Всего новостей: 2579266, выбрано 890 за 0.152 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Персоны, топ-лист Агропром: Ткачев Александр (58)Федоров Николай (36)Арсюхин Евгений (33)Гурдин Константин (33)Абакумов Игорь (31)Медведев Дмитрий (29)Рыбаков Александр (28)Скрынник Елена (17)Бабкин Константин (16)Данкверт Сергей (15)Панков Николай (13)Путин Владимир (12)Дворкович Аркадий (11)Басов Максим (10)Сизов Андрей (9)Стариков Иван (9)Власов Николай (8)Патрушев Дмитрий (8)Башмачникова Ольга (7)Ванеев Вадим (7) далее...по алфавиту
Франция. ЦФО > Агропром > forbes.ru, 7 апреля 2015 > № 1336931 Андрей Деллос

Ресторатор Андрей Деллос: «Я делаю интерьер, как пишу картины»

Анна Монгайт

журналист, телеканал «Дождь»

Про «Пушкинъ» Андрея Деллоса говорили, что он исполнен в псевдоисторическом духе. Но открытый в 1999 году ресторан уже сам вошел в историю

— Давайте начнем с разговора про ваш новый парижский «Пушкинъ», который вы только что открыли. Какой он?

Андрей Деллос: Начнем с того, что интерьер французского ресторана для меня случай беспрецедентный. Я рисовал его 3,5 года.

— Сами?

А. Д:. Я все сам рисую. Основные эскизы идут от меня. Это касается большинства моих ресторанов. И так было всегда. В конце концов, я профи в этой области, я понимаю, что каждый раз даже те, кто, в общем, знает о моей рабочей карьере, все равно спрашивают: сами? Сами-сами. Ну как, это моя профессия, я декоратор-профессионал. Гигабайтами измеряется количество эскизов, которые были сделаны. Первое кафе-кондитерская, открытое нами в Париже четыре года назад, было нашей визитной карточкой, и там стояла задача довести стиль до немыслимого предела богачества, не перейдя некую грань. Вроде бы не перешел. Интерьер нового ресторана, открытого на Saint-Germain, гораздо более скромный. Когда меня спрашивают, какой «Пушкинъ» в Париже, я говорю: безусловно современный. Но абстрагироваться, уйти от классических кирпичиков я не мог. Изабель Аджани с момента открытия, великая Изабель Аджани, там сидит почти каждый день — значит, что-то сработало.

— Вы открыли недавно «Фаренгейт». Дизайн «Фаренгейта» обсуждается бесконечно, потому что это непривычный для вас ресторан. Не шикарный, а демократичный.

А. Д.: Вся критика, которую можно высказать по этому поводу, меня категорически не интересует. Наверное, впервые за всю мою жизнь.

Меня очень интересовала критика в адрес, например «Кафе Пушкинъ», когда один из мнениеобразующих персонажей стоял и говорил: «Андрюха, что это ты за кичуху какую-то развел?»

Я отнесся с большим интересом к его словам. Меня всегда очень интересовала критика. Наверное, «Фаренгейт» — это единственное, по поводу чего я не готов ее слушать. Я не считаю, что этот интерьер вообще подлежит какому-либо анализу.

То есть он безупречен?

А. Д.: Хороший вопрос, который меня даже ошарашил. Это вообще не интерьер. Это набор неких современных сигналов, которые я знаю очень хорошо, потому что постоянно изучаю современный дизайн. Здесь создана некая среда, которая может нравиться, может не нравиться. Создана она быстренько, я развлекался, потому что мне было интересно что-то сделать в этой области. Если меня спросите, доволен ли я результатом, я вам сразу скажу про все свои рестораны, за исключением только «Турандот»: я не доволен ничем — ни «Пушкиным», ни «Шинком», даже «Кафе Пушкинъ» в Париже. Я ничем не доволен. И, поверьте мне, абсолютно искренне. Именно из-за этого, когда я сижу с друзьями в своих ресторанах, я каждый раз дергаюсь, они это уже знают. Потому что я ошибки считаю: раз-два-три, десять, сорок, пятьдесят. Я считаю ошибки. Ведь я очень многое переделываю. Я всегда привожу пример, когда я погорел на большие деньги: построив часть «Турандот», огромную часть, я ее просто снес. Я делаю интерьер, как пишу картины. Несчастный декоратор, в шкуру которого мне легко влезть, работает на заказчика. Когда он понимает, что его понесло не туда, он не имеет права сказать заказчику: «Извините, но ваши €2,5 млн я потратил просто так, сейчас мы это все снесем и наконец-то сделаем красиво». А я могу.

— А что было тогда? Почему вы снесли почти готовый «Турандот»?

А. Д.: Да плохо получилось, вот и все. Не понравилось мне. Люди до сих пор не понимают, как я мог закрыть «Кафе Пушкинъ» в Нью-Йорке. Да он мне не понравился, вот и закрыл.

— Это не связано с финансовыми показателями?

А. Д.: Как может быть связан с финансовыми показателями ресторан, работающий три месяца, в котором сидит много народу? Я всегда говорил журналистам, что моя главная задача — не заскучать. И вторая задача — никогда не делать то, что мне не нравится. На то, чтобы выполнить эти две задачи, я положил всю свою жизнь. В результате мне очень сильно повезло, я сумел добиться такой ситуации, что могу себе это позволить. Потому что бизнес в итоге оказался прибыльным. По сути дела, я за всю свою жизнь не сделал ни одного обычного проекта. Повезло!

— А бывает невкусный декор?

А. Д.: Я вам отвечу, что таких интерьеров в мире большинство. Скажу почему: потому что мое счастье заключается в том, что я и декоратор, и ресторатор в одном флаконе. Я делаю ресторан, вооруженный знаниями о том, как сделать так, чтобы в нем хорошо елось. А в обычной схеме это лебедь, рак и щука. Декоратор делает все только с одной-единственной целью, и других нет.

— Чтобы было красиво?

А. Д.: Отнюдь, не переоценивайте декоратора, он делает все, чтобы выпендриться. Вам привести пример? Ресторан Gilt в Нью-Йорке. О, дорогая моя, Gilt — это эстетический взрыв. Когда он был создан-то, господи? Его открыли, по-моему, еще в первые годы этого тысячелетия, и прогорел он где-то за год. Но до сих пор на протяжении многих лет он путеводная звезда во многих эстетических приемах оформления интерьеров. Там было столько мулек придумано, что они до сих пор цитируются. Есть интерьерное дело до Gilt и после Gilt.

Это набор классного выпендрежа, гениального выпендрежа, но есть там не хочется, зайти посмотреть — да.

Это такой вау-эффект: зашел, сказал «вау!», развернулся и ушел. Между тем в интерьере должно просто хорошо сидеться. Интерьер удался — это когда гостей выгнать невозможно.

— А сколько времени они должны провести в ресторане?

А. Д.: Теоретически существует норма, обед или ужин должен длиться порядка максимум двух часов. Существуют интерьеры (еще раз повторю, это не связано с кухней), где люди поели — ну, сколько занимает трапеза — 40 минут — и не уходят. Попались, сидят в ловушке.

— Бывает ли, что интерьеры устаревают?

А. Д.: Конечно, еще как. Это не просто бывает, это происходит с 99% интерьеров. Особенно если они модные. Моя мама, певица, была невероятной модницей, поэтому смотреть на ее молодежные фотографии дико смешно. Потому что в 1980-х годах это должны были быть обязательно «бананы», например. Поэтому смотришь и улыбаешься. А отец всегда одевался в классическом стиле. Абсолютно консервативный костюм, и смотрится это, как если бы фотография была сделана вчера. Поэтому с этой точки зрения вряд ли устареет «Пушкинъ», вряд ли устареет «Турандот». А вот то место, где мы с вами сидим, устареет очень быстро, несомненно.

— Если вас послушать, соответственно, нужно строить рестораны, которые будут апеллировать к вечным ценностям и к такой очевидной красоте, как «Пушкинъ» и «Турандот».

А. Д.: Вы представляете себе мир, где полно «Турандотов» и «Пушкиных»? Это смешно, это невозможно. Ответить вам почему? Это, во-первых, невозможно физически. Ручная работа в мире сейчас стоит немыслимых денег. И в России на сегодняшний день ее стоимость возросла до такой степени, что «Турандот» стоил бы сотни и сотни миллионов долларов. Его бы просто тупо никто не потянул, так что забудьте про вашу провокационную мечту настроить по миру «Турандотов». Не сможет мир себе сегодня позволить «Турандот». Поэтому легче всего делать ободранный кирпич.

Так что мы будем в ближайшие годы жить в ободранном кирпиче.

— Это значит, что вы ничего нового открывать не будете?

А. Д.: Нет, буду.

— А зачем, если в России такая тяжелая ситуация?

А. Д.: Пока меня Бог миловал, и все хулиганства мне не только сходили с рук, но и приносили какую-то прибыль. Так что я и дальше буду развлекаться. И, поверьте, для меня это самое главное. Единственное, на что у меня надежда, что развлекусь не только я, но и люди, которые ко мне придут.

— А есть московские рестораны, которые вам нравятся, кроме тех, которые вы открываете?

А. Д.: Я не могу этого сказать, в этом вся проблема. Я не хожу в московские рестораны. Главное, что мне дает возможность выжить, — это ирония. Я отношусь иронично ко всему, что делаю, пожалуй, за исключением ресторана «Турандот». Меня в ноябре месяце приняли в почетные члены Академии художеств, что было очень лестно. Вот тут шутки в сторону, тут стеб сразу прекращается моментально. Я туда шел и конкретно волновался. На меня надели шапочку, мантию, повесили медаль, нагрудный знак золотой — весь джентльменский набор, счастье было невероятное. Я, как школьник, весь дрожал. И всех этих седовласых мастеров, среди которых великие — я учился на их работах, приглашаю к себе в «Турандот». Надо же выставиться, святое дело. А дальше я проживаю, наверное, самые главные три часа своей жизни. Они разобрали мой интерьер по косточкам. Они знали все про это.

— Про что про это?

А. Д.: Про барокко. Они просто специалисты в области истории декоративного искусства. Я, наверное, впервые в своей жизни еле сдерживал слезы. Внутри у меня все разрывалось. Сколько лет я ждал этого момента? Шесть, семь, восемь? Просто эти Великие знатоки сказали мне, что я сделал. Что я 6,5 лет своей жизни, уже будучи не юношей, потратил не зря. И это был для меня момент истины.

Я приехал домой, три таблетки мелатонина — заснуть не удалось.

Вот здесь весь пафос циничного, маститого бизнесмена спал разом, я был обнаженный мальчик, который выслушал этот текст. Я просто не буду вам сейчас цитировать, что они говорили. Они сказали мне очень много очень приятных вещей. Главный вопрос, который они мне задали: «Как?» Вот это был главный вопрос, и это, конечно, было круто. Уже уходя, они мне задали последний вопрос: «А вообще кто-то понимает, что вы сделали?» «Не-а», — радостно сказал я. Но это нормально, это не страшно.

Франция. ЦФО > Агропром > forbes.ru, 7 апреля 2015 > № 1336931 Андрей Деллос


Россия. ЦФО > Агропром > forbes.ru, 6 апреля 2015 > № 1336939 Александр Раппопорт

Ресторатор Александр Раппопорт: «Хочется отогреть человека, которому плохо»

Анна Монгайт

журналист, телеканал «Дождь»

Владелец «Dr. Живаго» рассказал Forbes Life о красоте за разумные деньги, цветовом перфекционизме и других секретах интерьера успешных ресторанов

— С чего начинаются ваши рестораны: с дизайна или с еды?

Александр Раппопорт: Часто именно с дизайна. «Китайская грамота», «Dr. Живаго», в котором мы сейчас находимся, родились именно так. Бывают проекты, которые очень привязаны к месту, в котором находятся. Мы открывали Black Thai, мы оказались в месте, и уже из этого места исходила идея концепта. Или мы сейчас делаем испанский «Гастро Pub» — приходим в место, которое практически готово, и пытаемся уже для него создать дизайнерскую концепцию. Что касается «Китайской грамоты», то сама по себе идея использования старинной терракоты и смеси такой дикой — это была давняя идея, она жила два или три года, так же как и название ресторана. У меня была придумана «Китайская грамота» пять или шесть лет тому назад.

То же самое с «Доктором Живаго». «Dr. Живаго» как концепт существует у меня семь или восемь лет. Давно было придумано название «Dr. Живаго» для русского ресторана. А идее дизайна, наверное, года четыре. У меня была мысль использовать вот эти современные белые лаки и эклектику 20–30-х годов XX века. Мы придумали современные способы, как показать Дейнеку или Самохвалова, еще три или четыре года назад. Когда мы пришли в это помещение, понятно, что мы пришли с талантливым дизайнером, но идея каждой картинки на 90% у меня уже была.

Мне всегда очень нравился русский ХХ век.

Все эти «бубновые валеты», ар-нуво меня будоражили. И это всегда вызывало очень большие дискуссии и иронию среди моих друзей-художников. Большинство людей, близких мне, считают, что эта моя страсть — признак вульгарности.

— А есть понятие «московский вкус», которому нужно соответствовать? Потому что московская публика — она любит красоту и аттракционы.

А. Р.: Сегодня очень многие рестораны похожи друг на друга. Раньше открывались рестораны, которые отражали «новиковский стиль». Потом он стал восприниматься немножко иронично. Кстати, Аркадий очень быстро пошел в другую сторону. Теперь невозможно сказать, что Novikov Ritz похож на Vogue Cafe. Зато эти все сегодняшние модные «вильямсы», «воги», «угольки» и т. д., тот же открывающийся PINCH — все это ново, но все эти рестораны безумно похожи друг на друга.

А мне всегда хотелось сделать очень разные рестораны, но приходят мои близкие, знакомые, друзья и говорят, что они узнаваемые.

Я этого не могу уловить, не могу понять, где они это видят.

— У вас бывают неудачи?

А. Р.: Знаете, у юристов основная отправная точка в контракте всегда первые 20 страниц, посвященных definitions. Наверное, самое важное определить для себя, что мы сейчас подразумеваем под словом «неудачи». Есть такие проекты. Вот мы реанимировали, переделали «Мясной клуб», я в него вошел, и у меня, конечно, был некий дискомфорт, хотя мы его придумывали и делали сами. У меня есть вещи, которые в той же «Китайской грамоте» не получились, которые получились ровно не так, абсолютно не так.

— Вы собираете искусство? Его можно увидеть в ваших ресторанах?

А. Р.: У меня были какие-то свои статуэтки, которые, в частности, стоят здесь, в «Живаго», в шкафах. Назвать их словом «коллекция» сложно. Но тем не менее мне они безумно всегда нравились. То же самое, кстати, с «Китайской грамотой». Мне нравилась китайская терракота всегда, с момента первых поездок в Гонконг. Я ходил там раскрыв рот, что-то покупал, что-то вез коробками. И статуэтка терракотовая, китайская статуэтка династии Тан — это та основа, отправная точка, вокруг которой у меня вообще возникла вся идея «Китайской грамоты». То же самое эти фигуры дейнековские в «Dr. Живаго».

— А это был такой риск — апелляция к советскому...

А. Р.: Я совсем не хотел это делать всерьез. Вот видите, все-таки в «Dr. Живаго» нет Пастернака. Зато у нас есть отдельный кабинет со всеми его книгами, которые выходили, и достаточно редкими в том числе. Но, возвращаясь к тому, что важно с точки зрения дизайна, это все-таки ресторан не литературного героя. Это ресторан об эпохе. Эпохе настроения «Dr. Живаго», ведь сам Пастернак хотел, чтобы «Живаго» был романом о России, о будущем, о счастье, а совсем не о той трагичности, безысходности, которую можно было, казалось, увидеть, когда ты его непосредственно читаешь. Вот так мы его представляли.

— Запуская новые рестораны, вы думаете о кризисе?

А. Р.: Сегодня ситуация, при которой, наверное, всем до единого чуть сложнее, чем было год или полтора назад. В ситуации, когда любому человеку чуть сложнее, ему нужна какая-то отдушина. Мне кажется, что сегодня нужно делать интерьер чуть более радостным, потому что раньше мы могли работать с грустными цветами и интерьерами и мне это казалось абсолютно нормальным. Сегодня хочется чуть более светлого. Хочется чуть-чуть отогреть любого человека, которому плохо, в одеяло его воткнуть. То же самое касается интерьера.

— Я понимаю, что об этом трудно говорить, особенно человеку, который запустил уже очень много ресторанов. Сколько должен стоить интерьер классного места?

А. Р.: Ваши собственные идеи ничего не стоят — они бесплатные. И если вы всмотритесь в большинство вещей, которые вы видите здесь, в «Живаго», в них нет ничего ультрадорогого. Все наши интерьеры недорогие по сути своей, хотя многие могут казаться более чем эффектными. Экономика выглядит так: чем дешевле вы делаете ресторан, тем легче он окупается, тем проще с этим потом работать и т. д. Лет 15–20 назад люди действительно грохали в интерьеры какие-то безумные деньги, сейчас, мне кажется, с точки зрения экономики это прошло.

Вам здесь нравится, но здесь нет безумных вложений.

Для меня в свое время, когда я попал первый раз в «Турандот», это был абсолютно культурный шок. Мне казалось, что это просто на грани. На грани, которую не переступили. Можно было ходить с открытым ртом. Мне же очень нравится, когда мы достигаем эффекта, не потратив на это большого количества денег. В «Живаго» нет ни разу никаких миллионов вообще.

— Но все выглядит дорого. Я пока вас ждала, все время смотрела на эту люстру и думала, откуда она.

А. Р.: Эту люстру мы сами сделали в городе Санкт-Петербурге.

— Отлично. Как будто свинтили из метро.

А. Р.: Причем люстра ровно не такая, как мы хотели, там нет этих насечек, которые должны были быть. Более того, какие-то вещи, которые есть в ресторане, когда я их увидел, меня просто бесили, но мне открыли книги и показали, что ровно так это делали в 1930-х годах. Какие-то пропорции, шортики эти вот жуткие на скульптурах, ноги, пальцы у пионеров ну очень специфические.

— То, что у вас в «Живаго» банкомат красный, в цвет интерьера, — это тоже часть дизайнерской концепции?

А. Р.: Вне всякого сомнения. Абсолютно.

— Это настоящий перфекционизм.

А. Р.: У нас в «Китайской грамоте» стоит синий банкомат, и это единственная вещь, которая у меня вызывает бешенство. Я просто этого видеть не могу. Здесь, когда пришли наши партнеры и предложили поставить банкомат, я сказал: «Только с одним условием. Он должен быть красным».

— Вы сейчас как себя идентифицируете, вы в первую очередь ресторатор или все-таки адвокат?

А. Р.: Смотрите, я даже не задумываюсь: конечно, адвокат. Это моя жизнь, хлеб и т. д. Рестораны, несомненно, хобби, которое приносит деньги. Знаете, я много лет собирал марки, это тоже громадные эмоции, которые иногда перехлестывают все что угодно. Но это же нельзя назвать бизнесом, хотя на этом тоже можно зарабатывать.

— Меня поразило, что к вам в «Живаго» сегодня записывают только за неделю. Надо ждать 7 дней...

А. Р.: Все-таки надуть щеки, сказать, что мы такие крутые, популярные, — это, конечно, легче всего, но я прекрасно понимаю без мудрости даже царя Соломона, что все проходит, и к этому, к тому, что у нас сейчас популярность, надо относиться безумно бережно, как к абсолютно временному нежнейшему сосуду, который нужно нести с трясущимися руками, чтобы не обронить. И эту популярность надо холить и лелеять, а не просто свысока на нее смотреть и думать, что это будет всегда.

Россия. ЦФО > Агропром > forbes.ru, 6 апреля 2015 > № 1336939 Александр Раппопорт


Россия > Агропром > agronews.ru, 6 апреля 2015 > № 1334034 Игорь Абакумов

Комментарий. Аграриев пока не приняли в состав России.

Идея импортозамещения, как и прогнозировалось восемь месяцев назад, оказалась двуликим Янусом – образом необязательности и обмана. Все прогнозы сбылись: страны ЕС ведут активную дипломатическую подготовку к отмене продовольственного эмбарго, которое Россия объявила в августе прошлого года. Уже названы страны, которые вновь могут претендовать на российский рынок: Греция, Венгрия, Италия, Кипр, Словакия, Австрия, Испания.

Желание обоюдное: названным странам интересно не потерять емкий рынок и обеспечить сбыт сельхозпродукции, России интересно поддержать разногласия внутри ЕС в отношении санкций против нас, а попутно без хлопот пополнить прилавки продуктами, к которым люди привыкли за 20 лет. Речь не только о пресловутых хамоне и устрицах, но и о вполне повседневных – твердых сырах, паштетах, ветчинах, твороге, говядине. Общее снижение качества продуктов при росте цен, мягко говоря, уже начало напрягать.

Я тут пытался поддержать отечественного производителя и в новом гипермаркете, который торгует только «нашим», купил нарезку белорыбицы и едва не получил лошадиную дозу соли, которой забивали запах тухлятины. Ну что поделать, если привыкли к хорошему, а теперь нос воротят. Потребитель, который держит на кончике вилки финальный продукт аграрной индустрии, решает – платить или не платить. Только он и более никто.

У потребителя и производителя разные интересы. Один хочет купить дешевле, другой продать дороже. На базаре это решается просто, на рынке – нет. Примирить их должно государство. Название этому примирению – аграрная политика.

Что было сказано нашим аграрникам после того, как ввели эмбарго на закупки продовольствия в Европе? Сказали в августе – производите, у вас наступил «золотой век». Что должно было последовать, если бы аграрников спросили – что нужно вам?

Минимальный набор ответов был бы следующим:

- Снизить цены на топливо и электроэнергию для села.

- Отменить дорожный налог с комбайнов и тракторов (они по шоссе не ездят).

- Компенсировать до 50 процентов затрат на капитальное строительство и обновление машинно-тракторного парка российского производства.

- Снизить кредитную ставку для агробизнеса до 4-5 процентов годовых.

- Накануне нового сезона объявить о минимально гарантированных ценах закупок в государственные продовольственные фонды.

- Государству выкупить долю акций производителей минеральных удобрений.

- Обязать государственные банки войти в учредители кредитных кооперативов.

- Давать субсидии только тем фермерам, которые объединены в производственные кооперативы и союзы.

- Разрешить фермерам строить дома на своей земле для своей семьи.

- Полностью инвестировать из бюджета селекционно-генетические центры в растениеводстве и животноводстве с последующей приватизацией.

- Увеличить инвестиции из бюджета в материальную базу аграрной науки и образования.

- Создать специализированную государственную службу сельскохозяйственной статистики.

Теперь по некоторым пунктам. В Германии я попал в гигантскую пробку, которую организовала… полиция. Люди в форме проверяли цвет горючего в баках машин. И те, у кого солярка была окрашена, отправлялись на штрафную стоянку. Такой цвет может быть только у топлива, который фермеры получают дешевле, чем все остальные. Это обычная практика в Европе. Да, и в Германии некоторые фермеры приворовывают, но если барахлит свеча в моторе, это не значит, что надо отменять принцип внутреннего сгорания. В России (нефтедобывающей стране) этот вопрос относится к категории неразрешимых, как и цена на электричество, которая почти вдвое выше для фермера, в отличие от промышленного предприятия. Про цену подключения проводов, а особенно газа, лучше помолчать.

Кредит в 25-30 процентов годовых – это как штык в мозг. Нам говорят о десятках миллиардов, выделенных из бюджета на компенсацию процентной ставки для аграрников. И называют это увеличением аграрного бюджета. Поскольку всем понятно, что минимум половина денег остается в государственных же банках, честнее назвать это поддержкой банков. Чтобы оформить компенсацию, фермер должен содержать бухгалтерию и мотаться с бумагами в областной центр, потому что государственный Россельхозбанк сокращает число дополнительных офисов в райцентрах. Почему фермеру сразу не дать кредит по сниженной ставке, не обрекая его на муки адовы, никто не ответит. При этом банк имеет богатейший офис на Арбате в Москве, финансирует поддержку амурских тигров и кредитует «Газпром нефть» на 30 млрд рублей без обеспечения на пять лет, о чем «Интерфакс» сообщил в конце сентября прошлого года, то есть через месяц после начала кампании импортозамещения. Государственный, напомню, банк для развития сельского хозяйства убыточен.

Я стажировался у голландского фермера, мы вместе получали кредит в РабоБанке (Rabobank) под смешной процент. Мы просто зашли, и фермер подписал договор. Через 40 минут деньги были на счете. Банк находится в деревне, все данные о ферме и ее финансах есть в базе и обновляются «online», потому что директор офиса живет здесь же. РабоБанк тоже кредитует аэрокосмическую отрасль и судостроение, но при этом продолжает обслуживать село, поскольку корнями растет из крестьянской кооперативной кассы, в которой фермеры – акционеры. Какова аграрная политика, таков банк.

В Европе НДС для фермеров снижен вполовину и нет нужды объяснять – почему. В России нет экономического смысла кооперироваться юридическим и физическим лицам, поскольку двойное налогообложение включается автоматически. На фоне заклинаний о «социальной ответственности» агробизнеса и поисках прокуратурой виновных в росте цен это выглядит издевательством. Если вы хотите сдержать цены – сдержите аппетиты фискальных органов на селе.

Кооперирование затруднено еще и потому, что фермеры считаются консерваторами и индивидуалистами. Да ведь так во всем мире. Но, как говорили американские миссионеры, «много можно добиться добрым словом, но еще больше – добрым словом и кольтом». Взаимодействие кнута и пряника – незаменимый экономический инструмент, когда требуется что-то решить радикально.

Когда продовольственные корпорации в США пытались ставить условия власти, минсельхоз сделал колоссальные вливания в создание кооперативных предприятий фермеров и практически «сверху» создал коллективного конкурента корпорациям. И никто никого не призывал к «социальной ответственности». Просто были созданы условия, когда кооперироваться выгодно.

Только сейчас выясняется, что с товаропроводящими цепочками в России полный «швах». Все клянут торговые сети за то, что они не хотят брать отечественные продукты. Но это половина правды. Большинство хозяйств не в состоянии ритмично поставлять крупные партии товара одного качества и не «раскручивают» собственные бренды. А сетям нужны гарантии качества. Сети любят ритм. Генерировать крупные партии продуктов смогут лишь сбытовые и перерабатывающие кооперативы мелких и средних хозяйств.

Можно, например, поставить выдачу субсидий в зависимость от членства в кооперативе. Но когда задаешь такой вопрос – все делают «круглые глаза» и говорят о конфликте с антимонопольным законодательством в свете прав «на равный доступ…». Так нам надо «шашечки» или нам надо ехать? Нам нужны дешевые продукты или будем сохранять устаревшие нормы законодательства? Тем более что здесь никакого насилия: хочешь субсидий – кооперируйся, хочешь работать бирюком – не жди льгот. Государству это выгодно, поскольку члены кооператива знают друг друга и не дадут никому потратить субсидии на пресловутую яхту. Но явно не это имел в виду премьер-министр, когда призвал губернаторов заниматься вопросами торговых сетей, которые не пускают на прилавки российских аграриев, заявив, что из Москвы ими "не накомандуешься". Можно представить себе, как «товарищи на местах» истолкуют это указание.

Теперь о выкупе государством акций ключевых компаний в период кризиса.

Самый яркий пример – французский банк Креди Агриколь (Credit Agricole). За свою историю он несколько раз переходил в руки государства от акционеров-аграрников и обратно. И эти случаи совпадали с кризисами и их окончанием. Примерам такого государственного регулирования системообразующих институтов агропродовольственной индустрии в мире нет числа. Государственное участие в пакетах акций производителей минеральных удобрений может вполне легитимно регулировать их стоимость на внутреннем рынке при различных катаклизмах. Сейчас это происходит «в ручном режиме» уговоров. «Социальной ответственности» производителей хватило для снижения цен только для весенних полевых работ на 20-30 процентов в сравнении с ценами экспорта. Об этом с удовлетворением доложил на прошлой неделе министр сельского хозяйства Николай Федоров. За скобками осталось, что речь о скидке с цен января-февраля, когда курсы доллара и евро были на «пике».

Если экономика называется развитой, механизмы регулирования включаются автоматически, согласно законодательству. В этом и есть смысл ответственной аграрной политики. Это когда по делу и без популизма.

Это, если бы аграрников спросили. Но их не спросили.

Нужно признать, что в Правительстве ничтожно мало число профессиональных экономистов, которые способны прогнозировать тренды развития аграрной отрасли на основе реалий и мирового опыта. И роль многих чиновников, при всем уважении, сводится к простой ретрансляции политических «хотелок». 30 сентября прошлого года вышло Постановление №999, которое, если вкратце, обязывает региональные власти вернуть с процентами субсидии, если не достигнуты установленные показатели. В частности, по размеру посевных площадей. При том, что каждое хозяйство само оценивает свои риски и отвечает за них головой руководителя.

Хотели как лучше, для строгости. Но тут сразу два вопроса. Первый: к чему толкает этот документ? К возможным припискам – это ясно, как божий день. Региональные власти, чтобы не возвращать деньги в случае «засухи-дождя», начнут «давить» на хозяйства и требовать хорошей отчетности по засеянным площадям. Второй вопрос: для чего субсидии перечислять сначала в регионы, а не прямо реестровым производителям через Россельхозбанк или Федеральное казначейство, не говоря уже про союзы производителей, которые доказали свою профпригодность? Здесь ответ кроется в таком наблюдении: региональные власти, как правило, задерживают перечисление денег в хозяйства. А вот что они с ними делают в момент паузы – молчок. И почему размер субсидий в ряде регионов становится меньше прошлогоднего, несмотря на рост цен на семена, запчасти, «химию» и солярку – вообще тишина.

На прошлой неделе по этому поводу высказался премьер-министр Дмитрий Медведев на селекторном совещании с регионами: «Деньги нужно доводить до сельхозтоваропроизоводителей быстро. Вот что я сейчас услышал: в одних регионах почему-то это происходит, в других — не происходит. Коллеги, у которых нулевые показатели и околонулевые, давайте, действуйте, иначе потом мы просто вынуждены будем сказать, что в провале сельхозработ, весенних полевых работ виноваты те, кто не распределил деньги, со всей пролетарской правотой».

Так что летом, когда надо будет отчитаться о засеянном, нас ожидают великие открытия и неожиданности. Минсельхоз, напомню, объявил, что ждет урожай в 100 миллионов тонн зерна.

А сейчас по цифрам все в порядке. Аграрная отрасль показала рост производства в сравнении с предыдущим годом. Перерабатывающая промышленность – еще больше. Как никогда бодры репортажи «про село» на федеральных каналах. И такая «неувязочка», что аграрники устали считать убытки, что остановлены инвестпроекты развития, на таком замечательном фоне уже выглядит наветом злых языков.

Аграрники так ждали, что государство повернется к ним лицом. А им предлагается та же картинка, теперь и из Европы.

Игорь Абакумов – Крестьянские ведомости

Россия > Агропром > agronews.ru, 6 апреля 2015 > № 1334034 Игорь Абакумов


Россия > Агропром > ras.ru, 3 апреля 2015 > № 1337362 Владимир Сотченко

КАША С КУКУРУЗОЙ. СТРАНЕ НУЖНА ВНЯТНАЯ АГРАРНАЯ ПОЛИТИКА.

НАУЧНАЯ ПОЛИТИКА

Директора Всероссийского НИИ кукурузы, доктора сельскохозяйственных наук, академика Владимира Сотченко я застал за изучением отчета комиссии Федерального агентства научных организаций (ФАНО), которое недавно завершило проверку института.

- Как прошла первая проверка? Много ли замечаний получено, - с ходу задал вопрос Владимиру Семеновичу.

- Прошла нормально, профессионально и доброжелательно. Даже намека на какую-то предвзятость не было. Понравилось, что некоторые члены комиссии ранее работали в РАН, поэтому хорошо разбираются в специ­фике научной отрасли. Замечания есть, но все они по делу.

- И все же, для вас, представителя аграрной науки, происходящие преобразования - реформа в реформе: мало того что появилась совершенно новая структура (ФАНО), так еще и “родная” сельхозакадемия вошла в состав РАН, что само по себе требует осмысления и перестройки. Тяжело приходится?

- Мы не занимаемся фундаментальными законами мироздания, не изучаем далекие звезды или элементарные частицы. Наша наука сугубо “земная”. Земля для нас - одновременно лаборатория, экспериментальный полигон и кормилица. Результаты наших исследований появятся не в отдаленной перспективе, а здесь и сейчас. Они определяются не уровнем цитирования научных статей и объемами отчетов, а конкретными сортами, гибридами на полях, улучшающими питание, жизнь людей. Поэтому повышение эффективности аграрной науки и должно являться главной целью таких реформ. Таков базис нашей научной деятельности.

Скажу несколько слов о своем опыте: в науке я с 1966 года. С 1978 года директорствую, пережил немало реформ, поэтому мне есть с чем сравнивать. Когда работал еще в системе ВАСХНИЛ, а потом в сельхозакадемии, вопросы развития сельского хозяйства ежемесячно предметно обсуждались на президиуме. Пошел уже второй год, как мы вошли в “большую” академию, но ни одного вопроса по селу на ее президиуме так и не обсуждалось. Понимаю, сама РАН находится в процессе реорганизации, однако сильно сомневаюсь, что впредь аграрным проблемам будет уделяться адекватное их значимости внимание. Что же касается ФАНО, то оно до сих пор разбирается с “наследством”. Процесс затягивается. Практически ушло регулярное научное общение. Складывается впечатление, что решение проблем отдано на откуп самим научным подразделениям. Между прочим, я в откровенных беседах с членами комиссии ФАНО говорил: придет время, и с вас начнут спрашивать не за оптимизацию подразделений и расходов, а за конкретные результаты. Особенно в аграрном секторе. Кстати, сегодня в стране нет организации и даже должностных лиц, отвечающих за семеноводство - основу сельского хозяйства. Нонсенс! Мы, ученые, создаем гибриды, сорта, но сами по себе они еще ничего не значат. Нужны качественные семена.

- Эту проблему на недавнем совещании в Москве по вопросам развития регионов поднял и министр по делам Северного Кавказа Лев Кузнецов, посетовав на то, что Россия закупает семена за рубежом - той же кукурузы, подсолнечника, картофеля...

- Да, озабочен не только он. Председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко заявила: надо разобраться, почему нет отечественных семян, наказать ответственных за это дело. Но кого наказывать? В свое время, когда я был руководителем Кубанской опытной станции ВИР, мы занимались только элитой, даже родительские формы не выращивали. Этим занимались специализированные семеноводческие хозяйства первой группы. Хозяйства второй группы производили гибриды. Сегодня подобных хозяйств нет. Была система, которую разрушили. И наш институт вынужден заниматься семеноводством в полном объеме.

По новым правилам, в силу своего возраста я должен уступить место молодым. И это нормально. Но вот придет новый руководитель и задумается: а зачем ему лишняя головная боль? Сегодня Министерство сельского хозяйства даже не имеет достоверных данных о количестве выращиваемых семян, поскольку такой статистики попросту нет. А мы говорим об импортозамещении. Прежде чем об этом говорить, надо знать, что мы будем замещать, в каком количестве и какими средствами. Приведу в пример близкую мне кукурузу. Сегодня в стране мощность нормальных, хочу это подчеркнуть, калибровочных заводов такова, что при полной загрузке они способны обработать 65 тысяч тонн семян. А надо 100 тысяч тонн. Кто этим должен заниматься? Научные организации?

- У нас же рыночные отношения. Бизнес. А закупать семена за рубежом, видимо, выгоднее...

- Кому? Я как-то спросил одного продавца зарубежных семян: почему не продаете семена отечественной селекции? На что получил откровенный ответ: “Мне, Владимир Семенович, в разы выгоднее продавать импортные семена. С них я прибыль получаю значительно большую, чем с отечественных”. Вот и весь сказ. Да и покупатели зарубежных семян, очевидно, не в обиде.

- С семеноводством проблемы понятны. А способны ли отечественные сорта - гибриды, которые создают селекционеры, - конкурировать с зарубежными по урожайности, скороспелости, устойчивости к болезням?

- Селекционерами нашей страны созданы гибриды для всех кукурузосеящих зон для возделывания как на зерно, так и на силос. За 27 лет деятельности института разработано и внесено в Госреестр 70 гибридов кукурузы. В настоящее время по 30 гибридам ведется семеноводство, производство их семян составляет не менее 30% от всего объема отечественных семян. Предостаточно производственных данных, свидетельствующих о том, что отечественные гибриды не уступают зарубежным по продуктивности, а по раннеспелости, холодо- и засухоустойчивости даже превосходят их. С полями института граничит ООО “Псынадаха” (хозяйство в Кабардино-Балкарии), которое ежегодно на своих полях получает урожаи зерна 8-12 т/га по гибридам селекции, в зависимости от групп спелости гибрида. И таких примеров много. Им не нужны иностранные гибриды. У нас есть проблемы с производством семян и соблюдением технологии производства. Так вот их и надо решать.

- В рамках проводимой реформы начался процесс слияний, объединений, сокращений, реорганизаций, укрупнений научных организаций. На ваш взгляд, повысит ли он эффективность научных исследований?

- Первым “полигоном” этих преобразований у нас в аграрной науке стал Всероссийский институт растениеводства им. Н.И.Вавилова - знаменитый ВИР. Но вот что настораживает: процессы идут не от науки, не с точки зрения повышения эффективности, отдачи научных исследований, анализа достигнутых результатов и научного потенциала коллективов, а на основании административных программ. Как сейчас модно говорить: “надо оптимизировать”. По какому-то географическому принципу. Взять наш институт: пошли разговоры о возможном присоединении его в качестве филиала к кабардино-балкарскому сельхозинституту. Ничего плохого не хочу сказать о коллегах, мы сами когда-то начинали в КБР, но сегодня, объективно, научная база, кадровый состав, результаты ВНИИ кукурузы неизмеримо выше, чем у соседей. Очевидно, что в этих условиях объединение нас с ними - это присоединение более сильного к менее, со всеми вытекающими последствиями.

В Россельхозакадемии были созданы селекционные центры по культурам. ВНИИ кукурузы до сих пор им является. У такой громадной страны они и должны быть. Особенно если речь идет о кукурузе. Наши гибриды высеваются от Калининграда до Владивостока. А нам говорят: у вас недостаток помещений, оборудования... Так помогите! В Ставропольском крае институт работает с конца 1994 года. За 20 лет кроме двух этажей институтского здания, которое купила сельхозакадемия, мы от государства не получили ни копейки. Все, что сегодня имеем, - оборудование, материально-техническую базу - заработано трудом коллектива. Много вы найдете в РАН институтов, которые более 20 лет развиваются только за счет собственных средств? Правда, в прошлом году ФАНО выделило нам 2 миллиона рублей на ремонт крыши. На что шучу: вот первые зримые плоды реформы. И ведь я не прошу у государства денег. Дайте нам землю, мы сами заработаем. Это же никуда не годится, когда федеральный государственный научно-исследовательский институт вынужден арендовать землю у частников... Как-то в институт приехал представитель канадской фирмы, предлагал технику. Техника хороша, но я сказал: средства потрачу лучше на землю. “Какую землю? - удивился мой гость. - Вы же государственное учреждение, и земля в вашей стране не продается”. Ну как ему объяснишь наши “метаморфозы”. В прошлом году ездили в Турцию. Они интенсивно развивают сельское хозяйство. В первую очередь, кукурузоводство. Приехали в один из НИИ. Новенькое с иголочки здание, напичканное под завязку самым современным оборудованием. Спрашиваю турецких коллег: “Кто все это создал?” - “Государство...”

Сегодня в мире производится порядка 2 миллиардов тонн зерна. Из них почти миллиард - кукуруза. Она на первом месте. Потом - пшеница, еще меньше риса и ячменя. В России все наоборот: на первом месте - пшеница, на втором - ячмень и только сейчас кукуруза вышла на третье место. По сравнению с советским периодом, площади под нее выросли в 2,5 раза. Минсельхоз требовал получать ежегодно 10 миллионов тонн кукурузного зерна. Ученые, земледельцы эту задачу выполнили. Сегодня ставится задача получать 25 миллионов тонн. И совершенно правильно ставится, потому что за счет кукурузы мы реально можем не только поднять валовой сбор, но и развить продуктивное животноводство.

Приведу пример. В Свердловской области мы приехали на ферму одного из крупных животноводческих холдингов. Я обратил внимание, что коровы силос носами разбрасывают. Спрашиваю зоотехника: чем это они недовольны? “Вчера кормили кукурузным силосом, а сегодня травяным, - отвечает он. - Вот они и кочевряжатся. С зерном им подавай”. А в Красноярском крае перед нами поставили конкретную задачу - создать суперранние гибриды, поскольку именно кукуруза позволит им поднять продуктивность животноводства. Искреннюю заинтересованность в расширении сотрудничества института и края проявляет региональный Минсельхоз. И это - результат экономического осмысления.

Вот вам и реальный путь импортозамещения. Это не какие-то абстрактные “высокие технологии”. Это конкретное улучшение обеспеченности людей собственными качественными продуктами питания. Подчеркну, качественными. Плюс занятость. А ведь из кукурузы в мире производят более 500 видов продукции. Наконец, это экспортный потенциал. Только вот решать все вышеозначенные проблемы в данной области надо комплексно и компетентно.

Станислав ФИОЛЕТОВ

Фотоснимки предоставлены ВНИИ кукурузы

Россия > Агропром > ras.ru, 3 апреля 2015 > № 1337362 Владимир Сотченко


Россия. ЮФО > Агропром > agronews.ru, 27 марта 2015 > № 1324803 Евгений Арсюхин

Комментарий. Выдача земли с ограничениями

Новость, которая должна порадовать своим заголовком – на Кубани добросовестные фермеры получат землю бесплатно. Но в наше время надо читать дальше заголовка. Увы, новость после такого чтения оказывается уже не столь радужной.

В самом деле, новые положения Земельного кодекса позволяют местным властям давать бесплатно землю фермерам. Но ограничения, заложенные в федеральный закон, таковы, что сводят почти на нет весь позитив.

Во-первых, земля дается в безвозмездное пользование только на шесть лет. Я хотел бы посмотреть на серьезного фермера, который планирует через шесть лет набить карманы деньгами и проматывать их в Монте-Карло. Я понимаю, что чиновники так и делают, но фермерский бизнес устроен несколько иначе. Если чиновники интересуются только графиком поступления взяток, и это есть их бизнес («сколько я еще продержусь, успею ли достроить дачу в Испании»), то для развития серьезного скотоводства фермеру надо лет 10. Вообще, шесть лет для фермерского хозяйства – это ничто, и я бы хотел посмотреть расчеты людей, которые заложили в закон эту цифру. Почему именно эту? Почему шесть?

Во-вторых, такое возможно далеко не во всей области, пожелавший внедрить подобный механизм. Местные власти должны непременно составить список муниципальных образований, где будет действовать такой порядок. Вот и на Кубани механизм внедрят в 21 районе и в одном городском округе. Зачем зашито это ограничение? Чтобы фермеры не дай Бог не растащили всю землю? Вероятно, фермеры погрузят ее в фуры, и вывезут за границу. Все-таки оффшорное мышление наших чиновников, которые тащат за кордон все более-менее ценное, начиная от жен и отпрысков до нала, очень забавно проецируется на их поведение. Ведь человек ворующий сам, уверен, что все остальные в мире тоже воры. Человек честный скорее склонен думать, что люди в основном честные. И так далее. Взять даже проблему приграничных территорий. Ну и что такого, если фермеру дадут землю в приграничной территории? Он с нее наркотрафик наладит, или что?

Наконец, смущает термин «добросовестный» фермер. Понятно, что просто раздавать землю, наверное, в самом деле нельзя, потому что в родственниках глав районов крутится немало аферистов. Которые, кстати, тут уж никаких сомнений нет, землю давно получили. Но почему местные власти судят, какой фермер хорош, какой плох? В США, например, такие вещи переданы на усмотрение фермерских профессиональных объединений. Если власть хочет составить мнение о хозяйствующем субъекте, она обращается именно к таким объединениям. И часто власть просто сообщает союзу о том, что можно получить такие-то льготы, а профессиональное сообщество уже внутри себя решает, кто достоин. Безусловно, это правильно. Но в России не так.

На этом фоне некоторые инициативы властей все-таки достойны одобрения, например, решение правительства Бурятии возмещать фермерам стоимость землеустроительных работ. Новшество действует в этом году уже не в первый раз, в прошлом году республиканский бюджет раскошелился примерно на миллион. Сумма невелика для бюджета, но чувствительна для фермеров, особенно в этом отдаленном регионе.

Днем ранее мы уже писали о сущности земельного вопроса, увидев в стремлении властей искусственно оградить человека от земли глубокие исторические корни. Сегодня мы можем сказать, что новые факты только подтверждают это наблюдение. Правительство махом прощает миллиардные долги африканским режимам, правительство раздает миллиардные дотации регионам, лояльность которых имеет политическое значение. Но у него словно ком в горле встает, когда речь заходит о земле и собственном народе. Ручки трясутся. Личико бледнеет. Страшно. Народ лучше иметь нищий. Проще управлять.

Евгений Арсюхин – «Крестьянские ведомости»

Россия. ЮФО > Агропром > agronews.ru, 27 марта 2015 > № 1324803 Евгений Арсюхин


Россия > Агропром > agronews.ru, 26 марта 2015 > № 1324256 Евгений Арсюхин

Комментарий. Рабство остается главной проблемой России

В потоке актуальных новостей может потеряться суть вещей, о которых, однако же, не стоит забывать. Главная из таких фундаментальных вещей – земля, а основная проблема АПК России – земельный вопрос.

Понятие «земельный вопрос» фигурирует во всех советских учебниках по эпохе «феодализма». Но практически во всех ныне развитых странах он так или иначе был решен, и решен давно. В России земельный вопрос не был разрешен ни отменой крепостного права, ни столыпинскими реформами, ни переворотом большевиков, он до сих пор остается острейшим. Это, конечно, странно

Если отвлечься от многочисленных деталей, суть пресловутого земельного вопроса можно свести к тому, что земли в России полно, но ее невозможно получить. В самом деле, самая большая в мире страна с не самым большим населением страдает от того, что люди не могут получить пашню или просто надел для строительства. Конечно, мне укажут на тундру, на крайний Север и прочие места, где земля как таковая не играет роли в АПК (хотя как сказать, оленеводство вряд ли стоит сбрасывать со счетов, и мы просто мало знаем о проблемах оленеводов, которым наверняка тоже постоянно гадят нефтяники и газовики). Но это слабый аргумент. Посмотрите на карту Германии, в которой населения немногим меньше, чем в России. Потом на карту только западной части нашей страны, где с тундрами, кроме самой кромки Ледовитого океана, вообще-то беда. В Германии земельный вопрос решен, у нас нет. Это странно.

Каждый, кто сталкивался с процедурой регистрации земли, обращал внимание, что она предельно и искусственно затруднена, часто до состояния, когда ее просто невозможно получить без взятки. Масса параллельных процессов (кадастровый номер не означает, например, выделения на местности, и мало что дает без пресловутой геодезии). Высочайшая стоимость многих совершенно не нужных процессов – сопоставьте, например, адские трудозатраты геодезиста с мизерной стоимостью их услуг (это я иронизирую). Кажется, что система построена классом чиновников просто для того, чтобы качать деньги. Те же геодезисты на поверку оказываются друзьями местного царька. Это отчасти так, тем более, что чиновники так складно врут насчет очередного упрощения процедур, что становится ясным – врут недаром. Но это все же далеко не вся правда.

Откуда вообще взялась «теснота великая» на бескрайних просторах? Полагаю, что корни явления уходят в благословенный XVI век, когда царь нанимал военных, чтобы они захватывали ему очередные казани, но вопрос – чем платить? Наша власть всегда была бедна и жадна одновременно. Так родилась практика дарений служивым участков земли, населенных крестьянами. С крестьян военный имел право брать часть дохода. Чтобы крестьяне не убегали, их постепенно закрепостили. Когда европейский мир массово отказывался от крепостного права, оно у нас только появлялось. В результате страна получила класс рабов, который свелся ко всем крестьянам вообще (даже если крестьянин был государственным, это значило, что он раб государства). И класс военно-чиновничьей прослойки, которая жила за счет рабов.

Это именно многочисленные последствия, главное из которых – уничтожение крестьянина не-раба. Хуже, что появилось мнение, будто земля служит не труженику, а эксплуататору, тому, кому она дается вместе с рабами. Рабы не могут владеть землей, их инициативы не существует, их задача – сидеть на земле, и отдавать часть дохода хозяину земли.

Именно поэтому в ряде регионов до 95% земли остается в собственности разных уровней власти. Власть ощущает себя коллективным рабовладельцем, сама мысль о приватизации земли для нее кощунственна, а если она готова расстаться с нею, то лишь взяв с просителя колоссальный выкуп – на манер того, как в ходе «отмены» крепостного права крестьянам полагалось еще и выкупить свою свободу.

Евгений Арсюхин – «Крестьянские ведомости»

Россия > Агропром > agronews.ru, 26 марта 2015 > № 1324256 Евгений Арсюхин


Евросоюз > Агропром > forbes.ru, 24 марта 2015 > № 1323135 Дмитрий Алексеев

Запретные удовольствия: 7 лучших сырных лавок Европы

Дмитрий Алексеев

внештатный автор Forbes

Гастрономические санкции лишили россиян многих деликатесов. Но одна из главных потерь — это европейские сыры, настоящие пармезан, камамбер и бри, а не «сырные продукты», которые заняли их место на прилавках магазинов. Мечту о сыре можно реализовать в Европе, особенно в гастрономических лавочках, которые делают сыр с особенной любовью.

7 магазинов, где можно попробовать сыр в шубе из трав, сыр из лосиного молока, горную горгонзолу, — в галерее Forbes.

La Mere Richard, Лион, Франция

Один из гастрономических символов Лиона — лавка La Mere Richard — находится под куполом Les Halles de Lyon, крупнейшего и самого старого продуктового рынка города. Хозяйка мадам Рене Ришар поставляет 250 сортов сыра в лучшие рестораны города и классифицирует их на пять семейств: a pate dure (твердый сыр), fromage a pate demi-dure (полутвердый), fromage a pate molle (мягкий), fromage a pate persillee (с прожилками или голубой сыр) и fromage de chevre (из козьего молока).

Рекомендация: бри (Brie) из Шампани, сливочный брийя-саварен (Brillat-Savarin), красный корбьер (Corbier), мондор (Mont d'Or) с орехово-фруктовым ароматом и мягкий солоноватый покрытый морщинистой бежевой корочкой сент-марселин (Saint-Marsellin) из непастеризованного коровьего молока. К твердым соленым сырам не забыть захватить вишневый конфитюр.

Fromagerie Alleosse, Париж, Франция

Самая значимая сырная точка на гастрономической карте мира — Париж. Город забит всевозможными лавками, рынками, супермаркетами и бутиками с вывеской Fromagerie. Еще бы, тут около 400 сортов сыра, названия 56 из них защищены законом по происхождению.

Одна из лучших классических сырных лавок — Alleosse. Расположена в двух шагах от Елисейских Полей, ориентирована не на туристов. Владелец, представитель старинной династии сырных негоциантов Филипп Олеос не только балует своим душистым товаром местных сибаритов, но и является поставщиком лучших гастрономических ресторанов города. Поэтому при пугающем внеконкурентном ассортименте цены здесь адекватные.

Парижские кузинеры любят говорить, что Филипп знает о сырах больше, чем любые пять человек в мире вместе взятые.

Рекомендация: Спрашивайте то, что сложно найти за пределами Франции: твердый бофор (Beaufort) с ароматом высокогорных трав Верхней Савойи, бургундский Аббе-де-Сито (Abbaye de Citeaux) с ореховыми нотками и непременно — мягкий непрессованный корсиканский Брен д'Амур (Brin d'Amour, дословный перевод — «немного любви») из овечьего молока в шубе из чабера, розмарина и можжевельника. Последний относится к категории ремесленных сыров (fromage artisanal), что предполагает крайне небольшой объем производства и использование ингредиентов, выработанных на территории, площадь которой можно измерить невооруженным глазом.

Macheret Fromage, Лозанна, Швейцария

В Швейцарии, как и во Франции, сыр относится к классу десертов. Сливочный вашрен (Vacherin), соленый грюйер (Gruyere), выдержанный в дубовой коре нирмон (Niremont), мягкий том (Tomme) из кантона Во, твердый этиваз (Etivaz), бархатистый шевр (Chevre), экстратвердый сбринц (Sbrinz), который многие считают прадедушкой итальянского пармезана, и еще пару сотен вариантов блестящего завершения трапезы можно найти в бутике Macheret Fromage (Лозанна).

Рекомендация: Хотя Швейцария не поддержала гастрономические санкции и швейцарские сыры продаются в России, редкие сыры у нас найти не возможно. Почти все это великолепие недоступно за пределами страны — за редким исключением швейцарцы экспортируют лишь плоды тиражного производства, прагматично оставляя все лучшее дома. Поэтому стоит накупить сыров с запасом.

Giolito Formaggi, Пьемонт, Италия

Лучшими ремесленными итальянскими сырами торгует Фиоренцо Джиолито, владелец магазина Giolito Formaggi (Пьемонт), основанного в 1920 году его бабушкой. Здесь море разновидностей пекорино (Pecorino) из центральной и южной Тосканы, включая выдержанные с черным и белым трюфелем, горная горгонзола (Gorgonzola) с потрясающе ярким ароматом и острым глубоким вкусом, полутвердый кастельманьо (Castelmagno), который производится из коровьего молока двух последовательных доек (утренней и вечерней), и еще несколько сотен крайне соблазнительных специалитетов от региональных сыроделов, многие из которых Фиоренцо доводит до совершенства самостоятельно — в трех внушительных подвалах, расположенных непосредственно под магазином.

Рекомендация: Отдельная гордость Giolito Formaggi — сыры, представленные членами итальянской ассоциации Slow Food, как, например, монтеборе (Montebore) из коровьего и овечьего молока необычной пирамидальной формы, рецепт которого был забыт и восстановлен недавно благодаря энтузиазму фермеров сыродельни Vallenostra. Если верить легенде, этот сыр был создан специально к свадьбе Изабеллы Арагонской и герцога Джангалеаццо Сфорца в 1489 году в Милане чуть ли не при участии самого Леонардо да Винчи.

Formatgeria La Seu, Барселона, Испания

Отличный ассортимент лучших фермерских сыров испанского королевства — в Formatgeria La Seu, что в Готическом квартале Барселоны. Любопытно, что хозяйка и основательница этого магазина Кэтрин Маклафлин, как несложно догадаться, родом вовсе не из Испании. Что нисколько не приуменьшает силу любви Кэтрин к делу всей ее жизни.

Рекомендация: Особое внимание — на твердый саморано (Zamorano) из молока овец кастильской породы, название которого защищено по происхождению, любимый сыр Дона Кихота Ламанчского манчего (Manchego), кесо махореро (Queso Majorero) из козьего и коровьего молока с Канарских островов, идиасабаль (Idiazabal) с ароматом миндаля и трав Страны Басков из молока овец Латкса, пасти которых имеют право только 116 человек в мире, имеющих специальные сертификаты.

Ostermalms Saluhall, Стокгольм, Швеция

Если верить авторитетным ресторанным рейтингам, гастрономический полюс давно переместился с юга на север Европы. Скандинавские региональные сыры, без которых немыслим взлет нордической кухни, стоит поискать на стокгольмском продуктовом рынке Ostermalms Saluhall.

Здесь множество небольших лавочек, где стоит приобрести хотя бы шведский деревенский вестерботтенуст (Vasterbottenost), напоминающий чеддер, коричневый карамелизированный со сладким вкусом и горьковатым послевкусием месуст (Mesost) из козьего молока и намного более резкий по вкусу прэстуст (Prastost, дословный перевод — «сыр священника»), который иногда выдерживают в виски или аквавите, из Смоланда. Если повезет, познакомитесь с одним из самых редких и дорогих сыров в мире — с фермы на севере Швеции Algens Hus («Лосиный дом») из лосиного молока, которое можно надоить только в определенное время года. Обилие покупателей (особенно в выходные) компенсируется в Ostermalms Saluhall невероятной предупредительностью продавцов и возможностью дегустировать вплоть до полного изнеможения.

La Fromagerie, Лондон, Великобритания

В Лондоне стоит обязательно заглянуть в La Fromagerie, один из двух бутиков знаменитого сырного эксперта Патрисии Михельсон. В ассортименте слава британского сыроделия — всевозможные кустарные варианты чеддера (Cheddar), иннес (Innes Buttons) из непастеризованного козьего молока с пикантным лимонным вкусом, вегетарианский выдержанный вигмор (Wigmore) из непастеризованного овечьего молока, мягкий маслянистый со вкусом грибов и ароматом трав ирландский миллинс (Milleens).

К слову, хозяйка La Fromagerie не только знает все о лучших сырах на островах и находит их, но и пишет о них книги. Есть, кстати, и в переводе на русский.

Рекомендация: Наиболее выдающиеся импровизации по теме стилтона, как, например, экстраординарный Colston Bassett Stilton с мягкой кремовой текстурой и насыщенным сложным вкусом, производство которого является одним из самых небольших в Великобритании.

Евросоюз > Агропром > forbes.ru, 24 марта 2015 > № 1323135 Дмитрий Алексеев


Россия > Агропром > forbes.ru, 23 марта 2015 > № 1323133 Елена Чекалова

Не время унывать: как открыть ресторан в кризис

Елена Чекалова

кулинарный критик

Ресторатор Елена Чекалова — о гречневой каше и бодрости духа во времена, когда деньги стремительно теряют в цене

Теперь меня все спрашивают: ну вот как ты решилась на такое — открыть свой ресторан в центре Москвы, да к тому же в столь трудное время? Еще несколько месяцев назад все донимали меня ровно противоположным вопросом: ну когда ты откроешь свой ресторан? Дело в том, что уже давно ко мне в гости ходит пол-Москвы. Несколько лет подряд я рассказывала про еду и готовила в утреннем эфире Первого канала. Но однажды мне сказали, что контракт продлен не будет. Я в это время особенно много стала писать в фейсбуке и ходила на все митинги.

У меня есть свои взгляды, мне уже много лет, и я заслужила право жить так, как я хочу.

Когда ушла с Первого, месяц проплакала, а потом поняла, что все к лучшему. Несколько лет назад мы построили небольшую экоферму на нашей собственной даче, у нас есть свои кролики, индюки, перепелки, куры, травы и овощи. Это помогло мне понять, что я могу гораздо больше, чем себе представляла. Могу ухаживать за курами и кроликами и, если понадобится, научусь доить корову и выращивать хлеб.

В конце 2013-го я решила пуститься в новое плавание — сделать ресторан с кухней по мотивам блюд со всего мира, ведь мы с мужем всегда путешествовали не только с открытыми глазами, но и с открытым ртом. На самом деле я давно называю свою кухню «русский фьюжн»: ведь как бы нам ни хотелось воспроизвести где-то увиденное и запомнившееся, сделать это в точности все равно невозможно — получится конфуз. Для меня путешествие — это расширение собственного сознания, приобретение новых навыков, знакомство с новыми технологиями, которые можно применить к российским продуктам. Собственных денег для воплощения идей у меня не было, но довольно быстро нашлись люди, которые в меня поверили и предложили партнерство. Из нескольких предложений я выбрала то, что сделал мне Александр Орлов — очень опытный ресторатор, которому принадлежит около 80 заведений в Москве, в Казахстане, на Украине и даже в Дубае. Наш совместный проект мы решили назвать «Поехали. Кухня путешествий». Концепция была придумана, когда ни «крымнаш», ни войну с Украиной, ни санкции, ни последующее эмбарго — весь этот кошмар даже невозможно было себе представить. Однако же, когда я предлагала Орлову проект, точно знала: масштабный экономический кризис не за горами.

Нет, я вовсе не из тех кухарок, которые хотят управлять государством, но, поверьте, любой здравомыслящей тетке, хорошо ведущей свое хозяйство, видно, какие дела творятся в государстве. Мне, например, давно стало понятно, что Москва живет не по средствам, — когда начался ресторанный бум, закупались дорогущие продукты, готовились средиземноморские рыбины, королевские креветки размером с корабль. Я этого не понимала.

В России есть свои продукты, которые странно не использовать.

Когда я еду в Италию, я ем морские продукты, которые пахнут морем. Да, наши отечественные продукты часто бывают проблемными, очень различаются по качеству, но любой вызов — это интересно.

Еще в 2013-м я говорила партнерам, что скоро дорогие рестораны перестанут выживать. Ведь даже в Европе, где намного меньше проблем, не первый год в тренде заведения, в которых можно интересно и вкусно поесть за невеликие деньги. Они называются гастропабами. Чаще у них небольшое помещение, тесно стоящие столики, скромный декор, недорогие продукты, вместо меню — грифельная доска. Но зато почти всегда открытая кухня с молодыми привлекательными лицами, креативная еда, демократичная и очень дружеская атмосфера. Там тебе не будет неловко, если не хватает денег на стейк, там удобно заказать одну тарелку супа или один салат и бокал сидра. И там всегда еда немножко больше, чем просто еда, дорогая или дешевая. Оказывается, из свеклы, репы, брюквы, свинины, курицы или крупы можно приготовить не только не хуже, чем из фуа-гра, лангустинов и мраморной говядины, но более интересно и неожиданно.

Чувствуется, что всем здесь по кайфу, и это настроение, эта искренность передаются гостям.

Еще один тренд — небольшие и теплые по атмосфере заведения домашней кухни. Кстати, само слово «ресторан» от латинского restauro, что значит «восстанавливать силы», и на вывеске первого в мире парижского заведения (1765 год), которое решило именовать себя «рестораном», было выведено изречение «Venite ad me omnes, qui stomacho laboratis et ego restaurabo vos», буквально означающее: «Придите ко мне все страждущие желудком — и я вас восстановлю». Его владелец, некий Буланже, прежде всего предлагал гостям домашние бульоны. Разумеется, представления о ресторанах за два с половиной века изменились, но и сегодня комфортная, в сущности домашняя, еда — основа основ гастрономической культуры Италии, Испании, да и большей части нестоличной Франции.

Вот такие заведения, говорила я партнерам, уже очень скоро войдут в моду и у нас. Ведь вся европейская ресторанная цивилизация свидетельствует: когда кризис и жизнь тяжелая, люди не перестают ходить в рестораны — они начинают ходить в другие заведения: в те, где легче расслабиться, перевести дух и не потратить кучу денег. Ведь ресторан — это не только еда, это еще атмосфера. И качество еды здесь — 50% успеха. Остальное — это умение создать пространство и настроение. Именно поэтому я поставила перед автором дизайна «Поехали» Натальей Белоноговой задачу создать образ фантазийного привокзального ресторана. Задняя стена — кусок взлетной полосы, коммуникации замаскированы под крыло самолета, все стулья удобные, но разные, номерки в гардеробе — посадочные талоны. Мне очень важно как бы говорить гостям: да, все меняется, все куда-то мчится, но давай сядем перед дорогой, закусим, выпьем — и не будем надеяться на худшее.

Санкции и эмбарго больно ударили по всему общепиту. Но и здесь нам помогла наша изначальная концепция. Да, у нас кухня путешествий и мотивы блюд со всего мира. Но ведь живем-то мы в России. Русская интерпретация увиденного и попробованного — это именно то, чем я занимаюсь уже много лет.

Когда я начала показывать мой русский фьюжн по ТВ, меня обвиняли в том, что это не аутентично.

Но послушайте, что такое аутентичность? Вот Италия — не существует единой итальянской кухни. Спагетти болоньезе родом из Америки. Приехали туда итальянцы, организовали квартал Маленькая Италия и придумали такую еду. Уже потом болоньезе переехало в Италию. В Италии от области к области еда разная. Почему? Потому что в одной области одни продукты дешевые, в другой — другие. Аутентичность кухни — это наличие хороших дешевых продуктов на местах. Ведь никому в мире не приходит в голову готовить из того, чего нет или почти нет.

Что же касается тревожной и непраздничной атмосферы вокруг, которая тоже вроде как не способствует ресторанному бизнесу, то я вот что скажу: смешно жить и думать, что сегодня нужно тихонечко перекантоваться. Правда в том, что наша жизнь уходит каждый день. И каждый день — бесценен.

Даже если у меня останется только гречневая каша, я буду готовить максимально вкусно из гречневой каши.

И я знаю, что ко мне придут ее есть. Я люблю приводить в пример один известный эпизод из истории Англии времен Второй мировой. В период острейшей нехватки продовольствия было создано Министерство питания во главе с лордом Вултоном. Он яростно призывал все английское общество, и прежде всего аристократию, перейти только на продукты пайка, потому что безнравственно в такое тяжелое время есть что-то за его пределами. При этом он говорил: «Братья и сестры, мы не должны унывать, потому что уныние — это страшный грех». Вултон создал специальные курсы, на которых его люди учили домохозяек из скудного рациона этих пайков готовить отличные блюда. Торты пеклись без яиц и без масла. Но это были настоящие торты! Я сама такой пекла. Это мое, и это абсолютно искренне. Приходите!

Россия > Агропром > forbes.ru, 23 марта 2015 > № 1323133 Елена Чекалова


Казахстан. Россия > Агропром > kursiv.kz, 19 марта 2015 > № 1323937 Берлин Иришев

Хорошее время для нефтегазовых стран, таких как Казахстан и Россия, заканчивается

Берлин Иришев

Тенденции в мировой экономике и НТР в секторе энергетических энергоресурсов подтолкнули меня к пессимизму о будущем нефтегазовых стран, каковым являются Россия и Казахстан.

Кроме того, 25 лет бездарного опыта погони за инновациями и пустая трата бюджетных денег убеждают нас в том, что надо срочно менять приоритеты, пока мы еще имеем нефтедоллары.

Недавно в журнале Nature Climate Change, были опубликованы результаты исследования ученых из Канзасского университета, которые провели эксперименты в 30 странах мира. Оказывается, что каждый новый этап потепления климата сопровождается потерей урожайности на 6%. Применительно к урожаю 2012 и 2013 гг. (701 миллион тонн), это как если бы 42 миллиона тонн улетучились. Это страшная новость, поскольку перед миром стоит задача увеличить свои продовольственные ресурсы в ближайшие 30 лет вдвое , чтобы накормить 9,6 миллиардов населения.

Между тем, возникает обратная ситуация: четверть мирового объема зерновой продукции может быть уничтожена из-за крайне неблагоприятных метеорологических условий в ближайшие десятилетия.

Несложно предвидеть обострение мирового спроса на зерновые и резкое удорожание продовольствия. К тому же из за перенаселения планеты и новых гигантских городских застроек посевная площадь будет резко сокращаться. Вот почему нельзя уступать земли даже в аренду другим. В отличие от мировых цен на нефть и газ, которые обнаруживают волатильность, цены на все виды продовольствия будут неуклонно расти. Баки могут пустовать, а амбары - нет.

Если для нефти и газа возникает угроза резкого падения спроса на них и сужения рынка благодаря альтернативным источникам, этого не произойдет на рынке продовольствия. Взоры всего мира будут обращены к тем странам, которые производят не нефть или уран, а простой хлеб. Будет хлеб, будет песня.

Значит будущее за странами, которые имеют аграрный потенциал.

Петроэкономика уступит место Агро экономике. Возрождение агроиндустрии окажется неизбежным. При непременных условиях: власти отменят сегодняшнюю латифундию и землю отдадут тем, кто ее обрабатывает! Остановят беспредел хлебных монополистов и обнищание наших аулов, пока сельчане еще не все сбежали в город в поисках...хлеба!

Тогда наша страна получит шанс к процветанию.

Появятся новые лозунги:

"Агропром. Мечты сбываются!"

Казахстан. Россия > Агропром > kursiv.kz, 19 марта 2015 > № 1323937 Берлин Иришев


Россия > Агропром > agronews.ru, 19 марта 2015 > № 1318150 Евгений Арсюхин

Комментарий. Или вы за сильную Россию, или вы лжете.

В Москве прошло заседание Ассоциации агрошкол России. Выглядело мероприятие современно: президиум во главе с руководителем Ассоциации, Валентиной Ивановой. Связь по интернету с десятками регионов, даже с Якутией. Большие экраны, на которые проецировали выступающих. И, конечно, хорошо, что есть кому заниматься сельским аграрным образованием. Что такие агрошколы в России вообще есть. Но все же грусть не покидала.

Вот она, вся Россия как на ладони. Что Якутия, что Омская область, не разберешь. Одинаковые кабинеты. Педагоги читают по бумажке заранее заготовленные речи. Трудности есть, но в целом перспективы отличные. О проблемах предпочитаем не говорить. Эмблема Единой России висела за спинами выступающих одного из регионов. Бесконечные программы, снова и снова слова о государственном финансировании, которое есть, но надо побольше. Светлая идея переходит от докладчика к докладчику: а почему бы Росагролизингу не снабжать активнее агрошколы техникой. Обмен опытом, как правило, передовым.

Идиллию прорвал разве что Вячеслав Антонов из Слободской школы (Рязанская область): с одной стороны, не жалуемся. Приезжайте весной – встретим зеленью, летом – овощами, осенью – яблоками, таких яблок больше не выращивают, утрачен сорт.

- Ну а так социальная среда нулевая. Нет лопат. Приторговываем, чем можем. Теми же яблоками, цветами, - рассказывал Антонов.

Вот она, реальная жизнь сельских аграрных школ. Нет, конечно, о проблемах все-таки говорили, тут я немного сгустил краски. Говорили, что трудно «загнать» учеников на уроки сельского труда, потому что сопротивляются родители. Летние лагеря – они сугубо добровольные, но вроде как и принудительные, родителям это тоже не нравится. Нужен вроде как закон, который родителей обяжет детей сельскому делу учить, говорили докладчики.

- Никому мы не нужны, - это снова Антонов.

Поскольку у аграрного сельского образования существуют столь серьезные базовые проблемы, бессмысленно, наверное, говорить о передовом опыте, который, безусловно, есть. О связи с ВУЗами – не у всех эта связь налажена, и непонятно, кто тут виноват, ВУЗам не интересно, школам не интересно. О возможности аграрных школ выдавать сертификаты трактористов, механизаторов: советские ПТУ какие хочешь сертификаты выдавали, а ходили туда все равно из-под палки.

На проблему надо бы посмотреть как бы сверху. Аграрные сельские школы учат крестьянских детей тому, чему в принципе могла бы учить и семья – сельскому труду. Понятно, что учит лучше, потому что родители могут не знать агрономию, например. Кому это нужно? Видимо, найдя, кому, мы многое поймем.

Государство постоянно говорит, что сохранение сельского уклада жизни – его приоритет. Видимо, раз государству это нужно, оно и должно за это удовольствие платить. Ведь аграрно образованные ребята с большей вероятностью останутся работать на селе. И государство в самом деле денег дает, но «нет лопат, приторговываем, чем придется, никому не нужны» - значит, дает имитационно, чтобы имитировать активность, создать ощущение причастности к теме. Но не более.

Далее, агрохолдинги постоянно ноют, что нет рабочей силы. Видимо, именно они должны организовывать агрошколы, потому что именно агрошколы готовят для них кадры. Но на совещании не прозвучало примеров (может, они есть, но вряд ли массово), когда такое происходит. Из этого мы делаем вывод, что агрохолдинги не собираются стабильно работать на горизонте, например, 20 лет (ведь подготовка кадров со школы требует времени).

Кому это еще может быть нужно? Ну уж точно не родителям, которые, видя отношение государства и агрохолдингов (первые делают вид, вторые выжимают соки из старых кадров, а потом собираются свалить), стараются вытолкнуть детей в города.

Очевидно, подобные ассоциации должны не нахваливать власть, не читать друг другу доклады по бумажке, а вступать с властью и с аграрными капиталистами в жесткий конфликт, ставя обозначенные выше вопросы. Если вы всерьез считаете, что сохранение села – это сохранение России, извольте действовать. Если нет, значит, вы лжете, и на самом деле ваша цель – обезлюдить страну. Соответственно вашим целям с вами и будем обращаться.

Евгений Арсюхин- «Крестьянские ведомости»

Россия > Агропром > agronews.ru, 19 марта 2015 > № 1318150 Евгений Арсюхин


Украина > Агропром > interfax.com.ua, 17 марта 2015 > № 1361583 Гебхард Рогенхофер

Гендиректор компании "Сингента" в Украине: Несмотря на девальвацию гривни и дополнительные импортные пошлины, мы не теряем оптимизма

Эксклюзивное интервью генерального директора компании "Сингента" в Украине Гебхарда Рогенхофера информационному агентству "Интерфакс-Украина"

Вопрос: В Украине стартовала посевная кампания, ввиду девальвации гривни аграрии вынуждены экономить на семенах и средствах защиты растений. Какие механизмы предлагает ваша компания, чтобы не потерять клиентов?

Ответ: Конечно, экономическая ситуация в Украине достаточно сложная. Девальвация гривни – пожалуй, одно из наиболее негативных ее проявлений для бизнеса. Когда в феврале курс стремительно начал расти, все мысли аграриев были о стоимости материально-технических ресурсов и будущей посевной. Следует отметить, сейчас уже немного легче, ведь курс опустился с 30 грн до 23 грн за доллар, и мы очень надеемся, что национальная валюта будет постепенно укрепляться.

Если говорить о механизмах сотрудничества с клиентами, то, в принципе, мы работаем, как всегда. Предоплата, товарные кредиты являются удобными и выгодными инструментами. Мы, со своей стороны, конечно же, помогаем хозяйствам приобрести наши семена, средства защиты растений, чтобы они могли спокойно сеять и использовать наши технологии.

Также у "Сингенты" есть программы "Финансовые решения" – широкий спектр предложений по финансированию, управлению рисками и выгодной реализации сельхозпродукции. Эти программы работают уже четвертый год, однако в нынешних условиях стали особенно актуальными. Если раньше мы ориентировались на то, что их участниками будут любители новаций, то теперь сотрудничаем с очень широким кругом аграриев. И мы рады, что в это тяжелое время нам есть что предложить. Более того, наши программы проверены опытом. А надежность инструментов сейчас важна, как никогда.

Вопрос: Насколько могут сократиться продажи компании в 2015 году из-за сложной политико-экономической ситуации в стране?

Ответ: Мы думаем, что продадим столько, сколько и планировали. Для этого работаем неустанно и уже имеем некоторые результаты: за январь-февраль продали даже больше, чем в прошлом году. Я настроен весьма оптимистично.

С 2001-го до 2014 гг. мы постоянно увеличивали нашу долю и на рынке семян, и на рынке СЗР. За это время определился некоторый, я бы сказал, более-менее устойчивый сегмент наших клиентов, которые инвестируют в хороший урожай, приобретая качественные семена и СЗР в любых условиях.

Производители точно знают, какие товары они покупают и какой результат получат после приобретения того или иного рода семян и СЗР. Кто-то пробовал сэкономить во время кризиса 2008-2009 гг., когда также была девальвация и выросли цены. Один мой знакомый фермер тогда сказал: "Извини, Гебхард, но я в этом году только 20% нужных семян подсолнечника куплю у "Сингенты", а 80% возьму более дешевых". В итоге, получив урожай, он мне признался, что сожалеет о своем решении и впредь не будет пытаться экономить на качестве. Поэтому мы будем идти навстречу и всячески способствовать инвестированию в качество.

Вопрос: Часть международных компаний для нивелирования валютных рисков открывает свои мощности в Украине. Каковы планы "Сингенты" в этом направлении?

Ответ: Таких планов у нас пока нет. Вы, наверное, знаете, что у нас есть местное производство семян в Днепропетровской области. В 2015 году это обеспечит более 50% продажи семян кукурузы и подсолнечника "Сингенты" в Украине. И я считаю, что это хорошо, поскольку внутреннее производство сейчас экономически более целесообразно. Но нужно понимать, что переориентация – достаточно трудоемкий процесс, к которому следует хорошо подготовиться.

Вопрос: Расскажите более подробно об агроцентрах "Сингенты" в Украине.

Ответ: Наши агроцентры расположены в разных областях страны: "АгроРось" в Черкасской, "Оазис" в Николаевской, "Бал Инвест" в Харьковской, "Степова" в Днепропетровской, "Оболонь" в Хмельницкой, "Грига" в Полтавской – по одному в каждом бизнес-регионе. Кстати, в прошлом году у нас был юбилей: агроцентру "Сингента" - "АгроРось" – исполнилось 10 лет.

Агроцентры для нас очень важны, ведь благодаря им у нас есть возможность продемонстрировать свои технологии, чтобы их могли оценить и фермеры, и дистрибьюторы. Более того, как показывает опыт, если фермер посмотрел наши демопосевы, послушал о технологиях, задал интересующие его вопросы, то, по всей вероятности, он не просто купит наши семена и СЗР, но и будет более правильно их использовать. То есть, будет знать, как избежать технологических ошибок, и сможет улучшить свой результат!

На агроцентрах сельхозпроизводители много общаются с нашими специалистами, поэтому происходит активный обмен опытом. Посетители уточняют что-то для себя, задавая какие-то вопросы, а мы собираем отзывы о наших продуктах, что позволяет нам совершенствоваться.

Вопрос: Работает ли ваша компания с крымскими аграриями. Если да, то на каких условиях?

Ответ: Мы как ООО "Сингента Украина" с прошлого года в Крыму не работаем.

Вопрос: Правительство ввело дополнительные импортные пошлины. Как это отразится на ценах на вашу продукцию?

Ответ: Как компания-импортер мы находимся в стеснительном положении, учитывая некоторые новшества правительства. В существующей ситуации поставщики рано или поздно будут вынуждены повысить цены, что в конечном итоге негативно отразится на рентабельности производителей сельхозпродукции. Нам известно, что пошлина будет действовать максимум до конца текущего года, но хотелось бы, конечно, чтобы ее отменили как можно раньше.

По поводу цен на семена и СЗР. Как я уже говорил, около 50% семян "Сингенты" – это семена местного производства, на них пошлина не распространяется. Также значительную часть семян мы продали в январе-феврале, когда этот сбор еще не был введен. Поэтому по итогам сезона, скорее всего, влияние пошлины на продажи семян будет совсем незначительным.

Что касается СЗР, то мы будем платить 5% пошлины, но на сегодня решение по пересмотру цен на препараты не принято. Посмотрим, как будет дальше развиваться ситуация. Надеемся, что в будущем экономика стабилизируется, дополнительную пошлину отменят.

Вопрос: Видит ли ваша компания позитивные изменения после прихода нового руководства Минагрополитики? Были ли предприняты какие-либо шаги по упрощению ведения бизнеса?

Ответ: Мы постоянно сотрудничаем с правительством, видим реальные изменения. Например, сейчас лицензия на импорт СЗР уже отменена – это хороший шаг к дерегуляции и уменьшению коррупции в агросекторе. Наши представители есть в рабочих группах в Минагрополитики, мы постоянно контактируем с Минэкономразвития и торговли и сейчас совместно работаем над реформами в этих отраслях. В частности, речь идет о новом законе "О семенах и семенном материале". Мы рассчитываем, что в течение этого года этот вопрос будет решен, у нас очень конструктивные переговоры с министерствами.

В свое время мы также участвовали в разработке проекта закона "Об аграрных расписках". Закон был принят еще несколько лет тому назад, но именно в этом году, несмотря на политико-экономические трудности, аграрные расписки начинают работать. Безусловно, ситуация в стране крайне сложная. Никто не ожидает, что в один момент станет очень легко вести бизнес. Но уже видны позитивные изменения. Здесь также важно, чтобы бизнес был проактивным, формировал для себя приемлемую среду деятельности, и "Сингента" как раз входит в число компаний, способных изменить бизнес к лучшему.

Украина > Агропром > interfax.com.ua, 17 марта 2015 > № 1361583 Гебхард Рогенхофер


Россия. ЦФО > Агропром > snob.ru, 13 марта 2015 > № 1613175 Виктор Семенов

Ксения Собчак vs. основатель «Белой Дачи» Виктор Семенов:

Салатное дело

Ксения Собчак встретилась с основателем и председателем наблюдательного совета группы компаний «Белая Дача» Виктором Семеновым и побеседовала с ним о бизнесе по мытью овощей и салата, о заботе хозяина о своих работниках и о том, как устоять в бурном потоке российской истории

Некоторые существа более других устойчивы к переменам в окружающей среде. Кто мог бы остаться жить на Земле, если вдруг неизвестный космический катаклизм уничтожил нынешнюю цивилизацию и биосферу? Мне кажется, среди выживших непременно будет Виктор Семенов, нынешний глава холдинга «Белая Дача». Расчистит Виктор Александрович участок новой земли и станет растить свои овощи. Впрочем, через короткий срок дело как-то само собой устроится так, что растить овощи будет кто-то другой, а Семенов будет только их мыть и продавать вдвое дороже.

Я возлагаю на Виктора Александровича такие большие надежды, потому что он и так уже пережил немало катастроф почти планетарного масштаба. Он пришел работать на «Белую Дачу» простым бригадиром, как раз когда экономика СССР содрогалась в предсмертных конвульсиях. Но бригадир Семенов уцелел и встретил зарю перестройки уже демократически избранным главой трудового коллектива. Новый пароксизм истории — и Виктор Александрович входит в капиталистическую эру самым настоящим капиталистом, владельцем контрольного пакета акций своего родного предприятия. Юный российский капитализм становится государственно-монополистическим — и Семенов уже министр сельского хозяйства, а затем депутат Госдумы.

Надо ли добавлять, что на рубеже проклятых девяностых и нашей счастливой эры Виктор Александрович перешел из партии Примакова в путинскую «Единую Россию» ровно в тот момент, чтобы числиться в ней не презренным запоздалым перебежчиком, а одним из отцов-основателей. А едва покачнулась «Единая Россия» на рассвете нынешнего президентского срока — и все, Семенов уже не депутат, а всеми уважаемый социально ответственный предприниматель, отныне брезгующий примерять на себя клоунский костюмчик «парламентария». В общем, все у Виктора Семенова шло самым наилучшим образом, и это не везение, а просто такое уж он устойчивое к переменам существо.

Если кто-то услышит в моих словах иронию — совершенно напрасно. Просто Виктор Семенов — настоящий делец, созидатель, стоящий обеими ногами на твердой почве, способный даже из неудачи сделать трамплин для будущих побед. И когда я парой абзацев выше прошлась по поводу того, что «Белая Дача» даже и не выращивает овощи, а только моет и упаковывает, — тут тоже больше восхищения, чем ехидства. Амбициозные планы по развитию тепличных хозяйств в Подмосковье не сработали — ну что ж, мы пойдем другим путем. Если уж так случилось, что в России можно заработать только на мытье овощей, произведенных кем-то еще, будем мыть овощи! Но мыть не просто так: пусть это будет огромное, чистое, высокотехнологичное производство, каких не видывала русская земля. Такое, чтобы сам владелец IKEA Ингвар Кампрад, увидев его, изменил собственным принципам и единственный раз в истории согласился создать совместное предприятие. Не с кем-нибудь, а с русским, с неким Виктором Семеновым.

Сейчас, на пороге больших перемен в жизни страны, мне показалось, что опыт хозяина «Белой Дачи» по преодолению исторических катаклизмов может оказаться любопытным. Я встретилась с Виктором Александровичем и расспросила его о том, как он все это делает.

1. Демократия и рынок

Сноб: Вы начали работать в совхозе «Белая Дача» сразу после окончания института, простым помощником бригадира, и за 10 лет стали владельцем предприятия. Как это у вас так быстро получилось?

Если бы я пришел в «Белую Дачу» на десять лет раньше или на десять лет позже, это была бы совсем другая история. Нам всем пришлось жить в необычное время.

Сноб: Вы успели побыть и советским директором, и перестроечным руководителем, и капиталистом. Наверное, ваши собственные взгляды на вопросы собственности сильно изменились?

Безусловно. Когда началась приватизация, я был ярым, убежденным сторонником «народных предприятий». Тогда моим кумиром был офтальмолог Святослав Федоров, один идеологов «народных предприятий». Я изучал опыт подобной американской программы Employer’s Society. В США поменяли несколько десятков законов, чтобы стимулировать рабочих становиться совладельцами предприятий.

Сноб: И тогда вы решили сами сделать «народное предприятие», превратив в 1991 году «Белую Дачу» из совхоза, принадлежащего государству, в колхоз, который принадлежит рабочим. Но сейчас вам принадлежит более 70% акций «Белой Дачи». Когда вы поняли, что «народное предприятие» не получится, и решили стать обычным капиталистом?

Я тогда в Америку ездил, чтобы изучить их опыт. Первое разочарование было, когда я попросил сопровождающего показать несколько народных предприятий, а он ухмыльнулся: «Есть тут у нас один чудак, который занимается этой программой». Долго искали куратора этой программы, нашли, приходит мальчик 25–30 лет. Он рассказывает, что была одна градообразующая сталелитейная компания, хозяин ее хотел закрыть, но 5 тысяч рабочих выкупили ее, и теперь она работает без хозяина. Говорю: «А еще есть?» Он долго думал и говорит: «Да, еще один такой опыт был». На всю Америку всего две попытки? Тогда я понял, что, несмотря на колоссальную господдержку, эта идея не заработала. Но я все равно сделал народное предприятие. У «Белой Дачи» было 2300 акционеров, я хоть и был директором, но владел всего лишь 0,03% акций. У нас был совет акционерного общества, в который входило 100 человек, все было очень демократично, обсуждения по несколько часов и прочее. Три года мы жили в этом народном предприятии.

Сноб: Почему все-таки не получилось, в чем главная проблема?

Произошло несколько историй, которые меня охладили. Я всегда жил здесь, рядом с теплицами. Иногда вечером или в выходные я проходил мимо и заглядывал посмотреть, какая обстановка. Однажды захожу ночью на комбинат и в коридоре встречаю дежурного слесаря, нашего ветерана, который 40 лет отработал на «Белой Даче». Идет он мне навстречу с мешком огурцов. Дело было перед 8 марта, тогда в это время огурцы было почти невозможно купить и стоили они очень дорого. Этот мешок огурцов был, наверное, его зарплатой за год. Мы встречаемся глазами, а он говорит: «Чего смотришь на меня? Не твое несу, свое несу! Я такой же акционер, как и ты, а будешь вякать, мы тебя переизберем». Это было для меня первым звонком.

Другая история случилась, когда вокруг «Белой Дачи» стали создаваться кооперативы. Пришли молодые ребята, предложили укрепить старое здание свинофермы и заняться разведением нутрий. Мы делаем кооператив: 60% у «Белой Дачи», а 40% — четырем парням, которые этим занимались. Они начинают шить шапки, бизнес попер, 60% прибыли они отдают нам, это позволяло нам выплачивать неплохие дивиденды даже во время гиперинфляции 1992–93 годов.

Выступаю на общем собрании акционеров, говорю: мы неплохо отработали, я предлагаю выплатить дивиденды. «Ура-а-а!» — кричит зал. Вдруг встает Иван Васильевич, был у нас такой выразитель народного мнения, который все время правду-матку мочил. Советская власть любила заигрывать с активными люмпенами, а я с ними не заигрывал. Он руку тянет и говорит: «Виктор Александрович, вы такой молодец, дивиденды хорошо, но я еще предлагаю всем акционерам по шапке нутриевой выдать». Эйфория в зале, аплодисменты. Бедные ребята-кооператоры зажались в угол и понимают, что сейчас их грабить будут.

Я стою на трибуне и понимаю, что если сейчас начну объяснять, что это неправильно, то я уже изначально проиграл. Иван Васильевич — молодец, а я нехороший человек, о народе не думаю. Я решил отшутиться: «Иван Васильевич, есть одна проблема. Ты ж видишь, я никогда шапку не ношу. А с тобой рядом сидит Елена Васильевна, у нее норковая шапка и нутрию она не наденет, ей не нужна. А вот Вера Павловна, она тоже нутрию не наденет, потому что у нее шуба лисья».

Сноб: Вы себя проявили политиком уже тогда!

В зале все засмеялись, и этот вопрос замяли. Но тогда я четко понял: если трудовой коллектив равен коллективу акционеров, то это гремучая смесь. Хотя в период перестройки считал, что если смешать рабочих с капиталом, то все будет нормально. Я был активный борец с системой, партноменклатурой, я добился поддержки трудового коллектива и стал директором «Белой Дачи». Влад Листьев меня постоянно звал выступить в популярной программе «Взгляд». Я тогда был частым гостем этой очень популярной передачи.

2. Труд и капитал

Сноб: Вы разработали целую программу подъема сельскохозяйственного производства в Подмосковье. Но сейчас у вас практически нет собственных теплиц, а на месте той самой свинофермы вы построили торговый центр «Мега Белая Дача». Свиноферму перевели в Подольский район, но и там сейчас закрыли ее и собираетесь строить на ее месте логистический терминал. Согласитесь, что с точки зрения обычного работника вы человек, который вместо производства построил торговый комплекс.

На свиноферме работало 200 человек, а «Мега Белая Дача» — это 5 тысяч рабочих мест. Свиноферма — это был каторжный труд. Опытные свинарки вышли бы на пенсию, и где бы мы, почти в Москве, сейчас брали работников? Свиноферма платила бы сейчас налоги где-то 1,5-2 миллиона рублей в год, а сейчас мы платим 7 миллиардов рублей в год налогов. Есть разница? Что касается Подольского района — там рядом будет проходить ЦКАД, это просто идеальная земля для логистики.

Но сельское хозяйство от этого не развивается. Объемы производства по сравнению с советским временем очень сильно упали.

Очень хорошо развивается, мы сейчас производим в 40 раз больше продукции, чем раньше. Я еще в начале 90-х годов сказал своим работникам: свиноферму будем закрывать, теплицы у нас максимум 15 лет проживут. На меня все посмотрели как на врага. Все подумали, что я с ума сошел. Но сейчас почти на месте всех теплиц вокруг Москвы стоят жилые дома. Выращивать овощи в теплицах, расположенных на дорогой московской земле, бесперспективно. Газ будет дорожать, мы будем конкурировать за рабочую силу с торговыми центрами и другими компаниями. Мы начали сокращать собственное производство, но стали учить фермеров Ставропольского края, Ростовской области, Кубани, по всей России.

Сноб: Вы перенесли теплицы в Ставропольский край, но масштаб производства там невелик.

Мы стараемся максимально производить в открытом грунте, а в теплицах выращивать только рассаду. Раньше мы тратили на выращивание овощей в теплицах 100 миллионов кубометров газа в год, но все равно салат, выращенный в искусственном грунте, был менее качественным, чем тот, что растет в открытом грунте. Сейчас мы вообще не тратим газ на производство овощей, экономим деньги и не наносим ущерб экологии. На нас работают десятки фермеров, которые тоже не тратят газ и электроэнергию, а выращивают продукцию в открытом грунте, в естественных условиях.

Сноб: Выгодная позиция. Условно говоря, ваша компания живет за счет силы бренда. Вы берете продукцию фермеров, моете, ставите свой логотип и продаете гораздо дороже. Но если что-то случится — засуха или неурожай, — то это проблемы фермеров.

Это не так. Мы не только научили фермеров выращивать салат айсберг или мангольд, но и берем на себя обязательство купить у него все, что он произведет. Каждый день мы получаем продукцию минимум из трех регионов. Если в каком-нибудь регионе суховей случится или белокрылка (летающее насекомое-вредитель. – Прим. ред.) нападет на посевы — это и наши риски тоже. Ведь мы, невзирая на какие-либо ЧП, обязаны отгрузить продукцию покупателям в магазины и рестораны. Мы помогаем фермерам, подбираем сорта, учим, постоянно отслеживаем все процессы выращивания, при необходимости кредитуем. Мы могли бы сказать: «Это твои риски, товарищ». Но нам важно, чтобы он выжил, потому что мы работаем в симбиозе. У фермера всегда получится качественнее и дешевле. Ведь фермер буквально спит на своих грядках, молится на свое поле — свое есть свое.

Сноб: Но с фермерами главная беда — это стабильность качества, разве нет?

С нашими фермерами нет проблем, мы работаем с теми, кто выжил с нами и показал, на что способен. Каждый год к нам приходят десять новых фермеров, из них остаются три-четыре.

Сноб: Вы были министром сельского хозяйства, сейчас вы предприниматель, но скажите честно: вы верите в возрождение сельского хозяйства?

Абсолютно. Если не будут этому мешать. Сегодня российское птицеводство — одна из лучших отраслей в мире. Основные предприятия были построены с нуля за пять-семь лет. Американцы нам завидуют. То же самое со свиноводством: за пять лет в эту отрасль вложили около 600 миллиардов рублей. Уверяю вас, через три года в России вопрос по свинине будет полностью закрыт, и Россия даже начнет ее экспортировать.

С теплицами ситуация другая. Когда в 1990-х годах мы создали ассоциацию «Теплицы России», в стране было более 4000 гектаров теплиц, сейчас осталось всего 1800 га. Когда я закрывал теплицы, все меня ругали. Но ведь Советский Союз кончился, цены за газ 4 копейки за 100 кубометров уже не будет никогда. Теплицы нужно возрождать, но не в Подмосковье, а на юге, где климатические условия более подходящие.

Сноб: Вот в Крыму хорошие климатические условия. Не боитесь туда идти?

Боимся, но, наверное, пойдем. Сейчас там есть несколько проблем, которые не позволяют нам развернуть крупное производство. Есть проблема с логистикой, салат же не может по 2-3 суток стоять в ожидании парома. В Крыму климатические условия более жесткие, чем, например, в Абхазии, хотя там есть места с термальными водами. В общем, мы сейчас внимательно изучаем этот вопрос.

3. Политика и бизнес

Сноб: После введения запрета на импорт продовольствия все говорили, что сейчас сельское хозяйство оживится. Но мне кажется, что большая часть импортеров просто переклеивает ярлыки в Белоруссии, и на этом только Лукашенко стал больше зарабатывать. Вам как-то помог запрет на ввоз продовольствия?

Отчасти переклеивают ярлыки, но объемы все равно сократились. Это с ходу помогло нашим сыроделам, потому что в основном сыры поставлялись из Европы, а у нас простаивали свободные мощности. Запрет импорта моментально поднять все сельское хозяйство не может.

Сноб: Конкретно ваш бизнес от этого выиграл?

Нет, мы проиграли и потеряли много денег. Нас спасло то, что это произошло летом, когда мы практически все сырье получали из России. Если бы это произошло зимой, для нас это была бы катастрофа.

Когда мы продавали то, что выращивали сами в своем тепличном комбинате, то получалось, что зимой вырастить рукколу в теплицах, под лампами искусственного света, было в три раза дороже, чем привезти свежую с юга Италии. Поэтому мы приняли решение, что не нужно привязываться только к тому, что ты можешь сегодня произвести, а искать землю, которая может давать наиболее конкурентный продукт. Поэтому часть зимнего салата мы стали завозить с юга Испании и Италии. После эмбарго переключились на Турцию, Египет, Тунис, Марокко, Израиль. Наш салатный рынок очень узкий. В России массовым производством этой культуры до сих пор занимались только мы. Когда грянули санкции, даже некоторые наши фермеры поддались искушению и стали повышать цены. Ведь те, кто привык ранее покупать салат в Европе, стали предлагать им десятикратную цену.

Сноб: Я по своему кафе «Бублик» знаю, что вы повысили цены сразу на 20%.

Рынок не любит резких движений. Мы производим скоропортящийся товар, у нас все потоки спланированы по дням, на год вперед. И когда вдруг — ба-бах! санкции, запреты, — начинается нехороший ажиотаж. Сейчас все успокоилось, но это стоило денег. Мы сейчас пытаемся подтянуть новых поставщиков на тот уровень, к которому привыкли наши покупатели.

Сноб: У вас уже возникли сложности из-за политической обстановки. Вы строили предприятие по переработке картофеля и производству картофеля фри в Липецкой области, но летом проект был заморожен…

Одним из инвесторов проекта должен был стать Европейский банк реконструкции и развития, они вышли из проекта из-за введения санкций ЕС против России. Сейчас мы ищем других партнеров.

Сноб: Насколько я знаю, после отказа ЕБРР вы продолжали работу над проектом и остановили его только после авиакатастрофы «Боинга» на юго-востоке Украины, которая вызвала резкую реакцию вашего основного партнера — голландского производителя картофеля Farm Frites.

Да, это так. Наутро после катастрофы я получил письмо от голландцев, что в этой ситуации они должны переосмыслить свои отношения и пока нажимают Hold. Сейчас мы обсуждаем участие в этом проекте с другими стратегическими инвесторами и финансовыми структурами.

Сноб: Как раз хотела спросить вас про господдержку. Вы говорите, что свиноводство развивается, но ведь деньги на поддержку этих отраслей получают считаные компании, а большинство небольших ферм остаются без льгот. Государство по сути выращивает монополистов.

Да, это неправильно. Эксперты Торгово-промышленной палаты России сделали мониторинг, и получилось, что 10 крупнейших компаний забирают на себя больше половины льготных кредитов, которые субсидируются государством. Это не только нравственно неправильно, но и с точки зрения рисков в стране. Мы должны государственные деньги распределять таким образом, чтоб не было потом провалов.

Сноб: Почему так происходит?

Потому что мы живем в коррумпированной стране. В Европе и других странах тоже есть коррупция, но масштабы другие. Самое страшное — это отсутствие конкуренции. Когда я стал министром сельского хозяйства, ко мне в первый же день прибежал тогдашний директор «Белой Дачи» и сказал: «Виктор Александрович, включи нас в какую-нибудь госпрограмму для получения субсидий». Я ему так сказал: «Пока я министр, “Белая Дача” ни копейки не получит, даже по тем программам, в которых она должна была получить». Я прекрасно понимал, что даже если бы я все правильно сделал, меня тут же бы обвинили. С тех пор мы ни копейки из бюджета не брали. Если идти за большими деньгами, то другим ничего не достанется, а за небольшими деньгами идти — больше головной боли, чем пользы. В сегодняшних условиях развивать сельскохозяйственные проекты без господдержки практически невозможно, поэтому рассчитываем, что наша прежняя скромность позволит нам рассчитывать на льготные кредиты.

4. Дети и «Макдоналдс»

Сноб: Я вижу, что у вас до сих пор остался своего рода государственный подход к отрасли, хоть вы давно уже не работаете в правительстве. Насколько сейчас успех и прибыль «Белой Дачи» зависят от того, как себя чувствует отечественный аграрий?

Мы создали в России индустрию фермеров, которые выращивают для нас продукцию в открытом грунте. Вы 10 лет назад видели хоть одного фермера, кто производил бы в России рукколу, мангольд или айсберг? Мы убедили фермеров, что выращивать эти культуры выгодно, и обеспечили им закупки на несколько лет вперед. Представляете, когда бы у фермера появилась возможность поставлять свою продукцию в «Макдоналдс»? А сейчас они приезжают в крупный город, видят очереди в «Макдоналдс», и их распирает от гордости. Сейчас этим занимается наша компания «Белая Дача трейдинг», которую возглавляет мой сын Антон.

Антон: Мы зависим от фермеров. У нас есть обязательство перед нашими покупателями. Каждую неделю мы должны поставить им 1200 тонн салата айсберг, 20 тонн рукколы. Если у кого-то из фермеров случится проблема и мы недополучим хотя бы 10%, где я возьму эти 3 тонны рукколы в неделю? Это невозможно. Мы очень сильно завязаны друг с другом, поэтому неизвестно, кто из нас главнее и важнее.

Мы никогда фермеру не говорили: «Только нам поставляй», они могут поставлять свою продукцию и другим компаниям, но проблема в том, что до недавнего времени торговые сети предпочитали привозить продукцию из других стран. Благодаря нам многие фермеры получили гарантированный доступ к рынку.

Сноб: Давайте проверим качество продукции, которая приходит от фермеров. Возьмем один кочан какой-нибудь и посмотрим, как он выглядит внутри?

С виду продукция неплохая. Режем пополам, а теперь кочерыжечку треугольничком. Я же кочерыжник еще тот. Мои предки жили в селе Курьяново, которое теперь вошло в состав Москвы, их называли «огуречными королями» и «кочерыжниками». Они были главными поставщиками огурцов и квашеной капусты в Москву.

Сноб: У вас фактически семейная компания. Свои акции вы планируете передать детям?

Для меня великая радость, что дети работают в моем бизнесе и увлечены им. Если бы они занимались чем-то другим, то я бы стоял перед проблемой, что сделать с бизнесом в будущем. А сейчас понятно, что есть кому передать акции.

Антон: Спасибо, Ксения. Мне очень понравился вопрос (смеется). Просто мы с отцом это никогда не обсуждали.

Пока вы наемный менеджер?

Антон: Да, слава Богу, пока не уволили...

Сноб: Виктор Александрович, вы сына контролируете?

Нет. Он сам все. Он уже заводы сам строит, я приезжаю только на закладку камня и ленточку разрезаю.

Сноб: А дочери сколько лет?

33 уже.

Антон: Какие 33? Ей 37, как минимум 36 лет. Мне будет 30, значит ей плюс 7.

35 ей недавно было.

Антон: Нет, недавно ей исполнилось 36. Простите, мы очень редко видимся.

Мне как-то звонит жена и говорит: «Помоги, дочку надо перевести в другую школу». Я звоню директору школы: «Возьмите мою дочку, она пятиклассница». Потом мне жена звонит: «Она седьмой класс заканчивает, а ты ее в пятый отправил». Сейчас дочь возглавляет компанию в нашем цветочном подразделении, которая занимается ландшафтным дизайном.

Сноб: Я знаю, что у вас большой цветочный бизнес, при Лужкове вы выигрывали много тендеров по озеленению московских улиц, но при Собянине почему-то перестали.

Мы ушли десять лет назад, еще при Лужкове. Когда мы увидели, насколько этот бизнес по озеленению стал коррумпированным, я сказал «уходим оттуда».

Сноб: А правда, что Лужков вас рекомендовал «Макдоналдсу» и поддерживал «Белую Дачу» на переговорах?

Нет, с «Макдоналдсом» Лужков никаким образом не связан. С «Макдоналдсом» была смешная история. В начале 1990-х годов наши овощи были страшным дефицитом. У нас у ворот всегда стояли огромные очереди. Как-то вечером ко мне приходит коммерческий директор и по ходу разговора бросает: «Был у меня сегодня “Макдоналдс”. Я послал их. Что с ними возиться — им всего-то 2–3 ящика салата нужно в день». Я возмутился: «Ты серьезно? Это сегодня ресторан "Макдоналдс" в Москве один. А завтра знаешь сколько их будет и в Москве, и в России? Тысячи! Вот тебе три дня — и чтобы принес контракт с "Макдоналдс"! Если надо — бесплатно будем поставлять. Но мы должны стать их поставщиками». На следующий день у нас был контракт.

Сноб: Это выглядит официальной версией.

Но так и было. Мы были тогда одним из пяти поставщиков «Макдоналдса». Потом они сами пришли и сказали: «Мы новый завод строить не хотим, может быть, вы откроете салатное производство?» У нас тогда не было денег, но они дали нам оборудование в рассрочку, всему научили. У нас стало получаться, а потом они вообще закрыли свое производство, и мы начали полностью поставлять салаты и зелень в «Макдоналдс». Когда они стали открывать рестораны в Белоруссии, поляки и прибалты захотели выдавить нас из «Макдоналдса», цены у них были выгодные, но по качеству продукции наши показатели были выше.

Сноб: Есть ли коррупционная составляющая попадания в большие сети?

У нас таких проблем, к счастью, не возникает, потому что мы с сетями с первого колышка. Хотя был период, когда «Азбука вкуса» продавала какие-то странные салаты, а мы не могли туда попасть. Я даже с директором несколько раз встречался, и ничего не получалось. А потом вдруг они как-то сами к нам пришли.

5. Социализм и шведы

Своей «Белой Дачей» Семенов как дважды два доказал тезис, над обоснованием которого тщетно бились легионы российских либералов: нет никакого «национального менталитета», есть набор вредных привычек, от которых людей можно отучить лаской, примером и четкой системой правил. Простые подмосковные работницы у него перед началом смены протирают руки спиртом и облачаются в стерильную униформу, дабы ничем не скомпрометировать свежесть рукколы, — и ничего, пресловутый менталитет отчего-то им не мешает.

Философ и мистик Георгий Гурджиев как-то заметил, что стоит изменить у человека одну привычку — и через год это будет другой человек. У Семенова было в запасе три десятилетия, и он хорошо поработал над привычками своих работников. Как оказалось, русские могут делать нечто ровно противоположное тому, на чем специализировались веками. Не наваливать в огромную, выше всех, кучу нечто грязное, выкопанное из земли, а напротив, мыть выкопанное кем-то другим, фасовать в аккуратные пакетики и ставить — кто бы мог подумать — собственный логотип.

Мы проходим по просторным и стерильно-чистым цехам «Белой Дачи». Попадающиеся навстречу работники и работницы с трепетом и обожанием смотрят на босса, а заодно и на меня, его легкомысленную спутницу. Одна из работниц привлекла внимание Семенова особенно пристальным взглядом, и он обращается ко мне:

— Ксения, не откажите в автографе Наталье Петровне.

— Конечно.

Пока я рисую на листе бумаги свои каракули, Семенов поясняет:

— Видите, это девушки, которые раньше в наших теплицах работали. Это какое отделение?

— Пятое, — отвечает женщина.

— Пятое отделение! Я как раз туда пришел помощником бригадира. Мы уже 25 лет вместе.

— 35 лет, — застенчиво поправляет работница.

— А, 35! — смеется босс.

Сноб: Вы знаете многих работников в лицо?

Конечно. Тех, с кем начинал работать, — особенно. Мы абсолютно чистая, прозрачная компания, мы не можем себе позволить нанимать непонятную рабочую силу.

Сноб: Вы гастарбайтеров имеете в виду? Но ведь считается, что это дешевле.

Это как посмотреть. У нас дорогое оборудование, на котором человек должен уметь работать. Если мы возьмем гастарбайтера, а он пальцы свои где-то оставит, то с экономической точки зрения это будет стоить нам дороже. У нас работают местные люди, которые раньше работали в наших теплицах. У нас очень стабильный и лояльный коллектив. Вот вы не любите выражение «социальная ответственность», а я люблю. У нас на «Белой Даче» всегда были такие советские социальные традиции, в хорошем смысле.

В середине 1990-х годов при «Белой Даче» была компания, которая импортировала бананы, ананасы и прочие фрукты. Директорами там были молодые ребята чуть старше двадцати лет. Начали возникать конфликты с персоналом. Я им говорю: «А вы хоть знаете этого рабочего? У него семья, трое детей. Может быть, у него дома какие-то проблемы, если он так себя ведет?» Они смотрят на меня удивленно: «Мы ему бабки платим, зачем нам знать его семью? Если не хочет, пусть валит отсюда». Я говорю: «О-о-о, стоп-стоп. Хотите говорить на языке капиталиста — я вам скажу. Мне, как акционеру, не выгодно иметь таких менеджеров, как вы. Если вы относитесь к рабочему как к быдлу, то наше предприятие должно доплачивать за вредность. Это стоит денег. Поднимай чувство значимости работника и стабилизируй коллектив при тех же самых затратах на зарплату».

Сноб: Благодаря такой социальной политике вы и нашли общий язык с владельцем IKEA Ингваром Кампрадом, известным своими левыми взглядами?

Кстати, так нам и удалось построить IKEA и «Мега Белая Дача». IKEA искала участок на востоке Москвы, два года вокруг нас ходила: «Продайте землю». Но я четко сказал: землю продавать не будем, но можем сделать совместное предприятие.

Сноб: У IКЕА ведь все магазины в их собственности. Насколько я знаю, у них было только одно совместное предприятие в Бельгии.

Да, они всегда избегали этого. Они действительно попробовали в Бельгии построить IКЕА с местным партнером, но там что-то не получилось. После этого основатель Ингвар Кампрад сказал, что никогда ни при каких условиях совместных предприятий делать не будет.

Сноб: Как же вы его уговорили?

Однажды звонит мне гендиректор российской ИКЕА Леннарт Дальгрен и говорит: «Кампрад приезжает в Россию и хочет с тобой встретиться». Мы готовимся, чтобы все было в лучшем виде, все-таки Кампрад тогда входил в тройку богатейших людей мира. На территорию заезжает один автомобиль Skoda — представительского класса, но все-таки Skoda. За рулем сам Дальгрен, рядом сидит Кампрад, а сзади корреспондент какого-то шведского телеканала и оператор, никакой охраны. Заходят они в офис, а я говорю: «Давайте сначала я вам свое производство покажу». Мы ходим с ними по теплицам, по упаковочному цеху, ко мне, как сейчас, люди походят. Кто-то спрашивает, как дела, кто-то жалуется на проблемы. Я же со многими проработал по тридцать лет, большинство работников знаю по имени-отчеству.

Закончились переговоры, мы идем ужинать. Вдруг встает Кампрад. «Виктор, ты меня сегодня убил, — говорит он. — Мало того, что ты для меня впервые в России сам решил показать производство. Я обычно в России от всех требую показать производство, и с большим трудом, но иногда меня ведут. Но больше всего меня поразило, что люди тебя знают и ты людей знаешь, и у вас явно открытые доверительные отношения. Меня это убило наповал. Я такого уже давно не видел ни в России, ни на Западе». А Кампрад, как мне видится, социалист по убеждению. Он протянул мне руку и сказал: «Так и быть, мы сделаем с тобой совместный бизнес». Потом повернулся к Дальгрену: «Но если не получится, то больше с вопросами о совместном предприятии ко мне не подходить».

Сноб: Какая-то сказочная у вас история.

Дальгрен написал книгу «Вопреки абсурду. Как я покорял Россию, а она — меня». В ней единственная глава — к сожалению, 13-я — посвящена «Белой Даче». Он пишет, что постоянно ждали какого-то подвоха, что эти русские заманят нас в какую-то ловушку. Ждали, когда регистрировали предприятие. Ждали, когда началось строительство. Но не было ни одной проблемы, ни одного коррупционного вызова. Хотя он же там пишет про Химки, называет суммы взяток и фамилии чиновников, которые вымогали деньги, ставили какие-то условия. А про «Белую Дачу» единственная глава и никаких взяток.

Сноб: Кампрад, насколько я знаю, не приехал на традиционный утренний завтрак перед открытием ИКЕА, а остальные менеджеры, прилетевшие из Швеции, вели себя очень настороженно, и по лицам было видно, что они ждут подвоха и не верят в успех.

Я сейчас не помню, приезжал ли Кампрад на открытие ИКЕА, но на открытие второй очереди «Мега Белая Дача» он точно приезжал с супругой и был очень доволен. Так смешно было, когда Кампрад говорит: «Я вас приглашаю на обед». Высокопоставленные чиновники думают: ну, сейчас будет банкет. А мы приходим в икеевскую столовую, он берет поднос и идет на раздачу — чиновники были в замешательстве. Но весело и хорошо все посидели. Бизнес-ланч такой получился.

6. Либералы и консерваторы

Сноб: Правда, что у вас с Лужковым были очень хорошие отношения?

У нас были очень хорошие отношения, намного лучше, чем с тогдашним губернатором Подмосковья Анатолием Тяжловым. Из этих отношений родился знаменитый рынок «Садовод». Мы отдали свою землю, получив за нее 20% в компании, которая стала владеть рынком. Но потом нас обманули. Я тогда еще был не искушен в юридических вещах и не понимал, что нужно иметь хотя бы 26%, чтобы нас не выкинули из бизнеса. Они провели одну допэмиссию, потом вторую, и у меня стало 5%. А потом я увидел, что там уже никакой не «Садовод», а совершенно другой рынок. Это, конечно, было печально, но так сложилось.

Сноб: У вас были достаточно тесные связи с семьей Лужкова? Я знаю, что Елена Батурина, когда начала заниматься строительством, передала бизнес по производству пластиковых тазов и прочей тары компании «Агропласт», которой владеет ваша супруга Виктория и жена губернатора Воронежской области Алексея Гордеева — Татьяна. Помимо этого, «Агропласт» вместе с «Интеко» владел фирмой «Интеко-строй», которая выигрывала тендеры на реконструкцию фасадов в центре Москвы.

Это сегодня Гордеев губернатор, а этот «Агропласт» был создан в 1987–1988 годах...

Сноб: Хорошо, но вместе с «Интеко» этот бизнес начал расти.

Ну, это жизнь. Наши дети до сих пор дружат, кстати говоря.

Сноб: Хороший ответ: «Это жизнь»!

Чтобы вы представляли, мы с господином Гордеевым жили на одной лестничной площадке, в одном доме здесь, на Белой Даче. Мы водили детей в детский садик по очереди, а иногда и вместе. Бегали с ним на местном стадионе каждое утро по пять километров.

Сноб: Когда началась травля Лужкова, вы как на это реагировали?

Я уже тогда с Лужковым был далек. Мы с ним давно знакомы, но после событий 1999 года, когда у него были большие политические амбиции, Лужков очень сильно изменился. После этого я с ним очень редко общался, он стал недоступным.

Сноб: На примере Лужкова и ваших отношений, как происходит такое оттеснение от власти? Вас в какой-то момент кто-то стал отодвигать от него или он перестал отвечать на ваши звонки?

Я, скорее, сам отошел. У меня был к нему какой-то вопрос. Я к нему пришел, он меня прекрасно принял, все пообещал и ничего не решил. Я еще раз пришел, он меня опять прекрасно принял и опять ничего не решил. В третий раз я не пошел.

Сноб: Про Лужкова в бизнес-тусовке ходил слух, что у него было два вида подписи — обе одобрительные, но одна была с какой-то черточкой, и только она значила, что он реально одобряет, а вторая — типа подвесить и заволокитить.

Я тоже слышал это. Он на моих письмах писал: «Да, поддержать» с тремя восклицательными знаками, я шел с этими резолюциями в кабинеты, там мне люди кивали головами, вежливо улыбались и ничего не делали. Нормальному человеку не надо тысячу раз говорить. Тогда я почувствовал, что человек не готов со мной на равных разговаривать. Понял и перестал общаться.

Сноб: Рассказывают, что Лужков способствовал вашему назначению в 1998 году министром сельского хозяйства России?

Нет, он даже этого не знал. Это было неожиданностью для многих. Помню, как был удивлен Михаил Прохоров. В Онэксим-банке он тогда отвечал за село, а банк участвовал в программе льготного кредитования. Он пригласил меня, молодого политика, члена коллегии Минсельхоза, познакомиться. У нас сложились неплохие отношения. Но даже для него мое назначение оказалось неожиданным.

Сноб: Вы, кстати, за кого голосовали на президентских выборах? За Прохорова?

А я впервые не участвовал в выборах, куда-то уехал.

Сноб: Как у вас чудесно жизнь складывается: пока Лужков был в апогее, вы с ним дружили. Когда выборы президента, вы — раз, и уехали. Очень мудрая позиция.

Ксения, кто-то из великих сказал: «Если вы в молодости не были либералом, то у вас нет сердца, если вы в старости не стали консерватором, то у вас нет ума». Понимаете? Со мной происходят абсолютно понятные процессы. Я в свое время был ярым борцом, налетал с ходу с шашкой на всякие баррикады. Потом я стал понимать, что не надо с ходу, а шашкой можно нарубить много дров. А сейчас я понимаю, что на сегодня мне политика вообще неинтересна.

Сноб: Если бы сейчас материализовался Влад Листьев, о котором вы говорили в начале беседы, и сказал: «Виктор, я помню тебя из того времени, ты был такой борец за другую страну, за либеральные ценности. А потом — “Единая Россия”, три созыва отсидел. Как же так?» — спросил бы вас Влад Листьев.

Очень простой ответ: я был активным борцом против косной системы советской экономики. Меня поддерживали люди. Разные партии пытались привлечь меня на свою сторону, но я не пошел ни к коммунистам, ни к либералам, остался сам по себе. Это было правильным решением. Когда увидел, что начали творить либералы, особенно правительство Гайдара, я как директор понял, что они просто разрушают экономику. Я был членом движения «Отечество — вся Россия», которое возглавляли Юрий Лужков и Евгений Примаков. Мне было очень комфортно в «Отечестве». Могу честно сказать, что я стоял у истоков создания партии «Единая Россия».

Сноб: То есть перед Владом Листьевым за «Единую Россию» вам стыдно бы не было?

Мне не только перед Владом — мне перед самим собой за многие вещи стыдно. Ну, а что делать, если есть такие вещи, к сожалению. Я не хочу перед вами слыть каким-то провидцем, но, когда в 2003 году «Единая Россия» набрала тотальное большинство, я сказал однопартийцам: ребята, это начало конца. Я был в коммунистической партии и видел ее гниение, но та хотя бы была партия с какой-то историей. Это базировалось на каких-то устоях, плохих или хороших. У нас, говорю, ничего нету, кроме опять-таки плохого опыта из той партии.

Но, на мое удивление, первые съезды партии — я же был их участником — мне нравились.

Сноб: А когда перестало нравиться?

Партия стала превращаться в заорганизованный механизм, перестало поощряться альтернативное мнение. Но могу сказать, что в третьем созыве Госдумы я очень активно работал. Сейчас пытаюсь понять: чего я крутился как белка в колесе? Но тогда мне это доставляло колоссальное удовольствие, потому что я видел, что я могу хотя бы немного вносить какие-то изменения в сложившуюся систему.

Сноб: А сейчас бы пошли, если б позвали?

Нет. Искренне вам говорю, я очень рад, что оказался вне Думы. Я был в предвыборных списках нынешней Госдумы. Но мне досталось первое непроходное место. Меня Господь сберег. Мне все соболезновали, а я улыбался про себя. Я не рвался в Госдуму, мне просто сказали «надо».

Сноб: Кто сказал?

Есть у нас в системе власти люди, которые говорят: «Ну, слушай, ты нужен», — и все. Вся моя жизнь, все мои интересы связаны с Московской областью. Слово губернатора для меня — это очень весомо, и я сказал: хорошо. Когда на мне закончились места, первое ощущение было, как будто я проиграл что-то важное.

Сноб: Но представьте, если бы вы все-таки попали в Госдуму. От вас зависит огромное количество людей, работающих на ваших предприятиях. Можно оголтело кричать где-то на площадях, когда у тебя ничего нет, ты отвечаешь только сам за себя, рискуешь только своей жизнью и свободой, но у вас другая ситуация. Где лично для вас проходит грань между ответственностью за бизнес и личными моральными устоями? Где та грань, на которой вы остановитесь и не перейдете ни при каком случае? «Закон Димы Яковлева» или еще какие-то мракобесия, которые принимались в последнее время? «Извините ребята, от меня зависит множество людей, но под этим я уже не подпишусь»?

Мне сложно сейчас сказать, как я бы поступил, но без сомнения могу сказать, что ответственность перед людьми, которые от меня зависят, все равно превалировала бы.

В четвертом и пятом созыве Госдумы мне было уже неинтересно. Меня как человека реального дела раздражало, что депутатов заставляют сидеть в зале и слушать обсуждения вопросов, в которых они совсем ничего не понимают. Я активно участвовал в обсуждении вопросов сельского хозяйства и продовольствия, но в вопросах атомной энергетики, космоса я ничего не понимаю. И я не понимал, почему я должен был терять время. Это же просто унизительно. Этого нет ни в одном парламенте.

Вы спрашиваете, как далеко я пойду? Однажды фракция обсуждала поправки о введении для водителей «нулевого промилле». Я говорю: «Ребята, как биолог говорю вам, это глупость полная. Вы запускаете коррупционный механизм. Зачем это делать?» Меня в сторону отзывает один такой уважаемый партийный товарищ: «Виктор, а оно тебе нужно? Вопрос уже решен, твое мнение ничего не изменит, но у тебя могут возникнуть проблемы». Я махнул рукой и в день, когда было голосование, просто не пришел в Думу. Хотя там, безусловно, за меня проголосовали — все-таки партийная дисциплина. Хорошо, что через некоторое время эти поправки отменили. Но по принципиальным позициям часто приходилось голосовать и оставаться в меньшинстве. Так, например, было с законом о реформе энергетики.

Один раз был совсем уникальный случай, хотя его почти никто не заметил. В 2008 году обсуждался закон о системе страхования банковских вкладов.

Сноб: Госгарантии по вкладам? Эти по 700 тысяч?

Да, они самые. Зал был полупустой, время шло к обеду, обсуждалась сумма страховки. Правительство сказало, что предел гарантий — 300 тысяч рублей. Я, честно говоря, не очень хорошо понимаю в банковской сфере, но была группа депутатов, которые раньше работали в финансовой системе. Один выступает — требует 700 тысяч, второй — то же самое, а им из правительственной ложи говорят: «Что вы вообще понимаете в банковской системе?! У государства таких денег нет». А они абсолютно правильно аргументируют: «Сейчас все свои вклады заберут, и денег вообще не будет». Они подсчитали, что 95% вкладов укладываются в эти 700 000 рублей. Значит, банковская система стабильна. Это было в кризис 2008 года, что очень важно.

Все конечно проголосовали в третьем чтении за 300 тысяч рублей и ушли на обед. Закон должен был уйти в Совет Федерации. Но я убежден, что трансляцию заседания смотрели на «самом верху». И что вы думаете? Нам повезло, курьер опоздал и не успел взять бумаги. Прозвучал звонок сверху. Тут же стали обзванивать всех депутатов, чтобы они через полчаса были в зале. Закон вернули в Думу. Мы тут же делаем поправку — 700 тысяч рублей. Принимаем закон, на следующий день его принимает Совет Федерации и подписывает президент. Это была кульминация роли личности в истории. Надо отдать должное моим коллегам и их настойчивости.

Сноб: Это прекрасный пример. Для банковской системы и вкладчиков это правильное решение. Но, с другой стороны, сам факт, что по одному звонку другой ветви власти можно взять и проштамповать любое решение — это очень тревожно. Это же работает всегда в обе стороны...

В стране был период, когда надо было укреплять вертикаль власти, а сегодня нужно начинать делать обратные движения. Нужно укреплять муниципалитеты. Нужно сделать перераспределение налогов от бизнеса в пользу муниципалитетов — это очень важный вопрос. Нужно укреплять режим обратной связи, снижать фильтры на выборах губернаторов.

Я совершенно искренне голосовал за отмену губернаторских выборов. Потому что мы тогда реально находились перед развалом страны. Но, на мой взгляд, процесс возврата в другую сторону явно затянулся. Я недавно разговаривал с сегодняшними депутатами, и они сказали, что сейчас все чувствуют, что все-таки маятник остановился и сейчас начнется движение в другую сторону.

Сноб: Серьезно? У меня ровно другое ощущение. У вас ведь уникальный личный опыт: вы были начальником и в советской системе, и в рыночной экономике. У вас нет ощущения, что сейчас мы возвращаемся в Советский Союз?

Нельзя сказать, что нет такого ощущения. Мне многое не нравится. Но я четко понимаю, что все идет по принципу маятника: мы были в одной крайности, в полной анархии, сейчас маятник качнулся, но мы все равно не дошли до Советского Союза.

Сноб: А я чувствую, мы еще зайдем в эту воду.

Я абсолютно уверен, что этого не произойдет. Даже если кто-то захочет — не сможет этого сделать. Это законы истории. Мы с вами сейчас сидим и разговариваем на эти темы, разве это можно было представить себе в советское время? Советский Союз — это жесткая вертикаль, доведенная до абсурда. Отсутствие каких-либо свобод, в частности, экономических. Мне же сейчас никто план производства салата не спускает сверху.

Сноб: Вы могли два года назад себе представить, что мы всерьез будем сравнивать преимущества гражданства разных стран, обсуждать возможное появление выездных виз?

Я думаю, что это больше эмоциональный подход. Я в советское время выезжал без выездной визы — меня, правда, чуть не сняли с работы. Это был такой период, когда я был вояка. Меня спасло тогда, что я был областной депутат, а так бы меня уже сняли с работы, и история «Белой Дачи» пошла бы по-другому руслу.

Сноб: То есть вам, людям советской закалки, ничего не страшно, потому что вы там уже были. Понятно.

Россия. ЦФО > Агропром > snob.ru, 13 марта 2015 > № 1613175 Виктор Семенов


Венгрия. Италия. Весь мир > Агропром > agronews.ru, 11 марта 2015 > № 1312319 Владимир Рахманин

Треть сельскохозяйственных земель в мире деградирована.

Почвы являются основой для производства продовольствия, но они не умеют говорить, и мало кто выступает в их защиту. «Сейчас мы начинаем менять эту ситуацию», - сказал Владимир Рахманин, помощник генерального директора и Региональный представитель ФАО по Европе и Центральной Азии, выступая на открытии конференции в Будапеште.

Многочисленные роли, которые почвы играют в нашей жизни, часто остаются незамеченными или недооцененными. В 2015 году ФАО призывает изменить ситуацию, сосредоточив особое внимание на значимости почв. Генеральная Ассамблея Организации Объединенных Наций объявила 2015 год Международным годом почв.

Венгрия - одна из первых стран, которая вносит свой вклад в глобальные перемены. Национальная конференция высокого уровня под названием «Здоровые почвы для здорового образа жизни» была организована Министерством сельского хозяйства Венгрии.

По данным ФАО, территории, покрытые здоровыми почвами, сокращаются. Треть сельскохозяйственных земель в мире деградирована, и степень деградации варьируется от умеренной до сильной. Это происходит вследствие эрозии, засоления, уплотнения, окисления и химического загрязнения почв. Нынешняя деградация почв ставит под угрозу возможность будущих поколений удовлетворить свои потребности в продовольствии.

Партнерства, проекты и платформы, разработанные в ходе проведения Международного года семейных фермерских хозяйств (2014), станут фундаментом для Международного года почв. ФАО подчеркивает, что семейные фермеры зависят от здоровья почв, но в то же время сами фермеры играют ключевую роль в сохранении здоровья и повышении плодородия почв.

ФАО содействует сохранению почв во всем мире, улучшая осведомленность и разъясняя преимущества устойчивого управления земельными ресурсами. Организация реализовала более 120 проектов по всему миру, связанных с почвами и совместно с ЮНЕСКО выпустила Почвенную карту мира.

Зачастую данные о почвах устарели или носят фрагментарный характер. Одним из приоритетов ФАО является создание глобальной информационной системы почв, которая будет располагать доступными и достоверными данными, помогающими принимать решения в вопросах по управлению земельными ресурсами, передает ИА «Казах-Зерно». «Мы не унаследовали эту землю от наших предков, мы, скорее, позаимствовали её у наших детей, - сказал Рахманин. - Мы никогда не должны забывать, что то, как мы используем почвы нашей планеты, будет иметь последствия для жизни следующего поколения, потому что здоровые почвы являются основой для здоровой жизни»

Венгрия. Италия. Весь мир > Агропром > agronews.ru, 11 марта 2015 > № 1312319 Владимир Рахманин


Украина > Агропром > interfax.com.ua, 10 марта 2015 > № 1361572 Владислава Рутицкая

Замминистра аграрной политики и продовольствия: Вопрос увеличения квот на поставки сельхозпродукции в ЕС требует прагматического подхода

Эксклюзивное интервью заместителя министра аграрной политики и продовольствия Украины по вопросам евроинтеграции Владиславы Рутицкой информационному агентству "Интерфакс-Украина"

Вопрос: Владислава Валерьевна, прокомментируйте, пожалуйста, ценовую ситуацию на рынке продовольствия сейчас. Каковы действия министерства в этом направлении?

Ответ: Ситуация меняется практически каждый день, это относится не только к нашему профильному министерству, но также к остальным государственным органам. Естественно мы взаимосвязаны, реакция наших людей, которые каждый день видят курс, соответствующая. Для нас самой главной задачей является обеспечение государственной продовольственной безопасности и для этого, в зависимости от ситуации, которая складывается, у государства будут соответствующие действия.

Вопрос: Какие квоты по экспорту продукции в ЕС Украина уже заполнила? И есть ли у правительства возможность их увеличить?

Ответ: У нас есть пять квот, по которым выделенные объемы на 2015 год использованы досрочно: квота на экспорт кукурузы (400 тыс. тонн), меда (5 тыс. тонн), практически использована квота по яблочному и виноградному сокам – на 98,4% (остаток составил 157 тонн из 10 тыс. тонн) и квартальную квоту по мясу птицы (4 тыс. тонн).

Уже сейчас мы ведем переговоры с нашими европейскими партнерами по увеличению этих квот. Так, 21 апреля у нас ожидается продолжение диалога "Украина – ЕС по аграрным вопросам", который мы ведем с соответствующими представителями ЕС относительно промежуточных итогов выполнения Соглашения об ассоциации и задач на будущее. В рамках нашего аграрного диалога мы будем обсуждать вопрос увеличения квот. Хочу отметить, что это очень серьезный вопрос, который требует очень прагматичного подхода: детальной проработки, анализа, четкого понимания возможностей украинских производителей и их прогнозов по производству. Поэтому мы провели работу с ассоциациями, которые представляют этих производителей. Анализируя данные, которые касаются их объемов производства, стратегии по продажам, мы получаем аргументы для проведения этого аграрного диалога с европейской стороной. Это прагматичная работа, которая касается вопросов, связанных с законодательством. Диалог - сложный с точки зрения дипломатии, нужно проводить его взвешенно и длительное время. Пока по некоторым направлениям в торговле с ЕС мы выбираем квоты досрочно, по большинству других – квоты не заполнены. Так, в 2014 г квоты по грибам, молочным продуктам, свинине, говядине, сигаретам не были использованы.

Вопрос: Какие вопросы будут подниматься на встрече в апреле с еврокомиссаром Хоганом?

Ответ: Это регулярное событие, мы его проводим раз в полгода для того, чтобы понимать, как мы выполняем соглашение, какие у нас задачи стоят в дальнейшем. Приедет комиссар по аграрной тематике – Фил Хоган. Мы с ним встречались на "Зеленой неделе" в Германии. Проговорили, какие задачи мы ставим перед собой на "аграрный диалог". Есть четкая статистика, что использовано, что не использовано. У нас есть понимание, что есть квоты, которые не открыты и над ними нужно работать. У нас есть квота по молочке и мы ждем заключений. Мы сейчас обмениваемся письмами и в процессе подготовки – это то, что касается говядины. Кроме того мы решаем эпидемиологическую ситуацию по свинине, которая также будет приоритетной для нас потом.

Вопрос: На каком этапе сейчас процесс реформирования Госветфитослужбы?

Ответ: На данный момент создана правительственная группа, которая подходит к очень четкому анализу концепции нового единого компетентного органа, это все проходит на уровне Кабинета министров. Со стороны министерства сначала был подан один формат предложения еще в прошлом году касательно 442-го постановления. В этом году мы отмечаем, что у нас есть желание и возможность работать в этой правительственной комиссии. Для нас важно и этот вопрос я поднимаю на всех заседаниях в министерстве и с европейскими партнерами относительного того, каким будет новый формат компетентного органа и каким образом будет дальнейшая имплементация законов, которые связаны с евроинтеграцией. В первую очередь это связано с вопросами качества и безопасности пищевых продуктов. Для меня очень важным является вопрос, насколько эффективно будет работать законодательство в рамках единого компетентного органа. Кроме того, представители этого органа должны активно участвовать в переговорах с Еврокомиссией в отношении открытия новых квот по молоку, свинине, говядине. Кроме того, они должны наладить эффективную работу с производителями, которые будут проходить инспекции на получение этих квот.

Вопрос: Кто курирует конкурс на должность руководителя Государственной продовольственно-зерновой корпорации?

Ответ: По ГПЗКУ создана отдельная комиссия, ее возглавляет первый замминистра – Ярослав Васильевич Краснопольский, я возглавляю комиссию, которая относится к 20-ти остальным государственным предприятиям.

Вопрос: Министерство неоднократно заявляло о необходимости наращивания экспорта сельхозпродукции в Китай? Каким образом этого можно достичь?

Ответ: На данный момент у нас создана на правительственном уровне комиссия название. Ее возглавляет Геннадий Юрьевич Зубко. На сегодняшний момент по Китаю есть вопросы, которые будут входить в программу визита туда. Мы в Китай не только экспортируем товары, но и импортируем их оттуда. Здесь важно проанализировать структуру экспорта и импорта. Для нас важны те вопросы, которые необходимо обсудить и которые идут на стыке Министерства инфраструктуры, и связанные с высокими технологиями. Для выхода украинской продукции на рынок КНР необходимо подписание и ратификация межправительственного соглашения о регулировании взаимоотношений в области ветеринарной медицины между Украиной и Китайской Народной Республикой, а затем - проведение аудита китайскими инспекторами для оценки государственной системы контроля производства пищевых продуктов. Нам необходимо отработать более качественно те обращения, которые были анонсированы в предыдущих переговорах Украины и Китая, их очень детально выполнить, далее перейти к аудиту украинских производителей, которые смогут соответствовать этим требованиям. Составить перечень сопартнеров с китайской стороны и только после этого идет непосредственный процесс регистрации договоров, контрактов. В 2014 г Украина нарастила экспорт сельхозпродукции в Китай на 58%, до практически 766 млн долларов.

Вопрос: На сколько может вырасти или сократиться экспорт украинской сельхозпродукции в ЕС в 2015 г?

Ответ: Естественно наши производители будут выходить на этот рынок, он близок инфраструктурно. Да, на нем надо торговать, понимая, проходишь ты их требования или нет. Выбирать те нишевые товары, для которых еще есть место. Доля будет зависеть от результатов собственного производства, направления, в котором мы будем ориентироваться: на внутренний, европейский или азиатский рынок. Экспорт украинской продукции в ЕС за 2014 г составил 4,968 млрд долларов, что на 4,4% больше, чем за 2013 год.

Наибольший удельный вес в структуре экспорта в страны ЕС занимали такие виды сельскохозяйственной продукции, как зерновые, семена рапса, сои, подсолнечное масло. Наша задача работать над имиджем украинской продукции. Нам надо развивать бренд Украины и идти с ним дальше. Надо задумываться и работать в направлении продуктов с более высокой маржой. Кто должен продвигать бренд "Сделано в Украине"? Я считаю, что две стороны: и государство, и производитель. Мы видим существующую экономическую ситуацию, но есть производители, которые уже работают над этим.

Вопрос: Проводятся ли переговоры по возобновлению поставок курятины в Саудовскую Аравию?

Ответ: Мы встречались с послом Саудовской Аравии, есть готовность продолжать диалог, углублять торговые миссии. Планируем визит в эту страну соответствующего министерского уровня. Мы должны получить разрешение на экспорт туда курятины. Мы заявили, что готовы туда ехать и озвучили, что нам необходимо поднять и решить этот вопрос. Далее мы едем туда с готовым пакетом документов.

Украина > Агропром > interfax.com.ua, 10 марта 2015 > № 1361572 Владислава Рутицкая


Украина > Агропром > interfax.com.ua, 2 марта 2015 > № 1361574 Дмитрий Скорняков

Гендиректор агрохолдинга HarvEast: Мы рассчитываем подписать соглашение с банками по реструктуризации кредитов в начале марта

Эксклюзивное интервью генерального директора агрохолдинга HarvEast Дмитрия Скорнякова информационному агентству "Интерфакс-Украина"

Вопрос: Какие изменения в работу холдинга внесли события на Донбассе?

Ответ: Безусловно, события, происходящие на Донбассе, отражаются на деятельности компании. Основной пик активных военных действий пришелся на периоды уборки яровых и посева озимых культур. В связи с этим примерно 5% площадей мы не смогли убрать вообще. Оптимальные сроки для уборки также не были выдержаны вследствие разного рода логистических проблем. К примеру, холдинг ежегодно нанимает комбайны для уборки урожая и транспорт для перевозки продукции, а в разгар прошедшего сезона половина поставщиков данных услуг просто отказалась ехать в регион и выполнять договорные обязательства, а вторая половина существенно подняла цену на свои услуги. В результате мы убирали гораздо дольше, чем планировали, что привело к срыву оптимальных сроков и существенной потере урожайности. Также, вследствие упомянутых событий, стали недоступны многие элеваторы, с которыми мы сотрудничали ранее. С перебоями работал Мариупольский морской порт, и нам пришлось отгружать продукцию через дальние порты, что естественно удорожило ее себестоимость.

До сих пор существует проблема с реализацией продукции, которая находится либо в местах активных боевых действия, либо там, где вообще нет возможности ее продать.

Вопрос: Планируете ли обрабатывать ту часть своих земель, которая оказалась на оккупированных территориях?

Ответ: К моменту обострения конфликта у нас было засеяно порядка 70% площадей от того объема, который мы планировали под озимые. На сегодня мы засеяли все земли, которые не находятся в прямом соприкосновении сторон. Это где-то порядка 80% земель, находящихся на территории, не контролируемой украинской властью. Теперь нам осталось посеять весной яровые культуры, рассчитываем, что нам это удастся.

Мы, несомненно, будем делать все от нас зависящее, чтобы продолжать работать, ведь у нас есть обязательства перед пайщиками и сотрудниками. Есть юридические обязательства, подкрепленные договорами аренды паев, трудовыми соглашениями. Мы не можем взять и все бросить, в первую очередь людей. На этой территории у нас достаточное количество техники для проведения полевых работ. Поэтому мы будем продолжать работать до тех пор, пока это возможно с практической точки зрения, а самое главное, с точки зрения безопасности наших сотрудников. Единственное "но" состоит в том, что в этих районах мы будем работать с применением минимальных технологий, для того, чтобы вывести эти земли на самоокупаемость. Ни один банк не согласится дать кредит для весенней посевной в сложившейся ситуации. Тем более, что на этих территориях, как я уже говорил, существует проблема с реализацией продукции. Поэтому мы рассчитываем на минимальные финансовые вложения, но сеять обязательно будем.

Вопрос: Раньше сообщалось, что на неподконтрольной сейчас Украине территории Донецкой области расположена треть вашего земельного банка и продукция стоимостью в сотни миллионов гривень. Удалось ли компании распорядиться этой продукцией?

Ответ: С тех пор ничего не изменилось. Треть земельного банка все так же расположена на неподконтрольной Украине территории. И нам не удалось распорядиться продукцией так, как нам хотелось бы. Сегодня реализация ограничена.

Вопрос: Какое еще имущество там осталось? Каков размер ущерба компании вследствие потери контроля над активами?

Ответ: Осталось все недвижимое имущество. Также там находится техника, которой достаточно для обработки данного земельного банка, за исключением комбайнов и транспорта, которые холдинг исторически нанимает. Я не могу сказать, что мы потеряли контроль над активами. На местах находятся наши руководители кластеров, и, как и прежде, осуществляют операционное управление активами, конечно, с естественными ограничениями.

Вопрос: Несмотря на военные действия в регионе, вашей компании в прошлом году удалось собрать высокий урожай, на четверть больше, чем в 2013 году. Чем обеспечен этот результат? С какими трудностями пришлось столкнуться при полевых работах и логистике?

Ответ: Про трудности я уже говорил, в основном это были трудности в логистике. Стоит еще отметить, что вследствие ограниченной возможности передвижения по территории, мы вынуждены были хранить урожай на тех площадках, которые мы не планировали использовать, или на тех, которые ранее вообще не были для этого предусмотрены. Нам пришлось оперативно реагировать и искать пути решения проблем.

Что касается высокого урожая, то мы несколько лет экспериментировали и пробовали разные подходы, чтобы подобрать идеальную для нашей климатической зоны технологию. Мы также активно использовали внешнюю экспертизу, изучали опыт стран-лидеров и параллельно формировали нашу производственную команду. Теперь, на мой взгляд, и технология, и команда оптимальны.

Мы много работали над производственным контролем. Усиленно занимались проектом по внедрению GPS-навигаторов и расходомеров топлива, определяли точки контроля производственных операций. В результате получили прозрачную отчетность и своевременное выполнение всех задач.

И в дополнение, конечно, хотелось бы сказать, что в прошлом году нам очень повезло с погодой, она была благоприятна для зерновых.

Вопрос: Продолжаете ли вести деятельность в Крыму? Какие активы там имеете и перерегистрировались ли согласно российскому законодательству?

Ответ: Я отвечу коротко – мы стараемся осуществлять производственную деятельность.

Вопрос: Как изменились доходы компании и их структура в прошлом году?

Ответ: Доходы существенно не изменились. Они немного увеличились, но структура соответствует прошлогодней.

Вопрос: В 2014 году вы собирались открыть в Донецкой области семенной завод за $3 млн. Этот проект был доведен до конца? Были ли еще какие-то инвестпланы, от которых пришлось отказаться или отложить?

Ответ: Да, как и планировали, мы ввели завод в эксплуатацию. Он покроет внутренние потребности в семенном материале зерновых культур. Для новых проектов прошлый год был не самым удачным. Не лучшее время начинать что-то новое, не понимая когда ситуация хоть как-то стабилизируется.

Вопрос: Как идут переговоры о реструктуризации кредитной задолженности? Какова общая долговая нагрузка компании?

Ответ: Переговоры по реструктуризации наших кредитов идут успешно. Все банки с пониманием отнеслись к нашей ситуации, согласились с тем, что наши проблемы - объективного, а не субъективного характера. Мы благодарны нашим партнерам за понимание и конструктивную позицию. В начале марта мы ожидаем подписать соглашения с банками.

Вопрос: Эксперты аграрного рынка говорят, что затраты на сельхозпроизводство в этом году будут намного выше прошлогодних ввиду девальвации гривни, роста цен на топливо, основные материально-технические ресурсы и, в дополнение, нового импортного сбора. Подорожали и кредиты. Насколько остро этот вопрос стоит для вашей компании?

Ответ: Нас, конечно, коснулись те же проблемы, что и других игроков рынка. Я бы еще добавил вопрос повышения фиксированного сельскохозяйственного налога, который мы платим за пользование землей, и увеличение стоимости аренды земли.

Что касается налога за пользование землей сельскохозяйственного назначения, считаю, что сейчас он абсолютно не обоснован для степной зоны Украины, включая Донецкую область. Во-первых, сейчас мы не можем оперировать всеми землями, есть участки, которые, по не зависящим от нас причинам, мы не обрабатываем, но при этом обязаны платить налог, и это касается многих сельхозпроизводителей в регионе. Во-вторых, этот налог - существенный, и он должен учитывать качество земли. Платить одинаковый налог в Полтавской области и в Донецкой как минимум неразумно. Одним словом, при принятии этого закона не учитывались важные нюансы и аспекты.

Также по агропроизводителям ударит инфляция. Мы будем вынуждены повысить арендную плату, что, несомненно, будет отражаться на расходной части бюджета. Проблема, аналогичная описанной выше: нормативная оценка земель совершенно не учитывает потенциальную урожайность. Например, в Донецкой области стоимость аренды земли существенно выше, чем в Житомирской, при том, что в Житомирской урожай выше на порядок.

Еще добавлю, что сейчас наша компания несет существенную соцнагрузку, в связи с тем, что военные действия идут на территории сел, где расположены наши активы.

Мы выделяем средства на восстановление жилья, медицинскую помощь пострадавшим, помощь на погребение.

Вопрос: Каковы итоги в направлении молочного скотоводства? Видите ли перспективы в развитии этого сегмента?

Ответ: По результатам прошедшего года наши фермы повысили надои в среднем на 9%. Однако, экономика этого направления в целом по стране ухудшилась. И мой прогноз: она будет ухудшаться и дальше. Россия закрыла возможность реализации украинских сыров, из-за этого цены на сырье очень низкие. Даже не смотря на девальвацию гривни, цена на молоко сейчас ниже, чем в прошлом году за аналогичный период. К тому же, почти все (до 80%) входящие ресурсы в молочном направлении – доллароориентированные: ГСМ, запчасти на технику и т.д. Поэтому, чтобы быть рентабельными, надои должны быть просто космическими. Откровенно говоря, перспективу молочного животноводства в Украине пока что вижу в очень темных тонах.

Но я продолжаю верить в огромный потенциал сельского хозяйства в Украине. Сейчас на отрасль негативно влияет ситуация в стране и отсутствие реформ, в частности – в земельных вопросах. Хочу верить, что трудности временные, и в будущем Украина займет свое заслуженное место среди стран-лидеров сельскохозяйственной отрасли в мире.

Украина > Агропром > interfax.com.ua, 2 марта 2015 > № 1361574 Дмитрий Скорняков


Россия > Агропром > agronews.ru, 28 февраля 2015 > № 1304817 Евгений Арсюхин

Комментарий. Продуктовые карточки: почему это не будет работать.

Как говорится, свершилось. В министерстве промышленности и торговли заявляют, что к середине апреля будет готова система продовольственных карточек. Об этом рассказал замглавы министерства Виктор Евтухов. Поручение пришло от вице-премьера Игоря Шувалова. Вообще-то за АПК отвечает другой вице-премьер, Аркадий Дворкович, но именно Шувалов на форуме в Давосе так красочно рассказывал, что россияне вытерпят все ради того, чтобы (нужное вставить по разумению). Вероятно, тов. Шувалов отныне отвечает за стойкость населения.

Но это была с нашей стороны чистая ирония и глум. Мы с вами прекрасно понимаем, что на самом деле продовольственные карточки не имеют никакого отношения к талонам поздней советской поры. Что они не для распределения малого числа продуктов среди жаждущего населения, а ради поддержки производителей. Проблема в том, понимают ли все нюансы этого дела в правительстве.

В США, на систему которых активно ссылаются в ведомстве, государство – причем на федеральном уровне – закупает продукцию у фермеров по некой оговоренной заранее цене. Цена как правило ниже рынка, но прелесть ее в том, что она известна заранее, а государство никогда не откажется выкупить продукцию у фермера. Цены могут опуститься ниже уровня, который ранее назвало государство. Или у фермера могут сложиться иные трудности со сбытом. Если так, фермер радостно продает государству товар. Если не так, фермер реализует продукцию на свободном рынке. Но что делать государству с таким количеством продукта? Оно распределяет его по своим социальным программам. Это и больницы, и школы, и малоимущие. Лишь в очень незначительной степени американская система направлена на поддержку малоимущих. Ее стержень – в поддержке фермера. Это надо очень крепко помнить.

У нас первоначально, еще во времена министра Алексея Гордеева, который и предложил первым в России нечто подобное, система была нацелена именно на это. Но тогда не реализовали. Ну а кому это особо надо, фермеру-то помогать? Зато теперь колесики и винтики государства пришли в движение. Продуктовая инфляция бьет рекорды. Доходы населения снижаются. Народ нищает, голодные бунты пока не наблюдаются, но теоретически не исключены. Поэтому надо как-то народ успокоить. Таким образом, цель и задача совершенно иные – не поддержка АПК (хотя это декларируется, и элементы этого есть), а снятие социальной напряженности.

Далее мы видим, что под систему продуктовых карт нет системы закупок у фермеров их продукции. Ну или пока нет – вспомним, что Минпромторг еще прорабатывает эту идею. Но что-то подсказывает, что ничего такого не будет. Малоимущие граждане получат некие карты, по которым они смогут приобрести отечественные товары со скидкой. Список товаров разработают. Но производители получат все сполна. Компенсацию в цене производителям погасят местные бюджеты.

Говорить, что это вот все плохо и ужасно, наверное, нельзя. Какая-то польза от системы есть. Но плохо, что гасить будут местные бюджеты. В местных бюджетах сейчас нет денег вообще. Майские указы, реанимация электричек и другие великие задачи мешают местным бюджетам бросаться деньгами. И – самое главное – если гражданин сочтет, что по карточке ничего покупать не будет, он получит компенсацию деньгами. Простите, а это зачем? Что это дает АПК? Полученные деньги гражданин потратит на китайскую одежду или на паленую водку, вот уж польза-то для сельского хозяйства! Зато гражданин испытает копеечную заботу государства, станет счастливым и радостным, и выкажет готовность вытерпеть все испытания, которые приготовит ему в будущем наша прекрасная власть.

К глубокому сожалению, ведомственная разобщенность, неспособность правительства координировать работу министерств, ограниченность взгляда, свойственная министерствам, наконец, дурная бесконечность ложного целеполагания – все это превращает любую затею власти в самопародию.

Евгений Арсюхин – «Крестьянские ведомости»

Россия > Агропром > agronews.ru, 28 февраля 2015 > № 1304817 Евгений Арсюхин


Россия > Агропром > agronews.ru, 26 февраля 2015 > № 1303517 Евгений Арсюхин

Комментарий. Посевную кампанию не удается залить деньгами

В среду в министерстве сельского хозяйства прошла расширенная коллегия, посвященная севу. Она началась в 11, но уже в 13 министра Николая Федорова ждали в Белом доме у премьера. Поэтому министр смог пообщаться с приглашенными на столь важную тему лишь час с небольшим. Докладчики были предельно лапидарны, чтобы успеть выступить в присутствии министра. Для столь важной темы немного было и гостей – их даже просили рассаживаться поближе к трибуне, дабы создать ощущение монолитной массы. Прессы в зале почти не было – вероятно, поэтому коллегия оказалась вне картины дня, и ее затмило совещание в Белом доме. Что ж, тем интереснее будет вам узнать, что на коллегии говорилось. Ведь все прекрасно понимают, что решения вырабатываются именно на уровне Минсельхоза. В Доме правительства лишь весьма поверхностно (увы) оперируют информацией, которая идет из ведомств

Министру Федорову удалось сделать энергичный и убедительный доклад: успехи есть, но есть и угрозы. За минувший год рост производства в растениеводстве составил 5%, в животноводстве 2,5%, 3,3% в птицеводстве. Много это или мало, так вопрос не стоит, потому что эти показатели надо любой ценой удержать. Эти цифры – та планка, которую кровь из носа надо обеспечить и в 2015 году. Но сделать это совсем непросто.

По словам министра, в наступающем году есть шанс сохранить индекс сельскохозяйственного производства «на уровне почти 100%», то есть министр вовсе не уверен, что планку удержат, и не пытается затмить глаза коллег ослепительными планами. Слабое место – растениеводство, по мнению министра, удержать уровень производства прошлого года, скорее всего, не удастся. В то же время министр почти уверен в росте продукции животноводства. В январе 2015 года рост производства продукции животноводства составил 7% к январю 2014 года, молока – на 2%, вообще, министр рад, что впервые за последние десятилетия удалось остановить тенденцию сокращения производства молока.

Главная проблема посевной кампании – деньги, хотя именно с деньгами проблемы вроде бы и нет. Нет – потому что правительство подняло поддержку АПК по всем без исключения направлениям в 2,5-3,5 раза, по некоторым позициям даже и больше. Ну и что? Эти деньги не работают, следовало из дискуссии на коллегии. И факторов тут два: во-первых, высокие кредитные ставки тормозят инвестиционную активность субъектов рынка. Во-вторых, региональные власти не справляются с задачей распределения средств. Стало как никогда ясно, что существующий механизм «доведения» средств до производителя совершенно никуда не годен.

Более-менее ясна ситуация с кредитованием, она предсказуемо плохая из-за высокой процентной ставки. На 19 февраля взято кредитов на посевную в размере 10,5 млрд. руб., это на 30% меньше, чем годом ранее. Вдвое меньше взято кредитов в Сбербанке, на четверть меньше в Россельхозбанке. Интересно, что информация о процентных ставках от самих банков и от производителей расходится настолько, что Федоров попросил гостей мониторить истинные предложения банков. Отчетам самих банков веры нет. По данным банков, Россельхозбанк кредитует под 22-23%, Сбербанк с 20 февраля под 19-23%, но сообщения с мест говорят, что ставки в 25% не редкость. При этом правительство выделило 36,8 млрд. на субсидирование кратковременных кредитов (годом ранее – 14,4). Высокие процентные ставки сказываются не только на посевной кампании, но и на деловом климате в АПК вообще. Если ранее, рассказал Федоров, комиссия при министерстве получала в месяц 300 инвестиционных заявок, теперь – не более 15-ти.

Но если отвлечься от проблем с банковской ставкой (непонятно, как ее решать, но понятны хотя бы ее истоки), то с распределением средств губернаторами творится что-то очень и очень странное. Такое впечатление, что губернаторы, получая деньги на АПК из центра, используют их на что-то другое. Так плохи дела в региональных бюджетах? Стремятся выполнить майские указы президента, а село подождет? Похоже на то. Федоров рассказал: сплошь и рядом на областных совещаниях он рассказывает, какие средства перечислены региону, сколько теперь положено по тому или иному направлению получить, аграрии удивляются – «что, правда?» - а губернатор сидит, как памятник. Вроде как не его дело.

Конечно, от этой в самом деле важной темы отвлекались. Звучали предложения, чтобы города-миллионники из своих средств построили овощехранилища. И там бы складировались овощи, произведенные в области. Прекрасная идея, если забыть, что производство и продажа овощей – это вообще-то бизнес. Вот перейдем к мобилизационной экономике, к военному коммунизму, тогда да. Еще и в церквях хранилища будем устраивать, как в советское время. Анонсировалось, что весна 2015-го увидит «бум закладки садов», и тут же скороговоркой – основная доля поддержки садоводства ушла на Крым, им труднее, им больше других надо (согласятся ли с этим ну например в Тамбовской области?). Констатировали, что пока закуплено лишь 15% дизтоплива и 10% бензина от потребностей всей посевной. Поднимали проблему удорожания посевной, но скупо, только на примере семеноводства. Поэтому вышло так, что федеральные миллиарды как бы сами по себе, а экономика хозяйств сама по себе. Да ведь так уже не первый год.

Возможно, у кого-то была иллюзия, что на совещании у премьера, куда так торопился Федоров, «наведут на резкость» и скажут что-то принципиально важное. Но никто в Белом доме не будет «ковыряться» в «мелочах», правительство не хуже медиакорпорации стало точкой трансляции политических заявлений. В частности, премьер Дмитрий Медведев заявил, что приняты все решения, необходимые для финансирования АПК.

- При корректировке госпрограммы развития сельского хозяйства мы определили приоритеты, определили механизмы стимулирования импортозамещения на продовольственном рынке на ближайшие годы. Основные направления работы на ближайшее время зафиксированы в плане первоочередных мероприятий по обеспечению устойчивого развития экономики, - сказал Медведев.

Ну и как расценивать эти слова? Не удается залить проблему сева деньгами. АПК столкнулось с тем же парадоксом, что и вся экономика России. Примерно с 2011 года власти стали видеть, что увеличение финансирования не приводит к ожидаемому результату из-за несовершенного механизма государственного управления. АПК вряд ли может быть в стороне от этого явления. Провал посевной кампании (будем верить, что до этого не дойдет) станет серьезным политическим поражением правительства.

Евгений Арсюхин – «Крестьянские ведомости»

Россия > Агропром > agronews.ru, 26 февраля 2015 > № 1303517 Евгений Арсюхин


Россия > Агропром > premier.gov.ru, 25 февраля 2015 > № 1304458 Аркадий Дворкович

Совещание о стабильном функционировании отраслей сельского хозяйства.

Брифинг Аркадия Дворковича по завершении совещания.

Стенограмма:

А.Дворкович: Председатель Правительства провёл совещание (они стали уже регулярными в нынешний период) по сельскому хозяйству, по текущей ситуации, по проектам развития, в том числе проектам импортозамещения. Были обсуждены темы, которые касаются доведения и использования текущих средств государственной поддержки. Они в этом году доведены в более короткие сроки, особенно средства погектарной поддержки, позволяющие обеспечить начало весенних полевых работ. Кроме того, в регионы на этой неделе перечисляются средства на субсидирование краткосрочных кредитов для весенних полевых работ, а также для текущей деятельности в животноводстве. То есть с этой темой мы в течение первых полутора месяцев года разобрались полностью, и сельхозтоваропроизводители начали работать с использованием средств господдержки.

По инвестпроектам работа ещё не завершена, только по части инвестиционной поддержки, по субсидированию ставок были приняты на прошлой неделе Правительством необходимые решения. Средства также сейчас доводятся. Ещё один новый механизм, предусмотренный госпрограммой (это компенсация части инвестзатрат, такого механизма раньше не было), будет введён в действие со II квартала. Проект постановления находится на завершающей стадии межведомственного согласования. На следующей неделе мы его обсудим на регулярном еженедельном совещании у меня с участием профессионального сообщества, депутатов Государственной Думы, с банками и вынесем на решение Правительства.

Какие основные темы сегодня поднимались? Первая – это необходимость расширения государственной поддержки различными способами, от увеличения ассигнований на погектарную поддержку (видимо, мы это сделаем во второй половине года из тех 50 млрд рублей, которые запланированы на дополнительную поддержку АПК) до налоговых изменений. Речь шла, в частности, о возможности уплаты налога на добавленную стоимость теми, кто работает в режиме единого сельхозналога. Без такой уплаты, без права быть плательщиком НДС сельхозтоваропроизводитель действительно находится не в самых выгодных условиях. Но это вопрос налогового администрирования, мы его дополнительно обсудим с налоговой службой и Министерством финансов и тогда сможем вынести на решение руководства Правительства.

Возвращение инвестльготы по налогу на прибыль для переработчиков сельхозпродукции – эта тема тоже поднималась, но по ней пока никакое решение, суждение не вынесено.

Ещё одна тема – закон о торговле. Председатель Правительства поручил к этой теме вернуться. Речь идёт о том, чтобы посмотреть, какие нормы принятого несколько лет назад закона действительно работают, какие требуют изменений. Но делать это необходимо аккуратно, чтобы не нарушить нормальный ход бизнеса, тем не менее, сделать более сбалансированными отношения между торговыми сетями, крупными прежде всего, сельхозпроизводителями, переработчиками. Есть несколько вопросов в этой сфере, они ещё также недообсуждены, но на площадке Государственной Думы мы такие дискуссии, консультации проведём.

Ещё один вопрос, который поднимался, касается режима использования земель – об этом говорили и производители, и представители регионов. Сегодня многие земли не обрабатываются, находятся в состоянии, скажем так, зарезервированных земель: их инвесторы купили, но фактически не используют, прибегают ко всякого рода уловкам, для того чтобы обойти законодательство, обязывающее использовать земли по назначению. Договорились о том, чтобы соответствующие нормы в законодательстве усилить. Речь идёт и о законах Российской Федерации, и о постановлениях Правительства. В ряде случаев речь может идти о передаче федеральных земель регионам, чтобы они могли более быстро распорядиться этой землёй по целевому назначению.

И наконец, ещё одна тема, о которой сегодня мы говорили, касается большей гибкости при использовании субсидий регионами. В нынешней ситуации, когда закредитованность сельхозпредприятий очень высока, не все могут даже воспользоваться субсидиями на компенсацию высокой процентной ставки, просто не могут получить кредиты. И в ряде случаев регионы предпочитают именно погектарную поддержку либо прямую поддержку, например, животноводческим хозяйствам, а не субсидии по процентным ставкам. Возможно, такое право нужно дать. Мы эту тему серьёзно прорабатываем. Думаю, такое решение может быть принято.

Последнее. Ещё раз все возвращались к теме взаимоотношений с банками. Они сегодня, с одной стороны, налажены, диалог с банками очень плотный, и банки идут на облегчение различных процедур. С другой стороны, жёсткие регламенты и нормативы деятельности, в том числе установленные Центральным банком, создают сложности с пролонгацией кредитов, с получением новых кредитных линий по приемлемым процентным ставкам, а также по учёту государственной поддержки при оценке финансового состояния сельхозтоваропроизводителей и отдельных проектов. Банки как будто бы не видят, что финансовая поддержка предоставляется, и оценивают проекты, сами компании без учёта этих сумм. Соответственно, сразу эти компании попадают в низкую группу кредитоспособности, а проекты становятся невыгодными. Мы проведём дополнительную работу с банками по поручению Председателя Правительства, с тем чтобы эти средства учитывались при выдаче кредитов, при определении процентных ставок и согласовании проектов на кредитных комитетах.

Вопрос: Аркадий Владимирович, можно поподробнее про закон о торговле? Какие именно там изменения предлагаются? И возможно ли вести речь о фиксации цен?

А.Дворкович: Есть разного рода предложения – от регулирования торговых наценок до дополнительных полномочий Федеральной антимонопольной службы, в том числе возможности проведения более оперативных расследований отдельных дел и наложения санкций. Сегодня торговые сети, прислушавшись к призывам производителей, поставщиков, стали быстрее реагировать на эти просьбы. В частности, я знаю, что некоторые сети приняли решение даже о замораживании цен на отдельные виды социально значимых товаров. Думаю, в нынешней ситуации это конструктивный подход. Нам действительно нужно аккуратно посмотреть, какие нормы работают, какие нет. Главное, с моей точки зрения (пока ещё официальной позиции Правительства на эту тему нет), – обеспечить прозрачность взаимоотношений между торговыми сетями, производителями и поставщиками. На сегодня именно из-за непрозрачности возникает бо?льшая часть проблем, а не из-за того, что нет возможности что-то чётко регулировать. Такие поправки могут быть предложены и внесены в законодательство.

Кстати, кроме взаимоотношений между торговыми сетями и производителями затрагивалась также тема материально-технических ресурсов, удобрений, обеспечения топливом сельхозпроизводителей. Здесь основные договорённости с поставщиками достигнуты. По бензину, по дизтопливу проблем сегодня нет, цены все признают умеренными, обеспеченность топливом фактически стопроцентная.

По удобрениям. Только вчера мы завершили согласование с производителями минеральных удобрений. Сегодня эти договорённости премьер озвучил, зафиксировал, они получили политическое одобрение таким образом. Речь идёт о том, что цены для большинства регионов будут зафиксированы на уровне январских, а это означает изменение по сравнению с началом прошлого года на 12–15% – по сути, по уровню инфляции. Для других регионов, которые находятся в лучшем состоянии в части сельхозпроизводства, – на февральском уровне – это цены ещё примерно на 10%, иногда на 15% выше, чем в первой группе регионов. Но индивидуально по отдельным регионам продолжим смотреть, и такая индивидуальная поддержка может быть дополнительно оказана. Тем не менее все основные производители удобрений согласились с таким подходом, и будем сейчас действовать именно по этим правилам. Фактическая скидка от экспортного эквивалента, от экспортной цены составит от 20 до 30% в зависимости от того, как будет меняться курс рубля к доллару, как будут меняться экспортные цены.

Вопрос: Скажите, а кто ещё, кроме группы «ГАЗ», обращался к Правительству за господдержкой? Или готовится обращение?

А.Дворкович: Кроме группы «ГАЗ», Тверской вагоностроительный завод. Я знаю, что другие производители в сфере транспортного машиностроения также готовятся к тому, чтобы запросить поддержку. Разного рода поддержка – от государственных муниципальных закупок соответствующей техники до кредитных гарантий, субсидирования ставок, то есть весь набор мер, которые содержатся в антикризисном плане Правительства, но по которым ещё не все решения приняты.

Вопрос: Будет Правительство обсуждать возможность введения экспортной пошлины на ячмень, кукурузу, рожь, о чём руководитель ФАС говорил?

А.Дворкович: Пока считаем это неактуальным, но все подобные предложения обсуждаются в постоянном режиме. Неправильно говорить – будет или не будет. Мы всё время мониторим ситуацию и обсуждаем, нужно или не нужно вводить такого рода меры. Пока анализ показывает, что это преждевременно. По итогам февраля, когда получим окончательные цифры по февралю (где-то в первые дни марта), обсудим это ещё раз, и будет сделан вывод, насколько актуальны эти меры.

Вопрос: Скажите, какой прогноз по сбору зерна?

А.Дворкович: Пока преждевременно делать прогнозы. Это будет ясно всё-таки ближе к маю, когда будет завершён пересев части озимых, где состояние посевов неудовлетворительное, и когда сев будет уже завершён в рамках весенних полевых работ. Сейчас можно делать сколь угодно широкие предположения. От 70–75 до 90–95 млн т – называют самые разные цифры. Просто ещё рано делать такие прогнозы. Но средства на то, чтобы поддержать полевые работы, есть, поэтому с этой стороны проблемы точно не будет. Дальше многое будет зависеть именно от климатических условий.

Вопрос: В апреле у вас должен быть визит в Китай по контракту по западному маршруту. Может ли он быть подписан уже во время вашей поездки?

А.Дворкович: Во время моей поездки документы подписывать не планируется. У нас будет встреча сопредседателей энергетической комиссии. Мы проведём рабочие консультации, кроме энергетики, также по некоторым другим вопросам, в том числе по сотрудничеству в сфере транспорта. По западному маршруту, я знаю, ведутся интенсивные консультации, но по срокам – комментарии являются прерогативой «Газпрома».

Спасибо.

Россия > Агропром > premier.gov.ru, 25 февраля 2015 > № 1304458 Аркадий Дворкович


Россия > Агропром > premier.gov.ru, 25 февраля 2015 > № 1304457 Дмитрий Медведев

Совещание о стабильном функционировании отраслей сельского хозяйства.

Д.Медведев: Добрый день! Мы снова встречаемся по вопросам сельского хозяйства, обеспечения его стабильной работы – именно потому, что сейчас особый период.

За последние несколько лет сельское хозяйство развивалось неплохими темпами. Нам важно, чтобы в отрасли рост продолжился, несмотря на макроэкономические риски, которые в последнее время существенно усилились. И сегодня мы поговорим об этом с учётом событий последнего периода.

При корректировке госпрограммы развития сельского хозяйства мы определили приоритеты, механизмы стимулирования импортозамещения на продовольственном рынке на ближайшие годы. Основные направления работы на ближайшее время зафиксированы в Плане первоочередных мероприятий по обеспечению устойчивого развития экономики.

Все необходимые решения, которые гарантируют отрасли стабильное финансирование из бюджетов различных уровней, приняты. В регионы уже поступают субсидии на поддержку аграриев, которые мы собираемся выделить в этом году. По данным на вчерашний день, уже перечислено порядка 60 млрд рублей. Надо посмотреть, где как. Надеюсь, что все средства будут получены вовремя. Хотел бы, чтобы Министерство сельского хозяйства этот процесс контролировало и регулярно докладывало о том, какое количество денег перечислено.

В начале марта в южных регионах уже начинаются весенние полевые работы. Понятно, что подготовка к ним уже идёт, надо заниматься обеспечением аграриев семенами, удобрениями, техникой, топливом. По большинству позиций в целом ситуация приемлемая, неплохая. Уровень обеспеченности семенами яровых и зернобобовых культур составляет практически 100%. Техника к новому сезону тоже готова – во всяком случае по тем данным, которые докладывают. Нет оснований беспокоиться и на тему обеспечения горюче-смазочными материалами: запасы дизельного топлива даже больше, чем в прошлом году, бензина практически столько же, как в 2014 году. Цены, конечно, могут колебаться, поэтому важно организовать постоянный мониторинг рынка горюче-смазочных материалов.

А вот другая проблема обострилась – это минеральные удобрения. Для проведения весенних полевых работ их понадобится около 2 млн т. Но из-за колебания курса рубля цены на самые популярные удобрения увеличились по-разному – где-то от 11 до 40%, а где-то, может, даже больше. Поэтому уровень обеспечения аграриев по показателям минеральных удобрений хуже, чем в прошлом году. В декабре были проведены всякого рода межведомственные консультации, они продолжались и в этом году. По итогам было принято решение продавать удобрения сельхозпроизводителям со скидкой от рыночной цены на время всего периода весенних работ, то есть с января по май. Но этой меры оказалось недостаточно, поэтому буквально совсем недавно договорились о том, что уровень цены будет зафиксирован на январской и февральской отметке для разных групп регионов. Ориентировочно сама по себе скидка составит от 20 до 30% от экспортной цены. Нужно всё это окончательно зафиксировать и мониторить, что происходит.

Ещё одна тема, которая беспокоит сельхозпроизводителей, – доступность кредитов. Только для обеспечения весеннего сева требуется дополнительно около 140 млрд рублей. Это краткосрочные займы. Но, по данным на середину февраля, объём заимствований сейчас снизился по сравнению с прошлым годом почти на треть. Мы обсуждали эту тему на совещании, которое было у меня в январе в этом же зале со многими присутствующими здесь участниками. Ситуация с уровнем процентных ставок по кредитам меняется. Если в январе короткие кредиты выдавались под высокие проценты, то сейчас несколько лучше стала ситуация, но всё равно по понятным причинам это существенно больше, чем было в прошлом году. Чтобы облегчить доступ к заёмным средствам, были изменены правила предоставления субсидий регионам. Теперь размер компенсации затрат на оплату процентов для аграриев увеличен. Фактически эффективная ставка для заёмщиков должна составить от 5 до 10%.

У нас в совещании участвуют главы регионов и другие руководители, так что обменяемся соображениями.

Россия > Агропром > premier.gov.ru, 25 февраля 2015 > № 1304457 Дмитрий Медведев


Россия. Франция > Агропром > forbes.ru, 16 февраля 2015 > № 1297506 Андрей Деллос

Ресторатор Андрей Деллос: «Настоящая комсомольская стройка получилась!»

Владелец Maison Dellos — об открытии «Кафе Пушкинъ» в Париже, строительстве одноименного ресторана в Лондоне и карьере российского ресторатора на Западе в эпоху санкций

Легендарный московский ресторан «Кафе Пушкинъ» появился в Москве только в 1999 году. До этого все знакомые французы Андрея Деллоса были уверены в существовании такого заведения благодаря песне Жильбера Беко Nathalie, лирический герой которой пьет в Café Pouchkine горячий шоколад вместе с русской девушкой-гидом после прогулки по Красной площади. Ну а побывав в московском «Пушкине», французские знакомые Деллоса требовали открыть ресторан в Париже. С 2010 года русско-французский ресторатор открыл в Париже две кондитерские Café Pouchkine, а в конце января 2015 года у него там появился наконец и ресторан. Теперь Деллос, воодушевленный успехом, собирается открывать «Пушкинъ» и в Лондоне.

Ну что, вас можно поздравить — мечта сбылась?

О да, это, конечно, мечта! Если бы кто-то мне сказал в прежние времена, что я открою свой ресторан русской кухни в центре бульвара Сен-Жермен, я бы только посмеялся. Да, Россия – это моя родина, но Франция всегда была землей обетованной: все-таки мой отец был французом до конца своих дней, а во французской спецшколе, куда я пришел в семь лет, на стене висел плакат с цитатой из Маяковского «Я хотел бы жить и умереть в Париже». При этом я 30 лет не мог туда попасть. Поэтому в день открытия Café Pouchkine я то и дело останавливался и спрашивал себя: «Неужели я это — здесь и сейчас?» Перед открытием я с трудом попал в ресторан – собралась толпа гостей и журналистов, все стояли плечом к плечу друг к другу, но, несмотря на давку, были просто счастливы и пританцовывали под цыган, которые у меня там отрывались. Конечно, французы намного гибче русских – они настолько любят радоваться и праздновать, что эта дикая толпа никого не смущала. Главное, что на открытие пришло много звезд (мне самому наконец-то удалось сфотографироваться вместе с Фанни Ардан и Изабель Аджани – это был лучший момент моей жизни!), а кухня во главе с Андреем Маховым, шеф-поваром московского «Пушкина», вкалывала как настоящая фабрика.

С административной точки зрения трудно создать ресторан в Париже?

Трудно. В Нью-Йорке, где я никого не знаю, на подготовку к открытию моего ресторана Betony ушло четыре месяца. В Париже, где я всех знаю, – почти год. Некоторые параноидально настроенные французы шептали мне, что это все антирусские дела (улыбается), но я отвечал, что на самом деле это все французские дела. Просто те тридцать метров на бульваре Сен-Жермен, где стоит Café Pouchkine среди нескольких знаковых парижских заведений, находятся под жестким контролем властей. А мы еще и открывались в здании XVIII века, где раньше не было ресторанов, да еще и террасу строили – для ресторатора в Париже это просто приговор. При этом была большая помощь со стороны громадного количества людей, от мэрии Шестого округа до посла Франции в России. Настоящая комсомольская стройка получилась! Без их помощи мы бы еще не открылись. Для меня это было приятным сюрпризом.

Еще в 1970-е и 1980-е русские эмигрантские рестораны с цыганами были очень популярны в Париже. Очевидно, сейчас французской публике от русского ресторана нужно что-то другое?

Ничего другого французской публике не надо на самом деле. Потому что ностальгия по русскому Парижу передается современным французам от их родителей и бабушек. Но я не уверен, что то, чем там кормили, было очень вкусно – кое-какие слухи на эту тему до меня доходили, профессии в этой истории было не так уж много. Мы представляем кухню совсем другого уровня. Но тогда это было тепло и ярко. Поэтому у меня будут выступать те же цыгане, будут другие развлечения. Грех было бы отказать парижанам в том, чего они так хотят.

А что с русскими клиентами?

Уже ходят, уже много русских сидит, и по уик-эндам стоят большие очереди. Русские клиенты для моих зарубежных заведений – это всегда бонус. То же самое будет в Лондоне, где сейчас начинается стройка на Беркли-стрит. Там будет уже большой Café Pouchkine. Я открываю это все не для русских, но когда надо, употребляю этот аргумент. Пожарскую котлету, которую на дегустациях в московском «Пушкине» приговорили все французы, я оставил специально для русских посетителей – и сейчас это хит №1 у нас в Париже.

Я знаю, что в Лондоне будет проще – французы все-таки капризнее в гастрономическом отношении.

И когда в Лондоне откроется «Пушкинъ»?

Английская стройка – это еще медленнее, чем в Париже. К тому же мы опять создаем ресторан там, где его раньше не было, и делаем конструктивные изменения в большом доме, а это тройная головная боль. Я надеюсь, что если нам очень повезет, откроемся к концу 2015 года. А если не так повезет – в начале 2016-го.

А санкции-то вам не мешают?

Скажу так: если санкции и антирусская волна не помешали моему нью-йоркскому ресторану Betony на 57-й улице осенью 2014 ггода получить звезду Michelin (первым среди российских рестораторов. — Forbes Online), значит, все-таки для кого-то они делают исключение. Если уж в Америке это сделали! Пусть политики между собой выясняют отношения, кто круче, а на бытовой уровень, как выясняется, эта волна не доходит – и слава богу.

Россия. Франция > Агропром > forbes.ru, 16 февраля 2015 > № 1297506 Андрей Деллос


Украина > Агропром > interfax.com.ua, 13 февраля 2015 > № 1361547 Денис Фоменко

И.о. гендиректора "Артемсоли" Д.Фоменко: Свой финплан на 2015 год мы выполним вне зависимости от рынка РФ

Эксклюзивное интервью исполняющего обязанности генерального директора Государственного предприятия "Артемсоль" Дениса Фоменко информационному агентству "Интерфакс-Украина"

Вопрос: Рынок соли, на первый взгляд, предсказуем и консервативен. Так ли это? Каков его объем в Украине?

Ответ: Рынок более или менее стабилен. Согласно статистике, среднее потребление соли пищевого назначения соли не превышает 8 грамм на человека в сутки. Колебания рынка могут быть вызваны искусственным ажиотажем, который периодически возникает из-за недостоверной информации в СМИ. Подобные ситуации уже происходили с предприятием: если помните, ходили слухи о том, что наше предприятие разбомбили или что наше предприятие остановилось. Что касается соли для промышленного использования, то колебания рынка связаны с сезонностью. В осенне-зимний период спрос на техническую соль зависит от погодных условий.

Вопрос: Кто Ваши основные потребители в промышленности?

Ответ: Если говорить в целом о потребителях технической соли - это нефтеперерабатывающие заводы, химическая, металлургическая промышленность. По сравнению, конечно, с Российской Федерацией, у нас такой промышленности гораздо меньше, чем хотелось бы.

Вопрос: Какова доля отгрузок на внутренний рынок? И соотношение в них пищевой/технической соли?

Ответ: Из 100% отгрузки нашей продукции порядка 35% идет по территории Украины. Из них около 15% - это пищевая соль, 20% - техническая.

Если смотреть на украинский рынок соли в целом, то 95% на нем – это продукция "Артемсоли". Среди других игроков - предприятие "Славянская соль". Оно подверглось обстрелу, было остановлено. Сейчас они запустились и отгружают порядка 5 тыс. тонн в месяц. Для сравнения, мы отгружаем в среднем 250 тыс. тонн в месяц. То есть, то, что они делают в месяц, для нас это в плохой день. Есть также "Крымсода", "Геройское" в Херсонской области. Но это все мелкие производители.

Вопрос: С какими производственными результатами предприятие завершило прошлый год? Как изменились финансовые показатели?

Ответ: Что касается самой отгрузки, то план по ней мы не выполнили, так город Соледар, в котором находится наше предприятие, был оккупирован так называемой "Донецкой народной республикой". У нас были сложности с отгрузкой продукции. Мы столкнулись с ситуацией, когда были разрушены железнодорожные пути - порядка 17 ж/д веток. Было и такое положение: управление Донецкой железной дороги находится непосредственно в Донецке под контролем "ДНР", а мы - под контролем Вооруженных Сил Украины. У нас из-за этого были проблемы: к примеру, дизель у них на станции куда-то подевался, и они не могли наши загруженные вагоны забирать и пустые подавать.

В конечном итоге нам все же очень помогли курсовые колебания. По чистой прибыли мы перевыполнили годовой план на 29%.

Вопрос: А какой конкретно результат по чистой прибыли? И насколько был недовыполнен план по отгрузкам?

Ответ: Чистой прибыли порядка 130 млн грн. Плюс налогообложение 260 млн грн.

Мы работаем, что называется, "с колес". Стараемся сразу отправлять продукцию своим потребителям. У нас в плане было 3,1 млн тонн, а выполнили мы 2,4 млн тонн.

Вопрос: Недопоставка коснулась больше внешних рынков?

Ответ: Недопоставка в принципе распределилась. У нас результат нашей работы напрямую зависит от подачи ж/д вагонов. То есть, если у нас нет вагонов, или они не того качества. Ведь бывают вагоны, которые мы отбраковываем: например, нам нужен вагон под навал, а нам подают "пищевой" вагон, или наоборот. Все трудности были связаны исключительно с проблемами оккупации и с управлением железной дороги.

Вопрос: Как сейчас обстоит ситуация с подачей вагонов?

Ответ: Сейчас ситуация значительно лучше, поскольку наше Артемовское железнодорожное управление присоединили к Южной железной дороге. Я это еще отношу к тому, что поменялись министры. И министр АПК Алексей Павленко, и министр инфраструктуры Андрей Пивоварский – люди более системного подхода. Они понимают, что нужно предприятию, что это бизнес, который развивается, зарабатывает и платит налоги.

Вопрос: Как давно вы работаете в ГП "Артемосоль"? Какими видите пути его развития?

Ответ: Я был назначен исполняющим обязанности генерального директора 29 декабря 2014 года. До этого я работал на предприятии исполнительным директором, еще раньше – коммерческим директором. В целом на предприятии работаю с июня 2014 года.

По поводу видения развития. Как вы знаете, нам приостановили отгрузку пищевой соли в Российскую Федерацию. Техническую мы поставляем. Мы, конечно же, будем бороться за российский рынок. Объясню, почему: во-первых, наше предприятие может добывать 7 млн тонн соли в год, а результат 2014 года – 2,4 млн тонн. Это говорит о том, что нам есть куда развиваться, нам нужны новые рынки сбыта. Как новый руководитель, я сейчас буду делать все, чтобы завоевывать европейские рынки. В то же время я четко понимаю, что без российского рынка нам будет очень сложно. Во-первых, Европа не употребляет в пищу нашу соль, они предпочитают выпаренную соль. А что касается той технической соли, которая используется для дорог, то в Европе на эту продукцию ниже спрос из-за менее снежных погодных условий.

Вопрос: Чем же Вы тогда собираетесь покорять европейский рынок?

Ответ: Речь идет больше о соли для промышленного использования.

Мы работаем с химическими комбинатами в Европе. Недавно побывали во многих европейских странах, провели переговоры. Когда курс был 8 грн за доллар, мы были менее конкурентны, сегодня у нас есть смысл побороться. С пищевой солью – это маркетинг, это целый процесс. Европейцы привыкли употреблять в пищу выпаренную соль, нашу же считают грязной, хотя у нас очень качественный пищевой продукт.

Вопрос: По Вашим прогнозам, сколько соли отправите в этом году в ЕС?

Ответ: Я могу сказать только то, что мы в целом заложили в своем финансовом плане на 2015 год. Это 3,2 млн тонн. Я думаю, мы не то что выполним, а перевыполним план и по поставкам, и по прибыли.

Вопрос: Вернемся к российскому рынку. Вступили ли Вы в официальные переговоры с Роспотребнадзором? Будете добиваться возвращения продукции на российские полки, ведь российское ведомство сказало, что это возможно после устранения нарушений?

Ответ: У нас на территории Российской Федерации работает дилерская сеть. Мы общаемся с Роспотребнадзором через наших дилеров. Что такое официальные отношения? Мы несколько писем отправили на Роспотребнадзор с просьбой дать разъяснение, потом связывались с ними в телефонном режиме. Они сказали: ждите ответ через 30 дней. Мы относим это к политическому фактору. Со своей стороны пытаемся этот вопрос не политизировать, потому что мы занимаемся исключительно бизнесом. Мы не покупаем у них, а продаем то, чего у нас очень много – сразу скажу, что за 130 лет только 3% из всех запасов соли было выработано и отправлено нашим потребителям. Мы за этот рынок в любом случае будем бороться.

В свою очередь, наши дилеры обращаются в Роспотребнадзор на всех региональных уровнях. Местный производитель – предприятие "Руссоль" – не перекроет потребность Российской Федерации в соли. Это осознают все: и дилеры, и потребители, и некоторые чиновники. Чего они еще боятся - так это того, что у них пойдет ажиотажный спрос на соль и начнется рост цен. Что уже в принципе происходит. Цены растут по многим причинам: тут и падение рубля, и отсутствие соли на складах. Основная разница между нами и "Руссолью" в том, что "Артемсоль" может отгружать свою продукцию с отсрочкой платежа до 25 дней, а предприятие "Руссоль" отгружает свою продукцию после оплаты через два месяца. Ни белорусская соль, ни турецкая, о чем писали в российских СМИ, не заменят нашу соль, потому что еще есть вопрос логистики. Можно привезти соль из Турции в Россию, но вы же понимаете, сколько будет стоить доставка.

Вопрос: Много осталось у ваших дилеров в России продукции "Артемсоли"?

Ответ: По моей информации, максимум еще на две недели. Это то, что говорят наши дилеры. В марте, если нам не откроют ввоз пищевой соли, у них будет реальный ажиотаж.

Хотя я думаю, что рынок нам откроют. Мы нужны друг другу: им – наша продукция, а нам – их рынок.

Вопрос: Расскажите о ценообразовании в отрасли. Растут ли производственные затраты?

Ответ: Расходы растут. Основные материалы, начиная от канцелярии и заканчивая топливом и комплектующими материалами – все, так или иначе, привязывается к доллару. Иногда я не могу найти объяснения почему, ведь некоторые материалы изготавливаются у нас в Украине. Наши цены, наверное, будут подниматься, но не больше, чем на уровень инфляции. Поскольку мы для страны являемся стратегическим предприятием, пытаемся пока подорожание сдерживать.

Вопрос: На что несете основные расходы?

Ответ: Основное - это зарплаты, налоги, ж/д перевозки, которые подорожали на 30%. Следующее – упаковочные материалы. Ну и плюс содержание предприятия – это оплата за недра, коммунальные расходы.

Ворос:Летом прошлого года правительство перевело ГП "Артемсоль" в подчинение Министерству инфраструктуры вместо Министерства агрополитики. Но по факту предприятие остается подведомственным Минагропроду. Почему так происходит и какова позиция предприятия в отношении правительственного решения?

Ответ: Да, действительно было распоряжение о переводе "Артемсоли" из министрерства АПК в министерство инфраструктуры. Но в нем написано следующее: провести инвентаризацию и передать. Ну, во-первых, что такое инвентаризации? На предприятии "Артемсоль" порядка 10 тыс. основных средств и порядка 18 тыс. единиц малоценки, то есть это плюс запасы, плюс обороты, активы, пассивы. Представители МинАПК должны были это все переписать, провести инвентаризацию и передать Мининфрастурктуры. По моим предположениям, если бы над этим работала группа из 100 человек, то ей бы нужно было работать порядка года, находясь у нас на предприятии. Распоряжение было подписано, но процесс так и не запущен. Мы юридически и фактически находимся в ведении Министерства агрополитики.

Вопрос: По Вашему мнению, насколько в принципе целесообразно переподчинение?

Ответ: Я считаю, что нецелесообразно. Я не могу объяснить, почему было принято такое решение, хотя мы бы ему подчинились. Если приводились как причины то, что мы работаем с облавтодорами и отгружаем им соль, то это порядка 4% от всей нашей отгрузки, которая идет на дороги Украины. Из причин может быть более весомой наша работа с "Укрзализныцей". Я уже говорил, что наша работа напрямую зависит от поставки вагонов.

Вопрос: В начале февраля Минагрпрод сообщил о запуске модернизированного за 30 млн грн соледобывающего рудника им. Володарского. Была ли в этом необходимость, ведь вы говорите, что предприятие и так не работает на полную мощность? Плюс фактор военных угроз.

Ответ: Рудник им. Володарского отработал свои положенные 50 лет. Есть такое понятие, как усталость металла, пришло время заменить оборудование. Это была запланированная затрата нашего предприятия. На руднике им. Володарского работает 590 человек. Поскольку у нас предприятие градообразующее, мы просто не имеем права оставлять этих людей на улице.

Мы должны понимать, что, во-первых, Россию нам закрыли только по "пищевке". "Артемсоль" работает в Украине и 22 странах мира, рудник им. Володасркого в принципе был нужен и необходим. Мы же не можем сначала говорить о развитии, а только потом строить? Что касается военных действий вокруг нашего предприятия – да, мы пережили не самые легкие времена, но мы держимся, работаем, предприятие выплачивает в полном объеме заработную плату без задержек. Мы выплачиваем ежеквартальную 13 зарплату, вознаграждения за выслугу лет, материальную помощь на оздоровление. Наши люди прошли переаттестацию, им увеличили заработную плату на 5-7%. Я думаю, что мы одно из самых успешных предприятий в Украине. По объем уплаты налога мы, наверное, в первой пятерке.

Вопрос: Есть ли потребность в модернизации других рудников предприятия?

Ответ: Острой необходимости пока нет. Этот рудник (им. Володарского) самый старый из всех, он требовал срочной модернизации. Он стоял у нас с мая. Может быть, не самое лучшее время мы выбрали для модернизации, но я думаю, что вскоре война закончится, и мы очень обрадуемся, что рискнули и сделали то, что сделали. Сейчас Алексей Павленко ставит перед нами задачу максимально загрузить предприятие. Я думаю, что в этом году мы сделаем 3 млн 200 тыс. тонн. А вообще мы планируем, чтобы наше предприятие добывало порядка 5 млн тонн в год. Это с учетом уже нашего обновленного рудника, поскольку он может добывать до 1 млн тонн.

Сейчас идет согласование финансового плана предприятия на 2015 год. Он уже находится в Кабинете министров, и мы ждем даты его защиты. У нас была возможность переделать финансовый план с поправкой на запрет ввоза в Российскую Федерацию, но мы не стали этого делать. Мы уверены, что нам откроют Россию, и уверены, что этот план выполним. И даже без России, возьму на себя смелость предположить.

Скажу еще: в январе мы отгрузку увеличили по сравнению с аналогичным месяцем прошлого года на 3,5% с учетом того, что нам с 26 января нам закрыли "въезд" в Россию.

Вопрос: За счет чего удалось перекрыть потери в поставках в Россию?

Ответ: За счет отгрузки в Евросоюз. В ноябре-декабре мы успешно провели договорную кампанию. Заключили с новыми и старыми потребителями контракты на 2015 год и таким образом удачно начали год. Если бы нам не закрыли Россию, то, по на нашим предположениям, мы бы могли перевыполнить процентов на 10%.

Украина > Агропром > interfax.com.ua, 13 февраля 2015 > № 1361547 Денис Фоменко


Россия > Агропром > premier.gov.ru, 10 февраля 2015 > № 1293399 Дмитрий Патрушев

Дмитрий Медведев провёл рабочую встречу с председателем правления Россельхозбанка Дмитрием Патрушевым.

Д.Медведев: Я только что подписал распоряжение о распределении субсидий бюджетам субъектов на возмещение затрат сельхозтоваропроизводителей по уплате страховой премии, начисленной по договору сельхозстрахования в области растениеводства и в области животноводства. Здесь достаточно приличные суммы: в районе 5 млрд рублей по первой позиции и 1,5 млрд по второй позиции. Это государственное участие в тех процессах, которые идут на селе. Но помимо распределения субсидий сельхозтоваропроизводители значительную часть своих расходов финансируют за счёт кредитования.

Документ

О распределении в 2015 году субсидий субъектам Федерации на возмещение затрат сельхозтоваропроизводителей на уплату страховых премий

Вы возглавляете крупнейший банк, который занимается сельхозкредитованием, обслуживанием и сельхозпроизводителей, и просто жителей села. С учётом тех процессов, которые идут на финансовом рынке, а также принимая во внимание то, что скоро начнутся весенние полевые работы, хочу, чтобы вы доложили мне о том, как обстоят в целом дела в банке, что с капиталом, как финансируются отдельные направления вашей уставной деятельности, как выдаются кредиты, каковы ставки. В общем, расскажите о текущем состоянии дел в области сельхозкредитования, естественно, имея в виду, что вы возглавляете крупнейший банк в области сельского хозяйства.

Д.Патрушев: Спасибо большое, Дмитрий Анатольевич, за возможность встречи. Действительно, хотел бы доложить о результатах работы банка за прошедший период. По итогам 2014 года мы предоставили приблизительно 50% всех кредитов, которые выдавались агропромышленному комплексу. Если говорить о кредитовании в рамках мероприятий государственной программы, мы предоставили кредитов на сумму 450 млрд рублей – на мой взгляд, достаточно значительная цифра. На сезонные полевые работы, что является из года в год нашим приоритетом, по прошлому году мы предоставили 150 млрд рублей. Надеюсь, что мы вложили свой определённый вклад в рост производства сельскохозяйственной продукции, который был несколько выше, чем в целом по экономике, и составил 7,7%. Важно отметить, что с учётом сложной экономической ситуации и геополитической ситуации мы в этом году для себя определили три основных направления деятельности, которые являются для нас важными и системообразующими. Соответственно, как Вы сказали, это кредитование сезонных полевых работ (и самое главное на сегодняшний день – провести посевную), это дофинансирование тех инвестпроектов, которые уже были начаты и остановка финансирования которых может привести и к удорожанию, и вообще к невозможности завершить эти проекты.

Д.Медведев: О чём как раз меня всё время просят наши сельхозпроизводители в ходе совещаний, в которых и Вы обычно принимаете участие, – не останавливать уже начатые инвестиционные проекты. Это важно.

Д.Патрушев: Мы это делаем и будем продолжать делать. Хотел бы обратить особое внимание на то, что по действующим кредитным договорам мы стараемся не поднимать процентные ставки, хотя такое право у нас обычно в кредитные договоры зашито – на 2%. Мы имеем возможность в одностороннем порядке принять такое решение, тем не менее, если даже такие решения принимаются, они в обязательном порядке нами согласовываются с нашими заёмщиками.

Дмитрий Анатольевич, на сегодняшний день уставной капитал банка составляет 248 млрд рублей. Огромное спасибо хочу сказать за то, что Россельхозбанк включён в программу АСВ по докапитализации через облигации федерального займа. Там предполагается, что нам ещё выделят 68,5 млрд рублей. Но, к сожалению, это капитал второго уровня, и мы с Вами обсуждали, что нам крайне необходим и капитал первого уровня.

И вернусь к теме посевной. На сегодняшний день темпы кредитования посевной даже чуть выше, чем по прошлому году. Мы уже выдали более 6 млрд рублей на посевную, это приблизительно на 15% выше темпов прошлого года.

К сожалению, мне даже несколько неудобно называть ставки, по которым мы сейчас выдаём кредиты на сезонные полевые работы, – это где-то 25% годовых. Но с учётом принятых Вами решений по субсидированию процентной ставки, эффективная ставка для сельхозтоваропроизводителей составляет порядка, наверное, 10% годовых. Плохая экономическая ситуация, и в принципе подобным решением мы часть проблем, конечно, перекладываем на наших заёмщиков, мы просто вынуждены это сделать.

Исходя из тех цифр, которые мы видим, на посевную нам потребуется порядка 80 млрд рублей, для того чтобы мы могли качественно обеспечить наших заёмщиков кредитами. Будем искать эти деньги. Я надеюсь, что Правительство нам поможет каким-то образом изыскать данные ресурсы.

Д.Медведев: Два замечания. Первое. В такой сложной ситуации, в которой находится наша экономика в настоящий момент, конечно, мы продолжим практику субсидирования кредитной ставки, делая это через такие институты, как ваш банк. Понятно, что для целого ряда проектов и 10% – это большая ставка. Раньше она была минимальной. Тем не менее всё-таки это позволяет кредитовать текущую деятельность, то есть кредитовать весенние и осенние полевые работы. Эта практика будет продолжена.

Что же касается капитала первого уровня, о котором Вы упомянули, такое право у нас есть. Напомню, что соответствующий закон был принят, о возможности докапитализации – направления денег не только в капитал второго уровня, но и в капитал первого уровня. По мере необходимости мы им будем пользоваться. Мы к этому вопросу ещё с Вами вернёмся.

Россия > Агропром > premier.gov.ru, 10 февраля 2015 > № 1293399 Дмитрий Патрушев


Россия > Агропром > agronews.ru, 9 февраля 2015 > № 1290956 Игорь Абакумов

Комментарий. Импортом замещение – вечнозеленое учение марксистов-аграрников.

Огород, как высшая форма недоверия граждан государству, в 2015 году получит новое дыхание. Спрос населения на семена овощей уже превысил спрос на семена цветов. Производители рассады, теплиц, садового инвентаря и мотоблоков, молодняка домашней птицы и животных в ожидании роста продаж. Причина понятна как картошка – взлет цен на продовольствие, желание получить продукты понятного качества и застраховать семью «на всякий пожарный случай». Губернаторы ряда территорий уже заявили о намерении раздавать землю под огороды и усадьбы. Эта мысль уже овладевает депутатами парламента.

Для тех, кто считает такой прогноз паническим, поделюсь собственным наблюдением. Прошлое душное лето я провел в столетнем деревенском доме в Подмосковье. Между написанием статей завел два улья, обрезал старые яблони, сливы, вишню, малину и смородину. Собрал урожай. Наварил варенья, накачал меда. Поехал за банками в райцентр. Прежде там был один прилавок с банками, а сейчас – огромный стенд с любыми калибрами стеклотары.

Продавщица сказала, что спрос на банки – только дай. Кто покупает? В основном горожане, которым дома в округе достались по наследству. Зачем покупают? За тем же, что и я, но не только. Кто-то развел коз и торгует молоком. Кто-то делает тушенку из кроликов. Кто-то консервирует мясо гусей, уток и кур. Мой сосед слева держит большую пасеку, а справа - производит перепелиные яйца. Они тоже горожане, их я знаю больше 30 лет. Но делом занялись последние два года. И все, с кем я перезнакомился потом, тоже говорят, что идея пришла два года назад.

Тому есть две причины. Именно тогда в экономике начался спад деловой активности, и начали сокращаться предприятия. Вторая, и не менее важная – появился мобильный интернет. Стало возможным работать удаленно «на природе»: бухгалтерам, архитекторам, юристам, инженерам. И, раз живешь в деревне, волей-неволей что-то начинаешь выращивать из интереса. А далее - охота пуще неволи. Сначала для себя, потом для городских друзей. Короче, на рынке никто не торгует, горожане приезжают сами и забирают всё, оставляя деньги. Потому что вкусно до восторга.

Так что – никакой паники. Читают интернет, смотрят ТВ и делают трезвый народный расчет: пора на грядку.

Ровно полгода прошло с начала действия Указа Президента РФ №560 "О применении отдельных специальных экономических мер в целях обеспечения безопасности Российской Федерации". Поскольку он стал реакцией на санкции против России, его окрестили «антисанкциями». Они вводились против «партнеров» на год. Половина срока уже прошла. Что сделано и что в сухом остатке?

Поставщики продовольствия из Европы, США и Австралии заменены на поставщиков из Белоруссии, Казахстана, Закавказья, Северной и Центральной Африки, Юго-Восточной Азии, Турции, Израиля, Китая, Пакистана – всего числом около 40. Надо отдать должное – дефицита продуктов на прилавках нет. Один импорт сменил другой.

В Указе №560 есть пункт «д»: «обеспечить совместно с объединениями товаропроизводителей, торговых сетей и организаций разработку и реализацию комплекса мероприятий, направленных на увеличение предложения отечественных товаров». Полгода спустя цены на продовольствие, в том числе и собственного производства, выросли в разы. Самое незначительное подорожание - картофеля, яиц и растительного масла.

Поскольку промышленное аграрное производство в России в значительной степени – «отверточная сборка», курс доллара и евро повлиял на цену «комплектующих» - семян, породистого скота и птицы, техники и запасных частей, средств защиты растений и ветеринарных препаратов, которые закупаются за границей. Здесь надо искать один из ответов на вопрос о росте цен на продукты.

Второй ответ – интересы торговых сетей, изначально предназначенных для продвижения импорта, до сих пор не ограничены ни чем, кроме увещеваний на различных совещаниях. Поэтому некоторые занимаются откровенным издевательством, организуя прилавки с большой надписью «фермерский продукт», где стоит российское варенье ценой выше импортного.

Потому ФАС и прокурорам даны задания найти виновных в подорожании, но они не имеют четких критериев – а что считать причиной? Можно ли винить мукомола в подорожании муки, если для закупки зерна ему дают кредит под 30 процентов? Это к вопросу о росте цен на хлеб. Про гречку понять проще – средняя цена отгрузки из хозяйства в 2014 году была 10 рублей за килограмм, а то, что мы видим на прилавке – это чистое безобразие. Однако, кто и когда ограничивал торговые наценки? В Европе есть четкие ограничения и «рука рынка» здесь ни при чем: превысишь – узнаешь рукопожатие налогового инспектора.

Подорожание продуктов имеет немало объективных причин, но больше субъективных.

Два с половиной года назад я задал вопрос вице-премьеру Аркадию Дворковичу и новому министру сельского хозяйства Николаю Федорову – что мешает вместо искусственного сдерживания цен ввести магнитные карты для малоимущих и пенсионеров, на которые перечислялись бы прямые дотации из бюджета? На эти деньги нельзя купить телевизор, но можно отечественное масло, мясо, хлеб, молоко, овощи. Этот экономический механизм широко используется в Европе и США для социальной стабильности населения и поддержки фермеров, которые получают расширение сбыта. Ответом мне были две пространные речи, что это скоро будет сделано именно так. По сей день конь, как говорится, не валялся. При этом объем закупок импортных продуктов как был 40-45 миллиардов долларов, так и остался. Не считая цены «комплектующих» собственного урожая.

Напомню, что происходило в других сферах жизни в этот период и чуть ранее. Запущена система ГЛОНАСС – глобального позиционирования транспорта, судов, ракет. Введен российский сегмент интернета. Только два этих стратегических проекта показывают, что реальность возможных «отключений» России от «благ глобализации» предвидели задолго до начала украинского конфликта и объявленных санкций. Не берусь представлять – что было бы сейчас с нашей обороной и безопасностью, если бы этих проектов не было.

Что происходит с сельским хозяйством и рынком продовольствия в отсутствие подобных проектов – каждый сейчас ощущает на своем столе три раза в день. Созданием селекционно-генетических центров в семеноводстве и животноводстве, к примеру, занялись только, когда «жареный петух» клюнул в то самое место.

Считается, что главным риском урожая 2015 года становится отсутствие денег. Это так. Кредитные ставки «зашкаливают», банки не берут в залог оборудование и недвижимость по реальной цене. Погода осени-зимы была такова, что в ЦФО и ЮФО отмечено около трети гибели озимых. Но дело не только в погоде. Дефицит кредитных ресурсов уже привел к удешевлению (читай – упрощению) технологий возделывания зерновых. А это незавидная перспектива. Дешевле берутся семена, уменьшается количество обработок против болезней, снижается качество сортировки и сохранности зерна. Как результат, прогноз Минсельхоза на урожай 2015 года, «гуляет» как никогда – от 68 до 100 миллионов тонн.

Запас зерна до нового урожая – 32,6 миллиона тонн. При этом ежегодная потребность в зерне (на хлеб и на корма) составляет 73 миллиона тонн. Сложив цифры в столбик, рынок реагирует ростом цен на все, что держится на зерне, а это хлеб, корма, молоко и мясо. Ведь на радостях от рекордного урожая 2014 года Минсельхоз благополучно «проспал» возможность недорого закупить зерно в интервенционный фонд еще летом, чтобы осенью «сбить» цены, выбросив его на рынок. Инструмент интервенций остался невостребованным.

Спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко в конце декабря 2014 года заявила: «Уже допустили серьезный рост цен на зерно, значит, и меры были несвоевременные и недостаточные… Нужно незамедлительно принять уточненный баланс зерна и принять меры по недопущению экспорта зерна в ущерб собственным интересам». Матвиенко просто так ничего не говорит.

На таком фоне глава Минсельхоза Николай Федоров в феврале делает бодрое заявление о перспективе роста экспорта зерна до 30 миллионов тонн. Это очень напоминает «секретные пакеты» советских командиров, которые они вскрывали утром 22 июня – «перейти границу и разгромить врага на его территории». Налицо некий конфликт интересов в верхних эшелонах власти по поводу назначения зернового рынка.

Судите сами: все животноводы и мукомолы считают, что ограничивать экспорт зерна сейчас надо. Население на их стороне – пахнет «жареным». Но вводить прямой запрет нельзя – обещали в 2010 году. И вот власти маются: то РЖД тариф на перевозку поднимет, то вагоны не даст. То Россельхознадзор подключили к проверкам экспортных партий зерна, и тот бракует их почем зря. Но почему же не принять простое и нормальное экономические решение и повысить вывозные пошлины до предела?

Детей на рынке давно нет. Как говорят в неофициальных беседах участники рынка, есть предположения о некой заданности в действиях экономического блока Правительства, направленных на увеличение экспортной перевалки в портах с неясными конечными бенефициарами. Иначе чем объяснить, что в начале января за рубеж «пульнули» почти два миллиона тонн несмотря на Новогодние каникулы.

Впрочем, оставим эти домыслы. Ведь мы говорим о «сухом остатке» полугодового действия Указа №560.

Обозначился второй риск: отсутствие идей выхода из кризиса.

Этот риск не менее важен, чем денежный, вокруг которого так много разговоров. Серьезных предложений о совершенствовании внутренней инфраструктуры работы АПК пока не поступало.

Основной формой организации производства по-прежнему считаются частные агрохолдинги. Они, конечно, сыграли свою роль в снабжении страны мясом. Но они обеспечивают лишь половину производства того же молока. Разговоры о поддержке строительства кооперативных предприятий бывших совхозов, фермеров и ЛПХ, которые производят вторую половину, так пока и остаются разговорами. Между тем в Европе и США продовольственные гиганты не имеют своих ферм и курятников, работая по контрактам с фермерами, стимулируя их к обновлению технологий, сортов и пород. Это и приводит к развитию сельских территорий.

В России никто не отменял запрет фермерам строить дома на своей земле, хотя Путин это обещал давно. В России никто не отменил запрет подворного забоя скота, хотя замены ему государство не придумало. В России никто не снял налоги фермерам и не сказал: «Парни, денег нет, мы можем помочь вам только так, только не поднимайте цены». В России до сих никто не снизил арендные ставки для продовольственных магазинов. В России никто не ввел жесткие ограничения торговых наценок.

Видимо, такой «остаточный» подход лежит глубоко в недрах истории советской экономической мысли, которая веровала в примат крупного производства над «мелкобуржуазным». Нынешнее поколение властей вообще понимает теорию слишком упрощенно, если не сказать, примитивно (взять идею «троечника» о выдаче по 1 гектару земли на Дальнем Востоке). И ради торжества этой незамутненной деталями простоты «рубится зелень» на импортных операциях, дабы не заморачиваться тонкостями развития собственного производства. А что в самом деле происходит на остальной части планеты – нам не указ. Потому как санкции...

В этом году лично я расширяю пасеку.

Игорь Абакумов – доцент МСХА имени К.А. Тимирязева

Россия > Агропром > agronews.ru, 9 февраля 2015 > № 1290956 Игорь Абакумов


Россия. Весь мир. ДФО > Агропром > zol.ru, 3 февраля 2015 > № 1469623 Геннадий Лавриченко

Амурские аграрии нашли альтернативу иностранным семенам кукурузы.

Валютная война поставила под удар перспективное направление в амурском сельском хозяйстве. Предприятия вынуждены отказываться от популярных высокопроизводительных зарубежных семян кукурузы. С подорожанием доллара их стоимость выросла в 2,5 — 3 раза. По мнению ученых, отрасль спасет импортозамещение. Подробностями поделился заведующий Тамбовским госсортоучастком кандидат сельскохозяйственных наук Геннадий Лавриченко.

— Геннадий Петрович, все последние годы амурчане делали ставку на зарубежные гибридные семена кукурузы. Можно ли найти им замену в условиях кризиса?

— С моей точки зрения все валютные неприятности — это хороший стимул для российских селекционеров. Тем более что работа ведется и уже есть вполне конкретные предложения. Наш сортоучасток испытал семь гибридных сортов кукурузы, которую производит агрохолдинг из Краснодарского края.

В позапрошлом году они здесь появились, занимаются семеноводческой и селекционной деятельностью. Там есть ряд сугубо технических вопросов — наши семена не всегда подходят для импортных сеялок. Строгая калибровка требуется. Правда, этот минус не такой существенный, как может показаться. По характеристикам и периоду вегетации можно спокойно подобрать кукурузу как на зеленую массу, так и на зерно.

— Всех интересует конечный результат. Какова урожайность российских семян кукурузы?

— Урожайность приличная, на уровне импортных сортов. В опытных посевах по 70—80, даже до 90 центнеров с гектара мы получили. По результатам испытаний они вполне пригодны к нашим условиям. Не думаю, что в производственных условиях они дадут намного ниже.

Кроме того, у нас имеется Всероссийский институт кукурузы в Пятигорске. Они тоже давно занимаются селекцией и неоднократно проводили испытания в Амурской области. Немаловажный фактор для современной ситуации — российские семена гораздо дешевле импортных. Нужно только выходить на связь, закупать семена и сеять. Насколько я знаю, запасы у них есть. Так что никакой трагедии нет, вопрос по кукурузе можно закрыть.

— Почему же раньше наши хозяйства не обращали внимания на отечественные сорта?

— Привыкли, что самое хорошее обязательно за рубежом. Сейчас еще и обстановка на рынке семян такая, что хоть за голову хватайся. Фирмы идут одна за другой, по кукурузе предлагается масса гибридов, выбрать тяжело. Как почитаешь рекламу, так все хорошие. В последние три года мы пропускаем уже по 30 гибридов на сортоиспытаниях. При этом найти резкие отличия нельзя. В среднем все дают на уровне 7—8 тонн с гектара.

Почему-то принято считать, что гибридные семена кукурузы появились из-за рубежа. Тамбовский сортоиспытательный участок работает с ними на протяжении 70 лет. Животноводство тогда бурно развивалось, потребность в кормах была высокая. Работа с сортами и гибридами шла непрерывно, больше сотни наименований испытали. При этом импортных сортов никогда и не было. Поставщики те же — Краснодарский и Ставропольский края.

Как сейчас помню, передовые звенья Богодухова, Крамаренко и Шахрая брали по 50 тонн с гектара. Это замечательный урожай. Единственное отличие — раньше кукуруза в Амурской области выращивалась для зеленой массы. Считали, наверное, что проще зерно готовое завезти с юга страны. Сегодня приоритеты поменялись, но, как мы видим по результатам наших испытаний, нового почти ничего. Технология должна быть вся своя и продукция тоже. Понятно, что не можем мы какао вырастить или бананы. Однако с нашими площадями позор везти картошку из Египта. Кукурузы это тоже касается.

Россия. Весь мир. ДФО > Агропром > zol.ru, 3 февраля 2015 > № 1469623 Геннадий Лавриченко


Россия. ЦФО > Агропром > premier.gov.ru, 27 января 2015 > № 1282392 Дмитрий Медведев

Совещание о развитии животноводства в Российской Федерации.

Агропромышленный холдинг «Мираторг» основан в 1995 году и на данный момент является крупнейшим инвестором в российский АПК с совокупным объёмом инвестиций свыше 120 млрд рублей. В структуру холдинга входят зерновые компании, комбикормовые заводы, птицеводческие площадки, автоматизированные свинокомплексы, фермы крупного рогатого скота, автоматизированные мясоперерабатывающие предприятия, низкотемпературные автоматизированные распределительные центры, дистрибуторская компания, а также сеть фирменных супермаркетов.

На данный момент АПХ «Мираторг» продолжает развивать вертикально-интегрированное производство высококачественной говядины мощностью 130 тыс. т в год. В 2014 году начал работу завод по убою и переработке крупного рогатого скота – ключевое звено производственной цепочки.

Д.Медведев: Уважаемые коллеги! У нас сегодня с вами совещание важное, интересное и в интересном месте. Я вспоминаю, как мы здесь собирались в 2012 году летом, когда ещё ничего здесь не было, в основном ходили только ковбои – в прямом смысле, приехавшие из Соединённых Штатов Америки, которые показывали, каким образом нужно заниматься мясным скотоводством в наших условиях. И вот сейчас мы имеем огромное производство уровня гораздо выше, чем среднемировой, основанное на самых высоких технологиях мясного скотоводства. Я надеюсь, что коллеги-губернаторы – кто, во всяком случае, не видел – посмотрят, это производит впечатление. У многих присутствующих есть своё – и мираторговское, и немираторговское, но самое главное, что у нас это уже есть, и мы этим будем и дальше заниматься.

Прежде чем мы приступим к обсуждению основной тематики – развития животноводства в нашей стране, хочу вас проинформировать о ряде решений. Вчера в Правительстве мы в целом одобрили план первоочередных мер обеспечения устойчивого развития экономики и социальной стабильности на текущий год, вечером согласовали его с Президентом. В плане охвачены все базовые секторы экономики, в том числе аграрный сектор, который показывает неплохой прирост в последние годы и сейчас с учётом необходимости импортозамещения продовольствия должен обеспечить выполнение этой задачи. Сейчас технические нюансы плана окончательно согласуют, и вечером, по всей вероятности, я его подпишу. Специально в ходе разработки плана я собирал совещание с участием аграриев, это было 17 января, некоторые в нём участвовали. Там были определены те узкие места, которые нужно преодолеть как можно более быстро. И для того, чтобы это сделать, нужно выпускать документы, я привёз вам целый пакет таких документов, подписанных уже.

Во-первых, на поддержку сельского хозяйства будем стараться выделять дополнительные средства, с учётом, конечно, имеющейся возможности. На эти цели сейчас предусмотрено в проекте плана до 50 млрд рублей. Однако в условиях бюджетных ограничений будем ещё раз тщательно просчитывать в течение года, какую сумму нам реально потребуется выделить на развитие отрасли.

Во-вторых, будет сформирован механизм, который позволит частично компенсировать затраты на проведение сезонных полевых работ и реализацию инвестиционных проектов. Речь идёт о субсидиях регионам для компенсации части затрат на уплату процентов по кредитам в российских банках в привязке к ключевой ставке Центрального банка (соответствующее постановление я подписал сегодня утром), чтобы дать возможность пополнить оборотные средства и просто начать работать. Всё это должно улучшить ситуацию с доступом к кредитам для сельхозпроизводителей.

В-третьих, мы постараемся, во всяком случае временно, ограничить введение новых инициатив (которые важны, но, может быть, в настоящий момент они ещё не вполне своевременны) по регулированию сельхозрынков. Хочу сказать, что в проекте плана предусмотрена отсрочка по введению ветеринарных сопроводительных документов на молоко и молочную продукцию.

В-четвёртых, собираемся предоставить дополнительные средства, чтобы помочь аграриям с российской сельхозтехникой. Документы на эту тему сейчас дорабатываются. И для того, чтобы такая поддержка осуществлялась гибко, нужно использовать и уже существующие инструменты государственной поддержки, которые также воплотились в ряде решений. Некоторые документы я уже подписал, хочу вам о них сообщить. Первый документ (уже второй из того, что я назвал) подписан сегодня, уточняет порядок предоставления регионам субсидий на оказание несвязанной поддержки в области растениеводства. Этот документ даёт возможность начать перечислять средства уже в феврале, к началу весенних полевых работ. Второе постановление касается производителей молока. Оно позволит расширить круг получателей субсидий из федерального бюджета в регионах. Из правил предоставления субсидий был исключён ряд критериев, о которых мы тоже говорили с производителями, для того чтобы развязать эту проблему, в том числе по сортности молока, по молочной продуктивности коров и выходу телят, – то есть то, о чём просили. Рассчитываем, что облегчение требований к товаропроизводителям молока даст им возможность вывести на рынок бо?льшие объёмы своей продукции.

Наконец, я также подписал постановление, устанавливающее критерии территорий, которые неблагоприятны для ведения сельского хозяйства. Тоже об этом мы вели разговор, меня об этом неоднократно просили. Его применение создаст возможность оказывать государственную поддержку регионам в необходимых объёмах, причём по правилам ВТО, без ограничений.

Теперь – непосредственно к теме нашего совещания. Обсудим развитие животноводства. Отрасль мы достаточно активно поддерживаем. Она имеет положительную динамику. 390 млрд рублей всего было выделено животноводству в период с 2008 по 2014 год в рамках тех программ, которые проводились. Они позволили построить новые комплексы и реконструировать старые, один из комплексов мы видим здесь.

Выполнение доктрины продовольственной безопасности по мясу мы стремимся приблизить к плановым показателям. В прошлом году потребление мяса в расчёте на душу населения составило 75 кг, что соответствует рекомендуемой так называемой рациональной норме. И в этом году, надеюсь, несмотря на имеющиеся сложности, у животноводства неплохие перспективы.

В плане импортозамещения уже есть определённые успехи. В любом случае мы должны констатировать, что магазинные полки не пустые, их всё больше заполняют российские продукты. Дефицита товаров, о котором мы постоянно говорили, действительно нет. Понятно, есть вопрос цен, и это требует отдельного контроля и отдельных решений, но дефицитов никаких нет. В принципе Россия, безусловно, способна не только себя кормить, но и осуществлять экспорт. В прошлом году мы увеличили экспорт продукции животноводства, он вырос почти на 50% по отношению к 2013 году.

Сейчас мы обсуждали эту тему. Нужно будет принять дополнительные меры по стимулированию экспорта, конечно, при условии наполнения рынка качественными мясными продуктами – нашего рынка, но и экспорт очень важная тема, для того чтобы мы могли производителям дать возможность и деньги зарабатывать дополнительные в валюте, и просто рекламировать наши возможности. Поэтому этим тоже нужно будет заняться, в том числе Министерству экономического развития.

Отдельная большая тема – племенное животноводство, именно от него зависит, какой будет отрасль в будущем. В настоящий момент в России зарегистрировано более 2,5 тыс. предприятий, которые занимаются племенной работой. Более того, когда возникает целый ряд вопросов – как с ними поступить, заниматься ли приватизацией или нет, – мы всегда идём навстречу нашим аграриям. И если такие предприятия не готовы к тому, чтобы их приватизировали, мы, естественно, сохраняем их профиль, и, надеюсь, они смогут остаться на рынке. Но для наращивания объёмов продукции животноводства, укрепления продовольственной безопасности, уменьшения зависимости от импортных поставок генетического материала Минсельхоз работает и над созданием современных селекционно-генетических центров. Планируется создать как минимум три центра по молочному скотоводству, четыре – по птицеводству, пять – по свиноводству. В госпрограмме для этого выделена отдельная подпрограмма – «Поддержка племенного дела, селекции и семеноводства». В ней предусматривается новое направление государственной поддержки – это субсидии сельхозпроизводителям на возмещение прямых понесённых затрат по созданию и модернизации селекционно-генетических предприятий. Также хотел бы вам сообщить, что я подписал документы корректировки правил предоставления и распределения субсидий из федерального бюджета бюджетам регионов на поддержку племенного животноводства. Реализация этого постановления, надеюсь, обеспечит более эффективное использование средств федерального бюджета.

Тем не менее есть в отрасли и серьёзные проблемы, скрывать это нет никакого смысла. Основной фактор, который сейчас сдерживает её дальнейшее развитие, – это технологическое отставание, и прежде всего технологическое отставание мощностей по убою скота. Мало вырастить животное (с этим, кстати, наши животноводы уже справляются неплохо), но на столе должно оказаться высококачественное мясо и мясные продукты, а это как раз самая технологическая, самая сложная и самая дорогая часть мясного скотоводства, которая требует инвестиций. Бóльшая часть производств по убою скота, по переработке мяса расположена в Центральном, Южном и Приволжском федеральных округах. К сожалению, таких мощностей недостаточно в Северо-Западном округе, на Кавказе, в Уральском, Сибирском и Дальневосточном округах. Ситуацию в этом смысле нужно исправлять, потому что, понятно, эти мощности должны быть по территории всей страны, только тогда это позволяет заниматься созданием нормальных производств и снабжать свежим мясом людей.

Создание такого рода мощностей по убою и переработке скота и птицы должно идти быстрее. У нас есть положительный опыт, его вполне можно тиражировать. Есть огромные, гигантские производства, как то, где мы сегодня встретились, есть производства поменьше, но тоже высокотехнологичные и хорошие, так что давайте послушаем и сообщения о том опыте, который есть.

Сейчас я передам слово Министерству сельского хозяйства для короткого доклада, а потом послушаем, естественно, и аграриев, и губернаторов, для того чтобы обсудить ситуацию в целом.

Пожалуйста, слово заместителю Министра сельского хозяйства Дмитрию Владимировичу Юрьеву.

Д.Юрьев (заместитель Министра сельского хозяйства Российской Федерации): Уважаемые коллеги, как было отмечено, мы приближаемся к параметрам доктрины продовольственной безопасности. К 2020 году удельный вес мяса, мясопродуктов отечественного производства в общем объёме ресурсов должен составить не менее 85%. Прирост обеспечен за счёт развития свиноводства на 42% и птицеводства на 80%. Реализация мероприятий, предусмотренных госпрограммой в рамках ускоренного импортозамещения, позволит обеспечить к 2017 году прирост производства скота и птицы на убой в живом весе на 820 тыс. т, или на 6,5%.

Как было отмечено, сегодня у нас потребление дошло до 75 кг на душу. Если посмотреть на 2008 год, то эта цифра была 65 кг. При этом доля потребления мяса собственного производства увеличилась с 67 до 83%. Нужно отметить, что не все регионы у нас обеспечили пока рост, но большинство примеров показывают рост, динамику развития. У нас локомотивы – Белгородская область, Челябинская, Тамбовская, Курская, Ленинградская. За период с 2008 по 2014 год построено, реконструировано, модернизировано и введено в эксплуатацию около 1,3 тыс. животноводческих объектов, из них 490 – по мясному скотоводству, 470 – по свиноводству и 334 объекта – по мясу птицы.

В 2014 году комиссией по координации вопросов кредитования агропромышленного комплекса было отобрано более 1,5 тыс. инвестиционных проектов с общим объёмом кредитных ресурсов более 275 млрд рублей. В том числе в свинине – почти 100 проектов, в бройлерном птицеводстве и мясном скотоводстве – 150 проектов, 151 и 153. Реализация данных проектов позволяет обеспечить прирост производства на убой в живом весе свинины – на 589 тыс. т, птицы – на 410 и крупного рогатого скота – на 35 тыс. т.

Одним из важнейших факторов развития отечественного животноводства, как отметил Дмитрий Анатольевич, являются мощности по убою, дальнейшая переработка. Это две взаимоувязанные вещи. Если мы научились производить, то мы должны правильно упаковывать, правильно проводить дальнейшую логистику. Во многом финансовая модель сельхозтоваропроизводителей зависит от таких факторов, как хранение мяса в торговых сетях, дальнейшая реализация.

Здесь Минсельхоз считает целесообразным проработать вопрос о расширении и создании новых производственных мощностей по убою, переработке скота и птицы во взаимоувязке с развитием отраслей животноводства. Данную работу мы проведём совместно с регионами и экспертным сообществом и представим наши предложения в Правительство. При этом важно создать реестр перерабатывающих мощностей для обеспечения безопасности и качества продукции. Минсельхоз считает необходимым и обоснованным определение Россельхознадзора в качестве органа, уполномоченного на государственную регистрацию объектов, осуществляющих деятельность по получению и переработке продовольственного сырья животного происхождения.

Рост объёмов производства продукции животноводства, предусмотренный госпрограммой, требует улучшения обеспечиваемости кормовой базы. Ежегодная потребность отрасли животноводства в концентрированных кормах до 2020 года составляет 65–71 млн т, в том числе зерна – 50–53 млн т, зернобобовых – от 9 до 10.

Вместе с тем сегодня происходит удорожание стоимости комбикормов, которое связано с наличием в их составе дорогостоящих импортных протеиновых наполнителей и витаминных добавок. Так, объём потребления незаменимой аминокислоты, лизина, в настоящее время равен объёму импорта и колеблется от 60 до 90 тыс. т в год.

В этой связи весьма своевременно создание отечественных биозаводов с целью импортозамещения дорогостоящих синтетических незаменимых аминокислот, белковых концентратов.

Для обеспечения устойчивой динамики прироста производства продукции животноводства и нивелирования рисков в условиях возможных ограничений поставок генетического материала из-за рубежа необходимо дополнительно создать селекционно-генетические центры, основанные на принципах кооперации крупных производителей при государственной поддержке.

В скорректированной государственной программе у нас заложены меры по данной поддержке. Планируется, что к 2020 году будет создано не менее трёх селекционно-генетических центров в молочном скотоводстве, не менее пяти в свиноводстве и не менее четырёх в птицеводстве. На текущий и следующий год предусмотрено создание в первую очередь таких предприятий по свинине и по птице (двух предприятий), а на 2017 год предполагается уже создание предприятий по коровам.

На сегодняшний день наиболее важной проблемой для отечественного свиноводства является распространение африканской чумы свиней на территории Российской Федерации. Последние очаги АЧС в 2014 году были выявлены 26–27 декабря на производственных площадках в двух крупных свиноводческих комплексах в Воронежской и Орловской областях, а также инфицированный объект в Белгородской области. В 2015 году африканская чума свиней среди домашних свиней возникла в ЛПХ в Курской области и в ЛПХ в Воронежской области, а 23 января были выявлены новые вспышки заболевания в Брянской и Орловской областях. 12 января заболевания установлены ещё на одной производственной площадке в Воронежской области, расположенной в двух километрах от неблагополучной по АЧС производственной площадки. Возникшие в конце прошлого года очаги инфекции локализованы, проводятся работы по их ликвидации.

Крайне сложной остаётся ситуация с распространением африканской чумы свиней среди диких кабанов. В 2015 году зарегистрировано семь новых инфицированных объектов в дикой фауне, из них шесть в Орловской области и один в Ярославской. Основными причинами продолжающегося возникновения и распространения африканской чумы свиней на территории России по-прежнему являются несанкционированное перемещение животных, животноводческой продукции, сырья; многочисленные нарушения хозяйствующими субъектами и гражданами норм и правил содержания животных; нарушения в обеспечении режима биобезопасности на крупных свиноводческих предприятиях и циркуляция вируса АЧС среди диких кабанов.

Всё изложенное требует не только продолжения, но и активной работы по ликвидации данного риска, поскольку он существенно влияет на инвестиционную составляющую в отрасли.

Спасибо.

Д.Медведев: Теперь я бы предложил для начала послушать принимающую сторону, а именно сначала исполняющего обязанности губернатора Брянской области, а потом руководителя холдинга «Мираторг».

Пожалуйста, Александр Васильевич, вам слово.

А.Богомаз (временно исполняющий обязанности губернатора Брянской области): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Я рад приветствовать вас на нашей брянской земле.

Брянщина – это край трудолюбивых людей, которые не привыкли пасовать перед трудностями. Какие бы испытания ни выпадали на долю нашей земли, мы всегда выходили из них с честью и достоинством.

Более того, у нас сегодня есть всё, чтобы извлечь из сегодняшней экономической ситуации, непростой ситуации, не только необходимые уроки, но и новые возможности для развития региональной экономики и повышения благосостояния людей.

Мы хорошо понимаем Вас, Дмитрий Анатольевич, когда Вы говорите, что кризис – это совокупность задач, над которыми нам нужно всем вместе работать. У нас на Руси есть хорошая русская пословица: «Глаза боятся, а руки делают». Чем мы сегодня и занимаемся – мы ищем новые пути развития. Наш главный приоритет сегодня – это защита людей. Мы должны не только сохранить рабочие места, но и создать новые. А чтобы всё это стало возможным, нам нужно повышать инвестиционную привлекательность области и всерьёз сосредоточиться на вопросах импортозамещения.

Брянская область – это регион, который по многим позициям обеспечивает сельхозпродукцией не только себя, но и немалую часть страны. Чтобы это увидеть, достаточно побывать, например, здесь, на «Мираторге». Сегодня Брянщина полностью обеспечивает себя зерном, молоком, картофеля производим в 11 раз больше, чем потребляем, мяса – в 3 раза больше, чем нужно области.

Хорошими темпами развивается у нас животноводство. Поголовье крупного рогатого скота на конец 2014 года составило 409 тыс. голов, в том числе 162 тыс. голов – это маточное стадо. Поголовье свиней – более 300 тыс. голов. Поголовье птицы выросло за этот год на три четверти и составляет 12 млн голов.

Производство молока в 2014 году – 312 тыс. т, яиц – 400 млн штук, скота и птицы на убой – 253 тыс. т. Основная перспективная задача отрасли животноводства на сегодня – это увеличение производства молока.

Мы хорошо понимаем, что развитие животноводства и сельского хозяйства немыслимо без сегмента малого и среднего сельхозбизнеса. Сегодня в аграрном секторе области работает более 400 сельскохозяйственных организаций, 300 крестьянских (фермерских) хозяйств, 294 предприятия пищевой и перерабатывающей промышленности, и в том числе 142 – малых форм собственности. Общее количество работников – более 31 тыс. человек.

Область активно работает над проектами импортозамещения. Так, например, сыроделы Брянщины только за последние полгода освоили производство аналогов моцареллы и сыра маасдам, и сегодня крупнейшие торговые сети заменяют ими в своём ассортименте импортные сыры из Западной Европы. И это всё благодаря тем контрсанкциям, которые ввело наше Правительство.

Последнее время в области стартовало сразу несколько промышленных и сельскохозяйственных проектов. На одном из них я хотел бы остановиться.

Это проект «Агропарк “Брянский”», который будет строиться в следующем году – в этом году, в начале, инвестиции составят более 14 млрд рублей. Он будет состоять из научного комплекса, состоящего из мегаферм – комбината по производству сыров, завода детского молочного питания и комбината по производству мяса птицы мощностью 60 тыс. т. Строительство агропарка даст области дополнительно 6 тыс. рабочих мест и солидные налоговые отчисления.

Сегодня на Брянщине сложились все условия для формирования мощного агропромышленного кластера, включающего производство и переработку, научную и кадровую базы. Дополнительный стимул его развитию могло бы дать строительство здесь одного из оптораспределительных центров, создание которых предусматривается госпрограммой «Развитие сельского хозяйства».

Сложившаяся в России ситуация должна стать мощным толчком для развития, в первую очередь для развития предприятий, ориентированных на внутренний рынок. Кто бы мог поверить ещё несколько лет назад, что на прилавках наших магазинов появится мраморная говядина – не американская, не австралийская, а брянского производства.

Пример Брянской области убедительно доказывает: всё это не мечты, это реальность! И эта реальность стала возможной благодаря курсу, выбранному Президентом, Правительством России, ориентированному на развитие и поддержку нашего сельского хозяйства, нашего товаропроизводителя. Ну а для нас всех руководством к действию должны стать слова «глаза боятся, а руки делают», и вот тогда нам ни санкции, ни кризисы не страшны. Всё у нас будет хорошо. Всё получится.

Спасибо за внимание.

Д.Медведев: Спасибо. Оптимистическое выступление, и, наверное, именно поэтому оно справедливое. Я говорил несколько слов о непростой ситуации, о причинах этой непростой ситуации, это всем известно, и, конечно, о тех возможностях по импортозамещению, которые в настоящий момент имеются. Грех ими не воспользоваться.

Вот о чём сейчас Александр Васильевич (Богомаз) говорил, всё это именно так. Это именно тот вызов, на который мы должны дать ответ, потому что от этого зависит судьба государства, возможность кормить людей, поднимать сельское хозяйство. Но я просто хотел бы всех предупредить: очевидно, что просто в этом году не будет, и по сельскому хозяйству тоже. Бюджет сформирован в очень сложных условиях.

Более того, нам и сейчас приходится принимать решения, которые, к сожалению, направлены на ограничение трат, и я хотел бы всех предупредить о том, что нам вместе нужно будет выработать антикризисные планы, которые будут затрагивать всю страну, но частью этих антикризисных планов может быть и стратегия в области развития животноводства. Очевидно, что помимо бюджета есть дополнительный набор ограничений, с которыми вы уже тоже столкнулись, – это ограничения по финансам, ограничения по ликвидности.

Как известно, иностранные денежные рынки закрыты, и это, безусловно, сказывается и на ситуации внутри. Более того, нашей банковской системе постоянно грозят дополнительными карами.

В очередной раз начали рассуждать по поводу ограничений по системе сопровождения платежей, так называемому SWIFT. Поживём – увидим, что будет происходить, но, конечно, в случае принятия таких решений хотел бы отметить, что наша экономическая реакция (да и всякая другая реакция) будет без ограничений.

Рейтинги вот эти все, о которых сейчас много говорят… Очевидно, что это политический инструмент в чистом виде, и говорю это не потому, что такие решения приняты в отношении нашей страны, а просто давайте задумаемся о механизме формирования этих рейтингов. Ряд государств вводит ограничения против экономик других государств, в данном случае против нашей экономики. Это политические решения? Безусловно, политические. А потом на базе этого делается вывод, что экономика конкретная работает не совсем так, как должна работать: у вас экономика с чем-то не справляется. И на основании этого принимается решение о понижении рейтинга. Ну что это, как не политическое решение!?

Всё это, конечно, мы переживём и преодолеем, но просто плохо, что это в целом осложняет ситуацию и в стране, и, скажем откровенно, в мире. И мы с вами должны выработать точечные решения, которые в таких условиях помогут нашей экономике.

Теперь взгляд уже непосредственно, что называется, от производства. Передаю слово Виктору Вячеславовичу Линнику, президенту агропромышленного холдинга «Мираторг», на территории которого мы находимся.

Пожалуйста.

В.Линник (президент агропромышленного холдинга «Мираторг»): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Прошло четыре года, когда мы начали реализацию этого проекта совместно с Внешэкономбанком. Хочу отметить, что именно в данном проекте Внешэкономбанк показал себя именно как банк развития. Мы в тот момент обращались к нескольким банкам, и только Внешэкономбанк посчитал, что цели и задачи этого проекта сопоставимы с задачами государства – обеспечение продовольственной безопасности, и, соответственно, мы проект этот реализовали в принципе в те сроки, которые были указаны. Сделано действительно много.

Буквально несколько слов скажу. Здесь вы видите вертикальную интеграцию, которая сейчас заработала, то есть начинается всё с ферм: корова – телёнок, дальше – фидлоты, откорм, убой, переработка и готовая продукция в магазинах и у наших клиентов. Вызовы, которые были, – отсутствие нормальной генетики в России.

Я, наверное, не буду останавливаться, потому что бо?льшую часть информации вы получили в момент экскурсии. Остановлюсь, наверное, на том, что удалось сделать. Сформировано сейчас одно из лучших по генетике стад, наверное, не только в России, но и в мире, это самая сложная часть, то есть так называемое производство «корова – телёнок». Обработано более 260 тыс. га земли, сейчас у нас около 43 ферм, часть из которых расположена в Калининградской области. Создана инфраструктура для дальнейшего развития мясного скотоводства в центральной части Российской Федерации.

Здесь, на карте, вы можете посмотреть: в Брянской области из 24 районов в 19 мы работаем, то есть обрабатываем поля, многолетние травы засеваем. В принципе область преображается. Работает сейчас у нас в Брянской области порядка 5,5 тыс. человек на двух проектах, приблизительно 3,3 тыс. человек – это в мясном скотоводстве проект, остальное – это проект по птицеводству. Дальше – это фидлот, который расположен рядом с бойней, это 45 тыс. голов в Орловской области, начали строительство фидлота на 55 тыс. голов, мясоперерабатывающий комплекс.

С помощью реализации этого проекта мы планируем в 2018 году довести объём производства до 130 тыс. т в год, что соответствует порядка 30% в части импортозамещения. За счёт чего мы планируем это сделать? Сделать на базе этого проекта межрегиональный проект, о чём мы говорили 2,5 года назад, когда, Дмитрий Анатольевич, Вы также проводили совещание на ферме «Котляково». Сейчас уже у нас подписано соглашение и начата работа с Калужской областью, начинаем работать в Смоленской области, в Орловской области, там фидлот уже строится и скупка земли идёт, то есть активная фаза, с Курской областью переговоры ведём, с Тулой ведём. То есть в принципе всё в активной фазе, продолжение развития именно на уровне «корова – телёнок» и строительства фидлотов.

Здесь можно посмотреть предварительно, это консервативный наш взгляд на объёмы производства. То есть в 2018 году – 20%, но, по нашим оценкам, до 30% от объёма импорта мы получим. Также интересные цифры: после реализации в 2019–2020 годах 750 тыс. голов будет общее поголовье в этом комплексе. Я хочу заметить, что государственная продовольственная программа...

Д.Медведев: Сколько будет, ещё раз?

В.Линник: 750 тыс. голов. Сейчас 300 тыс. голов. 750 тыс. голов – вполне реальная, даже консервативная цифра. В госпрограмме «Развитие сельского хозяйства Российской Федерации» общий прирост мясного поголовья – 1,5 млн. То есть половину из этого прироста, я думаю, мы обеспечим, постараемся даже, наверное, больше сделать.

Дальше хотел бы обратить внимание на то, куда наши инвестиции пошли: вот 28 млрд – реализация этого проекта. 90% денег у нас пошло на производство «корова – телёнок», то есть имеется в виду на фермы. Это то, чего в России нет, это фундамент мясного скотоводства.

Я полностью, Дмитрий Анатольевич, согласен по поводу мясопереработки, но по нашему опыту мясопереработку, которую мы построили здесь… Мы использовали два инструмента поддержки: это компенсация процентов по инвестиционным кредитам и второе, соответственно, – регионально значимые программы. По нашему мнению, этого достаточно. На наш взгляд, необходимо в дальнейшем поддерживать именно самый сложный сектор, самый длительный, самый капиталоёмкий. Как вы видите из слайда, 90% наших денег ушло именно на производство «корова – телёнок». Это пастбища, это фермерские по факту хозяйства. И если у нас будет поголовье в России, соответственно, остальные вопросы техники, с фидлотами и с убоем, переработкой мы решим, мне кажется, даже с той поддержкой, которая сейчас существует.

Какие вызовы сейчас стоят при реализации второй части так называемого проекта? Сохранить необходимую государственную поддержку, направленную на увеличение маточного поголовья мясных пород. Тем более деньги на это на самом деле заложены. До 2020 года там, по нашему мнению, дополнительных ресурсов пока не просматривается. Возможно, с девальвацией рубля поддержка увеличена должна быть, но пока должно хватить.

Второй момент, с чем мы столкнулись. Если мы рассчитывали при удвоении проекта привезти импортное поголовье, то сейчас, например, привезти с хорошей генетикой тёлку из Австралии будет стоить для нас 150 тыс. рублей. Наша тёлка, которая здесь акклиматизирована, которая имеет отличную генетику, которая родилась уже в Брянске, обходится порядка 50 – в три раза дешевле, но в этом случае мы проигрываем по времени порядка двух-трёх лет. Поэтому мы хотели бы обратиться, чтобы пролонгировать те кредиты, которые выданы были в проекты в мясном скотоводстве до 31 декабря 2012 года, субсидирование, до 15 лет. Это касается не только «Мираторга», это касается всех в принципе участников, кто реализует проекты в мясном скотоводстве. В противном случае мы будем в достаточно сложной ситуации и можем потерять два-три года.

Что ещё важно, на наш взгляд? Вот Минсельхоз правильно сказал, что с африканской чумой свиней сейчас продолжается борьба. Борьба идёт, но результаты... Всё равно есть проблемы.

На наш взгляд, проведение аттестации предприятий по убою и переработке скота – это будет очень правильный и своевременный шаг, потому что зачастую сейчас контроль за перемещением поголовья недостаточно серьёзный. И даже после случая с АЧС там затрачивается два-три дня, для того чтобы разобраться в этих бумажках, ветеринарных справках, куда реально что поехало.

Поэтому, если будет проведена аттестация предприятий, то контроль значительно усилится, и это добавит прозрачности. Это первое.

А второе – если мы хотим экспортировать, нам нужно присваивать так называемые SIF, номера этих предприятий. Это тоже важно. По нашей практике, мировой практике, обычно занимаются этим ветеринары. Хотелось бы ускорить этот процесс: мы убили бы двух зайцев – это безопасность и, второе, поддержка экспорта.

Также, Дмитрий Анатольевич, как мы обсуждали с Вами, возможно, наверное, всё-таки поддержать Россельхознадзор в части доступа на экспорт, на рынки стран, которые сейчас коммерчески нам стали особенно интересны после снижения курса рубля, особенно по продукции говядины, – это Китай, Южная Корея, Гонконг, Япония. На данный момент работа ведётся, но, к сожалению, пока результатов реальных нет. Помимо ветеринарных ограничений, по которым мы работаем сейчас с Россельхознадзором, есть ещё тарифные, нетарифные ограничения. Здесь хотелось бы всё-таки, чтобы нас Минэкономразвития наконец-то поддержало, потому что разговоров много, обещаний много, результатов пока объективно ноль. Мы и от ассоциации писали, несколько раз обращались. Написали письмо по странам, куда нам интересно экспортировать. Ведь для производителей, для экспортёров сейчас – это своего рода субсидии, если мы будем иметь возможность часть своей продукции отправлять на экспорт. Тем более коммерческий интерес сейчас значительно вырос.

Хотел бы поблагодарить, Дмитрий Анатольевич, за то, что это совещание прошло. Надеюсь, что с пользой для дела будет. Спасибо.

Д.Медведев: Хорошо. В смысле реакции, естественно, мы отразим это в проекте решения – и в части контроля по линии АЧС, и по другим вопросам. Минэкономразвития, я надеюсь, тоже сказанное услышит. Хочу, чтобы это тоже нашло отражение в протоколе сегодняшнего совещания в части поддержки, потому что, по понятным причинам, наша задача сейчас – внутренний рынок насытить. Но для того чтобы нашим производителям выживать, в том числе даже таким крупным, как «Мираторг», всё равно экспортный сегмент должен быть. Это абсолютно нормально, это приток живой валюты, это позиционирование страны. И, конечно, здесь задача государственных структур, не только Россельхознадзора, но и Минэкономразвития, – такого рода условия создать. Посмотрите на тарифное и нетарифное регулирование. Аркадий Владимирович (Дворкович), а вы проконтролируйте это. Договорились.

<…>

По окончании совещания в присутствии Дмитрия Медведева было подписано кредитное соглашение между агропромышленным холдингом «Мираторг» и Внешэкономбанком.

Россия. ЦФО > Агропром > premier.gov.ru, 27 января 2015 > № 1282392 Дмитрий Медведев


Россия > Агропром > agronews.ru, 24 января 2015 > № 1280681 Игорь Абакумов

Комментарий. Что ждет аграрное сообщество в 2015 году?

В МСХ РФ состоялось совещание по вопросу функционирования отраслей сельского хозяйства в 2015 году с участие членов Общественного совета ведомства. Много информации, много вопросов, мало ответов. Общий вывод: так жить нельзя, а как нужно жить - никто не знает. О существовании единого антикризисного плана говорить явно преждевременно.

Для начала небольшое эмоциональное вступление. Мой старый товарищ – аграрный журналист и маркетолог – на купленном давно участке земли в Ярославской области построил небольшую сыродельню. Сыр хороший, его берут известные торговые сети. Он перерабатывает тонну молока в сутки. Эту тонну молока каждые сутки он привозит за 200 километров – ближе поставщиков с тонной молока нет.

То есть, они могли бы быть, если бы существовала государственная программа субсидирования кооперации частных производителей молока. Что имеется в виду? Муниципалитет, в целях развития рабочих мест в сельской местности подает заявку на деньги для покупки мобильных доильных установок, танков-охладителей для кооператива КФХ/ЛПХ, имеющих единичных коров или коз. Некий (воображаемый) фонд развития сельских территорий выделяет эти деньги под льготный процент кооперативу и оборудование переходит в его собственность. И тогда кооператив становится торговым партнером частной сыроварни, которая заинтересована в распространении элитных пород скота, знаний о кормовых рационах и содержании животных. Для сельской местности это ежедневный гарантированный сбыт, не зависящий от сезонного спроса дачников, для сыроварни – снижение издержек на доставку, для муниципалитета – налоги. Для государства в целом – уменьшение сельской безработицы за небольшие деньги, рост производства продовольствия и, понятное дело, налоги.

Это не фантастика. Для «прочего» мира это нормальная практика. На принципах контрактации с фермерами существуют гиганты пищевой промышленности Европы и США, не имеющие ни одной фермы и курятника. А фермерами, если кто не знает, там считаются уже те, кто производит продукции на 1000 долларов в год. И они кооперированы. И получают субсидии.

Есть ли такое в России? Да, есть. Но в виде единичных примеров частной инициативы «вопреки» и никак не в виде государственной политики поддержки доходности сельского производства. Есть ли у нас «некий» фонд, куда можно обратиться за деньгами? Нет.

Почему?

Потому что на сегодня нет внятного ответа – что мы построили и строим дальше? Государственно-монополистическое партнерство в АПК или частно-кооперативное?

Первая модель не нуждается в сельском населении, вторая, как раз, очень в нем нуждается (местный рынок сбыта). Как и в развитии сельских территорий - сферы своей жизни: в школах, больницах, дорогах, магазинах, ресторанах, театрах и прочем, из чего складывается ощущение дома, а не места проживания.

В ответе на вопрос - что мы строим? - и есть фундамент антикризисной программы. Или его отсутствие.

Но пора вернуться к совещанию в МСХ РФ, которое, по положению, является разработчиком аграрной политики страны.

ГДЕ МЫ И КАКОЙ СЧЕТ?

Надо отдать должное, заместитель Министра сельского хозяйства Дмитрий Юрьев подготовил обширный статистический материал. Руководители департаментов экономики, растениеводства, животноводства и развития рынков выступили с обстоятельными докладами.

Итак, что мы имеем?

Зерно. Почти 105 миллионов тонн. Второй результат после 2008 года (108,2 млн тонн).

Рапс. 1,45 млн тонн. Выше, чем в 2013 году.

Соя. 2,54 млн тонн. Намного выше 2013 года.

Картофель. 31,5 млн тонн. Хотя с этой цифрой спорит Картофельный союз, не признавая корректным учет в ЛПХ. Но все равно больше, чем в 2013 году.

Гречиха. Ее собрали меньше из-за погоды (662 тыс тонн), но запасы и урожай в сумме не дают оснований говорить о дефиците на рынке.

Сахарная свекла. Собрали 32,7 млн тонн. Меньше на 18 процентов из-за засухи.

Подсолнечник. Собрали 8,9 млн тонн семян. Меньше на 16 процентов.

Недобор урожая подсолнечника и сахарной свеклы при этом не влияет на продовольственную безопасность – сахара и масла хватает для обеспечения населения.

Мясо. Произведено 12,7 млн тонн. На 4 процента больше, чем в 2013 году. Есть оговорка – в основном, рост за счет бройлерного птицеводства и свиноводства.

Производство говядины в целом снизилось. Однако есть рост производства «мраморной» говядины – до 398 тысяч тонн – усилиями специализированных агрохолдингов, разводящих «мясные» породы скота.

Молоко. Произвели 30,62 млн тонн – практически на уровне 2013 года. При общем сокращении стада увеличились надои. Если в ЛПХ (у населения) численность коров снижается (их доля сейчас не превышает 2,6 процента), то у фермеров растет – плюс 4 процента.

Переработка. В целом положительная динамика – 103 процента роста, за исключением незначительного падения в сегментах консервированной рыбы, напитков и табачных изделий.

Продовольственная безопасность. Производство зерна, картофеля и растительного масла превышает пороговые уровни, определенные Доктриной продовольственной безопасности. В целом удельный вес отечественных продуктов в общем объеме ресурсов достигает 77,7 процента.

О СУБСИДИЯХ И ДОХОДАХ.

Из федерального бюджета товаропроизводителям перечислены субсидии в размере 142,98 млрд рублей.

Рентабельность хозяйств с учетом субсидий в 2013 году составляла 7,3 процента, а без субсидий – минус 5,2 процента. В 2014 году тенденция сохранилась.

Однако доля прибыльных хозяйств выросла и достигла 84 процентов.

О РОСТЕ ЦЕН НА ПРОДОВОЛЬСТВИЕ.

При общем росте цен за 11 месяцев 2014 года 108,5 процента, индекс цен на продукты питания составил 111, 6 процента.

Гречка выросла в цене на 53,9 процента, рис на 12,6, сахар на 22,4, сыры на 14, рыба мороженая на 15,6, мука на 3,7, свинина на 24,5, творог на 14,2, куры на 27,2, молоко на 11,6, капуста на 12,7 процента. Менее всего подорожали картофель и морковь – не более четырех процентов. Подешевели только яйца и подсолнечное масло.

Для сравнения – средняя оптовая цена килограмма гречки в хозяйстве не превышает 10 рублей, молока – 21 рубль за литр, а свинины – 130 рублей за кило. Это к вопросу – где формируется цена на прилавке.

КРЕДИТЫ И ДОЛГИ.

Общий остаток ссудной задолженности АПК России банкам составляет без малого 2 триллиона рублей (по неофициальной информации, имеющейся у «Крестьянских Ведомостей», половина долга числится за 18-ю крупными агрохолдингами).

В 2014 году на проведение сезонных работ 182,4 млрд рублей кредитов, что составляет 73,9 процента от уровня 2013 года.

Прогноз общей потребности в кредитах (сезонных и инвестиционных) на 2015 год таков – 550 млрд рублей.

В связи с этим прогнозом МСХ предлагает Правительству РФ в условиях повышенной процентной ставки рассмотреть возможность целевого льготного фондирования Сбербанка и РСХБ, ограничив их доходность при этом на уровне 2-3 процентов на 2015 год.

Уже сейчас банки в одностороннем порядке увеличивают процентные ставки по ранее заключенным договорам до 28-30 процентов годовых. Минсельхоз считает это недопустимым, - заявил Дмитрий Юрьев.

РИСКИ.

Главный риск – деньги, которых нет.

По этой причине ожидается значительное упрощение и удешевление технологий выращивания скота и продукции растениеводства. К чему это приведет?

1. Распространению болезней животных и растений.

2. Падению продуктивности и урожайности с сохранением этой тенденции на последующие годы.

3. Дальнейшему падению кредитоспособности хозяйств с последующими банкротствами и ростом безработицы.

4. Уходу крупного бизнеса из агропромышленного производства.

Негативный прогноз развития отрасли на 2015 год при существующих банковских ставках и росте цен на продукцию и услуги естественных монополий таков – падение производства может составить около 7 процентов. В лучшем случае.

Второй главный риск – отсутствие идей выхода из кризиса. Нам их никто не предлагает, но это полбеды. Ими никто и не интересуется.

НЕКОТОРЫЕ ВЫВОДЫ.

То, что заместитель Министра сельского хозяйства Дмитрий Юрьев собрал Общественный совет и, насколько возможно, правдиво проинформировал его о состоянии и реальных перспективах развития АПК, несомненно, положительный факт. И говорит он, по меньшей мере, об одной из трех вещей:

1. МСХ исчерпал возможности взаимодействия с финансовым блоком Правительства.

2. МСХ решил обратиться к аграрному сообществу за поддержкой.

3. МСХ не рискует выдвинуть или не может разработать инициативный и амбициозный план выхода АПК из кризиса для Правительства.

Есть еще одно обстоятельство, о котором нельзя не напомнить. То, что Министра сельского хозяйства Николая Федорова, судя по всему, намерены «назначить» ответственным за рост цен на продовольствие, становится все более очевидным. Сначала внезапное поручение премьера Дмитрия Медведева на сей счет, затем «не совсем по делу» и довольно бестактная критика секретаря Генсовета «Единой России» Сергея Неверова за цены на гречку. Видимо, в обстановке массовой нервозности уже бесполезно объяснять, что минсельхоз за торговлю не в ответе по своему статусу. Либо надо повышать статус, добавив к названию приставку «и продовольствия», включив в функции все – от поля до прилавка, включая логистические цепочки.

Впрочем, не будем заниматься политической конспирологией – не благодарное это дело. Меня больше волнует мой товарищ со своей сыроварней. Долго ему еще возить тонну молока за 200 километров, чтобы сделать отечественный сыр?

Он сидит там, в своей глуши и не знает – какие большие люди борются за его счастливое будущее.

Или наоборот…

Игорь Абакумов – «Крестьянские ведомости»

Россия > Агропром > agronews.ru, 24 января 2015 > № 1280681 Игорь Абакумов


Евросоюз. СЗФО > Агропром > agronews.ru, 19 января 2015 > № 1276693 Игорь Абакумов

Комментарий. Контрабанда есть. Как и предполагалось в начале санкций.

Россельхознадзор выявил новый канал контрабанды европейской свинины, говорится в сообщении службы. Что и следовало ожидать.

Контрабандная партия свинины общим весом в 41 тонну поступила из Латвии, была загружена в контейнеры на территории Литвы и отправлена в адрес предприятия в Грузии, говорится в пресс-релизе.

Однако при заходе в российский порт в Балтийске сотрудник, сопровождающий груз, предоставил инспектору Россельхознадзора сертификаты ветеринарной службы Чили на продукцию, произведенную в Чили и отправленную транзитом через Россию в Белоруссию.

"В ходе запроса в морских онлайн-сервисах данных об отправке контейнеров, выяснилось, что из портов Чили они не отгружались. Ветеринарная служба Чили признала подложность сопровождавших продукцию ветеринарных сертификатов", - говорится в сообщении Россельхознадзора.

"Продукция европейского происхождения на территории самого Евросоюза перемещалась с различными наборами сопроводительных документов, включающих фальсифицированные ветеринарные сертификаты", - отмечается в релизе российской службы.

ТАСС в этой связи сообщает, что Россельхознадзор направил в ветеринарную службу Евросоюза настоятельную просьбу провести проверку отгрузок и перемещений этой партии свинины по ЕС и установить лица, причастные к контрабанде и подделке сертификатов.

Напомним, что ветеринарная служба России в ноябре 2014 года была вынуждена обратиться за сведениями к Интерполу, чтобы раскрыть другой крупный канал контрабанды европейской свинины в Россию. Согласно данным Россельхознадзора, к тому моменту в РФ было ввезено около 7,5 тыс. тонн мяса из Евросоюза как ложный транзит через территорию России в Казахстан.

Импорт свинины из Евросоюза в Россию подпадает под действие ответных санкций РФ и ограничен до 6 августа 2015 года в рамках продовольственного эмбарго.

О чем говорит история с контрабандой? О том, что Россельхознадзор зря хлеб не ест и внутренний рынок защищает. Но это не всё.

Полагаю, что контрабанды бы не было, если бы о предполагаемых санкциях все знали заранее и смогли бы к ним подготовиться. Тут возникает вопрос – а могли знать раньше?

Да, могли.

Открутим время назад и вспомним кое-что. Например, форсированную разработку системы спутников ГЛОНАСС – глобального позиционирования в пространстве не только людей, но и поездов, и машин, и самолетов, и ракет. Сколько времени назад ее запустили? При том, что все одновременно пользовались навигацией GPS.

Второй пример – российский сегмент интернета (РФ). Он был разработан и запущен тоже несколько лет назад.

Это только два примера. Но они показывают, что руководство страны имело основания ожидать отключения России от этих двух систем. И это привело бы к фатальным последствиям в экономике и обороне страны. Я не думаю, что возврат Крыма был задуман именно тогда, но то, что основания опасаться «партнеров» по «восьмерке» и «двадцатке» были, теперь даже не сомневаюсь. Уверен, что, если осмотреться более детально, можно увидеть и другие признаки подготовки если не к противостоянию, то к отстраненности от зависимости.

К сожалению, таких признаков в сельском хозяйстве мы не найдем. Как про ВТО аграрники узнали последними, так и про санкции и про импортозамещение продовольствия. Заранее их никто не спрашивал и не оповещал. Такое чувство, что руководство страны не доверяет третьей части ее населения.

Попробуйте меня в этом разубедить.

Игорь Абакумов – «Крестьянские ведомости»

Евросоюз. СЗФО > Агропром > agronews.ru, 19 января 2015 > № 1276693 Игорь Абакумов


Россия > Агропром > premier.gov.ru, 17 января 2015 > № 1274920 Дмитрий Медведев

Совещание о стабильном функционировании отраслей сельского хозяйства.

Вступительное слово Дмитрия Медведева:

Добрый день, коллеги!

Мы сегодня с вами встретились для того, чтобы обсудить положение дел в аграрной отрасли с учётом, естественно, текущей ситуации в экономике страны, с учётом текущего положения с финансами и наметить определённые решения, которые будут способствовать более стабильному развитию отраслей сельского хозяйства.

В целом у нас сельское хозяйство неплохо растёт в течение нескольких лет. В минувшем году был отличный урожай зерновых, как известно, – выросло производство овощей, картофеля, плодов, ягод. Есть успехи и в животноводстве, во всяком случае в отдельных направлениях. Неплохие результаты показывает и пищевая промышленность.

По производству отечественной сельхозпродукции многие базовые параметры в настоящий момент у нас уже достигли или даже превышают те параметры, которые были когда-то установлены Доктриной продовольственной безопасности, по важнейшим показателям, в том числе по зерну, сахару, картофелю, растительному маслу, по некоторым другим.

Но понятно, что очень много ещё нужно сделать, чтобы само сельское хозяйство стало современным, чтобы в магазине покупатели выбирали именно наши российские фрукты и овощи, наше молоко, наше мясо. Именно ради достижения этих целей была серьёзно переработана Государственная программа развития сельского хозяйства, на её реализацию в текущем году предусмотрено более 185 млрд рублей. Ну и, конечно, введение механизма ограничений встречных ограничений так называемых открыло для аграриев определённое серьёзное окно возможностей, для того чтобы свои проекты продвигать. По понятным причинам оно не может быть вечным, поэтому мы должны выигрывать по качеству у любых импортёров, только тогда сможем действительно решить задачу импортозамещения так, как собираемся.

Для этого отрасль нуждается в комфортных условиях кредитования. Уже сейчас очевидно, что сельскому хозяйству потребуются как краткосрочные кредиты на проведение сезонных полевых работ, так и дополнительные ресурсы на закупку кормов. Речь идёт о кредитовании переработки сельхозпродукции, о дополнительных средствах на инвестиционные проекты, что, естественно, сегодня представляет определённые сложности. Давайте всё это обсудим.

Также хотел бы отметить, что для того, чтобы работа у нас велась более активно, я подписал только что два постановления Правительства о внесении изменений в правила предоставления и распределения субсидий на растениеводство и отдельные области животноводства, что, надеюсь, облегчит и ускорит получение денег и будет способствовать их более эффективному использованию. Чуть подробнее, наверное, Аркадий Владимирович (А.Дворкович) и другие коллеги об этом сегодня расскажут.

По данным, которые мы имеем по мониторингу, который проводит Минсельхоз, с середины декабря ставки выросли. Есть предложение пересмотреть подходы к субсидированию процентной ставки по кредитам для сельского хозяйства. Но сделать это нужно быстро, чтобы обеспечить проведение весенних полевых работ вовремя, и, конечно, постараться не сорвать те инвестиционные проекты, от реализации которых зависит выполнение задачи по импортозамещению на продовольственном рынке.

Вот такова программа сегодняшнего совещания. Я сейчас собираю все отрасли, которые есть у нас, и вот сегодня как раз поговорим по сельскохозяйственным делам, по обеспечению именно стабильной работы отраслей сельского хозяйства.

Россия > Агропром > premier.gov.ru, 17 января 2015 > № 1274920 Дмитрий Медведев


Россия > Агропром > premier.gov.ru, 8 января 2015 > № 1268347 Николай Федоров

Рабочая встреча Дмитрия Медведева с Министром сельского хозяйства Николаем Фёдоровым

Д.Медведев: Николай Васильевич, 2014 год оказался весьма удачным для сельского хозяйства. Был собран очень значительный урожай зерна – в районе 105 млн т, что является вторым результатом за всю историю российского сельского хозяйства. Лучший урожай был достигнут только в 2008 году – порядка 108 млн т. Плюс были достигнуты очень хорошие урожаи по целому ряду других культур. То есть растениеводство показало очень хороший результат. Поэтому наша задача – распорядиться в 2015 году этим урожаем как следует, не допуская проблем на внутреннем рынке, в полной мере используя те возможности, которые существуют, в том числе для наращивания поголовья в животноводстве и для внедрения импортозамещающих технологий. Что я имею в виду? Я утвердил, как Вы знаете, новую редакцию программы по развитию сельского хозяйства на основе того, о чём мы с Вами договаривались, договаривались с аграриями. Мы несколько иначе выстроили приоритеты. Животноводство остаётся для нас приоритетом, в то же время мы обращаем внимание на новые отрасли, такие как садоводство, парниковое земледелие…

Н.Фёдоров: Семеноводство.

Д.Медведев: …семеноводство, безусловно, генетические центры развиваем. В общем, всё это остаётся в приоритете, и я надеюсь, что мы сможем в 2015 году всё это финансировать в необходимом объёме. Поэтому несколько слов по текущей ситуации, по приоритетам, которые вы для себя ставите в 2015 году.

Н.Фёдоров: Спасибо, Дмитрий Анатольевич. Мы Вам докладывали, что ожидаем планки урожая зерновых не менее 104 млн т, но российские аграрии выдали в амбарном весе, как говорят в народе, по уточнённым данным – 105,3 млн т. И что любопытно, что важно для дальнейшей нашей политики… Когда мы начинали работать в 2012 году, мне давали информацию, что из зерновых культур 37 млн т нужно для того, чтобы кормить скот и птицу. Сегодня мы уже выдаём на корм скоту и птице 39,6 млн т.

Д.Медведев: Это означает, что поголовье растёт?

Н.Фёдоров: Поголовье растёт. Это значит, мы сырьё в виде фуражного зерна конверсируем в корма и в конечном счёте – в привес и в поголовье. Это очень положительная тенденция, которая в итоге сказалась на импортозамещении. В результате мер, которые Россия была вынуждена принять в августе прошлого года, у нас выпадало 848 тыс. т импортного мяса из стран, которые попали под эмбарго (в расчёте на год). Мы за прошлый год выдали дополнительно прироста более 350 тыс. т мяса, это прежде всего свинина (более 6%) и мясо птицы (тоже порядка 6%). И это означает, что мы процентов на 60, если даже не 70 импортозамещение обеспечили за счёт прироста отечественного производства, а не за счёт альтернативных стран-поставщиков.

Д.Медведев: Это хорошие данные.

Н.Фёдоров: Это показатель того, как работает госпрограмма. То есть государственная поддержка в соответствии с теми параметрами, которые Вы утвердили и в новой редакции госпрограммы 19 декабря… Если мы реально всё это обеспечим – а другой альтернативы у нас нет, – мы можем реально планировать, что будет гарантия импортозамещения за счёт собственного производства в течение двух лет максимум. Это один показатель.

И второй очень важный момент. У нас 2014 год оказался рекордным на урожай в разных смыслах этого слова. Обратите внимание: мы дали 15,45 млн т овощей. Это тоже было у нас слабое звено, зависимость от импорта была большая. 15,45 млн – это абсолютный рекорд в новейшей истории России. Также могу назвать абсолютный рекорд, очень важный для перспектив развития животноводства, – это 2,54 млн т сои, соевых бобов. Это очень важно для того, чтобы развивать животноводство высокоэффективное. Это главный ингредиент по высокобелковым культурам. Рапс – тоже рекорд. Тут, как ни странно, абсолютный рекорд – 1,47 млн т.

Д.Медведев: Почему странно? Это нормально. Мы всё-таки деньги вкладываем в развитие аграрной культуры.

Н.Фёдоров: Это результаты реализации госпрограммы. Я к чему это? К тому, чтобы в условиях турбулентности, разных волатильностей (такие модные слова есть) мы всё-таки сделали всё, чтобы ту редакцию госпрограммы, которую Вы одобрили 19 декабря, на все сто процентов вне зависимости от всяких возможных потрясений выполнить и этот тренд позитивный, исключительно позитивный, сохранить для решения проблемы продовольственной безопасности страны.

Д.Медведев: Да, мы будем обязательно это делать, и Вы правильно стоите на страже интересов селян, на страже интересов государственной программы, естественно, отстаиваете и деньги, необходимые для её выполнения, потому что с деньгами есть свои сложности, как обычно. Тем не менее будем стараться всё делать для того, чтобы защитить эти позиции. Это первое.

И второе. Людям также небезразлично, по каким ценам всё продаётся, потому что в последнее время из-за ситуации вокруг рубля, из-за целого ряда других причин у нас довольно серьёзно разыгралась продовольственная инфляция. Даже несмотря на рекордные урожаи, всё-таки это давление присутствует. В столицах оно больше, по понятным причинам в провинции оно гораздо меньше ощущается, но тоже есть. Поэтому нужно сделать всё – вместе с владельцами сетевых магазинов, вместе с аграриями, вместе с посредниками, которые так или иначе принимают участие в этих цепочках, – чтобы не допустить необоснованного роста цен. Потому что есть обоснованный рост, а есть абсолютно необоснованный – такая спекулятивная маржа, которую снимают на целом ряде экономических факторов, включая и ситуацию с валютой, и целый ряд других причин. Поэтому я хотел бы, чтобы вы вместе с Федеральной антимонопольной службой и в необходимых случаях с правоохранительными органами также следили за ситуацией на продовольственных рынках. Подключите к этому процессу всех губернаторов.

Н.Фёдоров: Хорошо. Будет сделано.

Д.Медведев: Договорились.

Россия > Агропром > premier.gov.ru, 8 января 2015 > № 1268347 Николай Федоров


Россия > Агропром > agronews.ru, 29 декабря 2014 > № 1261612 Владимир Лабинов

Комментарий. Лабинов: ЛПХ ждет «эволюционное выбытие».

Владимир Лабинов, директор департамента животноводства и племенного дела Минсельхоза – харизматичная и знаковая фигура для аграриев, собрал журналистов, чтобы подвести итоги года и рассказать, куда будет двигаться аграрная политика в будущем. Основные тезисы: с ЛПХ больше заигрывать не будут, а из свиноводства и вовсе «выдавят». С неумеренным экспортом зерна решено покончить, его должны есть наши куры и свиньи, чтобы давать больше мяса. Наконец, западные компании-гиганты будут играть по общим правилам. Скандал с Danone и PepsiCo не закончен, и кто тут победит, даже и гадать нечего. А теперь детали.

ХОРОШИЕ ОТЧЕТЫ

Лабинов доволен тем, как бизнес сработал в уходящем году, причем он не произносил слова «импортозамещение» и не кивал на «ответные санкции», как будто ничего этого нет. В его понимании АПК развивается сложнее, чем диктуют лозунги, а раз так, нечего ими и размахивать.

Производство мяса всех видов выросло на 4%, причем сельхозорганизации (в том числе фермеры) показали опережающий рост. Так, производство свинины в целом выросло на 6%, а отдельно в организациях на 13%. Бройлеров, соответственно, на 6% и на 7%. Красного мяса произвели больше на 10%, но полная беда с говядиной. Рост ее производства на 3% по-прежнему обусловлен сокращением молочного стада. То есть это не высококлассное мясо, вдобавок плохой сигнал для молочной отрасли. Россия в 2014 году лишилась 200 тыс. голов КРС.

Особо коснулся Лабинов производства молока, и, хотя он не говорил прямо об обвинениях в том, что официальная статистика фальсифицирует объемы производства, но было очевидно, что он отвечает именно на эти обвинения. Рост по молоку невелик, 0,2%, однако среди организаций – на 2,5%, то есть, получается, фальсификации быть не должно. Прежде ее видели в отчетности именно по ЛПХ, где сколько ни напишешь, проверить невозможно. «Чтобы не было сомнений» в этих цифрах, Лабинов указал, что производство цельного молока упало на 1%, «но это несопоставимо с падением в 2007-2010 годах на 7-10%», при этом выросло производство масла, сыра, и упали закупки сухого молока. Все это, по мнению Лабинова, говорит о том, что в молочной отрасли активизировалась переработка, и играть с цифрами, доказывая, что «россияне столько не выпили», нельзя.

Тем не менее, Лабинов признает, что выйти на целевые показатели, предусмотренные продовольственной доктриной, по молоку не удастся, хотя «мы преодолели тенденцию стабилизации», то есть добились некоторого роста.

Неважный сигнал и по производству яиц, оно не выросло (хотя и не упало), Лабинов связывает это со слабым развитием генетики и селекции. С 2015 года ведомство запускает программу развития селекционно-генетических центров, пока на базе существующих мощностей (в молочной отрасли – в точках по искусственному осеменению).

- Это кооперация между бизнесом и государством, - сказал Лабинов, пояснив, что пилотными проектами могут стать племзаводы Свердловский и Смена.

По мнению Лабинова, цены на птицу будут стабильны в январе-феврале, по свинине возможен небольшой рост, дальше предсказывать ничего нельзя из-за высокого уровня инфляции. Сложнее с ценой на молоко. С одной стороны, Лабинов не видит причин для роста цены, с другой обращает внимание, что, несмотря на подорожание в рознице, розничный спрос не упал, «это значит, что цена еще не вышла на плато».

ЗЕРНО НА КОРМ

У Минсельхоза – амбициозные планы. Уже в 2015 году Россия должна избавиться от импортной зависимости по мясу птиц, и к 2017 – по свинине. Но для этого нужно поменять отношение к зерну. Сегодня Россия активно экспортирует «излишки» зерна (закавычено, поскольку излишками их можно называть только в свете неразвитого животноводства), и завозит потом назад, но уже в виде мяса.

- Нам надо обеспечить переработку зерна через мясо, а экспорт поддерживать только для того, чтобы сохранять влияние на рынках, - сказал Лабинов.

Это значит: введение экспортной пошлины – всерьез и надолго (спасибо, что вообще экспорт не запретили). Комментируя по просьбе корреспондента «КВ» заявление главы РЗС Аркадия Злочевского о том, что внутренняя цена на зерно определяется внешним рынком, Лабинов признал – пока так и есть, потому что производители зерна и есть часто экспортеры. Но эта ситуация уйдет, когда сократится экспорт. Животноводство не может зависеть от переменных цен на внешнем рынке.

Судя по всему, у Минсельхоза интересные планы по поддержке животноводства (а без поддержки не понадобится и зерно). Так, ведомство рассматривает компенсацию (до 20% затрат) при реконструкции коровников, если увеличивается число скотомест. Фермерам предлагают активнее заняться уткой, перепелами, кониной, а производители баранины будут простимулированы так, чтобы им было интересно производить не только мясо, но и шерсть.

КОНЕЦ ИГР С ЛПХ

Лабинов всячески подчеркивал, что Минсельхоз относился к ЛПХ как можно более лояльно. За два года Минсельхоз ни разу не «наказывал» регионы, отказывая в господдержке, если падение производства наблюдалось в секторе ЛПХ, подчеркнул он. Хотя это можно трактовать и иначе: ЛПХ все это время последовательно выводили из «легального» сектора. Если губернатора не спрашивают за успехи ЛПХ, ему нет резона об ЛПХ и заботиться. При том, что именно губернская поддержка – единственная, на что ЛПХ могут рассчитывать.

Лабинов акцентировал, что Минсельхоз, может, и рад бы поддержать всех, но не может, и ЛПХ из системы поддержки вылетают первыми. Лабинов называет это «эволюционное выбытие» - АПК становится промышленным, так что не до подворий.

Из этого, очевидно, следует, что с «поддержкой сельского образа жизни» (эту тему поднимал в свое время экс-министр Алексей Гордеев) наигрались. Или не справились. С 2015 года успехи региона по производству молока будут оценивать только по производству в организациях (включая фермеров). Производство в ЛПХ окончательно становится факультативной строкой в статистике.

Впрочем, насильно отстраняют ЛПХ только из сферы свиноводства, рассказал Лабинов. Он не стал пояснять, почему так, но из контекста следовало, что ведомство озабочено разгулом в ЛПХ африканской чумы свиней.

Тема возможного сокращения рабочих мест и самозанятости населения, а также краткосрочных и долгосрочных последствий данного решения на развитие сельских территорий на встрече не поднималась и не обсуждалась.

НЕПРИКАСАЕМЫХ НЕТ

Лабинов не собирался затрагивать конфликт министерства с Danone и Pepsico, но по просьбам журналистов – пришлось. Поскольку помимо министра Николая Федорова «и я разбрасывал булыжники», - заметил Лабинов,.

Из его ответа следовало, что обе компании отказываются идти на контакт с Минсельхозом и раскрывать свои планы по наращиванию производства.

- Может, эти планы есть, но мы их не знаем, - сказал Лабинов.

В то же время министерство видит, что компании способствуют сворачиванию производства в регионах, закрывая приобретенные ими местные заводы, и это не может не тревожить. Но компании предпочитают общаться с МСХ «не напрямую», а через общественную организацию (читай - через «Союзмолоко»). Лабинов ни разу не упомянул название «Союзмолоко», как и имени его руководителя, но подробно обосновал, почему в министерстве к этой организации не относятся всерьез и считают ее карманной – при этих двух компаниях.

По словам Лабинова, представительство переработчиков в «Союзмолоке» обеспечено наличием там этих двух компаний, о представительстве производителей вообще не приходится говорить, «это блеф, большая часть отрасли там не представлена». Письма на таких бланках («Союзмолока» – КВ) нам неинтересны, сказал Лабинов.

Иными словами, компаниям нужно идти на прямой контакт с Минсельхозом, не прикрываясь посредничеством «Союзмолока». В этом, и только в этом заключается «конфликт» ведомства и компаний, и когда компании так сделают, не будет и конфликта.

Евгений Арсюхин – «Крестьянские ведомости»

Россия > Агропром > agronews.ru, 29 декабря 2014 > № 1261612 Владимир Лабинов


Россия > Агропром > agronews.ru, 25 декабря 2014 > № 1258863 Игорь Абакумов

Комментарий. Пора возвращать Гордеева в Москву.

В Торгово-промышленной Палате состоялись слушания аграрного комитета ТПП по вопросу импортозамещения. С умными сообщениями выступили Сергей Катырин – президент ТПП, Виктор Семенов – председатель комитета ТПП по агробизнесу, Константин Бабкин – председатель «Росагромаш», Аркадий Злочевский – президент Зернового союза, Андрей Даниленко – председатель союза производителей молока, Павел Грудинин – директор совхоза имени Ленина, Геннадий Горбунов - Председатель Комитета Совета Федерации по аграрно-продовольственной политике Федерального собрания РФ. Остальные выступавшие были неинтересны, поскольку ограничились самоотчетами и не делали никаких умных выводов. Я хотел там выступить, но регламент не подразумевал дискуссии. Поэтому ниже делюсь своими соображениями.

Итак, какие высказывания заслуживали внимания?

1. Импортозаменение (новый термин) есть состоявшийся факт. Ибо замещения не произошло. Один импорт поменяли на другой.

2. Нет ни одного внятного документа с описанием стратегии импортозамещения.

3. Нет ни одного документа с гарантиями сбыта того, что будет произведено сверх импорта.

4. Нет ни одного документа с разъяснениями ситуации и планом действий на перспективу.

5. Нет антикризисного плана развития АПК.

6. Во власти нет антикризисных управленцев.

7. Минсельхоз либо молчит, либо рапортует, что все хорошо. И то, и другое не соответствует реальной жизни. Семена, молодняк птицы и скот - за валюту, продажа удобрений остановлена, ГСМ дорожает, торговые сети распоясались, число рынков сокращается. «Ручное» сдерживание роста цен на продовольствие не выдерживает критики. Вот такова (вкратце) реальная жизнь.

8. Введено фактическое ограничение экспорта зерна.

9. Банки фактически перестали кредитовать АПК. 80 процентов аграрного бюджета уходит в банки на компенсацию процентной ставки.

10. Гегемония и монополизм Росагролизинга должны быть разрушены, а бюджет распределен между конкурирующими компаниями. РСХБ также нуждается в больших переменах.

Все интересно. Все верно. Все по правде.

Однако есть вопросы к внимательным читателям «Крестьянских ведомостей».

Скажите, внимательные читатели, есть ли среди перечисленных вопросов хоть один, который бы мы досконально не обсуждали за последние 5 лет?

Я не нахожу такого вопроса.

Более того, большинство этих вопросов в несколько иных формулировках были заданы Президенту РФ Владимиру Путину в письме от имени внимательных читателей «Крестьянских ведомостей» в мае 2013 года. Была совершенно конкретная дискуссия http://agronews.ru/news/detail/127104/ и совершенно неконкретный ответ из МСХ, куда письмо попало из Администрации Президента РФ http://agronews.ru/articles/detail/132030/ .

Сразу оговорюсь – я не намерен критиковать МСХ РФ и его руководство. Оно не само себя назначало, работает, как умеет, в тех условиях, которые ему заданы.

Речь об общественных организациях агробизнеса, которые создавались в 90-е годы, структурировались в «нулевые» вокруг МСХ и были призваны стать «нервной системой» АПК, которая передавала бы сигналы «снизу» в «мозг» отрасли/страны и обратно.

Сегодня явно наблюдается нездоровая ситуация, когда «мозг» либо не воспринимает сигналов «снизу», либо воспринимает, но выдает запоздалые и ошибочные команды. Либо, что еще менее понятно, воспринимает эти сигналы, как ложные. Примерно, как мочевой пузырь сигнализирует, что «пора», а ему следует команда попить кваску. Симптомы начались давно.

Весьма характерной была история с эмбарго на экспорт зерна 2010 года, решение о котором было принято за считанные часы без обсуждения с зерновиками и даже с МСХ. Уже через месяц руководству страны сумели разъяснить, что совершена ошибка и сельское хозяйство несет колоссальные убытки. Однако эмбарго продолжалось еще некоторое время, и никто не только не извинился перед аграрниками, но и не предложил им хоть малую компенсацию за ущерб.

В отмене эмбарго 2010 года общественные организации сыграли главную роль – это факт. И это можно было бы назвать победой, если бы они пошли дальше.

Дальше следовало подсчитать все прямые и непрямые убытки от «неудачного» административного решения и вчинить иск Правительству РФ. Да, был бы скандал. Был бы, возможно, и суд, который, скорее всего, ни к чему бы не привел. Но это был бы прецедент, на основе которого можно было требовать закона, по которому эмбарго вводится только при наступлении чрезвычайных обстоятельств. Например, войны или природных катаклизмов. В остальных случаях вольного администрирования извольте заплатить неустойку. В США, после убытков американских фермеров от введения продовольственного эмбарго против СССР (Афганистан/Олимпиада-80) такой закон был принят и действует до сих пор. На том давнем эмбарго сильно «поднялись» Бразилия и Аргентина, быстро организовав «импортозамещение» в СССР, став жесткими конкурентами американским фермерам.

Я часто спрашивал – почему крупные производители зерна не пошли дальше в 2010 году? «Не хотели ссориться» - был ответ. Тот же вопрос задавали читатели «Крестьянских ведомостей» в письме Президенту РФ в 2013 году. «Правительство обещало, что больше ни-ни», - ответили им из МСХ.

И вот 2014 год. Опять. Формально эмбарго на экспорт зерна нет, а фактически уже есть.

Почему? Потому, что нет плана антикризисных действий. И нет точного представления о последствиях случайных решений для агробизнеса.

Почему нет? Потому что – надо отдавать себе отчет – в правительственных структурах его некому написать. А если он будет написан извне – некому осознать и принять решение. Вот этому есть точные причины.

Мы можем сколь угодно иронизировать над СССР, но то, что там была кадровая политика, вряд ли кто возьмется спорить. Ты не мог стать министром, если до того не был станочником, мастером, начальником участка, смены, не имел общественных нагрузок, не был на выборных должностях, не работал в райкоме, обкоме, не учился в ВУЗе и партийной школе, не служил в армии и т.д. и т.п. по всем пунктам. То есть, кроме профессии, кандидат должен был знать жизнь во всем ее многообразии: от мата в курилке до научных конференций, от ремонта детского сада до строительства и пуска завода. Конечно, это не совсем защищало и от дураков и мерзавцев, но кадровый фильтр был все же мощный.

Слом кадровой системы СССР произошел в начале 90-х когда в правительственные кабинеты пришли младшие научные сотрудники прямо с митингов. Причем сразу на первые роли, минуя всю лестницу профессиональной подготовки. Омоложение и ротация кадров – вещь полезная, но если она не проходит одномоментно и перманентно. Когда революционно, да еще несколько раз подряд, нарушается традиция управления отраслью, начинается разрыв между отраслью и «мозгом». А это кризис непонимания, приводящий к вполне реальным убыткам.

То, что мы имеем сейчас в АПК, прежде всего кризис непонимания.

Мне приходилось бывать в минсельхозах всех ведущих продовольственных держав (кроме Латинской Америки). И один из обязательных вопросов, которые я задавал, был вопрос о смене власти. Так вот ответ был всегда один: когда приходят «политназначенцы» (министр и два-три заместителя), «профессионалы» остаются на месте. Профессионалы – это руководство департаментов с аппаратом. Закона такого нет нигде, но людей с колоссальным опытом и личными связями «в регионах» ценят и берегут. И меняют их настолько редко, что мои знакомые «министерские» работали и работают после трех-четырех выборов президентов в их странах. Они не просто аккуратные исполнители, но и эксперты высокого уровня. Как правило, их глубокие корни в фермерских хозяйствах, в переработке, в агробизнесе или в обслуживающих структурах.

И когда на обсуждении в ТПП зашел разговор о «непонимании», об отсутствии «кризисного менеджмента», я вспомнил как раз о тех профессионалах, о которых говорил чуть раньше. И пришел к мысли, что в нынешних условиях, когда требуется самый короткий путь от идеи до принятия решения, нужно ввести две должности: помощника (или советника) Президента РФ по вопросам аграрного развития и вице-премьера по АПК. Первый будет держать Президента «в тонусе» и комментировать сказки «котов-баюнов», что у нас всего «ну просто завались». Второй нужен для реального руководства и координации.

Я вполне лояльно отношусь к вице-премьеру Аркадию Дворковичу, считаю его профессионалом и хорошим экономистом, но у него, кроме АПК, слишком много забот. А село, особенно теперь, требует отдельного куратора с самыми широкими знаниями, авторитетом и полномочиями. Способного не только управлять в кризисной ситуации, но и повести за собой отрасль.

Пусть простит меня губернатор Воронежской области Алексей Гордеев, но говорю я именно о нем. И воронежцы пусть тоже не обижаются. Надо!

Напомню, за неполное десятилетие его руководства АПК России приобрел кредитно-финансовую систему, вышел на мировые рынки зерна, заявил о себе на международных форумах, включая возвращение в ФАО, вошел в состав приоритетных национальных проектов, обеспечил население свининой и птицей. Впервые со Столыпинской реформы рядовые крестьяне получили кредиты от государства. Как вы понимаете, без глобальных институциональных изменений отрасли такие результаты были бы невозможны. И более последовательного, уверенного в своей правоте противника импорта и ВТО на тот момент, наверное, в правительстве и не было.

АПК сейчас как «броненосец в потемках». Чтобы не посадить его на мель и рифы, нужны быстрые решения профессионала, который знает фарватер и которому верит команда.

Игорь Абакумов – «Крестьянские ведомости»

Россия > Агропром > agronews.ru, 25 декабря 2014 > № 1258863 Игорь Абакумов


Россия > Агропром > tpprf.ru, 24 декабря 2014 > № 1264886 Сергей Катырин

НА ЗАСЕДАНИИ ПРАВЛЕНИЯ ТПП РФ ОБСУДИЛИ УЧАСТИЕ СИСТЕМЫ ТПП РФ В РАЗВИТИИ АПК

В Торгово-промышленной палате Российской Федерации состоялось заседание Правления ТПП РФ. В нем приняли участие руководители Палаты и члены Правления ТПП РФ, руководители территориальных ТПП, представители министерств и ведомств, Российской академии наук, отраслевых ассоциаций и объединений, эксперты, СМИ.

По первому вопросу повестки - участие системы ТПП РФ в развитии агропромышленного комплекса Российской Федерации и импортозамещении продовольственных товаров - выступил Президент ТПП России Сергей Катырин.

Сельское хозяйство страны в последние годы демонстрирует хорошие результаты, отметил он в выступлении. Наблюдается постепенное восстановление отрасли после спада производства 2012 г. В определенной степени позитивной динамике способствовали мероприятия госпрограммы развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельхозпродукции, сырья и продовольствия на 2013-2020 гг. (с изменениями от апреля 2014 г.). Увеличился экспорт продовольственных товаров и сельскохозяйственного сырья. При этом по известным причинам сократились объемы закупок ряда товаров; по оценкам экспертов, с российского сельскохозяйственного рынка ушло импортного товара на 10-15 млрд. долларов.

Далее Сергей Катырин остановился на проблемах отрасли.

В объемах государственной поддержки отечественного сельского хозяйства у нас отмечается серьезный разрыв по сравнению с западными странами. Без учета государственных субсидий средняя рентабельность сельскохозяйственных предприятий у нас составляет минус 5,6 процента.

Выделяемые средства поддержки в основном направляются крупным, финансово устойчивым предприятиям и не доходят до малого бизнеса, семейных хозяйств.

К системным проблемам относится и высокая кредиторская задолженность сельскохозяйственных организаций, которая, по оценкам экспертов, в этом году превысила 2 трлн рублей, а также недостаточность финансовых ресурсов для модернизации сельхозоборудования и обновления инфраструктуры производств.

ТПП РФ поддерживает инициативы Правительства РФ по увеличению периода субсидирования инвестпроектов, направленных на развитие молочного животноводства, увеличению ассигнований на реализацию госпрограммы развития сельского хозяйства до 2020 г. Представляется, что помощь должна быть доступна, в первую очередь, тем компаниям, которые внедряют новые технологии производства, оптимизируют бизнес-процессы, участвуют в кардинальной модернизации и создании современных объектов.

Одним из наиболее острых вопросов на сегодняшний день является низкая обеспеченность российских товаропроизводителей основными видами сельскохозяйственной техники. Из-за отсутствия техники из имеющихся пахотных земель значительная часть не обрабатывается вовсе.

Большинство экспертов обращает внимание на нехватку стабильных каналов сбыта сельскохозяйственной продукции.

Кроме того, во многих случаях конечные продавцы просто переориентировались с одного импортного поставщика, попавшего в санкционные списки, на других. Это, понятно, не решает проблему импортозамещения продовольственных товаров отечественными аналогами.

Особого внимания заслуживают вопросы модернизации селекционно-семеноводческих центров. Мы отстали от зарубежных коллег в создании новых сортов растений, новых видов удобрений, новых методов выращивания животных.

Известно: надо не только вырастить, но и сберечь урожай. Потери при транспортировке и хранении в зависимости от культуры достигают 50 процентов. Следует серьезно поработать над развитием логистических центров хранения и переработки сельхозпродукции. Ставропольская, Омская, Пензенская, Курская региональные палаты, а также ряд палат Краснодарского края принимают участие в работе по развертыванию сети небольших хранилищ картофеля, овощей и фруктов в рамках деятельности отдельных сельхозпредприятий, фермерских хозяйств и кооперативов. Новгородская ТПП помогла привлечь в этих целях 7 млрд рублей частного инвестора.

Административные барьеры и высокие тарифы естественных монополий также сегодня ограничивают возможности развития отрасли. Цены на горюче-смазочные материалы, электроэнергию и минеральные удобрения существенно увеличивают себестоимость сельхозпродукции. А в текущих условиях, высокие тарифы на энергоносители - это вопрос не только рентабельности, но иногда и самой выживаемости предприятий АПК.

Тем не менее, анализ основных сегментов АПК свидетельствует, что по ряду позиций российская продукция имеет конкурентные преимущества на внешних и внутренних рынках. Это касается и реализации совместных программ, и продвижения нашей продукции на внешние рынки, в частности, стран СНГ, БРИКС, Латинской Америки. Здесь активно можно задействовать возможности системы ТПП РФ (территориальные палаты, членские организации, наши загранпредставители, деловые советы).

Вопросы АПК сегодня широко обсуждаются на площадках Госдумы ФС РФ, Совета Федерации ФС РФ, на экономических и отраслевых форумах.

В АПК сложилась тяжелая ситуация с подготовкой кадров и научным обеспечением сектора, производством сельскохозяйственной техники и обеспечением генетическим материалом. По большому счету данные направления утратили производственный и кадровый потенциал.

Сергей Катырин рассказал о работе ТПП РФ на сельскохозяйственном направлении, в частности, о выставочных мероприятиях, проводимых при организационной и информационной поддержке Палаты.

В заключение он высказал мнение, что, по сути, нынешние западные санкции и российские контрсанкции - это шанс для российских аграриев получить должную поддержку и укрепить свои позиции не только на национальном рынке, но и усилить присутствие на мировых рынках. По суммарным расчетам всех ассоциаций сельхозпроизводителей, благодаря запрету импорта объем внутреннего производства за 1,5 года может значительно увеличиться (ориентировочно на 281 млрд рублей). Однако, отметил он, без усиления и повышения эффективности господдержки села и переработки продукции, поддержки не только производства, но и сбыта, без изменения кредитной политики и ряда других мер все так и может остаться на уровне деклараций, и в таком случае импортозамещение произойдет по логике "заменим один импорт на другой".

Далее состоялась дискуссия, в ходе которой ее участники более предметно обсудили проблемы, с которыми сталкивается АПК, предложили меры, которые, по их мнению, могут обеспечить развитие отечественного агропромышленного комплекса и его выход на целевой уровень импортозамещения продовольственных товаров.

В обсуждении доклада приняли участие председатель Комитета ТПП РФ по развитию агропромышленного комплекса Виктор Семенов, руководитель Роспотребнадзора Анна Попова, заместитель директора Департамента регулирования агропродовольственного рынка, пищевой и перерабатывающей промышленности Минсельхоза РФ Владимир Азаров, директор ЗАО "Совхоз им. Ленина" Павел Грудинин, президент ТПП Краснодарского края Юрий Ткаченко, председатель Комитета Совета Федерации ФС РФ по аграрно-продовольственной политике и природопользованию Геннадий Горбунов, председатель правления Национального союза производителей молока Андрей Даниленко, президент ассоциации "Росагромаш" Константин Бабкин, заместитель начальника Департамента АПК правительства Белгородской области Алексей Севальнев, директор ВНИИ животноводства, академик РАН Наталия Зиновьева, генеральный директор ЗАО "АгроГард" Павел Царев, заместитель генерального директора ОАО "Росагролизинг" Наталья Зудина, заместитель председателя Комитета ТПП РФ по развитию агропромышленного комплекса, президент Российского зернового союза Аркадий Злочевский.

Кроме того, участники заседания рассмотрели ход выполнения в 2014 году Приоритетных направлений деятельности Торгово-промышленной палаты Российской Федерации на 2011-2015 гг., вопросы реализации Стратегии развития системы ТПП РФ до 2020 года и задачи на 2015 год и ряд других вопросов.

Центр по связям с общественностью и СМИ, А.Бондарь

_____

Из выступления Президента ТПП РФ Сергея Катырина на заседании Правления ТПП РФ

(г.Москва, Конгресс-центр ТПП РФ, 23.12.2014 г.)

"Развитие АПК РФ и импортозамещение продовольственных товаров"

Тема сегодняшнего заседания была выбрана не случайно.

Мы пригласили представителей федеральных органов законодательной и исполнительной власти, Российской академии наук, отраслевых объединений, малого и среднего бизнеса, специалистов и экспертов для того, чтобы обсудить основные направления и перспективы развития отечественного агропромышленного комплекса, выработать предложения по участию государства и предпринимательского сообщества в процессе импортозамещения.

Сельское хозяйство страны в последние годы демонстрирует хорошие результаты.

Наблюдается постепенное восстановление отрасли после спада производства 2012 г., ставшего результатом неблагоприятных погодных условий и внутренних противоречий, вызванных, в том числе, и вступлением России в ВТО. В определенной степени позитивной динамике способствовали мероприятия госпрограммы развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозпродукции, сырья и продовольствия на 2013 - 2020 гг. (с изменениями от апреля 2014 г.).

Рост отрасли в последнее время отличается стабильностью. В 2013 г. сельскохозяйственное производство в России увеличилось на 6,2% - больше чем все другие сектора экономики. Это в значительной степени позволило остаться в плюсе по росту ВВП в целом. По итогам трех кварталов этого года сельхозпроизводство также ознаменовалось наилучшим показателем (рост 7,7% к 2013 г.). Если говорить о предварительных итогах текущего года, то в нынешнем году сельскохозяйственная отрасль имеет все шансы стать главным источником прироста ВВП России. Объемы производства вырастут примерно на 5 %.

По данным таможенной статистики, в текущем году также увеличилась и доля экспорта продовольственных товаров и сельскохозяйственного сырья, составив 3,1% против 2,4% в 2013 г. Доля импорта в 2014 г. выросла на 0,3% и составила 13,2%. При этом по известным причинам сократились объемы закупок ряда товаров. В результате принятого эмбарго (по оценкам экспертов) с российского сельскохозяйственного рынка ушло импортного товара на 10-15 млрд долларов.

Тем не менее, ни относительно высокие показатели текущего года, ни оптимистичный настрой некоторых аграриев, связанный с открывшимися перспективами сбыта отечественной продукции на внутренних рынках, не должны вводить в заблуждение - в отрасли сохраняются и известные трудности. Кратко хочу остановиться на некоторых аспектах:

В объемах государственной поддержки отечественного сельского хозяйства отмечается серьезный разрыв по сравнению с западными странам. В расчете на единицу произведенной продукции доля совокупной господдержки в России составляет сегодня порядка 6,5%, тогда как в США - 37,2%, странах ЕС - 25,7%. В расчете на 1 га сельскохозяйственных земель объем совокупной господдержки в России в 6 раз меньше, чем в США, в 14 раз меньше, чем в странах ЕС, в 45 раз меньше, чем в Норвегии, в 10 раз меньше, чем в Китае. Без учета государственных субсидий средняя рентабельность сельскохозяйственных предприятий у нас составляет минус 5,6%.

Необходимо изменить структуру поддержки; выделяемые средства в основном направляются крупным, финансово устойчивым предприятиям и не доходят до малого бизнеса, семейных хозяйств. Недостаточная обеспеченность АПК инвестиционными ресурсами вызывает риски ухода от целевых индикаторов, заложенных в Госпрограмме развития сельского хозяйства на 2013-2020 гг., и в Доктрине продовольственной безопасности. На это обстоятельство ТПП РФ, как и другие объединения предпринимателей, обращали внимание правительства и законодателей в своих заключениях на проект Государственного бюджета на 2015 г. и ближайшие 3 года.

При этом даже выделяемые сегодня средства зачастую не своевременны, а иногда просто не доходят до конкретных товаропроизводителей, о чем говорят сами предприниматели. Обращает на себя внимание и факт "размазанности", или непрозрачности распределения финансовых средств, что, в свою очередь, приводит к малой эффективности предпринимаемых центром мер.

Некоторые перспективные отрасли, например, молочная, не получают должной поддержки, рост отечественного молочного производителя замедлен, тогда как импорт регулярно растет. Кроме того, компании, имеющие иностранных собственников, занимают порядка 70% рынка молока.

Мы поддерживаем текущие инициативы Правительства РФ по увеличению периода субсидирования инвестпроектов на развитие молочного животноводства с 8 до 15 лет с компенсацией из федерального бюджета 100% ставки рефинансирования Банка России. величение ассигнований на реализацию госпрограммы развития сельского хозяйства до 2020 г. - на 688,4 млрд рублей.

Дополнительно планируется выделить еще 20 млрд рублей на финансирование инвестиционных проектов в АПК.

Представляется, что помощь должна быть доступна, в первую очередь, тем компаниям, которые внедряют новые технологии производства, оптимизируют бизнес-процессы, участвуют в кардинальной модернизации и создании современных объектов.

К системным проблемам относится и высокая кредиторская задолженность сельскохозяйственных организаций, которая, по оценкам экспертов, в этом году превысила 2 трлн. рублей, а также недостаточность финансовых ресурсов для модернизации сельхозоборудования и обновления инфраструктуры производств.

Самый высокий уровень просроченной задолженности среди секторов экономики наблюдается именно в сельскохозяйственной отрасли. Без реструктуризации долгов здесь, очевидно, не обойтись. Сложность с кредитованием заключается не только в высокой стоимости кредитов, но и в непростом доступе к ним - нужно резервирование, залоговая база, которую производители, особенно небольшие, часто предоставить не могут. Половина хозяйств вообще не имеет доступа к кредитным ресурсам. Цифры говорят сами за себя. Так, объем выданных кредитных ресурсов на проведение сезонных полевых работ на 19% ниже уровня аналогичного прошлогоднего периода. Россельхозбанк выдал кредитов на 12% меньше. Сбербанк России сократил кредитование на 37%. Сами кредиты в основном "заточены" под быструю отдачу (2 - 3года), тогда как для сельского хозяйства срок отдачи от вложений - 5-10 лет, то есть кредиты нужны селу на долгий срок и под маленькие проценты. Сегодня же часто представители АПК (особенно небольших хозяйств) стараются вообще избегать кредитов.

Хотел бы отметить, что Агентством кредитных гарантий взяты обязательства направить не менее 20% средств на аграрные проекты. Один из ключевых показателей деятельности Агентства (согласно стратегии развития до 2019 г.) является обеспечение гарантийной поддержки субъектов МСП - крестьянских и фермерских хозяйств, в объеме не менее 15 млрд рублей до конца 2017 г.

Одним из наиболее острых вопросов на сегодняшний день является низкая обеспеченность российских товаропроизводителей основными видами сельскохозяйственной техники. Из-за отсутствия техники (а в некоторых регионах на 100 га пашни приходится иногда всего 2 трактора), из имеющихся пахотных земель значительная часть не обрабатывается вовсе. Государственными субсидиями, учитывая лизинг, покрывается только пятая часть потребностей в сельскохозяйственной технике. При этом по некоторым позициям доминирование импорта машиностроительной продукции приближается к 80%.

Большинство экспертов обращает внимание на нехватку стабильных каналов сбыта сельскохозяйственной продукции. В первую очередь проблема касается предприятий малого бизнеса. На это накладываются и проблемы торговых сетей. Сотни тонн хлеба сегодня возвращаются на хлебозавод (сети просто не могут реализовать указываемый ими объем продукции). Бывает, что возвращается 20 - 50% нереализованной продукции. Вместе с этим, российские сельхозпроизводители зачастую практически не могут получить доступ на прилавки торговых сетей, так как им приходится платить слишком большие суммы за размещение товара.

Кроме того, во многих случаях продавцы просто переориентировались с одного импортного поставщика, попавшего в санкционные списки, на другие. Что также не решает проблему импортозамещения продовольственных товаров отечественными аналогами.

Особого внимания заслуживают вопросы модернизации селекционно-семеноводческих центров. Ежегодно в Россию завозят до 80% семян сахарной свеклы, 65% - овощных культур и до 30% семян картофеля. Мы отстали от зарубежных коллег в создании новых сортов растений, новых видов удобрений, новых методов выращивания животных.

Отрадно, что в новой редакции Госпрограммы в качестве приоритетов обозначено создание в России селекционно-семеноводческих центров и производство семенного картофеля. Сегодня необходимо не только возрождать отечественную селекцию, но и формировать гибкие условия для работы семеноводческих хозяйств.

Дмитровская межрайонная ТПП Московской области взяла на себя кураторство деятельности малого инновационного предприятия "Научный центр по генетике и селекций рыб". К настоящему времени объем реализации предприятием племенной продукции достиг 80 млн. штук эмбрионов и более 2млн. штук посадочного материала различных видов рыб.

Необходимо не только вырастить, но и суметь сберечь урожай, доставить его покупателям в товарном виде. Иначе говоря, следует серьезно поработать над развитие логистических центров хранения и переработки сельхозпродукции Потери при транспортировке и хранении в зависимости от культуры достигают 50%. Одним из необходимых законодательных шагов по стимулированию развития системы сбыта могло бы стать внесение изменений в земельное законодательство в части установления возможности строительства оптово-распределительных центров на землях сельхозназначения.

Ставропольская, Омская, Пензенская, Курская региональные палаты, а также ряд палат Краснодарского края принимают участие в работе по развертыванию сети небольших хранилищ картофеля, овощей и фруктов в рамках деятельности отдельных сельхозпредприятий, фермерских хозяйств и кооперативов. Новгородская ТПП помогла привлечь в этих целях 7 млрд. рублей частного инвестора.

Административные барьеры и высокие тарифы естественных монополий также сегодня ограничивают возможности развития отрасли. Сегодня среднее количество дней (показатель варьируется по регионам) для получения разрешения на строительство равно 276. В данной связи уместно упомянуть Ростовскую областную палату, участвующую в региональном пилотном проекте по сокращению сроков и количества разрешительных процедур, необходимых для запуска инфраструктурных объектов. Итогом I этапа реализации проекта стало сокращение бюрократических процедур в 4 раза - с 15 до 4, а сроков их прохождения - в 3 раза: с 1 года - до 90-100 дней.

Высокие цены на горюче-смазочные материалы, электроэнергию и минеральные удобрения существенно увеличивают себестоимость сельхозпродукции. А в текущих условиях, высокие тарифы на энергоносители - это вопрос не только рентабельности, но иногда и самой выживаемости предприятий АПК.

Несмотря на существенное снижение таможенной защиты по некоторым товарным позициям в результате вступления России в ВТО (в частности, ослабление коснулось мяса свиней, риса), а также сложности при поставках российского мяса птицы в страны ЕС, анализ основных сегментов агропродовольственного сектора свидетельствует о том, что по ряду позиций российская продукция имеет конкурентные преимущества на внешних и внутренних рынках.

Это касается и реализации совместных программ, и продвижения нашей продукции на внешние рынки, в частности, стран СНГ, БРИКС, Латинской Америки. Здесь активно можно задействовать возможности системы ТПП РФ (территориальные палаты, членские организации, наши загранпредставители, деловые советы).

Следует также отметить, что вопросы АПК сегодня широко обсуждаются на площадках Госдумы ФС РФ, Совета Федерации ФС РФ, на экономических и отраслевых форумах. Так, на "Форуме действий" Общероссийского народного фронта в рамках обсуждения положения сельского хозяйства был выработан ряд конкретных предложений. Но в то же время так и не удалось переломить неблагоприятную ситуацию в ряде секторов. По мнению Палаты, проблемными продолжают оставаться те направления отечественного сельхозпроизводства, которые отличаются высокой капиталоемкостью (в особенности это касается выращивания овощей в закрытом грунте) и длительной окупаемостью инвестпроектов (10-15 лет).

В разрезе вертикальной производственной цепочки и всего сегмента АПК наиболее тяжелой остается ситуация с подготовкой кадров и научным обеспечением сектора, производством сельскохозяйственной техники и обеспечением генетическим материалом. По большому счету данные направления утратили производственный и кадровый потенциал, а в последних двух случаях можно говорить о критической зависимости российских производителей от иностранных поставщиков.

Больше значение имеет научное и инновационное развитие отрасли. Без активного развития передовых технологий обеспечить глобальную конкурентоспособность продукции АПК, снизить ее себестоимость и повысить качество мы не сможем.

Несколько слов о работе ТПП РФ. В текущем году совместными усилиями департаментов Палаты, Комитета по развитию агропромышленного комплекса и профильных членских организаций была проведена оценка регулирующего воздействия 121 нормативно-правового акта. В наступающем году нам предстоит завершить экспертное сопровождение законопроектов, уже прошедших первое чтение, а также принципиально новых документов, разработанных в соответствии с Посланием Президента РФ.

Среди них следует выделить законопроекты, направленные на:

- регламентацию приобретения сельскохозяйственной продукции в рамках госзаказа;

- обеспечение уровня доходности сельхозорганизаций, достаточного для расширенного воспроизводства и финансовой устойчивости предприятий;

- усовершенствование порядка предоставления земельных участков во временное пользование малым инновационным компаниям и учебно-опытным хозяйствам;

- проекты технических регламентов отраслевой принадлежности в рамках Евразийского Экономического Союза.

15 декабря в ТПП России прошла презентационная сессия инвестиционных проектов, большая часть которых относилась к агропромышленной отрасли со специализацией в области поставок кормов и биодобавок для животноводства, птицеводства и рыбной промышленности.

Часть проектов представлена при участии ТПП Краснодарского края, ТПП Ростовской области, подкомитета по развитию рыбохозяйственного комплекса России Комитета ТПП РФ по развитию АПК.

В 2014 г. при организационной и информационной поддержке Палаты прошли 12 специализированных выставочно-ярмарочных мероприятий по агропромышленной тематике в 9 субъектах РФ.

Международная выставка "Продэкспо-2014" в "Экспоцентре" в этом году стала рекордной за всю историю ее проведения: в ней приняли участие около 2300 экспонентов из 64 стран, в том числе 1376 российских компаний.

Среди региональных выставок можно отметить ежегодно проводимую Белгородской ТПП совместно с Департаментом агропромышленного комплекса Правительства Белгородской области при поддержке Минсельхоза России межрегиональную специализированную выставку "БелгородАгро".

Ряд ТТПП формирует и актуализирует реестр приоритетных инвестиционных проектов в области АПК. Следует отметить ТПП Ставропольского края, Белгородскую ТПП, ТПП г. Пушкина и Павловска в Ленинградской области.

По сути, эмбарго - это шанс для российских аграриев получить должную поддержку и укрепить свои позиции не только на национальном рынке, но и усилить присутствие на мировых рынках. По суммарным расчетам всех ассоциаций сельхозпроизводителей, благодаря запрету импорта объем внутреннего производства за 1,5 года может значительно увеличиться (ориентировочно на 281 млрд рублей). Перспективы развития АПК России напрямую зависят сегодня от решения целого комплекса проблем - как системных, так и явившихся результатом принятия обязательств со стороны партнеров по ВТО и Таможенного союза. И без усиления и повышения эффективности господдержки села и переработки продукции, поддержки не только производства, но и сбыта; изменения кредитной политики и ряда других мер все так и может остаться на уровне деклараций, и в таком случае импортозамещение произойдет по логике "заменим один импорт на другой".

Сегодня следует не только обсудить те проблемы, с которыми сталкивается отрасль, но и предложить меры, которые позволят обеспечить развитие отечественного агропромышленного комплекса и выйти на целевой уровень импортозамещения продовольственных товаров.

Россия > Агропром > tpprf.ru, 24 декабря 2014 > № 1264886 Сергей Катырин


Иран. Россия > Агропром > iran.ru, 19 декабря 2014 > № 1262569 Андрей Луганский

Торговый представитель России в Иране Андрей Луганский заявил, что до конца года Россия увеличит экспорт зерновых в Иран и для этих поставок будут использоваться морские порты на Черном и Азовском морях. По его словам, в этом году в России произведено около 110 млн. т зерновых, и это позволяет существенно увеличить экспорт данной продукции.

Как отметил торговый представитель, в настоящее время с иранской стороной обсуждаются вопросы, касающиеся транспортировки российской продукции и оплаты поставляемой в Иран пшеницы.

Андрей Луганский подчеркнул, что основная проблема в связи с экспортом российской пшеницы в Иран заключается в ее транспортировке. Дело в том, что возможности морских портов на Каспии в связи с тем, что они мелководны, не позволяют принимать суда водоизмещением более 3 тыс. т. Поэтому для отправки пшеницы в Иран приходится использовать порты Черного и Азовского морей, которые могут принимать и обрабатывать суда водоизмещением около 25 тыс. т.

Андрей Луганский указал также на то, что Иран располагает достаточно большими возможностями по переработке пшеницы. Мощности его мукомольных заводов позволяют производить до 30 млн. т пшеничной муки в год, и Иран экспортирует эту продукцию в Афганистан и Ирак. Кроме того, некоторое количество производимой в Иране муки поставляется в Египет и ряд африканских стран.

Иран. Россия > Агропром > iran.ru, 19 декабря 2014 > № 1262569 Андрей Луганский


Россия > Агропром > agronews.ru, 18 декабря 2014 > № 1252010 Мушег Мамиконян

Комментарий. Мушег Мамиконян: Новогодний меморандум к 2015 году. Мобилизационная инициатива мясной отрасли России

I. Новый мир

II. Сделано в России

I Новый мир.

К 2015 году мир и, вследствие сегодняшних реалий, мясной рынок РФ подошли с такими выводами, которые не могли прийти в голову не только аналитикам, но и футуристам.

С возмущением, раздражением и досадой констатируем, что мы вынуждены жить в новой политической и экономической ситуации, из которой все выходы проблематичны, и риски уже не теоретические.

Вовлечение санкций и других экономических ограничений в политическое противостояние говорит о глобальном, неразрешенном конфликте между странами, влияющими на судьбы человечества.

Созданная ситуация не может быть полностью отыграна обратно, так как два проблематичных узла – политический и экономический, переплетены настолько, что их невозможно развязать даже по формальным процедурным причинам. К примеру: из-за невозможности консенсуса по отношению к РФ среди всех 28 стран ЕС, или по внутриполитическим, электоральным причинам как в США.

Из этого следует, что РФ будет еще долго находиться в условиях, неприемлемых для быстрого роста, с негативными социально-экономическими последствиями, у которых есть конкретно воспринимаемый виновник – «совокупный Запад».

По всей видимости, текущий цикл исторического развития привел к развалу равновесия, сложившегося в мире. А непримиримость политических позиций сторон конфликта может привести к «холодной войне», может даже и привела.

В условиях сверх напряженности может запуститься необратимый процесс самоуничтожения, погрузив северное полушарие планеты в «Долгую зиму», так как соблазн разрубить сложные узлы наиболее простым способом может быть как фатально осознанным, так и спонтанным.

Возможно, это слишком пессимистичное заявление отраслевого аналитика, негодующее по поводу бессилия политиков, которое, хочется верить, будет далеко от реалий. Нам же надо достойно прожить этот период и стараться обеспечить надежное развитие отечественной мясной отрасли, которое в максимальной степени отвечало бы мобилизационным параметрам.

Необходимо пересмотреть стратегические планы пищевых отраслей РФ и стимулировать принцип самодостаточности по основным источникам питания и по продуктовым запасам, расставить приоритеты не по товарам и категориям товаров, как это делали до сегодняшнего дня, и будет делать рынок (товароведы и маркетологи), а по государственному - научно и обоснованно в парадигме «мобилизационной достаточности».

Для этого следует проанализировать текущую структуру производства продуктов питания с точки зрения пищевой и биологической ценности (белков/жиров/углеводов).

С производством отечественных пищевых жиров (масел) и углеводов у нас относительно хорошо. Россия является экспортером зерна, растительных масел, а это означает что растительных белков и жиров (масел), а, следовательно, калорий у нас производится в избытке.

В структуре же производства белков (что очень важно) мы имеем некоторый дисбаланс. К примеру: при экспорте более 25 млн. тонн зерна, мы экспортируем в пересчете около 250 тыс. тонн белка растительного производства.

Но одновременно РФ импортирует мясо и молоко. Очень показательно, какими темпами снижается импорт мяса и, как следствие, импорт животного белка:

2013 году около 2,2 млн. тонн мяса – 374 тыс. тонн животного белка;

2014 году - 1,3 млн. тонн мяса – 221 тыс. тонн животного белка;

2015 году – 0,8 млн. тонн – 136 тыс. тонн животного белка (проектировки);

2016 году – 0,5 млн. тонн – 85 тыс. тонн животного белка.

Мы в случае 2014 года импортируем около 221 тыс. тонн животного белка (примерно 17% от 1,3 млн. тонн), а к 2016 году импорт упадет до 0,5 млн. тонн мяса всех видов, что соответствует 85 тыс. тонн животного белка. То есть происходит уменьшение зависимости от импорта по белку мяса в два с половиной раза!

Однако проблема самообеспеченности белком животного происхождения на этом не исчерпывается. За исключением баланса рыбной продукции, который в нашу пользу, то есть мы нетто-экспортеры, есть проблема нетто-импорта молочного белка. Таким образом, РФ становится нетто-импортером белка животного происхождения, именно из-за импорта молока, и эту проблему надо решать!

Являясь крупным импортером молочной продукции, РФ ввозит в пересчете на молоко около 9 млн. тонн продукции, что в пересчете на белок около 300 тыс. тонн. Таким образом, мы видим очевидную уязвимость РФ по самообеспечению именно молочным белком.

В рамках существующей парадигмы без понимания алгоритмов взаимозаменяемости в потреблении разных источников животного белка, без взаимовыгодных договоренностей, в частности с Белоруссией, как партнером по ЕАЭС, данная проблема не решается и не может быть решена. Этот вопрос требует отдельного межотраслевого обсуждения и осознания.

Совершенно очевидно, что товароведческий подход к планированию и стимулированию производства тех или иных источников животного белка (то ли это крупный рогатый скот, свиньи, птица и т.п.) становится в мобилизационной парадигме абсолютно неприемлемым.

А что становится существенным? Каковы критерии, по которым следует руководствоваться в животноводстве и птицеводстве при развертывании предлагаемой мобилизационной программы развития АПК?

Эти критерии очевидны:

I. скорость достижения самообеспеченности;

II. минимальность абсолютных затрат гос.бюджета на производство единицы белка животного происхождения;

III. рост государственных резервов «белка животного происхождения» в хранении в наиболее готовом к употреблению виде, то есть консервированной продукции из мяса.

По всем критериям очевидное преимущество имеет развитие отечественного птицеводства. Кроме этого, мясо птицы – это и инструмент быстрого и легко достигаемого импортозамещения на рынке говядины и свинины.

С целью устранения недостаточной информированности некоторых коллег надо отметить, что взаимозаменяемость видов мяса достаточно мобильна. В силу более низкой себестоимости и цены - мясо бройлера, как источник белка животного происхождения, вытесняет другие источники мяса, в том числе и импортируемое - говядину, свинину; а постное мясо индейки и уток по потребительским и функциональным свойствам превосходит красное мясо и востребовано как промышленными потребителями, так и покупателями в рознице. Это доказанный факт и на нашем рынке.

Динамика структуры потребления источников животного белка по группе мяса с 2002 по 2014 год в РФ (см.диаграмму) является очевидным иллюстрированным примером, помогающим лучше понимать процессы в отрасли.

Как видно, мясо птицы (бройлер/индейка/утка) наступательно вытесняет красное мясо, и так будет продолжаться дальше. Это заданность, которая не требует обсуждения, ее нужно просто учитывать и приводить в соответствие свои действия в «коридоре» этих параметров.

Это происходит потому, что это рационально с точки зрения поведения потребителей, а значит и рынка.

С большой убежденностью можно утверждать, что отечественная птицеводческая отрасль в ближайшие два года увеличит свою долю на рынке потребления мяса более 50%. При этом, доля импорта мяса всех видов уменьшится с 22% за 2013 год до менее 5% от общего потребления в РФ к 2017 году.

Невозможно не согласиться с тем, что в сложившихся макроэкономических условиях рациональное поведение потребителей усилится. Уверен, что элементы пока еще «странного спора» и особенно неэтичные публичные обсуждения ассортимента: мраморной говядины, фуагра или вяленых окороков, отодвинутся на задний план, и государственное финансирование производства такого типа продуктов будет признано расточительством.

II Сделано в России

Предполагаемые нами решения по «мобилизационной стратегии» - это темы для обсуждения и расширения знаний тех коллег, которые влияют на принятие стратегических решений в продовольственной сфере.

Под воздействием макроэкономических факторов потребление мяса в РФ в ближайшие два года будет снижаться, а импорт будет вытесняться. Эти корреляции мы видели и в 2008 году и в 1998-99гг.

Вытеснение импорта будет происходить в первую очередь за счет роста отечественного производства мяса, а также уменьшения потребления мяса, но до приемлемых уровней, достигнутых к 2007-2008 гг. Это около 9 – 9,5 млн. тонн, что означает около 65-70 кг на душу населения.

Это вполне приемлемый уровень в данных обстоятельствах, в созданном историческом, экономическом контексте.

Самое опасное для отечественного мясного сектора в предстоящий период - это чувствительность к внутреннему спросу, особенно если потребление будет ниже отметки общего производства мяса в России!!!

Это может привести к резкому снижению цен и разорению компаний. Когда есть небольшой импорт, то, при необходимости, правительство может разными легальными способами «вытеснять» ввоз продукции и поддерживать цену для комфортного развития отечественных компаний. Очевидно, что уже к 2016 году РФ будет производить около 9,2 млн. тонн мяса, обострится конкуренция на рынке, под существенным давлением цены будут снижаться.

Важнейшими тезисами «мобилизационной стратегии», предлагаемыми нами, являются:

1) Использование субсидированных кредитов в сельском хозяйстве.

В связи с бюджетными ограничениями и новыми условиями, обусловленными очевидным падением спроса, стратегию развития птицеводства и животноводства предлагается перевести в модель «Органического роста». Оставаясь в рамках выделенного (запланированного) бюджета на мясной сектор РФ, считаем необходимым его перераспределение согласно изложенным ранее параметрам «мобилизационной стратегии». Это означает, что программа по поддержке (субсидирование ранее выданных кредитов, вошедших в программу) должна продолжаться, а выделение средств «развития» на новые проекты в птицеводстве и животноводстве должно быть приостановлено, за исключением:

- Проектов развития птицеводства и свиноводства в «Зонах опережающего экономического развития»;

- Оказания государственного содействия в генетических проектах совершенствования животных и производства отечественных ветеринарных препаратов. Это необходимо для снижения политических рисков;

2) «Меры дополнительной продовольственной помощи» для нуждающегося населения.

В сложившихся условиях это наилучшая возможность помощи, как для потребителей, так и для производителей продовольствия.

Государственные средства можно направить на программы дополнительной продовольственной помощи населению. Самые важные социально-экономические вопросы сегодня – цены и инфляция. Государство вынуждено занимать дуалистическую позицию. Наша экономика остается рыночной, но одновременно мы пытаемся давить на цены, чтобы они не были высокими, якобы «спекулятивными».

Все надо решать в другой плоскости. Мы имеем удачные апробированные международные примеры, когда основную часть бюджета на поддержу сельского хозяйства реализуют через продовольственную помощь населению, которое нуждается в ней.

Это способ через «зеленую корзину», которая не ограничивается соглашениями ВТО, позволяет поддержать аграрный сектор и отделить социальные проблемы, социальные нужды общества, которые нужно решать от рыночного ценообразования.

В «мобилизационной инициативе» предлагается часть средств, которые идут на поддержание аграрного сектора, в том числе направить на социальные нужды малообеспеченных слоёв населения. Цены на продовольствие будет формироваться в своих рыночных пропорциях, а нуждающиеся люди будут получать бесплатные калории и частично бесплатные белки.

В качестве «Дополнительной продовольственной помощи» - на первом этапе должны быть введены категории товаров, которые мы экспортируем, -это крупы и растительное масло (это чрезвычайно важно!).

Такой подход обеспечит малообеспеченные слои населения необходимыми пищевыми калориями через продукты, которые у нас в стране есть в избытке. Стандартность веса и расфасовки таких продуктов, длительность срока хранения, удобность в логистике, не требующих наличие холодильных мощностей для отдаленных территорий, позволят легко и с наименьшими затратами осуществлять эту помощь для обширных, отдаленных территорий, и это тоже принципиально важно!!!

Освободившиеся личные средства население может направить на приобретение других белковых продуктов, в том числе молока, мяса, рыбы.

Эти предложения частично поддержаны и, по всей видимости, будут реализованы Правительством РФ.

Проект следует разделить и вводить в два этапа. Включение мясных, молочных и других продуктов на первом этапе приведет к сложности в управлении программой «дополнительной помощи», ухудшит администрирование, и в конечном итоге скомпрометирует программу. Возникнет огромный круг лоббистов, желающих провести свой товар в проект «дополнительной продовольственной помощи». По этой причине для апробации нужна этапность.

3) Одновременно предлагается срочно вступить в переговорный процесс с правительствами государств ЕАЭС с целью создания общей модели поддержки животноводства и птицеводства в рамках ЕАЭС, опирающейся на разумную СПЕЦИЛИЗАЦИЮ наших аграрных экономик, учитывающих как природные условия, так и достигнутые компетенции соответствующих подотраслей в каждой из стран ЕАЭС.

Такое решение (взамен существующей формальной координации планов развития) будет реальным, эффективным шагом для роста конкурентоспособности мясной отрасли относительно внешнего импорта.

В существующих же условиях «Формальной координации планов развития сельского хозяйства» мы имеем внутри рынка ЕАЭС «конкуренцию бюджетных возможностей» правительств стран Союза по поддержке тех или иных подотраслей мясного сектора. Это крайне неразумно, расточительно и не соответствует здравому смыслу при условиях единого таможенного пространства! Самый очевидный пример – молочная отрасль.

4) Резервы

Безусловным приоритетом в мобилизационной инициативе это предложение по пересмотру структуры и количества резервов страны.

Хранение сырого мяса является архаичным и затратным способом формирования резервов.

По группе мяса и мясопродуктов очевидна необходимость увеличения объемов и доли мясных консервов в структуре запасов.

В критических условиях и даже для текущего потребления и обычного оборота резервов значительно дешевле, безопаснее, мобильнее хранить мясо в виде продуктов полной готовности – консервной продукции.

Из видов мяса, производство которых в значительной степени надежно налажено в РФ – это мясо птицы. Оно в отличие от свинины потребляется всеми категориями потребителей вне зависимости от этнической (религиозной) принадлежности.

Консервная продукция из отечественного мяса птицы – это безальтернативная, надежная, стратегически важная продукция, доля которой в структуре резервов должна быть обоснованно увеличена. Это позволит:

- Уменьшить импорт говядины (заказ Росрезерва косвенно формирует спрос, и значит импорт говядины). Государство отойдет от участия на рынке говядины с выраженной сезонностью и волатильностью.

- Значительно уменьшить потребность складских площадей, особенно дорогостоящих холодных мощностей. Освобожденные холодильные мощности можно передать в использование для хранения отечественной рыбы и обеспечения равнодоступности рыбной продукции по всей территории РФ, вне сезонности.

- Увеличить на 30% количество полезных свойств (пищевая и биологическая ценность) в единице объёма хранения.

- Сэкономить затраты на хранение. По сравнению с замороженным мясом стоимость хранения 1 тонны консервов может быть ниже в 4 раза, а с ростом стоимости энергоносителей эта разница будет только увеличиваться.

- Устранить возможные проблемы использования замороженного мяса в кризисных условиях, так как для этого дополнительно требуется большое количество энергетических, производственных и людских ресурсов.

- Обеспечить инвариантность, мобильность использования резервов при обновлении запасов, а именно:

a) без «сброса» на рынок (сырого мяса, как делается в настоящее время) можно распределить на текущее потребление армии и других спец. потребителей, непосредственно готовые к употреблению продукты – консервы.

b) использовать как инструмент адресной поддержки социально детерминированных групп потребителей, в том числе «гуманитарной помощи» и через программы «Дополнительной продовольственной помощи населению» в экстренных условиях.

- Предлагаемые преобразования являются важной предпосылкой для развития экспорта мясной продукции из РФ, особенно в регионы где существенными темпами растет потребление мяса (Арабские страны, Северная Африка). Именно консервная продукция из баранины и мяса птицы являются, возможно, лучшим дополнением нашего зернового экспорта в страны Ближнего Востока и Севера Африки.

5) Снижение потребления мяса при росте отечественного производства может перманентно приводить к снижению цен и разорению ряда отечественных компаний. Особенность ситуации мясных рынков РФ заключается в том, что отсутствует существенная практика экспортирования существенных излишков мяса.

Консервированная продукция из отечественного мяса птицы может быть также хорошим инструментом для интервенционных закупок с целью поддержания приемлемой цены (для воспроизводства) на рынке мяса птицы в РФ.

По причинам ветеринарно-санитарного характера производители мяса, в первую очередь свинины, из РФ в среднесрочной перспективе будут находиться в затруднительных позициях для проникновения на другие рынки из-за Африканской Чумы Свиней (АЧС).

Причины возможного перепроизводства при падении спроса вынуждают готовиться к мерам товарных интервенций для поддержания воспроизводства в ключевых секторах мясного производства. И в этом контексте консервная продукция является лучшим инструментом для мясного сегмента рынка.

В настоящем меморандуме предлагаются решения, в большей мере вынужденные в данных обстоятельствах, однако их обсуждения необходимы для прозрачных и понятных выводов. Это поможет компаниям и регуляторам иметь больше знаний и понимания, которые возможно пригодятся для переосмысления стратегического планирования в мясной отрасли РФ.

Президент Мясного Совета Единого Экономического Пространства Мушег

Мамиконян – для «Крестьянских ведомостей»

Россия > Агропром > agronews.ru, 18 декабря 2014 > № 1252010 Мушег Мамиконян


Россия > Агропром > fruitnews.ru, 11 декабря 2014 > № 1246044 Дмитрий Медведев

Как следует из официального интервью российского премьер-министра, Дмитрий Медведев полагает, что Россия может «в среднесрочной перспективе полностью уйти от ненужного импорта».

- Мы никогда не говорили о том, что, вводя так называемые ответные ограничительные меры, мы на следующий день получим российскую продукцию по всей номенклатуре сельскохозяйственной продукции. Мы говорили лишь о том, что этим пора заниматься, но при этом цель была прежде всего в том, чтобы наши российские продукты питания, наконец, появились на наших полках,- сказал премьер.

Дмитрий Медведев также отметил, что еще буквально несколько месяцев назад, до введения властями России запрета на поставки ряда импортных продуктов питания из западных стран, большую часть товаров в сетевых торговых точках обеспечивали именно иностранные поставщики.

- Причем ладно бы речь шла о каких-то деликатесах или о том, чего мы вообще не делаем – это понятная история. Речь шла об обычных товарах – о мясе, о рыбе, о фруктах, об овощах. Ну это-то мы точно можем производить и производим,- добавил премьер-министр.

Глава кабинета министров выразил и уверенность в способности России в конечном итоге уйти от ненужного стране импорта.

- Но еще раз говорю: никто никогда не говорил, что мы за полгода переориентируем наше сельское хозяйство всецело на российского производителя. Но, согласитесь, плюс уже в том, что в настоящий момент по всей стране полки наших магазинов заполнены все-таки российскими товарами,- заключил г-н Медведев.

Россия > Агропром > fruitnews.ru, 11 декабря 2014 > № 1246044 Дмитрий Медведев


Россия. ЮФО > Агропром > agronews.ru, 10 декабря 2014 > № 1243824 Евгений Корчевой

Комментарий. Евгений Корчевой, директор Росагромаша: без новых машин на рынке не выжить.

У «Крестьянских ведомостей» с Российской ассоциацией производителей сельхозтехники давние связи. Мы попросили директора Росагромаша Евгения Корчевого прокомментировать ежегодное послание Президента РФ Федеральному Собранию и заодно ответить на ряд злободневных вопросов.

– Росагромаш поддерживает заявление Владимира Путина о необходимости при обновлении сельского хозяйства ориентироваться на отечественных производителей, – подчеркнул Евгений Корчевой. – Мы рассчитываем, что этот сигнал будет воспринят ответственными министерствами как поручение и они изменят существующую политику в отношении мер поддержки производства и реализации сельхозтехники. При этом необходимо внести изменения в конкретные документы, действующие сегодня на федеральном уровне и в субъектах федерации. Отмечу, сельхозпроизводители давно уже голосуют рублем в пользу отечественной сельхозтехники. Так, российскими компаниями в январе-октябре было реализовано продукции на 15,4 процентов больше (31,8 млрд. руб.), чем за аналогичный период 2013 года (27,5 млрд. рублей). При этом импорт сельхозтехники сократился на 14%.

Кроме этого глава государства говорил о том, что в России есть компании, которые конкурентоспособны не только внутри страны, но и на международных рынках. Что они демонстрируют высокую эффективность, имеют экспортный потенциал, но при этом сталкиваются с нехваткой капитала, технологий, кадров, оборудования. Что необходимо максимально снять все эти проблемы. Данное высказывание напрямую относится к сельхозмашиностроению России. Поэтому Росагромаш в ближайшее время направит в Агентство стратегических инициатив предложение реализовать первый пилотный проект по поддержке несырьевых компаний России на примере предприятий сельхозмашиностроения.

– Евгений Анатольевич, украинский фактор сегодня для Старого и Нового света как красная тряпка для быка. В связи с санкциями Запада, назовите новые приоритеты Росагромаша, прозвучавшие на недавнем первом Российском агротехническом форуме, прокомментируйте выступления участников.

– Наши приоритеты неизменны: развитие производства сельхозтехники, чтобы Россия стала независимой в этом плане. Увеличить экспорт. В связи с этим важен государственный протекционизм на внешних рынках в виде госгарантий. Мы позитивно оцениваем решения правительства о введении эмбарго на продукты из некоторых стран. Давно надо было сделать. И не по политическим мотивам, а экономическим. В связи с этим увеличится спрос на современную технику. Мы готовы к этому. На агротехническом форуме представители законодательных и исполнительных органов власти регионов, руководители крупных предприятий, дилеры отметили значительный прогресс отечественного сельхозмашиностроения за последние пять лет.

– На агротехфоруме и.о. директора департамента научно-технологической политики и образования Минсельхоза РФ Павел Бурак заявил о недостаточной эффективности программы №1432, предусматривающей предоставление 15% скидки на отечественную сельхозтехнику. На сегодняшний день у нас освоено порядка 1,3 млрд. рублей из 1,9. Вы с этим согласны?

– Здесь мы несколько расходимся с чиновниками, которые оценивают программу по потраченным средствам (для ясности - сегодня уже освоено 1,6 млрд. рублей). Мы оцениваем по эффективности затрат. Программа привела к росту выпуска комбайнов на 30%, тракторов – на 50%. И главное: увеличились темпы обновления техники, она стала доступнее крестьянам. Отмена программы №1432 – это верный путь к развалу отечественного сельхозмашиностроения. Предложенный депутатами Госдумы проект субсидирования приобретения сельхозтехники, взамен постановления №1432, предусматривающего субсидирование производства, приведет к засилью зарубежной техники.

Представители заводов считают, если изменится порядок субсидирования, то резко повысится коррупционность, потому что деньги будут распределяться в субъектах федерации по своему усмотрению, среди крупных сельхозпроизводителей. Так директор компании «Промзапчасть» Сергей Воронин отметил, что постановление №1432 – это на сегодняшний момент единственная действующая программа, которая помогает именно небольшому бизнесу в сфере сельхозмашиностроения.

– Гендиректор ООО «Комбайновый завод «Ростсельмаш» Валерий Мальцев и директор ЗАО «Петербургский тракторный завод» Сергей Серебряков подчеркнули чудовищную закредитованность сельхозорганизаций и фермерских хозяйств, которая мешает приобретать им новую технику. А возросшие ставки банков – с 12 до 20% – и вовсе делают кредиты недоступными. Какие меры необходимо предпринять правительству для разруливания ситуации?

– Проблема с кредитами – макроэкономическая. Чтобы кредиты стали доступнее, ЦБ должен проводить другую политику. Кредиты должны быть доступными для бизнеса, для производства, а не для спекулянтов. Простой пример. Все знают о рынке «Форекс», где можно валюту купить. И если у меня есть 1000 рублей на этом рынке, то мне дают кредит 99 тыс. рублей – в 100 раз больше, чем у меня есть. Это для того, чтобы я покупал валюту, играл на рынке ценных бумаг, акции покупал. А если мы берем активы сельхозорганизации или фермерского хозяйства, то ему в лучшем случае дадут 70% кредита от стоимости имущества. Какая огромная разница – сколько кредита может получить спекулянт и сколько фермер-производитель! Надо менять финансовую политику, а влиять на нее может ЦБ.

Последние 10 лет субсидируют процентные ставки по кредитам. Сельскому хозяйству это чуть-чуть помогло. Но де-факто на этих субсидиях жируют банки! А какие громадные кредиты получили агрохолдинги и не возвращают их!? В то время как сельский бизнес, фермеры не могут получить ссуду на ростсельмашевский комбайн АКРОС-530 или петербургский трактор К-740. Печально, половина кредитов «крупняков» ушла на приобретение импортной техники, зачастую на 20-30-40% дороже рыночной цены. По сути, в эти кредиты часто закладывались откаты и по ним «крупняки» покупали себе «Мерседесы». А что там с долгом – их не волнует, обанкротят хозяйство.

Поддержка фермерских хозяйств в 20-30 раз меньше, чем агрохолдингов. Это несправедливо, поскольку КФХ и семейные животноводческие фермы повышают производство молока, в них растет число коров. В ЕС наоборот – субсидии агрохолдингам ограничены (не могут получить свыше 1 млн. евро), так как они имеют большие возможности для привлечения инвестиций, лоббистские ресурсы. А у нас наоборот: чем богаче – тем больше пирог из бюджета. А фермер вкалывает весь световой день, заботится о земле, развивает сельские территорию. Я не против агрохолдингов, но я за справедливую господдержку всех форм хозяйствования.

При существующем уровне процентных ставок в экономике отечественному сельхозмашиностроению очень тяжело конкурировать с импортом по цене. Вопросы государственной поддержки отрасли являются критически важными в настоящий момент.

– А если выдавать кредиты напрямую крестьянам, о чем постоянно требуют фермеры на своих съездах АККОР?

– Это было бы верным решением. Сельхозпроизводителей можно обеспечить дешевыми кредитами. Нужна только политическая воля.

– Раз уж коснулись темы фермерства, то продолжу. На международной выставке «Агросалон» два самых заметных лоббистских лидера среди ассоциаций АПК – президент Росагромаша Константин Бабкин и президент АККОР Владимир Плотников подписали соглашение о сотрудничестве. Какую цель преследовали?

– Для сельхозмашиностроителей подружиться со своими потребителями – хороший шанс укреплять свои позиции на российском агротехническом рынке, который уже давно стал лакомым кусочком для зарубежных производителей тракторов, комбайнов. Для фермеров прямой контакт с производителями техники, которая сегодня совсем не дешева, такое сотрудничество может приносить реальную отдачу буквально на каждой покупке. Совместными усилиями станет возможным добиться увеличения господдержки технологического обновления фермерского сектора, который из года в год показывает положительную динамику.

– В июле в штате Канзас довелось побывать на съезде дилеров известной американской компании Great Plains (сеялки точного высева, дискаторы, глубокорыхлители и др.). Владелец компании г-н Рой Апплекуист в интервью автору строк сообщил, что «в этом году экспорт нашей продукции в Россию увеличится порядка на 10%». Что необходимо предпринять для усиления конкурентоспособности российской сельхозтехники?

– Новые машины разрабатывать. Пример: зерноуборочный комбайн RSM 161. Это первый комбайн новой глобальной платформы Ростсельмаша. В ближайшие десять лет компания планирует создать не менее десяти машин. Это и традиционные одно- и двухбарабанные, и роторные, и гибридные комбайны различной производительности. Это новая эпоха в производстве зерноуборочных машин. Машина шестого класса, но по показателям эффективности она соответствует технике седьмого.

Петербургский завод на Агросалоне представил обновленный трактор К-704 с новым мощным двигателем, повышенной обзорностью и комфортностью кабины, с расширенным агрегатированием. На подходе новый трактор, про который не говорят еще, но скоро услышим. «Интех» впервые показал высокопроизводительный разбрасыватель органических удобрений, «Пегас-Агро» продемонстрировал новый опрыскиватель, у которого 15 назначений… Заводы поняли, что без новых машин на рынке не выжить.

– Осенью был в известном ООО «Лебедянское» Липецкой области. В хозяйстве сплошь импортные трактора и комбайны со всего мира. Глава г-н Дьяченков сетовал: «Вдруг с запчастями проблемы возникнут: что тогда делать! Ведь сервисные центры не развиты. Из-за океана, к примеру, запчасти идут не один месяц». Основательна ли тревога хозяйственника?

– Советую покупать отечественную технику. Она приспособлена к российским климатическим условиям. Количество сервисных точек увеличилось. Мы изучили и переняли западные технологии сервиса: электронные каталоги запчастей, склады у дилеров…И сейчас передовые российские компании по качеству сервиса не отличаются от западных.

– Ослабление российского рубля повлекло изменения на рынке сельхозтехники?

– Сегодня импортная техника становится все менее конкурентоспособной по цене, чего не скажешь о машинах тех российских производителей, которые не закупают импортные комплектующие и не зависят от доллара. За счет привлекательной цены спрос на отечественную технику стремительно растет.

Падение курса рубля отражается на стоимости производства сельхозтехники: некоторые детали приобретаются за рубежом и расчет за них производится в иностранной валюте. Но если наша техника подорожает в среднем на 10%, то рост цен на импортные машины может возрасти в полтора раза. Поэтому продажи отечественной сельхозтехники стремительно растут.

Снижение покупательной способности аграриев не должно пугать производителей. Более того, основные покупатели техники — фермерские хозяйства по производству и обработке зерна – получили в 1,5 раза больше прибыли от экспорта своей продукции за счет роста курса доллара по отношению к рублю. Сегодня российская техника активно продается не только внутри страны, но и на зарубежных рынках, где также составляет хорошую конкуренцию импортной технике. Соответственно, необходимо наращивать экспортные поставки.

– Евгений Анатольевич, какие принципиальные решения приняты на Российском агротехфоруме?

– Увеличить объем субсидирования производителей сельхозтехники по постановлению № 1432 в 2015 году до 4,0 млрд. руб. и размер субсидии до 20%; включить экспортные продажи сельхозтехники в постановление № 1432. Органам АПК субъектов РФ предоставлять субсидии на приобретение исключительно российской сельхозтехники. Пересмотреть условия членства России в ВТО в части увеличения уровня господдержки сельского хозяйства и увеличения ставок импортных пошлин на сельхозтехнику за счет уменьшения пошлин на полуфабрикаты из металлов.

Предусмотреть в Федеральном законе «О промышленной политике в Российской Федерации» меры по обеспечению условий осуществления промышленной деятельности в России, конкурентных с условиями осуществления промышленной деятельности на территориях иностранных государств.

Ввести государственное софинансирование научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ и модернизации производства инновационных сельскохозяйственных машин. Ввести субсидирование доставки техники в Сибирский и Дальневосточный федеральные округа. Предусмотреть государственное финансирование переоснащения испытательных центров, ВУЗов.

Александр РЫБАКОВ – «Крестьянские ведомости»

Россия. ЮФО > Агропром > agronews.ru, 10 декабря 2014 > № 1243824 Евгений Корчевой


Украина > Агропром > interfax.com.ua, 9 декабря 2014 > № 1251751 Андрей Гордийчук

Глава правления "Сварог Вест Груп" А.Гордийчук: Вопрос земельного банка на сегодня закрыт, мы будем усиливать вертикальную интеграцию

Эксклюзивное интервью главы правления корпорации "Сварог Вест Груп" Андрея Гордийчука агентству "Интерфакс-Украина"

Вопрос: Как повлияли сложная экономическая ситуация и политические процессы в Украине на условия ведения агробизнеса, в частности "Сварог Вест Груп"?

Ответ: Скажу в первую очередь, что наш бизнес находится в той части Украины, где, слава Богу, все спокойно и стабильно. Встречаясь с действующими и потенциальными партнерами на предмет развития торговых взаимоотношений и развития компании "Сварог Вест Груп", я не увидел ослабления интереса к сектору. Как это ни странно, вопреки всем законам политики и физики интерес только усиливается. Особенно это касается европейских финансовых институций, партнеров по построению вертикальной интеграции. Сегодня их риторика не о том, что нужны какие-то государственные гарантии, стабильная политическая ситуация, - они говорят хотя бы о разрешении военного конфликта на востоке Украины. Сам сектор работает вопреки вызовам. То есть, война, а в стране рекордный урожай. Базис, который заложен, работает и сегодня. Все будет зависеть от того, как правительство воспользуется этим базисом. Если оно захочет на нем нажиться, например, за счет изменения налогового законодательства или отмены льгот для сельского хозяйства, то, конечно, быстро навредит этим отрасли.

Вопрос: Какие надежды возлагаете на новую Верховную Раду и Кабинет министров в отношении регулирования аграрного сектора?

Ответ: Количество лобби в виде народных депутатов возросло. Это вселяет надежду на то, что можно будет принимать необходимые законопроекты, которые будут вноситься в Верховную Раду, а также дискутировать противоречивые. Необходимо принять массу законопроектов, которые улучшат состояние отрасли. Для этого нужно не так много: полная дерегуляция, реформирование системы контроля (ветеринарно-фитосанитарной службы, семенной инспекции и пр.), правильное урегулирование земельных отношений, создание законодательной базы для расширения рынков сбыта сельхозпродукции. Что касается правительства, то сейчас трудно о чем-то говорить и планировать. Все, что я сказал о Верховной Раде, касается и правительства, поскольку все это нужно имплементировать. Будет ли у них политическая воля это сделать, покажет ближайшее время. То, как озвучивается коалиционное соглашение, те стратегии, которые сформулировал наш гарант, гармонично совпадает с посылами и желаниями аграрного сектора, причем всех его участников, независимо от масштабов деятельности. То есть дорожная карта пошагово прописана: она есть в правительстве, она есть и у президента, о ней знают депутаты. Их ответственность возрастает в геометрической прогрессии. Тут не надо глубоко думать, создавать планы Маршалла, – нужно реализовать то, что отраслью выстрадано и прописано.

Вопрос: В финотчетах большинства публичных аграрных холдингов видно, что девальвация гривни больно ударила по ним. Как она отобразилась на вашем бизнесе? Столкнулись ли в этом году с нехваткой оборотных средств, трудностями с привлечением кредитных ресурсов, обслуживанием долговых обязательств?

Ответ: Корпорация "Сварог Вест Груп" в своей деятельности постоянно обращала внимание на технологичность производства, достижение высоких показателей. Поэтому даже сегодняшняя ситуация, низкие цены на аграрную продукцию в этом году не создали проблем с возможностью привлечения финансирования оборотного капитала компании, потому что показатели довольно высокие. У нас не было много привлечений в долларовом эквиваленте. Поэтому девальвация даже принесла какие-то краткосрочные положительные эффекты, поскольку некоторые расчеты производились по старому курсу. Хотя этот эффект мы сразу же перераспределили в социальное направление. Кроме технологичности, философия развития нашей компании – это "с людьми и для людей", поэтому мы сами инициировали увеличение арендной платы за землю до 5% в этом году и выплатили ее. Это порядка 50 млн гривень дополнительных выплат собственникам земельных паев. Плюс начали плановое увеличение заработной платы. В мае, когда был первый посыл о девальвации, мы увеличили ее на 20%, и планируем с января-февраля и до апреля 2015 года увеличить заработную плату еще на 50% для того, чтобы материальное состояние наших сотрудников было приравнено к экономической ситуации в стране. Эффективность работы компании позволяет это обеспечить.

Вопрос: Какие показатели имеете в виду, говоря об эффективности?

Ответ: Мы третий год лидеры в Украине по показателям эффективности деятельности в растениеводстве. Показатели урожайности этого года уже превысили европейский уровень. Это свыше 10 тонн кукурузы с гектара в сухом весе, 3,8 тонн/га сои с площади почти 40 тыс. га, это 6,5 тонн/га сахарной свеклы с 8 тыс. га, это почти 9 тонн/га пшеницы с 13 тыс. га. Несмотря на текущие низкие цены на мировом рынке основных культур - пшеницу, сою, кукурузу, – это позволяет обеспечить доходность на уровне 700 долларов EBITDA на гектар.

Вопрос: Благодаря чему вам удается получать такие результаты?

Ответ: В первую очередь, в "Сварог Вест Груп" работает самая профессиональная команда в Украине. Об этом свидетельствуют цифры. В сельском хозяйстве влияние человеческого фактора очень важно. Многие компании раньше, глядя на более или менее выгодные цены на агропродукцию, старались экономить или вообще не вкладывать в развитие основных средств, технического парка, ноу-хау в технологиях обработки, таких как точное земледелие и все что с этим связано – современные системы учета, разработку новых "софтов" для обеспечения дополнительного контроля и пр. Среднюю прибыль они видели и так. И когда пшеница стоила 320 долларов за тонну, а кукуруза – 280, то казалось - какой смысл покупать новые трактора, вкладывать в землю? Они не наращивали мощь в этот период, мы же делали с точностью до наоборот. Мы не распределяли прибыли, все инвестировали: а) в людей, б) в технологии и все что с этим связано. Когда было не так тяжело, как сейчас, мы вложили средства. Сейчас непростое время, но нам уже есть с чем работать. Те, кто попали в нынешние экономические условия, не сделав этого раньше, сейчас такой возможности уже точно не имеют. Потому что возможность привлечения средств с низкими показателями эффективности, с учетом странового фактора, практически нулевая.

Вопрос: Ваша ставка на сою как основную выращиваемую культуру оправдала ожидания? Планирует ли компания и дальше уделять этой культуре основное внимание?

Ответ: Ставку на сою мы сделали еще шесть лет назад. Она с каждым годом не просто оправдывает надежды, а даже раскрывает новые горизонты. В этом году цена не радует, она находится на историческом минимуме – приблизительно на 120 долларов ниже, чем средняя за последние пять лет. Но эффективность, достигнутая нашей компанией (3,8 т/га), делает ее наиболее доходной после сахарной свеклы. Учитывая количество площадей под соей (почти 40 тыс. га, или 50% от нашего пула земли) - это локомотив эффективности. Мы не просто дальше будем развивать, а будем реализовывать вертикальную интеграцию: не просто выращивание сои и продажа ее на переработку, а, думаю, что займемся переработкой сами.

Вопрос: Где до сих пор вы реализовывали большую часть урожая сои - на внутреннем или внешнем рынке?

Ответ: В зависимости от того, как было выгоднее. Сейчас это экспорт, в прошлом году это был внутренний рынок: продавали на переработку для производства шрота предприятиям в Украине, потому что они платили выше цену, чем была в портах и на мировом рынке. Качество нашей продукции очень хорошее, поэтому желающих ее покупать много, проблем с этим не бывает.

Вопрос: Относительно планов строительства завода по переработке сои: каковы сроки реализации этого проекта?

Ответ: Мы планируем начать строительство в 2015 году и ввести завод в эксплуатацию в начале 2016 года.

Какими будут мощности этого предприятия? Сколько потребуется инвестировать в него?

Ответ: Я думаю, мощность составит порядка 350 тыс. тонн переработки в год. Половину этих объемов мы уже выращиваем сами и будем обеспечены собственным сырьем. Половину будем покупать с рынка. Инвестиции составят порядка 30-35 млн долларов.

Вопрос: Это будут собственные средства компании или заемные?

Ответ: Мы сегодня рассматриваем несколько вариантов. Компания имеет возможность делать собственные инвестиции, но мы также будем думать о привлечении партнеров, скорее всего, с целью увеличения мощностей завода в будущем.

Вопрос: Сколько посеяли в этом году озимых культур? Какова структура посевов?

Ответ: 20 тыс. га. Это озимая пшеница - 16,5 тыс. га, все остальное – это такая новая культура для Украины как спельта. Это разновидность пшеницы, которая также идет на производство мучных и хлебобулочных изделий. Ее главное преимущество – минимизированное содержание глютена - белка, который выступает аллергеном. Эта культура сегодня активно осваивается в Европейском Союзе, начинает осваиваться на Ближнем Востоке и, думаю, скоро будет в Украине.

Вопрос: В прошлом году компания приобрела Шепетовский завод культиваторов, заявив о планах инвестировать в его переоснащение $10 млн. На каком этапе сейчас этот проект?

Ответ: Мы начали этот процесс. Думаю, в 2016 году мы увидим абсолютно новое современное предприятие. У нас уже есть европейские партнеры, не имею права пока называть какие, с которыми мы начали разработку и производство современных образцов сельскохозяйственной техники, аналогов которым пока в мире нет. Это будет совместный украинско-европейский продукт, который покорит не только наш рынок, но и мировой.

Вопрос: То есть, тестовые работы на этом предприятии уже ведутся?

Ответ: Полагаю, в феврале мы уже презентуем новую линейку продукции. В первую очередь, конечно же, мы будем использовать эту технику для своих потребностей. Сама идеология этой техники продиктована нашим производством. В симбиозе с инженерной службой европейских производителей уже созданы соответствующие образцы, которые сейчас тестируются в Европе.

Вопрос: Какого все-таки рода эта техника? Она как-то связана с точным земледелием?

Ответ: Это техника, которая не просто связана, а интегрирована в систему точного земледелия, что даст возможность лучше контролировать производственные процессы, а главное - линейка этой техники даст возможность минимизировать расходы производителей на основные средства, унифицировать вопрос ее использования (запчасти, универсальный технологический процесс под различные культуры) - то, о чем аграрий всегда мечтал. Конечно, не всегда производители сельхозтехники этого хотели: им нужно продавать больше техники. Мы же сделали другой симбиоз: он состоит в том, чтобы сделать универсальность технологии и дать возможность действительно получить аграриям те образцы, которые наиболее оптимально подходят для них.

Вопрос: Каков суммарно ваш инвестиционный бюджет на следующий год? По каким направлениям он будет распределен?

Ответ: В первую очередь, это переработка сои. Это продолжение инвестиций в отдельный проект производства сельхозтехники: мы так и озвучивали, что за 2014-2016 гг. это порядка 10 млн долларов, и мы движемся в этом графике. И следующий проект, который мы реализовываем, – это завод по переработке нишевых культур, таких как фасоль, чечевица, нут, масличный лен, чем компания занималась в этом году. Довольно-таки емкий европейский рынок в этом направлении. Инвестиции составят примерно 10 млн долларов, проект будем реализовывать с нашими европейскими партнерами.

В целом, если говорить о производстве, в 2015 году планируем освоить примерно от 50 до 80 млн долларов вместе с нашими европейскими партнерами. Если мы говорим о сельхозтехнике, то это на уровне 5 млн долларов, потому что технический потенциал корпорации уже велик, и речь идет только о плановом обновлении.

Вопрос: Площадка под строительство завода по переработке нишевых культур выбрана?

Ответ: Безусловно. Это будет на территории Хмельницкой области, Красиловский район, как раз в центре сосредоточения наших земель. Здесь также будет удобно другим сельхозпредприятиям выращивать для нас высокомаржинальные нишевые культуры. Особенно это касается средних сельхозпредприятий и фермерских хозяйств, которые сделают более эффективно, чем холдинги, потому что там более кропотливая работа, и даст им возможность экономить на мощностях по хранению. На выходе это будет готовая к употреблению фасованная продукция для разного рода потребителей в Евросоюзе: от кейтеринговых агентств до торговых сетей. Также планируем освоение рынков Ближнего Востока и Азии.

Вопрос: Есть ли в ваших планах увеличение земельного банка?

Ответ: Нет, вопрос земельного банка на сегодня закрыт. Мы будем усиливать вертикальную интеграцию и, соответственно, увеличивать доходность компании в таком масштабе.

Вопрос: Какие цели по показателям доходности перед собой ставите?

Ответ: Мы достигли результата 700 долларов с одного гектара. В течение двух лет есть намерение дойти до 1200-1500 долларов.

Вопрос: Каковы результаты в этом году в садоводческом бизнесе "Сварога"? Сохранились ли планы расширения мощностей по хранению фруктов?

Ответ: Садоводство мы оставляем в существующем масштабе. Это около 500 га интенсивных садов. Объемы урожая фруктов каждый год растут. Для того чтобы поддержать растущее производство, мы вынуждены будем инвестировать в 2015 году в расширение мощностей хранения как минимум на 5 тыс. тонн. Сейчас завершаем проектировку, а с февраля начнем строительные работы. В настоящее время мощности наших фруктохранилищ составляют 8,7 тыс. тонн.

Вопрос: Сколько составил урожай фруктов в этом году?

Ответ: Порядка 10 тыс. тонн. Он мог быть намного выше, но, как известно, майские заморозки в Украине уменьшили урожай на 40%. В следующем году мы ожидаем порядка 15-17 тыс. тонн.

Вопрос: Направление молочного скотоводства в планах развития и инвестирования вы не упомянули. Как ведет себя этот сегмент, какова его рентабельность?

Ответ: Рентабельность там, к сожалению, нулевая. В первую очередь это связано с тем, что переработчики потеряли возможности в связи с закрытием российского рынка. Доллар вырос, себестоимость производства молока возросла, потому что зерно и корма для животноводства привязаны напрямую к валюте. Когда доллар был 8 грн, мы продавали молоко по 4,4 гривни, а сегодня продаем по 4,8 гривни. То есть доллар вырос в два раза, а молоко – только на 10%. Сами понимаете, какой это удар. Лишь благодаря технологичности этого бизнеса удается держаться на нуле. Как выход в этом случае мы видим интеграцию вместе с сахарным заводом, который у нас есть, в виде производства биогаза и генерации электроэнергии по "зеленому" тарифу. Это компенсирует элементы по себестоимости, даст возможность сохранить и молочную отрасль, и сахарную. В любом другом варианте, к сожалению, перспектив нет. Здесь важна поддержка Министерства аграрной политики. Недавно спикер парламента Владимир Гройсман озвучил инициативу относительно изменения распределения "зеленого" тарифа в сторону биогазовой генерации. Нужно убрать с солнечных батарей и "ветра", поскольку это не приносит никакой эффективности для страны, создавая лишь коррупционную составляющую. Генерация же электроэнергии по биогазовой системе и оплата по "зеленому" тарифу автоматически подтянет животноводство, оно станет более привлекательным, и сохранит сахарную отрасль, то есть компенсирует те потери, которые несут эти два направления.

Вопрос: В какой перспективе вы намерены взяться за этот проект?

Ответ: Я надеюсь, что в 2015 году мы его попробуем реализовать. Здесь есть желание, есть уже готовый проект, но сейчас будем ждать, какую политику в этом вопросе будет вести правительство. Бизнес-составляющая лежит в плоскости "зеленого" тарифа, сам по себе этот проект нежизнеспособен.

Украина > Агропром > interfax.com.ua, 9 декабря 2014 > № 1251751 Андрей Гордийчук


Россия > Агропром > snob.ru, 8 декабря 2014 > № 1613158 Михаил Гончаров

Совладелец сети «Теремок» Михаил Гончаров: В России все играют в патриотизм

Ксения Собчак повстречалась с совладельцем сети быстрого питания «Теремок» Михаилом Гончаровым и узнала, как печь блины с пользой для себя и на радость людям

Про Рокфеллера рассказывают, что он начинал бизнес с торговли яблоками: купил яблоко за доллар, помыл его, продал за два; на эти деньги купил два яблока, помыл, продал, и так далее вплоть до первого миллиона. Эта наивная американская притча нравится мне по двум причинам. Во-первых, она о том, как достичь успеха собственным трудом и упорством, не надеясь на дядю. Люди, идущие в жизни таким путем, всегда были мне глубоко симпатичны, хоть и встречаются они нечасто.

Во-вторых, из этой истории следует, что самый легендарный из капиталистов-толстосумов сделал состояние на уличной торговле фастфудом. Этот бизнес всегда меня завораживал, и, будь у меня сто рук и сорок восемь часов в сутках, я бы непременно им занялась. Мне в моем городе ужасно не хватает таких маленьких торговых точек, где можно купить еду с собой и съесть ее, например, в коротком перерыве между встречами. Бургеры, хот-доги и шаурма исключаются: я себе не враг. А что остается? Раз-два и обчелся, «Крошка-картошка» да «Теремок».

«Теремок» выбился в мои личные фавориты благодаря вкусной гречке за 200 рублей и удобной упаковке — сколько ни телепайся по пробкам, еда не остынет. Кроме того, я считаю, что именно за гречкой, блинами да борщом наше будущее: когда мир рухнет и «Макдоналдсы» позакрываются, нам же надо будет еще некоторое время что-то есть.

Так героем моего «бизнес-ланча» и стал Михаил Гончаров, совладелец «Теремка». Вот он, собственно, сидит передо мной в своем собственном кафе. Российское воплощение притчи о Рокфеллере: звезд с неба не хватал, начал с пары киосков, выстроил сеть, которую даже не очень хочется называть «империей». Империи — это для Полонских, строителей самых высоких в мире небоскребов, да только где теперь те небоскребы, где те Полонские. А Гончаров — это о том, как вставать каждое утро по будильнику и вкалывать до ночи. Раньше из таких получались купцы третьей гильдии, позже их раскулачивали. Встретишь в толпе — не узнаешь. Да и не часто таких встретишь в московской толпе: удивительно мало у нас охотников вставать по будильнику и делать свое дело, не пытаясь завоевать мир.

Бизнес без «этого»

Сноб: Михаил, «Теремок» начался с нескольких киосков и превратился в гигантскую сеть с сотней кафе. Почему в России бизнес, связанный с обслуживанием, почти всегда пытается превратиться в большие сети? По-другому не выжить?

Это зависит от возможностей рынка. Если бы я начал свой бизнес в Америке, там стоящую идею мгновенно подхватили бы десятки конкурентов. А в Москве есть Новиков, трое ребят из Ginza, может быть, кто-то еще — грубо говоря, всего четыре человека в городе понимают, как сделать успешный ресторанный бизнес. В России масса возможностей открыть сеть, и кто может, их открывает.

У меня один товарищ хотел открыть сеть донер-кебабных. Изучал, как устроен этот бизнес: нашел в Берлине турка, который владел шикарной кебабной, и сам стоял за прилавком. Перед киоском постоянно семь-десять человек в очереди стоят, а турок без перерыва готовит. Когда выдалась минутка, мой знакомый спрашивает турка: «Почему ты не откроешь вторую точку? Ты же будешь только деньги в мешок выгребать». А турок отвечает: «Я и от этой точки так устаю. Если я вторую открою, там воровать начнут. Как я там следить буду?» То, что здесь есть Новиков и «Гинза», — это чисто российская специфика. Сколько я ни разговаривал с рестораторами в мире, если у человека три хороших ресторана, его все считают каким-то монстром. А если у шеф-повара открывается пять-восемь ресторанов, к нему интерес падает: многостаночник, нет хорошего контроля, наблюдения за кухней. Но в России своя специфика.

Сноб: Вы сразу решили делать большую сеть?

Да, это был один из главных принципов. Когда я выбирал, каким бизнесом заняться, у меня было два критерия. Первое — невысокий уровень цен, чтобы быть популярными в широких слоях населения, что дает большие обороты и быструю возможность построить бизнес. И второе — это должна быть сеть, это дает бизнесу устойчивость. Если мы завтра закроем «Теремок» на Новом Арбате или Невском проспекте, я по оборотам этого вообще не замечу. Послезавтра будет хорошая погода, выручка будет на 3% больше, можно три ресторана закрыть, и все останется так же. Эта сетевая устойчивость, она мне очень импонирует.

Обстоятельства так сложились, что у нас получилась сеть киосков. Мы сразу хотели делать кафе, но у нас было всего $90 000, которые мы могли вложить в этот бизнес. На эти деньги можно было сделать либо одно плохенькое кафе, либо заказать сразу 10 уличных киосков.

Сноб: Я слышала, что вы довольно быстро нашли хорошие места в Москве под киоски «Теремка». Почти фантастическая история!

Первые два киоска открылись достаточно быстро. Я написал концепцию блинного фаст-фуда и просто пришел в мэрию Москвы, отдал в окошечко приемной письмо и папку с презентацией для Лужкова. Через некоторое время мне позвонили из Департамента потребительского рынка и сказали, что получили мой проект с визой Лужкова: «Изучить и доложить». Проект мой понравился, и мне предложили открыться на Масленицу и показать все вживую. Вживую был полный успех. Чиновники увидели огромную очередь за блинами. А после Масленицы я выступил на совещании в Префектуре Северного округа по развитию потребительского рынка. Я вышел на трибуну и провел презентацию концепции. Всем понравилось. На следующий день мне позвонил замглавы управы «Аэропорт» и предложил два лучших места у метро, «чтобы показать остальным, как надо работать». Это были его точные слова. Так появились первые «Теремки». Вообще, это все очень смешно выглядело. Тогда места предоставлялись исключительно за деньги, ну, в крайнем случае знакомым или родственникам.

Сноб: Ну, я думаю, что и в вашей жизни не без этого.

Первые шесть-восемь мест мы получили без этого. Почему мне и смешно — что они были без этого.

Сноб: Чтобы получить точку рядом с метро или в проходном месте, вообще не сунешься близко.

Сейчас тему с киосками почти закрыли. Недавно глава московского департамента торговли Алексей Немерюк очень интересные слова сказал: «Все хотят печь блинчики. Ну сколько можно!» Вот, мол, в институт не поступил, жизнь не удалась — пошел блинчики печь. Ну, это он так, в переносном смысле сказал, конечно.

Сноб: Это вообще обычное отношение к нашим предпринимателям.

К малому бизнесу — да. Вот говорят, что киоски — это грязь, антисанитария, им не место в столице. Я слушаю и соглашаюсь — да, в Москве это невозможно, а потом понимаю: в Петербурге у «Теремка» 50 уличных киосков, но они все в приличном виде, вокруг них стоят шикарные урны, цветы цветут. Получается, что у нас в Петербурге такая Европа? Но это такой же русский город, там живут такие же люди.

Сноб: В Петербурге у вас же есть связи в мэрии. В Москве у вас в совладельцах были брат сенатора Александра Тер-Аванесова Владимир и брат успешного девелопера Павла Фукса Роман. Я, как человек, который на совершенно мизерном уровне начал заниматься бизнесом, понимаю, как это происходит. Если ты хочешь заняться любым бизнесом, от сдачи в аренду помещения до открытия кафе, погрязнешь в бюрократической машине, если не будет поддержки.

Связи чиновников с бизнесменами и в Европе, и в Америке есть. Те же американские лоббисты — они кто? Это же не коррупционеры.

Сноб: Там это узаконенная система. У нас все то же самое, но, к сожалению, нет административной базы под этим, поэтому все выливается в безобразие.

То, что «Теремок» состоялся в Петербурге, и то, что мы так легко получили первые шесть мест в Москве — это исключительно элемент везения. Правда, везения запрограммированного, а не случайного.

Расскажу один забавный случай. Когда мы поняли, что судьба киосков в Москве предрешена, стали открывать «Теремки» на фуд-кортах торговых центров. Открыли 8-10 ресторанов, и тут мне звонит хозяин одной небольшой сети фастфуда и спрашивает: «А как ты на фуд-корт-то попал? Меня не берут». Я говорю: «Ну давай разберемся. Ты как туда попадаешь?» — «Я отправил факс туда, туда и туда. Мне никто не отвечает». Вот артист! Я сделал презентацию, хожу по торговым центрам, записываюсь на прием, убеждаю, что мы долго работаем, что у нас концепция отработанная, известная и прибыльная. Большинство владельцев торговых центров, которых я лично убеждал, дали нам аренду. Если бы я факс отправил, они, может быть, меня тоже не взяли.

Сейчас много разговоров о том, что не хватает свободы, поддержки предпринимателям. Но настоящих предпринимателей мало. Некоторые рвутся, хотят работать, но не умеют. А большинство сидит и ждет.

Сноб: Мне кажется, государству особо не нужен малый и средний бизнес.

Он не нужен самим людям, которые хотят стать предпринимателями. Большинство из них боится и государства, и самого бизнеса, боится рисковать. Хотя я думаю, что только на очень высоком уровне можно бояться, что государство каким-то образом отожмет бизнес. А на уровне малого бизнеса все опасения людей — это риски самого бизнеса: упадут продажи, не будут приходить клиенты и так далее. Это не имеет отношения к бюрократическим препонам.

Сноб: C приходом Собянина киоски начали активно сносить. Как вы относитесь к этой политике?

Столичные чиновники часто говорят: киоски работают в антисанитарных условиях, не платят налоги и так далее. Я думаю: «Как же так? Я же платил налоги. У меня не было антисанитарии». Потом начинаю думать. В самые лучшие времена у «Теремка» было всего 16 уличных киосков — из четырех тысяч, стоявших на улицах Москвы. Владельцу киосков с шаурмой тяжело объяснить, что 3500 киосков власти снесут, а «Теремок» и «Крошку-картошку» оставят, потому что они хорошие. Все скажут: «Лучше сразу признайтесь, сколько денег дали». Может, пройдет пара лет, уйдут те люди, которые владели этими киосками с шаурмой, и потом заново начнут все это создавать. Но все-таки уличный киоск — это другой уровень бизнеса. Лично я, глядя назад, безумно рад, что все это наконец закончилось.

Сноб: Вы в свое время очень активно выступали за проведение в Москве тендеров на места под установку киосков. Чтобы была реальная борьба. Собянин к вам практически прислушался. А вы после этого стали тендеры критиковать, говорили, что это нечестная система.

Если бы тендеры постоянно проводились, то, может быть, через год-другой из них бы выкристаллизовалось что-нибудь хорошее. Но в первый раз, рассказывают, это были такие анекдотичные 90-е. Префектура одного из округов. Перед входом стоит джип с открытым багажником, там стоит открытый чемодан. Из здания выходят предприниматели, подходят к машине: «Тебе две точки отдали? С тебя 400 тысяч». Чпок-чпок, следующий. Деньги складывают в чемодан.

Сноб: Не стесняясь?

Да. И так на каждом конкурсе. Слышал, что перед аукционом подходили и говорили: «Ребята, сейчас на кону такие ставки — 15-20 тысяч рублей в год. Если будете упорствовать, мы будем тупо поднимать цены. Хотите, мы доведем до 6 миллионов — будете 6 миллионов платить. А если вы нам полмиллиона дадите, мы вообще участвовать не будем, и берите за 20 тысяч». Места между собой поделили, им отдали полмиллиона, и тендер состоялся.

Говорят, в другом округе было еще хуже. Приехал на аукцион менеджер известной сети уличных киосков и попытался делать ставки. А аукционист его в упор не видит: «20 тысяч рублей, раз… 20 тысяч рублей, два». Менеджер говорит: «Я, я!», потом вскочил. Аукционист спокойно говорит: «Удалите из зала. Что это за поведение такое?» Его вывели из зала, а там стоит бритый мужик. Довел его до машины и говорит: «Еще раз сюда приедешь — твои оторванные ноги найдут в багажнике». Это было массовым явлением. Я потом узнавал: на многих тендерах есть такие профессиональные бригады.

Сноб: Вам не обидно как предпринимателю? Вы придумали оригинальную концепцию, ваша мама придумала рецепты. Вы — человек, который что-то создает, зарабатывает деньги. А вокруг куча народу, и каждый пытается высосать из вас по копеечке. Кто в виде взятки, кто в виде договора, кто в виде партнерства. Вы все придумываете, и вам приходится кормить всех остальных, держать других партнеров, вроде Фукса. Понятно, что это политический ресурс, ведь вы их взяли не потому, что они знают невероятный рецепт борща.

На самом деле это же была инвестиционная история. Когда стало понятно, что уличные киоски не выживут, нам нужно было арендовать помещения под кафе, нужны были деньги. Когда тебе нужно взять в кредит несколько миллионов долларов при обороте в $100 тысяч, это проблематично.

У нас были неплохие отношения с одним банком, я прихожу к ним и откровенно говорю: «Мне для дальнейшего развития нужны небольшие вливания. Желательно не кредитные, потому что кредит было тяжело взять». Банкиры надо мной посмеялись и кредит не дали, сказав, что будут спекулировать на финансовых инструментах.

Сноб: И где они сейчас?

А мои будущие партнеры поверили в меня и помогли с инвестициями! Так у «Теремка» появились совладельцы. В принципе можно было и без этих денег развиваться — органично, но медленно. Когда «Теремок» начал работать, я для него жил. Первый «Теремок» открылся в апреле, а через восемь месяцев я вернул все вложенные деньги и начал зарабатывать. Я вкладывал все в развитие сети, прибыль увеличивалась. У меня такой спортивный интерес зарабатывания денег. Когда большие деньги к тебе идут, кажется, сколько бы их ни было, столько бы их и было.

Менеджмент без муды

Сноб: Известно, что вы приверженец японской системы качества «кайдзен». В России «кайдзен» часто внедряют довольно слепо. На Горьковском автозаводе рабочих заставили выучить японские слова, и теперь они кричат на весь цех: «хедзун» (выравниваем ритм работы конвейера) или «муда» (начались потери). У вас поварихи тоже знают слово «муда» или вы как-то адаптировали эту систему менеджмента?

Я знаю еще более абсурдный вариант внедрения «кайдзен». У меня один знакомый хвастался, что у них все предметы в офисе стоят так, чтобы работники не тратили время на поиск. Вот стоит на столе бухгалтера чашка с чаем, поднимаешь, а на дне написано: «чашка А15». И на столе обведен кружочек под чашку с надписью: «чашка А15». Это же полный бред. Та же Nokia обанкротилась, хотя у них этого «кайдзена» было выше крыши. Это не позволяло им развиваться.

«Кайдзен» — это не обвести кружочек под чашку. Главный принцип «кайдзен»: «Будь привержен делу перемен». Звучит смешно. Но еще смешнее, когда ты просто ходишь и всем рассказываешь, как ты все улучшаешь. А что ты улучшил? Ничего. А у нас это беспрерывный процесс, но точечный и творческий.

Сноб: Почти все сети быстрого питания — «Макдоналдс», «Бургер-Кинг» и другие — делают свои бургеры из заготовок-полуфабрикатов. У вас основные продукты фактически делаются с нуля. Насколько это усложняет процесс?

Да, мы почти все делаем на месте. За исключением, наверное, супов. Это полуфабрикат низкой степени готовности, который мы окончательно готовим на месте.

Сноб: И хранится он всего три часа, насколько я знаю.

Да, потом он выливается. Новые работники бывают от этого в шоке, им тяжело понять, как же так — нормальный борщ сливать.

Нашу московскую сеть — 127 ресторанов — обслуживает цех площадью 4200 метров, где 150 человек выполняют часть работы ресторанов — запекают мясо, замешивают тесто. Сами блины мы должны печь на месте. Это усложняет процесс, но нам кажется, что максимальное количество блюд должно быть приготовлено по заказу клиента.

Но начинки для блинов должны делаться в цехе и быть порционными. Я это понял почти сразу. В 2000 году мы открыли первый «Теремок» возле метро «Аэропорт». Нашими соседями была «Крошка-картошка». Я подхожу и говорю: «Мне картошку с селедкой». Продавщица берет и кладет мне половину порционной ложки. Мне спорить не хотелось, я говорю: «Тогда двойную», тогда она снова пол-ложки кладет. «Тогда тройную», — заплатил большие деньги, а получил всего полпорции. После этого я понял, что начинка должна быть порционной. На это нужно решиться: у тебя еще ничего не украли, а ты уже деньги теряешь. Порция яблок стоит 3 рубля, а в упаковке она стоит 10 рублей, то есть 7 рублей мы теряем на упаковке. Зато вы получаете ровно такую порцию, которая обещана. Порционную начинку тяжело своровать.

Сноб: Порционность, наверное, еще позволяет избежать тех проблем, которые недавно возникали у «Макдоналдса», к которому Роспотребнадзор выдвигал претензии по несоответствию содержания жиров и углеводов заявленным. Как вы думаете, это политическая кампания или реальная претензия?

Претензии к ним вряд ли могут быть такие уж серьезные.

Сноб: Вы лично порадуетесь, если «Макдоналдсу» придется уйти из России?

«Макдоналдс» мне очень помог в понимании этого бизнеса. Мы у него многому учимся, и было бы обидно, если бы до этого дошло. Если «Макдоналдс» убрать из России, то, конечно, начнется безумный расцвет местного фастфуда. Свято место пусто не бывает — обязательно кто-то придет. Но мне не очень нравится, что это будет сделано неправовыми методами. Это будет некрасиво.

Сноб: Вы скоро планируете открыть два кафе «Теремок» в Нью-Йорке. Там легче проходить все административные инстанции?

Много мы там пока не проходили. Бюрократическая система там ничем от нашей не отличается, она достаточно мощная.

Сноб: То есть там тоже нужно находить связи, давать откаты и бороться за точки?

Если мы говорим про отдельные кафе, то и в России не нужны никакие откаты.

Сноб: Ну что вы мне рассказываете?!

У нас все аренды коммерческие, все помещения мы находили на открытом рынке. Я тоже думал: ну где же, где же эти места? Потом приходит понимание, что недостаточно людей над этим работают. Я взял трех мощных специалистов по недвижимости.

И пожалуйста — за полтора года они находят шесть или семь отличных мест: Чистые пруды, Новослободская. Цена, конечно, не низкая, но и не запредельная.

Сноб: Сами едите блины?

Конечно. Но я, если честно, больше люблю гречку с куриной грудкой, а мои дети блины просто обожают. Кстати, интересно, что Москва приняла блины сразу, а в Питере была катастрофа какая-то. Стоит «Теремок», а рядом «Шаверма». У них оборот 15 тысяч в день, а у «Теремка» — 3 тысячи. Но потом раскачались.

Сноб: Сейчас в Петербурге у вас оборот больше, чем в Москве?

Нет, в Москве оборот больше на 15-20%. В прошлом году выручка «Теремка» была около 6 миллиардов рублей. Это серьезная цифра для фастфуда.

Сноб: Вы могли бы заработать больше, продавая франшизу в регионы. С одной стороны, вы говорите, что хотели быстрого развития и прибыли, с другой — вы яростный противник франшиз. Почему?

Даже когда все люди тебе полностью подконтрольны, когда ты полностью понимаешь процесс, нелегко добиться, чтобы все работало качественно. У нас в Москве есть один франчайзер, у него один ресторан и два уличных киоска. Мы работаем вместе уже восемь лет, учим его и так и этак, но все его рестораны занимают последние места по выручке. Мы просто не можем его поднять. Понятно, что один человек — не пример, но не хочется множить примеры. Система управления и качества, построенная эффективно, позволяет получать нормальную прибыль. Если бы тут был франчайзинг, мы бы просто потеряли деньги.

Блины без комков

Ресторан Гончарова вызвал у меня небольшой внутренний конфликт. С одной стороны, все очень мило, чисто и довольно вкусно. С другой — мое утонченное чувство стиля робко возражает против прямолинейного сочетания хохломы с евроремонтом, против манерного обращения «сударь» и «сударыня», против уменьшительно-ласкательных суффиксов в меню и особенно — против плакатов с неостроумными каламбурами вроде «Наши новинки для вашей половинки» или «Задай еде перцу». Ладно бы их придумывал сам владелец — отчего бы не дать волю креативу, если душа просит самореализации. Но я-то знаю, что эти шутки за бешеные деньги придумывали для сети резиденты «Камеди-клаб». Я осторожно любопытствую:

— Может быть, лучше было бы использовать какие-то поговорки или цитаты из русских сказок?

— Моя мама тоже жесткий противник таких шуток. Но молодежи такой поп-арт нравится больше пословиц. Они фотографируют тарелки с надписями: «Сладкая жизнь — одна штука», выкладывают в инстаграм. Тут тоже немножко маркетинговый расчет.

Вероятно, маркетинговый расчет был и в том, чтобы заставить сотрудников сети обращаться к клиентам «сударь» и «сударыня». Возможно, это простейший рецепт против хамства: ну как еще побудить обычных теток-буфетчиц, напоминающих персонажей советской сатиры, не употреблять в обращении с клиентами обычное в таких случаях множественное число первого лица («Так, берем и отходим!»). Или, напротив, это такое тонкое глумление? Ехидные подковырки совсем не в стиле Гончарова. Надо уточнить:

— Михаил, извините, но я всегда вздрагиваю от такого обращения. Какие мы с вами судари и сударыни?!

— Мы придумали это с самого начала. Как обращаться к клиенту? «Товарищи» — не то. «Господин и госпожа» — это точно бы слух резало. Все поудивлялись и привыкли. Сейчас даже жалобы пишут, что продавец не назвал их «сударыней».

Как бы там ни было, не в «сударынях» и «борщиках» главная фишка «Теремка». Стиль может быть небезукоризненным, но технология — выверенная по секундам последовательность действий от приема заказа до выдачи готового блюда — выше всякой критики. Я глаз не могла оторвать от повара, выпекающего блины с такой быстротой и изяществом, что у меня возникли ассоциации с виртуозными пьесами Паганини, балетом и нейрохирургией. В моем сердце зашевелилась белая зависть, и как-то само собой вырвалось:

— А научите меня печь блины!

— Давайте попробуем. Извольте, сударыня, надеть халат и фартук.

Здесь я могла бы сказать, что блины не пекла с детства — с тех пор, как меня обучала этому мама. Я не говорю этого лишь потому, что это было бы гнусной ложью: мама никак не могла меня этому научить, потому что вряд ли сама владеет этим навыком, и моим (как и ее) высшим кулинарным достижением была и остается яичница. Так что мой первый блин был первым во всех смыслах.

— Оксана! А где у нас картинка, как сворачиваются блины? Так, все правильно... Теперь сглаживаем, чтобы тесто не текло… Перекидываем... ой, давайте я помогу!

— Как его правильно выливать, чтобы он не потек?!

— Здесь самое главное — не обжечься.

Блин был упрям, своенравен и никак не желал признавать во мне хозяйку. Если у меня были иллюзии, что с нового этапа российской истории я смогу кое-как прокормить себя, работая в заведении одного из героев моей деловой рубрики, в этот день они рассеялись: по крайней мере на кухне у Гончарова найти работу мне будет непросто.

— Тут надо приноровиться. С первого раза сложно...

— Сложно. Первый блин комом, а дальше Масленица… Очень красивый у вас получился: маленький, но аккуратный! — деликатность повара заставила меня смутиться еще сильнее. — Давайте начинку положим. Будете с медом?

— В нем же 450 калорий, как написано в технологической карте...

— Они быстро усваиваются. Приходите к нам почаще!

Я унесла блин за свой столик и продолжила беседу с владельцем заведения. Этническая самобытность кушанья навеяла тему дальнейшего разговора: об исторических судьбах России.

Страна без революции

Сноб: Сейчас у нас в стране такой явный политический курс на самобытность, свой путь, духовные скрепы. Как вы думаете, как будет развиваться такое патриотическое направление?

Я много ездил по миру, изучал, как там все устроено. По России вообще не путешествовал, зато знаю практически все мелкие городки Италии, Франции, Швейцарии, ходил там по горным тропам, по которым гулял Ленин. А недавно почти случайно оказался в Костроме и Плесе, и у меня пришло какое-то отрезвление. Даже обидно стало. Я очень люблю старые крепости, замки, развалины. А тут приезжаю в Ростов Великий, а там стоит реальная крепость с отлично сохранившимися стенами. Получается, я мотаюсь за границу, трачу гигантские деньги, а то, что в России, вообще не замечал. Я надеюсь, что я не один такой. Но любую идею можно довести до абсурда.

Интерес к своей стране — это правильно, но мы ее почти не знаем. У нас недавно в меню появилось японское мороженое — такие шарики в рисовой муке, которые мы назвали «колобок». И вдруг на форуме нам пишут: «Вы такие молодцы! Спасибо, что возрождаете исконные русские рецепты». Я говорю заму: «Похоже, нас троллят. Какая такая “исконно русская” рисовая мука?» Но никакого намека на троллинг не было. Мы написали, что это на самом деле японское блюдо. Клиент искренне удивился. Когда мы назвали «Колобок», это отчасти было заигрывание. Я думаю, если это делать явно: «Ешь не потому, что вкусно, а потому, что это свое, родное» — это, скорее, будет вызывать отторжение.

Знаете, в чем самая большая проблема? В России играют в патриотизм. Все, от юмористов до серьезных людей, говорят: «Все, что на мне есть, сделано не в России». Все иностранное. Вещи, которые с нуля сделаны в России, уже большая редкость.

Сноб: Сейчас Россия в очень сложной экономической ситуации. По законам бизнеса нельзя ругаться с очень сильным конкурентом. Сейчас уже очевидно, что Америка сделала упор на экономическое давление. Мы ведь экономически не способны выстоять?

Нам нужно брать пример с Китая 1970-х годов, когда они развивали внутреннее производство. Приходит туда «Данон»: «Давайте я вас сейчас буду молоком поить и йогурты делать?» Они говорят: «Давайте, только налоги будут вот такие». Приходит какой-нибудь производитель техники Acer: «Я хочу завод построить, собирать компьютеры». — «Давай, мы тебе поможем, пять лет никаких налогов, пожалуйста». В России все было уравнено — главное, что западный инвестор приходит. А Китай это жестко регулировал, говоря иностранцам: «Спасибо, одежду и продукты мы сами сделаем». Экономическое давление может привести к приостановке импорта, но свято место пусто не бывает. Как ни странно, это может обернуться для страны даже положительным моментом.

Сноб: Начнет развиваться внутреннее производство?

Денег в стране достаточно много, ищущих людей, которые готовы начать бизнес, тоже. Вы знаете, как финны и новозеландцы продают в Россию масло? В магазине финское масло стоит 95 рублей, а российское, из Нижнего Новгорода, 100-110 рублей. Однажды нижегородцы решили увеличить свою долю рынка, сделать демпинг и снизили цену до 90 рублей. В течение недели собирается кабинет министров в Финляндии, в Новой Зеландии, выпускают постановление: «Увеличить поддержку фермерам, производящим масло, на $30 миллионов». Тут же снижают цены до 85 рублей за пачку масла. Это реальная, политическая, очень жесткая игра.

Наши производители будут зарабатывать больше. Понятно, что не все будут вкладывать прибыль в производства, а кто-кто побежит и купит себе особняк. Это обидно и неприятно в человеческом плане, и вред экономике от этого больше, чем от санкций. Но санкции могут поспособствовать, наоборот, внутреннему развитию.

Сноб: Вы один из немногих бизнесменов, который активно ведет блог в соцсетях. Он вызвал у меня большой интерес, в нем видна большая эволюция. В декабре 2011 года вы пишете: «Все на митинг». Голосовали за Навального на выборах в координационный совет оппозиции. А вот 2013 год: «Вредитель ли Навальный? Да!», «Сестры, братья Навального и секта Навального». Как за два года у вас произошла такая перемена мнений?

Моя, скажем так, трансформация произошла не то того, что движение Болотной площади не имело успеха, что за ними не пошли массы. Раньше мне казалось, что у Навального есть некоторая правда и этой правдой можно убить, а потом я стал думать: ну да, правдой можно убить, но людей невозможно переделать за год-два.

Вот на Украине провели Майдан, сменили президента. Они сейчас наивно полагают, что миллионы людей, которые были коррупционерами, даже совсем рядовыми — ДПСниками, налоговиками, — поменяются и вдруг скажут: «А теперь мы европейцы! Взяток брать не будем». Так не бывает.

Меня как-то мой сын спросил: «Кто такой Навальный?» Я думал, как бы ему объяснить. Взял биографию Навального, читаю и пытаюсь сравнивать. Я руковожу компанией, в которой работают 3000 человек, совершается 20 миллионов покупок. Мой опыт управления по сравнению с опытом управлением страной — это песчинка на пляже. Государство — это махина. Я читаю биографию Навального и понимаю, что у него вообще никакого опыта управления не было в жизни. Он сам себе не отдает отчета в том, что у него ни хрена не получится. Взял бы я его к себе в компанию? Юристом, может быть, и взял. Но вот руководить группой ресторанов — нет, не взял бы.

У меня, кстати, был интересный случай из-за поддержки Навального. Однажды мне позвонил чиновник из префектуры и говорит: «Приезжай, срочно надо». Я приезжаю, а он говорит: «Ответь Навальному! Напиши в свой блог, что не надо на митинги ходить, а надо работать». У Навального 100 тысяч читателей в день, а меня вообще никто не читает. Ну, напишу я это, и что? Кто об этом узнает? Как-то отговорился.

Мое отношение к этим митингам и протестной активности менялось, как у всех. Это же не за один день произошло, я ходил на митинги и анализировал. Представьте, что я заявляю: «"Теремок" откроет 500 ресторанов через год». Ничего себе! Какие планы! Крутой бизнесмен! Проходит время, вы меня спрашиваете: «Открыл 500?» — «Нет, у меня пока 120, мне помешал тут вот этот тип, а здесь — такие-то обстоятельства». И это все продолжается и продолжается. Был один митинг — что-то решили, второй, третий митинг — то же самое.

Сноб: А что делать? Ясно, что власть просто так никто не отдаст. Надо собирать народ, а народ не готов.

В последнее время я сильно увлекся историей России 1905–1917 годов. Читаю много книг по истории возникновения революционного движения. Изучаю, к чему приводят атаки на Кремль, узнаю, что валовой национальный продукт в 1919 и в 1920 году составлял 18% от дореволюционного. Сколько миллионов людей там погибло? Это не путь.

Сноб: А какой тогда путь?

Ленин говорил: «Ребята, никто ни власть, ни деньги не отдаст. Вы думаете, вы своими профсоюзами чего-то добьетесь? Это такие жадные люди, они убить готовы за деньги». Ленин выбрал путь революционный: их надо убить, тогда зарплаты поднимутся. А в Европе продолжили бороться за права рабочего класса. Ходили, давили, где-то митинги, где-то забастовки. Все это поднимало движение профсоюзов. Сейчас они уже передавили. В Европе вообще катастрофа происходит, предприятие нельзя закрыть.

Я был на одной конференции рестораторов. Русские выходят и ноют, ноют: людей нет, поваров нет, официанты не обучены. Вышел француз и говорит: «Ребята, вы что? Я был в ваших ресторанах, у вас все нормально, вы потихоньку развивайтесь, и все будет хорошо. А у меня знаете какая ситуация? В моем ресторане в Париже работает восемь человек, один из них алкоголик. Каждый день в два часа дня он уже пьяный, я его отпускаю домой, но уволить не могу, потому что у нас профсоюз». Получается, что они пришли к той же советской системе: «на поруки коллектива» и так далее.

Сноб: Там есть свои перегибы. Но здесь вы уверены, что, если постепенно додавливаливать, ситуация будет улучшаться?

Самый хороший пример — Москва, Собянин и все эти люди.

Сноб: Лучше стало?

Настолько лучше, что даже вообще не верится. Может быть, они не всегда правильные решения принимают, но они искренние в своем желании сделать лучше. То, что они делают, невооруженным глазом видно.

Блиц-интервью

Сноб: Три самых талантливых бизнесмена в России?

Владелец «Магнита» Галицкий, Ноготков из «Связного» и, наверное, Коркунов.

Сноб: Если бы у вас сейчас был только $1 миллион, в какой бизнес вы бы его вложили?

У меня есть две идеи. Я хочу сделать проект современной русской песни: старые русские и советские песни, спетые современным вокалом, с современной аранжировкой. Но не как «Иван Купала», там совсем уже «Кострома-Костро-о-о-омушка». Я даже помог одной питерской группе записать альбом, сейчас они новый записывают. А второй проект — это современная русская одежда.

Сноб: Кокошники и сарафаны хотите выпускать? Это выгодно?

Не кокошники, но сарафаны, которые выглядели бы современно. Когда последний раз я был в Мюнхене, там пять двухэтажных магазинов битком забиты разными современными вариациями немецкой одежды, и очереди на кассах.

Сноб: Три закона, которые вы бы хотели изменить в России?

Я не могу сказать, что мне какой-то закон сильно мешает. Может быть, я ввел бы какое-то ужесточение уголовного законодательства, если чиновник мешает кому-то работать.

Россия > Агропром > snob.ru, 8 декабря 2014 > № 1613158 Михаил Гончаров


Россия > Агропром > agronews.ru, 29 ноября 2014 > № 1233854 Александр Рыбаков

Комментарий. Две трети продуктов из российских магазинов – хоть сразу на помойку

25 ноября в рамках II Международного конгресса "Профилактика и лечение метаболических нарушений и сосудистых заболеваний. Междисциплинарный подход" прошел круглый стол «Качество продукта как основа здорового питания».

Дурят нашего брата. Все мы покупатели – и слесаря и академики, чиновники и композиторы частенько стоим перед товаром и смотрим на него изумленно. Что-то там на этикетке написано мелким шрифтом? Ах, дома прочитаю, думаешь, и пробиваешь чек. А оказывается, по словам руководителя экспертного направления Некоммерческого партнерства «Росконтроль» Андрея Мосова, требованиям качества не соответствуют 63% всех проверенных продуктов питания, а треть - не отвечает установленным нормативам безопасности.

Эксперт уточнил, что речь идет об исследовании товаров и услуг самых известных и покупаемых марок. 56% проверенных товаров содержат недостоверную информацию либо о составе продукта, либо о его пищевой ценности. Многие продукты, например хлеб, колбасы и сыр, содержат избыточное количество соли, содержание которой не нормируется СанПин. «Сейчас основным источником соли, по сути, является хлеб. Только за счет одного хлеба мы покрываем нашу суточную потребность в соли», - отметил Мосов.

По сахару. Мы его кладем в чай и кофе по несколько раз в день… Эксперт отметил: «Сахар используют и как консервант. Поэтому он является «белой смертью» не только для человека, но и для микробов». По сравнению с заявленными на этикетке сведениями, проверки выявили повышенные дозы сахара в таких продуктах как фруктовые йогурты, сладкие газировки, пюре для детского питания, пшеничный хлеб и т.д. Нередко производители добавляют в продукты крахмал, забывая указать его на этикетке. Хотя эта информация важна для людей, больных диабетом, так как крахмал повышает гликемический индекс.

Еще один ингредиент, который очень часто забывают указывать в составе сосисок и сарделек, - это коллагеновый белок, получаемый из свиной шкуры и тому подобных «ценных» частей. По словам Мосова, формально это белок, но в нем отсутствуют ценные аминокислоты. Питаясь продуктами с его содержанием, можно заработать белковую недостаточность.

Когда указанные на этикетке сведения не соответствуют действительности – это преступление, и оно должно наказываться – возмутился директор Национального исследовательского центра «Здоровое питание», профессор МГУ им. Ломоносова Олег Медведев. Но услышит ли его производитель?

Анна Любоведская, директор по внешним связям Союза органического земледелия, сообщила: 30-50% всех заболеваний в России связаны с нарушениями питания. Ежегодный экономический ущерб от этих болезней достигает 13 млрд. рублей. Госполитика в области качества питания отсутствует. Люди получают сведения о здоровом питании в основном из открытых источников, где много ангажированной информации. А ведь 1 доллар, вложенный в профилактику, экономит 8 долларов на лечение.

Стратегия импортозамещения до 2020 года не включает вопросов качества продуктов. Вывод: качество питания – личная ответственность каждого. В условиях финансовой нестабильности болеть становится дорого. В среднем за год россиянин тратит 9000 рублей на платную медицину и 4000 рублей на лекарства.

Дмитрий Давлятшин, руководитель лаборатории качества компании «Азбука Вкуса» информировал: гослаборатории обеспечивают только контроль микробиологической, радиационной безопасности продуктов, содержания токсичных элементов. Реально в лабораториях продукты проверяют лишь на наличие шести пестицидов, а остальные (около 250), которые при превышении концентрации оказывают негативное влияние на здоровье и их содержание нормируется, остаются на совести производителей. Из 35-40 антибиотиков, применяющихся в сельском хозяйстве, продукты проверяют на 4-5. В Америке контролируется 3 тыс. пищевых добавок, у нас из разрешенных к применению 476 (консерванты, красители, ароматизаторы, стабилизаторы) нет контроля ни за одной.

Как ни говори о качестве, но главную роль играет производитель. Об известном фермере Александре Саяпине я не раз рассказывал. На круглом столе он твердо заявил: «Репутация – единственное, что может гарантировать качество продукции».

Сегодня идет обсуждение закона об органической продукции в Госдуме, но определенная часть игроков рынка чинит препятствия принятию законопроекта, сообщил глава фермерского органического хозяйства «Мелекшинское поле», председатель Совета Союза органического земледелия Алексей Сахаров. Он ратует за развитие земледелия, где используются органические удобрения в различных формах (навозы, компосты, биогумусы и т.п.), сидерация полей, механическая борьба с сорняками, использование биопрепаратов и биокультур.

«Наше здоровье на 50% зависит от образа жизни и питания, и лишь на 20% - от наследственности», - подчеркнул директор Ассоциации междисциплинарной медицины профессор Алексей Данилов. По его словам, вклад внешней среды в состояние здоровья составляет 20%, а здравоохранения – 10%. За последние полвека биологические инстинкты человека подверглись сильнейшей атаке, так как «благодаря» пищевой промышленности, у людей появилось много слишком сладкой, слишком жирной и слишком соленой еды. «Диетологи рассчитывают калорийность продуктов, но не принимают в расчет их качество», - справедливо заметил Данилов.

В качестве послесловия. Слушая выступления, вспомнил про прошлогоднюю международную конференцию «Целебная сила ржи», на которой гендиректор ООО «Лейпуриен Тукку» Татьяна Никулина выдала «тайное оружие» финнов. В 1980-х в Финляндии существенно увеличилось число больных диабетом и сердечно-сосудистыми заболеваниями. Для изменения ситуации была воплощена в жизнь госпрограмма «Рожь», направленная на увеличение потребления ржаного хлеба из муки грубого помола. Финны стали есть цельный хлеб. Ячменный и овсяный хлеб на каждом шагу. На прилавках часто видишь плоский хлеб в виде «краюшек».

Никулина показала мне «Расписание школьника», листочек, на котором для «полезного перекуса» рекомендуется: «ежедневно девушкам необходимо потреблять 25 г клетчатки, а юношам 35 г. 5 г клетчатки можно получить из 1 огурца, 5 морковин, 2 яблок, 1 куска цельнозернового хлеба, 5 картофелин». В расписании дитю указывается: «Мы, финны, потребляем слишком мало клетчатки. Проверь, сколько потребляешь ты. Знаешь ли ты, что дневную норму клетчатки невозможно получить только из овощей и фруктов, не употребляя цельнозерновой хлеб»! И совет: «Изучай информацию о содержании клетчатки на упаковке. Если на упаковке указано, что хлеб содержит не менее 6 г клетчатки на 100 г хлеба – это значит, что ты сделал правильный выбор»…

Сегодня средняя продолжительность жизни в Финляндии составляет 79 лет (у мужчин - 75, у женщин – 82 года), а в России мужчины живут в среднем 59 лет, женщины – 73 года. Так почему же в России, которую издавна называли «ржаным царством», так беспечно относятся к здоровью людей!? – воскликнула русская финка.

Александр РЫБАКОВ – «Крестьянские ведомости»

Россия > Агропром > agronews.ru, 29 ноября 2014 > № 1233854 Александр Рыбаков


Абхазия > Агропром > ved.gov.ru, 27 ноября 2014 > № 1244441 Рафик Отырба

«МОЯ ЦЕЛЬ - НЕ НАЖИВАТЬСЯ НА СВОЕЙ РОДИНЕ, А СЛУЖИТЬ ЕЙ»

Интервью с министром сельского хозяйства Рафиком Отырба

Мы постоянно ждём перелома в сельском хозяйстве, который обусловит продовольственную безопасность страны. Для того чтобы происходили аграрные изменения в республике, нужны толковые организаторы и исполнители. Нельзя делать всё приблизительно. Система сама по себе успеха не гарантирует. Нужны люди, которые смогут убедить крестьян вернуться к земле и вселить в них веру в перспективы сельского хозяйства. Но как добиться этого? И как вновь не разочаровать наших тружеников?

В предлагаемом интервью с новым министром Рафиком Константиновичем Отырба, кандидатом сельскохозяйственных наук, проработавшим в аграрном секторе республики без малого тридцать лет, газета «РА» постаралась найти ответы на некоторые волнующие общество вопросы.

- Рафик Константинович, новое правительство Абхазии возлагает на вас большие надежды в деле реанимирования сельского хозяйства. Наследство досталось вам, мягко говоря, незавидное. По плечу ли вам такая ноша?

- По плечу или нет, покажет время. Но разбираясь с так называемым «наследством», не наломать бы дров, так как очень трудно определить, куда «утекли» денежные потоки, вложенные в различные сельхозпроекты. А в результате их реализации республика получила заросшие сорняком сады и плантации, высохшие виноградники и заброшенные пруды. Главной причиной сложившейся ситуации является недостаточно продуманная рыночная политика по отношению к крестьянину – кормильцу страны. Государство должно регулировать рыночные отношения, чтобы они не превращались в базар, на котором очень прытко разбазариваются государственные деньги. Моя цель - не наживаться на Родине, а служить ей.

- О каких сельхозпроектах идёт речь?

- Прежде всего, о так называемом научно обоснованном сельхозпроекте по посадке яблонь, субтропических культур и орехов. Его реализовывал НИИ сельского хозяйства на российские средства, выделенные агропрому в рамках Комплексного плана содействия социально-экономическому развитию Абхазии. С 2011 года по 2014 год по этому проекту было освоено 1345 гектаров и затрачено 517 миллионов рублей. Из них 103 миллиона рублей задолжали крестьянам - участникам проекта. Для сбора информации о фактическом состоянии заложенных садов и плантаций 30 июня 2014 года была создана рабочая группа независимых экспертов. После проведения мониторинга результаты, как я сказал выше, выявились плачевные. Дела по финансовым нарушениям в ходе реализации данного проекта переданы в республиканскую прокуратуру. Многие проекты финансировались и из местного бюджета. Только в этом году на их реализацию было затрачено более 22 миллионов рублей. Результата нет. Таких миллионов, повисших в воздухе, очень много.

- Рафик Константинович, рационально ли было завозить саженцы из Италии?

- Лично я считаю, что завозимые культуры должны были изучаться в течение нескольких лет на государственном сортоиспытательном участке и проходить фенологическое наблюдение. Однако саженцы сажали, чуть ли не с колёс. Один гектар яблонь обходился в 900 тысяч рублей. Эти яблони должны были обрабатываться ядохимикатами от болезней и вредителей в течение года до 10 раз. Они должны были быть скороплодными и быстро окупить затраты, так как срок их эксплуатации всего 12 - 16 лет. Но этого не произошло. А виноградники закладывали завезённым сортом «ркацители». Только на покупку саженцев было израсходовано более 41 миллиона российских инвестиционных средств и 10 миллионов рублей из местного бюджета. Однако этот сорт нецелесообразно было высаживать, так как он не районирован в наших условиях. Поэтому в Очамчырском районе 144 гектара виноградников в плачевном состоянии, а 55 гектаров, на которые затрачено 11 миллионов, высохли вообще. И миллионы ушли в землю. В неудовлетворительном состоянии и мандариновые посадки, половина из которых высохли. Всё решалось кулуарно несколькими людьми. Мы выступали по телевидению против этой программы. Но безрезультатно.

- Вы внесли немалый вклад в развитие аграрного производства Абхазии. Но в правительстве вы – человек новый. Расскажите немного о себе.

- Родом я из гудаутского села Абгархук. Учился в сухумской школе-интернате имени Кондрата Дзидзария, затем в бывшем ГИСХе в Сухуме. После окончания в 1984 году был призван в ряды Советской армии. Отслужив, начал работать в сухумском филиале Всесоюзного научно-исследовательского института по чаю и субтропическим культурам. Занимался работой по размножению перспективного сорта чая «Колхида» в питомничьем хозяйстве в селе Аракиче Очамчырского района. Моим руководителем был известный учёный Валентин Воронцов, у которого я многому научился. Затем я был переведён в сухумский филиал Всесоюзного института растениеводства имени Николая Вавилова, работал в отделе овощеводства под руководством известных учёных Георгия Хватыш и Розы Герия. Изучая особенности овощных культур, заочно учился в аспирантуре в Ленинграде. В 1991 году мне была присвоена учёная степень - кандидата сельскохозяйственных наук. Затем был принят на работу в научно-производственный отдел Министерства сельского хозяйства, который возглавлял Патико Алан. С первых дней войны был в абхазском ополчении. Но в начале цитрусового сезона мне с моими коллегами по агропрому поручили организовать сбор цитрусовых плодов на линии фронта по реке Гумисте. Мы ездили по сёлам и иногда под обстрелом проводили цитрусовую страду. После освобождения Гагры на границе с Россией по реке Псоу были созданы пограничные войска под руководством Зураба Маргания. Там я прослужил три месяца, а затем был зачислен в горно-стрелковый батальон Владимира Тарба, который контролировал территорию от Ауадхары до Псху. Затем меня назначили комендантом этого направления. В послевоенное время работал главным агрономом в Гулрыпшском районе, главным специалистом в Минсельхозе, возглавлял отдел сельского хозяйства по программе Международного Комитета Красного Креста, был главным агрономом фруктовой компании на Пицунде, начальником подсобного хозяйства санатория МВО. После его закрытия остался без работы. Я хотел создать Ассоциацию молодых учёных-аграриев, но ничего не получилось. Для меня важно, чтобы образованным специалистам давали возможность использовать свои знания на благо Родины. Нужно создавать площадки, на которых старшее поколение аграриев могло бы передавать накопленный годами опыт молодым специалистам. Нам необходима преемственность поколений. Но меня никто не слышал или не хотел слышать.

- Вы имеете в виду знания и опыт старшего поколения по возделыванию сельхозкультур?

- Именно это. Например, возьмём табаководство. До войны мы выращивали табак, и люди моего поколения знают технологию его производства. А вот послевоенное поколение не имеет никакого представления о нем. Если начнем возрождать чаеводство, понадобятся специалисты в этой уже традиционной для нас отрасли. Старшее поколение уходит, а молодые не имеют никакого опыта работы с этой культурой. Я люблю свою профессию, поэтому у меня болит душа за каждое дерево, куст, плантацию. Моё родовое поместье в Абгархуке утопает в цветущем саду и в зелени цитрусовых плантаций, которые я заложил своими руками. Большую помощь оказала мне моя мать - Нора Шатуговна Еник. Отец мой умер, когда я был маленьким, и вся тяжесть по воспитанию четырёх детей и по работе в хозяйстве легла на её хрупкие плечи. И, несмотря на это она всех нас подняла и дала нам высшее образование. Мы работали на земле. Она была для нас единственным источником дохода. Мы возделывали табак, выращивали овощи, разводили кур и индюшек. Сейчас наш сад благоухает ароматами цитрусовых плодов, мцарских яблок, хурмы, фейхоа, киви, в орешнике - 700 корней фундука. Нужно любить землю, и только тогда она вознаградит тебя. Но любовь к земле надо прививать, особенно молодым людям. Однако этого не добиться, если постоянно ломать их надежды и планы.

- Раньше крестьянин и пахал, и сеял, и о земле заботился…

- Совершенно верно. Сегодня в наших сёлах участки заросли травой. Многие хотят, например, выращивать какую-либо овощную культуру. Когда мы садимся считать, во что это обойдётся, они разворачиваются и уходят. Нужно правильно рассчитать, что выгодно производить в условиях нашей республики. Наш уникальный микроклимат в своё время привлекал в Абхазию выдающихся учёных России. Один из них - основоположник агроклиматологии Георгий Селянинов, который изучил и описал наш агроклимат. На основании этих исследований в Абхазии ведущими отраслями стали цитрусоводство, чаеводство, табаководство, виноградарство. Что касается чаеводства, то в 2010 году была сделана попытка возрождения отрасли, однако и она оказалась неудачной. Дело в том, что чайные плантации устарели и заросли. И это - не новость. Ухоженные плантации в небольших количествах в сёлах Дурипше и Лыхны Гудаутского района, Кутоле и Мыку Очамчырского района. В этом году мы запланировали спасти хоть 300 гектаров чая. А на следующий год необходимо заняться чаем конкретно. Нам должно быть стыдно, когда на выставках спрашивают абхазскую делегацию: «Где ваш чай?» А мы вместо чая стали возить на выставки целебные травяные напитки. К сожалению, уничтожили маточник сорта «Колхида». Его необходимо заложить и потом черенковать, хотя бы на 100 гектарах. И закрепить плантации за крестьянами, которые будут ухаживать за ними, собирать чай и продавать на переработку фабрике. Такая практика была в советское время. Но это всё в перспективе. Без денежных средств реализовать наши планы невозможно.

- О заготовительных базах по приёму плодов цитрусовых говорят многие годы.

- Согласен. И считаю, что этот вопрос решать надо в первую очередь. Если мы не облегчим людям реализацию цитрусовых плодов, то и эта отрасль окажется заброшенной. Крестьянин не станет производить продукцию, которую не сможет выгодно продать. Поэтому я предложил построить в каждом районе республики около автомобильной трассы или железнодорожного полотна ангары для закупа у населения сельхозпродукции: цитрусы, фрукты, овощи, сыр, ягоды, вино, козы, барашки и так далее. Это будут также торгово-закупочные площадки, куда летом будут завозить минеральные удобрения и комбикорма и продавать их по ценам, выгодным крестьянину. Этим самым мы разгрузим рынки, на которых творится страшный беспорядок. Мы унижаем пожилых людей, которые не могут продать свои продукты на рынке из-за перекупщиков. Кроме того, эти торгово-закупочные базы будут заключать договоры, и осуществлять бартер с российскими покупателями. Этот проект требует больших инвестиций, зато он отрегулирует государственные цены на сельхозпродукцию и облегчит жизнь крестьянам. Например, чтобы вывезти более двух тонн продукции в Россию, необходимо иметь контракт с покупателем. Но не все его имеют. Перевозить тачками - это уже вчерашний день. Строительство ангаров будет заложено в инвестиционной программе. Сейчас мы планируем сельхозпроекты, которые будут финансироваться и из местного бюджета. Будут создаваться фермерско-крестьянские хозяйства по выращиванию цитрусовых, фруктов и овощей, зернобобовых и винограда, орехов и цветов, а также по разведению крупного и мелкого рогатого скота, птиц и рыбы. Будут выдаваться кредиты на беспроцентной возвратной основе. И тут без государственной поддержки нам не обойтись.

- А каковы приоритеты этой помощи? И что сделано за 20 лет в этом направлении?

- Главные приоритеты государственной поддержки - техническое оснащение села и обеспечение рынка сбыта для продукции крестьян. А что сделано, я скажу. Во всех районах Абхазии Минсельхоз создал машинно-технологические станции - МТС и стал их учредителем. Из ведомства Минсельхоза были выведены карантинная и ветеринарная службы, все районные сельхозуправления, которые подчиняются только администрациям районов. Всё это было сделано в 2012 году. Министерству баланс сдают только МТС. К тому же все они кроме двух - Сухумской и Гагрской - убыточные. А если ещё вспомнить факт, когда сельхозтехника была роздана прямо с платформы железнодорожного вокзала, то комментарии тут излишни. Вернуть её не можем, так как она была подарена людям. Таким образом, Министерство создано только для Министерства. Мы не контролируем аграрный сектор, на местах нам отведена роль просителя. Вот такая система создана за эти годы.

- Рафик Константинович, весьма редкий по нашим временам случай, когда государство безвозмездно вкладывало деньги в село. Люди поверили в новые замыслы, вернулись к земле. А на ней сады так и не зацвели. Как вернуть веру людей в завтрашний день?

- Чтобы не наступить снова на те же грабли, нужно чётко понимать, что нельзя путать личный карман с государственным.

Русудан БАРГАНДЖИЯ

«Газета Республика Абхазия», 24.11.2014 г.

Абхазия > Агропром > ved.gov.ru, 27 ноября 2014 > № 1244441 Рафик Отырба


Россия > Агропром > kremlin.ru, 25 ноября 2014 > № 1231595 Дмитрий Патрушев

Встреча с председателем правления «Россельхозбанка» Дмитрием Патрушевым.

Глава «Россельхозбанка» информировал Владимира Путина о текущей деятельности банка, в частности, о поддержке отраслей агропромышленного комплекса.

В.ПУТИН: Дмитрий Николаевич, как успехи?

Д.ПАТРУШЕВ: Владимир Владимирович, спасибо большое за возможность встречи.

Работа идёт. Ситуация потихонечку развивается. С Вашего позволения хотел бы доложить о результатах работы за 9 месяцев 2014 года.

В.ПУТИН: Пожалуйста.

Д.ПАТРУШЕВ: Хотел бы сказать, что поставленная задача по поддержке отраслей агропромышленного комплекса, в целом, я считаю, банком выполняется в полном объёме. И здесь важно отметить, что 50 процентов всех кредитов, которые выдаются российскому агропромышленному комплексу, выдаются «Россельхозбанком».

Решение о докапитализации, которое было принято в прошлом году, в размере 30 миллиардов рублей соответственно позволило в 2014 году сохранить темпы и объёмы кредитования отраслей АПК, а также продолжить работу по снижению ранее накопленной проблемной задолженности.

В.ПУТИН: Сейчас ещё решение принимается. Ещё один шаг будет сделан, да?

Д.ПАТРУШЕВ: Да, Владимир Владимирович, спасибо большое. Тоже решение Правительства принято: в этом году, в декабре должно состояться увеличение капитала банка ещё на 5 миллиардов рублей. Я надеюсь, что это поможет также продолжить кредитование отраслей агропромышленного комплекса, позволит сохранить те темпы, которые были набраны в кредитовании.

Хотелось бы доложить, что общее количество клиентов банка на сегодняшний день превысило уже 5 миллионов. Совокупный объём активов составляет более 2 триллионов рублей, и кредитный портфель составил более 1 триллиона 400 миллиардов рублей. В рамках 2014 года и 9 месяцев, отработанных в 2014 году, мы в рамках госпрограммы предоставили кредитов на 347 миллиардов рублей.

Хотел бы отметить два очень интересных и важных проекта, которые в этом году будут введены в эксплуатацию. Это птицефабрика в Республике Марий Эл, большое количество средств мы туда вложили – порядка 30 миллиардов, и большой объём курятины будет там производиться. Производство мяса утки в Ростовской области – тоже интересный проект. Достаточно необычное мясо, но у нас в стране есть инвесторы, которые готовы производить такое мясо. Если бы Вы нашли время и посетили эти предприятия, то инвесторы, которые вкладывали деньги в эти проекты, были бы очень рады.

В.ПУТИН: Сейчас наиболее крупный проект у вас какой?

Д.ПАТРУШЕВ: Как раз я это озвучил – в Республике Марий Эл строительство фабрики по производству мяса птицы. Как я уже сказал, порядка 30 миллиардов рублей туда вложено; клиент даже в нынешней ситуации, когда дорожают стоимость кредитных ресурсов, обслуживает кредиты нормально, но мы ему, конечно, ставки понизили чуть-чуть, потому что для нас системный клиент. Если мы будем держать очень высокие ставки, то всякое может случиться, обслуживать кредиты, может быть, хуже будет. Но сейчас пока никаких проблем нет, и он вводит очередь за очередью, девятая очередь будет введена.

В.ПУТИН: Скажите, пожалуйста, по сравнению с прошлым годом кредитный портфель как смотрится – в этом году по сравнению с 2013-м?

Д.ПАТРУШЕВ: Вы знаете, мы выдаём средства, у нас средства были, у нас они и на сегодняшний день есть. Прирост кредитного портфеля приблизительно такой же, как и в прошлом году.

В.ПУТИН: По сравнению с 2012-м, да?

Д.ПАТРУШЕВ: В 2013 году прирост и сейчас за 9 месяцев 2014-го – если сравнивать эти показатели, то прирост приблизительно на том же уровне остался. Мы в рынке находимся по этому показателю.

И здесь важно, наверное, отметить, что и в прошлом году, и в этом году мы смогли обеспечить финансирование посевной и уборочной компании. За 9 месяцев этого года мы в посевную и в уборочную компании вложили 117 миллиардов рублей. Серьёзная цифра, и в этом направлении мы кредитуем практически всех представителей, которые в отрасли работают. Порядка 75 процентов кредитования посевной и уборочной – это «Россельхозбанк».

В.ПУТИН: Хорошо.

Россия > Агропром > kremlin.ru, 25 ноября 2014 > № 1231595 Дмитрий Патрушев


Казахстан > Агропром > agronews.ru, 25 ноября 2014 > № 1231025 Игорь Абакумов

Комментарий. Казахстан снижает производство пшеницы для доходности агробизнеса.*

Министр сельского хозяйства Республики Казахстан Асылжан Мамытбеков выступил в парламенте с программным докладом о развитии АПК. Суть – отход от зерновой монокультуры и начало диверсификации производства.

К решению о постепенном расставании с привычным образом Казахстана - как зернового амбара СССР - шли давно. В 2009 году доля площадей под пшеницей в общей площади посевов дошла почти до 70-ти процентов. Общая доля всех зерновых культур превысила 81 процент. Рост, который считался достижением 60 лет назад, при освоении Целины, в условиях рынка стал убыточным. Президент Нурсултан Назарбаев поставил задачу ограничить рост производства зерна и развивать другие отрасли АПК с высокой степенью переработки.

Объяснить целинникам, что настало время сокращения площадей под зерном – это все равно, что сказать пограничникам, будто границы больше нет. Предательство – не самое сильное слово, которое можно было услышать в ответ. Поэтому первое, что сделали за несколько лет до объявления решения – развернули широкую пропагандистскую работу о разъяснении ситуации. Аналитические материалы в СМИ, конференции, консультационные совещания о мировом опыте развития прошли по всей республике.

Основные тезисы, опубликованные на сайте МСХ РК, таковы. Транспортные расходы на перевозку 1 тонны зерна до Черного или Балтийского моря превышают $100. Поэтому экспортировать казахстанскую пшеницу (за исключением высокопротеиновой и органической) на рынки стран Европейского Союза, Северной Африки, Ближнего Востока через черноморские и балтийские порты, с учетом затрат на транспортировку, экономически невыгодно. Высокие транспортные затраты приводят к обвалу цен на внутреннем рынке. Хотя в 2009 и 2011 годах разница между мировыми ценами и ценами на внутреннем рынке была почти в 2 раза, но она соответствовала величине транспортных расходов. От высоких урожаев фермеры, как ни парадоксально, несли убытки в урожайные годы.

Традиционные рынки сбыта казахстанского зерна в Средней Азии, Афганистане, Иране и на Кавказе относительно стабильны по спросу, независимо от цены - около 6,2 млн тонн. И в годы, когда пшеница стоила $100 и когда цены на нее достигали $400.

В условиях нехватки зернохранилищ, зерновозов и низкой пропускной способности транспортных коридоров для экспорта дальнейшее поощрение монокультуры стало экономически рискованным предприятием и для крестьян, и для бюджета.

Опыт «зерновых» стран был лишним аргументом. В провинции Саскачеван Канады, расположенной в похожих с Казахстаном почвенно-климатических условиях, удельный вес пшеницы в структуре посевных площадей в 2014 году составил 43%, масличных культур – 23%, бобовых культур – 16%.

Теперь о том, что уже сделано и каковы результаты с 2011 года, после того, как Нурсултан Назарбаев поставил задачу развития диверсификации в АПК.

Сокращены нормы субсидирования производства пшеницы, установлены повышенные нормативы субсидий для других приоритетных культур.

В 2012 году между Минсельхозом и Акиматами областей были заключены меморандумы, предусматривающие сокращение площадей пшеницы и расширение площадей зернофуражных, бобовых, масличных и кормовых культур.

Введено в обиход обязательное требование по соблюдению севооборотов сельхозкультур. Для этого МСХ инициированы изменения в Земельный Кодекс и другие подзаконные акты.

В результате площадь посевных площадей под пшеницей в 2014 году составила 12,4 млн га, что в сравнении с «пиковым» 2009 годом меньше на 2,4 млн га. Увеличились площади посевов масличных, кормовых, бахчевых культур.

Спрос и предложение на пшеницу стал сбалансированным, впервые не стало демпинга цен при уборке урожая. Урожай пшеницы снизился почти на 4 миллиона тонн, что примерно равно объему выгодного спроса.

Снизились переходящие остатки пшеницы. Если на 1 июля 2012 года остаток был в объеме 9,4 млн тонн, то на 1 июля 2013 года 4,6 млн тонн, а на 1 июля 2014 года – 3,6 млн тонн. Высокие остатки товара оказывали давление на внутренний рынок и способствовали демпингу цен, особенно во время уборки.

Теперь о ценах.

Если в 2009–2011 годах на внутреннем рынке во время уборки цена на пшеницу 3 класса падала до 80 долларов США (или 12–15 тыс. тенге), а на ячмень – до 40 долларов США, то в этом году пшеница 3 класса стоит не ниже чем 40–42 тыс. тенге. Такой уровень не случайный, его невозможно установить административным путем. Это следствие баланса предложения и выгодного спроса на рынке зерна. Потому цены на внутреннем рынке даже выше, чем на мировых.

Осень была чрезвычайно суровой в этом году. Но принятые заранее меры значительно снизили убытки. Недополученные доходы компенсируются более высокими ценами на продукцию. Цена даже на 5 класс пшеницы в этом году составляет 30 тыс. тенге, что выше, чем цены во время уборки прошлого года на кондиционную пшеницу. В итоге доходы фермера с одного гектара пашни выше, чем в предыдущие, более благоприятные по погодным условиям, годы.

И что же дала диверсификация другим отраслям АПК?

В 2011–2013 годах среднегодовой объем производства по маслосеменам, овощам, картофелю, бахчевым культурам рост составил более 0,5 млн тонн по каждому виду продукции. Возросли объемы производства растительного масла — на 31,0 тыс. тонн (на 42%), консервированных овощей и плодов — на 1,5 тыс. тонн (на 10%).

Рост уровня цен способствует росту доходов. За 2011–2013 годы от реализации зерна, муки и маслосемян на экспорт в общей сложности получен доход на сумму около 5,9 млрд долларов США, что на 10% больше, чем за предыдущие три года.

Среднегодовой объем производства валовой продукции отрасли растениеводства за последние три года составил более 1,2 триллиона тенге и возрос в сравнении с уровнем предыдущих трех лет в 1,5 раза.

Среднегодовой объем производства плодовых культур и винограда за 2011–2013 годы по сравнению с предыдущими тремя годами возрос на 49,0 тыс. тонн или 23%.

На начало 2014 года площади сооружений закрытого грунта выросли по сравнению с 2010 годом в 3 раза и составили 576 гектаров, из них промышленных теплиц — 230 гектаров.

Министерство сельского хозяйства РК держит под контролем и рынок сельскохозяйственной техники.

За счет средств Национального фонда реализован проект ТОО «СемАЗ» — организация сборочного производства тракторов «Беларус», стоимостью 1,3 млрд тенге с проектной мощностью до 1000 машин в год. В 2010 году налажен выпуск прицепного и навесного оборудования по простейшей технологии, налажено сборочное производство фургонов FAW.

ТОО «Казахский научно-исследовательский институт механизации и электрификации сельского хозяйства» организована сборка сельскохозяйственной техники (культиваторы КРП-4,2, пресс-подборщики рулонные ПР-400В, плуги скоростные ПБС-4У и т. д.).

ТОО «Комбайновый завод Вектор» начал сборку российских комбайнов марки «Вектор», планируется выпуск до 300 машин в год. Сумма инвестиций составляет 3 400 млн тенге, в текущем году планируется финансирование за счет средств Национального фонда.

В рамках стимулирования приобретения сельскохозяйственной техники с 2013 года реализуется программа по снижению до 7% ставки на лизинг. То есть если «КазАгроФинанс» финансирует обычно под 12%, то фермеру в этом случае лизинг будет обходиться всего под 2% годовых.

Кроме того, ежегодно с 2012 года «КазАгроФинансом» реализуется новый лизинговый продукт «Урожай». В рамках обозначенной программы, направленной на поддержку мелких крестьянских хозяйств, сельхозтоваропроизводители имеют возможность приобрести уборочную технику в лизинг по упрощенной схеме с отсрочкой первоначального взноса и без залога.

И самое интересное – каков же урожай в Казахстане?

Объем валового сбора зерна урожая текущего года в весе после доработки прогнозируется на уровне порядка 17,6 млн тонн, что позволяет довести экспортный потенциал до 7,0 млн тонн.

По сообщению директора филиала АО «Казагромаркетинг» в Павлодарской области Берика Мырзабекова, с начала года область экспортировала 215 тонн мяса и мясной продукции в Российскую Федерацию. В управлении сельского хозяйства области пояснили: 20 тонн мяса экспортировано в Алтайский край, 107 тонн мясных полуфабрикатов - в города Новосибирск и Омск, 88 тонн колбасных изделий - в города Омск, Новосибирск, Красноярск и Барнаул. Мясные полуфабрикаты и колбасные изделия, отправленные в Россию, произведены двумя крупнейшими перерабатывающими предприятиями области - ТОО «Рубиком» и ТОО «Павлодарский Смак».

Напомним, весной текущего года между МСХ РК, акиматом Павлодарской области и Холдингом «КазАгро» был заключен меморандум о сотрудничестве в рамках проекта «Развитие экспортного потенциала мяса КРС».

В меморандуме определены индикативные показатели по экспорту мяса из региона: в 2014 году Павлодарская область должна экспортировать 800 тонн мяса.

Значит, и с кормами в Казахстане теперь все в порядке.

Что и требовалось доказать.

В России формирование специализированных зон производства сельскохозяйственной продукции пока идет стихийно, как Бог на душу положит предпринимателю или губернатору. Научные разработки на эту тему чиновниками не востребованы. Задачу развивать экспортный потенциал ставил только Владимир Путин 12 декабря 2012 года, а более на федеральном уровне никто.

Не до экспорта, нам бы импортом прилавки заколотить… Санкции, понимаешь! Враги окружают!

Игорь Абакумов – «Крестьянские ведомости»

Казахстан > Агропром > agronews.ru, 25 ноября 2014 > № 1231025 Игорь Абакумов


Россия. ЮФО > Агропром > premier.gov.ru, 24 ноября 2014 > № 1231659 Александр Ткачев

Рабочая встреча Дмитрия Медведева с губернатором Краснодарского края Александром Ткачёвым.

Стенограмма начала встречи:

Д.Медведев: Александр Николаевич, мы с Вами специально встретились, для того чтобы обсудить высокие технологии в сельском хозяйстве. Сейчас действительно уникальная ситуация: она заключается в том, что ввиду известных наших решений для развития сельского хозяйства созданы, я бы сказал так, особо благоприятные условия, включая и импортозамещение.

Чем можете похвастаться? Каковы результаты в этом году по урожаю, какие планы?

А.Ткачёв: Спасибо за то, что приняли решение провести очень важное совещание по селекционной работе и в плане животноводства, растениеводства… Для нас это приоритет. Мы прекрасно понимаем: увеличить объём производства, качество продукции, рентабельность повысить можно только за счёт именно инновационных проектов, которые в крае существуют. Я обращаюсь к Вам, пользуясь случаем, и сегодня, для того чтобы создать на территории края селекционный инновационный центр.

Что касается итогов года, то они достаточно позитивные для промышленного комплекса, прежде всего то, что мы получили вал зерна порядка 13 млн т. Это впервые, это рекорд, по урожайности в том числе.

Д.Медведев: Вообще за всю историю Кубани?

А.Ткачёв: За всю....

Д.Медведев: И советскую, и постсоветскую?

А.Ткачёв: И последних десятилетий. Для нас, конечно, это большая победа. Это говорит о том, что у нас ещё есть потенциал и мы не собираемся на этом останавливаться. Мы понимаем, что за счёт только урожайности и вала мы можем снижать издержки – мы можем не только кормить страну, регионы, которые нуждаются в нашем продукте, в нашем зерне, но и снижать издержки и делать производство зерна на Кубани достаточно рентабельным. То, что рентабельно сегодня порядка 100%, действительно позволяет отечественным, кубанским производителям пополнять свои оборотные средства, повышать зарплату, налоговую базу и создавать новые предпосылки для новых производств. И, естественно, пользоваться кредитами, как бы тяжело это ни было сегодня в условиях инфляции. Вы правильно заметили, Дмитрий Анатольевич, что практически все виды продукции: мясо, птица, овощи, фрукты…

Д.Медведев: По мясу какая рентабельность сейчас?

А.Ткачёв: По производству свинины рентабельность от 30 до 40%. То есть это впервые за последние десять лет, потому что буквально два года назад было ноль или минус…

Д.Медведев: Практически нулевая рентабельность.

А.Ткачёв: Это было невыгодно производить. А тем более сегодня в крае, после ЧС, конечно, нам надо восстанавливать поголовье. Для нас это очень здорово и экономически обоснованно, выгодно. И действительно большинство хозяйств сегодня намерены восстанавливать поголовье свиней.

Д.Медведев: Хорошо. Надо в том же ключе продолжать – сейчас мы с Вами побеседуем, потом пойдём уже к нашим коллегам, поговорим именно о высоких технологиях, селекционных технологиях, потому как у нас с этим всё-таки есть проблемы, и нужно обязательно вкладывать сюда деньги и принимать необходимые решения.

Россия. ЮФО > Агропром > premier.gov.ru, 24 ноября 2014 > № 1231659 Александр Ткачев


Украина. Словакия > Агропром > interfax.com.ua, 21 ноября 2014 > № 1251752 Юрай Сивачек

Посол Словакии Юрай Сивачек: В поставках газа коммерческая система работает лучше, чем политическая

Вопрос: Господин посол, Словакия в этом году стала основной надеждой Украины на быстрое построение мощного альтернативного маршрута поставок газа из Европы. И несмотря на определенные сомнения, звучавшие в том числе и из украинских властных кабинетов, сегодня этот маршрут работает на полную мощность. В Украине с оптимизмом восприняли и назначение вице-президентом, еврокомиссаром по энергетике в новой Еврокомиссии представителя Словакии Мароша Шевчовича. На Ваш взгляд, каковы перспективы дальнейшего углубления сотрудничества наших стран в энергетической сфере?

ОТвет: Хочу подчеркнуть, что мы с Украиной сидим на одной газовой трубе, так что мы взаимосвязаны. В условиях предстоящей зимы мы заинтересованы обеспечить поставки газа в нашу страну и дальше в Европу, поэтому если такого типа сотрудничество повышает безопасность и надежность таких поставок, то мы будем всячески его приветствовать.

У словаков нет никаких проблем в общении с вашими людьми, наша ментальность одинакова. Мы дружественные, славянские страны и соседи еще. Так что мы чувствуем и понимаем, что этот вопрос очень важный. И тот факт, что заместитель председателя Европейской комиссии родом из Словакии, хочу вас уверить, означает, что он как словак будет намного лучше понимать ситуацию, чем другой европеец. Я думаю, это хорошо, и для Украины, и для Словакии.

Опять же, я бы хотел подчеркнуть, что мы сидим на одной трубе и наши интересы здесь полностью совпадают, например, в вопросах так называемого "Южного потока". Мы заинтересованы, чтобы мощности транзита через Украину и Словакию, а потом и в Чехию подольше сохранились, чтобы газ поступал в Европу именно через этот хорошо работающий коридор. Что касается реверса газа мы пошли на то, что построили коммерческую схему, я бы хотел подчеркнуть – прежде всего, коммерческую схему, каким образом транзитом подавать газ с западного направления назад в Украину.

Коммерческая система, я думаю, работает всегда лучше, чем другие системы, политические и другого рода. Она построена на коммерческих интересах определенных компаний, которые между собой подписывают договоры по европейскому праву, все прозрачно, с нашей точки зрения, и устойчиво. Мы видим сейчас по последним данным, что наш реверс работает на полную мощность, он будет снабжать Украину объемами газа до 10 млрд кубометров в год. Это очень существенная мощность, учитывая мощностипольского и венгерского направлений.

Помимо того возможность реверсных поставок газа, естественно, играет и на пользу украинским переговорщикам в вопросах цены. Это самый важный момент, потому что сейчас ситуация уже такова, что у Украины есть возможность покупать и крупные партии газа через Словакию в Европе, и через Россию, поэтому цена становится более реальной.

Что касается повышения объемов, увидим, как проект будет развиваться. Я думаю, здесь тоже смотреть надо на интересы частных компаний. Мы слышали недавние позитивные заявления главы Eustream - нашего словацкого газового оператора. Я думаю, наши люди, когда будут видеть хорошие условия для бизнеса, будут думать, каким образом развивать и укреплять его.

Вопрос: Насколько заинтересованными могут быть словацкие компании к вхождению в Украину в газотранспортный бизнес, возможно, в газовые хранилища, которые размещены очень недалеко от границы со Словакией. Тем более, что Eustreamв последнее время последнее время действительно показал себя как одна из наиболее квалифицированных и прогрессивных компаний на европейском газовом рынке.

Ответ: Конечно, мы знаем, что в Украине находятся одни из крупнейших в Европе подземных хранилищ газа. Мне известно, что некоторые словацкие компании уже были в Украине, и ведутся переговоры о возможном использовании и модернизации ваших подземных хранилищ. Я думаю, что компании просто видят здесь возможности кооперации. Пусть они поработают в этом направлении. Опять повторю, надо, чтобы система сотрудничества соответствовала, прежде всего, коммерческим интересам. Поэтому некоторые компании ищут, каким бы образом это профинансировать.

Нам были представлены возможные проекты тоже с украинской стороны на прошлойвстрече Вышеградском четверки на уровне наших государственных секретарей. Значит, этот интерес взаимный, просто надо, чтобы в ходе переговоров этот интерес более-менее конкретизировался.

Вопрос: До нынешнего газового сотрудничества между нашими странами активно развивалось сотрудничество в электроэнергетике… Каковы здесь перспективы?

Ответ: Я бы сказал, есть постоянный интерес словацких компаний к такому сотрудничеству. И в сфере купли-продажи электроэнергии, и, может быть, в проектах выработки чистой экологической электроэнергии в Украине. Несколько проектов работающих.Интерес, возможно, мог бы быть и повыше. Но компании сейчас смотрят на то, что здесь происходит, какие условия для бизнеса создаются, чтобы принять решение -- присутствовать в Украине или нет. Я уверен в том, что здесь есть хорошие возможности для кооперации, и компании хотели бы видеть более устойчивый бизнес.

Вопрос: Перейдем к вопросам торговли. Экспорт украинских товаров в Словакию в январе-августе 2014 года снизился всего на 2,1% - до $488 млн, тогда как импорт - на 28,6%, до $290 млн.После подписания Соглашение об ассоциации с ЕС негативное сальдо Словакии в торговле с Украиной выросло. Насколько это болезненно для вас, как долго Словакия готова терпеть такую ситуацию?

Ответ: Думаю, что эти процессы для нас не представляют жизненно важных проблем, хотя мы все были бы рады выдеть больше наших товаров на украинских рынках. Более того, если бы мы видели приток украинской электроэнергии (такого пока еще нет), это было бы хорошо, потому что мы тоже заинтересованы и как потребители, и граждане Словакии, покупать чистую, но все-таки дешевую электроэнергию.

Что касается других видов продукции, здесь надо посмотреть на состав вашего и нашего экспорта и импорта. Я думаю, здесь мы пока не конкурируем друг с другом, но все будет зависеть от качества вашей продукции. Мы понимаем, что со временем вашего приближения к стандартам Евросоюза украинские компании все-таки начнут вырабатывать свою продукцию в соответствии с этими стандартами. И, может быть, для нас это тоже будет хорошо, что Словакия сможет покупать качественную (сейчас я уже говорю как потребитель, как человек, который живет в Киеве) и дешевую продукцию, например, сельского хозяйства. Сейчас же, еще раз хочу сказать, я не думаю, что мы ваши конкуренты.

Вопрос: Много лет неурегулированным вопросом между нашими странами остается достройка Криворожского горно-обогатительного комбината окисленных руд (КГОКОР), в которой еще во времена СССР участвовала Словакия. Есть ли какие-то перспективы его решенияв ближайшее время?

Ответ: Конечно, хотелось бы, чтобы в этом процессе каким-то образом поставлена точка, чтобы по обязательствам рассчитались.И в наших, и в ваших интересах будет закрыть этот вопрос. Хотя вминувшем году, когда проходило заседание украинско-словацкой межправительственной комиссии, этот вопрос не поднимался.

До конца этого года должно было состояться очередное заседание межправительственной комиссии здесь, в Украине. В связи с происходящим, мы не получили информацию, кто будет руководителем этой комиссии (ранее от Украины ее сопредседателем был министр инфраструктуры), какое министерство будет курировать ее от украинской стороны. Так что мяч на украинской стороне, в том числе и по вопросу ее повестки дня.

Вопрос: Одной из наиболее известных словацких инвестиций в Украину была покупка компанией VSE Energy в 2001 году украинских облэнерго, однако затем стало очевидно, что под видом словацкой компании в Украину вошли российские инвесторы. Есть ли другие успешные примеры словацких инвестиций, что сдерживает их приход в Украину? Какие сектора наиболее привлекательны для инвесторов из Словакии?

Ответ: Я думаю, что словацкие компании, наши предприниматели воспринимают возможности инвестировать или сотрудничать с Украиной как важный вопрос. Это несомненно. Более того, мы приветствуем европейский выбор вашей страны, ваших граждан, сотрудничество и развитие кооперации с Европой и со Словакией в том числе. Но должен сказать, что нашим компаниям для хотелось бы видеть лучшие условия для работы инвесторов и большую прозрачность на всех уровнях по сравнению с тем, что было раньше. Это касается и возможности построить бизнес, это касается и бюрократической нагрузки, как этот бизнес выстраивать, это касается и возможности сотрудничества с местными банками, общения с местными чиновниками. То, что мы сейчас видим, что пока в этом направлении все препятствия не были сняты, а наоборот, остаются многие проблематичные явления. Жаль, потому что потенциал большой. Вы сами понимаете, что для развития и упрочнения этих отношений было бы хорошо, если бы мы заинтересовали конкретной инициативой и малый, и средний бизнес. Состав словацкой экономики такой, что малый и средний бизнес вырабатывает большую долю нашего национального продукта, и такие предприниматели могли бы свободно работать с соседями на 500-600 км. Но для выхода малого и среднего бизнеса в Украину надо, чтобы была создана хорошая почва. Такой, к сожалению, мы не видим. Но, надеемся, что мы ее увидим.

Если бы такая почва была создана, я думаю, что наши производители были бы заинтересованы не ввозить свои товары, потому что это невыгодно, а как раз наоборот, привносить свои инвестиции и работать со своими украинскими партнерами. То, что мы слышим от тех компаний, которые здесь работают (а некоторые неплохо работают), есть проблемы, прежде всего, в финансовой области. Мы в последнее время слышали такие конкретные жалобы и доводили их до представителей украинских властей, что хотелось бы видеть улучшения для бизнеса.

Но всеобщая оценка такова, что наши инвесторы могли бы найти на украинском рынке хороших, заинтересованных партнеров. Здесь есть хорошая среда на рынке труда, люди, которые заинтересованы работать и иметь устойчивый доход от нормальной работы на хорошем предприятии. Мы видим, что на украинском рынке труда множество хороших экспертов, подготовленных людей молодого, среднего, даже старшего возраста, так что с этой точки зрения здесь не было бы проблем. Хотелось бы видеть просто лучшие условия для развития бизнеса, что позволило бы привлечь намного больше инвестиций. Это единственный способ, каким образом развивать экономику. Мы это на собственном примере видели.

Собственно, эти вопросы мы тоже будем поднимать в ходе заседания нашей межправительственной комиссии. Так что надеемся на скорейшее формирование украинского правительства, распределение в нем полномочий между министрами и проведения межправительственной комиссии.

Вопрос: Какие сектора наиболее интересны для словацких инвесторов?

Ответ: Думаю, что мы будем ориентироваться на вопросы энергетической эффективности: сбережение тепла, электроэнергии в бытовом хозяйстве. Есть конкретные проекты, которые мы предлагаем украинским партнерам в этой сфере. Мы будем по этому поводу говорить в рамках программы реформ, которую правительство и ваш государственный аппарат под лидерством вашего президента готовят. Мы тоже подготовили наши проекты, мы их представили. Уже идут переговоры. Я думаю, у нас хорошие предпосылки для этого.

В рамках проекта есть предварительный интерес разработать такую схему сбережения и эффективного использования электроэнергии для одной или двух-трех пилотных областей, где бы мы смогли бы увидеть конкретный результат. Для нас важно, чтобы даже такой проект был реализован на конкретных коммерческих основаниях, потому что все-таки работа посольства, наших правительств, людей из политики – создавать привлекательные условия для работы бизнеса в рамках нормальных, рыночных экономических торговых отношений и прозрачных практик.

Вопрос: Словакия несколько лет проводила активную политику по привлечению туристов из Украины. Довольны ли вы результатами, не были ли напрасными потраченные усилия с учетом того, что сегодня платежеспособность украинцев сильно упала? Будет ли Словакия и далее проводить либеральную визовую политику для украинцев и предлагать привлекательные условия для бизнес-эмиграции?

Ответ: Мы по-прежнему заинтересованы в привлечении украинских туристов. Мы понимаем ситуацию в Украине, видим условия жизни украинцев, которые привели к некотором спаду туризма, но, наоборот, хотели бы активнее работать в нынешней меняющейся ситуации. Но все-таки, мы остаемся конкурентоспособными, у нас некоторые цены даже меньше, чем, например, в Киеве. И среди украинцев еще много таких, кто не посетил Словакию. Я думаю, что наши туроператоры, наши гостиницы, люди, которые занимаются туризмом, смогут быть очень хорошим поставщиком такого типа услуг, потому что мы считаем, что Словакия очень конкурентоспособна в этом направлении.

Вопрос: Существуют ли планы возобновления воздушного сообщения между Украиной и Словакией? Может ли что-то изменить вступление в силу договора "Об открытом небе"?

Ответ: С нашей стороны препятствий для возобновления авиасообщения нет, так как мы заинтересованы в росте пассажиропотока из Украины.

Вопрос: Будет ли увеличено число пунктов пропуска на границе между Словакией и Украиной, которых сегодня всего два? Граждане Украины неоднократно жаловались на медленную работу словацких таможенников и пограничников на границе, решена ли проблема?

Ответ: Мы должны смотреть очень реалистично на вопрос о погранпунктах. С одной стороны, мы знаем, что при пиковых нагрузках они работают на полную мощность. Поэтому всегда рекомендовали и рекомендуем нашим властям, если это возможно, увеличить число людей на границе в такие периоды времени, расширить пропускную способность.

Но, с другой стороны, надо рассматривать ситуацию в целом, смотреть на деньги и на то, как эти деньги окупаются. Потому что построить новый пункт пропуска -- это тоже большие деньги.

Но в целом, я думаю, что мы должны об этом говорить. Если наши отношения будут так позитивно развиваться, если будет расти количество туристов, которые поедут в Словакию или транзитом через Словакию, то в будущем это вопрос может быть решен позитивно.

Вопрос: Как обстоят в Украине дела у словацкой общины? Нет ли каких-нибудь проблем?

Ответ: Я думаю, что мы, наверное, одни из немногих соседей, с которыми никогда не было проблем у вашего государства, впрочем, как и у нашего государства с вами. По всем параметрам у нас никогда не будет проблем. Мы не претендуем ни на квадратный метр украинской земли. Это вытекает из нашей политики уважительного отношения к национальным меньшинствам. Мы всегда говорим нашим соотечественникам, которые живут за границей, и людям, которые считают себя словаками, что они должны быть лояльными гражданами в странах, где они проживают. И, естественно,они остаются словаками, с которыми мы общаемся, помогаем в культурном смысле. Это фундамент нашей политики, и она не будет меняться. Мы за единую Украину. И очень болезненно переживали все эти события и с Крымом, и то, что сейчас твориться на Донбассе.

Мы не можем признавать изменения границ таким образом, без договоренности между странами, без переговоров, а просто путем нарушения международного права. Это для нас очень болезненно. Мы бы хотели видеть единую Украину. Нам большая единая Украина идет на пользу. Не наша цель видеть дробление Украины Мы рады были бы чтобы Украина стала сильным государством, сильным соседом, надежным соседом, с которым мы могли бы кооперироваться в разных направлениях, включая, естественно, экономическое.

Украина. Словакия > Агропром > interfax.com.ua, 21 ноября 2014 > № 1251752 Юрай Сивачек


Турция. Россия > Агропром > agronews.ru, 29 октября 2014 > № 1210682 Игорь Абакумов

Комментарий. Четверть мирового рынка муки делает Турция из российского зерна.

Про импортозамещение сейчас не говорит только ленивый. Правда, редко приходится слышать голос специалиста. На очередном заседании Агробизнесклуба в Международной промышленной академии обсуждался как раз этот вопрос и говорили только специалисты. Заглавный доклад делал президент Зернового Союза России Аркадий Злочевский.

Ряд вопросов, поднятых Аркадием Злочевским, был стратегическим. На взгляд эксперта, действующие и перспективные программы поддержки АПК страдают одним недостатком – попыткой «размазать» средства, выделяемы бюджетом, на всю сельскохозяйственную деятельность в России. Между тем, по его мнению, аграрный бюджет следует разделить на средства развития и средства поддержки.

Средства развития следует направлять на приоритетные сферы, где намечается или уже достигнут успех – промышленное производство молока, свинины, говядины, птицы, зерна. Средства поддержки, скажем, - на финансирование традиционных способов ведения сельского хозяйства в отдаленных регионах и среди малых народов (оленеводство, табунное коневодство и пр.) Причем два этих бюджета должны питаться из разных источников. Тогда не будет путаницы при распределении средств.

Нынешняя практика софинансирования проектов, когда деньги сначала вкладывает регион, а вторая часть потом поступает из бюджета, по мнению Аркадия Злочевского, стало тормозом развития магистральный направлений в регионах. А если регион дотационный, то там и строить не надо? Требуется искать и предлагать новые критерии для принятия решений о финансировании крупных проектов.

Проблеме выбора критериев уделили внимание многие участники обсуждения. Злочевский задал тон: при строительстве селекционно-генетических центров много внимания уделяется оборудованию и зданиям, но почти не говорится о кадрах. А мозги, специалисты, их оплата, охрана авторских прав и –главное – подготовка остается за кадром.

Территориальное зонирование размещения производств тоже нуждается в переосмыслении. Всем известны перекосы в размещении посевов подсолнечника, есть регионы, где эта культура занимает более 70 процентов в севооборотах, когда не должно быть более двенадцати. Желание получить прибыль ведет к истощению особо ценных почв и заражению их болезнями и сорняками, что требует применения все более «жестких» (и более дорогих) гербицидов. Пример самого развитого региона страны – Белгородской области, где высочайшая концентрация производства свинины – заслуживает не только высочайшего уважения, но обоснованной тревоги. В случае, если там произойдет вспышка какого-либо заболевания скота, страна будет поставлена перед необходимостью увеличения импорта свинины. Диверсификация производства мяса – это одна из фундаментальных основ продовольственной безопасности.

На фоне разговоров об импортозамещении много мнений и о повышении конкурентоспособности. И опять стоит проблема выработки общего критерия. На взгляд профессионалов, мерило здесь одно – экспорт. Если продукция идет на экспорт, она конкурентоспособна.

Пока основной экспортный товар АПК – это зерно. Но зерно, при всем уважении, это сырье. Можем ли мы продавать продукт второй-третьей переработки? Аркадий Злочевский привел пример Турции, которая производит 2 млн 900 тысяч тонн муки – почти четверть мирового производства – исключительно из российского зерна. Может ли Россия сделать то же самое? Нет. Тарифы на энергоресурсы в три раза выше, на транспорт – тоже, на бюрократические и коррупционные процедуры – на порядок выше. Получается, что государственная инфраструктура оказания услуг предпринимателям практически направлена против расширения производства и экспорта муки. А между тем это сдерживает участие России – и ее крестьянства – в тех же программах продовольственной помощи ООН. Ведь голодающие в Африке едят не зерно, а муку.

Председатель аграрного комитета Федерального Собрания Геннадий Горбунов – председатель Агробизнесклуба – развил эту мысль: Россия стала единственной страной, которая отказалась от субсидирования своего экспорта при вступлении в ВТО. Почему – ответа нет.

Остается сожалеть, что в заседаниях Агробизнесклуба, где собирается обсуждать свои проблемы элита отрасли, все реже бывают представители Минсельхоза. На последнем заседании не было вообще никого.

Это тоже позиция, которую приходится учитывать в работе.

Игорь Абакумов – «Крестьянские ведомости».

Турция. Россия > Агропром > agronews.ru, 29 октября 2014 > № 1210682 Игорь Абакумов


Россия. ЦФО > Агропром > agronews.ru, 20 октября 2014 > № 1201837 Константин Бабкин

Комментарий. К. Бабкин. Будни лоббизма.

Завершилась выставка АГРОСАЛОН. Улеглась суета, можно подвести некоторые итоги и обозначить планы. Лидер Росагромаш Константин Бабкин так прокомментировал происходящее.

В то время как во всем мире объем продаж сельхозтехники снизился, в России увеличился, и это дает некоторый оптимизм.

Можно выделить три причины роста рынка в России: хороший урожай зерна и неплохие цены на сельхозпродукцию; снижение курса рубля, что благоприятно сказывается на конкурентоспособности российской продукции; запуск субсидии по Постановлению Правительства №1432. Поскольку возможности влиять на погодные условия следующего года и на политику Центробанка довольно ограничены, представители отрасли в органах государственной власти получили задачу сохранить и улучшить работу государственной субсидии.

Суть субсидии №1432 следующая. Российский производитель техники предоставляет покупателю 15-процентную скидку, и в течение нескольких месяцев государство эту скидку производителю возмещает. При этом субсидируется не любая техника, а только произведенная в России с выполнением важнейших производственных операций и с высоким уровнем локализации. Механизм простой и понятный, субсидия доступна любому фермеру и любому производителю, влияние бюрократов на распределение сведено к минимуму.

Отрасль мечтает о том, чтобы финансирование субсидии было увеличено с 1,9 миллиарда рублей до 4 миллиардов в год, размер скидки был бы увеличен до 20%, действие субсидии распространялось бы не только на российских, но и зарубежных потребителей.

Есть у нас и оппоненты. Причем в данном случае речь идет не о том, выделять деньги или нет, а о том, сколько и как тратить.

Заявляется, что надо отменить субсидию №1432, на переоснащение села надо выделять не 4, а 6 миллиардов в год, надо увеличить размер скидки до 35%, а распределение денег пусть в ручном режиме пусть проводят Минсельхоз и губернаторы.

Для сельхозмашиностроения такой вариант плох по нескольким причинам.

Первая - неравномерное распределение средств. Некоторым регионам достается гораздо больше денег, чем другим, некоторым хозяйствам не достанется ничего, некоторые получат миллиарды. Опыт говорит, что будет именно так. Такой метод распределения стимулирует хозяйства укреплять отношения с чиновниками и не стимулирует обновлять парк техники.

Вторая причина состоит в том, сочетание этого механизма распределения денег и обязательств перед ВТО делает невозможным наложение ограничений на типы приобретаемой техники. Поскольку закупки иностранной техники связаны с приятными поездками в разные столицы мира, нужно ожидать, что большую часть средств чиновники потратят на увеличение импорта. Это означает, что такая "помощь" для сельхозмашиностроения России обернется снижением доли рынка и другими потерями.

Третья причина состоит в том, что некоторые иностранные фирмы не стесняются давать взятки российским чиновникам. Помнится, тема даже обсуждалась в американском Конгрессе, что, однако, не повлекло ни для кого видимых последствий. В любом случае непрозрачность механизма распределения средств может привести к тому, что не все деньги дойдут до крестьян.

Эти вещи плохи для отрасли, но хороши для чиновников, причастных к распределению денег. Минсельхоз в 2014 году должен распределить 170 миллиардов рублей на поддержку сельского хозяйства по разным статьям. Из них 168 миллиардов - по обычным затуманенным механизмам через региональных чиновников, и лишь 1,9 миллиарда - в виде прямой субсидии с четко прописанным механизмом по Постановлению Правительства №1432.

На распределении субсидий сидит хорошо спаянная команда, куда входят высшие чины Минсельхоза, некоторые чиновники уровня директоров департамента аппарата Правительства и Минфина, некоторые депутаты, например, депутаты Кулик и Школкина. Положение этих людей зависит от количества распределенных ими денег и не зависит от того, сколько техники получат крестьяне. Реакция этих людей на программу №1432 очень негативная.

Есть, конечно, и разумные люди, на чью поддержку мы рассчитываем.

Опыт показывает, что любой здравомыслящий человек, который благожелательно настроенный к развитию сельхозмашиностроения в России, после вникания в ситуацию занимает сторону сельхозмашиностроителей.

Хорошая возможность для нашей работы была на выставке АГРОСАЛОН. Выставку посетили примерно пятнадцать депутатов Госдумы от разных фракций, включая Геннадия Зюганова, председателя комитета по промышленности Сергея Собко и его зампреда Владимира Гутенева, председателя комитета по экономике Игоря Руденского, руководители Министерства промышленности во главе с Денисом Мантуровым. Многие из этих особо важных гостей хорошо знают ситуацию в сельхозмашиностроении, и отрасль показывает успехи во многом благодаря их многолетней поддержке.

Все они общались с руководителями разных предприятий сельхозмашиностроения, с потребителями техники. Уверен, все они уехали с выставки с ощущением, что сельхозмашиностроение России велико и разнообразно, что его продукция успешно конкурирует и достойно смотрится рядом с лучшими мировыми образцами, с уверенностью, что отрасль надо поддерживать и что для этого есть магическое число 1432. Вот уже есть заявления. На АГРОСАЛОНе были министры сельского хозяйства Кыргызстана и Ирана, но не были замечены представители Минсельхоза России. Не было также представителей Минэкономразвития и Минфина, я уж не говорю о Центробанке.

Это опять иллюстрация к тому, что наши живут в отрыве от реалий. Поэтому дискуссию с ними об аграрных субсидиях, об условиях членства в ВТО, о кредитных ставках и налоговой политике будем и дальше вести дистанционно, через выступления на Московском экономическом форуме, через прессу.

Ну, ничего, на той стороне несколько сотен, на нашей стороне должны быть миллионы, ведь новая индустриализация нужна всем.

Россия. ЦФО > Агропром > agronews.ru, 20 октября 2014 > № 1201837 Константин Бабкин


Россия. ЦФО > Агропром > agronews.ru, 13 октября 2014 > № 1195888 Евгений Корчевой

Комментарий. Е. Корчевой. Субсидирование покупки техники – самая эффективная госпрограмма.

Сельхозмашиностроители в рамках Российского агротехнического форума обсудили потенциал аграрного сектора и механизмы повышения рентабельности отечественных сельхозпредприятий в условиях неравной конкуренции. Комментирует дискуссии на Форуме и ситуацию в отечественной отрасли производства машин и оборудования для АПК директор Российской ассоциации производителей сельхозтехники "Росагромаш" Евгений Корчевой.

Если говорить об антироссийских санкциях Запада, то мы пока не почувствовали никаких результатов – ни отрицательных, ни положительных – от их введения. Развитие аграрной отрасли косвенно связано с санкциями. Самая серьезная проблема сейчас – кредитование сельского хозяйства.

Наши клиенты, которые закупают сельхозтехнику, жалуются, что банки увеличили процентные ставки, ужесточили требования по залогам, а, зачастую, и вовсе отказывают в выдаче кредитов без объяснения причин. Сельское хозяйство – сезонный бизнес, для которого необходимо привлечение средств.

Рынок сельхозтехники в нынешнем сезоне подрос благодаря программе софинансирования.

Но рост произошел не потому, что клиенты себя хорошо чувствуют, а ввиду запуска госпрограммы субсидий. Формула такая: производство выросло, рынок вырос, импорт сократился. Больших катаклизмов мы не видим, но развитию сектора мешает наличие неопределенности. Производители остерегаются делать инвестиции, так как не понимают, что будет происходить с экономикой в следующем году.

Постановления правительства №1432 о предоставлении субсидий на возмещение части затрат на производство и реализацию сельскохозяйственной техники - это самая эффективная, на мой взгляд, госпрограмма – денег тратится очень мало, а эффект большой. Этот механизм уже привел к росту производства.

При этом субсидия "прозрачная" - вся информация размещается на сайте Минсельхоза, она полностью антикоррупционна, так как проводится в автоматическом режиме, чиновники не принимают ни одного решения субъективно: все основано на объективных критериях. Это единственная программа Минсельхоза, по которой субсидии выплачиваются не через субъекты федерации, тем самым, у регионов нет необходимости в софинансировании - федеральная программа доступна для всех территорий РФ.

Но, безусловно, там есть и недочеты, и уже три раза в это постановление вносились изменения и, скорее всего, они не последние. Но на сегодняшний день это реальный эффективно действующий механизм расходования средств, выгодный как производителям сельхозтехники, так и государству.

В регионы мы могли продавать технику, которая субсидируется, только по квотам. Они были жестко распределены и привязаны к объему производства на местах. Спрос на сельхозтехнику неравномерный. Не было механизма перераспределения квот, а сейчас он появился в постановлении.

Но, честно говоря, мы выступаем за то, чтобы со следующего года региональные квоты были полностью отменены, чтобы программа действовала исходя из реального спроса на продукцию. К примеру, в одном субъекте РФ сейчас идут большие инвестиции, и в последующие 2 - 3 года там фермеры и сельхозпроизводители приобретать технику не будут, а в других субъектах спрос, наоборот, повысится. Спланировать это невозможно. Будем обращаться в Правительство с просьбой либерализовать данный подход.

Кроме того Росагромаш уже подготовила предложения в Правительство РФ, профильные ведомства и в Госдуму по увеличению объема финансирования программы с 1,9 млрд до 4 млрд рублей с тем, чтобы объем предоставляемых субсидий мог также быть увеличен с 15 до 20%. Это связано с двумя причинами.

Во-первых, все больше заводов начинает участвовать в этой программе. Она работает полтора года – уже обкатаны механизмы, понятны алгоритмы работы госпрограммы. Даже те, кто не верил в ее эффективность, смогли убедиться в этом.

Во-вторых, отраслевые специалисты дают негативный прогноз на следующий год. Мы считаем, что сельхозпроизводители сократят производство техники на 15-20%. Поддержка в данном случае необходима, чтобы держать уровень производства этого года или, еще лучше, увеличить объемы.

Кстати, недавно подписанное соглашение о сотрудничестве Росагромаш с АККОР поможет в этом. Совместно проще бороться и за преодоление административных барьеров, на которые жалуются наши клиенты.

Например, многие недовольны чрезмерностью требований Минсельхоза, что тормозит процесс осваивания средств и реализации субсидий. Это связано с тем, что ежегодно производители должны подтверждать наличие производства, проходить переаккредитацию. Учитывая, что эта программа рассчитана до 2020 года, мы предлагаем для устранения бюрократических "заморочек" выдавать заключения сроком на 2-3 года.

Однако мы полагаем, что это второстепенные вопросы, безусловно, решаемые и обсуждаемые, заявил Евгений Корчевой.

Впрочем, не все участники обсуждения на Российском Агротехническом Форуме были полностью единодушны в оценке действенности программы государственного субсидирования продаж техники. Можно сказать, что разразилась нешуточная дискуссия между представителями государственной власти, сельхозмашиностроителями и участниками Форума о необходимости пролонгации и увеличения субсидирования программы №1432.

Так, Павел Бурак, исполняющий обязанности директора Департамента научно-технологической политики и образования Министерства сельского хозяйства РФ, заявил о недостаточной эффективности данной программы «сегодняшний день у нас по освоению порядка 1,3 млрд. рублей из 1,9».

Все сельхозмашиностроители сошлись во мнении, что отмена программы №1432 – это верный путь к развалу отечественного сельхозмашиностроения. Предложенный депутатами Государственной Думы проект субсидирования приобретения сельхозтехники, взамен постановления №1432, предусматривающего субсидирование производства, приведет к засилью зарубежной техники на отечественном рынке и резкому скачку коррупции.

Валерий Мальцев, на примере компании «Ростсельмаш», рассказал об эффективности постановления Правительства №1432: «Если говорить в цифрах, 1 900 000 000 – это общий объем субсидий, заложенный на этот год; из них 1 235 000 000, согласно квотированию, может выбрать компания «Ростсельмаш». На сегодняшний день выбрано 1 105 000 000, из них на 853 000 000 документы уже сданы в Минсельхоз, и на 500 000 000 субсидии получены. Соответственно, за оставшиеся два месяца мы выберем дельту между 1 235 000 000 и 1 105 000 000. Эти 130 миллионов – это не проблема. Это полмесяца нам поработать. Поэтому я считаю, что субсидии эффективны. На примере нашей компании есть все доказательства в цифрах. Правда, существовали некие ограничения. Почему мы раньше не выбрали свой 1 235 000 000? Первое ограничение, как вы все прекрасно знаете, это было неверное, наверное, распределение субсидий по регионам. Когда такие регионы, как дальневосточные округа, получали страшные деньги, но при этом не отоваривали, не выбирали, а такая область, как Орел, по которой мы до сих пор не получили субсидии из-за того, что мы перерасходовали лимит Орловской области. Мы только одной компании «Авангард» поставили 100 комбайнов Torum. К сожалению, до сих пор субсидии не получили, потому что лимита не хватает этой области. На сегодняшний день принят механизм перераспределения оставшихся субсидий между областями, но это принято было, к сожалению, не быстро и не так своевременно».

Ну, и в заключение этих заметок вновь вернемся к комментарию директора Росагромаш.

Корчевой напомнил, что сегодня Россия импортирует сельскохозяйственную технику в 5 раз больше, чем экспортирует. Поэтому нужно создавать равные условия для производителей сельхозтехники, развивать собственные производства. Для этого у нас есть достаточное количество инженеров, рабочих, конструкторских центров, центров компетенции, производственных баз. Необходимо формировать условия, чтобы технику было выгодно производить здесь, а не "затаскивать" ее к нам.

Большую роль играет и макроэкономическая политика. Результат того, что экспорт многократно меньше импорта – то, что за 10 лет в 10 раз укрепился реальный курс рубля по отношению к доллару с учетом инфляции. За счет только "рублевых" подвижек нам стало в 10 раз тяжелее работать. Нам в 10 раз не выгоднее стало экспортировать.

Еще одна важная сфера для современного состояния сельскохозяйственного машиностроения – это НИОКР и подготовка кадров.

НИОКР – во всем мире рискованная сфера. Ее надо поддерживать всеми возможными способами. Те инструменты, которые есть, необходимо развивать – увеличивать финансирование, количество проектов. Проблему кадров заводы решают самостоятельно – инвестируют в подготовку высококвалифицированных специалистов. Нам кажется, что это совместная задача бизнеса и государства. Необходимо, чтобы появились инструменты софинансирования программ, которые реализуют наши заводы. Государство должно взять хотя бы 50% таких расходов, поскольку это вклад в образование, в новые рабочие места.

Собственно, в констатации всего, что было сказано выше и есть своего рода итог прошедшего Агротехнического Форума.

Резюмируя точки зрения экспертов и специалистов отрасли, можно сделать вывод о единодушной поддержке постановления Правительства №1432. Выражена озабоченность по поводу финансовой ситуации в сельском секторе в 2015 году. Четко прозвучало, что российские заводы сейчас включают в свою стратегию вопросы не только развития и увеличения поставок на внутреннем рынке, но и экспорта, за счет которого можно поднять конкурентоспособность отраслевых предприятий, сказал, завершая комментарий, Евгений Корчевой.

Россия. ЦФО > Агропром > agronews.ru, 13 октября 2014 > № 1195888 Евгений Корчевой


Россия. ЦФО > Агропром > forbes.ru, 7 октября 2014 > № 1192709 Александр Губарев

Как воронежский бизнесмен построил сеть фастфуда с оборотом 1,7 млрд рублей

Анастасия Карпова

корреспондент Forbes

Александр Губарев, опираясь на опыт конкурентов из США, Москвы и Петербурга, стал лидером городского рынка фастфуда. Почему теперь предприниматель движется в сторону премиального сегмента?

«Красивое место, я тут забавляюсь и отдыхаю, но сил больше трачу на уличные точки», — объясняет воронежский предприниматель Александр Губарев, пробуя кофе в собственной кондитерской «Моне». Еще у него есть «Рокабу», «Гренка» и «ОстроWok», но все эти заведения бизнесмен называет верхушкой айсберга. В прошлом году оборот принадлежащей Губареву группы компаний «Робин Сдобин» составил 1,7 млрд рублей. Более 60% выручки принесла одноименная сеть уличных павильонов и киосков фастфуда. «Робин Сдобин» — это смесь идей, которые владелец почерпнул в США, Москве и Санкт-Петербурге. В результате получился крупнейший в Воронеже общепит — 177 точек.

Стартовый капитал Губарев заработал в первой половине 1990-х на одежде и детских игрушках. Его поставщики из Объединенных Арабских Эмиратов торговали еще и бытовой техникой. Доход с таких товаров был больше, и Губарев с партнерами переключился на стиральные машины, холодильники и микроволновки вместе со столовой посудой. Они выкупили несколько помещений под магазины, сделали сайт и стали торговать техникой под розничным брендом «Альбинос». В кризис 1998 года выручка «Альбиноса» упала в четыре раза, но закрывать компанию Губарев не стал.

«Через год мы встали на ноги, но с рентабельностью всего 5–7%», — рассказывает он. К тому моменту в Воронеже открылся первый магазин федеральной сети — «Эльдорадо». Понимая, что за ним появятся другие, а конкурировать с федеральными ритейлерами непросто, Александр задумался, куда бы вложить деньги. Стал присматриваться к рынку общепита, хотел купить франшизу Baskin Robbins, но не успел. Его жена услышала объявление по радио — американский Центр гражданских инициатив (CCI) набирает группы молодых предпринимателей из России, чтобы показать, как устроен бизнес в Соединенных Штатах.

Губарев на следующий же день отправил заявку. За месяц пребывания за океаном он познакомился с бизнес-моделями 20 ведущих американских сетей фастфуда.

Вернувшись в Воронеж, предприниматель решил создать собственную сеть: «Я понял, что те вещи, которые увидел в Америке, рано или поздно будут в России».

Первым делом он довел до конца сделку по покупке помещения бывшего кафе, к которому присматривался еще в начале 1998 года. Собственникам срочно требовались наличные, поэтому помещение, до кризиса стоившее $400 000, досталось Губареву за $60 000.

На закупку оборудования начинающий ресторатор потратил $15 000, причем треть суммы он получил от посетившего Воронеж американского благотворителя Артура Шульца. Американец предоставлял региональным предпринимателям деньги на развитие бизнеса при условии, что долг они оплатят поставками собственной продукции детским домам. Выбирая пекарную и другую кухонную технику, основатель «Робина Сдобина» познакомился с Александром Мазуркевичем из московской компании «Перфекс», специализировавшейся на поставках оборудования кафе и ресторанам. Мазуркевич согласился на первых порах консультировать Губарева. В частности, посоветовал обратить внимание на меню столичной сети «Русское бистро» — пироги.

«Русское бистро» я частично и скопировал, — признает предприниматель. — В Москве эта модель из-за проблем с воплощением долго не просуществовала. А я ее усилил, сделал микс по товарной матрице».

Посетив Санкт-Петербург, Губарев обошел ряд местных заведений. Обед в салат-баре «Грин Крест» навел его на мысль добавить к пирогам-слойкам разнообразные салаты. Отметил он также спрос на фирменные десерты. Из американского Губарев включил в меню несколько вариантов бургеров и сэндвичей. В конце 2000 года он открыл кафе под вывеской «Робин Бобин». Но зарегистрировать розничный бренд не смог — оказалось, в Челябинске есть компания, владеющая такой торговой маркой. Тогда Губарев заменил одну букву — получилось название с намеком на содержание. 

Как вспоминает Максим Бобров, генеральный управляющий компании Restorator projects, в начале 2000-х Воронеж «был вообще не ресторанным». Первые кофейни под названием «Дубль Два» и Dolce Vita помимо выпечки и соответствующих напитков предлагали еще и горячие блюда. Губарев сделал ставку на посетителей с достатком чуть ниже среднего. Но первые месяцы работы ему пришлось перекачивать деньги из стабильно работающего магазинного бизнеса в развивающееся кафе (восемь магазинов «Альбинос» приносили ему около 3 млн рублей в месяц). 

«На технике я деньги зарабатывал, а здесь я их проедал», — вспоминает предприниматель. Чтобы максимально загрузить дорогостоящее оборудование, Губарев решил расширять сбыт, открывая уличные точки-киоски.

Воспользовавшись знакомствами в администрации города (в начале 1990-х он работал в воронежском пенсионном фонде), бизнесмен предложил чиновникам сделку: он обустраивает за свой счет несколько детских площадок, а взамен получает места под сеть киосков.

В администрации ответили: сначала площадки, потом места.

За детскую площадку на Никитинской улице в центре Воронежа владелец «Робина Сдобина» в 2001 году получил места для пяти киосков — как он говорит, под честное слово главы управы центрального района города, что киоски потом не будут снесены. Уличную сеть (киоски и павильоны) предприниматель стал развивать под маркой «Робин Сдобин», а кафе со схожим и более широким меню — под маркой «Рокабу». К 2004 году Губарев приобрел право аренды и установил 32 киоска общественного питания, потратив на детские площадки около $30 000. При месячной выручке 16 млн рублей сеть в том же году вышла на самоокупаемость.

Параллельно предприниматель организовывал для «Робина Сдобина» отдельное производство полуфабрикатов, кулинарии и пр. За 40 млн рублей он выкупил заброшенный завод по производству шприцев в Воронеже, еще столько же вложил в переоборудование. Производство сегодня занимает 5000 кв. м и выпускает 5 млн изделий в месяц — слойки, пирожки, торты, салаты, бутерброды, охлажденные первые и вторые блюда. Причем 35–40% продукции завода Губарев продает сторонним кафе и ресторанам.

На самом старте у «Робина Сдобина» появился конкурент — сеть киосков «Русский аппетит», первый из которых открылся в июне 2000 года (начинали с курицы гриль, потом добавили в меню горячие бутерброды, салаты, кондитерские изделия). «В Воронеже мы занимаем более 50% рынка фастфуда, наши ближайшие конкуренты — 42%, остальные игроки, в том числе и несетевые, — менее 2%», — уверяет председатель совета директоров группы компаний «Русский аппетит» Андрей Прытыкин. В Воронеже у него более 130 киосков, еще около 70 точек в других городах региона, но их оборот, как и выручку всей группы (сеть кафе «Вермишель», пабы «Гвозди», сеть быстрого обслуживания «Буфет»), Прытыкин не раскрывает.

Оценки долей — цифры условные, однако можно сказать, что компании Губарева и Прытыкина вместе контролируют примерно 80% рынка общественного питания в Воронеже. «При выходе на этот рынок мы в первую очередь учитывали позиции «Робина Сдобина» и «Русского аппетита», — говорит директор по развитию сети «Стардог!s» Андрей Занин (более 30 франчайзинговых точек в Воронеже).

Соперничая с «Русским аппетитом», Губарев вкладывался в расширение своей сети на пределе возможностей — в 2010 году, например, открыл 30 киосков «Робин Сдобин». Действовал он по старой схеме: договоренности с мэрией по аренде мест в обмен на социальные инвестиции. В пресс-службе администрации Воронежа комментировать сотрудничество с «Робином Сдобином» отказались, сославшись на то, что не могут «отдавать предпочтение тому или иному игроку рынка» (вероятно, имея в виду компанию «Русский аппетит»; можно добавить, что ее основатель — активист регионального политсовета «Единой России»).

В 2011 году оборот «Робина Сдобина» превысил 80 млн рублей, что позволило Губареву в дальнейшем арендовать места на коммерческих условиях. Бренд стал узнаваем, и вкладываться в рекламу не приходилось — к каждому новому киоску выстраивалась очередь. В открытие точки — киоска или павильона — с проходимостью 300–400 человек в день предприниматель вкладывает от 700 000 до 1 млн рублей, тогда как на старте тратил в среднем 550 000 рублей. Но и средний чек в «Робине Сдобине» сейчас втрое выше — 68 рублей.

Сеть «Альбинос» еще существует, но представлена всего двумя магазинами, продающими посуду и кухонные принадлежности. Для Губарева они не обуза — какой-никакой, но доход (2,5 млн рублей выручки в месяц). А размах основного дела уже начинает его смущать.

«Я хотел бы построить такой бизнес, который был бы не так зависим от жизненных сил владельца», — мечтает предприниматель.

Пока он во все вникает сам. Когда захотел сделать проект премиального сегмента, похожий на европейские кофейни-кондитерские, то просмотрел и отверг несколько вариантов, а потом съездил на выставку в Париж, где нашел немцев-консультантов — они написали концепцию «Моне» и разработали дизайн интерьера. Но меню для новой сети Александр придумывал самостоятельно.

За год он открыл три «Моне» и теперь думает заняться так называемой здоровой едой. «У людей есть деньги, они стали заботиться о своем питании, хотят знать, что едят. Нужно им оказать эту услугу, — рассуждает предприниматель. — Не будешь действовать согласно рынку — вымрешь».

Россия. ЦФО > Агропром > forbes.ru, 7 октября 2014 > № 1192709 Александр Губарев


Россия > Агропром > agronews.ru, 29 сентября 2014 > № 1185129 Константин Мезенцев

Комментарий. МЭФ. Замещать импорт надо. Но какой и как?

В Москве прошло заседание секции Московского экономического Форума (МЭФ), посвященное вопросам импортозамещения. Однако осуществить быстрый и безболезненный переход к новой для России экономической политике в условиях обострившейся геополитической обстановки необычайно сложно. Для этого требуется внушительный объем ресурсов, большая доля государственной поддержки и решение ряда проблем государственного управления.

Как же эффективно прийти к импортозамещению? Какие меры для этого необходимо предпринять? Наконец, сможем ли мы реализовать потенциал нашей страны в полной мере? Об этом говорили эксперты МЭФ в Торгово-промышленной палате РФ. В дискуссии приняли участие видные ученые, предприниматели, политики и государственные служащие.

Директор Института экономики РАН, сопредседатель МЭФ Руслан Гринберг весьма пессимистично оценил актуальную экономическую ситуацию в России. «Российская экономика переживает стагнацию. Среди специалистов спор – перейдет ли она в рецессию или будет длительная фаза роста. В Правительстве надеются на рост. Однако учитываются и возможные риски стагнации».

В этой связи маститый аналитик задал вопрос, а какой должно быть это самое замещение импортных товаров, поставляемых привычными экспортерами?

Только ли другими поставщиками? Но ведь тогда для российской экономики и общества мало что изменится.

Отечественными? Но тогда придется очень дорого заплатить за практически четверть века отсутствия разумных экономических и управленческих реформ. А для этого вряд ли сегодня российское государство имеет столько денег.

И еще один важнейший вопрос.

Замещать все, что отдано на откуп мировой глобализации или же выбирать самые перспективные точки роста, вложения в которые повлекут за собой заметный мультипликативный эффект. То есть должна ли в принципе наша страна производить всю номенклатуру товаров или все же оставить какие-то секторы для свободного рынка? Ведь, в конце концов, вряд ли в мире существует хоть одна экономика, которая производит абсолютно все необходимые товары.

Типичный пример США. Там практически полностью отсутствует производство бытовых телевизоров. И никто особо по этому поводу не расстраивается, поскольку японское, корейское, китайское производство весьма удачно закрывает эту нишу. То же самое можно сказать и о сувенирном ширпотребе.

В своих выступлениях такие видные эксперты, как председатель комитета ТПП РФ по развитию агропромышленного комплекса, председатель Наблюдательного совета ГК «Белая Дача» Виктор Семенов, первый заместитель председателя комитета ГД по бюджету и налогам Оксана Дмитриева, член Генерального Совета ВПП «ПАРТИЯ ДЕЛА», директор Института проблем глобализации Михаил Делягин, председатель Агропромышленного Союза России Сергей Кислов, председатель Наблюдательного совета Института демографии, миграции и регионального развития Юрий Крупнов , президент Института национальной стратегии, председатель Президиума Экспертного совета Военно-промышленной комиссии при Правительстве РФ Михаил Ремизов, руководитель Фракции Политической партии «Либерально-демократическая партия России» Владимир Жириновский, издатель портала AgroNews Игорь Абакумов сошлись на том, что все же сегодня Правительство должно сконцентрировать усилия на прорывных направлениях, имеющих основополагающее влияние на судьбы России и россиян.

Модератор дискуссии, президент ПС «Новое Содружество», сопредседатель МЭФ Константин Бабкин в своем выступлении отметил, что за последние полгода на уровне руководства страны «…Много говорится про создание рабочих мест, про развитие производства, про технологическое развитие, про продовольственную безопасность. Однако правильная риторика пока недостаточно подтверждается правильными действиями. Не произошло значительных кадровых изменений в органах власти. Это означает, что люди, ответственные за деиндустриализацию и создание кризиса не получили порицания и продолжают руководить экономической политикой. Чего нам не хватает, так это Разумной экономической политики», – сказал К. Бабкин.

По мнению президента «Росагромаш» политика отдельных государственных институтов неадекватна. В качестве примера К. Бабкин привел действия Центробанка России, который за 9 месяцев нынешнего года трижды менял ставку рефинансирования и каждый раз она повышалась. «Вместо радикального снижения налогов страна получает их повышение и введение новых налогов, вместо радикального снижения процентных ставок получила их резкое повышение, вместо снижения цен на сырье, энергоресурсы и услуги естественных монополий продолжается их дальнейший рост», – отметил К. Бабкин.

Виктор Семенов в своем выступлении заявил: «В условиях, когда не хватает ресурсов нельзя распыляться на весь фронт. Нужно сделать план, дорожную карту и подумать, куда инвестировать, где лучше климатические условия, где логистика. Все это позволит уберечь государственные ресурсы от неэффективного использования».

Его поддержал председатель правления Национального союза производителей молока Андрей Даниленко: «Давайте вкладывать туда, где есть результат. После вступления России в ВТО начался рост цен на продукты питания – импорт выдавливал отечественных производителей с российского рынка. Создав условия для них, мы вскоре получим дешевое продовольствие. В противном случае, продукты питания будут в нашей стране самыми дорогими в мире».

А вот Владимир Жириновский считает возможным полную замену импорта отечественными товарами. «Мы вывозим лучшие продукты, а завозим из-за границы плохие. Кавказ, Средняя Азия дадут нам все, что не даст Европа в связи с введением ответных санкций. В конце концов, мы должны стать полностью самодостаточными. Только в этом случае мы добьемся успеха» - заметил лидер партии ЛДПР.

Впрочем, для того, чтобы понимать, на каких направлениях надо концентрировать государственные финансы и административные усилия, нужно серьезное и обоснованное знание реальной ситуации, отметил в выступлении Игорь Абакумов.

Как отмечал издатель AgroNews в своей недавней статье, «Мать интуиции – информация. Когда ее нет – это тоже новость, но не хорошая. Никто не объявил – сколько продукции и какого качества должен произвести к следующей осени российский агробизнес? Каковы будут цены закупки для государственных нужд (армия, тюрьмы, детские сады, больницы, школы и т.д.)? Сколько и чего у нас вообще производится? И как без этих цифр обеспечивать доходность бизнеса?

А сельскохозяйственной статистики в России нет. То, что «на гора» выдает Росстат, весьма приблизительно, не соответствует реалиям и не позволяет делать вменяемые выводы. Государственное ведомство даже не понимает – чего от него хотят».

Для контраста Абакумов привел пример сельскохозяйственной статистики Минсельхоза США (USDA). Каждый день рыночные репортеры – госслужащие – посещают фермы, ранчо, оптовые склады, скотобойни, бензоколонки и магазины. И утром на мониторах компьютеров не только американских фермеров, но и всего мира – весь срез цен, объемов и названий того, что растет, доится, хранится, сеется и убирается. Это государственная работа – обслуживать бизнес. Почувствуйте разницу – на USDA работают десятки тысяч человек, а МСХ РФ – всего 700.

Сбором информации и ее анализом в РФ занимаются крупные компании и общественные организации. Как умеют. Фермерам это вообще не «по зубам». Мелкие хозяйства пользуются отрывками информации, которые случайно, бессистемно и с запозданием попадают в интернет, с горечью и некоторой завистью отметил издатель AgroNews

Дискуссия на сессии получилась весьма живой и интересной.

Конечно, жаль, что российское чиновничество не склонно прислушиваться к мнению экспертного сообщества. Особенно того, которое терпеливо и настойчиво предлагает государству и обществу не замыленное чинопочитанием и низкопоклонством объективное видение ситуации в стране и предлагает наиболее разумные выходы из самых сложных ситуаций.

Но – регулярное падение водяных капель разрушает самый твердый камень. Хватило бы только сил и терпения у этого животворного источника…

Константин Мезенцев «Крестьянские ведомости»

Россия > Агропром > agronews.ru, 29 сентября 2014 > № 1185129 Константин Мезенцев


Россия > Агропром > agronews.ru, 25 сентября 2014 > № 1182782 Виктор Семенов

Комментарий. В. Семенов: аграрии нуждаются в постоянной господдержке.

О том, что Россия намерена проводить активную политику импортозамещения, президент России Владимир Путин объявил на панельной сессии ПМЭФ. По его словам, программа будет разработана к октябрю 2014 года с учетом взятых Россией обязательств перед ВТО и партнерами по формирующемуся Евразийскому экономическому союзу. При этом акцент будет сделан на тех отраслях, где импортозамещение «перспективно» и российские товары будут конкурентоспособными на мировых рынках. Среди них – сельское хозяйство. О том, как реализуется программа, размышляет председатель Наблюдательного совета Группы компаний «Белая Дача» Виктор Семенов.

Приятно слышать те сигналы, которые идут от правительства, заявившее, что меры поддержки отечественного производителя будут увеличиваться. Сейчас рассматриваются конкретные цифры – насколько у бюджета есть возможности увеличить господдержку в рамках госпрограммы, принятой до 2020 года. Но отдельные товаропроизводители уже сейчас занимаются реальной работой по увеличению своего производства. К примеру, производители сыров, которые могут моментально начать использовать свои свободные мощности. Однако надо понимать, что в сельском хозяйстве подобное происходит редко, и производство сыров является исключением, делится своими соображениями Семенов в беседе с корреспондентом ТПП-информ.

Так как если производитель примет решение увеличить производство молока, то он сможет это сделать в лучшем случае через 27 месяцев. Цикл репродукции в сельском хозяйстве достаточно длинный. Даже для того, чтобы вырастить дополнительную капусту, нужно дождаться следующей посевной и увеличить площади под посадку. Поэтому мы должны настроиться не на сиюминутную бизнес-операцию, а на длительную кропотливую работу – минимум пять лет. Но потенциал России огромен и при государственной поддержке мы можем развить собственное присутствие на своем родном рынке, что сделали за последние пять лет птицеводы, которые увеличили свое производство в два с половиной раза. Но птицеводство – самая быстрая отрасль. Следом за ней идут свиноводы. В ближайшие два-три года они закончат свою модернизацию и будут способны выйти на мировые уровни по многим показателям.

У нас еще остались такие отрасли как овощеводство закрытого грунта – очень быстрая и интенсивная отрасль, до которой руки не доходили. Практически ни копейки государственных денег не выделялось на поддержку этой отрасли. Были только отдельные точечные проекты. У нас еще слаборазвитое овощеводство открытого грунта и в целом в растениеводстве есть, над чем поработать. Не говоря о производствах молока и мяса крупного рогатого скота.

У переработчиков ситуация складывается по-разному. Для многих эмбарго стало серьезным стрессом, на многих обрушились трудности. В особенности на тех, кто был ориентирован на Америку и Европу, так как в одночасье найти сырье на российском рынке трудно. Поэтому многие несут серьезные убытки. Так, например, Мурманский рыбоперерабатывающий завод объявил о своем закрытии. И причина понятная. Завод был построен исключительно для переработки свежей рыбы. Снабжали этот завод в основном норвежские моряки. А у нас ничтожно малое количество рыболовецких судов находятся в рабочем состоянии. И – результат. Мурманский пример – не единственное предприятие и государство должно подумать, как выручить его и ему подобных. Это, конечно, наиболее тяжелый случай, но проблемы у многих и многих переработчиков. Все как-то стараются выкрутиться, ищут новые варианты, пытаясь выйти из стресса, в котором они оказались.

У нас создана достаточно грамотная, исходя из возможностей нашего бюджета, система поддержки сельского хозяйства. Особенно в части субсидирования кредитов оборотных, и очень важно, что в последние годы появились и инвестиционные долгосрочные кредиты. Эти направления нужно сейчас расширять, выделяя на них больше средств. Разговор сейчас также идет о агрострахованиии.

И еще надо понимать, что санкции – это временное явление. Когда эмбарго будет снято, государство должно понимать, что агрпромышленный сектор оставлять без протекции нельзя. Надо будет и потом по мере возможности их защищать от нового обвала, как это было недавно со свининой. Отечественному товаропроизводителю не очень комфортно конкурировать с высоко субсидированными игроками рынка, заявил в завершение комментария Виктор Семенов.

Россия > Агропром > agronews.ru, 25 сентября 2014 > № 1182782 Виктор Семенов


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter