Всего новостей: 2656431, выбрано 341 за 0.131 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное ?
Личные списки ?
Списков нет

Персоны, топ-лист Экология: Донской Сергей (37)Тарасов Алексей (34)Путин Владимир (12)Вильфанд Роман (10)Керимов Мурад (7)Пучков Владимир (7)Кульбачевский Антон (7)Иванов Сергей (6)Бурская Зинаида (6)Гизатулин Ринат (5)Сидоров Артем (5)Медведев Дмитрий (5)Фролов Александр (5)Стуруа Мэлор (4)Минеев Александр (4)Титов Евгений (4)Гурдин Константин (4)Брицкая Татьяна (4)Аскаров Тулеген (4)Бараникас Илья (4) далее...по алфавиту
Россия. ДФО > Рыба. Экология > fishnews.ru, 8 сентября 2017 > № 2300374 Александр Дупляков

Крабовый промысел ведется в стабильных условиях.

Александр ДУПЛЯКОВ, Президент Ассоциации добытчиков краба Дальнего Востока.

«Fishnews – Новости рыболовства» продолжает отслеживать тенденции российского крабового промысла. Борьба с браконьерством, инициативы по регулированию лова, сертификация по стандартам устойчивого рыболовства – о том, как проходит работа по этим направлениям, нам рассказал президент Ассоциации добытчиков краба Дальнего Востока Александр Дупляков.

– Александр Павлович, начать нашу беседу хотелось бы с темы ННН-промысла. Сохраняется ли та положительная динамика, которая наблюдалась по сокращению незаконных поставок?

– Безусловно, проблема ННН-промысла, которая была раньше, даже еще четыре года назад, перестала существовать. Нелегальных поставок на зарубежные рынки практически нет. Промысел, который осуществляют в территориальном море и исключительной экономической зоне российские компании, абсолютно легальный и прозрачный. За последние несколько лет я не припомню, чтобы к какой-то из компаний, добывающих краба, у контролирующих органов были претензии из-за превышения разрешенного вылова или подмены видового состава. Негативные моменты, существовавшие ранее, просто изжили себя. Сейчас промысел ведут в основном крупные компании, у которых достаточно квот, десятки судов, долгосрочные программы по обновлению флота; они инвестируют большие средства для роста не только количественных, но и качественных показателей промысла.

Да, не до конца решена проблема с судами-«подфлажниками», но с ними эффективно борется Пограничная служба, периодически появляются сообщения о задержаниях нарушителей. Так что, думаю, и их в скором времени не станет.

Нельзя не отметить огромную роль межправительственных соглашений, которые Россия заключила с другими странами АТР для борьбы с ННН-промыслом. Именно благодаря этим договоренностям был закрыт путь на рынок для браконьерской продукции, в том числе выгружаемой судами-«подфлажниками». И такая работа продолжается, ежегодные консультации по реализации этих соглашений позволяют выявлять проблемные моменты и совершенствовать механизмы их решения.

Оценивая уровень незаконного промысла, мы ориентируемся в первую очередь на статистику иностранного импорта российской крабовой продукции, а также на информацию от трейдеров, которые занимаются реализацией краба на зарубежных рынках. Сведений о регулярных заходах в иностранные порты судов под «удобными» флагами с нелегальным крабом нет, по информации от наших зарубежных партнеров, лишь изредка отмечаются единичные случаи выгрузки такой продукции.

До последнего времени оставался практически единственный канал для поступления на рынок нелегальной крабовой продукции – Северная Корея, и шел такой товар только в Китай. Но мы надеемся, что и этот канал будет окончательно перекрыт.

Правда, сейчас возникают сложности с оценкой объемов незаконных поставок. Метод, когда сравниваются иностранный импорт и отчетный вылов, в современной ситуации не позволяет делать однозначный вывод о том, что получаемая разница и есть объем браконьерской продукции. Во-первых, сказывается то, что при подсчетах вес продукции переводится в вес улова, во-вторых, есть остатки товара, которые переходят из одного года в другой. Ранее, когда иностранный импорт превышал официальную добычу значительно, в несколько раз, погрешности в расчетах не столь сильно влияли на общую картину, сейчас же, когда речь идет о нескольких процентах, однозначно утверждать, что это – ННН-промысел или погрешность учета и методики, нельзя.

Безусловно, методику надо пересматривать, и хотелось бы, чтобы к этой работе подключились Росрыболовство и отраслевая наука. Официальной информации об уровне ННН-промысла со стороны регулятора никогда не было, а это было бы весьма полезно, в том числе для сертификации крабового промысла.

– То есть это важно с точки зрения имиджа отрасли и с точки зрения сертификации промысла, со всеми вытекающими экономическими результатами?

– Совершенно верно. Мы планируем в следующем году выйти на полную сертификацию по стандартам MSC четырех единиц запаса – камчатского краба Западно-Камчатской и Камчатско-Курильской подзон, синего краба Западно-Камчатской подзоны и краба-стригуна бэрди Камчатско-Курильской. В прошлом году по этим объектам была пройдена предварительная оценка, и теперь у нас есть понимание, какой объем работы необходимо проделать для того, чтобы в будущем успешно пройти полную сертификацию. Есть план действий, будем его реализовывать.

Необходимость сертификации крабового промысла в последнее время приобретает все большую актуальность, особенно это заметно по поставкам крабовой продукции в Соединенные Штаты. Наверняка и другие рынки со временем будут предъявлять требования к наличию экологического лейбла. И если раньше получение сертификата воспринималось в большей степени как имиджевый процесс, то сейчас это уже становится пропуском на рынок.

– Сертификация – работа, в которую вовлечены многие стороны – и наука, и госорганы, и некоммерческие организации. Как выстроено у вас сотрудничество с Росрыболовством, с институтами?

– Мы работаем с институтами, прежде всего с КамчатНИРО, так как крабы, промысел которых сертифицируется, как раз попадают в зону ответственности этой организации, у нее есть вся необходимая информация, специалисты и опыт в подготовке соответствующих документов. Когда проводилась предварительная оценка, эксперт также встречался с представителем Росрыболовства. Думаю, в процессе полной сертификации это общение будет продолжено.

Нужно отметить, что в мае 2017 года пополнилось число членов ассоциации, в ее ряды влились еще две компании, и они также заинтересованы в сертификации промысла, так как поставляют продукцию на американский рынок.

– Таким образом, сколько сейчас компаний входит в АДК?

– В общей сложности у нас десять членов ассоциации: крупнейшие компании-краболовы из Хабаровского, Приморского, Камчатского края, Сахалинской области. Если смотреть по объему вылова краба в Дальневосточном рыбохозяйственном бассейне за прошлый год, на долю этих организаций приходится 54%, а без учета глубоководных крабов-стригунов – 65%.

– Мы с вами говорили о незаконном промысле, если так можно выразиться, промышленном. Но также остается бытовое браконьерство. Насколько оно отражается на ситуации с легальными компаниями?

– Такое явление, как бытовое браконьерство, является проблемой для рыбного хозяйства, и это касается не только крабов, а вообще всех водных биоресурсов. Оно, безусловно, наносит ущерб отрасли, и для борьбы с ним необходимы специальные инструменты. Те меры, которые были успешно реализованы для борьбы с ННН-промыслом в исключительной экономзоне России, вряд ли подойдут в этом случае.

На мой взгляд, для начала необходимо оценить масштабы и структуру явления, именно от этого будут зависеть методы борьбы.

– В мае Росрыболовство провело аукцион по продаже долей квот для добычи краба в режиме прибрежного рыболовства. Компании наконец получили возможность ловить синего, камчатского и волосатого четырехугольного крабов в подзоне Приморье, к югу от мыса Золотой. Легальный бизнес приходит туда, где хозяйничали браконьеры.

– То, что наконец удалось провести торги и распределить объемы, безусловно, позитивное событие. Сейчас рыбаки смогут легально осваивать ценный биоресурс, и часть этой продукции, конечно, пойдет на внутренний рынок, что поможет отсечь часть рынка браконьерского краба. Я уверен, что компании, которые победили на аукционе, будут вынуждены подключиться к борьбе с бытовым браконьерством. У них просто не будет выбора, так как существовать параллельно с браконьерами в современных условиях не получится.

– Вернемся к промышленному рыболовству. Как продвигается подготовка методики по учету краба, перевозимого в живом виде?

– Методика готовится, есть рабочий проект, который мы сейчас обсуждаем, также в осенний период будут продолжены полевые работы по тем видам краба, которые не были охвачены исследованиями в начале года, это в первую очередь камчатский краб. Если говорить кратко, то в проекте методики основной акцент сделан, во-первых, на биологической особенности краба отдавать воду (так называемая стечка), во-вторых, на сохранении товарного качества продукции. Думаю, на осеннем заседании Дальневосточного научно-промыслового совета (ДВНПС) вариант этого документа уже будет представлен на обсуждение.

– Ассоциация неоднократно выступала с предложениями по регулированию крабового промысла. Сейчас прорабатываются какие-то инициативы?

– Крабовый промысел регулируется достаточно эффективно, и если говорить о мерах, призванных противодействовать незаконной добыче, то, на мой взгляд, их достаточно. Дальнейшее усложнение или ужесточение правил только затруднит работу российских компаний и при этом не даст нужного эффекта, например, в отношении «подфлажников» или бытового браконьерства. Конечно, промысел – это живой процесс, условия которого могут меняться из года в год. Периодически возникает необходимость корректировки минимальных суточных объемов добычи краба, и такие изменения после соответствующего научного обоснования принимаются. В перспективе могут корректироваться сроки и районы промысла, но в целом каких-либо острых вопросов по регулированию нет. Сейчас крабовый промысел ведется в стабильных и понятных условиях.

Маргарита КРЮЧКОВА, журнал «Fishnews – Новости рыболовства»

Россия. ДФО > Рыба. Экология > fishnews.ru, 8 сентября 2017 > № 2300374 Александр Дупляков


Россия > Электроэнергетика. Недвижимость, строительство. Экология > minenergo.gov.ru, 6 сентября 2017 > № 2310455 Антон Инюцын

Интервью заместителя Министра энергетики Антона Инюцына РБК.

Антон Инюцын: «В бюджетный сектор нужно привлекать частные инвестиции».

Беседовал Александр Титов

В принятом в 2009 году законе об «Энергосбережении и повышении энергоэффективности» ставилась задача к 2020 году снизить энергоемкость российского ВВП на 40%. Достижение этой цели позволило бы снизить расходы в секторе ЖКХ, модернизировать промышленность, сократить нагрузку на окружающую среду и существенно улучшить качество жизни. Однако за восемь лет показатель энергоемкости сократился лишь на 11%. Между тем перезапуск программы открывает возможности для экономического роста в условиях низких цен на углеводороды и ограниченного бюджета. О будущем индустрии +1 поговорил с замминистра энергетики РФ Антоном Инюцыным.

— Антон Юрьевич, почему программа не сработала должным образом, и сектору так и не удалось добиться поставленной задачи?

Почему вы считаете, что программа не сработала? В 2008 году Указом Президента РФ была поставлена цель по снижению к 2020-му энергоемкости ВВП на 40%. На 13,5% более энергоэффективными должны были стать товары и услуги. И на 26,5% — измениться структура экономики. То есть, попросту предполагалось увеличить сектор услуг, требующий минимального прироста потребления энергоресурсов.

Хочу сказать, что при постановке задачи мы исходили из определенных макроэкономических факторов. Прежде всего —роста ВВП и инвестиций, динамики цен на энергоресурсы.

Согласно прогнозу Минэкономразвития, по сравнению с 2007 годом газ должен был подорожать в семь раз! По факту, в 2016-м цена выросла в 2,3 раза. Электроэнергия стала дороже вдвое, а не в 4,5 раза, как предполагалось. Инвестиции должны были вырасти в 2,5 раза. По факту на сегодняшний день — 23%. Конечно, эти параметры влияют на окупаемость инвестиций и масштабы модернизации основных средств.

Тем не менее, мы последовательно формировали необходимые условия, нормативно-правовые акты, систему управления энергоэффективностью, результативность которых станет еще более заметной с возобновлением роста экономики. Это — не мои слова. В энергетическом рейтинге Всемирного банка за 2017 год Россия, как и вся Европа, заняла место в «зеленой зоне», со средним показателем 77 баллов. Это очень хороший результат.

Запланированные 40% роста энергоэффективности — очень амбициозная задача даже относительно тех сценарных условий, которые закладывались на момент разработки закона в 2009 году. Но, с учетом реальной ситуации, мы уже смогли, по оценкам экспертов, снизить энергоемкость на 11-11,5%.

— Возобновят ли со следующего года субсидии регионам для повышения энергоэффективности?

Как раз недавно на заседании Совета законодателей при Федеральном Собрании на этом вопросе акцентировали внимание сами депутаты, предложив заложить необходимые средства в бюджет на 2018 год. Ведь на сегодняшний день страна продолжает жить в определенных финансовых ограничениях. Будем внимательно следить за возобновлением роста экономики, дополнительными доходами бюджета.

Мне кажется, сейчас мы могли бы попробовать запустить хорошую программу по светодиодному внутреннему и внешнему освещению, а также замене и установке индивидуальных тепловых пунктов с автоматическим погодным регулированием.

Сегодня доля энергоэффективного уличного освещения в России составляет всего 6,7%. При этом в структуре потребления электроэнергии на освещение приходится 12%. Мы понимаем, каков резерв.

Кстати, в апреле приезжали эксперты ООН, чтобы оценить ситуацию с продвижением энергоэффективного освещения в России. По оценкам экспертов, сформированная за последние пять лет нормативно-правовая база соответствует лучшим мировым практикам.

— Что именно удалось сделать для продвижения энергоэффективного освещения?

Во-первых, с июля 2016-го мы ввели новые требования к госзакупкам. Во-вторых, с этого года распространили эти нормы на все ГУПы и МУПы (государственные унитарные предприятия и муниципальные унитарные предприятия. — Прим. +1). В-третьих, установили уровень внедрения светодиодного освещения к 2020 году в объеме 75% во всех регулируемых организациях страны (естественные монополии и организации, обеспечивающие электро-, тепло-, водоснабжение, водоотведение и очистку сточных вод, утилизацию (захоронение) твердых бытовых отходов и т.д. — Прим. +1).

В-четвертых, создан раздел по нормированию энергопотребления источниками уличного освещения еще на этапе проектирования, чтобы исключить применение архаичных технологий.

Кроме того, с января 2018-го вводится обязательное использование светодиодов при капитальном ремонте и новом строительстве многоквартирных домов, зданий и сооружений. Эта нормативно-правовая база позволила нам за пять лет создать рынок. В итоге продажи светодиодов выросли с 2% до 25%, а средняя стоимость лампы упала с 500 до 150 рублей. Так должно быть и в других отраслях.

Например, в ряде развитых стран владельцы зданий с низким классом ЭЭ платят повышенный налог на имущество: плюс 1-2%. Такая мера вынуждает собственника задуматься о модернизации объекта. Речь идет о коммерческих зданиях, но в перспективе можно подумать и про многоквартирные дома.

Дополнительные сборы идут на целевые программы поддержки модернизации, в том числе на разработку продуктовых программ. Например, в свое время в США при покупке энергоэффективной лампочки потребители могли получить скидку на оплату электроэнергии, вырезав часть упаковки от лампы и приколов к счету за электричество.

— В каких отраслях экономики и энергетики отмечен наибольший успех в области энергосбережения и повышения ЭЭ?

По подсчетам разных экспертов, наибольший вклад в повышение энергоэффективности экономики внес ТЭК.

В сетевом комплексе мы за пять лет смогли снизить потери примерно на 10%, что составляет как минимум 10 млрд кВт/ч. Между прочим это суммарное потребление электричества за год всего Хабаровского края или Чувашии. Идет большая работа по внедрению систем интеллектуального учета. Например, в Россетях за пять лет долю таких приборов удалось увеличить впятеро, с 2% до 10%. Но еще есть куда двигаться дальше.

Колоссальным вкладом энергетики в повышение ЭЭ стал переход к полезному использованию попутного нефтяного газа. Мы поставили цель в 95%. Если, скажем, пять лет назад уровень использования попутного газа был 76%, то сегодня он уже 88%, или 10 млрд кубометров газа. Это сопоставимо с его потреблением в Австрии или Чехии.

Нефтеперерабатывающая отрасль также внесла большой вклад в энергоэффективность. В результате модернизации НПЗ за пять лет производство мазута сократилось на 23%, а глубина переработки нефти выросла почти до 80%. Очень важно, что мы почти полностью перешли на производство бензина самого высокого стандарта. Если еще в 2012 году доля топлива Евро-5 в общем производстве бензина была около 24%, сейчас она на уровне 92%. В результате как минимум на 60% снизились выбросы серы — одного из основных загрязняющих веществ в крупных городах. А машины, в свою очередь, стали более эффективно расходовать топливо.

За рамками ТЭК самый интересный пример, пожалуй, — развитие высокоскоростного железнодорожного транспорта. И дело здесь не в энергоэффективных локомотивах, а в том, сколько людей ежедневно выбирает теперь Сапсан вместо самолета или автомобиля. Только представьте эффект на маршруте Москва— Санкт-Петербург! По итогам года пассажиропоток составил почти 5 млн человек, а перевозка электропоездом в разы энергоэффективнее, чем автомобилем, не говоря уже о перелете.

— Какие инструменты стимулирования и поддержки повышения энергоэффективности вы считаете оптимальными для сектора энергетики?

В электроэнергетике, вы знаете, мы завершаем программу по ДПМ (договор о предоставлении мощности, — прим. +1). Она заключается в масштабном обновлении парка тепловых электростанций. Это более трех триллионов рублей инвестиций, начиная с 2007 года. В следующем году по программе будет суммарно введено 30 гигаватт мощностей.

Еще приведу в пример механизм КОМ (конкурентный отбор мощности. Предполагает снижение цены на поставку ресурса за добровольное ограничение потребления в пиковые часы. — Прим. +1). Благодаря ему компании смогли оптимизировать свои затраты. Мы посчитали, что к 2020 году это позволит вывести с рынка 9,3 ГВт мощностей. Это, на наш взгляд, хороший механизм сдерживания роста цен и нагрузки на потребителя.

Я считаю, что мы сильно выиграем от развития инструментов экологического и технологического регулирования — когда либо вводится запрет на использование того или иного неэффективного оборудования, либо ограничивается его оборот, и одновременно запускаются программы стимулирования по переходу на новую технику. Как, например, с повышением требований к капитальному ремонту, освещению, с переходом на НДТ. Штрафы за выбросы сверх лимита для определенных предприятий — тоже инструмент повышения ЭЭ. И здесь владельцы уже сами должны думать, что для них выгоднее: перенастроить производство, чтобы укладываться в тот или иной экологический класс, либо заплатить штраф.

Как в случае с решением проблемы ПНГ (его суть — в увеличении платы за сжигание попутного нефтяного газа свыше 5% от добычи — прим. +1). Или как четырехсторонние соглашения, которые позволили провести в стране масштабную модернизацию НПЗ. Нефтяники вложили 1,2 триллионов рублей за пять лет. Это внушительная сумма.

— Программа по ЭЭ у нас — одна из самых многострадальных в плане урезания финансирования. Будут ли увеличены госинвестиции в сектор по сравнению с 2016 годом?

В бюджетный сектор, — а это школы, детские сады, больницы, спортивные сооружения, административные здания, — нужно привлекать частные средства. На наш взгляд, тут как раз помогли бы продуктовые программы, направленные на улучшение освещения и установку индивидуальных тепловых пунктов. Эти проекты близки к окупаемости, так что частные инвестиции здесь вполне могут занять доминантную роль. Государство же может оказывать регулирующее воздействие и предоставлять субсидии.

Что касается госинвестиций, которые касаются улучшения качества жизни, или сферы нового строительства, мы должны, если можно так выразиться, повышать энергоэффективность использования бюджетных средств.

Как я уже сказал, многие ведомства внимательно следят за улучшением макроэкономической ситуации и дополнительными доходами бюджета, чтобы предлагать соответствующие проекты, влияющие на энергоэффективность. Это утилизация старых автомобилей, кредитные механизмы Россельхозбанка, поставки Росагролизинга, программы Фонда ЖКХ и другие.

— Энергосервисный сектор развивается гораздо скромнее, чем ожидали власти и эксперты. Какие меры регулирования и поддержки в связи с этим последуют для компаний, обеспечивающих поставку мощности потребителям?

Хороших примеров тоже хватает. Например, во Владимирской области инвестиции через энергосервис только в освещение составляют до полумиллиарда рублей.

В ряде других регионов бизнес также активно подключился к этой истории. За 2016 год у нас заключено порядка 700 энергосервисных контрактов на сумму 7 млрд рублей. Энергосервисный контракт мог бы стать хорошим инструментом для повышения ЭЭ в бюджетном секторе.

В то же время нужно придумать типовой кредитный инструмент для применения в ЖКХ. Это популизм, когда некоторые говорят, что энергосервис спасет мир в плане модернизации. Мировой опыт подсказывает, что это как раз — очень узкоприменимая вещь. Здесь нужно расширять спектр. Например, полезным инструментом могла бы стать поставка в рассрочку энергоэффективного оборудования. Ну и плюс, как я уже сказал, продуктовые программы.

— Стоит ли ожидать перезапуска программы по ЭЭ? Что Минэнерго настроено делать дальше для продвижения этой истории?

Необходимая работа проводится; ждем возобновления роста экономики. Мы программу не останавливали, чтобы ее перезапускать. Катализаторами активности у потребителей энергии станут нормальная международная обстановка, рост ВВП и модернизация электро- и теплоэнергетики.

В части теплоснабжения планируем продолжить модернизацию за счет привлечения внебюджетных источников через так называемую«альтернативную котельную» (установление предельного уровня цены на тепловую энергию — прим. +1). Рассчитываем, что уже в 2017 году ряд регионов подключится к реализации такой идеи.

В секторе электроэнергетики продолжим выводить и модернизировать устаревшие генерирующие мощности. Подробно вопросы энергоэффективности будут обсуждаться на полях международного форума «Российская энергетическая неделя». Он пройдет в Москве 4-7 октября с участием руководителей крупнейших мировых и российских генерирующих компаний.

Россия > Электроэнергетика. Недвижимость, строительство. Экология > minenergo.gov.ru, 6 сентября 2017 > № 2310455 Антон Инюцын


Россия > Экология > mnr.gov.ru, 6 сентября 2017 > № 2305661 Сергей Донской

Сергей Донской: Минприроды предлагает полностью перевести EDC под российскую юрисдикцию

Министр природных ресурсов и экологии России дал интервью ТАСС на полях Восточного экономического форума

Российские нефтяники планируют инвестировать в текущем году в геологоразведку порядка 360 млрд рублей, однако с учетом текущего уровня цен на нефть этот показатель может не превысить 300 млрд рублей, в целом сохраняя рост год к году на 15–20%. При этом инвестиции в геологоразведку на континентальном шельфе могут составить 108 млрд рублей.

Кроме того, одной из горячих тем остается возможная покупка Schlumberger доли в Eurasia Drilling Company (EDC). В частности, помимо уже известных предложений Минприроды России обязать Schlumberger предоставить гарантии по продолжению работы в РФ, ведомство считает необходимым полный перевод EDC под российскую юрисдикцию, а также ввод требования к формированию органов управления этой компанией из лиц, имеющих доступ к гостайне. Об этом министр природных ресурсов и экологии России Сергей Донской сообщил в интервью ТАСС на полях Восточного экономического форума.

— Сергей Ефимович, в конце 2016 года Россия и Япония подписали меморандум о сотрудничестве в области геологии и недропользования. Можно ли уже подвести первые итоги действия меморандума? Расширен ли за прошедший период спектр областей для взаимодействия в рамках его действия?

— Меморандум был подписан в декабре прошлого года и предполагал именно то, что будет развиваться сотрудничество в геологоразведке, в том числе по направлению наземных и морских геологических изысканий, совместной разведке с применением передовых японских и наших отечественных технологий. В том числе совместное исследование с использованием японского судна Shigen, обмен опытом по наилучшим доступным технологиям. Одна из тем, которая нас интересует и которой занимаются наши коллеги в Японии, — это газогидраты.

В России это направление развивается достаточно давно, есть определенные успехи, мы слышали, чего добились японцы, и нам интересно обменяться опытом. Безусловно, мы получаем информацию из открытых источников, но хотелось бы как раз провести более подробное обсуждение этого опыта совместно с японскими коллегами. В связи с этим весной этого года прошла первая рабочая группа в рамках меморандума. И я думаю, уже в этом году мы отработаем все необходимые процедуры, а затем перейдем к практической реализации, подготовке практических проектов и конкретным действиям.

— А говоря о газогидратах в России, вы какой регион имеете в виду?

— Во-первых, Арктика. Арктика очень богата газогидратами, и на самом деле мы рассматриваем газогидраты как тему будущего, это очень перспективная тема. Если брать соотношение запасов природного газа, который сегодня разрабатывается, и того, что в перспективе можно будет добывать из газогидратов, это значительные объемы: 1/1000 к сегодняшним запасам природного газа.

— Но у нас ведь традиционных запасов газа очень много, и мы сейчас добываем меньше, чем могли бы. Насколько для нас вообще актуальны еще и газогидраты?

— Надо смотреть в будущее. Мы понимаем, что газогидраты — это не только перспективный вид сырья, но и, скажем, один из элементов формирования будущего рынка и технологий.

— О какой временной перспективе может идти речь?

— С учетом темпов, с учетом активности наших коллег в других странах, в том числе японцев, я думаю, что в ближайшее десятилетие первые проекты по газогидратам появятся и начнут развиваться.

— Китай, насколько я помню, уже занимается такими проектами.

— Абсолютно верно. У экспертов есть ряд вопросов к тем проектам, которые они реализуют, но в любом случае многие страны рассматривают газогидраты как альтернативу природному газу, и соответственно, многие делают ставку на них.

— Но Китай, скажем так, вынужден этим заниматься. Для чего это нам?

— Мы понимаем, что в будущем спрос на энергию будет сохраняться, расти, и соответственно, надо предлагать какие-то новые подходы и технологии.

— Чтобы не случилось так, как со сланцевым газом.

— В любом случае именно с точки зрения инновационных проектов газогидраты — это вот такой вызов, который важно принять, и соответственно, искать ответы.Борьба с "черными лесорубами".

— Как все-таки министерство планирует ужесточать борьбу с вывозом необработанного леса за рубеж, в том числе и в Китай? Как вы оцениваете объем этого рынка сегодня?

— Начиная с 2014 года размер вреда, причиненный лесам незаконными рубками, превысил 11 млрд рублей. В 2016 году почти 77% от общего объема незаконных рубок в стране приходилось на Сибирский федеральный округ (1,3 млн куб. м), в том числе 67% на Иркутскую область (1,1 млн куб. м). Также в 2016 году наибольшие объемы незаконной рубки лесных насаждений зафиксированы в Свердловской (54,4 тыс. куб. м), Вологодской (52,7 тыс. куб. м) областях. Поэтому, безусловно, проблема незаконной заготовки остается одной из ключевых для министерства и правительства. И для решения этого вопроса необходим комплексный подход, в частности контроль за деятельностью по всей цепочке лесозаготовки.

— Начиная от "черных лесорубов"?

— Мы понимаем, что это нонсенс для рынка, когда лес мимо всех пунктов контроля — и таможенных, и финансовых — провозится за границу. Поэтому необходим тотальный контроль, это понятно абсолютно. Это прежде всего контроль деятельности пунктов приема и отгрузки древесины и пиломатериалов, предприятий, перерабатывающих древесину. Это внедрение системы маркировки древесины ценных пород и отслеживания ее транспортировки. Кроме того, регион должен перейти на реализацию круглых лесоматериалов исключительно по результатам электронных биржевых торгов. Сегодня современные технологии это позволяют делать.

У нас есть несколько проектов, которые мы уже начали реализовывать в Иркутске в рамках Года экологии. Мы изначально договаривались с нашими коллегами, что будем проводить проект по изменению местного законодательства, соответственно, регулирования точек приема заготовленной древесины, внедрения новых систем контроля через чипы, через современные информационные технологии. Плюс, ко всему…

— …дроны?

— Вы знаете, это тоже возможно, потому что сегодня у тех, кто занимается незаконной деятельностью, есть ресурсы и средства, и они активно сами используют всю современную технику. Мы не должны отставать. Это первое. И второе: конечно, нужно вводить регулирование, которое бы дестимулировало занятие этим незаконным производством. Кроме того, учитывая, что Китай, как вы правильно сказали, — один из основных рынков этого сырья, есть идеи договориться с правительством, чтобы на международных соглашениях мы бы обязали стороны исключить из оборота у себя на рынке древесину, которая не подтверждается документами о законном ее происхождении. То есть, с одной стороны, мы внедрим систему подтверждения законности заготовки древесины, с другой стороны, коллеги могли бы использовать это для контроля, для фильтрации потока древесины.

Предложения по покупке доли в Eurasia Drilling

— Можно тогда перейти к самой горячей теме последних дней — по поводу возможной покупки Schlumberger доли в Eurasia Drilling (EDC). Вы подчеркивали, что покупка Schlumberger EDC требует гарантий по продолжению работы в РФ. Не предоставила ли Schlumberger таких гарантий на текущий момент? Как вы оцениваете потенциальную возможность этой сделки?

— Начнем с самого главного. На сегодняшний день мы договорились провести рабочие встречи с рядом ведомств и обсудить, какие здесь могут быть механизмы. В частности, РСПП (Российский союз промышленников и предпринимателей — прим. ТАСС) решил выступить посредником в этих переговорах.

Что касается предложений от конкретных заявителей на покупку доли в компании — к нам никаких предложений пока не поступало. Ждем, когда эти предложения будут сформулированы, и соответственно, готовы на любых площадках их обсуждать. Мы заинтересованы, чтобы любая сделка давала бы устойчивость в развитии отрасли, давала гарантии, что мы не будем останавливать производство на наших участках только из-за того, что кто-то там не может привлечь ту или иную технологию. Надо изначально задумываться, каким образом избежать этих проблем.

— В случае, если сделка не состоится, вы не видите рисков для отрасли в том, что у нас не будет доступа к каким-то технологиям, которые, может быть, могла бы принести Schlumberger?

— Первое, на сегодняшний день санкции сами искусственно создают такие преграды. То есть в любом случае отрасль уже в определенной степени работает в таких условиях. Если у нас появятся собственники, которые сами будут привносить дополнительные риски в отрасль, то наоборот, это будет ухудшать и устойчивости для отрасли не добавит. Поэтому изначально нужно установить какие-то процедуры, обеспечивающие гарантированную работу на наших участках.

— То есть я правильно понимаю, что мы просто опасаемся, что эта сделка, точнее приход Schlumberger, — как троянский конь?

— В какой-то мере да. Перспектива покупки Schlumberger 51% в Eurasia Drilling увеличивает санкционные риски в отношении проектов, в которых нефтесервисная компания привлечена в качестве подрядчика.

В условиях санкций эта сделка может привести к срыву выполнения договоров с российскими компаниями-недропользователями, что, в свою очередь, приведет к невыполнению лицензионных обязательств, принятых компаниями перед государством. Соответственно, мы считаем подобную сделку недопустимой, поскольку приостановка геологоразведочных работ на участках недр федерального значения несет угрозу безопасности государства.

То есть, как мы и говорили, для того чтобы решение по покупке акций EDC было принято, самой Schlumberger необходимо предусмотреть варианты минимизации санкционных рисков и предоставить гарантии по выполнению обязательств перед компаниями-недропользователями.

— Эти предложения Минприроды как раз были недавно озвучены. А есть ли другие условия, помимо запрета Schlumberger разрывать уже существующие контракты нефтесервисной компании и ввода обязательства по принудительной продаже доли в Eurasia Drilling инвестору из России в случае ввода дополнительных санкций со стороны США?

— Есть еще один нюанс. Минприроды предложило ФАС установить требование к сделке Schlumberger в части перевода EDC полностью под российскую юрисдикцию и формирования органов управления компании из лиц, имеющих доступ к гостайне в соответствии с российским законодательством.

— Тогда давайте поговорим о еще одном претенденте — дочерней структуре арабского фонда Mubadala Thirty Seventh. В начале августа Минприроды представило свою позицию в ФАС в отношении этого претендента на долю в активе, и тогда было указано, что актуализированной информации о заключенных дочерними предприятиями Eurasia Drilling нет. Вот завершена ли эта работа в настоящее время? И если, допустим, сейчас EDC не работает на участках федерального значения, не означает ли это, что она не заключит такие договоры позже?

— Скажем так, то, что Eurasia Drilling работает на участках недр федерального значения, — факт. На самом деле они работают уже не первый год. Поэтому мы со своей стороны изначально рассматривали эту сделку в призме как раз работ на участках недр федерального значения.

— А идет ли речь о том, что все-таки эту сделку можно будет вынести на рассмотрение комиссии по иностранным инвестициям?

— Да, скорее всего, так оно и будет. Если сделка будет подготовлена, проработаны все вопросы — она будет вынесена на комиссию. По всем правилам она должна выноситься на рассмотрение правительственной комиссии по контролю за осуществлением иностранных инвестиций в России.

— То есть и мы, собственно, ждем только получения от них документов, чтобы вынести на рассмотрение комиссии?

— Мы ждем, когда будут представлены механизмы, необходимые документы, которые бы позволяли нам сделать вывод о том, что здесь гарантии определенные присутствуют.

Участки на Хатанге

— Сегодня стало известно, что объявление аукциона на два участка на Хатанге — Хара-Тумус и Бегичевский — запланировано до конца года. Есть ли более конкретные данные?

— Бегичевский участок является участком недр федерального значения, и по нему будет проведен аукцион после того, как правительство объявит соответствующее распоряжение. Проект распоряжения уже направлен на согласование в федеральные органы исполнительной власти. Мы внесем его в правительство после того, как получим документ из Роснедр.

Хара-Тумус не является участком недр федерального значения и по заявке от "Роснефти" включен в перечень объектов лицензирования по Красноярскому краю для геологического изучения, разведки добычи углеводородного сырья в текущем году. Конкурс по предоставлению права пользования этим участком недр будет проведен в четвертом квартале 2017 года.

— Когда "Роснефть" объявила о том, что они открыли большие запасы на Таймыре, вы говорили, что такого же результата ожидаете от "Лукойла". Когда вы ждете от "Лукойла" завершения работ по бурению?

— Начнем с того, что "Лукойл" пока не представлял по Хатанге своих материалов. По их оценкам, это, скорее всего, произойдет в первом квартале следующего года. Не раньше. Дальше будем смотреть. Естественно, коллеги выбирают свои правила, когда они будут подавать, когда результаты будут готовы и они смогут работать с ГКЗ.

Инвестиции в геологоразведку

— Давайте по инвестициям в геологоразведку. Роснедра сообщали, что к концу 2017 года ожидается рост инвестиций в эту отрасль почти до 400 млрд рублей. Можно ли по итогам первого полугодия говорить об общей тенденции — подтверждаются эти прогнозы или нет? Каков объем инвестиций крупнейших нефтяных компаний в ГРР по итогам полугодия и на сколько это выше или ниже показателя 2016 года?

— Инвестиции на проведение ГРР в 2017 году недропользователями запланированы в объеме более 360 млрд рублей, или 143% по отношению к 2016 году, в том числе на континентальном шельфе — 108 млрд рублей (168% по отношению к 2016 году). Но планы явно завышены.

Здесь мы, конечно, более консервативны, исходим и из конъюнктуры рынка, и из новых условий, которые нам предъявляют зарубежные партнеры, в том числе санкций. С учетом сохранения нынешнего уровня цен на нефть, принятых изменений в Налоговый кодекс РФ, предусматривающих возможность применения повышающего коэффициента 1,5 к расходам на геологическое изучение на шельфовых месторождениях, реальный объем инвестиций на углеводородное сырье в 2017 году может составить порядка 300 млрд рублей.

Конечно, мы ожидаем рост. Мы придерживаемся 15–20%. Это будет рост по отношению к 2016 году.

Что касается геологоразведки на шельфе — в 2017 году планируется отработать 36,1 тыс. погонных километров сейсмопрофилей 2D и 17,4 тыс. квадратных километров 3D. Запланировано пробурить 14 глубоких скважин, из них 11 поисковых и три разведочные. Объем бурения составит 36,9 тыс. м, из них 30,2 тыс. м — поисковое и 6,7 тыс. м — разведочное.

— Когда ваша очередная встреча с нефтяниками и с добытчиками твердых полезных ископаемых?

— Традиционно такие встречи проходят в ноябре, когда будут получены предварительные результаты по году и намечены планы работ на предстоящий год.

Действие санкций

— Раз уж мы заговорили про санкции. Их действие в том числе предусматривает новый законопроект Минприроды, который облегчает внесение изменений в лицензии на пользование недрами. В частности, вводится оговорка, что лицензия может быть изменена "при возникновении обстоятельств, существенно отличающихся от тех, при которых лицензия на пользование недрами была предоставлена". Идет ли тут речь о санкциях? Разрабатывает ли Минприроды новые инструменты для облегчения работы компаний, попавших под действие санкций?

— Вы знаете, я бы не сказал, что законопроект нацелен на облегчение внесения изменений в лицензии. Я считаю, что термин "облегчение" — это не совсем правильный термин. То есть здесь как раз речь идет о новой регламентации, установлении порядка. Но с учетом внешних, скажем так, параметров или факторов, которые влияют в том числе и на работу компаний, мы постарались здесь внести в законопроект условие, которое даст возможность предъявлять аргументацию в части влияния санкционных условий. Но в любом случае для этого требуется хорошая доказательная база.

Здесь нужно предъявить аргументы, почему предлагается переносить тот или иной срок и так далее. Мы исходим из того, что у нас в лицензиях прописываются основные условия. Они касаются геологоразведки, предоставления геоинформации, предоставления проектных документов. И на мой взгляд, санкции на эти условия особо не влияют: если есть обязательства о предоставлении геоинформации в определенные сроки, значит, они должны предоставить такую информацию; если есть задача к определенному периоду подготовить проектный документ, соответственно, этот проектный документ должен быть подготовлен.

Можно, конечно, спорить по поводу технологий, которые применяются в геологоразведке, потому что в лицензию попадают сроки и объемы геологоразведки. Но в любом случае, на мой взгляд, в сегодняшних условиях на то, что прописано в лицензиях, все санкционные условия имеют меньше влияния, чем на проектные документы. А все остальное, на что влияет конъюнктура, на что влияет технология, объемы добычи и так далее, — все остальное помещено в проектный документ, в нем прописываются все основные параметры работы на участке недр. И соответственно, внесение изменений в проектный документ происходит как раз в режиме работы Центральной комиссии по разработке. То есть законопроект просто определил основные параметры того, как будет происходить фиксация в лицензиях основных условий. И соответственно, как будет работать механизм подготовки и изменения проектных документов.

— Когда этот законопроект может быть принят?

— Мы внесли его в правительство совсем недавно. Сейчас идет работа в правительстве. Мы надеемся, в осеннюю сессию он будет внесен в Государственную думу и, кстати, вполне возможно, будет принят. Он на достаточно высоком уровне подготовки.

— А не было никаких возражений по законопроекту со стороны компаний?

— На сегодняшний день уже есть определенный опыт. В рамках актуализации лицензий мы четко выделили в лицензии параметры, которые фиксируются, являются основными для инвестора и которые не должны меняться. И соответственно, обозначили, что попадает в проектный документ. Сегодня существует процедура работы с проектными документами, изменения проектного документа. Соответственно, все эти процедуры сейчас в новом проекте закона как раз и прописаны.

— Ну и, собственно, опять же про санкции. В том пакете, который был принят 2 августа, прописано, что западные компании могут сотрудничать с нами, если доля российской компании составляет менее 33% в проектах. По вашему мнению, это уточнение про 33% как может повлиять на работу наших компаний?

— Наверное, лучше спросить у компаний, как они будут при таких условиях взаимодействовать с иностранными партнерами. Единственное, могу сказать, что у нас достаточно широкий спектр инструментария у компаний, они работают и на международных рынках, и многие уже имеют партнерские взаимоотношения с иностранными инвесторами достаточно давно.

— Я правильно понимаю, что это условие, возможно, облегчает работу компаний за рубежом, где они могут войти в проекты с такой долей?

— Это действительно лучше спросить у компаний. В любом случае, у наших нефтяников очень хороший заряд, очень хорошая база, чтобы найти способы, как продолжать работу и сделать бизнес эффективным.

— Еще в апреле планировалось завершить работу по расширению принципа вычета затрат на ГРР к рисковым проектам. В частности, Минприроды предлагало повысить коэффициенты к вычетам до 3,5 по рисковым шельфовым проектам и 2,5 по проектам на суше, на текущий момент для всех видов ГРР установлен коэффициент 1,5. На какой стадии переговоры по этому вопросу? Согласованы ли коэффициенты 2,5 и 3,5?

— Осенью должна начаться активная стадия, сейчас вопросы по коэффициентам 2,5 и 3,5 прорабатываются. Мы планируем, что поправки будут подготовлены осенью, есть соответствующее поручение Минфину. Однако согласованных решений по данному вопросу пока нет.

"Новатэк"

— Недавно "Новатэк" получил три газовых месторождения на Ямале. При этом условия изначально были прописаны таким образом, что никто другой подать заявку и не мог. То есть условия настолько жесткие, что, по сути, являются ограничением.

— Да, как мы знаем, в порядок проведения аукционов на право пользования Штормовым, Верхнетиутейским и Западно-Сеяхинским месторождениями были включены дополнительные требования — об обязательном использовании недропользователем ресурсной базы месторождений для производства СПГ на существующих и планируемых объектах инфраструктуры в Ямало-Ненецком автономном округе и требование наличия у участника аукциона лицензии на право пользования недрами месторождений, расположенных на полуостровах Ямал и Гыдан.

Эти дополнительные требования были приняты исходя из необходимости создания в Ямало-Ненецком автономном округе центра по добыче и сжижению природного газа. Мы рассматриваем, что именно в этом районе должен возникнуть центр по производству СПГ, именно исходя из того, что это возможность для России войти на этот рынок. И сейчас откладывать или каким-то образом сдерживать развитие этого рынка не совсем, на мой взгляд, на пользу государству.

— Ну, собственно, получается, лицензию получил тот, кто там работает и кому это нужнее.

— Лицензии получили те, кто участвовал в конкурсе и, соответственно, выиграл.

— А по поводу возможной передачи "Новатэку" четырех газовых месторождений "Газпрома" — Северо-Тамбейского, Западно-Тамбейского, Малыгинского и Тасийского лицензионных участков — в прошлом году была соответствующая просьба от главы "Новатэка" Леонида Михельсона, а в этом году этот процесс приостановлен?

— В данный момент владельцем лицензий на все эти месторождения является "Газпром". И Минприроды не располагает информацией по передаче этих участков "Новатэку".

Бывшая "серая зона" с Норвегией

— Подписание соглашения о бывшей "серой зоне" с Норвегией было отложено до формирования нового состава правительства. 11 сентября в Осло пройдут парламентские выборы. Когда планируете возобновить переговоры по этому вопросу?

— Норвежской стороне предлагалось подписать соглашение в ходе моего визита в Норвегию в начале июня, но с учетом рабочего графика министра нефти и энергетики Норвегии подписание не состоялось.

В сентябре в Норвегии должны пройти выборы, появятся наши новые партнеры. Или, скажем так, партнеры с новыми лицами. Дальше будем вести переговоры с ними. На самом деле документ в достаточно высокой стадии подготовки, и его подписание — это воля сторон.

— То есть принципиально все уже согласны.

— С нашей стороны мы все согласования уже получили. Соответственно, сейчас новое правительство Норвегии должно определиться. В целом подписание могло бы состояться осенью текущего года или же путем обмена дипломатическими нотами.

— На какой стадии переговоры с комиссией ООН по заявке на расширение границ Арктического шельфа? Ранее анонсировалось, что очередная встреча пройдет в июле этого года.

— У нас с новой комиссией встреча как раз сейчас происходит.

— Прямо сейчас?

— Прямо сейчас. Киселев Евгений Аркадьевич, мой заместитель, в Нью-Йорке встречается с членами новой комиссии ООН. Начало работы комиссии по российской заявке приходится на 5 сентября. Сейчас стоит задача наладить взаимоотношения с новыми экспертами, а все дальнейшие взаимодействия будем развивать на следующей встрече. В ноябре будет 45-я сессия, и я надеюсь, у меня все-таки получится туда доехать.

— Мы по-прежнему ожидаем, что решение по заявке будет принято в 2018 году?

— Новая комиссия, я знаю, активно занялась рассмотрением заявки. Соответственно, мы будем стараться, чтобы окончательные выводы были сделаны в самое ближайшее время. Конечно, в этом году они уже не успеют точку поставить, но такой сценарий вероятен в 2018 году при несопротивлении всех сторон. Но давайте не будем загадывать.

В любом случае работа сейчас активизировалась, новые члены комиссии достаточно активно начали проводить все необходимые работы. Так что надеемся, что при конструктивном взаимодействии мы получим все необходимые материалы и вопросы. Если у коллег, именно у членов комиссии, возникнут какие­-то вопросы и необходимо будет проводить работы, значит, будем проводить их в следующем году. Но мы нацелены на то, чтобы как можно быстрее все-таки получить резолюцию комиссии на нашу заявку.

Беседовали Евгения Соколова, Ирина Мандрыкина

Россия > Экология > mnr.gov.ru, 6 сентября 2017 > № 2305661 Сергей Донской

Полная версия — платный доступ ?


США > Экология. Нефть, газ, уголь. Финансы, банки > forbes.ru, 1 сентября 2017 > № 2296154 Александр Ершов

Хуже «Катрины»: как ураган «Харви» повлиял на глобальные рынки нефти

Александр Ершов

главный редактор по товарным рынкам Thomson Reuters

Президент Трамп уже запросил у Конгресса $5,9 млрд помощи, но это лишь малая часть денег, необходимых для устранения последствий катастрофы. По оценкам, нужно до $150 млрд

Нефтяной рынок живет сезонами. Вот приходит весна — в Америке начинается driving season. Затем август — в Америке сезон ураганов в Мексиканском заливе. Казалось бы, причем здесь все остальные? Может быть, дело в подаче самого факта? Конечно. Когда в Москве зимой два дня простоит мороз в 30 градусов, новости на всех каналах напоминают сводки с фронта. Но, например, в Якутии или Магаданской области зимой месяцами за 50, а иногда и за 60. И ничего, люди живут. Но не все так просто.

«Харви» стал самым мощным за последние 50 лет ураганом, обрушившимся на американский штат Техас. В некоторых городах за неделю выпала годовая норма осадков. На побережье Мексиканского залива базируется почти половина американских нефтеперерабатывающих мощностей, и приостановка работы ряда НПЗ ударила по поставкам бензина на юго-востоке США и в других частях страны. Закрыто несколько НПЗ вдоль побережья Мексиканского залива, в том числе принадлежащий Exxon Mobil завод Baytown — второй по величине в США. Метеорологи сравнивают «Харви» с ураганом «Катрина», который в 2005 году разрушил Новый Орлеан и унес 1800 жизней.

«Катрина» тогда тоже оказала заметное влияние на нефтяной рынок, замедлив добычу в Мексиканском заливе.

Everything is big in America… По иронии судьбы точно такая же поговорка есть и про Техас. Получается, если уж ураган, то триллионы литров (вернее, галлонов) воды, если солнечное затмение — то Великое Американское.

Еще в Америке любят цифры и статистику. Американские работодатели недосчитались почти $700 млн из-за Великого солнечного затмения, которое стало «отвлекающим фактором» для работников и снизило производительность труда. Всего 20 минут 21 августа, на которые, по оценке хедхантера Challenger, Gray & Christmas, сотрудники фирм ушли из офисов, чтобы понаблюдать за продолжающимся две с половиной минуты затмением.

И это небольшая сумма. Для Америки. Затмение даже не сравнится со множеством других отвлекающих факторов, например чемпионатом по баскетболу среди студенческих мужских команд США, известным как March Madness, киберпонедельником, когда интернет-магазины предлагают товары по сниженным ценам, и понедельником после Супербоула — ежегодного финального матча Национальной футбольной лиги США. Согласно подсчетам компании, в первую неделю March Madness потери из-за снижения продуктивности сотрудников составляли по $615 млн в час. Понедельник после Супербоула обходился в $290 млн за каждые 10 минут рабочего дня, когда сотрудники обсуждали игру и ее основные моменты или смотрели повтор любимых рекламных роликов. Киберпонедельник, за которым следует ежегодный праздничный сезон покупок, обошелся в $450 млн за каждые 14 минут, что сотрудники тратили не на работу, а на шопинг.

В случае с «Харви» счет уже идет на миллиарды и десятки миллиардов, и это не шопинг, и не футбол — с таким приходится считаться всем. Глобально. Президент Трамп уже запросил у Конгресса $5,9 млрд помощи, но это лишь малая часть. Оценки ущерба доходят до $125 млрд (губернатор Техаса Эббот) и даже $150 млрд (демократ Джексон Ли).

«Катрина» 12 лет назад обошлась американским налогоплательщикам в $110 млрд, но характер ущерба, не говоря уже о значительно большем числе погибших, был совершенно иной.

Если «Катрина» «прошлась» в основном по добыче нефти, вызвав рост котировок сырья, то «Харви» ударил по нефтепереработке, и трейдеры, опасаясь, что НПЗ восстановятся не сразу, двинули цены на нефть вниз. Нефтепродукты же, напротив, начали дорожать. По оценке консалтинговой компании Petromatrix, текущие котировки бензина в США соответствуют цене нефти в $84 за баррель. Влияние стихии на глобальный рынок не менее ощутимо.

Инвестиционный банк Goldman Sachs, один из самых крупных финансовых участников товарных рынков, считает, что восстановление баланса нефтяного рынка, предмет устремлений России и ее партнеров по пакту ОПЕК+, замедлится из-за урагана «Харви», поскольку он вызовет падение глобального спроса на нефть на 0,7 млн барр./сут. в ближайший месяц и в целом вызовет негативные настроения на рынке.

Еще более печальным фактом для участников пакта ОПЕК+ может стать увеличение экспорта нефти из США, которые свободны от обязательств перед картелем. Аналитики сходятся во мнении, что добывающая инфраструктура в Мексиканском заливе восстановится намного быстрее, чем поврежденные ураганом НПЗ и нефтепроводы. Это означает, что та нефть, которую не смогут принять заводы, в скором времени выплеснется на мировой рынок, где Америка и так увеличила присутствие за последние годы, пока ОПЕК и Россия боролись со снижением котировок.

Когда Мексиканский залив и Луизиана пострадали от «Катрины», США экспортировали 1,3 млн барр./сут. нефтепродуктов (экспорт нефти был запрещен), а сейчас, до «Харви», этот объем составлял уже 5,6 млн — и нефти, и продуктов.

Но есть и хорошие новости: если затопленные ураганом НПЗ простоят долго, рынок США должен будет восполнить выпадающий объем производимого топлива. Поэтому не исключен и «размен»: избыток нефти из США на мировой рынок против притока импортных нефтепродуктов. В этом случае мировые центры нефтепереработки могут выиграть, максимально загрузив свои мощности.

США > Экология. Нефть, газ, уголь. Финансы, банки > forbes.ru, 1 сентября 2017 > № 2296154 Александр Ершов


Россия > Экология > forbes.ru, 18 августа 2017 > № 2314755 Алексей Фирсов

«Зеленый» лидер: кто из российских бизнесменов мог бы встать на страже экологии

Алексей Фирсов

социолог, основатель центра социального проектирования "Платформа", председатель комитета по социологии РАСО

В России до сих пор нет ни одной крупной «зеленой» фигуры федерально уровня

В России проходит Год экологии — событие на практике довольно формальное, не оказавшее серьезного влияния на общественную повестку. Однако отсутствие заметного интереса к официальной линии не означает, что тема мертва. В ходе социологических замеров в различных регионах России мы видим заметный рост внимания населения к экологической ситуации, реальную готовность людей к личному участию в акциях, связанных с «зеленой» тематикой. Недавний опрос социологического центра «Платформа» в городах разных типов как в европейской части России, так и за Уралом, показал, что 70-80% граждан осознают проблему загрязнения территорий и выступают за усиление контроля в этой области, например за введение раздельного сбора мусора.

Характерны несколько недавних случаев (например, в Якутии и Челябинске), когда общественные активисты смогли остановить строительство новых предприятий, поскольку бизнес не сумел снять ощущения экологических рисков. Причем если в Челябинске экологическая карта была использована самими властями в борьбе с бизнес-экспансией из соседнего региона, то в Якутии инвестпроект «Ростеха» не встречал, естественно, сопротивления на уровне элит, но был отторгнут местным населением.

Можно было бы предположить, что пробуждение экологического состояния свойственно более зажиточным регионам, жители которых прошли этап первичного насыщения и теперь поднялись на новую ступень пирамиды Маслоу — стали думать об окружающем мире. Однако по факту это не так: жители ряда успешных субъектов Федерации, например Москвы, не отличаются фокусировкой на «зеленой» проблематике. Активность стимулирует не уровень дохода, а переплетение группы факторов, среди которых местные традиции, региональные особенности, наличие очевидных раздражающих обстоятельств, например крупных промзон (хотя по факту основным загрязнителем среды уже давно является автотранспорт). И, конечно, большую роль играет проблема лидерства — наличие фигур, способных обеспечить мобилизацию граждан вокруг экоповестки.

Последний фактор выглядит наибольшей проблемой. В стране не появилось явных «зеленых» лидеров федерального уровня. Речь в данном случае идет не о профессиональных экологических структурах типа Greenpeace, WWF или менее известных российских аналогах, но о формировании полноценных лидеров, способных вести активный диалог с элитами, апеллировать к общественному мнению, заявлять комплексную стратегию — то есть занять условно политическую позицию (что необязательно означает участия в электоральном процессе).

В прошлом было несколько очевидно конъюнктурных попыток создать политическое «зеленое» движение, например собранная банкиром Глебом Фетисовым партия «Альянс зеленых», которую возглавил Олег Митволь. Однако по факту ничего реально экологического в ней не было, Фетисов просто искал удобный нейминг для выхода в политическое пространство.

Сегодня «зеленое» движение распадается на региональные сегменты, в которых микс различных активностей: волонтерские, просветительские или научные формируются как протестные группы. Качество лидерства здесь крайне различается по уровню профессионализма, популистским подходам, вовлеченности в диалог с региональной властью и бизнесом. Есть замечательные активисты типа Асхата Каюмова, который возглавляет экологический центр «Дронт» в Нижнем Новгороде. Есть откровенные рейдеры, которые используют чувствительные экологические темы для давления на бизнес. Но в любом случае уровень активности ограничен у всех региональным потолком, притом что ряд вопросов имеет системный характер.

В общественном поле востребована фигура, которая придаст экологической теме сильное федеральное звучание, выступит модератором для участников процесса: структур власти, бизнеса, общественных центров. Эта фигура должна быть хорошо узнаваема в федеральных институтах (но не являться их составной частью), обладать современным экологическим мышлением, но без отпугивающего экстремизма, уметь работать внутри системы и при этом быть агентом ее изменения. Ниша очевидная, интересная, востребованная, дающая, кстати, хорошие возможности для игры на глобальном уровне (особенно в смычке с климатическими вопросами в рамках Парижских соглашений). Если искать аналоги в западной культуре, ее мог бы занять респектабельный представитель крупного бизнеса, одержимый социальной идеей, готовый вкладывать в нее энергию и консолидировать ресурсы. Но ниша эта зияюще свободна.

А кто мог бы ее теоретически занять? Переберем несколько возможностей в ряду бизнес-лидеров, как наиболее вероятной среде для рекрута такой фигуры. Первая гипотеза несколько неожиданна — Анатолий Чубайс. Как известно, Чубайс активно популяризирует тему чистой энергетики, с которой его связывает ряд проектов Роснано. Кроме того, он является явным лоббистом Парижских соглашений по климату, вступив уже по этому поводу в полемику с основным составом РСПП. У него может быть не только профессиональный, но и экзистенциальный мотив — возможно, что Чубайсу с его привычкой к историческому масштабу деятельности тесно внутри Роснано — компании, которая в качестве портфельного инвестора оперирует относительно небольшим объемом средств. При этом выход в политику в нынешнем статусе для него закрыт. А вот лидерство в экологических и климатических программах, с одной стороны, раскрывает перед ним более широкий общественный горизонт, с другой — оставляет внутри договоренностей с президентом: либо бизнес, либо политика. Новое направление может привести к постепенному апгрейду его публичного образа, замещая наследие 1990-х новым, репутационно бесспорным смыслом. Однако при этом у Чубайса есть ограничения: активное продавливание этой темы может вызвать напряжение с возможными партнерами из тяжелых и условно грязных индустрий. Кроме того, фигура Чубайса слишком обусловлена историческим контекстом, вносит целый ряд идеологических коннотаций и оценочных суждений. Это несколько мешает принципу нейтральности, важному для модерирования процесса.

Определенной альтернативой этому выбору является Олег Дерипаска — наиболее радикальный лоббист Парижских соглашений по климату. Но образ Дерипаски слабо вяжется с общественной деятельностью, автономной от его бизнес-интересов. Например, его активная забота в отношении климатических ограничений по углекислым выбросам связывалась экспертами с желанием создать трудности для китайской алюминиевой промышленности. Этой роли будет мешать и определенная изолированность Дерипаски в российском бизнес-пространстве, слабые коммуникационные линии и консервативность персональной системы ценностей.

Более аутентично такая роль соответствовала бы Герману Грефу, несмотря на его открытый скепсис в отношении чистой энергетики, выраженный на прошлом Гайдаровском форуме. Участие крупного и современного финансиста в «зеленом» процессе — один из наиболее оптимальных вариантов, соответствующий как мировой практике, так и потенциалу главы Сбербанка. Однако Греф с головой ушел в область цифровых технологий, IT-визионерства. Он может быть хорошим союзником, но не ключевым драйвером очередного направления; кроме того, новая миссия может привести к расфокусировке образа.

Впрочем, возможно и принципиально другое решение: роль «зеленого» лидера берет на себя фигура, чей бизнес внушает обществу наибольшие экологические риски, что, кстати, активно применяется на Западе. В России свои программы по «зеленому» волонтерству развивали «Росатом» или нефтехимический холдинг «Сибур». Хотя их активность не стала заметной на федеральном уровне, однако в регионах она имела успех. Риск заключается в том, что общество может воспринимать подобные экологические проекты скорее как желание выравнять репутационный баланс, чем как заявку на реальное лидерство в этой сфере. Кроме того, и глава «Сибура» Дмитрий Конов, и новый руководитель «Росатома» Алексей Лихачев, судя по всему, лишены общественных амбиций, а в обезличенной форме эффективность процесса резко снизится.

Дальнейший перебор фигур в российском бизнесе также не дает безусловных вариантов. Нет их и в политическом пространстве. «Зеленая» тема долгое время считалась бесперспективной среди политиков, уверенных, что основные электоральные симпатии приобретаются в плоскости социальной риторики. Если смотреть в целом по стране, наверное, так и есть — федеральный опрос в «размазанной» форме покажет вторичность экологии по сравнению с проблемами низких зарплат, роста цен или медицины. Однако средняя температура не исключает перегревов в отдельных локальных точках, которые могут становиться звеньями масштабного процесса. Делать из электоральности единственный стимул — плоская и малоперспективная история, особенно в России. Особенность «зеленой» политики в том, что она может формировать общественную повестку вне избирательных технологий, апеллируя практически к вечным ценностям и работая со всеми центрами сил.

Допустим, идеальных фигур и условий для старта в этом направлении сегодня нет. Но ценность лидера как раз в том, что он совершает прорыв в совершенно неидеальных обстоятельствах, которые отпугивают остальных. Проблема в том, что до сих пор «зеленую карту» разыгрывали, но не делали ее своей реальной миссией, ставкой на уровне экзистенциального выбора. Надо ждать, кто почувствует вкус к этому вызову.

Россия > Экология > forbes.ru, 18 августа 2017 > № 2314755 Алексей Фирсов


Россия > Экология. Образование, наука > mvd.ru, 15 августа 2017 > № 2286766 Николай Дроздов

Николай Дроздов: «земля – наш общий дом».

В гостях у журнала «Полиция России» известный советский и российский учёный-зоолог и зоогеограф Николай ДРОЗДОВ.

– Николай Николаевич, недавно вы отметили не только своё 80-летие, но и 60-летие профессиональной, творческой и общественной деятельности. Почему решили посвятить жизнь зоологии?

– Я родился и вырос в Москве. Отец, профессор органической химии, доктор химических наук, занимался синтезом лекарственных веществ, очень любил природу и был истинным натуралистом. Мама – врач-терапевт. Ютились в маленькой однокомнатной квартирке на Преображенке – не самые лучшие условия. Родители очень боялись, что мы с братом заболеем туберкулёзом, поэтому круглогодично снимали дачу под Москвой. Вот где раздолье! Там я и брат жили постоянно, учились в сельской школе, ходили туда через лес и речку – путь прекрасный! В школьные годы работал табунщиком конного завода. Тогда, видимо, и «заразился» природой.

После окончания школы поступил в МГУ на биологический факультет, но через пару лет перевёлся на географический, где оказалось интереснее. Дело в том, что у биологов очень много экспериментальной работы, они постоянно находятся в кабинетах, а мне хотелось больше путешествовать. Узнал, что на географическом есть биогеографическая кафедра, которая изучает распространение биологических существ по земному шару. Это было именно то, что хотел изучать. Через некоторое время после окончания учёбы стал путешествовать. Когда же начал делать программу «В мире животных», объездил почти весь мир...

– Николай Николаевич, вы до сих пор много путешествуете. Что вас поражает в этих поездках больше всего?

– В каждом уголке нашей необъятной Родины есть потрясающе красивые места. Но особенно изумила Камчатка. Это удивительный регион вулканической деятельности и самый уникальный уголок Земли, где ландшафт, растения и животный мир сохранились в естественном, диком виде! Камчатские пейзажи великолепны и неповторимы своей красотой и очарованием. Многое впервые увидел вблизи: вулканы, горные реки с обилием рыбы, камчатских медведей. Ощутил, насколько там свежий, чистый и прозрачный горный воздух. Природа Камчатки неповторима своей красотой. За неделю, что там провёл, посчастливилось облететь на вертолёте наиболее яркие достопримечательности, в том числе и вулкан Ключевская сопка... Раньше, конечно, бывал в тех краях, но видел камчатские красоты издалека – с мыса Лопатка, крайней южной точки полуострова...

– Конечно, кроме красот, вы наверняка сталкиваетесь и с современными экологическими проблемами, которые грозят стать глобальной опасностью для человечества. Можно ли её избежать?

– Угроза возникает в результате отсутствия правильного взаимодействия человека с природой в целом. Добавьте к этому недостаточное внимание к сохранению питьевой воды, к производству продуктов питания, бытовых товаров, лекарственных и косметических препаратов…

На мой взгляд, новые стратегические возможности и инновационные пути решения данных проблем сформулированы в комплексной Международной экологической программе «Terra Viva». Её разработали специалисты Фонда «Национальный Центр Глобального Информационного Управления», Независимого экспертного совета Русского научного клуба и Международного экологического движения «Живая планета». Основой концепции послужило фундаментальное исследование-трилогия «Беспечное человечество» Олега Олейника и Анатолия Коробейникова. Они определили, что часто причиной гибели всего живого становятся не конфликты и войны, а «мирная» деятельность людей. Современное влияние на биосферу достигло глобальных масштабов, поставив под угрозу существование самой человеческой цивилизации. Несомненно, для выживания необходимо использовать научные знания, но при этом опираться на высокую мораль, учитывать взаимодействие всех человеческо-природных взаимосвязей.

– Вы пять лет возглавляете вышеупомянутое Международное экологическое движение «Живая планета». Что удалось сделать за это время?

– Международную известность «Живой планете» принесло участие в спасении Всемирного биосферного заповедника ЮНЕСКО – национального парка Ясуни в Латинской Америке. В 2011 году мы поддержали инициативу президента Республики Эквадор Рафаэля Корреа по сохранению лесов заповедника Ясуни, предусматривающую в соответствии с Программой развития ООН (ПРООН) совместно с правительством Эквадора сокращение добычи нефти в джунглях Амазонки. Во время специального заседания стран-доноров, состоявшегося в том же 2011 году в рамках 69-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН, «Живая планета», объединяющая экологов и специалистов разных стран в области охраны природы, выступила в качестве общественного донора проекта «Ясуни-ИТТ» от России и провела большую разъяснительную работу. Эта народная инициатива в Республике Эквадор может серьёзно повлиять на будущее Земли.

Позже, в апреле 2015 года, нами был реализован уникальный «арктический» проект – 1-й Международный Арктический форум. Его провели на острове Шпицберген (Норвегия), в Лонгйире, с участием представителей 43 регионов России и других стран. В целях успешного диалога между Россией и Норвегией на форуме приняли ряд решений по вопросам сбережения экосистемы Арктического региона.

По инициативе «Живой планеты» в Общественной палате Российской Федерации состоялся 1-й Международный съезд директоров компаний Евразийского экономического сотрудничества. В ходе дискуссии обсудили вопросы охраны окружающей среды в рамках процессов интеграции стран ЕАЭС.

2017 год объявлен у нас в стране Годом экологии. Для его проведения наше движение совместно с Общественной палатой Российской Федерации образовало специальный организационный комитет.

Вообще пятилетие работы в «Живой планете» считаю одним из важнейших этапов моего служения обществу и Отечеству в качестве общественного деятеля, просветителя, защитника живой природы и посланника народной дипломатии. За это время вместе с участниками других общественных организаций удалось воплотить в жизнь уникальные культурно-патриотические и экологические проекты, в том числе в рамках программы «Держава ХХI век». Вышли в свет более сотни научных, методических и учебных изданий для вузов и школ по экологическому просвещению молодёжи. Результаты этих проектов включили в ежегодные итоговые доклады Общественной палаты Российской Федерации за 2015 и 2016 годы о состоянии гражданского общества в России.

– В чём основная задача Национальной программы «Держава XXI век»?

– Основная концепция – утвердить в сознании граждан патриотические ценности, укрепить единство народов России, уважение к её величию и символам, один из которых – государственный флаг. Программа включает в себя несколько проектов. Среди них – культурно-патриотические «Знамя Победы 2015–2020» и «Самый большой флаг России», эколого-патриотическая акция «Закладка берёзовой рощи Героев в парке Победы на Поклонной горе и в 84 регионах России», а также проект «Открытая Арктика», который включает ежегодные высокоширотные экспедиции в Арктику и Антарктику и международный полярный эко-форум «Живая планета».

Реализация программы направлена на воспитание молодёжи в духе непреходящих духовных, нравственных ценностей, уважения к славной, героической истории нашей страны.

– На ваш взгляд, какова основная роль общественных организаций в реализации экологических проектов?

– С одной стороны, необходимо защищать экологические права граждан, а с другой – привлекать общественность к обсуждению, анализу и принятию экологически значимых решений, контролю над их реализацией. Закон «Об экологической экспертизе» требует учитывать общественное мнение при определении воздействия экономических проектов на окружающую среду. Российским законодательством запрещено финансировать и кредитовать реализацию проектов, не получивших положительного заключения экологической экспертизы и при отсутствии материалов обсуждений объекта экспертизы с гражданами и общественными организациями. Причём если таких материалов нет, то даже положительное заключение экологической экспертизы проекта может быть оспорено, действие его прекращено, а строительство объекта останавливается на основании решения суда.

Таким образом, общественность получает возможность заявить о своих интересах или обеспокоенности, повышается степень доверия граждан к органам власти или руководству компании. Это особенно важно, если инвесторами выступают международные финансовые организации, уделяющие приоритетное внимание общественному мнению. Постепенно такое отношение формируется и в российских структурах.

«Живая планета» старается консолидировать экологическую ответственность бизнеса и науки для конструктивного решения глобальных экологических проблем.

– С 2013 года вы являетесь председателем первого экологического общественного телеканала «SkyLeat Eko TV». Какие цели у этого проекта?

– Международный медиа-проект «SkyLeat Eko TV» создавался с участием и при поддержке руководства ряда стран, государственных структур и политических партий, международных экологов, учёных, коммерческих компаний, журналистов, известных медийных лиц России, Эквадора, Украины, Словакии, Чехии, Венгрии, Армении.

Таким образом, мы стремимся создать единое глобальное пространство, объединить представителей различных структур, людей всех возрастов, национальностей и социальных групп. Хотя мы разные, но мы должны мирно жить вместе, уважая интересы друг друга. Ведь планета Земля – наш общий дом!

Беседу вёл Николай ТЕРЕЩУК

Визитная карточка

Советский и российский учёный-зоолог и зоогеограф, академик Российской академии естественных наук и Академии российского телевидения, доктор биологических наук, профессор, лауреат Национальной телевизионной премии «ТЭФИ», лауреат премии ЮНЕСКО, заместитель председателя комиссии по культуре Общественной палаты Российской Федерации, председатель правления МЭД «Живая планета». Родился 20 июня 1937 года в Москве.

В 1963 году окончил кафедру биогеографии географического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова. Автор множества книг, научных статей и документальных фильмов о природе.

Награждён орденом «За заслуги перед Отечеством» IV степени, орденом Дружбы, орденом Почёта, наградным холодным оружием – офицерским кортиком, большим количеством общественных наград.

Среди его любимых животных – змеи, пауки-птицееды, фаланги, скорпионы. Увлекается верховой ездой, лыжами, купанием в проруби, изучает йогу. Играет на гитаре, исполняет песни и романсы.

Россия > Экология. Образование, наука > mvd.ru, 15 августа 2017 > № 2286766 Николай Дроздов


Россия > Экология. Леспром > ecoindustry.ru, 11 августа 2017 > № 2295444 Михаил Юлкин

ИНТЕРВЬЮ С МИХАИЛОМ ЮЛКИНЫМ, ГЕНЕРАЛЬНЫМ ДИРЕКТОРОМ ЦЕНТРА ЭКОЛОГИЧЕСКИХ ИНВЕСТИЦИЙ: О СОКРАЩЕНИИ ПАРНИКОВЫХ ГАЗОВ В ЦБП И ВЫСТУПЛЕНИИ НА ФОРУМЕ PAP-FOR 2017

27 сентября 2017 в Москве состоится Форум PAP-FOR «Стратегия сохранения и развития экологического потенциала ЦБ отрасли». Одной из ключевых тем станет сессия, посвящённая сокращению и эффективному управлению выбросами в атмосферу целлюлозно-бумажных предприятий.

Почему тема парниковых газов важна для ЦБК и как влияние производства на климат затронет бизнес-среду - рассказал докладчик сессии Михаил Юлкин, Генеральный директор Центра экологических инвестиций.

Почему, на Ваш взгляд, тема выбросов в атмосферу не теряет своей актуальности для целлюлозно-бумажной промышленности?

– Как любое химическое производство, ЦБП не свободно от вредных веществ, которые в различном количестве выбрасываются в атмосферу. В последнее время, наряду со всем известными загрязняющими веществами, в частности, соединениями серы и другими дурнопахнущими веществами, в поле зрения отрасли появился ещё один вид веществ – это так называемые парниковые газы: прежде всего углекислый газ, закись озота и метан, которые оказывают негативное влияние на климат. Основным источником таких выбросов в ЦБП является сжигание ископаемого топлива, добавки карбонатов при производстве целлюлозы и вывоз отходов на свалку, где они сгнивают с выделением метана.

Чему будет посвящено Ваше выступление на Форуме PAP-FOR 27 сентября 2017?

– Моё выступление будет посвящено управлению выбросами парниковых газов в ЦБП: учёту, мониторингу, стандартам отчётности, методам определения углеродоёмкости на примере предприятий, для которых мы проводили такой анализ, а также возможностям для снижения углеродного следа ЦБП.

Какие российские предприятия уже занимаются вопросом парниковых выбросов?

– Лидеры отрасли. Буквально все. Например, мы имеем опыт сотрудничества с Группой Илим и Монди, а вместе с Архангельским ЦБК мы занимаемся вопросами управления выбросами парниковых газов уже более 15 лет.

Какие факторы, на Ваш взгляд, влияют на то, что сейчас всё больше предприятий ЦБП обращаются к проблеме парниковых газов?

– Нормативной базы по парниковым газам в России пока нет, но есть утверждённый План мероприятий по её созданию. В частности, этот план предусматривает внедрение системы обязательной отчётности предприятий по выбросам парниковых газов и разработку сначала сценариев, а затем и схемы регулирования выбросов парниковых газов.

Вообще, для предприятий ЦБП тема экологии, охраны окружающей среды всегда была важной, а экологичность производства продукции давно стала фактором конкуренции на мировом рынке целлюлозы, бумаги и картона. Экологическая чувствительность отрасли обусловлена, прежде всего, использованием древесного сырья. Лес, как известно, является глобальным ресурсом, легкими планеты. Поэтому вопросам заготовки древесного сырья и, в целом, вопросам устойчивого управления лесами в отрасли традиционно уделяется повышенное внимание. Отсюда и требования по контролю за происхождением древесного сырья, и сертификация лесных участков, где ведутся рубки древесины для предприятий ЦБП, и сертификация цепочки поставок. Есть и другие не менее важные экологические требования, которым должны соответствовать и производство, и продукция. Неслучайно, предприятия отрасли одними из первых стали внедрять международные стандарты серии ISO 14000 по управлению окружающей средой.

Сегодня предприятия, претендующие на лидерство, на то, чтобы быть в числе тех, кто определяет развитие отрасли, должны соответствовать самым строгим экологическим требованиям, в том числе требованию по сокращению выбросов парниковых газов. В целом, ведущие российские целлюлозно-бумажные компании с этой задачей справляются. За последние годы в отрасли произошли значительные изменения, процесс обновления идёт интенсивно и в правильную сторону, хотя во многом мы еще уступаем западным конкурентам.

Каким компаниям будет интересно участие в сессии «Уменьшение объёма газопылевых выбросов целлюлозно-бумажных предприятий»?

– Думаю, что участие в этой сессии будет интересно всем представителям индустрии. Дело в том, что выбросы парниковых газов, определяющие в совокупности углеродный след компаний и производимой ими продукции, – это не просто вопрос экологии. Сегодня это едва ли не главный фактор конкуренции между предприятиями ЦБП.

Причем не только за деньги потребителей, но также за кредитные и инвестиционные ресурсы. Поэтому выбросами парниковых газов и управлением углеродным следом, в том числе по цепочке поставок, должны озаботиться все предприятия ЦБП, если они хотят сохранить свои позиции на рынке и добиться благосклонности кредиторов и инвесторов. Наоборот, недостаточное внимание к этим вопросам может стоить предприятиям отрасли слишком дорого.

Россия > Экология. Леспром > ecoindustry.ru, 11 августа 2017 > № 2295444 Михаил Юлкин


Казахстан > Экология. Образование, наука > newskaz.ru, 9 августа 2017 > № 2268749 Анвар Боранбаев

Думать о том, как прокормить близких и заниматься прогнозированием землетрясений, трудно, считает директор Института сейсмологии Анвар Боранбаев.

Землетрясение, разбудившее среди ночи немало казахстанцев, в очередной раз вытолкнуло сейсмологическую службу ближе к эпицентру событий дня. Sputnik Казахстан поговорил с Боранбаевым о том, являются ли два землетрясения в Китае звеньями драматической цепи, конец которой может оказаться, например, в Алматы – условная прямая между районами примерно туда и указывает. Но разговор плавно перешел к неожиданному мнению собеседника: казахстанская сейсмология в упадке, денег катастрофически мало, работа прогнозистов недостаточно эффективна. Сколько зарабатывает сейсмолог? Почему ученые вынуждены искать спонсоров – пока, впрочем, безуспешно. Могут ли вылиться маленькие проблемы научной отрасли в большие последствия? Ответы можно найти в этом интервью.

- Это землетрясение магнитудой 4 балла для Алматы и области считается сильным?

— Оно умеренное. Есть такое понятие “градация землетрясений”. Есть слабые, есть чувствительные 2-3 балла, есть сильные – 5-6 баллов.

- То есть до сильного этому землетрясению не хватило 1 балла?

— Условно так. Но в другой периодике от 1 до 4 баллов называется слабым землетрясением. Это общий фон алматинского полигона. У нас весь юг сейсмически активный, на рубеже 19 и 20 веков у нас проходили сейсмические события – Верненское землетрясение, Чиликское землетрясение и так далее, которые ощущались в нашем городе. Мы в Евразии условно считаемся опасной территорией. Если продолжать мысль, мы равнозначны Японии — в Японии просто чаще трясет, потому что там природа землетрясений другая: островные дуги намного осложняют… и постоянно трясет, потому что это островное государство.

- Предыдущее землетрясение с такой силой когда было в последний раз в Алматы?

— В 2013 году.

- Не вызывает ли у вас как у директора Института сейсмологии опасений тот факт, что условная прямая, проходящая через районы вчерашнего сычуанского землетрясения и сегодняшнего синьцзян-уйгурского землетрясения, ведет как раз в Алматинскую область?

— Поймите, нам такие “прямые линии” не подходят. Нужен научный подход.

- Но между собой эти два землетрясения могут быть связаны?

— Как я вам могу сказать, если я не отвечаю за сеть сейсмических наблюдений на территории КНР? Да, мы обмениваемся информацией, но она приходит к нам в виде каталожных данных, никак не детализированных записей. Соответственно, говорить о том, что происходит у коллег, мне очень сложно. Мы пытаемся сейчас наладить контакт с россиянами, с китайцами – проводим две конференции. Одна с 11 по 15 сентября под эгидой Единой геофизической службы Российской академии наук, и финансирование полностью на себя взяли наши российские коллеги. Девятая казахстанско-китайская обязательная (конференция. – прим.)… мы пытаемся найти спонсоров, а спонсоры от нас отворачиваются. Как быть? Если само население не желает знать, что может происходить, и как быть готовым к этому, о чем можно говорить дальше?

- Подождите… Вы сейчас упомянули проведение конференции. А зачем нужны спонсоры, и не должно ли государство ее финансировать?

— Да вы поймите, это же наши личные инициативы, казахских сейсмологов, чтобы народ знал, чтобы специалисты общались между собой, чтобы не было границ между нами, чтобы мы могли выезжать в эпицентральные зоны, чтобы мы могли обмениваться информацией. Потому что информация как раз позволяет потом делать соответствующие выводы, принимать решения. А у нас для того, чтобы китайские коллеги сюда приехали, мы должны месяц или два ждать подтверждения на визу. То же самое с Китаем происходит. Но у нас такого быть не должно!

- То есть это все-таки проблема государственная?

— Ну почему государственная? Вы поймите, это мы, сейсмологи, должны находить контакты и возможности обмениваться информацией. И ставить вопросы уже перед государственными служащими с четким объяснением − для чего это надо. Но когда мы населению говорим: “Ребята, мы хотим сейчас что-то сделать” … − у нас уже были предложения определенные − давайте с населения, грубо, по 50, 100 тенге собирать, чтобы поддерживать в рабочем состоянии те станции, которые у нас есть. Да, нам дает государство деньги. Но нам их не хватает на текущую поддержку, а у нас оборудование старое. Последняя замена оборудования была в 2001 году – 16 лет назад!

- А вы поднимаете этот вопрос перед госорганами?

— Я 21 июня в сенате выступал. И 1 июля вышли граждане, которые будоражили интернет-пространство и все остальное, они же как раз палки в колеса вставляли (о расколе в Институте сейсмологии – прим.).

- Вы в сенате говорили об увеличении финансирования Института сейсмологии?

— Да вообще сейсмологической службы! У нас же две организации – есть сеть инструментальных наблюдений, которая подпитывает институт объемом информации, потом анализируемой.

- И вы выступили за то, чтобы больше денег давали тем, кто занимается наблюдениями?

— Не только им, в целом сейсмологической отрасли. Она испытывает сильное падение.

- Падение начиная с какого периода?

— Да вот – начиная с правления господина Абаканова (Танаткана Абаканова, предыдущего директора Института сейсмологии. – прим.), например. 11 лет управлял сейсмологической службой инженер-строитель по образованию (с оценкой конфликта оппонентов Боранбаева можно ознакомиться здесь).

- Какие последствия может принести этот, как вы сказали, упадок? Дело в том, что многочисленные эксперты в области сейсмологии заявляют, что точно спрогнозировать землетрясение, в том числе разрушительное, все равно нельзя…

— Когда-то говорили, что нельзя предсказать погоду. Было? Есть факторы, которые позволяют сделать соответствующие выводы. Раньше нельзя было, например, вылечить оспу. Наука же не стоит на месте.

- То есть уже можно гарантированно предсказывать землетрясения?

— Смотрите, у нас есть четыре прогностические лаборатории. Есть так называемые прогнозные параметры – геологические, геофизические, сейсмические, гидрогеохимические. На каждый из этих параметров приходится 20-30 подпараметров, которые позволяют в той или иной степени выставить числовой ряд и перевести это в графические изображения. И то на спаде, то на пересечении они где-то сходятся в одной точке, в которой можно четко зафиксировать сейсмическое событие. Можно выделить так называемую “дельту перехода” от одного сейсмического события к другому – от 3 к 4 баллам, от 4 к 5. Но для этого должен быть тесный контакт и обмен информацией между сейсмологическими службами сопредельных стран. Во-вторых, должен быть постоянный контакт, постоянная обкатка специалистов. У нас по кандидатам наук возрастной ценз (имеет в виду средний возраст. – прим.) 60 лет, по докторам наук – 77, по другим специалистам, в целом, 48 лет − по одной организации, 52 года − по другой. В одной из организаций работает только один кандидат наук. 270 человек – и всего один кандидат наук!

- Это в какой организации?

— Я сейчас говорю о Сейсмологической опытно-методической экспедиции. В целом такая ситуация. Где-то, может быть, надо подход менять. Но это же делается не сразу. Может быть, кто-то догматически застоялся, значит, требуется какая-то встряска для человека, чтобы он изменил свои взгляды на окружающую действительность.

- Вы сказали, что денег не хватает. Сколько денег выделяется государством на сейсмологию сейчас и сколько, на ваш взгляд, оно должно выделять?

— Есть научное сопровождение, есть сопровождение инструментальное. Вот на инструментальное сопровождение выделяется 418 миллионов тенге в год.

- Этого не хватает?

— Хорошо, я вам скажу: средневзвешенный показатель по фонду оплаты труда в районе 52 тысяч тенге. Проживете на эти деньги? Это средневзвешенный показатель – у уборщицы 25 тысяч, у директора Сейсмологической опытно-методической экспедиции 128 тысяч. Вот и все. Вот и делайте выводы. Как человек, у которого болит голова о том, чтобы накормить ребенка, будет работать? И как будут приобретаться материалы и все остальное, когда их не хватает физически просто… бензин, электроэнергия, спецодежда и прочее. Денег на ремонт оборудования не хватает.

- Средняя зарплата в Институте сейсмологии какая?

— Там чуть больше – 80 тысяч тенге.

- В идеальных условиях, если все будет налажено – за сколько дней, за сколько часов можно будет спрогнозировать землетрясение?

— Если у нас каждый сотрудник на своем месте, там, где идет фиксация события, будет оперативно информировать тех, кто сможет это обработать и донести до сведения служб чрезвычайных ситуаций, когда эта оперативность достигнет, условно, пределов часа, что в принципе пока невозможно, — понадобится лет 5 при хорошем финансировании — тогда мы что-то сможем дать. На сегодняшний день мы тоже фиксируем для Алматы, есть определенное количество станций, позволяющие сделать какие-то выводы, мы эти выводы делаем. Мы информируем Комитет по ЧС, министерство образования и науки, службы ЧС сопредельных областей информируем и говорим, что, например, в течение недели сейсмическое событие с балльностью свыше 6 не прогнозируется.

- То есть вы за неделю до сейсмического события можете дать прогноз уже сейчас?

— Вы не поняли. Мы анализируем и даем, что, например, сейсмическое 7-балльное событие в пределах территории города Алматы и Алматинской области не прогнозируется.

Казахстан > Экология. Образование, наука > newskaz.ru, 9 августа 2017 > № 2268749 Анвар Боранбаев


Афганистан. Иран. Индия. Азия > Электроэнергетика. Экология. Нефть, газ, уголь > camonitor.com, 8 августа 2017 > № 2267617 Азиз Арианфар

Мегапроекты в Центральной Азии: от АЭС до каналов из Персидского залива

Сфера энергетики сегодня – своеобразная «пороховая бочка» для всей Центральной Азии. С одной стороны, от нее зависит благосостояние стран региона. С другой стороны, строительство новых ГЭС грозит региону нехваткой пресной воды и новыми конфликтами. Противоречия вокруг строителсьтва Рогунской ГЭС в Таджикистане – зримый тому пример. Запасы нефти и газа, в свою очередь, это не только богатство ряда стран Центральной Азии, но и «яблоко раздора» и повод для вмешательства внешних игроков. Как найти баланс интересов и сохранить хрупкий мир в регионе? Реализация каких проектов может вывести регион из замкнутого круга взаимных претензий? Эти вопросы «Евразия.Эксперт» адресовал известному афганскому аналитику и дипломату, экс-послу Афганистана в Казахстане и Кыргызстане Азизу Арианфару и получил неожиданные ответы.

- Господин Арианфар, в Центральной Азии остро стоит проблема нехватки водных ресурсов, что обусловливает конфликт интересов ключевых поставщиков воды - Таджикистана и Кыргызстана и ее основных потребителей – Казахстана, Узбекистана, и Туркменистана. Часто встречаются мрачные прогнозы, что конфликта не миновать. Как можно разрешить накопившиеся проблемы без войн?

- В 2010 г. я выступал на международной конференции в Тегеране с обширным докладом как раз на эту тему. Это действительно серьезная проблема, которую нужно решить. Таджикистан и Кыргызстан заинтересованы в строительстве гидроэлектростанций для внутренних нужд и для экспорта электроэнергии в третьи страны (что может привести к нехватке воды в других странах региона - прим.ЕЭ).

В советский период в Узбекистане были построены большие плантации хлопка, страна гордилась, что в год собирается 6 млн. тонн хлопка. Однако плантации хлопка, как известно, потребляют огромное количество воды. Это усугубляет нехватку воды в регионе.

Между Афганистаном и Ираном тоже существуют схожие проблемы. В Афганистане началось строительство ряда гидроэлектростанций, а иранцы этим недовольны.

Я еще в 2010 г. предлагал иранцам задуматься о строительстве искусственных каналов и озер от Персидского залива до Ирана, чтобы восточные и южные провинции этой страны могли быть обеспечены водой. В дальнейшем к этому проекту присоединились бы Туркменистан и Казахстан.

Сейчас у Ирана не хватает финансовых средств, но у другой страны – Индии средства есть. Иран поставляет нефть Индии, у которой образовался нефтяной долг в размере $20 млрд. Но если Индия возьмет на себя строительство искусственных каналов и озер, тем сам самым может расплатиться и со своим нефтяным долгом.

Это очень перспективный проект. Правда, вода соленая, что требует много вложений. Если будут осуществлены такие проекты, огромные объемы воды останутся и для Узбекистана и таким образом, проблема дефицита воды в регионе будет решена. И Таджикистан и Кыргызстан смогут построить гидроэлектростанции.

Есть и еще одно решение. За последние годы объемы добычи урана в Казахстане выросли в разы. В 2009 г. Казахстан вышел на первое место в мире по добыче урана. Уран является стратегическим сырьем для атомной энергетики, и его количество в мире ограничено.

Если в Центральной Азии построить атомную электростанцию, весь регион может получить очень дешевую электроэнергию. Появятся возможности экспортировать электроэнергию в другие страны региона через Афганистан.

- Насколько выглядят перспективными проекты Таджикистана и Кыргызстана в области гидроэнергетики без внешней помощи?

- Без внешней помощи проекты Таджикистана и Кыргызстана в области гидроэнергетики выглядят нереальными, потому что страны не обладают финансовыми ресурсами, не хватает технического и технологического потенциала.

Если речь идет об общих интересах, страны региона могут сотрудничать между собой. Кстати, Иран уже участвует в строительстве гидроэлектростанций на территории Таджикистана. Но здесь есть и политическая сторона вопроса. Когда Иран начал помогать Таджикистану в строительстве ГЭС, отношения между Ираном и Узбекистаном испортились. Торговля осталась на очень низком уровне. К сожалению, сегодня отношения стран ЦА базируются только на двустороннем взаимодействии, сотрудничество в рамках многосторонних форматов отсутствует.

- Казахстан и Туркменистан заинтересованы в поставке своих углеводородов через Каспий на мировые рынки. Как вы оцениваете перспективы транспортировки энергоносителей из Центральной Азии в Европу?

- Прежде всего, прикаспийские страны должны договориться между собой. Кроме того, если не принимать во внимание интересы Ирана и России, сложно будет осуществить энергетические проекты.

Россия, являющаяся крупным игроком на рынке энергоносителей, хочет сохранить свою долю в экспорте газа в ЕС. Прикаспийские страны должны координировать свои действия с Россией. Тем более, в последнее время Россия заинтересована в крупных поставках газа в сторону Китая.

Можно задуматься о региональном проекте, объединяющем все прикаспийские страны. Нужно просто создать общую сеть, то есть, общую геоэкономическую инфраструктуру, чтобы прикаспийские страны могли экспортировать свои энергоносители не только на Запад, но и на Восток. Реализацию этого проекта сдерживает американо-иранское противостояние. С Россией договориться можно, если принять во внимание ее интересы.

- До сих пор не решен вопрос о правовом статусе Каспия. Какие серьезные последствия может повлечь за собой нерешенность этого вопроса? И что мешает разделу Каспия?

- Вопрос о правовом статусе Каспия обязательно нужно решить путем переговоров, военное решение – неприемлемо. В противном случае, пострадают все страны региона. Нерешенность этого вопроса, конечно же, приостановит, как минимум, магистральные, региональные проекты. Но сам по себе раздел Каспия ничего не даст. Страны региона должны выработать общую стратегию и совместно использовать ресурсы водоема.

Есть внешние игроки, которые не заинтересованы в реализации энергетических проектов в регионе. Например Катар не заинтересован в поставке туркменского газа в Пакистан и Индию, потому что сам Катар поставляет газ в эти страны и стремится сохранить свое монопольное положение. С другой стороны, Турция тоже не заинтересована и хочет заполучить туркменский газ.

Вот, например, иранцы достроили газопровод до границы Пакистана, а там давление со стороны США и Саудовской Аравии, арабских стран и теперь Пакистан не может построить газопровод длиной 50 км.

Беседовал Сеймур Мамедов

Источник – Евразия Эксперт

Афганистан. Иран. Индия. Азия > Электроэнергетика. Экология. Нефть, газ, уголь > camonitor.com, 8 августа 2017 > № 2267617 Азиз Арианфар


Россия. СФО > Образование, наука. Экология > ras.ru, 7 августа 2017 > № 2267960 Александр Асеев

Академик Асеев: «Байкальский регион стал центром притяжения, но формирование центра развития еще впереди»

О проблемах Байкала и окружающих великое озеро территорий рассказывает председатель Сибирского отделения РАН академик Александр Леонидович Асеев.

— Недавно в Улан-Удэ состоялся международный форум «Байкал как участок всемирного природного наследия: 20 лет спустя», а в его рамках — одноименная научно-практическая конференция. Сибирское отделение, наряду с Советом Федерации РФ, правительством Республики Бурятия и другими субъектами выступило соорганизатором этих мероприятий, а их инициатором и мотором вместе со своими ближайшими коллегами стал экс-член Совфеда, основатель и научный руководитель Бурятского института природопользования (БИП) СО РАН академик Арнольд Кириллович Тулохонов.

Участники форума констатировали: после запуска Федеральной целевой программы «Охрана озера Байкал и социально-экономическое развитие Байкальской природной территории на 2012-2020 годы» многое уже изменилось в лучшую сторону. Построены очистные сооружения, проложены дороги, посещаемые туристами берега стали более обустроенными и цивилизованными. Новый облик получили основные рекреационные зоны — например, «Байкальская гавань» в бывшем поселке лесозаготовителей Турка. Но одновременно с этим тревогу специалистов вызывает возрастающая с каждым годом антропогенная нагрузка на озеро. Благодаря дорогам и всеобщей автомобилизации на береговой линии стоят целые караваны машин, с номерами регионов от Санкт-Петербурга до Владивостока (недоступных участков берега Байкала остается все меньше). Прибавим к этому наплыв иностранных туристов — прежде всего, из Китая и Монголии.

Вторая проблемная область — это невероятное количество больших и мелких запретов, вытекающих из ФЦП, законов и нормативных актов по охране озера Байкал. В береговой зоне не разрешается заготавливать дрова и топить ими, выделывать шкуры, печь хлеб — воспрещено всё, что даже в малейшей степени может негативно влиять на экологическую обстановку. Но у нас в стране, как известно, запреты порождают нарушения и лазейки: на Байкале распространилось браконьерство, а лес, чтобы добыть дрова, во многих случаях сначала намеренно поджигают — горельники рубить на топку допустимо.

И, наконец, третий узел проблем. Охрана Байкала и приток туризма не поддержаны экономическим базисом, экологически чистой энергетикой и развитием инфраструктуры. Хотя Арнольд Тулохонов в своей книге «Записки провинциального сенатора» справедливо указывал, что на берегах американских Великих озер и Женевского озера расположены атомные станции и металлургические заводы. «Здесь в равной степени сочетаются интересы развития экономики и сохранения природной среды, а в основу такого баланса заложены высокая степень ответственности хозяйственных руководителей и широкое использование экологобезопасных технологий», — пишет академик. Но в России о социальной ответственности бизнеса, за редкими исключениями, говорить не приходится, а реальный сектор экономики прибайкальских территорий так и не вышел из депрессивного состояния. В качестве примера приведу свой родной город Улан-Удэ, в котором закрылся единственный за Байкалом стекольный завод, «Электромашина», судостроительный (раньше выпускавший речные суда и торпедные катера) и другие. Резко упали объемы работ на бывшем гиганте промышленности Бурятии — локомотиво-вагоноремонтном. Из предприятий современной индустрии можно назвать только веротлетостроительный завод, продукция которого пользуется хорошим спросом в странах третьего мира. В целом же, Байкальский регион благодаря своему международному статусу, вниманию общественности и притоку туристов стал центром притяжения — но пока не сформировался в качестве центра развития.

Наука может и должна участвовать в создании предпосылок для этого перехода, но Бурятский научный центр находится в сложном положении — он включен в программу ФАНО 2017 года по реструктуризации. Настрой у руководства БНЦ достаточно конструктивный, а институты, я уверен, получат хорошую оценку эффективности и попадут в первую, минимум во вторую категорию. Институт монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН уникален не только для России, но и в мировом масштабе — например, недавно там вышла фундаментальная монография «Шел Пхренг. Ожерелье чистого хрусталя» с переводом, расшифровкой и анализом рецептур тибетской медицины. Хорошие позиции занимают БИП, Институт общей и экспериментальной биологии СО РАН, Геологический институт СО РАН, Институт физического материаловедения СО РАН, читинский Институт природных ресурсов, экологии и криологии СО РАН.

В продолжение международного форума по очень плотному четырехчасовому графику прошло заседание Межведомственной комиссии по вопросам охраны озера Байкал под председательством министра природных ресурсов и экологии РФ Сергея Ефимовича Донского. В своем выступлении я отметил, что работа комиссии строится по уже хорошо проработанным направлениям — строительству очистных сооружений, переработке отходов и т.п. И предложил: бюджетные средства, которые не осваиваются при решении этих задач, перенаправить на научные исследования двух проблем глобального характера, напрямую связанных с Байкалом — планетарных климатических изменений и комплексного динамического моделирования биосистемы озера. Мы не получим целостной картины, если будем по отдельности изучать распространение спирогиры, деградацию колоний байкальской губки, колебания численности омуля и тому подобное. Соответственно, на проведение масштабных междисциплинарных исследований требуются дополнительные ресурсы для развития Бурятского и Иркутского научных центров СО РАН — прежде всего, на покупку современного оборудования и развертывание экспедиционной работы.

Важность академической науки для решения проблем Байкала и прилегающих территорий усиливается в связи с международными коллизиями. Прежде всего, это намерения Монголии построить каскад гидроэлектростанций на Селенге, дающей около 50% притока воды в «священное море». А его уровень, в связи с глобальными климатическими изменениями, и так понижается до критических отметок, пересечение которых может, соответственно, уменьшить сток Ангары и затруднить работу расположенных на ней мощнейших в России ГЭС. Ученые, в том числе академик А.К. Тулохонов, предлагают альтернативные решения глобального уровня. Монголия на самом деле нуждается в электроэнергии, но российская генерация предлагает слишком высокую цену за киловатт, намного превышающую себестоимость. Проблему сопредельной страны можно решать на трансграничном уровне, исходя из парадигмы кооперации, а не «войны суверенитетов» за водные ресурсы. Тем более, что присутствовавший на форуме новый президент Академии наук Монголии академик Дугэр Рэгдэл — ученый-организатор классической школы, нацеленный на сотрудничество с Россией и, конкретно, с Сибирском отделением РАН.

В форуме и конференции по Байкалу активно участвовали не только российские и монгольские, но и китайские учёные. В КНР двумя неделями раньше состоялось очень представительное международное мероприятие, посвященное организации новых комплексных научно-инновационных центров. Китай намерен уже с 2017 года создавать такой центр в городе Хайроу под Пекином на базе работающего там технопарка и с использованием успешного опыта Новосибирского академгородка СО РАН. И Китай, и Монголия, и государства-лидеры АТР (Корея, Тайвань, Сингапур, не говоря уже про Японию) сегодня уделяют большое внимание развитию фундаментальной науки, без которой невозможно не только технологическое развитие, но и решение экологических, социальных, гуманитарных проблем. По нашу же сторону границы мы видим регионы с точечными очагами промышленности, образования и науки, с находящимися под угрозой «реструктуризации» научными центрами и оттоком активной части трудоспособного населения, прежде всего — талантливой молодежи.

Восток России, Бурятия, Байкал и многое, что с ними связано, требуют решений, соответствующих глобальному уровню проблем цивилизационного характера в этом стратегически важном регионе Центральной Азии и, соответственно, высочайшего научного уровня их проработки. Будем надеяться, что решение этих непростых проблем облегчится правильными во всех отношениях выборами президента РАН в сентябре, в результате которых российская академическая наука получит современного, сильного и авторитетного лидера.

Подготовил Андрей Соболевский, Наука в Сибири

Россия. СФО > Образование, наука. Экология > ras.ru, 7 августа 2017 > № 2267960 Александр Асеев


Россия. СФО > Экология. Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 4 августа 2017 > № 2264700 Владимир Путин

Совещание по вопросам развития Байкальской природной территории.

Владимир Путин провёл совещание, посвящённое актуальным проблемам сохранения озера Байкал и экологического развития Байкальской природной территории.

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги!

Мы с вами сегодня обсудим вопрос, к которому обращались неоднократно, но от этого актуальность его не становится меньше, потому что мы сегодня с вами будем обсуждать Байкал и экологическое развитие Байкальской природной территории.

Эта территория, безусловно, является уникальной, все мы об этом хорошо знаем. Является не только достоянием нашей страны, России, но и без всякого преувеличения является достоянием планеты в целом.

Байкал для нас – это и гордость, и наша особая ответственность, а задача его сбережения для нынешних и для будущих поколений – несомненный государственный приоритет.

Ликвидация последствий нерациональной, зачастую безответственной хозяйственной деятельности на этих территориях требует особого внимания. Для того чтобы, во–первых, ничего подобного больше в будущем не допускать, а во–вторых, сделать всё для того, чтобы минимизировать то, что уже накоплено.

Всё это требует самого пристального внимания и, конечно, вложения солидных финансовых ресурсов.

Экстремально высокому загрязнению подверглись значительные территории Прибайкалья. Причём Байкальский ЦБК и Джидинский комбинат уже несколько лет как закрыты, мы с вами хорошо об этом знаем, однако накопленные ими отходы продолжают отравлять воду озера и питающих его рек.

Первая, требующая неотложных действий задача, – ликвидировать экологический ущерб, провести полноценную рекультивацию загрязнённых территорий. Прошу определить источники финансирования, планы и конкретных исполнителей.

Одновременно с этим необходимо разобраться и с объектами, продолжающими здесь работать. Очистные сооружения большинства из них изношены, причём более 60 процентов загрязнённых стоков приходится на жилищно-коммунальное хозяйство. Но, как это ни печально, нужно сказать, конечно, и о деятельности сельхозпредприятий. Всё–таки химические отходы, применяемые в сельском хозяйстве, так или иначе в воду Байкала и рек региона попадают.

Объёмы сброса неочищенных вод в озеро, безусловно, нужно кардинально сокращать. И в этой связи встаёт вторая задача – интенсивно и качественно модернизировать коммунальную инфраструктуру. Это ответственность регионов, которые в том числе могут опираться на действенную поддержку со стороны федеральных властей, в том числе на федеральную целевую программу «Охрана озера Байкал и социально-экономическое развитие Байкальской природной территории на 2012–2020 годы».

Её реализация уже обеспечила строительство десятков очистных сооружений и полигонов твёрдых коммунальных отходов, создала базу для борьбы с лесными пожарами и браконьерством, обеспечила сохранение экосистем, редких видов животных и растений. За 2012–2016 годы выделено более десяти миллиардов рублей, хотя предусматривалось гораздо больше, нужно об этом тоже сказать.

Считаю необходимым рассмотреть вопрос о продлении срока действия программы, причём особое внимание обратить на эффективность и приоритеты расходования средств.

Третья задача – обеспечить экологическое развитие Байкальской природной территории в целом. А это прежде всего означает гармоничный, рациональный баланс между социально-экономическим развитием, социально-экономическими интересами и задачами сбережения природы. Собственно говоря, во всех цивилизованных странах этот вопрос стоит очень остро, и хуже или лучше, но есть примеры того, как это делается и как это решается.

Особый статус Байкала предъявляет повышенные требования к любой хозяйственной деятельности, но нередко они оборачиваются и явно избыточными ограничениями, об этом тоже не нужно забывать. Ограничениями, которые напрямую сказываются на качестве жизни людей, на развитии поселений, сдерживают развитие предпринимательства, а значит, создание новых рабочих мест, наполнение местных бюджетов.

Давайте обсудим все эти факторы, связанные с особым режимом охраны озера, и вместе определим оптимальные решения проблем экологии и социально-экономического развития байкальских территорий. При этом принципиально важно не допустить увеличения антропогенной нагрузки на экосистему Байкала.

Это касается, конечно, и туристической отрасли. Сейчас с губернатором говорили об этом. Конечно, это очень перспективная отрасль экономики региона, интересная, приносящая доход, создающая рабочие места. Интерес к Байкалу и российских, и иностранных граждан постоянно растёт, до миллиона человек бывает на берегах Байкала за год. Но обратной стороной этого в целом позитивного фактора становятся новые проблемы.

Бесконтрольность так называемых «диких» туристов приводит к стихийным свалкам на берегу и мусору в водоёмах. А стремление предпринимателей по максимуму использовать спрос на байкальские путешествия – часто к игнорированию ими экологических норм.

Этими вопросами нужно, конечно, заниматься вплотную. Нужно стимулировать экологическую ответственность бизнеса, в том числе разрабатывать варианты софинансирования экологически ориентированных проектов. С особым вниманием нужно относиться к обеспечению систем жёсткого контроля.

И в этой связи прошу Генеральную прокуратуру проверить Байкальскую территорию на предмет фактов незаконной и экологически вредной деятельности. Я хочу это подчеркнуть: не всё подряд проверять, здесь тоже меру нужно знать, но именно незаконной и экологически вредной деятельности. И принять соответствующие меры.

Ключевая роль здесь отводится инспекторам особо охраняемых природных территорий. Сейчас Василий Иванович [Сутула] рассказывал о том, как люди работают – не только люди, которые на государственной службе находятся, но и волонтёры, за что им особое спасибо.

Их работа должна опираться на достойные ресурсы. Говорю не только об административной поддержке, но и о вознаграждении, необходимом оборудовании, экипировке и так далее.

Давайте мы рассмотрим все эти вопросы в комплексе.

Поговорим, с Минфином надо посоветоваться. Ничего здесь нового не скажу, всякие идеи есть, в том числе вопрос о возвращении части собираемых штрафов, платежей – возвращении их напрямую в заповедники и нацпарки и использовании в целях повышения эффективности их развития и охраны.

Здесь хотел бы обратить ваше внимание на место, где мы с вами находимся. Визит-центр «Байкал заповедный» – это очень хороший пример сочетания задач охраны заповедных территорий и развития цивилизованного экологического туризма. Такой опыт требует самого широкого распространения и популяризации, в том числе в рамках Года экологии, который сейчас проходит, как известно, в нашей стране.

В центре «Байкал заповедный» работают настоящие профессионалы – ещё раз хочу поблагодарить Вас, Василий Иванович, и всех Ваших коллег – искренне преданные своему делу люди.

Давайте перейдём к обсуждению.

Слово Министру природных ресурсов и экологии Сергею Ефимовичу Донскому. Пожалуйста, Сергей Ефимович.

С.Донской: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Коротко разрешите доложить об экологической ситуации на объекте Всемирного природного наследия ЮНЕСКО «Озеро Байкал».

Характеризуя ситуацию в целом, следует сказать, что после закрытия Байкальского ЦБК показатели экологической обстановки в регионе стабилизировались. В частности, выбросы в атмосферный воздух на Байкальской природной территории в целом за последние четыре года уменьшились на 15 процентов, по Центральной экологической зоне – более чем в два раза. Сбросы в озеро сточных вод снизились более чем на 80 процентов.

Но сегодня остаётся ряд проблем, о которых Вы упомянули, в частности связанных с загрязнением озера жидкими и твёрдыми отходами системы ЖКХ. Проблемами также остаются объекты накопленного экологического ущерба, в том числе промплощадка Байкальского ЦБК, о которой я позже скажу.

В связи с этим приоритетными направлениями нашей деятельности в рамках охраны озера Байкал и экологического развития Байкальской природной территории являются ликвидация накопленного экологического ущерба, эффективная утилизация отходов, сокращение загрязнения озера сточными водами. Кроме того, нам важно обеспечить защиту лесов, сохранение биоразнообразия, а также развитие особо охраняемых природных территорий.

Главным инструментом экологического развития стала, как тоже уже сказали, принятая в 2012 году федеральная целевая программа охраны озера Байкал. Сегодня общий объём финансирования этой программы на период 2012–2020 годов составляет почти 26 миллиардов рублей. Первоначально она была 58 миллиардов рублей, то есть сократилась с начальных цифр более чем в два раза. Учитывая это, мы сегодня оптимизируем перечень проектов, исходя из основных приоритетов. Теперь подробнее о каждом направлении.

Начну с ликвидации объектов накопленного экологического вреда. Это брошенные ещё в советские времена промпредприятия, хранилища опасных отходов, горнодобывающие предприятия.

В рамках ФЦП перед нами стоит задача ликвидировать восемь наиболее опасных для Байкала объектов. На сегодня мы выполнили первый этап данной работы, в частности, ликвидируем ущерб по Джидинскому вольфрамо-молибденовому комбинату. В настоящее время ведутся работы ещё по двум аналогичным проектам. Речь идёт о Холбольджинском угольном разрезе и терриконах бывшей шахты Гусиноозерской – почвенные скопления нефтепродуктов, загрязняющих воды реки Селенга.

Начинаем работу ещё по пяти проектам, в том числе по полигону опасных отходов «Восток», хранилищу гальванических отходов и Холоднинскому месторождению, где тоже когда-то была разработка, потом всё остановлено, но часть опасных отходов, которые там остались, попадают на природную территорию.

В результате будет очищено свыше двух тысяч гектаров земель и до полутора тысяч тонн отходов снижен объём загрязнений, поступающих в окружающую среду.

Что касается ликвидации негативного воздействия отходов Байкальского ЦБК. Здесь накоплено более шести миллионов тонн опасных промышленных отходов. Минприроды подготовлена проектная документация в соответствии с поручением Правительства, полномочия по реализации этого проекта переданы Иркутской области, и работа по ликвидации отходов должна быть начата не позднее декабря текущего года.

Мы разработали и утвердили совместно с регионом «дорожную карту» ликвидации накопленных отходов, и в целях организации работы в установленные сроки рассматриваем возможность привлечения в качестве оператора государственную компанию «Росгеология». Она имеет мощности и необходимый опыт, в том числе в Арктике работала по уборке отходов. В связи с этим, уважаемый Владимир Владимирович, просьба дать поручение Правительству рассмотреть вопрос о статусе «Росгеологии» как единственного исполнителя работ по ликвидации отходов Байкальского ЦБК. Это позволит быстрее начать – уже в этом году – эту работу.

Теперь несколько слов о сокращении загрязнения озера сточными водами. После закрытия ЦБК, на долю которого приходилось более 80 процентов сбросов грязных стоков, львиную долю загрязнения сейчас формируют предприятия ЖКХ – это более 60 процентов от всего объёма. При этом в Бурятии сегодня действуют 33 очистных сооружения, и лишь четыре из них соответствуют экологическим требованиям. Из 17 действующих очистных сооружений в Иркутской области практически ни одно не удовлетворяет экологическим требованиям.

Сегодня из предусмотренных ФЦП 46 очистных сооружений завершено строительство по шести объектам, ещё три объекта в Иркутской области находятся в стадии завершения. В условиях сокращённого финансирования приоритетным проектом в этом направлении является реконструкция очистных сооружений города Улан-Удэ: это основной загрязнитель. Здесь ежегодно сбрасывается 22 миллиона кубометров загрязнённых сточных вод.

К работе по модернизации указанных сооружений приступаем в этом году, объём в целом средств на реализацию проекта составляет 2,7 миллиарда рублей. Сейчас идёт первый этап, и деньги выделены пока только на первый этап этого проекта.

Теперь об отходах. Основная причина замусоривания берегов Байкала – это отсутствие современных объектов размещения и переработки. Здесь, конечно, хотелось бы более активных и согласованных действий со стороны региональных властей. Поэтому считаем одним из эффективных способов решения мусорной проблемы разработку единой территориальной схемы обращения с отходами. Таким образом можно оптимизировать количество перерабатывающих и утилизационных мощностей, в том числе можно будет по-другому взглянуть на экономику строительства таких объектов. Это в том числе позволит ускорить сроки ликвидации нелегальных свалок, выработать единый подход к координации потоков отходов и их логистику: как они будут собираться и куда будут доставляться на переработку.

Реализация единой терсхемы, возможно, будет частью федеральной целевой программы. Сейчас документом предусмотрено создание в Республике Бурятия 20 полигонов, а в Иркутской области – 11 полигонов. Сегодня в Бурятии закончено строительство двух объектов и по одному объекту ведутся работы, а в Иркутской области один объект построен и один также в работе.

При этом должно быть публичное обсуждение новой территориальной схемы. Законопроект, предусматривающий обязательность такой процедуры в целом по всей стране, подготовлен, сейчас внесён в Правительство. Планируем принять его в осеннюю сессию.

Кроме того, на Байкале начал работать эффективный инструмент борьбы с незаконными свалками – система электронного общественного контроля «Наша природа». Главной целью таких нововведений мы считаем участие людей в выявлении и пресечении правонарушений в области охраны окружающей среды. Сегодня на это, конечно, существует общественный запрос. Вы встречались сейчас с волонтёрами, они об этом сами везде говорят.

Теперь о лесе. Основная задача – это обеспечение сохранности и восстановление леса. За два последних года удалось обеспечить увеличение объёмов лесовосстановления в полтора раза – до 41 тысячи гектаров. Мы на этом не останавливаемся, считаем, что объёмы лесовосстановления должны быть увеличены в два раза как минимум.

Одним из сдерживающих факторов сегодня является дефицит качественного посадочного материала. В связи с этим мы планируем реализовать проект строительства селекционных центров лесного семеноводства в рамках государственно-частного партнёрства, который может обеспечить до десяти миллионов саженцев в год. Это позволит активнее проводить работу по лесовосстановлению.

Дополнительным фактором должно стать принятие осенью этого года закона по компенсационному восстановлению леса. Речь идёт о том, что вводится правило: сколько срубил – столько восстановил. Это относится ко всем объектам, в том числе к линейным.

Кроме того, сегодня существует законодательный запрет на санитарные рубки в гарях Центральной экологической зоны Байкала, поэтому мы разработали соответствующий законопроект, он согласован и в ближайшее время будет внесён в Правительство.

Все законопроекты, как я уже сказал, мы считаем, должны быть приняты в осеннюю сессию. Для этого и с Думой мы сейчас работаем: она готова всё принять в этом году.

Мы также внесли изменения в методику распределения лесных субвенций, предусмотрев увеличение с 2018 года финансирования регионам Сибири и Дальнего Востока, акцентировав финансирование и на лесовосстановлении, и на других мероприятиях в лесном комплексе, в том числе произошло увеличение затрат на байкальский регион на 20 процентов.

Один из основных рисков для биологического разнообразия Байкала, как ни прискорбно, – это всё-таки браконьерство. Я коротко перечислю те меры, на которых мы сконцентрировались.

Минимизировать его уровень мы сможем за счёт наделения перекрёстными полномочиями инспекторов в области охотничьего и лесного контроля, а также рыбинспекций. То есть у них будет возможность участвовать в пресечении браконьерства и по всем видам лесного фонда, и по водным объектам.

За счёт развития института производственного и общественного контроля и за счёт мер экономического стимулирования – это увеличение штрафов в разы – также считаем, что можно по крайней мере усилить борьбу с браконьерством.

Законопроекты уже подготовлены, и мы считаем, что в осеннюю сессию это может быть принято.

В качестве иллюстрации по поводу браконьерства приведу пример сокращения популяции байкальского омуля. Мы сегодня выпускали [молодь омуля], с коллегами общались. Цифры они Вам говорили: численность омуля за последние десять лет снизилась практически в четыре раза. Сейчас популяция нерестового стада в два раза меньше средних многолетних значений. Для восстановления популяции необходимо увеличить выпуск молоди омуля. В том числе в рамках ФЦП предусмотрена реконструкция трёх устаревших рыбозаводов Росрыболовства, это тоже позволит увеличить объём выпуска омуля.

Однако и запрет промысла, и увеличение искусственного воспроизводства не дадут результатов: считаем, что при сохранении современного уровня браконьерского улова и бесконтрольной продажи нелегальной продукции, включая икру, добиться этого будет сложно. Поэтому регионом должна быть организована система контроля оборота продукции из омуля – это тоже одна из ключевых задач.

Несколько слов о байкальских охраняемых природных территориях. Сегодня Вам уже рассказывали, именно здесь был создан первый заповедник 100 лет назад, мы в этом году это празднуем. Практически десятая часть всех федеральных охраняемых природных территорий сосредоточена именно на Байкальской природной территории, и ясно почему.

Для Байкала особенно важен рекреационный потенциал нацпарков, так как именно эти учреждения формируют основной тренд на регулируемый, экологически ответственный и познавательный туризм. Считаем, что его развитие даст и мультипликативный эффект, обеспечив создание дополнительных рабочих мест, и это будет также работать как антибраконьерская мера. Поэтому Год экологии и особо охраняемых природных территорий мы начали, кстати, здесь с открытия уникального визит-центра, в котором сейчас находимся.

Если говорить о задачах и масштабах всей страны, то в этом году Правительством принят приоритетный проект «Дикая природа России: сохранить и увидеть». В нём сконцентрированы все основные направления для развития экотуризма, в том числе и развития экотуризма на Байкале.

Практическая реализация этих программ будет осуществляться с использованием механизма государственно-частного партнёрства с обязательным привлечением операторов, обладающих международным опытом в реализации проектов комплексного развития территорий.

Считаем, что как раз рекреационный потенциал – об этом уже говорили – у Байкала измеряется миллионами туристов в год, при этом мы должны обеспечить строгое соблюдение всех экологических ограничений. Как раз это и предусмотрено в приоритетном проекте.

И в заключение ещё раз хочу отметить, что мы должны продолжить интенсивную работу по всем приоритетным направлениям нашей деятельности. Мы понимаем, что ценность Байкала вне времени, и мы должны сделать всё, чтобы сохранить его для наших потомков.

Основные результаты мероприятий и того направления, которое мы планируем реализовывать в рамках ФЦП на Байкальской природной территории, приведены на слайде, не буду их перечислять.

Один из основных элементов того, что мы тоже хотели попросить, – это восстановление первоначальных объёмов финансирования ФЦП, потому что это важный инструмент именно для реализации всех планируемых мероприятий на Байкальской природной территории, и продление её действия до 2030 года. Потому что, конечно, объём работ большой, а сейчас она действует до 2020 года: срок маленький. Нужно дополнительное время, чтобы можно было реализовать все эти проекты. Прошу поддержать.

Спасибо.

В.Путин: Алексей Самбуевич, пожалуйста.

А.Цыденов: Уважаемый Владимир Владимирович!

Подписывая Указ о проведении в 2017 году Года особо охраняемых природных территорий, Года экологии, Вы обратили особое внимание общества на вопросы экологического развития и экологической безопасности России, и, соответственно, на здоровье, долголетие и качество жизни населения нашей большой страны.

Хочу выразить благодарность Вам, Владимир Владимирович, и Правительству, Министерству природы за реализацию ФЦП охраны озера Байкал и за предложение о продлении этой программы.

Но помимо программы требует решения целый ряд вопросов нормативного регулирования жизнедеятельности на прибайкальской территории, например несогласованность норм Земельного кодекса и конвенции ЮНЕСКО, куда был включён Байкал и прилегающие территории.

Нормами Земельного кодекса одинаково ограничивается оборот земель как памятника культурного наследия, так и просто объекта, включённого в список. При этом при формировании Земельного кодекса не подразумевалось, что в список ЮНЕСКО попадут целые территории и обширные водные пространства.

В результате невозможно зарегистрировать право собственности на земельные участки жителям 76 населённых пунктов, расположенных в границах объекта всемирного наследия. Это же касается многодетных семей, которым мы по Указу должны давать землю. Это ограничение не только на оборот земель, но и на [привлечение] частных инвесторов, которые хотели бы получить землю для осуществления строительства объектов социальной, инженерной и прочей инфраструктуры.

Нами подготовлен проект корректировки Земельного кодекса, который не затрагивает положения конвенции ЮНЕСКО. Он предварительно с Минприроды, с Администрацией Президента проработан. Просим Вашего поручения, чтобы доработать и внести соответствующие изменения.

Похожая ситуация в Тункинском районе Бурятии, где весь район полностью объявлен национальным парком без изъятия территорий фактически существующих населённых пунктов. В результате те, кто до 2012 года оформить право собственности на землю не успел, сейчас это сделать уже не могут: более шести тысяч граждан стоят в очереди на оформление права собственности – и не могут. Помимо граждан – организации: 48 школ в районе, из них 46 не имеют оформленной земли.

До недавнего времени раз в пять месяцев всем – и организациям, и частным лицам – Росреестр выставлял штрафы за неоформление. Есть факты судебного понуждения к сносу жилья с неоформленной земли. Сейчас мы с Росреестром нашли [возможность] хотя бы не штрафовать, но это временная мера.

Нами подготовлено предложение, предварительно тоже проработано, по изменению границ Тункинского парка без сокращения общей площади и без ущерба природоохранной функции. Требуют решения сопутствующие вопросы: это предоставление дров и бесплатный вход жителям прилегающих территорий в нацпарк, поскольку парк будет окружать посёлок. Предварительно мы с Минприроды проработали, Сергей Ефимович в курсе наших предложений.

Отдельно стоит вопрос пожарной безопасности и восстановления лесов после пожаров. Законом об охране озера Байкал в Центральной экологической зоне запрещены сплошные рубки леса, в том числе противопожарные разрывы, а также санитарные рубки сгоревшего леса, и запрещены сплошные рубки под линейные объекты инфраструктуры, в том числе к действующим населённым пунктам.

Понимаем, что запрет на то и вводился, чтобы не рубили, и просто так взять и отменить его нельзя и нецелесообразно. А разрешение вырубки горельника вообще может привести к умышленным поджогам – мы такие риски понимаем. Но и сохранение горельника на корню влечёт опасность распространения шелкопряда и других вредителей уже на здоровый лес.

Такая проблема есть, санитарные рубки каким-то образом надо проводить. Сергей Ефимович уже сказал, что проект закона подготовлен, мы, безусловно, поддерживаем такой подход и надеемся, что вопрос сплошных рубок в Центральной экологической зоне для пожарной безопасности и санитарно-восстановительного ухода будет решён.

Фактором, оказывающим значительное влияние на социально-экономическое развитие региона, является необходимость проведения экологической экспертизы на все капитальные объекты, строящиеся в пределах Байкальской природной территории. На карте указано: Байкальская природная территория – это три субъекта по сути. Даже если футбольное поле строим, детский сад или фельдшерско-акушерский пункт – они должны пройти экологическую экспертизу. В итоге продление только проектных работ минимум на три месяца, удорожание, ну и, с учётом сроков бюджетного процесса, иногда [строительство] откладывается на год.

У нас предложение: оставить на всей Байкальской природной территории экологическую экспертизу только для опасных производственных объектов, а для всех остальных если оставлять, то только в пределах Центральной экологической зоны, что существенно облегчит вопрос капитального строительства и снизит сроки и стоимость.

Вопросов, требующих рассмотрения, много, Владимир Владимирович, но часть уже решается. По итогам Вашего прямого общения с гражданами Вы уже дали поручение по корректировке границ водоохранной зоны Байкала. Это существенное решение многих вопросов. Более 50 лет не решался вопрос по приданию так называем лесным посёлкам, созданным для освоения лесного фонда, статуса населённых пунктов, таких в Бурятии 33. Буквально на днях Вы подписали закон о лесной амнистии, который позволяет в том числе и этот вопрос решить.

Так что, Владимир Владимирович, ситуация не стоит на месте, вопросов много, но есть понимание, как их решать. Прошу поддержать.

В.Путин: Хорошо, спасибо.

Сергей Георгиевич, есть что добавить?

С.Левченко: Один вопрос. Владимир Владимирович, Вы помните, на «Прямой линии» с Вами житель острова Ольхон говорил по поводу невозможности строительства дороги.

В.Путин: Там, кстати, сбой сейчас был на переправе.

С.Левченко: Да.

В.Путин: Восстановили?

С.Левченко: Один паром в ремонте был, и поэтому задержка была достаточно большая – больше суток.

Задача по строительству дороги на Ольхоне не может быть решена без корректировки федерального законодательства. Дело в том, что он входит в Центральную экологическую зону, и там запрещена добыча общеприродных полезных ископаемых. Ближайший карьер расположен в другом районе, в Баяндаевском, за 160 километров, плюс ещё на пароме нужно возить общедоступные природные ресурсы.

Мы в этом году выполняем работы по планировке дорожного покрытия по самому острову, но, конечно, этого недостаточно для того, чтобы дорога была там нормальная, цивилизованная.

Поэтому я хотел бы попросить Вашего поручения Правительству внести изменения в перечень видов деятельности, запрещённых в Центральной экологической зоне Байкальской природной территории, в части снятия запрета на разведку и добычу общераспространённых полезных ископаемых в целях реконструкции и строительства автомобильных дорог. Иначе возить в наших сибирских просторах нужно очень далеко.

Пожалуй, это единственное.

В.Путин: Сергей Ефимович, пожалуйста.

С.Донской: У меня несколько ответов – на то, что Алексей Самбуевич говорил, и на то, что Сергей Георгиевич сказал.

Что касается водоохранной зоны. Сейчас было упомянуто, мы уже совместно с коллегами начали работу: подготовлены предложения по корректировке водоохранной зоны и уточнению границ, ограничивающие её площадь с 57 тысяч квадратных километров до 5,9 тысячи квадратных километров, то есть практически в десять раз уменьшение. Они подготовлены совместно с учёными Института имени Сочавы, который здесь находится. Мы подготовили совместно этот проект, сделав водоохранную зону более привязанной к ландшафту, то есть она фактически обеспечивает охрану исключительно озера Байкал именно в рамках тех экологических норм, которые у нас в законодательстве прописаны.

Коллегам сейчас представлены все эти материалы, они должны их согласовать. И мы надеемся весной уже утвердить новую водоохранную зону без тех ограничений, которые на сегодняшний день существуют.

Что касается разрешения сплошных рубок для ликвидации последствий лесных пожаров. Уже было сказано: подготовлен законопроект, осенью мы планируем его принять, и можно будет проводить эти самые рубки в гарях.

В.Путин: Надо следить только за этим, чтобы под видом этих рубок не вырубалось всё подряд.

С.Донской: Да, там и контроль со стороны МЧС, потому что это всё-таки гари, это то, что после пожаров, и предполагается ещё и контроль усиленный в том числе.

Что касается объектов экологической экспертизы. Соответствующий законопроект сейчас подготовлен, тоже осенью мы планируем его в Госдуму вносить. Но мы с коллегами решили поступить таким образом, чтобы ряд полномочий по экологической экспертизе передать на уровень субъекта: Росприроднадзор подготовил проект соглашения, и сейчас субъекты его рассматривают. Тем самым субъекты сами могут у себя оптимизировать процедуру проведения экспертизы, и это до принятия закона, то есть чтобы можно было уже сейчас этот вопрос решать.

Что касается населённых пунктов на особо охраняемых природных территориях. Тункинский национальный парк – это наиболее яркий пример, здесь руководитель Тункинского национального парка находится: на большей территории этого национального парка находится муниципальное образование, посёлки.

У нас такое предложение. В 2013 году был принят закон, который позволяет корректировать границы именно с точки зрения исключения муниципальных образований из границ национальных парков. Потому что, конечно, на территории национальных парков города и посёлки не должны находиться, потому что сразу же определённые ограничения на них накладываются, и это, естественно, мешает социально-экономическому развитию.

В рамках этого закона, который был принят в 2013 году, в 2014 году всё-таки Вашим поручением было сделано ограничение, чтобы мы не применяли этот закон с учётом того, что надо будет отработать определённые процедуры, как эти границы будут меняться. Сейчас дополнительно ещё готовится закон, который уточняет эту процедуру.

Но что касается Байкальской природной территории, уже для Тункинского национального парка в принципе всё подготовлено для того, чтобы мы могли эти границы скорректировать. В том числе даже образован заказник, который компенсирует ту площадь, которую муниципальное образование будет «вырезать». Мы этим заказником площадь национального парка компенсируем, тем самым охраняемая площадь останется такой, какая была до «вырезания» муниципального образования. Если Вы дадите поручение, мы отработаем этот механизм и могли бы здесь, на Байкале, эти вопросы решить, чтобы их не затягивать.

Что касается оборотоспособности земельных участков, расположенных в границах объекта всемирного природного наследия ЮНЕСКО – озера Байкал. Уже было сказано: на наш взгляд, один из наиболее эффективных способов – внести изменения в Земельный кодекс. Эти изменения уже подготовлены, это короткая фраза, которая через запятую позволяет приватизировать как раз в границах городов, посёлков имущество, не нарушая те ограничения, которые ЮНЕСКО наложила. То есть это тоже решаемый вопрос, просто нужно поручение Правительству, чтобы это быстро можно было скорректировать.

И последнее. Тут, может быть, не упоминалось, но мы ещё работаем над приоритетным проектом «Байкал: великое озеро великой страны», который весной должны принять – у нас поручение Правительства, – где будут рассмотрены все вопросы, в том числе и социально-экономического развития данного региона. Исходя из этого, считаем, что работа и продление ФЦП позволят нам обеспечить и финансирование, и реализовывать все эти проекты.

Спасибо.

В.Путин: Дорогу-то как построить?

С.Донской: С коллегой ещё встретимся. В данном случае тема дороги, как мы у себя разбирались, на самом деле достаточно давно возникла. Коллеги сейчас обратились, чтобы посмотрели, где можно оптимизировать, где можно взять щебень. Конкретно посмотрим.

В.Путин: Вопрос в чём? Вопрос в том, чтобы туда щебень довозить? Вопрос не в том, чтобы разрешить строительство дороги?

С.Донской: Нет, дорогу можно построить.

В.Путин: Вы хотите выкопать там огромную яму, чтобы построить дорогу?

С.Левченко: Нет. Там достаточно недалеко – не за пределами Центральной экологической зоны, не за 200 километров – есть территории, где можно взять… Мы же дорогу до острова построили уже, причём с асфальтированным покрытием, но по самому острову не можем построить, потому что нет карьера. Рядом есть, в пределах этих 200 километров, но не везти же.

С.Донской: Мы с коллегой тогда рассмотрим.

В.Путин: Секундочку, а как вы рассмотрите? Мы сейчас разойдёмся, и Вы будете рассматривать ещё лет десять, потом на пенсию пойдёте, скажете: всё, меня уже не касается. Вам же понятно, в чём проблема. Нужно менять этот перечень?

С.Левченко: Да, включить в перечень.

В.Путин: Если мы сейчас включим в перечень, потом все будут рыть ямы по берегам Байкала – вот в чём проблема.

С.Левченко: Без разрешения, Владимир Владимирович, они всё равно не будут.

В.Путин: Как без разрешения?

С.Левченко: Всё равно контролирующая роль органов, которые должны согласовывать.

В.Путин: Сколько стоит туда завезти песок, щебень, для того чтобы не нарушать установленных правил?

С.Левченко: Мне трудно навскидку сказать, остров большой. До столицы, до Хужира, 40 километров по самому острову. Плюс если через паром и те 200 километров, по которым нужно из–за пределов Центральной экологической зоны везти, я думаю, что это раза в 3 –3,5 увеличивается стоимость.

В.Путин: Скажите, пожалуйста, а карьер, о котором Вы сказали, он когда-то функционировал?

С.Левченко: Да.

В.Путин: Там есть карьер?

С.Левченко: Да, не на острове, а рядом.

В.Путин: То есть это когда-то был действующий карьер и его просто закрыли?

С.Левченко: Да, совершенно верно.

В.Путин: Когда его закрыли?

С.Левченко: С введением закона.

В.Путин: Когда это было?

С.Левченко: Закон введён был в 1996 году.

В.Путин: До этого работал как карьер?

С.Левченко: Да.

С.Донской: Владимир Владимирович, нужно конкретно посмотреть, о чём идёт речь, карьер я имею в виду.

В.Путин: Карьер – он и есть карьер. Там что, щебень?

С.Левченко: Щебень, да.

С.Донской: То есть можно ли оттуда ещё брать, какие объёмы? Непонятно, в каком состоянии этот карьер, и что оттуда можно взять.

В.Путин: А сколько нужно завезти щебня?

С.Левченко: Опять же навскидку сказать трудно – смотря какой класс дороги. Если будет самый низкий…

В.Путин: Сергей Георгиевич, Вы нас ставите в трудное положение, потому что Вы говорите, что увеличится стоимость, но насколько она увеличится конкретно – Вы не знаете. Какой нужен объём щебня – Вы ответить не можете. А как принять решение?

С.Левченко: Дело в том, что если возить из–за пределов Центральной экологической зоны, то мы автоматически никакую экспертизу не пройдём.

В.Путин: Экспертизу чего?

С.Левченко: Экспертизу проекта дороги.

В.Путин: Почему?

С.Левченко: Потому что стоимость будет далеко за пределами существующих рамок.

В.Путин: Это другой вопрос. Имея в виду уникальность ситуации, тут как раз решение принять легче – это вопрос только денег. А то, что Вы просите, это вопрос защиты озера Байкал.

Я понимаю Ваши озабоченности как хозяйственного руководителя, связанные с лишними тратами, но надо понять, каковы они. Может быть, легче заплатить чуть побольше, а мы Вам могли бы помочь в этом, но я должен понять, сколько это стоит.

С.Левченко: Можно и так, Владимир Владимирович. Но с учётом того, что дорогу, я повторяю, до самого острова, до места, где паромная переправа, мы сделали относительно недавно, и это тоже в Центральной экологической зоне, то я думаю, что это просто самый оптимальный вариант решения – ещё раз из этого карьера взять.

В.Путин: А вы брали из этого карьера?

С.Левченко: Да, совершенно верно.

В.Путин: А как же вы брали, если это запрещено?

С.Левченко: А разрешение действовало до закона.

В.Путин: До 1996 года?

С.Левченко: Да. Эта дорога строилась, наверное, с середины 80–х годов.

В.Путин: 1996 год, когда запретили законом, – это было когда уже, 20 лет назад.

С.Левченко: 20 лет назад, да.

В.Путин: А Вы говорите: построили дорогу недавно.

С.Левченко: Асфальт сделали по этой дороге и сделали ту планировку, которую мы можем в пределах законодательства…

В.Путин: Вы же не могли положить асфальт на покрытие, на подушку, которая была 20 лет назад положена.

С.Левченко: Нет, Владимир Владимирович, мы сделали необходимую планировку. Там была гравийка. Мы сделали необходимую планировку, утрамбовали, для того чтобы сделать асфальт, и положили последний кусок, десять километров, в прошлом году.

В.Путин: Давайте посмотрите.

Первое, что я могу сказать, хочу сказать и должен сказать: дорога должна быть сделана. Вопрос только цены. Или мы заплатим эту цену за счёт Байкала, и вы дальше будете разрабатывать карьер, или мы заплатим из бюджета – просто дадим немножко больше денег, и завезёте туда больше гравия, вот и всё. Посчитайте, сколько это стоит.

«Прямая линия» была в июне. Июнь, июль, август – можно было бы уже и посчитать. Сергей Георгиевич, посчитайте, пожалуйста.

С.Левченко: Это, конечно, элементарно, Владимир Владимирович. Просто я думал, что мы другим путём пойдём. Хорошо, договорились, сделаю буквально к понедельнику.

В.Путин: Давайте. Прикиньте и дайте нам информацию о том, сколько это стоит. Сергей Ефимович посмотрит.

(Обращаясь к С.Донскому.) За это же время я Вас прошу посмотреть, в каком состоянии этот карьер, можно ли сделать исключение, насколько это будет действительно серьёзным ущербом.

С.Донской: Всё сделаем. Скорее всего, найдём другое решение.

В.Путин: За эти 20 лет карьер не использовался никак? Там уже, наверное, всё заросло.

С.Донской: Поэтому и надо посмотреть, что там вообще есть, есть ли такой объём ПГС.

В.Путин: Давайте сделайте.

С.Донской: Хорошо.

В.Путин: Пожалуйста, кто хотел бы добавить что-то? Прошу Вас.

И.Честин: Честин, Всемирный фонд дикой природы, Общественная палата Российской Федерации.

Конечно, когда мы находимся на Байкале, нельзя не вспомнить, как говорил Алексей Самбуевич, о том, что отсюда начиналась наша заповедная система – в Баргузинском заповеднике 100 лет назад. То есть в этом году 100–летие заповедной системы, и, наверное, это основная тема вопросов, которые я хотел бы поднять.

В 2014 году Вы, Владимир Владимирович, давали поручение Правительству обеспечить принятие федерального закона, предусматривающего усиление правового режима государственных природных заповедников, национальных парков, включая запрет на изъятие земельных участков и лесных участков, расположенных в границах особо охраняемых природных территорий, и на изменение их целевого назначения.

Должен сказать, что, к сожалению, поручение не выполнено. Более того, в 2016 году принят федеральный закон, который позволяет застройку заповедников через выделение так называемых биосферных полигонов. Пока это разрешение не реализовано нигде, но юридически такая возможность, к сожалению, существует.

Связано это, на мой взгляд, с разным пониманием туризма, который, я думаю, все люди, которые связаны с заповедным делом, видят как очень хорошее и правильное направление. Но есть разные виды туризма: для одних туризм – это палатки, рюкзаки, дикие животные; для других туризм – это пятизвёздочный отель, бассейн, спа и так далее. Наверное, пришло время, чтобы избежать недопонимания и разного толкования, определить всё-таки, какие формы туризма и на каких территориях должны и могут развиваться.

Если говорить про заповедники, то представляется, что здесь возможен исключительно познавательный туризм, не требующий преобразования территорий, включая вырубок, не требующий строительства линейных объектов типа дорог, линий электропередачи и не требующий объектов капитального строительства. То есть это могут быть гостиницы вокруг особо охраняемых природных территорий с ежедневным посещением, либо – для отдельных любителей – это могут быть пешие, конные, байдарочные маршруты по территории заповедника с минимальным воздействием на их экосистемы.

В национальных парках режим, конечно, другой. И мы знаем, тот же Сочинский национальный парк – миллион посетителей в год. Там есть и культурные объекты, есть и гостиницы, это исторически сложилось. То есть там, конечно, ситуация совершенно другая.

Но в заповедниках это, на мой взгляд, единственно возможный и допустимый вид туризма. Для этого, конечно же, необходимо внести изменения в законодательство. Такой законопроект, кстати, во исполнение того поручения, которое я процитировал, был подготовлен, и он решает очень многие вопросы из тех, которые сегодня поднимались. Он позволяет перевести ряд наших заповедников – ограниченный список – в национальные парки, потому что эти заповедники не соответствуют статусу заповедников. Например, Тебердинский с Домбаем в центре или заповедник «Столбы» – 300 тысяч посетителей в год. Да, конечно, режим национального парка более бы подходил этим территориям.

Этот законопроект также решает вопросы и по выделению населённых пунктов, о чём говорили представители регионов. Вопрос очень болезненный, и очень правильно его ставят, потому что, конечно, для особо охраняемой природной территории заниматься проблемами жителей – несвойственная деятельность. Но и ограничения прав жителей – собственно, с какой стати? Они там родились, всю жизнь жили, потом кто-то на них навесил обременения, ничего не дав взамен. Это, наверное, тоже неправильный подход, настраивающий население против системы особо охраняемых природных территорий.

Этот законопроект решает многие из этих вопросов. Но, к сожалению, он был принят в 2015 году в первом чтении и с тех пор лежит. Как-то так у нас получилось, что законопроекты, которые ослабляют систему и во многом даже содействуют её разрушению, они как по маслу: раз – и проскочили. А системный законопроект, который долго согласовывался и готовился, остался непринятым.

Поэтому предлагаю дать поручение Правительству, и, наверное, в этом году, поскольку текст готов, всё готово – Год экологии, Год особо охраняемых природных территорий, – обеспечить принятие этого законопроекта, который направлен на усиление охраны наших заповедников и национальных парков, жёсткое регулирование видов туризма, допустимых на этих территориях, и решение всех тех проблем, о которых мы сегодня говорим.

Находясь на Байкале, конечно, нельзя не сказать о той трансграничной угрозе, которая над этой территорией пока что существует: это строительство ГЭС на реке Селенга, в нашей соседней стране, дружественной Монголии, и правовая фактически неурегулированность данного вопроса.

Благодаря Вашему личному вмешательству год назад на встрече с руководителями Монголии и Китая этот вопрос удалось отложить, но он не ушёл совсем с повестки дня. И здесь решением могло бы быть участие нашей страны в международном правовом механизме, который существует и называется «Конвенция об оценке воздействия на окружающую среду в трансграничном контексте». Я даже скажу больше: в 2011 году Президент Российской Федерации давал поручение обеспечить ратификацию присоединения нашей страны к этой Конвенции. Поручение тоже до сих пор не выполнено, хотя законодательная база подготовлена Минприроды, и это напрямую связано в том числе, кстати, и с экологической экспертизой, о которой сегодня тоже говорилось.

Надо сказать, что тот законопроект, о котором Сергей Ефимович говорил, согласован с РСПП, вырабатывался вместе с РСПП, потому что, понятно, оказывает воздействие на бизнес. Сергей Ефимович сам вёл все рабочие группы по вечерам, мы два месяца, наверное, работали с ними – договорились обо всём.

Я сразу могу сказать, что никаких экспертиз детских садиков, жилых домов где-либо – хоть в Центральной экологической зоне, хоть где-то ещё – этим законом не предусмотрено. Есть список объектов, который полностью согласован с международной практикой, и на основе этого списка объектов предлагается проводить экологическую экспертизу.

Соответственно, просьба, предложение – поручить Правительству Российской Федерации обеспечить присоединение нашей страны к этой Конвенции как к международному правовому механизму решения данных вопросов и ускорить принятие законопроекта, разработанного Минприроды, под лидерством Минприроды, я бы сказал.

Присоединение к конвенции облегчит реализацию других проектов в других регионах. Достаточно вспомнить, что, когда строился «Северный поток», «Газпром» был обязан по международным обязательствам пройти всю процедуру стратегической экологической оценки, а у нас её в правовом поле нет. Так, может быть, проще её ввести и оказывать на неё воздействие, чем просто следовать тем правилам, которые приходят извне? Та же самая проблема сейчас и с «Северным потоком–2», и с «Южным потоком». То есть это возможность работать в существующем правовом поле, и она, на мой взгляд, очень важна.

Здесь поднимался вопрос о зарплатах инспекторов. Я не буду на эту тему говорить, просто предлагаю поручить Правительству более конкретно обеспечить минимальную зарплату инспекторов особо охраняемых природных территорий на уровне средней зарплаты по региону – здесь не надо, может быть, использовать абсолютные цифры, именно средней зарплаты по региону – а также государственное страхование жизни и здоровья. Понятно, что работа этих людей, наших героических рейнджеров, связана с постоянным риском, и они гибнут не только от пуль браконьеров, но они гибнут ещё и от погодных условий, просто от условий, в которых они работают. Я думаю, что это было бы крайне важно.

В заключение хотел бы сказать, что, я думаю, имеет смысл поручить Правительству Российской Федерации проработать вопрос о создании агентства по особо охраняемым территориям. У нас 200 федеральных особо охраняемых территорий, 10 тысяч человек. Практика всех стран, где есть культура национальных парков, – будь то ЮАР, Бразилия, США, Австралия, то есть страны, которые так же, как и мы, гордятся своим природным достоянием, хотят развивать туризм, – показывает, что это наиболее эффективная форма работы.

Конечно, я имею в виду агентство в ведении Минприроды, но просто как самостоятельную структуру. На сегодняшний день фактически все эти территории – часть одного из департаментов Министерства, это совершенно недостаточный управленческий ресурс, и его предлагается усилить.

Спасибо.

В.Путин: Спасибо большое.

Игорь Евгеньевич, по поводу исключительно познавательного туризма в заповедных зонах. Вы предлагаете вообще всё запретить, строительство любых объектов?

И.Честин: Временные объекты необходимы. Например, там ставятся временные туалеты, там ставятся навесы для того, чтобы люди могли где-то переночевать, но в принципе это действительно дикая природа, спрос на которую растёт.

Я буквально две недели назад вернулся из Кавказского заповедника, был совершенно поражён. Сотни туристов ежедневно – ни одной бумажки, ни одного окурка, абсолютная чистота, никакой громкой музыки – ничего этого нет. Поэтому люди ходят и видят животных вокруг: ходят медведи, туры ходят, серны. Построй туда дорогу, сделай линию электропередачи – всё, этого ничего уже нет.

В.Путин: Они ходят и видят медведя, а медведь их видит?

И.Честин: Медведь тоже видит, да. Но медведи мирные на Кавказе.

В.Путин: Но здесь немножко другая ситуация. Как я понял губернатора, миллион человек бывает на берегах Байкала, и проблема есть с отходами. Вопрос в том, как это организовать.

То, что Вы говорите, мне импонирует, мне нравится Ваше предложение. Просто я думаю, что в таких местах, как здесь, делать? Всё отпустить, и пускай всё это валяется, пусть бросают?

И.Честин: Так это вопрос зонирования. Берег и склон, например: на склоне не надо ничего строить; на берегу можно построить правильным образом, с очистными [сооружениями] и так далее, мы не нарушим этим саму заповедную историю. А вот наверх, например, – уже, пожалуйста, пешком, ребята.

В.Путин: Надо подетальнее просто продумать это. А так в целом, конечно, по этому пути нужно идти.

Я хочу Минфину задать вопрос по поводу ФЦП. В 2020 году она заканчивается? И наполнение этой ФЦП.

А.Иванов: ФЦП до 2020 года, Владимир Владимирович.

В принципе по объёмам ФЦП растёт: мы в 2018 году предусматриваем почти 2,6 миллиарда против 2,4 в текущем году.

Действительно, дополнительная потребность министерствами заявлена приличная. В целом общая дополнительная потребность на 2018 год составляет 2,32 миллиарда, из которых 1,6 – Минстрой, 0,46 – Минприроды, ещё и по рыборазведению – Росрыболовство.

Владимир Владимирович, всё-таки те проблемы, которые сегодня прозвучали, тянут больше чем на ФЦП. Вы вчера поручили по Дальнему Востоку спросить, где, по каким отраслевым направлениям есть приоритет. Ведь у Минприроды ФЦП «Байкал» звучит 2500, а вообще расходы Минприроды – 111 миллиардов рублей по году. В той же госпрограмме охраны окружающей природной среды есть ликвидация ранее накопленного ущерба и другие направления.

В этом смысле мы далеки от такого иезуитского предложения: отобрать последнее у Росгидромета или особо охраняемых природных территорий. Но мы докладывали уже в Правительстве, Владимир Владимирович, и просим Вас поддержать. По дополнительным источникам: у Минприроды есть возможность эти дополнительные источники найти. По твёрдым бытовым отходам мы собираем только 6,5 миллиарда. По нашим оценкам, не нагружая особо предпринимателей, мы можем собирать до 23,5 миллиарда в год. По лесу есть, мы прорабатывали с коллегами эти источники. Есть и по недрам. В этом году, например, мы дополнительно 7 миллиардов собрали, их не было в доходах бюджета, они не были спланированы. И есть возможность собирать и по 2018–2019 годам.

Но нужно оговорить сразу, как Вы вчера сформулировали по проекту, что Байкал – это комплексный проект. Давайте посмотрим в приоритетном порядке на то, что мы в условиях, когда у нас общий мораторий на увеличение, так скажем, фискальной нагрузки, по накопленному ущербу, если мы будем собирать, будем направлять на байкальские задачи.

ФЦП – что это такое? Это просто «капиталка», а на самом деле надо посмотреть, чтобы мы не просто разово взяли и построили. А кто это будет дальше содержать, эксплуатировать и использовать, какие тарифы, будут ли они создавать возможность дальше содержать и эксплуатировать очистные сооружения? Где-то, может быть, и концессионное соглашение, где мы привлечём – тем более у нас такая продвинутая сейчас команда в Бурятии – инвестора, и будем дальше с этими объектами работать. Сам субъект по налогу на имущество, по плате за землю может источники посмотреть, насколько это можно сбалансировать, и тогда эти цифры не покажутся уже такими пугающими.

Поэтому, конечно, хотелось бы, чтобы поручение Ваше по итогам было не просто продлить ФЦП, это частность, а действительно сделать комплексный проект. И там, где созрели управленческие возможности по дописточникам и по менеджменту в субъектах, эту ситуацию докрутить.

Даже по инспекторам. У нас миллиард рублей – внебюджетка по особо охраняемым природным территориям. Вам предложили за счёт штрафов увеличить оплату труда инспекторов, но штрафы – это 200 миллионов в год, и все они уже посчитаны в бюджетах субъектов как доходные источники.

А здесь, посмотрите, замечательный пример: если сюда добавить внебюджетку и простимулировать особо охраняемые природные территории не просто бегать за нарушителями, а привлекать частника, для того чтобы развивать туристическое направление, это будет совсем другая история, совсем другой источник доходов. Но заранее нужно договориться – проектно, это в ФЦП не сделаешь, – что все сверхисточники, которые ООПТ [особо охраняемая природная территория] получает, она вправе в рамках внебюджета направлять в том числе и на выплату заработной платы соответствующим инспекторам. Мы все такие решения поддерживаем.

Поэтому хотелось бы, чтобы по результатам этого совещания был комплекс решений, прежде всего ориентированных на то, чтобы это было не просто создание объекта капитального строительства, как это есть в федеральной целевой программе, а чтобы была настройка и создания, и последующей эксплуатации. И самое главное, чтобы это просто не вешалось на бюджет, а везде находился по возможности управленческий частный партнёр, который может в дальнейшем помогать и на особо охраняемой природной территории, и в коммунальном хозяйстве эти расходы вместе с государством, субъектом нести.

В.Путин: Это может быть дополнительная прибавка к местным бюджетам, к региональным бюджетам, но вряд ли это может быть источником повышения уровня доходов государственных служащих, понимаете, напрямую этого нельзя делать.

А.Белоусов: Владимир Владимирович, мы прорабатывали этот вопрос. Понятно, что надо лесникам, инспекторам повышать заработную плату, сегодня у них должностной оклад в среднем по стране составляет порядка семи тысяч рублей, то есть ниже прожиточного минимума. Они не госслужащие, они не подпадают под закон о госслужбе, поэтому тот механизм, о котором сейчас сказал Андрей Юрьевич, возможен, и Минфин с ним согласен. И если Вы не будете против, мы его проработаем. Это один из источников, который нужно разрешить.

Второе, по поводу продления ФЦП и увеличения денег. Есть вещи очевидные, которые мы, к сожалению, не сможем решить никаким, видимо, государственно-частным партнёрством. Это ликвидация карт, которые остались после закрытия Байкальского ЦБК. Они висят над Байкалом, и, не дай бог, сход селя – всё это окажется в воде.

Стоит это порядка шести миллиардов, выделили нам на это миллиард сейчас. Мне кажется, на эту задачу можно было бы найти пять миллиардов на три года. Это не такая фантастическая задача, чтобы её нельзя было решить. Поэтому, если можно, то дайте поручение проработать этот вопрос в рамках бюджета 2018–2020 годов.

И третье. Я, честно говоря, может, прослушал, может, об этом говорили, но вещь абсолютно необходимая – это поручение Минэкономразвитию или, точнее, Росреестру определить границы лесных поселений на территории в основном Бурятии. Все посёлки, о которых в прошлый раз говорили, посёлки, в которых живут лесорубы бывшие и так далее, они находятся на землях лесфонда.

Проблема в том, что мы не можем к ним применить «лесную амнистию» – закон, который приняли только что, и даже не сможем применить в будущем, если мы примем закон о выделении муниципальных образований и поселений из ООПТ, поскольку у них нет фиксированной границы. Поэтому нам нужно провести эти границы в пределах, что важно, фактического расположения строений, чтоб не захватили леса. Но это надо сделать, потому что если мы этого не сделаем, то мы никакие другие нормы просто не сможем применить.

В.Путин: Правильно. Давайте отметим в поручениях, так же как и первое замечание. Я согласен, если Минфин не возражает, давайте это сделаем.

И по поводу ликвидации так называемых карт тоже продумайте, пожалуйста, и сделайте предложение. Думаю, что года за три эту работу можно профинансировать, она действительно важна.

По поводу поселений. Точно совершенно должен быть найден алгоритм решения этой проблемы. Людей нельзя обижать, они здесь ни при чём. Они жили там десятилетиями, и за что их наказывать-то? Это нужно обязательно сделать, поэтому тоже в поручении отметьте.

Что касается гидроэлектростанции в Монголии. Китай не занимается этим вопросом, это монгольский проект. Я с коллегами разговаривал, но они говорят о том, что не на самой реке Селенге они собирались строить, а на одном из притоков, на маленькой речке, и якобы это никак не повлияет на экологическую ситуацию. Но мы в контакте с коллегами, будем продолжать.

Нужно, думаю, продумать Ваше предложение, связанное с тем, чтобы экспертиза подобных проектов проводилась на международном уровне с широким обсуждением. Это, безусловно, правильно. И также нужно продумать целесообразность присоединения России к международным документам, конвенциям. Но это должна быть комплексная экспертиза.

Пожалуйста.

А.Цыденов: Владимир Владимирович, по монгольским ГЭС. Мы сделали предложение монгольским коллегам по поставке электроэнергии от нас. В регионе есть профицит, у нас недозагружена Гусиноозёрская ГРЭС. Предварительно посмотрели, получается конкурентная цена по электричеству: что они будут брать от нас, что они будут получать у себя с ГЭС, с учётом инвестиционных затрат на эти ГЭС. При этом они с ГЭС попадают в кредит от Китая, как они планируют, а у нас кредита не будет.

У меня просьба дать нам поручение, чтобы мы с Минэнерго проработали баланс электричества и объём инвестиций, чтобы мы могли монголам дать официальное предложение по цене и по условиям.

В.Путин: Пожалуйста, давайте тоже в поручение запишем, и Минэнерго посчитает.

Спасибо большое.

Россия. СФО > Экология. Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 4 августа 2017 > № 2264700 Владимир Путин

Полная версия — платный доступ ?


Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Транспорт. Экология > stroygaz.ru, 31 июля 2017 > № 2269714 Александр Синельников

Родной асфальт.

Качество покрытия дорог по программе «Моя улица» обеспечивают девять столичных асфальтобетонных заводов.

В рамках программы «Моя улица», которая реализуется Комплексом городского хозяйства Москвы, в 2017 году в городе будет отремонтировано более 1,6 млн кв. метров асфальтового покрытия. Чтобы обеспечить выполнение плана текущего строительного сезона, девять асфальтобетонных заводов, входящих в структуру ГБУ «Автомобильные дороги», работают круглосуточно.

С технологиями производства асфальта «Строительную газету» ознакомил начальник производственного комплекса асфальтобетонного завода (ПК АБЗ) «Дмитровка» Александр СИНЕЛЬНИКОВ.

«СГ»: Александр, асфальтобетонный завод «Дмитровка» появился в ведении ГБУ «Автомобильные дороги» сравнительно недавно. Расскажите подробнее о запуске завода.

Александр Синельников: В первую очередь хочу отметить, что весь цикл строительства — от подготовки территории до запуска производственного комплекса — был осуществлен в рекордно короткие сроки: с апреля по май 2016 года. Все работы были выполнены собственными силами ГБУ «Автомобильные дороги». Здесь, на площади 4,8 гектара, находятся две установки немецкого производителя Benninghoven общей производительностью 480 тонн асфальтобетона в час. За июнь 2017 года мы выпустили 81 тысячу тонн асфальтобетона и вышли на плановый режим работы. В этом строительном сезоне — с апреля по октябрь 2017 года — АБЗ планирует выпустить порядка 300 тысяч тонн асфальтобетонной смеси.

«СГ»: Какие преимущества, кроме экономической выгоды, обеспечивает городу эксплуатация собственных асфальтобетонных заводов?

А.С.: Во-первых, это всегда высокое качество продукции, во-вторых — целесообразная логистика: каждый из девяти заводов обеспечивает асфальтобетонными смесями наиболее удобный с точки зрения транспортной доступности участок города.

До появления собственных АБЗ город закупал литую смесь для ликвидации локальных разрушений дорожного покрытия у частных производителей, что повышало стоимость самой смеси, ее транспортировки до объекта и влияло на сроки выполнения работ. Сейчас мы с уверенностью можем сказать, что город обеспечен литой асфальтобетонной смесью в течение всего года, поскольку каждый из наших заводов закрывается на технологический перерыв в строгом соответствии с установленным графиком. Таким образом, при выявлении локального дорожного разрушения мы можем устранить дефект в максимально сжатые сроки. К тому же благодаря жесткому контролю на всех этапах производства город получает действительно качественную продукцию.

«СГ»: Вносит ли коррективы в деятельность асфальтобетонных заводов аномально дождливое лето этого года?

А.С.: В структуре ГБУ «Автомобильные дороги» работает Управление метеорологических разработок, которое круглосуточно дает оперативную и точную информацию о погоде в Москве. Соответственно, при планировании работ по укладке асфальтобетонного покрытия на объектах дорожного хозяйства города Москвы мы ориентируемся на прогноз погоды: если ожидаются обильные осадки, работы в этот день не производятся. Действительно, аномалии этого лета не позволяют нам расслабляться, мы вынуждены готовить дорожное полотно максимально тщательно: после фрезерования ремонтируемый участок покрывают битумной эмульсией, а затем уже укладывают асфальтобетонную смесь, температура которой составляет 130 градусов. Именно при такой температуре имеющаяся на основании дороги влага испаряется.

«СГ»: Какие именно виды асфальтобетонных смесей поставляет городу ваш завод для реализации программы «Моя улица»?

А.С.: Мы производим асфальтобетонную смесь по пяти рецептурам. Это песчаный асфальтобетон, крупнозернистый асфальтобетон с гранитными фракциями 20-40 мм, ЩМА-20 — щебеночно-мастичные смеси с использованием высокопрочной породы габбро-диабаз, литая асфальтобетонная смесь (АБС) и мелкозернистая бетонная смесь.

«СГ»: Чем различаются эти виды покрытия?

А.С.: Песчаный асфальтобетон укладывается с наименьшей нагрузкой на дорожное полотно в таких местах, как тротуары и дорожно-тропиночная сеть в парковых зонах. Универсальная мелкозернистая асфальтобетонная смесь может служить как качественным покрытием, так и прочным основанием на второстепенных дорогах. Крупнозернистый асфальтобетон с гранитными фракциями 20-40 мм экономически выгоднее укладывать в нижние слои покрытия. ЩМА-20 на основе габбро-диабаза карельских карьеров отличается высокой прочностью и пригодна для магистралей с высокой степенью загрузки. Литая асфальтобетонная смесь используется на мостах, эстакадах, а также при ямочном ремонте дорог в осенне-зимний период.

«СГ»: Кстати, о ремонте дорог вне строительного сезона. За счет чего можно обеспечить так называемому ямочному ремонту достаточно высокий гарантийный срок службы?

А.С.: За счет более высокой температуры и специальной технологии укладки литой асфальтобетонной смеси повышается коэффициент сцепления смеси с покрытием основания и, соответственно, выдерживается гарантийный срок службы. Например, для асфальтового покрытия дорог с повышенной нагрузкой — МКАД, ТТК, Садовое кольцо, вылетные магистрали — он составляет три года по ГОСТу. Для дорог с меньшей интенсивностью движения и тротуаров этот срок может быть увеличен до пяти лет.

«СГ»: Чем различаются технологии укладки асфальта на объектах разных категорий?

А.С.: Укладка асфальта — многоступенчатый технологический процесс, который зависит от интенсивности эксплуатации. Для придомовых территорий, дворов, тропинок, дорожек асфальт укладывают в один слой, для более серьезных эксплуатационных условий необходимо уложить два слоя асфальтобетонного покрытия. Хочу отметить, что производитель тщательно контролирует и несет ответственность за качество на всех этапах производства работ.

«СГ»: Сколько всего человек обслуживает ПК АБЗ «Дмитровка»?

А.С.: Одновременно на заводе работают 117 человек — рабочие и квалифицированные инженерно-технические сотрудники. Управление процессом производства осуществляется из диспетчерской, где оператор в постоянном режиме с помощью компьютера следит за работой всех установок.

«СГ»: Как известно, 2017 год объявлен в России Годом экологии. Что можно сказать о соблюдении экологических норм на асфальтобетонном заводе?

А.С.: Даже визуально вы можете заметить, что из вытяжной трубы выходит совершенно чистый пар. Образно говоря, современные асфальтобетонные заводы, к которым относится и наш завод, для окружающей среды не опаснее чайника в квартире. Можно в любой момент выполнить замеры непосредственно на территории ПК АБЗ «Дмитровка», и они будут соответствовать всем экологическим нормам.

Цитата в тему

Петр Бирюков , руководит ель Комплекса городского хозя йства Москвы: «Все работы по благоустройству города, в том числе по программе «Моя улица», будут выполнены ко Дню города. С начала реализации программы «Моя улица» до конца 2017 года в Москве благоустроенными станут порядка 320 улиц и площадей и около 300 километров пешеходного пространства»

Справочно

В распоряжении ГБУ «Автомобильные дороги» имеется высокотехнологичная мобильная лаборатория. Она включает в себя пространственный лазерный сканер, шесть фотокамер и георадар. Накрышная установка Riegl VMX-450 и переносная станция Riegl VZ-1000 позволяют автоматически высчитать объем и площадь материалов или уложенного покрытия в определенном радиусе от установки, а также фиксировать дефекты дорожного покрытия, бордюрного камня и металлических ограждений.

Автор: Татьяна РОПОТОВА

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Транспорт. Экология > stroygaz.ru, 31 июля 2017 > № 2269714 Александр Синельников


Россия. Весь мир > Экология > agronews.ru, 29 июля 2017 > № 2289340 Александр Фролов

Климатическое оружие существует.

Что творится с погодой? Почему ее рекорды обновляются чуть ли не каждую неделю? Почти все лето жители средней полосы задаются этими вопросами. О капризах климата наш корреспондент беседует с руководителем Федеральной службы по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды (Росгидромет) Александром Фроловым.

— Александр Васильевич, в адрес вашего ведомства после майского урагана в столице прозвучала критика с высоких трибун. От чего зависит точность прогноза погоды?

— От трех основных факторов. Знания текущей обстановки, научных и технологических возможностей, естественной предсказуемости атмосферы. Прогнозирование — высокотехнологичный процесс, в котором используется огромное количество данных: наземные, космические (со спутниковых систем), самолетных, точек морского базирования и т. д.

Наука показывает, что некоторые процессы более устойчивы, те же циклоны. Они развертываются в масштабе до нескольких тысяч километров и неплохо схватываются наблюдательными средствами, а математические модели позволяют предсказывать их жизненный цикл. А скажем, явления и процессы, находящиеся внутри, более мелкие, быстро развиваются во времени. Они связаны с линией соприкосновения контрастных воздушных масс — холодных, теплых, влажных, сухих. На их стыке возникают градиентные зоны с резкими перепадами характеристик и зарождаются быстрые, интенсивные и иногда катастрофические явления — грозы, ливни, сильные шквалы. Ливни чреваты селями или молниеносно развивающимися паводками в горах. Вот как недавно в Ставрополье, которому подтопление из-за дождей нанесло большой ущерб.

— Или ураган 29 мая в Москве…

— Правильнее говорить: шквалистое усиление ветра. При урагане ветер от 33-35 метров в секунду. В столице, к счастью, ураганных ветров не бывает, хотя на территории РФ они есть. Как и еще более мелкие явления этого ряда — смерчи. Они у нас встречаются редко, правда, сейчас их частота растет.

Атмосфера в целом становится все нестабильнее.

Глобально вокруг средних значений температур начинается разбалансировка. В локальном разрезе это не всегда заметно. Мы считаем минувший июнь самым холодным летним месяцем за 40 лет, а на самом деле это второй самый теплый месяц за время всех наблюдений по миру. Первый был в 2016 году.

Основная причина — увеличение температуры в нижних слоях атмосферы, что обусловлено глобальным потеплением. Воздушная масса набирает много влаги, которая для атмосферы все равно как бензин, потому что преобразование влаги из одной формы в другую, например, из водяного пара в воду, сопровождается выделением большого количества энергии. Когда кипит кастрюля на плите, паром можно обжечься гораздо сильнее, чем горячей водой. То же самое и здесь. …

— Александр Васильевич, немного конспирологии. Вы верите в вероятность существования климатического оружия?

— Мы же не в церкви, а в научном учреждении. Мы оперируем фактами, научными моделями, технологиями, теориями. Второе — климатическое оружие запрещено. Именно по инициативе СССР в середине 70-х годов принята Конвенция о запрете враждебного воздействия на окружающую среду. Ее одобрили более 50 стран. В принципе воздействовать можно, но скорее на погоду. Такие примеры до конвенции были. Например, несложно вызвать сильные дожди, которые смоют урожай. Или еще что-то. Но климат — это глобальная категория.

Сейчас разрабатываются подходы так называемой геоинженерии в плане влияния на климатическую систему с целью понижения температуры.

Можно придумать такие технологии. Создать некий экран, отражающий солнечную радиацию. Или распылять сульфаты в стратосфере с тем же эффектом, подобно вулканам при извержении. Еще способ — гиперфертилизация океана. Пока эти методы нелигитимны, потому что нельзя оценить их последствия.

У Росгидромета сейчас более приземленные задачи. Хотим с операторами мобильной связи усилить работу по информированию граждан, особенно по штормовым предупреждениям. Их сейчас МЧС рассылает. Людям нужно побольше метеоинформации и для планирования отдыха, и для перекрытия крыши на даче, и для выращивания огурцов на грядке.

Россия. Весь мир > Экология > agronews.ru, 29 июля 2017 > № 2289340 Александр Фролов


Россия > Экология > interaffairs.ru, 28 июля 2017 > № 2258217 Алексей Кокорин

Смерчей и тайфунов у нас не было

Алексей Кокорин, Директор программы «Климат и энергетика» Всемирного фонда дикой природы

Армен Оганесян, главный редактор журнала «Международная жизнь»: Алексей Олегович, сегодня у нас и в мире особый интерес представляет все, что связано с погодой и изменением климата. Причиной тому являются нестандартные для региона природные катаклизмы: смерчи, тайфуны, ураганы, тропические ливни. Что происходит?

Алексей Кокорин: Сразу скажу, что смерчей и тайфунов у нас не было. 29 мая произошло наложение одного фронта на другой, и перепад температур вызвал сильный ветер - до 30 метров в секунду, рекордный за историю наблюдений. Хотя похожие явления были и в июле 2016 года, и в июле 1998-го. По физике атмосферы это явление совершенно не такое, как, скажем, тайфун или смерч.

А.Оганесян: А в чем, собственно, причина таких явлений?

А.Кокорин: Сказать конкретно невозможно. Но то, что чаще происходят аномальные явления (более сильный ветер, штормовые ветра), - это факт. Результаты измерений по всей территории России показали, что это вторжение холодных масс по меридиану. Соответственно, данное измерение меридианального переноса является следствием некой раскачки климатической системы, поскольку в нее поступило больше энергии. Небольшое усиление парникового эффекта, вызванного последствиями хозяйственной деятельности человека, будучи преобразованное через сложные модели взаимодействия океана с атмосферой, приводит к подобным явлениям.

А.Оганесян: Это локальное проявление глобальных процессов?

А.Кокорин: Да. Глобальная тенденция - бóльшая раскачка. Бóльшая раскачка не подразумевает, что вам принесли новый генератор, а остался тот же, который у вас был, только работает с бóльшей амплитудой. То есть тайфун к нам не пришел.

А.Оганесян: Что же все-таки происходит на планете - похолодание или потепление?

А.Кокорин: Безусловно, потепление, выражающееся в том, что теплеет главный элемент климатической системы - океан. Это экспериментальный факт. Правильнее говорить об изменениях климата, потому что это прежде всего раскачка и резкие скачки.

А.Оганесян: Влияет ли загрязнение океана на изменение климата? Можно ли объединить страны для очищения океана?

А.Кокорин: Для этого необходима довольна веская причина. Пока бóльшей угрозой для океана, особенно для живности, которая имеет какие-то раковинки, черепки, состоящие из кальция, является повышение его кислотности. Ввиду того, что в атмосфере большая концентрация СО2, повышается и кислотность океана. Это довольно сложный процесс, и, видимо, поэтому идет уже обесцвечивание кораллов. При тех или иных условиях та живность, которая имеет свои «домики», будет страдать в первую очередь. Далее пострадают рыбы.

Сейчас ведутся исследования, и если они докажут, что данный процесс представляет серьезную угрозу для атмосферы и климата, то это станет дополнительным аргументом в пользу снижения выбросов СО2 и других парниковых газов. А насчет мусора нет определенных данных, что конкретно будет, если мы потратим огромную сумму денег для очистки воды. Хотя, конечно, мы сейчас очищаем Арктику от мусора. В бухте Тихая на острове Гукера на Земле Франца-Иосифа оставлены все исторические постройки, но уже нет груд железного мусора.

А.Оганесян: Давайте вернемся к теме глобального потепления климата. Во время извержения вулкана Везувий в Италии в древние времена, когда погиб город Помпея, в атмосферу Земли из жерла вулкана было выброшено много вредных веществ - больше, чем вся промышленность мира выбрасывает сегодня. И ничего - жива Земля. Настолько ли губительны для атмосферы выбросы, как их описывают те, кто стремится заработать на спасении климата?

А.Кокорин: С точки зрения климатологии здесь есть два момента. Во-первых, не так уж много вредных веществ было выброшено. Во всяком случае, если говорить о СО2, то гораздо меньше, чем выбрасывает сейчас человечество. Во-вторых, очень много зависит от того, куда выбрасывается: в стратосферу или в окружающую среду (как в случае с Везувием, когда пепел тут

же оседал).

Помните извержение исландского вулкана? В Европе не летали самолеты, а стратосфера оставалась чистой. Геометрия извержения была такой, что все довольно быстро осело в нижней атмосфере. Океан настолько велик, что практически не пострадал. А когда выбросы только в тропосфере, то тогда те, кто живет поблизости, погибают. Если это своего рода взрыв с заносом большого количества вредных веществ в стратосферу, в верхнюю атмосферу, то там пепел держится долго, затеняет Землю от Солнца, и действительно, года на три, при сильном извержении до пяти лет, наблюдается очень значимое понижение температуры.

Можно вспомнить, что после наполеоновских войн три года в Европе не было лета, хороших урожаев. Очень многие связывали это с карой за преступления Бонапарта, но не знали, что в то время в Индонезии было сильное извержение вулкана и Земля была затенена от Солнца. В апреле, мае и июне этого года не было извержений вулканов, это превратности климата.

Безусловно, и от человека зависит, какое количество парниковых газов выбрасывается. Изотопный состав показывает, что прирост концентрации СО2 в атмосфере связан с сжиганием угля и газа. У нас огромный газообмен СО2 между океаном и атмосферой, но он сбалансирован. А то, почему концентрация СО2 в атмосфере увеличилась на треть - такого никогда не было в истории человечества, - изотопный анализ показывает, что это происходит от сжигания топлива.

А.Оганесян: Чем, на ваш взгляд, продиктовано решение Президента Д.Трампа о выходе США из Парижского соглашения по климату?

А.Кокорин: Надо сказать, я внимательно слушал речь Д.Трампа. И если ранее высказывались мысли о том, что изменения в климате придумали китайцы, чтобы разрушить американскую экономику, то на этот раз такого рода утверждений я не услышал. Более того, он сказал, что соглашение нужно, но этот вариант соглашения финансово невыгоден США. Вся аргументация была сугубо финансовая.

Правда, те, кто лучше меня разбирается в американской политике, говорят, что ему очень важно выполнить обещание, которое он дал, когда баллотировался в президенты. А он обещал, что выйдет из Парижского соглашения.

А.Оганесян: Как на нас скажется отказ США от участия в соглашении?

А.Кокорин: Думаю, что никак не скажется. Соглашение долгосрочное и рамочное, ратифицировано 148 странами, всеми нашими основными торговыми партнерами. Все они так или иначе вводят внутренние правила, трансформируют энергетику. И вот это на нас сказывается. А США не являются нашим торговым партнером. Мы не продаем уголь в США.

Само соглашение - долгосрочное. У него нет официальных этапов. Есть пятилетний пересмотр целей, так называемых национальных вкладов. Соглашение долгосрочное, а Президент Трамп не более восьми лет будет у власти. В Америке выбросы в атмосферу и так сокращаются. За 14 лет на 15% выбросы снизились без каких-либо особых усилий. Выбросы и дальше пойдут вниз, потому что так развивается американская экономика. Будут ли они на 22% ниже, как прогнозируется, без дополнительных мер? Возможно, если бы Обама снова стал президентом и были бы введены специальные меры. Но и это относительно небольшой эффект.

А.Оганесян: Почему Россия не ратифицировала, хотя и подписала Парижское соглашение?

А.Кокорин: Думаю, что это результат некого недоразумения. Поскольку российские угольщики сначала решились, не вчитавшись в соглашение, но потом поняли, что из-за этого соглашения они не смогут нарастить российский экспорт угля на азиатский рынок.

Но здесь наблюдается смешение понятий. Продажа угля зависит не от ратификации договора Россией, а от ратификации теми странами, которые хотели бы и планировали купить у нас уголь, а теперь от этих планов постепенно отказываются. Но поскольку их голос звучал достаточно громко, а в общем-то, по большому счету, если это произойдет в 2019 году, то будет некое ущемление наших прав на климатических переговорах.

Может случиться даже парадоксальная вещь в 2019 году. Американцы будут иметь право голосовать, а мы - нет. Потому что после принятия решения о ратификации де-юре оно вступает в силу только через четыре года. Так хитро устроен выход из данного соглашения. Американцы ратифицировали, сейчас отказались, после вручения соответствующего документа, подписанного Трампом, в ООН только через определенный срок он считается вступившим в силу. А в 2019 году по Парижскому соглашению будут принимать решения не все страны климатической конвенции, а только участники соглашения. И может случиться так, что если мы не ратифицируем до осени 2018 года, то не сможем голосовать в органах Парижского соглашения, а американцы смогут. Так что американцы довольно хитро действуют.

А.Оганесян: Вы затронули тему Арктики. За последние 30 лет объем льда там сократился на 2/4. Если нынешние тенденции сохранятся, то к 2040 году в Северном Ледовитом океане льда, возможно, не будет вообще. Есть попытки дать позитивную характеристику данной тенденции - новые возможности для судоходства, а также доступ к запасам нефти. Как вы считаете, таяние льда в Арктике губительно для планеты?

А.Кокорин: 3/4 льда относятся к объему льда в период его минимальной площади - это конец сентября, когда льда меньше всего. Зимой вся Арктика покрыта льдом и нет сомнений, что она будет им покрыта много-много десятилетий. Есть расчеты длительности навигации. Для позитивной транспортировки длительность навигации - это главный момент.

В западном секторе Арктики, грубо говоря на Таймыре, действительно льды гораздо слабее. Там можно ходить судам меньшего ледового класса, и все 30 млн. тонн, о которых говорил наш президент, это западный сектор. А вот возить и торговать из Европы в Китай - до этого очень-очень далеко. Длительность сквозной навигации к 2020 году увеличится несильно, еще дней на 30, она будет очень неустойчива: в один год - много, в другой - мало. Там будет больше штормов, потому что чем меньше льда, тем больше штормов. Могут быть айсберги, ледяные поля и прочее, то есть довольно много проблем для идеальной логистики. Поэтому идеи сквозной перевозки по Северному морскому пути лучше отложить на середину века.

Если говорить о нефти, то доступ доступом, а вот какова цена этой нефти? Известно, что запасов нефти очень много, только дешевой нефти все меньше и меньше. А дорогая не нужна, потому что есть другие выходы из положения.

А.Оганесян: В странах Азии и Европы вводят в эксплуатацию экологически чистый пассажирский транспорт. Осуществляется что-нибудь подобное в России?

А.Кокорин: Постепенно - да. И прежде всего общественный транспорт стоит переводить на электричество. В автобусном парке легко зарядить электробатарею. Другое дело, что у нас топливо не столь дорогое, ситуация с загрязнением воздуха намного лучше, чем в азиатских странах. Но двигаться в этом направлении, конечно, надо. Я знаю, что в Мурманске сумели все-таки заменить чадящие сажей автобусы, а сажа - худший канцероген. В связи с этим было много проблем, но автобусы все-таки заменили.

А.Оганесян: Какие существуют основные экологические вызовы для России?

А.Кокорин: Главная проблема - как бороться с мусором. Иногда, правда, все сводится к мусоросжигающим заводам. Во-вторых, чистый воздух во многих городах. Недавно был в Красноярске. Если у нас только на Таганке в конце рабочего дня нечем дышать, то там значительно хуже. Третье - нам надо подготовиться к адаптации к изменению климата: сначала в области здравоохранения, лесных пожаров и лесного хозяйства, а потом по цепочке по всем направлениям. Попытки предпринимаются, но больше, как это часто бывает, на бумаге, а не на деле. Где-то клещевой энцефалит, где-то простудные или кардиологические заболевания. Думаю, что программа по всем пунктам и национальный план по адаптации к изменениям климата должны быть федеральными, но действия должны быть обязательно региональными.

Россия > Экология > interaffairs.ru, 28 июля 2017 > № 2258217 Алексей Кокорин


Россия. УФО > Металлургия, горнодобыча. Экология > gazeta.ru, 20 июля 2017 > № 2252957 Наталия Гончар

«Медь на Томинском ГОКе будут добывать без серной кислоты»

Интервью с директором управления экологии и промбезопасности РМК Наталией Гончар

«Русская медная компания» (РМК) дала официальный старт разработке Томинского медного месторождения. О мерах экологической безопасности на будущем ГОКе мощностью 28 млн тонн руды в год, который расположится в Челябинской области, и о рекультивации Коркинского разреза «Газете.Ru» в рамках выставки «Иннопром-2017» рассказала директор управления экологии, охраны труда и промышленной безопасности РМК Наталия Гончар.

— Разработку Томинского месторождения планировалось начать еще пару лет назад. Однако все это время согласовывалась документация по проекту, вносились поправки, в том числе после проведения научных исследований. Расскажите, что было изменено? Например, Уральский государственный горный университет (УГГУ) выносил рекомендацию по отказу от использования серной кислоты.

— Что сделал УГГУ? Они проанализировали документацию на соответствие с нормативно-правовыми актами и пришли к заключению, что документация составлена корректно. Тем не менее, сотрудники университета дали несколько рекомендаций, чтобы ее улучшить.

Одна из них была по гидрометаллургии. У нас два типа руд – сульфидная, которая идет на фабрику, и окисленная. Вторую мы планировали доизвлечь, используя технологию кучного выщелачивания слабым раствором серной кислоты и гидрометаллургией. Поскольку в этом процессе используется раствор серной кислоты, это настораживало людей, тем более, что поблизости с проектом находятся поселения. По этой причине сотрудники университета порекомендовали нам отказаться от использования кислоты, но это не значит, что документация была неправильной. Тем более, что руду можно перерабатывать на фабрике, добавляя ее в общий процесс обогащения.

Поэтому мы согласились с рекомендацией и от ранее запланированной технологии отказались — серной кислоты на Томинском ГОКе не будет.

Предприятие будет работать без отдельной технологии для окисленной руды.

— Что будет вместо нее?

— В карьере сверху находится руда окисленная, а чуть ниже — сульфидная, то есть изначально верхнюю мы планировали отправить на гидрометаллургию, а нижнюю на фабрику. Теперь же вся руда пойдет совместно на обогатительную фабрику. На фабрике процесс слабощелочной, там кислоты вообще нет, наоборот, мы туда добавляем известь. Поэтому еще раз повторю, что привлечения серной кислоты на Томинском ГОКе не будет.

— А еще была рекомендация УГГУ отказаться от обычного транспорта в пользу электродвигателей.

— Была, и она носила именно рекомендательный характер. Мы приняли решение, что в качестве одного из пунктов экологической программы заменим достаточно большую часть автотранспорта конвейером. У нас на бортах карьеров будут стоять гирационные дробилки, а по закрытому конвейеру руда пойдет на фабрику.

Раньше на фабрику все возилось автотранспортом – это связано в том числе с выбросами от сжигания топлива, пылением от самосвалов. Сейчас всего этого не будет — руда с каждого карьера, с Томинского и с Калиновского, пойдет по одному закрытому конвейеру. Это значит, что не будет пыли и сократится число автотранспорта. Конвейер будет наземным, расстояние от промплощадки составляет примерно 3 км.

— Какие еще технологии планируете применять на предприятии?

— Для подготовки горной массы мы будем использовать короткозамедленное взрывание — чтобы сократить размер ударной волны и чтобы вся мощь взрывного материала была направлена непосредственно на забой. На фабрике будут использованы современные установки по пылеулавливанию с эффективностью до 98%. Здесь дело не только в экологичности: в пыли тоже может содержаться медь, которая будет отправляться на переработку.

Далее — замкнутый водооборот, это наша главная задача, все ГОКи нашей компании так работают. Это означает, что мы работаем без сброса сточных вод в водные объекты. используемая вода применяется повторно. На подпитку мы, конечно, воду забираем с поверхности, но основная наша задача, чтобы ничего в водоемы не проникало, ведь вода нужна нам, она вся в обороте и постоянно проходит очистку для повторного использования.

Россия. УФО > Металлургия, горнодобыча. Экология > gazeta.ru, 20 июля 2017 > № 2252957 Наталия Гончар


Украина > Экология. Армия, полиция > interfax.com.ua, 19 июля 2017 > № 2251988 Вадим Черныш

Вадим Черныш: Вопрос экологии и обеспечения водой на Донбассе требует участия центральных и инициативы местных властей

Эксклюзивное интервью министра по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц Вадима Черныша агентству "Интерфакс-Украина"

Вопрос: В последнее время достаточно много говорится об экологических проблемах на Донбассе. Как вы оцениваете ситуацию?

Ответ: Традиционно ситуация с экологией на Донбассе была сложная, и сейчас этому вопросу на фоне боев уделяется не так уж и много внимания. Старые проблемы накапливаются и обостряются. Такие проблемы носят разноплановый характер: качество питьевой воды, неконтролируемая вырубка лесов, уничтожение флоры и фауны. Много там и промышленных объектов, которые считались опасными еще в советские времена.

Вопрос: На Донбассе есть и опасный с точки зрения радиации объект?

Ответ: Речь идет о так называемом объекте "Кливаж", где в 1979 году был произведен небольшой ядерный взрыв мощностью 0,3 кт. Взрыв был произведен на шахте "Юнком" на глубине около 900 м, его целью было прекращение накопления метана в стволах шахты. В результате взрыв не помог, и через год на шахте снова случился выброс метана. Раньше на шахте действовала система откачки воды, которая не допускала ее к зоне взрыва. Сейчас же шахта находится на неподконтрольной территории, соответственно, никакой мониторинг ситуации на ней не производится. Мы точно не знаем, что там происходит, каковы могут быть последствия остановки откачки воды. Гидрологическая модель территории не известна.

Вопрос: Есть ли другие подобные объекты?

Ответ: Шахт с радиационной опасностью нет, но есть "Донецкий казенный завод химических изделий", где хранятся радиационные отходы, они законсервированы, но оба объекта необходимо постоянно мониторить. Кроме того, есть объекты, угроза от которых не связана с радиацией. Например, шахты в районе Первомайска, затопление которых может привести к затоплению действующих шахт на подконтрольной территории.

Вопрос: Поднимается ли этот вопрос на заседаниях Трехсторонней контактной группы в Минске?

Ответ: Мы неоднократно говорили о создании группы экспертов, которая должна посетить каждый из опасных объектов и реально установить, что там происходит. Тут мы говорим о полноценном анализе, а не поверхностном осмотре. В частности, если мы говорим о затоплении шахт, то необходим анализ сложных гидрологических моделей: необходимо поехать, посмотреть, взять документацию, часть из которой остается на неподконтрольной территории.

Вопрос: Такая экспертная группа должна быть международной?

Ответ: Конечно, но к ее работе должны быть привлечены и те, кто знаком с ситуацией, в частности эксперты с Донбасса. Некоторые из них находятся сейчас в Киеве, некоторые остались на неподконтрольной территории.

Вопрос: Как продвигаются эти переговоры?

Ответ: Представители отдельных районов, поддерживаемые Россией, не дают согласия предоставить доступ к объектам с целью исследования.

Вопрос: А делятся ли они информацией о том, что происходит на шахтах и предприятиях?

Ответ: Нет, но мы знаем из других источников, что на некоторых шахтах перестали откачивать воду, как в вышеупомянутом Первомайске.

Вопрос: Базовым элементом, который необходим для выживания людей, является вода. Как обстоит ситуация с ней?

Ответ: Тут необходимо говорить о двух аспектах: качестве воды и доступе к ней. Существует проблема высокого уровня минерализации воды на всем Донбассе. В советское время были построены существующие схемы водоснабжения для разных населенных пунктов. Они были построены исходя из тогдашних научных достижений, но уже устарели. Сейчас уровень примесей в воде очень высокий, и качественной питьевой воды в регионе нет в принципе.

Вопрос: Ситуация обострилась из-за боевых действий?

Ответ: Мы не контролируем всю систему водоснабжения, поэтому не можем оценить и отремонтировать существующие повреждения. Водоснабжение крупнейшего города подконтрольной части региона, Мариуполя, идет по водопроводу, который проходит через Пески, Авдеевку – зону активных боевых действий. Вопрос об этом водоканале поднимался в Минске, но там мины, неразорвавшиеся снаряды, - эксперты просто не смогут исследовать эту территорию без разминирования, а для этого необходимо соблюдение боевиками "режима тишины".

Вопрос: Сильно ли влияние промышленных предприятий на качество воды?

Ответ: На многих промышленных объектах плохо работает или даже вообще не работает очистное оборудование. Причиной тому боевые действия. С другой стороны, те предприятия, которые не пострадали от боевых действий либо пострадали в меньшей степени, работают над модернизацией процессов производства. Когда мы с премьер-министром Владимиром Гройсманом посещали Мариуполь, то были на местных предприятиях и нам показывали планы их развития, которые расписывают по годам модернизацию фильтров и уменьшение выбросов, в том числе атмосферных.

Вопрос: А касательно доступа к воде, ее достаточно?

Ответ: Если говорить о Мариуполе, то трубопровод "Южнодонбасского водоканала", который обеспечивает город, проходит частично по неконтролируемой территории. Поставки воды упали, видимо, есть повреждения, но оценить их, а, тем более, ликвидировать мы не можем. Результат - система водоснабжения неэффективна: идут потери воды, электричества, падает качество воды.

Вопрос: То есть в городе имеются проблемы с водой?

Ответ: Поставки воды упали до очень низкого уровня, и в городе могут испытывать потребность в питьевой воде. Той воды, которая поступает в город сейчас, недостаточно. А та, что поступает, – низкого качества. Мэр Мариуполя заявляет, что минерализация воды в городе в 25 раз превышает норму. Пока обеспечение идет из альтернативных источников. Нехватка есть, но что это значит? Если поставляется меньший объем, чем обычно – это уже нехватка, но это не значит, что люди останутся совсем без воды.

Вопрос: Какие существуют альтернативные источники воды, кроме канала?

Ответ: У Мариуполя несколько источников водоснабжения, конечно, самый большой – это канал, куда вода поступает из Северского Донца. Альтернативные – это другие водоемы и несколько водохранилищ, в частности, Павлопольское. Они постепенно истощаются, особенно сложной будет ситуация, если лето и осень будут засушливыми. Кроме того, вокруг Мариуполя имеется около 20 скважин, однако их назначение – мониторинг качества подземной воды. Сейчас эти скважины не функционируют.

Вопрос: Проводилась ли комплексная оценка ситуации с водой?

Ответ: Наше министерство выступило с инициативой перед ЮНИСЕФ, и организация согласилась за собственные средства провести оценку рисков, связанных с поставками воды в Донецкой области, и технически это исследование уже завершено. Исходя из него, мы понимаем, что необходимы колоссальные инвестиции в этот сектор, чтобы обеспечить людей качественной водой.

Вопрос: Для гуманитарных организаций приоритетом является обеспечение базовых потребностей жителей пострадавших территорий, в том числе водой. Какую практическую поддержку они оказывают?

Ответ: ЮНИСЕФ провел анализ ситуации, Международный комитет Красного Креста обеспечивает поставки коагулянтов и хлора для очистки воды в Донецкой и Луганской областях, Швейцарское агентство сотрудничества и развития обеспечивает поставки фильтров. Все доноры активно помогают нам уже более года.

Вопрос: Но тут речь идет о помощи, которая позволяет сохранять поставки воды, а не кардинально решить вопрос.

Ответ: Да, задача гуманитарных организаций обеспечивать людей водой здесь и сейчас, а совместно мы работаем над тем, чтобы не дать советской системе водоснабжения развалиться.

Вопрос: Есть ли у правительства единое видение решения существующей проблемы?

Ответ: У правительства должно быть решение только в том случае, если не справляется местная власть, ведь мы говорим о децентрализации.

Вопрос: То есть это вопрос областного уровня?

Ответ: "Вода Донбасса" – это коммунальное предприятие области, "Попасная водоканал" – коммунальное предприятие Попасной. Там, где местная власть не справляется, вмешивается центральное правительство, но, мне кажется, у местной власти есть достаточно финансов и специалистов.

Вопрос: И о каких суммах речь?

Ответ: По данным Государственного казначейства, только за счет экологических платежей в 2016 году в спецфонд областного бюджета Донецкой области поступило более 1 млрд грн (1,011 млрд грн), из них использованы только 20%, или около 200 млн грн. А еще 800 млн грн остаются на счетах. По данным Фискальной службы, уже в этом году - в период январь-май - налогоплательщики Донецкой области заплатили 514 млн грн. 80% из них, а это 411 млн грн, так же засчитаны в спецфонд областного бюджета. В сумме, за полтора года получаем около 1,5 млрд грн. Тут я хочу напомнить, что весь бюджет министерства составляет 24 млн грн – этого хватает только на зарплаты сотрудников. Таким образом, можно прийти к выводу, что у местных властей есть средства.

Вопрос: Понимают ли местные власти сложность проблемы и намерены ли ее решать?

Ответ: У обеих областей есть местные стратегии развития. Например, в стратегии развития Донецкой области о воде написано всего 2 строчки, о том, что необходимо обеспечить население качественной водой, без деталей. Ответов на вопрос, что делать с КП "Вода Донбасса", которое и занимается поставками воды, там нет.

Вопрос: А каково ваше видение?

Ответ: Мы считаем, что в среднесрочной перспективе необходимо отходить от большого предприятия.

Вопрос: Вы считаете, что водоснабжением в регионе должны заниматься небольшие компании?

Ответ: Да, но это мое мнение, оно не окончательное, потому что это вопрос громад, с ними необходимо прорабатывать различные варианты выхода из ситуации. Если денег на местах не будет хватать, то тогда можно обращаться за поддержкой к правительству.

Вопрос: Каким образом Кабинет министров намерен участвовать в разработке решений данной проблемы?

Ответ: При правительстве создана группа по вопросам обеспечения Донбасса водой во главе с заместителем министра регионального развития, строительства и жилищно-коммунального хозяйства Эдуардом Кругляком, в нее входит и наш эксперт. Группа готовит рекомендации.

Вопрос: То есть заминка в отсутствии инициативы местных властей?

Ответ: Мы говорим, кричим о проблеме, и международные организации также акцентируют на этом внимание. Но, как следует из планов развития, местные власти не уделяют должного внимания этому вопросу. При этом официальной позиции руководства Донецкой области мы не знаем. Хотя есть и исключения.

Вопрос: Какие?

Ответ: Некоторые населенные пункты имеют альтернативные источники и восполняют нехватку воды из них, а из старых водоканалов берут меньшую часть.

Вопрос: Возвращаясь к вопросу о промышленности. Есть ли риски на предприятиях в зоне противостояния, на подконтрольной территории?

Ответ: Да, конечно, в случае попадания снарядов на объекты могут произойти чрезвычайные ситуации. Но в целом на подконтрольной территории значительных угроз нет, поскольку там есть законная власть, есть контроль и адекватная реакция на возможные проблемы.

Вопрос: Достаточно ли эффективен экологический контроль на подконтрольной территории?

Ответ: Он проводится, но его недостаточно, потому что из-за боевых действий данная территория находится в зоне повышенного экологического риска. Даже простое отключение электроэнергии может привести к негативным последствиям, например, на "Северодонецком азоте", где есть риск аварии при прекращении электроснабжения. Наше министерство просило 1 млн грн на проведение экологических наблюдений, но Министерство финансов нас не поддержало, поэтому работаем с донорами для получения необходимых средств.

Вопрос: Вице-спикер Верховной Рады Ирина Геращенко предлагала создать своего рода зоны безопасности вокруг промышленных объектов. Возможно ли это?

Ответ: Прямой источник таких идей – Женевская конвенция, где есть понятие "безопасных зон". Такие предложения поступали и от ОБСЕ, и от МККК, но для их реализации необходимо согласие всех сторон Минских переговоров. Мы предлагали обсудить создание нескольких зон для защиты инфраструктуры. Они должны быть официально утверждены в Минске. Таким образом, мы сможем не только сохранить инфраструктуру, но и дать возможность ее отремонтировать. Такие зоны могли бы распространяться и на пункты пропуска.

Вопрос: Какое отношение к подобным идеям у противоположной стороны?

Ответ: Такие идеи не находят поддержки со стороны России и отдельных районов Донецкой и Луганской областей. Ключевую роль, конечно, тут играет позиция России, если бы они были не против, то никаких проблем с установлением таких зон не было бы. А без гарантий безопасности для тех, кто будет там проводить разминирование, ремонт, работать там нельзя. Хотя стоит отдать должное смелости тех, кто даже сейчас там осуществляет ремонтные работы часто под обстрелами.

Вопрос: Ваш заместитель Георгий Тука в эфире одного из телеканалов призвал готовиться к эвакуации населения с Донбасса.

Ответ: Не думаю, что он имел в виду именно это. Я считаю, что если мы говорим о возможных радиационных угрозах или отсутствии доступа к питьевой воде, то, возможно, эвакуация и нужна. Стоит помнить, что существует действующий Кодекс гражданской защиты, где предусмотрена система управления чрезвычайными ситуациями, как со стороны Государственной службы чрезвычайных ситуаций, так и со стороны местных властей, процедура реагирования на чрезвычайные ситуации. Законодательством предусмотрена необходимость анализировать и готовить планы реагирования на все виды угроз, а мы понимаем, что в том регионе сейчас таких угроз много. Например, когда возникла ситуация в Авдеевке, то был подготовлен план эвакуации, просчитаны риски.

Вопрос: Вначале среди экологических проблем вы упомянули уничтожение флоры и фауны.

Ответ: Мы не понимаем, что происходит с животными, растениями, птицами – а ведь это тоже наше богатство. Много природных ландшафтных парков сейчас в зоне боевых действий. Я понимаю, что сейчас гибнут люди и всем не до этого, но забывать о таких вопросах не стоит, ведь это наша земля.

Вопрос: Говоря о Донбассе, нельзя не упомянуть готовящийся в Совете национальной безопасности и обороны законопроект о реинтеграции Донбасса. Вам известно о его содержании?

Ответ: Нет, мне известно только то, что было в прессе. Я могу отметить, что президент имеет право законодательной инициативы, и он выразил желание стать инициатором такого закона. У президента есть возможность поручить разработку законопроекта СНБО или администрации, правительство тут не задействовано.

Вопрос: Но правительство должно будет реализовывать такой закон в случае его принятия.

Ответ: Да, но, согласно процедуре, после внесения законопроекта в Верховную Раду он будет направлен в Кабмин, всем заинтересованным органам, которые изучат его и могут внести свои предложения. Если законопроект касается системы военного управления или безопасности, то правильно, что СНБО включено в этот процесс.

Вопрос: Должны ли там быть пункты, касающиеся гражданского населения на Донбассе?

Ответ: Когда народные депутаты говорят, что у нас нет необходимого гуманитарного законодательства, то они либо лукавят, либо не знают. Международные договора, согласие на обязательность которых предоставил парламент, являются частью национального законодательства. Такими документами являются четыре Женевские конвенции, среди них и о защите гражданского населения. Получается, что существует и действует в Украине международное гуманитарное право, его просто необходимо имплементировать. Принимать законы, которые бы повторяли их нормы, нет необходимости.

Вопрос: Но определено не все?

Ответ: Некоторые моменты - нет. Наше суверенное право как государства определять систему управления войсками и территорией. Также наше право определять методы противодействия агрессору. Вопросы разминирования, обеспечения водой, предупреждения гражданского населения – это предмет гуманитарного права, и Украина должна выполнять эти нормы, независимо от наличия внутреннего законодательства.

Вопрос: В вопросе реинтеграции Донбасса существуют нормы международного права, которые бы определяли ее принципы?

Ответ: Мы взяли на себя обязательство выполнять пункты Минских договоренностей, без них разрешить ситуацию нельзя - такова наша позиция и позиция международного сообщества. При этом договоренности являются своего рода рамкой, а вот детали этих действий за нами. Необходим был бы закон, который определил бы наши приоритеты, базовые вещи.

Украина > Экология. Армия, полиция > interfax.com.ua, 19 июля 2017 > № 2251988 Вадим Черныш


Россия. Весь мир > Экология > forbes.ru, 14 июля 2017 > № 2243545 Александр Григорьев

Экологические итоги G20: станет ли раскол в стане развитых стран шансом для России?

Александр Григорьев

заместитель генерального директора, руководитель Департамента исследований ТЭК Института проблем естественных монополий (ИПЕМ)

Во всем мире переход к «зеленой» энергетике сопровождался многолетней масштабной господдержкой, за счет которой создавались и развивались новые отрасли по производству оборудования для ВИЭ. Остается вопрос, есть ли у России сегодня ресурсы для прохождения такого пути в искусственно сжатые сроки

Соединенные Штаты продолжают курс, направленный на пересмотр итогов подписанного в Париже соглашения по климату. Вероятность такого сценария рассматривалась еще в 2016 году в докладе «Риски реализации Парижского климатического соглашения для экономики и национальной безопасности России». Могут ли итоги саммита G20 повлиять на перспективы ратификации документа в нашей стране?

«Мы принимаем к сведению решение США выйти из Парижского соглашения», — отмечено в коммюнике лидеров стран G20 по итогам саммита в Гамбурге. В то же время остальные 19 стран-участников объединения подчеркнули свою приверженность соглашению и «быстрому движению к его полной имплементации».

Напомню, что еще за месяц до саммита G20 в Гамбурге, 1 июня 2017 года, президент Соединенных Штатов Дональд Трамп заявил о выходе страны из Парижского соглашения, сославшись на невыгодность его условий и потенциальный ущерб для экономики страны. Глава американского государства был откровенен, когда говорил, что «данное соглашение в меньшей степени касается климата и в большей — получения другими странами финансового преимущества над США». Говоря о странах, которые получат выгоды от соблюдения соглашения Соединенными Штатами, американский лидер в первую очередь имел в виду, конечно, главного конкурента — Китай, на которого приходится 28% от мирового объема выбросов CO2, но чьи обязательства в рамках Парижского соглашения, в отличие от США, не предполагают сокращений выбросов в абсолютных значениях, а только в удельных.

Продвигаемая сегодня определенной группой развитых стран климатическая повестка по своей сути является лишь инструментом в глобальной конкурентной борьбе. Именно этот фактор необходимо учитывать в первую очередь при формировании стратегии России в отношении имплементации нами любых международных соглашений, в том числе Парижского. Поэтому вопрос о ратификации Россией подписанного в прошлом году соглашения не является принципиально важным.

Важно другое — то, как Россия будет реагировать на имеющиеся многолетние тренды в этой сфере. Ключевой риск для российской энергетики — это перераспределение природной ренты от добывающих стран к странам-потребителям. Углеродный налог, какими бы словами он ни прикрывался, является именно таким механизмом перераспределения. Да, объемы энергии, получаемой от возобновляемых источников, в будущем будут расти, но тем не менее основные потребности человечества будут и в ближайшие десятилетия покрываться за счет традиционной энергетики, в том числе и в развитых странах. Таким образом, «налог на выбросы» будет служить целям наполнения бюджетов стран-импортеров энергоресурсов, способствовать решению задач, стоящих пред ними, укреплять их экономики и ослаблять страны-экспортеры энергоносителей.

Выход Соединенных Штатов из соглашения по климату, безусловно, является хорошей новостью для всех тех, кто выступает за взвешенный подход при решении глобальных задач с учетом национальных интересов России, в том числе главных реципиентов рисков, связанных с Парижским соглашением, — отраслей промышленности и ТЭК. Конечно, нам нужно развиваться в направлении энергоэффективных и низкоуглеродных технологий. Но нельзя забывать и о том, что во всем мире весь этот «зеленый» переход сопровождался многолетней масштабной господдержкой, за счет которой в том числе создавались и развивались новые отрасли по производству оборудования для ВИЭ. Возникает вопрос, есть ли у нас сегодня ресурсы для прохождения такого пути в искусственно сжатые сроки?

Навязываемая России определенными группами линия поведения в области снижения выбросов парниковых газов выглядит весьма лицемерно на фоне установленных этими же группами экономических санкций. Главное — наши национальные интересы и наша экологическая стратегия должна отвечать им, а не интересам других государств. Если у кого-то есть какие-то грехи перед развивающимися странами, тянущиеся еще со времен колониализма, то пускай они их исправляют. У России таких грехов нет.

Россия. Весь мир > Экология > forbes.ru, 14 июля 2017 > № 2243545 Александр Григорьев


Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Экология > stroygaz.ru, 13 июля 2017 > № 2269727 Илья Машков

Иногда будет солнце.

Новые нормы инсоляции позволят уплотнить жилую застройку.

В строго научном смысле термин «инсоляция» означает облучение поверхностей солнечным светом. В архитектуре и строительстве под инсоляцией часто подразумевают степень освещенности помещения в течение суток. Нормирование и расчет инсоляции являются важной технической, экономической и социальной проблемой. По мнению экспертов, нормы инсоляции жилищ являются одним из главных факторов, сдерживающих стремление инвесторов и владельцев земельных участков к уплотнению городской застройки с целью получения максимальной прибыли. Весной 2017 года в санитарные правила и нормы (СанПиН) были внесены изменения, касающиеся гигиенических требований к инсоляции и солнцезащите помещений жилых и общественных зданий и территорий. О том, как эти изменения скажутся на застройке и на качестве жилой среды, в интервью «СГ» рассуждает руководитель архитектурной мастерской «Мезонпроект» Илья МАШКОВ.

«СГ»: Прежде всего, давайте определимся: нормы по инсоляции — это хорошо или плохо?

Илья Машков: Начнем с того, что нормы инсоляции регулируются не градостроительной документацией, а санитарно-гигиеническими требованиями. Это означает, что не архитекторы и градостроители, не Москомархитектура и не Минстрой, а Министерство здравоохранения и Главный государственный санитарный врач определяют количество солнечного света, которое должен получить каждый житель Российской Федерации в жилой комнате своей квартиры. Как известно, санитарные нормы, как и правила безопасности, возникают в результате оценки влияния нормируемых факторов на так называемые витальные показатели. Поэтому исполнение таких норм и правил особо внимательно отслеживается, а их нарушение трактуется как потенциально опасное для здоровья и жизни человека. В частности известно, что инсоляция снижает заболеваемость опасными болезнями, влияет на выработку необходимых человеку витаминов. Поэтому обсуждать хорошо или плохо иметь гарантированные часы солнечного света в жилой комнате или на детской площадке, по-моему, совершенно неприлично, как минимум, после прочтения повести Короленко «Дети подземелья». В контексте качества жизни нормы по инсоляции — хорошо. Это тот редкий случай, когда недовольство устраняется шторами на окнах.

«СГ»: Давайте теперь поговорим об изменениях. В чем их суть? И каковы могут быть последствия?

И.М.: Прямой солнечный свет нормируется так: берется определенный день в году и строится кривая, по которой в этот день солнце проходит по небосводу. В этот выбранный день в точке инсоляции лучи солнечного света должны быть не менее определенного времени. И если новый дом мешает инсоляции в существующих домах или в проектируемом доме какая-то квартира не получает должную инсоляцию, в проект должны быть внесены изменения. В первом случае новый дом отодвигается или становится ниже, а во втором случае располагается так, чтобы все жилые комнаты получили должное количество солнечного света.

Известно, что в зимние месяцы в северном полушарии солнце описывает кривую ближе к горизонту, а в летние — ближе к зениту. Соответственно, фигура, составленная из лучей, соединяющих траекторию солнца по небосводу и какую-нибудь точку, более плоская в марте по сравнению с апрелем. Это значит, что для обеспечения инсоляции одной и той же точки затеняющий ее дом в марте должен быть отнесен дальше или стать ниже, чем в апреле. Кроме того, ближе к зимним месяцам солнце восходит позже и заходит раньше, что делает возможную продолжительность инсоляции любой точки меньше. Таким образом, чем ближе измерения к 22 июня, тем легче получить обязательный солнечный свет в любой точке. Суть изменений, вступивших в силу 26 мая 2017 года, такова: в центральной географической зоне (58 град.с.ш. — 48 град.с.ш.) примерно от Волгограда до Костромы, куда входят Москва и область, стало возможным считать инсоляцию не 22 марта и 22 сентября, а ближе к летнему солнцестоянию — 22 апреля и 22 августа.

Это означает, что при равной высоте дома теперь можно ставить ближе, не нарушая норм инсоляции, а также поворачивать проектируемые корпуса круче к параллелям и при этом сохранять инсоляцию квартир с двух сторон здания (см. рис. 1 и рис. 2). Проще говоря, жилую застройку теперь можно размещать более плотно, а квартиры теперь легче делать более мелкими, чем раньше. Кроме того, на 30 минут сократилась норма по инсоляции детских игровых и прочих площадок — с 3 до 2,5 часа (п. 5.1. СанПиН 2.2.1/2.1.1.1076-01).

01.jpg

«СГ»: Означает ли это, что архитекторам и застройщикам станет жить легче? Последние годы в профессиональной среде было немало разговоров о том, чтобы отменить нормы по инсоляции, поскольку с учетом их требований проектировать гораздо сложнее.

И.М.: Конечно, проектировать станет легче, в частности можно будет свободнее располагать здания с мелкой нарезкой квартир относительно сторон света. Что касается норм инсоляции, то я не поддерживаю коллег, которые ратовали за их ослабление, так как это был один из самых действенных инструментов формирования разуплотненной жилой застройки, который редко кто мог преодолеть. Если бы по мановению волшебной палочки с 26 мая сего года одновременно с ослаблением норм застройщики стали бы гуманнее относиться к новоселам, я был бы только рад появлению новой степени свободы в работе. Но, боюсь, теперь «впихнуть невпихиваемое» станет легче.

«СГ»: А как же жители? И так все жалуются, что в Москве мало солнца. Не станет ли его еще меньше в квартирах?

И.М.: Солнца в Москве мало из-за большого количества облачных дней, и из-за изменения правил больше или меньше его в городе не станет. Но застройка в новых микрорайонах будет плотнее, реконструируемые здания получат мелкую нарезку квартир, некоторые апартаментные комплексы будет можно назвать жилыми. И если житель города любит изобилие солнечного света, ему нужно покупать квартиру на верхних этажах и обращать внимание на окружающую застройку и положение квартиры относительно сторон света.

«СГ»: А как быть с существующей застройкой? Взять те же пятиэтажки, во многих случаях они плотно окружены деревьями и кустарниками, поэтому их жители, особенно на нижних этажах, фактически не получают необходимого количества солнечного света?

И.М.: Конечно, на практике не все квартиры получают прямые солнечные лучи. Некоторые дворы так заросли деревьями, что там не только об инсоляции детских площадок говорить не приходится, но даже об освещенности: там темно даже в самый яркий солнечный день. Но это — уже вопрос эксплуатации. Деревья должны кронироваться, это нормальный, но редко практикуемый в наших краях способ ухода за многолетней растительностью. Я не знаком с судебной практикой, когда житель первого этажа заставил бы обрезать деревья, нарушающие освещенность его квартиры, но думаю, право на солнечный свет можно отстоять и в таком случае.

«СГ»: А как обстоят дела с этой нормой в западных странах? Где опыт положительный, а где, может быть, есть и негативный?

И.М.: В переуплотненных странах, таких как Япония, нормы инсоляции жилых помещений соблюдать невозможно, там существует нормирование степени затенения соседнего землевладения. В южных, жарких странах, где солнце приносит больше неудобств, чем удовольствия, нормируется солнцезащита. В северных широтах солнце в жилых домах жизненно необходимо, и в зависимости от широты нормы в этой области в зарубежных странах обязательно присутствуют. В Великобритании они строже, в Италии — мягче. Негативного опыта хватило в прошлом, когда в Европе бушевали эпидемии, и уже в XIX веке, например, в Великобритании, было сформулировано «право на свет» (Right to light). Сейчас требования к инсоляции являются элементом «зеленых стандартов» (таких как LEED) и нормой устойчивого развития (sustainable building design).

Цитата

«Я не поддерживаю коллег, которые ратовали за ослабление норм инсоляции, так как это был один из самых действенных инструментов формирования разуплотненной жилой застройки»

Автор: Илья МАШКОВ, руководитель архитектурной мастерской «Мезонпроект»

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Экология > stroygaz.ru, 13 июля 2017 > № 2269727 Илья Машков


США > Экология. Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 7 июля 2017 > № 2235796 Джозеф Стиглиц

Трамп и правда об изменении климата

Джозеф Стиглиц (Joseph E. Stiglitz), Project Syndicate, США

Первого июня Соединённые Штаты вышли из Парижского соглашения о климате. Тем самым страна под руководством президента Дональда Трампа сделала ещё один широкий шаг к превращению в государство-изгоя.

На протяжении уже многих лет Трамп верит в очень странную теорию заговора. В 2012 году он утверждал, что «концепция глобального потепления выдумана китайцами и для китайцев, чтобы сделать промышленность США неконкурентоспособной». Впрочем, он назвал не эту причину, когда объявил о выходе США из Парижского договора. Данное соглашение, по его мнению, невыгодно и совершенно несправедливо для Америки.

Справедливость, как и красота, — субъективный вопрос, но позиции Трампа очень трудно найти оправдание. Дело в том, что Парижское соглашение очень выгодно для Америки, и именно США продолжают взваливать несправедливое бремя на других.

На протяжении десятилетий США непропорционально способствовали увеличению концентрации парниковых газов в атмосфере. И сегодня среди крупнейших стран мира США продолжают оставаться самым главным источником выбросов углекислого газа в пересчёте на душу населения. По данным за 2013 год (это самые свежие полные данные, опубликованные Всемирным банком), этот уровень в США в два с лишним раза выше, чем в Китае, и почти в 2,5 раза выше, чем Европе. Обладая высокими доходами, США имеют намного больше возможностей для адаптации к проблемам, вызванным изменением климата, чем бедные страны, такие как Индия и Китай, не говоря уже об африканских странах с низким уровнем доходов.

Более того, главная ошибка в аргументации Трампа заключается в том, что борьба с изменением климата на самом деле укрепляет США, а не ослабляет. Взор Трампа устремлен в прошлое, которое, как это ни иронично, совсем не было великим. Он пообещал восстановить рабочие места в угольной промышленности (сейчас таких рабочих мест всего 51000, то есть менее 0,04% от общего числа занятых в несельскохозяйственных отраслях), игнорируя при этом тяжёлые условия труда и риски для здоровья, свойственные этой отрасли. И это не говоря уже о технологическом прогрессе, который будет и дальше сокращать занятость в угольной отрасли, даже если добыча угля начнёт расти.

На самом деле в бизнесе по установке солнечных панелей создаётся намного больше рабочих мест, чем исчезает в угольной отрасли. Если же говорить в целом, переход к зелёной экономике повышает как доходы США уже сегодня, так и темпы экономического роста в будущем. В этом, как и во многих других вопросах, Трамп безнадёжно увяз в прошлом.

Всего за несколько недель до объявления Трампом о своём решении выйти из Парижского договора глобальная Комиссия высокого уровня по вопросам о ценах на углеродные квоты, в которой я был сопредседателем вместе с Николасом Стерном, подчеркнула огромный потенциал перехода к зелёной экономике. В докладе комиссии, опубликованном в конце мая, доказывается, что сокращение объёмов выбросов CO2 в реальности способно укрепить экономику.

Логика очень проста. Главная проблема, которая сегодня мешает росту глобальной экономики, — это недостаточный совокупный спрос. Тем временем правительства многих стран мира страдают от недостатка доходов. Мы можем решить две эти проблемы одновременно, а заодно снизить выбросы парниковых газов, если введём сбор (налог) на выбросы CO2.

Всегда лучше облагать налогом что-нибудь плохое, чем что-нибудь хорошее. Ввод налога на CO2 станет для компаний и домохозяйств стимулом перестроиться в соответствии с требования мира будущего. Такой налог будет стимулировать компании заниматься инновациями, которые позволят уменьшить потребление энергии и сократить объёмы выбросов. Благодаря этому у них появится динамичное конкурентное преимущество.

Комиссия проанализировала, какой уровень цены на углерод потребуется для достижения целей, установленных в Парижском климатическом соглашении. Этот уровень намного выше, чем тот, что наблюдается сегодня в большинстве стран Европы, однако он приемлем. Члены комиссии подчеркнули, что в разных странах цена может быть различной. В частности, они отметили, что улучшение системы регулирования (например, ограничение работы и строительства угольных станций) позволяет снизить налоговое бремя.

Интересно, что в экономике Швеции с её едва ли не

лучшими в мире показателями уже действует углеродный налог, установленный на значительно более высоком уровне, чем предлагается в нашем докладе. Шведам удаётся сохранять высокие темпы роста экономики, избегая при этом выбросов парниковых газов в американских масштабах.

При Трампе Америка превратилась из мирового лидера в объект насмешек. Сразу после выхода США из Парижского договора над городским советом Рима был вывешен огромный плакат: «Планета — прежде всего». А новый президент Франции Эммануэль Макрон высмеял главный лозунг избирательной кампании Трампа, провозгласив: «Сделаем нашу планету снова великой».

Тем не менее, последствия действий Трампа совсем не смешны. Если США сохранят объёмы выбросов на текущем уровне, они будут и дальше наносить огромный ущерб всему остальному миру, в том числе намного более бедным странам. Те, кому американское безрассудство наносит вред, вполне оправданно разгневаны.

К счастью, многие регионы США, в том числе экономически наиболее динамичные, демонстрируют, что действия Трампа являются хотя и не совсем незначительными, но по крайней мере менее значительными, чем ему хотелось бы думать. Многие штаты и корпорации объявили, что будут выполнять свои климатические обязательства и, возможно, даже готовы пойти ещё дальше, компенсируя тем самым провалы в других регионах США.

Мир должен защититься от стран-изгоев. Изменение климата является для планеты экзистенциальной угрозой, которая не менее ужасна, чем угроза, создаваемая ядерными амбициями Северной Кореи. В обоих случаях мир не может уйти от неизбежного вопроса о том, что делать со странами, которые отказываются выполнять свои обязанности по сохранению Земли.

США > Экология. Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 7 июля 2017 > № 2235796 Джозеф Стиглиц


Россия > Армия, полиция. Экология > kremlin.ru, 7 июля 2017 > № 2235666 Владимир Пучков

Встреча с главой МЧС Владимиром Пучковым.

Накануне поздно вечером Президент провёл рабочую встречу с Министром по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий Владимиром Пучковым.

Владимир Пучков доложил о работе органов МЧС в регионах, пострадавших от природных пожаров и паводков, мерах, принимаемых для защиты населённых пунктов и восстановления объектов социальной инфраструктуры.

В этот же день Президент по телефону заслушал доклады глав ряда регионов, чьи территории больше всего пострадали от паводков и лесных пожаров.

О текущей ситуации Президенту доложили глава Республики Саха (Якутия) Егор Борисов, губернатор Иркутской области Сергей Левченко, губернатор Ульяновской области Сергей Морозов и президент Татарстана Рустам Минниханов.

Глава государства поручил приложить все усилия для скорейшей ликвидации ущерба, нанесённого стихией.

* * *

Начало встречи с главой МЧС Владимиром Пучковым

В.Путин: Владимир Андреевич, я уже разговаривал с руководителями регионов, которые больше всего пострадали от паводков и природных пожаров. Хотел бы от Вас услышать доклад, что сейчас у нас происходит в этих субъектах Федерации, как Вы оцениваете эту ситуацию, как работает МЧС и каково взаимодействие с региональными, местными властями. Как людям помощь оказывается? Как это организовано?

В.Пучков: Товарищ Президент Российской Федерации!

С учётом прогноза развития и паводковой ситуации, и рисков в природной сфере организована деятельность органов управления и группировки сил РСЧС.

В части, касающейся защиты населённых пунктов и объектов социальной инфраструктуры от природных пожаров, действует тяжёлая авиация федеральных органов исполнительной власти, все наземные группировки сил федеральных структур и субъектов Российской Федерации. В 41 регионе введён особый противопожарный режим.

Наиболее сложная обстановка складывается на территории Республики Саха (Якутия), а также в Иркутской области, в Республике Бурятия, в Забайкальском крае и ряде других регионов.

За прошедшие сутки действиями авиации и органов управления защищён 21 населённый пункт, в которых проживает более 70 тысяч человек. Наиболее сложная обстановка была в населённых пунктах Батамай, Республика Саха (Якутия), и Сухая [Республика Бурятия].

В.Путин: Сейчас там вроде на убыль пошло.

В.Пучков: Сейчас обстановка находится под контролем, но мы продолжаем перебрасывать группировку сил. Работает система космического мониторинга, при возникновении рисков усиливаем деятельность и авиации, и наземной группировки сил. На особом контроле находится более 130 крупных очагов возгорания.

Что касается выполнения задач по защите населения и создания комфортных условий проживания при возникновении неблагоприятных погодных условий: в течение последних трёх суток на территории десяти субъектов Российской Федерации в результате циклонов, больших осадков и возникновения скорости ветра до 22 метров в секунду были нарушены кровли жилых домов и социальной инфраструктуры, подтоплены придворовые участки, участки автодорог, нарушено энергоснабжение и деятельность социальной инфраструктуры.

Была своевременно развёрнута группировка сил. В настоящее время аварийно-восстановительные бригады работают и поэтапно восстанавливают энергетику. В настоящее время на контроле находятся населённые пункты, их 76, с населением более 40 тысяч человек.

В.Путин: В Ульяновской области как дела?

В.Пучков: В Ульяновской области работает группировка сил, обстановка стабилизируется.

Мы особое внимание уделяем адресной, конкретной помощи и поддержке населению. 388 частных домовладений, где пострадали кровли, уже сформированы комплексные аварийно-восстановительные бригады. Работают бригады энергетиков, есть все необходимые расходные материалы. Организовано взаимодействие всех служб.

Цель нашей работы – это, с одной стороны, восстановить в кратчайшие сроки всю инфраструктуру в пострадавших регионах, а с учётом прогноза развития погодных условий мы перебрасываем группировку сил, работает система профилактики и предупреждения чрезвычайных ситуаций.

Товарищ Президент Российской Федерации, на особом контроле находится оказание помощи пострадавшим, и мы выполняем те задачи, которые Вы поставили нам по оказанию помощи пострадавшим при пожарах в Сибири.

В настоящее время 1094 человека получили всю необходимую материальную помощь, компенсацию за утрату имущества, в пункте временного размещения проживают 188 человек, организовано питание, медицина, все службы.

И на контроле все вопросы восстановления жилья и всей инфраструктуры в пострадавших населённых пунктах.

По Ставропольскому краю: губернатор Ставропольского края Владимиров Владимир Владимирович лично возглавил комиссию по чрезвычайным ситуациям, развёрнута мощная группировка сил, которая завершает аварийно-восстановительные работы.

Из резервного фонда Правительства выплаты в виде материальной помощи пострадавшим, а также компенсацию за утрату имущества получили 17 600 человек. И соответствующая работа проведена из бюджета Ставропольского края.

В настоящее время на контроле обеспечение жильём и полное восстановление всей социальной инфраструктуры.

В.Путин: Хорошо. Держите меня в курсе.

У меня вопрос: нужна какая-то дополнительная помощь от других министерств, ведомств, от Правительства в целом?

В.Пучков: Товарищ Президент Российской Федерации! В соответствии с Вашими поручениями организовано взаимодействие в рамках РСЧС, действуют совместно, согласованно все федеральные структуры, работают соответствующие комиссии по чрезвычайным ситуациям в субъектах Российской Федерации, и мы энергично задействуем потенциалы и органов местного самоуправления, и всех вертикально интегрированных компаний: энергетика, связь, дорожные службы.

В.Путин: Эпидемиологическая ситуация в норме?

В.Пучков: Санэпидобстановка стабильная, но мы на особом контроле держим все потенциально опасные объекты в этой области.

В.Путин: Хорошо.

Россия > Армия, полиция. Экология > kremlin.ru, 7 июля 2017 > № 2235666 Владимир Пучков


Россия. ЦФО. ПФО > Экология > forbes.ru, 5 июля 2017 > № 2232880 Николай Усков

«Платон» и мусор: председатель совета директоров «АвтоВаза» Сергей Скворцов покупает 40% «РТ-Инвеста»

Николай Усков

Forbes Staff, Главный редактор Forbes

Компания является оператором системы взимания платы с грузовиков и выиграла конкурс на строительство мусоросжигательных заводов в Подмосковье и Казани

Forbes стало известно, что Сергей Скворцов, председатель совета директоров ПАО «АвтоВаз», а до этого — заместитель генерального директора госкорпорации «Ростех» и партнер группы компаний «Тройка-Диалог», приобретает 39,99% компании «РТ-Инвест», в которой 25% принадлежит «Ростеху». Скворцов покупает долю у другого совладельца компании — Андрея Шипелова (ему до сделки со Скворцовым принадлежит 75% «РТ-Инвеста»).

Созданная Шипеловым в марте 2012 года компания громко заявила о себе осенью 2014 года, когда по распоряжению правительства России одна из ее структур была назначена концессионером проекта по созданию и обслуживанию системы взимания платы с грузовиков «Платон». Партнером «РТ-Инвеста» в этом проекте c долей 50% стал Игорь Ротенберг F 145 (№145 в рейтинге богатейших людей Forbes). В создание «Платона» было вложено более 29 млрд рублей, из них 27 млрд рублей — кредит Газпромбанка. Оператор «Платона» в течение 13 лет с момента запуска, по условиям концессионного соглашения, получает из федерального бюджета по 10,6 млрд рублей в год. В июне 2017 года в «РТ-Инвесте» заявили, что «Платон» принес в бюджет 27 млрд рублей.

О том, что Сергей Скворцов входит в капитал «РТ-Инвеста» в интервью Forbes сообщил Андрей Шипелов. Скворцов это подтвердил. «Во время работы в корпорации «Ростех» я курировал, в том числе, «РТ-Инвест», стартап с перспективными проектами в гражданских областях. В 2014 году я вошел в совет директоров «РТ-Инвест», через два года стал председателем совета директоров компании, что дало мне возможность для более глубокого понимания внутренних процессов и всестороннего анализа, — рассказывает Сергей Скворцов. — С моментом моего ухода из «Ростеха» совпал процесс поиска дополнительных инвестиций, необходимых для реализации проекта строительства «РТ-Инвестом» заводов по переработке отходов, и Андрей предложил мне инвестиционное партнерство. Поскольку я был хорошо знаком с проектами «РТ-Инвеста» и связанными с ними рисками, это позволило мне быстро принять решение об инвестировании».

О победе структур «РТ-Инвеста» в конкурсе на строительство мусоросжигательных заводов стало известно 19 июня. Победитель не позднее 1 декабря 2022 года должен построить и ввести в эксплуатацию четыре завода в Московской области и один в Казани. Общая сумма капитальных затрат по проекту составит около 150 млрд рублей. При сжигании мусора заводы будут генерировать энергию, которая будет продаваться на оптовом рынке по «зеленому» повышенному тарифу, который увеличит цены для крупных предприятий в регионах, где будут построены эти заводы, на 2-2,5%.

Четыре завода в Московской области будут перерабатывать в энергию 2,8 млн т отходов в год, что сократит объем захоронения в области на 30% к 2023 году. Казанский завод будет перерабатывать в энергию 550 000 т отходов в год, и позволит достичь, как говорят в «РТ-Инвест», «нулевого захоронения» в Казани к 2023 году.

Россия. ЦФО. ПФО > Экология > forbes.ru, 5 июля 2017 > № 2232880 Николай Усков


Италия. Россия > Госбюджет, налоги, цены. Экология. Агропром > agronews.ru, 5 июля 2017 > № 2231616 Александр Ткачев

Ткачев спрогнозировал потерю 2% ВВП России в год из-за глобального потепления.

Министр сельского хозяйства России Александр Ткачев в ходе выступления в Риме на конференции Продовольственной и сельскохозяйственной организации заявил, что нынешние изменения климата могут привести к тому, что России будет угрожать потеря до 1–2% ВВП в год. «Для аграрного сектора опасность представляет рост числа экстремальных погодных явлений, деградация почв, распространение болезней растений и животных, вредителей», — приводит его слова «Прайм».

Господин Ткачев также отметил, что скорость потепления на территории России в 2,5 раза превышает среднюю по миру. «Такие процессы особенно влияют на сельское хозяйство, которое зависит от погодных условий гораздо больше, чем какая-то другая отрасль экономики. В то же время и сам агросектор вносит вклад в глобальное потепление. По оценкам ФАО, почти треть выбросов парниковых газов так или иначе связана с агропромышленным сектором», — добавил он.

Глава Минсельхоза считает, что Парижское соглашение по климату позволит объединить усилия всех мировых держав по сдерживанию климатических изменений. Он рассказал, что Россия, руководствуясь этим соглашением, разрабатывает национальную стратегию по адаптации к изменению климата, государственному регулированию выбросов парниковых газов.

Ранее председатель Совета федерации Валентина Матвиенко на открывшемся в Новосибирске первом конгрессе женщин стран Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) и БРИКС заявила, что Россия готовится к ратификации соглашения по климату.

В конце мая президент США Дональд Трамп объявил о выходе из Парижского климатического соглашения. Решение Вашингтона кроме имиджевого урона новому всемирному климатическому режиму означает также сокращение минимум на четверть средств на климатические программы фондов ООН, направляемых наименее развитым странам, а также снижение темпов сокращения выбросов парниковых газов в самих США.

Италия. Россия > Госбюджет, налоги, цены. Экология. Агропром > agronews.ru, 5 июля 2017 > № 2231616 Александр Ткачев


Россия. ЦФО > СМИ, ИТ. Экология > forbes.ru, 30 июня 2017 > № 2227061 Максим Артемьев

Ураган в СМИ. Истерия по поводу катастрофы как зеркало нашего времени

Максим Артемьев

Историк, журналист

Человечество видит, что, несмотря на все технические достижения, оно бессильно против природных бедствий

Есть старое доброе правило — катастрофы всегда происходят неожиданно. Когда же их ожидают — они не случаются. Урагана в Москве 29 мая никто не предвидел — он налетел внезапно. Поэтому вчерашние-сегодняшние заголовки в СМИ — «На Москву обрушится шторм, которого не было более полувека» или «Дождь из Ветхого завета надвигается на Москву» вызывали лично у меня немалый скепсис.

Но нынешняя истерия в СМИ и соцсетях относительно надвигающейся катастрофы по-своему примечательна как признак времени.

Cтоит упомянуть бдительное МЧС, которое прохлопав предыдущую бурю, теперь шлет рассылки-эсэмэски по малейшему поводу, что только дезориентирует население. Его действия напоминают притчу о мальчике-пастухе, который кричал «волки! волки!», когда их не было, а когда они реально появились, на его крики никто не обратил внимание. Понятно, что МЧС действует в соответствии со старым афоризмом — «лучше перебдеть, чем недобдеть», но, все-таки, нужно знать меру. За истекший месяц жители столицы уже несколько раз получили предупреждающие СМС, и, естественно, уже не могут всякий раз реагировать всерьез.

Кроме того, по части распространения разнообразных слухов непредставимые ранее возможности предоставили соцсети, блоги, а также наличие практически у каждого человека аппаратуры для съемок и фотографирования в виде смартфонов. Гражданская журналистика буквально заполонила интернет — сам по себе уникальный канал для мгновенного распространения информации, а YouTube революционизировал возможности по ее обработке. Кроме того, не забудем наличие сотен тысяч камер наружного наблюдения в одной только столице, в объектив которых попадает любой пустяк, который при желании можно счесть достойным внимания и показа во всемирной сети. Традиционные СМИ выглядят на этоv фоне всего лишь редакторами контента, поступающего от корреспондентов-добровольцев, и своего рода проводниками в бездне UGC. Уже вчера начал поступать вал фотографий и видео из полузатопленного Вильнюса (на который первыми обрушились ливни и грозы, идущие с запада), было объявлено, что вот-вот рухнет из-за поползней башня Гедиминаса. Так что соответствующий настрой был создан.

Погоня за броским заголовком, за красным словцом, которые так ценят редакторы СМИ — еще один фактор. Поэтому слова (цитата из Библии) Евгения Тишковца из центра погоды «Фобос» — «…И разверзлись все источники великой бездны, и окна небесные отворились, и лился на землю дождь», стали манной небесной для масс-медиа и моментально разлетелись по сети, усиливая страхи и порождая в воображении апокалиптические картины.

При этом у москвичей и гостей столицы свежи в памяти природные катаклизмы последнего времени. Кроме майской бури, это, например, прошлогодние подтопления в Москве, когда Яуза вышла из берегов. Кроме того, не забыта небывалая жара 2010 года с пожарами торфяников, которая, в конечном итоге, стоила мэру Лужкову поста. Да и про метеорит в Челябинске в 2013 забывать не стоит.

Тема природы и климата вообще популярна в современном мире. Климатические изменения — это то, по поводу чего в мире происходит множество встреч, переговоров, конференций, во что вкладываются миллиарды и миллиарды долларов. Человечество видит, что, несмотря на все технические достижения, оно бессильно против природных бедствий. Более того, чем сложнее и разветвленней технологии и инфраструктура — тем значительнее последствия. Достаточно вспомнить аварию на АЭС «Фукусима» в 2011 год после землетрясения и цунами. Транспорт, логистика, связь, электроснабжение моментально оказываются под ударом. Многие современные фильмы ужасов основаны именно на показе разбушевавшейся природной стихии в мегаполисе. Уже сейчас, по первой информации, без электричества осталось 4,5 тысячи человек, и задержано около сорока рейсов из аэропортов.

«Тропический ливень» прошел 30 июня — в заключительный день месяца, ставшего небывало дождливым в этом году. В средней полосе России первый месяц и так славится осадками (помню это еще с 1981 года, когда будучи в первой смене в пионерлагере, мы просидели на веранде половину смены, поскольку на улицу было нельзя выйти из-за погоды), но нынешний июль превзошел, кажется, все мыслимые пределы. Недаром в соцсетях все чаще задают вопрос — что будет с урожаем в этом году? Продовольственная безопасность России вполне может быть поставлена под угрозу в этом году, а москвичей — ожидать рост цен на продовольствие, по крайней мере, на те овощи, которые выращивают в ЦФО. Поэтому сплошная холодная и дождливая погода делала вполне правдоподобным потоп в столице.

Россия. ЦФО > СМИ, ИТ. Экология > forbes.ru, 30 июня 2017 > № 2227061 Максим Артемьев


Россия > Экология. Электроэнергетика > forbes.ru, 19 июня 2017 > № 2214152 Владимир Сливяк

Из России с миром: зачем Росатом собирается спасать климат на земле

Владимир Сливяк

Сопредседатель некоммерческой организации «Экозащита»

Распространение российских АЭС в стране и мире затормозилось, и нужно что-то менять. Так почему бы не сменить имидж?

Недавно прошедший ПМЭФ-2017 стал одной из главных тем в российских СМИ, в том числе благодаря искрометным дискуссиям с участием президента. В общем потоке новостей с форума выступление Алексея Лихачева, возглавившего «Росатом» после перехода Сергея Кириенко в администрацию президента в прошлом году, стало не слишком заметным событием. Тем не менее оно заслуживает особого внимания. Заявления руководителя атомной промышленности, прозвучавшие в Санкт-Петербурге, свидетельствуют о принципиально новом подходе к продвижению российских атомных станций на международном уровне. Теперь российские АЭС рекламируются как необходимые для спасения климата на планете.

Никогда прежде Росатом не ставил изменение климата во главу своей рекламной стратегии. Этим он значительно отличался от западных коллег, которые начали эксплуатировать тему «атом — лучший друг климата» почти два десятка лет назад. У этого подхода были серьезные причины, прежде всего экономические. Атомная энергетика на Западе к тому моменту уже длительное время находилась в стагнации, строительство реакторов почти повсеместно остановилось из-за дороговизны и нерешенной проблемы ядерных отходов. Изменение климата казалось спасительным кругом, ведь сами по себе атомные станции почти не выбрасывают парниковых газов. Очень быстро, впрочем, обнаружилось, что это лишь половина правды.

Берлинский Oko-Institute подсчитал, что при учете полного топливного цикла (от добычи урана до хранения и переработки радиоактивных отходов) объем выбросов в атомной энергетике близок к современной газовой энергетике. Обусловлено это в первую очередь крайне энергозатратным процессом обогащения урана. Активные попытки решить экономические проблемы атомной индустрии за счет климатического финансирования стимулировали новые исследования, которые, в свою очередь, привели к интересному выводу — использование атомной энергетики крайне неэффективно для снижения выбросов парниковых газов в глобальном масштабе.

Основным ограничением является то, что ядерная энергия используется почти исключительно для производства электричества, на долю которого приходится менее 25% глобальных (антропогенных) выбросов парниковых газов. Увеличение производства атомной энергии вдвое могло бы сократить объем выбросов парниковых газов примерно на 6%, при условии, что ядерные мощности заменят собой угольные. И вообще не отразилось бы на выбросах, если ядерные мощности заменяют возобновляемую энергетику и меры по энергоэффективности. Для такого относительно небольшого сокращения потребуется около полутысячи новых реакторов в дополнение к существующим, а также новые реакторы на замену закрывающимся: по данным МАГАТЭ, к 2040 году почти 200 реакторов будут остановлены.

Стоимость большого современного реактора сегодня колеблется в диапазоне от $5 млрд до 15 млрд в зависимости от типа и производителя. Очевидно, что это просто нереально дорого, а проблему при этом не решает. По данным IPCC, чтобы избежать наиболее катастрофичных последствий изменения климата, нужно снизить выбросы как минимум на 50% к середине столетия. Таким образом, речь не о том, чтобы строить реакторы когда-нибудь, а в строго определенном временном отрезке. Атомные станции строятся медленнее, чем любые другие, — в среднем это 7-10 лет, а некоторые реакторы, как российский БН-800, находились в стадии строительства около 30 лет.

Наиболее серьезную попытку получить доступ к международному климатическому финансированию западная атомная промышленность предприняла на климатических переговорах ООН в Гааге в 2000 году. Успеха, впрочем, это не принесло. С тех пор атомщики сосредоточились на лоббировании национальных правительств. Как видно, также без особого успеха — ни одна страна в мире до сих пор не приняла решения сделать ставку на атомную энергетику в борьбе с изменением климата.

В 2017-м выпавший из слабеющих рук западных коллег атомно-климатический флаг решил поднять Росатом. По всей видимости, дело не только в том, что российские атомщики решили ответить на вызовы современности или стать более модными. Коренное изменение подхода к собственной рекламе на международном уровне указывает на то, что старая концепция продажи реакторов больше не работает. Росатом нередко утверждает, что в его так называемом портфеле заказов десятки контрактов на новые АЭС по всему миру общей стоимостью свыше $100 млрд. Но почему-то реальное строительство реакторов происходит лишь в трех-четырех странах, а ряд договоров, подписанных много лет назад так и остаются на бумаге.

За последние полгода от проекта российской АЭС отказался Вьетнам, а в ЮАР суд постановил, что договор о развитии атомной энергетики с Россией не соответствует Конституции. Внутри России заявлялось намного больше новых атомных энергоблоков, чем строится. Очевидно, распространение российских АЭС в стране и мире затормозилось и нужно что-то менять. Так почему бы не сменить имидж? Теперь пусть кто-нибудь попробует отказаться от наших АЭС — сразу станет врагом климата, как Дональд Трамп.

Несмотря на климатический каминг-аут, Росатом вряд ли сможет продавать больше реакторов. Даже на выполнение тех договоров, которые считаются делом решенным, потребуется немало времени. Впрочем, маловероятно, что весь этот «портфель заказов» хоть когда-то будет реализован. Если за новой стратегией продвижения что-то вообще стоит, то это надежда на доступ к международному финансированию на борьбу с изменением климата. Соответствующие фонды формируются по линии ООН и отчасти связаны с Парижским соглашением.

Другим словами, Росатом попробует то, что его западные коллеги пытались сделать еще в 2000-м. За средствами необязательно обращаться самой госкорпорации, этим могут заняться развивающиеся страны, требующие денег и технологий для преодоления последствий изменения климата. И может, даже больше не будет нужды финансировать строительство АЭС из российского бюджета в долг, как в большинстве случаев происходило до сих пор, хотя какие-то деньги вкладывать надо будет все равно. Возможности российского бюджета истощены кризисом, возможно, в этом кроется настоящая причина активизации Росатома как «друга климата». И не важно, что атомная энергетика слишком дорога и неэффективна для заявленных целей, просто надо как-то выживать.

Россия > Экология. Электроэнергетика > forbes.ru, 19 июня 2017 > № 2214152 Владимир Сливяк


Россия. Весь мир > Химпром. Электроэнергетика. Экология > rusnano.com, 14 июня 2017 > № 2231286 Анатолий Чубайс

«Мы долгое время были вне мирового процесса». Анатолий Чубайс о развитии солнечной и ветроэнергетики в РФ.

Автор: Ангелина Давыдова

В мире растет суммарная мощность объектов возобновляемой энергетики, ее технологии и оборудование становятся дешевле — но при этом сокращаются и инвестиции в этот сектор, свидетельствуют данные недавнего исследования Renewables 2017 Global Status Report. О развитии возобновляемой энергетики в РФ и о глобальной климатической повестке Ангелина Давыдова поговорила с председателем правления ООО «УК «РОСНАНО» Анатолием Чубайсом.

— Главное «антиклиматическое» событие последнего времени — решение Дональда Трампа о выходе США из Парижского климатического соглашения. Какие последствия этот шаг будет иметь для зеленой повестки?

— Да, Дональд Трамп, приведший своим пониманием климатических проблем в ужас Ангелу Меркель, Евросоюз, а заодно и ООН, решил «поправить» американскую климатическую политику. Это означает, что политически Америка выбрала для себя направление движения к группе стран-изгоев, а весь цивилизованный мир движется в противоположную сторону. Но, как ни парадоксально это звучит, это не означает, что Америка реально перестает заниматься проблемой выбросов СО2. Объем уже принятых законов и практик в этой сфере на уровне штатов — просто колоссален. И тренд в эту сторону, как мне кажется, необратим. Его можно замедлить, но его нельзя развернуть в обратную сторону. Еще и поэтому, с моей точки зрения, президент США совершил историческую ошибку,

— Полтора года назад, когда мы разговаривали с вами по время климатического форума ООН в Париже, вы представляли инициативу российского бизнес-партнерства за сохранение климата. Тогда вы говорили о том, что хотите видеть российскую климатическую политику более амбициозной. Как вы оцениваете прошедшее время и действия правительства в области климата?

— Во-первых, Россия подписала Парижское соглашение. Это очень важно, потому что этот шаг был совсем не предопределен. В РФ есть очень мощные силы, противостоявшие этому решению. Во-вторых, после долгой дискуссии о том, ратифицировать быстро или медленно, мы вышли на взвешенный вариант. Был утвержден правительственный план действий по подготовке к ратификации, в рамках которого будет принят закон о порядке измерения выбросов СО2, создана системы мониторинга выбросов — и еще много иных решений. Насколько я понимаю, план где-то на 70% выполняется, мы довольно неплохо продвигаемся вперед — все это означает, что готовность к ратификации у нас появится уже к 2019 году.

— Вернемся в Россию. Что происходит здесь?

— В 2017 году соединились наконец два тренда. Один тренд мировой — никому уже не надо доказывать, что нужна альтернативная энергетика. А второй тренд — российский. Мы долгое время были вне этого мирового процесса, долго раскачивались — и в этом году процесс пошел. Во-первых, солнечная энергетика как национальный стартап в моем понимании — состоялась, чтобы ее разрушить, нужно сделать какие-то немыслимые дурости. В области ветроэнергетики — тоже пока все идет хорошо. А это и есть две главные части зеленой энергетики, по ним есть точка счастливого соединения.

— Представители вашего партнера по ветроэнергетике в РФ — компания «Фортум» — на Красноярском экономическом форуме говорили о сложностях в работе в России. Возникающих в том числе из-за жестких правил по подключению к сети, локализации оборудования, из-за дополнительных административных требований — что в результате заметно удорожает процесс как производства оборудования, так и произведенной энергии.

— Это чистая правда, да. Именно потому, что ветроэнергетика сейчас запускается, она попадает в полномасштабный круг проблем, свойственный для серьезного стартапа национального уровня. Приведу один пример. У ветростанций мощностью 2,5 мегаватт, а именно такие строятся в Ульяновской области в рамках нашего совместного с «Фортумом» проекта, высота башни 97 метров, длина лопастей 60 метров. Если к 90 прибавить 60, получается больше 100 — и по правилам Градостроительного кодекса, это уникальное сооружение, требующее невероятного количества согласований и экспертиз. Мы говорим: «электростанций мощностью 2,5 мегаватт в мире построено больше миллиона штук, это — не уникальный объект». Нам отвечают: «Да, мы понимаем, но вот строчка закона, а вот наша норма, как быть?» К счастью, Минстрой нашел взвешенный подход, который позволил решить эту проблему для ульяновского проекта, но нам придется решать все системно: пересматривать СНИПы, ГОСТы, систему норм по присоединению к сетям, по резервированию мощностей в энергетике, вероятно — и некоторые законы. Надо будет провести большую нормативно-техническую работу для того, чтобы ветроэнергетика в России получила законное право. Пробивать это, как всегда в первом проекте по созданию новой отрасли, нужно будет собственным лбом, что мы сейчас и делаем.

— Приходится ли вам до сих пор отвечать на вопросы, зачем вы все это делаете, зачем РФ нужна возобновляемая энергетика, когда у нас столько нефти и газа?

— Конечно, приходится. Это логика, выложенная в России из «железобетонных шпал» — у нас много нефти и газа, электроэнергия, выработанная из газа, дешевле, чем альтернативная, — зачем государство должно субсидировать альтернативную энергетику?

— И что вы им отвечаете?

— Есть тренд во всем мире, который приводит в точку под названием «сетевой паритет», когда цена киловатт-часа, выработанного в возобновляемой энергетике, становится равна цене киловатт-часа, полученного в тепловой энергетике. Эту точку паритета уже начал проходить весь мир в 2014–2015 годах и закончит буквально за одно десятилетие. В России сетевой паритет случится несколько позже по объективным причинам, в том числе из-за дешевого газа, но он неизбежен.

Теперь представьте себе, что мы ничего не делаем и ждем 2025 года. Что это значит? Весь мир пересел на автомобиль, а мы продолжаем запрягать лошадь. Мало того, что мы получаем все известные экологические проблемы и серьезно влияем на изменение климата. В экономической области также окажется, что строительство новых тепловых станций уже невыгодно по сравнению с альтернативной энергетикой. Уже сейчас ряд экспертов предсказывает, что с 2025 года РФ вступит в ситуацию, когда спрос на мощность превысит имеющийся запас, — нужно будет новое строительство, новые вводы.

— Но сейчас же у нас избыток мощностей?

— Абсолютно правильно. Но к 2025 году он закончится. И к этому моменту — представьте, что у нас нет альтернативной энергетики. Это означает, что новые газовые или угольные вводы делать бессмысленно, потому что они неэффективны — а в стране полностью отсутствует какое-либо производство оборудования в области солнечной энергетики, ветроэнергетики, ниокровский задел, который позволяет «апгрейдить» технологии, полностью отсутствуют кадры, инженеры, образование. И мы начнем все это импортировать, создавая рынок другим странам?

К счастью, Россия уже выбрала другой путь. У нас к 2025 году, я думаю, будет около 5500 Мвт объектов ВИЭ (солнце, ветер, малая гидроэнергетика), у нас будет — собственно, уже есть — производство оборудования для отрасли и собственная продуктовая линейка. Надеюсь, что в ближайшие полтора-два года мы создадим в России производство оборудования и для ветра. Наконец, мы уже сегодня всерьез говорим про экспорт, отрабатываем модели экспорта солнечных электростанций, готовимся к тендерам за рубежом по солнечной энергетике. Мы также «апгрейдили» нашу продуктовую линейку по солнечным панелям. Начинали мы с полного трансфера технологий — сейчас запустили собственное производство российских солнечных панелей с КПД 21%. Думаю, таким же путем пойдем в ветроэнергетике.

— Ряд исследователей, в том числе Игорь Башмаков из Центра по эффективному использованию энергии, считают, что наиболее перспективное направление для развития ВИЭ в РФ — это территории автономного децентрализованного энергоснабжения, где зеленая энергетика могла бы заменить привозной дизель и мазут. Что вы думаете по этому поводу?

— Это сто процентов правда. Мы сами говорили об этом много лет, а теперь уже и начали делать. Средний тариф в изолированных районах, думаю, что втрое выше, чем по стране. Что такое северный завоз, скажем, в удаленных поселках в Якутии? Иногда топливо везут три года — потому что завоз идет только речным путем, а за одну навигацию (которая из-за климатических условий может быть всего три-четыре недели) можно успеть пройти только одну реку, потом ждать еще год, потом вторую, потом опять ждать. Топливо получается золотым.

В чем альтернатива? Гибридные установки, сочетающие солнце, ветер, аккумулятор и дизель. Первую гибридную энергоустановку (без ветра) в изолированном районе мы построили в 2013 году. Через шаг, я надеюсь, мы добавим к ней ветрогенератор. Получается ситуация, когда при наличии ветра у тебя идет безтопливная ветрогенерация, при наличии солнца — солнечная. Все это попадает в литиево-ионный аккумулятор, который накапливает энергию. Если совсем нет ни ветра, ни солнца, можно использовать дизель. Экономия дизтоплива при этом колоссальная — не менее 30%. Для России это фантастически перспективная вещь. По территории подобные регионы — это около 70%, проживает там около 10% населения. Это Камчатка, Колыма, Чукотка, Якутия почти вся, большая часть Красноярского края, Тюменская область, Мурманская, север Архангельской области. Даже в регионах, входящих в единую энергосистему страны, есть большое количество изолированных энергорайонов.

— А откуда регионы смогут взять деньги на эти программы?

— Эти программы окупаемы. Тариф там втрое выше. Нужно решить единственную задачу, которая называется «долгосрочная фиксация тарифа». Если у тебя тариф выше, то он позволяет вложить средства и получить их обратно в виде платежей. Тут нужен концессионный механизм или иные специальные решения, которые позволили бы сделать тариф долгосрочным.

— Недавно было объявлено о планах перезапуска госпрограммы энергоэффективности. Самые большие проблемы в ее реализации остаются в секторе ЖКХ. Вопрос: что тут можно сделать?

— Давайте начнем с примера. Два месяца назад мой заместитель Андрей Свинаренко присутствовал в Калужской области на презентации проекта в жилом 16-квартирном двухэтажном доме, где люди прожили зиму после осуществления комплексного капитального ремонта с использованием нанотехнологий. При капремонте был установлен большой список различных продуктов наших и независимых российских компаний — энергоэффективные стекла, утеплители на основе пеностекла, светодиодные светильники и т. д.

За январь—март расходы жильцов на ЖКХ снизились на 30%. Это уже не прогнозы, не обещания, не расчеты, а жизнь. Правда, речь идет не о новом строительстве, а о капремонте. Параллельно с этим в Москве построили типовой нанотехнологический жилой дом, новую школу и детский сад. У нас сейчас уже есть построенные жилые и нежилые здания, которые доказано дают экономию по электроэнергии и теплу. Поэтому мы находимся сейчас в точке перехода из единичных решений и прототипов — в серию. И это не очень просто сделать. Подробности в части нового строительства мы обсуждаем сейчас с Минстроем, в области капремонта — с регионами. Процесс потребует времени, но мне кажется, что дело пойдет. У нас есть продукты, которые можно встроить в проект. Ты не можешь продать энергоэффективное стекло в больших объемах просто каждому жителю — важно включить его в проект, например, в программы капремонта или нового строительства.

— Опять вопрос — кто будет и кто готов платить за удорожание?

— Здесь есть сложности, да. В такого рода модели энергоэффективный нанотехнологический дом всегда будет дороже, чем обыкновенный. В свое время мэр Москвы Сергей Собянин ставил нам предельную рамку в 5%. Заказчик должен заплатить дороже. Экономия возникает на следующем этапе — уже у жильцов. В случае если речь идет о социальных объектах, например школах, экономию получает город.

То есть затраты и результаты образуются у разных субъектов, потому эту историю не так просто соединить. Кроме того, затраты — это сейчас, а экономия — позднее и постепенно, фактор времени тоже играет роль. Тем не менее здесь уже есть, как я сказал, не просто введенные объекты, а доказанный экономический результат — значит, дело пойдет вперед.

Россия. Весь мир > Химпром. Электроэнергетика. Экология > rusnano.com, 14 июня 2017 > № 2231286 Анатолий Чубайс


Россия > Экология > regnum.ru, 4 июня 2017 > № 2471507 Алиса Крюкова

5 июня Россия вместе с другими странами отмечает Всемирный день окружающей среды. В этот день в Подмосковье проходит массовая детская акция — слет юных экологов. Его организатором выступило Российское движение школьников (РДШ), созданное в октябре 2015 года. О результатах работы за первые полтора года, участии РДШ в экологических проектах, подростковом протесте, обеспечении безопасности детей в интернете и военно-патриотическом воспитании молодежи рассказала в интервью ТАСС исполнительный директор РДШ, глава "Российского детско-юношеского центра" Алиса Крюкова.

— Алиса Анатольевна, сегодня пройдет торжественное открытие слета юных экологов РДШ. Расскажите, пожалуйста, какие есть успехи у движения в области охраны окружающей среды?

— Сегодня, во Всемирный день охраны окружающей среды, начинается слет, на который приезжают более 450 ребят — это более 60 команд из 64 регионов: школьные экологические отряды, отряды при лесничествах.

Слет — это финал конкурса, в котором принимало участие более 800 экотрядов по всей стране. Во время слета ребята смогут рассказать о своих отрядах и проблемах, которые они решают — начиная от уборки дорог и дворов и заканчивая шефством над контактными зоопарками.

В рамках слета юные экологи примут участие в разработке проекта плана экологических мероприятий на 2017 учебный год. Для педагогов будет организована работа площадок по обмену опытом и лучшими практиками организации работы детских экологических объединений, образовательные семинары по грантовой поддержке добровольческих инициатив в сфере экологии.

— Экология – это же не единственное направления деятельности РДШ?

— Конечно. Направлениями деятельности РДШ являются личностное развитие, гражданская активность, военно-патриотическое и информационно-медийное направления.

По каждому из направлений нашей деятельности на базе детских образовательных организаций сформированы детские структуры. Это детские пресс-центры и экологические отряды. Начали формирование советов по школьным музеями. Также начали работу по созданию военно-патриотических клубов.

Сейчас мы бы хотели выделить в отдельное объединение ребят, которые занимаются творчеством. Мы хотим заняться созданием детского актива, который бы предлагал нам интересные для детей события. Есть очень много творческих конкурсов, но, как выясняется, дети хотели бы, чтобы палитра этих конкурсов расширялась.

— Давайте остановимся на творческих конкурсах. Расскажите, пожалуйста, об этом подробнее.

— У нас есть конкурс "Русские рифмы" для юных поэтов и писателей. Будем организовывать с региональным отделением РДШ Калининградской области кинофестиваль, также у нас совместно с Росмолодежью и Роспатриотцентром есть фестиваль "Я люблю тебя Россия" для музыкальных групп, которые пишут песни о любви к Родине.

Мы хотим из детей, которые участвуют в этих конкурсах сформировать более четкие структуры, которые могли бы нам рекомендовать, чего не хватает в этих конкурсах, и наоборот, что нужно продолжать.

Чаще всего работа с творческими детьми проходит на уровне школы, а мы хотим их привлекать для решения вопросов на региональном уровне. Особенно это важно для детей, которые проживают далеко от региональных центров.

— Кстати, о творческих коллективах. На форуме "Единой России" в Омске прозвучала инициатива о создании детского аналога "Золотой маски". Как вы к этому относитесь?

— По театральным инициативам мы пока продумываем. Мы бы хотели все-таки не сужать до категории детей, которые занимаются этим профессионально. И хотели бы делать это в большей степени со школьными театрами, детскими театральными коллективами, которые есть на базе школ, а не на базе дополнительного образования.

— Наступает лето, скоро все разъедутся по лагерям. РДШ готовит свою летнюю программу?

— Более чем в половине субъектов пройдут тематические смены РДШ. Для педагогов будет организован форум "Балтийский Артек", там мы соберем молодых преподавателей, педагогов и общего образования, и допобразования, и студентов профильных вузов.

— Когда мы говорим о летних лагерях, к сожалению, сразу вспоминается прошлогодняя трагедия на Сямозере. При подготовке смен РДШ вопрос безопасности находится в поле зрения?

— В вопросе безопасности в лагерях мы подключаемся в рамках подготовки вожатых, их обучения и внедрения образовательных блоков в игровой форме для детей. То есть это больше профилактика опасных ситуаций, которые могли бы возникнуть. Все-таки мы не профильная организация, которая должна этим заниматься, но мы понимаем, как мы можем помочь.

Сейчас в России есть 12 вузов, которые вместе с РДШ прорабатывают подготовку вожатых. Одна из программ, когда студенты, которые прошли программу подготовки вожатых, поедут в лагеря волонтерами и будут дублировать вожатых, которые там уже есть. То есть для лагеря это дополнительный ресурс, а для ребят — это практика.

— Вот вы упомянули студентов и волонтеров. В России в октябре пройдет Всемирный фестиваль молодежи и студентов. Понятно, что школьники и студенты — это разные возрастные группы, но, может быть, РДШ как-то будет сотрудничать с фестивалем?

— Возможно, к мероприятиям в городах, в которых будут проходить региональные программы, подключатся школьники. Но пока участие школьников именно в самом фестивале не предусматривается.

Кроме того, несколько наших активистов, которым уже исполнилось 18 лет, выиграли поездку на фестиваль молодежи.

— В следующем году будет еще одно масштабное событие — Чемпионат мира по футболу. В его программе будете как-то принимать участие?

— На этот счет есть региональные инициативы. На региональном уровне есть ребята, которые будут помогать при организации Чемпионата мира. Но мы профильно этому не помогаем, только занимаемся обучением волонтеров на базе школ.

— Вы говорили, о том, что одним из направлений вашей деятельности является создание детских пресс-центров. Что это такое?

— В этом году мы запустили творческий конкурс для журналистов. К слову, вебинары для юных журналистов весной шли на базе ТАСС. После этого школьники прислали нам различные работы — статьи, журналы, электронные СМИ, радио- и телепередачи. Победители в каждом жанре отправятся на церемонию награждения ТЭФИ 27 июня.

Также продолжим развивать проект РДШ "Классное радио". Надеемся, что с сентября в постоянном режиме запустим новости. Радио вещает и сейчас, но там пока больше музыки. Будем надеяться, что со временем в эфире будут появляться новостные программы, связанные не только с РДШ, но вообще со всеми вопросами, которые интересны детям. Причем делать новости будут в том числе сами школьники.

Уже с осени запустим различные образовательные программы, и не только для детей, но и для родителей. Это могут быть и встречи с интересными людьми, и интервью с представителями министерства образования.

Если эта история пойдет, то проработаем вопрос с телеканалами, чтобы ребята помогали им в создании новостей, то есть чтобы наши детские пресс-центры создавали новости и присылали на телеканалы, чтобы там, возможно, появилась специализированная рубрика. Разумеется, сперва для этих детей будут созданы образовательные блоки по тележурналистике. Некоторые договоренности с телеканалами уже есть.

— Еще одно направление работы — это развитие гражданской активности. Что уже сделано на этом направлении?

— В рамках этого направления мы развиваем в том числе музейную деятельность. Только завершился финал конкурса школьных музеев. Собрались 136 школьников из 42 регионов. Будем продолжать этот проект, а сейчас готовим образовательные блоки в этой сфере. Будем записывать видеосоветы юным музейщикам от экспертов, экскурсоводов на тему как запустить музей, как создать экспозицию.

— Некоторые школьники, мы это видели недавно, принимали участие в акциях протестах. Что с этим делать?

— Скажем прямо, нам в юном возрасте тоже хотелось изменить мир, другой вопрос — формы, которые есть, и возможности, когда дети могут высказать свое мнение. Поэтому у нас структура построена таким образом, чтобы дети, педагоги, родители могли давать обратную связь. Необходимо воспринимать обратную связь не как критику, а как точки роста.

Скажем прямо, нам в юном возрасте тоже хотелось изменить мир, другой вопрос — формы, которые есть, и возможности, когда дети могут высказать свое мнение

В нескольких регионах у нас появились дискуссионные площадки, где ребята могут обсудить абсолютно разные вопросы, которые их волнуют. Дискуссионные площадки пока создаются в рамках наших мероприятий. То есть ребята заранее сообщают о беспокоящих их проблемах, потом собирают кто "за", кто "против" и они могут обсудить и предложить пути решения. Возможно, будут созданы постоянно действующие площадки. Это может произойти после того, как мы пропишем технологию для школ, чтобы школы могли проводить эти мероприятия на своих базах.

Сегодня требуются педагоги, которые могли бы помогать детям отстаивать свою позицию и курировать работу дискуссионных площадок или клубов. Но не навязывать при этом своего мнения. Посмотрим, какие варианты могут быть, и распространим их. Мне видится, что дискуссионный клуб для детей — это прекрасный выход.

— Какие еще есть направления у РДШ?

— Популяризация профессий. Это проведение различных мероприятий и на базе школ, и на региональном уровне, которые направлены на популяризацию профессий. Мы привлекаем к этому профильные организации. Например, 12 апреля мы проводили "Космофест", дети проходили космические квесты. Мы договаривались с Роскомсом и Объединенной ракетно-космической корпорацией о том, чтобы дети могли бесплатно в этот день посещать планетарии и музеи.

— А как вы выбираете, какие профессии надо популяризировать? Основываетесь на прогнозе по рынку труда?

— По-разному. Например, один из наших партнеров рассказал нам, что дети не понимают, кто работает в банке, часто отвечают, что там трудятся только экономисты. А о других профессиях и специальностях никто не знает.

Мы хотим рассказывать о неизвестных профессиях, например, кто такой бариста, кто работает в издательстве, чем живут КВНщики. Это будут небольшие видеоролики, которые можно будет легко найти в интернете на информационных ресурсах РДШ.

— А кто будет создавать эти ролики?

— Мы совместно с нашими партнерами. Также надеемся, что эти ролики будут делать детские пресс-центры. Дети будут приезжать в различные организации и делать видеоинтервью. Мы начнем уже в июне и к сентябрю надеемся выпустить первую серию роликов в интернет.

Также в рамках популяризации профессий пройдут различные экскурсии, здесь мы работаем с Торгово-промышленной палатой, с регионами, чтобы предприятия приглашали детей. Раньше были предприятия, которые хотели, чтобы к ним приезжали дети, и дети, которые хотели посетить те или иные предприятия. Раньше им было сложно найти друг друга, теперь мы будем это координировать. Главное, чтобы это было на безвозмездной основе.

— Сейчас много говорится об информационной безопасности…

— Да, в этой сфере мы работаем вместе с Роскомнадзором, создаем образовательные блоки — это будут информационные ролики и очные встречи. Например, о том, что нельзя указывать данные банковских карт своих родителей на неизвестных сайтах, что считать персональными данными и так далее, какие опасности могут подстерегать детей при скачивании неизвестных приложений.

В рамках этой работы организуем встречи с представителями Роскомнадзора. Мы исходим из того, что эта структура сможет нам дать такой контент, который мы сможем максимально интересно оформить и подать.

— Где будет распространяться эта информация?

— Она будет распространяться в интернете, это будут не только ролики, но и пособия, которые преподаватели смогут распечатывать и раздавать детям. Кроме этого, школьники на базе полученной информации смогут сами создавать стенды, плакаты.

Будем прорабатывать вопрос с городскими властями, чтобы их использовали в качестве социальной рекламы.

— Одним из направлений вашей деятельности является военно-патриотическое воспитание. Как сотрудничаете с Юнармией?

— Мы взаимодействуем с коллегами во многих регионах. Идеальная модель — это когда все представители на уровне региона, которые занимаются этой повесткой, вместе координируют процесс, который позже реализуется в образовательных организациях.

Мы стремимся к тому, чтобы это были военно-патриотические советы, в которые входили бы, в том числе, коллеги из Юнармии. На этих советах можно было бы прорабатывать повестку по военной патриотике и давать рекомендации регионам, которые бы уже в свою очередь адаптировали эти предложения в зависимости от своих возможностей и способностей и давали бы нам обратную связь.

 Артем Токарев

Россия > Экология > regnum.ru, 4 июня 2017 > № 2471507 Алиса Крюкова


Россия > Экология > forbes.ru, 1 июня 2017 > № 2195323 Давид Якобашвили

Давид Якобашвили: «Сегодня можно решить проблему загрязнения крупных городов в два счета»

Ольга Проскурнина, Даниил Антонов

Миллиардер и частный инвестор Давид Якобашвили запускает производство топливную присадку нового поколения Green Booster

Давид Якобашвили в кулуарах ПМЭФ-2017рассказал корреспонденту Forbes об алтайской присадке для топлива Green Booster, в которую сейчас инвестирует. По словам миллиардера новая присадка сможет снизить выбросы вредных веществ до 70% и сэкономить расход топлива. Сам Якобашвили, по его словам, всегда пользуется ей во время езды на мотоцикле.

- Слышала, что вы сейчас всех своих знакомых агитируете ездить на машинах с использованием какой-то особой экологической присадки, которую производит ваш стартап.

- Пять лет назад мы начали процесс разработки такой присадки, отличающейся от тех, которые сейчас закупаются крупнейшими компаниями для двигателей внутреннего сгорания, включая тепловые электростанции, пароходы, самолеты и так далее. Это присадка, за счет которой на 70% снижаются выбросы оксидов азота и углерода в окружающую среду, возникает экономия до 15% потребления топлива, увеличивается мощность двигателя также до 15%, очищается двигатель и продлевается его жизнь.

- Как это получается?

- Здесь используется давно известный науке принцип капли. Физическое воздействие на структуру топлива позволяет достигать более полного сгорания продукта. Нам удалось пройти достаточно муторный путь через все лаборатории, известные в России – они дали положительную оценку [продукту]. Мы получили разрешения и в Соединенных Штатах Америки и сегодня работаем над признанием нашей присадки в Европе.

- А из чего её делают?

- Из таких же горючих продуктов, которые добавляются в топливо. На цене отражается минимально: на сто литров бензина требуется всего 5 грамм этой добавки.

- Её нужно самостоятельно заливать в бак самостоятельно?

- Да. Думаю, что у нас есть определенная проблема, потому что это вызовет неудобства у водителей. Из-за этого мы, скорее всего, будем производить [Green Booster] в большиъ объемах, чтобы присадку можно было смешивать с горючим на выходе с производства или в хранилищах топлива.

- У вас есть совместное предприятие с Роснефтью — вы как-то обсуждаете этот проект с компанией?

- Да, конечно, обсуждаем. В первую очередь предлагаем «Роснефти» ввиду того, что у нас есть совместное предприятие и какие-то человеческие обязательства.

- Это на каком уровне обсуждается — вы с Игорем Сечиным?

- В первую очередь должен свое мнение выразить тот департамент, который отвечает за добавки и присадки и добавки. «Роснефть» всё это покупает в основном за границей. У нас же – импортозамещение, и это прямой интерес для страны, в первую очередь. А во-вторых, с гордостью могу сказать что она намного, в разы эффективнее любой другой добавки, которая закупается не только российскими компаниями, но также иностранными.

- А как вы нашли эту технологию?

- К нам обратилась группа алтайских ученых, которая её разработала.

- Они сами на вас вышли?

- Да.

- А вы вообще ищете подобные стартапы?

- Конечно ищем, все время общаемся с людьми. Сейчас у нас есть и другие очень интересные идеи в плане именно защиты окружающей среды и экономии – к сожалению, пока они не прошли определенных испытаний, мы не можем о них заявлять.

- Насколько ваш Green Booster дорог в производстве?

- Это недорого! Для того всё и делается , чтобы была экономия. А она со всех сторон должна быть экономной: как в материальном плане, так и в плане в очистке окружающей среды.

- В Китай не планируете выходить? Там воздух очень загрязнённый.

- В Китай тоже планируем выходить, но вы понимаете, есть риски определенные – что продукт может быть использован неправомерно… как бы это сказать проще – украден. Хотя мы защитились всеми нужными документами, но риск есть. Начнем сначала с России, а потом посмотрим. Думаем, что в Америке с крупными компаниями сможем подписать договоры. Знаете, для производства данной присадки даже с учетом нужд даже крупных компаний нам нужно [помещение площадью] всего 500 кв.метров

- А денег сколько?

- Денег мы на проведение испытаний потратили достаточно за пять лет, но я сейчас не могу сказать [сумму].

- На какие объемы рынка рассчитан ваш проект?

- Вы знаете, объем рынка — самый неимоверный. Основными источниками загрязнения окружающей среды являются все двигатели внутреннего сгорания. Так что, я думаю, это будет достаточно существенный вклад в мировое сообщество. А с другой стороны, если мы сможем быть в этом плане полезными, [проект] окупится «сторицей».

- Как вы видите будущее Green Booster? Вам нужно 500 кв.метров при каждом нефтеперерабатывающем заводе?

- Не обязательно, мы можем сделать и более крупное производство. Но в данной ситуации плюс в том, что это настолько мобильно и легко устанавливается, что [производство Green Booster] опять-таки не будет отражаться на цене [топливо] и даже сделает экономию тому предприятию, которое с нами будет сотрудничать.

- Идея в том, чтобы ваша лаборатория работала при производстве топлива, передавать технологии кому-то вы не собираетесь?

- Конечно, все-таки мы должны это делать сами. Хотелось бы не передавать [технологию], но в конечном итоге главное – не вопрос цены, а вопрос цели, которую хочет достичь партнер, который с нами будет взаимодействовать. Если он только захочет ограничиться своими интересами, это будет не очень справедливо по отношению ко всему остальному человечеству, если масштабно говорить. Потому что сегодня можно сделать вот такой шаг — в принципе решить вопрос загрязнения крупнейших городов, и решить его просто, в два счета. Это очень важно! Если этот кто то будет двигать [проект] вместе с нами, мы будем только рады.

Я помню Москву, когда по городу ездило две с половиной машины и был совершенно другой воздух. Сегодня тяжело — выходишь утром, а вечером у тебя уже пыль на лице. А когда я на мотоцикле ездил по Москве, так у меня вообще черное лицо было после часа поездки.

- То есть сейчас вы не ездите на мотоцикле по Москве?

- Не езжу, потому что достаточно опасно стало ездить.

- А когда вы в Монако ездите на мотоцикле, вы используете свою присадку?

- Да, обязательно! Все мои машины я заправляю [с ней], обязательно

- А кто ещё её использует?

- Пока что – только в нашем узком кругу. Полные, исчерпывающие результаты [испытаний], разрешающие нам предлагать Green Booster всем, мы получили совсем недавно.

Россия > Экология > forbes.ru, 1 июня 2017 > № 2195323 Давид Якобашвили


Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Экология > carnegie.ru, 31 мая 2017 > № 2193188 Константин Ранкс

Пятиэтажки и глобальное потепление. Как реновация связана с экологией Москвы

Константин Ранкс

Хрущевки стоят в среднем 60 лет. Активные изменения климата начались в течение последних 20 лет. Что будет с нынешними новостройками еще через 20–30 лет, когда в полной мере дадут о себе знать залповые осадки, усиление ветров и другие последствия разбалансировки климата, вызванные глобальным потеплением?

История с реновацией в Москве практически мгновенно из хозяйственного вопроса стала политическим, связанным с отношением населения и властей к собственности. Но недавний ураган в Москве, унесший жизни 16 человек, напомнил, что у той истории есть и еще одно измерение – экологическое, о котором сейчас говорят мало, но которое спустя недолгое время может стать для любой власти и для будущих жителей российской столицы большой проблемой.

Формальная логика инициаторов московской реновации почти безупречна – жилые дома ряда серий, возводимых в 50–60-е годы ХХ века, обобщенно именуемые хрущевками, элементарно состарились. Их предлагается снести и на их месте построить новые дома. Жителей убеждают, что им будет только лучше, и, возможно, отцы города верят в это сами. Правда, до сих пор неясно, какой же этажности будут эти новые здания. По разным данным, они могут быть и менее 14, и до 25 этажей.

Однако сомнение вызывает не только практика принятия общественно важных решений до его обсуждения с заинтересованным населением, но и горизонт учета последствий этих решений. Что станет с этими зданиями, микрорайонами, вообще с Москвой через 20, 40, 60 лет, когда этим башням будет столько же, сколько сегодняшним хрущевкам?

Вопрос этот совсем не праздный – недавний ураган еще подтвердил, что изменения климата налицо и их влияние на человека нельзя не учитывать. Скоро перед властями Москвы может встать новая проблема: а что делать с вверенным им городом, не поторопились ли они вытягивать его ввысь, и, возможно, нужно искать другие решения. Тем более что и пресловутый мировой опыт демонстрирует, что в вопросах климата завтра будет хуже, чем вчера. И уж точно сложнее.

Мечта о городе-саде

Уже в конце XIX века в развитых странах мира люди начали ужасаться каменным, прокопченным джунглям индустриальных городов, осознавая необходимость соблюдать баланс между участками застройки и зелеными насаждениями. Тогда родилась концепция «города-сада» британского социального утописта Эбенизера Говарда и финна Конрада Целлиакуса.

Широко воплощать эти идеи стали только в 1950-е годы, после Второй мировой войны. В разных странах степень проработанности проектов была разной – на весь мир прогремел микрорайон Тапиола близ Хельсинки, который долгое время считался образцом совмещения многоэтажной застройки и лесного ландшафта.

В СССР в 1950-е и ранние 1960-е годы не погружались в архитектурные изыски, но тем не менее понимали, что дома должны разделяться площадями газонов и многолетних зеленых насаждений, а в идеале следует сохранять здоровые существующие деревья ценных пород: сосну, дуб, клен. Предполагалось, что люди в таких микрорайонах будут чувствовать себя как на природе, а растительность не только станет услаждать взоры жильцов, но и поглощать пыль, выхлопные газы машин и шум близлежащих дорог.

Мало того, наличие растительности между домами соизмеримой высоты выполняет роль кондиционера воздуха в жаркую погоду. И дело не только в приятной тени – деревья и кустарники выкачивают из грунтов воду, которая испаряется листьями, снижая температуру окружающего воздуха.

Рассчитывать на рост зелени можно только в том случае, если к ней обеспечен доступ солнечного света. А это значит, что высота зданий не должна быть заметно выше крон деревьев. А если выше, то нужно увеличивать пространство между домами. Впрочем, за рост расстояний между зданиями выступали и инженеры, так как это уменьшает нежелательное взаимодействие нагрузок в грунтах под фундаментами. Кстати, помимо прочего, корневая система деревьев откачивает влагу и тем самым способствует сохранению уровня грунтовых вод, что также благоприятно сказывается на устойчивости зданий и подземных коммуникаций.

Идеология взаимодействия человека и природы в конечном счете стала пробиваться и в СССР. В 1972 году в Вильнюсе местными архитекторами и строителями был возведен жилой район Лаздинай, прекрасно вписавшийся в окружающий ландшафт, с сохранением уникальной лесопарковой зоны. За эту работу коллектив создателей получил Ленинскую премию, а микрорайон стал считаться образцом жилищного строительства для других городов Советского Союза.

С годами росла высотность жилых микрорайонов. Сначала это были многоподъездные корабли высотой девять этажей, затем появились и еще более высокие жилые комплексы. И по мере роста их высоты стали обнаруживаться проблемы, о которых ранее не приходилось задумываться.

Ветер в окна

С точки зрения аэродинамики пятиэтажный массив со значительным количеством деревьев сходной высоты – это достаточно однородная поверхность. Скорость ветра между такими домами значительно снижается, все происходит как в лесу: наверху шумит, а внизу – тишина. Однако там, где над землей возвышаются многоэтажные здания, ситуация совершенно другая. Еще на заре высотного строительства, в конце XIX века, стали обращать внимание, что на некоторых улицах, ограниченных многоэтажной застройкой, постоянно возникали мощные потоки воздуха.

Метеорологи также обратили внимание на простой факт: в центре крупных городов в целом было теплее, чем в пригородах. Немного, на считаные градусы, но и этого было достаточно для того, чтобы цветы там распускались раньше. В приморских городах, таких как Нью-Йорк, Амстердам или Петербург, это было заметно меньше, чем в городах материковых, – Берлине, Париже или Москве.

В 1990-е годы на волне глобального роста интереса к проблемам окружающей среды эти явления – локальные ветры и повышенные температуры в районах высотной застройки – стали внимательно изучать, чтобы найти способы ограничить их негативные последствия и понять причины других побочных эффектов – например, роста осадков.

Огромные здания, встающие на пути ветра, как бы разбивают поток на восходящую и нисходящую составляющие. Нисходящие потоки воздуха могут быть очень сильными – настолько, что сбивают людей с ног или даже опрокидывают грузовики, что приводит к человеческим жертвам. Подобная трагедия произошла, например, в 2011 году в Западном Йоркшире, близ 32-этажного здания Bridgewater Place.

Мощные ветровые нагрузки требуют повышать прочность окон, чтобы избежать их разрушения и падения стекол и рам на улицу. Конструкторы чаще всего решают эти проблемы, проектируя глухие, то есть неоткрываемые окна из особо прочного стекла в специальных рамах. В результате воздухообмен в таких зданиях осуществляется только с помощью систем вентиляции.

Но даже если бы такие окна открывались, то далеко не всегда это приносило бы облегчение. Проблема в том, что высокое здание само в солнечный день генерирует мощный поток теплого воздуха, который струится вдоль солнечной стены, увлекая вверх пыль и мелкий мусор.

По этой причине современные архитекторы рекомендуют изыскивать все возможности для создания зеленых зон вокруг таких зданий, используя деревья как пылеуловители. Но исходя из коммерческих соображений, очень часто высотные дома строят так близко друг к другу, что между ними просто не могут нормально развиваться деревья и кустарники, а иногда места вообще нет – все отдано под проезды и парковки.

Но и это только часть грядущих проблем, с которыми столкнуться жители российских (и не только российских) городов. Хрущевки стоят в среднем 60 лет. Активные изменения климата начались в течение последних 20 лет. Что будет с климатом и новостройками через два-три десятилетия, то есть еще при жизни абсолютного большинства читателей этих строк?

Город будущего

Если ученые могут спорить о степени влияния человека на климатические изменения, то с данными самих замеров не поспоришь – глобальное потепление есть, и сильнее всего оно проявляется именно в северных широтах. Важное слово тут – «глобальное», это означает, что локально, в конкретных местах будут периоды и необычного холода, и жары; погода становится все более разбалансированной.

Ливни в декабре и снег в мае, а возможно, и в июне, затем жара, снова похолодания и короткие, но мощные шквалы, экстремальные дожди – вот портрет погоды ближайших десятилетий. В североевропейских странах относятся к этому с большой серьезностью – погодные аномалии стали отмечаться и у них так часто, что сами по себе превращаются в новую норму.

Например, датские специалисты отмечают, что в наших широтах (это и в Копенгагене, и в Риге, и в Москве) увеличивается количество осадков, которые выпадают залповым образом. Это очень большая проблема, поскольку ливневые канализации не рассчитаны на такие мощные потоки. Из-за этого растет вероятность подтоплений улиц и массового затопления подвальных помещений.

Большой вред конструкции зданий несут скачки температуры вокруг нулевой отметки. Кирпич, бетон, камень могут выдержать ограниченное число циклов намокания, замерзания и последующего оттаивания. Кирпич, способный выдержать 50 циклов (марка F50) и более без заметных изменений, используется для отделки внешней части зданий; марок F15, F25 – только для внутренних частей. Бетон в целом более морозостоек, но его разновидности марки F200 и выше весьма дороги.

Поэтому, планируя масштабное переустройство города, необходимо учитывать возможное сокращение срока службы зданий, возведенных по старым технологиям, независимо от того, когда их построили. Датские специалисты, учитывая неопределенность наступающих климатических изменений, вообще не рекомендуют сейчас начинать перестройку и реновацию, потому что мы еще до конца не понимаем, с чем нам придется бороться спустя несколько лет.

К сожалению, деньги могут понадобиться и для других дел. Потребуется создавать новые водоотводы для сохранения автомобильных и железных дорог, мостов и прочих переходов. Растет опасность повышения уровня грунтовых вод, что может привести к потере устойчивости зданий и тоже потребует специальных мероприятий.

Именно потому, что денег не бывает слишком много и процесс климатических изменений уже начался, следует внимательно изучить, какие опасности грозят нам уже в ближайшем будущем. Нужно узнать мнение озеленителей, какие деревья нужно культивировать в городе; мнение геологов, где и как строить; строителей, транспортников и так далее. Спешка в таком масштабном деле недопустима, так как в реальной форс-мажорной ситуации будет просто неясно, как поступить.

Разумеется, надо решать вопрос со старыми, ветшающими жилыми и общественными зданиями. Некоторые из них есть смысл укреплять и реновировать, другие придется расселять. Но, строя новое, нужно понимать, в каких условиях будут жить люди спустя всего лишь пару десятилетий. И объяснить это людям.

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Экология > carnegie.ru, 31 мая 2017 > № 2193188 Константин Ранкс


Казахстан. Ватикан > Внешэкономсвязи, политика. Экология. Электроэнергетика > kapital.kz, 31 мая 2017 > № 2192733 Питер Тарксон

Почему Ватикан — особый гость ЭКСПО

Сможет ли использование «зеленой» энергии восстановить планету и спасти ее от катастрофы

Ватикан принял приглашение поучаствовать в ЭКСПО-2017 в апреле прошлого года. Главная цель участия — продвижение идей общего блага и укрепления положительного отношения общества к «зеленой» энергии. Как выставки ЭКСПО могут улучшить жизни людей? Сможет ли использование «зеленой» энергии восстановить планету и спасти ее от катастрофы? «Капитал.kz» задал эти вопросы Его Высокопреосвященству кардиналу Питеру Тарксону, главному комиссару Святого Престола на ЭКСПО-2017.

— Ватикан регулярно участвовал во Всемирных выставках, начиная с Большой выставки в Лондоне в 1851 году. Обобщая весь прошлый опыт участия в ЭКСПО, что было удачным, а что не получилось?

— Что такое удача и неудача для участника ЭКСПО? Для одних все определяется количеством посетителей павильона. Для других это может быть количество твитов, проданных сувениров, длина очереди напротив павильона и так далее. Я поделюсь некоторым опытом Ватикана, чтобы вы сами сделали вывод. Например, в 1964 году Ватикан передал «Пьету» («Оплакивание Христа» — прим. авт.), знаменитую статую Микеланджело, которая собрала огромную толпу посетителей. В 2015 году Ватикан получил приз за оформление павильона на миланской ЭКСПО от Международного бюро выставок.

Ватикан очень ценит официальное признание, но участие в ЭКСПО обусловлено дополнительными принципами и соображениями. Святой Престол по возможности использовал свои экспонаты и оформление павильона, чтобы создать момент встречи с новыми реалиями и новой культурой для посетителей, чтобы поднять осведомленность о проблемах, создать дискуссию и бросить вызов убеждениям или образу жизни, способствовать новым открытиям и вдохновить посетителей на достижение национального и глобального общего блага, а также взглянуть на проблемы и темы ЭКСПО, которые могут остаться без внимания.

В любом случае для Ватикана ЭКСПО не может быть сведена к хаотичным и ярким выставкам ради развлечения, временным торговым центрам с оригинальной продукцией и так далее. ЭКСПО соединяет людей, напоминая, что человечество — это семья, и мы должны время от времени собираться, чтобы позаботиться об общих нуждах и спланировать свое будущее.

— Как вы думаете, международные выставки на экологические темы меняют что-то в жизни общества?

— Да, всемирные выставки на темы экологии могут поменять многое в жизни общества. Изменение любого рода — это переход: движение от настоящего опыта или состояния вещей к чему-то новому. Но это не всегда означает, что новое качественно лучше старого. Если изменение означает улучшение прежней ситуации и переход к качественно лучшему положению дел, то оно должно быть проработано. ЭКСПО может помочь таким продуманным изменениям. ЭКСПО и ее павильоны всегда стремятся рассказать историю, которая характеризуется инновациями. Эти новшества рассказывают о том, как хороша была бы жизнь, если бы были внедрены новые продукты, новые подходы или пути принятия решений. Поэтому мировые выставки действительно способны менять положение вещей. Но, очевидно, важно поощрять людей к принятию инноваций, а для этого требуется просвещение. И ЭКСПО делает это очень массово и эффективно. Каждый посетитель павильона словно приходит на учебную сессию: он встречается с разными людьми, получает информацию о новых вещах. Посетителям показывают конкретное применение технологий и привлекательные результаты. Если такой процесс обучения на ЭКСПО будет сделан эффективно, то это может многое изменить в жизни общества.

— ЭКСПО-2017 посвящена теме энергии будущего как возможности восстановить экологию Земли. Некоторые ученые считают, что у человечества нет шансов остановить глобальное потепление. Что вы думаете о таких пессимистических прогнозах? Вы верите в будущее планеты?

— Верю ли я в будущее планеты? Конечно, да. Я, как христианин, верю в то, что мир создан любовью Бога, я верю, что судьба планеты определяется не только человеком и его использованием этой планеты, как бы вредно оно ни было. Планета — это общий дом человечества.

Я точно знаю об ученых, которые верят, что изменение климата и глобальное потепление реальны. Но я также знаю нескольких ученых из разных сфер науки, которые стараются повысить осведомленность об экологических угрозах и продвигают изменение образа жизни и наших основных парадигм развития.

«Пессимистичные прогнозы», я думаю, относятся к ученым, которые не видят шансов на предотвращение глобального потепления. Но в действительности это неправда, и я поясню это в заключение моего ответа. Мне кажется, некоторые ученые используют предупреждения, иногда формулируя их в апокалиптичной форме, и призывают людей изменить курс развития, потому что нынешний курс может стать катастрофой. Такие предупреждения звучат также и от религиозных лидеров: от Папы Франциска, Патриарха Варфоломея и от спикеров Исламской конференции в Стамбуле осенью 2015 года.

Патриарх Варфоломей говорит, что человечество «грешит» против созидания. Папа Франциск использует тот же язык и добавляет, что человечество встречает важный кризис, который требует немедленного и согласованного ответа. И все же он оптимистичен в том, что у человеческой семьи есть все необходимое для выхода из кризиса. Поскольку климат — это всеобщее благо, Папа Франциск видит в климатических проблемах глобальный вызов, который требует столь же глобального ответа. Такой глобальный ответ отражен в действиях ООН: организация приняла цели устойчивого развития (ЦУР) на собрании в Аддис-Абебе в июле 2015 года, чтобы найти источник для фондирования ЦУР. Парижская конференция по климату в 2015 году подстегнула нас поддержать следующую парижскую конференцию COP 21 уже в декабре 2015 года, которая приняла обязательства по борьбе с глобальным потеплением. Встреча глав государств в рамках ООН в феврале 2016 закончилась подписанием соглашения COP 21. Последняя встреча COP 22 прошла в Марракеше в ноябре 2016 года. Все эти действия показывают глобальную солидарность и поддержку всеобщего блага, поэтому у человечества есть шанс остановить изменения климата и глобальное потепление.

Казахстан. Ватикан > Внешэкономсвязи, политика. Экология. Электроэнергетика > kapital.kz, 31 мая 2017 > № 2192733 Питер Тарксон


Туркмения. Азия > Экология > camonitor.com, 30 мая 2017 > № 2192749 Нариман Кипшакбаев

Руководство по спасению Арала теперь в руках Ашхабада

Водохозяйственный год, который в Центральной Азии обычно начинается 1 апреля, в этом году начался с опозданием. Поздняя весна называется одной из его основных причин. Руководство в дирекции Международного фонда по спасению Арала, который напрямую влияет на вопросы по распределению воды в регионе, с начала водохозяйственного года переходит Туркменистану. Полномочия председательства в этом фонде на ротационной основе распределяются между президентами стран региона через каждые три года. До прошлого года исполнительную дирекцию фонда возглавлял президент Узбекистана Ислам Каримов. Ранее в фонде дважды председательствовали Казахстан и Узбекистан, Таджикистан и Туркменистан - по одному разу. Директор филиала научно-исследовательского центра Межгосударственной координационной водохозяйственной комиссии Центральной Азии Нариман Кипшакбаев в интервью Азаттыку (казахской службе Радио Азатлык) рассказал о проектах по регулированию водного хозяйства в регионе.

Азаттык: Как начался в этом году водохозяйственный год в Центральной Азии? Есть ли изменения в годовом графике водопользования?

Нариман Кипшакбаев: В этом году весна пришла с опозданием на двадцать дней и ее конец также затягивается. С учетом этого, кажется, что в этом году уровень воды будет неплохим. Воды достаточно в водохранилищах и Сырдарье. Мы также должны учесть, что решение этого вопроса зависит от того, насколько эффективно использует воду каждое из государств Центральной Азии. Для Казахстана самым важным является нижнее течение Сырдарьи в Кызылординской области. Сейчас в этом регионе взялись за требующие много воды новые методы возделывания риса. И если в конце мая рис полностью зальют водой, урожай будет хорошим.

Самая сложная проблема обычно возникает во второй половине лета. Поэтому в ближайшее время состоится очередное заседание Межгосударственной координационной водохозяйственной комиссии по урегулированию графика водопользования в регионе. На этом заседании снова рассмотрят вопросы, связанные с прогнозом погоды и уровнем воды в Сырдарье в этом году. Вместе с тем четыре страны, расположенные по руслу Сырдарьи (Казахстан, Кыргызстан, Узбекистан, Таджикистан) намерены выяснить, каким будет спрос на воду для посевных площадей.

Азаттык: В Узбекистане, который также расположен по руслу Сырдарьи, власть перешла ко второму по счету президенту. Может ли в связи с этим измениться позиция этой страны в отношении проблем с водой?

Нариман Кипшакбаев: Как я заметил, сейчас позиция Узбекистана в отношении водного хозяйства, кажется, изменилась. Новый президент Узбекистана дважды встретился с президентом Казахстана и во время этих встреч поднимал проблемы, связанные с водой. Президент Узбекистана обращает внимание не только на углубление взаимоотношений с другими странами региона по вопросам водопользования, но и углублению двусторонних отношений с Казахстаном. Это очень хорошо. Однако результатов еще нет, тем не менее работа проводится. Узбекистаном и Казахстаном создана двусторонняя комиссия по вопросам воды. До сегодняшнего дня состоялись три заседания этой комиссии. Сейчас стороны готовят конкретные предложения и в ходе следующего заседания вопросы будут обсуждены более конкретно.

В Кызылорде 30-31 мая состоится международный форум по устойчивомуразвитию Арала. В этом мероприятии примут участие представители стран Центральной Азии, ООН, ОБСЕ, Всемирного банка.

Стоит также отметить, что руководство исполнительной дирекцией Международного фонда по спасению Арала перешло от Узбекистана Туркменистану.

С учетом этого можно считать, что открылись новые возможности для урегулирования вопросов по распределению вод Сырдарьи, совершенствованию работы фонда по спасению Арала.

Азаттык: Во время двусторонних встреч главы стран Центральной Азии сейчас часто поднимают вопросы, связанные с Аралом. Какова ситуация с Аралом в этом году?

Нариман Кипшакбаев: Тут скрывать нечего, в последние годы работы поАралу прекратились. Работа встала после того, как три года назад исполнительную дирекцию фонда по спасению Арала возглавил Узбекистан.

Азаттык: Стоит ли ждать положительные изменения от того, что руководство дирекцией перешло к Ашхабаду?

Нариман Кипшакбаев: Здесь есть один вопрос. Казахстан и Узбекистан находятся в бассейне Сырдарьи, поэтому в течение последних трех лет стороны не могли решительно высказывать свои доводы друг другу. Руководство фондом по спасению Арала в этот раз перешло Туркменистану, который расположен в русле Амударьи, то есть эта страна не пользуется водами Сырдарьи. С этой позиции Туркменистан, похоже, смог сказать свое веское слово находящимся в бассейне Сырдарьи Казахстану, Кыргызстану, Узбекистану и Таджикистану. Обычно в годы, когда фондом по спасению Арала правили страны, располагающиеся по руслу одной реки, возникали другие вопросы, которые затем становились предметом торговли. В этой ситуации у Туркменистана полномочия шире.

Азаттык: Расскажите более конкретно о проблемах спасения Арала.

Нариман Кипшакбаев: Ситуацию с Амударьей я знаю не очень хорошо. Однако известно, что в Казахстане, расположенном по нижнему течению Сырдарьи, пусть и неполностью, но выполнены некоторые виды работ. По сравнению с ситуацией в девяностые и двухтысячные годы сейчас произошли ощутимые изменения. Теперь стоит вопрос по их стабилизации и развитию. Во время заседаний, о которых я сказал выше, мы обсудим наши предложения по этому вопросу. Если получится, то совместную работу стран Центральной Азии мы бы хотели показать как эталон сотрудничества в целях решения проблем в странах мира, расположенных по руслу трансграничных рек. Того, что предстоит сделать, больше по сравнению со сделанным. Очевидно одно – в Центральной Азии воды больше не станет, а спрос на воду будет расти с каждым годом и ситуация эта будет только осложняться. В соответствии с этим необходимо вести эффективную работу.

Азаттык: Таджикистан смело продолжил строительство Рогунской ГЭС. Прежде Узбекистан был категорически против ее строительства. Также много спорных моментов связано со стрительством ГЭС Камбар-ата в Кыргызстане. Скажется ли строительство этих ГЭС на эффективности ведения сельского хозяйства?

Нариман Кипшакбаев: Большое количество водохранилищ и плотин было возведено на Сырдарье и Амударье и в советское время. После этого стали возделывать порядка восьми миллионов гектаров орошаемых земель в бассейне этих двух рек. Вся эта работа была проведена в рамках системного проекта. Был утвержден специальный график на 365 дней по использованию гидротехнических объектов для постоянного орошения этих земель. После развала советской власти работа этого графика была нарушена. Я считаю, что для достаточного обеспечения региона водой нужно в конечном счете, как это было в советское время, снова перейти к такому графику. Таджикистану и Кыргызстану не хватает энергии, Узбекистану и Казахстану – воды. Думаю, что прежний график способствовал бы урегулированию этого вопроса.

Азаттык: Спасибо за интервью!

Источник - rus.azathabar.com

Туркмения. Азия > Экология > camonitor.com, 30 мая 2017 > № 2192749 Нариман Кипшакбаев


Россия > Экология > mnr.gov.ru, 22 мая 2017 > № 2187045 Сергей Донской

Сергей Донской: важно привлекать население к охране природных территорий

День биологического разнообразия отмечается во всем мире 22 мая. О том, что ждет нацпарки и заповедники в Год особо охраняемых территорий, совпавший с Годом экологии в России, как сохранить амурских тигров, дать отпор браконьерам и привлечь население к сохранению природы для будущих поколений, в интервью ТАСС рассказал министр природных ресурсов и экологии Сергей Донской.

— Сергей Ефимович, ранее заявлялось, что в этом году в России будут открыты семь новых особо охраняемых природных территорий (ООПТ). Расскажите, как идет эта работа? Какие заповедники и национальные парки уже открыты, а какие еще предстоит открыть?

— В этом году мы отмечаем 100 лет с момента создания первого заповедника в России. Мы взяли на себя особые обязательства: в этом году мы планируем создать семь новых ООПТ. Это два заповедника — «Восток Финского залива» в Ленинградской области и «Васюганский» в Новосибирской и Томской областях — и пять национальных парков: "Ладожские шхеры" (Республика Карелия), "Хибины" (Мурманская область), "Ленские столбы" (Якутия), "Кодар" (Забайкальский край) и "Зигальга" (Челябинская область). Кроме того, планируется открытие еще двух государственных природных заказников: "Новосибирские острова" (Якутия) и "Соловецкий архипелаг" (Архангельская область).

Есть несколько блоков работы: борьба с браконьерством, создание ареалов для проживания животных без влияния человека, создание условий для развития: поддержка кормовой базы, увеличение количества инспекторов на особо охраняемых территориях и наделение их полномочиями

С начала года уже создан один национальный парк в Ульяновской области — "Сенгилеевские горы". Это уникальный природный объект, который за живописность называют "ульяновской Швейцарией". Парк специально создавался для сохранения меловых Сенгилеевских гор, на которых растут реликтовые леса хвойных пород.

Особо охраняемая территория является одной из наиболее эффективных форм охраны природных объектов, на мой взгляд. В заповедниках, с одной стороны, запрещается любая хозяйственная деятельность, а с другой стороны, устанавливается режим поведения для посетителей.

— На днях вы выпустили в заповеднике "Бикин" амурского тигра Владика. Как думаете, ему там понравится? Какие меры по поддержанию биоразнообразия в особых зонах еще принимаете?

— Для всех жителей Владивостока, я думаю, история тигра Владика стала ярким, запоминающимся событием. Как и для тех, кто его выпускал в природу, в том числе для меня. Место, в котором мы выпустили Владика, труднодоступное, и оно специально выбиралось именно таким, чтобы не было людей и, естественно, чтобы никто, с одной стороны, не нарушал ареал обитания тигра, а с другой — не подвергал себя опасности.

Что касается поддержки биоразнообразия, то напомню, что Минприроды ведет Красную книгу, куда заносятся редкие виды. В прошлом году мы разработали проекты стратегий сохранения таких редких видов, как зубр, дзерен, сайгак, стерх, дальневосточный аист, степной орел. В этом году планируем проект по возвращению архара (горный баран) в Забайкалье на базе государственного природного биосферного заповедника "Даурский". Кроме того, в Лазовском государственном природном заповеднике (Приморский край) такой проект будет работать для дальневосточного леопарда в южном Сихотэ-Алине.

Инспекторы в ООПТ должны быть вооружены и иметь все полномочия для выполнения своих функций. Плюс ко всему должны быть легализованы перекрестные полномочия, когда у нас лесники, инспекторы охотничьи и рыбнадзор смогут задерживать, оформлять факты нарушений не только по своему профилю, но и по профилю коллег

В целом же есть несколько блоков работы: борьба с браконьерством, создание соответствующих ареалов для проживания животных без влияния человека на среду обитания, а также создание условий для развития. К примеру, поддержка кормовой базы для развития видов. Кроме того, необходимо увеличить количество инспекторов, в том числе общественных, на особо охраняемых территориях и наделить их полномочиями, чтобы они могли и задерживать, и оформлять документы, и вести административное производство.

— Планируется выдача оружия инспекторам?

— Общественным вряд ли, а что касается штатных инспекторов, да. В федеральных заповедниках и нацпарках есть у сотрудников табельное оружие. Но недавно мы столкнулись с тем, что, оказывается, инспекторы в региональных ООПТ не обладают оружием. Такая недоработка существует.

— Будете ее ликвидировать?

— Обязательно законодательно это надо установить. Мы считаем, что они должны быть вооружены и иметь все полномочия для выполнения своих функций. Плюс ко всему идет работа над легализацией перекрестных полномочий, когда у нас лесники, охотничьи инспектора смогут задерживать, оформлять факты нарушений не только по своему профилю, но и по профилю коллег. Если, например, браконьеры работают в лесу, а Рыбнадзор, находясь на реке, это увидел, они смогут отреагировать. Поручение президента есть, документы готовятся, в этом году мы его должны выполнить.

— Нет ли противоречия: нацпарки и заповедники надо сохранить в первозданном виде, но в то же время увеличить туристический поток в них до 20 млн человек ежегодно?

— Даже еще в СССР, если взять программные документы, которые готовились в 1930–1960-х годах, одним из факторов создания природных охраняемых территорий является не только задача охраны, но и предоставление возможности людям увидеть и посетить природные объекты. Мы считаем, что, если это не стихийный туризм, а именно экологический, мы сможем создать условия, чтобы не нарушать территорию. Экологический туризм позволяет привлекать средства, в том числе для охраны, он дает возможность развивать научную деятельность, инфраструктуру.

Когда мы просто все запрещаем, у нас возникает такое явление, как саботаж со стороны местных жителей. Люди, привыкшие жить в определенных условиях, сопротивляются, когда их размеренный быт нарушается другими правилами присутствия человека в природе, начинают проявлять свой характер, скажем так.

И, конечно, нам очень важно сделать так, чтобы ООПТ имели естественное взаимоотношение с населением, которое там проживает. Для этого жители привлекаются к работе в этих национальных парках и заповедниках, создаются условия для местного населения, чтобы они могли свой промысел вести, не уничтожая природный объект. Самое главное — привлекать население к охране территорий.

Нам очень важно сделать так, чтобы ООПТ имели естественное взаимоотношение с местным населением. Для этого создаются условия для местного населения, чтобы они могли свой промысел вести, не уничтожая природный объект. Самое главное — привлекать население к охране территорий

Кстати, в 2016 году более 10 млн человек посетили федеральные нацпарки и заповедники, что, по сравнению с 2011 годом, больше на 46%.

— Если вернуться к тигру Владику, как за ним будет вестись наблюдение?

— На нем есть ошейник с GPS-модулем, с помощью которого можно наблюдать перемещения, как далеко он уходит, где мигрирует, чтобы понять, как он приживается в этом месте. Важно и отследить, чтобы большая кошка снова не вышла к людям.

— Ошейники с GPS закупаются за рубежом, а нет ли планов по развитию отечественного производства, с датчиками ГЛОНАСС?

— Мы хотим обратиться в Минпромторг, чтобы коллеги рассмотрели возможность как раз создания не только ошейников, но и других атрибутов контроля и слежения за животными через ГЛОНАСС. Также сегодня активно для борьбы с браконьерством используются квадрокоптеры зарубежного производства, а хочется нашего.

— А что касается конфискованных на таможне животных, как вы считаете, пора уходить от практики их уничтожения?

— Уничтожать их нельзя. Готовим поправки в законодательство о создании государственных центров передержки животных.

Беседовала Екатерина Ефимова

Россия > Экология > mnr.gov.ru, 22 мая 2017 > № 2187045 Сергей Донской


Россия > Агропром. Экология > agronews.ru, 20 мая 2017 > № 2353522 Сергей Коршунов

«Мы едим мясо с целым набором антибиотиков». Эксперт — о рационе россиян.

Чем опасно употребление мяса и овощей, выращенных с применением антибиотиков и химикатов, и почему важно развивать органическое сельское хозяйство? Об опасностях и последствиях употребления сельхозпродукции, выращенной на антибиотиках и химикатах, АиФ.ru поговорил с председателем правления Союза органического земледелия Сергеем Коршуновым.

Елена Трегубова, АиФ.ru: Недавно президент Владимир Путин говорил, что производство органической продукции имеет положительное влияние на здоровье населения. Почему важно развивать органическое сельское хозяйство?

Сергей Коршунов: В первую очередь органическое земледелие отличается от традиционного интенсивного земледелия агроэкологией: оно направлено на здоровье почв, экосистем и людей. При его производстве не употребляются пестициды и гербициды, не используются химические средства защиты растений, генномодифицированные гибриды, антибиотики, гормоны роста, пищевые добавки. При этом методе снижается антропогенная нагрузка на окружающий ландшафт, то есть он сохраняет свою идентичность. Это очень важно для потребителей: мы с вами получаем продукцию, которая не содержит потенциально вредных химических веществ, при этом у неё более богатый биологический потенциал.

— Чем опасны для человека химикаты, на которых выращиваются овощи и фрукты?

— В 2011 году воздействие отдельных химических веществ, находящихся в окружающей и производственной среде, обусловило в мировом масштабе 4,9 млн случаев смерти.

Химические вещества, которые применяются в пестицидах и гербицидах, убивают вредные растения и насекомых: это самые настоящие яды! Допустим, фермер работает с ядом, который убивает грызунов в пшенице. Грызуны, как мы знаем, тоже млекопитающие. Разница в том, что грызуна можно убить маленьким количеством яда, человека — большим. Но регулярное потребление продуктов, выращенных с использованием химикатов, имеет накопительный эффект, и со временем у человека снижается иммунитет. Он становится уязвимым для целого букета болезней, включая сердечно-сосудистые, онкологию, аллергию. Сейчас аллергиков (в том числе и в малых городах) гораздо больше, чем было 50 лет назад. Остаточные количества пестицидов могут встречаться практически в любых продуктах: овощах, фруктах, соках, вине, мясе, яйцах, молоке, рыбе и хлебобулочных изделиях.

Ещё одна опасная для здоровья вещь — это потенциальные канцерогены. Почему потенциальные? Потому что одни исследования говорят, что они являются канцерогенами, а другие — нет. В любом случае на длинном горизонте потребление их небезопасно. Даже при потреблении в небольших дозах эти вещества накапливаются в организме и впоследствии могут способствовать возникновению опухолей.

— Как понять, можно ли отравиться той или иной продукцией?

— Если хозяйство ведёт свою деятельность в соответствии с законодательством, все технологические параметры соблюдаются, то продукцией интенсивного сельского хозяйства вы отравиться не сможете, за исключением каких-то случаев индивидуальных аллергических реакций. Это бывает с овощами, которые вбирают в себя много влаги. Например, с дынями или арбузами, где количество влаги приближается к 95-97%. Также ягоды и огурцы вбирают в себя огромное количество азота из почвы. Он образуется там и превращается в нитраты. И эти нитраты мы с вами потребляем. А по каким-то другим овощным культурам, например, по картошке, такого нет. Там тоже может быть превышение ПДК по разным химическим элементам, но всё-таки не настолько сильное.

Россия > Агропром. Экология > agronews.ru, 20 мая 2017 > № 2353522 Сергей Коршунов


Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Экология > rosbalt.ru, 19 мая 2017 > № 2179831 Алла Ярошинская

Битва под Москвой

Уникальному природному заказнику «Крылатские холмы» грозит застройка, а двоим из группы жителей, пришедших обсудить его судьбу с депутатом Госдумы, — административный арест.

В природной оправе Москвы настоящим бриллиантом всегда были уникальные своеобразным рельефом и чрезвычайно живописным ландшафтом Крылатские холмы, расположенные, как следует из «Энциклопедического справочника», на северо-западном выступе Теплостанской возвышенности, на склонах правого берега Москвы-реки, прорезанных тремя крупными овражно-балочными системами — Каменной Клетвой (памятник природы с 1987), Каменными Заразами и Татаровским оврагом. Их площадь — 175 гектаров. Холмы славятся также двумя родниками, один из которых считается чудотворным (памятник природы с 1987 г.) - по преданиям, в начале XIX века здесь была найдена икона Божией Матери «Рудненская». Рядом на высоком холме парит церковь Рождества Богородицы, второй половины XIX века. Но главная природная достопримечательность экочуда — суходольные луга со своеобразным растительным и животным миром, являющиеся памятником природы (с 1991 г.).

На Крылатских холмах встречаются редчайшие лесные травы, в том числе особо охраняемые в Москве. Обитают здесь крот, заяц-русак, черный хорек, ласка, множество птиц (коростель, полевой жаворонок, жёлтая трясогузка, луговой чекан и др.). Разнообразны насекомые, среди которых есть шмели, занесенные в Красную книгу. Всего же здесь встречается более 360 видов сосудистых растений, обитает более 60 видов наземных позвоночных животных. В общем, такая себе уникальная природная мастерская, в которой нога человека должна ступать бережно и аккуратно. Чтобы не навредить.

В начале 1990-х это место получило официальное название ландшафтного парка «Крылатские холмы» и было взято под государственную охрану. Позже постановлением правительства Москвы парк вошел в особо-охраняемую природную территорию (ООПТ), имеющую «особое природоохранное, научное, культурное, эстетическое, рекреационное и оздоровительное значение», под названием «Москворецкий». Для таких территорий устанавливается специальный режим охраны. О хозяйственной деятельности в их пределах никакой речи быть не может. Это запрещено российским законом.

Однако, как известно, у нас закон писан не всем. Однажды, проснувшись поутру, жители района с интересом узнали о том, что депутаты муниципального округа Крылатское вкупе с государственным природоохранным бюджетным управлением (ГПБУ) «Мосприрода» решили их безоговорочно осчастливить. Сногсшибательная новость заключалась в том, что «Мосприрода» заявила о намерениях развернуть на заповедной, по сути, территории Крылатских холмов бурную деятельность «по комплексному благоустройству» — воплотить в жизнь проект «Этномир».

Парк 300-летия рвут на куски

В первом же приближении оказалось, что проект со звучным названием больше смахивает на бизнес-план. Судите сами: «Этномир» предлагает построить на природоохранной территории несколько объемных и прочих сооружений: экопавильон, эколекторий, музей «Русский дом», административное здание, две трансформаторные подстанции, десять модульных туалетов, 12 беседок, в том числе в виде домиков, летнюю сцену, девять входных ворот высотой до 4,4 метра, две дополнительные детские площадки и т. д. Предлагается также парковка на 37 автомобилей и даже - «уличное освещение». Ну и в довесок — еще 17 торговых павильонов. (Районные депутаты, одобрившие это, загадочно называют их НТО — нестационарные торговые объекты). Общая площадь застройки уникальной природной территории составит 1665,6 кв. м. Плотность ее впечатляет. Нетрудно представить, сколько коммуникаций нужно проложить для этого хозяйства. Цена вопроса, кстати, указанная на инвестиционном портале Москвы, — более 93 млн рублей налогоплательщиков. То есть, по сути разрушить уникальную экосистему предлагается за наши же деньги.

Однако жители Крылатского оказались на редкость неблагодарными и не оценили весь размах предлагаемого «банкета». Вначале они организовались в инициативную группу под названием «Спасем Крылатские Холмы», а в процессе битвы — и вовсе создали одноименное региональное движение. Случилось это, в том числе, и после того, как местные чиновники и районные депутаты вместо того, чтобы провести с людьми открытый и честный диалог, стали всячески тормозить их интерес к проекту, лукавить и затушевывать очевидные факты.

«Несколько раз, — рассказали мне жители Крылатского, — мы официально обращались с просьбой о проведении митинга о судьбе нашего уникального места отдыха, но разрешения так и не получили. При этом даже обжаловали отказ в суде, но и он нас не поддержал. И вот когда, наконец, собрались на встречу с депутатом Госдумы, то оказались еще и без вины виноватыми. Тут же появилась полиция и стала забирать особо активных». В такое трудно было поверить. Однако все оказалось так.

На небольшой площадке 23 апреля с. г. в Крылатском собралось неожиданно много народа — развешанные по району объявления с портретом депутата Госдумы Валерия Рашкина приглашали на встречу. В них указывалось: «В рамках Года экологии будут обсуждаться вопросы сохранения парка „Москворецкий“ на Крылатских холмах». Как видим, никакой политики, одна экология. Однако получилось, как по картине Репина «Не ждали» — вместо депутата к мирному собранию жителей прибыла полиция. И стала предлагать гражданам разойтись. При этом акцентируя, что митинг незаконный, потому что встреча с депутатом не согласована с властями.

Так как по закону на самом деле никаких согласований для встречи депутатов с избирателями не нужно, то народ разойтись отказался. Рашкина не было, ситуация стала накаляться. Наконец, вместо него появился другой депутат Госдумы — Владимир Поздняков, которого полиция попросила призвать граждан разойтись. Избранник, как свидетельствуют присутствовавшие на встрече люди, обратился к собравшимся коротко и ясно: Рашкин в срочной командировке, а вы подавайте письменные заявления депутатам«. Жители начали скандировать „Позор!“ и расходиться не стали, заявив, что просто гуляют в сквере. Имеют право? Имеют.

Но у полиции было другое мнение. И самых активных, озвучивающих по ходу гуляний ну страшно „крамольными“ мысли — „Если мы не спасем наш парк, то кто?“ и „Мы гуляем“, — стражи порядка стали задерживать. Среди доставленных в участок оказались трое: Сергей Игнатьев, приехавший из Санкт-Петербурга в гости, Денис Парусов и Эдуард Зиновьев (кажись, не хватало там только Троцкого с Каменевым). Всем им стали вменять две статьи Административного кодекса РФ — 19.3 (неповиновение полиции) и ч. 5 ст. 20.2 (участие в незаконном митинге). Игнатьева удалось „отбить“ сразу — оказалось, что он член избирательной комиссии с правом решающего голоса, и не может быть подвергнут административным наказаниям, налагаемым в судебном порядке без согласия прокурора субъекта федерации. А Парусов с Зиновьевым приятно провели в ОВД выходной день — до восьми вечера. Стараниями защитника Валентина Карелина их ожидаемое задержание на 48 часов не состоялось — говоря юридическим языком, ему удалось добиться „снятия обеспечительной меры в виде задержания“.

Назначенный на 25 апреля с. г. суд над посмевшими воспользоваться конституционными гарантиями по защите своих экологических прав тоже перенесли на месяц — безо всяких объяснений. Состоится он буквально на днях. По первой статье (неповиновение полиции) им грозит до 15 суток ареста, по второй (участие в незаконном митинге) — от 10 до 20 тысяч рублей штрафа.

А что же депутат, который назначил встречу и не пришел? Что депутат, который пришел по просьбе коллеги, и действо разворачивалось на его глазах? По логике, они должны были бы вступиться за избирателей, которые пострадали, придя на объявленную избранником встречу. Но, похоже, депутаты — ничего. Хотя на глазах у Позднякова на сцену вышел сотрудник полиции и стал убеждать всех, что встреча не согласована, значит, незаконна, и потребовал разойтись. Избранник от КПРФ и не пытался опровергнуть эту неправду. Ведь по закону депутат не должен подавать никаких уведомлений о встрече. Согласно части 2 ст. 8 ФЗ № 3 „О статусе члена Совета Федерации и депутата Государственной думы“ депутат вправе проводить встречу без всяких согласований с властями. И под закон № 54 о митингах она не подпадает. А вот чтобы подпадала, пятого апреля в Госдуме приняли в первом чтении законопроект № 92912-7, обязывающий депутатов за неделю извещать власти о своих встречах. Пока он рассмотрен только в первом чтении и, понятно, не имеет силы закона.

„Я подал в комиссию Госдумы по вопросам депутатской этики заявление о лишении статуса депутата Владимира Георгиевича Позднякова, — говорит юрист Валентин Карелин, — за то, как он повел себя на встрече с избирателями Крылатского 23 апреля сего года. Это не так смешно, как может показаться, потому что постановлением от 27 декабря 2012 г. № 43-П (о лишении мандата Гудкова-старшего) Конституционный суд открыл ящик Пандоры, указав, что за любую деятельность, несовместимую со званием депутата, его можно лишать статуса, даже если закон конкретно за это оснований не предусматривает (абзац 1 пункта 3.4). В то же время в части первой ст. 8 Федерального закона № 3 ‚О статусе депутата‘ четко сказано, что депутат обязан поддерживать связь с избирателями. Открыв встречу, но не объявив о ее завершении, он, по сути, оставил их беззащитными перед полицией. Вместо того, чтобы защищать избирателей, которые пришли на встречу с депутатом, он тихо удалился“. И это подтверждается видеоматериалам и свидетельствами ее участников. Карелин не сомневается, что получит отказ. „Но отказ даст мне возможность, — говорит он, — пройти все суды, дойти до Конституционного, и переспросить: ‚А так можно поступать депутатам с избирателями?‘.

Между тем региональное движение ‚Спасем Крылатские Холмы‘ обратилось с жалобами от жителей района (собрали около 20 тысяч подписей и их прибывает) на действия властей и депутатов, поддержавших проект ‚Этномир‘, в разные инстанции — от Государственной и Московской дум до прокуратуры Москвы. Однако оперативно среагировала только Федеральная антимонопольная служба. Своим решением от 12 мая с. г. она приостановила торги по конкурсу ‚на право заключения договора на реализацию предварительного проекта комплексного обустройства природной и озелененной территории ПИП (природно-исторического парка — А.Я.) ‚Москворецкий‘ в районе Крылатское“. То есть, продвижение проекта „Этномир“ от „Мосприроды“, поддержанного районными депутатами (редкие, видать, защитники интересов избирателей), приостановлено. Впрочем, на момент написания статьи на сайте инвестиционного портала Москвы все пребывает в прежнем виде. Никаких сообщений о приостановке торгов там не наблюдается.

Из последних новостей — движение „Спасем Крылатские Холмы“ вновь подало заявку на проведение акции 27 мая с.г. День согласован, но по месту пока идут переговоры. Как сообщают граждане в Сетях, „нас хотят сбросить на негодную площадку, а мы хотим достойное место“.

Печально, что все это происходит в свободной России, которая стараниями особо чутких флюгеров все больше становится похожа в сфере гражданских свобод на СССР. Все это мы проходили, по крайней мере, лет 30-35 назад. И не думали тогда, после падения КПСС и коммунистической империи, что когда-нибудь нас снова будут разгонять, да еще и на встрече с депутатом Госдумы, и судить всего лишь за мирную попытку защитить свое право жить в здоровой экологической среде. Да еще и в объявленный президентом Год экологии. Если такое происходит в Москве, то чего ожидать в провинции? Горько, обидно и стыдно.

Алла Ярошинская, к.ф.н, эколог, жительница Крылатского

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Экология > rosbalt.ru, 19 мая 2017 > № 2179831 Алла Ярошинская


Россия. ДФО > Образование, наука. Экология > ras.ru, 16 мая 2017 > № 2175691 Евгений Гордеев

Академик Гордеев: «Руководство страны не знает, для чего нужна наука»

Известный вулканолог — о том, почему российским ученым помогает НАТО, а не «Сколково»?

Академик РАН Евгений Гордеев — один из самых известных вулканологов в России и мире. С 2004 года он возглавляет камчатский Институт вулканологии и сейсмологии — единственное в стране научное учреждение подобного профиля. Однако будущее института, как и всей российской науки, ученый оценивает весьма скептически.

Справка «Новой»

Евгений Гордеев

— родился 25 ноября 1948 в селе Пономаревка Оренбургской области. На Камчатке с 1972 года. Третий академик РАН за всю историю полуострова (до него высшего научного звания в ХVIII веке был удостоен этнограф Степан Крашенинников, а в ХХ веке — сейсмолог Сергей Федотов). Автор и соавтор более 150 публикаций, в том числе 7 монографий. Преподавал в университетах Италии и Японии.

Странные вещи

— Евгений Ильич, я предложил вам записать интервью о науке и вулканах, но вы сказали, что все равно придется говорить о политике. Почему?

— Потому что проблемы развития науки и технологий в России часто связаны именно с политикой. Руководство нашей страны, похоже, до сих пор четко не представляет, для чего же нужна наука? В Советском Союзе многие проекты возникали на фоне противостояния с Западом. Развитие атомных технологий, космоса были нацелены на создание новых типов вооружений. К сожалению, и сегодня в стране искусственно создают такую атмосферу, будто вокруг находятся враги, которые хотят непременно на нас напасть. Это очень печально, потому что на самом деле все, конечно, не так. А обстановка, на мой взгляд, нагнетается, чтобы отвлечь население от других проблем.

— В советские годы противостояние с Западом, о котором вы говорите, давало и определенный эффект: космические и атомные технологии успешно развивались…

— В то время на фундаментальные исследования страна выделяла 5% средств от общего финансирования науки. 95% шло на решение прикладных научных задач — в министерства, ведомства, «почтовые ящики». Подобная схема не была идеальной, но она все-таки поддерживала развитие фундаментальной науки. Сегодня этого нет. Более того, происходят довольно странные вещи. Страна вроде бы повернулась к рынку. А рынок — это конкуренция, при которой, по идее, должны создаваться более дешевые образцы различной продукции. Однако в России это правило не работает по одной простой причине — воруют. Деньги, которые идут на грандиозные стройки, типа космодрома Восточный, постоянно куда-то исчезают.

— Фундаментальную науку сегодня финансируют хуже, чем это было во времена СССР?

— Намного хуже. У нас в институте, например, деньги в основном тратятся на коммунальные услуги, потому что мы вынуждены платить за электроэнергию, воду, вывоз мусора — за все, что касается существования здания, где мы работаем. И худо-бедно остается на зарплату. Вот две статьи, на которые уходит институтский бюджет. На оборудование, полевые работы, исследования денег нам не дают… К примеру, недавно на Камчатке начал извергаться вулкан Камбальный. СМИ сообщали, что это произошло неожиданно. Хотя в реальности учет возможности извержения существовал. Раньше в подобной ситуации на вулкан отправили бы экспедицию, чтобы организовать наблюдения. А сегодня, не имея средств, мы даже не могли туда улететь.

— По телевизору много говорят об инновационном центре «Сколково», о госкорпорации «Роснано». Они, как сообщается, должны стимулировать развитие новых технологий и помогать науке. Помогают?

— Я с этими организациями не сталкивался, но мне известно, что в них тратятся серьезные деньги. Выгоды от этого, насколько я понимаю, пока нет. Впрочем, есть оправдание: вложения в высокие технологии окупаются не быстро. Ждем.

— Прочитав накануне интервью вашу биографию, я с удивлением обнаружил, что вы, в свое время, получили грант НАТО.

— Это так.

— На какие цели он был предоставлен?

— На проведение исследований сейсмичности в центральной Италии, где часто происходят землетрясения. В принципе, ничего удивительного в этом гранте нет. В России представляют НАТО в качестве исключительно военной, агрессивной структуры, хотя альянс ведет множество гуманитарных и научных программ.

Одна большая проблема

— На Камчатке сегодня можно заниматься наукой на высоком уровне?

— Мы же занимаемся. Наши ученые признаны коллегами из США, Японии, Франции, Италии. Их статьи печатаются в лучших зарубежных научных изданиях.

— В свое время костяк института вулканологии составляли выпускники МГУ. Почему сегодня они не едут на Камчатку?

— Да, мы посчитали, что у нас работало примерно 160 выпускников Московского государственного университета. Сегодня мы тоже стараемся кого-то привлечь, но есть большая проблема — отсутствие жилья для сотрудников. Денег, чтобы приобрести квартиру за свой счет, у молодых ученых нет. В Москве у специалистов базовая зарплата выше, чем на Камчатке — даже со всеми нашими северными коэффициентами.

— Сколько у вас в институте зарабатывает, например, кандидат наук?

— Молодой сотрудник — 30-40 тысяч рублей в месяц, руководитель — 60-70 тысяч.

— Доходы руководителей сопоставимы с зарплатами сержантов в камчатской полиции.

— Это не удивительно. В России традиционно, в первую очередь, поддерживали силовые структуры.

Лучше строить, чем прогнозировать

— В Википедии сообщается, что вам удалось предсказать ряд землетрясений. Где они происходили?

— Здесь, на Камчатке, в районе Шипунского полуострова. Когда там произошло землетрясение с магнитудой около 7, мы зафиксировали определенные аномалии в химическом составе подземных вод. Потом в этом же месте произошло еще два события, которые имели такие же аномалии. По ним мы и сделали прогноз.

— За какое время до начала землетрясения вы его спрогнозировали?

— Где-то за месяц-полтора. Раньше работы по прогнозу сейсмособытий велись очень активно. Но сейчас интерес к ним уменьшается, потому что результатов немного. В Японии, например, пришли к выводу, что эффективнее не предсказывать сейсмособытия, а надежно строить здания. Так сегодня действуют и в Америке… Дело в том, что неоправдавшийся краткосрочный прогноз может нанести больший ущерб, чем само землетрясение. На некоторых территориях уже сталкивались с подобными явлениями. После объявления прогноза уменьшалась деловая активность, начинался отток населения, люди паниковали, снижалась производительность их труда. В результате, возникало больше социальных проблем, чем могло принести землетрясение, которое еще не факт, что случится.

— Как вы оцениваете состояние Петропавловска-Камчатского, учитывая, что город построен в сейсмоопасной зоне?

— Стабильное состояние. Камчатка находится в лучшем положении, чем многие другие регионы. Люди, здесь живущие, знают, что такое землетрясения, неоднократно их ощущали. Подобные события, как правило, не вызывают паники. Хуже в тех местах, где землетрясение — редкость. Там действительно бывает много неожиданностей.

— В Москве, например, которую несколько лет назад немного потрясло…

— Нет, в Москве никогда ничего серьезного не произойдет. Я говорю про Китай, Турцию, Иран. Землетрясение там может случиться один раз в несколько сотен лет. Люди со временем забывают об этом и строят не очень крепкие сооружения, которые, условно говоря, через 300 лет опять разваливаются...

— Землетрясения зависят от деятельности вулканов?

— Вулканы и землетрясения связаны опосредованно. Это просто явления одного гигантского процесса. Он называется — субдукция тектонических плит. Под дном Тихого океана находится твердая поверхность, кора, толщиной 5-7 километров. Есть другая плита, материковая, толщиной 35-40 километров, на которой расположена Евразия. Тихоокеанская плита поддвигается под евразийскую со скоростью 8 сантиметров в год. Из-за этих подвижек в местах соприкосновения плит нарастает напряжение, периодически в земной коре происходят разломы, которые и вызывают землетрясения в районе Камчатки, Курил, Японского архипелага.

Движение плит является также и причиной извержений. Магму, раскаленный жидкий расплав, выдавливает с глубины 100-110 километров, и она изливается на поверхность земли через вулканические кратеры. Однако извержения не являются причиной мощных тектонических землетрясений.

— Можно ли искусственно вызвать извержение?

— Это исключено. Процессы происходят на глубине до 100 километров. Мы туда не проникнем и ничего не сможем сделать.

Петропавловск-Камчатский

Россия. ДФО > Образование, наука. Экология > ras.ru, 16 мая 2017 > № 2175691 Евгений Гордеев


Россия > Экология > ecolife.ru, 14 мая 2017 > № 2214649 Роман Вильфанд

Роман Вильфанд: "Число природных катаклизмов уверенно растёт"

Погода уже который день преподносит сюрпризы — и зачастую неприятные. В части регионов за почти летними температурами пришли холода со снегом, кто-то тонет в паводковых водах, а где-то уже горят леса.

В чём причина таких катаклизмов, а также почему они от года к году будут происходить всё чаще, рассказывает директор Гидрометцентра России Роман Вильфанд.

Апрель последовал за июлем

Юлия Тутина, «АиФ»: Роман Менделевич, май нас просто потряс температурными катаклизмами — не успели шорты натянуть, как пора шубы обратно вытаскивать. В чём причина таких погодных неприятностей?

Роман Вильфанд: Да, ситуация в ряде регионов нетривиальная. Я вам больше скажу — несколько дней назад в Томской области на одной половине территории свирепствовали лесные пожары, а другая тонула в вешних водах. А в Красноярском крае перепад суточной температуры составил чуть не 20 градусов. Днём люди ещё в лёгких рубашках щеголяли, а следующим утром разгребали от снега личные автомобили. Метель после летнего тепла разыгралась в Новосибирске, Кемерове, Барнауле. Резкий перепад температур вслед за Сибирью произошёл в Центральной России.

Здесь в первых числах мая температура была выше нормы аж на 15 градусов. Погода стояла характерная для конца июля, а затем пришли холодные воздушные массы, температура стала ниже нормальной — и оказалось, что по климатическим нормам мы вернулись в начало апреля. Вот такой фортель выкинула погода.

Резкий градиент температуры (направление её увеличения. — Ред.) характерен именно для весны. Подобные перепады для мая нормальны, хотя, конечно, бывают далеко не каждый год. Нельзя сказать с уверенностью, но можно предположить, что это не последний такой скачок нынешней весны.

— Лето ещё не наступило, а леса уже полыхают. Откуда огонь?

— Да, уже в апреле пожары зарегистрированы сразу в нескольких регионах. Сейчас, к счастью, большая часть потушена, но основная причина возникновения огня — антропогенная. Сколько бы ни объясняли экологи, что сожжённая прошлогодняя трава вовсе не становится источником ценного удобрения в виде золы, всегда найдётся кто-нибудь , кто вспомнит об этом «отличном дедовском методе» и приведёт его в действие.

— Вы упомянули о подтоплениях. А каков прогноз половодья в этом году?

— Благодаря слаженным дейст­виям многих структур — от МЧС до местных властей, — несмотря на сложный прогноз по половодью 2017 г., больших проблем пока удаётся избежать. В европейской части страны пик половодья уже позади, в азиатской оно пока идёт в штатном режиме. Согласно прогнозам, высокий уровень опасности подтоплений сохраняется на нескольких сибирских реках. Половодье может ещё накрыть Алтай, Туву, Хакасию, а также Новосибирскую, Кемеровскую и Томскую области. Обычно основные подтопления характерны для первой волны половодья. Особенностью этого года является прогнозируемый более высокий уровень во второй волне. Будем надеяться, грамотная работа людей позволит избежать больших ЧП.

— Катаклизмы не скажутся на урожае?

— Пока угрозы нет. Озимые, а это 45% посадок, перезимовали хорошо. Они были высажены в высоковлажную почву, которую обеспечили обильные дожди конца лета и осени. Затем выпавший во многих регионах раньше времени снег обеспечил их сохранность. Нигде вымерзания не было. Так же как почти нигде не было выпревания, характерного для избыточно тёплой и снежной зимы. Пока большой угрозы нет и в отношении яровых.

Глобальная жара

— А в чём основная причина такого большого количества природных катаклизмов? Глобальное потепление?

— Предполагаю, да! Посмотрите вокруг — в Европе, так же как и у нас, неожиданно выпал снег, а в Китае, наоборот, вдруг установилась жара, не характерная для мая. Если говорить в целом, то число природных катаклизмов медленно, но уверенно растёт. Образно говоря, в среднем по больнице у всех температура нормальная, вот только число пациентов с экстремально низкой или, наоборот, зашкаливающей высокой температурой неуклонно растёт. В среднем за последние годы число ЧП, связанных с природными причинами, возрастает на 5% каждые 10 лет.

— Страшно. Но, возможно, их просто стали лучше считать?

— Такая точка зрения существует. Действительно, с развитием спутников, компьютеров, Интернета мы научились выявлять катаклизмы, которые происходят в океане и до берега, к счастью, просто не добираются. Но уповать только на статистическую погрешность человечеству не стоит. Надо понимать: антропогенная деятельность приводит к не самым благоприятным последствиям.

Хотелось бы быть оптимистами, но, согласно докладу Межправительственной группы экс­пертов по изменению климата (МГЭИК) — самого профессионального и неангажированного объединения учёных, — причина потепления климата связана с увеличением в воздухе углекислого газа СО2, который производится промышленностью. По их прогнозу, дальнейшее потепление климата неизбежно и связано оно с человеком. А значит, и число природных ЧП будет всё так же неуклонно расти.

— Так что же человечество в целом и Россия в частности могут противопоставить угрозе?

— Наша страна, хотя и не всегда получает поддержку остальных стран, предпринимает важные меры, направленные на решение этой проблемы. Согласно указу президента Путина, к 2020 г. выбросы в нашей стране должны быть снижены на 25% по сравнению с 1990 г. Предполагаю, какие-то меры предпримут и другие развитые страны. К сожалению, иная позиция у развивающихся стран, в первую очередь у Китая, Индии, Бразилии, на долю которых приходится до 50% всех вредных выбросов. Их логика такова: экология важна, но сперва мы должны догнать развитые страны. При этом, даже если всё-таки человечество договорится о спасении планеты, глобальное потепление в одно мгновение не остановить. Оно будет нарастать ещё десятки лет, столько же, сколько будет воздействовать на атмосферу чрезвычайно стойкое соединение СО2.

— Какое лето ожидается?

— Как и каждый год, нигде не обойдётся без периодов похолоданий или избытка осадков. Тем не менее, если взять период с июня по сентябрь, то, согласно предварительным данным, нас ждут температуры несколько выше нормы, а осадков по сравнению с прошлым годом будет меньше. Так что в целом лето ожидается достаточно благоприятное — тёплое и не слишком дождливое.

Роман Вильфанд. Родился в 1948 г. в Киеве. Окончил географический факультет МГУ им. Ломоносова (кафедра метеорологии и климатологии). Доктор технических наук, заслуженный метеоролог Российской Федерации. С 2001 г. возглавляет Гидрометцентр России.

Россия > Экология > ecolife.ru, 14 мая 2017 > № 2214649 Роман Вильфанд


Россия. ЦФО > Экология. Недвижимость, строительство > mos.ru, 12 мая 2017 > № 2172511 Константин Ишханян

Константин Ишханян: Для мониторинга ливневки используем роботов

Генеральный директор ГУП «Мосводосток» — о ремонте и реконструкции ливневой канализации в столице.

В этом году в столице пройдет ремонт дождевой канализации по 250 адресам. Генеральный директор ГУП «Мосводосток» Константин Ишханян рассказал в интервью mos.ru, каким образом проводилась реконструкция ливневки по программе «Моя улица», кто такие марсоходы ливневой канализации и зачем они нужны. Он также сообщил, как будут работать городские службы в дни летних дождей.

— Константин Рафаэлович, сколько ливневой канализации в городе должны реконструировать в этом году в целом по городу?

— Согласно общему годовому плану ГУП «Мосводосток», в 2017-м мы должны провести плановый ремонт по 250 адресам. Из них 119 — те проблемные места, где в прошлые годы неоднократно фиксировались подтопления. Перечень работ включает реконструкцию водостоков и развитие сети со строительством новых участков там, где это необходимо.

Вся ливневая канализация Москвы имеет протяженность более 7,7 тысячи километров.

Ливневка — это не только те решетки для стока воды, которые горожане видят на дорогах. Это разветвленная и обширная система отведения воды. Есть водосточные трубы, диаметр которых достигает четырех метров, а есть трубы диаметром 20 сантиметров. Для каждой части ливневой канализации существуют свои методы очистки, мониторинга состояния и ремонта. Например, речные коллекторы, в которых текут московские малые реки, сотрудники обходят, чистят и ремонтируют зимой. Именно в холодное время года там понижается уровень воды и люди могут работать внутри труб.

Технику для промывки и ремонта в зимнее время не применяют, ее можно задействовать лишь при температуре не ниже минус семи градусов. Поэтому в трубах малого диаметра, где работы возможны только с помощью техники, сезон промывки и реконструкции наступает с приходом теплой погоды и продолжается до первых морозов.

— Как узнают, где нужен ремонт, а где — санация? Как оценивают состояние ливневки?

— Как я уже сказал, в больших трубах, диаметром до четырех метров, мониторинг проводят люди. А что касается водосточных труб малого диаметра, то здесь мы прибегаем к помощи роботов.

По узким трубам проезжают небольшие устройства на колесах, оснащенные подсветкой и видеокамерами, которые могут поворачиваться на 360 градусов. Их можно назвать марсоходами столичной ливневой канализации. Они дают видеоизображение из тех мест, куда невозможно попасть человеку.

Впервые такого робота мы применили в 2004 году, и результат был положительным. Но одного робота недостаточно для 7,7 тысячи километров ливневой канализации. Постепенно парк роботов-телеинспекторов рос. С этого года в нашем распоряжении находится уже пять таких аппаратов. За каждым из них закреплена передвижная лаборатория, она же пункт наблюдения. Это машина с экраном и местом для сотрудника, который дистанционно управляет роботом, спущенным под землю, и отслеживает видеотрансляцию. Сотрудник фиксирует все повреждения труб, которые увидел робот. В машине можно зарядить аккумуляторы робота или подключить его к питанию от сети. Если робот работает от сети, за ним по трубе тянется кабель на 70–100 метров. Телеинспекцию ведут, например, когда нужно оценить небольшой отрезок ливневки.

— Ливневую канализацию на улицах, где идет благоустройство, тоже оценивали с помощью роботов?

— Предварительная оценка состояния труб — это самая первая и важнейшая задача в нашей работе. Основную часть дождевой канализации на территориях программы «Моя улица» этого года мы исследовали с помощью роботов.

— Исправна ли ливневая канализация на улицах, благоустроенных в прошлом году? В аварийных случаях ее будут ремонтировать без разрытий?

— Сеть на уже благоустроенных улицах абсолютно исправна и находится в рабочем состоянии. Ремонт при возникновении аварий мы сможем проводить только закрытым методом, поэтому никаких новых траншей на уже благоустроенных улицах не будет.

— Вы рассказали, что в планах ремонта на этот год есть 119 адресов, где были подтопления. Что это за участки, как их выявили?

— По результатам аналитики подтоплений и скоплений воды, проведенной за последние годы, был установлен перечень из 119 первоочередных проблемных адресов. В основном это участки на улично-дорожной сети, в меньшей степени — дворовые территории.

Чаще всего причины скопления воды там связаны с отсутствием водосточной сети или недостаточной пропускной способностью существующей.

Приведу несколько примеров проблемных точек, где нам предстоит работать. На небольшом отрезке Хохловского переулка подтопления возникают из-за пониженного рельефа местности и малой пропускной способности существующей ливневой канализации. А на участке улицы 1905 года вода периодически скапливается из-за отсутствия ливневки. По этой же причине скопления воды образуются на участках Москворецкой набережной, Южнопортовой улицы, на пересечении Каспийской улицы с Кантемировской. Чаще всего с проблемными адресами мы сталкиваемся в Центральном, Восточном и Юго-Восточном округах. Меньше всего мест, где возникают подтопления, расположено на юге и западе города, а также в Зеленограде.

В ГУП «Мосводосток» имеется список из 198 пониженных мест, где вероятен риск возникновения скоплений воды при дождях средней и высокой интенсивности. К 119 первоочередным адресам попало еще 46 адресов из этого списка пониженных мест, после выполнения строительных работ перечень проблемных пониженных мест будет значительно сокращен.

Мы постоянно ведем мониторинг подтоплений, информация поступает от наших бригад, также о подтоплениях сообщают горожане на горячую линию. В первую очередь мы проводим работы там, где подтопления могут повлиять на работу транспортной сети города, — точках на маршрутах движения общественного транспорта, местах вблизи остановок автобусов, троллейбусов и трамваев.

Прошлым летом, в августе, был зафиксирован дождь, который побил все рекорды за последние 140 лет. За несколько часов выпало 120 процентов месячной нормы осадков. Соответственно, скопления воды появлялись чаще и были масштабнее. Мы извлекли уроки из прошлогоднего опыта и основательно подготовились к грядущему сезону дождей.

— И как же город подготовился к будущим ливням?

— Во-первых, был завершен сезонный комплекс регламентных эксплуатационных работ по очистке, ремонту и подготовке трубопроводов к паводковому и летнему сезону. С берегов открытых русел рек был убран мусор, который мог попасть в ливневую канализацию с талой водой. Во-вторых, мы разработали регламент взаимодействия по совместной работе по предотвращению подтоплений в комплексе городского хозяйства города с привлечением городских и районных коммунальных служб, таких как ГБУ «Жилищник», ГБУ «Гормост», а также ГБУ «Автомобильные дороги» и АО «Мосоводоканал», окружных и районных администраций.

Круглосуточно будут работать более 350 наших аварийных бригад (более 1000 сотрудников. — Прим. mos.ru), оснащенных 250 единицами техники, в том числе специализированной и откачивающей. Дополнительно будут привлечены 2800 работников городских и районных коммунальных служб.

Бригады смогут не только в кратчайшие сроки выезжать по вызовам. Перед ливнем они будут заранее приезжать на дежурство в те места, где есть риск скопления воды. Кстати, хотел бы напомнить, что москвичи могут сообщать о подтоплениях на улицах города круглосуточно по номеру 8 (495) 657-87-03. Убежден, что наша совместная работа поможет городу преодолеть любые, даже самые неприятные проявления стихии.

— Константин Рафаэлович, в апреле в Москве начались работы по программе «Моя улица». Расскажите, как приводят в порядок ливневую канализацию?

— Мы заранее приводим ливневку в порядок, еще до старта масштабного благоустройства, чтобы не мешать строителям. Эти работы проводятся одними из первых. В этом году реконструкция ливневой канализации прошла по 22 адресам, попадающим в программу «Моя улица», в основном это улицы в центре города (помимо реконструкции ливневой канализации, на всех территориях, вошедших в программу «Моя улица», проложат новые участки ливневки. Эти работы ведет Департамент капитального ремонта. — Прим. mos.ru).

Наши работы были проведены в том числе на улицах Валовой, Коровий Вал, Земляной Вал, Садово-Черногрязской, Чистопрудном, Петровском и Сретенском бульварах, то есть на Садовом и Бульварном кольце.

— А какие технологии применялись?

— Есть два метода обновления дождевой канализации — открытый и закрытый. Первый предусматривает разрытие грунта. Такой метод более затратный и длительный. Однако его не избежать, когда старые коммуникации сильно повреждены или практически разрушены и нуждаются в полной замене. Сначала выкапываются траншеи, затем удаляются участки разрушенных труб, прокладываются новые трубы — современные и более прочные.

В условиях плотной застройки, особенно в историческом центре города, обновление изношенных сетей открытым траншейным методом зачастую провести невозможно. Под землей, рядом с ливневкой, проходит множество других коммуникаций. Есть риск их повредить, если раскапывать глубокие траншеи. Поэтому в центре города мы применяем в основном закрытый, бестраншейный метод.

— В чем состоит бестраншейный метод, какие у него преимущества?

— Существует два основных закрытых метода реконструкции водостока. Первый метод связан с сохранением старой трубы и протаскиванием внутри нее нового полимерного стеклопластикового рукава (санация полимерным рукавом). При полимеризации стеклопластиковый рукав плотно примыкает к стенкам старого трубопровода, образуя внутри новую пластиковую трубу.

Второй способ связан с разрушением старой трубы и протаскиванием на ее месте новой пластиковой водосточной трубы. В начале участка строительства монтируют стартовый котлован, а в конце — приемный котлован. В котлован помещается специальное оборудование для бестраншейной прокладки, и по трассе старой трубы прокладывают новую.

Если при санации мы не можем увеличить диаметр труб ливневой канализации, то при бестраншейной прокладке при необходимости прокладываем трубы большего диаметра.

Закрытый метод надежен, технологичен и экономичен. Мы не делаем масштабных разрытий грунта. А это значит, что нет и влияния на другие коммуникации. Кроме того, такие работы не приведут к перекрытию улиц и ограничению движения транспорта. Реконструкция ливневки не наносит ущерба уже сделанным работам по благоустройству, не может повредить газоны, деревья и кустарники.

— Какой эффект дают эти работы?

— Прежде всего, после санации или бестраншейной замены на 20–30 процентов увеличивается пропускная способность ливневой канализации, вода начинает проходить значительно быстрее. Из 22 участков водосточной сети, попавших в программу «Моя улица», на 17 была сделана санация и только на пяти — ремонт с полной заменой труб.

В Москве многие водостоки были проложены еще в 50–60-е годы XX века. Они находятся в удовлетворительном состоянии, но на внутренней поверхности труб за годы эксплуатации появились шероховатости и трещины, которые мешают быстрому проходу дождевой воды. После санации все эти трещины устраняются, а шероховатости сглаживаются. Бестраншейная прокладка и вовсе позволяет проложить трубы большего диаметра, заменить разрушенные и нефункциональные части ливневки на новые — прочные и с большей пропускной способностью.

Я бы хотел отметить, что ливневая канализация города находится в исправном состоянии, большая ее часть нуждается лишь в поддержке и укреплении, но не в полной замене. В историческом центре Москвы есть действующие участки ливневки, которые были проложены еще в начале прошлого столетия. Они функциональны до сих пор благодаря правильной эксплуатации и своевременной санации. К слову, один из самых старых действующих участков ливневой канализации находится в переулке Александра Невского. Этот участок был проложен еще в 1902 году.

По программе «Моя улица» в этом году, с учетом масштабных работ, будет установлено несколько сотен дополнительных ливневых решеток

— Константин Рафаэлович, а на благоустроенных по программе «Моя улица» городских территориях появится больше ливневых решеток?

— Неправильно думать, что чем больше ливневых решеток на улице, тем быстрее уходит дождевая вода, тем лучше работает водосточная система. Это не так. Ливневые решетки ставят с учетом нормативов, рельефа территорий, водосборной площади и уклона дороги.

Решетки располагают в самых оптимальных точках, куда во время дождя или таяния снега стекается вода. Иногда действительно требуется перенести решетку или поставить дополнительную. Но такие работы не нужны на всех территориях, где идет благоустройство. По программе «Моя улица» в этом году, с учетом масштабных работ, будет установлено несколько сотен дополнительных ливневых решеток.

— Иногда строители некачественно выполняют работы, что нарушает функционирование ливневой канализации. Как будет контролироваться этот вопрос?

— При проектировании работ по благоустройству улиц мы выдаем свои технические требования. Затем просматриваем сами проекты и следим, чтобы все наши замечания были учтены. После завершения благоустройства улиц мы оцениваем результаты. Если обнаружим нарушения, то обяжем подрядчиков все переделать, в случае необходимости — восстановить ливневые решетки.

Россия. ЦФО > Экология. Недвижимость, строительство > mos.ru, 12 мая 2017 > № 2172511 Константин Ишханян


Россия. СЗФО > Леспром. Экология > bumprom.ru, 2 мая 2017 > № 2692732 Дэвид Хант

Исполнительный директор ЗАО «Интернешнл Пейпер» Дэвид Хант рассказал о производстве, экологии и социальной программе

В 2017 году Светогорский целлюлозно-бумажный комбинат празднует своё 130-летие. В преддверии юбилея корреспондент «ВВ» встретился с исполнительным директором ЗАО «Интернешнл Пейпер» Дэвидом Хантом.

Стратегия определяет работу

- Каким выдался для комбината 2016 год?

- Прежде всего, я хотел бы сказать о том, что в International Paper есть стратегическая основа, которая определяет всю нашу работу. Она называется «Движение вперёд – Путь IP». «Движение вперёд – Путь IP» определяет, как мы идём вперёд и превосходим свои возможности, не просто делая правильные шаги, а создавая ценность для наших партнеров и всех заинтересованных сторон.

«Движение вперёд – Путь IP» состоит из пяти стратегических драйверов, которые были разработаны для того, чтобы мы смогли достигать поставленных целей, принимать решения и расставлять приоритеты в работе. Эти драйверы следующие: Придерживаемся принципов Устойчивого Лесопользования, Инвестируем в ЛЮДЕЙ, Улучшаем состояние ПЛАНЕТЫ, Создаем инновационные ПРОДУКТЫ и Достигаем высоких РЕЗУЛЬТАТОВ

В соответствии со стратегическим драйвером «Достигаем высоких Результатов» мы создаём долгосрочную ценность для всех заинтересованных сторон и партнёров, занимая лидирующие позиции в перспективных сегментах рынка целлюлозно-бумажной продукции. Наши производства безопасны, эффективны и расположены в непосредственной близости к возобновляемым ресурсам.

Прошлый год был хорошим годом для нас, и мы достигли весомых положительных результатов благодаря слаженной работе наших основных подразделений. В 2016 году на светогорском комбинате было достигнуто 85 производственных рекордов в разных областях, включая энергетику/регенерацию, листорезы, производство целлюлозы. Благодаря инициативам персонала бумагоделательной машины № 1 выход сортовой продукции в 2016 увеличился до 91,9 процента по сравнению с 91,6 процента годом ранее – за счёт снижения потерь картона.

Особенно приятно отметить, что в минувшем году у нас не было ни единого несчастного случая или травм на производстве. 16 марта 2017 года мы отметили полный год без регистрируемых несчастных случаев. Все сотрудники внесли свой вклад и должны гордиться тем, что в течение 365 дней на предприятии мы отработали более 2 миллионов 800 тысяч рабочих часов безопасно. Безопасность – ключевая ценность в нашей жизни и на рабочем месте.

В социалку Светогорска вложено 9,5 миллиона долларов

- «Интернешнл Пейпер» традиционно много внимания уделяет социальной политике.

- Да, как раз недавно мы подвели итоги трёхлетней социальной программы. Инвестиции в её реализацию в 2014-2016 годах составили 75 миллионов рублей, за это время мы провели масштабные преобразования, включая ремонт и закупку оборудования для учебных, детских и социальных учреждений муниципального образования «Светогорское городское поселение».

Всего же за последние 19 лет, с момента приобретения IP Светогорского ЦБК, компания осуществила крупномасштабные инвестиции в социальные программы, нацеленные на развитие инфраструктуры в Светогорске, положительное воздействие на жизнь его жителей, общей стоимостью свыше 9 с половиной миллионов долларов. Если говорить конкретно, то реализация социальных проектов IP ведётся на системной основе и в нескольких направлениях. Это долгосрочная социальная программа; благотворительные проекты; волонтёрская деятельность.

Наши проекты в социальной сфере реализуются в соответствии со стратегическим драйвером «Инвестируем в ЛЮДЕЙ». Мы реализуем долгосрочную инвестиционную стратегию, направленную на повышение уровня жизни наших сотрудников и защиту их интересов. Мы используем нашу продукцию, ресурсы и вовлекаем коллег в работу, направленную на решение жизненно важных задач в обществе.

Наши социальные проекты нацелены на развитие в сфере образования, детских учреждений, здравоохранения, а также на поддержку учреждений культуры и спорта. В 2016 году были реализованы следующие проекты в Светогорске: завершающий этап реконструкции детского сада №1 (бывший «Изюминка»), включающий ремонт помещений, установку веранд и приобретение нового оборудования. Ремонтные работы в учебных учреждениях Светогорска и посёлка Лесогорский. Ремонтные работы в Центре социального обслуживания населения «Добро пожаловать».

IP оказывает регулярную помощь Светогорскому совету ветеранов, городскому обществу инвалидов в организации праздничных мероприятий. Традиционно компания безвозмездно передаёт офисную бумагу детским, учебным и социальным учреждениям Светогорского муниципального образования. Волонтёры ЗАО «Интернешнл Пейпер» на регулярной основе проводят социально-экологические акции в городе, в учебных и детских учреждениях муниципалитета, проводят уборку и благоустройство территорий, посадку деревьев и декоративного кустарников. Это лишь небольшая часть добрых дел, организуемых волонтёрами.

В декабре 2016 года мы провели десятый по счёту «День семьи», в рамках которого наши коллеги могут пригласить своих близких на комбинат и рассказать про свою работу.

Унтерниска станет чище

- Также традиционно IP придаёт серьёзное значение экологии.

- В соответствии со стратегическим драйвером «Улучшаем состояние ПЛАНЕТЫ» мы решаем сложнейшие задачи в нашей цепочке создания ценностей, сокращаем воздействие на окружающую среду и содействуем долгосрочному устойчивому развитию природных ресурсов. Напомню, что 2017 год объявлен «Годом экологии» в России, и IP реализовывает проекты в этой сфере, продолжая регулярные инициативы с момента прихода компании в Россию в 1998 году.

На этот год запланирована реализаций капитальных проектов по направлениям «Целлюлоза», «Энергетика», «Бумага», в том числе два капитальных проекта, направленных на улучшение состояния атмосферного воздуха в городе. Один из них нацелен на снижение выбросов серосодержащих веществ путем предварительной дополнительной очистки дурнопахнущих газов перед их сжиганием в известерегенерационных печах.

Второй проект позволяет снизить выбросы, так называемые испарения от сточных вод. Проект подразумевает перевод конденсатов из системы канализации с прямой подачей в систему преаэрации для окисления (разложения) летучих серосодержащих веществ. Также отмечу проект по улучшению систем трубопроводов сточных вод с целью исключения сброса неочищенных сточных вод в реку Унтерниска.

В 2017 году мы также планируем провести наш второй круглый стол по вопросам экологии. Первый был организован в июле 2016 года, где IP Россия представила подробную презентацию о результатах проведения экологических инициатив, а также дальнейшие планы по минимизации негативного воздействия на окружающую среду и повышению качества жизни жителей города и сотрудников комбината. Круглый стол был высоко оценен заинтересованными сторонами в регионе.

Приятно, что санитарно-промышленная лаборатория (СПЛ) IP вошла в пятёрку аналогичных подразделений, показавших наиболее высокую точность результатов среди 427 лабораторий по всей России, выполняющих анализы различных типов вод, почв и сточных вод.

В 2016 году мы реализовали экологическую инициативу под эгидой «Нашим рекам и озёрам – чистые берега» в рамках федеральной экологической акции «Вода России». В ходе волонтёрского мероприятия была проведена очистка берега реки Вуоксы и близлежащей территории — в общей сложности собрано более 7 тонн мусора. В акции приняли участие 60 человек: жители Светогорска, сотрудники и партнёры компании, волонтёры, а также студенты и преподаватели Светогорского политехнического колледжа.

В октябре 2016 года мы провели второй по счету экологический форум для наших сотрудников на территории ЦБК, в котором приняли участие свыше 120 человек. Форум носил образовательный характер и был нацелен на обучение ответственному отношению к окружающей среде, «зелёным принципам» как на работе, так и дома. В этом году мы планируем провести третий форум для сотрудников. Также в течение года будут проведены экологические акции с участием сотрудников и волонтёров ЦБК и жителей города.

Суд устранил разночтения

- В различных источниках широко обсуждалась ситуация с возмещением IP расходов по арендной плате за земельные участки, на которых расположен комбинат. Прокомментируйте, пожалуйста, эту историю.

- Судом были устранены многочисленные разночтения, возникшие в правовых документах несколько лет назад. В настоящее время совместно с представителями Правительства Ленинградской обрасти и Выборгской районной администрации согласовываются возможные варианты разрешения данной ситуации. Соглашение будет подписано после принятия совместного и устраивающего все стороны решения вопроса.

Выборгские ведомости

Россия. СЗФО > Леспром. Экология > bumprom.ru, 2 мая 2017 > № 2692732 Дэвид Хант


Россия. СФО > Экология > kremlin.ru, 2 мая 2017 > № 2160827 Владимир Пучков

Совещание по вопросам ликвидации последствий пожаров в Сибири.

Владимир Путин провёл совещание по вопросам ликвидации последствий природных пожаров в Сибирском федеральном округе. Совещание состоялось в режиме видеоконференции.

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги!

Мы с вами знаем, что, к сожалению, в Сибирском федеральном округе произошли пожары – пострадали социальные объекты, жилые дома. Не в первый раз мы сталкиваемся, к сожалению, с такими ситуациями.

Просил бы руководителей регионов, муниципалитетов ещё раз обратить внимание на то, что происходит у нас с пожароопасностью в подобных ситуациях и в этом месяце, в это время года.

Но сейчас не об этом. Сейчас поговорим о том, что делается. Знаю, что все вы работаете. Всё-таки хотел бы от вас напрямую услышать, что делается для того, чтобы ситуацию взять под контроль, чтобы людям помочь, и что вы считаете наиболее важным на данный момент, какие планы и какие перспективы решения возникших проблем. Начнём с МЧС.

Пожалуйста, слово Министру.

Просил бы руководителей регионов, муниципалитетов ещё раз обратить внимание на то, что происходит у нас с пожароопасностью.

В.Пучков: Глубокоуважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые участники совещания!

В соответствии с решением оперативного совещания Совета Безопасности от 17 марта 2017 года МЧС России совместно с федеральными структурами и регионами нашей страны осуществляет комплекс дополнительных мер по защите населённых пунктов и социальной инфраструктуры от природных пожаров с учётом прогноза развития ситуации.

Наиболее сложная обстановка складывается в регионах Сибири, поэтому с 28 апреля 2017 года решением правительственной комиссии во всех регионах введён режим чрезвычайной ситуации. В 51 субъекте Российской Федерации действует особый противопожарный режим.

Благодаря совместным действиям в сложной ситуации удалось отстоять 283 населённых пунктов, более 200 тысяч объектов, жилых домов и других важных объектов.

К сожалению, в связи со сложными погодными условиями и высокой скоростью ветра из-за несоблюдения мер пожарной безопасности и перехода природных пожаров на жилые постройки пострадали жилые дома, объекты социальной инфраструктуры в Бурятии, в Иркутской области, а также в ряде других регионов нашей страны.

Благодаря совместным действиям не допущена гибель людей. Оперативно эвакуировано более 490 человек. Приняты все необходимые решения на местах.

Товарищ Президент Российской Федерации! В соответствии с Вашими поручениями рабочая группа правительственной комиссии с выездом на место быстро и оперативно организовала выполнение дополнительных мероприятий по размещению пострадавших, доставке в населённые пункты грузов гуманитарной помощи и адресной конкретной помощи и поддержке каждого пострадавшего и всех семей. Особое внимание уделено детям и людям пожилого возраста.

В настоящее время федеральные структуры приняли все необходимые решения, и людям оказывается оперативная поддержка по оформлению утерянных документов, оказывается адресная необходимая помощь. На местах работают сводные группы под эгидой Минстроя, которые готовят предложения по восстановлению жилья.

Подготовлено решение Правительства Российской Федерации о выделении материальной помощи пострадавшим – по 10 тысяч рублей каждому, выплате компенсаций за утрату имущества – по 100 тысяч рублей каждому. Подготовлено решение об оплате содержания пострадавших в пунктах временного размещения, и осуществляется целый ряд других задач на местах.

В настоящее время с учётом прогноза развития ситуации и погоды усилена группировка сил РСЧС до 135 тысяч человек и 28 тысяч единиц техники. Дополнительно переброшена тяжёлая авиация МЧС России, Министерства обороны и Росгвардии, которая по заявкам руководителей субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления выполняет задачи по тушению пожаров и недопущению распространения природных и лесных пожаров на населённые пункты. Энергично работают сводные манёвренные группы и другие структуры на местах.

В целях выполнения всех мероприятий, которые требуют координации деятельности федеральных структур, субъектов Российской Федерации, поддержки органов местного самоуправления, работает Национальный центр управления в кризисных ситуациях МЧС России, соответствующие центры управления на местах. Все необходимые мероприятия предпринимаются.

Глубокоуважаемый Владимир Владимирович! Органы управления и силы Единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций продолжают выполнять возложенные задачи по защите населённых пунктов и социальной инфраструктуры от природных пожаров с учётом прогноза развития ситуации в регионах нашей страны.

В целях обеспечения безопасности в период празднования Дня Победы в отношении всех объектов, где будут проводиться соответствующие мероприятия, в населённых пунктах развёрнуты дополнительные группировки сил, работают мобильные группы управления, осуществляется целый комплекс мероприятий по оказанию помощи и поддержки людям.

Доклад закончил.

В.Путин: Спасибо.

Сергей Георгиевич Левченко, пожалуйста. Иркутская область, Саянск.

С.Левченко: Здравствуйте, уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Действительно, в конце апреля у нас была очень высокая температура, более чем на 10 градусов превышающая средние температуры, и шквалистый ветер – больше 20 метров в секунду. В пяти районах Иркутской области сгорели дома и социальные объекты.

В порядке убывания скажу: Киренский район, деревня Бубновка, где проживало 435 человек, – сгорело 59 домов. В настоящее время все эти люди расселены в пунктах временного размещения, в том числе и дети, которые ходят в школы в посёлке и в городе Киренск, районном центре.

Мы находимся в городе Саянск, – здесь сгорела часть 118-квартирного дома, сгорела крыша, девять квартир сгорели полностью, остальные сгорели частично. Аларский район, деревня Вершина – сгорело восемь домов, 17 человек [пострадали]. В годе Черемхово – три дома, восемь человек пострадали. И деревня Первое Мая – два дома, [пострадали] четыре человека. Это всё, что произошло за период конца апреля.

В настоящее время идёт оформление документов и тех, у кого утеряны документы, сгорели, и тех, кто имеет документы на местах, для того чтобы получить необходимую компенсацию и решить вопрос с переселением из тех домов, которые сгорели.

Если говорить о Киренске – мы спланировали закончить строительство двух пятиэтажных домов, где требуется в общей сложности 170 миллионов рублей для того, чтобы до конца сентября закончить эти дома и переселить людей.

Есть ещё третий вариант для этих людей. Мы будем выделять земельные участки и в соответствии с нашим законом 125 кубометров пиломатериала для того, чтобы они могли построиться.

В Саянске, где мы находимся, задача, чтобы в мае мы отремонтировали крышу полностью для того, чтобы дожди не заливали, и затем до конца сентября отремонтировать те сгоревшие квартиры, которые сегодня обследуются.

По всем идёт оформление документов. Решили, чтобы не ждать окончания, по 10–15 человек, отдельными распоряжениями с завтрашнего дня будут выделяться те деньги, о которых говорил Владимир Андреевич: 100 тысяч на человека в случае полной утраты имущества и 50 тысяч, если частичная утрата; работают психологи.

В настоящий момент вопросов, которые мы не могли бы решить, нет.

В.Путин: Хорошо. Спасибо.

Сергей Георгиевич упомянул о деревне Вершина. У нас на экран она тоже выведена.

А.Щепотя: Глава сельского поселения Андрей Анатольевич Щепотя.

В.Путин: Андрей Анатольевич, пожалуйста, скажите пару слов о том, как оцениваете ситуацию. Что произошло и каковы потребности для вашего населённого пункта? Что Вы считаете наиболее оптимальным, что нужно сделать для того, чтобы людям помочь?

А.Щепотя: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Пал травы пришёл с пустыря в 12 часов дня. Части населения не было на месте, и получилось так, что сгорело восемь домов. Психологическая помощь оказана, все расселены по родственникам, помощь нам обещает оказать губернатор Иркутской области и район. Такая помощь будет оказана и Правительством Российской Федерации.

В.Путин: Конечно, будет.

Вы с людьми напрямую общайтесь, поддержите их, а федеральные органы и областные сделают всё, чтобы в кратчайшие сроки восстановить то, что утрачено.

Вы считаете, что дома должны быть построены именно в Вашем населённом пункте, в деревне, или люди хотят оттуда куда-то уехать?

А.Щепотя: Им предложение поступало – в районный центр, центр сельского поселения, но население отказалось: хотят жить и строиться в деревне Вершина.

В.Путин: Хорошо, так и сделаем.

Пожалуйста.

А.Цыденов: Уважаемый Владимир Владимирович! Докладываю: 28 апреля в 15:35 местного времени был замечен пожар – возгорание в районе населённого пункта Черёмушки. На место немедленно были вызваны местная добровольная пожарная дружина и местная пожарная часть.

В связи с высокой температурой воздуха, 27 градусов, и ветром, порывами до 30 метров в секунду, огонь удержать не удалось, он перекинулся на жилые строения. Была вызвана подмога МЧС из Улан-Удэ, в итоге тушили 81 человек и 20 единиц техники, в том числе самолёт «Ил-76» сбросил 42 тонны воды.

Сгорели 21 строение, из них 17 домов, в том числе семь домов постоянного проживания, всего пострадало порядка 40 человек. В домах постоянного проживания проживало 14 человек. Погибших и раненых нет, сейчас все люди размещены, вопросов по размещению нет.

Восстанавливаются документы, 10 тысяч рублей материальной помощи сегодня уже всем выплатили по факту, медицинские полисы сегодня восстановили. Четыре паспорта сгорели – временные удостоверения личности уже выдали, паспорта сейчас оформляются.

Население Улан-Удэ проявило инициативу – собирают помощь для пострадавших: предметы первой необходимости, продукты питания. Сейчас уже две партии раздали, оформляем документы на восстановление жилья. Местные жители хотят восстанавливаться именно здесь, чтобы дома были построены. Получать деньгами расчёт не намерены, просят восстановить жильё на месте.

В целом по республике сейчас ситуация по пожарам стабильная: из 24 пожаров осталось пять. На завтра прогнозируется полная ликвидация всех пожаров. Надеемся, что так и будет.

Доклад закончил. Спасибо.

Знаю, что и в Бурятии, и в Иркутской области люди инициативно, очень быстро отреагировали на эти события и делают всё для того, чтобы помочь пострадавшим.

В.Путин: Сейчас Алексей Самбуевич сказал по поводу того, как наши граждане откликнулись на беду, с которой столкнулись наши соотечественники в результате пожаров. Хотел бы от себя тоже поблагодарить всех наших граждан, кто так оперативно, тепло, душевно откликнулся на это печальное событие, на эти пожары.

Знаю, что и в Бурятии, и в Иркутской области люди инициативно, очень быстро отреагировали на эти события и делают всё для того, чтобы помочь пострадавшим. Но рассчитываю на то, что не только рядовые граждане, но и все органы власти, которые по долгу службы должны соответствующим образом отреагировать, сделают это профессионально и на высоком уровне.

Хочу обратить внимание и Алексея Самбуевича, и Сергея Георгиевича: для вас это тоже определённая проверка на компетентность, на дееспособность. Надеюсь на то, что все планы, которые были мне и ранее доложены и сейчас, будут реализованы в срок и с высоким качеством.

И исхожу из того, что МЧС предпримет все необходимые меры с целью предотвращения распространения пожаров в Сибири – собственно говоря, не только в Сибири, но и в других пожароопасных регионах страны.

Сейчас нет необходимости вам там мешать, но я на места обязательно приеду, посмотрю, как идут работы по восстановлению.

Всего вам доброго, желаю вам удачи. Всего хорошего, до свидания.

Россия. СФО > Экология > kremlin.ru, 2 мая 2017 > № 2160827 Владимир Пучков


Аргентина. США. Корея. Весь мир. РФ > СМИ, ИТ. Транспорт. Экология > forbes.ru, 29 апреля 2017 > № 2158610 Александр Данилин

Доступная «цифра»: так ли дорого сделать город «умным»

Александр Данилин

Руководитель направления стратегических проектов Департамента по работе с государственными организациями Microsoft, реководитель инициативы CityNext («Город будущего»)

Затраты на создание основ «умного города» сопоставимы с вложениями в IT-стартап

Машины без водителя, дроны и другие инновации городской среды будущего постоянно обсуждаются как на крупных бизнес форумах, так и в социальных сетях. В этом нет ничего удивительного, ведь в тех городах по всему миру, где уже пошли по пути диджитализации, на порядок вырос уровень жизни.

В российских реалиях, например, очень бы пригодилась система Street Bump, работающая в Бостоне. Она получает информацию о каждой выбоине на дороге с датчиков, установленных на колесах автомобилей, и отправляет ее в коммунальные службы. Только за один год работы программы количество ям на дорогах уменьшилось почти вдвое. В Амстердаме раздельным сбором мусора занимаются роботы-уборщики, в Нью-Йорке каждый житель обеспечен бесплатным доступом в интернет в общественных местах. «Умные системы» помогают бороться с пробками, управлять общественным транспортом, экономить на уличном освещении и даже решать экологические проблемы.

Эксперты видят в повсеместной цифровизации жилой и транспортной инфраструктуры один из фундаментальных трендов развития этой сферы. Предполагается, что в предстоящие годы основные инвестиции властей в IT будут направлены именно на «умные города и регионы». Отдача от этих вложений — это экономия ресурсов и безопасность. В долгосрочной перспективе городские инновации обещают устойчивое экономическое развитие и повышение качества жизни миллионов людей. Возникает вопрос: во сколько же обойдется такой проект?

Совсем недорого

«Сколько стоит создание IT-систем умного города?» — это, безусловно, вопрос инвестиций в перспективе на многие годы вперед. Тем ни менее, можно попробовать дать приблизительную оценку созданию основ «умного города».

Межамериканский банк развития (Inter-American Development Bank) в 2016 году опубликовал доклад «Дорога к умным городам» («The Road toward Smart Cities»), где подсчитал затраты на создание базовых компонентов «умной инфраструктуры» для гипотетического города с населением в 250 000 -500 000 человек. В рассматриваемый проект было заложено развертывание 600 км оптоволокна (50 км магистральных каналов и 550 км «последней мили»), установка камер видеонаблюдения, датчиков и компьютеров, создание ряда прикладных систем и базы данных, строительство ситуационного центра и обучение служащих. Всего к системе должно было быть подключено около 100 административных и муниципальных зданий. В результате оценка предполагаемых вложений составила $20-30 млн, что сопоставимо, например, с инвестициями в перспективный коммерческий IT-стартап.

Если аппроксимировать эти цифры на 100 крупнейших городов России, то затраты составят $3-4,6 млрд без учета инвестиций в цифровые технологии на уровне регионов, со стороны бизнеса и т.д. Получается, что речь идет не о таких уж космических суммах, как могло бы показаться на первый взгляд.

Что уже создано?

Существует множество примеров использования «умных решений» в традиционных городах по всему миру. В частности, в Барселоне, Сан-Франциско, Милтон-Кинсе (Великобритания), Сингапуре и т.д. А в Южной Корее недавно появился Сонгдо — первый «умный город», целиком и полностью построенный с нуля.

Со стороны бизнеса игроками этого рынка являются большинство глобальных технологических корпораций и телекоммуникационных операторов. Совместно с городским администрациям они выстраивают «умные системы» с использованием интернета вещей (IoT), облачных технологий и анализа больших данных.

Но нельзя быть сапожником без сапог. К примеру, мы построили кластер в Редмонде (штат Вашингтон, США), занимающий площадь примерно в 20 га и включающий в себя 145 зданий, можно назвать «умного города будущего». Для его создания использованы возможности интернета вещей и разработала программную платформу ESB (Energy-Smart Buildings) для анализа данных. Причем речь идет не только о показателях с измерительных приборов, но и о другой корпоративной статистике, даже прогнозы погоды. ESB получает данные от зданий кампуса, в которых установлено 550 000 датчиков, снимающих информацию о 2 млн параметров состояния инженерного оборудования. Это дает около 500 млн отсчетов ежедневно. Собранная информация концентрируется в операционном центре, где она представляется в формате интерактивных графических панелей, отчетов и пр. Облачные сервисы обеспечивают хранение и обработку этих данных в реальном времени. Решение, по нашей статистике, позволяет устранять 48% проблем в течение всего 60 секунд, а годовая экономия электроэнергии составляет 10-11%, за счет чего весь проект окупил себя в течение 18 месяцев.

Цифры и факты

Городские власти чаще всего подходят к цифровизации поэтапно, проходя путь от одного «умного здания» до целых систем, обеспечивающих инновационный подход к решению ежедневных проблем населения.

Например, SAP работает в Буэнос-Айресе одновременно по трем проектам. Система предсказания наводнений компании анализирует информацию, поступающую в онлайн режиме с датчиков, установленных на 1500 км водосточных труб аргентинской столицы. На основе получаемых данных и статистики прошлых лет формируется прогноз вероятности чрезвычайных происшествий. Кроме того, в случае неполадок в канализации ремонтные службы получают информацию о них в режиме реального времени. Совместно с Philips, благодаря которой 91 000 фонарей города теперь оснащена светодиодами и подключена к интернету, SAP создал систему, позволяющую экономить электричество при освещении улиц и своевременно менять выходящие из строя лампы. В планах SAP также оснастить 2 000 коммерческих мусорных баков датчиками для отслеживания их наполненности. Это позволит оптимизировать маршруты мусоровозов, а значит сократить расходы на топливо и разгрузить магистрали Буэнос-Айреса.

«Умные решения» для различных видов транспорта очень часто являются предметом первой необходимости для городов. В этой сфере уже реализована масса проектов по всему миру. К примеру, автобусная компания Хельсинки — Helsingin Bussiliikenne Oy использует IoT облачные сервисы для сбора информации с датчиков, установленных в автобусах. Решение, в частности, контролирует характер вождения, включая такие параметры как скорость и необходимость экстренного торможения. Эта информация предоставляется водителям для повышения качества их работы. Данные датчиков о потреблении топлива, температуре двигателей позволяют идентифицировать автобусы, в которых возникают те или иные механические проблемы. Это позволило на 5% сократить потребление горючего, повысить производительность труда водителей и увеличить степень удовлетворенности пассажиров на 7%.

Другое решение для «умных городов» в партнерстве с IBM создала компания Streetline. Через мобильное приложение оно оповещает городские власти Лос-Анджелеса и обычных жителей о наличии свободных парковочных мест в той или иной зоне. Сервис помогает сократить загрузку парковок в пиковые часы на 22% и уменьшить общий объем трафика на дорогах на 8%.

Энергоэффективность также является неотъемлемой частью «умного города». Компания Current, объединившая активы General Electric (GE) в этой сфере, разработала интеллектуальное светодиодное решение для третьего по величине в континентальном Китае города Тяньцзинь. Оно позволило уменьшить затраты на уличное освещение его бизнес центра более чем на 50%. Внедрение платформы компании Philips — Philips CityTouch и модернизация 50 000 фонарей с помощью светодиодов помогло Семарангу, входящему в пятерку крупнейших городов Индонезии, сократить операционные расходы и повысить эффективность использования электроэнергии. Благодаря решению Microsoft для «умных зданий» американский Сиэтл смог сократить свои затраты на электроэнергию и расходы на техническое обслуживание зданий в коммерческом центре в диапазоне 10-25%.

Перед населением крупных городов всегда остро стоит и проблема экологии. Даже если не рассматривать китайские города, печально известные своим смогом, то, например, по данным Королевского колледжа Лондона (King’s College London), от загрязнения воздуха в 2010 году умерло порядка 9400 жителей столицы Объединенного Королевства. Совместный проект Intel с британским научным сообществом — Sensing London — одна из многих попыток, предпринимаемых по всему миру для решения проблем изменения климата и ограниченных ресурсов с помощью IoT. Для его реализации по всему Лондону было размещено более 80 датчиков мониторинга качества воздуха. Благодаря проекту исследователи могут получать информацию по наиболее загрязненным районам города и вырабатывать стратегии по решению проблемы. В рамках другого проекта Intel, связанного с инновациями в сфере экологии, городской совет Дублина использует технологии корпорации для IoT для прогнозирования изменения погодных условий и сокращения ущерба от наводнений.

Совсем недавно, в феврале 2017 года, Intel, Current и американский телекоммуникационный оператор AT&T объявили о развертывании системы по наблюдению за дорожной ситуацией и мелкими преступлениями в Сан-Диего (США). Она подразумевает оснащение 3200 фонарей города камерами, микрофонами и сенсорами, а также замену старых ламп на светодиоды на 23% городских конструкций для освещения улиц. В 2014 году аналитики Frost&Sullivan оценивали объем относительно молодого рынка таких «умных решений» для городов в $1,5 трлн к 2020 году.

Следующим шагом развития умных городов является — поиск способов для объединения разрозненных «умных технологий» в единую цепь, примеры которых пока не скорее единичны. Например, Барселона, которую можно считать одним из первопроходцев движения к инновациям, в сотрудничестве с Cisco реализует проект по интеграции своих транспортных решений, системы по управлению отходами и «умным освещением» с помощью «туманных вычислений» (fog computing) для принятия комплексных решений в режиме реального времени.

Промежуточные итоги

Реализованные проекты показывают, что внедрение технологий «умных зданий» позволяет сэкономить от 10 до 30% электроэнергии и до 20% воды. При этом число аварий в электросетях может быть уменьшено на 45%, а в сетях водоснабжения и системе сточных вод — на 20%. Кроме того, расходы на сбор измерений сокращаются на 30%, а на эксплуатацию — на 15%.

В свою очередь, «умный транспорт» — это до 20% экономии времени на поездках, 15% уменьшения времени поиска парковок, 10% сокращения времени простоя транспортных средств, 5-12% экономия горючего и до 7% снижения вредных выбросов в атмосферу. То есть и дышать легче, и времени свободного больше.

Эти цифры говорят сами за себя, а значит «умные города» стоят того, чтобы в них инвестировать. Кроме того, можно предположить, что цифровизация, как и в сфере бизнеса, поможет городам бороться за человеческие ресурсы, без которых невозможно будущие развитие.

Аргентина. США. Корея. Весь мир. РФ > СМИ, ИТ. Транспорт. Экология > forbes.ru, 29 апреля 2017 > № 2158610 Александр Данилин


Россия. ДФО > Армия, полиция. Экология > mvd.ru, 27 апреля 2017 > № 2199351 Вадим Ильиных

Чтобы исчезающие виды не исчезли.

Уже четыре года в структуре Управления экономической безопасности и противодействия коррупции УМВД России по Приморскому краю действует специализированное подразделение по противодействию незаконной добыче животных, занесённых в Красную книгу Российской Федерации. О деятельности отдела по выявлению преступлений в лесопромышленном комплексе и защите биоресурсов рассказал начальник УЭБиПК УМВД России по Приморскому краю полковник полиции Вадим ИЛЬИНЫХ:

Под прицелом - краснокнижные звери

- Защита краснокнижных животных - одно из основных направлений деятельности отдела. На территории нашего региона расположены ареалы обитания сотен исчезающих видов животных, самые известные из которых - амурский тигр и редчайшая кошка планеты - дальневосточный леопард.

Их вымирание обусловлено прежде всего деятельностью человека, и главный отрицательный фактор - браконьерство, которое с начала 90-х годов прошлого века приобрело коммерческий характер. Шкуры, кости и другие части убитых животных находят сбыт в большинстве стран Восточной Азии как ценное лекарственное сырьё, так называемые дериваты.

Для пресечения деятельности организованных групп, осуществляющих незаконную добычу фауны, наши сотрудники проводят комплексные оперативно-профилактические мероприятия высокой степени сложности.

Результатом этой работы стало оперативное сопровождение более 50 уголовных дел, возбуждённых по фактам незаконной охоты, хранения, перевозки и реализации дериватов редких и исчезающих видов фауны.

В 2013 году в Уголовный кодекс Российской Федерации были внесены дополнения, в соответствии с которыми введена ответственность за незаконную добычу и оборот ценных диких животных и водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, занесённым в Красную книгу Российской Федерации и (или) охраняемым международными договорами Российской Федерации, их частей и производных.

Несмотря на то что статья 258.1 УК РФ предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок до 7 лет и крупного денежного штрафа, это не останавливает браконьеров и они не прекращают преступный промысел…

Приведу лишь несколько вопиющих примеров. Летом прошлого года в Находке наши сотрудники совместно с коллегами из ФСБ России пресекли деятельность организованной преступной группы, занимающейся браконьерством. Причинённый государству ущерб превысил 9 миллионов рублей. В рамках расследования уголовного дела проведён ряд криминалистичес­ких экспертиз, по результатам которых установлена причастность браконьеров к незаконной охоте на краснокнижных животных. Расследование уголовного дела, возбуждённого по статье «Незаконная охота», окончено. Дальнейшую судьбу браконьеров определит суд.

Охотник под маской жертвы

Один год и два месяца исправительных работ заслужил по решению суда охотник, застреливший амурского тиг­ра. Кроме того, он навсегда был лишён охотничьего оружия и права заниматься охотой. Интересно, что изначально браконьер пытался себя выдать за жертву. Получивший неопасные для жизни ранения охотник утверждал, что на территории охотхозяйства «Фауна» в Хасанском районе на него неожиданно и без всякой причины набросился тигр и он был вынужден защищать свою жизнь. Однако в ходе следствия сотрудники полиции, используя данные экспертиз и допросы свидетелей, пришли к выводу: тигр напал на подозреваемого, будучи им уже смертельно раненным, а первые три выстрела были произведены вслед уходившему хищнику. Человек преследовал тигра, за что и поплатился. Дело с обвинительным заключением передали в суд, где и была доказана вина охотника.

Недавно в Арсеньеве у злоумышленников было конфисковано восемь шкур амурского тигра и другие дериваты животных. Это одна из крупнейших партий шкур амурского тигра, когда-либо изъятых в России. Кроме того, в квартире хранились незарегистрированное оружие и 150 патронов к оружию с нарезным стволом. Во время обыска у подозреваемых обнаружено также около 1,4 килограмма корней женьшеня, около 100 бутылок со спиртовой настойкой корня и 115 тысяч долларов США.

В Михайловском районе задержана группа местных жителей, которые, как предполагается, незаконно торговали костями амурского тигра. Их автомобиль был остановлен на федеральной трассе Хабаровск - Владивосток. В нём при досмотре обнаружены части скелета животного. По заключению специалистов центра «Амурский тигр», это были фрагменты тигриных рёбер. После экспертного анализа прошли обыски в домах подозреваемых: в Уссурийске, Чугуевском и Кавалеровском районах. Оперативники изъяли охотничьи ружья, патроны, желчь медведей, туши животных, три тысячи особей трепанга и множество костей амурского тигра. Более того, один из браконьеров держал на своём частном подворье девятимесячную гималайскую медведицу. Зверь сидел практически без движения в жёстком ошейнике и тесной клетке. Полицейские передали медвежонка под опеку ветеринаров в зоопарк Уссурийска. В отношении подозреваемых возбуждены уголовные дела, один из фигурантов заключён под стражу.

И таких примеров можно приводить много. Только с начала этого года сотрудниками органов следствия и дознания Управления МВД России по Приморскому краю возбуждены 13 уголовных дел по фактам незаконной охоты на особо ценных диких животных и оборота дериватов животных, занесённых в Красную книгу.

На земле леопарда

Конечно, эффективность работы нашего подразделения во многом зависит от качества взаимодействия с общест­венными организациями, занимающимися вопросами сохранения «краснокнижных» животных, и жёсткости контроля с их стороны за исполнением природоохранного законодательства.

Многое делается и для экологического просвещения граждан. Главная цель такой работы - пропаганда бережного отношения к природе. Для этого наши сотрудники вместе с активистами-экологами читают в образовательных учреждениях региона лекции, беседуют о проблемах защиты редких животных. Помимо этого, они регулярно проводят обучающие семинары для специалистов службы охраны национальных парков, разъясняют нормы действующего уголовного и административного законодательства, рассказывают о правилах ношения и хранения оружия, об особенностях выявления, документирования и пресечения преступлений, связанных с незаконной охотой.

Сегодня стражи правопорядка эффективно взаимодействуют со службой охраны Объединённой дирекции национального парка «Земля леопарда» и Государственного природного биосферного заповедника «Кедровая падь». Проводится работа по пресечению преступлений и правонарушений на особо охраняемых природных территориях, сотрудники которых решают задачу по сохранению и восстановлению единственной в мире популяции дальневосточного леопарда.

Приморская полиция участвует в реализации государственной политики по защите редких видов животных, занесённых в Красную книгу. Объединение усилий государственных и общественных организаций, жёсткий контроль над исполнением природоохранного законодательства и экологическое просвещение - основные приоритеты деятельности сотрудников специализированного подразделения по противодействию незаконной добыче животных, занесённых в Красную книгу Российской Федерации.

Записала Ирина СЫРОВА

Приморский край

Наша справка

Амурский тигр стал своеобразным символом Приморского края. За последнее столетие его популяция пережила глубокие и драматичные изменения: в конце 30-х - начале 40-х годов, когда на всём ареале в пределах страны оставалось порядка 20-30 зверей, затем - перелом к постепенному росту до 1990 года, когда численность тигра, возможно, достигла уровня 300- 350 особей. Главным фактором, приведшим тигра на грань исчезновения, было прямое преследование его человеком.

С 1947 года в России введена законодательная охрана тигра. В настоящее время принята детально разработанная «Стратегия сохранения амурского тигра в России» и предпринимаются всесторонние усилия по нормализации ситуации с этим редким и прекрасным хищником.

Дальневосточный, или амурский леопард - самый северный из всех подвидов леопарда. Его популяция считается генетически обособленной. Требуется принятие мер по её сохранению как генетически уникального компонента в системе видового разнообразия не только региона, но и мира в целом. В настоящее время в крае насчитывается не более 80 особей леопарда и учёными предпринимаются все усилия по спасению этого животного от вымирания.

Россия. ДФО > Армия, полиция. Экология > mvd.ru, 27 апреля 2017 > № 2199351 Вадим Ильиных


Россия > Экология > forbes.ru, 26 апреля 2017 > № 2159427 Сергей Пепеляев

Экологические платежи: симуляция бережного отношения к природе

Сергей Пепеляев

Адвокат, управляющий партнер «Пепеляев групп»

Плата за загрязнение окружающей природной среды превращается из тонкого механизма, стимулирующего бережное отношение к природе, в банальный фискальный инструмент

Экологические проблемы давно перешли в разряд ключевых для большинства государств мира. Их решают не только административными инструментами: установлением квот на выбросы, увеличением штрафов и введения уголовного наказания за загрязнения; но и различными социальными программами, продвигающими «зеленый» подход к природе и организации быта. Еще одним важным инструментом решения экологических проблем является развитие различных мер, стимулирующих природопользователей к экологически ответственному поведению.

Одним из таких правовых инструментов заботы о природе являются природоресурсные платежи, стимулирующие бизнес бережно относиться к природе. При поверхностном взгляде может показаться, что платежи за загрязнения окружающей среды имеют возмездный характер: пользуешься адсорбционными возможностями природы — плати за это. Но государство не торгует окружающей средой, не предоставляет ее загрязнителям за плату.

Известный принцип «загрязнитель платит» — это лишь идея, что расходы на экологические программы должны нести не все налогоплательщики, а только те, кто вызвал необходимость этих программ. Таким образом, этот принцип внедряется в законодательство не только для решения экологических задач, но и для создания равных экономических условий деятельности всех субъектов рынка. В интересах соблюдения начал конкуренции государство не должно финансировать за счет общих налогов мероприятия, необходимость которых вызвана деятельностью предприятий, которые причиняют природе вред. Соответственно, платежи за загрязнение должны соответствовать двум основным критериям:

Во-первых, поступившие средства должны расходоваться целевым образом на экологические программы.

Во-вторых, порядок расчета платежей должен учитывать инвестиции самого плательщика в промышленную экологию. Общество в большей степени заинтересовано в избежании вредного воздействия на природу, чем в ликвидации его последствий.

Поэтому различные льготы, предусматривающие сокращение размеров платежей на суммы затрат на технологические и другие природоохранные новшества — неотъемлемая часть правового состава этих платежей. Это не факультативный элемент, которого могло бы и не быть. Напротив, и сам платеж, и льгота установлены именно для того, чтобы подтолкнуть природопользователей к совершению таких затрат.

Проблема в том, что оба указанных критерия в России не выполняются. Средства от взимания платы за загрязнение обезличиваются в региональных и местных бюджетах и расходуются на что угодно. Региональным властям выгодны экономические загрязнения: больше выбросов — больше сборов.

Федеральная служба по надзору в сфере природопользования в отношении платы за негативное воздействие на окружающую среду отчитывается по двум показателям: сообщает о выполнении плана по сбору платы (в 2015 году был перевыполнен на 15%); подсчитывает «прямой экономический эффект» путем сравнения расходов Росприродонадзора на контрольно-надзорную деятельность и прямых поступлений в бюджет (в 2015 году расходы составили 1,1 млрд. рублей, а поступления — 29, 1 млрд. рублей).

Эти показатели определяют приоритеты в деятельности природоохранного ведомства в отношении платежей: поступлений должно быть как можно больше.

Отсюда и «закручивание гаек» в отношении сокращения размеров платы на сумму природоохранных инвестиций. Они оказались не нужными властям: мало того, что прямо сокращают доходы бюджета, еще и подрывают базу будущих доходов (ведут к снижению выбросов и сбросов).

Невозможность или крайние затруднения зачета расходов природоохранного назначения можно оценивать как неэффективность платежа в целом, который утрачивает свое основное назначение — стимулирующее — и становится банальным фискальным обременением. Существует 15 бюрократических процедур, опосредующих получение зачета инвестиций природоохранного назначения. В результате такой бюрократии зачет фактически израсходованных сумм на природоохранные мероприятия становится возможным только через 5-6 лет

Лишь немногие компании активно защищают свои права (и права всего общества на здоровую окружающую среду) в судах. Абсолютное большинство природопользователей в этой ситуации предпочитают либо вообще не обращаться за возмещением расходов на экологические программы, либо сводят эти расходы к минимуму, необходимому для избежания роста платежей за сверхнормативные загрязнения.

Россия > Экология > forbes.ru, 26 апреля 2017 > № 2159427 Сергей Пепеляев


Россия > Электроэнергетика. Экология > forbes.ru, 13 апреля 2017 > № 2139881 Михаил Андронов

Ветряк на Валааме, солнечные батареи в Якутии и будущее возобновляемой энергетики в РФ

Михаил Андронов

Президент компании «РУСЭНЕРГОСБЫТ»

Альтернативные источники энергии в России начнут конкурировать с традиционными решениями в ближайшие пять-десять лет. Но уже сейчас коммерчески успешны проекты в удаленных изолированных районах

Мировые объемы зеленой энергетики постоянно растут: в 2016 году доля возобновляемых источников энергии (ВИЭ) в выработке электроэнергии (считая ГЭС) достигла 24%. В прошлом году среди введенных в эксплуатацию объектов мощность ВИЭ впервые превысила объем традиционных ископаемых. По прогнозам Международного энергетического агентства, при таких темпах развития к 2035 году доля электроэнергии, производимой с использованием возобновляемых источников энергии, сравняется с выработкой традиционной энергетики, включая атомную.

Зеленая энергетика становится доступной, о чем свидетельствует снижение цен на тендерах по возобновляемым источникам энергии в прошлом году. Хорошим примером служит Мексика, где Enel Green Power получила право на реализацию проектов солнечной и ветрогенерации совокупной установленной мощностью 1 ГВт.

Перспективы роста спроса на отдельные виды ВИЭ сильно различаются по регионам. Высокий интерес к ним наблюдается в странах ОЭСР и развивающихся странах – импортерах энергоресурсов, ищущих способ снизить зависимость от внешних поставок, и сократить выбросы СО2.

Самый высокий прирост спроса на возобновляемые источники (в 4,4 раза) ожидается в Китае. Это связано прежде всего с высокой зависимостью энергетики страны от государственной поддержки. Хотя развитию ВИЭ будут способствовать совершенствование технологий и снижени­е издержек, в ближайшее десятилетие большая часть технологий по-прежнему будет создаваться в странах, выделяющих сектору дополнительное финансирование.

Что в России

В РФ внедрение инновационных энергетических технологий и возобновляемой энергетики особенно актуально — две трети территории нашей страны, где проживают почти 25 млн человек, находится в зоне децентрализованного и автономного энергоснабжения. У нас огромная страна, но генерирующие мощности сосредоточены главным образом в двух частях: европейская часть, включая Урал и юг Сибири. На огромной территории к востоку от Норильска до Берингова пролива отсутствует централизованная система энергоснабжения, действуют лишь отдельные изолированные электростанции.

Потенциал для использования возобновляемых источников энергии огромен. В южных регионах и на Дальнем Востоке количество солнечных дней достигает 300 в год, что идеально для установки солнечных панелей. Гигантская (37 600 км) протяженность береговой линии открывает широкие перспективы для ветрогенерации.

Перспективным направлением в России также является использование геотермальных источников как одного из самых дешевых источников энергии в стране. Все наши геотермальные станции расположены на так называемом огненном кольце: от Курильских островов до Камчатки. Запасы геотермальной энергии в России чрезвычайно велики, в 10-15 раз больше запасов органического топлива (нефти, газа и угля). Но наличие уникальных природных условий отнюдь не является фактором, ограничивающим развитие ВИЭ.

Один из самых ярких примеров: на самой высокой точке на Валааме монахи установили ветряк для того, чтобы обеспечить электроэнергией свой монастырь, а излишек продают сотовой станции компании, обеспечивающей связь на острове.

Да, пока альтернативная энергетика в России дороже традиционной. Однако есть регионы, где в силу территориальных особенностей ее использование значительно эффективнее. Это удаленные, изолированные энергосистемы на Севере и Дальнем Востоке. Стоимость дизельного топлива и его доставки в удаленные районы приводит к тому, что цена за киловатт-час на дизельных электростанциях достигает 300 рублей. Именно там любой масштабируемый проект в солнечной и ветряной энергетике делает его крайне перспективным.

Хорошим примером является строительство в поселке Батагай, Якутия, солнечной станции мощностью 1 МВт. Экономия от установки СЭС составляет 300 тонн дизельного топлива, то есть около пяти железнодорожных цистерн в год. Таким образом, уже сейчас на значительной части нашей страны возобновляемые источники энергии могут себя окупать.

Большое внимание развитию солнечных электростанций внимание уделяется в Крыму. На полуострове сейчас работают две самые мощные СЭС. Электростанция «Перово» имеет мощность порядка 100 МВт, другая солнечная электростанция – «Охотниково» – на 20 МВт меньше. Кроме того, в августе 2015 года в поселке Николаевка была запущена в опытную эксплуатацию установка мощностью 70 МВт, а в поселке Владиславовка построена СЭС мощностью 110 МВт.

Компания РЖД устанавливает на московских железнодорожных узлах тепловые насосы, например, на компрессорной станции комплекса Бекасово. Это позволяет полностью отказаться от внешних источников теплоснабжения. Теперь вся энергия, которая раньше передавалась на градирню и утилизировалась в атмосферу, идет на отопление производственных помещений станций Бекасово-Сортировочная и Перово.

Локализация оборудования и новые хранилища энергии

В 2009 году российское правительство приняло постановление по стимулированию развития альтернативной энергетики в России. В соответствии с целевыми показателями к 2020 году должно быть построено 3,7 ГВт мощностей, из которых солнечной генерации – 1,4 ГВт, ветряной генерации – 1,7 ГВт, малых ГЭС – 0,28 ГВт. Этих объемов хватит, чтобы обеспечить электроэнергией два Новосибирска.

Согласно документу, ежегодно проводятся конкурсы на строительство генерирующих объектов каждого вида ВИЭ. Победители получают гарантию возврата инвестиций с неплохой нормой доходности.

Для участия в конкурсе компании должны выполнить требования по локализации. То есть оборудование для строительства объектов ВИЭ тоже должно производиться в РФ. Тем самым, помимо освоения и внедрения зеленых технологий, государство стимулирует создание высокотехнологических производств.

Пока локализация выпуска оборудования для ВИЭ связана с крупными российскими госкорпорациями: Роснано с «Реновой» объединили свои усилия для производства в РФ солнечных батарей. Росатом занимается ветроэнергетикой.

Какие меры еще должны быть приняты, чтобы ускорить развитие энергетики на возобновляемых источниках? Единого мнения по этому вопросу нет, но, на наш взгляд, переломным моментом может стать разработка госпрограммы по развитию технологий промышленного хранения энергии. Это поможет решить главную проблему зеленой энергетики – неравномерность выработки.

Известно, что солнечная генерация эффективна только при хорошем освещении, а ветряные станции – в районах с определенной розой ветров, поэтому выработка от таких источников происходит нерегулярно, и это нужно компенсировать. Например, накапливать часть вырабатываемой энергии при помощи промышленных аккумуляторов, а расходовать ее во время вечерних и утренних пиков потребления.

Накопители могут быть нескольких типов: химические (литий-ионные, например), тепловые – станции, которые накапливают тепловую энергию солнца или механические (гидроаккумулирующие электростанции, воздушноаккумулирующие установки). Широкое распространение получили химические накопители, цена которых за последние 7 лет упала практически в 5 раз. Показательным примером является проект компании Enel, построившей в Италии накопитель электроэнергии мощностью 1 МВт/2 МВт*ч. Этого хватит, чтобы обеспечить 50 городских многоэтажных домов электричеством на 2 часа.

Также недавно Enel подписала соглашение с Nissan о новой разработке: каждый электромобиль теперь может стать накопителем энергии – батареей, которая ночью заряжается, а днем, когда человек приезжает на работу, он сможет, подключив свой автомобиль в момент самых дорогих тарифов, сдать энергию в сеть.

Контуры энергетической революции в России

Энергетика меняется: клиент из потребителя становится субъектом, который и потребляет, и производит электроэнергию. Поэтому крайне важно создать удобный интерфейс для такого взаимодействия, это принесет большую пользу как производителям, так и потребителям.

В настоящее время происходит революция, которая меняет отношение человека к энергии и ее потреблению. За последние 20 лет в мире в ВИЭ было вложено в среднем $340-350 на человека. У каждой страны свои темпы строительства новых мощностей на ВИЭ. Самыми бурными темпами возобновляемая энергетика развивается в Европе, желающей отказаться от использования ископаемых источников энергии, а также в Китае, всерьез обеспокоенном экологическими проблемами из-за огромных выбросов угольной генерации.

Можно таким же образом подойти к оценке инвестиций в России: умножьте $340-350 на 150 млн человек, проживающих в стране, и вы увидите, что нам нужно вложить в новый сегмент порядка $52,5 млрд.

Природа подарила России уникальные шансы и возможности. Мы можем создать свою возобновляемую энергетику не путем субсидирования, как это происходило в европейских странах, а разработать экономически эффективные, стандартизированные решения для российских условий. Необходимо пересмотреть принципы планирования и долгосрочного развития отечественной электроэнергетики.

Согласно нашим оценкам, производство электроэнергии на основе ВИЭ в России начнет повсеместно конкурировать с традиционными решениями уже в ближайшие пять-десять лет. Ну а пока для нас главное – обеспечение локальных потребителей в изолированных районах. Нам не нужно придумывать очередные мегапроекты. Нам необходимы экономически целесообразные и реализуемые технологические решения, которые затем могут быть масштабированы.

Россия > Электроэнергетика. Экология > forbes.ru, 13 апреля 2017 > № 2139881 Михаил Андронов


Россия. Весь мир. ЦФО > Экология > agronews.ru, 8 апреля 2017 > № 2355052 Виктор Данилов-Данильян

Виктор Данилов-Данильян: для климата прогноз плачевный.

О том, почему и как природа превращается в окружающую среду, какие грядут катаклизмы и чем это грозит, «Правде.Ру» рассказал директор Института водных проблем, заведующий кафедрой отраслевого и природно-ресурсного управления факультета Государственного управления МГУ им. М. В. Ломоносова, министр охраны окружающей среды и природных ресурсов Российской Федерации в 1991–1996 годах Виктор Данилов-Данильян.

— Виктор Иванович, появляется все больше катастрофических прогнозов. Ваши коллеги-европейцы очень озабочены состоянием среды обитания. Институт наук окружающей среды и прогнозирования при Европейском совете сделал неожиданное и удивительное заявление: пять миллионов европейцев проживают в зоне потенциального риска. До конца текущего столетия уровень воды в Северном и Балтийском морях должен повыситься едва ли не на метр. Это действительно так?

— Это не неожиданный прогноз. Такие прикидки восходят к концу 80-х годов. Дело все в глобальном потеплении, которое реально происходит и, безусловно, будет продолжаться еще какое-то время. Тают материковые льды Антарктиды и Гренландии. Соответственно, от этого уровень Мирового океана повышается.

Он повышается не только в Балтийском и в Северном морях. Этот сложный процесс именно здесь выражается таким числом — плюс метр. Но это к концу XXI века, во-первых, а во-вторых, при условии, что глобальная температура повыситься на два градуса по Цельсию. А повысится ли она на два градуса или больше — это еще вопрос.

— Даже больше?!

— Или больше. То, что она на два градуса повысится, в этом практически нет сомнения. А от человечества зависит, повысится она еще больше или нет. Если она повысится еще больше, подъем Мирового океана будет больше, подъем Северного и Балтийского морей будет уже не метр, а больше.

Переход этой границы в два градуса крайне нежелателен буквально по всем соображениям. Повышение уровня Мирового океана и затопление большого количества прибрежных территорий и даже исчезновение некоторых островных государств — это только одно из этих последствий. Будет и целый ряд других самых разных следствий — и позитивных среди них нет. …

— В ООН также были прогнозы, что к 2050 году на Земле будет проживать порядка десяти миллиардов человек…

— Да, и при этом население, по-видимому, стабилизируется на этой величине именно по причине недостатка воды. Сейчас от этого уже страдает больше миллиарда человек. В нашем полушарии это вся Северная Африка с подбрюшьем Сахары и другие районы Южной Африки, вся Передняя Азия, Пакистан, северная часть Китая, Центральная Азия и Казахстан, то есть пять республик бывшего Советского Союза.

— Москве воды хватит?

— Официально москвичей — 11 миллионов, но с ежедневным притоком еще несколько миллионов надо добавлять. Безусловно, система справляется. Более того, у Мосводоканала даже есть резервные мощности. Потому что потребление воды в Москве сократилось из-за повсеместного внедрения счетчиков и исчезновения московской промышленности.

Но и резервные мощности будут скоро использованы и выбраны, безусловно, их надо будет расширять. В принципе, Москве могут грозить некоторые неприятности с водой только в случае трех-пяти маловодных лет. Некоторый испуг такого рода был в 1913-1915 годах. Водохранилища были наполнены существенно ниже нормальных уровней.

Тогда же практически не было воды для использования в сельском хозяйстве Астраханской и отчасти Волгоградской областей. Но 1916 год, к счастью, дело поправил. Сейчас вообще очень прилично с водой в наших водохранилищах. Астраханская область, к тому же, успешно осваивает метод подземного капельного орошения, который приведет к многократному снижению потребности в водных ресурсах для орошаемого земледелия.

Россия. Весь мир. ЦФО > Экология > agronews.ru, 8 апреля 2017 > № 2355052 Виктор Данилов-Данильян


Евросоюз > Электроэнергетика. Нефть, газ, уголь. Экология > rosbalt.ru, 6 апреля 2017 > № 2137954 Самюэль Фурфари

Советник генерального директора по вопросам энергетики Европейской комиссии (в составе комиссии с 1982 года), доцент Брюссельского свободного университета Самюэль Фурфари, посвятивший много лет изучению энергетической геополитики, ответил на вопросы о проблемах европейской политики в области энергетики и рассказал о своих публикациях, в частности о книге "Энергетическая контрреволюция. Да здравствуют ископаемые виды энергии!"

- Вы являетесь экспертом в вопросах энергетики вот уже более 35 лет и преподаете эту дисциплину в университете. Каковы, на ваш взгляд, наиболее знаменательные этапы в развитии энергетической политики Европейского союза?

- История "Европы энергетики" началась в 1950 году с энергетики угля. Ее основу заложила декларация министра иностранных дел Франции Робера Шумана, предложившего создать внутренний рынок угля и стали - Европейское объединение угля и стали (ЕОУС).

Затем состоялась Мессинская конференция в июне 1955 года, в резолюции которой шесть министров иностранных дел (стран ЕОУС) заявили, что надо перезапустить Европу. А чтобы ее перезапустить, нужна энергия в изобилии и по хорошим ценам.

Заявление Мессины по-прежнему остается злободневным. Пока все то же самое: нужна изобильная и дешевая энергия. Сегодня еще следует добавить: "чистая энергия". В то время об этом еще не говорили, но сегодня нужно добавить: "чистая".

В 70-х годах возник нефтяной кризис. Именно тогда заговорили о необходимости развития возобновляемых видов энергии, об энергетической эффективности. Все это последствия кризиса 70-х годов. Европа ответила на него волей к развитию новых технологий. В течение всего десятилетия 80-х европейская энергетическая политика была в основном политикой развития технологий. А это позволило разработать "чистые" электростанции, внедрить новые виды энергетики, поднять энергетическую эффективность, сконструировать "чистые" двигатели. Это было огромное усилие на европейском уровне по обладанию новыми технологиями.

- Каковы уроки Киотского протокола и Парижского соглашения по климату? Как они повлияли на энергетическую политику ЕС?

- Протокол Киото не был большим результатом для всех стран мира в целом. Он имел результат для Европейского союза, но не в целом для всего мира. Евросоюз предпринял большие усилия и смог добиться конкретного результата. Но это не распространяется на весь мир. Поэтому ясно, что уроки протокола Киото по другим странам оказали влияние на Парижскую конференцию, на которой эти другие страны не захотели идти столь далеко, как Европейский союз.

Потому что в ряде из них наблюдается неплохой экономический рост и как следствие - возрастание потребления электроэнергии, особенно в Китае и Индии, увеличивается выделение CO2 в этих странах. Они не были объектом Киотского соглашения, их не обязывали сокращать свои выбросы. И если объективно посмотреть сегодня на выделение CO2 в мире, оно выросло на 55% по отношению к 1992 году (когда был подписан Киотский протокол).

Чувствительные позитивные результаты достигнуты только в Европе. Она лидер в этой области. Стоит добавить, что Соединенные Штаты тоже сокращают свои выбросы благодаря добыче сланцевого газа.

Однако и это не дает существенного результата в мировом масштабе. Мы говорим только о Европе и США. В целом в мире выбросы не сокращаются.

- А каковы перспективы? Ваш прогноз?

- На это очень трудно ответить. Это зависит от воли соответствующих государств.

- Как, по вашему мнению, энергетическая политика должна адаптироваться к развитию дебатов вокруг климатических изменений, к Парижскому соглашению по климату и к призыву сокращать инвестиции в добычу ископаемых энергоносителей?

- Энергетическая политика имеет целью обеспечить безопасность энергоснабжения, предлагая по конкурентным ценам энергию, которая будет основой устойчивой энергетики, то есть минимизирующей загрязнение окружающей среды и сберегающей ресурсы для будущих поколений. Таким образом, всегда остается интерес добиваться возможно наибольшей эффективности и сокращать как потребление, так и вредные выбросы.

Поэтому надо рассматривать эту ситуацию не как противостояние, а как сотрудничество, конвергенцию. Но нужно смотреть, чтобы выигрывали все, то есть чтобы при этом оставался экономический смысл тоже. И в этом главная задача.

Можно очень значительно, радикальным образом сократить выделение CO2, но с ужасными экономическими последствиями. На этом направлении надо продвигаться гармонично, уравновешенно. А это требует времени. В этом трудность – на результат, достигаемый уравновешенным образом, нужно время.

Но нужно еще и то, что я назвал бы способностью к самооценке. Бывает, порой кажется, что найден правильный путь и сделан правильный выбор, но, к сожалению, через несколько лет выясняется, что этот путь не идеальный. И тогда надо проявить эту самооценку и быть способными сказать: останавливаем, изменяем, адаптируем. Вот это, наверное, та адаптация, о которой вы спрашиваете. Нельзя упираться в догмы в этой области энергетики, это создаст большие проблемы.

- Соответствует ли то, за что вы выступаете, требованиям Парижского соглашения по климату?

- Парижское соглашение претендует на то, чтобы были высокие результаты и как можно скорее. Но если подойти объективно, то это требует от ряда стран усилий, предпринять которые у них нет средств. Например, африканские страны хотели бы это сделать, но у них нет для этого ни средств, ни ресурсов.

Однако я думаю, что здравый смысл победит. Это вопрос равновесия, а равновесие всегда ведет к урегулированию.

- Вы написали несколько книг, посвященных ископаемым видам энергии. К сожалению, они не переведены на русский язык. Можно ли объяснить для наших читателей, каковы основные принципы вашей теории?

- Идея, которую я пытаюсь проводить в моих книгах, заключается в том, что энергетика – это, прежде всего, технологический вопрос. А геополитический выбор – это последствие технологической эволюции, а не наоборот. Инженеры разрабатывают новые техники, новые методы, которые постоянно изменяют мир энергетики, и наиболее бдительные государства приспосабливаются к этим изменениям.

И своим студентам я также стараюсь объяснять, что надо развивать технологии, и, учитывая окружающую среду, "чистые технологии". В 80-х годах еще жгли уголь без фильтров, без катализаторов и других современных защитных средств. А сегодня удается полностью устранять загрязнение атмосферы серой благодаря технологиям. Я думаю, что в том, что касается защиты окружающей среды, будет продолжен прогресс благодаря "чистым" технологиям.

И важно также понимать, что не следует противопоставлять один вид энергии другому. Нужны все энергоисточники и здравый смысл.

Кроме того, надо учитывать, что решение, подходящее для одной страны, не подходит автоматически для другой. Норвегия не потребляет газ. Это крупный производитель газа, но она продает его на внешнем рынке. Почему? Потому что благодаря своей гидрогеографии она производит дешевое электричество на гидроэлектростанциях, ей нет нужды жечь газ. При этом норвежцы сильно развили использование электрических автомобилей. В Осло много электромобилей. Можно ли это решение взять и применить в Москве или Брюсселе? Конечно, нет. То есть надо учитывать географические условия.

И когда мы говорим, что добьемся 20% возобновляемой энергии, мы тем самым автоматически заявляем, что 80% останутся невозобновляемыми. Настаивая на 20%, мы настаиваем и на 80%. Поэтому надо говорить правду: да, мы будем продвигать возобновлямую энергетику, но есть большая нужда и в невозобновляемой. Газ, нефть, уголь, ядерная энергетика останутся основой потребления энергии еще на десятилетия. Это очевидно.

- Но их соотношение будет меняться со временем?

- Медленно. Постепенно. Цель Европейского союза на 2030 год – 27% возобновляемой энергии. Значит, 73% останутся невозобновляемыми к тому времени. Это все еще много. А в остальном мире это будет 85%. Отсюда следует, что ископаемые источники неизбежны, на них еще долго будет опираться производство. Поэтому я и говорю, что не надо противопоставлять одни источники другим.

- Раз уж мы заговорили о технологиях, каково состояние и перспективы, например, таких технологий, как "чистый уголь"?

- В 80-х годах Европейский союз разработал то, что назвали технологией "чистого угля". И в связи с этим был внедрен целый арсенал специального оборудования по "чистому сжиганию" угля. Сегодня страна, которая больше всего использует эти технологии и продолжает их совершенствовать, – это Китай, потому что он построил за последние 15 лет огромное количество электростанций, работающих на угле. Они позаимствовали "чистые" технологии и продолжают их улучшать. И они их продают. Сегодня Китай может продавать в Азию и Африку "чистые" технологии сжигания угля, потому что теперь эта страна прекрасно ими владеет.

Я это рассказываю, чтобы еще раз показать: прогресс всегда продолжается. Работа идет и по другим перспективным технологиям.

- И еще несколько слов об угле. Насколько серьезны предсказания о скором отказе от его добычи?

- Уголь – это энергоноситель, который не очень любят в Европе. Но это абсолютная реальность, например, в Польше, где 80% электричества вырабатывается благодаря углю. Это также случай Греции, где более 40% электроэнергии производится на местном угле. И это касается Германии. И никто пока не отказывается от угля, потому что это очень экономичный способ производства электричества.

Германия, Греция, Польша, Чехия продолжают получать электроэнергию благодаря углю. Что касается Польши, ей надо быстрее адаптироваться к европейским нормам, чтобы избежать загрязнения окружающей среды. Она должна приспосабливать свои выбросы к европейским требованиям.

- А в Германии этот вопрос решен?

- Атмосферное загрязнение в Германии полностью контролируется. Их электростанции работают чисто. Не выбрасывают ни серы, ни оксидов азота, ни пыли. Нормы уважаются. Но если говорить о загрязнении атмосферы газом CO2, то, конечно, они его производят. Но Германия старается сократить выбросы CO2 иным способом, не за счет угля. А в энергетике она продолжает ориентироваться, в том числе, на уголь.

В целом же в мире уголь – неизбежная реальность. В Китае, в Индии, в Южной Африке, в Соединенных Штатах, в Австралии и в России, конечно.

- Говорят, что вы храните журнал начала 80-х, в котором заявлено, что "зеленая энергетика" победит ископаемые виды энергии еще до начала XXI века? Уже тогда были такие ожидания?

- Это National Geographic от февраля 1981 года. Разгар нефтяного кризиса. Это был как раз второй нефтяной шок. В этом журнале изучались все потенциалы, которые имеются во всех областях, в том числе, и то, что вы называете "зеленой энергетикой". И сегодня, почти 40 лет спустя, остается все тот же сценарий.

Нет волшебной палочки. Она не существует, по крайней мере, в области энергетики. Инженеры нескольких поколений прилагают свои усилия в этой области. А инженеры 4-5 поколений ведь не глупее нас. Эту ситуацию нельзя изменить стремительным образом. И уж мы с вами точно будем доживать при ископаемых источниках.

- "Зеленая" энергетика – это еще не завтра?

- Скажем так: не завтра – это массированное развитие альтернативных видов, которые заменят ископаемую энергию. Это означает, что Европа продолжит зависеть от импорта нефти и газа.

*Господин Фурфари высказывал свою личную точку зрения, которая может отличаться от позиции ЕС.

Евросоюз > Электроэнергетика. Нефть, газ, уголь. Экология > rosbalt.ru, 6 апреля 2017 > № 2137954 Самюэль Фурфари


Россия. Арктика. УФО > Экология. Нефть, газ, уголь. Транспорт > kremlin.ru, 30 марта 2017 > № 2124900 Владимир Путин

Видеоконференция по случаю первого захода танкера-газовоза в порт Сабетта.

Владимир Путин принял участие в видеоконференции по случаю первого захода арктического танкера-газовоза в порт Сабетта.

Танкер прибыл в порт Сабетта и совершил тестовую швартовку к технологическим причалам. Судно прошло ледовые испытания в Карском море и Обской губе.

* * *

В.Путин: Уважаемые коллеги!

Хочу вас всех поздравить с сегодняшним событием – и российских участников, и наших иностранных партнёров. Заход танкера нового ледового класса – это большое событие в освоении Арктики. Так же, собственно говоря, как и строительство самого порта Сабетта, куда танкер сегодня зашёл, – порта, который построен в чистом поле, как у нас говорят, с нуля. Это большие капиталовложения, хорошие, современные технологии, которые позволяют осваивать богатство Арктики, о чём – вы наверняка видели, смотрели – мы вчера говорили и на Земле Франца-Иосифа, на Земле Александры. Это действительно большое событие.

Хотел бы обратить внимание на то, что мы при освоении огромных богатств Арктики, конечно, исходим из главного принципа – не навредить – и из того, что экосистема этого региона очень чувствительна к любым вмешательствам человека. Но знаю, знаю наверняка, потому что знаком с вашей работой детально, знаю, что сам порт Сабетта, суда (первый из которых сегодня пришёл в этот порт, а всего их должно быть построено 15, в том числе с привлечением российских судостроителей) и сам способ добычи, затем транспортировки – всё это построено на самых высоких технических, технологических и экологических стандартах.

Если мы будем действовать в таком же ключе и такими же темпами, что для меня, честно говоря, даже несколько удивительно, – хочу поздравить строителей, всех, кто занимается реализацией этого проекта, – то, конечно, Россия, без всяких сомнений, не только может, но и станет крупнейшим производителем сжиженного природного газа в мире. У нас есть для этого всё, есть все основания так считать, так думать и добиваться этого результата.

Я вас ещё раз сердечно поздравляю. Надеюсь, что все планы по организации проекта «Ямал СПГ», который мы реализуем с участием наших многочисленных иностранных партнёров (когда я говорю «многочисленных», то имею в виду не только тех, кто непосредственно является акционерами этой компании, но и тех, кто принимает так или иначе участие в реализации этого проекта), – хочу выразить надежду, что всё пройдёт в срок и уже в конце этого года, в крайнем случае в начале следующего, как мы планировали раньше, завод заработает, выйдет на свою проектную мощность – 16,5 миллиона тонн СПГ – и дальше будем развиваться.

Знаю, мне совсем недавно докладывали о планах расширения проектов подобного рода, всячески будем вам помогать и поддерживать.

Поздравляю вас.

С.Зыбко: Товарищ Президент Российской Федерации!

28 марта этого года в 21.00 первый в мире ледовый танкер-газовоз «Кристоф де Маржери» компании «Совкомфлот», Санкт-Петербург, укомплектованный российским экипажем, 29 человек, успешно швартовался у газового терминала компании «Ямал СПГ».

Швартовке газовоза предшествовали ледовые испытания в Карском море и в море Лаптевых. На маршруте следования в порт Сабетта в сопровождении атомных ледоколов «50 лет Победы» и «Вайгач» впервые судно прошло по специально созданному морскому каналу.

Во время осуществления ледового плавания в акватории Северного морского пути, в Обской губе, никаких происшествий не случилось. Судно технически исправно, экипаж здоров, и судно показало высокую ледопроходимость в различных условиях. Судно готово к осуществлению круглогодичной навигации и отгрузке газа из порта Сабетта, проект «Ямал СПГ».

Капитан дальнего плавания Зыбко. Доклад закончен.

В.Путин: Спасибо.

М.Соколов: Уважаемый Владимир Владимирович!

Строительство порта Сабетта осуществляется на принципах государственно-частного партнёрства и по своим масштабам является сегодня крупнейшим инфраструктурным проектом в мире, реализуемом в арктических широтах. Он представляет собой создание подходного канала в северной части Обской губы длиной около 50 километров, шириной 300 метров, глубиной 15 метров, непосредственно самой акватории порта Сабетта, его площадь порядка 130 гектаров, а также двух мощных льдозащитных сооружений.

Общий объём инвестиций составляет 108 миллиардов рублей, из которых 72 миллиарда – это средства федерального бюджета в рамках федеральной целевой программы развития транспортной системы, треть – частные инвестиции.

Сегодня порт фактически уже работает в штатном режиме. За прошлый год было принято и обслужено около 1200 судов различного класса и около 3 миллионов тонн грузов. Реализация этого проекта в полном масштабе позволила не только осуществить строительство самого завода по сжижению природного газа, но и, конечно же, упрочила позиции Российской Федерации в Арктике, послужила развитию Северного морского пути, формированию новых логистических цепочек и стала инфраструктурной основой для реализации других масштабных проектов в северных широтах нашей страны.

Доклад закончен.

В.Путин: Благодарю Вас.

Л.Михельсон: Уважаемый Владимир Владимирович!

«НОВАТЭК» совместно с партнёрами: французской «Тоталь», китайскими CNPC и Фондом Шёлкового пути – реализует проект «Ямал СПГ» названной мощностью 16,5 миллиона тонн. На проектную мощность проект выйдет в 2019 году, первая очередь будет введена в 2017 году. Общие капитальные вложения – 27 миллиардов.

Выражаем благодарность Вам, Владимир Владимирович, Правительству за постоянную поддержку проекта. Своевременно были выделены средства Фонда национального благосостояния, обеспечено мореплавание в Обской губе. На сегодняшний день проект в полном объёме обеспечен проектным финансированием. В нём приняли участие финансовые институты России, Китая, Италии, Франции, Японии.

Данный регион является богатейшим местом по своим запасам, здесь возможно производить более 70 миллионов тонн. Здесь возможно создать хаб с долей на мировом рынке более 15 процентов по СПГ. Созданная инфраструктура поможет обеспечить это в кратчайшие сроки.

Спасибо. Доклад закончен.

В.Путин: Хочу вас всех поблагодарить. И наших иностранных партнёров, прежде всего, конечно, китайских, французских партнёров, за то, что они верят в этот проект, активно в нём участвуют, поддерживают и технологически, и финансово. Это очень важно, имею в виду, что на мировых энергетических рынках сейчас не самая лучшая погода. Но мы исходим из того, что потребности в энергоресурсах будут возрастать, и мы работаем на перспективу.

Мне очень приятно отметить, что новое судно ледового класса, которое, по сути, аналогов в мире не имеет, названо в честь трагически ушедшего из жизни нашего большого друга, французского предпринимателя и бывшего главы компании «Тоталь» Кристофа де Маржери. Это очень символично, это будет закреплять наши отношения даже на таком духовном, я бы сказал, уровне. И хочу выразить ещё раз надежду, что то, как мы работаем сегодня, тот уровень, которого мы добились в совместной работе, будет и дальше способствовать совместной эффективной деятельности на благо и компаний, которые принимают в этом участие, на благо наших стран и будут поддерживать устойчивый уровень на международном энергетическом рынке, создавать благоприятные условия для развития мировой экономики.

Хочу пожелать вам всем удачи. Спасибо.

Россия. Арктика. УФО > Экология. Нефть, газ, уголь. Транспорт > kremlin.ru, 30 марта 2017 > № 2124900 Владимир Путин


Россия. Арктика. СЗФО > Экология. Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 30 марта 2017 > № 2124897 Владимир Путин

Международный форум «Арктика – территория диалога».

Владимир Путин принял участие в пленарном заседании IV Международного арктического форума «Арктика – территория диалога».

Тема форума в 2017 году – «Человек в Арктике». На повестке дня – вопросы повышения качества жизни населения Арктического региона, сохранения его уникального экологического потенциала, обеспечения устойчивого социально-экономического развития полярных территорий и укрепления в этих целях международного сотрудничества. Форум проходит в Архангельске 29–30 марта.

* * *

Дж.Катмор (как переведено): Уважаемые гости, друзья!

Большое спасибо, что вы собрались здесь, приветствую вас. Меня зовут Джефф Катмор, CNBC. Рад присутствовать здесь в качестве модератора пленарного заседания.

Прежде чем я приглашу президентов подняться на сцену, хочу поделиться с вами несколькими наблюдениями, которые вполне очевидны всем, кто здесь находится, и тем, кто так или иначе связан с Арктикой.

Арктика – это дикое место, нетронутая природа, защищать которую – критически важно для всех нас. Безусловно, это богатство природных ресурсов и кладезь экономических возможностей. И, конечно же, – это ещё и стратегический театр, несущий в себе риск ремилитаризации. Все эти вопросы могут отрабатываться посредством кооперации и сотрудничества, которые, конечно, требуют общения. Мы все собрались здесь, чтобы участвовать в этом диалоге.

Теперь хотел бы начать нашу сессию и пригласить на сцену Президента Финляндии Саули Ниинистё, Президента Исландии Гудни Йоханессона и, конечно же, Президента России Владимира Путина.

В.Путин: Добрый день, уважаемые дамы и господа!

Уважаемый господин Ниинистё! Уважаемый господин Йоханнессон!

Позвольте мне всех вас сердечно поприветствовать в России, в Архангельске.

Уже второй раз столица Русского Севера принимает форум «Арктика – территория диалога». И это символично. Архангельск исторически связан со знаковыми событиями и именами, открывшими миру дороги ледовых широт.

Один из «полярных юбилеев» отмечается и в этом году, я говорю о 85-летии знаменитой экспедиции Отто Шмидта, которая впервые прошла из архангельского порта до Тихого океана за одну навигацию и положила начало регулярному судоходству вдоль берегов Сибири – легендарному Северному морскому пути.

Сейчас, в наши дни, значение Арктики многократно возрастает. Она становится местом самого пристального внимания стран и народов и как регион, от самочувствия которого во многом зависит климат планеты, и как сокровищница уникальной природы, и, конечно, как территория с колоссальными экономическими возможностями, с огромным экономическим потенциалом.

Принципиально сохранить Арктику пространством конструктивного диалога, созидания и равноправного взаимодействия. Весомую роль в решении этой задачи призван сыграть и наш форум, посвящённый в этом году такой значимой теме, как «Человек в Арктике».

Объединив авторитетных учёных, бизнесменов, политиков, этот форум стал площадкой для серьёзного профессионального разговора о настоящем и будущем Арктики, именно на это мы и рассчитываем, это форум для поиска арктического партнёрства и его форм. Ваши экспертные оценки и инициативы имеют значение и для Арктического совета, который уже 20 лет служит примером эффективного, не подверженного внешней конъюнктуре международного сотрудничества.

Россия, на долю которой приходится почти треть Арктической зоны, осознаёт особую ответственность за эту территорию. Наша цель – обеспечить устойчивое развитие Арктики, а это создание современной инфраструктуры, освоение ресурсов, развитие промышленной базы, повышение качества жизни коренных народов Севера, сохранение их самобытной культуры, их традиций, бережное к этому отношение со стороны государства.

При этом данные задачи нельзя рассматривать в отрыве от вопросов сохранения биоразнообразия и хрупких арктических экосистем. И отрадно, что защита полярной природы входит в число ключевых приоритетов международного сотрудничества в этом регионе, так же как научная кооперация. И здесь нужно вспомнить ещё одну важную дату истории Арктики – 80-летие советской дрейфующей станции «Северный полюс». Продолжающая её традиции российская ледовая база «Барнео» – общий дом для исследователей со всего мира.

Сотрудничество учёных, широкий обмен опытом и программами особенно важны, учитывая масштабы планов освоения этой территории, в том числе в рамках больших международных проектов. Одним из недавних позитивных примеров, конечно же, служит проект «Ямал СПГ», в реализации которого так или иначе участвуют семь государств.

Россия исходит из того, что в Арктическом регионе нет потенциала для конфликтов. Международные нормы чётко определяют права как прибрежных, так и других государств и служат прочной основой для совместной работы в решении любых проблем, в том числе таких чувствительных, как разграничение континентального шельфа в Северном Ледовитом океане, предупреждение нерегулируемых промыслов в его центральной части, замкнутой исключительными экономическими зонами Соединённых Штатов, Канады, Дании, Норвегии и России.

Подчеркну, Россия открыта для конструктивного сотрудничества и создаёт все условия для его эффективного развития. У нас весьма обширная экономическая программа для Арктики, рассчитанная на многие-многие годы вперёд. Она включает уже свыше 150 проектов, инвестиции в которые оцениваются в триллионы рублей. Прежде всего поддержим инициативы, имеющие мультипликативный эффект для арктических регионов и для нашей страны в целом, в том числе через механизмы государственно-частного партнёрства, и создание так называемых опорных зон развития, которые мы понимаем не только как территории, а в первую очередь как перечень скоординированных, взаимодополняющих друг друга проектов, а также инструментов государственной поддержки. Эти и многие другие меры будут включены в новую редакцию государственной программы развития Арктической зоны России. Речь, в частности, идёт о формировании блока современных научно-технологических решений, востребованных в сложных условиях этого региона, совершенствовании системы экологического мониторинга, освоении шельфовых месторождений. Особое внимание уделяем Северному морскому пути, о котором я только что сказал, в начале своего выступления.

Изменение ледовой обстановки, появление новых, современных судов делает его практически круглогодичной артерией, во всяком случае в ближайшее время, уверен, так и произойдёт, причём эффективной и надёжной, имеющей огромный потенциал для российской и для глобальной экономики. Я уже поручил Правительству проработать вопросы создания отдельной структуры, ответственной за комплексное развитие Северного морского пути и прилегающих опорных территорий, включая инфраструктуру, гидрографию, безопасность, управление и все необходимые при этом сервисы.

Приглашаем наших иностранных коллег активно использовать возможности Севморпути, что позволит снизить издержки и сроки доставки грузов между Европой и Азией. При этом хорошо понимаем: для того, чтобы этот коридор был конкурентоспособным, универсальным, востребованным для перевозки всех типов грузов – от сырья до контейнеров, – необходимо сформировать для транспортных компаний максимально благоприятные условия, отвечающие самым современным международным стандартам в этой сфере.

И в заключение хотел бы поблагодарить всех участников форума, поблагодарить за конструктивное обсуждение вопросов Арктики, за неравнодушное отношение к её будущему.

Особые слова благодарности моим коллегам – Президенту Финляндии и Президенту Исландии, которые нашли возможность в своём графике лично присутствовать на сегодняшних мероприятиях. Столь широкое и авторитетное международное представительство – это добрый знак политической воли арктических и других государств мира сохранять Арктику как территорию мира, стабильности, взаимовыгодного сотрудничества.

Благодарю вас за внимание!

С.Ниинистё (как переведено): Большое спасибо!

Уважаемый Президент Путин!

Уважаемый Президент Йоханнессон! Ваши Превосходительства! Дамы и господа!

Для меня большая честь снова присутствовать на столь представительном форуме. Я также хотел бы поблагодарить российское Правительство, а также Русское географическое общество за организацию данного форума.

Очень важно, что мы встречаемся именно здесь, в Архангельске. Это, действительно, историческое место, где встречаются Восток и Запад, и именно в таком духе я присутствую на этом мероприятии. Это место, где встречаются разные точки зрения, которые убеждены все в том, что Арктика останется территорией диалога.

Сегодня я хотел бы начать с того, что все мы сталкиваемся с растущей угрозой изменения климата. Работать с этой проблемой крайне важно, если мы хотим убедиться, чтобы Арктика действительно осталась такой, какой она является сегодня. Конечно, это вопрос глобальной значимости. Если мы потеряем Арктику, то мы потеряем весь мир.

Глобальное потепление – это факт, который задокументирован и доказан, и буквально в прошлом году мы видели, что это был самый тёплый год в истории наблюдения за температурами Земли. Это уже третий рекордно тёплый год подряд, и никто не может избежать последствий глобального потепления.

На сегодняшний день эта проблема наиболее актуально чувствуется на Севере, и бывший Генсекретарь ООН Пан Ги Мун назвал Арктику точкой отсчёта в изменении климата. Мы видим, что средняя температура в Арктике растёт в два раза быстрее, чем во всех остальных регионах, и, в частности, летние льды сейчас тоньше, чем когда-либо. Это показатель за 2016 год. А также мы видим информацию о том, что и эта зима не смогла полностью выровнять ситуацию в Арктике.

Ещё одна наша обеспокоенность совпадает с тем, о чём говорят российские учёные. В Сибири мы видим, что у нас образовались хранения метана, что, несомненно, также будет в дальнейшем ухудшать ситуацию климата. Это, безусловно, будет влиять и на местное население, и на людей, проживающих на этой территории. И, безусловно, всё это приведёт к гораздо большему усугублению в атмосфере и выбросу парниковых газов. Поэтому, конечно же, изменение климата – это очень серьёзные вызовы для всех людей на планете.

Особенно видят эти последствия жители Арктики, они видят их первыми, и, безусловно, все эти изменения повлияют на их традиционный уклад жизни. Это касается и продовольственной безопасности. И, разумеется, у нас возникают новые обеспокоенности в сфере здравоохранения.

И нельзя забывать, что, конечно, вся эта катастрофа не ограничивается границами Арктики, её последствия будут чувствоваться повсюду по мере того, как льды будут таять, будет подниматься уровень океана. Кроме того, солнечная радиация не будет уже отражаться от льдов в Арктике, соответственно, вода океана будет нагреваться всё дальше и дальше, и глобальное потепление будет лишь ускоряться.

Также глобальное изменение климата является большой угрозой в плане безопасности. Это очень серьёзная угроза, которая делает гораздо более значимыми такие проблемы, как голод, нехватка водных ресурсов, наводнения, природные катастрофы, миграционные потоки и так далее.

Что же нужно сделать? Прежде всего, очень важный шаг в правильном направлении был заключён в рамках ратификации Парижского соглашения об изменении климата. Но самая важная часть именно заключается в эффективном воплощении данного соглашения, и это ещё то, что нам предстоит сделать.

Во-вторых, нам необходимо интенсифицировать наше сотрудничество – трансграничное сотрудничество, – для того чтобы укрепить наше противостояние изменениям климата в Арктике и поддержать коренных жителей.

В-третьих, для того чтобы сотрудничать эффективно, крайне важно, чтобы сотрудничество по Арктике было глобальным. Конечно, большое значение имеет и выпадение сажи в Арктике, это также изменяет и ухудшает ситуацию с глобальным потеплением. И пока мы не знаем, как работать с этой проблемой, у нас нет каких-либо технологий или ноу-хау, которые решают эту проблему. И как раз сейчас пора заняться ею вплотную и очень серьёзно.

Выпадение сажи приводит к тому, что производство всё больше и больше становится вредным и усугубляет климат на нашей планете, поэтому крайне важно понимать, что в 2015 году этот показатель составил почти 150 миллиардов кубометров газа, это как раз тот попутный газ, который расходуется впустую, сжигается. Соответственно, это практически в 40 раз больше, чем тот природный газ, который используется в Финляндии ежегодно, и это тот попутный газ, который сжигается, соответственно, мы просто сжигаем деньги. Помимо этого сжигание попутного газа отвечает за одну четверть всего потепления климата, что происходит в Арктике.

В-четвёртых, нам необходимо убедиться в том, чтобы Арктика оставалась зоной сотрудничества. Стратегическая значимость Арктики постоянно растёт, геополитическая напряжённость в других частях мира возрастает, но мы не должны допустить того, чтобы это напряжение касалось и Арктики. Нам нужно подойти к этой проблеме с холодной головой, посмотреть на неё крайне трезво, для того чтобы не допускать повышения напряжённости и в будущем. Хорошие новости заключаются в том, что Арктика остаётся мирным регионом и арктическое сотрудничество остаётся очень эффективным.

Существует долгая история традиций и культуры сотрудничества, это действительно живая, постоянно меняющаяся система управления в Арктике. Мы подчиняемся международному законодательству, и крайне важно, чтобы оно и в дальнейшем оставалось главенствующим. Понятно, что там большое количество природных ресурсов, нефти и газа. Важно, чтобы все эти вопросы определялись международным законодательством.

Также арктические державы вместе согласились в том, что они будут следовать Конвенции ООН по морскому законодательству. Также соглашение между Норвегией и Россией, подписанное в 2010 году, является хорошим примером сотрудничества по Арктике, которому следует последовать всем остальным.

Наконец, важно следить за тем, чтобы те механизмы, которые у нас уже существуют, использовались на полную. В начале мая Финляндия будет председателем в Арктическом совете на протяжении двух лет. И наш слоган председательства звучит следующим образом: «Поиск совместных решений». Мы должны подчеркнуть необходимость в конструктивном сотрудничестве по Арктике между всеми задействованными сторонами.

Также мы считаем, что пришло время, когда арктическое сотрудничество должно подняться на новый уровень. И Финляндия предлагает всем создать арктический саммит, в рамках которого можно было бы обсудить все важные разнообразные вопросы, которые касаются этого региона и не только его. Таким образом, у нас появится возможность убедиться в том, чтобы Арктика действительно оставалась территорией диалога. Это наша совместная ответственность – следить за тем, чтобы взятые на нас обязательства и традиции, которые мы ведём, сохранялись здесь, на Севере.

Большое спасибо.

Дж.Катмор: Прежде чем я передам слово Президенту Исландии, я хотел бы прокомментировать последнее высказывание Президента Финляндии. Хотели бы Вы пригласить и Президента Путина, и Президента Трампа на встречу лидеров сразу после того, как Финляндия займёт место председателя в Арктическом совете?

С.Ниинистё: Мы, безусловно, были бы очень рады иметь возможность провести подобный саммит, но, для того чтобы провести саммит, также необходимо, чтобы было что сказать на этом саммите. Мы, безусловно, будем следить за тем, как развивается ситуация, в какую сторону развивается дискуссия, сможем ли мы найти какие-то общие точки зрения. И в таком случае, несомненно, для нас было бы большой гордостью провести подобный саммит.

Дж.Катмор: И вопрос к Вам, господин Путин. Если Финляндия действительно проведёт подобный саммит, который состоится в нескольких месяцах от потенциальной встречи «большой двадцатки» в июле, где у Вас планируется встреча с Президентом США, Вы были бы рады встретиться с Президентом Трампом в рамках Арктического совета?

В.Путин: Финляндия – наш очень добрый сосед, и Финляндия имеет очень хороший опыт организации судьбоносных мероприятий подобного рода. Хельсинкский процесс, известно, именно в Хельсинки и начался в своё время, были подписаны очень важные документы. В этом смысле Финляндия, на мой взгляд, очень подходящая страна, Хельсинки – подходящая площадка для организации подобных мероприятий.

Но Президент Финляндии только что сказал, это такие события, которые должны быть хорошо подготовлены, и должны быть подготовлены с обеих сторон. Если это произойдёт, то мы будем рады принять участие, я буду рад принять участие в таком мероприятии. Если нет, то тогда в рамках обычных встреч подобного рода, на «двадцатке», я думаю, что такая встреча может состояться.

Дж.Катмор: Спасибо большое за Ваш ответ.

А сейчас позвольте пригласить Президента Исландии Гудни Йоханнессона и начать его выступление.

Спасибо.

Г.Йоханнессон (как переведено): Президент Владимир Путин! Президент Саули Ниинистё! Ваши Превосходительства, дорогие господа!

Мне кажется, что надо поблагодарить организаторов за возможность выступить на этой важной конференции. Я также хочу поблагодарить Вас, Президент Путин, за Ваш интерес к арктическим вопросам и за то, что Вы демонстрируете последовательные обязательства в развитии международного сотрудничества в этом регионе.

Для Исландии Арктика играет важную роль. Мы работали с другими арктическими державами в рамках Арктического совета и в рамках других форумов. В недавние годы мы также привлекали внимание к региону посредством ежегодной конференции «Северный полярный круг» в Рейкьявике под руководством моего предшественника Олафура Гримссона.

Позвольте также добавить и свою благодарность за возможность находиться здесь, в Архангельске. Когда я изучал историю, будучи молодым, я стал восхищаться российской и советской историей, изучая её на русском. К сожалению, я мог изучать русский язык только в течение одного года, но это восхищение остаётся со мной до сих пор.

Дома, в Исландии, я смог подружиться с россиянами, которые там живут. Их гостеприимство и честность – это те слова, которыми я воспользовался для того, чтобы описать этих своих друзей, как гласит русская пословица: «Нет ничего дороже на этой земле, чем настоящая дружба». (Произнёс по-русски.) Спасибо.

Мы, исландцы, разделяем часть нашей истории и нашего наследия с россиянами и с другими странами в этой части Европы. Наши древние саги содержат рассказы о викингах, которые путешествовали в восточные земли – в Новгород, в Киев, и другие направления. В нашем недавнем прошлом события, происходящие в этой части мира, безусловно, влияли на наше общество. В Исландии люди с теплотой вспоминают, как руководители в Москве принимали нашу сторону в спорах относительно ограничения прав на рыболовство в начале ХХ века.

Позже, когда мы расширили эти границы сотрудничества, безусловно, возникали и возражения с советской стороны, но общая история рыболовных споров и развитие закона моря демонстрируют, как международные разногласия и споры могут и должны решаться посредством диалога и переговорного процесса.

Таким образом, Конвенция Организации Объединённых Наций по морскому праву доказывает свою сущность. Безусловно, остаётся сделать ещё много, в течение ХХ века рыболовство составляло костяк исландской экономики, хотя нам удалось диверсифицировать свою экономику и сегодня мы переживаем развитие туризма, мы продолжаем зависеть от морских ресурсов. Океан жизненно важен для нас, и даже скажу, он жизненно важен для всего человечества.

Следовательно, я бы хотел привлечь ваше внимание к некоторым рискам и возможностям, которые есть в этой области. На протяжении веков человек пользовался океаном для того, чтобы пользоваться его ресурсами. Какое-то время назад человек, который работал в резиденции Президента Исландии, сказал мне о том, как им приходилось очищать морскую береговую линию от мусора: «Мы всё это грузили в контейнер, потом мы его вывозили на берег, а потом, собственно, выбрасывали всё опять в море, и проблема была решена». К счастью, такого рода методы уже в Исландии не используются.

Но большие вызовы стоят перед нами. Сегодня более 8 миллионов тонн пластмассы сбрасывается в океан каждый год. И объём этот быстро увеличивается. Если ничего не предпринимать, к 2050 году пластмассовых отходов будет больше, чем рыбы в водах океана. И, дорогие друзья, мы не сможем планировать нашу жизнь на потребление пластмассы, независимо от того, какого бы прогресса мы ни достигли в будущем. Такого рода «пластмассовая угроза» является неминуемой.

Увеличение кислотности вод океана – это уже другая проблема, которая невидима, но беспокоит. Главное – ущерб [который она наносит]: от этого страдают и улитки, и крабы, и все прочие морские животные.

В Кирунской декларации 2013 года восемь министров Арктических государств обозначили такого рода озабоченность. С тех пор ситуация только лишь ухудшалась. Может быть, нам требуется ещё одна декларация, но давайте припомним ещё одну русскую пословицу: «Дела звучат громче слов!»

И третий вопрос, который мы должны решать, касается увеличивающегося транспортного движения, поскольку все суда, которые двигаются за счёт ядерных установок, несут в себе определённую опасность загрязнения. Безусловно, в 2013 году мы подписали договорённости о сотрудничестве в готовности реагировать на загрязнение морских вод, но мы должны продолжать двигаться этим курсом, быть готовыми ко всем поворотам.

Наконец, позвольте упомянуть ещё и меняющееся поведение рыбы, такой как макрель и сельдь. Рыба не признаёт границ, и, следовательно, мы верим в то, что фундаментально важно для арктических государств достигнуть договорённости о том, как делиться именно такого рода мигрирующими рыбами. Эти договорённости должны быть основаны на научных соображениях, которые касаются и размера такого рода рыб, и каждого вида, который наблюдается в Арктике. В этом смысле мы всячески приветствуем текущие обсуждения, касающиеся того, как контролировать и управлять рыболовством в будущем в Арктике. Никогда раньше международные переговоры по вопросам рыболовства не начинались, пока рыба не появлялась. Мы гордимся тем, что участвуем в этой инициативе – хорошем примере того, как вести бизнес в Арктике.

Дорогие друзья, теперь от вопросов океана хочу перейти на сушу. Эта конференция подчеркнула многие возможности и многие вызовы, которые встают перед живущими в Арктике. Легко быть поражённым этой ни с чем не сравнимой красотой Севера и жизненным укладом, который мало поменялся за прошедшие века. Тем не менее природа здесь не только красива, но также и сурова. И нам необходимо вместе работать для того, чтобы улучшать условия жизни людей, живущих на Крайнем Севере.

Президент Путин на самом деле коснулся этого вопроса в своих вступительных словах. На прошлой неделе он также коснулся этого, [приветствуя участников] Международного форума и съезда коренных малочисленных народов, проживающих на Севере, в Сибири и на российском Дальнем Востоке, высказав следующие наблюдения. Чрезвычайно важно развивать конструктивный и взаимовыгодный диалог с местными властями, с ведущими и влиятельными общественными организациями, учитывая мнение людей, и действовать в их интересах.

Пускай это будет тем маяком, которым мы будем руководствоваться в наших будущих действиях. Экономические действия не только должны иметь устойчивый характер и не наносить ущерб экосистеме, но также и приносить пользу местному населению, улучшая инфраструктуру, здравоохранение, систему обучения, образования, коммуникаций и прочие аспекты, характеризующие жизнедеятельность человека сегодня. А это на самом деле, как я считаю, также было той темой, которой коснулся и Президент Ниинистё.

Здесь, на Севере, как и в других регионах, социальные проблемы тоже должны решаться, а не игнорироваться. Нам необходимо бороться с неправильным использованием, злоупотреблениями, пускай по причине какого-либо происхождения или же этнических вопросов, и освобождать это от какого-либо насилия.

Дорогие гости конференции! Арктическая политика Исландии основывается на парламентских решениях, которые единодушно были одобрены в марте 2011 года, – шесть лет назад. Их цель – обеспечить интересы Исландии, что касается, как следствие, и климатических изменений, природоохранных вопросов, природных ресурсов, вопросов навигации и социального развития, а также укрепления взаимоотношений и сотрудничества со всеми государствами, заинтересованными лицами в вопросах, которые встают перед регионом. Резолюция касается важности международного закона, в особенности необходимости решать любые разногласия по арктическим вопросам на основе Конвенции ООН по морскому праву.

Дорогие слушатели, Президент Путин и Президент Ниинистё!

Через несколько недель Финляндия вступит в председательство Арктическим советом. Через два года Исландия вступит в эту роль, и затем Россия с 2021 года до 2023 года будет председателем. Мы должны тесно работать вместе и делиться последовательностью и общими долгосрочными целями в рамках работы Совета. Арктический регион меняется быстро. Перед нами встают такие вопросы, как природоохранные изменения, и условия жизни людей тоже меняются. И пусть наше воздействие будет положительным, пусть Арктический диалог даст нам результаты.

Большое спасибо.

Дж.Катмор: Большое спасибо.

И теперь что бы я хотел сделать, так это повести нашу беседу о том, как добиться прогресса по целому ряду этих вопросов. И мне бы хотелось начать, Президент Путин, с того момента, где в своём выступлении Вы обратили внимание на эти 150 проектов и триллионы рублей. Один из вызовов, как мне кажется, возникающих в настоящий момент, – это относительно низкая себестоимость извлечения нефти и других минеральных ресурсов. Проекты в этом регионе мира, похоже, экономически не конкурентны. Означает ли это, что скорость, с которой эти проекты инициируются, будет относительно медленной, и не предвидите ли Вы какие-либо изменения в изменении конъюнктуры цены на эти товары, которые могут поменять ваши приоритеты?

В.Путин: Нет, вряд ли что-то может поменять наши приоритеты в этом регионе, имея в виду несколько обстоятельств. Первое. Уже сегодня 10 процентов ВВП России складываются из результатов работы предприятий, функционирующих в этом регионе, и удельный вес их постоянно растёт.

Существенными являются следующие обстоятельства. Это рост изменения и повышения эффективности новейших технологий, которые появляются. Вот сегодня мы принимали первый танкер в построенном новом порту Сабетта. Абсолютно новый порт, построенный с нуля в Арктической зоне, в чистом поле, что называется. Ещё совсем недавно это было бы трудно сделать с таким качеством. Корабль, который сегодня подошёл в этот порт, – это современные технологии, он проламывает лёд, сам как ледокол идёт, под два метра толщиной. Вот новые технологии.

Второй существенный фактор, который поддерживает наш оптимизм,– это изменение климата. Вот господин Президент Финляндии Ниинистё говорил об этом, и говорил об этом очень убедительно. Количество дней навигации по Северному морскому пути резко увеличивается в последнее время. Это говорит о том, что транспортные возможности улучшаются.

Я, как вы знаете, вчера был в районе совсем Крайнего Севера, на Земле Франца-Иосифа, это 900 километров от Северного полюса. Мне там наши специалисты, наши учёные говорили о том, что они наблюдают постоянное таяние снегов, ледников, господин Президент Финляндии тоже об этом сказал.

Это говорит о том, что и с изменением климата наступают более благоприятные условия для использования этого региона в экономических целях. Если эти тенденции будут развиваться таким образом, то смотрите, что произойдёт. Сегодня у нас по Северному морскому пути отгружаются товары в объёме 1,4 миллиона тонн, к 2035 году это уже будет 30 миллионов тонн. Вот вам рост.

При реализации одного нашего крупного проекта «Ямал СПГ», а это ещё одно подтверждение того, что в этих широтах можно осуществлять такие программы, построен абсолютно уникальный новый завод, уже заканчивается строительство. В прежние времена такое трудно было бы себе даже представить, но он начинает работать в конце этого года, это уже практически свершивший факт, и будет производить 16,5 миллиона тонн сжиженного природного газа. А объём перевозок сразу увеличится в разы, раза в четыре по Северному морскому пути. Причём в обе стороны может работать, как в сторону Европы, так и в сторону Азии.

Вот всё это говорит о том, что наши планы по освоению этого региона мира являются абсолютно обоснованными.

Дж.Катмор: Господин Президент Ниинистё, хотелось бы послушать Вас на эту тему. То, что мы услышали, это объёмы судоходства увеличатся, объёмы рыбной ловли увеличатся и всё это будет иметь экологические последствия, и каким образом в данных условиях предотвратить негативные последствия тех позитивных сдвигов, которые происходят в экономике?

С.Ниинистё: Действительно, это очень сложный вопрос. Но, во-первых, что бы я хотел сказать. Совершенно очевидно, что потепление в регионе Арктики будет продолжаться независимо от того, будут ли соблюдаться все критерии парижских соглашений, и это факт. Мы считаем, что экология и бизнес противоречат друг другу. Но мы должны найти такие пути, которые позволят обеспечить баланс, и, что парадоксально, но так же как сажа, так же как другие негативные элементы, если бы мы избавились от этих негативных последствий, то было бы хорошо, и это бы не повлияло на показатели продуктивности бизнеса.

Мы должны найти такие решения, такие разумные пути, использовать такие возможности использования ресурсов в Арктике, в том числе и рыболовство, и попытаться по крайней мере снизить нерациональное поведение, которое бесполезно и которое только приводит к причинению ущерба. Это первый шаг, который необходимо сделать на данном пути.

Дж.Катмор: Господин Йоханнессон, Исландия сконцентрирована, сосредоточена на сохранении морской среды. Я хотел бы этот вопрос повторить и спросить, каким образом получить все преимущества от развития экономики, в то же время не нанося ущерба биоразнообразию среды?

Г.Йоханнессон: Да, это, действительно, обширный вопрос. В своём выступлении я сказал, что мы относимся к океану, или раньше относились, как к мусорной куче и всегда думали, что рыбы всегда будет достаточно в океане и можно бесконечно извлекать рыбные ресурсы, не нанося ущерб многообразию рыбы. Ситуация изменилась, поэтому необходимо внести какие-то ограничения и по крайней мере не относиться к океану как к мусорной куче. Нужно это делать сообща, совместными усилиями и на благо всего человечества, и в то же время не споря, кто и что будет делать.

Мы должны совместно пользоваться общим богатством. И поэтому очень важно налаживать арктический диалог меду всеми заинтересованными сторонами путём переговоров и достижения компромиссов.

Все из нас осознают, что глобальное потепление присутствует и это влияет на Арктику. И одно из последствий глобального потепления для Арктики – это таяние льда. Это приводит к изменению и поголовья рыбы в океане. Повышение температуры в море, в океане приводит к тому, что многие виды рыб мигрируют на юг вместо движения на север. Мы остаёмся без рыбы, и это подводит нас к вопросу: «Что мы должны делать? Мы должны пассивно ждать или действовать активно?»

Именно поэтому необходимо объединить усилия, обсуждать эти вопросы и рационально пользоваться рыбными ресурсами. Это позволит нам двигаться вперёд.

Дж.Катмор: Господин Президент Путин, не странно или не тревожно ли на данном этапе, что пришла к власти новая американская администрация и в результате во главе Федерального агентства по охране окружающей среды стал человек, который, по сути дела, не разделяет точку зрения многих американских учёных?

Здесь американцев нет, но как справиться с этими трудностями, что американская администрация в настоящий момент реализует политику, которая только приведёт к дальнейшему таянию льда?

В.Путин: Во-первых, здесь американцы есть, слава богу. Вот господин посол Теффт сидит, я вижу. Приветствую Вас.

А во-вторых, вы знаете, я сейчас скажу, может быть, не очень популярную вещь, но Президент Саули Ниинистё, по-моему, сказал, что мы будем исполнять все парижские договорённости. Россия тоже намерена это делать, так же как мы исполняли Киотский протокол.

Но, как Саули сказал, потепление всё равно будет продолжаться, и это наверняка так и есть.

В чём вопрос? Смотрите, как я сказал уже, был вчера на Земле Франца-Иосифа. На этой земле был австрийский исследователь господин Пайер. Потом он оттуда уехал, сделал описание, в том числе ледников, которые там имеют место быть. Через 20 лет примерно там появился будущий король Италии и сделал фотографические снимки, а потом показал это господину Пайеру. У того была фотографическая память, кроме этого он карты рисовал, карты ледников, и он обнаружил, что за 20 лет ледников стало меньше.

То есть потепление уже началось, таких антропологических факторов, таких выбросов тогда не было, а потепление уже началось. Вопрос не в том, чтобы его предотвратить. Я согласен с теми, кто считает, что вопрос не в том, чтобы предотвратить, потому что это невозможно, это может быть связано с какими-то глобальными циклами на Земле или вообще планетарного значения.

Вопрос в том, чтобы к этому приспособиться. Господин Йоханнессон говорил о том, как распределяют рыбу, куда она уходит, где она появляется, научные исследования нужны. Вопрос в том, чтобы человечество и люди, которые проживают в этом регионе, к этому приспособились.

Поэтому не такими уж глупыми являются предложения и позиции тех, кто не согласен со своими оппонентами, в том числе, я даже не знаю, как зовут этого господина, которого Вы упомянули, который возглавил сейчас… Что он возглавил в Америке? Дай бог ему здоровья и успехов, но мы все должны слушать и слышать друг друга, и только тогда можно найти наиболее оптимальные варианты решения этих проблем, а они, конечно, есть.

Дж.Катмор: Это Скотт Прюитт, и в настоящий момент его деятельность освещается в прессах. И Вы сказали, что Россия будет выполнять парижские соглашения. Но не вызывает ли у Вас озабоченность, что существовали же аналогичные обязательства и у США?

В.Путин: Мне кажется, нужно говорить не об озабоченностях, а о поиске компромиссов. Ведь в своё время, я очень хорошо помню, у меня были очень добрые личные отношения с господином Бушем-младшим, я знаю его позицию. Он ведь тоже, когда пришёл к власти, был против этих мероприятий, в том числе в рамках Киотских протоколов. В конце концов компромиссы были найдены. Я думаю, что и здесь так произойдёт. Я бы ничего не стал драматизировать и не стал бы использовать эти важнейшие для всего человечества факторы для внутриполитической американской борьбы.

Дж.Катмор: Господин Президент Ниинистё, обращаясь к Вашим комментариям, я хотел бы задать Вам тот же вопрос. Вы разочарованы на данном этапе, что нет обязательств США соблюдать парижские соглашения?

С.Ниинистё: Я согласен со многим, что сказал Владимир. Сейчас очень важно, чтобы мы продолжали обсуждать эти проблемы и попытались, во-первых, понять друг друга и попытались найти компромиссы или решения. Поэтому я бы не стал описывать сейчас ситуацию как катастрофу и разрушение парижских соглашений.

Хочу привести один пример, и это пример с сажей. Сажа возникает в результате неполного сжигания ископаемых видов топлива. Как избежать выбросов сажи? Необходимы инвестиции, для того чтобы модернизировать эти заводы, и это наша общая задача.

Во-первых, мы должны провести исследования новых технологий и затем обновить заводы. Это проблема и в России, но это проблема и США в том числе, и в Канаде, в других странах, может быть, и Финляндии. И если мы могли бы найти общее решение, осуществить инвестиции в обновление, в модернизацию этих заводов, то мы добились бы прогресса на этом пути. Это не повредило бы никому с экономической точки зрения, но мы бы все выиграли от этих решений.

Вот как-то так, это было бы неплохим началом – выработать общие точки зрения на решение этой проблемы, для того чтобы двигаться вперёд даже в рамках парижских соглашений.

В.Путин: Я позволю себе немножко подискутировать с Саули, он сказал о выбросах сажи. Я уже в третий раз возвращаюсь к своей вчерашней поездке на острова, и мы смотрели лёд там, на леднике. Этот ледник образовывался сотни, тысячи, миллионы лет подряд. И в одном из слоёв, поверьте мне, можете съездить посмотреть, ярко выраженное отложение сажи. Но это произошло тысячи лет тому назад, никаких заводов, которые выбрасывали сажу в таком количестве, не было.

Обращаю ваше внимание, что несколько выбросов вулкана Этна перекрывают все усилия сегодняшнего человечества по антропогенным выбросам в атмосферу. Надо это внимательно всё изучать.

Дж.Катмор: В продолжение данной тематики. Как можно гарантировать, что экономические проекты, о которых Вы ведёте речь, которые будут запускаться в ближайшие годы, как можно гарантировать, что будет оказываться минимальное воздействие на экологию?

В.Путин: Хочу обратиться к своему коллеге и его высказываниям, коллеге слева от меня, Президенту Исландии, он говорил о том, что нужно и с учёными работать. А гарантии какие могут быть? Гарантии даёт только страховой полис, а мы должны вместе ответственно трудиться над поиском технологических решений, принимать ответственные решения на правительственном уровне.

У нас в России принята программа, целая правительственная программа по освоению Арктики, где ключевым элементом является элемент сохранения биоразнообразия, защиты экологии, окружающей среды, интересов коренных народов Севера. Надо просто использовать современные технологии не только для того, чтобы добывать минеральные ресурсы, но и для того, чтобы защищать природу.

Я уже упоминал наш проект, который мы сейчас активно реализуем с семью странами, это «Ямал СПГ», по добыче 16,5 миллиона тонн сжиженного газа. Семь – это имеется в виду два наших иностранных партнёра – участники акционерного общества, и ещё несколько стран, которые организуют работу, помогая технологиями, оборудованием и так далее. Все их технологии позволяют реализовывать проект вообще без всяких выбросов, без всяких отходов, всё утилизируется, свозится на берег и уничтожается, причём уничтожается тоже экологически безопасным способом. Если мы будем применять такие технологии, тогда нам ничего не угрожает.

Дж.Катмор: Ясно, что в будущем необходимо налаживать диалог, необходимо налаживать коммуникации между всеми сторонами в Арктическом совете. Но мы знаем, что в настоящий момент отношения находятся на низкой точке между Россией и многими западными странами. Отчасти это происходит из-за Украины и Крыма. Я не хочу затрагивать эту тему, скорее я хотел бы задать вопрос, господин Президент Путин: каким образом налаживать меры доверия в данной ситуации, когда международные отношения находятся на такой низкой точке?

Очень трудно сотрудничать по Арктике, если Америка сейчас, по мере того как мы говорим, на слушаниях одного из комитетов по разведке говорится о том, что Россия использует дезинформацию для оказания влияния на выборы в США.

В.Путин: Я так и знал, что этим закончится. (Смех в зале, аплодисменты.) Мне очень бы не хотелось, чтобы тот позитив, который складывается при обсуждении вопросов Арктики, сюда же, на эту площадку переносились проблемы двусторонних российско-американских отношений. Но из-за уважения к Вам, Джефф, из-за уважения к Вашей компании CNBC, которая наверняка дала Вам такое поручение, я просто вынужден идти у Вас на поводу.

Во-первых, хочу Вас поблагодарить за то, что Вы, подняв эту проблему, сказали о том, что существует проблема Украины и Крыма. Вы как бы разделили Крым и Украину. И это правильно.

Теперь по поводу сути Вашего вопроса. Мы уже неоднократно говорили, и хочу это подчеркнуть ещё раз, мы знаем, мы в этом уверены и знаем наверняка, опросы общественного мнения в Соединённых Штатах показывают, что в Соединённых Штатах очень много друзей России.

Я хочу прежде всего им сказать, что мы воспринимаем и относимся к Соединённым Штатам как к великой державе, с которой мы хотим наладить очень добрые, партнёрские отношения. Всё остальное – ложь и выдумки в отношении России и провокации.

Всё это используется для внутриполитической американской повестки дня. Что именно? Вот эта антироссийская карта разыгрывается в интересах отдельных политических сил внутри США с целью поднять, закрепить свои собственные позиции внутри Соединённых Штатов.

Я уже упоминал, здесь сидит господин посол Соединённых Штатов, он приехал к нам на форум, он общается со всеми участниками, может общаться с членами Правительства, с представителями крупных компаний России. Мы этому не препятствуем, а наоборот, способствуем, помогаем.

А контакты нашего посла в Соединённых Штатах ограничиваются: любая его встреча воспринимается в штыки, как какая-то шпионская акция. Ну разве это не бред?! А для чего там посол? Для того чтобы общаться с людьми, поддерживать контакты с политической элитой, с бизнесменами, с членами Конгресса и Сената, с членами Правительства, Администрации. А зачем он туда приехал? Это общемировая дипломатическая практика.

Или вот сейчас поднимают вопрос о встречах наших бизнесменов, банкиров. А что, разве американские бизнесмены не приезжают, не общаются здесь с нашими представителями, в том числе и с Правительством Российской Федерации? Ну а как им работать-то иначе? Конечно, общаются.

Думаю, что не в интересах большинства американского народа доводить до абсурда российско-американские отношения в угоду политическому внутреннему календарю. Мы что хотим, свернуть вообще наши отношения? Они и так почти на нуле, 20 миллионов долларов оборот всего, был-то 27, ничтожный на самом деле для таких стран, как Россия и США, теперь скатился до 20. Мы чего хотим, полностью разорвать дипломатические отношения? Довести ситуацию до 60-х годов, до Карибского кризиса? А дальше что?

Вообще люди, которые вот так ведут себя безответственно, они к чему ведут нас всех, в том числе и народ Соединённых Штатов? Мне кажется, что это большая ошибка, я очень рассчитываю на то, что когда-то, и чем раньше, тем лучше, ситуация нормализуется.

Теперь что касается Украины. Вот в тех же Штатах, ну и где-то в других местах, есть мнение (мы знаем об этом наверняка), что чем хуже отношения между Россией и Украиной, тем лучше для них. Потому что это ослабляет Россию, это не даёт хода каким-то интеграционным процессам, которые бы усилили Россию, в том числе в сфере экономики. Пускай вообще Россия ковыряется в своих приграничных делах со своими соседями и не лезет в международные вопросы, такие как Сирия, Ближний Восток и другие. И это, мол, нам выгодно.

Это ошибка. Это невыгодно никому, потому что если мы будем пытаться какими-то средствами, тем более такими опасными средствами, как региональные конфликты, кого-то сдерживать, это может привести и к глобальным катастрофам, и к глобальным конфликтам. Наоборот, нужно стремиться к разрешению конфликтов любого рода. Очень рассчитываю на то, что и наши американские партнёры, коллеги встанут именно на этот путь сотрудничества. Повторяю ещё раз, чем быстрее мы все эти проблемы решим, тем лучше.

Теперь что касается Арктической зоны. Мы здесь сотрудничаем с нашими американскими партнёрами в рамках Арктического совета. Сейчас, как известно, Совет возглавляют как раз Соединённые Штаты. Мы вместе с ними на экспертном уровне, с Соединёнными Штатами, работали над выработкой соответствующего соглашения, которое должно быть в ближайшее время принято, по-моему, кстати, на Аляске собираются принять это решение. Оно касается использования научных исследований совместных в Арктической зоне, что я считаю очень важным.

В двустороннем плане у нас продолжается, как ни странно это прозвучит для сегодняшнего дня, сотрудничество по приграничным вопросам. Например, жители, граждане России и граждане Соединённых Штатов, проживающие по берегам Берингова пролива, могут ездить друг к другу без виз. У нас безвизовый режим существует до сих пор, слава богу. И это очень хорошо помогает людям, которые там живут, в этом регионе, общаться друг с другом, с родственниками, с близкими и с друзьями. Это очень хорошая база для расширения сотрудничества подобного рода и в будущем.

Наконец, есть конкретные региональные вопросы, в реализации которых мы заинтересованы, и Соединённые Штаты, и Россия. Тот же Берингов пролив: объём перевозок, интенсивность судоходства резко возрастают, значит, и Соединённые Штаты, и Россия заинтересованы в том, чтобы обеспечить безопасность мореплавания в этом регионе. Так же как мы должны заботиться вместе о сохранении, скажем, поголовья белого медведя, об организации (о чём говорил Президент Исландии) рыболовства, вылова биоресурсов, использования их и так далее. Это наш общий интерес.

Я уже сейчас не говорю об огромных возможностях по освоению углеводородного сырья, других минералов в Арктической зоне. У нас есть очень хорошие примеры, мы сотрудничаем, как известно, с компанией ExxonMobil, с другими нашими партнёрами по освоению этого региона. Это огромные перспективы и для России, и для Соединённых Штатов, да и вообще для всего мира.

Очень надеюсь, что мы выйдем на такую дорогу с двусторонним движением и будем улучшать российско-американские отношения на благо наших народов, да и всего мира.

Дж.Катмор: Господин Президент, я хочу ясно понять, ясно изложить это. Вы и российское Правительство никогда не пытались повлиять на результаты выборов в США, и свидетельства этому не будет обнаружено?

В.Путин: Когда-то Рейган, по-моему, дискутируя по поводу налогов, обращаясь к американцам, сказал, читайте по губам: «No». (Аплодисменты.)

Дж.Катмор: Я знаю, Президент Ниинистё хотел бы также присоединиться к нашей дискуссии. Но ещё один вопрос хотел задать, прошу извинить меня за этот вопрос, но очень важно для международной аудитории получить ответ на этот вопрос, продолжение предыдущей дискуссии.

Мы являлись свидетелями, что Олег Дерипаска предложил выступить перед комитетом [в Конгрессе США], потому что он сказал, что то, что было сказано о нём, это неправда. Это было бы беспрецедентно. Имеется какая-то возможность, чтобы российское Правительство дало возможность российским гражданам выступить перед американскими комиссиями, чтобы раз и навсегда решить этот вопрос, прояснить этот вопрос?

В.Путин: Смотрите, мы слышим эти бесконечные и беспочвенные обвинения в каком-то вмешательстве, говорим о кибербезопасности. Вам известно, что мы давно предложили американской стороне разработать, подписать совместное соглашение, совместный документ – межправсоглашение об обеспечении кибербезопасности. Мы же предложили это сделать. Американская сторона отказалась. Почему? Может быть, просто потому, что выгодно нас обвинять в этом, исходя из политического внутреннего календаря? Почему?

Что касается выступления. Мы в Конгрессе либо в российской Думе, я знаю точно, мне просто сообщали наши депутаты, многократно обращались и в Конгресс Соединённых Штатов, и в Сенат с приглашением приехать к нам, в Москву, и с предложением приехать в Соединённые Штаты, в Вашингтон, для того чтобы встретиться, объясниться, поговорить откровенно по ключевым вопросам двусторонних отношений, международной повестки дня. Ответа нет.

Дважды или трижды предлагали, вот в последнее время опять. Ничего. Ну, если поедет какой-то представитель нашего бизнеса, будет встречаться, там, в Конгрессе, будет выступать, да ради бога, это его право, пускай выступает где угодно, мы ничего против не имеем. Ему закрыли въезд, мне известно, в Соединённые Штаты. На каком основании – непонятно, никто не объясняет. Ведь никто не объясняет, почему закрыли. Пусть скажут. Пусть он приедет в Штаты, пусть выступит в Конгрессе.

Если, действительно, правоохранительные органы, спецслужбы предъявят какие-то к нему претензии реальные, основанные на чём-то, то тогда хотя бы нам будет понятно, с чем это связано. Всё бывает, бизнес – сложная такая субстанция, там, наверное, и нарушения какие-то возможны, но мы их не знаем. Если они есть, пусть предъявят тогда.

В этом смысле, я думаю, что это хороший был бы сигнал и хорошая практика. Мы также готовы принять, ещё раз повторяю, в Москве и представителей Конгресса и Сената. Ну и, безусловно, мы будем рады всегда видеть наших друзей из бизнеса, у нас очень много друзей в Соединённых Штатах из бизнеса, которые работают и хотят продолжать работать в России. Welcome, мы будем им помогать.

Дж.Катмор: Господин Президент Ниинистё.

С.Ниинистё: Да, я вернусь на несколько минут тому назад, когда мы говорили о возрастании напряжённости в отношениях. Я не полностью согласен с Вами, потому что мы являемся свидетелями того, особенно это касается Европы, что осознаётся необходимость в диалоге.

Многие мои коллеги по Европейскому союзу приезжают в Москву, даже наши соседи, министр иностранных дел Швеции встретился со своим коллегой в Москве, и на самом деле интенсивность диалога возрастает. И речь не идёт о возрастании напряжённости, напряжённость, наоборот, спадает.

Очень положительные явления присутствуют и на международной арене, также это касается и НАТО. Все члены НАТО подчёркивают необходимость диалога с Россией, но имеется вопрос. Этот вопрос касается отношений между США и Россией. Мы в данный момент не знаем, какие события будут происходить, и, естественно, это предмет двусторонних отношений между Россией и США. Но эти взаимоотношения представляют интерес и имеют большое значение для Финляндии.

Если вспомнить времена «холодной войны», то что хорошего было в то время для Финляндии? Мы понимаем, что Вашингтон и Москва тем или иным образом хорошо знают друг друга, не всегда они соглашаются друг с другом, но они хорошо знают то, о чём думает другая сторона. И это на самом деле положительный момент, даже если эти две страны и не соглашаются друг с другом. Но как эти взаимоотношения будут развиваться – имеет большое значение для всего мира, и мы надеемся на лучшее.

А если вернуться к повестке дня Арктики, все эти вещи всё равно взаимосвязаны. Да, конечно. И если мы считаем, что возникает напряжённость, то что может быть лучше, какая среда может быть лучше, чем прохладная Арктика, для того чтобы все эти горячие эмоции остудить. Так что давайте все успокоимся.

В.Путин: Это нам говорят «горячие финские парни», надо прислушаться. (Смех, аплодисменты.)

Г.Йоханнессон: Исландия – мы тоже крутые «холодные» ребята, не только финны. (Смех, аплодисменты.)

Мне кажется, трудно найти президентов стран, которые настолько отличаются друг от друга по протяжённости границ и мощи государства. Исландия – маленькая страна на острове, у нас даже армии своей нет.

В.Путин: Помочь? (Смех, аплодисменты.)

Г.Йоханнессон: Иногда на самом деле быть маленьким не так уж и плохо.

Я не хочу шутить, когда мы разговариваем на такие серьёзные темы, в любом случае у нас тоже есть президентские выборы, и никто не говорит, что иностранные государства вмешиваются в наши президентские выборы. Мы выжили, сохранили свою независимость, потому что мы уважаем международное право, и это уважение стало более интенсивным в течение XX и XXI века. Мы уважаем международное право и международные соглашения, и мы здесь уже упоминали Парижские соглашения. Если я не ошибаюсь, то такая компания, как ExxonMobil, будет стремиться к тому, чтобы американцы соблюдали Парижские соглашения. Поэтому: соблюдение международного права и международных соглашений, меры доверия. Как сказал Президент Финляндии, действительно существовала «холодная война», и Президент Путин упомянул Президента США Рейгана, помните, он также говорил: доверяй, но проверяй, – и это была самая любимая его поговорка. Мы должны развивать меры доверия. Наша маленькая страна не может оказывать значительное влияние, но мы можем оказывать содействие ослаблению международной напряжённости. В наших собственных интересах добиться того, чтобы великие державы ладили друг с другом. И поэтому мы встречаемся, обсуждаем, и это гораздо лучше, чем стремиться к ссоре друг с другом.

Дж.Катмор: Действительно, та теплота, которая исходит из вас, растопит весь лёд в Арктике.

Но тем не менее я хочу задавать сложные вопросы. Вы член НАТО, и ваша безопасность в той или иной степени гарантируется, зависит от НАТО. Американцы являются важным членом НАТО. Финляндия также принимает участие в некоторых мероприятиях НАТО. И когда Джеймс Мэттис, Министр обороны США, приступил к выполнению своих обязанностей, он оценил действия России в Арктике как агрессивные шаги. Насколько это способствует деэскалации напряжённости, господин Путин?

В.Путин: Что Вы имеете в виду? Наше агрессивное поведение.

Дж.Катмор: Это цитата. Это Джеймс Мэттис, Министр обороны США. Он, когда вступил в должность, прокомментировал то, что он увидел, – совершенствование военной инфраструктуры на российском севере, в Арктике, и применение новых военных технологий в этом регионе. И он поэтому и сказал. Но я просто его цитирую, это не я говорю.

В.Путин: Смотрите. То, где мы развиваем свою пограничную, военную деятельность, – это территория Российской Федерации. И мы исходим из того, что мы [действуем] так же, как и любая страна. Как Соединённые Штаты, которые являются нашими соседями, кстати говоря, по Арктике, развивают свою военную деятельность, которая, на наш взгляд, представляет для нас определённую угрозу, потому что если то, что мы делаем, имеет локальный характер, то то, что делают Соединённые Штаты на Аляске, имеет глобальный характер, там развивается система противоракетной обороны. И эти системы, как известно, – одна из очень серьёзных проблем сегодняшнего мира в сфере безопасности. Это не просто оборонная система, это часть ядерного потенциала, вынесенная на периферию. И это не то, что предупреждает ракетно-ядерное нападение, а это то, что минимизирует так называемый ответный удар. Это вещи, которые являются уже постулатом сегодня, и все эксперты это прекрасно понимают.

Ну так вот, Соединённые Штаты развивают свою инфраструктуру, развивают новейшие технологии, выйдя в своё время в одностороннем порядке из Договора о противоракетной обороне, который, на мой взгляд, являлся краеугольным камнем обеспечения стратегической стабильности. Соединённые Штаты вышли оттуда и сейчас эту инфраструктуру активно развивают.

То, что мы делаем, скажем, на островах, на побережье, носит локальный характер, в том числе связано и с созданием, воссозданием, я бы даже сказал, инфраструктуры для обеспечения безопасности судоходства в этом регионе мира. Мы вместе должны работать над пресечением любого неправомерного хозяйственного использования минеральных ресурсов, биоресурсов Арктики. Мы вместе должны бороться с любым видом контрабанды, с любым видом пиратства. Да, мы знаем о пиратстве в южных морях, но есть проявления и в других регионах мира. И здесь мы должны предотвратить любое такое негативное развитие событий.

Кроме всего прочего, мы создаём там не просто военную инфраструктуру, а, я вчера об этом тоже говорил, мы создаём инфраструктуру двойного, тройного назначения. На этой инфраструктуре будет работать и наше Министерство по чрезвычайным ситуациям, на этой инфраструктуре будут работать службы, которые должны будут предотвращать или минимизировать последствия от возможного разлива нефти, нефтепродуктов в этом чувствительном с точки зрения экологии регионе. Эта инфраструктура должна будет способствовать размещению и наших учёных, которые занимаются изучением Арктики. На этой инфраструктуре будут работать метеорологические службы.

Мы создаём комплексную инфраструктуру, в том числе и её военную составляющую. Вообще я считаю, что это очень правильное направление деятельности. Более того, мы открыты полностью в этом отношении и приглашаем всех к сотрудничеству по этому направлению, в том числе и наших американских партнёров.

Дж.Катмор: К сожалению, и военные учения, которые имеют место в Арктике, совместные военные учения, приостановлены. Если говорить о сотрудничестве, то каким образом вернуться в точку, когда отношения были положительными, несмотря на существующие сложности в различных областях?

В.Путин: Вот смотрите, в ходе моего визита в Финляндию в прошлом году Президент Ниинистё высказал озабоченность Финляндии по поводу того, что над Балтийским морем российские самолёты летают без включённых транспондеров – это приборы, которые дают сигнал службам авиационного контроля, что летит самолёт – просто летит самолёт, в данном случае боевой самолёт, самолёт боевой авиации. И я тогда пообещал Президенту Финляндии, что Россия выступит с инициативой, чтобы все державы, которые осуществляют военную деятельность в балтийском регионе, использовали эти транспондеры.

Надо сказать, что технически это не такая простая задача, поскольку у нас разные транспондеры, разные устройства у России, и у стран НАТО, разные стандарты, и чтобы они эффективно работали, принимались, нужно предпринять какие-то шаги. Мы объявили, что мы к этому готовы, провели соответствующую встречу в Брюсселе и услышали ответ: нет, страны НАТО этого делать не будут – у них спросите почему. То же самое и здесь.

Я, честно говоря, даже не понимаю почему. Надо сказать, что, во-первых, их активность гораздо выше, чем наша, в несколько раз. Если посмотреть количество самолётов, которые летают над Балтийским морем – российских и стран НАТО, – так в несколько раз больше эта активность. И нас после этого кто-то пытается обвинять в каком-то агрессивном поведении! Это просто разговор в пользу бедных, это для средств массовой информации. Но эксперты фиксируют и знают об этом.

То же самое касается Арктики. Мы не собираемся ни воевать, ни соревноваться здесь с Соединёнными Штатами. Всем же хорошо известно, что Соединённые Штаты тратят на оборону совокупно больше, чем все страны мира вместе взятые: бюджеты всех стран мира собрать в одну кучу – получится, что США тратят больше. Вот сейчас опять, по-моему, увеличивают на 40 или на 60 миллиардов.

Тем не менее и Россия, и Соединённые Штаты являются крупнейшими ядерными державами. У нас особая ответственность перед планетой, перед международным сообществом за международную безопасность. И, конечно, чем быстрее мы наладим сотрудничество в военной сфере, тем лучше. Но, кстати говоря, всё–таки по некоторым чувствительным направлениям, по таким как, допустим, сотрудничество в Сирии, несмотря ни на какие внешние заявления, всё–таки реальное сотрудничество налаживается, углубляется и расширяется. Мы чувствуем заинтересованность наших американских партнёров в развитии этого взаимодействия, и это очень хороший сигнал. Мы надеемся, что он распространится и на другие регионы мира, в том числе и на Арктику.

Дж.Катмор: Президент Ниинистё, Вы хотите сделать комментарий?

С.Ниинистё: Да. Во-первых, если обсудить тему транспондеров в воздушном пространстве Балтийского моря. Я не сказал, что только российские самолёты летают без транспондеров. Я Вам сказал, что просто самолёты летают без системы опознавания. Это лишь небольшой шаг, который мы можем сделать. Балтийское море – это небольшое пространство на карте мира, и транспондеры – это техническое оборудование. Но если их использовать, это будет небольшой шаг в правильном направлении, и поэтому я хотел бы поблагодарить Владимира за поддержку и за продвижение этого вопроса. Я знаю, что вы старались, и вы оборудовали ваши самолёты этим транспондером. Но, к сожалению, не удалось решить этот вопрос.

Я помню, в Мюнхене несколько месяцев тому назад на конференции по безопасности господин Министр иностранных дел Лавров – вот я его вижу – и Генеральный секретарь НАТО Столтенберг, они положительно высказались в отношении этой идеи. И сейчас существует группа экспертов в гражданской авиации в рамках ИКАО – Международной организации гражданской авиации, они изучают этот вопрос, и они обещали, что они вопросы транспондеров включат в повестку дня. Это то, что касается военных самолётов. Я считаю, что наиболее важные вопросы можно решить, начиная с небольшого шага. И за этим маленьким шагом могут последовать большие другие шаги.

Дж.Катмор: Да, и точка зрения Президента Путина о сотрудничестве, которое развивается в Сирии. Там вооружённые силы находятся в непосредственной близости друг от друга, и поэтому требуется обеспечить координацию взаимодействия представителей вооружённых сил. Президент Трамп верит, что он сможет вести военную кампанию против ИГИЛ, стереть их с лица земли.

Как Вы считаете, если Президент Трамп, если он предложит какую-то программу, могут иметься какие-то точки соприкосновения в этом плане?

В.Путин: У нас, безусловно, есть точка соприкосновения – это борьба с международным терроризмом. И то, что Президент Трамп ставит такую задачу, это очень правильно. Мы, безусловно, будем поддерживать эту работу. Я, ещё выступая в Нью-Йорке на 70–летии Организации Объединённых Наций, говорил о том, что, только объединив усилия, мы можем эффективно бороться с терроризмом. Это же не просто где-то, в какой-то точке – это глобальная проблема. И как мне в своё время говорил Король Саудовской Аравии, первой жертвой террористов являются исламские государства прежде всего. Это правда, он зародился давно, много сотен лет назад, всплески происходят время от времени, и сейчас мы наблюдаем один из таких всплесков. Это крайне опасно, мы видим это на трагических событиях, которые происходят по всему миру: и Европа страдает от этого, и Соединённые Штаты страдали, причём глобальные были катастрофы, я имею в виду 11 сентября. И Россия является объектом постоянных атак со стороны террористов.

Но если мы будем – хотя бы попытаемся – использовать эти силы в достижении каких-то политических целей, мы никогда не сможем его задушить. Я не говорю победить, но хотя бы задушить, свести к минимуму. И то, что Президент Трамп ставит перед собой такую задачу, это, конечно, нас настраивает на совместную работу. И мы очень рассчитываем, что мы к такому конструктивному сотрудничеству в конце концов и перейдём.

Дж.Катмор: И хотел бы ещё спросить: Вы будете поднимать это в беседе с господином Тиллерсоном, когда он приедет в Москву? Поскольку мне кажется, что он планирует оказаться в Москве до того, как Вы планируете свою встречу с Президентом Трампом.

В.Путин: Да, безусловно, это одна из ключевых тем нашей повестки дня – борьба с террором. И если господин Тиллерсон приедет, я с ним до этого встречался несколько раз, по-моему, раза два или три, мы, конечно, наверняка будем обсуждать и эту тему. Но, должен вам сказать, и вы знаете лучше, чем я, для того, чтобы эта работа была эффективной, нам нужно взаимодействие не только с Госдепартаментом, нужно взаимодействие с ЦРУ, нужно взаимодействие с Пентагоном. Без конструктивной работы с коллегами по этим направлениям мы вряд ли сможем добиться положительного результата.

Дж.Катмор: Я бы хотел завершить эту тему суверенности и безопасности, адресовавшись к теме российских претензий в Арктике, поскольку, как мы знаем, существуют некоторые конкурирующие планы на те же самые территории. Россия утверждает, что ей принадлежит территория в Арктике за границами 200–мильной зоны, что, в общем-то, является источником некоторой конфликтности и обсуждений. Как бы нам решить этот вопрос, господин Президент Путин, чтобы все были удовлетворены?

В.Путин: Во-первых, всех всегда трудно удовлетворить, так не бывает. Компромисс – это результат взаимных уступок, значит, кто-то в чём-то должен уступить. Но у нас есть хороший пример, когда мы, не помню, дай бог памяти, в 2008 или в 2010 году после долгих, многолетних переговоров и споров с Норвегией всё–таки пришли к соглашению и разделили определённые акватории Баренцева моря, провели государственную границу так, что это удовлетворило обе стороны: и Россию, и Норвегию.

Вот наш коллега слева от меня, господин Йоханнессон, упомянул, что у страны и армии нет, это небольшая страна. Норвегия тоже небольшая страна по сравнению с Россией, и армии несопоставимы, но мы не исходили и никогда не будем исходить из соображений подобного рода – кто там круче, кто сильнее. Мы исходим из того, что мы должны решать такие вопросы на основе справедливости и норм международного права. С Норвегией нам это удалось сделать. Я уверен, что если мы будем исходить вот из этих принципов, то мы сможем договориться и с Данией, и с другими арктическими государствами.

Дж.Катмор: Президент Йоханнессон, не могли бы Вы тоже прокомментировать эту тему? Потому что похоже, что это ещё не решённый до конца вопрос. Как утверждает господин Путин, может быть, не все будут удовлетворены. Вы готовы быть неудовлетворёнными?

Г.Йоханнессон: Нет, мы живём в мире, где много возможностей, и не всегда можно получить то, что желаешь. В арктическом регионе нам удаётся работать успешно и применять удовлетворительные методы, для того чтобы решать наши споры. А что касается улова, безусловно, мы в состоянии договариваться. Безусловно, возникают вопросы – не те, которые мы обсуждаем сейчас, – за предшествующие несколько недель во встречах между государственными представителями Исландии и арктических государств, России возникали разногласия. Но надо подходить к проблеме, не провоцируя друг друга, с уважением к мнению другой стороны и, более того, верить в научные доказательства и подтверждения.

Мы сегодня очень многое обсудили: и глобальное потепление, и тему Арктики, и Сирию, и Соединённые Штаты, и даже Финляндию и Исландию по отдельности. Но что нас должно заботить прежде всего, я позволю себе сказать, это снижение уважительного отношения к научным результатам. Потому что люди говорят: ну это вы так думаете, а я думаю по-другому. Если мы потеряем это уважение к очевидным вещам и фактам, тогда нас постигнет беда. У нас всё хорошо получилось. Что касается морских ресурсов и разграничения зоны рыболовства, у нас учёные были по обе стороны стола, они говорили: есть факты, которые невозможно опровергнуть. И если мы не достигаем согласия в том, как разделять уловы, тогда обе стороны проиграют. Я уверен, что, работая в правильном духе, мы можем двигаться вперёд. Это руководящий принцип для нас. Как подчеркнул совершенно правильно Президент Путин, мы окажемся в беде, если самым главным аргументом будет размер вооружённых сил.

Дж.Катмор: Тогда давайте перейдём к другой теме и поговорим о том, как мы воспринимаем будущее развитие Арктики. Я осознаю, глядя на присутствующую здесь аудиторию, что в ней есть люди, представляющие многие страны, которые не участвуют в Арктическом совете, и также довольно большое представительство у нас имеется из Китая. Китай говорит о своей близкой к арктической позиции и о своих интересах в Арктике.

Президент Путин, как бы Вы оценили некоторые из этих неарктических стран с точки зрения их участия в проектах, на которые Вы ссылались здесь? Сводится ли здесь всё к чисто инвестиционной деятельности или же Вы воспринимаете их будущность в большей роли?

В.Путин: Есть же международное морское право, есть соответствующее соглашение по Арктике, есть Арктический совет, куда входят восемь арктических государств, и мы вырабатываем единые подходы в работе с нерегиональные государствами.

Но мы считаем, что все государства мира имеют право работать в этом регионе. Вопрос только в том, как нам выстроить эту работу, как договориться об этом. Более того, ведь все и работают в этом регионе. Вот я упоминал о нашем большом проекте «Ямал СПГ». Там кроме акционеров, российских компаний, французских и китайских – там две китайские компании, – над поставкой техники работают и корейские, и японские компании, и некоторых других стран – всего семь государств. И от Китайской Народной Республики две компании, акционеры, будут заниматься добычей. А ExxonMobil, американская компания, вместе с нашей «Роснефтью» открыла одно из крупнейших месторождений в Арктике – «Победа». Индийские компании работают в районах Крайнего Севера, это тоже район Арктики, тоже по добыче углеводородов. Мы их уже привлекаем.

Те же китайские партнёры намерены участвовать и говорят о своей готовности участвовать в строительстве железных дорог на российском севере, которые будут вести к новым глубоководным портам. Вы знаете, мы не только не собираемся препятствовать работе нерегиональных стран по освоению Арктики, а, наоборот, заинтересованы в привлечении их ресурсов и возможностей для освоения этого региона, но, разумеется, на принципах соблюдения норм и правил, обеспечивающих экологическую безопасность, безопасность биоресурсов, обеспечение интересов коренных народов, проживающих на этих территориях. Это всё то, о чём мы можем и будем договариваться. Уже договариваемся, работа уже идёт.

Дж.Катмор: Тогда попробую вас вовлечь в это. Поскольку тут и возникают другие вопросы, вновь касающиеся тем, которые мы уже затронули, а именно того, что многие государства привлекаются на коммерческой основе. Становится ли в результате труднее контролировать такого рода развитие событий?

С.Ниинистё: Сегодня я уже упомянул о том, что Арктика прежде всего – это глобальное понятие с природоохранной точки зрения. И поэтому скажу, что как минимум должен формироваться глобальный, сильный интерес к тому, как будет строиться будущее Арктики, каким образом будет оказываться воздействие на окружающую среду, поскольку мы все находимся в одной лодке, если говорить глобально.

Но, безусловно, есть и узкие, конкретные интересы, Владимир их коснулся, например, Северный морской путь – он, кстати, изначально был открыт финнами, – который, безусловно, сократит транспортное плечо из Азии в Европу.

Затем существуют замыслы по информационному кабелю, который, безусловно, может стать предметом интереса для всех. Но я бы сказал, что позиция Финляндии здесь во многом схожа со взглядами многих тех стран, которые не граничат с Арктикой. Потому что, к сожалению, у нас нет каких-либо возможностей быть неудовлетворёнными с точки зрения распределения ресурсов в Баренцевом море, поскольку у нас нет никаких прав требовать что-то. И в этом свете мы в вопросах сотрудничества во многом схожи с другими странами. Безусловно, мы входим в Совет, и это отличает нас, но я думаю, что мы очень хорошо понимаем глобальный интерес к Арктике.

Дж.Катмор: Но теперь уже, когда вы становитесь председательствующей страной в Арктическом совете, можно ли сказать, что Арктической совет является именно тем самым форумом, который может решать претензии стран, не входящих в Арктический совет? Потому что нельзя здесь, что называется, позволят всем делать всё.

С.Ниинистё: Неарктические страны не могут претендовать на то, на что претендуют страны, имеющие выход к Баренцеву морю. Здесь совершенно разные позиции. Но в Совете есть много наблюдателей, и мне думается, что мы очень хорошо слышим их мнение посредством этого форума.

Дж.Катмор: Президент Йоханнессон.

Г.Йоханнессон: Ну конечно, более тесное сотрудничество, вообще говоря, это благо. И как было сказано, здесь у нас есть представители из Китая и Сингапура, из различных других стран, у которых имеется естественный интерес к Арктике как к региону и к тому потенциалу, который позволит извлечь максимум из устойчивого развития региона. Мы же, арктические страны, тоже извлекаем пользу из такого рода встреч. Я вместе с делегацией из Исландии встречался с представителями замечательного университета – Северного (Арктического) федерального университета, где мы обсуждали вопросы научного обмена, студенческих обменов, мы будем проводить различные летние и зимние курсы. Мы встречались с губернатором региона, мы обсуждали потенциал бизнес-возможностей. Я встречался с губернатором Мурманска, там у нас уже имеются определённые основы, в Мурманске уже работают исландские компании.

Я не буду здесь говорить про санкции. Но путь в будущее – это формирование таких связей, потому что это служит общим интересам, совместной работе на благо не только двух сторон, но и всех сторон, и, я считаю, в этом как раз и польза такого рода мероприятия, как сейчас. Я считаю, что эти слова – «Арктика – территория диалога», содержат в себе весь этот смысл. Безусловно, у нас есть различия. Чем крупнее страны, тем больше и масштабнее различия, но если мы не будем встречаться, если не будем вести конструктивный диалог, ситуация не будет исправляться. Это честь и удовольствие для нас, для таких небольших стран, как Исландия и Финляндия, иметь возможность участвовать в этом. Поскольку, если бы мы просто оставались и сидели у себя дома и не обращали бы внимания на происходящее вокруг нас, мы как минимум не могли бы двигаться вперёд.

Дж.Катмор: Президент Путин, сейчас Вы можете обвинить Президента Йоханнессона за мой вопрос про санкции, потому что он коснулся этой темы.

Г.Йоханнессон: А Вы так и не спросили меня про саммит в Рейкьявике, хотя задали вопрос Президенту Ниинистё про саммит в Хельсинки.

Дж.Катмор: Знаете, Словения тоже пыталась подать заявку на организацию первой встречи между Президентом Путиным и Президентом Трампом. Почему же действительно не Рейкьявик? Я уверен, что Президент Путин будет рад возможности посетить его. Но вы в данном случае можете обратиться на этой основе к Президенту Трампу и его офису, чтобы организовать в скором времени эту встречу.

В.Путин: Что я могу сказать? Я уже высказывался, мы готовы к встречам, нужно обсудить параметры, обсудить содержание этих встреч. Это в значительной степени зависит от американской стороны. Мы же видим, что происходит там. Мне просто не хочется вдаваться туда. Понимаете, вы меня втравливаете всё время в эти ваши разборки. Мы же видим, что происходит. Вновь избранному Президенту не дают осуществлять его предвыборную повестку дня по очень многим вопросам: и по здравоохранению, по другим вопросам, и по международным делам, по отношениям с Россией.

Мы просто ждём, когда ситуация выправится и стабилизируется, никак туда не вмешиваемся. И мне кажется, что это, кстати говоря, лучшее свидетельство того, что мы и раньше этого не делали. Но когда-то это закончится, надеюсь. Мы определимся, где мы проведём встречу, что будем обсуждать, это дело техники.

Вопросов много, они давно назрели – и в сфере экономики, и в сфере безопасности, региональных конфликтов. Мы к этому обсуждению готовы. Но нужно, чтобы и другая сторона проявила добрую волю и готовность конструктивно работать.

Дж.Катмор: Вы уже во многих случаях говорили, что невмешательство – это Ваш принцип. Но на этой неделе мы слышали не только из Вашингтона, но также и из Брюсселя, из Европейского союза утверждения о том, что вы должны освободить протестующих, вы должны освободить лидера оппозиции. Они выступали с призывами к вам. Тот факт, что существует определённое вмешательство с их стороны, будет иметь последствия?

В.Путин: Все эти призывы происходят на фоне расправ полиции, скажем, в Париже с демонстрантами в связи с убийством одного из граждан прямо у него дома, француза китайского происхождения. Поэтому постановка вопросов такого рода и обращения к России такого рода – мы считаем, что это чисто политизированные вопросы с целью оказания какого-то давления на внутриполитическую жизнь в стране.

Что касается наших внутриполитических событий: мы последовательно выступаем за борьбу с коррупцией, которая является достаточно серьёзной проблемой и для нас – кстати говоря, в последнее время меньше, судя в том числе по опросам общественного мнения, – и для других стран. Это актуально, и мы это делаем, и люди в стране это видят. И я лично выступаю за то, чтобы вопросы борьбы с коррупцией были постоянно в центре внимания общественности, и позитивно всегда воспринимаю внимание со стороны людей к этим проблемам. Единственное, что я считаю неправильным, если кто-то, какие-то политические силы пытаются использовать в своих корыстных интересах этот инструмент не для улучшения ситуации в стране, а для самораскрутки на политической арене в преддверии каких-то политических событий, в том числе выборных кампаний внутри страны.

Мы с вами хорошо знаем, и я хочу на это обратить внимание, что этот инструмент использовался в начале так называемой «арабской весны». К чему это привело, к каким кровавым событиям в регионе это привело, мы очень хорошо знаем. Мы очень хорошо знаем также, что это было одним из побудительных мотивов и поводов государственного переворота на Украине. В какой хаос погрузили эти события нашего соседа – Украину, мы тоже хорошо знаем.

Поэтому борьба с коррупцией – да, использование этого инструмента в узкокорыстных политических целях – нет. И все должны действовать в ходе политических процессов в рамках закона. Все, кто выходит за рамки этого закона, должны нести наказание в соответствии с российским законодательством.

Дж.Катмор: Один из моих зрителей прислал вопрос к этой дискуссии, он спросил: «Если какие-то дальнейшие действия предпринимать в качестве ответных санкций против американцев, перестанете им предоставлять ракеты, с тем чтобы они могли летать на космическую станцию?»

В.Путин: Мы никогда не действуем по принципу «купил билет и не поехал». Зачем? Мы никогда не предпринимаем никаких шагов, которые идут нам во вред. Американцы давно покупают наши ракетные двигатели. Это выгодно Соединённым Штатам, потому что экономит средства, в том числе средства налогоплательщиков, которые должны были бы пойти на строительство своих собственных мощностей, но это выгодно и нам, потому что это загружает наши заводы.

Мы никогда не предпринимаем шагов, которые идут во вред бизнесу, во вред нашим межгосударственным связям. Мы и здесь не собираемся ничего подобного делать. То, что прежняя американская администрация сделала, мне кажется, идёт во вред американской экономике, американскому народу. А то, что администрация Обамы побудила к таким же шагам и европейцев, это идёт во вред европейской экономике, понижает конкурентоспособность европейской экономики, приводит к потере сотен тысяч рабочих мест, уже привело к потере сотен тысяч рабочих мест.

Это нарушает принципы функционирования Всемирной торговой организации и международные правила в этой сфере, причём нарушает грубо, и в сфере экономики, и в сфере защиты прав человека.

Всё время мы говорим о защите прав человека, бесконечно, в том числе и применительно к демонстрациям в Москве, в других городах России. Но взяли и в связи с крымскими событиями ввели санкции против физических лиц, которые не имеют к этим событиям вообще никакого отношения, они даже ни сном ни духом не знали, что планируется, что происходит, узнавали только из средств массовой информации. Взяли наложили на них санкции. Где здесь права человека? Закрыли им счета, они даже не могут воспользоваться средствами для проведения каких-то операций для членов семьи и так далее. Ну о чём мы говорим? О каких правах человека мы говорим?

Значит, здесь они должны соблюдаться, а где-то нет. Ни логики никакой, ни равного подхода к этим вопросам не существует в современном мире. Мы, к сожалению, на практике пришли к такой деградации международного права и международных отношений. Нужно это исправлять. Можно это сделать или нельзя? Можно, давайте будем к этому вместе стремиться. Но это можно сделать только с обеих сторон.

Дж.Катмор: Господин Президент, вначале Вы говорили, что то, что нам требуется, это открытое и конструктивное сотрудничество. И мне думается, что у нас был открытый и конструктивный диалог здесь. Но я хотел бы закончить на позитивной ноте, поскольку в нашей беседе действительно было много положительных моментов. Очень коротко, поскольку мне подсказывают, что мы должны завершать, позволю задать каждому из вас вопрос.

Чего мы должны добиться к следующей встрече, что поможет нам продвинуться в сотрудничестве и диалоге по Арктике?

Президент Йоханнессон, пожалуйста.

Г.Йоханнессон: Согласие продолжать именно в том духе, в котором до сих пор работал Арктический совет уже 20 лет. Полагаться в наших договорённостях по Арктике на научную доказательную базу со всем уважением к различиям мнений, желаний и потребностей всех заинтересованных сторон, что должно вести к конструктивным, надёжным и действующим компромиссам.

Дж.Катмор: Президент Ниинистё.

С.Ниинистё: Я бы хотел видеть всех нас и других членов Арктического совета за столом переговоров, чтобы все как минимум чётко понимали, что говорит противоположная сторона. Я уже касался этой темы: в настоящий момент мы не в состоянии, допустим, утверждать со всей чёткостью, какого рода отношения пытаются выстраивать самые крупные члены Совета. Именно это позволит двигаться в будущее – в первую очередь мы должны знать, что каждый из нас думает, и тогда уже, возможно, сложится и решение.

Дж.Катмор: Президент Путин.

В.Путин: Я могу только присоединиться к тому, что было сказано моими коллегами – Президентом Йоханнессоном и Президентом Ниинистё. Это правильный подход. Ведь лозунгом работы Арктического совета, лозунгом нашего форума является стремление к позитивным отношениям. Арктика, как мы говорим, это пространство для сотрудничества, пространство для диалога. И мне бы очень хотелось, чтобы пример позитивной совместной работы в этом регионе мира был перенесён на другие регионы, где мы могли бы, используя опыт нашего сотрудничества в Арктике, решать стоящие перед нами проблемы.

А что касается Арктики, то, безусловно, мы в этом видим и будущее России, и будущее мировой экономики. Здесь огромные запасы, нетронутые запасы сырья, здесь пересекается много международных интересов. И если мы найдём инструменты решения проблем здесь, то это будет настраивать на то, чтобы таким же образом решать вопросы и в других регионах мира.

Я тоже в завершение хотел бы поблагодарить своих коллег, как я уже говорил вначале, за то, что они нашли время в своём графике, приехали к нам, в Россию. И, конечно, хотел Вас поблагодарить как ведущего. Вы нас раскрутили, если можно сказать, на обсуждение проблем, выходящих за рамки арктического региона, что делает, собственно говоря, дискуссии подобного рода востребованными и очень интересными.

Большое Вам спасибо.

Дж.Катмор: Что ж, давайте поблагодарим наших президентов.

Спасибо.

Россия. Арктика. СЗФО > Экология. Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 30 марта 2017 > № 2124897 Владимир Путин

Полная версия — платный доступ ?


Россия. Арктика. СЗФО > Экология > kremlin.ru, 29 марта 2017 > № 2124901 Александр Кириллов

Встреча с сотрудниками национального парка «Русская Арктика».

Владимир Путин встретился с сотрудниками полевой базы «Омега» национального парка «Русская Арктика» на острове Земля Александры архипелага Земля Франца-Иосифа.

В.Путин: (Обращаясь к и. о. директора национального парка «Русская Арктика» Александру Кириллову.) Саша, как хозяин рассказывайте.

А.Кириллов: Мы показали только маленькую часть того, что можем показать. Арктика, Земля Франца-Иосифа, Новая Земля, вообще территория парка очень разнообразна. Старался вкратце рассказать про разные объекты, но не успел дать всю информацию.

Это моё самое любимое дело. Я отчасти счастливый человек, потому что работа совпадает с любимым делом, с исследовательскими и управленческими функциями. Поэтому, если это допустимо, можно пригласить Вас в Арктику уже летом, чтобы показать, какая она не только лишь в снеге, но ещё и в летний сезон, насколько она красива. Как раз Вы сможете увидеть все эти цветущие маки, лютики, камнеломку – разные виды.

В.Путин: Спасибо большое. Мы с Дмитрием Анатольевичем [Медведевым] хотим Вас поблагодарить за очень интересный рассказ, за результаты работы. В ходе поездки мы Вас заслушались, слушали с удовольствием, с интересом. Вам нужно книжки писать. Вы, наверное, пишете, и продолжайте. И история, и геология, и чего только нет, чего Вы нам только не рассказали. Правда, я внёс некоторые рационализаторские предложения, ещё раз хочу напомнить.

А.Кириллов: Я учту.

В.Путин: Мы выяснили, что можно было некоторые вещи делать побыстрее, но это всё – полушутка, на самом деле. Если серьёзно, то Вы в достаточно сложных условиях проделали огромный объём работы. Конечно, под руководством Правительства, Министерства в данном случае. Я Вас хочу поблагодарить. Не только Министерство, не только Вы всем этим занимались, но и некоторые другие ведомства. Всё вместе у нас, по-моему, получилось, что мы задумали. Надо будет и продолжать так делать не только в Год экологии.

Правда, мы задумали и начали работу по очистке Арктики как раз не в Год экологии, а гораздо раньше. То, что Вы здесь проводите ещё и фундаментальные, очень важные исследования и текущую практическую работу, причём результаты этой работы используются и в России, и, я так понимаю, за рубежом, привлекаете сюда Ваших коллег из-за рубежа, они приезжают, смотрят, участвуют, – это очень здорово. Вам большое спасибо.

Россия. Арктика. СЗФО > Экология > kremlin.ru, 29 марта 2017 > № 2124901 Александр Кириллов


Россия. Арктика. СЗФО > Экология. Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 29 марта 2017 > № 2124898 Владимир Путин

Совещание по вопросу комплексного развития Арктики.

В ходе посещения острова Земля Александры архипелага Земля Франца-Иосифа Владимир Путин провёл совещание по вопросу комплексного развития Арктики.

В совещании приняли участие Председатель Правительства Дмитрий Медведев, Министр природных ресурсов и экологии Сергей Донской, Министр обороны Сергей Шойгу и специальный представитель Президента по вопросам природоохранной деятельности, экологии и транспорта Сергей Иванов.

* * *

В.Путин: Уважаемые коллеги! Мы с вами в первой части посмотрели, что сделано в Год экологии как раз по экологической проблематике. Хочу поблагодарить Правительство, министерства, ведомства: и Министерство экологии, и Министерство обороны, другие наши структуры, которые принимали участие в этой работе. Работа проделана очень большая, колоссальная, десятки тысяч тонн перелопачено, убрано. Металлоконструкции, бочки, ГСМ, – в общем, как с начала 90-х годов отсюда Россия практически ушла, так ничего и не убирали, всё оставили, как было. И это начало создавать такую серьёзную угрозу для очень хрупкой экосистемы этого региона.

Мы послушали коротко и то, что делается по военной проблематике. Сейчас хотел бы сосредоточиться на вопросах экономики. Хочу напомнить, что значение этого региона и для укрепления позиций России в мире, и для обеспечения экономических интересов огромно. Площадь Арктической зоны Российской Федерации достигает 3,4 миллиона квадратных километров, что составляет порядка 20, если быть более точным, 19,9 процента российской территории.

Арктическая зона является крупнейшим сырьевым резервом страны, где сохранились практически нетронутые ресурсы углеводородного и минерального сырья глобального значения. Не только общероссийского, а мирового, именно глобального значения. Вместе с тем экономически эффективное функционирование Арктической зоны невозможно без регулирующей деятельности государства и без государственной поддержки. В этом регионе сосредоточены основные запасы ряда важнейших полезных ископаемых, которые являются определяющими для развития экономики Российской Федерации. Так, разведанные запасы газа промышленных категорий Арктической зоны составляют 80 процентов общероссийских. В этом районе сосредоточено 90 процентов извлекаемых ресурсов углеводородов всего континентального шельфа России, в том числе 70 процентов – на шельфах Баренцева и Карского морей.

Прогнозируется наличие углеводородов и в глубоководной части Северного Ледовитого океана в огромных количествах – приблизительно 15–20 миллиардов тонн условного топлива. По оценкам Российской академии наук, в Арктической зоне сконцентрирована подавляющая доля общероссийских и общемировых запасов, в том числе золота – 40 процентов, нефти – 60 процентов, газа – от 60 до 90 процентов, из них 30 мировых, хрома и марганца – 90 процентов, платиновых металлов – 47 процентов, коренных алмазов – 100 процентов и так далее и так далее.

По общим оценкам, стоимость минерального сырья арктических недр превышает 30 триллионов долларов, причём две трети из них – это стоимость энергетических ресурсов. В Арктической зоне добывается – уже добывается, сейчас, – 100 процентов алмазов у нас, сурьмы, апатитов, других металлов и минералов, редких металлов, редких земель, 98 процентов платиноидов, 95 процентов газа, 90 процентов никеля и кобальта, 60 процентов – меди и нефти, – это всё добывается здесь, в Арктической зоне.

Общая стоимость разведанных запасов минерального сырья недр Арктической зоны составляет, по ориентировочным оценкам, 1,5–2 триллиона долларов. Вместе с тем степень разведанности минерально-сырьевой базы Арктической зоны низка, как и уровень её освоения, что не соответствует перспективным возможностям макрорайона, в котором производится продукция, обеспечивающая получение около 11 процентов национального дохода страны и позволяющая обеспечить до 22 процентов объёма общероссийского экспорта.

Многие месторождения полезных ископаемых поистине уникальны. Обширная зона шельфа северных морей Российской Федерации с богатыми природными ресурсами вместе с биоресурсами 200-мильной экономической зоны России создают предпосылки для долгосрочных, я хочу это подчеркнуть, структурных преобразований, ориентированных на промышленное освоение морской акватории Севера и Арктики.

Это наши оценки, но есть и международные оценки. Согласно докладу Всемирного нефтяного совета (WPC), к 2030 году именно Российская Федерация будет получать 55 процентов от всех добываемых в Арктической зоне углеводородов. Считается, что 55 процентов из всего, что добывается в Арктической зоне, будет добывать именно Россия.

Добыча нефти на Арктическом шельфе должна возрасти в 3,6 раза, до 2,2 миллиона баррелей нефтяного эквивалента в сутки. Вы уже знаете, как идёт, достаточно активно, эта работа. Наиболее крупные и значимые международные проекты в области добычи углеводородов в Арктической зоне хорошо известны – это «Ямал СПГ», «Сахалин-1», «Сахалин-2», где активное участие принимают наши иностранные партнёры совместно с российскими компаниями.

Кроме того, совместно с иностранными компаниями проводятся и геофизические исследования Федынского участка и других участков Баренцева моря. В сентябре 2014 года «Роснефть» и «Эксон Мобил» в результате разведочных работ в Карском море обнаружили крупнейшее нефтяное месторождение в Арктике, которое назвали «Победа». Прогнозные ресурсы углеводородов именно в наших морях оцениваются более чем в 100 миллиардов тонн в нефтяном эквиваленте. Только в недрах месторождений Баренцева моря содержится 2,8 триллиона кубических метров газа. Высока Арктическая зона и по угленосности, в которой, несмотря на низкую разведанность месторождений угля, общие кондиционые прогнозные ресурсы оцениваются минимально, хочу это подчеркнуть, минимально в 780 миллиардов тонн, в том числе 599 миллиардов тонн энергетических и более 80 миллиардов тонн коксующихся углей.

Помимо запасов углеводородов в целом, как я уже говорил, в Арктической зоне обнаружены уникальные запасы медно-никелевых руд, олова, платины, алмазов, золота и так далее и так далее. В Арктическом макрорегионе обнаружено более ста месторождений стратегических металлов, находящихся в различных стадиях освоения, работа уже активно ведётся, и не только нами, но и нашими соседями. В России такие работы ведутся на 40 площадках, у США и Канады 20 таких площадок, у Швеции – 10, у Гренландии – 6, у Финляндии – 3.

В этой связи я хочу сказать, что мы – а я уже это продемонстрировал на примерах совместной работы в различных проектах – открыты для широкого партнёрства с нашими партнёрами, с другими государствами для реализации крупномасштабных совместных, взаимовыгодных проектов – от освоения природных ресурсов и развития глобальных транспортных коридоров до науки и экологии.

Россия последовательно наращивает своё присутствие в Арктике, и это закономерно для крупнейшей арктической державы. Строится порт Сабетта, запущен нефтепровод «Заполярье – Пурпе», модернизируется производство в компании «Норникель», новые месторождения осваивают «Газпром», «Роснефть», «Новатэк», другие ведущие российские компании, я уже некоторые проекты упомянул.

Параллельно возводится социальная инфраструктура, модернизируется система ЖКХ, вкладываются средства в благоустройство арктических городов и посёлков.

В общей сложности в Арктике намечено к реализации несколько десятков перспективных проектов, которые станут «якорными» для развития арктических регионов.

Реализация наших планов потребует согласованных действий государства, бизнеса, регионов. И очень важно, чтобы все проекты и принимаемые решения были чётко скоординированы, выстроены в общей логике, давали максимальный эффект для укрепления экономической и налоговой базы как страны в целом, так и регионов.

У нас есть госпрограмма социально-экономического развития Арктической зоны России до 2020 года, мы её в 2014 году сформировали, но она носит чисто аналитический характер, является сводом мероприятий других отраслевых госпрограмм и не может служить финансовым инструментом реализации Стратегии развития Арктической зоны. У нас сейчас уже Минэкономразвития, насколько я знаю, работает над актуализацией перечня соответствующих проектов. Я бы очень просил Правительство Российской Федерации ускорить доработку новой редакции госпрограммы социально-экономического развития Арктической зоны России. В том числе там должны быть предусмотрены новые подходы к развитию частно-государственного партнёрства в реализации масштабных инфраструктурных проектов, включая освоение шельфа, конечно, и повышение конкурентоспособности Северного морского пути. В полной мере нужно использовать и возможности международной кооперации, о чём я уже дважды сказал.

Интерес к работе с нами очень большой, и его нужно, безусловно, подкрепить реальными совместными проектами. Мы с вами знаем и сопровождаем проект «Новатэка» на Ямале. Напомню, что общий объём финансирования – общий, с инфраструктурой, переработкой, транспортом, – выглядит очень солидно: 26 миллиардов долларов.

И в заключение хотел бы ещё раз подчеркнуть необходимость того, чтобы все наши шаги не только укрепляли экономический потенциал России, важно, чтобы они обеспечивали позитивные изменения в качестве жизни людей, в демографическом развитии наших арктических регионов. Ну и, разумеется, всё это, как я уже сказал, в значительной степени неиспользованный резерв, нужно сделать так, чтобы он эффективно работал на интересы России в целом. Для этого, конечно, нужно сконцентрировать наши финансовые, административные ресурсы и ускорить подготовку программы, о которой я уже сказал.

Д.Медведев: Два слова скажу?

В.Путин: Конечно.

Д.Медведев: Вы абсолютно точно сказали, что необходимо выстроить всю нашу работу в Арктике в единой логике, потому что регион огромный, очень богатый.

Вы перечисляли все те богатства, которые на территории Арктической зоны Российской Федерации либо расположены, либо уже разведаны, и для этого действительно нужен инструмент. Такой инструмент был утверждён Правительством в 2014 году. Но, как было сказано только что Вами, в основном он носит аналитический характер и представляет собой свод различных частей других государственных программ. По всей вероятности, пришла пора создать новую версию этой программы с собственным финансированием и завести туда все те инструменты, которые можем использовать для развития топливно-энергетического комплекса, для развития инфраструктуры в целом, для социального развития, потому что без этого здесь тоже жизни не будет.

В настоящий момент Минэкономразвития внесло в Правительство проект постановления об изменении этой программы. Я, если будет такое поручение Президента, лично к этому вопросу вернусь, посмотрю этот вариант, потому что существуют, естественно, и расхождения между ведомствами, и потом мы представим доклад Президенту о том, что можно было бы в эту программу погрузить, имея в виду перспективу не только до 2020 года, но и на последующий период, потому что смотреть на горизонт три года здесь – несерьёзно. Здесь многомиллиардные инвестиции и стройки все очень большие, поэтому требуется такой, более дальний, взгляд на вещи. В ближайшее время Комиссия по вопросам развития Арктики подготовит окончательную версию, потом я всех соберу, а потом доложим Вам.

В.Путин: Хорошо. Спасибо.

Министерство обороны, Федеральная служба безопасности, её пограничная составляющая должны реализовать свои планы для обеспечения национальных интересов с точки зрения обеспечения обороноспособности страны, но и защиты наших интересов в Арктике, обеспечения нормального функционирования Северного морского пути. Многие объекты Министерства обороны могли бы быть, что называется, двойного назначения и должны помогать гражданским службам реализовывать те задачи, которые перед ними стоят.

С.Шойгу: Обязательно рассмотрим дополнительные возможности наших объектов в Арктической зоне по привлечению и экономических институтов, и, естественно, других ведомств для того, чтобы можно было более эффективно осваивать то, что здесь есть, а самое главное, обеспечивать безопасность как Северного морского пути, так и всей экономической деятельности на территории Арктики и островной её части.

Россия. Арктика. СЗФО > Экология. Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 29 марта 2017 > № 2124898 Владимир Путин


Россия. Арктика > Экология > mnr.gov.ru, 28 марта 2017 > № 2127489 Сергей Донской

Сергей Донской в интервью журналу «Огонёк» рассказал об издержках и выгодах освоения Арктики

На этой неделе Архангельск станет столицей Арктики. Международный арктический форум соберет в этом древнем российском городе представителей полутора десятка стран, которых интересуют перспективы освоения региона. Как ни странно, среди них полно "неарктических": Север, как выясняется, манит Японию, Германию, Индию, Южную Корею, Китай, Сингапур... Но, конечно, главный сюжет — отечественный. Как распорядиться вековым опытом российского освоения Арктики, в котором сплавлены удачи и неудачи? Что такое вообще сегодня Арктика для нас с вами, когда бизнес-подход, по идее, должен заменить героизм? О том, как подходить к освоению богатейшей полярной кладовой планеты в новом тысячелетии, "Огонек" расспрашивал и министра природных ресурсов, и экспертов

Что такое Арктика для России: экономический ресурс, который нужно быстро освоить, уникальный заповедник, который надо сберечь, или вечная головная боль, подаренная географией? "Огонек" искал ответы на эти вопросы у министра природных ресурсов и экологии России Сергея Донского

— Сергей Ефимович, ключевой темой форума станет не добыча природных богатств или дележ континентального шельфа, а "человек в Арктике". Почему?

— А кому нужен шельф и природные богатства, если не человеку? Для человека и ведется добыча, идет развитие. Человек в Арктике — по-своему уникальное явление. Арктика по сложности условий и задач — это образно космическая одиссея homo sapiens. Казалось бы, она ближе, и сегодня попасть туда технически проще, но условия жизни на этой территории на грани экстремальных: перепады температур до 80 градусов — с минус 50 до плюс 30, долгая полярная ночь, пространства, которые подчас невозможно преодолеть по земле и даже по воздуху. Арктика — это вызов для человека, своего рода особое измерение. Недаром в советские времена отношение к полярникам было как к уникальным людям А сегодня героическое стало обыденным — и в космосе, и в Арктике, хотя героизма в обоих случаях меньше не стало. И без Арктики человек по-прежнему не может до конца раскрыть и осмыслить многообразие этого мира. Недавно прочел одну гипотезу — о том, то прародиной homo sapiens была не Африка, а именно Арктика. И это не удивляет: в Арктике как раз без труда и усилий не выжить....

— Но человек приносит Арктике больше вреда, чем пользы, или наоборот?

— Я бы здесь ответил словами известного французского зоолога Жана Дорста: "В глазах биологов появление человека в истории земного шара — крупнейший катаклизм в масштабах геологического времени".

И биологи говорят так не напрасно, всем известно, что в связи с деятельностью человека сегодня мы навсегда потеряли таких пернатых, как дронта, эндемика острова Маврикий, бескрылую гагарку, странствующего голубя, а также сумчатого волка в Австралии и другие виды. Но это все примеры безусловного воздействия на природу, а человек еще отличается от других существ тем, что воздействует на нее разумно — он добывает и использует природные ресурсы. Иначе он не может, и весь вопрос в том, какими методами он будет это делать. Если как раньше — от экологического разнообразия Арктики немного что останется. Одна из версий исчезновения мамонта и шерстистого носорога в этом регионе — деятельность человека, который, как выяснили в прошлом году якутские ученые, поселился в Арктике 45 тысяч лет назад. А ведь к творению рук человеческих сегодня присоединяется и сама природа — глобальное потепление, последствия которого на полюсах особо заметны. Не скажу, что все совсем печально: мы фиксируем не только исчезновение, но и появление новых видов существ — например, в районе Земли Франца-Иосифа (ЗФИ) обнаружили полярную акулу, которая живет (не поверите!) 400 лет.

— Холода способствуют долголетию...

— С холодом как раз проблема: то есть морозы в Арктике по-прежнему зашкаливают каждую зиму за минус 50 градусов, но вместе с тем площади полярных льдов сокращаются год от года. Для акул это, возможно, и к лучшему, а вот популяция белых медведей, по оценкам ученых, под угрозой. Из-за изменения климата в Арктике Россия теряет не только представителей арктической флоры и фауны, но и территории — уходят под воду целые острова.

Средняя скорость отступания берегов морей Лаптевых и Восточно-Сибирского составляет 1 м/год, максимальная — 20 м/год.

— Что же тогда Россия делит с Западом?!

— Звучит несколько провокационно, не делим, а в рамках международного права разграничиваем Арктический континентальный шельф. Процесс это небыстрый — соответствующую заявку мы подавали давно, даже успели ее переписать, пару лет назад я представлял ее в Комиссии ООН в Нью-Йорке, но процедура рассмотрения может занять еще лет пять-шесть. А вот нашу заявку на расширение шельфа в Охотском море в ООН удовлетворили еще весной 2014 года.

— Что на кону?

— Богатейшая кладовая, но с очень сложным замком (смеется). В Арктике сосредоточены колоссальные запасы природных ископаемых — не только углеводородов, но и металлов, золота.

— По прогнозу футуролога Яна Пирса, чьи предсказания сбываются на 85 процентов, уже к 2030 году человечество забудет про нефть и газ...

— Полвека назад обещали, что закончится эра угля. Закончилась? По данным Мирового энергетического совета, на угольные станции в США и Германии приходится около половины вырабатываемой электроэнергии, а в Австралии, Индии и Китае эта доля подтягивается к 80 процентам или даже превышает ее. Евросоюз восстанавливает свою угольную генерацию, несмотря на растущий процент альтернативной генерации. И сегодня, и завтра будут востребованы экономически приемлемые ресурсы: где-то это будет уголь, где-то — солнечная энергия, где-то — нефть или газ. Главное — баланс между экономикой и экологией.

— Вам это удается? У Минприроды может рано или поздно возникнуть когнитивный диссонанс: вы ответственны и за освоение природных богатств, и за сохранение природы...

— Мы за золотую середину: активно продвигаем внедрение экологически чистых технологий, которые при этом экономически доступны, мы стремимся создать условия для обеспечения баланса между экологией и экономикой, в том числе полностью защитить территории от негативного воздействия. За последние годы мы создали немало национальных парков и заповедников в Арктике.

— Представляю, как вы встречаетесь с Сечиным, и он вам говорит: или наполнение бюджета, или тюлени...

— Не тот пример. Вообще, у "Роснефти" действительно целый блок экологических проектов — есть и программы сохранение белого медведя, моржа в районах перспективного освоения углеводородов. Недавно мы обсуждали с компаниями, как объединить отдельные проекты в единую программу по улучшению биоразнообразия Арктики. Чтобы, например, не десяток проектов по разведению рыбы, а одна масштабная программа. Освободившиеся же в этом случае средства можно было бы направить на решение других экологических задач — их в Арктике немало.

Вообще, за пару десятков лет наши соседи дошли до того, что природной популяции рыбы и не осталось: сегодня они вынуждены ее выращивать, а это иное качество продукта. "Племенное стадо" многих промысловых рыб осталось сегодня только в России.

— Но с экологией у них получше?

— Я бы так не сказал. Проблема мусорных свалок — общемировая и актуальна для всех стран. Но Арктика, конечно, особая статья, согласен. Первым о необходимости проведения там "генеральной уборки" заявил еще в 2011 году президент. Мы провели инвентаризацию — что, где и сколько у нас лежит — и начали работу... За 5 лет вывезли порядка 40 тысяч тонн "железа" и мусора, рекультивировали 270 гектаров территории. Сегодня пришли практически к завершению очистки острова Врангеля, архипелага Шпицберген, Земли Франца-Иосифа и Александры, поселка Амдерма в Ненецком автономном округе, начали чистить свалку судов вдоль побережья Кольского залива (Мурманская область). На реализацию проекта выделено пока 50 млн рублей. Минобороны тоже подключился — вывезли 10 тысяч тонн военного лома. Я недавно летал в те места, видел, как выглядит Арктика без ржавого железа и пятен солярки — красота! Мы пошли дальше: с прошлого года Росприроднадзор стал брать на учет объекты, оказывающие негативное воздействие на среду, таковых в Российской Арктике 228 штук (4 процента от общего числа по стране). Но уборка уборкой, а нужно сделать так, чтобы мусор не появлялся вновь. Чтобы наладить высокотехнологичную переработку мусора, потребуется время, деньги и помощь бизнеса. Сегодня на Западе много говорят об "экономике замкнутого цикла", это когда мусора почти не остается — все уходит в переработку. Мы ставим такие же приоритеты — увеличивать срок службы, эксплуатации товаров, снижать объем природных ресурсов на единицу продукции. Мы можем быть лидерами в этой сфере. Что касается Арктики, то здесь главное — покончить с мусором, хотя кое-что, естественно, останется.

— Белым медведям?

— Нет, туристам. Для них — материальные свидетельства эпохи освоения Арктики XIX-XX веков — машины, трактора, самолеты, оставшиеся в одном-двух экземплярах на планете. Это артефакты — фактически экспонаты для развития туризма. Сегодня для туризма работают уникальная сезонная станция Борнео (для посещения полюса), рейсы атомных ледоколов из Мурманска к полюсу. В 2015 году на архипелаге Земля Франца-Иосифа был создан специальный пункт пропуска морских пассажирских судов через границу России, что позволило сократить на трое суток путь круизных рейсов, стартующих со Шпицбергена на ЗФИ, уменьшило стоимость таких вояжей и сэкономило время в дороге, что с учетом короткого "туристического сезона" в Заполярье немаловажно. Этим летом планируются уже три таких рейса.

— А еще куда турист стремится?

— Пользуются популярностью туры по посещению Соловков, Архангельска, Нарьян-Мара, Мурманска. Наиболее доступна для посещения западная часть Арктики, в первую очередь — акватория Баренцева моря: там благодаря Гольфстриму более длительная летне-осенняя навигация, не требующая использование ледоколов. Привлекательны для туристов и фьорды западного побережья Новой Земли, со сползающими в море ледниками, а также арктическая тундра с колониями гнездящихся пернатых, термоабразионные (разрушающиеся под действием тепла и волн) берега северного побережья острова Колгуев (там можно наблюдать дислоцированные погребенные льды древних ледников), капище ненцев на горе Болванская на острове Вайгач и лежбища гренландского моржа на западном побережье того же острова и у острова Долгий... Словом, романтика Арктики никуда не делась. Понятно, что такие туры дороги и сложны, но от желающих нет отбоя, хотя мы и ратуем за то, чтобы россиян в регион приезжало больше, чем иностранцев.

— А на деле?

— Больше всего китайцев, есть норвежцы (особенно много их на Шпицбергене), но из европейцев больше всего немцев. Но дальнейшее развитие круизного туризма уже потребует упрощения процедуры пересечения границы, для чего может быть использован принцип безвизового посещения наших территорий на какой-то срок, как это было сделано, например, в Санкт-Петербурге.

— Если человек так засоряет Арктику, то, может, расширять его присутствие там не следует?

— В том-то и отличие Российской Арктики от норвежской или какой-либо другой, что у нас большая территория суши, а не только моря, и она давно заселена. У наших соседей люди в Арктике появляются или на научных станциях, или работая вахтенным методом. В 90-е годы мы рассматривали опыт Канады именно в части формата присутствия на территории, у России есть выбор — ставить поселения или организовывать вахты. Единого решения, в каком направлении двигаться, пока нет. И наверное, и не будет — решение будет приниматься для каждого конкретного случая или проекта.

— Например?

— Вспомните, как возводился Норильский горно-металлургический комбинат в 1935 году... Это был подвиг порой ценой жизни — самый северный город и завод строились силами заключенных Норильлага, переброшенных туда с Соловков. За годы его существования погиб каждый четвертый заключенный. Сегодня такое даже представить себе жутко. Сейчас технологии позволяют производить блоки будущего завода на Большой земле, а потом привозить их в Арктику и собирать, как конструктор Lego — так строится, например, завод по проекту "Ямал СПГ". И все это так быстро!.. Я был на Ямале до начала реализации проекта — льды, тундра, комары... Прилетел совсем недавно: слева строится завод, справа — настоящий город, в заливе — портовая инфраструктура, урбанизация. И высокий экологический контроль.

— Сколько может стоить гуманизация Арктики?

— Трудно сказать... Это не посчитать заранее, как и, например, затраты на освоение космоса — слишком масштабные и долговременные проекты. На сегодняшний день гуманизация Арктики — скорее далекая перспектива. Конечно, планы строятся, затраты считаются, но в отношении каждого конкретного проекта. Пока каждый из них штучный "товар" — и сложно, и дорого (десятки миллиардов рублей). Но вкладывать их надо уже сейчас, так как ключ от "арктической кладовой" потребуется очень скоро — лет через пять-десять самое позднее. Так что полным ходом идет расширение уже запущенных проектов, решаются инфраструктурные, прежде всего транспортные, задачи.

— Вы о Северморпути?

— Не только. Хотя сегодня по нему ежегодно проходят до 8 млн тонн грузов. В прошлом году по Северморпути прошли почти 80 рейсов: все же он — самая короткая дорога из Европы в Азию. Китайцы весьма активно интересуются ею, но вопрос активизации маршрута упирается в его экономическую целесообразность — сначала пусть вырастет спрос на перевозки. Последний раз такое было связано с реализацией ямальских проектов.

— Кстати, о шельфе... У России достаточно технологий для его освоения?

— Не без проблем, конечно, но вопрос решаем. СССР стал первым в мире добывать арктические газ и нефть, но на суше. В море, на шельфе Запад нас опередил. Технологический разрыв особенно увеличился в 90-е годы, когда России было не до шельфа. Но все меняется: сегодня мы активно наверстываем упущенное. И заметьте: Запад любит говорить о трудности и дороговизне добычи в Арктике, задаваться вопросом, а целесообразно ли это делать, но одновременно, вводя санкции против России, первым делом ограничивает поступление шельфовых технологий для арктических проектов. О чем это говорит? О том, что они всеми силами пытаются затормозить глобальную конкуренцию, и о том, что они сами крайне заинтересованы в перспективах региона. И недавние открытия месторождений на Аляске только разожгли аппетиты.

— Санкции нам сильно помешали?

— Наши нефтегазовые компании объективно решают проблему. Находятся и технологии, и техника. Другое дело, что упустили время и поэтому сроки реализации проектов увеличились. Запад просчет понял: иностранцы сегодня весьма охотно идут на сотрудничество, если их приглашают, конечно,— те же американцы, итальянцы, недавно обсуждали тему привлечения индийских, французских и китайских компаний.

— Но почему освоение Русской Арктики идет так медленно?

— Не соглашусь. Арктика уже сегодня обеспечивает добычу 85 процентов газа нашей страны, 11 процентов нефти, не говоря уже о многих металлах. Арктика — это важный, но дополнительный источник целого ряда минеральных ресурсов к уже имеющимся освоенным регионам. Подчеркну — мы не начинаем, а продолжаем освоение Арктического региона, выходим на новые территории и акватории. Его дальнейшее освоение будет происходить при благоприятных экономических условиях. Когда в 2014 году цены на нефть упали, изменилась экономика целого ряда арктических проектов. На мой взгляд, это временные трудности: без углеводородов человечество еще долго не сможет обходиться, а Арктический регион — это ожидаемый источник минерального сырья для многих поколений. Но вскрыть замок арктической кладовой будет непросто — без усилий в этих широтах ничего сделать нельзя. Впрочем, последнее, как ни странно, и привлекает сюда исследователей, ученых и бизнес со всего мира. Как века назад, так и сегодня.

Сергей Донской, министр природных ресурсов и экологии России: Арктика — богатейшая кладовая, но с очень сложным замком. И ключ от "арктической кладовой" потребуется скоро — лет через пять-десять самое позднее.

Беседовала Светлана Сухова

Россия. Арктика > Экология > mnr.gov.ru, 28 марта 2017 > № 2127489 Сергей Донской


Белоруссия. Россия > Экология > agronews.ru, 27 марта 2017 > № 2117304 Мария Герменчук

Мария Герменчук о новой союзной программе по гидрометеорологии: Мы работаем на общий результат.

В Союзном государстве утверждена новая программа «Развитие системы гидрометеорологической безопасности Союзного государства» на 2017-2020 годы. Начальник Республиканского центра по гидрометеорологии, контролю радиоактивного загрязнения и мониторингу окружающей среды Минприроды Мария Герменчук рассказала корреспонденту портала www.soyuz.by о практическом применении результатов предыдущих программ Союзного государства, работе над новой программой, а также сотрудничестве с Россией по другим направлениям.

– В этом году была утверждена новая союзная программа. Над чем белорусские и российские специалисты будут работать на протяжении четырех лет?

– В течение длительного времени программа Союзного государства в области гидрометеорологии находилась в стадии разработки и утверждения. За это время мы уточнили наши позиции, выработали мероприятия, которые сегодня являются наиболее важными и знаковыми для обеспечения гидрометеорологической безопасности Союзного государства.

Новая союзная программа имеет небольшое финансирование – 122 млн российских рублей. В рамках реализации программы работа будет идти по нескольким направлениям: совершенствование прогнозов в условиях изменяющего климата, оценка загрязнения окружающей среды в трансграничном контексте, обеспечение отраслей экономики климатической информацией и сведениями о погоде, научные исследования по унификации нормативно-методической базы, а также изучение засух и воздействия климатических изменений на сельское хозяйство и на экономику в целом, обеспечение радиационной безопасности.

– Как будет идти работа: какую-то часть программы будут выполнять белорусы, а какую-то россияне. Возможно, какие-то мероприятия будут выполняться совместно?

– Взаимодействие идет таким образом, что каждая из сторон выполняет часть работы, на которую у нее есть средства, возможности и специалисты. То есть мы разделили работу так, что каждый выполняет свою часть, но когда мы объединим то, что есть, получится результат гораздо больший, чем, если бы мы выполнили сначала одну часть, а затем другую. Мы всегда помним, что работаем на общий результат.

– Программа Союзного государства по гидрометеорологии не реализовывалась три года. Как Вы сотрудничали с Росгидрометом все это время?

– Действительно три года — это большой период, но есть тактика, а есть стратегия. С точки зрения тактики, мы постоянно работаем по плану оперативного взаимодействия, обмениваемся информацией между Росгидрометом и Гидрометцентром Беларуси. Такой обмен информацией идет в режиме реального времени, а точнее каждые три часа. Подобные соглашения также существуют у нас с Латвией, Литвой, Польшей и Украиной. В рамках же союзной программы мы решаем стратегические задачи на годы вперед.

– Если говорить о предыдущих четырех программах Союзного государства в области гидрометеорологии, то как на практике сегодня применяются полученные разработки?

– Наши разработки используются в повседневной деятельности для прогнозирования и оценки. Например, в феврале мы дополнительно усовершенствовали программу по гидрологическим расчетам водного баланса, которую выполнили в рамках предыдущей союзной программы. Сейчас в рамках оперативного взаимодействия мы ее дорабатывали и на данный момент имеем программный комплекс, который позволяет быстро оценивать гидрологические изменения в долгосрочном масштабе для изучения водного баланса в стране.

– В Союзном государстве также в рамках одной из программ был выпущен Атлас современных и прогнозных аспектов последствий аварии на ЧАЭС. Как он используется сегодня?

– Союзных программ существует достаточно много и Гидрометцентр участвует в двух – это программа гидрометеорологическая и программа минимизации последствий чернобыльских загрязнений. Так, в рамах Чернобыльской программы была выполнена работа по созданию Атласа ретроспективных и перспективных изменений радиационной обстановки после аварии на Чернобыльской АЭС на территории Союзного государства. Данный атлас важен тем, что в нем зафиксированы все результаты исследования, которые были выполнены в течение нескольких десятилетий. Данный атлас не просто констатирует, что было и стало, но дает возможность увидеть: как будет меняться радиационная обстановка на территории Беларуси и России в последующие периоды.

– С учетом того, что в Беларуси строится собственная атомная электростанция, планируете ли совместно с российскими коллегами проводить мониторинг окружающей среды?

– Да, взаимодействие с Россией по радиационному мониторингу при строительстве БелАЭС будет осуществляться в рамках пятой программы. Планируются совместные работы по совершенствованию методик ведения радиационного мониторинга в зоне потенциально опасных радиационных объектов.

У Беларуси большой опыт работы в зоне загрязнения, а также есть хороший опыт работы по оценке радиационной обстановки и ее контролю в зонах Чернобыльской, Галинской, Ровенской, Смоленской станций. Теперь, когда появляется собственный источник, мы обязаны организовать радиационный контроль в зоне строительства БелАЭС таким образом, чтобы он соответствовал современным мировым требованиям, поэтому мы используем как собственный национальный, так и российский опыт.

Белоруссия. Россия > Экология > agronews.ru, 27 марта 2017 > № 2117304 Мария Герменчук


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter