Всего новостей: 2629856, выбрано 926 за 0.134 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Персоны, топ-лист Агропром: Ткачев Александр (58)Федоров Николай (36)Арсюхин Евгений (33)Гурдин Константин (33)Абакумов Игорь (31)Медведев Дмитрий (29)Рыбаков Александр (28)Скрынник Елена (17)Бабкин Константин (16)Данкверт Сергей (15)Панков Николай (13)Путин Владимир (12)Дворкович Аркадий (11)Басов Максим (10)Сизов Андрей (9)Стариков Иван (9)Власов Николай (8)Патрушев Дмитрий (8)Башмачникова Ольга (7)Ванеев Вадим (7) далее...по алфавиту
Россия > Агропром > rosbalt.ru, 12 октября 2018 > № 2758467 Олег Логвинов

О перспективах российского грибного рынка, а также о том, как найти надежного бизнес-партнера и добиться успеха, в интервью «Росбалту» рассказал один из акционеров компании «Грибная радуга» Олег Логвинов.

— Производство свежих шампиньонов в России явно набирает обороты. Что, на ваш взгляд, ждет рынок в ближайшие годы?

— Рынок свежих шампиньонов находится в начале стадии «роста» и далек от насыщения. Цифры говорят сами за себя. В 2013 году, до введения санкций, емкость этого рынка в России составляла порядка 70 тыс. тонн в год при доле отечественного производства 11% (8 тыс. тонн) и импорте 89%. (62 тыс. тонн). В 2016 году емкость рынка в РФ снизилась до 44 тыс. тонн в год при доле российского внутреннего производства 30% (14,5 тыс. тонн.) и импорте 70% (29,5 тыс. тонн.)

То есть в период с 2014 по 2016 год за счет существенного сокращения импорта, вызванного санкциями и девальвацией рубля, отечественное производство шампиньонов получило толчок к развитию. В 2017-м российский рынок впервые с 2013 года показал рост и составил 46,2 тыс. тонн при доле российского внутреннего производства 52% (24 тыс. тонн) и импорте 48% (22,2 тыс. тонн).

Получается, что сегодня емкость нашего рынка ограничена высокой ценой на гриб и низким предложением, так как внутреннее производство только развивается, а импорт ограничен санкциями.

Учитывая текущее состояние рынка, а также набирающую обороты государственную поддержку и субсидирование грибной отрасли, можно с уверенностью сказать, что в ближайшие годы мы сможем наблюдать полное замещение импортного гриба шампиньонами российского производства, снижение цен на шампиньоны, достижение рынком отметки 120 тыс. тонн. в год, а также первые поставки на экспорт.

— Как вы стали партнерами с Александром Удодовым и кто за что отвечает в «Грибной радуге»?

— С Александром я познакомился в 2015 году во время поиска финансирования для нашего проекта. У меня на тот момент было четкое понимание рынка, бизнес-план, проект и команда опытных специалистов. Нужен был реальный надежный инвестор, готовый понять и взять на себя риски нового, но перспективного для РФ направления деятельности. Александр в то время как раз думал о диверсификации своего девелоперского бизнеса и достаточно оперативно оценил ситуацию, поверил в проект и принял решение о входе.

В течение всего 2016 года велись переговоры с различными банками по условиям и структуре заемного финансирования. Александр Удодов полностью вложил свою долю собственных средства, чтобы не терять время и сразу запустить строительство комплекса, сделать предоплаты за оборудование. Только в начале 2017 года было подписано кредитное соглашение с «Альфа-Банком», что позволило полностью профинансировать первую очередь проекта.

Так мы стали партнерами. Сегодня я занимаюсь операционной деятельностью, Александр — финансовыми и стратегическими вопросами развития компании. Взаимодействие происходит всегда в комфортном конструктивном формате, и я уверен, что это не последний наш совместный проект с Александром Удодовым.

— Как «Грибной радуге» удалось за короткое время стать лидером рынка? Есть ли у компании технологические преимущества по сравнению с другими подобными комплексами?

— Выращивание шампиньонов — достаточно непростой бизнес, который требует контроля 24 часа в сутки 7 дней в неделю. Конечный результат зависит от четкого выполнения всех технологических операций на каждом этапе производства компоста и выращивания гриба. Поэтому основополагающими факторами лидерства в этом бизнесе являются значительные инвестиции в высокоэффективные технологии и команда единомышленников-профессионалов с опытом внедрения аналогичных масштабных проектов, способных принимать оперативные решения.

В технологическом плане сегодня в России стали появляться аналогичные комплексы, проектируемые и внедряемые специалистами ведущих мировых производителей грибного и компостного оборудования. Однако опытных кадров для реализации такого рода масштабных проектов на отечественном рынке нет. Наша же команда ключевых менеджеров уже более 8 лет совместно получает опыт в данном бизнесе, и мы считаем это главным нашим конкурентным преимуществом.

— А как складываются отношения компании с властями Курской области?

— Областная администрация всячески содействует в текущих вопросах реализации проекта. Курское министерство сельского хозяйства совместно с профильными ведомствами ведет работу по внесению изменений в нормативно-правовые акты, чтобы грибопроизводители могли пользоваться декларируемыми формами федеральной государственной поддержки.

Кроме того, между ООО «Грибная радуга» и администрацией Курской области было подписано инвестиционное соглашение, согласно которому компании предоставляется право на вхождение в режим наибольшего благоприятствования. Это дает возможность пользоваться три года льготой по налогу на имущество и льготой по налогу на прибыль, уплачиваемому в региональный бюджет. Так что с областными властями у нас сложились длительные взаимовыгодные отношения.

— Расскажите о ваших планах по развитию компании на ближайшие год-два.

— На сегодняшний день закончено строительство первой и второй очередей комплекса. Общая сумма инвестиций составляет 2,6 млрд рублей, набран и обучен персонал, производство составляет более 700 тонн шампиньонов в месяц.

В планах компании во II квартале 2019 года завершить реализацию третьей очереди строительства и увеличить мощности производства до 17 тыс. тонн продукции в год. При этом объем инвестиций возрастет до 5,1 млрд рублей, а количество рабочих мест достигнет 600. Реализация третьей очереди даст возможность ООО «Грибная радуга» стать безоговорочным лидером рынка шампиньонов в РФ и занять долю рынка порядка 25%.

Андрей Михайлов

Россия > Агропром > rosbalt.ru, 12 октября 2018 > № 2758467 Олег Логвинов


Россия. ЦФО > Агропром > premier.gov.ru, 10 октября 2018 > № 2754482 Дмитрий Медведев

20-я российская агропромышленная выставка «Золотая осень»

Дмитрий Медведев принял участие в открытии выставки, вручил награды работникам отрасли и осмотрел экспозицию.

Российская агропромышленная выставка «Золотая осень» проводится ежегодно в соответствии с распоряжением Правительства Российской Федерации от 11 апреля 2000 года №536-р и приурочена к празднованию Дня работника сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности.

20-я российская агропромышленная выставка «Золотая осень – 2017» проходит с 10 по 13 октября.

В этом году свои коллективные стенды и стенды отдельных предприятий представили 49 субъектов Федерации и 14 зарубежных стран, в том числе Япония, Китай, Ирландия, Турция, Италия, Германия, Испания, Австрия, Нидерланды, Азербайджан, Казахстан, Беларусь. Япония принимает участие в выставке «Золотая осень – 2018» в качестве страны-партнёра в рамках перекрёстного Года России в Японии и Японии в России.

На выставке презентованы крупные инвестиционные организационно-управленческие проекты, достижения в селекционно-генетической сфере, проекты развития сельских территорий и кооперации, лучшая продукция пищевой и перерабатывающей промышленности.

Сельскохозяйственную технику и оборудование для АПК представили более 70 отечественных и зарубежных предприятий. Экспозиция включает современные образцы техники для заготовки кормов, хранения сельхозпродукции, её переработки, почвообработки, кормозаготовления и другую продукцию, необходимую для технического оснащения сельхозпредприятий.

Выступление Дмитрия Медведева на церемонии открытия выставки:

Добрый день, уважаемые коллеги, друзья! Рад всех вас приветствовать на выставке «Золотая осень»! Скоро у всех аграриев профессиональный праздник. Я сердечно вас с этим поздравляю и хочу сказать вам огромное спасибо, поскольку в каждом успехе нашего сельского хозяйства есть ваша заслуга.

В этом году у выставки «Золотая осень» – юбилей. Она проводится в 20-й раз. И каждый год (а я здесь бываю) на выставке интересно, видишь что-то новое: современные технологии, достижения, новые продукты питания. В общем, всю линейку аграрного комплекса мы здесь можем видеть. И то, что мы планируем сделать, здесь также появляется. Поэтому, когда посещаешь выставку, понимаешь, как быстро меняется наше сельское хозяйство, насколько технологичным, современным оно становится.

Мы понимаем, что за всем этим стоит большой труд. Всех, кто связан с аграрно-промышленным комплексом, – и аграриев, и учёных, – и всех, кто занят в смежных отраслях. Всех, кто живёт и работает на селе.

Мы вместе добились впечатляющих результатов, которые на самом деле, можно сказать, выдающиеся. Это продовольственная безопасность страны. Это стабильно высокие урожаи – более 100 млн т зерна уже пять лет подряд. И этот год, несмотря на все сложности, не будет исключением. Растущий экспорт нашей сельхозпродукции. Новые рабочие места – в современных агрохолдингах, на современных фермах, в потребкооперации, в ритейле, пищевой промышленности и на транспорте.

Конечно, свою роль сыграла поддержка государства. За шесть лет из федерального бюджета мы направили в аграрно-промышленный комплекс 1,2 трлн рублей. Это беспрецедентная сумма, которую сельское хозяйство никогда не получало. На этот год мы предусмотрели более 250 млрд рублей федеральных средств.

Сейчас идёт работа над бюджетом следующего периода – на 2019 год и два последующих года. Этот бюджет пока не принят, но совершенно очевидно, что аграрии этим бюджетом разочарованы не будут. Мы сохраним все инструменты, меры поддержки, объёмы финансирования, которые в настоящий момент имеются.

Мы определяем новые задачи, опираясь на национальные цели, которые обозначены в Указе Президента от 7 мая текущего года. Они конкретизированы в Основных направлениях деятельности Правительства, которые мы совсем недавно утвердили.

Необходимо ускорить темпы развития российского аграрно-промышленного комплекса, качественно обновить его технологическую основу и обеспечить высококвалифицированными кадрами, повысить его конкурентоспособность на глобальном рынке продовольствия.

Действовать мы будем по нескольким направлениям.

Во-первых, повышать качество сельхозпродукции и продовольствия. И не только за счёт более строгой системы контроля, но и за счёт поддержки внедрения современных биотехнологий, включая семеноводство, селекцию, генетику. Нам нужна такая аграрная техника, которая не только помогает повысить производительность, но и обеспечивает разумное и бережное природопользование. Кроме того, необходимо увеличить долю продукции глубокой переработки – и по зерну, и по рыбе, и по целому ряду других направлений.

И конечно, нужно увеличивать производство тех продуктов, которые мы пока вынуждены импортировать – хотя у нас достаточно возможностей для того, чтобы наращивать их объёмы, выращивать все соответствующие виды продукции своими силами. Я имею в виду овощи и фрукты прежде всего, это сейчас одно из самых перспективных направлений.

Вчера мы с Президентом были на Ставрополье, посмотрели, как организованы яблоневые сады нового – интенсивного – типа. На уровне самых современных стандартов. Важно, что это не единичный пример. Знаю, что во многих регионах также занимаются такой работой.

Второе, о чём хотел бы сказать, – это выстраивание новой системы агрологистики. Вчера на совещании мы тоже об этом говорили. Для этого нужны и новые терминалы в портах, и специализированные железнодорожные вагоны, которых подчас не хватает, и обновление промыслового флота, сеть оптово-распределительных центров.

Третье, и это также является одним из национальных приоритетов. Предстоит удвоить объём поддержки экспорта сельхозпродукции. Мы будем решать эту задачу в рамках соответствующего национального проекта по международной кооперации и экспорту. Такие возможности у наших аграриев сегодня есть. И здесь, на выставке, есть отдельный раздел, где представлены российские экспортно ориентированные предприятия.

Четвёртое. Мы продолжим развивать сельские территории, строить дороги и жильё, школы и клубы. Делать всё, чтобы люди на селе могли жить в нормальных, близких к городским условиях. Чтобы у них была интересная работа, приличный заработок, тогда и молодёжь не будет уезжать. И с дефицитом высококвалифицированных кадров мы постепенно справимся. Хотя сейчас эта проблема существует, мы её осознаем и по целому ряду профессий уже наметили определённые пути её решения. Кстати, вчера было принято окончательное решение о сохранении программы «Устойчивое развитие сельских территорий» после 2021 года. Я считаю, это весьма важно.

Дорогие друзья! Мы всегда рады нашим гостям. Очень приятно, что в юбилейной выставке участвуют не только наши регионы, но и иностранные партнёры. Впервые на «Золотой осени» представлены агрокомпании из Японии. Есть и другие гости.

Предпринимателям будет интересен агробизнес-форум. А начинающим бизнесменам – территория стартапов, где можно посмотреть разработки фонда «Сколково».

Уверен, каждый из присутствующих найдёт для себя на выставке что-то интересное.

Теперь позвольте перейти к самой приятной части нашей встречи – к вручению государственных наград.

Я говорил о том, как наше сельское хозяйство за 20 лет изменилось. И конечно, это прежде всего благодаря работе тех, кого мы сегодня будем награждать, и огромного количества других работников АПК. И те награды, которые сегодня будут вручены, – это только часть благодарности за нелёгкий труд аграриев, за всё, что вы сделали для нашей страны, для нашей России.

Большое вам спасибо, и давайте перейдём к церемонии награждения.

***

Дорогие друзья, я ещё раз сердечно поздравляю всех награждённых. Действительно, когда мы вспоминаем недавнее прошлое, то понимаем, насколько было сложно. А говоря о сельском хозяйстве сегодня, лично я испытываю чувство гордости, что за такой короткий промежуток времени мы реально создали очень мощную аграрную отрасль в нашей стране, которая по праву является одной из самых крупных аграрных стран мира.

Я уверен, что мы и дальше будем развиваться такими же темпами. И хотя мы пока ещё не достигли 40 млрд долларов экспорта, уверен, что эту планку мы обязательно сумеем достичь. Потому что объёмы экспорта, которые мы сейчас имеем, уже весьма вдохновляющие. Вчера мы ещё раз об этом говорили.

Объём экспорта сельхозпродукции уже существенно, на четверть превышает объём экспорта российских вооружений, а мы всегда были в этом смысле весьма не слабой страной. Это очень важный и в то же время очень приятный факт.

Дорогие друзья, я сердечно поздравляю вас с наступающим профессиональным праздником! Передавайте привет вашим родным и близким. Желаю всем интересных впечатлений от выставки «Золотая осень».

Россия. ЦФО > Агропром > premier.gov.ru, 10 октября 2018 > № 2754482 Дмитрий Медведев


Россия. СКФО > Агропром > kremlin.ru, 9 октября 2018 > № 2754475 Дмитрий Патрушев

Совещание по вопросам развития сельского хозяйства

Владимир Путин провёл совещание о мерах по реализации потенциала агропромышленного комплекса страны. С основным докладом выступил Министр сельского хозяйства Дмитрий Патрушев.

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги!

Мы с вами встречаемся в Ставропольском крае – одном из крупных аграрных центров России.

Сегодня предлагаю в целом рассмотреть результаты работы сельского хозяйства, обсудить актуальные задачи, стратегические ориентиры развития ключевой отрасли страны. Мы с вами это делаем достаточно регулярно и, я бы сказал, не так уж и редко, причём не только в Москве, а действительно в разных регионах нашей страны.

В последние годы агропромышленный комплекс демонстрирует позитивную динамику. За пять лет объём производства сельхозпродукции вырос более чем на 20 процентов. Это без всякого преувеличения и называется прорыв, это называется, без всякого преувеличения, рывок вперёд.

Отечественные производители практически полностью обеспечивают страну по основным группам продовольственных товаров, активно осваивают внешние рынки. По итогам прошлого года объём экспортных поставок продовольствия и сельхозсырья прибавил 21 процент и превысил 20 миллиардов долларов. Это казалось совсем недавно абсолютно невероятным. Напомню: объём продаж оружия у нас – чем мы всегда гордились – составляет 15 миллиардов долларов. Сельхозпроизводители на пять миллиардов долларов превысили объём экспорта.

За семь месяцев текущего года аграрный экспорт вырос ещё почти на треть, до 13 миллиардов долларов. Отмечу: ещё 20 лет назад Россия была вынуждена закупать зерно за границей, а сегодня наша страна является крупнейшим поставщиком пшеницы, крупнейшим в мире, и занимает второе место в мире по поставкам зерновых вообще.

Увеличивается экспорт сахара, растительного масла, свинины, мяса птицы. За семь месяцев текущего года вывоз зерна из России вырос в 1,7 раза, а объём экспорта мяса птицы вырос на 31 процент, свинины – на 20 процентов, растительных масел – на пять, сахара – на четыре процента.

Переход к экспортной модели развития – ещё одно подтверждение того, что в отечественном АПК происходят качественные сдвиги, что наше сельское хозяйство вышло на новый уровень устойчивости и становится менее уязвимым к перепадам рыночной конъюнктуры, а внутреннее потребление продовольствия всё меньше зависит от импорта.

Так, для справки: по итогам 2017 года показатели продовольственного самообеспечения составили по зерну 170,8 процента, растительного масла – 153,1 процента, сахар – 105,2 процента, по мясу и мясопродуктам – 93 процента, по картофелю – 87 процентов, овощам – 85,9, молоку и молочным продуктам – 82.

При этом отмечу, как вы видите, сейчас я эти цифры привёл, по ряду позиций уровень самообеспеченности нашей страны пока ещё недостаточно высок. Это прежде всего касается овощей и фруктов, молочной продукции, говядины.

Нужно последовательно работать над тем, чтобы российские производители расширяли своё присутствие на внутреннем рынке и осваивали внешние, чтобы отечественные продукты по своим качественным и ценовым характеристикам были конкурентны, пользовались устойчивым, растущим спросом покупателей как в стране, так и за рубежом.

Для этого необходимо укреплять базу российского АПК, его кадровый и производственный потенциал, оснащать хозяйства современной техникой, повышать производительность труда, продвигать отечественные разработки в сфере селекции, генетики, биотехнологий для выпуска качественной, экологически чистой и безопасной продукции.

Это происходит, мы это видим. Только сейчас с Дмитрием Анатольевичем были в одном из хозяйств, не таком уж и крупном, можно сказать, среднем хозяйстве, но всё шире и шире применяющем хорошие современные технологии.

Для реализации экспортных возможностей российских аграриев нужно продолжить создание современной инфраструктуры, логистики, «расшивать» узкие места на железной дороге и наращивать мощности морских портов, элеваторов, терминалов хранения. Знаю наверняка, сегодня мы будем говорить подробнее, здесь ещё много нерешённых проблем. Уверен, сегодня вы будете об этом говорить.

И конечно, нужно устранять торговые барьеры, обеспечивать выполнение санитарных и ветеринарных требований для расширения доступа на внешние рынки. Прежде всего имею в виду такие перспективные направления, как Китай, Индия, страны Юго-Восточной Азии, Африки, Персидского залива.

Напомню, в майском указе поставлена задача в 2024 году нарастить экспорт продукции АПК до 45 миллиардов долларов в год. Это очень непростая задача. Если мы сейчас вышли на 20, то к 2024 году достичь цифры 45 миллиардов – это серьёзная задача. Необходимо расширить линейку таких поставок, увеличить в них долю товаров высокого передела.

При этом хочу подчеркнуть: речь идёт не о какой–то погоне за валовыми показателями, о стремлении вывезти как можно больше. Дело совершенно не в этом. Увеличение экспорта должно стать следствием роста качества отечественных товаров, их глобальной конкурентоспособности.

На это должны быть нацелены меры аграрной, торговой, промышленной, научно-образовательной политики. Сегодня тоже обсуждали с производителями вопрос, очень важный, который становится всё более и более актуальным, – подготовка кадров. Потому что отрасль становится высокотехнологичной, и нужны, конечно, люди, которые соответствуют этим требованиям.

Необходимо совершенствовать и механизмы государственной поддержки сельхозпроизводителей. Отдельное важное направление – это стимулирование малого и среднего предпринимательства на селе, поддержка деловой инициативы.

Сегодня в России на долю фермеров приходится около 13 процентов сельхозпроизводства. За последние пять лет на фоне общего роста отрасли эта доля увеличилась более чем на треть.

Серьёзным стимулом для развития фермерских и личных подсобных хозяйств должно стать вовлечение в сельхозкооперацию, расширение сотрудничества с крупным бизнесом. Это позволит успешнее встраиваться в производственные и логистические цепочки, приобретать новые технологии и ресурсы, развивать современную переработку.

И конечно, крайне важно поддержать предпринимателей в самом начале их работы, на этапе открытия своего дела. Знаю, что Минсельхоз совместно с ведущими финансовыми институтами в сфере сельского хозяйства и предпринимательства работает над созданием комплексной системы поддержки фермеров и развития сельхозкооперации.

Эта система будет включать механизмы грантового финансирования начинающих фермеров и действующих хозяйств, субсидии на расширение деятельности кооперативов, а также создание центров компетенций, которые будут оказывать консультационную помощь аграриям.

Предлагаю сегодня обсудить, как обеспечить максимальную эффективность средств, выделяемых на эти цели, а также какие дополнительные меры поддержки малых форм бизнеса на селе можно предложить дополнительно.

Пожалуйста, слово Министру сельского хозяйства Дмитрию Николаевичу Патрушеву.

Д.Патрушев: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги!

Мы только что посетили сады предприятия «Рассвет». Это один из лидеров Ставропольского края по производству плодовой продукции.

Разрешите начать доклад с информации о состоянии садоводства и питомниководства. Минсельхоз России уделяет большое внимание развитию этой отрасли. Перед нами стоит глобальная задача – обеспечить население страны качественными продуктами питания, в том числе плодами и ягодами собственного производства. Благодаря государственной поддержке и труду аграриев отрасль динамично развивается, становится инвестиционно привлекательной.

С начала реализации программы АПК заложено более 60 тысяч гектаров многолетних плодово-ягодных насаждений. До 2025 года планируем заложить ещё более 100 тысяч гектаров. В настоящее время идёт осенняя закладка новых садов. По состоянию на 8 октября заложено около 7,5 тысячи гектаров. Ожидаемый объём по итогам года составит порядка 15,7 тысячи гектаров.

Между тем отечественное производство саженцев для многолетних плодово-ягодных насаждений, по нашей оценке, покрывает не более 62 процентов от потребности. Недостающее количество, в основном для суперинтенсивных садов, пока импортируется.

В текущем году на закладку и уход за садами только в рамках единой субсидии выделено почти 4,8 миллиарда рублей. Все они, естественно, будут освоены. Также в связи с увеличением объёма закладки за счёт перераспределения средств в рамках госпрограммы мы предусмотрели 1 миллиард рублей дополнительно.

Кроме того, государство возмещает сельхозтоваропроизводителям часть затрат на создание и модернизацию плодохранилищ, селекционно-семеноводческих центров в растениеводстве, селекционно-питомниководческих центров в виноградарстве, строительство, реконструкцию, техническое перевооружение мелиоративных систем, в том числе капельного орошения садов. По результатам сегодняшнего мероприятия, Владимир Владимирович, мы включим также и питомникохранилища в эту программу.

Далее – о текущей ситуации в АПК Российской Федерации в целом. Закладывая фундамент нового урожая, российские аграрии засеяли более 79 миллионов гектаров, в том числе яровыми 52,5 миллиона гектаров.

В целом ситуация с урожаем в этом году хорошая. Об этом более детально я скажу ниже. Но есть и определённые проблемы. Из–за неблагоприятных погодных условий сроки сева в ряде регионов сдвинулись на две–три недели. Это, конечно, повлияло на объём урожая и сроки уборки.

На 8 октября в результате погодных аномалий: засухи, подтоплений, наводнений или града – режим чрезвычайной ситуации введён в 26 регионах. На сегодняшний день экспертная оценка проведена по 22 регионам. Сумма ущерба, причинённого аграриям, составила 6 миллиардов 600 миллионов рублей.

При формировании федерального бюджета на 2018 год на возмещение ущерба аграриям были заложены ассигнования в размере 1 миллиарда 890 миллионов рублей. В Правительстве Российской Федерации рассматривается вопрос совершенствования механизма оказания поддержки пострадавшим в результате ЧС сельхозтоваропроизводителям, предложенного Министерством сельского хозяйства Российской Федерации. А именно: возмещение 100 процентов ущерба застрахованным и 50 процентов незастрахованным аграриям.

Также хочу отметить, что данный механизм способствует стимулированию агрострахования. Это потребует выделения дополнительных средств в объёме 1,5 миллиарда рублей. Прошу нас поддержать в части выделения дополнительных средств и в том подходе, который мы предлагаем учитывать при компенсации ущерба от ЧС.

В период проведения весенних полевых работ многие регионы также столкнулись с ростом цен на ГСМ. Чтобы возместить аграриям дополнительные затраты, Правительство Российской Федерации пошло на беспрецедентные меры поддержки, выделив из резервного фонда пять миллиардов рублей.

Уважаемый Владимир Владимирович, уважаемый Дмитрий Анатольевич, спасибо за такую существенную поддержку аграриев. 17 августа Минсельхоз России довёл все средства до бюджетов субъектов Российской Федерации. Эти меры в числе прочих позволили бесперебойно провести все сезонные полевые работы.

Что касается обеспеченности сельхозтехникой, продолжается работа по обновлению парка. В последние годы серьёзно выросли объёмы финансирования действующих механизмов поддержки. Так, за пять лет, с 2013 по 2017 год, на эти цели было выделено более 34 миллиардов рублей, а в 2018 году – 10 миллиардов рублей.

Для увеличения темпов обновления парка по программе субсидирования производителей сельхозтехники возвращена скидка для аграриев в размере 25–30 процентов, а не 15–20, как было ранее.

Учитывая важность обновления парка сельхозтехники, Минсельхоз России изыскал возможность перераспределить четыре миллиарда рублей из средств госпрограммы в уставный капитал компании «Росагролизинг». Считаем, что этот инструмент позволит нарастить темпы обновления парка. Просим поддержать это решение и дальнейшее увеличение уставного капитала этой организации.

Теперь о ходе сезонных полевых работ. На сегодняшний день зерновые и зернобобовые культуры обмолочены с 92 процентов площадей – это 41 миллион гектаров. В целом планируем собрать в чистом весе 1065 миллионов тонн зерна, что на уровне показателя госпрограммы и несколько выше, чем в среднем за 10 лет.

Отмечу, что средний показатель за десятилетие составляет 99 миллионов тонн. Соответственно, 106 миллионов – это достойный урожай, который позволит гарантировать растениеводам хорошие цены, а также обеспечить внутренние потребности страны в зерне и растущие экспортные поставки.

Укрепление цен на зерно мы наблюдаем уже сейчас. По ситуации на 28 сентября по сравнению с аналогичной датой 2017 года пшеница разных классов, а также ячмень подорожают в целом от 21 до 26,5 процента в зависимости от культуры.

Отмечу, что текущий уровень цен не должен повлиять на стоимость готовой продукции. Соблюсти баланс позволит ряд мер, предпринятых Правительством Российской Федерации, в том числе реализация зерна в объёме 500 тысяч тонн из интервенционного фонда, проведённая в июле текущего года.

Продолжу о предварительных итогах уборочной кампании. Опережающими темпами идёт уборка масличных культур, по прогнозам, урожай составит около 16 миллионов тонн, что также выше средних многолетних значений. Идёт уборка картофеля и овощей. С опережением по сравнению с прошлым годом осуществляется сев озимых культур. Наш прогноз сева на этот год составляет 17 миллионов гектаров, что выше уровня 2017 года.

Коротко о ситуации в животноводстве. Отрасль сохраняет положительную динамику развития. За девять месяцев текущего года производство скота и птицы на убой в живом весе в хозяйствах всех категорий составило 10,3 миллиона тонн, что на 356 тысяч тонн больше уровня соответствующего периода 2017 года. В целом по результатам 2018 года производство скота и птицы на убой в живом весе ожидается в объёме 15,1 миллиона тонн, что на 3,6 процента больше уровня 2017 года.

Производство молока за январь–сентябрь 2018 года в хозяйствах всех категорий увеличилось на 0,1 и 0,3 процента по сравнению с 2017 годом и составило 24,7 миллиона тонн. При сохранении сложившейся динамики производства общий прирост молока в текущем году составит более 400 тысяч тонн и достигнет 31,6 миллиона тонн.

Закупочные цены на молоко начиная с августа текущего года восстанавливаются и к концу года составят 23 рубля за килограмм. Несомненно, росту производства молока и достойным ценам будут способствовать изменения в техническом регламенте Таможенного союза о безопасности молока и молочной продукции, вступившие в силу 16 июля текущего года. Новые правила, ужесточившие требования к маркировке, а также работа в системе электронной ветсертификации «Меркурий» позволят, кроме того, повысить качество и безопасность молочной продукции.

Уважаемый Владимир Владимирович!

Приведённые мною показатели развития отрасли свидетельствуют о том, что в агропромышленном секторе России за последнее десятилетие произошли значительные, я бы сказал, качественные изменения: от преобладания импорта до реализации собственного экспортного потенциала. Благодаря последовательной политике и слаженному труду сельхозтоваропроизводителей достигнуты, а по некоторым показателям превышены пороговые значения Доктрины продовольственной безопасности.

Владимир Владимирович, в своём майском указе Вы поставили перед отраслью новую стратегическую цель – к 2024 году нарастить экспорт продукции АПК в 2,2 раза – до 45 миллиардов долларов. Наравне с этим остаётся наша неизменная задача по насыщению внутреннего рынка отечественной сельхозпродукцией и продовольствием высокого качества.

Мы рассматриваем поставленные цели как очередной этап развития сельского хозяйства, в котором экспорт является драйвером модернизации российского агропромышленного комплекса.

В прошлом году мы экспортировали продукции АПК на 21,6 миллиарда долларов, превысив плановый показатель. Однако необходимо учитывать, что значительного прироста экспорта удалось достичь в первую очередь благодаря рекордным урожаям зерновых и зернобобовых культур, которые бывают далеко не каждый год.

Достижение нового установленного показателя невозможно без существенной трансформации отрасли. Недостаточно просто нарастить сельхозпроизводство, необходимо значительно его перестроить, изменить структуру, производить новые сельхозпродукты, востребованные на целевых мировых рынках, наращивать экспорт продукции с более высокой стоимостью, экспортировать не только объёмы, но и добавленную стоимость.

Для реализации поставленных задач Минсельхоз России разработал паспорт национального проекта «Международная кооперация и экспорт» в части экспорта продукции АПК, который одобрен президиумом Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и приоритетным проектам.

Проект включает мероприятия по четырём основным направлениям. Значительное увеличение производства и переработки сельхозпродукции, то есть создание новой товарной массы – то, что мы будем экспортировать, построение эффективной экспортно ориентированной агрологистической инфраструктуры, снятие тарифных и нетарифных ограничений на ключевых экспортных рынках, создание системы продвижения продукции АПК на внешних рынках.

Мы также определили приоритетные подотрасли сельского хозяйства, продукция которых имеет наибольший экспортный потенциал. Это зерновые, масложировая, мясная и молочная продукция, рыба и морепродукты, продукция пищевой и перерабатывающей промышленности, в том числе кондитерские изделия. По каждой из них разработаны подробные отраслевые планы увеличения экспорта до 2024 года.

Новая товарная масса, которую нам необходимо произвести, задаёт повышенные требования к агрологистической инфраструктуре и перевалке, значительно увеличивает нагрузку на товаропроводящие сети. В рамках проекта мы предусмотрели строительство шести оптово-распределительных центров – трёх до конца 2022 года и ещё трёх до конца 2024 года, – совершенствование контейнеризации грузов, развитие цифровых технологий, сервисных решений в логистике, наращивание перевалочных мощностей.

Сейчас номинальная мощность перевалки зерна российских портов составляет 52,7 миллиона тонн. Фактическая за 2017 год составила 40 миллионов тонн. По прогнозу Минсельхоза России, к 2024 году мощность только перевалки зерна должна достичь 77,7 миллиона тонн, то есть увеличится на 25 миллионов. Однако мы считаем целесообразным перенести сроки реализации проектов и ввода их в эксплуатацию с 2024–го на 2021–й и 2022 годы.

Для дальнейшего наращивания поставок отечественной сельхозпродукции Минсельхоз России совместно с аграрным бизнесом определил целевые рынки: Китай и Юго-Восточная Азия, Африка, страны Персидского залива, Индия.

Теперь важнейшей для нас задачей является снятие ветеринарных и фитосанитарных ограничений. Для этого в рамках проекта мы предусмотрели комплекс мер, направленных на признание регионализации России по заразным болезням животных ключевыми странами – импортёрами нашей продукции и согласование с ними ветеринарных сертификатов. Также необходимо разработать национальные программы контроля по борьбе с этими болезнями.

На реализацию перечисленных в паспорте проекта задач направлен специализированный комплекс мер государственной поддержки: льготное кредитование, субсидии на транспортировку продукции и на компенсацию части прямых понесённых затрат на строительство объектов АПК.

Здесь важно отметить, что возникает много вопросов в связи с изменениями Налогового кодекса, согласно которому с 1 января 2019 года при получении субсидий сельхозтоваропроизводители обязаны восстанавливать НДС. Сумма, подлежащая возвращению в бюджет, по нашим предварительным подсчётам, может составить за 2019 год до 9,5 миллиарда рублей, что фактически уменьшит объём господдержки сельхозтоваропроизводителей.

Минсельхоз России предлагает не применять эти положения Налогового кодекса в отношении субсидий, предоставленных аграриям.

В настоящее время мы совместно с Минфином готовим к представлению в Правительство Российской Федерации согласованные предложения по урегулированию. Просим поддержать нас в этом вопросе.

Возвращаясь к наращиванию экспорта продукции АПК, нами сформирован бюджет проекта на период 2019–2024 годов на основании согласованных Минфином России лимитов в объёме 350 миллиардов рублей.

Взяв курс на поддержку экспорта и крупных инвестиционных проектов, мы не забываем о создании благоприятных условий для развития малого бизнеса на селе. В 2018 году на грантовую поддержку фермеров и кооперативов планируется направить 10,4 миллиарда рублей федеральных средств единой субсидии, что почти на 17 процентов больше, чем в 2017 году.

Вместе с тем, чтобы развитие фермерства и сельхозкооперации шло динамичными темпами, необходима планомерная работа по повышению их роли в экономике. Для решения этой задачи Минсельхоз России разрабатывает федеральный проект создания системы поддержки фермеров и развития сельской кооперации в рамках национального проекта «Малое и среднее предпринимательство и поддержка индивидуальной предпринимательской инициативы». Общий объём его финансирования на период до 2024 года составит 37,4 миллиарда рублей. В настоящее время проект дорабатывается совместно с субъектами Российской Федерации.

Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги!

Важным механизмом повышения качества жизни в сельской местности является программа «Устойчивое развитие сельских территорий», которую Минсельхоз России реализует в рамках госпрограммы АПК. В прошлом году на это было направлено 15,4 миллиарда рублей, в текущем предусмотрено 16,9 миллиарда.

Этого, конечно, недостаточно. Развитие сельских территорий должно быть охвачено особой заботой государства, благодаря которой каждый человек на селе почувствует позитивные изменения. Это строительство новых домов, учреждений культуры и здравоохранения, школ и детских садов, развитие транспортного сообщения, создание новых рабочих мест и так далее.

Чтобы сформировать единую государственную политику в отношении сельских территорий, обеспечить комплексное решение вопросов их развития, повысить занятость, уровень и качество жизни сельского населения, было бы правильным продолжить реализацию проекта «Устойчивое развитие сельских территорий».

Уважаемый Владимир Владимирович, в соответствии с Вашей резолюцией и при поддержке Дмитрия Анатольевича Министерство сельского хозяйства совместно с Правительством Российской Федерации подготовило обоснование этого проекта. Его реализация может обеспечить экономический, социальный эффект развития села, уменьшит разрыв в качестве жизни между городом и селом, создаст равные возможности для развития в городской и сельской среде, придаст стимул развитию всего агропромышленного комплекса России.

Нам важно сохранить село, его уникальность. Для многих регионов именно сельский образ жизни, сельский уклад в наш высокоскоростной информационный век не имеет альтернативы. Прошу нас здесь поддержать.

Доклад окончен. Спасибо за внимание.

В.Путин: Уважаемые коллеги!

Вы обратили, видимо, внимание на то, что мы с Председателем Правительства, с Дмитрием Анатольевичем Медведевым, обычно стараемся распределить своё внимание по различным отраслям, проблемам, темам – для того чтобы шире охватить все вопросы в стране. Но на сегодняшнее наше совещание, на сегодняшнюю встречу мы сознательно приехали вдвоём, для того чтобы у нас было единообразное понимание проблем, которые перед нами стоят, чтобы мы с вами могли откровенно обсудить все вопросы, которые вас беспокоят, чтобы вы услышали мнение ключевых членов Правительства Российской Федерации, чтобы мы могли составить общий план совместной работы на ближайшую перспективу.

Здесь было сказано о продлении программы «Устойчивое развитие сельских территорий». Мы исходили из того, что, несмотря на то что в перечне национальный проектов такого проекта нет, но программа есть, она рассчитана была до 2021 года. Мы, безусловно, будем её продлять и после 2021 года. Поэтому я хотел, чтобы вы это услышали, и именно поэтому мы в таком составе и собрались сегодня – для того чтобы сверстать эту программу после 2021 года настолько основательно, насколько это возможно всем вместе при определении приоритетов развития отрасли.

Россия. СКФО > Агропром > kremlin.ru, 9 октября 2018 > № 2754475 Дмитрий Патрушев

Полная версия — платный доступ ?


Россия. Турция > Внешэкономсвязи, политика. Агропром > mid.ru, 8 октября 2018 > № 2763009 Алексей Ерхов

Интервью Чрезвычайного и Полномочного Посла России в Турции А.В.Ерхова изданию «Дюнья», 8 октября 2018 г.

Вопрос: В последнее время турецкие импортеры российского зерна всерьез обеспокоены тем, что Россия – может пойти на искусственное ограничение его экспорта в связи с сокращением производства из-за неблагоприятных погодных условий и ростом цен на внутреннем рынке. Что Вы можете сказать по этому поводу?

Ответ: Действительно, есть прогнозы, что производство зерна в этом году может несколько сократиться. Что же касается возможности искусственного ограничения экспорта, то официальных заявлений российских властей по этому поводу не было. Наоборот, если мне не изменяет память, наш минсельхоз даже опровергал эту информацию, заявляя, что никакие ограничительные меры по экспорту в министерстве не обсуждаются.

С другой стороны, хотел бы обратить внимание на то, что двусторонние контакты по аграрной проблематике продолжаются. В частности, делегация во главе с министром сельского и лесного хозяйства Турции, в которую войдет значительное число бизнесменов, в ближайшие дни будет находиться в России. 9 -11 октября в Москве состоится заседание росийско-турецкого Исполкома по сельскому хозяйству и Деловой форум. Уверен, там турецкие аграрии смогут получить ответы на все имеющиеся вопросы.

Вопрос: Расскажите, пожалуйста, о мерах поддержки в отношении турецких предпринимателей, инвестирующих в Россию. Что делает Вашу страну привлекательной для инвестиций?

Ответ: Россия – это крупнейшая в мире страна, обладающая значительными природными ресурсами, высококвалифицированной рабочей силой и обширным внутренним рынком сбыта продукции.

Руководство нашей страны придает приоритетное значение ее экономическому развитию. Реализуется взятый курс на расширение пространства свободы, дальнейшее снятие барьеров, либерализацию законодательства с тем, чтобы условия для ведения бизнеса, для работы в России соответствовали самым высоким стандартам.

В нашей стране действуют различные федеральные и региональные программы поддержки инвесторов на государственном уровне, функционируют территории со специальным юридическим статусом. Это особые экономические зоны (ОЭЗ), а также так называемые технопарки и территории опережающего социально-экономического развития.

Например, в России создано свыше 20 особых экономических зон. Каждая из них предоставляет инвесторам ряд налоговых льгот и таможенных преференций, а также гарантирует доступ к инженерной, транспортной и деловой инфраструктуре.

Вопрос: Какие сектора турецких инвестиций в России выходят на первый план? В какие еще отрасли, в дополнение к уже имеющимся, Вы могли бы предложить инвестировать бизнесменам?

Ответ: Турецкий бизнес представлен прежде всего в таких отраслях, как деревообработка, легкая промышленность, производство стекла, автокомпонентов и бытовой техники, а также в строительном, банковском и туристическом секторах.

На сегодняшний момент в России существует большое количество программ господдержки и субсидирования для разных отраслей экономики. В частности, масштабная государственная программа импортозамещения, принятая в связи с введенными в 2014 г. санкциями западных стран в отношении нашей страны. Приоритетное внимание в рамках данной программы уделяется сельскому хозяйству, машиностроению и сфере информационных технологий. Исходя из этого, представителям турецкого бизнеса можно было бы подумать об инвестициях в перечисленные отрасли.

Отдельно могу также отметить, что турецкие компании, реализуя проекты в России как российские резиденты, могут участвовать в различных программах поддержки экспорта, страхования кредитов, рассчитывать на поддержку Фонда развития промышленности и т.д. Призываю российские и турецкие компании развивать промышленную кооперацию в обеих странах, создавать совместные производства.

Вопрос: Как Вы могли бы в общем плане оценить развитие экономических отношений между Россией и Турцией? Что планируется сделать в ближайшей перспективе в плане дальнейшего развития этих связей?

Ответ: Наши торгово-экономические отношения с Турцией развиваются по нарастающей. Постоянный импульс им придают президенты двух стран, которые лично координируют работу основных ведомств и структур. Уверенно растет товарооборот: за первое полугодие текущего года он увеличился на 37 % и составил более 13 млрд. долл. Успешно реализуются крупные стратегические проекты: АЭС «Аккую» и газопровод «Турецкий поток». Кстати, построено уже 80% трубопровода.

В условиях наблюдаемого в последние дни серьезного подрыва доверия к доллару как базовой мировой резервной валюте на первый план все больше выходит проблематика использования национальных валют во взаимных расчетах между нашими странами. Эта тема уже давно обсуждается в ходе двусторонних переговоров, в том числе на уровне руководства России и Турции. Российская сторона неоднократно заявляла о возможности и целесообразности такого перехода.

Что касается дальнейшего развития торгово-экономического сотрудничества, то, как представляется, его наращиванию могло бы способствовать активное развитие межрегиональных связей, о которых я упоминал в начале интервью. Отрадно, что в последнее время заметно увеличилось количество деловых контактов представителей российских регионов с турецкими партнерами. Думаю, что такое взаимодействие надо поощрять.

Вопрос: В какой степени российская экономика зависит от энергетики (в контексте добычи и транспортировки нефти, природного газа)? Какие меры предпринимаются в России для снижения энергозависимости?

Ответ: Я уже начал говорить о реализующейся в России программе импортозамещения. Она также способствует и диверсификации экономики, снижению зависимости от нефтегазовых доходов. Года 3-4 назад их доля в бюджете страны превышала 50 %, сейчас же она опустилась на отметку ниже 40 %. Растет доля обрабатывающей промышленности – это автопром, фармацевтика, химический комплекс, пищевая промышленность, выпуск электрооборудования, увеличивается доля сельскохозяйственной продукции. В целом, наша экономика выходит из стагнации, ее оживление приобрело устойчивый характер.

Какие дальнейшие меры планируется реализовать? Это, прежде всего, увеличение производительности труда за счет модернизации производств и запуска новых промышленных объектов на базе самых современных технологий. Это улучшение инвестиционного климата, повышение качества профессионального образования, комплекс мер по стимулированию несырьевого экспорта и т.д.

Вопрос: Есть ли потенциал совместного инвестирования турецкими и российскими компаниями в России и Турции, а также в третьих странах? Если есть, как Вы считаете, в какие сферы могут быть эти совместные инвестиции направлены?

Ответ: Да, потенциал есть, и немалый. Кстати, работа на этом направлении – одно из важных средств масштабного расширения двустороннего торгово-экономического сотрудничества.

Как известно, Российский фонд прямых инвестиций и Турецкий суверенный фонд согласовали окончательные условия сотрудничества и создали совместный Российско-турецкий инвестиционный фонд. Каждая из сторон вкладывает в него по 500 млн. долл. Предполагается, что средства будут направлены на реализацию привлекательных инвестиционных проектов в таких секторах, как инфраструктурное строительство, здравоохранение и информационные технологии. В настоящее время ведется работа по определению конкретных проектов.

Россия. Турция > Внешэкономсвязи, политика. Агропром > mid.ru, 8 октября 2018 > № 2763009 Алексей Ерхов


Россия > Агропром > forbes.ru, 5 октября 2018 > № 2750075 Дмитрий Матвеев

Простая математика. Сколько должен стоить качественный сыр

Дмитрий Матвеев

генеральный директор группы компаний «Кабош»

Половина всего сыра на прилавках — подделка, таковы данные Россельхознадзора. Как распознать фальсификат и кто виноват в том, что этикетка не соответствует содержимому

Сколько должен стоить сыр? Этот вопрос мне задают часто как собственнику крупного сыродельного предприятия. Когда я отвечаю, что цена зависит от многих факторов, просят назвать хотя бы среднюю цену. Сегодня сырная полка в ретейле представляет собой триумф маржи над здравым смыслом.

Сырные парадоксы

Отрасль болеет давно, у нее два серьезных симптома. Первый, говорящий о многом, — сегодня лидеры рынка сыра не производители, а фасовщики. На сырной полке крупной федеральной сети 60% — сыры от фасовщиков. Мы говорим о компаниях, которые не имеют собственного производства сыра, закупают его, как правило, в странах реэкспортерах (Республике Беларусь, Армении) и просто фасуют этот сыр как для дистрибьюторов, так и для сетей. Зачастую один и тот же сорт может продаваться под разными торговыми марками. И этот сыр, как правило, очень низкого качества.

Второй симптом, еще более страшный, — доля фальсификата в общем объеме рынка. Она составляет не менее 50%, по нашей оценке. И в этом суждении нас поддерживает Россельхознадзор. Под фальсификатом понимаются любые несоответствия на этикетке, в том числе наличие в составе сыра сухого молока.

Немного основных цифр сегодняшнего рынка сыра. До эмбарго его объем составлял около 900 000 т. Из них 50% —российского производства. И 50% — импорт (основные поставщики — это Европа, Белоруссия и Украина). Сейчас объем упал, в 2017 году он составил 750 000 т. Снизились объемы потребления сыра, так как сегодня этот продукт — лидер по недоверию со стороны покупателей. Часть потребителей заменили сыр товарами из других категорий.

Парадокс, который возможен только в России: потребление молочных продуктов на душу населения на 29% ниже нормы, при этом из–за низкого спроса огромные запасы этих продуктов скапливаются на складах предприятий. Так, на конец 2017 года невостребованными оказались: сыр и сырные продукты — 64 000 т, сливочное масло — 23 000 т, сухое молоко — 30 000 т. Дефицит молока в России более 30%, что составляет свыше 12 млн т в год, или 33 млн л молока ежедневно. Поэтому объем импорта остается высоким.

Несмотря на общий депрессивный фон в отрасли, в России есть производители сыра, которые делают по-настоящему хороший продукт, которые пришли на этот рынок не для того, чтобы впопыхах заработать на импортозамещении. Но таких меньшинство — не более 5% от рынка.

Как распознать фальсификат

Спрашивать о средней цене на сыр — это как спрашивать, сколько стоит машина. Рекорд дешевизны принадлежит индийскому автомобилю Bajaj RE60. А баснословная цена Bugatti Veyron Super Sport занесена в Книгу рекордов Гиннесса. Как считать среднюю стоимость при такой «вилке»? С сыром ровно такая же история.

Но можно посчитать нижнюю границу стоимости качественного сыра на примере полутвердого сыра. При условии, что он сделан из качественного молока, то есть сыропригодного. И с учетом того, что использованы качественные закваски из Европы и, конечно, выдержана традиционная рецептура приготовления, обязательно с терпеливым созреванием.

Итак, считаем: на 1 килограмм сыра требуется от 10 до 12 литров молока — в зависимости от его качества. 1 литр сыропригодного молока стоит 26–29 рублей (рыночная стоимость на сегодня). Возьмем 12 литров молока и умножим на 27 рублей, итого 324 рубля. Необходимо прибавить примерно 70 рублей, в которые будет входить логистика молока на завод, закваски, молокосвертывающие ферменты, зарплата сотрудников, амортизация оборудования, энергоресурсы, упаковка и прочие производственные расходы и материалы. Промежуточный итог — 394 рубля за 1 кг.

Но это только цена себестоимости. Не забываем, что предприятию–производителю сыра тоже нужна прибыль, как минимум 5%. Считаем дальше: наценка сетей — не ниже 30% от стоимости продукта. На данном этапе получается 538 рублей. Кроме того, между производителем и торговой сетью зачастую есть дистрибьютор, который тоже зарабатывает на своих услугах — не менее 20 % от общей стоимости (это его транспортные расходы, аренда склада, работа сотрудников, рентабельность и так далее). Плюс к этому сыры нужно доставить до дистрибьюторов или до магазинов. Итог: 1 кг качественного натурального сыра не может стоить менее хотя бы 540 рублей на полке.

Это при условии, что вы напрямую поставляете сыр в магазины. И учитывайте, что эти подсчеты релевантны для сыра, который созревал в среднем 1,5–2 месяца. А если мы говорим о сыре с созреванием 1 год или 1,5 года, то прибавляйте как минимум 20% к стоимости. В Италии сыры «Грана Падано» и «Пармиджано Реджано», которые лежат на складах созревания, приравниваются к слиткам золота. Так и есть, хороший сыр — золото!

У меня также спрашивают, можно ли распознать фальсификат по стоимости продукта? Так вот, отличить сыр от фальсификата по цене нельзя. На днях мы с моим новым технологом–сыроделом из Франции Себастьяном (он ставит у нас рецептуру французских и швейцарских сыров) решили провести эксперимент. Мы купили для дегустации немного сыра в гипермаркете популярной федеральной сети. За набор из 7 сортов 15 разных торговых марок общим весом 1,5 кг мы заплатили 2500 рублей. Из этого перечня относительно съедобными для деликатного европейца оказались 2 вида сыра.

Себастьян привез с собой из Франции сыр «Конте» 3 сортов: 6 месяцев созревания — €12–14/кг; 12 месяцев — €16–18/кг; 24 месяца — €18–20/кг, заплатив за 3 килограмма отличнейшего сыра €49 — 3500 рублей. Вдумайтесь только: 3 килограмма «Конте» за 3500 рублей против 1,5 килограмма российского фальсификата за 2500 рублей. Как можно рассуждать о средней цене на сыр в российских условиях?

Ценовая граница условна, так как фальсификаторы — очень ловкий народ, они научились ставить цену, которая примерно схожа с ценой на качественный сыр. Разница порой всего 30 рублей. Даже за 1000 рублей вы можете купить сыр с растительными жирами и другими заменителями молочного жира. Совет один — включите в себе Шерлока Холмса. Внимательно читайте этикетку. Мы не раз находили сыры c адресом производства, которого просто не существует. И эти сыры могут продаваться везде, даже в крупных федеральных сетях.

Если вы изучите этикетку разных сыров, то увидите, что большинство компаний даже не утруждают себя писать название предприятия или адрес производства, а просто указывают «Республика Беларусь». Не поленитесь, найдите информацию о производителе в интернете. Просто ради интереса проверьте сыр, который сейчас лежит у вас в холодильнике.

Станьте требовательны

У печального настоящего есть разумное объяснение в прошлом. Я помню, как в детстве ходил по магазинам со списком от мамы. Один поход за колбасой, и ты приобретал бесценный жизненный опыт. Советская торговля людей закаляла. Там приходилось стоять несколько очередей всего за одним продуктом: сначала в отдел, допустим, колбасный, где продавец взвешивала «Докторскую» и записывала вес/цену на кусок бумаги, с этим клочком надо было стоять очередь в кассу, а после нести чек обратно в отдел, где отдавали колбасу, завернутую в «крафтовую» по сегодняшним меркам бумагу.

Я хорошо помню напряженные глаза людей в этих очередях. Потому как неизвестно — достанется ли тебе «Докторская» или уйдешь с ливерной. Не раз я видел шквал возмущения и попытки бунта в очередях, но итог всегда был неизменен — победа оставалась за тетушками–продавщицами. В те времена на предпочтения покупателей было наплевать. Стояла одна задача — накормить людей, даже не накормить, а просто набить им животы.

Почему я так долго останавливаюсь на магазинах эпохи коммунизма? Потому что вот эта «культура» советской и перестроечной торговли имеет свое естественное продолжение сегодня. В том, что постсоветский покупатель исторически нетребователен. Он непритязателен к ассортименту, к свежести продуктов, длительности сроков хранения, как правило, безразличен и к составу продукта, технологии его приготовления, что хуже всего. Уверен, этикетку сегодня читают не более 10% населения, а то и меньше.

Наш покупатель пассивен, он не верит в то, что может повлиять на процесс в ретейле. А ведь это именно он каждый день приносит деньги в кассу. Сегодня и производителю, и потребителю некомфортно в крупных федеральных сетях. Сети стали диктаторами не только закупочных и розничных цен, но зачастую влияют на внутренние процессы производителя. Ценовой демпинг в виде бонусов, скидок за выбранный объем товаров позволяет этим магазинам держать цены на уровне себестоимости товаров, а порой и ниже. Кроме того, полка в магазинах формата «эконом» крайне ограничена в размерах. Производитель, имея 10–15 собственных торговых марок, может выставить на полку максимум 2–3. Часть брендов «провисает», не развивается и, в конце концов, уходит с рынка.

На мой взгляд, навести порядок на сырной полке поможет введение уголовной ответственности как для производителя, так и для ретейла — за умышленное введение потребителя в заблуждение. Кроме того, необходимо кратно повысить штрафы за обман покупателя. Сегодня штраф за несоответствие составу на этикетке не превышает 500 000 рублей. Фальсификатору экономически выгодно производить некачественный продукт. Необходимо сделать так, чтобы на первый раз производитель или торговая сеть заплатили бы штраф эквивалентом 10 млн рублей, во второй раз — 20 млн, а в третий раз понесли бы уже уголовную ответственность.

Россия > Агропром > forbes.ru, 5 октября 2018 > № 2750075 Дмитрий Матвеев


Россия > Агропром. Финансы, банки > premier.gov.ru, 1 октября 2018 > № 2745791 Борис Листов

Встреча Дмитрия Медведева с председателем правления Россельхозбанка Борисом Листовым

Борис Листов проинформировал Председателя Правительства о результатах работы Россельхозбанка в 2018 году.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Борис Павлович, мы с Вами после Вашего назначения общаемся в первый раз. Хотел бы от Вас услышать анализ текущего состояния дел в Россельхозбанке, как прошлый год закончился, как этот год идёт. Руководителем банка Вы стали относительно недавно, но в банке работаете достаточно давно, имеете опыт руководства. Хотел бы по этим вопросам с Вами поговорить. И потом ещё некоторые темы обсудим.

Б.Листов: Дмитрий Анатольевич, позвольте прежде всего поблагодарить Вас за возможность Вам лично доложить о результатах работы банка в 2018 году.

Банк выполняет все взятые на себя обязательства по кредитованию реального сектора экономики. Рост портфеля в 2018 году составил 13,8%, притом что рынок рос в среднем на 9,9%. Общий объём кредитного портфеля на 1 сентября 2018 года составил 2,2 трлн рублей, из них на предприятия агропромышленного комплекса – приходится 1,2 трлн рублей.

Банк уделяет много внимания кредитованию агропромышленного комплекса. За восемь месяцев 2018 года было выдано более 700 млрд рублей. То есть рост более 6% по отношению к результату за аналогичный период 2017 года.

Мы также финансируем наших сельхозпроизводителей в рамках программы 1528. Планируем, что к концу года объём всех договоров составит более 300 млрд рублей. Мы поддерживаем и долю кредитования сезонных полевых работ, на сегодняшний день она составляет 77%.

Кредитный портфель малого и среднего предпринимательства в банке составляет 335 млрд рублей, это четвёртое место по банковской системе.

Розничный портфель на сегодняшний день составляет 412 млрд, из них ипотека – 230 млрд. Надо сказать, что ипотека в этом году растёт темпами в 2,5 раза выше, чем в 2017 году.

Мы также уделяем много внимания оптимизации своих расходов, их сокращению. На сегодня у нас минимальное значение расходов на одного работника среди крупнейших банков Российской Федерации.

За восемь месяцев 2018 года банк заработал операционной прибыли 44 млрд рублей, из них 38 млрд было отправлено на расчистку баланса от токсичных активов.

Хочу заверить Вас, Дмитрий Анатольевич, что Россельхозбанк выполнит все взятые на себя обязательства по финансированию реального сектора экономики.

Д.Медведев: Россельхозбанк, действительно, ведущий институт по финансированию прежде всего аграриев, сельскохозяйственного сектора. Мы это понимаем, как и то, что в прошлом у банка были проблемы. Вы произнесли красивое сочетание – «токсичные активы». Это накопленные проблемные долги, а также участие в тех или иных проектах, по которым вероятность платежа практически нулевая. И поэтому их нужно закрывать.

Чтобы обеспечить необходимый уровень поддержки, необходимый уровень ликвидности, для того чтобы вы могли и дальше успешно кредитовать аграрный сектор, я принял решение о докапитализации банка.

В этом году мы направим на докапитализацию 20 млрд рублей. И в следующем году докапитализацию продолжим.

Так что, имейте в виду, такие решения будут приняты, и просил бы их максимально эффективно реализовать для развития сельского хозяйства в нашей стране, поддержки аграрного сектора, малого и среднего бизнеса и других целей.

Б.Листов: Уважаемый Дмитрий Анатольевич, это огромная поддержка для Россельхозбанка и предприятий агропромышленного сектора.

Спасибо Вам огромное.

Россия > Агропром. Финансы, банки > premier.gov.ru, 1 октября 2018 > № 2745791 Борис Листов


Россия > Агропром > zol.ru, 26 сентября 2018 > № 2742163 Михаил Мальцев

Масложировой союз рассчитывает на рекордный урожай подсолнечника в РФ

Урожайность подсолнечника в России упала с 21,3 в прошлом году до 18,7 центнеров с гектара. На Юге засуха вообще уничтожила около 30 процентов от прогнозируемого урожая (по данным на 25 сентября). Что происходит на рынке подсолнечника в преддверии появления массового урожая, мы спросили у главы Масложирового Союза России Михаила Мальцева.

- Каков ваш прогноз урожая подсолнечника в России в 2018 году? Удастся ли аграриям заработать на главной масличной культуре, и не приведет ли снижение урожая к росту цен на масло?

- Урожай масличных будет точно не ниже прошлогоднего. Более того, несмотря на достаточно непростые погодные условия, есть ожидания получить рекордный урожай. По итогам уборочной ожидаемый объем масличных может составить более 18 млн тонн, где больше 11 млн тонн - подсолнечника, 2,3 млн тонн - рапс и 4,4 млн тонн - соя. Наращивание объемов стало возможным за счет увеличения посевных площадей. Результат сбора масличных мог бы быть еще выше, если бы аграриям удалось получить большую урожайность. Согласно оперативным данным Минсельхоза РФ, на конец сентября средняя урожайность подсолнечника заметно ниже результатов предыдущей уборки. Хотя нужно учитывать, что обмолочено всего около 20% площадей, отведенных под подсолнечник, и показатель урожайности еще может быть откорректирован.

На сегодняшний день нет причин ожидать резкого колебания цен в ту или другую сторону. Цены на сырье и так достаточно высоки, и выше уже вряд ли будут. Изменения возможны только за счет только роста курса валют и корректировки стоимости фрахта. При этом в текущей ситуации мы фиксируем укрепление рубля и рост фрахта.

- Не грозит ли дефицит сырья массовым банкротством мелких и средних переработчиков? Какие, помимо низкого урожая, у отрасли проблемы и риски сезона?

- Причиной банкротств как мелких, так и крупных масложировых предприятий - перекос условий экономической деятельности между производителями и переработчиками масличных. Дефицит сырья, безусловно, может активизировать эти процессы. Если ситуация не будет откорректирована, и переработчики будут вынуждены работать в отрицательных зонах, то, безусловно, мы будем продолжать фиксировать уход с рынка игроков.

Частично отрегулировать ситуацию возможно за счет введения ряда мер поддержки. А именно рассмотреть возможность льготного кредитования при закупке сырья из профицитных регионов, а также субсидирование тарифов при перевозке сырья из профицитных регионов в дефицитные. Так как, например, везти ту же сою из Дальнего Востока в Центральную Россию не выгодно, урожай проще сбыть китайцам. Логистика не покрывает расходы, и не может дать конкурентной цены. Но, с точки зрения экономики отрасли, на экспорт всегда выгоднее отправлять товар с более высокой добавленной стоимостью – то есть готовую продукцию (при наличии спроса на нее). Чтобы стабилизировать ситуацию, мы предлагаем ввести государственные меры поддержки. Сегодня эти предложения находятся на рассмотрении у профильного министерства.

- Как, по Вашему мнению, изменится динамика экспорта в 2019 г, и почему?

- В случае если наши предложения не будут реализованы, экспорт может вырасти (при негативном сценарии) до 3 млн тонн. К сожалению, пока нет ни внешних, ни внутренних факторов, которые бы снизили интерес трейдеров или ограничили к экспорту сои и рапса. В прошлом сезоне 90% экспорта сои ушел в Китай, и, скорее всего, спрос на эту культуру не упадет и в новом сезоне.

В тройку стран-лидеров по экспорту рапса вошли Китай, Монголия и Беларусь. Скорее всего, этот тренд сохранится и в грядущем периоде. Несколько неоднозначна ситуация с подсолнечником. В этом сезоне экспорт «семечки» рекордно упал, в первую очередь, за счет ситуации на внутреннем рынке Турции, главного импортера российского подсолнечника. Однако турки регулярно (буквально по нескольку раз в год) меняют условия ввозных пошлин на масличное сырье. И какой стратегии будет придерживаться это иностранное государство в ближайшие месяцы, предсказать сложно.

Источник: Национальное аграрное агентство

Россия > Агропром > zol.ru, 26 сентября 2018 > № 2742163 Михаил Мальцев


Россия > Агропром. Финансы, банки > zol.ru, 26 сентября 2018 > № 2741366 Корней Биждов

Президент НСА Корней Биждов информировал РСПП о проблемах развития агрострахования

Для реализации экспортного потенциала АПК России необходимо расширить применение страховых инструментов, защищающих финансовую устойчивость предприятий агросектора – об этом заявил президент Национального союза агростраховщиков Корней Биждов на заседании Комиссии по агропромышленному комплексу Российского союза промышленников и предпринимателей. «Все без исключения основные конкуренты России на агропродовольственном рынке последние 10-15 лет активно развивают агрострахование, – заявил он. – В нашей стране Правительство и обе палаты Законодательного собрания в текущем году уделяют особое внимание этому вопросу».

Заседание Комиссии РСПП по АПК состоялось 25 сентября. Его темой стали предложения аграрного бизнес-сообщества по расширению экспортных возможностей российского АПК – по наращиванию объемов производства, развитию логистики и продвижению отечественных брендов и товаров.

Корней Биждов отметил, что в Госдуме ко второму чтению готовится правительственный законопроект о внесении изменений в Федеральный закон «О государственной поддержке в сфере сельскохозяйственного страхования…» № 260-ФЗ. Он расширяет возможности применения различных страховых продуктов, адаптированных к разнообразным потребностям направлений агропроизводства. «В том числе, в перспективе это может создать предпосылки для страхования риска падения доходов сельхозпроизводителей в результате изменения рыночных цен на сельхозпродукцию», – сказал К. Биждов. НСА выступил с предложением к комиссии РСПП поддержать принятие данного законопроекта.

Президент НСА подчеркнул, что работа системы агрострахования важна не только для компенсации непосредственных убытков отдельных сельхозпредприятий от природных факторов, но и для обеспечения финансово-экономической устойчивости агросектора и возможности поддерживать непрерывный темп развития производства. «В мировой практике агрострахование рассматривается как одна из неотъемлемых частей единой стратегии управления рисками сельского хозяйства, главная задача которой – уменьшить волатильность финансовых потоков в агросекторе. Именно нестабильность доходов увеличивает стоимость кредитных ресурсов для агросектора, снижает его инвестиционную привлекательность, сокращает возможности для инновационного развития. Агрострахование может снять эти риски», – заявил он. В связи с этим, по мнению НСА, целесообразно выделить в Госпрограмме развития сельского хозяйства на период после 2020 года раздел «Управление рисками АПК», который должен содержать меры по сокращению рисков отрасли – в том числе при экспорте сельхозпродукции.

Источник: Национальный союз агростраховщиков

Россия > Агропром. Финансы, банки > zol.ru, 26 сентября 2018 > № 2741366 Корней Биждов


Россия. Весь мир > Агропром > premier.gov.ru, 24 сентября 2018 > № 2737994 Дмитрий Патрушев

Брифинг Дмитрия Патрушева по завершении заседания президиума Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и национальным проектам

Из стенограммы:

Д.Патрушев : Только что закончилось заседание президиума, был рассмотрен ряд проектов, в том числе паспорт национального проекта «Международная кооперация и экспорт». В целом проект утверждён, паспорт принят за основу. Хочу сказать несколько слов по агропромышленному комплексу в рамках проекта по кооперации и экспорту. В соответствии с решениями, принятыми на президиуме, общий объём финансирования по увеличению экспорта продукции агропромышленного комплекса составит порядка 350 млрд рублей на шесть лет. Эти деньги будут использованы для увеличения товарной массы. Нам в первую очередь надо производить то, что мы будем экспортировать в дальнейшем.

Следующее направление – выстраивание правильных логистических цепочек. Надо чётко продумать, какую инфраструктуру, какие способы доставки мы задействуем при организации экспорта. Также деньги пойдут на организацию противоэпизоотических мероприятий и для того, чтобы мы имели возможность открыть зарубежные рынки для нашей продукции. В целом, я думаю, по результатам нашего дальнейшего взаимодействия с Минфином мы чётко определим, по каким годам и какие средства будут выделяться на реализацию этого проекта.

Вопрос: А сколько в целом предусмотрено на агропромышленный комплекс паспортом проекта «Международная кооперация и экспорт»?

Д.Патрушев: Что касается агропромышленного комплекса, эта цифра составляет 350 млрд рублей на шесть лет.

Вопрос: Рассчитан ли ущерб от непогоды?

Д.Патрушев: В целом 22 или 23 региона пострадали от ЧС. На сегодняшний день ущерб посчитан по 18. Я думаю, это чуть более 6 млрд рублей –таков размер ущерба, который чрезвычайная ситуация нанесла сельхозтоваропроизводителям.

Вопрос: Что Вы можете сказать о сотрудничестве с Белоруссией?

Д.Патрушев: У нас подписаны с Белоруссией балансы по поставкам сельхозпродукции. В 2018 году, к сожалению, эти балансы не исполнены. Мы будем думать на предмет того, как нам эти балансы исполнить в 2018 году. При этом отдельно хочу отметить, что впервые у нас заранее подписан баланс и на грядущий год. Об этом объявили на встрече двух президентов. Балансы 2019 года выстроены помесячно, они будут исполнены. Они отличаются от 2018 года. По разной номенклатуре – по-разному, но в целом чуть меньше.

Россия. Весь мир > Агропром > premier.gov.ru, 24 сентября 2018 > № 2737994 Дмитрий Патрушев


Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции. Агропром > amurmedia.ru, 18 сентября 2018 > № 2745819 Александр Марченко

Статус сельхозпроизводителя открывает большие возможности даже мелким фермерам - КСФ

Заместитель гендиректора-руководитель центра кооперации АНО «Краевой сельскохозяйственный фонд» Александр Марченко дал интервью ИА AmurMedia

Процесс сельскохозяйственного кооперирования, активизация которого наблюдается в Хабаровском крае, придает новый статус личным подворьям на селе и мелким фермерам, что открывает для них широкие перспективы развития. О том, как работает "эффект масштаба", каким эхом откликнулись в кооперативном движении лихие 90-е и как преодолеть кризис доверия в интервью корр. ИА AmurMedia рассказал заместитель гендиректора-руководитель центра кооперации АНО "Краевой сельскохозяйственный фонд" Александр Марченко.

— Кооперативное движение как таковое не ново. В разные времена оно то возрождается, то теряет свою популярность, как в России, так и в Хабаровском крае. Александр Сергеевич, если говорить о сельхозкооперации в нашем регионе, как бы Вы обозначили ее нынешнее состояние?

— Активная фаза процесса кооперации фермеров, сельхозпроизводителей в регионе началась с июля 2017 года, т.е. чуть более года назад. Во втором полугодии 2017 года при непосредственном участии было создано четыре сельскохозяйственных потребительских кооператива – "Исток", "Вяземские продукты", "Агродар" и "Вектор".

— Какие районы региона "вышли в передовики"? Расположенные ближе к краевому центру или отдаленные?

— Нам удалось активизировать сельхозкооперацию в районе им. Лазо, Хабаровском и два кооператива появились в Вяземском районе. Правда, сейчас один из вяземских постепенно перебрался в Хабаровск, и сейчас работает на территории Хабаровского района. В общем, кооперативы появляются пока в радиусе 150 км, так скажем. Мы говорили про 2017 год. А в этом, 2018 году, интеграция кооперативного движения расширилась. Был создан кооператив "Манома" в Нанайском районе, кооператив "Эльбанский" в Амурском районе, "Кооператор Комсомольска" в Комсомольске-на-Амуре, плюс ПСК "Ладия" в Вяземском и кооператив "Бикин-ДВ" в Бикинском районе. У всех статус сельскохозяйственных потребительских кооперативов, как правило, широкого профиля. Кооператоры указывают у себя в уставах и переработку, и снабжение, и сбыт.

— Кто был инициатором создания этих кооперативов? Приходилось ли вам проводить какую-то работу с фермерами? Искать инициативных людей с организаторскими способностями? Или люди сами к вам приходили?

— В разных случаях происходило по-разному. Но в большинстве начинаем отсчет с агитвыездов и групповых консультаций. Договариваемся с органами муниципального самоуправления, чтобы они организовали аудиторию местных сельхозпроизводителей. Едем, подготавливаем ликбез по поводу потребительской кооперации непосредственно. В данный момент у нас политика правительства направлена на развитие потребительской кооперации. Кооперативы не являются коммерческими структурами, их создание направлено на увеличение благосостояния каждого из членов кооператива. Теоретически кооператив может работать в ноль или иметь небольшую выгоду. При этом уровень благосостояния в силу оказываемых услуг, в силу эксплуатации неделимого фонда растет у каждого кооператора.

— При этом каждый член кооператива может вести свою предпринимательскую деятельность?

— Верно. Они никоим образом не связаны обязательствами. Члены кооператива оплачивают членские взносы, паи, для того, чтобы пользоваться услугами кооператива как агрегатора, например, сбора плодоовощной продукции, либо совместные закупки делать.

— То есть работает "эффект масштаба"?

— Это классика. Снижение издержек на единицу товара или услуги при росте их абсолютного объема. Это одно из ключевых направлений, для которых и существует потребкооперация. Собственно, для этого сельхозкооператив и организуется. Например, несколько фермеров имеют свои хозяйства, выращивают коров, корма, неважно. И есть проблема со сбытом или с переработкой продукции. Они объединились, минимум пять человек, так предписывает закон, и купили перерабатывающий мини-завод или коптильню для колбас, к примеру. Одному фермеру потянуть такое оборудование крайне сложно и накладно. А если собралось 5 или 20, то соответственно всё обойдется в 5-20 раз дешевле.

— Кому тогда принадлежит эта коптильня?

— Кооперативу. А все вопросы по ее эксплуатации решают члены правления, те самые фермеры, которые создали кооператив. В уставе, как правило, прописано какие решения могут быть приняты председателем единолично, а какие исключительно через правление кооператива. Обычно, все весомые денежные операции принимаются исключительно по решениям правления кооператива, коллегиально.

— С приобретением понятно. А как совместно реализовывать то, что выращено?

— Рассмотрим пример сбыта. Выкопал фермер картофель, загрузил мешок в коляску мотоцикла и повез на рынок. Расход бензина — минимум 100 рублей. А вот если бы фермеры объединились и загрузили в фуру 4-5 тонн, то доставка обошлась бы каждому уже в 10 рублей. И на рынке фермер может продавать свой картофель уже не по 15 рублей за килограмм, а поставить конкурентоспособную цену в рублей 10-12. И это только за счет того, что совместно организовали доставку до овощехранилища, либо до конечного потребителя.

То же самое относительно закупки удобрений, например. Если купить их в магазине в розницу, то они обойдутся в 150 рублей за килограмм, а если же заявку сформировать несколькими хозяйствами и заказать вагон этих удобрений, то они обойдутся в 5-6 раз дешевле. Также это оформление бумаг, общий бухгалтер. Или ты поодиночке несешь все эти издержки, или кооператив нанял одного бухгалтера и тебе эту услугу оказывает за твои паевые взносы.

— Вернёмся к созданию кооперативов. В районах фермеры охотно вступают или приходится проводить разъяснительную работу?

— Работу однозначно нужно вести, причем, бывает, выезжаем по нескольку раз, и только на второй-третий раз народ оживляется, начинает на контакт идти. Очень большой кризис доверия друг к другу и власти.

— С чем это связано? Все еще аукается развал СССР и лихие 90-е?

— По большому счету, наверное, 90-е сказались, когда у нас кооперативное движение находилось на волне, а потом пошли разборки, суды и прочее. Кто сколько должен получать, как делить прибыль и т.д. Контингент, по большому счету, еще не сменился. Много возрастных фермеров, которые в 90-е на эти грабли наступили. В Бикинском районе было несколько достаточно крепких кооперативов, которые потом очень некрасиво расставались, разорялись. Сейчас их заманить в кооперативное движение очень проблематично.

— Но известны же и положительные примеры… Ольга Мамонтова с "Вяземскими продуктами", например.

— Да, конечно, существуют лидеры мнений, на которых реально можно сослаться. И народ видит, что кооперация работает, и никакого обмана в этом нет. Но многие опасаются и субсидиарной ответственности. Это тоже один из аспектов сельхозкооперации, когда все члены кооператива несут равную ответственность по всем долгам кооператива. Если паевых взносов не хватило, а кооператив кому-то должен, то гасить этот долг должны все члены кооператива.

— Рискованно…

— На заре кооперативного движения были нечистоплотные председатели, которые брали многомиллионные кредиты и исчезали. Потом фермеры обязаны были все это возмещать. Сейчас все это регламентируется и записывается в уставах. В настоящее время сделать что-либо подобное очень проблематично, практически невозможно. Все решения принимаются собранием управленческого состава.

— Кооператив кооперативу рознь по направлению. Вы планируете расширять кооперативное движение в северные отдаленные территории? Там рискованное земледелие, но там охота, рыбалка, сбор дикоросов и т.д. Такое направление планируется?

— Безусловно. В данный момент у сельхозфонда с администрацией Нанайского района в разработке проект по созданию районного центра кооперации и кооператива для приемки и переработки рыбы у коренных малочисленных народностей Севера. У местных нанайцев, которые получают квоты, кормовые лицензии на каждого персонально. Но помимо рыбы им же нужны и другие товары, и живые деньги. Следовательно, рыбу нужно реализовать. И чтобы продавать свой улов на законных основаниях, а не где-то на обочинах дорог, необходимо рыбаков каким-то образом объединить и создать какой-то агрегатор непосредственно в районе. Сейчас мы как раз прорабатываем этот момент. Уже есть желающие, собираем пакет документов под это дело. Думаю, в этом году кооператив уже создадим.

— Александр Сергеевич, а другие районы региона подключаются с движению?

— Еще по подобному направлению подготовлены пакеты документов на регистрацию в Охотском районе. Специалист Фонда выезжал в район, проводил семинары, рассказывал о мерах поддержки, и после этого принято решение о создании в районе сразу двух кооперативов. Кстати, сейчас краевой Минсельхоз действует достаточно глобально, сельскохозяйственным потребительским кооперативам на развитие хозяйства выделяются гранты до 70 миллионов рублей. Это довольно крупные суммы, можно и ферму построить, и перерабатывающее производство.

— Много приходится ездить по районам?

— Да, часто бываем в дороге. Я сам лично ездил трижды в район Полины Осипенко, более 700 км по не очень хорошей дороге, чтобы провести разъяснительную работу. И уже после третьего выезда появилась первые ласточки. Дело в том, в северных районах ничего, кроме картошки, нормально не растет, но при этом картошка дает вполне достойный урожай, а сбывать ее личные подсобные хозяйства никуда не могут, потому что картошку выращивают все. Однако рядом находится артель, которая закупает огромное количество картофеля, причем по ценам в несколько раз дороже, чем местное население готово с радостью продавать. Но население не может торговать, потому что нет юридического лица и договор подписать не с кем. Местному населению был предложен путь решения проблемы — организовать овощехранилище, чтобы подвозили по заказу партиями. Нашлась инициативная группа, кто все это решил взять в свои руки. Сейчас подобрали двух фермеров, готовых возглавить и организовать поставку с территории района.

— В кооператив может вступить любой желающий фермер? И вообще, по какому принципу фермеры кооперируются?

— Как правило, это объединение на территории какого-то одного района, либо населенного пункта. Крайне редко у нас один фермер проживает в Нанайском районе, второй в Бикине, а третий в Совгавани. Таких практически нет. Но сложность тут, скорее, не в территориальности… Недоверие очень велико непосредственно друг к другу. А для того, чтобы начать общий бизнес, общее дело, организовать кооператив, нужно как минимум доверять друг другу. И это одна из основных причин того, почему до сих пор не начался бум кооперативного движения… Соседи вроде в прекрасных отношениях, здороваются, а когда речь заходит об общем виде деятельности, говорят "У меня две коровы, а у Васьки три козы. Как мы будем деньги делить?".

— Но они же конкуренты между собой…

— Они не столько конкурируют, сколько не видят путей совместного приложения сил. Можно продолжать доить своих коров, но при этом совместно покупать корма, привозить их и на этом экономить деньги. Или приобрести доильное оборудование и по очереди им пользоваться.

— Органы местного самоуправления на местах, администрации районов, сельских поселений способствуют развитию движения?

— Во всех районах по-разному. После того, как в крае вышел указ о развитии сельхозкооперации и организации центров кооперации в районах, деятельность немного активизировалась. До этого все было очень неравномерно. Допустим, наши южные районы, Вяземский, Хабаровский и имени Лазо, очень активно влились в это дело. Их сотрудники чуть ли не за руку приводили этих фермеров, очень активно взаимодействовали с сельхозфондом. На северных территориях все сложнее, проблематичнее, пишут письма, что "сельского хозяйства у нас нет, кооперативы создать невозможно". Такие тоже были.

— Личным подсобным хозяйствам, насколько известно, меры господдержки не оказываются. Крестьянско-фермерским иногда оказываются, но фермер должен из себя представлять крепкого хозяйственника. Как в этом плане обстоят дела с потребительским кооперативом?

— Вы правильно подметили. Господдержка — один из факторов, почему личным подсобным хозяйствам, мелким фермерским хозяйствам стоит объединяться в кооперативы, ведь они становятся статусными сельхозпроизводителями. Если отдельно взятое личное подворье на меры поддержки рассчитывать не может, потому что не имеет статуса сельхозпроизводителя, налоги не платит, государству по большому счету пользы не приносит, то есть что произвел, то и скушал. А объединившись в кооператив, у фермеров уже цели более глобальные — произведенная продукция поступает в торговые сети, ее покупают городские жители и так далее. Соответственно, статус сельхозтоваропроизводителя кооператива позволяет рассчитывать на субсидии и гранты, которые предоставляют по федеральным и краевым программам.

— Все сельхозкооперативы, которые существуют в крае, сотрудничают с Краевым сельскохозяйственным фондом?

— Нет, кто-то организуется самостоятельно, другие были созданы до того как сельхозфонд активизировал краевую кооперацию. Но о большинстве мы знаем, они обращаются к нам за поддержкой, потому что у нас беспрецедентные условия — пакет документов минимальный, риск-менеджер информацию проверяет достаточно быстро, помощь ощутимая. И в плане льготных условий предоставления помощи какой-либо структуре соревноваться с Фондом трудно.

Беседовала Руслана Страхова.

Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции. Агропром > amurmedia.ru, 18 сентября 2018 > № 2745819 Александр Марченко


Россия > Агропром. Госбюджет, налоги, цены > mirnov.ru, 17 сентября 2018 > № 2736794 Игорь Абакумов

НЕВЫУЧЕННЫЕ УРОКИ ПРОШЛОГО СЕЗОНА

Наши земледельцы доказали на деле: работать они умеют!

Несмотря на различные проблемы и санкции в прошлом году аграрный сектор показал рекордные результаты. И... выявил, что логистически мы не готовы к таким урожаям.

Начнем с хорошей новости - рекордного урожая в нынешнем сезоне не будет. Хорошая она для всех: и для чиновников, и для самих фермеров. Последние до сих пор вспоминают прошлую уборочную кампанию с грустью и подсчитывают убытки.

По мнению генерального директора медиагруппы «Крестьянские ведомости» Игоря Абакумова, расхлебывать последствия мы будем еще не один год.

- Традиционно для нашего сельского хозяйства две беды - урожай и неурожай, - считает он. - Причем урожай - страшнее, потому что зерно, в производство которого вложены огромные средства, девать некуда. Не хватает складов. Зерно портится, теряется его стоимость.

Цена на зерно падает так, что невозможно даже выплатить те кредиты, которые брали на его производство. Аграрии не могут вернуть потраченных на выращивание урожая денег. У них не окупятся ни топливо, ни гербициды, ни удобрения. Это очень большая беда.

В этом году мы уже пожинаем плоды - урожай падает, падает и его качество. Сельхозпроизводители вынуждены экономить на всем: на посадочном материале, использовать более дешевые препараты и удобрения, которые наносят большой урон экосистеме, а восстанавливаться она будет как минимум пять лет. Проблемы сельского хозяйства тянут за собой и другие, что сказывается на всей экономике страны.

БУХГАЛТЕРСКИЙ ПОДХОД

По бухгалтерскому счету сельское хозяйство дает около 1,5% ВВП страны. Казалось бы, величина, которой можно пренебречь. На самом деле от сельского хозяйства зависит добрая половина нашей экономики.

- Проблема в том, что у нас много бухгалтеров, а вот экономистов нет, - уверен Игорь Абакумов. - Начнем с того, что один крестьянин обеспечивает работой четырех горожан. Из-за того что фермеры денег не заработали, они не могут обновить парк сельхозмашин, и далее по цепочке.

Например, «Ростсельмаш» имеет более 500 смежников. И это только видимая часть айсберга. От земледельцев зависят практически все сферы нашей экономики - от химической до космической.

Невиданный урожай вскрыл целый пласт структурных проблем - недостаток вагонов для зерна, высокие цены перевозок РЖД, недостаточная пропускная способность портов и емкость элеваторов, дефицит сельхозтехники и т. д. Сложно сказать, где их не было. Но самое грустное - катастрофически упала доходность всего сельского хозяйства.

- До сих пор власти не могут разрешить ключевой вопрос с долговыми расписками за зерно, - говорит Игорь Абакумов. - Простое решение превратить их в ценные бумаги сняло бы большинство вопросов. Особенно для сибирских регионов, где растут зерновые хорошего качества, которые оказалось невозможно вывезти на экспорт.

Конечно, сибиряки нашли выход и переориентировались на животноводство. Теперь они кормят высококачественным зерном скотину и продают охлажденное мясо странам восточного региона. В данном случае по счастливой случайности ошибки обернулись пользой.

ГОСУПРАВЛЕНИЕ КАК НАЦИОНАЛЬНАЯ УГРОЗА

- Качество госуправления в нашей стране, по словам Алексея Гордеева, относится к категории национальных угроз, - цитирует вице-премьера по сельскому хозяйству Игорь Абакумов. - Посмотрите, что произошло в прошлом году. Под комсомольским лозунгом «Даешь рекордный урожай!» возродилась подзабытая практика приписок. Благодаря руководству, которое начало требовать на-гора цифры. А приписки - это прямые убытки. В результате этой истерии обвалились цены на зерно ниже себестоимости. Хотя на самом деле эти рекордные показатели далеки от реальности. Недаром представители Центрально-Черноземного округа попросили правительство ограничить экспорт зерна.

Цена ошибки в сельском хозяйстве очень велика. И это даже не материальные потери. Помните эмбарго на экспорт зерна в 2010 году? Тогда правительство подсчитало и испугалось, что его не хватит на внутренние нужды. Пока разбирались, прекратились поставки в другие страны.

- В результате в Тунисе местное население вышло на улицы с пустыми кастрюлями, требуя снизить цены, - считает Игорь Абакумов. - Пока тунисские власти решали эту проблему, в дело пошли нехитрые американские политтехнологии, в стране произошел переворот. Затем рвануло в Египте, пошла волна «арабской весны», и в результате докатилось до Сирии. Последствия расхлебываем до сих пор.

КУДА ИДЕМ?

Стратегия в понимании наших государственных чиновников - это набор показателей, но не идея, к которой мы должны прийти. Последние годы все их усилия были направлены на обеспечение продовольственной безопасности. Это если вдруг война, то мы сами себе могли бы вырастить бутерброд с пальмовым маслом. Без американского ленд-лиза. Судя по реляциям, эту проблему решили, но вот что дальше? Есть идеи?

Смотрим, что предлагает правительство. Последние сигналы из Кремля - это увеличить производство высококачественного зерна и удвоить выручку от экспорта до $45 млрд.

В принципе невыполнимого в них ничего нет. И даже есть некоторая логика: если на бедном населении сельское хозяйство не может заработать, то пусть ищут длинный доллар за границей.

Проблема в том, что инфраструктура хранения с советских времен сосредоточена возле крупных городов, а не в портах. Тогда ведь речи об экспорте не шло. Эта критически недостающая инфраструктура строится сейчас силами бизнеса, но они не способны ее решить. Без серьезных госинвестиций этот процесс затянется на десятилетия.

По производству пшеницы 1-2-го классов задача есть, а вот экономической базы нет. Это не рыночный, а стратегический продукт. При желании этот вопрос решается просто с помощью государственного заказа. Если он будет, то выполнить ее не составит проблем. Но все это частные тактические, а не стратегические задачи.

КОЛИЧЕСТВО И КАЧЕСТВО

Вопрос - как накормить население, закрыли, если, конечно, верить докладам. Не пора ли перейти к вопросу, чем накормить?

То, что нам предлагают наши производители еды, зачастую к вкусной и здоровой пище не имеет никакого отношения. Но логика чиновников застряла на предыдущем этапе, когда уже пора думать о следующих шагах. Хотя по идее эти шаги уже давно должны быть прописаны в стратегии развития.

Сейчас хорошие перспективы у отечественной масложировой продукции. Говорят, большой экспортный потенциал. Грозятся залить нашим маслом всю Европу и далее везде. Но чтобы нарастить его, нужно было думать о строительстве производственных мощностей лет 5-6 назад. Просчитать на пять-шесть лет вперед для нашего государства - это задача за гранью возможного, а это, между прочим, всего лишь задача среднесрочного планирования. Но долгосрочное планирование - не наш конек. Государство постоянно бежит за паровозом событий.

Кстати, на словах политики серьезно озабочены качеством еды. На деле в стране дефицит качественных продуктов по доступным ценам. По факту люди питаются дешево и некачественно. И проблема усугубляется с каждым годом. И это тоже имеет свои далеко идущие последствия.

«Зеленая революция» 60-х позволила накормить огромное количество людей и спасло их от голодной смерти. За счет высокоэффективных сортов пшеницы, но бедных полезными элементами, удалось накормить Индию и другие страны третьего мира. Но исследования поколений в этих странах, выросших на таких продуктах, показали, что они серьезно отстают по своему интеллектуальному развитию.

Последние новости не несут поводов для оптимизма. Рост ставки рефинансирования Центробанка, НДС, цен на топливо и ГСМ неизбежно вызовут удорожание продуктов. И дальнейшее снижение их качества.

И как вишенка на торте: для российских сельхозтоваропроизводителей ввели новые налоги - с начала 2018 года действуют поправки в Налоговый кодекс, обязывающие их выплачивать НДС с субсидий, получаемых на возмещение затрат. Налогом на движимое имущество облагаются даже коровы. Странно, что налоговики еще не дошли до мышей.

Все это приведет к реальному снижению господдержки даже ниже уровня прошлого года. Хотя на бумаге дотации на сельское хозяйство только растут. Финансирование АПК из федерального бюджета обещают увеличить на 63,6 млрд руб., до рекордных 302,3 млрд руб.

Кажется, что рекорды обходятся нам слишком дорого.

Вячеслав Степовой

Россия > Агропром. Госбюджет, налоги, цены > mirnov.ru, 17 сентября 2018 > № 2736794 Игорь Абакумов


Россия > Агропром > premier.gov.ru, 10 сентября 2018 > № 2726896 Алексей Гордеев

Совещание с вице-премьерами.

В повестке: о ходе уборочной кампании.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Сначала несколько слов о документах. Начну с темы, связанной с поддержкой инноваций, – здесь подписано два документа. Я подписал документ о начале работы новой Правительственной комиссии по модернизации экономики и инновационному развитию. Она должна заниматься определением основных направлений, механизмов технологического развития в стране, выбором форм, методов государственного регулирования, координацией работы органов власти, в том числе в рамках Национальной технологической инициативы. Комиссия эта важная. Как и в прежние времена, я возглавлю её лично, тем более что это один из наших приоритетов, вытекающих из указа Президента. В ближайшее время проведём соответствующее заседание. Я прошу, Максим Алексеевич (обращаясь к М.Акимову), Вас заняться подготовкой, потому что эта тема относится к Вашей компетенции.

Важная тема в рамках работы этой комиссии – создание условий для активного вовлечения в экономический оборот не только новых разработок, но и прав на результаты интеллектуальной деятельности, то есть так называемой интеллектуальной собственности. Компании, которые проводят различные НИОКР, работают по государственным контрактам, достигают каких-то технологических результатов. Тем не менее этому вопросу должного внимания не уделяют. Как правило – и это обычно объясняется финансовыми причинами, но не только, – они не ставят права на результаты интеллектуальной деятельности на баланс компании. Для того чтобы избежать возникающего в этом случае налога на прибыль и просто чтобы не возиться, что называется. Поэтому в прошлом году мы упростили налоговое администрирование в этой сфере, усовершенствовали налоговый учёт результатов интеллектуальной деятельности. Теперь при расчёте налога на прибыль не будут учитываться доходы, которые возникают при постановке на баланс прав на результаты интеллектуальной деятельности.

Речь идёт о результатах, которые будут выявлены компаниями – то есть заново, по сути, определены – в этом и следующем годах, в том числе в ходе инвентаризации имущества и имущественных прав. Поэтому Правительство утвердило и направило директивы представителям государства в компаниях с государственным участием (а это важно, потому что это крупнейшие компании, они активно ведут научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, в ходе которых и возникают результаты интеллектуальной деятельности), чтобы в них была проведена инвентаризация. Это в дальнейшем поможет использованию прав на эту интеллектуальную собственность и повысит капитализацию самих компаний. Но этим надо заняться наконец.

Сегодня мы поговорим также о ходе уборочной кампании. Мы регулярно к этой теме возвращаемся. В предыдущие годы мы собирали рекордные урожаи, не в последнюю очередь благодаря мощной государственной поддержке. Только за шесть лет из федерального бюджета в агропромышленный комплекс было направлено 1,2 трлн рублей.

Мы продолжаем финансировать агропромышленный комплекс на достаточном уровне. Недавно проводили совещание о расходах федерального бюджета на агропром, рыбохозяйственный комплекс. Определённые решения приняли.

Понятно, что в этом году в силу погодных причин валовый сбор зерна сократится по сравнению с прошлым годом. Однако мы рассчитываем на достаточно приличные результаты. Тем более что сев озимых культур идёт опережающими темпами. На 7 сентября их уже посеяли на территории 6,4 млн га, что почти на 50% больше, чем на аналогичную дату прошлого года.

Алексей Васильевич (обращаясь к А.Гордееву), расскажите, что сейчас происходит. Каковы результаты уборки?

А.Гордеев: Дмитрий Анатольевич, аграрии вошли в завершающий этап уборочной кампании. На сегодняшний день зерновых, зернобобовых обмолочено примерно две трети площади сева. Намолочено уже 84 млн т зерна. Урожайность, как Вы уже сказали, пониже, примерно на 19%, но прошлый год был исключительно благоприятным для нашей страны. Согласно прогнозам специалистов, в целом по стране урожай зерновых ожидается вполне достаточный – порядка 105 млн т. Это позволит экспортировать около 30 млн т зерна и полностью обеспечить свои нужды, прежде всего в плане обеспечения хлебом населения и заготовки кормов для животноводства.

Идёт уборка картофеля, овощей. Здесь неплохие показатели, даже лучше, чем в прошлом году. Также идёт уборка сахарной свёклы, рапса, сои, подсолнечника, кукурузы. Всё идёт в штатном режиме. Мы видим, что уборка будет завершена в сроки, наиболее благоприятные для аграриев. Ожидаем неплохой урожай фруктов и ягод. Здесь поддержка государства позволила сделать значительный рывок в объёмах производства. Ожидаем около 1 млн т этой витаминной продукции.

Озимых культур предстоит посеять 17,5 млн га. Всё идёт хорошими темпами. На сегодня регионы отсеялись почти на 40%. Ожидаем, что это будет хороший залог для урожая следующего года.

Неплохими темпами идёт финансирование. Аграрии уже получили более 90 млрд рублей бюджета текущего года, освоение составляет 75% – это существенно выше, чем в прошлом году. Вы отметили, что в ряде регионов были неблагоприятные погодно-климатические условия. Сейчас готовятся соответствующие акты – вместе с МЧС. Чтобы помочь аграриям ряда регионов, где была засуха или переувлажнение почвы, потребуется порядка 9–10 млрд рублей.

Это основные данные.

Д.Медведев: Мы к этому вопросу ещё вернёмся, причём в достаточно короткой перспективе. Посмотрим более точно, каковы результаты, в рамках совещания. Важно, что деньги циркулируют быстрее, чем было до этого. В прошлый период я неоднократно к этой теме возвращался, вынужден был давать указания министерствам. И не только Министерству финансов, которое по понятным причинам может что-то задерживать (у них много разных решений стоит на исполнении). В Минсельхозе тоже были проблемы. Хорошо, что сейчас это всё раскассируется быстрее. Я просил бы Вас, Алексей Васильевич, за этим самым внимательным образом следить.

Россия > Агропром > premier.gov.ru, 10 сентября 2018 > № 2726896 Алексей Гордеев


Китай. ДФО > Агропром. Приватизация, инвестиции > carnegie.ru, 10 сентября 2018 > № 2726683 Иван Зуенко

Сможет ли Россия накормить Китай дальневосточной соей

Иван Зуенко

Из-за торговой войны с США Китай заинтересовался поставками сои из России. Агентство по привлечению инвестиций на Дальний Восток обещает выделить иностранным инвесторам до 1 млн гектар земли, пригодной для производства этого продукта. Но, несмотря на бодрые рапорты чиновников, потенциал России в борьбе за многомиллиардный китайский рынок сои по-прежнему весьма скромен, а вот риск породить взаимные завышенные ожидания, напротив, велик

Пятнадцатого июня президент США Дональд Трамп установил заградительные пошлины на импорт товаров из Китая. Пекин тут же ввел аналогичные меры в отношении 659 наименований американских товаров, и самым значимым среди них оказались соевые бобы. Потребление сои в Китае огромно: ее добавляют в самые разные блюда, из нее делают масло, напитки и даже сладости. Своей сои не хватает, и ежегодно только из США Китай импортировал порядка 70 млн тонн на сумму $12 млрд (для сравнения: Россия за последний год поставила в КНР 800 тысяч тонн сои).

Из-за введения 25% пошлины под вопросом оказались перспективы дальнейших поставок. Ответив Трампу и заодно обрушив мировой рынок сои, Китай занялся поиском новых источников соевых бобов. Главным из них считается другая заокеанская страна, Бразилия. Ожидается, что бразильцы займут до 50% всего китайского импорта сои. Около 5% придется на Аргентину.

А что же гораздо более близкий к Китаю российский Дальний Восток? Для производства сои здесь оптимальные климатические условия. Расстояния для вывоза продукции – смешные. Российские власти создали целый ряд преференциальных режимов и бюрократических структур, ориентированных как раз на привлечение в регион инвестиций, в том числе в сельское хозяйство.

Четырнадцатого августа руководитель одной из таких структур, Агентства по привлечению инвестиций и поддержке экспорта, Валерий Дубровский заявил, что Россия ожидает притока иностранных инвестиций (около 50% – из Китая) для освоения имеющегося 1 млн гектаров сельхозземли. Материал об этом опубликовала влиятельная китайская газета South China Morning Post. Крупная китайская госкорпорация COFCO уже подала заявку на статус резидента ТОР Михайловская в Приморском крае с проектом создания большого элеватора и склада хранения сельхозпродукции, в том числе соевых бобов.

Предполагается, что расширение российско-китайского сотрудничества в области производства сои будет одной из основных тем на переговорах представителей двух стран во время Восточного экономического форума, который пройдет 11–13 сентября и куда приедут Владимир Путин и Си Цзиньпин. Не исключено, что тема дальневосточной сои, которая вдруг превращается в важный стратегический ресурс, будет затронута в выступлениях руководителей двух стран.

Между тем, как водится, в ситуации есть нюансы. Заявления господина Дубровского вызвали у экспертов, хорошо знакомых с ситуацией в сельском хозяйстве региона, саркастическую улыбку. Несмотря на стереотипное представление о Дальнем Востоке как о бескрайних просторах пустующей земли, местные специалисты знают, что резервов для резкого увеличения сельхозпроизводства там попросту нет. Главная причина этого – отсутствие свободной площади, пригодной для растениеводства.

Свободной земли точка нет

Если смотреть на Дальний Восток из бизнес-класса самолета Москва – Владивосток, он выглядит как огромная необжитая целина. Но если поездить по полям и деревням, то легко увидеть, что большая часть площадей либо гористые, либо заболоченные, либо находятся в поймах рек и легко затапливаются при первом же тайфуне (а их на Дальнем Востоке с его муссонным климатом хватает).

Да, по бумагам неосвоенная земля есть. Но официальная статистика в данном случае может быть весьма обманчивой. По данным департамента сельского хозяйства Приморья, в крае порядка 700 тысяч гектар пашни. Из них посевная площадь составляет 450 тысяч га, еще 20–50 тысяч ежегодно находится под паром, столько же выведено из оборота в связи с банкротством или сменой собственника.

Однако и по поводу оставшихся 150–200 тысяч га обольщаться не следует. Как правило, это земля, которая никому не нужна, поскольку заниматься на ней рентабельным хозяйством практически невозможно. Это либо болотистые топи – типа той, что досталась участнику программы «Дальневосточный гектар» казаку Юрию Бугаеву, либо «мелкоконтурные участки», собрать из которых более-менее крупный земельный пул без масштабных капиталовложений невозможно.

Период «первоначального накопления земельных фондов» уже закончился. Земельные паи, доставшиеся селянам в наследство от колхозной системы, разобраны. Вся пригодная сельхозземля имеет своих хозяев, и дешево ее уже никто не продаст. Тем более никуда не уйдут крупные игроки, вложившие серьезные средства в формирование земельных пулов и создание производственно-логистической инфраструктуры.

Крупнейший из них – федеральная компания «Русагро». В 2016–2017 годах компания агрессивно зашла на местный рынок, часть земель выкупила, а часть взяла в аренду по завышенным ставкам. Собственники земли, ранее сдававшие ее по более низкой цене местной компании «Армада» (фактически «дочка» корпорации «Хуасинь» из приграничного уезда Дуннин), предпочли иметь дело с федеральным игроком. «Армада» осталась без земли и вынуждена была уйти из сельхозотрасли, продав «Русагро» имевшиеся земельные фонды, технику и складские помещения.

Между тем это был крупнейший и самый успешный представитель китайского бизнеса во всем Приморском крае. Представить, что в сложившейся ситуации у «Русагро» найдется достойный конкурент, очень сложно. Учитывая, что иностранцы не могут иметь сельхозземли в собственности, а аренда у юридических лиц крайне ненадежна, вообразить, что подобным конкурентом будет иностранная компания, еще сложнее.

Приход иностранного инвестора сопряжен с рядом трудностей. Во-первых, высокая стоимость земли: 35–38 тысяч рублей за гектар в южных районах Приморского края, 25-30 тысяч рублей в северных районах. Во-вторых, необходимость вкладываться не только в покупку земли, но и выкуп у прежних собственников всей сопутствующей инфраструктуры (техника, склады и так далее), без которых фермеры, как правило, землю не продают. В-третьих, дабы обойти ограничения в российском законодательстве, нужно будет искать российского зиц-председателя, который вопреки ожиданиям инвестора зачастую оказывается весьма деятельным и плохо контролируемым.

И самое главное: все это без особых перспектив резко увеличить производство за счет целины, поскольку этой целины попросту нет. В лучшем случае речь может идти о 50–70 тысячах га пашни в Приморском крае, о 150–200 тысячах га в Амурской области. В Хабаровском крае и Еврейской автономной области цифры значительно меньше из-за обилия болот.

Бобовое золото и соевые фьючерсы

Итак, свободной земли нет, а большая часть обрабатываемой уже сейчас отдана под сою. Например, в Приморском крае ею занято до 70% пашни. Резкий рост производства сои начался после распада СССР и был обусловлен ее исключительной прибыльностью. Постоянный спрос на соевые бобы обеспечивает Китай, а также мода на веганские продукты из сои в самой России. До падения котировок сои на Чикагской бирже стоимость соевых бобов, скажем в Октябрьском районе Приморского края, достигала 30–35 рублей за килограмм. Рентабельность производства сои начинается с четырех центнеров с гектара, притом что в среднем современные урожаи достигают 20 ц/га.

Как шутит начальник управления сельского хозяйства Смидовичского района Еврейской автономной области Михаил Святовец, «при Союзе за урожай восемь центнеров с гектара медаль давали». Сейчас общее производство сои раза в четыре больше, чем 20 лет назад. Это связано не только с совершенствованием технологий, но и с увеличением посевных площадей.

В погоне за прибылью большинство фермеров предпочитают переходить на сою даже в тех районах, где во времена СССР выращивали пшеницу или овес. Выращивать другие культуры – себе в убыток, особенно учитывая, что в дальневосточных условиях зерновые в основном идут на корм скоту.

Проблема в том, что сеять зерновые тоже необходимо, потому что без соблюдения севооборота питательные свойства земли быстро истощаются. Как говорят специалисты, «соя вытаскивает фосфор». Однако зачастую ее сажают по 20 лет подряд. Это становится возможным благодаря активному использованию удобрений.

Как говорит начальник отдела сельского хозяйства и охраны окружающей среды Пограничного района Приморского края Василий Цыбаков, если раньше нормой считалось 70 кг удобрений на гектар, то сейчас эта цифра доходит до трехсот. И это не считая активного использования гербицидов, без которых сою также не вырастишь, поскольку, в отличие от зерновых, она восприимчива к росту сорняков.

В подобном вредительском отношении к земле замечены не только китайские, но и российские фермеры (подробнее здесь). Понять их тоже можно. Без доступа к дешевым кредитам каждый новый сезон начинается с дефицита свободных средств. В это время потребители сои – как перекупщики, так и производители масла, колбасы, модного у хипстеров соевого творога – уже весной готовы предложить фермерам живые деньги под будущие поставки урожая сои по фиксированной цене (как правило, это около 20 рублей за килограмм). Устоять сложно. Севооборот откладывается на следующий год, а поле снова засеивается бобовым золотом.

Дефицит продукции на китайском рынке ожидаемо приведет к новому ажиотажу среди покупателей дальневосточной сои. Вероятнее всего, стоимость бобов уже к сбору урожая текущего года восстановится и даже начнет расти. Вот только резервов для значительного повышения производства, которое бы соответствовало аппетитам китайских потребителей, нет. И даже наоборот. Как отмечает Василий Цыбаков, «существует вероятность того, что урожайность сои упадет». Причина – в истощенности земли, которая неизбежно приведет к выведению пашни из-под сои в рамках севооборота.

Другая помеха росту производства сои – это строительство крупных мясо-молочных комплексов, ориентированных на китайский рынок. Сейчас экспорт мяса и молока из России в Китай запрещен, но прорыв в переговорах по поводу его возобновления ожидается уже в конце этого года. Вероятно, что-то конкретное будет сказано уже на ВЭФ.

Так или иначе, крупные российские инвесторы («Русагро», «Мерси Агро») уже сейчас строят сразу несколько больших предприятий. Пока что сырье для комбикормов завозится с запада России, что серьезно удорожает себестоимость мяса. Если в перспективе хотя бы часть скота предполагается обеспечить местным кормом, определенную долю пашни нужно будет отдать под зерновые, выведя ее, таким образом, из-под сои.

Слеза несбывшихся надежд

Иначе говоря, производство сои на Дальнем Востоке и так находится на своем максимуме. Резко увеличить его не удастся ни тем, кто работает там уже сейчас (главный из них – российский гигант «Русагро»), ни потенциальным китайским инвесторам.

Успешные китайские компании на этом рынке есть: например, компания «Елена» в Пограничном районе Приморского края или «Урми» в Смидовичском районе Еврейской автономной области. Они пользуются крупными площадями земли, солидным парком техники, имеют налаженные связи с местным истеблишментом.

Однако новым китайским инвесторам, которых, возможно, привлекут сладкие речи российских чиновников, придется нелегко. Свободной земли нет, все ниши в отрасли заняты, перспективы значительно увеличить производство драгоценной сои весьма сомнительны.

Говорить об этих перспективах – безответственно. Всерьез им верить – глупо. Да, риторика Агентства по привлечению инвестиций, возможно, приведет к некоторому всплеску интереса к вложениям в дальневосточный агробизнес. Будут проводиться встречи, писаться пресс-релизы, подписываться меморандумы о намерениях. Все это весьма эффективно, если задача состоит в том, чтобы показать свою бурную деятельность, оправдать свое существование в глазах руководства и, возможно, получить бонус: в виде годовой премии или карьерного повышения. Однако по сути это не работа на результат, а имитация его достижения.

Побочным эффектом станет появление у российского общества и наших партнеров завышенных ожиданий, которые заведомо не получится выполнить. А невыполненные ожидания, как правило, приводят к разочарованию. Причем с обеих сторон.

Китай. ДФО > Агропром. Приватизация, инвестиции > carnegie.ru, 10 сентября 2018 > № 2726683 Иван Зуенко


Россия > Агропром > agronews.ru, 6 сентября 2018 > № 2730608 Клим Галиуллин

Что происходит с ценами на мясо в России?

Производство мяса и мясопродуктов в России растет в последние годы, и причина тому – курс на импортозамещение. Многие потребители отмечают, что качество мяса за последние несколько лет сильно упало, в тоже время цены только растут.

В августе этого года Национальный союз мясопереработчиков обратился к вице-премьеру Алексею Гордееву с просьбой повысить цены на мясную продукцию, что вызвало бурные обсуждения потребителей. Обыватели считают, что цены на мясо и так запредельные — куда больше? Комментарий по этой теме дал Президент Фонда содействия развитию сельского хозяйства Клим Галиуллин.

Клим Николаевич, что, по Вашему мнению, происходит с ценами на мясо в нашей стране? Можно ли купить в России хорошее мясо?

Основные составляющие в цене килограмма мяса – это корма (всё то, чем животное кормят до забоя) и накладные расходы (содержание, ветпрепараты, налоги, транспортные расходы, зарплата обслуживающего персонала и руководства). Прежде чем ответить на поставленные вопросы, давайте разберемся, а откуда оно вообще берется? Я не имею в виду заморозку, привезённую из-за рубежа. Мясо в стране производят ЛПХ (прим. «ЛПХ» — личные подсобные хозяйства), мелкие КФХ (прим. «КФХ» — крестьянские (фермерские) хозяйства), средние КФХ и агрохолдинги. Нагляднее всего это будет на примерах.

В небольшой уральской деревушке фермерская семья держит 10 голов КРС. Есть свой участок в 5 гектар, рабочие руки главы КФХ, его жены и детей, небольшой грузовичок и трактор «Беларусь» 1982 года выпуска. Предписания ветврачей свято выполняются, поскольку наличие такого бизнеса — единственный способ существования семьи в глубинке. На химию ни денег, ни знаний не хватает, поэтому чистый травяной откорм и немного отходов ржи, пшеницы, моркови и картошки. Говядина получается замечательная, да вот только со сбытом проблемы. Перекупщики забирают мясо по 70 руб. за килограмм живого веса. Что-то удаётся продавать по знакомым, которые охотно покупают отличную говядину за 200-250 руб. за 1 кг. На районный рынок фермеру не пробиться, места там заняты перекупщиками, где это же мясо продают уже по 350-370 руб. за килограмм.

Другой пример — среднее по размерам хозяйство в Ленинградской области, где ведётся многопрофильный бизнес — выращиваются бычки, свинина и птица. У хозяев в поселке имеется свой магазин, к которому периодически выстраивается многометровая очередь, потому как в 90 километрах от Санкт-Петербурга имеется спрос на продукцию, выращенную на натуральных кормах. За счёт минимальных издержек (в хозяйстве всего двое наемных работников), пласта знаний и опыта, удачного договора с близлежащим хлебокомбинатом на покупку отходов, доходность хозяйства хорошая. Качество продукции? Многометровая очередь у магазина говорит сама за себя. И это притом, что 1 кг говядины продают по цене в 400-450 руб., свинину по 250-300 руб., а домашнюю курочку по 250 руб. за килограмм. …

Источник новости: rosagro.org

Россия > Агропром > agronews.ru, 6 сентября 2018 > № 2730608 Клим Галиуллин


Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 6 сентября 2018 > № 2723203 Игорь Павлюк

Тепличным хозяйствам необходима помощь государства - мнение

В Украине на сегодняшний день существует 280 га работающих овощных теплиц в закрытом грунте.

Об этом сообщил главный инженер компании «Укрфлора-Винница» Игорь Павлюк.

«На сегодняшний день Украина имеет в активе около 280 га работающих овощных теплиц в закрытом грунте и около 8 тыс. га теплиц фермерского приусадебного типа. Если рассматривать стеклянные теплицы, это 280 га, это около 30 энтузиастов, которые создали эту отрасль, и сегодня самостоятельно не дают ей упасть», — сказал он.

По его данным, в разрезе культур, которые выращиваются в украинских теплицах, наибольшую долю занимают огурец и томат.

«К сожалению, окупаемость показывают пока только они. Некоторые производители начинают выращивать перец, капусту, редис, белокочанную капусту. Но это все такая кропотливая работа и пока она не оправдывает себя. Некоторые предприятия работают в два оборота, но это также на грани выживания», — говорит инженер.

Павлюк отметил, что подавляющее большинство хозяйств имеют застарелые теплицы, которые были изготовлены 30-40 лет назад.

По его данным, в 2018 году теплицы были убыточными, из-за отмены льготного налогообложения сельского хозяйства.

Также он рассказал, что 1 га новых теплиц по традиционной технологии требует €500 тыс. инвестиций и это без учета сопутствующих коммуникаций.

«Без поддержки со стороны государства дальнейшее развитие тепличной отрасли практически невозможно», — считает он, отметив, что государство, в частности, может регулировать импорт в Украину овощной продукции, чтобы защищать отечественного производителя.

«Также нужна помощь для поддержки экспорта, где нет никакой политики на сегодняшний день», — добавил Павлюк.

Он привел следующие цифры по закрытым теплицам в соседних странах: Беларусь — 270 га, Польша — 1150, Россия — 2700 га, Нидерланды — 6000 га. По его мнению, количество теплиц не зависит от площади и численности населения, а в первую очередь от покупательской способности населения и от тех условий, которые государство создает для производителя.

АгроЮг

Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 6 сентября 2018 > № 2723203 Игорь Павлюк


Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 5 сентября 2018 > № 2723354 Максим Фастеев

До конца 2018 года продукты молочной переработки могут подорожать на 10-15% из-за сезонного снижения производства сырого молока, сообщил аналитик Аналитического агентства "Инфагро" Максим Фастеев в ходе конференции Американской торговой палаты, на которой было представлено исследование о перспективах развития пищевой промышленности Украины.

"Цена на сырое молоко скачет каждый год. Поэтому уже с 15 августа, 1 сентября цена на молоко была повышена на 60 копеек. Еще прогнозируется, что как минимум на гривню она вырастет до конца года. Поэтому однозначно производители и переработчики будут вынуждены поднимать постепенно цены. Еще летом были акции, они заканчиваются, то есть это также накладывается на цену товара. Соответственно, процентов на 10-15% вырастет цена готовой продукции", - сказал эксперт.

По его словам, подорожание сырого молока связано в первую очередь с сезонностью производства этого продукта – зимой его производится меньше, чем летом. Также Фастеев отметил, что подорожание коснется всех товарных позиций.

Как сообщал УНИАН, производство молока в Украине в 2017 году увеличилось на 2% - до 950 тысяч тонн.

УНИАН

Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 5 сентября 2018 > № 2723354 Максим Фастеев


Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 5 сентября 2018 > № 2723353 Николай Шкурко

Украина сокращает выращивание льна

Перераспределение между основными игроками произошло на мировом рынке семян льна.

Об этом в комментарии AgroPortal.ua сообщил генеральный директор ООО «ППКФ «Сяйво», председатель совета директоров ОС «Ассоциация развития льноводства и коноплеводства Украины» Николай Шкурко.

По его словам, Канаду вытеснили из лидеров Казахстан (выращивает втрое больше — 1,1 млн т) и Россия (вдвое больше — 0,7 млн т). Доля Украины в этом году составляет 32 тыс. т, что составляет 1,4% мирового производства семян льна.

«Последние два года закрепилась тенденция к резкому сокращению посевных площадей, поскольку украинские семена не конкурирует по цене. Виной действие 10% экспортной пошлины, которой нет у мировых лидеров», — пояснил Шкурко.

Он также отметил, что переработка льна в техническое масло, для чего «Укролияпром» отстаивает пошлину, не решает проблему, поскольку малы объемы сырья. Единственное специализированное предприятие, Нежинский жиркомбинат, нарастив мощности переработки подсолнечника, перестанет очевидно принимать лен совсем, считает Шкурко.

«Таким образом, рекомендации ученых Херсонского государственного аграрного университета по расширению посевных площадей под льном как альтернативы в засушливых районах пока остаются без экономической основы и возможности практической реализации», — добавил эксперт, отметив, что Минагропрод не спешит исправить положение.

AgroPortal.ua

Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 5 сентября 2018 > № 2723353 Николай Шкурко


Украина. Евросоюз > Агропром. Внешэкономсвязи, политика > ukragroconsult.com, 4 сентября 2018 > № 2724184 Ольга Трофимцева

ТОП-10 крупнейших покупателей украинской агропродукции в ЕС

Внешнеторговый оборот аграрными товарами между Украиной и странами ЕС по итогам января — июля 2018 увеличился на 4,4% и составил почти $4,6 млрд. Украинский экспорт при этом составляет почти $3,1 млрд, то есть Украина имеет положительный торговый баланс.

Об этом рассказала заместитель министра аграрной политики и продовольствия Украины по вопросам европейской интеграции Ольга Трофимцева, говорится в сообщении Минагропрода.

«Несмотря на то, что украинский аграрный экспорт в страны ЕС за семь месяцев текущего года уменьшился на 3,7% по сравнению с аналогичным периодом 2017 г., он составил почти $ 3,1 млрд. При этом, ЕС остается вторым по важности рынком в региональной структуре нашего экспорта продукции АПК с долей 35,3%, уступая лишь странам Азии», — подчеркнула Ольга Трофимцева.

По ее словам, ТОП-10 самых активных европейских покупателей отечественных аграрных и пищевых продуктов в 2018 г. возглавляют Нидерланды, с долей 15,5%. Далее следуют Польша — 14,5%, Италия — 13,8%, Испания — 12,9%, Германия — 10,6%, Франция — 6,5%, Бельгия — 3,3%, Великобритания — 3%, Венгрия — 2,8%, Португалия — 2,7%, Румыния — 1,8%.

«За этот период очень заметно увеличился спрос европейских потребителей на целый ряд украинских аграрных и пищевых продуктов. Например, птичьего мяса и субпродуктов было экспортировано на рынки ЕС почти в 2,2 раза больше, чем в тот же период прошлого года, на $152,1 млн», — отметила Ольга Трофимцева.

Она добавила, что также увеличились объемы экспорта следующих товаров: рапса — на $73,4 млн или на 96,7%; пшеницы — на $52,8 млн (на 52%); сои — на $17,2 млн (на 11,6%); других орехов — на $17,1 млн (на 80,8%); кожи из шкур прочих животных — $13,6 млн (на 56%); овощей бобовых сушеных — на $10,8 млн (в 3 раза); кондитерских изделий из сахара — на $10,8 (на 78,9%); плодов и орехов сырых или вареных, мороженых — на $9,9 млн (на 38,9%); соков — почти на $9,2 млн (на 51,3%); шоколада и других продуктов с содержанием какао — на $9,1 млн (на 69,6%).

«Что касается импорта в Украину товаров из ЕС, то он увеличился почти на 30% и составил чуть более $1,5 млрд. Ключевыми товарами нашего импорта стали продукты для кормления животных, шоколад и продукты из какао-бобов, табак и изделия из него, семена масличных культур, мясо и субпродукты и другие пищевые товары», — резюмировала заместитель министра Ольга Трофимцева.

Agroportal.ua

Украина. Евросоюз > Агропром. Внешэкономсвязи, политика > ukragroconsult.com, 4 сентября 2018 > № 2724184 Ольга Трофимцева


Россия. Весь мир > Агропром > agronews.ru, 3 сентября 2018 > № 2722445 Александр Корбут

Комментарий. Любое ограничение аграрного экспорта – абсурд.

Мы уже давно развиваемся в сторону рынка, но иногда возникает ощущение, что мы еще в Советском Союзе. Как только случается засуха, появляются какие-то сомнения в конечных показателях урожая – сразу из ряда регионов раздаются призывы прекратить или ограничить экспорт зерна. Почему так происходит – вопрос сложный.

Проблемы, связанные с торговлей продовольствием и попытками ограничить экспорт зерна, обсудили в ходе беседы издатель портала «Крестьянские ведомости», ведущий рубрики «Аграрная политика» Общественного телевидения России, доцент Тимирязевской академии Игорь АБАКУМОВ и вице-президент Российского зернового союза Александр КОРБУТ.

— Александр Владимирович, откуда такая тяга ограничить доходы других?

— Вообще-то это извечное. Что-то сделать за счет других – это дело святое. Тем более, здесь зачастую важен не результат, а чтоб можно было отчитаться: «А мы меры принимали». То есть определенная рефлексия. «Мы меры принимали, но не получилось. Это второй вопрос».

— Я представляю себе ситуацию где-нибудь во Франции, Германии, США. Звонит губернатор и говорит: «Прекратим экспорт зерна». Как вы считаете, такое теоретически возможно?

— Наверное, помечтать можно. Только, я думаю, там уже тогда губернатора не будет, потому что сельскохозяйственное лобби в этих странах весьма и весьма сильное. И оно не позволит лишить себя возможных доходов без компенсаций.

— То есть должны быть компенсации? Если есть государственная необходимость, должны быть компенсации тем, кто производит зерно?

— Да, зерно или любые другие товары, которые экспортируются.

— А давайте, Александр Владимирович, вспомним, к чему приводят ограничения на экспорт, например, самое близкое – внезапное зерновое эмбарго 2010 года, когда Россия перестала поставлять зерно за рубеж. Кто пострадал в первую очередь?

— В первую очередь пострадали зернопроизводители. Те, кто производят зерно. Пострадал мировой рынок. Вот мы говорим «арабская весна». Но на Западе клевещут о том, что одна из причин арабской весны – это высокие цены на зерно, в том числе и благодаря России.

— То есть Россия перестала поставлять в Северную Африку зерно, а Европа не успела поставить зерно.

— И цены были высокие. А ограничения привели к тому, что мировые цены не снизились.

— Люди вышли на улицы там. И сначала полыхнул Тунис, как мы помним, а потом все остальные. Остановили это только в Сирии практически.

— Практически да. Но главное – это то, что наши крестьяне ничего не получили. В этом году мы считаем, что зерна будет где-то 112,5 млн тонн. Ссылка Минсельхоза – «это у нас такая агроклиматика». Я думаю, не только агроклиматика. А тот провал цен, который был после рекордного урожая, привел к тому, что доходы снизились, стали меньше закупать качественных семян, удобрений, средств защиты растений. Продажи сельхозтехники сократились на 26%. Технологический откат пошел. Это тоже добавило определенную долю в снижение валового сбора в этом году. И самое главное: нет заработка, нет осознания перспектив. А зерно вроде бы каждый год растет. Но есть такое понятие, как севооборот. Соответственно, если я заложился, что буду производить пшеницу, кукурузу, что-то еще, я сделаю инвестиционный проект на 4-5 лет. И я хочу получить с этого инвестиционного проекта определенный доход. И тут мне говорят: «Нет, доход не получишь». На вопрос «почему?» говорят: «Потому что надо, чтобы хлеб не подорожал». Зерно в булке хлеба – это 17-20% максимум. Попробуйте взять на вооружение простую арифметику. Тут не нужна высшая математика. До 4 класса абсолютно проходит. Подорожание зерна в 1,5 раза – к чему приведет в ценах на хлеб?

Говорят: «животноводство». Господа, а чего животноводы тогда дешевое зерно в том году не закупали? И, вообще говоря, сейчас цены на зерно – это цены примерно периода 2016 года. После этого цены упали на 8 рублей за килограмм. Где подешевевший хлеб, мясо, молоко? Вы видели?

— Нет.

— И я нет. Может, кто-то видел — покажите мне этого человека.

— Александр Владимирович, я все-таки хочу вернуться к последствиям зерновых эмбарго, любых ограничений, запретов и так далее. Вот были последствия американского зернового эмбарго касательно поставок зерна в Советский Союз.

— Они прекрасно сработали. И Европа стала одним из ведущих производителей зерна.

— И Бразилия. И Аргентина. То есть американские фермеры были вытеснены с мирового рынка.

— То же самое происходило, когда американцы вводили ограничения на экспорт сои. Бразилия и Аргентина поперли, как на дрожжах.

— Какие меры американское правительство тогда приняло, как взаимодействовало правительство и американское лобби, и кто получил по мозгам за это глупое решение?

— Есть такое понятие, как выборы. Вот выборы все и решили. Потому что там было все просто и ясно. И, кроме того, это все привело к тому, что у американцев есть законодательное решение, что любые ограничения на экспорт могут быть введены, если доказано, что сложилась чрезвычайная ситуация. Если это трагедия национального масштаба и нельзя перебросить зерно с севера на юг, с запада на восток и так далее, если его просто физически нигде нет, вот тогда государство имеет и обязано принимать жесткие и ясные решения.

— Постоянно слышим: «Цена на хлеб не должна повышаться». Каково у нас потребление хлеба вообще, оно растет или снижается?

— Вообще потребление хлеба снижается. А самое смешное другое. Вот тут я статистике верю, потому что есть так называемая статистика потребления домашних хозяйств, где конкретно человек записывает, что он покупает, что он съедает. Малообеспеченные едят хлеба меньше всех.

— А что они едят?

— Картошку, крупу. Да, они сокращают свое потребление в том числе и за счет хлеба. Наиболее высокообеспеченные едят больше хлеба. По крайней мере, они его покупают. Может быть, не доедают и выкидывают – второй вопрос. Но это так.

И здесь цены на полке, когда вы приходите в магазин, и цены производителей – это две разные вселенные, галактики. Они никак не взаимосвязаны. Цена на зерно может расти, падать, а цена на хлеб растет. Да, там есть свои заморочки. Вот сейчас вырастет цена на бензин – бабах, это окажется заложено в цену всего.

НДС тоже окажется заложено в цены. И так далее. Это два разных мира. И еще существует торговая наценка. А там, где пытаются делать социальный хлеб, вы знаете, я хочу сказать, что, с моей точки зрения, это некачественный хлеб, а не дешевый. А у нас есть подмена понятий. Дешево – социально. То есть если у человека плохие доходы, ешь дешевый хлеб и не думай о качестве. Наоборот, этим людям необходимо дать качественный хлеб.

— Где много белка.

— Не только белка. Еще и витамины, и аминокислоты. Хлеб вообще-то уникальный продукт. В этом вся и проблема. Потому что, когда мы пытаемся сдерживать цены, мы не решаем проблему, мы ухудшаем условия экономики, но не решаем главную проблему: производить должно быть выгодно. И бороться надо не с ценами, а с низкими доходами – и сельхозпроизводителей, и потребителей. Именно там решение лежит, а не в каких-то эфемерных ограничениях.

— Александр Владимирович, у нас еще эфемерно остаются какие-то фантомные воспоминания о Советском Союзе, где все решалось из Москвы. Мне так кажется. Человек, который живет в Брянске и смотрит, что зерно лучше и качественнее, скажем, в Краснодаре, думает, а почему бы из Краснодара в Брянск не перебросить это зерно?

— А какие проблемы? Москва, Питер – отличная мукомолка. Они покупают хлеб в Поволжье, в Омске, в Сибири. Они покупают очень качественное зерно. Это просто вопрос цены. А если кто-то хочет жить по принципу «берем подешевле, продаем подороже», тогда и получаем то, что имеем.

— Тогда у меня вопрос к вашему зерновому сообществу. А почему зерновое сообщество не задаст прямые вопросы: «Вы хотите ввести ограничения?» Вот из регионов сейчас звучат предложения ввести ограничения на экспорт: «Не хватит нам зерна для животноводства, для того, для сего». Это я сейчас просто расскажу, что люди пишут в СМИ, на электронных порталах, что говорят по телевидению, по радио. «Давайте ограничим? Давайте. Но заплатите людям компенсацию и ограничивайте, сколько хотите».

— Эти разговоры к добру не ведут. Потому что, когда создается такой информационный шум, то начинается гонка за ресурсами и гонка цен. Вот простой пример. В позапрошлую пятницу вышло сообщение сначала «Reuters», потом какие-то другие невнятные сообщения о том, что в Минсельхозе обсуждался вопрос о возможных ограничениях экспорта зерна. В конце было написано: «Минсельхоз сказал, что ограничения вводить не будем». Чикаго сработало. +10 долларов. Сразу. В понедельник министр сказал: «Да нет, мы не собираемся вводить ограничения». Чикаго сработало. -7 долларов одномоментно. А цены вообще-то говоря на мировом рынке смотрят вниз. Да, скорее всего, сейчас они ищут какой-то баланс. Вот 6-го у нас все гуру зернового рынка будут на конференции. Они скажут это более профессионально и достойно, чем я. Но я думаю – они сейчас ищут баланс. А дальше мы будем видеть рост мировых цен исключительно пропорционально сокращению запасов.

Кроме того, когда мы говорим «вот цены на зерно», мы полностью интегрированы в мировой рынок. Мы смотрим на мировые цены. Наши сельхозники знают эти мировые цены. Но когда там цена 200 долларов, то у нас курс, предположим, был 63 – стал под 70, что происходит с ценой? Мы можем повлиять на эту цену? Пусть регионы зададут вопрос, скажут: «Ребята, установите курс, чтобы цена была пониже». Почему-то об этом разговора нет. Ни цены на электроэнергию, ни на металл. А вот цена на зерно… То есть выбирается звено наиболее незащищенное. Первичный производитель всегда минимально защищен. Экспортеры, перевозчики свое возьмут. Но любые ограничения скажутся на первичном производителе. Мы это уже проходили при введении того же эмбарго 2010 года. ­Кстати говоря, бизнес тогда повел себя ответственно. Мы должны были по государственным контрактам с Египтом отгрузить 240 000 тонн зерна, но было введено эмбарго. Мы не могли отгрузить зерно. У нас стоял вопрос — дайте отгрузить это зерно, исполнить обязательства. Не дали. Тогда ребята закупили зерно значительно дороже в Казахстане, дороже заплатили за перевозку и исполнили обязательства, сохранив лицо Российской Федерации.

— Вот еще о чем хотелось бы поговорить. Нас спрашивают, почему, например, фермеры Иркутской области продают зерно в Китай, а сама Иркутская область завозит муку из Алтая, и она оказывается дешевле. В чем тут дело?

— Попробуем ответить. Вы понимаете, Алтайский край – это традиционный регион огромного производства зерна и муки. И там создали мощнейший мукомольный кластер. Эта мука идет не только в Иркутскую область. Она поступает и в центр России, и на экспорт. И получается так, что там за счет эффекта масштаба получается более дешевая продукция. А то, что фермеры Иркутской области продают зерно в Китай, честь им и хвала. Потому что они нашли рынок сбыта и получают за свое зерно достойную цену. Потому что довести зерно до мукомолов Алтая, Омска, Новосибирска или Красноярска будет стоить очень недешево. И не получится дешевой продукции. А так у вас есть возможность получить муку.

Поймите основное. Мы единая страна. Мы единое экономическое пространство. Поэтому невозможны и бессмысленны какие-то межтерриториальные ограничения. Так же как экспортные. А эти еще хуже. Поэтому если есть переток ресурсов, в этом ничего плохого нет. Если вы можете продать ваше зерно дороже, а купить муку дешевле, так слава богу.

— Александр Владимирович, в связи с нашими большими транспортными расстояниями невыгодно иногда перевозить зерно из той же Сибири в черноморские порты. Я знаю, что многие хозяйства вообще не продают зерно. Они перерабатывают это зерно в комбикорма и продают его в виде готового мяса, в виде колбас. Продукт длительного хранения 3-4 переработки идет уже на рынок. Вновь вернувшийся к нам заново Алексей Васильевич Гордеев (в том числе в ранге вице-премьера по сельскому хозяйству) говорит о том, что надо развивать переработку зерна. Просто зерно – это все равно, что нефть гнать. Почему не перерабатывать ее в продукты нефтеперегонки — в бензин, в керосин?

— Немножко двойственно. Во-первых, мировой рынок зерна всем ясен, он прозрачен и огромен. То есть 160 млн тонн пшеницы мир потребляет. Каждая страна стремится сформировать добавленную стоимость на своей территории. Это нормальное явление. Как и в магазине. Там покупатель всегда прав. Если говорить «берите муку», а покупатель говорит «я хочу зерно», значит, надо поставлять зерно, потому что это деньги.

Внутренняя переработка – да, вполне очевидно, что ее необходимо развивать. Но здесь надо решить вопрос, что перерабатывать и что производить. Ту же муку? Но весь мировой рынок муки – 12 млн тонн. Ничтожно мало! Ну, 16 млн тонн. Нужна глубокая переработка. В первую очередь — глубокая переработка, я думаю, для нас, для самих себя любимых.

— Что делают из зерна?

— Проще сказать, чего не делают из зерна. Можно получить кормовые добавки (лизин), можно получить аминокислоты для корма животным. Из зерна можно получить витамины, которые не только животные, но и мы с вами будем кушать. Мы знаем про эти всякие добавки (Е). Это химия. Но их можно производить из зерна. Есть рынок в этом отношении? Есть. Из зерна можно делать биотопливо. Если пойти дальше, биотопливо можно производить на крупных нефтехимических заводах и получать разлагаемый биополиэтилен.

— Разработки ведутся в этом направлении?

— Ведутся. И строятся заводы по глубокой переработке. Хотя у меня есть определенные опасения. Потому что все бросились в производство лизина. В какой-то момент… не то что рынок рухнет, цены упадут. Мы перенасытим себя полностью. Белгородский завод, который построен – это чуть ли не половина лизина. Вопрос – куда мы его денем? На экспорт? Там стоит Китай. Вопрос – что дальше? Соответственно, здесь требуется очень четкое планирование. И территориально-производственное планирование, и структурное. Вот это работа Минсельхоза. Где это делать целесообразно?

— А со стороны Минсельхоза есть какие-то сигналы о том, что он собирается заниматься этим планированием?

— Собираются. Сигналы есть. Говорили мы об этом давно, но впервые в выступлениях руководителей Минсельхоза я услышал, что необходимо территориально-производственное планирование.

— Это спустя …дцать лет с начала реформ.

— Будем считать, что из того, что мы писали… где-то лет 12.

— И то хорошо. То, что научились это артикулировать и произносить – это тоже хорошо.

— Приходит осознание. Вопрос, чтобы это осознание не свелось к тому, что решаться будет все на уровне регионов. Вот у нас сейчас эти заводы почему, как грибы, начинают расти? Потому что все завязано на регион. Министерство не имеет полномочий, для того чтобы сказать: «Нет, ребята, в вашей области Х мы строить не будем. Потому что здесь на выходе объект рядышком – завод в области Y за 500 км. У вас будет другое производство». А тут совместное ведение, однако.

— Александр Владимирович, и президент, и вице-премьер Гордеев говорят о необходимости расширения экспорта сельскохозяйственной продукции. Зерно – продукт №1. Скажите, пожалуйста, а как государство содействует продвижению нашего зерна на мировые рынки? Они помогают как–то, реклама помогает? Посольства работают над этим, торговые представительства или нет?

— Последние 2-3 года началось движение. Раньше я всегда говорил: «Мы обеспечиваем экспорт, несмотря на все усилия государства». Сейчас началось движение. Россельхознадзор не только встает…

— Не только мешает, но и помогает?

— Начались переговоры с различными странами, ведутся работы со странами по согласованию фитосанитарных условий. То есть прослеживается четкая и ясная заинтересованность. Вопрос в том, чтобы она не угасла и в том, чтобы она стала еще более жесткой. Потому что, понимаете, когда вот так поставлена задача — 45 млрд, но задача-то общая, а ведь нужна еще и «подстилающая» часть. Дьявол в деталях.

Но и здесь с этой точки зрения любые экспортные ограничения агропродовольственной продукции абсурдны.

— У меня еще один вопрос. У нас есть ведомство. Называется Министерство иностранных дел. У нас есть другое ведомство. Называется Министерство обороны, при котором есть много всякого рода структур, которые продают наше вооружение за рубеж. И здесь они с Министерством иностранных дел идут ноздря в ноздрю, молодцы, хорошо работают, продают наши «МИГи», «Сухие», допустим, в Малайзию. А из Малайзии в ответ нам идет пальмовое масло. А кто-нибудь из аграрников спросил, нужно ли оно нам на рынке в таких количествах? Кто-нибудь спросил, или у Минсельхоза пока еще мало сил, чтобы спрашивать, чтобы сказать, что здесь наш край и что, пожалуйста, с нами посоветуйтесь?

— Давайте так. Это политические решения. К экономике и аграрной экономике, я думаю, отношение имеют чисто косвенное. Малайзия является крупнейшим мировым производителем пальмового масла. Больше им товаров особо поставить некуда. Денег у них тоже негусто.

— Чисто политическое решение. Но нужно же думать и о крестьянах.

— Нужно думать и о крестьянах. Но, может быть, нужно было подумать о том, чтобы это пальмовое масло перебросить на другие мировые рынки?

Автор: «Крестьянские ведомости»

Россия. Весь мир > Агропром > agronews.ru, 3 сентября 2018 > № 2722445 Александр Корбут

Полная версия — платный доступ ?


Россия > Агропром. Экология. Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 3 сентября 2018 > № 2720043 Дмитрий Медведев

О расходах федерального бюджета на 2019 год и на плановый период 2020 и 2021 годов в части агропромышленного и рыбохозяйственного комплексов, экологии и природопользования.

Совещание.

Вступительное слово Дмитрия Медведева:

Сегодня, уважаемые коллеги, у нас очередное совещание из группы совещаний по расходам федерального бюджета на 2019 год и период 2020 и 2021 годов.

Мы сегодня рассмотрим целый ряд вопросов, которые касаются финансирования агропромышленного комплекса, рыбного хозяйства, природопользования и экологии.

Начнём с агропромышленного комплекса. Все последние годы мы оказываем агропромышленному комплексу беспрецедентную поддержку. На самом деле она огромна по сравнению с тем, что было некоторое время назад. И получаем результаты, которыми в общем и целом можем быть вполне довольны. Достаточно сказать, что за последние три года сборы зерновых и экспорт зерна значительно выросли.

В целом российское продовольствие сегодня поставляется в 143 страны мира. Расширение экспортных возможностей – это хороший индикатор развития АПК. Он отражает рост как объёмов производства, так и качества продукции, её соответствие международным стандартам. Поэтому новая задача по развитию сельского хозяйства сформулирована в указе Президента именно через увеличение экспорта продукции агропромышленного комплекса. Его объём предстоит довести до 45 млрд долларов к 2024 году. По сути, это увеличение объёмов нашего экспорта в стоимостном выражении в два раза.

С одной стороны, нужно наращивать объёмы производства, это очевидно, в том числе за счёт создания и внедрения инноваций, современных технологий, дальнейшей поддержки сельхозтоваропроизводителей, повышения производительности труда, освоения новых земель.

С другой стороны, надо сосредоточиться и на развитии логистики (с этим у нас есть проблемы), на продвижении российских брендов и товаров на зарубежных рынках.

В решении обеих этих задач важную роль играет цифровизация сельского хозяйства, чем мы тоже в последние годы занимались.

Работа большая. Главная её часть, естественно, будет выполняться людьми, которые живут на селе. Поэтому очень важно, чтобы их жизнь была сопоставима с городской – и по доступности медицинской помощи и образования, и по качеству инфраструктуры, и по целому ряду других составляющих. Поэтому сельским территориям нужно по-прежнему уделять самое пристальное внимание.

Рассчитываю услышать чёткие предложения по этим направлениям.

Рыбохозяйственный комплекс нашей страны, как и аграрный комплекс, в целом сегодня растёт. В прошлом году было выловлено около 5 млн т рыбы, крабов и других водных биоресурсов. Это самый высокий показатель за последние 20 лет. И в этом году пока всё развивается очень неплохо. Я на Камчатке услышал доклад на эту тему. Действительно, в этом году пока неплохие результаты.

Такой результат в том числе достигнут благодаря существенной поддержке государства в рамках госпрограммы «Развитие рыбохозяйственного комплекса». Эту поддержку нужно сохранять.

Приоритеты остаются неизменными: водные биоресурсы нужно использовать бережно и рационально, обеспечивать их охрану, воспроизводство, включая необходимые научные исследования. Наша цель в том, чтобы качественная рыба и морепродукты были доступны всем жителям нашей страны и зарубежным потребителям, которые в этом заинтересованы.

Развивать сельскохозяйственный комплекс мы можем благодаря разнообразной природе нашей страны. Очевидно, что она требует особой защиты. И дело, конечно, не только в экономических соображениях. Состояние нашей природы, экологии, воздух, вода – всё это в настоящий момент очень волнует граждан нашей страны.

Мы уделяем этому много внимания. В указе экология выделена в отдельный национальный проект. Естественно, это должно быть отражено в бюджете.

Основная цель – кардинально улучшить экологическую обстановку в нашей стране. Для достижения этой цели предстоит выполнить целый ряд мер, включая сокращение объёмов вредных выбросов на крупных предприятиях, ликвидацию целого ряда свалок и особо опасных загрязнённых зон, которых тоже, к сожалению, накоплено за все годы большое количество.

Провести нужно будет очистку берегов, акваторий, включая уникальные водоёмы, такие как Байкал, Телецкое озеро. Мы недавно об этом говорили.

При этом фактически с нуля нам предстоит создать новую индустрию по переработке и утилизации твёрдых бытовых отходов. И в бюджете учесть возможности участия бизнеса в этой работе.

Прямо связаны с экологической тематикой такие госпрограммы, как «Охрана окружающей среды», «Развитие лесного хозяйства», «Воспроизводство и использование природных ресурсов». Часть их разделов дополняет мероприятия национального проекта. Поэтому важно согласовать финансирование, чтобы избежать как дублирования, так и необоснованных сокращений.

У нас есть предложения по дополнительному финансированию некоторых мероприятий от Минсельхоза, Минприроды, других ведомств. Есть, конечно, позиция экономических ведомств. Сегодня мы их проанализируем, исходя из общих возможностей экономики и реальных возможностей, которыми мы располагаем на сегодняшний день.

Россия > Агропром. Экология. Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 3 сентября 2018 > № 2720043 Дмитрий Медведев


Россия. Белоруссия > Агропром > oilworld.ru, 30 августа 2018 > № 2717257 Андрей Яровой

Андрей Яровой: На кондитерском рынке никакого дефицита нет.

24 августа Ассоциация европейского бизнеса уведомила правительство РФ, что ограничения на ввоз молочного сырья из Белоруссии угрожают российской пищевой промышленности. По их мнению, нехватка ключевых ингредиентов может привести к остановке предприятий, срыву контрактов и росту отпускных цен. Член Совета директоров ЗАО "Мелеузовский молочноконсервный комбинат" Андрей Яровой рассказал Milknews о текущей ситуации на рынке СОМ и СЦМ, а также динамике цен в секторе.

Постараюсь примерно описать расстановку сил на российском рынке кондитерской продукции: есть Объединенные кондитеры, входящие в ассоциацию АСКОНД, они производят сухое молоко на Кардымовском сушильном комбинате. Для этого предприятия, находящегося в Смоленской области, открыли поставки с Белоруссией, сейчас туда поступает сырье в виде концентратов цельного и обезжиренного молока из Барановичей, Лиды, Волоковыска, поэтому сырья у них хватает и они могут спокойно себя обеспечивать.

Что касается других представителей кондитерского рынка, то весь основной объем, кроме Ferrero - это цельное молоко, потому что они работают на обезжиренном, их годовой объем - около 5 тысяч тонн. У Kraft Foods и Mondelez цельное, у Mars тоже, их объем около 3 тысяч тонн в год. Есть еще Nestle, но у них объемы СЦМ довольно маленькие, порядка 300 тонн.

Если подсчитать, можно понять, что запасов молока в стране хватает, всего на наши предприятия приходится порядка 5 тысяч тонн нереализованного молока. Главная проблема заключается в цене. Сухое цельное молоко из Новой Зеландии обходится по 265-275 рублей с доставкой, исходя из контрактов на 4-1 квартал. Российское молоко в тот же период будет стоить в районе 300 рублей, учитывая сырье по 24-25 рублей без НДС и транспорта. Белорусское молоко сейчас продается по 210-220 рублей.

Справедливости ради могу отметить, что цена в районе 300 рублей, которая может продержаться до весны, для наших кондитеров все равно ниже, чем была год назад. Тогда СЦМ стоил по 330, а два года назад - 350.

Цена продолжает снижаться не только на молоко, она также падает и на другие составляющие себестоимости. Какао-бобы подешевели с 2,300 фунтов до 1,500 за тонну. Какао-масло также дешевеет, сейчас мы видим парадоксальную ситуацию на рынке, когда какао-масло стоит дешевле, чем новозеландский молочный жир.

У кондитеров сейчас все в большом порядке - цены на какао-бобы и какао-масло рухнули, цены на молоко, включая российское, снижаются. Сахар также упал в цене где-то на 15%. Кондитерам просто не хочется брать молоко по российской цене, они хотят брать белорусское по 220 рублей. Трейдеры, конечно, накрутят своих рублей 40, но цена все равно останется ниже. Никакого дефицита в стране нет, предприятия работают на полную мощность.

Наше предприятие аудировано, мы готовы предоставить молоко всем, кому его не хватает, но есть один нюанс - пока что этого никто делает, тянут время. Если контракты на 1 квартал не будут заключаться, нам придется снизить объемы производства, и если тогда не открыть Белоруссию, все начнут кричать о том, что им не хватает сырья. Поэтому договариваться нужно сейчас, на рынке достаточно молока и цены на него вполне приемлемы, исходя из планируемой себестоимости сырья зимой 24,5-25 рублей за кг.

Вопрос не в молоке - ни в его количестве, ни в том, что предприятия могут остановить производство. Вопрос только в цене. Кондитеры хотят получить дополнительную доходность, несмотря на то, что она у них и так весьма интересная.

Куда еще дальше давить? Мы тоже должны поднимать наших сельхозтоваропроизводителей. Если мы сейчас начнем установим цены, которые хотят кондитеры, нам надо будет всю зиму покупать молоко по 20 рублей - ни одна наша ферма такие цены не выдержит.

автор: MilkNews

Россия. Белоруссия > Агропром > oilworld.ru, 30 августа 2018 > № 2717257 Андрей Яровой


Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 29 августа 2018 > № 2716410 Сергей Феофилов

Эпоха низких затрат для масличного рынка заканчивается - Сергей Феофилов

Руководитель «УкрАгроКонсалт» — рыночные цены, амбиции отрасли и национальный бренд подсолнечного масла.

Масличный рынок — один из наиболее высокодоходных в украинском агросекторе. По мнению генерального директора консалтингового агентства «УкрАгроКонсалт» Сергея Феофилова, даже после того, как зерновые культуры за последнее время выросли в цене на 15-20%, они не опередили масляные по доходности, и поэтому площади под подсолнечником, соей и рапсом в Украине будут расширяться и дальше. Однако, доходность масличного сектора имеет тенденцию к снижению, одним из подтверждений чему служит тот факт, что владельцы перерабатывающих предприятий стали прибегать к помощи парламента. А именно — пролоббировали через Верховную Раду отмену возмещения НДС при экспорте сои и рапса. «Это свидетельствует о том, что без помощи нардепов украинским товарам уже сложно конкурировать на мировом рынке», — считает Сергей Феофилов, и отмечает, что теперь владельцам масличного комплекса пора корректировать стратегию своего развития.

iAgro расспросил Сергея Феофилова о том, почему масличном сектора нужно менять стратегию, в чем она должна заключаться, и подсолнечник будет столь же популярен у аграриев через пять лет.

— Что ждет украинский масличный рынок в ближайший год?

— Мы прогнозируем, что в текущем сезоне, который закончится в августе 2019 года, переработка подсолнечника и производство масла будут на высоком уровне, и это, безусловно, приведет к росту запасов и, вполне возможно, будет оказывать давление как на внутренние, так и экспортные цены.

Инвестиции в перерабатывающие мощности продолжают идти — у нас, например, на столе лежит проект строительства завода по переработке сои. И это хорошо. Но это хорошо на растущем или стабильном рынке. А мы сейчас видим, что этот рынок имеет тенденцию к снижению, и нужно принимать меры. Нужны инвестиции в новые направления, в повышение уровня переработки масличных.

Мы уверены: наступает время, чтобы скорректировать стратегию развития масличного комплекса. Прежде всего, нужно развивать национальный бренд экспорта подсолнечного масла, ведь это позволит решить целый ряд вопросов — и обеспечить прибыль компаниям, и даже наполнить бюджет. Создание и продвижение национального бренда подсолнечного масла будет значительно способствовать улучшению показателей работы масличного комплекса Украины.

— Сколько может продлиться период низких цен на масличном рынке?

— Очевидно, что на ближайшие 12-18 месяцев эта тенденция сохранится, но потом очень много будет зависеть от процессов перераспределения потоков — продолжится противоречия на глобальном рынке, пойдет расширение площадей в Латинской Америке, какая культура будет замещать американскую сою. Сейчас практически все прогнозы на срок более 12-18 месяцев имеют очень низкую надежность. Потому что в большей степени здесь играют роль политические процессы.

— Вы говорите, что вопрос о брендировании украинской масла поднимаете уже третий год. Но наши производители как-то не спешат создавать национальный бренд. Почему? Они себя пока неплохо чувствуют и без этого?

— Скорее всего да. Они в любом случае получают достаточную маржу, что позволяет не думать о завтрашнем дне. Но эта ситуация может измениться, и она уже меняется. Потому что мы изучали соотношение между показателями экспорта в физическом выражении и в деньгах. В тоннах — восходящий тренд, а по выручке — нисходящий. Это оценка всего масличного сектора на макроуровне.

Если просто экспортировать сырье — мы получим один выручка, а если будут инвестированы значительные средства (я сразу обмовляюся, что это непростой проект), если инвесторы сочтут нужным инвестировать в создание национального бренда, то выручка за товары из Украины будет намного больше вследствие другого позиционирования. Ведь сейчас позиция украинского экспорта — это сырье. А каким может быть национальный бренд? Это может быть акцент на здоровое питание, соблюдение различных полезных для здоровья диет, может быть продвижение положительных качеств именно украинского подсолнечного масла.

— Брендирование — это общемировая практика?

— Возьмем оливковое масло. В феврале я был в Дубае и сфотографировал большой павильон и ряды с Tunisian olive oil. Хотя оливковое масло производится в Греции, Италии, Испании, но Tunisian olive oil — это же бренд.

— Во сколько может обойтись такое брендирование украинского подсолнечного масла для мирового рынка?

— Дорого!

— Десятки миллионов долларов?

— Думаю, на порядок больше. Сотни миллионов. Это может стать реально национальным проектом, потому что наше масло нужно продвигать в мире, а не на своем рынке за счет рекламы на «1+1». На нашем телевидении национальный бренд продвигать не нужно — мы и так его прекрасно знаем.

— Сейчас в Украине подсолнечником засеяно 6-7 млн га. Будет ли эта культура занимать такое же важное положение в украинском агросекторе через пять лет?

— Будет. Потому что у нас 20 млн тонн мощностей по переработке. И есть спрос. Но важно отметить, что пока масляный комплекс работает в рамках предыдущей стратегии, когда земля и рабочая сила были дешевыми, энергия — также была дешевой, и за счет этого Украина выскочила на первые места. Это супер, что наши производители использовали этот фактор низких затрат. Честь им и хвала. Но это заканчивается. Для того, чтобы производить больше, необходимо покупать технологии. А технологии всегда дорогие.

АГРОІНСАЙДЕР

Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 29 августа 2018 > № 2716410 Сергей Феофилов


Россия > Агропром. Образование, наука > agronews.ru, 28 августа 2018 > № 2722438 Елена Семенова

Комментарий. Аграрное образование стонет под грузом проблем.

У многих из нас часто возникают вопросы: каким будет аграрное образование, где учить дачника, фермера, директора холдинга? Как ни крути, а все новости все равно сходятся на сельском хозяйстве, потому что человек ест три раза в день. Почему человек садится в машину и обязательно держит при себе права – своего рода документ об образовании, иначе сотрудник ГАИ его арестует? Почему человек с лопатой, плугом, трактором, выходя в поле, вовсе не обязан иметь документ об образовании?

Эти и другие вопросы обсудили издатель портала «Крестьянские ведомости», ведущий программы «Аграрная политика» Общественного телевидения России, доцент Тимирязевской академии Игорь АБАКУМОВ и директор ВНИИ экономики, труда и управления в сельском хозяйстве Елена СЕМЕНОВА.

— Елена Ивановна, сколько у нас в стране аграрных вузов?

— В России 54 аграрных вуза.

— А аграрных НИИ сколько?

— 106.

— Уточняю, чтобы мы понимали масштаб бедствия нашего сельского хозяйства. Можно подсчитать, сколько в среднем у нас в стране людей идет в сельское хозяйство после окончания аграрного вуза?

— По разным данным, по разным регионам ситуация меняется. Скажем так: это примерно 65% где-то в южных регионах, ну а ближе к центру этот процент снижается.

— То есть чем ближе к Москве, тем больше этот процент снижается. Потому что, видимо, образование все-таки дают хорошее, только его в Москве негде применить. Какие сейчас новые профессии появляются в сельском хозяйстве и чем можно привлечь молодежь?

— Новые профессии, которые, например, начали преподаваться в Тимирязевке – это подготовка биотехнологов. Есть «Атлас профессий будущего», который подготовило «Сколково». Там говорят уже об агрономах-операторах «умных ферм», «умных полей».

— Смарт-ферм, как сейчас модно говорить.

— Смарт-ферм, да. Появляются сельскохозяйственные экологи. И отмечу некоторый возврат к прошлому – «появление агронома-экономиста». Раньше был ученый «экономист-агроном», а теперь тоже говорят, что агроном не может без экономических знаний. И нужно управлять новой техникой, информационной техникой, которая сегодня приходит в сельское хозяйство.

— В состоянии мы готовить таких специалистов? Вам не кажется, что сначала надо научить тех, кто учит?

— Да, сегодня мы отстаем в аграрном образовании, в подготовке, потому что не каждый преподаватель владеет той же информационной техникой, не в каждом вузе есть новые образцы сельскохозяйственной техники, которые можно демонстрировать студентам и на которых можно обучать. В принципе, это дело будущего.

— Я видел в стенах Тимирязевской академии еще плакаты типа «Агрегатирование трактора ДТ-54 с трехкорпусным плугом». Наверное, уже давно пора что-нибудь другое изучать.

— Да. Вот фирма Claas, например, устанавливает свою технику в сельскохозяйственных вузах, и на ней обучают механиков, инженеров, механизаторов, потому что этой техникой довольно сложно управлять.

— Каково сейчас состояние аграрной науки и аграрного образования – бедственное, хорошее, устремленное в будущее или все-таки устремленное в прошлое?

— Скажем так: сегодня аграрная наука пришла в вузы в некоторой степени вынужденно, чтобы обеспечивать зарплату на уровне, которую обещал президент. Одна треть должна, по положению, быть заработана на науке. Ну и вузы умудряются это разными способами делать. Есть вузы передовые, где действительно существует тесная связь с наукой, с производством, у которых есть возможность осуществлять эксперименты в сельхозпроизводстве и, в принципе, повышать доход как сельхозпроизводства, так и своих сотрудников.

Если говорить о НИИ, то у них возможности сегодня в некоторой степени ограничены, потому что финансирования материально-технического обеспечения – никакого. В основном и вузы, и НИИ финансируются строго на выплату зарплаты и решение каких-то острых и необходимых задач… может, на капремонт, может, на какие-то текущие бюджетные нужды, на уплату налогов. Но материально-технического обеспечения, как говорится, в полном объеме не может сегодня себе позволить ни вуз, ни НИИ.

— У меня есть некоторый опыт общения с университетами в США, в Европе, на Ближнем Востоке, в Израиле в частности. Я задавал вопрос: «А на что вы существуете?» Они говорят: «Есть финансирование от Министерства сельского хозяйства, то есть финансирование на какие-то разработки. Есть финансирование по линии крупных фирм – они дают гранты на определенную разработку. Либо на конкретную разработку, либо на исследование какой-то проблемы. А остальное мы добываем продажей своих знаний. Мы продаем знания, свои разработки, предлагаем их фирмам».

Так произошло, в частности, с Иерусалимским аграрным университетом, где впервые появились помидоры черри, маленькие такие, – это была случайная разработка, абсолютно случайная тупиковая ветвь. Исследователи там что-то сделали, я уж точно не помню, что, и отложили разработку надолго. А потом в один прекрасный день пришли рестораторы и говорят: «Не хотят наши повара резать помидоры. Они хотят, чтобы в салатике были маленькие помидорчики». В университете им ответили: «Нет проблем. Это будет стоить столько-то». Взяли старую разработку, омолодили ее, что называется, и предложили рынку. И с тех пор помидоры черри заполонили весь мир.

Есть ли у нас возможность ученым продавать свои разработки?

— В принципе, возможность ограничена, скажем так. Первое, что необходимо отметить. Наши сельскохозяйственные предприятия не все могут позволить себе купить что-то, потому что у них очень высокая закредитованность, очень высокая задолженность. Есть передовые предприятия, которые что-то закупают. Например, хозяйство «Озеры» в Московской области, у которых и GPS есть, и налажен контроль топлива, и овощи сортируются по размеру и по спелости. Есть передовые хозяйства. А есть и небольшие предприятия. И есть инновационные разработки разные. Например, есть технологии, которые используются и для лечения скота, и в кормлении, и при обработке отходов, в переработке. Они доступны и крестьянам. Но и в вузах, и в НИИ сегодня есть много разработок, на которые требуется значительное финансирование и которые вряд ли будут реально финансироваться в ближайшее время, потому что гранты идут на какие-то сегодняшние цели, а любая разработка, особенно значительная, например, в том же сельхозмашиностроении или при выведении нового сорта требует несколько лет. Бизнес не вкладывается в такие длительные разработки.

— Может быть, нечего предложить нашим ученым? Ведь смотрите. Сколько стоит комбайн Claas, трактор Caterpillar, трактор John Deere? Сколько стоит трактор Versatile, допустим, производства «Ростсельмаша» или сколько стоит комбайн того же «Ростсельмаша»? Они же больших денег стоят. И это все технологии. А у них же на это деньги есть, у крестьян? Почему же они не покупают знания от науки? Может быть, наука, еще раз говорю, не сумела сформулировать свой товар? Может, она его не сумела представить?

— В этом тоже есть резон. Ну, была идея создания малых инновационных предприятий как при вузах, так и при НИИ. Но не везде это получилось. И не везде эти малые предприятия работают. В большинстве вузов они остались на бумаге, потому что внедрять изобретения довольно сложно. Нужно готовить специалистов по внедрению, тех, кто может продать на рынке эту продукцию.

— Стало быть, эта профессия не выделена отдельно и не востребована? На Западе это целая система, extension services называется — консультирование, продвижение, внедрение. Специально людей из преподавателей, из профессуры отбирают, тех, кто умеет рассказывать простыми словами про очень сложные материи.

— И которые еще могут рассчитать бизнес-план правильно и не ошибиться во временных периодах, чтобы деньги вернулись, которые будут вкладывать в разработки. Поэтому должны быть еще специалисты и этой направленности.

— Елена Ивановна, вы часто сталкиваетесь наверняка и работаете плотно с непосредственными производителями продовольствия, с переработчиками. Они какие претензии предъявляют к нашему аграрному образованию? Вот почему, скажем, виноделы Кубани приглашают французских виноделов в качестве наставников мастер-классов? Почему сыроделы приглашают итальянцев и французов, прежде чем сами начнут работать? С чем это связано и когда у нас разрыв произошел? Или всегда был этот разрыв между практикой и наукой?

— Разрыв, во-первых, между требованиями потребителя. Чаще всего надо учитывать сегодня потребности будущего. А мы это редко делаем, практически не делаем. Во-вторых, мы должны готовить специалистов сегодня под запросы будущего. И мы тоже этого не делаем. Работодатели сегодня, конечно, привлекаются и к формированию учебных планов, и к аттестации работников, но не везде они это делают в том объеме, в котором нужно. А вот если бы они определяли те качества, которые им нужны от специалиста, то тогда и наши специалисты были бы, возможно, для них важнее, чем французские сыроделы.

— Тут еще, знаете, нужно ведь отличать производителя от производителя. Один производитель может быть фантазер и романтик. А второй может быть консерватор, практик, технарь. Вот как совместить здесь теорию с практикой, полет фантазии с холодной практикой агронома?

— Приведу пример из опыта Эдинбургского университета. Я знакомилась с тем, как они организуют систему консультирования фермеров. У них есть модельная ферма. Прежде чем рассказать фермеру, что «вот это тебе надо внедрить», его приводят на эту ферму и показывают, как это работает. И показывают это в реальной жизни, показывают в цифрах, говорят, какой эффект получила ферма. И тогда можно продать что-то фермеру. У нас, в принципе, такого нет. Мы продаем что-то, ну, может быть, только на День поля, когда привозим технику и показываем, как она пашет. А ведь все остальное продается только на словах. Мы нигде не показываем, что вот здесь, на этом предприятии, это дало такой-то эффект. Мы показываем учебные хозяйства, которые были реорганизованы, приватизированы и не во всех хозяйствах сохранились. Если привести, например, Кубанский государственный аграрный университет, то у них есть учебное хозяйство «Пятачок», где они адаптировали датские технологии по производству свинины, и это хозяйство показывает очень хорошие результаты. То есть на них можно учить и студентов, и сюда же можно приглашать и фермеров, и сельхозпроизводителей, и показывать, как все должно быть. Можно обучать их этой технологии. Но не каждый вуз сегодня может этим похвалиться.

— Вас ведь не обязывают сейчас зарабатывать деньги. Вам просто дают деньги на зарплату, а остальное как бы по такому принципу: вы то ли поймаете где-то заказ какой-то, то ли не поймаете… Что должно стимулировать аграрные институты и вузы к зарабатыванию средств, чего сейчас не хватает? Я вам попробую помочь. Вот в любой момент у ВУЗа могут отнять деньги, могут отнять и землю (я имею в виду, что могут просто забрать, как-то перераспределить ее). А аграрные ВУЗы – это же и аграрные НИИ, это держатели очень больших массивов земли, но они принадлежат Росимуществу.

Возьмем недавний конфликт Тимирязевки, двухлетней давности. Едва-едва удалось отстоять эти уникальные поля. Центр Москвы, земля здесь стоит очень дорого. И такие же проблемы во всех городах.

Может быть, имеет смысл все-таки посмотреть на опыт наших друзей, я не знаю, недругов, партнеров, как угодно называйте, коллег с Запада, которые еще в XIX веке отдали землю сельскохозяйственных вузов и НИИ самим вузам в собственность. Они не имеют права эти земли продать, но они имеют право вести эксперименты, сдавать земли под эксперименты в аренду и зарабатывать тем самым деньги. А почему бы и нет?

— Мне кажется, это могло бы быть выходом для вузов. Сегодня они ограничены в правах и в случае сдачи в аренду, и в использовании имущества. Но, в принципе, зарабатывают сегодня вузы… Деньги, которые получают вузы и НИИ из бюджета, – это фактически минимальные деньги на поддержание, на минимальную зарплату, на минимальные коммунальные расходы. А остальное ВУЗ должен заработать сам — и вуз, и НИИ. Зарабатывают разными способами – так же, как и на Западе. Выигрывают гранты, пытаются продать свои разработки – иногда удачно, иногда не очень. Пытаются сдать что-то в аренду. В любом случае, для того чтобы ВУЗы и НИИ выживали, им нужен дополнительный источник дохода. Может быть, это могло бы стать таким источником.

— Уже есть спрос на city-farmers так называемых. Городские фермеры появились где-то лет пять назад в Европе. Это те, кто имеет свои фермы на крышах гаражей, небоскребов.

Как воспитывать, как их выращивать, этих фермеров? Как их обеспечить законодательно, институционально, как их обеспечить материально, деньгами?

— Для начала их надо обучать, чтобы они не наносили урон окружающей среде и тому же городу, если они city-farmers…

В принципе, какие-то курсы обучения полезны были бы – и по выращиванию цветов, и по содержанию небольшой теплицы, и по содержанию каких-то животных.

— Наука должна опережать производство и давать некую загоризонтную цель, как ракетчики говорят. Такие разработки у нас есть?

— Есть. У нас НИИ, которые занимаются семеноводством, садоводством, плодоводством, ежегодно выращивают и предлагают новые сорта, в том числе и засухоустойчивые. Но вопрос во внедрении, о чем мы и говорили.

— Я очень долго занимаюсь аграрной темой и постоянно сравниваю наши достижения с достижениями Запада. Мы не глупее их, но организационно надо бы подтянуться.

Автор: «Крестьянские ведомости»

Россия > Агропром. Образование, наука > agronews.ru, 28 августа 2018 > № 2722438 Елена Семенова


Казахстан. Евросоюз > Агропром > ukragroconsult.com, 28 августа 2018 > № 2714876 Кайрат Бисетаев

Картофелеводы Казахстана нацелены на Европу

За несколько лет картофелеводы Казахстана сумели не только обеспечить внутренний рынок страны, но и вывести свою продукцию на экспорт. О перспективах отрасли собкор издания «КазахЗерно.kz» поговорил с Кайратом Бисетаевым, председателем Союза картофелеводов и овощеводов Казахстана.

- Казахстанский картофель все увереннее выходит на внешний рынок. За счёт чего это происходит?

- Картофелеводство в Казахстане делится на три сегмента. Первый - это частные подворья, когда сельчане у себя в огороде сажают картофель. Они работают в основном на себя и на своих соседей, и дальше села их продукция не выходит. Второй сегмент - мелкие крестьянские хозяйства, использующие советский метод выращивания картофеля с минимальной механизацией. Они обрабатывают площади от одного гектара, поставки осуществляют в основном тот же на сельский рынок и частично - в город.

Основным сегментом, который обеспечивает городское население Казахстана, является промышленное производство картофеля. Эти хозяйства работают на площадях от 50 гектаров и больше. Мы объединяем именно этих картофелеводов - членами нашего союза являются 143 хозяйства со всех регионов страны, в общей сложности обрабатывающие более 25 тыс. га. В год они производят свыше 700 тыс. тонн товарного картофеля, не считая семян.

- Какая часть этого объема идёт на экспорт, и куда именно?

- Традиционно, это поставки в приграничные регионы России, 30 - 50 тыс. тонн ежегодно. Это стабильная цифра. Также большие объемы у нас сейчас пошли на Узбекистан. В 2016 году впервые мы начали отгрузки в этом направлении, в 2017 году объем экспорта составил уже 270 тыс. тонн.

- Что позволило выйти на внешний рынок? Собственное производство превысило внутреннюю потребность? Или ценовая конъюнктура сложилась так, что экспортировать стало выгодно?

- Всё вместе сложилось. Производство в нашем третьем сегменте картофелеводства растёт год от года. Растут площади, растёт урожайность - увеличивается и объём производства. Картофелеводство на сегодня - наиболее технически оснащенный сектор растениеводства в Казахстане. Абсолютно все крупные хозяйства работают на орошаемых землях. Орошение, кстати, тоже развивается хорошими темпами, все больше применяется современных поливальных машин кругового типа.

- Это позволяет снижать себестоимость продукции?

- В будущем - да, она снизится. Пока же мы находимся в периоде роста, когда хозяйства вкладываются в технику и оборудование. Вообще, вхождение в картофельный бизнес достаточно дорогая вещь как раз из-за того, что нужно очень много покупать специализированной техники, которую нельзя использовать на других культурах. Плюс - вложения в орошение.

- Но зато, и рентабельность картофеля высокая.

- Да, рентабельность высокая. И в будущем, я думаю, лет через пять, картофелеводы расплатятся с долгами и выйдут на новый уровень, когда себестоимость их продукции будет намного ниже нынешней. Сегодня же пока большие кредиты висят на очень многих хозяйствах, поскольку технику они берут в лизинг. Берут кредиты, чтобы строить дорогостоящие картофелехранилища. Но за счёт этого мы на сегодня имеем возможность хранить более 500 тыс. тонн картофеля в современных складах. Это большой объём, поэтому мы можем продавать даже летом тот картофель, который вырастили осенью прошлого года.

- Тем не менее, нынешний уровень цен на картофель позволяет производителям чувствовать себя уверенно?

- Сейчас - да, но себестоимость снижать обязательно нужно, потому что развивается Киргизия, развивается внутренний рынок России. Узбекистан тоже не стоит на месте, хотя эта культура не совсем подходит им по природно-климатическим условиям. Кроме того, есть Пакистан, производящий большой объем. Так что, конкуренция будет нарастать, и нам нужно быть к этому готовыми. Мы должны работать над повышением урожайности, поскольку тот уровень, который у нас есть сейчас, нас не утраивает. Вообще, 50 - 60 тонн с гектара - та урожайность, которая нам нужна. Пока она в два раза ниже. Мы знаем, как ее увеличить, доносим это Минсельхозу РК. Понимание есть, надеемся на улучшение ситуации. А рост урожайности автоматически будет означать снижение себестоимости.

- Какой именно поддержки вы ждете от Минсельхоза РК?

- Если техническое вооружение у нас неплохое, то обеспечение оборотными средствами - никакое. Банковская система должна работать в аграрном секторе. Для этого холдинг «КазАгро» должен предложить инструменты, которые бы мотивировали банки работать с нами на коротких деньгах. Например, аграрные расписки, о внедрении которых сейчас много говорят. Плюс, нам нужно нормальное страхование. И оно должно служить не только для покрытия убытков в случае возникновения форс-мажоров.

Страхование должно больше работать как инструмент, позволяющий финансироваться. Мое полное убеждение в том, что финансирование оборотных средств не должны предполагать залогов. Речь о залоге должна идти там, где идёт инвестиционное кредитование - приобретение техники, например. А оборотные средства должны идти за счёт аграрных расписок, за счёт правильного страхования.

- Например, как форвардный закуп зерна, ранее существовавший в Казахстане?

- Да, это хороший инструмент, и по картофелю мы сейчас тоже пытаемся какие-то форварды выстраивать. То есть, инструментов много, и все они должны работать.

- И сейчас ваш союз служит той площадкой, на базе которой вы аккумулируете эти предложения и работаете по ним с Минсельхозом РК?

- Да, именно так мы доносим свои предложения до тех, от кого зависит принятие решений. Сдерживающих наше развитие факторов много, и их надо преодолевать. Кроме финансирования, кроме господдержки, нам сейчас нужно заниматься вопросами рынков сбыта. Это очень серьезный вопрос. Причем, речь не только об экспорте - на внутреннем рынке тоже нужно наводить порядок. Ведь, скажем, зерновой бизнес у нас структурирован - есть производитель, есть элеваторы, есть логистика, есть трейдеры. У картофелеводов, к сожалению, никакой инфраструктуры нет. Есть сам производитель, и есть потребитель. А между нами - «серые» схемы в виде базаров, камзистов и прочего. Поэтому все это нужно выстраивать. Работы много.

- И всё-таки, возвращаясь к экспорту: какие рынки сбыта еще могут открыться для казахстанского картофеля?

- Рынки сбыта у нас не такие обширные. Ведь экспорт продовольственного картофеля достаточно узкий - это локальный бизнес, завязанный на граничащие с нами страны. Но есть большие перспективы по экспорту семян картофеля. Природно-климатические условия Казахстана для выращивания семян подходят очень хорошо. А цены на семена на порядок выше, чем на товарный картофель. Но до этого нам самим, картофелеводам, надо дорасти, до этого уровня.

А перспективы очень хорошие. Голландия и Германия уже не справляются со спросом, и изменения климата, которые реально происходят, усугубляют эту проблему. И пользуясь этими конъюнктурными вещами, мы могли бы закрепиться на этом рынке.

И третье направление - это развитие переработки картофеля внутри Казахстана. Ее у нас пока нет. А ведь намного выгоднее продавать картофельные хлопья или крахмал, чем просто картофель. Нужно привлекать партнеров, инвесторов, чтобы развить этот сегмент. Одним словом, нам нужно проделать большую работу, и мы пока в самом начале пути.

Казах-Зерно

Казахстан. Евросоюз > Агропром > ukragroconsult.com, 28 августа 2018 > № 2714876 Кайрат Бисетаев


Россия. ЦФО > Агропром > fsvps.ru, 24 августа 2018 > № 2712857 Роман Рыбин

Директор ФГБУ ЦНМВЛ Роман Рыбин рассказал журналу «Агро-Информ» о деятельности учреждения.

31 августа в России отмечают День ветеринарного работника. В преддверии профессионального праздника директор подведомственного Россельхознадзору ФГБУ «Центральная научно-методическая ветеринарная лаборатория» (ФГБУ ЦНМВЛ) Роман Рыбин рассказал о направлениях деятельности учреждения.

- Роман Николаевич, расскажите о ФГБУ ЦНМВЛ, с чем к вам можно обращаться?

- ФГБУ «Центральная научно-методическая ветеринарная лаборатория» - учреждение с почти 75-летней историей. На сегодняшний день - один из самых известных диагностических и образовательных центров России. В его стенах происходит то, без чего не может существовать ни сельское хозяйство, ни продовольственный рынок огромного государства.

Учреждение осуществляет диагностику и профилактику болезней животных, птиц, рыб и пчёл, проводит лабораторные исследования в области ветеринарии, пищевой продукции и сырья животного и растительного происхождения, почвы, грунта и воды, карантина и защиты растений, семеноводства, качества и безопасности зерна, крупы, комбикормов и их компонентов.

ФГБУ ЦНМВЛ оказывает услуги по специальной оценке условий труда и производственному контролю, сертификации и декларированию продукции и услуг, разработке и внедрению системы управления качеством и безопасностью пищевых продуктов на основе принципов ХАССП, проведению работ по дезинфекции и фумигации. Наши специалисты выдают экспертные заключения о качественном состоянии почвы и разрабатывают проекты рекультивации нарушенных земель.

Также на базе учреждения функционирует орган инспекции, который проводит оценку соответствия продукции и объектов в заявленной области аккредитации с выдачей экспертных заключений. Учреждение выступает в качестве провайдера межлабораторных сличительных испытаний.

Сегодня в состав ФГБУ ЦНМВЛ входят 6 испытательных лабораторий: Москва, Самара, Тула, Липецк, Рязань, Калуга, оснащенных современным оборудованием, которое позволяет проводить лабораторные исследования продукции по различным показателям в рамках требований как российского, так и международного законодательства.

Хотел бы отметить, что учреждение прошло большой исторический путь, накопив богатый опыт в ветеринарной лабораторной диагностике и снискав значительный авторитет в ветеринарной службе.

- Какие еще направления в ФГБУ ЦНМВЛ сегодня успешно и активно развиваются?

- Одним из важнейших направлений работы учреждения была и остается образовательная деятельность. На базе ФГБУ ЦНМВЛ действует Учебный центр. Преподаватели – доктора и кандидаты наук с многолетним опытом работы. Ежегодно повышать свою квалификацию приезжают сотни ветеринарных специалистов и практиков со всей России. Отмечу, деятельность по проведению дополнительного профессионального образования в области ветеринарной диагностики ведется с 1999 года. За это время учреждением проведено более 500 курсов повышения квалификации.

Особого внимания заслуживает научная деятельность учреждения. Научный потенциал представлен докторами наук, кандидатами и аспирантами. Сегодня в ФГБУ ЦНМВЛ ведется активная работа по идентификации и изучению выделенного от погибшей рыбы нового штамма микроорганизма.

Научные сотрудники создают новые и усовершенствуют имеющиеся информационные блоки, базы данных по определению статуса здоровья животных, безопасности сырья, продуктов животного происхождения и результатов диагностических исследований, разрабатывают методические рекомендации. Так, в 2018 году специалистами учреждения разработан сборник по серологическим методам исследований при диагностике бактериальных и паразитарных болезней животных.

- Какое место в работе учреждения отводится вашим филиалам, в частности Самарскому?

- В общей цепи работы важна деятельность каждого филиала. Ведь в итоге мы стремимся к достижению единой цели – обеспечению эпизоотического, ветеринарного и фитосанитарного благополучия на территории Российской Федерации.

Самарский филиал – не исключение. Специалисты Самарской испытательной лаборатории проводят исследования по показателям качества и безопасности пищевой продукции и продовольственного сырья, кормов животного и растительного происхождения, воды, почвы и других объектов; исследования зерна и продуктов его переработки по показателям качества и безопасности; исследования и экспертизы образцов подкарантинной продукции с целью установления их карантинного фитосанитарного состояния; определение соответствия качества пищевых продуктов и продовольственного сырья, зерна и продуктов его переработки требованиям нормативных документов - и это только малая часть деятельности высококвалифицированных специалистов.

Серьезным событием в жизни Самарской испытательной лаборатории ФГБУ ЦНМВЛ стала выездная оценка на соответствие критериям аккредитации – подтверждение компетентности и расширение области аккредитации в национальном органе по аккредитации (Росаккредитация), которая прошла в июле текущего года. По ее результатам был составлен акт экспертизы о соответствии Самарской испытательной лаборатории критериям аккредитации.

Таким образом, расширились возможности лаборатории в проведении исследований по таким направлениям, как испытания пищевой продукции и продовольственного сырья на показатели качества и безопасности; испытания и экспертизы в области фитосанитарии; исследования объектов внешней среды.

Сегодня известный диагностический и образовательный центр России – ФГБУ ЦНМВЛ идет в ногу со временем, развивая научное направление и демонстрируя неизменный профессионализм и высокую точности исследований, проверенные многолетним опытом.

Впереди еще много работы! Мы планируем не останавливаться на достигнутых результатах и считаем, что именно благодаря грамотным специалистам ФГБУ ЦНМВЛ – одна из ведущих лабораторий на территории Российской Федерации.

Спецвыпуск журнала «Агро-Информ»

Россия. ЦФО > Агропром > fsvps.ru, 24 августа 2018 > № 2712857 Роман Рыбин


Россия. ПФО > Агропром > oilworld.ru, 21 августа 2018 > № 2712010 Рустэм Хамитов

В Башкирии могут заняться глубокой переработкой зерна.

Глава Башкирии Рустэм Хамитов назвал «хорошим уроком» для аграриев кризис перепроизводства, случившийся в сельскохозяйственной отрасли республики минувшим летом. Цена на зерно упала до 4-4,5 тысяч рублей, а стоимость некоторых культур снизилась на 50 процентов. При этом цена ГСМ выросла на треть и хозяйства в конечном итоге оказались в убытке.

«Поддержка развития кооперативов уже превышает 700 млн рублей»

- Внешне выглядело всё неплохо, - напомнил Рустэм Закиевич руководителям хозяйств на зональном семинаре-совещании, состоявшемся в Кармаскалинском районе. - В чистом весе после подработки мы собрали урожай 3,3 млн тонн. Мы говорили, что это хорошо, и радовались. В конечном итоге столкнулись с проблемой перепроизводства. Те, кто в советское время учился в университетах, институтах, помнят: говорили о кризисе перепроизводства в странах капитализма. Мы тоже столкнулись в рыночных условиях с перепроизводством. Цена снизилась. Зерна много, девать некуда.

По мнению г-на Хамитова, сегодня нужно понимать, что «просто так влобовую, без расчётов, бизнес-планов работать в сельском хозяйстве невозможно».

- Если производим что-то, обязательно надо знать рынки, куда будем продавать, кто будет покупать, - пояснил он. - И в этой связи, конечно же, мы с вами должны заниматься диверсификацией нашего сельскохозяйственного производства, расширением линейки продукции, выпускаемой нашим агропромышленным комплексом.

Рустэм Хамитов считает, что в регионе «последние два-три года борются с уже сложившимся стереотипом, консерватизмом, эффектом колеи».

- Наше сельское хозяйство попало в колею, - полагает он. - Вы все аграрии, лучше меня знаете, что такое колея. И вот по этой колее шпарили долгие-долгие годы, не могли из неё выбраться. Пшеница, рожь, сахарная свекла, подсолнечник, немного кукурузы и ячмень, овёс, горох и всё – из года в год десятилетиями эти культуры только и выращивали. Постоянно говорим о том, что нужно расширять линейку продукции, что для этого у нас есть всё: подходящая земля, техника, специалисты, компетенции. Это я говорю о растениеводстве. Нужны рапс, лён, горчица, крамбе и так далее. То, что мы в последние годы как мантру повторяем: займитесь диверсификацией. Прекрасно растёт в Зауралье горчица, урожай хороший. Цена – 30 тысяч рублей. Горчицу с удовольствием покупают Прибалтика, Польша, Западная Европа, и цена очень хорошая. Я не говорю о том, что всё надо бросить и всей республикой заниматься производством горчицы. Нет. Это и невозможно, и рынки не выдержат такого. И хлеб надо выращивать, безусловно. Но вот такие новые элементы нужно внедрять.

Глава Башкортостана отметил, что переход к высокомаржинальным культурам не является глобальной задачей для отрасли, но это хорошая форма поддержки аграриев.

- Без таких новых культур мы, вообще говоря, вперёд двигаться не сможем, за исключением тех случаев, когда есть специализирующиеся, получающие хороший урожай с минимальной себестоимостью предприятия, – сказал г-н Хамитов. – Но у нас есть предприятия, которые еле дышат. Им нужно помогать в этой части, проводить диверсификацию с участием республики.

Кроме того, Рустэм Закиевич уверен, что при избытке урожая нужно заниматься глубокой переработкой зерна.

- Я три недели назад посетил Курчатовский институт, встретился с президентом Михаилом Валентиновичем Ковальчуком, - рассказал он. - И мы договорились о том, что подпишем соглашение. У них есть хорошие наработки по глубокой переработке зерна, по производству кормов, по производству другой продукции с использованием микроорганизмов, с использованием более или менее современных технологий. И такую работу мы в ближайшее время начнём. Кто-то скажет: «Курчатовский институт – это атом, это высшие технологии, электронные микроскопы». Я действительно посмотрел эти современные лаборатории. Нам надо всегда равняться на лучшие результаты. Ну зачем нам консервировать старое? Надо смотреть вперёд. Тем более, люди готовы с нами работать, и специалисты с нами готовы трудиться по всем направлениям.

«Мы перешли на новую модель, потому что она востребована временем»

Глава РБ напомнил, что «главное богатство» - это люди.

- Кажется, это уже такой затёртый штамп, и никто на это внимания не обращает, - говорит он. - На самом деле, безусловно, люди – это главное. Умеешь работать с людьми – будет результат, не умеешь – результата не будет. Это совершенно однозначно.

По словам г-на Хамитова, в этом году в Башкирии будут продолжать поощрять лучших механизаторов и комбайнёров.

- Я уже подписал соответствующий документ о выделении около восьми млн рублей на покупку десяти автомобилей «Шевроле», - сообщил он. - Будут награждены десять лучших комбайнёров. Но дело не в наградах и не в «Шевроле». Дело в повседневном нормальном отношении к людям. Я встречаюсь с людьми, вижу, что до сих пор неудовлетворенность от общения с руководством присутствует: грубость, хамство. Так нельзя. Люди совершенно другие. Люди тоже меняются, и время их меняет. Информатизация, современные технологии, машины, оборудование, механизмы обслуживают наши люди. Если мы с ними будем обращаться недостойно, то, конечно, никаких результатов не будет.

Также Рустэм Закиевич поведал, что в республике ширится кооперативное движение - за последние два года количество кооперативов выросло в три раза.

- В этом году будет выделено более 300 млн рублей на реализацию доходогенерирующих проектов граждан по созданию кооперативов, - проинформировал он. - Поддержка развития малых форм хозяйства уже на сегодняшний день в республике превышает 700 млн рублей. Нам надо вовлечь людей в экономическую деятельность. Без этого мы вперёд не двинемся. И кооперативы могут быть самыми разными: растениеводческими, сбытовыми, финансово-кредитными, информационными и любыми другими. Главное, чтобы люди объединились по три-десять-пятьдесят человек и совместную работу выполняли, работали на себя и зарабатывали деньги. Конечно же, считаю, что эту работу нужно продвигать.

Как полагает г-н Хамитов, «в сельском хозяйстве не бывает чудес, всё опирается на фундамент».

- Фундамент у нас с вами хороший, он заложен 40-50 лет назад, может быть, ещё ранее, - сказал он. - В годы советской власти довольно много делалось в сельском хозяйстве, да и в последние 10-20 лет сельское хозяйство не бросали. Мы перешли на новую модель, потому что она востребована временем. Тогда, может быть, и тот вариант работы был неплох. Фундамент у нас крепкий, делать мы можем много, результаты можем получать совершенно другие, и мы находимся в конкурентном поле.

Рустэм Закиевич уверен, что «иной раз работать нам мешает просто-напросто собственная неорганизованность, лень, лень ума, прежде всего».

- Вы сами ездите по стране, вы сами видите, - обратился он к агропроизводителям. - И я тоже разговариваю с коллегами, которые побывали в Краснодаре, в Ростове, в Липецке, в Курске, где сегодня мощные урожаи, где сегодня 50 центнеров с гектара – это уже, что называется, пройденный этап. Мы видим, что, конечно, подтягиваемся к лучшим передовикам, но работы очень много. Будем учить, будем учиться и двигаться дальше.

Сельское хозяйство республики приблизят к мировым образцам

Глава РБ посетовал, что «в республике экспорт, вообще говоря, долгое время никак не поддерживался».

- В этом году увеличился рост зерна на экспорт, уже почти на 20 млн долларов США продали зерна, подсолнечное масло – 12 млн долларов, сахар – на 4,5 млн долларов, маслосемена - это лён и посевной материал – 1,5 млн долларов, молочная продукция, яйца, мёд – о маленьких суммах речь идёт, всего лишь 1 млн долларов, - перечислил он. - Получается, наш экспорт в сельском хозяйстве на сегодняшний день – чуть больше 40 млн долларов. Ерунда. Мало. 40 млн долларов – это примерно 2,6 млрд рублей. Объём нашего сельскохозяйственного производства – 175 млрд рублей. 2,6 млрд – это экспорт, чуть больше полутора процентов нашего агропроизводства. Не умеем.

Рустэм Хамитов отметил, что «потоки, пусть маленькие, уже начали формироваться после приглашения председателя Зернового союза России, после соответствующей работы и учёбы».

- И на экспорт продукция уже идёт, - объяснил он. - Нужно, конечно же, заниматься этой темой подробно и плотно.

Глава РБ напомнил, что в республике будут наращивать объемы производства молока.

- Вы знаете, большая работа сейчас будет вестись на западе Башкортостана, - рассказал он. - Штефан Дюрр, известный агропромышленник пришёл к нам в республику, будет строить мегафермы. Наши производители тут же подтягиваются, увидев конкуренцию, начали два-четыре проекта, где-то на 2,5 тысячи голов дойные фермы, где-то – на 4,5 тысячи голов, кто-то уже на 10 тысяч дойного стада размахнулся. Такие проекты уже есть, будем их поддерживать. В конечном итоге, мы добьёмся и высокой производительности труда, и новых качественных результатов.

Руководитель региона считает, что «мировой стандарт производительности труда в сельском хозяйстве – это четыре человека на тысячу гектаров пашни».

- Четыре человека пашут, сеют, вносят удобрения, следят, ухаживают за этими культурами, убирают, - рассказывает он. - Эти четыре человека на одну тысячу гектаров. Это мировой стандарт, к которому надо стремиться. У нас лучшие передовые хозяйства имеют цифры значительно выше – 10-15 человек. Нужно оптимальное количество людей на площади. Кому-то кажется это фантастикой, а реально это ведь мировой опыт. И мы всё время в своём движении приближаемся к лучшим образцам мирового опыта. Техника у нас уже порой в лучших хозяйствах соответствует лучшим мировым образцам. Десятки миллиардов рублей направлены на то, чтобы наши хозяйства встали на ноги, и реально мы уже сегодня по многим направлениям становимся конкурентоспособными. По семенам мы в передовых хозяйствах опять же приближаемся к лучшим мировым образцам. Значит, и в производительности труда мы тоже должны с вами действовать таким же образом.

Рустэм Хамитов убежден, что «в целом, за последние годы удалось нормализовать ситуацию в сельском хозяйстве».

- Потому что мы знаем: десять лет назад была одна модель сельского хозяйства, она не показала свою эффективность по разным причинам, нам пришлось на ходу перестраиваться, искать новые формы, ресурсы, укреплять производственную базу нашего агропроизводителя, - говорит он. - Тысячи единиц новой техники закуплено. Безусловно, есть и сложные территории, хозяйства, где мы теряем ресурсы, темпы. Это тоже есть. Но в целом движение вперёд присутствует – явно и очевидно. Мы начали заниматься кормами по-настоящему, начали заниматься селекцией. Сейчас мы думаем о строительстве генетического центра по крупному рогатому скоту. Ищем инвесторов, сами готовы помогать в этой части.

По словам г-на Хамитова, сельское хозяйство в РБ «становится цивилизованнее».

- Мы видим, что эти шаги уже отвечают требованиям времени, - констатирует он. - Тем не менее я постоянно пропагандирую необходимость в следующей работе: цифровое сельское хозяйство, цифровизация сельского хозяйства, современные системы управления с использованием баз данных по материальным, информационным, финансовым потокам, человеческим ресурсам, кадрам. Всё это ещё впереди. Пока мы подходим к этому только с точки зрения осмысления, что это такое. Мы понимаем, что на наших сельских просторах появляются беспилотники, которые оценивают качество урожая, смотрят засоренность или, наоборот, чистоту посевов, снимают данные с датчиков температуры, влажности, наличия в почве тех или иных элементов. Это тоже следующий шаг.

Глава РБ призвал «в ближайшие десять лет в целом сделать сельское хозяйство современным».

- Не просто выйти на какой-то самодостаточный уровень, а быть конкурентоспособными и выпускать конкурентоспособную продукцию, - объяснил он. - Республика вполне может справиться с такой мегазадачей. У нас для этого есть всё.

Автор: ufa.mk

Россия. ПФО > Агропром > oilworld.ru, 21 августа 2018 > № 2712010 Рустэм Хамитов


Россия. Весь мир > Агропром > agronews.ru, 20 августа 2018 > № 2715864 Александр Пономарев

Комментарий. Пономарев: почему у России экспорт меда – смехотворный.

Пчеловодство – очень серьезный вопрос, но к нему относятся не вполне серьезно. Например, в Волгоградской области недавно потравили несколько тысяч пчелосемей. Просто пролетел самолетик, что-то опылил, а пчеловодов заранее не предупредили. Но ведь пчелы – не только мед, они опыляют 80% растений, значит, от них зависит урожай множества культур. А еще болезни от занесенных вирусов. Проблемы со сбытом меда и продуктов пчеловодства. Отсутствие не только закона, но и оформленной по всем правилам отрасли сельского хозяйства. Кто эти проблемы будет решать?

Эти и другие вопросы, связанные с пчеловодством, обсудили в беседе издатель портала «Крестьянские ведомости», ведущий программы «Аграрная политика» Общественного телевидения России, доцент Тимирязевской академии Игорь АБАКУМОВ и Александр ПОНОМАРЕВ, главный редактор портала «Мир пчеловодства», в прошлом – дипломат, который долгие годы работал в Юго-Восточной Азии.

— Александр Сергеевич, вы у нас в СМИ главный пчеловод, причем пчеловод с большим стажем. Что происходит у нас с пчеловодством, почему такое невнимание сейчас? Закона о пчеловодстве ведь нет?

— Закона нет. И не будет, видимо, в ближайшее время федерального закона. Но уже есть 40 региональных законов, которые более или менее регулируют различные аспекты пчеловодства, но не фундаментальные проблемы. А фундаментальные проблемы сейчас вырисовываются во всем мире, и у нас тоже. Это массовая гибель пчел. Наверное, многие обратили внимание, что насекомых в том месте, где они живут, становится все меньше. Объясню почему. Потому что рядом появляется поле рапса, который нужно обрабатывать много-много раз. И если при этом медоносных пчел можно вывезти куда-то, то те бедолаги – шмели, одиночные пчелы, бабочки и жуки, которые опыляют растения, остаются – и тут уже для них братская могила уготовлена.

Проблема приобрела чудовищные размеры в Германии – там за 20 лет где-то на 75% сократилось количество насекомых, в том числе и медоносных пчел. То же самое в Англии. То же самое в Соединенных Штатах. У нас пока еще не подводили итог, но в мире итог уже подвели. Генеральная Ассамблея Организации Объединенных Наций в конце декабря прошлого года определила дату и постановила – 20 мая каждого года отмечать День защиты пчелы. Имеется в виду, что не только медоносных пчел, но и 20 тысяч так называемых пчелиных, которые по всему миру опыляют различные сельскохозяйственные культуры, и не только их, а вообще все, что цветет. Посмотрим, что мы в результате имеем. Имеем 30% продовольственной корзины человечества, причем это самая ценная составляющая корзины –овощи, фрукты, орехи и масса всего другого. Это витамины, минералы. Они присутствуют в зерне, в кукурузе, в картошке, но не в таких количествах.

— В гречихе.

— В гречихе, конечно, да, во всех зерновых. Но при обработке картофеля, кукурузы, пшеницы многие из этих ценнейших веществ и компонентов просто теряются. А тут вы получаете готовый продукт – мед. Примерно 10 тысяч лет насчитывается, если судить по наскальным рисункам, потреблению этого продукта человечеством. И сейчас растет мировое потребление меда, и будет расти где-то на 2% в год, как предсказывают. И вот почему. Дело в том, что люди устали от суррогатов, красиво упакованных, которые предлагаются им в супермаркетах. Они хотят натуральные продукты. Мед – самый натуральный продукт до тех пор, пока к нему не прикоснулась рука жулика. Тогда он становится либо фальсификатом, либо полуфальсификатом, либо просто сладким суррогатом. Проблема колоссальная во всем мире, и у нас она стоит столь же остро, как и в других странах. То есть «плохие парни», которые хотят с потребителя содрать…

— Недаром говорят, что мед – самый подделываемый продукт в мире.

— Один из, я бы сказал. Кто-то говорит – третий, кто-то говорит – седьмой. Конечно, мед не самый главный подсластитель и сладкий продукт. Если мы берем весь объем сладостей, которые человечество потребляет, то получается где-то 0,3% по объему. Мало, надо бы больше. У нас пчеловодство позволяет увеличить производство меда и других пчелопродуктов в десятки раз. Колоссальная база, колоссальная! Этой базы нет в Китае давно уже, нет в Индии, нет в Соединенных Штатах. В Соединенных Штатах даже пчелосемей меньше, чем у нас, где-то 2 миллиона 700 тысяч. А у нас…

— Но там же возникла проблема коллапса пчелиной семьи, когда матка покидала семью. А если матка покидает семью – значит, что-то случилось. А что случилось, Александр Сергеевич?

— Случилось что-то страшное, потому что тогда нарушается самый главный принцип жизни пчелиной семьи. Скорее всего, это неуемное использование фермерами отравляющих веществ, химических препаратов, которые становятся все более опасными для всего живого.

— Скорее всего, не фермерами, а крупными агрохолдингами. Фермер не может нанять самолет для опыления. У него на это денег не хватит.

— Необязательно самолет. Самолет нанимать – это уже прошлое. Сейчас технологии позволяют использовать…

— Дроны?

— …дражирование. Вы семена подсолнечника опускаете, дражируете их, слепляете, добавляете туда так называемые неоникотиноиды – и все растение становится ядовитым для всех сосущих и грызущих насекомых и огородных пчел. То есть, как только пчела получает доступ к этим препаратам, которые, кстати, запрещены сейчас в Европейском союзе, но не полностью…

— А у нас разрешены?

— А у нас с каждым годом их количество увеличивается. Откройте газету «Защита растений» – и вы удивитесь. У нас сейчас 134 зарегистрированных препарата на основе трех самых отвратительных для пчел инсектицидов. Это имидаклоприд, диметоксин и клотианидин. Вот эти три препарата запрещены в Европе, а у нас свободно используются. Вы этими препаратами, так сказать, «упаковываете» семена подсолнечника, кукурузы, сои, сахарной свеклы, чего угодно – и в итоге получаете либо моментальную смерть пчел, либо их отравление с сублетальными дозами.

— Свежий пример. В Ульяновской области пострадало несколько тысяч семей, отравили с самолета, применили препараты нового поколения – предположительно, «Борей», «Эйфория», «Новичок». Пострадали многие, оставили семьи без дохода. Проблема даже шире, чем мы себе представляли.

— Я даже не знаю, в каких других странах такой масштаб. И это не только Ульяновская область – Волгоградская, Саратовская, Тамбовская, Рязанская области. Около десяти регионов сообщали мне и моим коллегам о том, что такие случаи были.

— Александр Сергеевич, вот мы сейчас говорим о новой аграрно-продовольственной политике, которая направлена на стимулирование экспорта. По этой политике мы должны экспортировать продовольствия на сумму порядка 45 миллиардов долларов. И мед туда входит, безусловно.

И есть серьезные компании, которые этим собираются заниматься или уже занимаются, поставляют мед. Но эта политика входит в какой-то диссонанс с фактами. Пчелы-то гибнут. Причем никто ни за что не отвечает. Бизнес берет свое, он никого не собирается предупреждать, ему совершенно на все наплевать. Почему у пчеловодов нет своей организации?

— Есть у нас три организации.

— Вот три – это плохо. Одна должна быть.

— Должна быть одна. Будет съезд в ноябре этого года, съезд представителей всех секторов российского пчеловодства, и не только пчеловодства.

— Говорить-то надо сейчас, а не в ноябре.

— Будут говорить об этом и раньше. В сентябре состоится конгресс, а потом съезд. Есть такой форум, он называется «Пчеловод ИНФО», 65 тысяч участвуют в нем. То есть эти проблемы обсуждаются.

— А кто в Министерстве сельского хозяйства занимается пчеловодством? Пчела, если кто не знает, относится к сельскохозяйственным животным. И занимается этим Департамент животноводства. И там должен быть специальный человек. Там есть такой человек?

— Вы удивитесь – у нас нет отрасли «пчеловодство».

— У нас нет отрасли?

— Нет отрасли, нет специалистов в Министерстве сельского хозяйства, которые бы постоянно занимались этой проблемой.

— А сколько у нас пчеловодов по стране?

— Всероссийская сельскохозяйственная перепись назвала 135 тысяч человек, которые занимаются торговлей медом. Ведь подавляющее большинство пчеловодов стараются мед все-таки продать, и каким-то образом, видимо, это указали. Настоящая численность пчеловодов, по-моему, 200 тысяч. В Китае примерно столько же, только они производят меда в 6 раз больше, чем мы. Примерно столько же в Америке, сколько у нас. Сколько на Украине – я не знаю. Но мы экспортировали в прошлом году всего 2 тысячи тонн меда на 6 миллионов…

— А сколько экспортирует Китай?

— Китай? 110–120 тысяч тонн.

— А Америка?

— Америка –страна-импортер меда. Россия – нетто-экспортер меда. Мы практически ничего не импортируем. Ну, есть какие-то крохи – из Франции, как ни странно, из Китая. Ну, из Австрии. В общем, смешная ситуация. Но мы могли бы при условии устранения огромного количества дыр в нашем пчеловодстве резко увеличить долю продукции пчеловодства в нашем сельскохозяйственном экспорте. То есть сейчас, если мы возьмем, по-моему, 20 миллиардов долларов и 6 миллионов долларов, то это крохи. Например, Украина около 100 миллионов долларов получает от экспорта меда, а там есть еще и другие продукты. То есть настало время для серьезного разговора и для диалога пчеловодов с властями напрямую, в первую очередь.

— Александр Сергеевич, а кто будет говорить? Пчеловоды – каждый сам по себе. Во-первых, пчеловод к пчеловоду на пасеку не ходит, не принято, потому что можно сглазить. Во-вторых, никто не знает – настоящий у него мед или не совсем настоящий, или пережененный какой-то, поэтому тоже никто никого

не допускает.

— Тем не менее все стоят на рынке или доверяют определенным скупщикам этого меда. В общем, это бизнес.

— Это бизнес. У меня сосед по деревне давно не работает, у него 30 ульев. И он сейчас расширяется, и расширяется, и расширяется… К нему приезжают люди, покупают мед прямо с пасеки. И у него все в порядке. Пчеловоды ведь не облагаются налогом, правда же?

— Не облагаются. Ну, время сейчас какое на дворе? Того гляди и обложат налогом. Пчеловоды этого боятся. Они не регистрируются, уходят от уплаты налогов. И крупное предприятие, у которого несколько тысяч семей пчелиных, может представляться как личное хозяйство.

— Александр Сергеевич, в связи с перспективами увеличения пенсионного возраста людей в возрасте на работу не очень активно берут. Пчеловодство, на мой взгляд, один из многих сотен, может быть, тысяч примеров, когда можно человека чем-то занять. Но надо дать ему технологию, обучить. Наверное, может быть, и детей надо учить, но ведь надо и взрослых учить этому делу. Тем более человек на свежем воздухе занимается этим делом и плюс еще какой-то заработок имеет. Есть такая мысль у вас?

— Такая мысль есть, она присутствует во всех странах. Общественность должна быть вовлечена в защиту пчел в первую очередь. Ну, имеется в виду: защити пчелу – и ты защитишь и себя тоже. Пчеловод всегда в деревне жил неплохо, он всегда мог поменять свой мед на картошку соседа, на яички у соседки и на все что угодно. Но пришли болезни, паразиты — враги пчел, они летают со скоростью авиалайнеров. И теперь эта проблема приобретает все более и более трагические масштабы.

— То есть появились в России болезни пчел, которых прежде не было. Я правильно понимаю?

— Которых прежде не было, да. Пчеловод может привезти матку из другой страны, которая будет поражена определенными видами вирусов. А вирусов, которые поражают пчел, существует около двадцати. Поэтому существует карантин на провоз такого материала.

— У нас есть лаборатории на границе, которые определяют болезни пчел?

— Нет таких лабораторий.

— Александр Сергеевич, подведем итог. В Минсельхозе должен быть человек ответственный за это дело?

— Обязательно.

— Организация пчеловодов должна быть, которая бы била в колокола?

— Должна быть какая-то структура, необязательно пчеловодов, а, допустим, как в Новой Зеландии, в Австралии и в других странах, это федерация всех структур, которые связаны с пчеловодством – тут и бизнесмены, которые торгуют медом, экспортируют и импортируют, оптовые партии закупают.

— Но сначала пчеловодство следует признать отраслью сельского хозяйства.

— Которая играет все более и более важную роль в продовольственной безопасности нашей страны.

Автор: «Крестьянские ведомости»

Россия. Весь мир > Агропром > agronews.ru, 20 августа 2018 > № 2715864 Александр Пономарев


Россия. ЦФО > Агропром > agronews.ru, 16 августа 2018 > № 2715562 Олег Морозов

Комментарий. «Мы купили селянам бычков, завезли корма и дело тронулось».

О роли фермеров в развитии сельских территорий на примере КФХ Воронежской области рассказывает Олег Морозов, член КФХ и исполнительный директор КФХ Дербининой Е.А.

В 2012 году я, инженер-системотехник, и мой компаньон – мастер спорта — решили изменить свою жизнь и заняться животноводством. Мы выбрали хорошее время – с помощью государства нам удалось быстро набрать обороты, нам выделили землю.

Мы хороший пример того, как люди могут переехать из города в деревню, увлечься делом и заниматься им с удовольствием.

Но… поговорить я бы хотел не о фермерском сообществе. Как я сказал, помощь государства первые годы была неоценима, но еще более бесценна была помощь местного населения. Вот о них я бы и хотел рассказать.

Село Зацепное, где располагается наша ферма, некогда было большим – 130 дворов: свое деревенское стадо, на территории ферма, механизированная бригада… Сейчас — 30 домов, 20 из которых дачники из города и всего лишь 3 дома, в которых ведется личное хозяйство. Хозяева этих дворов – бывшие механизаторы местного колхоза. Вот их опыт мы и переняли. Сегодня ни один из них не работает, хотя пенсия еще далеко, а ведет личное подсобное хозяйство. Поросята, бычки, корова, утки, гуси и т.д.

Мы предложили взять их на работу и получили ответ: помочь поможем, но свое хозяйство не бросим.

В Советском Союзе колхозникам удавалось вести собственное хозяйство. И в некоторых случаях оно было довольно большим. Вся система была построена на взаимосвязи работы в колхозе и на личном подворье. Сейчас это стало невозможным: агрохолдинги выстраивают круглосуточную схему работы для полной загрузки своих мощностей.

Мне кажется, что идеальным для нашего государства было бы, если все ЛПХ стали бы КФХ. Тут тебе и самозанятость, и налоги. Но не все могут быть и скотоводом, и бухгалтером, и механизатором, и директором в одном лице.

Хороший выход – кооперация. Мы сами были инициаторами создания нескольких кооперативов, большей частью ориентированных на ЛПХ. Тут есть свои сложности, и в основном они связаны с неорганизованностью крестьян. Часто встречали разговоры: «вот вы умные, все сделайте, а мы посмотрим, идти за вами али нет». В данном случае мы – бизнесмены: если мы сделали, значит оно наше, зачем делиться.

Проанализировав свой опыт, мы поняли, что крестьяне могут хорошо РАБОТАТЬ. Рано вставать, хорошо ухаживать, сеять, жать и т.д. Все управленческие хлопоты – это не их. Подчас они не знают, куда деть выращенный урожай, куда сдать бычков, где продать молоко и какое количество бумаг для этого нужно.

Для того, чтобы помочь своим друзьям, мы купили им бычков, сколько они могли увести, завезли сена и комбикорма достаточно и обязались купить их, если это будет необходимо. И вот он результат. Ребята просто начали работать без оглядки на проблемы, где взять, куда деть. Повторюсь – это было сделано без каких-либо обязательств.

Предложение: создание некоммерческих предприятий, которые будут выполнять роль подрядчика при формировании производственных отношений на разных уровнях хозяйствования. В их задачи будет входить анализ территориальной привлекательности и составление бизнес-схемы работы. Нахождение вместе с администрацией района возможностей выделения земельного фонда. Организация взаимоотношений между ЛПХ – КФХ – переработчики сырья – конечные покупатели — и их координация. Гарантирование конкретных бизнес-схем, привязанных к конкретной территории и людям, позволит четко отслеживать эффективность реализации этих проектов.

Автор: Олег МОРОЗОВ, член КФХ и исполнительный директор КФХ Дербининой Е.А., Воронежская область

Россия. ЦФО > Агропром > agronews.ru, 16 августа 2018 > № 2715562 Олег Морозов


Швейцария. Россия. Весь мир > Агропром > oilworld.ru, 15 августа 2018 > № 2711990 Артем Белов

Артем Белов. Как продавать сырое молоко в два раза дороже рынка.

Исполнительный директор Союзмолоко Артем Белов рассказал Milknews о молочном опыте Швейцарии, в том числе о том, как продавать сырое молоко в два раза дороже рынка.

«Три слагаемых успеха в молоке: экспортные субсидии, защита от импорта и саморегулирование в ценообразовании на рынке сырого молока. Таков опыт небольшой Швейцарии, которая подарила миру Nestle – компанию номер один на мировом молочном рынке.

Страна производит около 3,5 миллионов тонн молока, при этом экспортирует продукции в объеме около 800 тысяч тонн в молочном эквиваленте. Основа экспорта – сыр и сухое молоко в составе знаменитого швейцарского шоколада. Субсидия на сыр при его экспорте составляет около 0,15 франков на литр использованного молока или около 1,5 евро на кг готового продукта.

Импорт фактически бессмысленен из-за запретительных пошлин: сырое и сухое молоко, а также большинство других молочных продуктов за исключением сыра невозможно ввезти в страну.

В результате, цена на сырое молоко на рынке фактически в два раза выше, чем в Германии, и стремится к 0,65-0,7 франка. Она серьезно варьируется в зависимости от того, где используется молоко в дальнейшем: для производства сыров, артизанальных сыров, органических или прочих молочных продуктов. Цена на органическое молоко имеет выраженную сезонность и составляет около 0,8 франка в среднем по году, для артизанальных продуктов – примерно минус 10%, для производства сыра – минус 15%, для остальной молочки – минус 30-35% от цены органического молока на сегодняшний день.

Почему переработчики покупают сырье по такой цене? Во-первых, у них нет выбора - на рынке создан искусственный дефицит сырья запретительными импортными пошлинами. Во-вторых, они сами согласовали такую цену с производителями сырья и ритейлом. Согласованные цены носят рекомендательный характер, однако фактические контрактные цены редко отличаются от рекомендованных более, чем на несколько процентных пунктов. В-третьих, им помогают субсидиями: производители сыра получают их напрямую, а, например, производители сухого молока опосредованно – через поддержку экспорта шоколада, при производстве которого использовалось швейцарское сухое молоко.

В итоге всех манипуляций с ценой на сырье стоимость готового продукта на внутреннем рынке оказывается чрезвычайно высокой. Но Швейцария не была бы страной победившего социализма, если бы фермер, владеющий 25 коровами, не имел годовой доход в 50-60 тысяч франков после уплаты налогов за счет действующих механизмов государственной поддержки. Высокие доходы, активная пропаганда потребления локальных продуктов, а также позиционирование швейцарской молочки как премиальной играют на руку производителям».

Автор: MilkNews

Швейцария. Россия. Весь мир > Агропром > oilworld.ru, 15 августа 2018 > № 2711990 Артем Белов


Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 15 августа 2018 > № 2706617 Андрей Ярмак

Украинским молочникам пока не стоит надеяться на мировые рынки

Украинский молочный индекс (УМИ), который показывает условную доходность производства молока профессиональными хозяйствами, впервые с начала года продемонстрировал рост в июле.

Об этом сообщил экономист Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН (ФАО) Андрей Ярмак на своей странице в соцсети Facebook.

«Рост составил 1,2% и даже не перекрыл падение УМИ в июне. Значение УМИ в июле 2018 г. было также на 18,9% ниже, чем в июле прошлого года, но на 26% выше, чем в июле 2016 года», — пояснил динамику индекса специалист ФАО.

Он также отметил, что кумулятивное падение УМИ в текущем году продолжало быть резким за последние пять лет и достигало 38,9%. При этом производители в текущем году заработали в среднем на 12,3% меньше, чем за такой же период 2017 года, но на 7,1% меньше, чем в среднем за последние шесть лет за тот же период.

«Если же сравнить средние показатели прибылей производителей молока после потери рынка РФ с текущим годом, то мы продолжаем видеть восстановление прибыльности — этот год пока на 7,5% более прибыльный, чем средние показатели за предыдущие три. Конечно, можно было бы сработать и лучше, но развитие экспорта требует времени, а переработка наша медленнее, чем хотелось бы, адаптируется к другим рынкам», — отметил Андрей Ярмак.

Он отметил, что в июле индекс глобальных молочных цен ФАО упал на 14,1%, поэтому незначительный рост УМИ является положительным трендом.

«Кроме того, глобальный индекс ФАО в июле 2018 г. был на 8% ниже, чем год назад. УМИ же упал более ощутимо, однако в индексе глобальном учтены только цены молокопродуктов, а у нас — цены на молоко и затраты на корма. Поэтому остальное падение — это результат удорожания кормов. Как правило, в августе УМИ имеет тенденцию к росту. Однако, если учесть ситуацию на мировом рынке молока, то может быть и другой результат, ведь там господствуют преимущественно негативные тенденции. А вот в сентябре УМИ скорее всего таки начнет расти», — резюмировал специалист.

При этом, по словам Андрея Ярмака, пока украинским молокопроизводителям не стоит надеяться на мировой рынок из-за падения цен на нем.

agroportal

Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 15 августа 2018 > № 2706617 Андрей Ярмак


Россия. ЦФО > Агропром. Экология > oilworld.ru, 14 августа 2018 > № 2711982 Андрей Молев

Андрей Молев. Российские покупатели готовы платить за настоящую органическую продукцию.

Холдинг “Агриволга” в Ярославской области развивает бренды "Углече Поле", "Из Углича" и "Углицкие колбасы". Компания производит молочные продукты, соответствующие международным органическим стандартам. Milknews поговорил с президентом агрохолдинга Андреем Молевым о том, насколько сложно вести в России такой бизнес.

Milknews: Почему ваше производство и ваша продукция называются органические?

Андрей Молев: Так как органическая продукция компании «АгриВолга» производится в точном соответствии с российскими и международными органическими стандартами.

Milknews: Как часто приходится подтверждать сертификат? Это сложная и дорогостоящая процедура?

Андрей Молев: Сертификация занимает много времени, и надо понимать, что это затратная процедура. Предприятие должно взвесить свои силы, просчитать, насколько оно рентабельно, как оно будет получать доход. Кроме стандартных операций, связанных с документацией, у нас проходят очные инспекции. Обычно это проходит весной или летом. У нас проверяют, какие семена были закуплены, протравлены они или нет. Проверяют бухгалтерию на предмет закупок ядохимикатов и удобрений, смотрят склады, технику. Берут в лаборатории образцы семян на ГМО, содержание остаточных пестицидов. На предприятиях, входящих в органический холдинг «АгриВолга», инспекции бывают до пяти раз в год. Проверяют животноводство, растениеводство, переработку молока, сыра. Для предприятия это ощутимые затраты, но по-другому не получить сертификат. Сертификат действует один год.

Milknews: Какие условия вам приходится выполнять, чтобы подтверждать статус органического производителя и переработчика?

Андрей Молев: Производство органического продукта должно контролироваться от поля до прилавка магазина всеми, кто участвует в этой цепочке. Мы эту цепочку полностью замкнули: наша земля, наши животные, наши технологии, наша переработка и наша доставка. Мы все контролируем. При приемке молока мы проверяем кислотность, жир, четыре группы антибиотиков, соматические клетки, плотность молока, механические примеси, алкогольная проба на термостойкость молока, белок, сухой обезжиренный молочный остаток (СОМО), органолептические показатели. Это проверяет физико-химическая лаборатория.

Микробиологическая лаборатория проверяет такие анализы, как: редуктазная проба на бактериальную осемененность молока, КМАФАнМ раз в 10 дней на качество продукта Количество мезофильных аэробных и факультативно-анаэробных микроорганизмов , а также справка ветсанэкспертизы - об отсутствии сальмонелл и ингибирующих веществ в молоке.

Milknews: Вы держите коров на свободном выпасе - а как вы кормите животных зимой?

Андрей Молев: Органика подразумевает соблюдение определенного набора правил: запрещены химические обработки, внесение химических удобрений, применение стимуляторов роста животных, гормональные препараты. Соответственно заготавливаем на зиму корма на собственной базе. Корма должны быть органического происхождения, то есть выращены на землях — без минеральных удобрений, без химических средств защиты растений. Этот чистый корм с чистой земли корова ест летом в виде травы, зимой — в виде силоса и сена. Мы также сами выращиваем зерно — овес, ячмень, пшеницу. Из них зерновых мы делаем свои кормосмеси.

Milknews: А как вы лечите коров, если вы не пользуетесь антибиотиками?

Андрей Молев: Есть ограничения по ветеринарии — по использованию лекарственных препаратов. Антибиотики используются в самых крайних случаях, чтобы спасти животное, когда разрешенные лекарства не помогли. После применения антибиотика, если такое всё таки случилось, животное становится на карантин и продукция, например молоко от этой коровы, не направляется в производство и переработку, а утилизируется. Срок выведения препарата из организма, допустим, составляет 3 дня. Больные коровы у нас отделены от здоровых, этот срок умножается на два, а иногда и на три, и только после 6-9 дней после окончания лечения животное возвращается в обычную группу, а его молоко может попасть на переработку.

Milknews: Сколько у вас голов на ферме?

Андрей Молев: Все поголовье распределено по 10 молочно-товарным фермам. Дойное стадо составляет 2775 голов, средний надой – порядка 5000 л. Мы не стремимся к огромным надоям, нас интересует качество и вкусовые показатели продукции. Мы понимаем, что из-за запрета на применение химии, стимуляторов роста, средств, повышающих надой, наши показатели не такие высокие, как у индустриальных производителей.

Milknews: Для переработки органическому предприятию нужно специальное оборудование?

Андрей Молев: Основная часть используемого в органике оборудования такая же, как и в классическом.

Milknews: Ваши продукты дороже массового производителя - вас не пугает, что потребитель сейчас голосует кошельком, и что для него вопрос цены порой важнее качества, или все-таки это не так?

Андрей Молев: Невозможно спорить с тем, что низкая цена – сильный аргумент в борьбе за предпочтения клиента. Но низкая цена товара – это очень серьезный показатель качества. Однако российские покупатели сегодня готовы платить за настоящую органическую продукцию.

«Углече поле» - это бренд, стоящий на трех китах. Первый – это органика, второй – вкусовые качества и третий – традиции. 30-40 процентов покупателей выбирают наш продукт не потому, что он органический, а потому что вкусный. Мы очень много этому посвящаем времени. Качественная и безопасная органическая еда не дань моде, а единственно возможный подход ответственных людей к своему здоровью.

Автор: MilkNews

Россия. ЦФО > Агропром. Экология > oilworld.ru, 14 августа 2018 > № 2711982 Андрей Молев


Россия. США > Агропром. Внешэкономсвязи, политика > oilworld.ru, 14 августа 2018 > № 2711979 Андрей Дальнов

Андрей Дальнов. О доктрине «продовольственной силы» и дальновидности введения продэмбарго.

К очередной годовщине введения продовольственных санкций руководитель направления стратегического маркетинга группы «Черкизово» Андрей Дальнов рассказал «Агроинвестору» о доктрине «продовольственной силы» и дальновидности введения продэмбарго.

«В первую неделю августа Россия отметила годовщину введения продовольственного эмбарго. Тема широко освещалась в прессе. Российские СМИ в большинстве случаев собрали положительные комментарии. Западные ожидаемо сделали акцент на негативных последствиях. Интересно, что ранее годовщина другого продэмбарго прошла совершенно незамеченной. Также был забыт тот факт, что идеологами продовольственных эмбарго являются США.

В январе 1980 года после ввода советских войск в Афганистан президент США Джимми Картер наложил эмбарго на поставки зерна в СССР.

В аналитической справке ЦРУ того времени с удовлетворением отмечается, что введение санкций «шокировало» Советский союз. Момент был выбран удачно. Страна наращивала производство мяса, а урожай пшеницы в сезоне-1979/1980 был катастрофически плохим — производство упало на 26% до 84 млн т из-за непогоды (правда, от рекордно высоких 113 млн т годом ранее). США рассчитывали принудить СССР к вынужденному забою скота, что привело бы к снижению потребления мяса и дискредитации советского правительства.

Доктрина использования «продовольственной силы» (food force) набирала популярность в США с середины 1970-х годов. На нефтяном рынке скоординированные действия ОПЕК привели к многократному росту цен на нефть, и американскую элиту терзал соблазн «отмстить неразумным арабам», сократив им поставки продовольствия. В отношении ближневосточных монархий победил здравый смысл: продовольственный шантаж был неоднозначен с этической точки зрения, к тому же США и страны арабского полуострова уже имели общие финансовые и экономические интересы. А вот с СССР можно было не церемониться. До знаменитой речи Рональда Рейгана, в которой он назовет советское государство «империей зла» оставалось три года. Но толкиеновская концепция «зла с востока» весьма удобно проецировалась на Советский союз с 1960-х годов. А стоит ли церемониться с Мордором?

В 1980-е годы для СССР все закончилось хорошо. Американская разведка не смогла точно оценить запасы зерна в советских элеваторах (впрочем, и теперь, никто не знает, сколько именно российские крестьяне запасли зерна). К тому же ближайшие союзники американцев саботировали эмбарго, торопясь занять место американских фермеров на емком советском рынке. Потребление «красного» мяса в СССР в 1981 году незначительно снизилось, но рост быстро возобновился. Потребление курицы продолжало увеличиваться быстрыми темпами. Зерно частично «перебросили» из животноводства в птицеводство, где в силу биологических особенностей корма используются эффективнее. Само эмбарго просуществовало недолго, и было снято Рейганом в апреле 1981-го: оно никак не гармонировало с интересами могущественного американского зернового лобби.

Прошло почти сорок лет. Вашингтон и Москва снова находятся в фазе активного противостояния. США продолжают накладывать все новые санкции на Россию, но обещают, что они не коснутся продовольственных поставок. Обещание отдает незамысловатым фарисейством — санкции девальвируют рубль и подрывают покупательскую способность населения в отношении импортного продовольствия. В этих условиях введенное Россией четыре года назад продэмбарго и ускоренное импортозамещение выглядят замечательно дальновидным шагом. У государства стало больше союзников — прибавились животноводство и птицеводство».

Автор: agroinvestor.ru

Россия. США > Агропром. Внешэкономсвязи, политика > oilworld.ru, 14 августа 2018 > № 2711979 Андрей Дальнов


Россия. ДФО > Агропром. Недвижимость, строительство. Госбюджет, налоги, цены > agronews.ru, 13 августа 2018 > № 2714258

Сергей Караганов: «Дальневосточный гектар» — катализатор развития Дальнего Востока.

По программе «Дальневосточный гектар» выдано 43,6 тысячи земельных участков, а предоставление еще 7,1 тысяч участков одобрено уполномоченными органами и договоры направлены на рассмотрение граждан. Началось освоение земли. «Дальневосточный гектар» вовлекает граждан в деловую активность и становится одним из драйверов развития Дальнего Востока, считает политолог и экономист Сергей Караганов.

«Дальневосточный гектар» — это один из катализаторов развития Дальнего Востока. Закон, призванный затронуть важные струны в сознании людей: любовь к своей земле и предпринимательскую жилку, чувство хозяина», — считает Декан факультета мировой политики и экономики НИУ ВШЭ, политолог и экономист Сергей Караганов. «Государство ориентировало программу «Дальневосточный гектар» на всех граждан – как на жителей небольших поселений, так и на горожан. И статистика показывает, что люди берут землю для обустройства жилья, для земледелия и под предпринимательские цели. Причем сельским хозяйством планируют заниматься менее трети от общего количества «гектарщиков».

Согласно исследованию Агентства по развитию человеческого капитала на Дальнем Востоке, 42% участников программы «Дальневосточный гектар» планируют построить себе жилье, 26% выбрали занятие сельскохозяйственной деятельностью и порядка 12% хотят обустроить дачный участок и личное подсобное хозяйство. Около 12% участников программы «Дальневосточный гектар» собираются реализовать проекты в туристической отрасли, а 8% выбрали для себя другие виды предпринимательства, среди которых открытие кафе, магазинов, заправочных станций и многое другое.

«50 тысяч граждан получили землю за эти два года – это люди, связывающие свою жизнь и будущее своих детей с Дальним Востоком. Они открывают семейный бизнес, строят себе жилье и даже создают новые населенные пункты. И это только самое начало, ведь развитие человеческого капитала – это игра в долгую, имеющая мультипликаторный эффект. По моему мнению, режимы ТОР и Свободного порта Владивосток, развитие инфраструктуры Дальнего Востока и, в частности, строительство моста на Сахалин и в Японию, а также успешный опыт первой волны получателей «дальневосточных гектаров» начнут привлекать жителей из других регионов. И, может быть, главное — даст дом дальневосточникам и сибирякам, которые хотят уехать с северов. Они останутся, а не уедут в центр страны или за границу», — рассказал Сергей Караганов.

Программа «Дальневосточный гектар» не только стимулирует предпринимательство, но и впервые за десятилетия активировала процесс, когда сами граждане инициируют создание новых населенных пунктов, а также возрождают и расширяют уже существующие поселения. Первым таким населенным пунктом стала агломерация «дальневосточных гектаров», расположенная на территории Кругликовского сельского поселения района им. Лазо Хабаровского края. Поселение получило символичное название «Дальневосточное». Всего на территории Дальнего Востока появилось более 80 агломераций «дальневосточных гектаров». По одной из них создан и по двум – создаются новые населенные пункты. Еще по 30 ведется расширение уже существующих поселений.

«Последние 10 лет идут под знаком смещения центра мировой экономики в страны АТР и в центральные, восточные и южные регионы евразийского континента. Там перспективные рынки – экономические, политические, любые другие. Эти регионы станут двигателями мировой культуры, духовной жизни. Именно на Дальнем Востоке должны появиться и новые центры России. «Дальневосточный гектар» — это возможность для жителей трудоизбыточных регионов и многочисленных моногородов глубинки России кардинально изменить свою судьбу и оказаться в эпицентре развития», — подчеркнул эксперт.

Программа «Дальневосточный гектар» предоставляет право каждому гражданину России на получение земельного участка площадью до одного гектара на Дальнем Востоке бесплатно. Оформление участка по программе «Дальневосточный гектар» проводится бесплатно, через интернет, с помощью Федеральной информационной системы «НаДальнийВосток.РФ». В течение первого года заявителю необходимо определиться с видом использования участка, через три года – задекларировать ход освоения. После 5 лет безвозмездного пользования участок можно получить в собственность или длительную аренду.

Министерство РФ по развитию Дальнего Востока

Россия. ДФО > Агропром. Недвижимость, строительство. Госбюджет, налоги, цены > agronews.ru, 13 августа 2018 > № 2714258


Россия > Агропром. Финансы, банки > agronews.ru, 13 августа 2018 > № 2714257 Григорий Монахос

Комментарий. Как спасти овощеводческие хозяйства от банкротства.

Аграрная наука в России в последние десятилетия влачила жалкое существование. Закрывались семеноводческие станции, многие работы были свернуты или прекращены. И только в последнее время ситуация начала исправляться, во многом благодаря западным санкциям.

Однако научный потенциал российских семеноводов остаётся высоким, и по многим направлениям мы находимся на мировом уровне.

Но все равно проблем много: дачники жалуются, что часто купленные даже в приличных магазинах семена почему-то не прорастают, сокращается реализация семян крупными игроками рынка, по некоторым культурам сохраняется зависимость от иностранных производителей. Короче говоря, трудностей немало, и надо что-то делать.

Эти и другие вопросы обсудили в ходе беседы издатель портала «Крестьянские ведомости», ведущий программы «Аграрная политика» Общественного телевидения России – ОТР, доцент Тимирязевской академии Игорь АБАКУМОВ и директор селекционной станции Тимирязевской академии, известный селекционер, ученый Григорий МОНАХОС.

— Григорий Федорович, что у нас происходит на рынке семян?

— Второй год подряд у нас реализация семян, в первую очередь агрохолдингам, резко сокращается.

— Это почему?

— Перепроизводство…

— Овощей?

— Овощей, главным образом открытого грунта. Отсутствие справедливой цены на овощи приводит к тому, что холдинги и фермерские хозяйства сокращают площади. Если в прошлом году, в апреле месяце, 4–5 рублей отпускная цена была после 7 месяцев хранения (а в Дагестане даже по 2,5 люди не могли продать овощи после хранения), в этом году, конечно, ситуация несколько лучше – цена 8 рублей. Но, честно говоря, это совершенно несправедливая цена. Тем более, что, если многие фермерские хозяйства сидят на отечественных семенах, прямой посев овощей используют, у них себестоимость порядка 2–3 рубля. А у агрохолдингов, особенного московских… Вспомните, какая в прошлом году была отвратительная погода. В середине июня еще шла посадка овощей, и урожай был довольно-таки низкий. Себестоимость – 7–8 рублей. И после 6 месяцев хранения продавать по таким ценам – это убыток. По существу, многие овощеводческие хозяйства оказались на грани банкротства. В этом году не так, сейчас есть прекрасный лук – это Ростовская область, Краснодарский край.

— А какая цена на него?

— 7–8 рублей – отпускная цена у фермеров. Но дальше — логистика и все остальное… Я честно вам скажу: овощи довольно-таки дешевые в этом году. Для населения они были дешевые. А это людей приучает к тому, что проще приобрести, чем самим корячиться, извините за выражение, на даче. Сейчас (ну, так, скажем, в среднем) один кочан капусты нормальной, 3–4 килограмма, хозяйке хватает на неделю — на две, а иногда и больше. Честно говоря, наши женщины несколько ленятся готовить…

— Да нет, просто полуфабрикатов стало много.

— Полуфабрикатов много, да. Поэтому и потребление уменьшается. Больше бананов, фруктов, всего стало. А вот возьмем борщевой набор – капуста, морковь, свекла, лук. Здесь потребление снижается. Поэтому и площади под эти культуры сокращаются. В начале 2000-х годов площади для выращивания капусты составляли в товарном овощеводстве 60 тысяч гектаров. В этом году, я был крайне удивлен, но статистика – 30 тысяч гектаров. В два раза сократились площади. И опять цены нет. Тут два фактора. Первое – современные технологии. Сейчас 100 тонн капусты с гектара – и Героя социалистического труда и капиталистического не дают. А раньше давали. Три года подряд 100 тонн с гектара – и Герой. Поэтому, если мы возьмем совхоз имени Ленина, Грудинина, 140 тонн с гектара – это у них рядовой урожай на нашей «Валентине», на нашем гибриде. Это известный факт.

— Это ваша селекция?

— Наша селекция. И в этом году 10 гектаров нашей селекции. Наш гибрид «Орион» показал самые прекрасные показатели по лежкости. И они 10 гектаров сейчас будут выращивать нашего гибрида.

— Григорий Федорович, сколько наших сортов (имеется в виду – российских) и сколько зарубежных сортов выращивается на наших полях – по овощам? Вот борщевой набор возьмем.

— Борщевой набор… Если брать морковь, то отечественных гибридов в семеноводстве нет. Все гибриды – 100% импортные. Мы сейчас только свой первый гибрид передали на испытания, гибриды Нелли Илларионовны Жидковой. К сожалению, семеноводство они не могут наладить после ее смерти. Свекла – мы выращиваем ежегодно 4–5 тонн своего сорта – самого вкусного, кстати. Двусемянная тыква.

— 4–5 тонн чего?

— Семян. Если исходить из того, что 4 килограмма на гектар этих семян надо, то тысяча гектаров. Это наш гибрид. Плюс есть еще хорошие сорта. Тут вопросов нет, это по свекле столовой.

Самые проблемные культуры – морковь и лук репчатый. По этим двум культурам российская селекция как бы отстает. Если взять капусту, то где-то около 20% мы занимали. Но в этом году, наверное, меньше будет, потому что площади под капустой уменьшаются. И, к сожалению, многие фермеры опять сошли на сорта из-за того, что очень дешевые семена.

— Многие на своих участках самостоятельно занимались своими семенами: это огурцы, капуста и так далее. Но в последнее время семена, которые покупают в магазинах, не дают всходов. В чем причина? Или у нас гибриды не способны давать новые семена?

— Размножают только сорта. Гибриды размножать не то что нецелесообразно — семян не получите. На базе цитоплазматической мужской стерильности вообще семян не будет, потому что отсутствуют пыльники. Морковь – она цветет, пыльников тоже нет. Вся морковь стерильная. Свекла – вы получите семена, проблем нет, но там дальше будет расщепление идти по признакам родителей. А если вы возьмете сорт, то проблем нет.

— А как отличить в пакетике сорт от не сорта?

— А там значок– F. F1 – значит, это гибрид. Если значок F1 не стоит – значит, это сорт. Смотрите, какая ситуация по луку. За рубежом уже созданы гибриды лука, устойчивые к ложной мучнистой росе (пероноспорозу). Но в России голландские фермеры их не регистрируют. Мы спрашиваем: «Почему?» Без ответа. «Не комментируем». А я вам объясню причину. Потому что все зарубежные семеноводческие фирмы принадлежат химическим концернам.

И сейчас, поставляя в Россию восприимчивые гибриды, так как своих практически нет, они еще (мы в среднем посчитали) ежегодно в Россию только для обработки лука, а его надо обработать 7–8 раз…

— Средства защиты растений завезут.

— …они еще 300 миллионов на системном фунгициде «Ридомиле» зарабатывают.

— То есть они завозят комплексную технологию?

— Да. И здесь этот как раз фунгицид. Теперь мы создали такой материал. И сейчас встала дилемма – можно выдать сорт, и тогда каждая бабушка на огороде, каждый наш огородник сможет отобрать лучшие луковицы и получить семена. Проблем нет, это сорт. А учитывая, что этот сорт – гомозигота по устойчивости, то расщепления не будет, пока с чем-нибудь другим не переопылите.

Мы 12 лет вели эту селекционную программу, и от государства ни одной копейки не получили. Я спрашиваю студентов: «Что нам сделать сейчас? Свалить рынок, дать таких два сорта и обеспечить всю Россию или потратить еще три года и закрыть мужской стерильностью, чтобы ни одна бабушка, ни один фермер не смог получить семена, и выстроить всех в очередь в Тимирязевскую академию?» Студенты говорят: «Григорий Федорович, мы живем в государственном капитализме. А почему мы должны что-то дарить нашему народу просто так? Ну, можно Минсельхозу или кому-то». Кстати, в прошлом году у нас была Голодец, и я ей об этом говорил. Это же социально значимая проблема.

— Конечно, конечно.

— Сделать сорт, доступный каждому нашему огороднику, но и чтобы нас профинансировали. Дальше эти программы вести мы не можем. Селекция – очень дорогое удовольствие.

Для того чтобы найти шедевр-сорт, нужно просмотреть около тысячи комбинаций. Вы представляете, какая адская и тяжелая работа? Это надо сначала скрестить и оценить на инфекционном фоне. Кстати, ген устойчивости мы передали от дикого вида. У нас прекрасные ученые в Тимирязевке. Людмила Ивановна Хрусталева нам в этом помогает – цитогенетик известный на весь мир. И мы это сделали. Это было очень сложно, потому что там, с точки зрения биологической, существует какой-то киллерный ген, который не дает… Но мы это все прошли обычным способом, без биотехнологий, без ничего, обычной классической селекцией, но пришлось в десятки раз больше сил на это потратить.

— Григорий Федорович, правду говорят, что голландцы охотятся за вашими учеными, которых вы готовите, и пытаются их переманить?

— Мы вошли в открытый мир, и ребята ищут там, где лучше, где к их труду относятся лучше, где достойная зарплата, достойные лаборатории. Кстати, сейчас нам устанавливают прекрасное оборудование. И мы, честно говоря, на новый уровень выходим.

— Григорий Федорович, а зарплату устанавливают вместе с оборудованием?

— Честно вам скажу, сейчас преподаватели получают очень большую зарплату, достойную. Правда, она не в виде оклада, а в виде всевозможных доплат. И, честно говоря, мы боимся. Не дай бог что-то изменится, и непонятно, доплаты будут существовать или нет. Мы не знаем. Но, поживем – увидим. Надеемся на лучшее.

— Поживем – увидим. У меня вопрос какой возник из-за того, что вы рассказывали. Вы говорите, что производство сейчас сворачивается, падает. Но потребление-то не падает, потребление-то овощей не падает.

— Я думаю, падает и потребление, капусты белокочанной тоже падает.

— Вряд ли. По себе сужу, по соседям. Все борщок делают, щи делают, капустку тушат, солят. Но дело в том, что, может быть, это все импорт?

— Нет, импорт очень дорогой. Я честно вам скажу. Я бываю за границей, так вот: меньше 1 евро там овощей нет – ни в Италии, ни в Сербии, нигде. И если даже они по 0,5 евро, то перевозка – и это будет уже 80–100 рублей за килограмм. Вы, когда заходите, видите брокколи – 300 рублей за килограмм. Это импорт.

— Вы сказали, что лук 5 рублей у фермера стоит за килограмм.

— Сейчас 8 рублей, осенью – 5 рублей.

— Но на рынке все знают, сколько стоит – реально в несколько раз больше.

— А сейчас существует парадокс: раньше на рынок ходили за дешевыми овощами, а сейчас дешевые овощи в сетях. Все перевернулось. Сейчас достойные овощи есть и в сетях тоже.

Мы в этом году в Бунятино на День овощевода 16 августа выставляем свои пять гибридов с генетической устойчивостью к киле капусты. Первой в мире такие гибриды вывела Syngenta, 18 лет их селекционный процесс длился. Мы первое скрещивание провели в 2006 году, причем передавали из репы через брюкву в белокочанную капусту. Сначала получили репо-брюквенный гибрид, а потом – белокочанную капусту. Теперь мы имеем отличную белокочанную капусту с прекрасными вкусовыми качествами и с генетической устойчивостью к киле. Причем наши гены более эффективны, чем зарубежные. И вот тут я отмечу: они гоняются за этим. Великая фирма Bejo Zaden не смогла этого сделать.

— Не смогла?

— И она лицензировала первый гибрид у Syngenta. И в этом году они будут передавать на регистрацию этот гибрид. А мы смогли. И мы в этом году пять выставляем, а на следующий год 30 гибридов выставляем.

— Григорий Федорович, скажите, пожалуйста, а вы патентуете все это дело?

— Да. Но патент от них нас не убережет. Мы теперь делаем иначе

и переводим это на мужскую стерильность – это так называемое биологическое патентование. То есть семена получить невозможно.

— То есть плод получите, а семена – нет.

— Мы получим кочан. Плод тоже не получим, потому что у капусты плод – стручок.

— Григорий Федорович, наши селекционеры-овощники –их много. Вы есть, «Поиск» есть, «Гавриш» есть, многие есть. На каком мы уровне по сравнению с овощным миром, так скажем?

— Мы уже на мировом уровне, это я вам реально говорю, на мировом, тем более Тимирязевка. Мы в Тимирязевской академии впервые – вот молодежь наша работает сейчас – научились делать линию удвоенных гаплоидов. Если раньше мы линию родительскую, с помощью которой скрещиванием и получаем гибриды, со своим учителем Анатолием Васильевичем Крючковым делали 16–18 лет, то теперь молодежь – за два года.

Допустим, мы берем неоплодотворенную яйцеклетку лука или другой культуры и из нее регенерируем растение, потом удваиваем число хромосом обычными способами (никакого ГМО здесь нет) и получаем чистую линию, на 100% чистую. А обычным способом надо 6–8 поколений принудительного самоопыления и отбора.

Дальше – использование молекулярных маркеров. Сейчас в фирме «Гавриш» наш выпускник Будылин Миша на мировом уровне работает. По 6–8 генам устойчивости спокойно праймерами мы ускоряем…

— Тимирязевская академия продает семена и рассаду?

— Наша главная цель – это обучение студентов и научные исследования. А приносящая доход деятельность – второстепенная для нас. Сейчас множество садовых центров, где все это можно купить. У нас был и магазин «Семена», но в рамках закона о госзакупках магазин функционировать не может, потому что для того, чтобы покупать семена, нужны торги и все остальное.

А вот что такое торги? Выставили… Допустим, нам нужен гибрид «Кураж» Гавриша Сергея Федоровича. Кто даст низшую цену. А самую низкую цену даст какой-нибудь жулик, который контрафактом нас и наградит. Для того чтобы нормально работал магазин, надо иметь 600–800 наименований. У нас в Тимирязевской академии мы 50 где-то своих шедевров, допустим, гибридов огурца, капусты можем набрать, а остальное – цветочки и все остальное должны закупать. А возможности такой нет.

Это, кстати, не только беда Тимирязевской академии, а всех научно-исследовательских институтов. Вы не представляете, какой урон нанесли этот закон, неправильное его понимание и применение. Все наши научно-исследовательские институты, для того чтобы заниматься семеноводством своих сортов, должны выставлять семена на торги. Представляете? И не тот, кто нам произведет высококачественные и прекрасные семена…

— А тот, кто дешевле даст.

— А тот, кто дешевле цену даст и все остальное. И приезжают жулики, берут эту элиту – и вся эта информация выставляется в свободном доступе: где мы производим семена, в каких объемах. Ну, это просто невозможно! Какой же бизнес? Неужели Syngenta или Monsanto такую информацию дают?

— Нет конечно.

— Никто не дает информации. Поэтому закон оказал нам медвежью услугу. Я понимаю, когда покупают стулья, скамейки, автомобили. Но другое дело, когда выполняется деятельность основная…

И по этому закону ну как мы можем конкурировать? Поэтому созданными МИПы, которые как бы…

— А МИП – это что такое?

— Малое инновационное предприятие в форме ООО, которое может обойти эти препоны и купить, например, чистые химикаты для лаборатории, которые нужны реально для того, чтобы получить тот товар, который мы делаем. То есть здесь удвоенные гаплоиды, молекулярное маркирование и все остальное. Я понимаю, что студента можно обучать, проводить практические занятия, где результаты – это не главное. Но когда мы делаем продукт, там должно быть все. Вы будете смеяться – даже агар, который поставляется в Голландию, только через американскую фирму. Мы попытались обойти, ну, купить… Нам отказали. Ну, мы теперь другими пользуемся, ничего страшного.

— Григорий Федорович, я встречался со многими селекционерами на Западе – в Европе, в Америке. Это достаточно состоятельны люди. Это хорошие машины, хорошие дома, хорошие наследники. Как у вас?

— У нас тоже, если частный бизнес… Сергей Федорович Гавриш – это хороший дом, хорошие машины. 25 лет фирме. 1,5 миллиарда – выручка.

— А у вас как?

— Понимаете, мы при вузе, у нас таких возможностей нет, а селекция хороша продвижением.

— Но вместе с тем к этому надо стремиться?

— Конечно, надо стремиться, тут никуда не денешься. Как говорят: «Как потопаешь, так и полопаешь».

Автор: «Крестьянские ведомости»

Россия > Агропром. Финансы, банки > agronews.ru, 13 августа 2018 > № 2714257 Григорий Монахос

Полная версия — платный доступ ?


Россия > Финансы, банки. Агропром > zol.ru, 10 августа 2018 > № 2710341 Корней Биждов

Отраслевые союзы направили в Госдуму РФ поправки ко второму чтению законопроекта об агростраховании

Национальный союз агростраховщиков и четыре отраслевых союза агропроизводителей выступили с единым предложением в части изменений, которые должны быть внесены в систему агрострахования с господдержкой в рамках рассматриваемого в Госдуме законопроекта. Об этом заявил президент НСА Корней Биждов, выступая с докладом на президиуме Всероссийского союза страховщиков 8 августа.

«Условия агрострахования с господдержкой должны быть понятны и востребованы для сельхозпроизводителей, поэтому НСА активизирует деятельность рабочей группы с привлечением экспертов отраслевых аграрных союзов», – заявил Корней Биждов.

На 24 сентября назначено второе чтение проекта о внесении изменений в Закон №260-ФЗ «О государственной поддержке в сфере сельхозстрахования…», который был принят Государственной думой РФ 3 июля. В связи с этим НСА, Национальный союз свиноводов, Национальный союз зернопроизводителей, Национальный союз производителей плодов и овощей и Союз участников рынка картофеля и овощей направили совместное письмо в Комитет по аграрным вопросам Госдумы РФ, ответственный за подготовку законопроекта. В письме союзы попросили учесть их общую согласованную позицию по четырем поправкам.

Данное письмо стало результатом заседания рабочей группы, на которой были обсуждены ключевые вопросы законопроекта, отметил К. Биждов. В частности, отраслевые аграрные союзы единогласно поддержали поправку, предложенную НСА, о внесении в закон статьи о дополнительных страховых программах, по которым также может быть оказана господдержка – наряду с основной программой, условия которой прописаны в законе.

Президент НСА подчеркнул, что поправка разработана в ответ на задачи, поставленные президентом России Владимиром Путиным и премьер-министром страны Дмитрием Медведевым на мероприятиях, на которых в 2018 г. обсуждался вопрос агрострахования – Совете Законодателей 27 апреля и совещании Правительства РФ 22 июня. «Президент обозначил цель повышения гибкости законодательства, премьер-министр – поручил принять меры к восстановлению охвата посевов страхованием, – отметил К. Биждов. – Но ни та, ни другая задача не будут полноценно решены, если система управления агрострахованием останется на действующем уровне. В настоящее время система агрострахования с господдержкой в силу конструкции закона фактически не может учитывать меняющиеся условия в отрасли АПК. Сейчас, например, и Краснодарский край, и Республика Бурятия вынуждены организовывать страхование урожая на одних и тех же условиях. Регионы один за другим просят учесть особенности их рисков и урожайности, что повысило бы спрос аграриев, но для каждого изменения в полисах нужно скорректировать федеральный закон, а затем подзаконную нормативную базу. Как показала практика – например, добавление риска наводнения в систему агрострахования после ЧС на Дальнем Востоке в 2013 году – внедрение изменений занимает не менее 2-3 лет. В то же время, другие страны более гибко и оперативно корректируют условия агрострахования».

Появление в законе пилотных программ облегчит задачу государству и по внедрению инноваций – таких, например, как страхование доходов аграриев, отметил президент НСА. «Опыт других стран – например, Китая – показывает, что новую программу страхования с господдержкой легче распространить на всю страну, если она была отработана в пилотном режиме, например, на нескольких регионах», – отметил он.

Инструментом для включения новых программ может стать план сельхозстрахования – документ, который утверждается ежегодно Минсельхозом РФ на основании предложений НСА и субъектов РФ на будущий год. «Этот документ должен приниматься до бюджетного процесса, соответственно, вопрос о необходимости корректировать бюджет на будущий год не будет возникать – тем более что для дополнительных страховых программ отдельного финансирования не должно требоваться, на них могут направляться средства, в целом предусмотренные на господдержку агрострахования в каждом регионе», – пояснил К. Биждов.

Еще две из предложенных поправок, согласованных союзами, касаются страхования сельхозживотных. Одна из них содержит предложение разрешить животноводческим предприятиям страховать по отдельности поголовье, размещенное на фермах в пределах одного субъекта РФ. Сейчас закон для получения господдержки требует, чтобы страховой полис был выписан в отношении всего поголовья вида животных, принадлежащих предприятию, что создает проблемы для холдингов, у которых фермы расположены в нескольких регионах. Вторая поправка затрагивает вопрос возмещения потерей предприятия в случае эпизоотий. Принятый в первом чтении законопроект включает в страховое покрытие риски ущерба предприятия от вынужденного убоя поголовья в случае распространения эпизоотий – опасных болезней животных, таких, как африканская чума свиней или птичий грипп. «Это предложение является настоящей инновацией даже для мировой практики, где этот риск обычно не покрывается страхованием или покрывается в другой конструкции, и очень важно, чтобы формулировка в законе была корректной», – пояснил президент НСА.

Четвертая поправка связана с предложением ограничить сроки уплаты первого страхового взноса для агрария при заключении договора страхования с господдержкой (в настоящее время аграрий оплачивает 50% стоимости договора, после чего обращается за субсидированием в орган АПК). «Союзы считают это неверным решением, так как принятие изложенных в текущей редакции законопроекта положений приведет к увеличению финансовой нагрузки на сельхозпроизводителей в период посевных работ. Это также лишит их возможности по соглашению со страховщиками уплачивать первый страховой взнос в рассрочку в случае нехватки текущих средств», – отметил К. Биждов.

Источник: Национальный союз агростраховщиков

Россия > Финансы, банки. Агропром > zol.ru, 10 августа 2018 > № 2710341 Корней Биждов


Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 10 августа 2018 > № 2700833 Сергей Ткаченко

Хлебная база №73 в І полугодии 2018 г получила почти 11 млн грн чистого дохода

По результатам финансово-хозяйственной деятельности ГП «Хлебная база №73» (входит в систему Госрезерва) чистый доход предприятия за 6 месяцев текущего года составил почти 11 млн грн, что по сравнению с аналогичным периодом прошлого года больше на 138%. Об этом рассказал директор ГП «Хлебная база №73» Сергей Ткаченко.

По его словам, причины динамики роста чистого финансового результата за 6 месяцев в сравнении с аналогичным периодом — увеличение оказание услуг по хранению и отгрузке партий зерна, уменьшение затратной части, уменьшение себестоимости за счет проведения ремонтных работ по подготовке материально-технической базы собственными силами.

Предприятие продолжает работы по модернизации мощностей элеватора и складских помещений. На сегодня закончены работы по перекрытию кровли двух складов напольного хранения.

«Модернизация и развитие наших производственных мощностей — это одно из основных приоритетных направлений ГП «Хлебная база №73», которое способствует наращиванию объемов заготовки, зерновых и масличных культур», — отметил директор предприятия Сергей Ткаченко.

По результатам деятельности предприятия в 1 полугодии 2018 г. оплачено почти 5,6 млн грн налогов.

На второе полугодие на предприятии планируют реконструкцию платформы автомобилепидйомника, установления новой линии сепарации, которая позволит увеличить отгрузки зерна на железнодорожный транспорт, ремонт кровли элеватора и складов.

Пресс-служба Госрезерва

Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 10 августа 2018 > № 2700833 Сергей Ткаченко


Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 10 августа 2018 > № 2700831 Максим Мартынюк

Урожай пшеницы меньше 2017 года не повлияет на экспортный потенциал Украины, - Мартынюк

Украинские аграрии в текущем году соберут на 2 миллиона тонн пшеницы меньше, чем годом ранее, что, однако, почти не отразится на внутреннем рынке страны, годовые потребности коего в продовольственной пшенице составляют 4,5 миллиона тонн, тогда как урожай соответствующего сорта прогнозируется на уровне 13 миллионов тонн.

Об этом в своей авторской колонке для издания "Экономическая правда" написал первый заместитель министра аграрной политики и продовольствия Максим Мартынюк.

Соответствующий прогноз базируется на данных от 5 августа, когда 89% площадей, засеянных этой культурой, уже были обмолочены.

"Урожай пшеницы ожидается на уровне 24 млн тонн (по факту уже собрано 21,7 млн), из них 13 млн – продовольственной. По состоянию на 5 августа балансы выглядят вполне благополучными, а ситуация – полностью контролируемой", - подчеркнул зам.министра, поспешив успокоить тех, кто переживает за валютные поступления в экономику, падение которых может вызвать падение курса национальной валюты и, в следствие, очередную волну инфляции.

По его словам, падение импорта продовольственной и фуражной пшеницы, соотношение которой в текущем году прогнозируется на уровне 55/45 соответственно, компенсируется за счет поздних культур, а в особенности кукурузы, повышенному урожаю которой такая погода наоборот поспособствовала.

Мартынюк также отметил, что хоть никто из профильных чиновников ни разу не произнес слова "квоты", по аграрному рынку страны их "призрак" все равно бродит, несмотря на то, что вопрос введения каких-либо ограничений на экспорт зерна министерством и вовсе не рассматривается.

"Уровень самоорганизации трейдингового рынка весьма высок, и я убежден, что мы обойдемся без крайних мер. В ближайшее время мы подпишем с зернотрейдерами меморандум, в котором закрепим прогнозные ожидаемые объемы экспорта продовольственной пшеницы", - подчеркнул чиновник.

Максим Мартынюк также напомнил, что в последний раз ограничения на экспорт зерна вводились правительством еще в 2010/2011 маркетинговом году. Замглавы профильного министерства также выразил надежду на то, что сознательность участников рынка и впредь будет держаться на уровне, достаточном, чтобы у Кабинета министров больше не возникало необходимости идти на подобные ограничения, и навсегда оставили подобные меры в прошлом.

Левый Берег

Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 10 августа 2018 > № 2700831 Максим Мартынюк


Россия. США > Агропром. СМИ, ИТ > forbes.ru, 10 августа 2018 > № 2698725 Кристофер Уинн

Горячие технологии: как работает пиццерия XXI века

Кристофер Уинн

президент Papa John’s в России

Доставка пиццы — традиционный бизнес, существующий в мире десятилетия, кажется, далек от высоких технологий. Но именно IT-инструменты способны превратить пиццерию к сверхрентабельное дело

Из-за высокой конкуренции держать пиццерию или целую сеть с доставкой считается не слишком прибыльным делом, далеким к тому же от актуальных информационных технологий. Однако ставка в ретейле именно на них может стать «коньком», который приведет вашу компанию к успеху.

В отличие от ресторанов у пиццерий есть одна особенность — высокая степень повтора заказов. То есть если клиент дважды заказал «Пепперони» на тонком тесте, высока вероятность, что в третий раз он снова выберет эту пиццу. Есть и другие закономерности: так, геймер сделает заказ поздно ночью, а многодетная мама чаще всего приобретет для своих детей пиццу «Гавайскую». Кстати, клиенты в России в 90% случаев выбирают готовый товар из меню, а не собирают из ингредиентов собственную. При этом у россиян выше лояльность к брендам, что объясняется меньшей насыщенностью рынка при большем разбросе по качеству.

Владельцу пиццерии также можно достаточно точно спрогнозировать «всплески» спроса на товар в дни праздников или крупных событий. Так, не одна компания сектора поставила рекорд продаж за пару часов до начала футбольного матча России с Испанией во время чемпионата мира. Отсюда вывод: на вас в продажах пиццы прекрасно работает статистика, ее только нужно отслеживать, с чем прекрасно справляются те самые информационные технологии.

Сам процесс приготовления пиццы очень технологичен. Даже визуально приготовление пиццы похоже на производственную линию больше, чем на кухню в ресторане, где всем руководит шеф-повар. Для каждой пиццы существуют четко определенные стандарты: свежесть, количество и вес ингредиентов, равномерность их распределения по поверхности пиццы, ширина коржа и многое другое. Это те же технологии, которые как раз и помогают достигать регламентированных стандартов качества, например, сокращают количество некачественно выполненных изделий и временные затраты на приготовление пиццы, повышают эффективность работы сотрудников и всего бизнеса в целом. Фактически технологии в данном разрезе помогают контролировать весь процесс приготовления пиццы, упрощают контроль производства.

Пицца любым путем

Сравнительно недавно, 15 лет назад, в России практически отсутствовала культура заказа доставки пиццы, участникам рынка приходилось начинать работу с чистого листа. Сегодня в этом сегменте бизнеса присутствует уникальная возможность использования различных каналов продаж. Пицца подходит для заказа онлайн или по телефону — ведь такие действия требуют от клиента минимальных усилий: набор опций понятен и прост. Согласно статистике, российские клиенты делают около 70% заказов онлайн, и это вполне обоснованно: большое количество молодых людей получают высшее образование, высокий процент населения пользуется интернетом. Любой ретейлер подтвердит: клиенты в России очень «продвинутые».

В 2017 году, по данным АКИТ, общий объем рынка онлайн-продаж в РФ составил 1,4 трлн рублей (на 13% больше, чем в годом ранее). Конечно, участникам рынка необходимо при своих расчетах учитывать специфику товара, который они продают в интернете, но средняя конверсия интернет-магазинов в секторе доставки еды, по данным исследования Online Store Base, достигает 14,9% — это самый высокий результат. Для сравнения: на втором месте по этому показателю находится позиция «билеты» на мероприятия с уровнем конверсии 7,8%.

Впрочем, и телефонные звонки — хотя и не прошлое, но не за ними будущее. Чаще всего покупателями пиццы являются люди от 18 до 35 лет. У этого поколения совсем другие отношения с миром информационных технологий, нежели было прежде. Представителю молодого поколения сегодня куда проще ответить в мессенджер, чем на телефонный звонок. В гостинице он вероятнее всего предпочтет пойти прямиком в свой номер, минуя ресепшен, открывая двери с помощью QR-кодов, которые получил во время онлайн-регистрации. Сегодня интеграция информационных технологий — это общий тренд для целого ряда отраслей.

Стоит сказать, что и обычных каналов продаж в виде рекламы и даже соцсетей, интегрированных со службой поддержки, уже недостаточно. В крупных городах заказы поступают через сайт и мобильное приложение, с помощью Telegram-ботов или каналов, получивших распространение в последнее время. Такими примерами могут служить Telegram-боты, которые внедрили российские сети La'Renzo и Palermo-Pizza. Повсеместно «расползлось» использование бесконтактных платежей Apple Pay, благодаря чему клиент может совершать покупки в приложениях и на веб-сайтах одним касанием пальца. Альфа-банк, известный своим передовым подходом к продажам услуг, предлагает, например, вернуть 8% от суммы покупок в сети пиццерии и на сайте одной петербургской сети. Компания «Мегафон» год назад предложила пользователям своих банковских карт вернуть 20% от стоимости каждой третьей покупки, сделанной с помощью Apple Pay.

В свою очередь, российский интернет-гигант «Яндекс», как никто другой, понимает, насколько важно для бизнеса привлечь внимание молодежи для получения прибыли и сократить время заказов. Уже сегодня его голосовой помощник «Алиса» позволяет пользователям интернета заказывать пиццу. Кстати, «Яндекс» уже открыл платформу для сторонних разработчиков, и подключение помощника к сервису доступно для любой компании — можно обучать «Алису» новым навыкам и привлечь пользователей к своим проектам.

В этом ряду нужно упомянуть новый пока для России и даже всего мира сервис, позволяющий клиенту совершать оплату с помощью системы распознавания лиц камерой, установленной на кассе. Это удобно и безопасно: человек не вводит пароль банковской карты и не передает сигналы от смартфона POS-терминалу. Посетителю вообще не нужно иметь при себе ни наличные деньги, ни карт, ни смартфона. Сервис предлагает ряд партнеров SWiP, сервиса для оплаты счетов с помощью мобильного телефона, партнерами которого являются MasterCard, Visa, «Мир».

Роспотребнадзор и уставший курьер

Вообще целый ряд внутренних процессов может выполняться в режиме онлайн. Например, курьер, который развозит заказы, имеет возможность подрабатывать в незакрепленной за ним пиццерии в свой выходной, а не искать еще одну работу на это время, как часто бывает. В случае нехватки людей менеджер соответствующего заведения размещает на платформе компании запрос, доступный для откликов сотрудников курьерской службы. А если курьер провел за рулем много времени, система этот момент отследит и просигнализирует.

Существуют на сегодняшний день и специальные веб-приложения, которые автоматизируют системы контроля и взаимодействия с госорганами, например, Роспотребнадзором. Они помогают обеспечивать соответствие стандартам качества компании и осуществлять проверки действующих пиццерий. Это значительно экономит время проверяющих, позволяет рассылать результаты проверки автоматически и тут же составлять план по работе с нарушениями или отклонениями от нормы. Приложение загружается в телефон — с его помощью можно делать фотографии и оставлять комментарии. При этом руководитель пиццерии может подтвердить результат проверки путем ввода персонального кода.

Примером внедрения информационных технологий в продажи пиццы может служить еще одна российская разработка, которая сейчас проходит тестирование в РФ и США. Так, Papa John’s внедрила систему оценки качества пиццы на основе искусственного интеллекта: на основе 700 000 фотографий нейросеть умеет определять и оценивать по 10-балльной шкале соответствие пиццы международным стандартам качества. Та работа, которая выполнялась аналитиками выборочно, теперь применяется системой на практике повсеместно. Пиццерии оборудованы камерами, каждая пицца получает оценку. Если суммарный балл оказывается ниже восьми, заказ переделывается. В дальнейшей перспективе система предоставит возможность клиентам сфотографировать полученную от курьера пиццу, загружать снимок на сайт продавца и самостоятельно оценивать качество. Таким образом, весь цикл будет охвачен, а нейросеть получит дополнительные материалы для обучения.

Россия. США > Агропром. СМИ, ИТ > forbes.ru, 10 августа 2018 > № 2698725 Кристофер Уинн


Казахстан > Агропром > zol.ru, 9 августа 2018 > № 2708806 Жанна Акишева

Почему казахстанское зерно теряет свою конкурентоспособность на рынке

В НПП «Атамекен» объяснили, почему казахстанское зерно теряет свою конкурентоспособность на рынке, передает МИА «КазАкпарат».

«Действительно, доля пшеницы, вообще структура посевных площадей занимает более 55 процентов. Для внутреннего потребления нам необходимо порядка 9 - 9,5 млн тонн, это в том числе фуражные и несеменные формы. По прошлому году мы собирали порядка 20 млн тонн зерна, в том числе пшеницы около 15 млн тонн. Это еще с учетом экспорта зерна и муки в зерновом эквиваленте порядка 7 - 8 млн тонн ежегодно экспортировали. У нас средняя урожайность за последние 5 лет не превышала 12 центнера с гектара. Это получается чуть больше одной тонны. При этом затраты на один гектар составляют по прошлому году 35-40 тысяч тонн. Цена реализационная была практически на том же уровне, получали одну тонну и перекрывали только эти же затраты», - отметила заместитель директора департамента АПК и пищевой промышленности НПП «Атамекен» Жанна Акишева.

По ее словам, в других странах при таких же осадках урожайность доходит до трех - пяти тонн с гектара. Представители НПП также добавили, что в России за последние годы резко повысили урожайность за счет использования новой более эффективной техники и семян.

«К чему я все это веду? Как альтернативный вариант необходимо переходить на высокодоходные и маржинальные культуры, такие как масличные - лен, рапс, чечевица, картофель», - добавила Жанна Акишева.

Эксперт уточнила, что с картофеля можно поучать прибыль по 55 тысяч тенге за тонну.

«Урожайность можно получить до 25 тонн с гектара. Аналогичная ситуация по сое, рапсу. Там в структуре затраты около 15 процентов идет ГСМ. Это где-то около 30 -35 тысяч тенге затраты на один гектар. Это как альтернативный вариант - необходимо переходить на высокодоходные варианты. Эти культуры экспортоориентированные, дают высокий валовой доход и при этом себестоимость затрат ниже», - заключила Жанна Акишева.

Источник: Казах-ЗЕРНО

Казахстан > Агропром > zol.ru, 9 августа 2018 > № 2708806 Жанна Акишева


Белоруссия > Агропром > zol.ru, 9 августа 2018 > № 2708798 Эрома Урбан

Ученые считают необходимым увеличить в Беларуси посевные площади озимой ржи.

Об этом рассказал сегодня журналистам заместитель генерального директора по научной работе Научно-практического центра НАН Беларуси по земледелию Эрома Урбан, передает корреспондент БЕЛТА.

"Разработана научно обоснованная для Беларуси структура посевных площадей. В некоторых областях, в том числе в Гомельской, по мнению ученых, ушли от посевов озимой ржи. Это наиболее адаптивная культура. В Польше озимая рожь занимает 1,2 млн га, в Беларуси посевы снизились до уровня 270-300 тыс. га. Мы считаем, что это неправильно. В Гомельской области должно быть не менее 100-110 тыс. га озимой ржи. Эту ситуацию надо исправлять", - сказал ученый.

Касаясь уборочной кампании, он отметил, что весной виды на урожай были достаточно оптимистичными. "Перезимовка озимых прошла нормально. Мы рассчитывали получить около 9 млн т зерновых, но погода внесла свои коррективы, началась засуха. Определенные потери есть, но госзаказ будет выполнен в полном объеме. Уже заготовлено более 500 тыс. т, около 58% госзаказа", - уточнил Эрома Урбан. По его словам, урожайность зерновых сегодня меньше прошлогодней на 8 ц/га - 27,3 ц/га.

Источник: Белта

Белоруссия > Агропром > zol.ru, 9 августа 2018 > № 2708798 Эрома Урбан


Россия > Агропром > zol.ru, 9 августа 2018 > № 2708797 Ирина Глазунова

Урожай проса сократится до восьмилетнего минимума

В России в сезоне-2018/19 ожидается снижение валового сбора проса до минимального за последние восемь лет показателя — 296 тыс. т, прогнозируют аналитики «АПК-Информ». В сравнении с предыдущим сезоном производство зерновой агрокультуры снизится на 7%. Минимальный урожай был зафиксирован в 2010 году — 132 тыс. т, в прошлом году он составил 317 тыс. т.

Основной причиной снижения производства является дальнейшее сокращение посевных площадей проса, которые в предыдущие годы превышали 400 тыс. га. В прошлом году они уменьшились до 268 тыс. га, в этом — до 259 тыс. га. В том числе в Приволжском федеральном округе, на который приходится более 60% всех посевов, площади уменьшились на 5 тыс. га до 158 тыс. га. В Южном федеральном округе сокращение составило 12 тыс. га (до 64 тыс. га) при одновременном расширении посевов в Сибири на 8 тыс. га до 16 тыс. га. При этом состояние посевов вызывает опасение экспертов. «В Саратовской и Ростовских областях, которые являются крупнейшими производителями агрокультуры, растения пострадали от жары и засухи, в результате чего урожайность ожидается ниже прошлогодней», — рассказала «Агроинвестору» заместитель гендиректора Института конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР) Ирина Глазунова.

В результате снижения урожая общее предложение проса с учетом переходящих запасов в сезоне-2018/19 может снизиться до 529 тыс. т, что на 30% ниже показателя текущего сельхозгода, прогнозирует «АПК-Информ». Тем не менее, по оценке аналитиков агентства, несмотря на снижение предложения импортные поставки проса в Россию будут относительно невелики и составят не более 1−2 тыс. т. «Наиболее вероятным представляется снижение использования проса на кормовые цели — до 100 тыс. т против 210 тыс. т сезоном ранее, в пользу чего свидетельствует текущей уровень цен на зерновую. Использование проса на продовольственные цели сохранится на уровне сезона-2017/18 — порядка 190 тыс. т», — считают эксперты. Глазунова, в свою очередь, не исключает возобновления импорта пшена.

Ранее ИКАР оценивал потребности внутреннего рынка в просе на уровне 450−500 тыс. т. Таким образом, в 2018 году второй год подряд валовой сбор окажется значительно ниже потребностей рынка. Это может привести к дальнейшему росту цен на просо и пшено, прогнозирует Глазунова. По данным ИКАР, за последние 12 месяцев пшенная крупа в оптовом звене подорожала в 2,1 раза, восстанавливаясь после падения в предыдущие два сезона, и в июле стоила в среднем уже 30,6 руб./кг. Это максимальное значение за последние семь лет. «Тренд на повышение будет сохраняться и в дальнейшем», — прогнозирует Глазунова. Она не исключает, что может повториться сценарий сезона-2010/11, когда после двух подряд неурожайных лет цена в опте достигала почти 45 руб./кг, а в рознице превышала 56 руб./кг.

Пока же динамика цен на пшено в рознице менее выражена, чем в оптовом звене. Согласно официальной статистике, в июле средняя потребительская цена на пшено составляла 38,47 руб./кг, что на 22% выше уровня начала сезона-2017/18 и аналогичной даты 2017-го. Как ранее пояснял «Агроинвестору» вице-президент Российского союза мукомольных и крупяных предприятий Игорь Свириденко, пшено — не самая популярная крупа в стране, к тому же крупы являются взаимозаменяемыми, что сдерживает рост потребительских цен. Если пшено начинает продаваться дороже риса или гречки, то покупатели переключаются на эти продукты.

Источник: Агроинвестор

Россия > Агропром > zol.ru, 9 августа 2018 > № 2708797 Ирина Глазунова


Россия > Агропром. Медицина > fsvps.ru, 9 августа 2018 > № 2707030 Ольга Подкопаева

ХАССП: интервью заместителя начальника отдела оценки рисков безопасности пищевой продукции подведомственного Россельхознадзору ФГБУ ЦНМВЛ Ольги Подкопаевой для журнала «Мясная промышленность».

Чуть более трех лет назад российские предприятия, работающие в области пищевой промышленности (изготовление, хранение, перевозка, реализация или утилизация пищевой продукции), обязали иметь работоспособные процедуры ХАССП. Однако до сих пор внедрение систем менеджмента безопасности пищевой продукции (далее – СМБПП) вызывает у пищевиков множество вопросов. Нужно ли сертифицировать эту систему менеджмента отдельно или достаточно ее разработать и применять? Кто должен создавать необходимую документацию по пищевой безопасности для предприятия? Какой стандарт выбрать для своего предприятия? На эти и другие вопросы отвечает заместитель начальника отдела оценки рисков безопасности пищевой продукции подведомственного Россельхознадзору ФГБУ ЦНМВЛ Ольга Подкопаева.

— Ольга Сергеевна, разъясните, является ли требование к сертификации системы менеджмента безопасности пищевой продукции обязательным и каким нормативным документом это требование регламентируется?

— Согласно Техническому регламенту Таможенного союза ТР ТС 021/2011 «О безопасности пищевой продукции» (ст. 10, п. 2) «… изготовитель должен разработать, внедрить и поддерживать процедуры, основанные на принципах ХАССП». Про сертификацию же самой системы в этом документе не упоминается. Сертификация систем менеджмента безопасности пищевой продукции, которые основаны на принципах ХАССП, в России носит добровольный характер.

— Что мотивирует предприятия проходить добровольную сертификацию?

— Например, предприятие уже имеет действующую СМБПП и желает провести оценку ее соответствия. В этом случае компания обращается в компетентный аккредитованный орган по сертификации и в случае положительных результатов аудита получает заветный сертификат. Другой вариант — предприятие является поставщиком для ритейла, и наличие сертифицированной СМБПП становится своеобразным бонусом при заключении контрактов на поставку продукции. Часто определенные требования к наличию сертифицированной СМБПП выдвигают иностранные заказчики. Кроме того, такая сертификация может потребоваться для предприятий, которые участвуют в тендерах.

— Какова предыстория создания общеизвестных стандартов по пищевой безопасности в России?

— В «нулевые» годы никаких технических регламентов Таможенного союза не существовало. В 2001 году вышел ГОСТ Р 51705.1-2001, который был разработан на основе требований директивы Совета Европейского Сообщества 93/43 «О гигиене пищевых продуктов». Название этого документа говорит само за себя: «Управление качеством пищевых продуктов на основе принципов ХАССП». Здесь нет понятия системы менеджмента пищевой безопасности и нет попыток привести его к единой структуре с вышедшим в том же году ГОСТ Р ИСО 9001-2001, устанавливающим требования к системе менеджмента качества. Возможно, поэтому многие предприятия не воспринимают его всерьез. И, по-моему, напрасно. Тем предприятиям, которые только начинают разработку системы ХАССП, необходимо ознакомиться именно с этим стандартом. После его изучения сложится четкое представление о том, что представляет собой «анализ рисков и критические контрольные точки». Здесь объясняется методика оценки рисков пищевой безопасности, а также работа по построению системы ХАССП в целом. Для своего времени это был очень полезный стандарт. Кстати, и сегодня можно пройти сертификацию на соответствие требованиям данного ГОСТа.

— Но все же большей популярностью сейчас пользуются другие стандарты.

— Да, жизнь не стоит на месте. Предприятия, которые хотят построить и совершенствовать уже полноценную СМБПП, обычно выбирают широко распространенный стандарт ISO 22000. В России он был принят в 2007-м, на два года позже европейского «оригинала», и стал обозначаться как ГОСТ Р ИСО 22000-2007. Он устанавливает требования к организациям, участвующим в цепи создания пищевой продукции. По поводу цепи поставки вспомним принцип Кодекс алиментариус: «от грядки до вилки». Этот стандарт описывает требования к построению полноценной системы менеджмента безопасности пищевой продукции, гармонизирован со стандартами ИСО серии 9001 и использует некоторые его термины и определения. Более того, приведено соответствие элементов этого стандарта с ИСО 9001, что должно помочь тем предприятиям, которые уже имеют систему менеджмента качества.

ISO 22000 требует от предприятий четко разделять виды мероприятий по обеспечению пищевой безопасности на три этапа. Первый – программы обязательных предварительных мероприятий (в соответствии с законодательными и другими нормативными документами). Второй – оперативные программы обязательных предварительных мероприятий (обязательно в рамках конкретного техпроцесса). И третий – планы ХАССП (что делать, если после выполнения первых двух программ риск пищевой безопасности по-прежнему существует). Внедрив и (или) сертифицировав данную систему, предприятие получает мощный инструмент, позволяющий предотвратить выпуск небезопасной продукции.

В мире существуют и другие стандарты на СМБПП, например, IFS и BRC. Они также несут в себе элементы анализа рисков и определения критических контрольных точек. Многим предприятиям интересна схема сертификации FSSC 22000. Однако надо понимать, что это не самостоятельный стандарт, а лишь схема, по которой предприятие может пройти сертификацию. Тем не менее, наряду с BRS и IFS, она входит в Глобальную инициативу по безопасности пищевой продукции - GFSI, девиз которой «Сертифицирован однажды – признан везде». Некоторые ритейлеры признают сертификацию по стандартам, входящим в GFSI, и в случае положительных результатов освобождают предприятие от аудита со стороны торговой сети. Пройти сертификацию по данной схеме сложно, и все же в России с каждым годом увеличивается число сертифицированных по GFSI предприятий пищевой отрасли.

— С какими проблемами чаще всего приходится сталкиваться предприятию в процессе внедрения СМБПП?

— Требования к построению СМБПП актуальны для всех без исключения предприятий пищевой промышленности. Объем документации, безусловно, будет зависеть от размеров предприятия и других особенностей бизнеса. Но если предприятие приняло решение соответствовать ISO 22000, все требования этого стандарта должны быть выполнены.

К одной из главных проблем следует отнести неверное распределение полномочий среди персонала. Часто всю работу по обеспечению функционирования системы осуществляет один сотрудник. К тому же, эта работа ведется лишь «на бумаге» для успешного прохождения аудитов. В результате — на любой проверке любой шаг в сторону от конкретного сотрудника оборачивается провалом для предприятия. Залог успешного внедрения СМБПП – это объединение знаний, навыков и опыта всех сотрудников для построения системы. Так, очень полезным при проведении того же анализа рисков может стать «мозговой штурм», когда ключевые специалисты подразделений предприятия собираются за одним столом. Даже если предприятие обращается к помощи консалтинговой фирмы, каждый сотрудник должен быть вовлечен в работу, проводимую консультантами, и участвовать в обсуждении и разработке документации.

— Можно ли приобрести готовую документацию и адаптировать ее под конкретное предприятие пищевой промышленности? Не удобнее ли это для организации, особенно для небольшой?

— Руководители часто стремятся упростить процедуру сертификации и готовы приобрести пакет стандартных документов «под ключ». Теоретически это, разумеется, возможно. Но… любой шаблонный документ потребует адаптации под конкретное производство. Каждое предприятие уникально по своему кадровому составу, оборудованию, осуществлению техпроцессов и т.д. Более дальновидно создать документ «с нуля», согласовать его со всеми заинтересованными подразделениями, опираясь на требования ТР ТС, СанПиН, стандартов на СМБПП. В результате предприятие получит полностью подходящую документацию, а не адаптированную и не всегда корректную версию документов другой организации. Значит ли это, что шаблонами пользоваться нельзя? Конечно, нет, но надо быть в постоянном диалоге с консультантами и не работать с фирмами, которые не будут консультировать по адаптации и внедрению документов. Сопровождение консалтинговой компании на этапе самостоятельной работы с шаблонами исключительно важно.

— Реальность такова, что в России немало предприятий, которые не могут себе позволить современное оборудование, просторные помещения, новый транспорт…

— Прежде, чем разрабатывать СМБПП для предприятия, необходимо вспомнить, из чего, собственно, состоит система ХАССП? А состоит она из предварительных условий – базовых требований к зданиям, сооружениям, оборудованию, технологиям, программам оперативных мероприятий. И лишь затем идут выявленные критические контрольные точки (которые при грамотном выполнении базовых требований и налаженной ежедневной работе могут и вовсе отсутствовать). Требования к содержанию программ обязательных мероприятий описаны в ISO 22000. В нашей стране требования обязательных предварительных мероприятий – это требования СанПин, ГОСТ, ведомственных строительных норм и т.д. Если все это уже существует на предприятии, то и затраты на внедрение СМБПП будут минимальны. А если предприятие не вкладывается в инфраструктуру, в персонал, в технологию, у него нет средств на выполнение базовых требований, внедрять СМБПП придется долго и дорого во всех смыслах.

— Руководители небольших предприятий иногда утверждают, что небольшие размеры не позволяют им выполнять все требования системы ХАССП. Так ли это на самом деле?

— Да, бывает сложно доказать, что нет глобальных отличий в базовых требованиях к, например, маленькому мясоперерабатывающему предприятию и к большому. Если, к примеру, не должно быть пересечения поточности от сырья к готовой продукции, то это нужно выполнять. Случается, что санитарную уборку на предприятиях производят бытовыми моющими средствами, аргументируя это тем, что предприятие маленькое, уборку делают раз в неделю, да и финансирование на профессиональные моющие средства отсутствует. Такой подход недопустим.

— А в чем вы видите основной риск на мясном производстве?

— В мясной промышленности, как на крупных, так и на малых предприятиях основная опасность исходит от поставляемого сырья. Пытаясь удешевить производство и быть более конкурентоспособными, предприятия зачастую покупают более дешевое сырье, которое, конечно же, может не только ухудшить качество, но и оказаться попросту опасным (речь идет не только о приеме животных со скрытыми заболеваниями, но и о наличии гормонов и антибиотиков). Подобные проблемы есть и в остальных отраслях. На качестве нельзя экономить. Все должно быть соразмерно нормальному сырью и ингредиентам. В идеале при внедрении системы ХАССП и правильном подходе по распределению обязанностей предприятие получит значительную выгоду в результате уменьшения небезопасной продукции, грамотного построения работы каждого сотрудника, детальной отчетности и прослеживаемости на всем технологическом промежутке. Конечно же, огромную роль необходимо уделять фермам по выращиванию живка, контролируя корма, профилактические мероприятия, лечебную практику, условия содержания и т.д.

Сейчас активно развиваются предприятия с огромными мощностями производства, использующие современное и абсолютно новое оборудование, новую технологию, новые подходы к производству. Нормативная база отрасли порой не успевает учитывать новые особенности производства при мегаобъемах и, тем более, разрабатывать или менять требования к данным предприятиям. В результате возникает риск развития патогенной микрофлоры совершенно в неожиданных местах. И для того чтобы обнаружить это слабое место и причину, требуется немало времени, немало ресурсов и опыт сотрудников.

Нам часто приходится сталкиваться и с новыми предприятиями малой мощности, которые только запускают производство. Удивительно, что при немалых затратах на постройку цеха и закупку оборудования сама постройка нередко непригодна к данному виду деятельности, поскольку не был учтен ряд необходимых помещений при составлении плана предприятия. Конечно, при функционировании такого цеха в первую очередь возникнет риск развития патогенной микрофлоры, и избавиться от него будет трудно, ведь причину (отсутствие необходимых помещений для работы) исправить будет крайне сложно, если не невозможно.

Большие проблемы с безопасностью продукции все чаще возникают при работе неквалифицированного персонала. Здесь риски могут быть любые: привнесение патогенной микрофлоры на любом этапе технологического процесса из-за пренебрежения требованиями к гигиене персонала, завышенные количества различных химических веществ в продукции из-за несоблюдения технологии и рецептуры, различные посторонние предметы в готовой продукции.

Это самые распространенные риски на мясном производстве, конечно, в каждом конкретном случае они будут индивидуальны.

— Как правильно выбрать орган по сертификации и консалтинговую компанию для разработки и внедрения СМБПП? Какие документы консультанты должны предоставить заказчику?

— В соответствии с Федеральным Законом РФ «Об аккредитации» (№ 412-ФЗ) орган по сертификации, выдающий сертификаты соответствия систем менеджмента, должен быть аккредитован. Такая аккредитация осуществляется в целях обеспечения доверия к результатам оценки соответствия и создания условий для взаимного признания государствами-торговыми партнерами Российской Федерации результатов оценки соответствия.

Для обеспечения доверия к сертификатам на системы менеджмента и их признания на территории России, Таможенного союза, СНГ и стран, заключивших торговые соглашения с Россией (ВТО), орган по сертификации, выдающий сертификат, должен иметь действующий аттестат аккредитации, выданный Росаккредитацией, и быть внесён в государственный реестр аккредитованных лиц. Единственным аккредитующим органом, который вправе проводить аккредитацию органов по сертификации, является Федеральная служба по аккредитации. Процедура аккредитации органа по сертификации непростая и затратная.

Что касается консультантов, то сейчас нет требований к тому, кто конкретно может заниматься разработкой и оказывать подобные услуги (не путать с проведением аудита по сертификации, там работают исключительно эксперты). Консультации по разработке может давать и частное лицо, и сотрудник предприятия, а также любой человек, который имеет соответствующий опыт. Лучше, конечно, за помощью обращаться к профессионалам, которые имеют соответствующие производственной отрасли базовое образование и опыт. Важный момент: консультации по разработке системы ХАССП не могут оказывать те консультанты или эксперты, которые в дальнейшем будут вас сертифицировать. Это запрещено ГОСТ Р ИСО/МЭК 17021-1 – 2017 п.4. Здесь идет речь о заинтересованности сторон и отсутствии беспристрастности к выполнению требований СМБПП предприятием.

— Как в целом «приживается» обязательное внедрение СМБПП на российских предприятиях?

— Конечно, период адаптации не прошел для предприятий безболезненно. Большая часть производителей понимала, что нужно работать не только над количеством продукции, но и над ее качеством и безопасностью. Другие же не спорили, а покупали документы, которые просматривались только при проверках надзорными органами. Оставшейся (меньшей) части представителей предприятий подобный подход к ведению производства знаком еще с советских времен. Именно с такими предприятиями и сотрудниками получалось легко, а самое главное - результативно работать.

Сейчас можно услышать отзывы предприятий, проработавших по системе ХАССП, о том, что им очень нравится система планирования, распределение ответственности, нравится смотреть на предприятие и технологию со стороны потенциального риска и угроз безопасности продукции, которую они производят. Их устраивают система предоставления информации руководству и анализ со стороны руководства, внутренние аудиты не в наказание, а в помощь единому общему делу. Приятно идти на рабочее место, зная, что есть группа, которая действует в одной направленности – в интересах потребителя. Многие предприятия отмечают, что стало легче работать, а за качество и безопасность своей продукции можно ручаться, имея хорошую доказательную базу, построенную и отработанную изнутри, своими силами - систему ХАССП.

К сожалению, при очевидной пользе от предполагаемого внедрения СМБПП на предприятиях приходилось сталкиваться и с неработоспособными системами, не имеющими ничего общего с обеспечением безопасности пищевой продукции. Встречается довольно много «покупных» сертификатов при полностью отсутствующей СМБПП. Причем специалисты органов по сертификации, выдающие такие сертификаты, даже не утруждают себя приездом на предприятие для проведения сертификационного или инспекционного аудита. В результате при попытке, например, заключить договор на поставку продукции в какую-либо крупную торговую сеть предприятие не проходит аудит по заказу данной сети и заключение контракта срывается. Надо сказать, что большую роль во «вживаемость» системы ХАССП в сердца и мысли сотрудников предприятий сыграли и играют до сих пор торговые сети. Они как никто другой заставляют СМБПП работать не на бумаге, а на деле.

Материал подготовила Полина Макаренко, журнал «Мясная промышленность», № 3 август 2018.

Россия > Агропром. Медицина > fsvps.ru, 9 августа 2018 > № 2707030 Ольга Подкопаева


Украина > Агропром. Внешэкономсвязи, политика > ukragroconsult.com, 9 августа 2018 > № 2700866 Николай Горбачев

В УЗА не видят риска для продовольственной безопасности Украины

В меморандуме, как и в прошлые годы, необходимо отображать экспорт не только продовольственной, но и фуражной пшеницы.

Об этом в комментарии Latifundist.com заявил президент Украинской зерновой ассоциации (УЗА) Николай Горбачев.

«Мы, как УЗА, не согласны с рядом позиций меморандума. Начнем с того, что мы вообще не видим никакого риска для продовольственной безопасности страны. Украина в этом году, по нашим оценкам, произведет около 24-25 млн т пшеницы. Рынок ожидает, что будет экспортировано 16 млн т. С учетом того, что население потребляет 4 млн т, никакой проблемы не существует», — отметил эксперт.

По его мнению, цифра в 5 млн потребления завышена, потому что не учитывается огромное количество «заробитчан», которые в стране не проживают. Речь идет о 8-10 млн украинцев вне территории страны.

«Сейчас министерство нас по сути шантажирует, дескать, большинство игроков согласны с нынешними положениями меморандума. Но мы общаемся между собой, с другими ассоциациями — я не нашел 100%-го согласия», — комментирует Николай Горбачев.

При этом, он сообщает, что надо убрать пункт о 1-5 классе «продоволки» так как этот пункт вызывает диссонанс у международных партнеров.

«Наш 5 класс для них не является продовольственной пшеницей. Проблемы с нашими стандартами никого в мире не интересуют», — отметил президент УЗА.

Николай Горбачев добавляет, что в последней версии меморандума пункт, согласно которому за 2 месяца участники рынка должны быть предупреждены о возможных ограничениях, — правильное решение. Ведь раньше этого пункта не было, а в предыдущей версии — только 21 день.

«Все должно быть в пределах ожиданий, мы «в одной лодке», и эти колебания никому не нужны. И любые дискуссии то ли вокруг непонятных объемов, то ли качества зерна, несут тревогу международному рынку и вредят репутации страны», — добавляет Николай Горбачев.

Напомним, что в 2018/19 маркетинговом году Украина сможет экспортировать только 8 млн т пшеницы продовольственных I-V классов.

Elevatorist.com

Украина > Агропром. Внешэкономсвязи, политика > ukragroconsult.com, 9 августа 2018 > № 2700866 Николай Горбачев


Россия > Агропром > forbes.ru, 9 августа 2018 > № 2698740 Сергей Михайлов

Невидимый пастух. Как государство регулирует рынки мяса

Сергей Михайлов

генеральный директор Группы «Черкизово»

Россия обновляет доктрину продовольственной безопасности и приступает к разработке новой программы развития аграрного комплекса. На Западе консенсус между государством и участниками рынка в регулировании агропромышленного комплекса найден давно. В чем он заключается и какие выводы можно сделать, изучая западный опыт?

Аграрные рынки — это, по сути, не «рынки», а гибридные системы, где влияние государства уравновешивает «невидимую руку», о которой писал Адам Смит. Это особенно ярко проявляется на рынках продукции животноводства. Государства выращивают национальных чемпионов и ограничивают импорт до тех пор, пока их компании не становятся конкурентоспособными. Чем ниже издержки производства, тем либеральнее подход к внешней торговле. С точки зрения ВТО существуют легитимные и нелегитимные методы регулирования рынка. Между ними лежит «серая» зона — приемы, которые периодически оспариваются торговыми партнерами. Рассмотрим «инструментарий» на примере двух рынков: рынка говядины США и рынка свинины ЕС.

Несвободные рынки

Вплоть до конца 50-х годов прошлого века рынок говядины США практически всецело принадлежал американским фермерам. Импорт составлял около 2% потребления. Проблемы начались после пересмотра соглашения о поставках австралийского мяса на рынок Великобритании в 1958 году. До этого Австралия должна была поставлять основной объем своей говядины в метрополию. Но Великобритания стремилась развивать собственное производство, и новое соглашение снимало это ограничение. Поставки австралийской говядины в США начали быстро расти. Доля импорта выросла до 8%, и уже в 1964 году от либертарианского принципа laissez-faire пришлось отказаться: были введены первые импортные квоты. Конгресс дал администрации президента полномочия оговаривать с торговыми партнерами «добровольные» ограничения на поставки при достижении определенных уровней импорта.

В противном случае США могли ограничить ввоз в одностороннем порядке. Такое решение несло очень серьезные репутационные издержки: ведь формально США продолжали отстаивать принципы «свободной» торговли. Доля импорта в потреблении говядины продолжала расти, но темпы роста удалось сбить, и этот показатель никогда не достигал 15% объема. В деньгах доля импорта была значительно меньше, поскольку в основном завозилось мясо, используемое для изготовления фарша, а не премиальные отрубы. В последние годы актуальность системы квотирования снизилась. Неблагоприятные погодные условия привели к росту издержек и последующему росту цен в Австралии и Новой Зеландии. Кроме того, усилился спрос в Азии, что отвлекло экспортеров от США. «Свободный рынок» победил. По крайней мере до очередного кризиса перепроизводства американской говядины.

В отличие от США Евросоюз никогда не допускал на свою территорию сколь-либо значимые объемы иностранной свинины. Этот рынок остается одним из наиболее закрытых в мире. Для защиты рынка свинины ЕС использует сочетание тарифных квот и так называемых санитарных и фитосанитарных мер (СФМ). Претензии ЕС к свинине из Бразилии, США и Канады сводятся к наличию в ней рактопамина, стимулятора роста мышечной ткани. Для экспорта в ЕС ветеринарные службы США и Канады должны дать гарантии, что рактопамин никогда не использовался в производстве предприятия (что означает выстраивание отдельной производственной цепочки для ЕС). При этом ЕС настаивает на том, что бразильская служба не может предоставить достаточных гарантий. Комиссия Codex Alimentarius (влиятельная международная организация в области стандартов пищевой безопасности) установила минимально допустимые уровни содержания рактопамина в мясе и субпродуктах, но ЕС продолжает настаивать на «нулевом» варианте. В результате доля импортной свинины в европейском потреблении составляет ничтожные 0,07%.

Все средства хороши

Какие выводы можно сделать на основе этих примеров регулирования рынка в разных странах? Западные государства выбирают стратегически важные сегменты АПК и добиваются того, чтобы доля собственного производства составляла не менее 80%, а лучше около 100%. Вне зависимости от риторики, а также наличия или отсутствия формальных программ развития для достижения цели используются все возможные средства. Если производителям становится «тесно» внутри, им надо помочь. Для открытия новых рынков используется вся доступная дипломатическая, политическая и экономическая мощь. Военные достижения также используются для расширения экспортных поставок (см. статистику экспорта американского продовольствия в Японию и Ирак после поражения этих стран в военных конфликтах). Да и внутренний рынок можно расширить с помощью программ продовольственной помощи — крупнейшая в мире программа такого рода (порядка $100 млрд) продолжает действовать в США.

Почему Евросоюз и США проводят такую политику? Они понимают, что продовольственная безопасность обеспечивается, главным образом, собственным производством. Концентрировать животноводство в нескольких странах неразумно уже из-за рисков, связанных с возможными эпидемиями опасных болезней. Кроме того, внешние поставщики, не встречая конкуренции со стороны отечественных производителей, начинают диктовать более высокие цены. Экономическая доступность продуктов достигается за счет внутренней конкуренции. В Евросоюзе жестко конкурируют животноводы Испании, Германии, Франции, Дании. Белгород станет нашей «Германией», а Ставрополье — «Испанией». В перспективе потребитель будет получать все более дешевое мясо. Как показывает опыт Евросоюза, наличие импорта при этом не играет особого значения. Производители обеспечивают рабочие места, а это важнейший показатель для любого государства — источник национального спокойствия, благосостояния, гордости. Теоретической основой регулирования сельского хозяйства на Западе остается меркантилизм, подразумевающий непреклонную защиту ключевых сегментов внутреннего рынка.

Independence forever

Документы, в которых прописаны основные принципы регулирования отечественного АПК, нуждаются в периодическом обновлении. Сейчас подготовлена новая версия Доктрины продовольственной безопасности. Начинается работа над новой Программой развития аграрного комплекса (действие предыдущей заканчивается в 2020 году). Доктрина фиксирует основные концепции развития отрасли. В программе детализируются планы по ее финансированию. В проекте обновленной доктрины «независимость» становится наиболее часто используемым термином. И, как мы видим на примере ЕС и США, стремление к самообеспечению не является уникальной чертой российской политики. Это скорее норма для продовольственных рынков по всему миру. При регулировании аграрного сектора можно и нужно опираться на опыт других стран. Но разумно отделять декларации от работающих концепций. Российская экономика относительно молода. Мы вынуждены прописывать то, что наши торговые партнеры «оставляют за скобками». Внутри страны и за ее пределами популисты будут продолжать обвинять нас в протекционизме и «нерыночности». Но отказ от государственной поддержки сельского хозяйства и демонтаж защиты своих рынков можно сравнить с односторонним ядерным разоружением: это было бы красиво, но скорее всего гибельно для государства.

Россия > Агропром > forbes.ru, 9 августа 2018 > № 2698740 Сергей Михайлов


Россия. ЮФО > Образование, наука. Агропром > ras.ru, 9 августа 2018 > № 2697205 Ирина Донник

Академик Ирина Донник: « Перспективные проекты для развития сельского хозяйства Крыма будут выбраны в КФУ»

Симферополь, 8 августа. Крыминформ. Наиболее перспективные проекты для развития приоритетных направлений сельского хозяйства Крыма будут отобраны в рамках заседания рабочей группы на базе Крымского федерального университета имени В.И. Вернадского. Об этом сообщила вице-президент ФГБУ «Российская академия наук» Ирина Донник.

«Мы сегодня должны расставить приоритеты. Есть порядка десяти приоритетных проектов, в том числе касающихся получения, опреснения воды. Один из них – важный экологический проект, который мог бы решить не только проблему Крыма. Он был бы полезен для всей страны, потому что в этом году очень засушливое лето, и практически у всех есть дефицит воды», – рассказала Донник.

Она отметила и такие проекты как развитие масличных культур, в частности, получение масла из традиционного сырья, характерного для Крыма, и получение лекарственного сырья. «Разрабатывается еще один проект по аквакультуре совместно с Крымским федеральным университетом. Тоже очень интересный», – отметила Донник.

Среди крымских «локомотивов» аграрной науки она выделила три центра: НИИ Сельского хозяйства, Никитский ботанический сад, Всероссийский национальный научно-исследовательский институт виноградарства и виноделия «Магарач», а также Академию биоресурсов и природопользования КФУ. По мнению вице-президента РАН, самой большой силой в Крыму является связка федерального университета и научно-исследовательских центров. И это, по ее словам, большая редкость для России.

И.о. ректора КФУ им. Вернадского Андрей Фалалеев в свою очередь добавил, что сам университет, как и Республика Крым, является одной из экспериментальных площадок полуострова. «Крым может сыграть роль опытной экспериментальной площадки для всей страны. И это крайне важно, потому что Крым ищет свое место в российской экономике, замахиваясь на мировую», – прокомментировал Фалалеев, добавив, что одним из важных инструментов, созданным КФУ, является Институт развития Крыма.

Он отметил, что, на базе университета разрабатываются новейшие научные подходы с выходом в прикладную область.

Крым инфо

-

Россия. ЮФО > Образование, наука. Агропром > ras.ru, 9 августа 2018 > № 2697205 Ирина Донник


Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 8 августа 2018 > № 2696106 Сергей Стоянов

Экспорт украинской продовольственной пшеницы в этом сезоне будет мягко ограничен — мнение

В Украине в нынешнем зерновом сезоне все равно будут определенные экспортные ограничения, чтобы не оставить страну без продовольственной пшеницы. Скорее, это будут очень мягкие ограничения, «soft limits».

Такое мнение в комментарии к материалу Latifundist.com высказал директор по внешним связям компании Allseeds Black Sea Сергей Стоянов.

«Неизвестно достоверно, сколько там из ранее озвученных «13 млн тонн продоволки» настоящей продовольственной пшеницы, по классам. Такой настоящей «продоволкой» для наших мукомольных стандартов и культуры потребления хлеба является 2-й класс, и в качестве «ухудшителя» к нему 3-й класс, но никак не 4 и 5 классы пшеницы, из муки из которых можно испечь только лаваш или формовой хлеб-кирпичик», — говорит Сергей Стоянов.

Он уточнил, что в противовес этим консервативным рассуждениям имеются и оптимистические: непродовольственная и/или условно продовольственная пшеница через месяц-два послеуборочного дозревания может стать настоящей продовольственной.

Но никто не знает сколько будет такого, дозревшего до продовольственного стандарта, зерна.

«Переходя к вожделенному Меморандуму, которым определятся цифры зернового экспорта из Украины, не сомневаюсь, что будет достигнут разумный консенсус между Государством в лице полномочных должностных лиц МинАПП и рынком, представленным сонмом общественных организаций. Не хотелось бы оказывать на этот процесс малейшее давление, называя конкретные цифры. Пусть стороны Меморандума поработают над ними, но, думаю, они разочаруют скептиков», — сказал Сергей Стоянов.

Latifundist.com

Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 8 августа 2018 > № 2696106 Сергей Стоянов


Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 8 августа 2018 > № 2695695 Максим Мартынюк

Мартынюк рассказал о режиме экспорта зерна из Украины в этом сезоне

Вопрос введения ограничений на экспорт зерна не рассматривается. В меморандуме с зернотрейдерами будут закреплены прогнозные ожидаемые объемы экспорта продовольственной пшеницы.

Об этом в личном блоге на портале Экономическая правда рассказал первый заместитель министра аграрной политики и продовольствия Максим Мартынюк.

В то время, когда большинство стран-ключевых поставщиков зерна на мировом рынке преодолевают последствия погодных катаклизмов, Украина, которую климатические проблемы в 2018 году тоже не обошли, имеет все шансы собрать высокий урожай на уровне 60 млн тонн и более, считает Мартынюк.

У государства достаточно механизмов, чтобы обеспечить баланс на внутреннем рынке при любом развитии внешней конъюнктуры.

Урожай пшеницы в Украине в 2018 году ожидается на уровне 24 млн тонн (уже собрано 2,17 млн тонн), из них 13 млн тонн — продовольственной. Эти прогнозы зафиксированы на 12-00 в минувшую пятницу, 5 августа, по результатам обмолота 89% площадей под этой культурой.

Итоговый результат будет на 2 млн тонн ниже, чем годом ранее, однако это не критично для внутреннего рынка, потребность которого в продовольственной пшеницы — 4,5 млн тонн.

Погода, считает Мартынюк, была благоприятна для развития поздних культур, особенно кукурузы, и это компенсирует экспортный потенциал.

По данным анализа Госпотребслужбы и институтов в структуре НААН, соотношение «продовольственное зерно/корм» в урожае пшеницы 2018 составит 55/45.

Южные и центральные области успели собрать урожай до начала затяжных ливней и с существенным преимуществом компенсируют снижение качества в западных регионах, где уборочная кампания пришлась на период осадков.

Сейчас на элеваторах (включая портовые) находится 7,75 млн тонн пшеницы. Из них 5,1 млн тонн — 1-5-го классов, причем 5-го класса, который относится к «условно-продовольственным» — не более 0,6 млн тонн.

«Таким образом, состоянию на 5 августа балансы выглядят вполне благополучными, а ситуация — полностью контролируемой», — подсчитал Мартынюк.

Также заместитель министра рассказал о причинах повышения цен на пшеницу.

«Актуальные расценки — 6000 грн+, тогда как месяц назад тонну продовольственного зерна можно было купить за 5200 гривен. Причин несколько. Ключевой игрок глобального продовольственного рынка, каким является Украина, не может оставаться вне мировых тенденций, а погода существенно снижает мировое предложение зерна урожая 2018 года и движет цены вверх. Второй фактор — нестабильность на валютном рынке, которая заставляет внутренних игроков форсировать закупки зерна», — написал он.

По данным участников этого рынка, удельный вес муки существенно снизился в последние годы по мере роста цен на другие ресурсы, и сегодня в структуре себестоимости хлеба из пшеничной муки 1-го сорта занимает 40,3%. При этом 22,3% приходится на расходы на сбыт и топливо, 9,3% — на технологические цели, 9,2% — общепроизводственные расходы, 7,4% — административные расходы. По расчетам опять-таки же пекарей, подорожание муки на 10% генерирует надбавку к цене хлеба на уровне 5%.

«Несмотря на то, что никто из профильных чиновников официально ни разу не произнес страшное слово «квоты» по рынку этот призрак ходит. В Минагрополитики активно обращаются участники отрасли разного статуса и с разной долей рынка с просьбой прояснить ситуацию. Всем им мы отвечаем, что на сегодня (а это, напомню, уже 90% собранных площадей) вопрос введения ограничений на экспорт зерна не рассматривается. Однако, учитывая ситуацию на внешних рынках и повышенный спрос на продовольственную пшеницу, мы обязаны принять меры безопасности. Еще раз повторюсь, что прямые ограничения — самые нежелательные из них. Но уровень самоорганизации трейдингового рынка достаточно высок, и я убежден, что мы можем обойтись без крайних мер», — пояснил Мартынюк.

Экономическая правда

Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 8 августа 2018 > № 2695695 Максим Мартынюк


Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 7 августа 2018 > № 2700881 Юрий Лупенко

Рентабельность говядины вышла в «плюс» впервые за 25 лет

Производство подавляющего большинства агропродукции сельскохозяйственных предприятиях Украины в 2017 году было прибыльным.

Об этом сообщил директор Национального научного центра «Институт аграрной экономики», академик НААН Юрий Лупенко, говорится в сообщении института.

По его словам, в прошлом году уровень рентабельности производства зерна составил 25,0% против 37,8% в 2016 году, семян подсолнечника — 41,3% против 63%, сахарной свеклы — 12,4% против 24,3%, овощей открытого грунта 15,6% против 19,7% соответственно. То есть почти по всем видам растениеводческой продукции — кроме нетипичного для сельхозпредприятий картофеля — рентабельность производства уменьшилась. Больше всего она снизилась по сахарной свекле — почти вдвое, подчеркнул ученый.

«В животноводстве впервые за последние 25 лет рентабельным стало производство мяса крупного рогатого скота — 3,4% против (-24,8%) в 2016 году. Также стало рентабельным производство мяса свиней — 3,5% против (-4,5%) в прошлом году. Хотя этот показатель еще значительно меньше исторического максимума последних 25 лет: в 2015 году рентабельность производства мяса свиней достигло 12,7%», — напомнил академик.

Второй год подряд рентабельным было и производство мяса птицы (без учета переработанного на собственных мощностях): 7,0% в прошлом году и 5,0% — в 2016 году.

В то же время впервые с 2006 года убыточным стало производство яиц (-9,0)%. В 2016 году они едва удержали рентабельность в 0,5%, тогда как 2015 г. рентабельность производства этого вида продукции птицеводства достигла рекордного с 1994 года уровня в 60,9%, отметил Юрий Лупенко.

Убыточным осталось производство мяса овец и коз (-39,9)% против (-35,2)% в 2016 году.

«Уменьшение уровня рентабельности производства большинства видов сельскохозяйственной продукции будет усиливать переориентацию сельхозпредприятий на наиболее маржинальные, в первую очередь зерновые и технические культуры, кроме сахарной свеклы», — подытожил Юрий Лупенко.

Agroportal.ua

Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 7 августа 2018 > № 2700881 Юрий Лупенко


Россия. ЦФО > Агропром. Химпром > agronews.ru, 7 августа 2018 > № 2696872 Эльмира Ираидова

Взгляд вперед через призму прошлого.

Двадцать лет назад на отечественном рынке пестицидов появилась компания, о которой сегодня знает каждый российский земледелец. Речь идет о «Щелково Агрохим», крупном производителе средств защиты растений, микроудобрений и семян сахарной свеклы, а также инициаторе ряда важнейших инвестиционных проектов в АПК.

С первых же дней существования новой компании за ее коммерческую деятельность отвечала Эльмира Рафисовна Ираидова: человек, более 15 лет проработавший во Всероссийском НИИ химических средств защиты растений (ВНИИХСЗР). Во многом благодаря ее решениям компания «Щелково Агрохим» стала одним из лидеров, не боящимся осваивать новые направления бизнеса и задавать тренды.

Для молодого российского бизнеса два десятилетия – внушительный период времени. АО «Щелково Агрохим» появилось в год страшного дефолта, не утратило позиций во время экономического кризиса 2008-2009 гг., укрепило их в период обвала рубля 2014 г. Кажется, будто сложности только укрепляют компанию… На самом деле, это невероятный труд – не только удержать, но и развивать бизнес на фоне событий, препятствующих движению вперед.

– Эльмира Рафисовна, двадцать лет назад сомневались ли вы в успехе нового предприятия?

– Признаюсь: когда мы создавали компанию на базе обанкротившегося завода, сомнения были серьезнейшие. Скажу больше: практически никто не верил, что из этой идеи что-то получится. Но наш «костяк» из четырех человек во главе с Салисом Каракотовым (генеральный директор «Щелково Агрохим» – прим. автора) приложил все усилия, чтобы выстоять в те времена и сделать компанию такой, какой она является в настоящее время.

Жизнь непредсказуема: многие фирмы, процветавшие в девяностых годах, бесследно канули в Лету. Нам же удалось преодолеть все трудности и добиться в своем деле высоких результатов.

– Когда же пришло осознание, что самое сложное осталось позади?

– Конечно, к этой мысли мы шли долго. Каждый год был сложным: мы решали одни задачи и, не расслабляясь ни на сезон, ставили перед собой новые. В том числе работали над созданием инновационных препаратов, строительством заводов, реализацией новых проектов, чаще всего — беспрецедентных для нашей страны. Пожалуй, осознание пришло лет десять тому назад, когда мы довольно прочно встали на ноги в финансовом плане. Нынешний период жизни «Щелково Агрохим» я могла бы охарактеризовать двумя словами: динамичный и стабильный. С одной стороны, мы продолжаем уверенное развитие и осваивание новых отраслевых и географических территорий. С другой – имеем достаточную финансовую базу и уверенность в себе, чтобы не переживать за судьбу своих проектов.

– Кто он – современный клиент «Щелково Агрохим»?

– Могу с уверенностью сказать, что создать определенный портрет очень сложно. Ведь в числе наших клиентов значатся крупные агрохолдинги, фермерские хозяйства и дилерские структуры. Но объединяющим фактором является ориентир на достижение высоких экономических показателей и готовность ко всему новому.

– Новое зачастую настораживает…

– Прежде, чем предложить своим клиентам что-то действительно инновационное, мы проводим многочисленные опыты, подтверждающие его эффективность и безопасность. Это касается как отдельных продуктов, так и целых технологий.

Пять лет назад мы предложили аграриям «ноу-хау» — систему управления вегетацией (CVS). Она аккумулирует важнейшие агроприемы, которые способствуют реализации генетического потенциала растений. Это предпосевная обработка семян, использование стимуляторов роста, защита вегетирующих растений и применение микроудобрений. Без стопроцентной уверенности в эффективности и безопасности этих портфелей (а для каждой культуры существует свое комплексное решение) мы ни в коем случае не вывели бы их на рынок. Однако пятилетняя история CVS подтвердила ее действенность и экономическую целесообразность. Хозяйства, работающие по ней, получают стабильно высокие результаты из сезона в сезон.

– Но Система управления вегетацией – не единственное ноу-хау, которое вышло из стен «Щелково Агрохим».

– Мы предлагаем своим клиентам не отдельные препараты, а технологии возделывания сельскохозяйственных культур. И еще одно направление деятельности «Щелково Агрохим» связано с экологизацией растениеводства и снижением пестицидной нагрузки на почву и окружающую среду. Программа так и называется: ЭКОПЛЮС, и состоит она из нескольких элементов. Первый – использование инновационных средств защиты растений с меньшим содержанием действующих веществ. Вторая составляющая технологии подразумевает листовые подкормки микроудобрениями. Третье звено – это биологические препараты, производством которых мы занимаемся. Это направление создано с целью решения экологических проблем. Оно направлено на оздоровление почв, что должно приводить к росту количественных и качественных показателей урожайности.

Система ЭКОПЛЮС продемонстрировала эффективность на практике. Ее цель – не только получать сиюминутную отдачу от работы на земле, но и формировать задел на будущее.

– «Щелково Агрохим» – компания с диверсифицированным бизнесом. В 2011 году вы запустили завод по производству семян сахарной свеклы «Бетагран Рамонь». Затем последовало создание животноводческого комплекса – «Бетагран Липецк». Создается впечатление, что «Щелково Агрохим» специально идет по непроторенным, а потому – самым сложным дорогам?

– Идеи генерируются постоянно. А лучшие из них находят воплощение в новых направлениях работы «Щелково Агрохим». Но к каждой идее мы должны подходить с трезвым расчетом, учитывая ее актуальность и просчитывая экономическую целесообразность. И пусть первое время они требуют больших вложений и не способны окупиться за год-другой: главное – увидеть перспективы и грамотно их реализовать.

Что касается «Бетагран Рамонь», мы работали над этим проектом с большим воодушевлением. В нашей стране отрасль селекции и семеноводства семян в один момент оказалась никому не нужна. Настоящий парадокс! Ведь свеклосахарное производство занимает важное место в российском АПК: ежегодно под эту культуру отводится свыше миллиона гектаров пашни.

Запустив «Бетагран Рамонь», «Щелково Агрохим» заняло важную нишу в отрасли. Это было первое производство дражированных семян сахарной свеклы в Российской Федерации, и к настоящему времени мы занимаем 10% рынка семян.

Но на этом мы не остановились. Следующий виток работы – сотрудничество с крупнейшим производителем сахара в нашей стране, группой компаний «Русагро». Новый совместный проект «СоюзСемСвекла» – очень сложный, затратный, но при этом – важный для отрасли. Я считаю, что создание таких центров должно субсидироваться и поддерживаться со стороны государства.

– Деятельность компании давно вышла за пределы нашей страны. Расскажите, откуда взялась мысль открыть представительства и в других странах?

– Первое представительство появилось в Республике Беларусь. Затем последовал Казахстан и другие страны, где для нас открылись новые горизонты и возможность получить новый опыт. Мы понимали, что способны дать местным аграриям больше, чем они имеют на тот момент. Знания, опыт, инновационные продукты и технологии – все, что было получено и отточено на территории России, – постепенно внедрялось и в других государствах, конечно, с учетом их специфики.

Когда компания «Щелково Агрохим» открывала представительство в Монголии, большинство местных предприятий придерживалось экстенсивных принципов работы. Нам удалось привнести в сельское хозяйство этой страны передовые технологии. Как результат – предприятия, первыми перенявшие их, начали получать высокие урожаи, своим примером мотивируя другие хозяйства. К настоящему времени агропромышленная отрасль Монголии шагнула далеко вперед. И хочется надеяться, что в развитии сельского хозяйства этой страны есть и вклад нашей компании.

А в прошлом году мы расширили свою деятельность в Узбекистане. Долгое время компания была участником тендеров по поставкам действующих веществ на местные химические заводы, а также реализовывала через дилерскую сеть собственные препараты. Но настала пора идти дальше, и теперь мы приступили к строительству в Самарканде завода по производству средств защиты растений. Ожидается, что эту продукцию будут использовать не только в Узбекистане, но и в других странах Средней Азии.

– Получается, что продукция «Щелково Агрохим» востребована за рубежом?

– Да, и в прошлом году мы открыли два представительства в дальнем зарубежье: Алжире и Турции. С одной стороны, мы шагнули на африканский континент. С другой – в Турции очень силен дух Европы. Здесь хорошо развито сельское хозяйство, земледельцы активно используют средства защиты западных компаний-производителей. Но мы намерены составить серьезную конкуренцию, так как эффективность и высокое качество наших препаратов позволяют получать соответствующую экономическую отдачу.

– С каким настроением вы вступаете в юбилейный для компании год?

– Сомнения остались позади: в настоящее время мы обладаем достаточной технической базой, но самое главное – высочайшим интеллектуальным ресурсом, чтобы двигаться вперед. И есть внутренняя уверенность в том, что, как бы ни складывались обстоятельства в будущем, нашу компанию не смогут сломить никакие кризисы. Главное, чтобы в ней продолжали работать грамотные, профессиональные и (это очень важно) порядочные люди. В таком случае мы будем интересны и полезны своим клиентам – сельхозтоваропроизводителям.

Источник:«Щелково Агрохим»

Россия. ЦФО > Агропром. Химпром > agronews.ru, 7 августа 2018 > № 2696872 Эльмира Ираидова


Россия > Агропром > zol.ru, 3 августа 2018 > № 2694681 Дмитрий Рылько

России в текущем сельхозгоду может потребоваться импорт пшена - эксперт

Резкое сокращение посевных площадей под просом, которое наблюдается в РФ второй год подряд, может привести к дефициту пшена и даже его импорту в текущем сельхозгоду (июль 2018-июнь 2019 гг.), считает гендиректор Института конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР) Дмитрий Рылько.

"На просяном поле у нас полный провал, возможно, в этом сезоне придется импортировать пшено", - заявил Д.Рылько "Интерфаксу".

По его словам, наиболее вероятный поставщик - Украина. "Может быть и Польша, но пока нет уверенности в урожае проса в этой стране в текущем году", - сказал он.

Д.Рылько сообщил, что посевы проса, которые традиционно занимали в России 400-450 тыс. га и более, в прошлом году снизились до 277 тыс. га, в этом году - до 259 тыс. га. В прошлом году урожай составил всего 316 тыс. тонн против 630 тыс. тонн годом ранее.

Недавно эксперты ИКАР побывали в Волгоградской и Саратовской областях, являющихся крупными производителями проса. "Наша агроэкспедиция показала, что посевы находятся в плачевном состоянии", - сказал глава ИКАР.

"Трудно сказать, что привело к такому резкому сокращению площадей. Похоже, крестьяне не сориентировались на рынке или им помешала засуха, - заявил он. - Но то, что любителям пшенной каши и владельцам канареек и попугайчиков в этом году придется серьезно потратиться на крупу, очевидно".

По данным ИКАР, средняя цена пшена в опте к 30 июля достигла максимума за последние 7 лет и составила 31,1 рубля за 1 кг.

По данным компании "ПроЗерно", за неделю - с 20 по 27 июля - оптовая цена на пшено выросла сразу на 965 рублей, до 29 200 рублей за тонну. В июне этого года средняя цена составила 27 200 рублей. В июле 2017 года она была всего 10 тыс. рублей за тонну.

"Рекордным по росту цен на пшено был 2011 год, когда эта крупа подорожала до 50 рублей за килограмм. Вот к этой цифре цена может тянуться и в этом сезоне", - отметил Д.Рылько. Тот резкий рост цен связан с последствиями сильнейшей засухи 2010 года, когда Россия собрала всего 143 тыс. тонн проса, а общий урожай зерновых и зернобобовых культур составил 60,96 млн тонн.

Источник: Финмаркет

Россия > Агропром > zol.ru, 3 августа 2018 > № 2694681 Дмитрий Рылько


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter