мечта завести такого же.

Зенненхунды — компаньоны, помощники, Эти собаки настроены на жизнь рядом с человеком, поэтому в них нет агрессии: не брешут по пустякам, никогда не затевают склоки на площадке, постараются уйти от конфликта. Мою красотку достаточно похвалить, и она мгновенно «накрасит реснички», примет позу «ну любите меня, такую прекрасную».

Двухлетняя Черри — четвертый мой зенненхунд. Она очень добродушная, ласковая, редкой стабильности берн. Когда к ней однажды в 6 утра со словами «какая красивая» бросилась на вокзале неопрятная женщина, вся очередь проснулась и закричала: «Не подходите к собаке». На прогулке я часто прохожу мимо детской площадки. Иногда дети окликают: «Барон, Барон», потому что такая собака снималась в фильме «Счастливы вместе». Желающим разрешаю погладить роскошную шерсть.

Бернов часто используют при канистерапии — лечении и реабилитации детей с очень трудными заболеваниями, ограниченными возможностями. И иногда результаты после общения с бернскими зенненхундами бывают просто удивительными.

Татьяна Макарова, руководитель отдела редактуры, проверки и корректуры

«Системный» зверь

«Собака системы такса» — именно так обозвал мою первую рыжую гладкошерстную таксу сосед по даче. После того, как она доказала свою системность, не жестоко, но ощутимо тяпнув его. Для этого ей достаточно было лишь немного подпрыгнуть. Остальное сделала таксо-горизонталь, легко превращающаяся в таксо-вертикаль. Причина вразумления была, с позиции питомца, весома: сосед пришел за глаза подтрунить над ее хозяином в его же доме. В этом смысле таксы способны на поступок: рост, вес и количество ног обидчика или «угрожателя» его домашним не имеет значения. Причем, что характерно, и до, и после происшествия к этому (как и любому другому) соседу животное относилось ровно, без агрессии. Поворчит немного для порядка на пришедшего да и уляжется на своем месте.

«Какая лапочка» и прочие нежности здесь не по адресу: поглаживания, если они не хозяйские, собаки этой породы в лучшем случае — терпят. Правильная (то есть не порченная в квартирном питомнике и правильно воспитанная) такса — зверь вполне серьезный, не сентиментальный. Хотя и своенравный, и, что называется, с характером, «Сосиска на ножках», «пододеяльная собака», ослиное упрямство — это все о ней. Не притрагиваться сутки и больше (пока у вас нервы не сдадут) к блюду, которое ей вдруг стало не по вкусу, и, дрожа всем телом, жадно поедать банан, но исключительно в лифте, по дороге на прогулку — и это все тоже о ней. Безрассудная смелость в собачьих дрязгах и феноменальная трусость недотроги при простой стрижке когтей, преданность до самозабвения и обидчивость: таких «таксизмов» каждый владелец этих собак назовет вам множество. Но при этом они не будут идентичными. Здесь, как у людей, — сколько такс, столько и характеров!

Андрей Самохин, редактор отдела науки и религии

Ох уж эта Тася!

Минимум хлопот и максимум радости — это моя любимая кроличья миниатюрная такса Тася. Выведена как охотничья норная собака, но, на мой взгляд, прекрасная для домашнего содержания порода. Общительна, доброжелательна, любит, чтобы хвалили и гладили. На вопрос, не кусается ли, обычно отвечаю: «не укусит, но залижет до смерти». Обязательный вечерний ритуал — встретить с работы, забраться на руки и самозабвенно «целоваться».

Не агрессивна, но знает себе цену и на площадке часто ведет себя этаким дворовым главарем. «Серьезные» собаки обычно с ней не спорят. На ее счету пара «наказанных» псов, один раз не поделила веточку с ротвейлером и «броском кобры» вцепилась ему в бок. Я в ужасе приготовилась к тому, что сейчас лишусь собаки, но, на удивление, крупный пес уступил. Тася всегда добивается своего исключительным обаянием, она красавица и умница: прекрасно понимает речь, интонации, взгляды, отлично знает, кем можно манипулировать (например, изобразить «голодный обморок» перед холодильником, когда на кухне бабушка. Кусок колбаски обеспечен!).

Природный навык рытья нор обычно сводится к поиску чего-нибудь «вкусненького» на улице. Полностью игнорируя собственное аристократическое происхождение, как заурядная дворняга, обнюхивает все помойки. А недавно, после снегопада привела в восторг автолюбителей нашего двора: увидев, как они откапывают из сугробов свои машины, пристроилась рядом и быстро-быстро начала разгребать снег. Помощница!

Есть у Таси две любимые игрушки: плюшевую крысу подстерегает, ловит, таскает за собой, нападает и грызет (вот реализация охотничьего инстинкта!). А резинового ежика воспринимает как своего щенка. Только он пискнет, начинает его обнимать, вылизывать, утаскивает куда-нибудь прятать. Я, конечно, этим «бездушно» пользуюсь, отнимаю ежа, а бедная моя Тася считает, что «ребенка» обижают, прыгает на меня, спасает «дитя». Такие забавные моменты общения...

Ирина Шевченко, секретарь редакции

Россия > Экология > portal-kultura.ru, 15 февраля 2018 > № 2556162 Елена Ямпольская


Киргизия > Авиапром, автопром. Электроэнергетика. Экология > kg.akipress.org, 15 февраля 2018 > № 2496688 Сохаил Хасни

Тема экологической безопасности в Кыргызстане становится все актуальнее, а споры вокруг внедрения электромобилей — жарче.

В связи с этим Tazabek решил провести интервью с главным специалистом по энергетике Азиатского банка развития Сохаилом Хасни.

- На сегодняшний день активно обсуждается тема использования электромобилей в Кыргызстане. В связи с этим мы хотели бы узнать мнение эксперта о том, есть ли у них будущее в нашей стране, а также с чего необходимо начать их развитие.

- Буквально вчера я услышал такую информацию, что более 70% всех загрязнений атмосферы в городе приходится на автомобильный транспорт. И, конечно, сказывается тот факт, что в основном на рынке находятся не новые автомобили, а те автомобили, которые уже отслужили определенный срок — вторая, третья жизнь. Поэтому я считаю, что внедрение в Кыргызстане электромобилей — это идеальный вариант для страны. Сначала я приведу аргументы и примеры, которые могут быть интересны обычным гражданам, а потом перейду на интересы государства.

Экономия: На содержание бензинового авто нужно $5 в день, электромобиля — 20 центов

- Если говорить о простых гражданах, то ежедневно любой гражданин, который передвигается на автотранспорте, преодолевает от 30 до 50 километров. Если перевести эту цифру в расход энергии электромобилем, то это было бы от 5 до 7 кВт, для удобства возьмем 10 кВт. Если перевести это на какой-то отопительный прибор, то можно сказать, что он будет работать на протяжении 4 часов без остановки. Поскольку электроэнергия в Кыргызстане достаточно дешевая, то эти 4 часа работы обойдутся в 10-15 центов. На те же 40 км, если вы будете использовать традиционный автомобиль, потребуется около 8 литров топлива. Таким образом, ежедневно на содержание бензинового автомобиля нам потребуется 5 долларов, в то время, если бы мы использовали электромобиль, то это было бы 20 центов. Если сравнивать в денежном выражении, то это огромная экономия. Единственная проблема — высокая стоимость электромобиля. Когда цена будет приемлемой и люди смогут покупать такие автомобили, тогда мы сможем говорить о большой экономии.

Еще одно преимущество — электромобиль можно использовать как источник энергии при отключении электричества. В пользу электромобилей можно сказать, что они практически беззвучные. Кроме того, содержание обходится дешево, так как у электромобиля нет всех тех запасных частей, которые есть у традиционных авто.

Лизинг: Можно купить электромобиль в лизинг, выплачивая за счет сэкономленных на топливе средств

- С другой стороны, если бы у населения была возможность покупать электромобили в лизинг и выплачивать за счет средств, сэкономленных на топливе, то это было бы удобно. Ежедневно человек экономит около 4-5 долларов, в месяц это около 120 долларов. Единственное, необходимо разработать механизм погашения займа. К тому моменту, когда электромобиль можно будет приобретать в лизинг, у вас уже будет преимущество.

- Вы говорили, что при низких затратах можно экономить и тем самым погасить платеж за электромобиль. Но не получится ли так, что вся сэкономленная сумма будет направлена на погашение процента?

- Дело в том, что сэкономленные средства — более 4% — позволят погашать платежи, так как проценты не могут быть 90%. К примеру, они будут 10%, поэтому у людей будет возможность погашать основную сумму и выплачивать проценты: 10 центов — 5 долларов, 10 долларов — 500 долларов. Если вы берете в кредит 500 долларов, то проценты могут быть не больше 50 долларов. Пока это идеи, мы будем работать с правительством, чтобы разработать стратегию.

Отдаленные районы: Подзарядка от солнечных батарей

- Как могут пользоваться электромобилями жители отдаленных районов?

- Еще есть преимущество для людей, которые живут в отдаленных горных местностях. Имея обычных автомобиль, они должны спускаться вниз, доезжать до заправки. В случае с электромобилем можно будет купить солнечную батарею, которая будет генерировать электроэнергию и подпитывать авто.

- Насколько это выгодно в условиях Кыргызстана, так как к высокой стоимости самого автомобиля добавляется высокая стоимость солнечной батареи. Да, это удобно, но не все граждане, проживающие в отдаленных районах, могут себе такое позволить.

- Здесь аналогичная ситуация. Все упирается в нынешние расходы, которые претерпевают владельцы. В любом случае идет экономия за счет топлива. Кроме того, чтобы добраться до заправки, тоже нужно расходовать топливо. Что касается солнечных батарей, то цена на рынке постепенно падает и они становят более доступными. У нас есть один из проектов, который называется «Несетевая энергия». Там мы рассматриваем использование солнечных батарей для тех людей, которые не имеют доступа к электричеству. В рамках данного проекта мы будем рассматривать стоимость солнечных батарей.

Кроме того, возьмем обычный пример, когда мы едем по трассе Бишкек—Ош, то мы можем видеть пасечников. У них в радиусе 10 км в одну и другую стороны нет заправочных станций, но рядом у них есть реки. Мы подумали, что можно было бы генерировать электроэнергию из водных ресурсов.

Перспективы для города: Зарядка дома или в зарядном центре

- Варианты для отдаленных районов понятны. Что можно сделать для города, так как на данный момент в Кыргызстане нет заправочных станций для электромобилей?

- Объясню на примере нашего кондиционера, по-моему, его мощность 1 кВт. Если он будет работать 10 часов, то это будет 10 кВт. Думаю, вы видели кондиционеры, которые потребляют в 3 раза больше. Есть авто мощностью 10 кВт. Им надо столько же энергии, как и кондиционеру. Проще говоря, вы можете подсоединить его к обычной сети и электромобиль будет заряжаться. 80% всех пользователей заряжают свои автомобили дома. Когда я говорил о солнечных батареях, я имел в виду, что они будут наиболее полезны тем, кто проживает в отдаленных районах, либо для тех, у кого есть перебои с подачей электроэнергии. Остальные с легкостью могут заряжать автомобиль дома. Так же как вы пользуетесь сотовым телефоном, ставя его на зарядку вечером, так и с автомобилем. Если вы проехали небольшое расстояние, следовательно, ваш автомобиль зарядиться быстро, ему будет нужно меньше времени. Но в случае, если у вам предстоит длительная поездка и у вас нет времени ждать всю ночь, есть станции быстрой зарядки, такого же размера как банкомат. Их мощность составляет 8 кВт. Для того, чтобы полностью зарядить автомобиль, потребуется 20 минут. Такие зарядные центры надо установить в определенных точках.

- Выгодно ли строить у нас также заправочные станции, а также во сколько это может нам обойтись?

- На самом деле эти центры по зарядке обходятся намного дешевле, чем строительство типичных АЗС. Чтобы построить заправку, надо продумать, где хранить топливо. Баки с топливом обычно занимают большую площадь, плюс надо предусмотреть вопросы безопасности. В случае с электромобилями 80% владельцев будут заряжать авто дома, следовательно, таких заправок нужно будет меньше, чем АЗС. С технической точки зрения это простое устройство: от высоковольной линии электроэнергия подается в трансформатор, а от него в зарядное устройство. Необходимо будет сделать несколько точек, где можно будет заряжать несколько автомобилей. Если я не ошибаюсь, каждая точка для электромобиля стоит около $500-600. Устройство для зарядки дома представляет собой адаптер, который стоит порядка $120.

Плюсы для государства

- Расскажите о пользе электромобилей для общества и государства.

- Если говорить о пользе для сообщества, то, в первую очередь, это снижение уровня шума для населения, так как авто почти бесшумные. Еще большое преимущество — это экологичность транспорта, потому что вся энергия, которая вырабатывается, остается в машине. Также как и телевизор, он работает, потребляет энергию, но не производит выбросов.

Нам привели такие цифры, что в Кыргызстане есть около 1 млн автомобилей и ежегодно закупается 1,3 млн литров топлива, что в денежном выражении равняется $1 млрд. Если бы государству удалось 10% населения перевести на электромобили, то страна сэкономит порядка $100 млн за счет сокращения импорта нефтепродуктов. Эта экономия в $100 млн могла бы быть направлена на другие цели, в том числе на строительство малых ГЭС. Конечно, мои цифры не могут быть на 100% точными, но экономия будет существенная, это точно.

Важно отметить, что на авторынке много автомобилей не новых, а бывших в употреблении, поэтому у Кыргызстана есть хорошая возможность открыть производство по переделыванию традиционных автомобилей в электромобили. У вас электроэнергия дешевая и вы таким образом достигнете 2 целей: улучшение экологической ситуации и возможность стать экспортерами электромобилей в ближайшие государства.

- Сколько средств может потребоваться на создание такого предприятия? Кого мы можем привлечь для создания такого предприятия, так как, скорее всего, необходимых специалистов у нас в стране нет?

- Вопрос на миллион. Мы подумываем в качестве пилотного проекта запустить проект на грант АБР, чтобы переделать от 3 до 5 авто и показать технологии. Сама технология доступна на сегодня, можно посмотреть в различных источниках. После того, как мы сможем переделать авто, мы будем знать, сколько это будет стоить именно для КР и предложим правительству и бизнесу посмотреть на этот проект. Может, кто-то заинтересуется и сочтет, что это нужно Кыргызстану. Тогда они и смогут ответить на ваш вопрос.

- Как сильно это отразится на конечной стоимости автомобиля, потому что есть его стоимость на текущий момент, а также затраты на его переделку. Что в результате получает владелец?

- Для того, чтобы ответить на ваш вопрос, надо заглянуть немного вперед. Дело в том, что цена на электромобили из года в год будет снижаться. Кроме того, на сегодняшний день многие страны ставят перед собой цель отказаться от использования традиционных автомобилей и полностью перейти на электромобили на уровне законодательства. Следовательно, в связи с негодностью цена на эти автомобили резко упадет и их начнут поставлять в те страны, где ими еще пользуются. Есть опасность, что Кыргызстан захочет завести дешевые автомобили, из-за этого увеличится количество транспорта, будут большие пробки, а также остается вопрос экологии. Кыргызстан может воспользоваться этим случаем — взять дешевые автомобили. Если уже будет производство, то конечная стоимость электромобилей будет меньше и доступнее.

Tazabek

Киргизия > Авиапром, автопром. Электроэнергетика. Экология > kg.akipress.org, 15 февраля 2018 > № 2496688 Сохаил Хасни


Россия. СКФО > Экология > inosmi.ru, 7 февраля 2018 > № 2488218 Дмитрий Шевченко

Насилие на аутсорсинге: почему охрана окружающей среды на юге России становится смертельно опасным занятием

На Северном Кавказе эко-активисты вынуждены бороться не только за чистоту окружающей среды — но и за свою собственную жизнь

Дмитрий Шевченко, Open Democracy, Великобритания

За последние два десятилетия российские власти сделали все, что могли, для уничтожения инфраструктуры гражданского общества. В этом ряду и последовательное ужесточение законодательства о некоммерческих организациях, и закон об «иностранных агентах», и самая новая практика — наступление на Интернет: закон о СМИ — «иностранных агентах» и попытка объявить такими же «агентами» уже и блогеров.

Единственное, чего власти пока что стеснялись — по крайне мере, не приветствовали открыто — это физическое насилие в отношении активистов. Однако уже и тут есть «пилотные» регионы«; прежде всего, Северный Кавказ, где насилие в отношении представителей гражданского общества, в том числе, зеленого движения давно стало обыденностью.

Край спонтанных протестов

Экологический активизм развит на Кавказе, как и вообще на юге России гораздо хуже, чем в других частях России (не считая малонаселенных регионов Сибири и Крайнего Севера), что отражает культурно-историческую и социально-политическую специфику этого региона. А заключается она в том, что Северный Кавказ находится в правовом поле Российской Федерации весьма условно. При этом речь, вопреки распространенным представлениям, идет не только о Чечне: весь регион — от Черного до Каспийского моря — отдан на откуп местным кланам, которые с разной степенью успешности выстраивают отношения с Москвой.

В обмен на лояльность и нужные результаты на выборах федеральный центр не вмешивается в дела местных чиновников. Как результат — системные нарушения прав и свобод граждан, происходящие с ужасающим размахом. Понятно, что когда нарушаются базовые права людей, вопросы охраны природы уходят на второй план по сравнению с правом на жизнь, на личную неприкосновенность и так далее. Тем не менее, экоактивизм — хоть с известной долей местной специфики — все же имеет место на Северном Кавказе.

Можно вспомнить, например, многолетнюю борьбу жителей южного Дагестана за реку Самур. Пограничная с Азербайджаном река Самур страдает из-за нерационального водопользования — как по одну, так и по другую сторону границы, — что поставило на грань экологической катастрофы уникальные лиановые леса в дельте реки. Но не только их: из-за падения уровня воды в реке и уровня грунтовых вод стало не хватать ресурсов для фруктовых садов в Магарамкентском районе Дагестана, а здешнее население полностью зависит от сельского хозяйства.

В 2013 года планы властей построить в дельте Самура еще полсотни водозаборов для снабжения Дербента и Избербаша вызвали социальный взрыв в Магарамкентском районе: люди собирались на стихийные митинги, готовы были обустроить протестный лагерь. В конце декабря 2013 года для разгона протестующих применили огнестрельное оружие (к счастью, обошлось без жертв).

В том же Дагестане граждане активно проводят «акции прямого действия» против подпольных нефтеперерабатывающих мини-заводов. Пару лет назад в пригороде Махачкалы был случай, когда толпа молодых людей чуть не разгромила один из таких заводиков — он сильно досаждал жилой зоне своими выбросами, — а махачкалинские правоохранители на жалобы жителей никак не реагировали. Тогда сами жители организовались и пошли делать за полицию ее работу.

Спонтанные «радикальные» экологические протесты (правда, достаточно кратковременные) — с перекрытием дорог, блокированием стройплощадок и т. п. — характерная черта северокавказских республик Такая протестная активность приводит в ужас местные власти, которым сразу чудится чей-то политический заказ и заговор. Вместо того, чтобы разбираться с теми причинами, которые вывели людей на улицы, местная элита начинает выдумывать мифических «экстремистов» и рассказывать про «силы, заинтересованные в дестабилизации ситуации». Именно страх попасть по «экстремистской» статье в застенки ФСБ или Центра «Э» (а на Кавказе это очень легко), больше всего сдерживает возможности жителей северокавказских республик активно бороться за свои экологические права.

Несколько лет назад я заехал в маленькое селение в Эльбрусском районе Кабардино-Балкарии. Через это село тянули газопровод к горнолыжному комплексу, причем трубу провели прямо через сосновую рощу — один из последних остатков хвойных лесов долины реки Баксан. Местным такая наглость хотя и не понравилась, но выходить на протест никто не решился. Мне рассказали, что в селе участились случаи похищения молодых людей, заподозренных в «экстремизме и ваххабизме»: людей просто хватают на улице и увозят в неизвестном направлении. Хорошо еще, если после такой «профилактики» человек возвращается живым.

Стоит отметить, что из-за низкой правовой грамотности набор методов протестной деятельности у местного населения довольно скудный: он ограничивается уличными акциями и сборами подписей. На Северном Кавказе просто отсутствует инфраструктура для общественной экологической деятельности в виде профильных НКО, которых в регионе фактически нет, если не считать пару-тройку бутафорских ГоНГО.

В России никогда не знаешь, что с тобой сделают и в какой момент. Постоянное ощущение угрозы и неопределенности создает сильную психологическую нагрузку. Впрочем, в Европейском Союзе тоже есть страны, где условия работы экоактивистов довольно близки российским. Например, Болгария. До физических нападений здесь дело пока не доходило, но машины уже поджигают, угрожают и широко применяют технологии черного пиара. В Западной Европе тоже практикуются заказные публикации, преследующие задачу маргинализовать или опорочить активистов или целые организации, но там у гражданского общества есть возможность опубликовать свою точку зрения в равных по статусу и популярности СМИ — это несомненный плюс стран со свободными медиа. Россия и Болгария этого, увы, лишены.

Ксения Вахрушева, член рабочей группы «Окружающая среда» Гражданского Форума ЕС-Россия, эксперт ЭПЦ «Беллона».

Тем не менее, там, где жителям удается вести системную экологическую протестную активность и применять не только «уличные» методы, но и, например, судебные — там сами власти зачастую не знают, что делать и готовы идти на уступки. Так было, например, в Кабардино-Балкарии, где в прошлом году жителям города Прохладный удалось затормозить проект по строительству гидрометаллургического завода благодаря грамотно выстроенной кампании — с активным привлечением внимания СМИ, социальных медиа и НКО (в том числе не местных).

Борьба с навозом как экстремизм

Но и лояльность властям в таком непростом регионе, как Северный Кавказ — вовсе не индульгенция от преследования: стоит вспомнить хотя бы нашумевшую историю с экологом из Адыгеи Валерием Бринихом, руководителем республиканского отделения Всероссийского общества охраны природы (ВООП). ВООП — вполне «системная» организация, которая при любом удобном случае подчеркивает свою лояльность властям, никогда не была замечена в связях с политической оппозицией, и до истории с Бринихом не было известно ни одного случая, когда функционер этой организации попал бы под уголовное дело в связи с общественной деятельностью.

В случае с Валерием Бринихом сработал именно региональный фактор: эколог перешел дорогу бывшему сенатору от Карачаево-Черкесии, а по совместительству бизнесмену Вячеславу Дереву. У себя в республике Дерев известен как владелец водочного, таксомоторного, сельскохозяйственного и автосборочного бизнеса. В дополнение к уже имеющимся активам, Дерев решил обзавестись свиноводческим комплексом, но не в родной Карачаево-Черкесии, а в соседней Адыгее, где на его деньги в Теучежском районе республики было построено крупное животноводческое предприятие. Для депрессивного района это было почти сказкой про Золушку: появилась возможность трудоустроить местное население и получать хотя бы копеечные налоги.

Валерий Бриних на инспекции. Фото предоставлено автором. Все права защищены. Но с «благодеянием» пришли и проблемы: люди стали жаловаться на невыносимый запах свиного навоза, который инвестор Дерев вовсе не собирался утилизировать, как это принято в цивилизованных странах (некоторые российские предприятия уже переняли эту практику у Дании): фекалии просто выливались на окрестные поля, отравляя почву и водоемы. В 2014 году Валерий Бриних, который активно включился в борьбу за права местных жителей, опубликовал статью «Молчание ягнят», в которой, в числе прочего, упомянул, что разведение свиней — не лучшее занятие в регионе с мусульманским населением.

Уцепившись за это высказывание, управление Следственного комитета России по Республике Адыгея в декабре 2014 года возбудило против Бриниха дело по «экстремистской» 282-й статье Уголовного кодекса РФ (возбуждение ненависти либо вражды). По версии следствия, Бриних «оказал неустановленным лицам пособничество в распространении информации, направленной на унижение человеческого достоинства по признакам национальности и происхождения, создав экстремистский материал». Кроме уголовного дела, к Бриниху был также подан ряд исков о защите чести и достоинства — как со стороны свинокомплекса, так и со стороны администрации Теучежского района.

Экологу пришлось потратить почти три года на то, чтобы доказать, что никаким «религиозным экстремизмом» он не занимался. Уже на финальной стадии суда (активисту грозил условный срок или крупный штраф) в июле 2017 года на судебном заседании по делу Бриниха было представлено экспертное заключение института криминалистики ФСБ. Эксперты не нашли в статье адыгейского эколога никаких признаков разжигания межнациональной розни. В августе того же года дело было прекращено. Скандальный свинокомплекс успел к тому времени сменить собственника — новым менеджерам заниматься преследованием Валерия Бриниха уже стало не интересно.

Адыгейский феномен

Маленькая Республика Адыгея, анклав внутри Краснодарского края — интересный феномен с точки зрения судебно-полицейской системы. В отличие от других кавказских регионов, местным общественным активистам худо-бедно, но удается отстаивать свои права в судах, и примером тому служит не только «дело Бриниха», но и экоправозащитная организация «Экологическая вахта по Северному Кавказу» — самая известная на юге России природоохранная НКО.

Дело в том, что сама «Экологическая вахта» имеет межрегиональный статус, но зарегистрирована именно в Адыгее. Когда у недоброжелателей организации (а их очень много, особенно в соседнем Краснодарском крае) встает вопрос о том, чтобы ее «прищучить», все в конечном счете упирается в правоохранительные и судебные органы Адыгеи, которых негодование кубанских чиновников и силовиков в общем-то не слишком волнуют.

К примеру, когда в сентябре 2016 года «Экологическую вахту» признали «иностранным агентом», а в отношении организации и ее руководителя Андрея Рудомахи были возбуждены административные дела, «Экологическая вахта» решила пойти по пути судебной самозащиты, что было довольно нетипичным поведением для многих экологических НКО, тоже попавших в реестр «иноагентов». Но результат, тем не менее, был: с помощью Клуба юристов НКО, одного из самых авторитетных в стране объединений, защищающих права и интересы некоммерческого сектора, «Экологической вахте по Северному Кавказу» удалось отбиться от уже наложенных штрафов на общую сумму 700 тыс. рублей. Это абсолютный рекорд среди экологических организаций, попавших под закон об НКО — «иностранных агентах».

В середине января этого года «Экологическая вахта» была исключена из реестра «иностранных агентов»: проведя очередную проверку, управление Минюста России по Адыгее не нашло у организации никакого иностранного финансирования.

Тем не менее, нападки на организацию не прекратились. В Краснодарском крае, где «Экологическая вахта» работает наиболее активно и добилась за последние годы немалых результатов, против общественных активистов стали применять «гибридное» насилие. По аналогии с гибридной войной, это такая форма давления, при которой сами власти и местные силовики остаются, вроде бы в стороне, а насилие отдается на «аутсорсинг» различным, зачастую деструктивным, общественным объединениям: казачьим обществам (среди которых немало национал-радикалов и представителей криминалитета), националистическим группировкам, футбольным фанатам и т. п.

На практике «гибридное насилие» может выглядеть по-разному. Его исполнителями могут быть самые разные группы — от агрессивных пенсионерок, штурмующих избирательные штабы Алексея Навального (в Краснодаре уже был десяток подобных инцидентов), до казаков, стегающих нагайками гастарбайтеров из Таджикистана или участниц группы Pussy Riot. Каждый раз после очередного инцидента кубанские власти старательно дистанцируются от актов насилия и их инициаторов, либо же отмалчиваются и делают вид, что ничего не произошло. При этом, местные СМИ — почти все они находятся под тем или иным контролем краевой администрации — готовы в такие дни говорить о чем угодно, кроме скандального происшествия.

«Экологическая вахта» не раз становилась жертвой «аутсорсинг-насилия». Например, в феврале 2014 года — за пару дней до торжественного открытия Олимпиады в Сочи неизвестные хулиганы в масках разгромили автомобиль члена совета организации Игоря Харченко. Погром проходил под надзором полиции.

В России «зеленый» активизм всегда был опасным занятием, поскольку он мало чем отличается от других видов гражданской активности, когда люди борются против преступности, часто сращенной с властью. Я думаю, что нет другого пути, кроме как учиться следовать определенным правилам безопасности: повышать собственную правовую грамотность, тщательно планировать свою деятельность (особенно что касается полевой работы — экспедиций, общественных инспекций и т. п., а также любой уличной активности), учиться, по возможности, избегать конфликтных ситуаций. В случае критических ситуаций с активистами крайне важно вызывать общественный резонанс, максимально привлекать СМИ, требовать от властей нужной реакции.

Александр Федоров, координатор рабочей группы «Окружающая среда» Гражданского Форума ЕС-Россия, председатель Ассоциации журналистов-экологов Союза журналистов России, сопредседатель Российского социально-экологического союза (РСоЭС).

Единственное, что до недавнего времени не наблюдалось — серьезное физическое насилия в отношении отдельных активистов, сопряженное с угрозой для их жизни: «гибридная» агрессия имела определенные рамки. Но в 2016 году и эти рамки были сняты, когда в Приморско-Ахтарском районе Кубани было совершено жестокое и дерзкое нападение на совместный противопожарный лагерь Гринписа России, во время которого двум активистам были нанесены серьезные травмы, испорчено экспедиционное оборудование. Нападению предшествовала слежка за членами экспедиции со стороны неизвестных лиц и угрозы физической расправы. Интересно, что местные СМИ попытались выдать инцидент с нападением на лагерь в качестве «конфликта экологов с местным населением».

И вот год спустя, в конце декабря 2017 — новый серьезный инцидент. На этот раз пострадал лидер «Экологической вахты» Андрей Рудомаха. Инцидент произошел после того, как группа активистов во главе с Рудомахой вернулась после проведения общественной экологической инспекции окрестностей села Криница на Черноморском побережье, где без каких-либо разрешительных документов прямо на территории государственного лесного фонда началось строительство VIP-объекта, похожего на винодельческое имение.

Когда группа вернулась в Краснодар, возле дома одного из активистов на участников экоинспекции набросилось трое молодчиков. И все та же, что и в 2014 году, эстетика: трико, толстовки, балаклавы, маски на лицах. Первым «нейтрализовали» Андрея Рудомаху: его ослепили газом, после чего один из нападавших повалил эколога на землю и нанес ему удар ногой по голове (со стороны лица) — этот удар и послужил причиной полученного сотрясения мозга, перелома носа и травмы челюсти. Рудомаха потерял сознание и лежал, истекая кровью, пока молодчики «разбирались» с другими участниками экоинспекции.

И хотя уголовное дело по ч. 2 ст. 161 УК РФ — «Грабеж, совершенный группой лиц» — было возбуждено практически сразу после нападения, краснодарская полиция не проявила энтузиазма для поимки преступников по горячим следам. Впрочем, даже если бы сразу удалось задержать непосредственных нападавших, еще не факт, что они указали бы на заказчика преступления, а следствие захотело бы разбираться в каких-то других версиях, кроме бытовой.

Физическое насилие, сопряженное с риском для жизни — новое явление для южнороссийских экологических (впрочем, не только экологических) активистов, к чему они, надо признать пока совершенно не готовы. Можно научиться механизмам информационной и коммуникационной безопасности, найти 1001 способ, как продолжить деятельности в статусе «иностранного агента», набраться огромного опыта в деле судебной защиты себя и своей организации. Но все это не стоит выеденного яйца, если тебя в любой момент могут подкараулить на улице, чтобы убить дубинкой или кастетом.

Увы, многие экологические активисты, привыкшие делать за государство ту работу, которую оно само не делает, пока морально не готовы к тому, что теперь придется брать на себя еще и работу полиции — и защищать себя своими же силами.

Остается надеяться, что мощный общественный резонанс, вызванный нападением на Андрея Рудомаху, послужит поводом не только для расследования самого этого вопиющего случая, но заставит обратить внимание на плачевное и совершенно беззащитное положение гражданских активистов на юге России.

Россия. СКФО > Экология > inosmi.ru, 7 февраля 2018 > № 2488218 Дмитрий Шевченко


Россия. Весь мир > Химпром. Электроэнергетика. Экология > rusnano.com, 1 февраля 2018 > № 2491866 Юрий Удальцов

Технологии хранения энергии: в ожидании прорыва.

Проблема аккумулирования энергии сейчас является одной из ключевых для всей мировой энергетики. Современные технологии способны обеспечить достаточный уровень генерации, однако отсутствие экономически эффективных технологий хранения остается, и оно ограничивает возможности трансформации сектора. Об основных мировых тенденциях и наиболее интересных российских разработках в этой области рассказывает заместитель председателя правления УК «РОСНАНО» Юрий Удальцов.

Запасы воды

Мир уже в конце XIX века освоил понятную механическую технологию хранения энергии: сейчас ежегодно в мире в строительство новых гидроаккумулирующих электростанций (ГАЭС) вкладывается $7–10 млрд, их общая установленная мощность — более 300 ГВт. Принцип работы ГАЭС прост: когда нужно запасать электроэнергию, насос перекачивает воду в верхнее водохранилище. Когда нужно выдать электроэнергию в сеть — вода под действием силы тяжести сбрасывается вниз на турбину. Такой маневренный источник генерации необходим для регулирования частоты в энергосистеме: при снижении потребления включаются насосы — при увеличении потребления происходит сброс воды. В период низкого спроса на энергию она расходуется на перекачку воды в верхний резервуар — в период высокого спроса происходит выработка энергии и ее поставка в сеть.

Однако повсеместному внедрению технологии ГАЭС мешает несколько фундаментальных проблем. Проблема первая — необходимость подбора естественного рельефа с большим перепадом высот. Проблема — потребность затопить огромную площадь под озеро (площадь только верхнего басcейна Загорской ГАЭС в Подмосковье — около 2,6 кв. км), что ведет как к снижению КПД из-за испарения воды, так и к локальным экологическим последствиям.

В отсутствие рельефа научились строить искусственные насыпи и водоемы, так называемые turtleneck (в переводе — «водолазка»), где вода сливается в специально построенный цилиндр, как в горлышко. На ГАЭС данного типа в Орландо (США) два года назад произошла крупная авария, в результате которой под угрозой затопления оказались соседние населенные пункты.

Жизнь заставила копить

Мировая энергетика пытается найти другие решения по хранению энергии, более простые с инженерной точки зрения и меньшей мощности, чем ГАЭС. По прогнозам мирового аналитического агентства Navigant Research, к 2025 году суммарная установленная мощность систем накопления энергии в мире увеличится по отношению к 2016 году почти в 20 раз — до 22 ГВт (без учета ГАЭС; среднегодовой рост — 38,7%). Мировой рынок систем накопления энергии к 2025 году достигнет $75 млрд, если брать в расчет накопители на электротранспорте.

За последние несколько лет в мире произошло два события, усилившие значимость систем хранения в энергетике. Во-первых, увеличение мощности ВИЭ привело к проблемам с регулированием частоты. В Германии произошла авария с системными последствиями из-за сильного ветра на Северном море и работы ветропарков на полную мощность.

Выработка возобновляемых источников непредсказуема, их диспетчеризация невозможна. Из-за этого страдает экономика: например, немцы вынуждены платить соседям за потребление энергии с немецких ВЭС в случае избыточной выработки. При наличии доплаты энергетики соседних стран запасают ее на собственных ГАЭС. В Великобритании дошло до того, что в некоторых районах владельцам ветряков доплачивают, чтобы их не включали в сеть в отдельные часы.

Второй мощный сигнал для инвесторов — первые крупные заказы на системы централизованного хранения энергии. Так, Калифорния около двух лет назад провела тендер на строительство 1,3 ГВт хранения за счет любых решений. Подобные заказы свидетельствуют, что технологии промышленного хранения будут неизбежно развиваться и пользоваться спросом.

Пока единое решение высокой емкости смог представить только Илон Маск, поставив в Австралию накопитель мощностью 100 МВт. Он эксплуатирует идею удешевления батареек за счет вторичного использования — то есть после использования аккумуляторов в течение двух-трех лет в автомобилях, немного «деградировавшие» батарейки почти бесплатно достанутся энергетикам. Но для масштабного развития таких систем нужен как минимум огромный парк легковых электромобилей, емкость аккумуляторов которого будет сопоставима с потребностями энергосистемы в централизованном хранении.

Фокус на электрохимии

Наибольшие усилия в мире пока сконцентрированы в области электрохимических технологий хранения, построенных на взаимодействии двух электродов и специальной жидкости — электролита (в последнее время ведется много работ по использованию не только жидкого, но и твердого электролита). По этому принципу работают уже известные свинцовые, щелочные и семейство литиевых аккумуляторов.

Интересное решение предлагают проточные батареи, которые имеют увеличенную емкость, за счет применения двух банок с электролитом — заряженным и разряженным. В них электролит «прокачивается» между электродами. Американская Primus Power, в которую два года назад Российско-Казахстанский фонд нанотехнологий (РКФН, его соучредитель — РОСНАНО) инвестировал $5 млн, внедряет проточные системы накопления на ВИЭ-объектах в Казахстане.

Главная проблема всех электрохимических технологий — ограниченный ресурс, то есть количество циклов заряда и разряда, после которых батареи начинают садиться, поскольку реакция не полностью обратима. Любые батарейки постепенно деградируют и перестают работать. Даже у лучших образцов ресурс достигает 3–10 тысяч циклов. Соответственно, если цикл заряда/разряда происходит хотя бы раз в день, то срок службы составит около 8 лет, два раза в день — аккумулятор прослужит только 4 года. Энергетика мыслит длинными циклами, а значит, решение будет относительно дорогим с учетом необходимости замены ячеек. При этом емкость хранилища может быть любой — она варьируется количеством ячеек.

Сегодня стоимость электрохимических накопителей колеблется в диапазоне от $350 до $500 за 1 кВт•ч хранения с учетом комплексного решения. Они постоянно дешевеют, но пока непонятно, за счет чего произойдет дальнейшее значительное удешевление в электрохимии. Пока основную ставку делают на технологии «литий — сера» и «литий — воздух», но они не дошли до промышленного использования.

Ключевое преимущество электрохимии перед механическими накопителями — высокая плотность хранения энергии, что сокращает вес и объем аккумулятора. Компактность решений позволяет применять их в мобильных объектах — электропоездах, погрузчиках, автомобилях, скутерах, велосипедах, а также в самолетах и дронах.

Литий-ион вытесняет дизель

В январе 2017 года «Россети» и «Хевел» запустили первую автономную гибридную энергоустановку (АГЭУ) в селе Менза Забайкальского края, снабжающую три поселка. АГЭУ состоит из солнечных модулей общей мощностью 120 кВт, двух дизельных генераторов по 200 кВт каждый и накопителя емкостью 300 кВт•ч. Экспериментальное технологическое решение привело к снижению потребления привозного дизтоплива в три раза. Решение может быть масштабировано в изолированных энергорайонах Дальнего Востока. Применение АГЭУ там практически всегда приводит к снижению стоимости электроэнергии на фоне дорогого дизеля, установка гарантированно окупается через механизм энергосервисного контракта при текущих тарифах. Сейчас РОСНАНО обсуждает развитие сотрудничества по АГЭУ с «Хевелом».

В настоящий момент дочернее предприятие РОСНАНО — «Лиотех» ведет работу над созданием передвижного накопителя на базе КамАЗа, который бы позволял сетевой организации компенсировать пики нагрузки в центре и добавлять мощность локально, в случае ограничений при проведении аварийных работ, либо временном увеличении потребления. Грузовик может оперативно запитать около 150 кВт до 4 часов в любой транспортно доступной точке. До сих пор в таких ремонтных схемах использовались дизель-генераторы, но подобные решения не всегда приемлемы в крупных городах, так как создают много неудобств горожанам. Мобильное решение с накопителем для сетевой компании в расчете на жизненный цикл уже обходится не дороже эксплуатации дизель-генераторов.

Механический «Энергозапас»

Особняком на фоне общей увлеченности электрохимией стоят редкие энтузиасты электромеханики. Среди них — проект «Энергозапас», базирующийся в наноцентре «Сигма» (входит в ФИОП, Группа РОСНАНО) в Новосибирске. Он разрабатывает гравитационный накопитель, построенный на параллельной работе большого количества лифтов. На самом деле любой лифт является накопителем энергии, поэтому OTIS давно начал выпускать лифты с рекуперацией (вторичным использованием энергии в процессе торможения). Также используются автомобили с рекуперацией, они тоже тормозятся за счет накопления энергии.

Пять лет «Энергозапас» отбирал наиболее жизнеспособные концепты с высоким собственным КПД: вагонетки на склоне карьера, гидравлика, электромотор. Оказалось, что использовать максимально тяжелые грузы и поднимать их высоко — это принципиально, иначе будет теряться много энергии на разгоне и торможении. Нужно сделать как можно длиннее «полезный пробег» лифта, но чем выше здание, тем дороже его удельная стоимость. Золотое сечение между уровнем КПД, стоимостью и высотностью проходит, как мы выяснили, примерно на 300 м (выше рост КПД не оправдывает стоимость здания). Целевая стоимость хранения — $250 за 1 кВт•ч, что, по нашим расчетам, чуть дешевле ГАЭС. Дальнейшее снижение возможно за счет крупного заказа электромеханических компонентов у единого поставщика.

Перед инженерами «Энегрозапаса» стояла задача максимально удешевить здание, чтобы конструкция выигрывала по стоимости у ГАЭС. Надо понимать, что гравитационный накопитель — это легкое нежилое здание, в нем не нужны окна, двери, твердые стены, глубокий фундамент и перекрытия. Достаточно обеспечить тепловую изоляцию и ветрозащиту. Даже с учетом тяжелого груза на большой высоте проблема устойчивости здания решается шириной стен: здание будет похоже на широкий конусовидный цилиндр. Кроме того, тяжелые грузы на высоте выполняют роль сейсморегулятора и термостата (медленно остывают).

Для проверки эффективности разработанных решений «Энергозапас» планирует построить опытно-промышленную установку высотой 80 м, при этом движущиеся грузы будут уже в натуральную величину, как для 300-метрового здания. Энергетическая емкость установки экспериментальная — 4–5 МВт на 12–15 минут хранения. Пока определяется площадка в границах Московской области. На последнем заседании в 2017 году Национальная техническая инициатива поддержала реализацию проекта.

Отказ от маневренности

Появление большого количества накопителей фундаментально меняет саму энергосистему. Пока для регулирования частоты диспетчер закладывает большой резерв мощностей, чтобы покрывать пики в отдельные часы, что приводит к низкой загрузке станций.

С появлением промышленных накопителей, по сути — складов электроэнергии, графики выработки и потребления можно развести и сделать комфортными каждой стороне. Это фундаментально меняет и рынок электроэнергии, и рынок энергомашиностроения, ориентированного на маневренность. Если в ней не будет необходимости, достаточно поставить в базовый режим работы АЭС и не содержать «запасные» мощности. Для любой генерирующей установки нет ничего лучше ровного графика, это как в автомобиле: при ускорении резко растет расход топлива и при дерганой езде бензин расходуется неэффективно. При постоянной «скорости» удельный расход топлива оптимальный: у электростанций КИУМ он может достигать 70–80% и могут сокращаться расходы на ремонты. Неминуемо трансформируются и расчеты на рынке электроэнергии и мощности: бессмысленно вести почасовые торги при ровном графике и оплачивать лишние мощности. Постепенно будет возникать развилка: строить новую станцию для покрытия максимального спроса или достаточно присоединить накопитель к существующей генерации?

Но это довольно отдаленное будущее, до него осталось около 20 лет. Если представить, что энергетика резко перейдет на накопители, то российской энергосистеме потребуется всего 15 ГВт хранения, чтобы полностью развязать производство и потребление при общей установленной мощности в ЕЭС России около 200 ГВт. Конечно, процесс перехода на накопители будет инерционным из-за приоритета потребления органического топлива — угля и газа.

Нетривиальные решения

Один из самых экзотических способов — хранилище на сжатом воздухе. Идея заимствована у газовых хранилищ: под землей в карстовую пещеру закачивается воздух под большим давлением, а в нужный момент выпускается. Около 10 лет назад большие надежды возлагали на маховики: тяжелые конструкции на магнитных подвесках вращаются с минимальным трением, сохраняя энергию или передавая ее генератору. Маховики получились, как правило, совсем небольшой мощности и за счет быстрого разгона «прижились» для поддержания частоты.

К числу пока экстравагантных технологий хранения можно отнести и тепловое накопление. Электричество при помощи огромной «соляной банки» переводится в тепло, которое может долго хранится и преобразовываться обратно в электричество. Таким способом можно преобразовывать в электричество и солнечную энергию. Сначала жидкость разогревается на солнце: предварительно на ней фокусируют зеркала, преобразовывают в пар, а затем пар подают на турбину для выработки электричества. Такая станция установлена, например, в Калифорнии.

ОАЭ рассматривает возможность строительства необычной ГАЭС под землей. За счет опускания тяжеленного гранитного поршня вода из подземного резервуара загоняется под давлением в узкую трубку, под которой стоит небольшая турбина. Когда нужно потреблять электроэнергию, вода и поршень поднимаются насосами обратно вверх.

Россия. Весь мир > Химпром. Электроэнергетика. Экология > rusnano.com, 1 февраля 2018 > № 2491866 Юрий Удальцов


Россия. Антарктида. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Образование, наука. Экология > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481663 Валерий Лукин

К вопросу о национальной антарктической стратегии

Валерий Лукин, Начальник отдела Логистического центра Российской антарктической экспедиции, ФГБУ «Арктический и антарктический НИИ» Росгидромета

Современная мировая политика чрезвычайно насыщена новыми вызовами и угрозами международной безопасности. Отечественные и зарубежные средства массовой информации ежедневно сообщают о новых обстоятельствах напряженности российско-американских межгосударственных отношений, резкой конфронтации со взаимными угрозами применения ядерного оружия между КНДР, с одной стороны, и США, Южной Кореей и Японией - с другой, о серьезных обострениях межгосударственных отношений между отдельными странами - членами Европейского союза и самой стабильности этого межгосударственного союза, об успехах военных операций правительственных вооруженных сил Сирии при поддержке российских Воздушно-космических сил в антитеррористических операциях против ИГИЛ и его союзников, о новом политическим кризисе на Украине.

Несмотря на типично региональный характер этих процессов, у многих специалистов и читателей складывается впечатление, что эти очаги нарушения стабильности международных отношений получили глобальный характер. В то же время политический мир далеко не ограничен вышеназванными районами. В Латинской Америке, Африке, Центральной и Юго-Восточной Азии, Арктике и Антарктике также происходят активные политические процессы, которые, как правило, находятся вне сферы интереса наших политологов и журналистов. Российская Федерация, возродившая утраченный в 1990-х годах статус великой державы, обязана находиться в круге большинства событий, происходящих на нашей планете.

Несмотря на свою серьезную географическую удаленность, Антарктика продолжает оставаться в сфере российских государственных интересов. В мае-июне 2017 года в столице КНР Пекине проходило 40-е Консультативное совещание по Договору об Антарктике (КСДА) - главный международный политический форум по регулированию межгосударственных отношений в Южной полярной области. В день открытия КСДА его организаторы провели открытую встречу высокого уровня на тему «Наша Антарктика: охрана и использование», в ходе которой были заслушаны взгляды представителей ведущих антарктических держав о текущем состоянии и перспективах развития Системы Договора об Антарктике. Своими взглядами на эту проблему поделились представители правительственных кругов России, КНР, Польши, США и Аргентины, а также научных сообществ КНР, Австралии, Великобритании, Чили.

На текущий год участниками Договора об Антарктике являются 53 государства, представляющие все континенты земного шара, более 67% населения планеты и наиболее экономически и научно-технически развитые государства. Большинство из них разрабатывают собственные национальные стратегии своей деятельности в Антарктике. Их сравнение позволяет определить тенденции развития всей Системы Договора об Антарктике на ближайшую перспективу и выявить новые вызовы и угрозы этой системе.

Антарктическое сообщество

Традиционно под понятием «стратегия» рассматривается модель долгосрочных крупномасштабных действий для достижения поставленной цели. Для государств, реализующих конкретную региональную антарктическую политику, разработка стратегии своей деятельности является важной и актуальной задачей. Развитие системы международных отношений в конкретных регионах планеты естественным образом влияет на необходимость пересмотра национальной антарктической стратегии в зависимости от изменения общих тенденций деятельности антарктического сообщества.

Этот вид сообщества как самостоятельное межправительственное объединение государств, заинтересованных в изучении и освоении шестого континента и омывающих его морей, образовалось в середине 50-х годов ХХ века при подготовке программы Международного геофизического года (МГГ). Первая попытка создания такого сообщества была предпринята США еще в 1948 году, когда Государственный департамент этой страны предложил созвать Международную антарктическую конференцию с целью разработки правового режима управления Южным полярным регионом планеты. В качестве участников конференции приглашались правительственные делегации Австралии, Аргентины, Великобритании, Новой Зеландии, Норвегии, Франции и Чили, которые в первой половине ХХ века уже заявили в одностороннем порядке свои территориальные права в Антарктике.

Организаторы конференции предлагали использовать в качестве правовой модели управления Антарктикой принцип кондоминиума, который уже успешно зарекомендовал себя при управлении поверженной столицей Третьего рейха - Берлином. Из-за отказа правительств Аргентины, Чили и Норвегии принять участие в этой конференции она не состоялась, так как эти государства явно опасались попасть в политико-правовую зависимость от США при осуществлении своей дальнейшей деятельности на шестом континенте и в омывающих его морях.

Успешное выполнение грандиозного международного научного проекта МГГ в 1957-1958 годах позволило в 1958 году создать Научный комитет по изучению Антарктики (СКАР), разработать и подписать 1 декабря 1959 года Договор об Антарктике, ставший основополагающим актом международного права в этом регионе. Создателями этого договора стали правительства Австралии, Аргентины, Бельгии, Великобритании, Новой Зеландии, Норвегии, СССР, США, Франции, Чили, ЮАС и Японии, которые направили в Антарктику свои национальные научные экспедиции для выполнения работ по программе МГГ. Договор об Антарктике провозгласил этот регион областью мира, международного сотрудничества и науки.

Начиная с 1961 года участники данного договора на регулярной основе стали проводить консультативные совещания по Договору об Антарктике, в ходе которых принимались рекомендации (до 1995 г.), меры, резолюции и решения (начиная с 1996 г.). Вышеназванные итоговые документы КСДА после прохождения процесса ратификации в государствах - участниках договора становились официальным дополнением к основному тексту Договора об Антарктике. Таким образом, этот договор стал динамично развивающимся региональным актом международного права, достаточно оперативно отвечающим на новые вызовы и угрозы международному антарктическому сообществу.

Этапы развития антарктического сообщества

Более чем 60-летняя история деятельности антарктического сообщества имела три основных этапа.

Первый из них, завершившийся в конце 1960-х годов, стал научно-романтическим периодом, когда исследователи разных стран открыли большинство географических объектов Антарктиды и акватории Южного океана, важнейшие крупномасштабные процессы и явления в ионо-, магнитосфере, атмосфере, гидросфере, криосфере, литосфере и биосфере Южного полярного региона. С 1959 по 1967 год к 12 создателям Договора об Антарктике присоединились только три государства (Польша в 1961 г., Дания в 1965 г., Нидерланды в 1967 г.). В этот период в Антарктике была создана сеть национальных круглогодично действующих научных станций и сезонных полевых баз, ежегодно в Антарктику направлялись экспедиционные суда, свои полеты совершали самолеты и вертолеты национальных антарктических программ, в ее центральные районы совершались санно-гусеничные походы.

Второй период деятельности международного сообщества в Антарктике проходил с конца 1960-х по 1990 год. Он был связан с масштабным энергетическим кризисом в большинстве стран мира и введением исключительных экономических зон на шельфах многих прибрежных государств Европы, Северной и Южной Америки, Африки, традиционно являющихся районами промышленного рыболовства многих стран. В связи с этим большинство государств, зависящих от этих факторов, обратили внимание на необходимость ресурсного использования Антарктики.

В первую очередь это касалось начала рыболовного промысла в антарктических водах, который стал существенным дополнением к китобойной активности некоторых государств. Кроме того, антарктическое сообщество проявило значительный интерес к организации геологоразведочных работ по перспективам разработок минеральных и углеводородных ресурсов Антарктики. Новые виды антарктической деятельности потребовали существенного расширения гидрографических, гидрометеорологических, геодезических, картографических, океанологических, биологических и геолого-геофизических исследований в регионе, создания новых антарктических станций и полевых баз на побережье и широкого внедрения авиационных средств доставки персонала и грузов, а также дистанционных авиационных и спутниковых геофизических исследований региона.

В Антарктиде создавались грунтовые и снежно-ледовые взлетно-посадочные полосы для организации меж- и внутриконтинентальных полетов самолетов разных классов, в том числе и тяжелых транспортных на колесных шасси. Кроме экспедиционных судов, в Антарктику направлялись специализированные научно-исследовательские и научно-промысловые суда для выполнения широкого комплекса исследований Южного океана. Эта активность сопровождалась соответствующей разработкой ее правового регулирования. В 1972 году была принята Конвенция о сохранении тюленей Антарктики, в 1980 году - Конвенция о сохранении морских живых ресурсов Антарктики, а в 1988 году была закончена многолетняя разработка и открыта для подписания Конвенция о регулировании освоения минеральных ресурсов Антарктики. Последняя не вступила в силу из-за отказа правительств Австралии и Франции ратифицировать ее.

Эта деятельность привела к созданию новых органов управления Системой Договора об Антарктике: в 1982 году Комиссии по сохранению морских живых ресурсов Антарктики со штаб-квартирой в городе Хобарте (Австралия) и в 1989 году - Совета управляющих национальных антарктических программ. Свои текущие вопросы эти органы управления стали обсуждать на ежегодных сессиях.

Следует отметить, что в период с 1983 по 1990 год вопросы деятельности в Антарктике активно обсуждались на ежегодных Генеральных Ассамблеях ООН по инициативе «Группы 77», созданной неприсоединившимися государствами во главе с Малайзией.

Главной темой обсуждений, которые поднимали представители этой группы, стал вопрос необходимости использования минеральных и углеводородных ресурсов Антарктики в качестве «общего наследия человечества». В этой связи неприсоединившиеся страны выражали свою глубокую озабоченность в отношении разработки Конвенции о регулировании освоения минеральных ресурсов Антарктики, которая проводилась сторонами Договора об Антарктике с 1982 года. Невступление в силу этой конвенции стало естественным завершением данного проблемного вопроса на полях ООН. Кроме того, «Группа 77» постоянно поднимала вопрос о необходимости исключения ЮАР - страны апартеида - из участников Системы Договора об Антарктике.

Ресурсное освоение этого региона возбудило естественный интерес многих стран к нему, что выразилось в значительном увеличении участников Договора об Антарктике. В период с 1971 по 1990 год участниками этого акта международного права стали: Бразилия, Папуа-Новая Гвинея (1975 г.), Болгария (1978 г.), Эквадор (1987 г.), Германия (1979 г.), Уругвай (1980 г.), Италия, Перу (1981 г.), Испания (1982 г.), Китай, Индия (1983 г.), в 1984 г. - Куба, Финляндия и Венгрия, Швеция (1987 г.), Республика Корея (1986 г.), Австрия, Эквадор, Греция, КНДР (1987 г.), Канада (1988 г.), Колумбия (1989 г.), Швейцария (1984 г.). Из них статус консультативных сторон договора, дающий право принимать решения на КСДА или накладывать вето на них, получили 14 государств: Польша (1977 г.), Германия (1981 г.), Бразилия (1983 г.), Индия (1983 г.), КНР (1985 г.), Уругвай (1985 г.), Италия (1987 г.), Испания (1988 г.), Швеция (1988 г.), Перу (1989 г.), Республика Корея (1989 г.), Финляндия (1989 г.), Нидерланды (1990 г.), Эквадор (1990 г.). Данный статус, согласно статье IX (п. 2) Договора об Антарктике 1959 года, могло получить только то государство, которое проявляет заинтересованность в проведении существенной научно-исследовательской деятельности путем создания в этом регионе научной станции или направления регулярных научных экспедиций.

Конвенция о регулировании освоения минеральных ресурсов Антарктики имела хорошо разработанный природоохранный блок, в котором на выполнение геологоразведочных и горнодобывающих работ накладывались серьезные ограничения, связанные с сохранением окружающей среды. С середины 1980-х годов во многих странах мирового сообщества широкое распространение приобрели общественные природоохранные организации, такие как Гринпис, Всемирный фонд дикой природы, Международный союз охраны природы и природных ресурсов и т. д., некоторые из национальных отделений которых получили статус политических партий, активно влияющих на внешнюю и внутреннюю политику и экономику многих стран - участниц Договора об Антарктике. Ввиду этого начиная с 1989 года участники договора приступили к разработке Протокола по охране окружающей среды, который был принят 4 октября 1991 года в Мадриде (Испания). Протокол объявил Антарктику мировым природным заповедником, предназначенным для науки, а его статья

7 запретила любую деятельность в отношении минеральных ресурсов в этом регионе, кроме научной. Этот факт стал поворотным моментом изменения основного вектора развития антарктической деятельности. С 1991 года по настоящее время она направлена на вопросы сохранения окружающей среды региона и влияния на нее глобальных климатических изменений.

Этот период стал третьим в более чем 60-летней истории развития деятельности антарктического сообщества. За эти годы к Договору об Антарктике присоединились Гватемала (1991 г.), Украина (1992 г.), Чехия, Словакия (1993 г.), Турция (2006 г.), Венесуэла (1999 г.), Эстония (2001 г.), Белоруссия (2006 г.), Монако (2008 г.), Португалия (2010 г.), Малайзия (2011 г.), Пакистан (2012 г.), Казахстан, Монголия (2015 г.). Из них Болгария (1998 г.), Украина (2004 г.) и Республика Чехия (2013 г.) получили статус консультативных сторон договора.

В Системе управления Договора об Антарктике появились две новые организации: Комитет по охране окружающей среды (КООС) - в 1998 году (после вступления в силу Мадридского протокола) и Секретариат Договора об Антарктике - в 2004 году. КООС проводит свои заседания только в структуре КСДА, а Секретариат Договора об Антарктике со штаб-квартирой в Буэнос-Айресе (Аргентина) организует деятельность договора в период между очередными КСДА без права принятия каких-либо решений от имени договора и занимается организационно-подготовительными мероприятиями очередных КСДА.

Понимая всю актуальность и безусловную важность современного направления деятельности антарктического сообщества, Российская Федерация в ходе встречи высокого уровня «Наша Антарктика: охрана и использование» на полях 40-го Консультативного совещания по Договору об Антарктике обратила внимание на то, что, несмотря на несомненную важность вопросов сохранения окружающей среды Антарктики и влияния на нее глобальных климатических изменений, следует не упускать из виду подготовку ответов на существующие вызовы и угрозы надежно зарекомендовавшей себя Системы Договора об Антарктике.

К таким вызовам относятся некоторые разногласия правовых актов Системы Договора об Антарктике с аналогичными документами глобального уровня. К ним относятся Конвенция ООН по морскому праву 1982 года, Конвенция ООН по биологическому разнообразию 1992 года, Рамочная конвенция ООН об изменении климата 1992 года. Существующие положения Конвенции ООН по морскому праву международного права дали возможность активизировать позицию государств, заявивших в первой половине ХХ века свои территориальные претензии в Антарктике (Австралия, Аргентина, Великобритания, Новая Зеландия, Норвегия, Франция, Чили).

Многими из них были подготовлены и даже представлены в Комиссию ООН по границам континентального шельфа свои национальные заявки на владение континентальным шельфом Антарктики, так как Договор об Антарктике прямо не рассматривал вопросы юрисдикции дна прибрежных антарктических морей. Эти заявки были отклонены в связи с тем, что Договор об Антарктике «заморозил» территориальные права государств в Южном полярном регионе, что не давало им право расширять свой государственный суверенитет в Антарктике. Активная позиция стран - антарктических территориалистов продолжала развиваться через механизм образования морских охраняемых районов в Антарктике, создание которых предусматривалось в Конвенции ООН о биологическом разнообразии 1992 года.

Кроме того, важным аргументом нестабильности Системы Договора об Антарктике стали существенные различия национальных правовых процедур по регулированию деятельности своих граждан и юридических лиц в Южном полярном регионе. По этой причине особую тревогу вызывают развитие антарктического туризма и вопросы биоразведки (практическое использование генетических ресурсов живых организмов), так как различные консультативные стороны Договора об Антарктике оказываются в неравных правовых условиях осуществления подобного вида деятельности. Вероятно, что выход США из Парижского климатического соглашения 2015 года также может оказать существенное влияние на дальнейшее развитие основных направлений третьего этапа деятельности антарктического сообщества.

Антарктическая стратегия России

Вполне естественно, что участники Системы Договора об Антарктике развивают свои собственные национальные стратегии деятельности в этом регионе в соответствии с правовыми нормами вышеназванного договора и собственными государственными интересами. 24 апреля 2008 года Правительство Российской Федерации на своем заседании заслушало доклад руководителя Росгидромета А.И.Бедрицкого «Об обеспечении интересов Российской Федерации в высокоширотных и полярных регионах». Пунктом 7 протокольного решения этого заседания Росгидромету, МИД России, Минэкономразвития России, МПР России, Госкомрыболовству России совместно с заинтересованными федеральными органами исполнительной власти и Российской академией наук поручалось разработать проекты стратегии обеспечения российского присутствия в Антарктике на период до 2025 года и плана мероприятий по ее реализации. Этот документ под названием «Стратегия развития деятельности Российской Федерации в Антарктике до 2020 г. и на более отдаленную перспективу» был утвержден распоряжением Правительства Российской Федерации от 30 октября 2010 года №1926-р. При разработке Антарктической стратегии учитывался комплексный подход в обеспечении региональных государственных интересов, которые заключаются в:

- обеспечении национальной безопасности;

- развитии экономического процветания за счет использования ресурсов региона;

- укреплении международного престижа.

Вопросы обеспечения национальной

безопасности Российской Федерации

Всестороннее содействие сохранению и прогрессивному развитию Системы Договора об Антарктике с целью сохранения Антарктики в качестве зоны мира, стабильности и сотрудничества, для предотвращения возможного возникновения очагов международной напряженности

В последние годы некоторые политические лидеры зарубежных стран делали заявления о необходимости изменения Системы Договора об Антарктике. Свою позицию они основывали на том, что Договор 1959 года был продуктом холодной войны и уже выполнил свое историческое назначение. Они предлагали разработать на смену Договору об Антарктике новый международный биполярный правовой акт, распространяющийся как на Арктику, так и на Антарктику. Подобный подход не может устраивать Российскую Федерацию, которая рассматривает Арктику и Антарктику как абсолютно независимые друг от друга регионы, с весьма характерными различиями в географических, биологических, демографических, экономических, военно-стратегических и политико-правовых условиях. В этой связи Россия предпринимает энергичные усилия к сохранению и необходимому развитию существующей уже почти 60 лет Системы Договора об Антарктике.

Реализация этого подхода обеспечивается последующими указами Президента Российской Федерации от 7 мая 2012 года «О мерах по реализации внешнеполитического курса Российской Федерации» №605 и от 30 ноября 2016 г. «Об утверждении Концепции внешней политики Российской Федерации» №640, в которых предусмотрены отдельные пункты в отношении Антарктики. В Морской доктрине РФ, утвержденной Президентом РФ 26 июля 2015 года, отдельно выделено антарктическое направление морской деятельности нашего государства. Свою позицию в отношении тезиса по сохранению и развитию Договора об Антарктике Россия последовательно излагает в рабочих и информационных документах, представляемых на ежегодных консультативных совещаниях по Договору об Антарктике.

Оценка роли и места Антарктики в изучении

глобального изменения климата

Климатические изменения на нашей планете обусловлены космофизическими (энергия Солнца, состояние озоносферы, космическое излучение), естественными природными (вулканизм) и антропогенными процессами. В Антарктике, где отсутствуют промышленная, сельскохозяйственная, высокоразвитая транспортная деятельность и крупные мегаполисы, фактор человеческого влияния на климат сведен к минимуму. Поэтому проведение регулярного мониторинга окружающей среды этого региона дает возможность без особых искажений получить данные об изменении климатических характеристик под влиянием естественных факторов, которые не находятся под воздействием и управлением человека.

Для Российской Федерации, значительная часть территории которой находится в зоне вечной мерзлоты, оценка влияния естественных факторов на климатическую изменчивость актуальна и чрезвычайно важна, так как процессы потепления климата могут оказать существенное негативное влияние на экономику тех российских регионов, которые расположены в зоне влияния вечной мерзлоты, и тем самым составить прямую угрозу государственной безопасности России. По этой причине роль постоянного климатического мониторинга в Антарктике, а также реконструкция палеоклиматических изменений на планете по данным ледяных кернов и донных отложений решают не только общенаучные проблемы, но и серьезно способствуют укреплению национальной безопасности за счет проведения фундаментальных оценок возможных климатических изменений на планете в целом.

Обеспечение наземного сегмента космической

деятельности Российской Федерации

В 1960-1980-х годах глобальный мониторинг параметров орбит космических аппаратов за пределами территории СССР осуществлялся с помощью специализированных морских научных судов, действовавших в акваториях Атлантического, Индийского и Тихого океанов, а также на военных базах нашей страны, расположенных на Кубе, во Вьетнаме, в Анголе, Мозамбике. В 1990-х годах эта деятельность была полностью ликвидирована из-за естественного старения морского космического флота и прекращения деятельности наземных баз на зарубежных территориях. Одновременно в нашей стране была разработана и введена в эксплуатацию спутниковая навигационная система ГЛОНАСС, которая значительно повышала точность определения географических координат различных подвижных объектов как на территории России, так и за ее пределами.

Существование американской спутниковой системы глобального позиционирования GPS и ее использование российскими потребителями ставило нашу страну в полную зависимость от зарубежного владельца данной системы и, кроме того, не отвечало необходимой точности определения географических координат за счет разных геоидов, заложенных в использовании данной системы. Для России, имеющей огромную протяженность своей территории с запада на восток (от Калининградской области до Чукотки), геоид WGS-84, используемый в системе GPS, не отвечает правильности математического описания российской территории. Аналогичные вопросы к использованию системы GPS возникли у высокоразвитых государств Европейского союза и КНР, где уже приступили к созданию собственных спутниковых навигационных систем «Галилео» и «КОМПАС» соответственно.

Многолетние попытки Роскосмоса договориться с правительствами государств Южного полушария об установке на их территориях станций мониторинга параметров орбит российской спутниковой навигационной системы ГЛОНАСС не давали результатов. При этом США в 1990-х годах установили свои аналогичные станции системы GPS на российской территории, отказав России в установке наших аналогичных объектов на их территории. Вследствие чего решение задачи повышения точности определения географических координат с помощью системы ГЛОНАСС не могло быть выполнено нашей страной без использования Антарктического региона.

С целью развития сети глобального мониторинга параметров орбит системы ГЛОНАСС важнейшим местом ее развертывания в Южном полушарии становится местоположение российских антарктических станций. Для повышения эффективности функционирования системы ГЛОНАСС, проводимых навигационных задач воздушного, морского и наземного транспорта, научных исследований установлены станции сбора данных измерений и дифференциальной коррекции и мониторинга параметров орбит спутниковой группировки системы ГЛОНАСС на антарктических станциях «Беллинсгаузен», «Новолазаревская» и «Прогресс». В дальнейшем планируется расширение таких мониторинговых комплексов до шести. Они будут располагаться на других российских антарктических станциях, в том числе и на полевой базе «Русская», расположенной в тихоокеанском секторе Антарктики. Начиная с 2020 года эту базу планируется перевести в разряд круглогодично действующих станций.

В ближайшие годы предполагается установка станций мониторинга параметров орбит системы ГЛОНАСС нового поколения, а также развертывание комплекса широкого спектра приема данных дистанционного зондирования Земли с искусственных спутников в Антарктиде.

Экономические интересы

Российской Федерации в Антарктике

Для современной России вопросы использования ресурсного потенциала Антарктики сосредоточены на следующих направлениях деятельности.

Оценка водных биологических ресурсов Антарктики на основе исследований по прогнозированию состояния их запасов для обеспечения экономически эффективного рыбного промысла

Этот вид деятельности направлен на восстановление и дальнейшее развитие позиций российского рыбопромыслового флота в области действия Конвенции о сохранении морских живых ресурсов Антарктики 1980 года, утраченных в 1990-х годах. СССР был одним из первых государств, начавших этот вид деятельности в антарктических водах в конце 1960-х годов, и в короткое время стал одним из ведущих государств в рыболовном антарктическом промысле. Развитие и совершенствование рыбопромысловой деятельности в этом регионе неразрывно связано с необходимостью восстановления и расширения прикладных биологических, океанологических и технологических исследований в этом регионе. Именно широкомасштабные научные исследования 1970-1980-х годов, выполненные специалистами Минрыбхоза СССР, дали возможность эффективной добычи плавниковых рыб и криля отечественным рыбопромысловым флотом. Предпринимаемые в последние годы международным сообществом меры по сохранению морских биологических ресурсов Антарктики предусматривают и их рациональное использование.

В связи с этим Российская Федерация занимает взвешенную всестороннюю позицию в вопросах создания морских охраняемых районов Антарктики. Конструктивный диалог, предпринятый российскими специалистами с членами Комиссии по сохранению морских живых ресурсов Антарктики, позволил в ноябре 2016 года завершить многолетние переговоры и принять морской охраняемый район в море Росса. В Комиссии по сохранению морских живых ресурсов Антарктики продолжается обсуждение вопроса о создании еще одного крупного морского охраняемого района в Восточной Антарктике, который предлагается Австралией, Францией и Европейским союзом. В этом направлении авторы проекта пока еще не предлагают альтернативных решений, позволяющих найти компромисс в этой спорной ситуации.

Предпринятые представителями России в структуре Комиссии по сохранению морских живых ресурсов Антарктики шаги позволили не только сохранить активное присутствие отечественного рыбопромыслового флота в регионе, но и продолжить специализированные научные исследования, направленные на рациональное использование морских биологических ресурсов Антарктики.

Научные геолого-геофизические исследования минеральных

углеводородных ресурсов континентальных районов

Антарктиды и антарктических морей

Россия является одним из признанных лидеров мирового сообщества по добыче природных полезных ископаемых. Эта деятельность составляет важнейшую часть российской экономики. С целью возможных перспектив дальнейшего развития мировых рынков минерального и углеводородного сырья в различных регионах планеты, в том числе и в Антарктике, Россия нуждается в прогнозных экономических оценках этого вида деятельности. Эта работа может быть обеспечена с помощью продолжения отечественных геолого-геофизических исследований Антарктики при строгом соблюдении всех положений Мадридского протокола 1991 года во избежание нарушений его статьи 7. С этой целью никаких работ геологоразведочного характера Россия в Антарктике не проводит. Основными направлениями геолого-геофизических исследований являются изучение фундаментальных закономерностей геологического строения, глубинной структуры и истории формирования земной коры Антарктиды, ее континентальной окраины и прилегающих глубоководных акваторий Южного океана.

При этом традиционные геологические методы изучения открытых выходов горных пород и геофизические методы исследований подледникового рельефа, осадочного чехла континента и дна океана могут быть дополнены наиболее эффективными методами глубинного стратиграфического бурения на шельфовых ледниках или припайных льдах антарктических морей, по примеру международного проекта «ANTDRILL» в море Росса, уже много лет возглавляемого США. Это научное направление геолого-геофизических работ в то же время позволяет получить оценки перспектив местонахождения и объемов минерального и углеводородного сырья данного региона, что отвечает поставленной государственной задаче антарктической стратегии России.

Укрепление международного

престижа России в Антарктике

Эта задача решается с помощью проведения эффективных мероприятий, укрепляющих позиции нашего государства не только в региональном антарктическом, но и во всем мировом сообществе. С позиции авторов «Стратегии развития деятельности РФ в Антарктике до 2020 года и на более отдаленную перспективу» подобными крупными мероприятиями являются:

Выполнение комплексных научных исследований, имеющих

значительный вклад в мировую науку

С начала своей регулярной деятельности в Антарктике по программе МГГ наша страна уверенно завоевала ведущие позиции в международном научном антарктическом сообществе, став вместе с национальной антарктической программой США признанным авторитетом в этой деятельности. Открытия и достижения советских ученых в области географического, геофизического, гляциологического, метеорологического, геологического, океанологического и биологического изучения Антарктики были высоко оценены нашими зарубежными коллегами в 60-80-х годах прошлого века. Серьезные политико-экономические изменения жизни СССР, начавшиеся в конце 1980-х годов, привели не только к сокращению объема научных исследований, но и к результатам. Многие отечественные ученые переехали на работу в другие страны, общее финансирование российских научных исследований сократилось не только на шестом континенте, но и во всей стране.

В этот период особую значимость получили те направления исследований, которые могли бы быть реальным флагманом возвращения нашей страны в лидеры мировой науки. Такими направлениями стали гляциологические и палеоклиматические исследования структуры ледника центральной части Восточной Антарктиды. В 1990 году на станции «Восток» было начато бурение пятой по счету глубокой ледяной скважины с целью реконструкции палеоклиматических изменений по данным полученного ледяного керна. В процессе бурения учитывался накопленный 20-летний опыт бурения ледников наших специалистов в этом регионе Антарктики.

В результате к 1997 году глубина этой скважины на станции «Восток» достигла 3623 метров, что позволило выявить четыре полных климатических изменения - от эпохи глобального потепления до очередного ледникового периода продолжительностью 100 тыс. лет каждый. Это открытие отечественных специалистов широко цитировалось во всех важнейших монографиях, посвященных вопросам изменения климата на Земле, издаваемых во всех ведущих странах мира. В то же время в 1994 году российские специалисты сообщили факт открытия крупнейшего подледникового водоема, расположенного под российской станцией «Восток», с площадью водного зеркала, равного Ладожскому озеру или озеру Онтарио. Подобные достижения российских специалистов - к большой неожиданности для многих западных стран - вновь вернули наше государство в число лидеров международной антарктической науки.

Последовавшие за этим открытия молекул ДНК бактерий-термофилов, обнаруженных в нижних горизонтах ледяного керна, традиционно обитающих в горячих, сильно минерализованных водных источниках на суше и в океане, стали еще одним прорывом в этой области знаний. Наконец, к 2008 году были подробно изучены и картированы параметры подледникового озера Восток (конфигурация и протяженность его береговой черты, толщины ледника, водной толщи и слоя донных отложений в озере), а 5 февраля 2012 года на глубине 3769 метров было осуществлено экологически чистое проникновение в водный слой этого озера.

Наряду с этими достижениями российские специалисты выполнили ряд принципиально важных исследований по изучению изменчивости современного климата Антарктики, физического, химического и микробиологического строения слоя вечной мерзлоты на этом континенте, микробного и океанического биоразнообразия Антарктики.

Важной вехой в развитии прикладных российских работ в Антарктике стало введение в эксплуатацию с 2010 года трех станций дифференциальной коррекции параметров орбит спутниковой группировки отечественной навигационной системы ГЛОНАСС на российских станциях «Беллинсгаузен», «Новолазаревская» и «Прогресс». Вместе с тем достижения отечественной науки или принижаются, или продолжают оставаться незамеченными нашими западными коллегами.

При оценке уровня научных исследований следует учитывать не традиционный подход цифровых библиографических показателей (количество публикаций и индекс их цитирования, широко используемый в западном сообществе), а реальные научные достижения и открытия, которые в значительной степени повышают значимость государств в мире. При любых обстоятельствах передовые позиции по числу публикаций и индексу цитирования научных работ будут занимать англоязычные ученые. В связи с этим их коллеги из Китая, Южной Кореи, Японии, России, Латинской Америки не смогут достойно соперничать со своими англоязычными коллегами по данным показателям.

Хорошо известны примеры отказа ведущих мировых научных журналов типа «Nature» и «Science» в публикациях оригинальных достижений российских исследователей по различным субъективным причинам. Появление в списке авторов российских публикаций имени американского или британского ученого коренным образом меняет решение данного вопроса, а публикация о российских открытиях меняет свой статус на международный. Однако это не означает, что именно в западных странах в последние годы были сделаны наиболее известные научные открытия в Антарктике, равные вышеприведенным российским достижениям.

Комплексный научный подход, не расставляющий очевидных приоритетов между различными направлениями наук о Земле и наук о жизни в Антарктике, осуществляемый Россией в этом регионе, позволил не только сохранить престиж отечественных исследований, но и постепенно наращивать его. В связи с этим Российская Федерация продолжает уделять повышенное внимание данному направлению деятельности в Антарктике.

Природоохранная деятельность

Другим не менее важным направлением антарктической деятельности является охрана окружающей среды этого региона.

Выполнение требований Протокола по охране окружающей среды к Договору об Антарктике обеспечивается в Российской Федерации Федеральным законом о ратификации вышеназванного протокола от 24 мая 1997 г. №79-ФЗ, в связи с чем этот факт международного права стал составной частью российского законодательства. Принятие в 2005 году Приложения 6 «Материальная ответственность в случае наступления чрезвычайных экологических ситуаций» к этому протоколу потребовало разработки и принятия 5 июня 2012 года Федерального закона «О регулировании деятельности российских граждан и российских юридических лиц в Антарктике» №50-ФЗ и Постановления Правительства Российской Федерации «О разрешениях на осуществление деятельности в Антарктике» от 27 июня 2013 г. №544. На основании этих документов любая деятельность российских граждан и российских юридических лиц в Антарктике может осуществляться исключительно в рамках специальных разрешений, выдаваемых Росгидрометом по согласованию с Росприроднадзором, Министерством природных ресурсов и экологии Российской Федерации и Министерством иностранных дел Российской Федерации.

Данные нормативно-правовые акты обеспечивают всестороннее выполнение требований Протокола в России. Все объекты экспедиционной инфраструктуры Российской антарктической экспедиции (РАЭ), включая экспедиционные морские суда, оснащены комплексами по утилизации отходов текущей и прошлой жизнедеятельности и очистке бытовых и сточных вод. Отходы РАЭ, находящиеся в Антарктике, на регулярной основе вывозятся за пределы региона на экспедиционных судах для их последующей утилизации на других континентах. Масштабы развития такой деятельности ограничиваются финансовыми ресурсами на необходимую аренду палубных вертолетов и смогут быть решены в случае принятия соответствующей федеральной целевой программы.

Россия объявила в Антарктике два особо охраняемых района, из которых один совместно с Австралией, КНР и Индией и один особо управляемый район Антарктики совместно с Австралией, КНР, Индией и Румынией, а также восемь исторических мест и памятников. На регулярной основе - один раз в пять лет - на эти районы в Антарктике создаются пересмотренные планы управления, которые представляются для рассмотрения и утверждения в Государственный комитет по охране окружающей среды.

Реконструкция и модернизация экспедиционной инфраструктуры

Важнейшим аргументом укрепления международного престижа государства в Антарктике является количество и состояние объектов экспедиционной инфраструктуры. В настоящее время Россия располагает пятью круглогодично действующими антарктическими станциями («Мирный», «Восток», «Прогресс», «Новолазаревская» и «Беллинсгаузен»), шестью сезонными полевыми базами («Молодежная», «Дружная-4», «Союз», «Русская», «Ленинградская», «Оазис Бангера»). Все они были созданы в советский период и располагаются по всему периметру Антарктиды, а также в ее внутриконтинентальных районах. Таким образом, существующая сеть российских антарктических станций и полевых баз предоставляет уникальные геополитические возможности для нашей страны выполнения практически любых видов научных исследований и организации действенного контроля за работой иностранных национальных экспедиций.

Сокращение количества станций и баз связано с огромными дополнительными материальными затратами во исполнение требований Протокола по охране окружающей среды, обязывающих полностью очистить и рекультивировать территорию неработающих экспедиционных объектов. Это обстоятельство определяет необходимость модернизации и реконструкции данной экспедиционной сети как с политической, так и с экономической точек зрения.

Кроме того, к объектам экспедиционной инфраструктуры относятся два научно-экспедиционных судна Росгидромета «Академик Федоров» и «Академик Трешников», научно-исследовательское судно Росгеологии «Академик Александр Карпинский», дальнемагистральный транспортный самолет Ил-76ТД-90 ВД, выполняющий межконтинентальные рейсы из Кейптауна (ЮАР) на ледовые аэродромы Земли Королевы Мод, два самолета на лыжных шасси для внутриконтинентальных перелетов и два-четыре палубных вертолета КА-32. На российской станции «Новолазаревская» каждый летний антарктический сезон (ноябрь-февраль) подготавливается ледовая взлетно-посадочная полоса для приема тяжелых транспортных самолетов на колесных шасси типа Ил-76. На станциях «Прогресс», «Восток», «Мирный», полевых базах «Молодежная» и «Дружная-4» в эти же сезоны подготавливаются снежные посадочные площадки для приема самолетов на лыжных шасси. Все посадочные площадки на российских антарктических станциях и сезонных полевых базах имеют соответствующие аэронавигационные паспорта, утверждаемые Росавиацией.

Подавляющий объем служебно-жилых зданий на российских антарктических станциях и сезонных полевых базах, построенных в 1970-1980-х годах, нуждаются в реконструкции и модернизации, так как, по расчетам зарубежных специалистов, предельный календарный срок эксплуатации капитальных сооружений в экстремальных природно-климатических условиях Антарктики не может превышать 25 лет. Исключение составляет современная станция «Прогресс», построенная в 2012 году. В тот же год в эксплуатацию было введено новое научно-экспедиционное судно «Академик Трешников». Планы по реконструкции и модернизации российских антарктических станций разработаны и предусмотрены в новой Федеральной целевой программе «Мировой океан», концепция которой была принята Правительством Российской Федерации 22 июня 2015 года. К сожалению, сама ФЦП до сегодняшнего дня не включается в проекты ежегодных федеральных бюджетов России. Начиная с 2020 года предусматривается реконструкция сезонной полевой базы «Русская» и ее перевод в статус круглогодично действующей антарктической станции. Во многом эти планы связаны с заинтересованностью различных организаций Роскосмоса в создании пункта дифференциальной коррекции орбит спутниковой группировки системы ГЛОНАСС в тихоокеанском секторе Антарктики.

При разработке этого пункта стратегии подробно рассматривались варианты необходимости строительства новых капитальных сооружений в Антарктике или модернизация и реконструкция существующих с использованием современных материалов и технологий. Расчет экономических затрат на проведение этих двух вариантов показал очевидную эффективность второго подхода.

Параметры и основные направления деятельности Российской антарктической экспедиции в соответствии с требованием Федерального закона от 5 июня 2012 г. №50-ФЗ один раз в пять лет утверждаются Распоряжением Правительства Российской Федерации. Последнее такое распоряжение было издано 21 января 2013 года за №28-р. Срок его действия истекает 31 декабря 2017 года, поэтому в настоящее время готовится проект нового аналогичного Распоряжения Правительства Российской Федерации на период с 2018 по 2022 год.

Большое внимание в «Стратегии развития деятельности Российской Федерации в Антарктике» уделяется ее нормативно-правовому обеспечению. Так, в период с 1992 по 2017 год в отношении Антарктики в России было разработано и введено в силу три федеральных закона, две морские доктрины Российской Федерации, три указа Президента Российской Федерации, 23 постановления и шесть распоряжений Правительства Российской Федерации, семь приказов Министерства природных ресурсов и экологии России и Росгидромета, 12 международных соглашений о сотрудничестве в Антарктике с другими участниками Договора об Антарктике (Германия - 1995 г., Чили - 1995 г., Новая Зеландия - 2005 г., Перу - 2005 г., Республика Корея - 2007 г., Республика Уругвай - 2010 г., Австралия - 2012 г., Украина - 2012 г., США - 2012 г., Республика Беларусь - 2013 г., Турция - 2014 г., КНР - 2017 г.).

Из общего числа российских нормативно-правовых документов в отношении Антарктики 12 было посвящено деятельности нашей страны в Системе Договора об Антарктике, 24 - вопросам деятельности Российской антарктической экспедиции, восемь - межведомственной деятельности в этом регионе, 12 - вопросам по международному сотрудничеству в Антарктике.

Состояние и перспективы развития нормативно-правовой базы России в Антарктике рассматривались на заседании Президиума Совета по Арктике и Антарктике при Совете Федерации Федерального Собрания России 13 июля 2017 года.

Антарктические стратегии других сторон договора

Утвержденная «Стратегия развития деятельности РФ в Антарктике» на русском и английском языках была распространена среди участников 34-го Консультативного совещания по Договору об Антарктике в 2011 году в Буэнос-Айресе (Аргентина). Этот факт вызвал живой интерес у многих ведущих держав антарктического сообщества и повлиял на разработку аналогичных национальных антарктических стратегий. Если три основные цели разработки стратегического подхода остаются неизменными в независимости от разработчиков, то набор тактических задач по реализации этих целей может значительно отличаться. Так, некоторые государства (Австралия, Аргентина, Великобритания, Новая Зеландия, Норвегия, Франция и Чили) для обеспечения вопросов своей национальной безопасности в Антарктике могут директивно усиливать значение и роль своих ранее заявленных территориальных претензий в регионе, использовать вооруженную морскую охрану закрытых для рыболовного промысла районов действия Конвенции о сохранении морских живых ресурсов Антарктики. Другие стороны договора в качестве своих политических целей могут использовать укрепление или развитие деятельности по сохранению окружающей среды Антарктики, изолируя возможности усиления практических исследований других сторон в Антарктике или создание такими сторонами новых станций и сезонных полевых баз.

При реализации целей экономического процветания серьезным аспектом деятельности можно считать развитие антарктического туризма и вопросов биоразведки. Такие стороны договора, как Аргентина, Чили, США, Австралия, Новая Зеландия, придают серьезное значение деятельности своих национальных туристических агентств в Южном полярном регионе, препятствуя принятию решений в рамках очередных КСДА, жестко регламентирующих туристические операции.

Новым видом практической деятельности в Антарктике стало использование генетических ресурсов живых организмов Антарктики, получивших обиходное название «биоразведка». Создание новых нормативных документов, регламентирующих это направление работ, вызывает новый всплеск деятельности сторонников подхода «общего наследия человечества» к антарктическим ресурсам со стремлением перенести данный вопрос на площадки обсуждения ООН, как это уже было с 1983 по 1990 год с вопросами эксплуатации минеральных ресурсов Антарктики. Напомним, что Система Договора об Антарктике и органы ее управления не входят в структуру ООН, а действуют самостоятельно. Все попытки «неприсоединившихся» государств изменить действия Договора об Антарктике и перевести его под управление ООН в 1980-х годах не увенчались успехом, после чего даже лидер этой группы стран - Малайзия в результате присоединилась к Договору об Антарктике 1959 года.

Для укрепления международного престижа возможна официальная позиция в отношении расширения исторических мест и памятников на шестом континенте и окружающих его островах, прославляющих деятельность национальных первооткрывателей и т. д. Главное, что принятие подобных национальных нормативно-правовых актов четко обозначает направление вектора развития национальной антарктической политики. Это важно не только для конкретных государств с целью обоснования своей практической деятельности в этом регионе, но и для всего антарктического сообщества, которое может использовать позитивный опыт своих коллег из других стран или привлекать новых участников Договора об Антарктике для работы в нем.

Таким образом, российский опыт разработки «Стратегии развития деятельности РФ в Антарктике» стал широко использоваться в ведущих антарктических державах для создания нормативных документов по своей национальной антарктической политике.

Россия. Антарктида. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Образование, наука. Экология > interaffairs.ru, 30 января 2018 > № 2481663 Валерий Лукин

Полная версия — платный доступ ?


Россия > Рыба. Экология. СМИ, ИТ > fishnews.ru, 30 января 2018 > № 2475836 Павел Трушевский

Какие перспективы у MSC в России.

Как развивается MSC-сертификация в рыбной отрасли России, как повлиять на стоимость сертификата, нужна ли России собственная национальная система добровольной экологической сертификации? Об этом журналу «Fishnews – Новости рыболовства» рассказал директор по стратегическому развитию ООО «Морская сертификация» Павел Трушевский.

ТЕПЕРЬ – И МАЛЫЙ БИЗНЕС

– Павел Владимирович, в каком направлении развивается международная сертификация в рыбной отрасли? Какие наиболее характерные тренды можете назвать?

– Все крупные промыслы в России либо уже сертифицированы, либо находятся в процессе сертификации. И сейчас у системы есть только один путь дальнейшего развития – это сертификация малого и среднего бизнеса. Кроме того, в России вообще нет сертификации аквакультуры (ASC). Вероятно, это связано с тем, что эта отрасль плохо развита в России и, насколько я понимаю, аквафермы не имеют проблем со сбытом, поэтому дополнительные конкурентные преимущества им не нужны. Сертификация однозначно нужна там, где предложение выше спроса, где нет дефицита и за потребителя надо бороться. То есть единственным двигателем сертификации является рынок.

Возвращаясь к MSC, отмечу резкий рост интереса к сертификации пресноводных промыслов. Мы это, можно сказать, наблюдаем из первого ряда. Например, буквально месяц назад выдали еще один «пресноводный» сертификат (промыслу судака и окуня на эстонской стороне Чудского озера), а сейчас закончили «полевую», то есть основную, оценку другого промысла уже на российской стороне озера. В согласованных планах на следующий год – сертификация промысла окуня на Усть-Илимском водохранилище. Скорее всего, кто-то еще на нас выйдет из «пресноводников».

– Пресноводные промыслы – это, как правило, малый и средний бизнес. Их интерес – как раз иллюстрация того, что он уже заходит в сертификацию.

– Да, это путь любой сертификационной системы. Она начинает развиваться за счет грантов и лидеров бизнеса, которые берут на себя затраты исключительно для имиджевых целей. А потом процесс принимает рыночный характер и сертификацией занимаются уже не для имиджа, а ради реальной прибыли за счет премии в цене, доступа к рынку, увеличения стоимости бизнеса (например, при подготовке к IPO). Именно это и происходит сейчас в России с MSC-сертификацией. Какое-то время она развивалась исключительно за счет больших промыслов. Но сейчас она подошла к тому, что стала расти за счет малого и среднего бизнеса.

НУЖНА ЛИ РОССИИ СВОЯ СИСТЕМА?

– Что вы думаете о ранее озвученной идее создания российской национальной системы сертификации?

– Перед тем, как начать что-то делать, мы должны задать себе вопрос: зачем? Нужно определиться с целью. В свое время MSC и ей подобные сертификации развивались для того, чтобы у конечного потребителя в магазине или ресторане было понимание, что, выбирая продукт с экомаркировкой, он, помимо качественных характеристик, поддерживает и другие содержательные характеристики продукта – экологические, социальные, культурные и т.д. А в России? Задайте себе вопрос: готов ли наш российский потребитель осознанно переплачивать за наличие экомаркировки на морепродуктах?

– Нет, конечно.

– Вот и ответ. Поэтому приходится работать с тем, что есть – международными системами MSC и ASC, хотя они очень сложные и дорогие. Добровольная российская национальная система сертификации могла бы иметь смысл, если перед ней была бы поставлена более узкая, конкретная задача. Например, обеспечение прослеживаемости, то есть российская сертификация гарантировала бы покупателям, что готовый продукт на их столе имеет абсолютно легальное происхождение. Но тогда нужно называть все своими именами. Что мы хотим создать – систему прослеживаемости или систему добровольной экологической сертификации. Это просто разные вещи.

ГДЕ ДОРОЖЕ

– Себестоимость и цены на Западе и в России сопоставимы?

– Что касается России, то когда мы полтора года назад получили международную аккредитацию, то сразу сделали минус 20-25% к той текущей стоимости сертификации американских, английских и норвежских коллег. Что касается других стран – то в каждой стране все по-разному. Допустим, в Китае MSC и ASC стоит намного дешевле, чем в России. Так традиционно сложилось. Однако замечу, что в Китае почти нет сертификации промыслов, там сертифицируются только цепочки поставок рыбы и морепродуктов от рыбоперерабатывающего цеха до покупателя. А в развитых странах сейчас стоимость сертификации (по крайней мере, сертификации промыслов) близка к российской или выше, чем в России.

– Но сертификацией в том же Китае все равно занимаются западные компании, а не местные, китайские?

– Да, ею занимаются те же самые англичане и американцы. В Азии, кроме западных и одного российского органа по сертификации, вообще нет таких организаций. Но в Китае и условия другие: там порядка 400 цепочек поставок уже сертифицировано, а в России – их несколько десятков. Это сильно влияет на стоимость сертификации: если продукт эксклюзивный, штучный – он стоит дороже, а когда он становится массовым – падает цена. Прибавьте к этому ожидания рынка – в Китае темпы роста сертификации кратные, Россия растет единицами новых сертификатов.

– А почему в Китае сертифицируют цепочки поставок, но не промыслы?

– Для сертификации промыслов нужен доступ к научной информации, а она у них закрыта. Законодательство такое.

– Насколько сертификация распространена на Западе?

– Сертификацию MSC имеют 12% мировых промыслов, это более трехсот промыслов в 34 странах. Еще 86 промыслов находятся в стадии оценки. Если говорить по видам, то сертифицировано более 70% промыслов лобстера и холодноводной креветки, 55% – трески, пикши и хека, более 40% – камбалы и лосося, порядка 20% – тунца.

КАК УПРАВЛЯТЬ ЦЕНОЙ

– Можете ли вы управлять себестоимостью процесса сертификации и ее конечной ценой?

– Сертификация – это интеллектуальный труд, и 70-75% ее себестоимости – затраты на персонал. И если мы хотим управлять себестоимостью, то мы должны управлять прежде всего фондом оплаты труда, что мы и пытаемся делать. Проблема в том, что цикл сертификации очень большой, в среднем год-полтора. Поэтому все процессы, которые в нем происходят, процессы внутреннего роста персонала, обучения, стажировок и так далее – тоже очень растянуты по времени. Мы запустили процесс подготовки нескольких российских специалистов, которые, естественно, будут стоить дешевле, чем, скажем, англичане, но все это происходит не быстро. Готовить своих специалистов дорого, непросто, но мы осознанно идем по этому пути, чтобы в дальнейшем сделать сертификацию в России доступней.

Клиенты тоже могут влиять на цену. Многие уже сообразили, что если для одной компании цена велика, то можно прямо под сертификацию создать ассоциацию, и тогда расходы будут разделены между ее членами. В настоящее время мы находимся в стадии завершения переговоров с эстонской ассоциацией Peipsi Kalandusuhistu. В нее входит 23 компании. Они небольшие, но если 80-90 тысяч долларов разделить на 23 компании, то получится не так уж и дорого. Вот хороший пример того, как в процесс сертификации входит малый и средний бизнес.

– Нужна ли рынку альтернатива MSC-сертификатам?

– Альтернативы существуют, например, Friend of the Sea, или FOS, есть еще ряд сертификаций, которые появляются в разных странах – в Америке, Великобритании. Некоторые охватывают несколько видов водных биоресурсов, есть более узкоспециализированные сертификации. Но пока что MSC остается лидером рынка, потому что она глобальна, универсальна и, самое главное, признаваема рынком.

ДАЛЬНЕВОСТОЧНИКИ НАКАПЛИВАЮТ ДОКУМЕНТЫ

– Как продвигается сертификация промысла тихоокеанской трески в Западно-Беринговоморской зоне и на Восточной Камчатке с приловом белокорого палтуса Ассоциации «Ярусный промысел» (АЯП)?

– Мы провели предварительный аудит этого промысла в декабре 2016 года. Аудитор хорошо отработал, выявил все возможные слабые места, и сейчас АЯП занимается подготовкой к оценке. Они работают с экспертами, с научными организациями, чтобы накопить необходимый объем научно-исследовательской информации. По большому счету сертификация промысла крутится вокруг доступа к большим массивам научных данных: об экосистеме промыслов, динамике водных биоресурсов и другой информации хотя бы за последние 10-15 лет.

Кстати, на этом этапе тоже есть рычаги, чтобы влиять на конечную цену сертификации. Мы убедились, что когда предприятие выходит на основную оценку с уже подготовленной необходимой информацией, то оценка проходит в течение 8-10 месяцев. Если информации недостает, основной аудит увеличивается на дополнительные 3-6, а то и больше месяцев, что, естественно, отражается на его себестоимости, ведь экспертам, работающим в режиме «вопрос-ответ», надо платить. И АЯП правильно подходит к сертификации, накапливая необходимую информацию без объявления о проведении основной оценки. В том же самом режиме работает и Ассоциация добытчиков краба Дальнего Востока. В конце 2016 года мы для них провели предоценку, и они сейчас собирают информацию, чтобы выходить на полную оценку. Я думаю, что в 2018 году мы проведем оба этих аудита, а это очень большие сертификации. Как я понимаю, многие сейчас наблюдают за тем, насколько качественно мы сможем отработать с этими двумя сертификациями, чтобы потом решиться работать с нами.

– Хватает ли в России научных данных для сертификации?

– В этом плане в России все очень и очень неплохо. Научных данных накоплено достаточно. Конечно, под нужды сертификации их еще необходимо определенным образом классифицировать и проанализировать. Плюс кое-какая информация закрыта или частично закрыта. Тогда рыбакам надо связываться с учеными и договариваться, чтобы они эту информацию открывали, обязательно делали публичной. MSC-сертификация – это публичный процесс, и отчеты о ней загружаются в Интернет, в публичный доступ. Но нужно сказать, что мы ни разу не сталкивались с тем, что какая-то информация была просто закрыта и никто с нами не хотел ею делиться. Все упиралось только в сроки ее предоставления.

Андрей ДЕМЕНТЬЕВ, журнал «Fishnews – Новости рыболовства»

Россия > Рыба. Экология. СМИ, ИТ > fishnews.ru, 30 января 2018 > № 2475836 Павел Трушевский


Россия > Агропром. Экология > premier.gov.ru, 18 января 2018 > № 2459876 Александр Ткачев

Брифинг Александра Ткачёва по завершении заседания.

Из стенограммы:

А.Ткачёв: Сегодня Правительство приняло законопроект, который дальше пойдёт в Государственную Думу, в Совет Федерации. Это очень важное для нас, аграриев, и вообще для всей страны событие.

За последние годы рынок органических продуктов в мире увеличился в пять раз – с 18 млрд до 100 млрд долларов. Это огромный объём. Присутствие России – менее 1%. Конечно, это говорит о многом. У нас есть потенциал, есть возможности и, самое главное, уже появился спрос. Российские граждане с удовольствием будут употреблять эту продукцию, интересуются этим. Очень важно, что сам бизнес активно ищет точки приложения и желает инвестировать в строительство экологических ферм, производств.

Прежде всего закон даст возможность ввести единую маркировку, единый государственный реестр производств, предприятий, выпускающих экопродукцию. Добровольная сертификация экологических продуктов и самих производств. Это всё позволит, безусловно, обезопасить добропорядочных производителей от тех, кто будет производить некачественную продукцию. Конечно, такие производители должны с рынка уйти, и закон будет способствовать этому.

Я уверен, что будущее органики в России очень большое, огромные перспективы и доля этой продукции может расти значительно. Даже внутри России, на внутреннем рынке, она может вырасти от 10 до 25% через пять-семь лет. Это мощная точка роста, которая сегодня для аграрного бизнеса, для крестьян России образовалась благодаря этому закону. Мы сможем производить, реализовывать внутри страны, на экспорт эту продукцию и на этом зарабатывать.

Тем более что (хорошо это или плохо, но так сложилось, и мы должны с этим считаться) в 1990-е годы у нас почти 10 миллионов га земель было брошено и на них, естественно, не использовались удобрения. Эти земли по большому счёту экологически чистые. Это наш потенциал. Мы должны их использовать. Мы, как никто другой, имеем мировой банк органической земли, экологически чистой, и это наша база, основа, которая даст нам возможность производить эту продукцию и быть совершенно конкурентоспособными.

Мы видим: весь мир очень увлекается ГМО – Китай, Америка. Все стремятся к большим урожаям, к прибыли. Но наш Президент уже давно высказался по этому вопросу. У нас нет ГМО, и мы никогда не будем заниматься псевдопроизводством продукции, на самом деле не очень полезной для здоровья. Уверен, что наши дети, внуки будут производить в большом количестве экологически чистую продукцию, органику. И конечно, она будет востребована, очень мощно востребована на всех рынках, потому что Россия по большому счёту останется одной из немногих чистых стран. Почему я говорю о детях и внуках? Потому что этот процесс, безусловно, должен развиваться не один год. Но уверен, что перспектива 10 лет – этого уже будет достаточно. Мы будем мощно представлены своими производителями и своей продукцией. И конечно, подчёркиваю, это очень важно, выгодно для нашей экономики.

Вопрос: Есть ли у Минсельхоза оценка роста сельхозпроизводства за 2017 год и прогноз на 2018 год?

А.Ткачёв: Мы делаем всё для того, чтобы в 2018–2019 годах, естественно, был рост. Мы обеспечили его. Программа импортозамещения, инвестиционная программа, которая нацелена на создание новых предприятий, модернизацию старых предприятий, естественно, дадут новые объёмы производства, качественную продукцию. И этот рост мы планируем не менее 3%, в том числе и в 2018 году.

Россия > Агропром. Экология > premier.gov.ru, 18 января 2018 > № 2459876 Александр Ткачев


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter