Всего новостей: 2555791, выбрано 836 за 0.124 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Персоны, топ-лист Агропром: Ткачев Александр (58)Федоров Николай (36)Арсюхин Евгений (33)Гурдин Константин (33)Абакумов Игорь (31)Медведев Дмитрий (29)Рыбаков Александр (28)Скрынник Елена (17)Бабкин Константин (16)Данкверт Сергей (15)Панков Николай (13)Путин Владимир (12)Дворкович Аркадий (11)Басов Максим (10)Сизов Андрей (9)Стариков Иван (9)Власов Николай (8)Патрушев Дмитрий (8)Башмачникова Ольга (7)Ванеев Вадим (7) далее...по алфавиту
Россия. ЮФО > Агропром > zol.ru, 28 октября 2016 > № 1949570 Вениамин Кондратьев

Глава Кубани: Урожай в миллион тонн риса – это не предел

Рисоводы Кубани собрали рекордный за историю региона урожай — более одного миллиона тонн риса. Это не предел, уверен глава Краснодарского края Вениамин Кондратьев. В интервью РИА Новости губернатор рассказал, благодаря чему удалось взять новый рекорд и куда будет направлен собранный урожай:

– Валовый сбор риса в хозяйствах региона составил 1 миллион 26,5 тысячи тонн. За счет чего в этом году удалось собрать рекордный миллион?

– Как говорится, все сошлось. Колоссальную поддержку оказала федеральная власть. Благодаря этому край получил в собственность более 10 тысяч гектаров рисовых систем в Темрюкском районе. Эти участки не использовались по назначению около 12 лет. Для Кубани, где каждый квадратный метр земли на вес золота, такая ситуация была просто вопиющей.

Свою роль в рекордном урожае, безусловно, сыграли меры господдержки и использование высококачественных семян отечественной селекции. И конечно, прежде всего, этот миллион тонн риса стал возможен благодаря огромному желанию наших рисоводов добиться рекорда.

– Для Краснодарского края это предел?

– Конечно, не предел. Каждый год мы фиксируем очередной рекордный урожай зерна. Теперь, уверен, начнем говорить и о рисе. Мы будем продолжать увеличивать посевные площади – впервые с распада Союза на Кубани будут созданы новые рисовые системы в 500 гектаров. Их строительство начнется в ближайшее время.

Отдельно хочу отметить и возможности кубанской науки. Сорта, разработанные учеными ВНИИ риса, уже используются во всей России. Продукт, по качеству не уступающий кубанскому, хотят видеть заграничные соседи – они приезжают учиться у наших рисоводов.

– Что необходимо для дальнейшего развития отрасли?

– Помимо расширения рисовых систем, предстоит решать вопросы с мелиорацией, строгим соблюдением правил севооборота. Еще один момент – важно не допустить дробления существующих рисовых систем.

– Куда пойдет собранный миллион риса?

– На отечественный рынок, в первую очередь. Миллион тонн кубанского риса позволит серьезно снизить долю импортного риса на прилавках российских магазинов. Мы можем уверенно говорить, что рисоводы края обеспечили жителей страны качественным отечественным продуктом.

Россия. ЮФО > Агропром > zol.ru, 28 октября 2016 > № 1949570 Вениамин Кондратьев


Россия > Финансы, банки. Агропром > premier.gov.ru, 25 октября 2016 > № 1945103 Дмитрий Патрушев

Встреча Дмитрия Медведева с председателем правления Россельхозбанка Дмитрием Патрушевым.

На встрече обсуждались результаты работы Россельхозбанка за девять месяцев текущего года.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Дмитрий Николаевич, Вы возглавляете одно из наиболее крупных банковских учреждений в стране, которое специализированно занимается сельским хозяйством. Каковы результаты работы по кредитованию агропроизводителей? Есть ли достижения, есть ли трудности в предоставлении кредитов? Прежде всего имею в виду задачу, которую мы не так давно обсуждали с коллегами в Правительстве (также я об этом говорил с коллегами по партии «Единая Россия» на различных форумах), – двигаться в сторону снижения кредитной ставки по всем договорам сельскохозяйственного кредитования.

Д.Патрушев: Дмитрий Анатольевич, хотел бы доложить о результатах работы банка за девять месяцев текущего года.

Мы выполняем задачи, которые ставятся перед нами, по росту кредитования экономики. Мы заморозили расходы на докризисном уровне. Это нам позволило нарастить доходы. Соответственно, мы в состоянии погашать внешний долг. Особо на этом останавливаюсь, потому что для нас это важно.

На момент начала кризиса у нас было больше 10 млрд долларов привлечено от иностранных инвесторов, на сегодняшний день эта цифра сократилась практически вдвое – 5,7 млрд долларов мы должны иностранным инвесторам.

Мы растём, опережая банковский рынок, по темпам инвестиций как в реальный сектор экономики, так и по кредитованию населения. Но при этом мы смогли нарастить и капитальную базу, и ресурсную, и клиентскую базу.

На 1 октября 2016 года и по сравнению с 1 октября 2015 года совокупный кредитный портфель банка составил 1,7 трлн рублей, рост на 6%. Кредитный портфель именно в нашей приоритетной отрасли – в агропромышленном комплексе – превысил 1,1 трлн рублей, рост на 5%.

Общий объём выдачи кредитов за этот период составил 1,2 трлн рублей. Здесь рост значительно более высокий по сравнению с 2015 годом – на 32%. Это связано с тем, что в начале прошлого года наши заёмщики не особо активно прибегали к кредитным деньгам – не очень понимали, что в экономике будет. Сейчас ситуация улучшилась, они находятся в более комфортных условиях, понимают, куда двигаться, и поэтому берут кредиты. Кредитов заёмщикам именно для нашего приоритетного направления мы выдали на сумму 730 млрд рублей. Здесь ещё больший рост по сравнению с 2015 годом – на 57%. Агропромышленный комплекс является драйвером развития экономики, растёт, инвестиционные проекты реализуются, и мы видим серьёзный спрос на кредиты.

Инвестиционных кредитов выдали чуть меньше – на 200 млрд рублей – тоже серьёзный рост к прошлому году. И краткосрочных кредитов выдали на 550 млрд рублей.

Продолжаем активно работать по кредитованию сезонных работ. Уже выдали 183 млрд рублей. Мы занимаем порядка 72,6% рынка по этому направлению кредитования. В рамках уборочной кампании выдали 84 млрд рублей.

Также мы остаёмся одним из лидеров на банковском рынке по кредитованию малого и среднего бизнеса. Объём выдачи в этом году – 146 млрд рублей. Активизировались личные подсобные хозяйства. В прошлом году мы практически не выдавали им ресурсы, в этом году 5 млрд выдано.

Мы вышли на третье место по кредитованию населения. Выдано кредитов на 320 млрд рублей, рост составил 9%. При этом отмечу, что рынок вырос всего на 0,5%.

Мы входим в четвёрку крупнейших российских банков по капиталу. В условиях жёстких бюджетных ограничений мы получили 8 млрд в этом году из бюджета. Но при этом мы и сами не сидели сложа руки. Я на прошлой встрече Вам говорил, что мы планируем попробовать разместить бессрочные бонды в рублях. У нас это получилось: на 15 млрд мы бессрочных бондов разместили, недавно закрыли сделку на 5 млрд и летом разместили на 10 млрд. То есть мы пополнили свой капитал первого уровня за счёт рыночного привлечения. Уникальная сделка, до этого в рублях такие сделки на российском рынке не проводились.

Д.Медведев: Но у нас и законодательства, позволяющего такого рода размещения производить в отношении бессрочных облигаций или бондов, не существовало. Теперь появилось.

Д.Патрушев: Мы согласовали с Центральным банком и прошли все юридические тонкости. Центральный банк зачислил нам эти размещения в капитал первого уровня. Считаю, что тут достаточно неплохой результат.

Недавно закончили финансирование одной из очередей предприятия большой сельскохозяйственной компании, которая занимается мясным животноводством. В Курске они вводят в эксплуатацию большой комплекс мясного направления, свиноводческий. Производительность линии убоя – 300 голов в час, то есть 1,8 млн голов в год. Предусмотрена возможность двукратного увеличения объёмов производства. Это один из крупнейших проектов.

Д.Медведев: Мясное животноводство является сегодня одной из профилирующих отраслей. В государственной программе поддержки сельского хозяйства у нас есть направления, которые уже, что называется, выстрелили. Это растениеводство, например. По зерну всё в общем благополучно: мы нарастили потенциал, у нас приличный экспортный запас, урожай очень хороший собираем. А вот по мясному животноводству есть ещё проблемы. Хорошо, что этот большой, крупный комплекс вводится. Но нужно заниматься и другими направлениями.

Россия > Финансы, банки. Агропром > premier.gov.ru, 25 октября 2016 > № 1945103 Дмитрий Патрушев


Украина > Агропром > oilworld.ru, 24 октября 2016 > № 1948905 Григорий Копилевич, Юрий Шлончак

Украина. Увеличение количества предложений маслосырья не приведет к снижению цен – МХП

Большинство компаний оценивают наступивший сезон-2016/17 для украинского рынка семян подсолнечника как рекордный. Рекорды наблюдаются относительно посевных площадей, урожая масличной и экспортных показателей. Но в то же время сезон характеризуется и неожиданными факторами влияния...

Оценками ситуации и перспективами развития масличного рынка в наступившем сезоне с АПК-Информ поделились начальник коммерческого управления агродепартамента компании «Мироновский Хлебопродукт» Григорий Копилевич и начальник отдела экспортных продаж Юрий Шлончак.

Справка

«Мироновский Хлебопродукт» (МХП) – вертикально интегрированная компания, основанная в 1998 г. Агрохолдинг объединяет производственные мощности всей технологической цепи мясного производства – от выращивания и производства кормов, инкубационных яиц, выращивания крупного рогатого скота и домашней птицы до переработки и реализации готовой продукции.

Переработка подсолнечника осуществляется на трех маслопрессовых предприятиях – Мироновском заводе по изготовлению круп и комбикормов мощностью 1050 т/сут., Катеринопольском элеваторе мощностью 620 т/сут. и Винницкой птицефабрике мощностью 1500 т/сут.

На предприятии «Катеринопольский элеватор» в 2015 г. введен в эксплуатацию первый в МХП маслоэкстракционный завод по переработке сои, который обеспечивает все потребности холдинга в соевом шроте, необходимом для производства комбикормов.

- Григорий Яковлевич, хотелось бы начать беседу с довольно спорного и актуального в начале сезона вопроса. По Вашим оценкам, какой ожидается урожай подсолнечника в Украине в 2016/17 МГ?

Григорий Копилевич: В текущем сезоне в Украине ожидается рекордный валовой сбор семян подсолнечника, по нашим оценкам, он будет в пределах 13-13,5 млн. тонн. За счет гибели озимых культур наблюдалось увеличение посевных площадей под более маржинальные культуры. Оценки урожая,которые давали специалисты компаний в мае-июле т.г., составляли более 14 млн. тонн. Однако свидетельством того, что урожай будет ниже изначально прогнозируемого, являются результаты первых обкосов подсолнечника, а также дальнейший ход уборки маслосемян, в том числе и по предприятиям МХП.

- Насколько сильно увеличение урожая может отразиться на ценообразовании в сегменте сырья в текущем сезоне?

Г.К.: Не думаю, что увеличение количества предложений на рынке подсолнечника и сои в Украине может привести к снижению цен на сырье. На сегодняшний день убрано 84% подсолнечника, и как такового «выброса» масличной на рынок наблюдаться, скорее всего, не будет. Если не произойдет никакого активного снижения цен на продукты переработки (масло, шрот), то на подсолнечник, вероятнее всего, снижение цен вряд ли увидим. В данной ситуации существует ряд факторов, влияющих на ценообразование.

Во-первых, ожидание аграриями изменений в налогообложении с начала 2017 года. Есть мнение, что могут отменить существующий спецрежим (для растениеводства: 15% НДС остается у производителя на спецсчете, 85% НДС перечисляется в бюджет) и введут обычный НДС 20%. Тогда стоит ожидать значительных продаж до января 2017 года. При этом если существующий режим для сельхозпроизводителей сохранится, то тогда предпосылок для пиков активности продаж нет.

Во-вторых, в данный момент начинается уборка кукурузы, и увеличение предложения подсолнечника может быть связано лишь с ограниченными возможностями по хранению сельхозкультур у аграриев. Поэтому, если в данное время будут наблюдаться активные продажи сырья, то это будут продажи подсолнечника – капиталоемкой культуры. При этом предугадать ход действий сельхозпроизводителей достаточно сложно.

- Как Вы оцениваете качество подсолнечника урожая 2016 года? При приемке маслосемян с какими отклонениями по качеству столкнулись?

Г.К.: Качество подсолнечника урожая 2016 года оценивается как высокое (масличность 46-50% в перерасчете на сухое вещество). В период уборки подсолнечник поставляется зачастую с поля, не проходя предварительной подработки. Поэтому показатели сора до 8% и влаги до 12% обычное явление. Современное оборудование по очистке и сушке, установленное на наших предприятиях, позволяет успешно справляться с такими задачами и поддерживать высокие темпы приемки подсолнечника.

- Компания «МХП» осуществляет реализацию зерновых и масличных культур, выращенных на собственных полях. Юрий, как Вы оцениваете спрос на рапс и продукты его переработки на экспортном рынке в текущем сезоне?

Юрий Шлончак: В 2015 году сухая погода не давала возможности нормально отсеять рапс. Украина собрала на 0,5 млн. тонн семян рапса меньше, чем годом ранее. Также в Европе отмечалось снижение производства рапса на 2 млн. тонн. Данная ситуация оказала поддержку ценам на маслосемена в текущем сезоне. Традиционно в начале МГ активно продавали рапс по форвардным контрактам с поставкой в порты, но с августа цена на западной границе Украины стала премиальной, и мы сместили продажи на Польшу.

- Как нам известно, ваша компания занимается производством и переработкой высокоолеинового подсолнечника. Насколько данный сегмент рентабелен по сравнению с переработкой масличного подсолнечника?

Ю.Ш.: Рынок высокоолеинового масла конъюнктурный. В начале прошлого сезона премия за ВО масло по отношению к обычному составляла 150-180 USD/т, в июне премии не было совсем, сейчас – около 60 USD/т. Считаем, что спрос на ВО масло сохранится, несмотря на увеличение производства ВО подсолнечника в мире, но высоких премий в текущем сезоне не ожидаем.

- Компания «МХП» входит в ТОП-10 крупнейших переработчиков подсолнечника в Украине и экспортеров подсолнечного масла. Как Вы оцениваете дальнейшие перспективы своей компании в масличном направлении?

Г.К.: Наша компания и в дальнейшем планирует быть в тройке лидеров как по перерабатывающим мощностям (подсолнечник, соя), так и по производству продуктов переработки (подсолнечный жмых и соевый шрот), а также по экспорту продукции переработки масличных. По нашим оценкам, в будущем объемы производства комбикормов будут только увеличиваться, а подсолнечный жмых и соевый шрот – важнейшие составляющие комбикорма. Снижения объемов переработки маслосемян на наших предприятиях не прогнозируется.

- Насколько изменилась рентабельность переработки масличных в последние несколько сезонов?

Г.К.: При нынешнем ценообразовании на подсолнечник и существующих ценах на продукты переработки достичь высокой маржи не удается. Хотелось бы видеть цены на сырье значительно ниже, но не всех переработчиков удовлетворяют имеющиеся у них остатки сырья, ввиду чего они повышают цены спроса на фоне ограниченного количества предложений.

Ситуация на рынке сои и продуктов переработки интересная. В нашей стране практически все заводы по переработке сои, кроме «Олияра» (Львовская обл.), находятся под запретом экспорта кормовых продуктов в Беларусь ввиду АЧС. В данный момент на экспортном рынке наблюдается неблагоприятная ценовая конъюнктура на соевый шрот на базисах СРТ и FOB. На внутреннем рынке также отмечается понижательный ценовой тренд на соевый шрот. В течение сентября цены предложения снизились с 13800 до 12500 грн/т на условиях EXW. С увеличением предложения сои нового урожая стоит ожидать дальнейшего снижения цен на нее и продукты переработки.

- По Вашему мнению, как будет развиваться ситуация с продажами украинского шрота, как подсолнечного, так и соевого, в Республику Беларусь ввиду ограничения поставок из-за АЧС?

Ю.Ш.: Насколько мне известно, в ближайшее время рынок протеинов Беларуси будет оставаться закрытым для экспорта кормовых продуктов (шрот/жмых) из большинства областей Украины.

Г.К.: Сложно прокомментировать сложившуюся ситуацию. Движений в этом направлении пока нет. Наша компания планирует развивать поставки соевого шрота на европейский рынок.

- Насколько эффективно используются мощности вашего предприятия по переработке сои?

Г.К.: Номинальная мощность завода по переработке сои на Катеринопольском элеваторе составляет 1000 т/сут. На сегодняшний день завод перерабатывает 700 т/сут. соевых бобов, то есть мощности загружены на 70-75%. Предприятие удовлетворяет полностью потребности своего комбикормового предприятия за счет производства соевого шрота, остальной объем (около 50%) данного продукта реализуем на внутреннем и экспортном рынках. Соевое масло полностью поставляем на внешний рынок. Если ценовая конъюнктура соевого масла и шрота будет интересной, а переработка – маржинальной, мы загрузим мощности на 100%.

- Юрий Григорьевич, компания «МХП» занимается реализацией продуктов переработки подсолнечника не только внутри страны, но и за ее пределы. Как за последние годы изменилась структура экспорта продуктов переработки масличных? Какой рынок сбыта считаете наиболее перспективным и почему?

Ю.Ш.: Украина – довольно молодой игрок в мировой торговле продуктами переработки масличных. Мы стремительно наращиваем производство и экспорт масел и шротов, развиваем новые рынки сбыта. За последние годы существенно вырос экспорт растительных масел из Украины в КНР. Мы видим потенциал продолжения роста экспорта в этот регион. Относительно продуктов переработки подсолнечника, то Индия, Китай,Европа и Ближний Восток традиционно будут основными импортерами нашей продукции.Мы фокусируемся на рынках Азии и Европы.

- Ваша компания является одним из немногих производителей подсолнечного жмыха с высоким содержанием масла. Каковы основные преимущества такого продукта?

Ю.Ш.: Мы используем жмых в производстве комбикорма. Поскольку рацион птицы требует добавления определенного количества жира для баланса энергии, принято решение остановиться на технологии неполного отжима масла из семян. Таким образом, производство кормов становится экономически более выгодным, чем если производить шрот и добавлять в него масло.

- Благодарю за беседу, и в завершение чего Вы ожидаете от наступившего сезона?

Ю.Ш.: Высокого урожая хорошего качества, активного сбыта продукции и повышения маржинального дохода. Всем участникам рынка желаем успешной и плодотворной работы.

Беседовала Виктория Зеленая

Украина > Агропром > oilworld.ru, 24 октября 2016 > № 1948905 Григорий Копилевич, Юрий Шлончак


Украина > Агропром > interfax.com.ua, 24 октября 2016 > № 1944940 Олег Бахматюк

Собственник "Укрлэндфарминга" Олег Бахматюк: Сейчас задача главы Нацбанка – обанкротить мою компанию

Эксклюзивное интервью собственника и руководителя агрохолдинга "Укрлэндфарминг" Олега Бахматюка агентству "Интерфакс-Украина"

Вопрос: Возможен ли, на Ваш взгляд, компромисс с Нацбанком по вопросу поручительств? Каким бы вы его видели?

Ответ: Мы предлагали открытое мировое соглашение с рассрочкой на семь лет. Если бы Нацбанк хотел вернуть деньги, он бы сел за стол переговоров, но если Валерия Гонтарева (глава НБУ – ИФ) хочет уничтожить компанию, то ей не интересны наши предложения. Все совещания, которые у нас были в администрации президента, с премьер-министром, заканчивались с точность до наоборот: нас на встречах все поддерживают, но потом выходит госпожа Гонтарева "со значком МВФ" и фактически делает шаги для того, чтобы уничтожить мою компанию.

Вывод с рынка банка "Финансовая инциатива" - это была личная прихоть госпожи Гонтаревой. Еще во времена премьер-министра Арсения Яценюка министр финансов Александр Шлапак предложил мне купить на 2 млрд грн государственных облигаций. Эти облигации мы дальше поставили в Нацбанк один к одному. Фактически, я сделал услугу правительству, но Валерия Гонтарева, когда ввела временную администрацию в банк, уценила эти облигации на треть – сформировала недостаток ликвидности. Это цинизм высшей меры! Вы можете спросить любого участника финансового рынка о том, мешала ли кому-то "Финансовая инициатива", и они ответят "нет". Да, "Финансовая инициатива" была тесно связана с аграрным бизнесом и акционером, но она могла спокойно выплачивать людям проценты.

По "Финансовой инициативе" у нас вообще был прецедент. Мы платили один к одному к выплатам Фонда гарантирования. Но Нацбанк нам заблокировал платежи: три месяца мы не могли людям заплатить добровольно. В "Финансовой инициативе" половина моих друзей деньги держали. Ясно, что я буду эти средства возвращать.

Вопрос: Возможно, к вам особое внимание, так как есть предположение, что Вы финансово поддерживаете Сергея Таруту и Юлию Тимошенко, которые сейчас активно выступают за отставку Валерии Гонтаревой?

Ответ: Это бред больной фантазии. Еще и тут назначили Бахматюка виноватым. Какое отношение я имею к Таруте и Тимошенко? Они самодостаточные люди. Тарута – не бедный человек, как я его должен переубедить? Это нужно сотни миллионов долларов. Если бы я имел такое влияние в Украине, то сейчас я бы точно не жаловался вам на ситуацию, которая сложилась.

Вопрос: Вам СМИ еще приписывают, например, "Деловую столицу".

Ответ: СМИ приписывают мне, потому что у меня хорошие дружеские отношения с Вадимом Денисенко. У нас есть в Ивано-Франковске СМИ, мы этого не отрицаем. Это социальный проект, как чемодан без ручки. Когда-то бывший губернатор Михаил Вышиванюк "засватал" меня в это дело помочь журналистам.

Вопрос: Идет ли сейчас какой-то диалог с Нацбанком?

Ответ: Сейчас идут судебные процессы – это наша оборона. Потому, что мы понимаем, если мы не будем обороняться, нас просто разорвут на куски.

У нас нет проблем с кредиторами, они понимают, что есть риски на рынке, и эти риски связаны с конъюнктурой. Но на государственном уровне меня не слышат. Еще раз повторюсь, у премьера, вице-премьера, в администрации президента нас везде поддерживают, но, оказывается, существует один человек, который может все решить по-своему.

Если вы мой кредитор, то вы можете меня любить или нет, но вы заинтересованы в том, чтобы вернуть деньги. Я не понимаю, что хочет от меня Нацбанк. Убить компанию? Мы вложили во все наши объекты очень много денег – порядка $2,5 млрд. А при падении такой компании "шакалы", как советники, заработают себе $50-60 млн. Но кредиторы, акционеры и Бахматюк при этом все потеряют. Компания перестанет быть функциональной. В каком государстве мира хотят уничтожить компанию, в которой работает 40 тыс. человек?

Если Нацбанк хочет изменить условия, я готов договариваться. Если хочет усилить залог, я готов об этом говорить. Те 37 млрд грн долга, которые я якобы задолжал, это глупость. Реальный суммарный долг Фонду гарантирования вкладов и Нацбанку – это 18-19 млрд. Из этой суммы на 7 млрд грн есть мое личное мое поручительство перед НБУ, а еще нужно говорить с Фондом…

(НБУ на своем Твиттер-аккаунте 13 октября под хэштегом (меткой) "судебная реформа" разместил инфографику с портретом О.Бахматюка о подаче на него, как собственника признанных неплатежеспособными банков "ВиЭйБи" и "Финансовая инициатива", в суд пять исков о взыскании задолженности по персональному договору поручительства по обязательствам этих кредитных учреждений, суммарно задолжавших Нацбанку по рефинансированию 10,9 млрд грн.

На следующий рабочий день, 17 октября, центробанк под хэштегом "больше чем транш МВФ", опубликовал очередную инфографику с портретом бизнесмена, в которой утверждается, что "О.Бахматюк должен государству гражданам и бизнесу 37,9 млрд грн". В эту сумму НБУ включил уже указанную ранее задолженность по рефинансированию, а также 5,3 млрд грн долга компаний О.Бахматюка перед госбанками и 21,7 млрд грн задолженности двух его банков перед кредиторами на дату признания их неплатежеспособными).

Мы не прячемся. Я не смогу с собой забрать свои заводы ни в Англию, ни в Германию, ни во Францию. И если бы я хотел, я просто бы мог забрать cash flow компании и оставить после себя разруху. Но, мы же понимаем, что если компания живет два года без кредитов, то она делает это за счет своих оборотных средств. Мы уже засеяли 162 тыс. га ранними зерновыми, но для того, чтобы получить выручку от их продажи, нужно подождать восемь месяцев.

Вопрос: Если мы правильно поняли, Вы готовы на мировое соглашение с рассрочкой на семь лет и на увеличение залога?

Ответ: Да, на семь лет, без дисконта мы готовы брать на себя эти обязательства. Я это публично озвучивал и в кабинете президента, и в кабинете премьера. Однако глава Нацбанка сказала, что ей это не интересно. Ее задача – обанкротить компанию. Но мы будем бороться за компанию до конца. Последних два с половиной года мы живем в условиях войны, в замкнутой, агрессивно против нас настроенной, финансовой среде. Когда происходят такие вещи со стороны Нацбанка, как эти последние Твиттер-атаки, они делают невозможным поиск партнера. Рано или поздно это ведет к ухудшению имиджа компании.

Вопрос: Как сейчас идут переговоры с вашими кредиторами?

Ответ: Кредиторы сейчас полностью обеспечены, в том числе и акционерным капиталом. Они не хотят управлять компанией, но они хотят, чтобы она работала. Сейчас общий долг компании – $1,68 млрд.

После баннера на сайте Нацбанка кредиторы начали звонить по-новому. Когда они читают информацию о нарисованной задолженности 37 млрд грн, все начинают нервничать. Когда на сайте главного регулятора страны появляется фамилия Бахматюк, то кредиторы ожидают, что есть какая-то проблема. Все спрашивают причину конфликта, и как это будет влиять на наше финансовое состояние, а сомнения кредиторов зачастую приводят к дефолтам. Когда будет банкротство такой компании, как "Укрлэндфарминг", то можно будет выдернуть по дешевке активы, группа людей, которые будут сопровождать процесс банкротства, наживется на этом точно.

Разные были эмоциональные состояния за последние два с половиной года, но мы будем бороться за эту компанию. Мы в нее вложили все, что могли. Не только деньги, а время, возможности, у нас хорошая команда. Эти два с половиной года закалили коллектив, и именно он управляет сейчас компанией, а не лично Бахматюк.

Я когда общался с Валерией Гонтаревой, объяснял, что все акции компании заложены кредиторам. Арест Нацбанком всего моего имущества ни к чему не приведет, только дестабилизирует финансовую ситуацию. Все наши кредиторы садились за стол переговоров. "Укрлэндфарминг" за последние два с половиной года выплатил $387 млн внешним кредиторам, несмотря на то, что нам закрыли все лимиты на внешнем и внутреннем рынках. То есть компания за два года не взяла ни копейки заемных средств, но при этом мы сеем, убираем, выплачиваем зарплату порядка 2,5 млрд грн в год, платим аренду, налоги. Я очень удобная "мишень" - у меня 450 юрлиц. Более удобной мишени я даже не могу себе представить. Ты в каждом регионе имеешь отношения. Это же целая политика, мы же арендуем землю. У нас 500 юристов постоянно занимается переподписанием договоров.

Вопрос: В случае если арест будет наложен, Вы сможете оспорить его в международных судах?

Ответ: Мы не исключаем этот вариант, но зачем начинать еще одну войну, которую необходимо финансировать? Для нас в приоритете сейчас жизнедеятельность компании. Нам нужно дизтопливо и семена покупать, зарплату платить. Мы и так в судах тратим большие ресурсы, а международный суд – это десятки миллионов долларов. Так как кредитного ресурса у нас нет вообще, то кризис с ликвидностью будет чувствоваться очень остро.

Сам арест спорный, он подрывает все международное право, и если будет арест активов "Укрлэндфарминга", то фактически арестовываются и активы публичной компании "Авангард". И главное, арест ни к чему хорошему не приведет. Мне легче сесть и договориться, а дальше идти и спокойно искать партнера. Понятно, что при существующей ситуации нам нужны вливания в капитал. Да, сейчас мы предлагаем совсем другие цены и условия, чем были два года назад. Но скажите, какой нормальный человек ко мне придет, если обо мне баннеры висят на сайте Нацбанка? Я только из Китая вернулся с переговоров с пятью крупными компаниями, они зашли на сайт Нацбанка – и все!

Вопрос: Какова сумма претензий Фонда гарантирования вкладов физлиц к Вашим компаниям, и каковы встречные обязательства "ВиЭйБи" банка и банка "Финансовая инициатива" перед Вашими компаниями? Какими Вы видите пути решение этих претензий?

Ответ: С Фондом гарантирования у нас нормальное сотрудничество. Мы платим проценты, и там нет такой реальной агрессии, как со стороны Нацбанка. Мы подали кредиты на депозиты, признали ничтожными, поэтому это спорная задолженность и там порядка 3 млрд грн наших депозитов пошли под кредиты. И есть еще требования со стороны фонда Фонд 6 млрд грн по "ВиЭйБи" банку и 3 млрд грн - по "Финансовой инициативе".

Вопрос: Вы верите, что в этой стране могут существовать банки без связанного кредитования?

Ответ: Такая модель была в обществе, и все так жили, такие были правила. Если есть вопрос инсайда, то он есть ко всем украинским банкам. Нужно было сделать переходной период, и тогда бы не потерял никто. Пересмотреть залоги. Это же связанная система: ты можешь меня любить или нет, но если ты хочешь сохранить, то надо работать. А сейчас что мы получили? Ни одно нормальное предприятие не может взять деньги, не работает экономика, люди стали бедными.

Скажите, пожалуйста, почему нельзя было создать крупный санационный банк? Ведь и так 96% всех активов банков было компенсировано государством, как говорится в сообщениях СМИ. Мы сейчас не говорим о Бахматюке, или о ком-то другом, вы что думаете, мне этот банк был нужен?

Вопрос: Вас часто обвиняют также в том, что управлять компанией такого размера эффективно нельзя.

Ответ: Сейчас многие советники говорят, что у "Укрлэндфарминга" была неправильно выбранная стратегия, не нужно было брать так много кредитов. Но я хочу напомнить, что когда мы начинали строить компанию, цена на кукурузу была $376/тонна, а сейчас $162/тонна. В прошлом году мы собрали порядка 3 млн тонн зерновых. Если бы цены были на $200/тонна выше, компания бы генерировала дополнительно $600 млн выручки! Три года назад мы шли к размещению компании на IPO, и мы не могли прогнозировать тех событий, которые произошли в стране.

Сейчас мы боремся за эту компанию, потому что верим, что ценовая конъюнктура вернется. В любой нормальной стране компания берет кредит на 25 лет по низкой ставке, и власть это приветствует, потому что компания инвестирует в развитие территорий. У нас все наоборот.

В Херсоне мы построили самую крупную фабрику в мире по производству яиц и запускаем там биогазовый завод. На фабрике содержится шестимиллионное поголовье. Сейчас она работает на 50% мощности, до конца следующего года выйдем на 100%. Экспорт сейчас возобновляется, растет спрос на яйца со стороны Ирака, где немного утихли боевые действия. В Ивано-Франковске у нас большой завод по переработке яйца – более 6 млн штук в день. На него мы потратили $68 млн.

Если бы меня сегодня спросили, вложил бы я опять такие средства в развитие компании, я бы это сделал, но может более мудро подошел к этому.

Вопрос: Может ли Cargill нарастить свою долю в уставном капитале "Укрлэндфарминга"?

Ответ: Cargill - миноритарный акционер. Почему мы стали для них интересны? Потому, что мы были первой компанией, которая начала поставки кукурузы в Китай, и мы совместно делали некоторые проекты. "Укрлэндфарминг" стабильно может дать 1 млн тонн зерна. В этом году мы планируем экспортировать 2,5 млн тонн своего зерна, поэтому мы для них интересны как партнер.

Вопрос: Вы сказали, что находитесь в поиске партнера. О каком сотрудничестве идет речь?

Ответ: Мы сейчас в поиске стратегического партнера, интерес к компании есть. Китайские инвесторы пока в ожидании некоторой стабилизации. В Китае большое влияние имеет российская сторона. Это не добавляет Украине шансов на привлечение инвесторов. Мы сейчас работаем по двум направлениям: это Китай и Ближний Восток. Я понимаю, что привлечь инвестора - это единственный выход. Для меня сложно было принять решение и уйти с мажоритарного пакета. Я хотел вывести компанию на IPO. Но, видя проблему с Нацбанком, я понимаю, что Бахматюк для "Укрлэндфарминга" теперь является проблемой, и компания не может развиваться. Гонтарева делает все, чтобы уничтожить ее. Но компания имеет перспективу, это большая платформа и жаль будет, если она пропадет. Я не говорю, что я хороший, но я действительно переживаю за этот актив и за команду людей, которая работает с ним.

Вопрос: Какую долю в уставном капитале вы готовы отдать сторонним инвесторам?

Ответ: Мы готовы идти и до мажоритарного пакета, если будет решен вопрос с кредиторами. Нам нужно сократить долговую нагрузку и сохранить развитие компании - это ключевые моменты, на которые я делаю акценты в ходе переговоров с инвесторами.

Вопрос: Но до этого вы будете сохранять те масштабы компании, которые есть, и не будете продавать часть активов?

Ответ: А смысл их продавать? В управлении компанией нет проблем. Есть проблема с Валерией Гонтаревой. Ломать то, что сделано, большая дурость. Когда мы объединяли компанию пять-шесть лет тому назад, была проблема с управлением, но сейчас ее нет. Это бразильская модель, и мы взяли ее за основу. Все воспринимают компанию как Бахматюка, но компания – это не Бахматюк. Сейчас моя команда управляет кораблем, но если в корабль торпеда за торпедой идет, то какими бы не были механики, у них ничего не получится.

Вопрос: Может ли быть еще одной такой "торпедой" отмена моратория на продажу земель сельхозназначения?

Ответ: Я к этому очень спокойно отношусь, мы готовы к любым сценариям. Депутаты постоянно рассказывают сказку о "соломенном бычке", что люди потеряют землю. Забрать у людей право собственности на землю – это полная дурость. Задание власти сделать так, чтобы землю не смогли украсть. Пусть установят минимальную цену на гектар и скупают излишки этой земли в государственный банк. Ведь 30% людей уже умерли за время действия моратория. Постоянная игра на маргинальных настроениях населения зачем делается? – Чтобы завоевать политический авторитет. Будут правила – будем играть по правилам. Сейчас я плачу $100/га, а буду платить $150/га. Рынок земли – это инструмент для банковского сектора.

Вопрос: Госстат фиксирует сокращение производства яиц за девять месяцев на 11%, за счет чего происходит такое сокращение и как оно влияет на цены на внутреннем рынке?

Ответ: Яйцо – это сезонный товар, и нужно понимать одно: до отделения Донбасса и Крыма 55% производства яиц в стране приходилось на промышленность, а 45% производили хозяйства населения. Сейчас пропорция изменилась, и 63% яиц производят хозяйства населения. Последние 20 лет есть тенденция, что в период с апреля и по сентябрь все производители яиц работают в убыток себе, потому что активно производят яйца хозяйства населения. Какой это процент убытка? В зависимости от года может доходить и до 50%. Мы летом продаем яйцо по 80 копеек при его себестоимости 1,6 грн, но, вы же понимаете, что осенью производитель должен выровнять тот баланс, который потерял летом. После новогодних праздников опять идет падение цены на яйца, потому что спрос падает, а перед Пасхой и спрос, и цены начинают вновь расти. Эти так называемые "качели" происходят из года в год. Если вы посмотрите в целом за год, то маржа производителей будет 5-7% как у нормального производства продуктов питания. Если вспомнить прошлый год, то цена яйца в этот период была 2,5 грн, а сейчас – 2,2 грн.

Вопрос: Собирается ли компания наращивать производство на других фабриках после потери мощностей в зоне АТО и Крыму?

Ответ: Пока мы хотим сохранить то, что у нас есть. Ведь с мощностями мы потеряли и большой рынок реализации. Донецкая, Луганская области и Крым были одними из лучших регионов по продажам пищевых продуктов, в том числе и яйца. Традиционно люди там не занимаются домашним сельским хозяйством. Они работали на металлургических комбинатах и на шахтах, получали высокие зарплаты, Крым рос за счет туристов. "Авангард" почему так много потерял? Потому, что в Донецкой области мы занимали 80% рынка, В Луганской – 90%, а в Крыму – 100%. Поэтому "Авангард" упал в два раза. Сейчас он произвел 3 млрд яиц. Кроме этого, упали доходы населения, соответственно, люди стали покупать меньше сладостей, печенья, майонеза, а в состав этих продуктов тоже входят яйца.

Мы сейчас смотрим на рынок Эмиратов и наращиваем поставки в Ирак. ЕС, я думаю, будет до последнего защищать свой рынок от наших поставок яйца. Рынок Ближнего Востока интересен, но там часто идут военные действия, и ты просто можешь потерять весь свой товар там.

Вопрос: Какова, на Ваш взгляд, перспектива восстановления курса акций и еврооблигаций "Авангарда"?

Ответ: Сейчас цена акций "Авангарда" – это архиминимум. Это была компания, которая несла "золотое яйцо", а тут она раз – и наполовину упала. Весь вопрос в EBITDA: если она поднимется до $100-120 млн, то компания будет стоить $400 млн.

Вопрос: Есть ли возможность у компании экспортировать инкубационное яйцо?

Ответ: Мы, в основном, экспортировали его в Россию, но сейчас этот рынок закрыт. В ЕС более чем достаточно своей продукции, Венгрия там крупный производитель.

Вопрос: Убытки от потери Крыма и Донбасса просто легли на баланс компании? Во сколько вы их оцениваете?

Ответ: Сложно сказать. В Крыму – $200 млн, в зоне АТО – $300 млн, но активы стоили не так дорого, как рынки – мы потеряли возможность реализовывать там свою продукцию.

Вопрос: Расскажите о мясном направлении работы "Укрлэндфарминга". Многие компании не видят возможности заработать на молочном животноводстве и вырезают поголовье. Для Вашей компании этот вопрос актуальный?

Ответ: У на 67 тыс. КРС. Убытки очень большие. Мясное животноводство – это чисто социальные проекты. Странно, что от государства поддержка нулевая. Во всем мире выращивание КРС не существует без господдержки. В ЕС дотация на одну корову EUR300-400.

Спецрежим налогообложения отменят на 99% со следующего года, поэтому производители таких размеров, как мы, будут пересматривать свои планы по содержанию КРС. Вы же знаете, что одна корова – это слишком долгие инвестиции в нашей стране. Я думаю, что еще полгода мы подумаем, что делать с этим направлением, а потом что-то будем решать.

Если по направлению животноводства не будет стратегии развития, то ничего не будет. Когда-то мы были инициатором программы "Возрождение животноводства", были большие планы по ввозу большого количества племенного КРС – около 250 тыс. голов. Только такими масштабами нужно мыслить. Если ничего не будут думать, то понятно, что дешевле будет из Аргентины или Бразилии импортировать мясо.

Вопрос: Вы пересматривали севооборот под урожай 2017 года? Возможно, в связи с удешевлением кукурузы больше площадей отведете под подсолнечник?

Ответ: Нельзя все засеять подсолнечником. Севооборот у нас не изменится: 35% будут ранние зерновые и рапс, 40% - кукуруза, 25% - подсолнечник и соя. Мы обрабатываем сейчас порядка 510 тыс. га, на 2017 год заберем из-под пара 10-15 тыс. га. Многое зависит от погодных условий.

Вопрос: Какой урожай рассчитываете собрать в этом году?

Ответ: Мы в этом году рассчитываем собрать 2,1-2,2 млн тонн кукурузы. Качеством мы пока довольны. Поставили срок до 20 ноября все успеть. В прошлом году мы экспортировали 1,7 млн тонн зерновых, в этом году – 2,3-2,4 планируем сделать.

Вопрос: В этом году "Укрлэндфарминг" не запускал свои сахарные заводы. Почему? Ведь ценовая конъюнктура на рынке сахара очень благоприятная из-за его дефицита на мировом рынке?

Ответ: Если мы выйдем на рынок, то ценовая конъюнктура станет сразу неблагоприятной, будет профицит. Рынок стабилизовался, потому что мы ушли из крупного бизнеса и "Кернел". Весь экспорт – это 50 тыс. тонн сахара, а когда выходит такой игрок, как мы – то мы будем делать не меньше 200 тыс. тонн. Мы просто обвалим рынок. Сахаропроизводителям сейчас тоже не сладко.

Вопрос: Если ситуация с финансированием урегулируется или вам удастся привлечь инвестора, какими будут ваши первые инвестпроекты?

Ответ: Это порт и подвижной состав. Около 3 млн тонн хранения мы построили, остался порт, который может улучшить финансовые показатели. "Укрлэндфарминг" должен построить порт на 5-10 млн тонн по перевалке, это изменит качество компании, она будет более интересной для внешней платформы.

Вопрос: Взятая благодаря реструктуризации пауза в долговом календаре сколько продлится?

Ответ: Три года. Период паузы начался с весны. Мы реструктуризировали 95%, осталось еще 5%, и мы сейчас ведем переговоры.

Вопрос: В этом году "Укрлэндфармингу" уже удастся улучить финансовые показатели?

Ответ: В этом году финансовые показатели еще вряд ли будут лучше прошлогодних из-за цен на зерновые. Хорошо, что мы успели продать немного кукурузы по форварду по цене $200/тонна весной.

Вопрос: Если бы Вас спросили, чем отличается кейс "Укрлэндфарминга" и "Авангарда" от кейса "Мрии" и "Креатива", что бы Вы ответили?

Ответ: Наша компания имеет большие активы в $2,5 млрд. Их можно потрогать, они на месте стоят. Найти плохие стороны можно у каждого человека. Давайте найдем Мисс Мира, сфотографируем ее в неправильном ракурсе, и скажем: вот она, какая некрасивая. Не хочу никого пугать, но падение такой компании очень сильно ударит по внешнему имиджу страны.

Пример "Мрии" помогает нам вести переговоры, только не внутри нашего государства. Пока компания поддерживается, она жива. Когда она заглохнет, она будет стоить даже не ноль, а минус. Поэтому я не понимаю таких действий НБУ. Я человека вообще первый раз увидел, когда она стала главой Нацбанка. Такой ненависти к себе я не помню. Мне банк не нужен, я строил компанию и, да, я использовал те инструменты, которые были на рынке. И если бы цена была на зерно $350/тонна, и не было бы кризиса, я бы закрыл все вопросы. Если она хочет уничтожить компанию, значит она не хочет вернуть 10 млрд грн, а хочет поставить выше свои амбиции…

Я не намерен бегать по миру. Я не хочу быть мародером. Но нельзя быть успешным на неуспешной территории. Не использовать потенциал таких людей, как Бахматюк, Жеваго – это глупость. Если искать на меня компрометирующие факты, то они обязательно найдутся, как и на любого другого человека. Прихоти сейчас выше, чем логика. Они повторяют ту же ошибку, что и их предшественники. И если ничего не изменят, то точно так же они и закончат.

Украина > Агропром > interfax.com.ua, 24 октября 2016 > № 1944940 Олег Бахматюк


Абхазия. ЦФО > Агропром > ved.gov.ru, 19 октября 2016 > № 1943604 Даур Тарба

Даур Тарба: «Руководствуюсь в первую очередь интересами государства»

Интервью с министром сельского хозяйства РА Дауром Тарба.

Краткая биография: Даур Тарба родился в 1959 г. в селе Моква Очамчырского района. В 1986 г. окончил юридический факультет АГУ, в 1991 г. - Нижегородский социально-политический институт. С 1991-го по 1996 гг. - депутат Верховного Совета Абхазии. Возглавлял различные государственные комитеты, компании и Администрацию Очамчырского района. Являлся депутатом Парламента РА. С 2010-го по 2011гг. - вице-премьер Правительства РА. С 2011-го по 2014 годы - председатель партии «Единая Абхазия». С 2014-го по 2016 гг. - гендиректор Госкомпании «Абхазтоп». В 2016 г. назначен министром сельского хозяйства РА.

- Даур Нуриевич, недавно Вы вернулись из Москвы, где в составе правительственной делегации Абхазии приняли участие в XVIII российской агропромышленной выставке «Золотая осень -2016». Расскажите о Вашей поездке подробнее.

- Экспозиция Республики Абхазия, которую представляли 14 компаний-производителей сельхозпродукции, в четвёртый раз была удостоена Гран-при за оригинальный дизайн, гостеприимство, организацию деловой и культурной программ. Успех экспозиции был подкреплён золотыми, серебряными и бронзовыми медалями, присуждёнными конкурсной комиссией абхазским производителям - участникам выставки. Абхазия в пятый раз участвует в этой выставке, и впервые вся продукция абхазских компаний была отмечена во всех 31 номинации.

Официальную делегацию Республики Абхазия представляли Премьер-министр Беслан Барциц, торговый представитель Республики Абхазия в РФ Олег Барциц и я, впервые принимающий участие в таком мероприятии. В выставке участвовали 1,5 тысяч предприятий из 26 государств и 64 субъектов России. По традиции с приветственным словом выступил Премьер-министр РФ Дмитрий Медведев, который поздравил всех с праздником - Днём работников сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности. К сожалению, этот праздник пока не отмечается в нашей республике. Затем мы приняли участие в пресс-конференции министра сельского хозяйства России Александра Ткачёва. Он отметил, что все санкции, которые были направлены против России, дали серьёзный толчок российским производителям для развития отечественного сельхозпроизводства. Этому способствовала и сумма бюджета министерства сельского хозяйства Российской Федерации - 230 миллиардов в год. Затем Александр Ткачёв посетил наш павильон и осмотрел экспонаты. Далее состоялась его встреча с Премьер-министром Бесланом Барциц, на которой было получено подтверждение об оказании помощи нашему государству - о выделении сельскохозяйственной техники на сумму 200 миллионов рублей. Это очень серьёзная помощь, так как сегодня на балансе МТС республики - 75 тракторов. Нам необходимо завести кроме пахотной техники ещё и плуги, культиваторы и многое другое. Далее российский министр подчеркнул, что курортная отрасль в Абхазии не сможет развиваться без восстановления агропромышленного комплекса. И я полностью согласен с ним. Если мы не будем уделять сельскохозяйственной отрасли и селу особое внимание, то мы и курорты потеряем.

- Этот тезис даже не должен обсуждаться. Ведь Абхазия испокон веку была аграрной страной, и её сельскохозяйственная продукция всегда славилась своими вкусовыми качествами.

- Совершенно верно. И сегодня наша продукция, хоть и в небольшом ассортименте, на выставке была признана лучшей по всем показателям. Особо она удивила всех своей экологической составляющей. Люди подходили к нам с предложениями закупать наши сельхозпродукты в неограниченном количестве, но у нас, к сожалению, нет производственных мощностей для удовлетворения такого спроса. За малыми объёмами продукции никто к нам приезжать не будет. Нам необходимо создавать перерабатывающие предприятия в каждом районе, а в дальнейшем и в каждом селе, так как сельхозпродукции для её переработки у нас достаточно. Затем можно будет укрупнять производства, объединять сёла. Для этого необходимо разработать Программу по развитию и строительству хотя бы мини-цехов по хранению, переработке и фасовке сельскохозяйственной продукции. Сегодня в Абхазии фруктовые сады, виноградники, плантации субтропических культур и орехов находятся в аренде. Министерство сельского хозяйства может оказать арендаторам посильную небольшую помощь. Помощь в создании перерабатывающих предприятий также должна быть оказана на государственном уровне.

В Москве во время встреч с российскими аграриями и бизнесменами высказывались различные мнения и по вопросу инвестиций в экономику Абхазии. Было очевидно, что люди готовы вкладывать серьёзные деньги, однако наша внутренняя политическая нестабильность настораживает и сдерживает их. Реваншистские, революционные настроения и наши внутренние проблемы не должны выходить за рамки политических интересов страны. Любое слово моментально распространяется по Интернету. Мы - маленькое государство, и должны быть осторожны в своих высказываниях. Нам необходимо возродить село, иначе можем столкнуться с проблемами в строительстве абхазского государства. Ведь основная часть населения страны проживает в сёлах. И если мы не повернёмся к ним, то у нас возникнут серьёзные трудности.

- Находите ли Вы понимание у руководства республики, как складываются ваши отношения?

- Эти проблемы обсуждались в беседе с Президентом Раулем Джумковичем Хаджимба при моём назначении на должность министра. Он прекрасно понимает всю серьёзность положения в сельском хозяйстве. Глава государства пообещал увеличить бюджет министерства в два раза и дал гарантии, что приложит все усилия для поддержки сельхозпроизводителя. Вообще считаю его президентом новой формации. Мобильный, справедливый, проявляет профессионализм во многих отраслях, в любой проблеме. Думаю, что на всех руководящих постах должны быть компетентные и преданные делу люди - с современным взглядом на всё происходящее, привлекательными идеями, здоровыми амбициями и, главное, с желанием честно и добросовестно трудиться.

- Даур Нуриевич, назначая Вас на пост министра, Президент страны подчеркнул, что Ваш стиль руководства позволяет справляться со сложными задачами, и привёл в пример Ваше последнее место работы - Госкомпанию «Абхазтоп».

- Я руководствуюсь в первую очередь интересами государства. Не скрою, приходится быть жестким руководителем, потому что демократию иные воспринимают как своеволие. Но никогда не принимаю решения сгоряча. Стараюсь разобраться, всё обдумать и взвесить. Когда я в 2014 году возглавил эту компанию, она имела долг 77 миллионов рублей. Я понимал, что такое предприятие должно приносить прибыль государству, поэтому стал перестраивать всю работу. Хотелось больше результативности, приходилось упрекать самого себя в невыполнении сроков. Хотя я понимал, что результативность работы зависит от ответственности всех специалистов компании, от их добросовестности, а не от того только, что Тарба спросит - потому и надо делать. Я запретил выдавать бензин в долг, организовал работу так, чтобы все выплаты производились вовремя, реализация бензина улучшилась за счёт качества горючего. За два года компания выплатила долг и вышла на прибыль: этот год она завершит с прибылью в 65 миллионов рублей.

- Вы сразу согласились на предложение возглавить министерство самой сложной, но такой необходимой для страны отрасли, как сельское хозяйство?

- Вначале воспринял это предложение как шутку. У меня два высших образования, которые никак не связаны с сельским хозяйством. Я - юрист-политолог. Хотя, конечно, с землёй меня связывает вся моя жизнь: я вырос в селе Мокве Очамчырского района, у меня там большое подворье, сад, в котором растут 450 корней различных фруктовых деревьев. Но я очень переживал, так как на меня возложили большую ответственность. Даже если увеличат бюджет министерства, как правильно распределить эти деньги, чтобы они принесли пользу селу? Кредит будет выдаваться выборочно и исключительно на возвратной основе. Понимаю, будет трудно, но волков бояться - в лес не ходить. В этом году я буду просить руководство страны дать добро на строительство хотя бы одного перерабатывающего предприятия в 2017 году. Это будет примером рационального использования денежных средств. Эти деньги будут работать и принесут в дальнейшем прибыль. Хватит разбазаривать государственные деньги, играть в демократию. Я - человек советской формации и являюсь сторонником жёсткой политики во всех вопросах. Чтобы что-то изменить в сельском хозяйстве, нам не обойтись без принципа «кнута и пряника». Сегодня в Абхазии нет ни одной животноводческой фермы, мы даже не знаем, какое поголовье скота у нас в республике. Мы хотим от государства получить всё, но и сами должны что-то делать для его процветания.

- Даур Нуриевич, в каком состоянии на сегодня находятся наши фруктовые и цитрусовые сады, плантации орехов и субтропических культур?

- Эта тема уже набила оскомину, но обойти её не имеем права, так как на закладку этих садов и плантаций было затрачено немало денежных средств и сил. Из 1.500 гектаров посадок на сегодня в строю 600 гектаров. Остальное всё надо списывать. Ситуация такая возникла из-за недофинансирования. Однако это не послужило поводом для некоторых рачительных садоводов забросить свои участки. После моего назначения я побывал во всех районах республики. Картина везде неоднозначная. В Ткуарчале она более менее терпимая. Но в Галском районе ситуация тяжёлая. Фруктовый сад на 100 гектарах - без одного деревца. Таких участков в Восточной части Абхазии много. Эта программа по закладке садов была уникальной, но не до конца продуманной. Не могут пять человек работать на ста гектарах. Заказчиком этого проекта выступало Министерство сельского хозяйства, а подрядчиком - НИИ сельского хозяйства. На мой взгляд, их надо было поменять ролями. В Очамчырском районе под закладку фруктов было выделено 680 гектаров, из которых сегодня в надлежащем состоянии лишь 100. В Гулрышском районе положение лучше. В Гудаутском и Гагрском районах фруктовые сады в хорошем состоянии. Сегодня стоит вопрос о передаче этих садов с баланса НИИ в оперативное управление Минсельхоза, а в будущем необходимо передать их на баланс районных администраций. Это упростит многие задачи, даже и по привлечению инвестиций.

- Так как же повернуть крестьянина к земле, на которой так и не зацвели сады? Ведь он устал верить обещаниям?

- Для этого нужны толковые организаторы и исполнители. Нельзя делать всё приблизительно. Система сама по себе успеха не гарантирует. Нужны люди, которые смогут убедить крестьян вернуться к земле. Русудан Барганджия

Газета «Республика Абхазия»

Абхазия. ЦФО > Агропром > ved.gov.ru, 19 октября 2016 > № 1943604 Даур Тарба


Россия. Великобритания > Агропром. Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 19 октября 2016 > № 1938489 Нил Мартин

Второй шанс российскому сыру в эпоху санкций

Оценив сыр-ластик и липнущие друг к другу слайсы, я думал, что надежды нет, но потом появился свет в конце тоннеля.

Нил Мартин, Русская служба BBC, Великобритания

Я хорошо помню тот день — это было спустя пару месяцев после того, как Россия ввела свои контрсанкции: продуктовое эмбарго в ответ на западные санкции.

Мы сидели на кафедре на работе, отмечали чей-то день рождения. С тортом и шампанским, разумеется, хотя и то, и другое было чересчур сладким по моим меркам. Мягко говоря, я не очень люблю сладкое — 20 лет уже нигде не заказывал ни одного сладкого десерта.

Потом одна из моих коллег принесла сырную доску. «Санкционка?», — с любопытством и надеждой сразу же поинтересовался я, одновременно пытаясь использовать новое слово, недавно пополнившее мой словарный запас.

«Не-а, — ответили мне, — санкционки у нас нет, сыр российский, но он недешевый, должен быть неплохим».

Я инстинктивно потянулся за сыром с голубой плесенью. Хотя чеддер является нашим родным сыром и самым популярным сортом в Шотландии, английский полумягкий голубой сыр — такой, как стилтон — я просто обожаю, как и все европейские сыры этого вида.

Но это было что-то совсем другое… я сначала подумал, что по ошибке откусил кусок ластика со стола преподавателя. Второй сыр оказался ничуть не лучше, и я быстро и с огорчением сдался.

После этого грустного опыта и еще пары крайне неудачных покупок российского сыра я перестал надеяться и давно уже не покупал никакого сыра здесь. Да, время от времени я брал какие-то слайсы, чтобы делать бутерброды с собой на работу. Но они вообще ужасно невкусные, а иногда даже отвратительные — когда противно липнут друг к другу.

Я сам постеснялся бы использовать слово «сыр», чтобы описать этот продукт. И речь еще даже не идет про скандальное пальмовое масло.

Прошло время

Однако совсем недавно я решил дать российскому сыру еще один шанс.

Я случайно наткнулся на репортаж по телевизору, в котором сообщили, что французские эксперты якобы уже не могут отличать российский камамбер от настоящего французского. Конечно, подумал я про себя, — врут бессовестно! Вряд ли такое возможно. Но все равно, это вызвало у меня любопытство, и я затем отправился в магазин за сыром.

Я был приятно удивлен. В супермаркете я стоял долго, рассматривая набор сыров. Выбрал бри, произведенный в Тульской области, и купил кусок (не большой, но и не маленький) меньше, чем за 200 рублей, и который выглядел, на мой взгляд, довольно прилично.

Но внешний вид может быть обманчив, и я бы не сказал, что я подходил к этому делу с большим оптимизмом — по большей части, я пошел на это ради собственного любопытства. Но сыр оказался действительно вкусным! Совсем не резиновым, с хорошей мягкой текстурой и приятным вкусом.

Потом я устроил для себя этакую дегустацию. Купил свой любимый сыр с голубой плесенью (Московская область), который был мягким и приятно крошащимся, как и положено, потом молодой твердый сыр (Башкортостан). Все было вполне прилично и не совсем дорого — за каждый кусочек я заплатил не больше 200 рублей. Трудно поверить, что два года назад все было совершенно по-другому.

Виски и дорогие автомобили

Продуктовое эмбарго само по себе я по-прежнему не одобряю, и не только из-за роста цен. Скажу от себя: если любой свободный человек хочет тратить всю свою зарплату на роскошный рокфор, тогда это его выбор, и он должен иметь право так делать. Это его деньги, которые он сам заработал.

Что же касается утверждений о том, что контрсанкции выгодны для российской экономики и местных производителей — у меня вопрос. Почему тогда сейчас Россия говорит о компенсации за причиненный ущерб российской экономике не только от санкций, но и от этих же самых контрсанкций?

К тому же, если бы они хотели по-настоящему наказать, допустим, Великобританию, было бы более эффективно ввести эмбарго на виски или на автомобили повышенной комфортности.

Из британских продуктов в России я сам иногда покупал только печенье, хлопья на завтрак, ну и еще зубную пасту. Хоть они и не попали под эмбарго, я уже реже покупаю их, стало слишком дорого. Представляете, в местном супермаркете уже надо платить 450 рублей, чтобы приобрести 250 граммов британских хлопьев! Нереально.

Но тут по улицам катается много роскошных британских машин, и Россия является очень важным рынком для шотландских производителей виски. Удар по этому направлению британской экономики был бы заметным.

В целом я против таких эмбарго, и надеюсь — без особенного оптимизма, признаюсь — что скоро его снимут.

Но в случае сыра (эти ужасные слайсы еще не съедобны, но куда деваться?), что-то положительное из-за этого, мне кажется, точно произошло, и в России начинают делать вкусный сыр. Для тех из нас, кто любит сыр и сейчас живет во время эмбарго, это замечательно.

Нил Мартин родился и вырос в Шотландии, сейчас он преподает английский в Санкт-Петербургском университете им. Бонч-Бруевича.

Россия. Великобритания > Агропром. Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 19 октября 2016 > № 1938489 Нил Мартин


Россия. ПФО > Агропром > zol.ru, 12 октября 2016 > № 1928397 Асхат Шарапов

Глава «РАЦИН»: Сдавать зерно государству выгодно

Редакция РБК-Татарстан пообщалась с главой Республиканского агропромышленного центра инвестиций и новаций Асхатом Шараповым, который оценил сельхоз-кампанию, новые инвестиции и поддержку сельхозпроизводителям.

«РАЦИН» - одно их крупных предприятий Татарстана, которое непосредственно работает с сельхозпроизводителями, оценивает их положительные и отрицательные моменты, предлагая разные решения проблем. Как лично вы оцениваете сельскохозяйственную кампанию в Татарстане в этом году?

- Текущий 2016 год для сельского хозяйства получился неординарным. Средняя урожайность по республике - 27,4 ц/га, что значительно выше прошлогодних 21,4 ц/га. Климат и некоторые технологические недоработки привели к тому, что продовольственной пшеницы, а именно 3 класса, было собрано меньше, чем хотелось бы. Кстати и по стране в целом, схожая ситуация: по оценкам российских аналитиков доля пшеницы 3 класса в общем объеме пшеницы составляет на сегодня порядка 20%.

И какие меры поддержки принял Минсельхоз РТ?

- Всего в республике два держателя регионального фонда - ПАО «Татагролизинг» и ГУП «РАЦИН». Сельхозтоваропроизводители, погашая долг перед этими организациями, получили за сданное зерно пшеницы 3 класса 1500 рублей субсидий от государства за тонну. За зерно ржи 1-2 класса и пшеницу 4 класса - 1000 рублей за тонну. На сегодня программа стимулирования завершена и все обязательства исполнены.

«С учетом достаточно высокой закупочной цены сдавать государству оказывается выгоднее, чем продавать на рынке».

Кто еще пользуется выплатами от государства?

- Субсидия распространяется на сдачу зерновых еще троим промпереработчикам - это «Казаньзернопродукт», «Челны-хлеб» и «Набережночелнинский комбинат хлебопродуктов», которые весь год будут обеспечивать население недорогой мукой для нескольких видов хлеба. Субсидирование стало возможным благодаря тому, что республика из своих дополнительных доходов выделила на поддержку сельхозпроизводителей один миллиард рублей. Из них 600 миллионов направлено на погектарную несвязанную поддержку - в зависимости от количества обрабатываемой пашни. Остальные - на стимулирование в зависимости от количества сданного государству зерна. Таким образом мы в этом году обеспечили мукомольные предприятия потребным количеством продовольственной пшеницы.

Какие предприятия работают с ГУП «РАЦИН»?

- Различные. В основном, средние. Крупные холдинги имеют свои возможности кредитования и приобретения удобрений, семян и средств химзащиты. Поэтому теснее всего складывается сотрудничество с районами, где сохранилось много традиционных предприятий - Черемшанским, Пестречинским, Актанышским и другими. Всего у нас более тысячи контрагентов. Мы предлагаем услуги и товары по льготным ценам, которые наше предприятие обеспечивает за счет большого объема закупок у постоянных и надежных партнеров – ТАИФ, Татнефть, Татагрохимсервис, ФосАгро, Уралхим , Аммоний и других компаний. Они надежные поставщики, которые по мере возможности идут навстречу нам и сельхозпроизводителям.

Расскажите о планах по инвестициям, которые были реализованы в этом году?

- В 2016 году МСХ и П РТ реализует программу «3 по 100» по выращиванию высоко маржинальных культур - рапса, подсолнечника, кукурузы - и здесь действительно потребовались инвестиции. Нам удалось обойтись в основном внутренними вложениями, при помощи таких поставщиков, как Казанский маслоэкстракционный завод, Татагрохимсервис, Сервис-Агро. Помощь сельхозпроизводителям оказывалась в виде рассрочек на покупку семян подсолнуха и рапса, необходимых средств защиты растений, удобрений и техники.

В поиске инвестора организация работает непрерывно. Посещая выставки, форумы делаем презентации АПК РТ, потенциала республики в разных отраслях. Тесно контактируем с республиканскими министерствами и службами, такими как АИР, ТПП, Минпромторг, Аппарат Президента РТ, СЭЗ Алабуга, Химград и др., принимая участия в республиканских делегациях, выезжающих в другие регионы России и зарубежные страны. Конечно- же упор делаем на «своего» отечественного инвестора, но и работаем с потенциальным зарубежным партнером. Так на сегодняшний день имеются договоренности по трансферу технологий и товаров с Венгрией, Молдовой, Словенией, Нидерландами, Ирландией и др. странами.

Россия. ПФО > Агропром > zol.ru, 12 октября 2016 > № 1928397 Асхат Шарапов


Россия > Агропром > newizv.ru, 11 октября 2016 > № 1928898 Анастасия Семенова

Анастасия Семенова: «Йод в колбасе - это авантюра Минздрава »

Инна Деготькова

О том, что повсеместное использование йодированной соли, как предлагает Минздрав, опасно, а в производстве колбасы и вовсе невозможно «НИ» поговорили с замдиректора Всероссийского научно-исследовательского института мясной промышленности Анастасией Семеновой.

- Министерство здравоохранения в целях борьбы с дефицитом йода у населения разрабатывает законопроект, согласно которому вся соль в России должна стать йодированной. Неужели всем россиянам поголовно нужен йод?

- Конечно, нет. У меня, например, никогда не было проблем с щитовидной железой и дефицита йода, и я не хочу есть то, что мне не нужно. А от недостатка какого-то вещества в организме до избытка в питании – один шаг. Например, есть такое вещество - селен, он содержится в злаках, некоторых орехах и грибах. При его недостатке разрушаются зубы и выпадают волосы. При его переизбытке – тоже разрушаются зубы и выпадают волосы. Йодом точно также нельзя увлекаться, но нам не оставляют выбора – в продуктах должна быть йодированная соль, на столе в солонках – тоже йодированная соль. А кто проконтролирует избыточность потребления йода, не говоря уже о том, что нарушаются права потребителей и конкуренция.

- Одним из первых на инициативу отреагировал Национальный союз мясопереработчиков, направивший обращение в Минсельзоз. В нем подчеркивалось, что на данный момент не существует технологии производства колбасы с использованием йодированной соли. На внедрение новых стандартов потребуются деньги, в результате чего вырастет цена на продукцию. Получается, что интересы бизнеса опять не учитываются, а за простых потребителей правительство решило само, мол, всем нужен йод и точка?

- У нас как всегда: сначала предложат, а потом думают, что же предложили. Это очередная бессмысленная и непродуманная инициатива из серии: «А давайте запретим СТО двадцать пищевых добавок с индексом Е». Создается впечатление, что депутаты просто соревнуются в количестве законопроектов. Если государство хочет позаботиться о здоровье граждан, то нужно принимать законопроекты, направленные на поддержку людей, которые действительно нуждаются в лечебно-профилактических продуктах. Кроме того, есть продукты, в которых использование йодированной соли в принципе не возможно или не изучены химические реакции с другими содержащимися в них веществами.

- Как, например, в колбасе?

- Да, наука еще 20 лет назад доказала, что обогащение соли йодом в некоторых продуктах не дает эффекта, так как йод до организма не доходит при потреблении. В случае с колбасой йод разрушается при тепловой обработке. Или возьмем банку консервов, которая хранится пять лет: йод в ней исчезнет гораздо быстрее, если не сразу после стерилизации. Еще один пример: при производстве сыра соль используется в качестве технологического компонента, так как сыр вымачивают в соляном растворе, после чего раствор выкидывают, то есть он одноразовый. Зачем использовать дорогую йодированную соль для таких продуктов?

- А йод совместим с другими веществами, используемыми в производстве колбас и мясных изделий?

- Для ответа на этот вопрос нужны многолетние научные исследования. Сегодня таких данных нет. По техническому регламенту о безопасности мяса и мясной продукции, в производстве должна использоваться соль, обогащенная нитритом натрия. К слову, такую соль в России не делает ни один производитель, вся она импортная, а следовательно, более дорогая. Так вот йодом нужно будет обогащать эту нитритную соль, в то время как научных работ по совместимости раствора нитрита и йода в мясной промышленности просто не существует. Но по законам химии, любые вещества взаимодействуют, а йод и нитрит натрия – страшно реакционные элементы. Кроме того, в мясной системе есть и белки, и жирные кислоты, и различные летучие ароматические вещества (только запах мяса определяют 800 соединений). В какую реакцию они вступят с йодом – неизвестно. Об этом всем правительство не подумало, потому что не обратилось к научному сообществу, да и школьные уроки химии составители закона, вероятно, тоже забыли.

- Если государство хочет позаботиться о здоровье граждан посредством запретов в производстве продуктов питания, то что следовало бы запретить прежде всего, может быть, глутамат натрия, который часто используется в колбасах и сосисках?

- Мы сегодня являемся заложниками слабых представлений о том, как нужно питаться, что вредно и что полезно. У нас только 20 лет назад были приняты законы о том, что состав продуктов должен выноситься на упаковку. Все, кто думает, что в продуктах во времена СССР не было фосфатов и нитритов – глубоко заблуждаются. Все было, только потребители об этом не знали. Что касается глутамата натрия, которого так все боятся... Когда на даче мы маринуем шашлыки, в процессе маринования глутаминовую кислоту, из которой на 20% состоит животный и растительный белок, мы преобразуем в глутамат натрия. Мало кто знает, что глутамат натрия выписывают грудничкам в виде лекарственного средства для лучшего усвоения пищи, глутаматом натрия лечат расстройства пищеварительной системы и у взрослых. Зато все рекомендуют есть белок, а ведь белок в больших количествах тоже взывает болезненные состояния. Все должно быть в меру и в норме, а этих норм обычные потребители не знают.

- Если не йод, то что нужно населению для нормального питания?

- Нужны витамины, их сейчас очень не хватает. В последнее время пищевое поведение людей изменилось. Если тридцать лет назад норма калорийности рациона составляла 3-5 тыс. килокалорий, то сейчас – всего 2 тыс. килокалорий, так как упали энергозатраты человека. Сейчас мы одну тысячу килокалорий тратим на поддержание процессов организма во сне, а другую тысячу – во время бодрствования: чтобы дойти до метро, отсидеть рабочий день в офисе и дома опять за компьютером – для много сил не нужно. То есть теперь мы съедаем гораздо меньше пищи, и соответственно, меньше микроэлементов, витаминов. Например, раньше, три века назад, солдат в армии обеспечивали витаминами группы B за счет того, что им выдавали каждый день буханку черного хлеба и фунт говядины (0,454 кг – «НИ»). Если вы сейчас это будете съедать ежедневно – вы в дверь не пройдете. Поэтому сейчас население, прежде всего, нуждается в витаминизации, а потом уже в йоде.

Россия > Агропром > newizv.ru, 11 октября 2016 > № 1928898 Анастасия Семенова


Россия > Агропром > agronews.ru, 6 октября 2016 > № 1924207 Александр Ткачев

Ткачев: «К 2030 году в России прогнозируется стабильное производство зерна в объеме 130 млн тонн».

Впервые за 25 лет, по предварительной оценке, будет собрано не менее 113 млн тонн зерна. И это, по словам министра сельского хозяйства РФ Александра Ткачева, не предел. При сохранении господдержки отрасли и высокой урожайности в России к 2030 году намерены стабильно получать 130 млн тонн зерна, из которых до 50 млн тонн можно будет направлять на экспорт. Какие отрасли АПК уже включены в работу на внешнем рынке и какая сельхозпродукция может в перспективе заменить российскую нефть, Александр Ткачев рассказал «Вестнику АПК».

— Александр Николаевич, урожаем нынешнего года вы довольны? Благоприятные погодные условия, которые были во время формирования урожая в некоторых регионах, — это лишь часть успеха, а благодаря чему еще аграрии показали столь высокие результаты?

— Урожаем нынешнего года могут гордиться все наши аграрии. Мы планируем собрать порядка 113-116 млн тонн зерна — рекордный за последние 25 лет урожай. Сопоставимый уровень наблюдался в 1990 году, когда было собрано 116,7 млн тонн зерна. В этом году будет значительно превышен уровень прошлого года по пшенице и по масличным культурам. Конечно, погода нам благоприятствовала — это важное, но далеко не единственное условие успеха. Такие выдающиеся результаты стали возможны благодаря своевременной господдержке. Все — и региональные власти, и сельхозпроизводители, и федеральный центр — действовали грамотно, четко, слаженно. Была проведена качественная подготовка к посевной. Обмолот мы также ведем сегодня с опережением более чем на 13% к прошлому году. И уже сейчас аграрии приступили к закладке фундамента урожая будущего года: засеяно 60%, или 10 млн гектаров прогнозной площади озимых. Сельхозпроизводители обеспечены всеми необходимыми ресурсами для проведения осенних полевых работ.

— Можно ли дальше наращивать объемы продукции растениеводства, например, благодаря масштабному движению по возвращению в оборот неиспользуемых сельхозземель и восстановлению орошаемых земель?

— Площадь неиспользуемой пашни в нашей стране составляет 19,7 млн гектаров, в том числе пашни, пригодной для введения в сельскохозяйственный оборот, — 11,8 млн гектаров. Если занять эти площади зерновыми культурами, российский каравай потяжелеет примерно на 26 млн тонн. В прошлом году мы вернули в оборот 950 тыс. гектаров, примерно столько же вводится в нынешнем году. Это требует значительных материальных вложений, поэтому своевременно была предусмотрена господдержка, при которой субсидии предоставляются на один гектар посевной площади. Соответственно, чем больше у сельхозпроизводителя посевных площадей, тем больше он получает финансовых средств. Мы надеемся, что это поможет стимулировать возвращение в оборот неиспользуемых сельхозземель.

— Насколько вообще проблема нерационального использования сельхозугодий актуальна для России?

— Проблема действительно актуальна и касается не только введения земель в оборот, но и рационального их использования. Например, сельхозпроизводители пока мало заботятся о повышении плодородия земель. Мы должны в корне изменить подходы к использованию минеральных удобрений. В нашей стране производится в среднем от 18 до 20 млн тонн удобрений, а внутри страны применяется лишь 15%, то есть 2,5 млн тонн. Сегодня более половины посевных площадей у нас засеваются вообще без внесения минеральных удобрений. В среднем по России на один гектар вносится 33 кг в действующем веществе, а надо вносить как минимум в 3 раза больше. Увеличение объема вносимых минеральных удобрений — это существенный резерв повышения урожайности, еще одна точка роста, потенциал которой не используется пока даже наполовину.

— В этом сельхозгоду Россия экспортировала почти 34 млн тонн зерна, в том числе 24,6 млн тонн пшеницы. Мы стали мировыми лидерами по экспорту пшеницы, опередив Канаду и США. Учитывая нынешний богатый урожай, можно говорить о том, что объемы экспорта будут расти? Необходимо ли нам вообще увеличивать экспорт пшеницы?

— Экспорт зерна и продовольствия в целом в условиях курса на расширение ассортимента выпускаемой продукции и переориентацию рынков сбыта, на повышение эффективности производства и получение экономической выгоды наравне с энергетикой должен стать фундаментом нашей экономики. Зерно — это наш базовый экспортный товар, на который приходится две трети экспорта сельхозпродукции. Россия может торговать не только нефтью, но и стать ведущей мировой аграрной державой. По объему экспорта российского зерна за последние 10 лет мы достаточно преуспели: экспорт увеличился в 3 раза и превысил 34 млн тонн. Мы не собираемся отступать от намеченного курса и планируем закрепиться на позиции мирового лидера по экспорту пшеницы. В этом сельхозгоду экспорт зерновых увеличится примерно на 20% — до 40 млн тонн зерна, в том числе экспорт пшеницы — до 30 млн тонн, в прошлом году было экспортировано почти 34 млн тонн зерна.

Будем расширять географию поставок. Наряду с традиционными рынками, а это Ближний Восток и Северная Африка, ожидаем увеличения экспорта в Китай, азиатские страны, Африку, а также в Латинскую Америку. В перспективе, по прогнозам, к 2030 году страна по производству зерна может выйти на результат 130 млн тонн. Это позволит поставлять на внешние рынки не менее 48,5 млн тонн. В то же время повышение урожайности, введение дополнительных площадей в оборот и ряд других условий могут обеспечить к 2030 году производство зерна до 170 млн тонн, в этом случае экспорт составит до 64 млн тонн.

— На какие преференции со стороны государства могут сегодня рассчитывать компании-экспортеры?

— В настоящее время принято решение обнулить экспортную пошлину на пшеницу на ближайшие два года. Мы рассчитываем, что это даст зерновому рынку дополнительные стимулы для развития и большую предсказуемость, в том числе будут исключены риски потерь от колебаний валютных курсов. Такая мера поддержит в том числе и экспортеров, число заключаемых контрактов вырастет.

— Очевидно, что зерном мы без проблем обеспечиваем не только себя, но и целый ряд стран. А в каких отраслях АПК можно проследить такие же положительные тенденции? Выступая на совещании у президента РФ по вопросам развития сельского хозяйства Центрального Нечерноземья, вы отметили, что за последние два года импорт продовольствия в России сократился почти на 40%, с 43 млрд руб. до 26 млрд руб. Какой продукции мы стали ввозить меньше?

— Действительно, в прошлом году мы импортировали продовольственных товаров и сырья для их производства на сумму 26,6 млрд долларов США — почти на 40% меньше, чем, например, в 2013 году.

Приостановив ввоз в страну отдельных наименований продовольствия из других государств, мы значительно расширили возможности для наших аграриев. Благодаря господдержке был создан хороший задел для развития отрасли из сотен инвестпроектов. Инвесторы заинтересовались тепличным овощеводством, закладкой садов и виноградников, животноводством. Это позволило нам полностью закрыть потребности по основным видам продукции — картофелю, мясу, сахару, овощам. В I полугодии 2016 года индекс производства сельскохозяйственной продукции составил 102,6%, или 1,6 трлн руб. в фактических ценах.

В результате мы смогли существенно снизить объемы импортных поставок свежемороженого мяса крупного рогатого скота, свинины, мяса птицы, свежей и мороженой рыбы, сыров и творога, сливочного масла, овощей и фруктов. За I полугодие импорт продовольственных товаров и сырья составил 10 млрд долларов — почти на 10% меньше, чем в прошлом году.

— Какая продукция сельского хозяйства, кроме зерна, идет на экспорт в 2016 году? Намерен ли российский АПК расширить список позиций для внешних рынков?

— За 7 месяцев текущего года экспорт Россией сельхозпродукции и продовольствия достиг 8 млрд долларов, что на 3% выше показателя прошлого года. В 1,5 раза выросли поставки пшеницы, в 5 раз — свинины, в 2,5 раза — мяса птицы.

На нашу страну приходится более 3% мирового производства всех видов мяса: в 2015 году в мире производилось около 315 млн тонн мяса, в России — 10 млн тонн. Доля нашей страны в мировой торговле мясом составляет менее 0,5%. Глобальный спрос на мясо будет продолжать расти, и наша страна должна занять на этом рынке свою нишу. Ключевым рынком как для России, так и для мира в целом будет КНР. Минсельхоз РФ разработал программу поддержки экспорта российского продовольствия. В ней мы предусмотрели целый ряд мер системного и организационного характера, которые должны стимулировать развитие экспортного потенциала. Нам очень важно, чтобы эта программа была утверждена и начала работать уже с 2017 года.

Справка

Основной экспорт России в 2015 году приходился на такие страны, как Турция, доля которой в общем объеме экспорта России составила 10,8%, Китай — 8,4%, Республика Корея — 7%, Египет — 4,7%, Азербайджан — 4%, Украина — 3,4%, Иран — 2,9%, Нидерланды — 2,8%, Армения — 2%, Узбекистан — 1,6%, Киргизия — 1,2%, Норвегия — 1,1%, Нигерия — 1,1%.

Россия > Агропром > agronews.ru, 6 октября 2016 > № 1924207 Александр Ткачев


Россия > Агропром > premier.gov.ru, 5 октября 2016 > № 1926043 Дмитрий Медведев

18-я российская агропромышленная выставка «Золотая осень».

Дмитрий Медведев принял участие в открытии выставки, вручил награды работникам отрасли и осмотрел экспозицию.

Российская агропромышленная выставка «Золотая осень» проводится ежегодно в соответствии с распоряжением Правительства Российской Федерации от 11 апреля 2000 года №536-р и приурочена к празднованию Дня работника сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности.

«Золотая осень – 2016» проходит с 5 по 8 октября на территории ВДНХ в рамках Российской агропромышленной недели.

В работе выставки принимают участие более 1,5 тыс. предприятий из 64 регионов России и 13 зарубежных стран. Экспозиция площадью 25 тыс. кв. м размещена в двух павильонах и на открытых площадках ВДНХ.

Свои экспозиции в этом году представляют агропромышленные комплексы Абхазии, Болгарии, Белоруссии и Нидерландов. Также в выставке принимают участие поставщики и производители сельскохозяйственной техники, оборудования для ферм, кормов, ветеринарных препаратов и инструментов из Китая, Германии, Финляндии, Великобритании, Белоруссии, Ирландии и Италии.

Выступление Дмитрия Медведева на церемонии открытия выставки:

По традиции всех приветствую на открытии нашей 18-й агропромышленной выставки «Золотая осень».

Прежде всего хочу всех сердечно поздравить с наступающим праздником. В воскресенье, 9 октября, будет отмечаться профессиональный праздник – День работника сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности. Спасибо всем, кто трудится в отрасли, за нелёгкий труд и большие трудовые достижения.

Приятно отметить, что наша выставка снова проходит в выставочном комплексе ВДНХ, уже реконструированном специально под эти цели. Ещё со времён Советского Союза здесь сложилась такая добрая традиция – приветствовать и чествовать аграриев за их достижения. Но надо признать, что сельское хозяйство, которое мы имеем сегодня, которым обладает наша страна, – это, конечно, совершенно другое сельское хозяйство. Это агропромышленный комплекс XXI века – современный, технологичный и, самое главное, что отличает его от советского периода, прибыльный. Любому посетителю нашей «Золотой осени» становится понятно, почему отрасль показывает устойчивый рост в течение последних лет.

Я об этом неоднократно говорил и ещё раз хочу сказать: в тот период, когда есть экономические сложности, когда и в промышленности есть проблемы, и в целом в экономике, единственный сектор, единственная отрасль, которая демонстрирует устойчивый рост, это сельское хозяйство. Это очень значимое достижение.

Присуждение почётного звания «Заслуженный работник сельского хозяйства Российской Федерации» оператору машинного Но есть и то, чем мы вправе гордиться именно в этом году. Несмотря на то, что уборочная кампания ещё идет, уже сейчас, по состоянию на 4 октября, собрано около 112 млн т зерна. Планируется собрать около 115 млн т. Это рекорд последних 25 лет и это абсолютный рекорд за всю историю российского сельского хозяйства. Это действительно выдающийся результат! Огромное спасибо всем, кто к нему причастен.

Мы будем и дальше делать всё для сельского хозяйства, что зависит от государства, то есть выделять необходимые средства. В следующем году мы запланировали, несмотря на довольно напряжённую бюджетную ситуацию, сохранить объём инвестиций, объём бюджетного финансирования сельского хозяйства на уровне текущего года. Притом что все другие позиции, за исключением защищённых статей бюджета, сокращаются на некоторый процент, финансирование сельского хозяйства остаётся неизменным. Скажу откровенно, и мне, и Министру сельского хозяйства, другим коллегам, которые этим занимаются, это непросто, потому что все отрасли важны и очень много людей, которые, естественно, ходатайствуют о сохранении тех или иных параметров, но приходится выбирать. И в этом смысле сельское хозяйство у нас на протяжении последних лет в абсолютном приоритете.

Мы как государство обязаны принимать решения, которые должны быть полезными, удобными для аграриев, которые должны поддерживать аграрный сектор, поддерживать село. Буквально вчера утвердил новую редакцию правил приобретения сельхозпродукции в интервенционный фонд, то есть мы продолжим зерновые интервенции, не оставим здесь без внимания аграриев. Готовим мы и документы об интервенционном фонде по молочной продукции. Так что в этом смысле будет современная нормативная основа для поддержки села.

Хочу специально отметить: заниматься аграрным делом в нашей стране стало в целом выгодно. Это важно. Это один из самых надёжных секторов нашей экономики, даже несмотря на очевидный сезонный характер. Мы выстроили многоуровневую систему государственной поддержки. На неё могут рассчитывать и начинающие фермеры, и агрохолдинги.

Мы продолжим курс на импортозамещение, потому что на самом деле он даёт отличный результат, который позволяет нам и решать внутренние задачи, и заниматься экспортом сельхозпродукции, и (что не менее важно сегодня, о чём мы всё время говорим, когда с коллегами встречаемся) заниматься новыми направлениями, такими как развитие селекционной, семеноводческой базы. Они не вполне новые, они, к сожалению, хорошо забытые старые, потому что за последние годы в эту сферу мало инвестиций приходило. Надеюсь, что сейчас ситуация улучшится.

Напомню также, что мы полностью обеспечиваем себя – и это действительно достижение, абсолютное достижение, это результат последних лет, это выполнение доктрины продовольственной безопасности. Мы обеспечиваем себя и зерном, и сахаром, и картофелем, и свининой, и мясом птицы – по пяти показателям доктрины продовольственной безопасности из восьми. Нужно подтянуть ещё показатели по некоторым другим направлениям, таким как рыба, как мясо КРС, соль и молоко. Это очень важные, чувствительные направления.

Тем не менее ассортимент продовольственных товаров российского производства постоянно увеличивается. На него есть спрос не только внутри страны, но и за границей. Будем дальше стимулировать внедрение и инновационных технологий в аграрном секторе. Реальная ситуация видна вот на тех стендах, которые сегодня размещены в этом павильоне. Свои успехи в развитии агропромышленного комплекса сегодня представляют 64 региона страны. Каждому из них есть, о чём рассказать, чем похвалиться, и продемонстрировать свои результаты. Будем создавать и новые инвестиционные проекты, раскручивать те брендовые продукты, которыми гордятся в регионах. И, конечно, нужно внедрять новинки оборудования, самые современные технологии.

И последнее о чём бы хотел сказать – но, конечно, не по значению. По значению, это первое – это сами люди. Потому что село – это прежде всего люди, которые живут там и трудятся. Мы прекрасно понимаем, что труд на селе, даже несмотря на все современные технологические достижения, сложный, тяжёлый, затратный. И люди, которые трудятся на селе, должны жить в нормальных условиях, абсолютно сопоставимых с городскими, чтобы привлечь на село квалифицированных специалистов, чтобы были нормальные детские сады, школы, фельдшерско-акушерские пункты, больницы, дороги, наконец, газ, и все условия для того, чтобы поддерживать молодёжь. Мы эту работу продолжим. И все те инструменты, которые за последние годы были опробованы, сохранятся. Это на самом деле очень важно.

На «Золотой осени» мы традиционно не только смотрим достижения нашего сельского хозяйства, но и вручаем награды. Это такая приятная миссия, символ признания ваших заслуг и нашей благодарности за всё, что вы делаете на нашей земле. Поздравляю всех награждённых с высокой оценкой вашего труда, и давайте перейдём к этой процедуре.

Россия > Агропром > premier.gov.ru, 5 октября 2016 > № 1926043 Дмитрий Медведев


Россия > Агропром. Недвижимость, строительство > agronews.ru, 4 октября 2016 > № 1924389 Василий Мельниченко

Комментарий. Мельниченко: тракторный марш – следствие незавершенной земельной реформы.

Известный радикал и оратор Василий Мельниченко в интервью «Крестьянским ведомостям» жестко критикует земельную политику и предлагает передать право сельским Советам распоряжаться сельхозугодьями.

Мы встретились с В. Мельниченко 27 сентября на заседании Совета ТПП РФ по промышленному развитию и конкурентоспособности экономики России по злободневной теме «О повышении конкурентоспособности АПК», где он по привычке в пух и прах разнес аграрную политику властей. Но меня интересовало его отношение к тракторному маршу, который широко освещали «Крестьянские ведомости».

– Василий Александрович, вы не скрываете, что активный оппозиционер властям. Каково ваше участие в организации тракторного марша, который закончился арестами, штрафами и даже мордобоем участника марша. Чего добились кубанские трактористы?

– Я не принадлежу к числу организаторов, я поддержал акцию, когда она уже разгорелась. Моя оценка: с механизаторами, трудягами поступили несправедливо. Люди от отчаяния приняли верное решение ехать к президенту, чтобы защитить свои права на землю. Идти к губернатору, в суд – это уже невозможно. Все их выступления идут от незавершенности земельной реформы.

Мы прекрасно знаем, сколько в лихие 90-е в Подмосковье убили всяких владельцев-совладельцев сельхозугодий. Везде причиной был земельный вопрос. Так и в этом случае. У кубанских фермеров отбирали источник жизни – землю, часто по подложным документам…Суды были на стороне агрохолдингов. И единственный, кто бы мог помочь им – это глава государства. Ни Госдума, ни Совет Федерации. У них совсем другие задачи.

А мы обязаны добиться, докричаться, чтобы земельную реформу завершить. Рано или поздно у протестующих людей проснется кровь Пугачева. Потому что мы уже допустили то, что в одной семье или компании скоро под миллион гектар будут иметь. Такие как «Мираторг», «Юг России» 500-800 тыс. га имеют.

Суть в том: кто мне, простому российскому крестьянину, может сказать, что у кого-то нашлись деньги, чтобы купить миллион га? Это невозможно. Значит, что-то не так здесь поступили.

– В стране есть и другой пример, землю не только продают, но и отдают гектар бесплатно – на Дальнем Востоке…

– Это другая история. Я хочу сказать: мы не можем жить в обществе, где нет ограничений владения землей. Нельзя, чтобы один владел миллионом гектар, при том, что миллионы людей не имеет ни одного гектара – на всех не хватает. Поэтому должно быть ограничение: если ты не сельхозник – максимум гектар в собственность. Если хочешь чего-то строить – завод или фабрику – бери землю в аренду.

– В феврале этого года на 27-м съезде фермеров России я слышал разумное требование: внести изменения в ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» № 101-ФЗ – ограничить площадь одного землевладения в пределах одного района максимальным размером, равным не более чем 10% общей площади сельхозугодий. Вы как считаете?

– Район от района отличается. В одном районе имеется полмиллиона га, в другом несколько десятков тысяч…

– Вы какую площадь предлагаете?

– Я считаю, в собственности гражданина РФ для дачи, дома, ЛПХ – должен быть 1 га, для сельхозработ – в зависимости от региона. На Юге может быть 70-80 га. У нас на Урале, можно и 200 га дать в собственность. Земельные вопросы должны решаться в сельском Совете. Земельная комиссия должна быть жестко подконтрольна населению и определять, кому и сколько выделять земли.

– Один момент. Человек взял в пользование землю, но прошло три года, а земля не обрабатывается. Я так понимаю, по закону она должна изыматься…

– Мы знаем всех людей на местах, кто заслуживает грант, как начинающий фермер, тот имеет право на его получение. Так же и по грантам для семейной фермы. И Кремль не должен касаться этих вопросов. Земля в собственности народа и местная власть должна определять кому давать гранты. А нынешние конкурсные комиссии в районах кроме документов ничего не смотрят.

– Тракторный марш имеет будущее?

– Мы будем добиваться встречи с президентом. Больше ни с кем встречаться не собираемся. А иначе – Общероссийский тракторный пробег до Москвы. Что-то будет все равно».

В конце интервью Василий Мельниченко дал визитку, на одной стороне которой он представлен как председатель Федерального сельсовета, а на другой – фермер, член Российской экологической партии «Зеленые», девиз: «Мы мужики, нам все по плечу»!

Автор: Александр РЫБАКОВ, «Крестьянские ведомости»

Россия > Агропром. Недвижимость, строительство > agronews.ru, 4 октября 2016 > № 1924389 Василий Мельниченко


Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 4 октября 2016 > № 1918753 Алексей Вадатурский

Алексей Вадатурский в интервью оценил ситуацию с развитием аграрного бизнеса в Украине

30 сентября СП Нибулон начал новый инвестиционный проект в Херсонской области.

Реализация проекта позволит построить новый современный перегрузочный терминал по отгрузке зерновых и масличных культур для речного и морского транспорта.

В то время как иностранные компании сворачивают свою деятельность в Украине из-за кризиса и риска войны, Алексей Вадатурский не жалеет инвестиций в свое детище, которым занимается более 25 лет.

Бизнесмен считает, что сегодня хорошее время для инвестиций, поскольку цены снизились более чем на треть и для того, чтобы что-то построить сейчас, нужно гораздо меньше средств, чем это было бы несколько лет назад.

В интервью НВ Бизнес Вадатурский рассказал, что нужно сделать, чтобы аграрная отрасль давала более содержательный результат, почему наша продукция пока не может в полном объеме покорять западные рынки и благодаря чему каждый аграрий может стать более прибыльным.

– Как вы оцениваете ситуацию для развития аграрного бизнеса в Украине?

– Украина – это аграрная страна. Мы должны этим гордиться и ничего здесь плохого нет. На аграрном секторе могут подняться все отрасли экономики Украины. И как раз этой отраслью необходимо заниматься бизнесу. Мы понимаем, что эта отрасль является локомотивом экономики, который может потянуть за собой все остальные отрасли и поднять экономику на совершенно другой уровень.

– Возможно ли нашу аграрную отрасль использовать более эффективно?

– Потенциал нашего аграрного сектора очень велик. В следующие 5-10 лет можно повысить объемы производства сельхозпродукции в два раза. С момента распада Советского Союза Украина пережила разные этапы развала аграрного сектора, затем его становление. Сейчас для нас уже не проблема вырастить 70 млн тонн зерна. И вообще, в ближайшие 10 лет собрать 80-100 млн тонн и это не предел, это достаточно реальные цифры.

– А что именно надо сделать, чтобы это произошло?

– Нужно, чтобы законодательную базу привели в порядок. Сегодня 30-40% оборота зерновых и других агрокультур находятся в тени, и это достаточно большая доля. Очень много злоупотреблений в агарном секторе Украины. В общем, это не дает возможности заниматься по-взрослому инвестициями в аграрный сектор Украины. Кроме того, постоянные разговоры о снятии или продлении моратория с продажи земли также влияют на эту отрасль.

– А вы за мораторий или за то, чтобы продавали зерно?

– Лично я, как бизнесмен и как рыночная структура, за то, чтобы мораторий сняли. Но кто что бы не говорил, сегодня ничего не делается в Украине для того, чтобы этот мораторий снять. Сейчас земля уже де-факто кем-то приватизирована. Земли де-факто уже подчинены оффшорным компаниям. Если сейчас снять мораторий, то количество обездоленных людей увеличится, они де-факто нигде не смогут доказать, что являются обладателями того или иного земельного участка.

– То есть просто придут и заберут у них землю?

– Сегодня даже регистрация земли может проводиться параллельно. Сейчас я могу зарегистрировать этот участок земли, а фактически обрабатывает ее кто-то другой. И тоже зарегистрирован. То есть может быть регистрация на один и тот же участок земли или по другой границе этой земли и т. д.

– Поговорим о торговле на внешних рынках. Есть информация, что за девять месяцев этого года удвоился экспорт пшеницы из Украины. С чем это связано?

– Это ситуативная ситуация. Весной, возможно, меньше будут экспортировать, чем осенью. Главное то, что Украина не вырастила пшеницы вдвое больше, чем в позапрошлом году. Если взять баланс, колебания по выращиванию пшеницы по сравнению с предыдущими годами составит примерно 1-2 млн тонн. Поэтому фактически мы не можем экспортировать вдвое больше. Также в Украине, в общем как и в мире, очень большие переходящие остатки.

– Может старую пшеницу продавали?

– Сегодня в мире объем переходящих остатков пшеницы самый большой за последние 20 лет, а кукурузы – вообще за последние 40 лет. Сейчас очень трудно реализовывать сельхозпродукцию на внешних рынках. В этом случае это рынок покупателей, все выбирают, где купить подешевле. Сегодня рынок зерновых находится в яме низкой цены. Цены падают параллельно и на смежных рынках. Если мировой рынок упал в цене, то и мы, украинские аграрии, также это чувствуем.

– Вы ожидаете результаты маркетингового года по сравнению с прошлым годом, выше или скромнее?

– В нашей компании сейчас лучший показатель по объему экспорта за последние шесть лет.

– Это в тоннаже или в деньгах?

– В тоннаже, потому что цены сегодня на экспортную продукцию упали. Если сравнивать 2015-2016 маркетинговый год с 2014-2015 годом, то цены на зерновую продукцию упали на $40-60 за одну метрическую тонну. В денежном эквиваленте мы, возможно, получили меньше выручки в валюте, в гривне значительно больше. А в физическом плане мы экспортировали больше.

Сегодня 30-40% оборота зерновых и других агрокультур находятся в тени

– Есть много информации об инвестициях вашей компании. Как вам удается в такой непростой ситуации инвестировать, находить деньги? Что вы для этого делаете?

– Мы пережили 1990-е, очень бурные годы. Тогда было намного сложнее инвестировать в экономику. Но мы и тогда инвестировали. Сейчас, я считаю, это краткосрочные проблемы в стране, они нас совсем не пугают. Не должны пугать и Украину. Именно в такие сложные времена надо и инвестировать в экономику, потому что в этот период это сделать дешевле. Рабочая сила, предприятия строительной отрасли не заняты. Сейчас любое оборудование в мире можно купить до 30-40% дешевле в валюте, чем оно было три года назад. У меня как владельца компании есть цель быть конкурентоспособным, быть среди лидеров. Поэтому мы должны идти вперед, несмотря на любые ситуации в стране.

– В какие направления сейчас вы инвестируете?

– Мы занимаемся достаточно серьезно речной логистикой. Я считаю, что это козырь нашей компании.

– Почему именно логистика?

– Сейчас только ленивый не говорит, что у нас плохие дороги. А если говорить конкретно про нашу область, к сожалению, из 10 наихудших автомобильных дорог Украины наши три автомобильные дороги занимают в рейтинге первые места, потому что это портовая транзитная область. И весь поток идет в порты через Николаевскую область на Одессу. Поэтому мы хотим быть независимыми от этих обстоятельств.

– То вы хотите быть независимыми от украинских дорог?

– Мы для себя уже давно приняли решение быть независимыми от Министерства инфраструктуры, от Укрзализныци, от автомобильных дорог. Вообще что-то сделать такое, чтобы мы были хоть в чем-то независимыми. Поэтому сейчас мы независимы в плане речных перевозок.

– А что еще вы будете строить?

– Сегодня нет судов, которые могли бы с юга на север возить некую сельхозпродукцию. Мы самостоятельно решаем эту проблему. Мы сегодня строим судна. Благодаря этому, возрождается судостроение и металлургия, а также возрождается Днепр и Южный Буг. Но есть серьезная проблема – за 25 лет независимости Украины реки очень обмелели. Если в 1990-х годах Украина перевозила по Днепру до 70 млн тонн грузов, то сегодня эти объемы составляют 5-7 млн тонн.

– Но для вас это вспомогательный бизнес, или вы так об этом рассказываете, как будто хотите и дальше расширяться, может, на север?

– Чтобы быть успешной компанией, экспортером продукции, надо быть успешным во всем. Мы являемся эффективным аграрным производством, имеем собственные сертифицированные элеваторные комплексы для хранения продукции. Для того чтобы быть лучшим, нужно еще строить и судна самим. Для этого мы и приобрели несколько лет назад судостроительный завод. Мы строим незаурядные судна, а специализированные, которые способны эффективно перевозить продукцию по Украине.

– Вы не думали о том, чтобы быть успешным в переработке? Ведь говорят, что много мы вывозим сырья, возможно, лучше перерабатывать здесь и перевозить уже более достойный продукт?

– Это очень примитивная мысль. Мировой рынок разделился. Страны, которые получают зерно, имеют свою перерабатывающую промышленность, достаточную для того, чтобы обеспечить себя. Например, в Египте никто не ждет нашу муку, наше мясо, наши колбасы. Так, как и во многих других странах. Потому что там очень большая проблема с излишней рабочей силой. И они будут делать все, чтобы купить как можно более дешевую сельхозпродукцию в той же Америке, Аргентине, Франции или Украине, или в России.

– То есть в мире нет места для продукции большей степени переработки из Украины?

– Нет. Так тоже говорить нельзя. Не надо бросаться то в одну,то в другую сторону. Население в мире увеличивается. Ежегодно в мире рождается более миллиарда людей. И тенденция увеличения остается, а следовательно, увеличивается спрос на сельхозпродукцию. От этого могут выиграть как сырьевой рынок, так и производственный.

– Что мы можем предложить?

– Мне грустно говорить, но посещая разные страны мира и экспортируя туда пшеницу, я убедился, что украинцы едят хлеб худшего качества, чем люди в очень бедных странах. Украина должна выращивать более качественную продукцию, а не пшеницу фуражной или товарной кондиции, как сейчас. Но, к сожалению, эта глобальная для Украины проблема никем не поднимается. На уровне государства никто этим не занимается, а сельхозтоваропроизводители остались один на один с этой проблемой. Нормативной документацией также не предусмотрено мероприятий, направленных на борьбу с выращиванием некачественной пшеницы. И получается, что мы вынуждены есть хлеб с различными добавками и разрыхлителями, да еще и после клопа-черепашки. Для сравнения, доля заражения этим вредителем украинской пшеницы доходит до 7%, тогда как, например, доля зараженного зерна пшеницы, которое разрешено экспортировать в Иорданию или Эфиопию не должна превышать 0,7-1%. После этого становится понятным, почему наши врачи не советуют нам есть хлеб, ведь от некачественной продукции возникают проблемы с пищеварительной системой человека.

Украинцам должно быть стыдно кормить население мира после клопа-черепашки. Если сможем выращивать более качественную пшеницу, значит, и будем получать большую цену и доход. И на базе этого можно и перерабатывать, и производить более качественные продукты питания. Поскольку мы не можем сегодня вырастить качественную пшеницу, мы не можем сделать из нее качественный продукт, а следовательно, и не можем без качественного продукта завоевать рынки стран, которые развиваются. Поэтому сегодня на мировом рынке торговая цена на украинскую пшеницу на $10-15 ниже, чем на американскую, австралийскую или из стран ЕС. И если, например, мы экспортируем 15 млн тонн пшеницы, то несложно подсчитать, что потери наших сельхозтоваропроизводителей достигают $150-250 млн. Поэтому есть над чем работать и над чем задуматься.

Свободная экономическая зона в отрасли – это плохо

– А реально улучшить нам качество?

– Да, довольно реально. Сельхозтоваропроизводитель должен быть сориентирован выращивать качественную пшеницу. Надо сделать домашнее задание, привести в порядок нормативную документацию. Должен быть потенциал, требование времени, производитель должен иметь мотивацию - за лучшее качество получать большую цену. То, что мы видим сейчас, похоже на Советский Союз. Мы никак не оторвемся, и пресловутый вал, как был тогда, так он и остается сейчас. Поэтому сегодня нет заинтересованности производить более качественную продукцию.

– Это не только проблема, это и потенциальная возможность, да?

– Да. Если говорить о кукурузе, то она в Украине была неконкурентная относительно бразильской, аргентинской, американской. Сегодня, увы, достаточно низкий уровень технологий, начиная с производства, хранения, отгрузки на экспорт кукурузы украинского производства. Она не выдерживает конкуренции, и в плане цены она на $10-20 дешевле, чем американская. Наша кукуруза не имеет товарного вида. Потому что мы не уделяем этому внимания.

– Вы говорили, что аграриям не нужны никакие льготы. Правильно ли я вас понимаю?

– Да. Это визитная карточка нашей компании.

– Почему?

– Украинская аграрная отрасль – это свободная экономическая оффшорная зона, единственная в мире, которая вообще не платила никаких налогов. Исторически так сложилось, что аграриям всегда все прощали, они никогда не платили по счетам в бывшем Советском Союзе. Наша позиция – аграрный сектор должен быть цивилизованным, он должен платить налоги на равных условиях с другими отраслями. Поэтому Нибулон с самого начала на общих формах налогообложения уплачивает налоги на прибыль и все остальные налоги уже 25 лет. И мы стали мощной, опытной, успешной аграрной компанией в Украине.

– Многие с вами не согласятся, скажут, что в Европе дают дотации, дают какую-то поддержку, и через это европейская продукция более конкурентоспособная, чем украинская.

– Позор в Украине иметь такие черноземы и быть убыточной аграрной компанией. Наши партнеры говорят об украинской земли, как об очень плодородной территории, на которой, где не посеешь, всегда вырастет. Для сравнения, в Европе просто так, как у нас, ничего не вырастет, а чтобы что-то выросло, надо многомиллионные инвестиции в землю. Если мы будем вкладывать деньги как надо, то можно значительно улучшить экономику, производство. Вообще сегодня аграрное производство без проблем может быть прибыльным. Оно обязано быть прибыльным.

– Вы говорите, никто не платит налогов. А почему тогда все жалуются, что им не возвращают НДС?

– НДС был всегда самый коррумпированный налог. Сейчас я считаю, что он уже не такой коррумпированный, но сегодня с НДС более-менее выравнивается ситуация.

– Сейчас проблем с этим нет?

– Если аграрный сектор работает по прозрачной схеме, то в этих экспортеров нет проблем с возвратом НДС. Если экспортер работает с украинским резидентом, который покупает продукцию через посредников, которые, в свою очередь, покупают ее по теневым схемам, то у этих компаний будут проблемы с возвратом НДС. У нас задержка на месяц. В нынешних условиях это несущественно. Главное, чтобы мы понимали, что НДС будет возвращаться. Если ты работаешь прозрачно, то будь уверен, что НДС тебе вернет государство.

– А почему жалуются американские компании, например, тот же Cargill, другие?

– Повторюсь, надо меньше работать с украинскими посредниками, которые скупают сельхозпродукцию, используя теневые схемы. И тогда они будут другое говорить. Посмотрите на другие терминалы, где покупают сельхозпродукцию западные компании, и там в очереди люди, которые нам никогда не сдают ее, потому что знают наши требования. Поэтому они реализовывают продукцию оффшорным компаниям. Таким же непрозрачным оффшорным компаниям. А эти оффшорные компании уже реализуют западным компаниям, которые не проверяют ее происхождения. Есть такая проблема. Но если вы занимаетесь бизнесом по-взрослому, то должны знать, у кого покупаете, потому что вас никто не защитит, если что-то пойдет не так. Раньше мы тоже какое-то время работали через посредников, но позже отказались и работаем исключительно с сельхозтоваропроизводителями. Сейчас более 90% сельхозпродукции поставляется сельхозтоваропроизводителями.

– Но западный экспортер, наверное, не имеет много времени на такие проверки. Какой вы видите выход?

– Аграрную отрасль в Украине перестали проверять. Это воля страны, воля Кабмина не мучить бизнес. Но результаты этой неприкосновенности позволяют стать на новый уровень теневому бизнесу в Украине. Компании могут открываться на один квартал, поработать, а потом уйти с рынка. Затем появляется новая похожая компания и работает также квартал. И ни у кого не возникают вопросы к таким предприятиям. Все вроде бы легально делается.

– Вы, пожалуй, первый аграрий, который говорит, что не нужно снижать давление на бизнес.

– Не совсем так. Я за то, чтобы у нас были равные требования по сравнению с другими отраслями. Свободная экономическая зона в отрасли – это плохо. С другой стороны, сегодня лучше для отрасли, по моему мнению, это не столько изменения в законодательстве, сколько изменение психологии самого сельхозтоваропроизводителя. Я считаю, аграрий выиграет, если еще и сам будет заниматься экспортом. Тогда он не будет в Украине платить НДС, он будет еще и иметь возможность возмещать НДС за материальные ресурсы, которые он купил в Украине. И он получит значительно больший доход от реализации сельхозпродукции. Сегодня с этими людьми не проводятся никакие разъяснительные работы, люди не обладают теми возможностями, которые у них есть. Люди просто не считают деньги. Многие выбирают короткий путь: пойти сдать продукцию и получить в банке валюту. А потом они считают, что уже стали обеспеченными людьми.

Но жизнь показывает другой пример. Правоохранительные органы знают, что он теневик, берут с него поборы, так же делают другие учреждения, аграрий бегает по кругу. И в конце концов, он поборы на месте платит больше, чем как честный человек заплатил налоги в Украине. Я готов делиться этим опытом на любом уровне. Выдержать любую проверку, любые отношения. Я готов доказывать, что в Украине можно быть успешным человеком и честно работать в аграрном секторе.

Реализация проекта позволит построить новый современный перегрузочный терминал по отгрузке зерновых и масличных культур для речного и морского транспорта.

Тогда как иностранные компании сворачивают свою деятельность в Украине из-за кризиса и риска войны, Алексей Вадатурский не жалеет инвестиций в свое детище, которым занимается более 25 лет.

Бизнесмен считает, что сегодня хорошее время для инвестиций, поскольку цены снизились более чем на треть и для того, чтобы что-нибудь построить сейчас, нужно гораздо меньше средств, чем это было бы несколько лет назад.

В интервью НВ Бизнес Вадатурский рассказал, что нужно сделать, чтобы аграрная отрасль давала более содержательный результат, почему наша продукция пока не может в полном объеме покорять западные рынки и благодаря чему каждый аграрий может стать более прибыльным.

Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 4 октября 2016 > № 1918753 Алексей Вадатурский


Россия > Агропром > forbes.ru, 3 октября 2016 > № 1917616 Александр Лебедев

«Овощной бульон и чай из трав крымской яйлы будут бесплатно, в разделе меню halyava»

Антон Вержбицкий

редактор Forbes

Бизнесмен Александр Лебедев запускает новый проект по созданию крупной сети кафе здоровой еды «Петрушка». В ближайшие несколько лет он надеется приучить россиян к здоровому питанию по минимальной цене. О том, как он планирует запускать новый бизнес и намеревается конкурировать с McDonald’s и Burger King, Лебедев рассказал в интервью Forbes.

– Вы ездите в Крым, у вас там большой бизнес, как к вам на Украине относятся?

– Хуже, чем ко мне относились [экс-президент Украины Виктор] Янукович, его сынок и начальник его канцелярии Сергей Левочкин, уже не будет. На Украине не был давно. Меня там круто «обули» мои бывшие менеджеры. Но в Крыму я как был самым крупным частным инвестором, так и остался. Многим нравится то, что я сделал в Тавриде. Весной открою клинику натуротерапии на 25 000 кв. м.

– Где?

– Там же, в Алуште, в Профессорском уголке, если местные власти уберут с части набережной помойку. Большую часть этой набережной я за свои деньги сделал зоной отдыха европейского уровня — с плиткой, фонарями, клумбами и лавочками. Там сеть наших отелей — спа-отель «Море», «Миндальная роща» и др. Кроме того, восстановил из руин театр им. А.П. Чехова в Ялте, построен храм-маяк в селе Малореченское. Хочу сделать в Алуште экокультурный кластер, который работал бы в межсезонье — клиника, бальнеологический курорт, музей Дружбы народов, выставка современного искусства, рестораны, спортивные площадки и др. Почему это должно не понравиться кому-то на Украине? Я на свои инвестированные €200 млн за девять лет ни разу не получил дохода. Ну, а если не нравится, что с этим поделать? Мнение проходимцев типа Левочкина меня не интересует.

– Что за клиника?

– Натуротерапия по Гиппократу основана на простом принципе: мы на 80% — то, что едим. Остальные составляющие — массаж, акупунктура, анализы крови, PH-баланс, пищевые добавки, восстановительные процедуры, омолаживание, обертывание, умеренность в еде и алкоголе.

– Вам самому это интересно?

– Очень. Все западные клиники – от Lanserhof и Merano до Mayr и Sha мы изучили. Сделаем не хуже. Есть ряд похожих проектов в России. Кивач в Карелии, хвалят клинику жены президента Татарстана в Казани. Но представьте условия Крыма — реликтовые парки, море, горы, потрясающий воздух!

– Сколько стоит построить клинику?

– Десятки миллионов долларов. Она построена — здание закончили 200 строителей из Грозного. Отличная работа.

– Что там еще будет?

– В рамках кластера? Отели, апартаменты, аквапарк, а также сеть здоровой и доступной еды «Петрушка». Первое кафе открыто в Алуште. Это большой проект. Мы хотим правильное питание, аналогичное дорогому европейскому в клиниках, где берут минимум €1000 в сутки, довести до уровня, доступного любому россиянину, до масс-маркета со средним чеком $3-4.

– Можно подробнее про кафе?

– Более пяти лет ушло на разработку концепции, экспертизу, бизнес-план. Готово меню, производство. Целевая аудитория — женщины и дети. Мужчины нередко относятся к себе как к старой тачке, куда не важно, какой бензин залить, а мамы очень хорошо понимают, что мы предлагаем. Основная идея: кафе – «культурное пространство» в провинциальном городе, где можно вкусно и дешево поесть. Цены будут ниже, чем в Burger King, минимум вдвое. Внутри большой экран, где будут объяснять, как правильно питаться и почему вредно ходить в MacDonald’s, что такое PH, Omega 3 и 6, витамины, минералы, антиоксиданты, redox-потенциал воды и прочее. В кафе должна быть уютная атмосфера — местные художники, музыканты, пресса, фольклорные коллективы. Речь идет о мини-культурной революции в провинции. Там ведь сейчас зачастую «очаги культуры» — магазин «Магнит» с такой картошкой, которую нельзя есть, да забегаловка, где бухают. Вокруг ямы и рытвины, полуразвалившийся храм и сталинский клуб.

Должно появиться место, где люди смогут встречаться и проводить время. Исторически Петрушка – это главный герой народного театра, персонаж, который развлекал публику и — удивитесь — боролся с коррупцией! Петрушка был предтечей свободы слова, которая, вопреки расхожим штампам, в России есть. И борьба с коррупцией тоже.

– Для таких кафе только Крым подходит?

– Нет. Крым — это поляна для тестирования, там мы начнем. Потому что мы любим Крым, а крымчане — люди любопытные и образованные.

— Как власти Крыма относятся к проекту?

– Хорошо. У наших отелей есть свои участки, со своим электричеством и водой. Мы готовы открывать «Петрушку» не только в Алуште, но и в других городах Крыма, в первую очередь Ялте, Симферополе, парке «Тайган» в Белогорске, Керчи, Севастополе.

– Где кроме Крыма можно открыть кафе?

— В Подмосковье, в Нижнем Новгороде, в Грозном, Екатерингбурге, в Бердске, родина Лены Перминовой (жена Лебедева. — Forbes), в Слободском Кировской области, под Брянском, в Тульской области, вообще в малых городах России и моногородах. Есть партнеры в Уганде, Кении, США. В швейцарском Люцерне откроем на территории нашего отеля Château Gütsch.

– Москва не интересует?

–Там всего хватает К тому же сложная процедура согласований. Нет времени уговаривать префектов и управы. Есть идея граждан подарить столице уникальный мост «Таврический», a la Ponte Vecchio во Флоренции — путепровод без машин, сделанный из клееного бруса сибирской лиственницы. Сейчас как раз мэрия Лондона отказалась от потрясающего проекта из этой серии, но у нас будут российские особенности. Такого моста не должно быть нигде в мире. Вот там бы и «Петрушку» поставить. Городские власти очень украсили столицу — надеюсь на поддержку, вкус у них есть.

– Сколько всего планируете открыть точек?

– Минимум полторы-две тысячи кафе в России. Затраты на одну точку — где-то 3 млн рублей. Деревянные кафе будут изготовлены из сибирской лиственницы на нашем заводе в Новосибирске (СКМД. – Forbes), металлические – на другом нашем заводе под Москвой, в Чехове.

– Еще Николай Цветков из «Уралсиба» увлекался темой здоровой еды…

– Не в курсе. Помню историю бывшего мэра Москвы, а ныне свободного агрария с его «Русским Бистро», помню его «Медыньагропром»… В отличие от него, мы тратим свои деньги, а не бюджетные. Всю продукцию — от картошки до гречки – сами производим.

– За какой период хотите открыть 1500 точек?

– За год. Беру в пример «Магнит», который за прошлый год открыл 1600 своих железных сараев. Частично копируем американскую сеть Chipotle в организации зала, но не в меню. У них 2000 точек, сто точек открывают в год и существуют 20 лет. Стоят на бирже около $13 млрд.

– Сколько точек планируете в ближайшее время?

– Пятьдесят тестовых кафе к лету-осени 2017 года. Затем — франшиза.

– Сколько вложили в этот проект?

– Пока около $250 млн. Это строительная и аграрная производственная база — два завода, 50 000 га под посевами, 380 000 т картофеля, злаковых, масличных. Бизнес-план «Петрушки» достаточно прост. Обычно структура расходов кафе подразумевает 35-40% трат на сырье, еще 40% — на аренду и 15-20% — зарплата. У нас сырье свое. Кафе свои. Своя культурная миссия.

— Покупать сырье будете?

– Мы крупнейший в Европе, а возможно и в мире производитель картофеля – по полтора килограмма на каждого жителя России в год. Кроме того, выращиваем сою, кукурузу, гречку, рожь, ячмень, горчицу, рапс, подсолнечник, лен, производим молоко. Попробуйте наш хлеб из зеленой гречки и льна, на закваске. Больше другой есть не захотите (протягивает кусочки гречишного хлеба с маслом).

Со времен Гиппократа известно, что сочетание масла льна и гречки чистит организм, прежде всего желудочно-кишечный тракт, а он отвечает даже за серотонин. Мы можем предложить правильно приготовленные блюда из картошки, льняное масло холодного отжима. Топинамбур (иерусалимский артишок) — это инулин. Разработали с российскими кондитерами, например, конфеты из клюквы, меда, кунжута, льна, расторопши. Еще антиоксидантные соки из сельдерея, шпината, огурца, зеленых яблок и пр. Это все не бином Ньютона, но почему-то наука о питании существует отдельно от граждан.

– Сможете уложиться в чек до $5?

– Думаю, будет в пределах 150-200 рублей. В меню есть дорогие ингредиенты, например лососевые, бананы. Скорее всего, просто в Охотском море и в Уганде сделаем производство. Там пока хватает рыбы и бананов. Кстати, овощной бульон и чай из трав крымской яйлы будут бесплатно, в разделе меню «halyava».

– Плантации?

– В Уганде, с руководством которой мы знакомы, есть десятки тысяч мелких фермерских хозяйств. У них можно покупать эти бананы и свозить их на завод, где сублимировать в порошок. Это хороший способ сохранения качественных свойств для коктейлей. Завод, по моим подсчетам, должен стоить около миллиона долларов. Пока мне три миллиона насчитали. Разбираемся.

– Кафе не будет веганским?

– Одно уже месяц работает на набережной Алушты, для эстетов. Под брендом «Живая кухня» – это подвид «Петрушки» для продвинутых. Будет и «Ё-буфет» для мужчин до инициации – прежде, чем жены заставят их правильно питаться. Там будет индейка, рыба, пиво. В проекте участвуют ученые, специалисты по питанию.

– Вы верите, что вот людям в России этого захочется?

– Мы умнее, чем сами о себе думаем, просто россияне любят самоуничижение. Рестораторы мне говорят: «Александр, а ты сам-то понимаешь, что хочешь менталитет людей русских поменять?». Да не поменять – освободить от сглаза янки! Мы провели фокус-группы среди тысяч женщин.

У них один вопрос: «Ну когда же?». Мужики жалуются: «Где борщ с салом, рюмка, мясо, котлеты, беляш, чебурек?» Женщины по-другому к себе относятся. Они умнее и ответственнее.

– Вы хотите объединить кафе вокруг других своих бизнесов?

– Почему не использовать синергию? Есть банк (НРБ. — Forbes). Он не имеет долгов перед клиентами, и поэтому является самым надежным банком в стране. В нем трудится сто человек и есть процессинговый центр.

В рамках программ лояльности «Петрушки» можно выпустить карточку для человека с определенным образом жизни. Вы придете к нам в кафе и заплатите по ней не 150 рублей, а 120. Вдобавок сможете к нам в Крым съездить отдохнуть. Только билеты купите, мы вас примем в межсезонье, и в клинике получите бесплатный день. Кстати, клиника, о которой я говорил, — тоже часть проекта «Петрушка», для продвинутых.

– Обычно тяга к натуральным продуктам возникает с ростом благосостояния...

– Скорее со снижением невежества и появлением предложения. Никому ничего не надо навязывать и требовать, чтобы все поумнели за один день. Я не Мартин Лютер и не хочу эпохи религиозных войн по питанию. Хочу чтобы: первое — вкусно и сытно; второе – дешево (дома дороже и ниже качество); третье – красиво, занимательно и полезно.

Наконец, почему не создать 10 000–20 000 новых рабочих мест, получить тысячи новых малых предпринимателей, улучшить качество жизни миллионов людей? И потеснить Subway, McDonald’s и Burger King? А потом и американскому народу помочь бороться с ожирением и диабетом — этим же официально страдает более 30% населения США! А, я что, не сказал, что в планах – десятки тысяч таких кафе не только в России, но и в Америке, Африке, Индии, Китае? У McDonald’s – 36 000 точек, Subway – 50 000. Сосны и лиственницы, картофеля, льна и гречки в России хватит.

Россия > Агропром > forbes.ru, 3 октября 2016 > № 1917616 Александр Лебедев


Россия > Агропром > ria.ru, 30 сентября 2016 > № 1914328 Ирина Бахтина

Для большинства российских компаний позиция заместителя генерального директора по устойчивому развитию является экзотикой, в то время как на Западе наоборот сложно найти фирму, где не было такого сотрудника. Что общего в работе такого сотрудника с игрой в "Тетрис", чем в 2014 году взволновал австралийцев расфасованный в Санкт-Петербурге чай и почему Unilever полностью поддерживает политику по импортозамещению, в интервью для совместного проекта Ассоциации менеджеров и агентства "Прайм" рассказала вице-президента по устойчивому развитию бизнеса и корпоративным отношениям российского офиса компании Unilever Ирина Бахтина.

- Для чего нужен вице-президент по устойчивому развитию?

— В "классическом капитализме" бизнес заботит исключительно экономический эффект: оборот, прибыль, доход на акции в текущем квартале… Сопутствующие вопросы — каким образом ты добыл ресурсы, какие технологии в их обработке использовал, как минимизировал издержки — в такой системе координат просто не учитываются. Концепция устойчивого развития не ориентирована на быстрый краткосрочный результат и, согласно определению, принятому ООН, включает в себя три больших аспекта — социальный, экономический и экологический. По каждому из этих трех пунктов у Unilever есть перечень задач в работе, и я курирую их решение в своем регионе.

- О каких конкретно задачах идет речь?

— Одна из задач — вдвое снизить воздействие нашей продукции на окружающую среду. Например, в наших производствах мы активно используем "умные технологии" и ввели собственные требования к энергоэффективности. Так, все новые фабрики Unilever должны затрачивать на тонну продукции вдвое меньше воды, чем построенные до 2008 года, выбрасывать меньше CO2 и постепенно отказываться от электроэнергии из не возобновляемых источников. Эти инициативы уже позволили снизить водопользование на 37% и выбросы углекислого газа — на 39% в пересчете на тонну выпущенной продукции.

"Нет регулирования — толкуй как хочешь"

- Такой подход действительно приносит какие-то практические результаты для бизнеса?

— Смотрите: до 2008 года наш оборот несколько лет подряд колебался у отметки в 40 млрд евро. После того, как был принят план устойчивого развития бизнеса, мы за 4 года нарастили выручку на четверть, и сейчас она превышает 50 млрд евро.

- Как рост выручки может быть связан с концепцией устойчивого развития? "Умные технологии" производства касаются ведь не продаж, а себестоимости.

— Программа устойчивого роста подразумевает не только снижение издержек, но и самый что ни на есть рост бизнеса. В 2015 году наши "бренды устойчивого развития", в том числе Knorr, Dove, Lipton и Hellmann's обеспечили почти половину роста нашего бизнеса и развивались на 30% быстрее чем остальные бренды.

Кроме того, в программа входят задачи по минимизации рисков, и укреплению доверия к компании. Для этого мы поставили цель к 2020 году получать 100% всего сельскохозяйственного сырья у поставщиков, сертифицированных на соответствие требованиям нашего Кодекса устойчивого сельского хозяйства. Спектр таких требований довольно широк — от состояния почвы до соблюдения прав работников. Мы, например, уже 3 года назад полностью перешли на закупки томатов для наших российских производств исключительно у таких поставщиков, прошедших независимый аудит. Однако с введением продуктового эмбарго нам пришлось начинать практически с нуля и искать новых поставщиков, готовых работать по нашим стандартам.

- В России так сложно найти поставщиков качественных томатов?

— Очень сложно. Много желающих заключить с нами договор, а затем возить переупакованные китайские томаты. Много желающих поставлять собственные томаты достойного качества, но небольшими партиями: хозяйства не готовы давать необходимые нам объемы. Но, пожалуй, самая большая трудность — практически повсеместное отсутствие мощностей по первичной переработке сельскохозяйственного сырья, ведь перед тем, как доставить их на завод, любые овощи нужно откалибровать, вымыть, нарезать, высушить…

- Разве российским поставщикам самим не выгодно соблюдать ваши стандарты, чтобы гарантировать себе долгосрочные контракты и дополнительный доход?

— Это в любом случае требует серьезных долгосрочных инвестиций. Не все пока к этому готовы. Поставщики, не соблюдающие требования устойчивого сельского хозяйства, всегда найдут переработчиков, которые эти требования тоже не соблюдают. Таких игроков на рынке довольно много: чего стоят только маркетинговые эпитеты "органический", "экологичный", "натуральный" на этикетках, хотя, например, стандарта на "органическую" продукцию, как и закона об органическом земледелии, в России до сих пор нет. Нет регулирования — толкуй как хочешь.

В начале этого года мы попросили Лабораторию устойчивого развития бизнеса Сколково проанализировать образцы пищевой, косметической продукции и бытовой химии на соответствие указанным в рекламных материалах параметрам экологичности. Оказалось, что более 80% маркетинговых заявлений на упаковке не соответствуют действительности. По данным собственного исследования экобюро Green, озвученным в этом году, эта цифра даже выше — 92%.

"Импортозамещение — это прекрасно"

- Многие небольшие компании выходят на рынок "под соусом импортозамещения". Как вы в принципе относитесь к такой политике правительства?

— Импортозамещение — это прекрасно. Мы видим огромный потенциал в развитии российского сельского хозяйства и работаем над созданием локальных вертикально интегрированных агрокластеров — в частности, в Тульской области. Если бы не продуктовое эмбарго, вряд ли бы кто-то обратил внимание на то, что Россия даже лук с чесноком для промышленной переработки сегодня импортирует!

- Не проще организовать поставки зелени из других, более подходящих климатически регионов?

— Наши глобальные системы поставок должны быть достаточно гибкими и инклюзивными, чтобы отвечать на вызовы меняющегося климата: участившиеся стихийные бедствия, засухи, неурожаи… Любой катаклизм вынуждает производителей срочно искать альтернативных поставщиков того или иного вида сырья. Unilever из-за глобального потепления ежедневно теряет по миллиону евро. Умение найти альтернативные поставки и вывести их на уровень наших стандартов отчасти сродни игре в Tetris: работа моя и моих коллег-менеджеров по устойчивому развитию бизнеса отчасти заключается в том, чтобы в цепочках поставок не было пустых или бесполезных звеньев и чтобы цепочки не прерывались.

- Правительство часто предлагает зарубежным инвесторам самим "выращивать" поставщиков — вам близок такой путь?

— Только такой путь чаще всего и возможен. Главное, что большие компании масштаба Unilever могут дать потенциальному поставщику — гарантированный спрос на его продукцию, рынок сбыта — причем не только внутренний, но и экспортный. Если локальный поставщик готов вкладываться в соответствие нашим стандартам, мы будем помогать ему своими знаниями, экспертизой, лучшим опытом. При формировании локальных агрокластеров, помимо отношений поставщика — переработчика — производителя, важно участие финансово-кредитных организаций, местных администраций, которые видят выгоду в том, что на их территории успешно работает большое экологичное производство, ориентированное как на удовлетворение внутреннего спроса, так и на экспорт. Наша продукция, произведенная в России, сегодня продается по всему свету.

- Какие именно продукты российский Unilever экспортирует за рубеж?

— Питерская фабрика "Северное сияние", которая была первым производителем парфюмерии еще в императорской России, стала и первым нашим активом в стране. Мы очень много инвестировали в нее и сейчас там производятся сотни наименований косметической продукции и товаров бытовой химии. 85% дезодорантов stick-форматов производства этой фабрики, например, поставляются на экспорт, в том числе, во все страны Западной Европы.

Чай Lipton тоже made in St. Petersburg производимый на другой нашей питерской фабрике, идет на экспорт вплоть до Австралии. Честно скажу: мы не очень готовы были к тому, что в 2014 году к нам в российский колл-центр на фоне обострившихся двусторонних отношений начали звонить потребители из Мельбурна с вопросами о происхождении чая, который они пьют. Эта простая история доказывает, что любые коммуникации сегодня важно выстраивать в глобальном контексте

Один из самых свежих примеров: человек, купивший мороженое Magnum в Кувейте, набирает телефон не того колл-центра, который указан на упаковке, а того, который находит на сайте бренда в интернете. Попадает в британский колл-центр и на свой вопрос о составе продукта получает ответ, что продающееся в Великобритании мороженое под этим брендом может содержать следы алкоголя и расстройство покупателя-мусульманина и всех, с кем он делится этой новостью в соцсетях, вполне понятно. Приходится официально разъяснять, что мороженое в Кувейт поставляется с турецкой фабрики Unilever, которая использует в производстве исключительно халяльные ингредиенты.

"Моя основная работа — психологическая помощь бизнесу"

- Сколько времени проводите в перелетах?

— Мы не фанаты перелетов, так как они негативно влияют на окружающую среду. Летаю только в случае крайней необходимости, хотя и курирую устойчивое развитие и корпоративные отношения в 35 странах Ближнего Востока, Северной Африки, Средней и Центральной Азии, СНГ. Стараюсь проводить в командировках не больше одной недели в месяц.

- Что самое сложное в работе?

— Умение не просто получать инсайды, но и преобразовывать их в стратегии для бизнеса. Неудивительно, что в России система вовлечения бизнеса в законотворческий процесс отлажена намного лучше, чем в большинстве стран Ближнего Востока или Северной Африки. Удивительно, что порой она срабатывает эффективнее, чем в странах Восточной Европы.

Взять хотя бы последнюю версию поправок в законодательство о торговле: многим они показались спорными, но у отрасли по факту была возможность увидеть, обсудить и подготовиться к их введению заблаговременно. А в Румынии, например, подобные же требования к торговле продовольственными товарами были введены буквально "за одну ночь" — без какого-либо обсуждения с отраслью или предварительной подготовки.

- Большая часть вашей работы состоит из встреч?

— На них приходится 80% моего рабочего времени. Специалисту моего профиля очень важно умение слышать. Часто у людей возникает непонимание, даже если они говорят на одном языке. Психологическая помощь бизнесу, наверное, это и есть моя основная работа.

Россия > Агропром > ria.ru, 30 сентября 2016 > № 1914328 Ирина Бахтина


Казахстан > Агропром > dknews.kz, 29 сентября 2016 > № 1919081 Тулеген Аскаров

«Хлеба – налево, хлеба – направо»

По осени, как известно, не только цыплят считают, но и в первую очередь наполняют закрома, чтобы провести спокойно студеную зимнюю пору за щедро накрытым дастарханом, позволяя себе не только хлеб насущный, но и то, что на него можно положить или намазать.

Тулеген АСКАРОВ

В «Топ-30» так не принято, но у нас еще сойдет

Конечно, в развитых государствах, в ряды которых стремится войти Казахстан, аграрный сектор организован таким современным образом, что привычные для нас понятия «уборочная страда» и «битва за урожай» звучат там весьма странно. Но по традиции, установившейся со времен 60-летней давности, когда начался подъем степной целины, и в силу резко континентального климата в нашей стране все еще принято по осени не только биться за дары природы с ней же, но и контролировать ход их уборки на самом высоком политическом уровне.

Нынешняя осень исключением из этого правила не стала. Хотя у президента Казахстана в начале первого месяца осени сложился весьма напряженный график зарубежных поездок, по возвращении домой он отправился в традиционный вояж по главным аграрным угодьям страны. Приоритет, естественно, отдавался целинным краям, по-прежнему надежно обеспечивающим казахстанцев хлебом, который, как известно, всему голова. Все же когда знаешь, что ежегодно собирается примерно по тонне, а то и больше зерна на душу населения, как-то легче и спокойнее жить, – ведь желудку не прикажешь. Вот и в этот раз президент проехался по Акмолинской области, Северному Казахстану и Костанайщине, чтобы лично убедиться в том, что будем с хлебом и этой осенью. Хотя, конечно, трудно представить себе хозяина американского Белого дома или хозяйку офиса за номером 10 на лондонской Даунинг-стрит посреди колосящейся пшеницы на полях где-нибудь в Айове или Саффолке, в наших условиях вид главы государства в курточке вместо пиджака посреди бескрайних степных просторов воспринимается вполне естественно.

К тому же помимо полей президент успел осмотреть еще аэропорт, дворец спорта, кондитерскую фабрику, ознакомиться с образцами военной и сельскохозяйственной техники, электромобилей, повстречаться с представителями общественности в регионах. А до целинных краев он еще побывал в Алматинской области, где ему отчитались о мерах по развитию производства сахарной свеклы. На этих встречах президент напомнил о том, что аграрный сектор является одним из главных источников диверсификации нашей экономики, привлекая огромные инвестиции и современные технологии. Говорилось и о предстоящей в Астане международной выставке ЭКСПО-2017, гости которой, естественно, не ограничатся лишь осмотром достопримечательностей столицы, а поедут и по нашим степям к туристическим достопримечательностям. И, конечно же лучшей визитной карточкой страны станут не столько небоскребы столицы вместе с уникальной сферой, сколько колосящиеся пшеницей поля, как в той песне про державу «солнечных хлебов», тучные стада, пасущиеся на бескрайних пастбищах, гнущиеся под тяжестью сочных плодов деревья в садах и благоустроенные зажиточные села.

Битва есть, а освещения – нет

Впрочем, насчет благоустроенности главное – не переборщить, чтобы гости выставки не морщились при виде «потемкинских» деревень. А то ведь на видеорядах отечественных телеканалов зачастую и трава выглядит неестественно зеленой, как будто ее только выкрасили, и сельхозтехника смотрится в разгар уборочной подозрительно чистой, как и нетронутая грязью и маслами новенькая униформа комбайнеров. Да и с богатым урожаем, как известно, у нас традиционно возникают проблемы не с тем, как его убрать, а как сохранить и продать. Помнится же до сих пор, как предшественник нынешнего министра сельского хозяйства в пылу битвы за богатый урожай, когда собранное зерно просто не помещалось на элеваторы и тока, предлагал хранить это богатство на заснеженных полях под пленкой!

Вот и в этом году аналитики бьют тревогу, прогнозируя неблагоприятную конъюнктуру на мировом зерновом рынке, где ожидают наплыва пшеницы нового урожая на фоне снижающихся цен на нее. В соседней России ждут рекордного урожая зерновых, а тамошний президент даже посоветовал не наращивать их экспорт, дабы не обвалить мировые цены. В Казахстане сейчас по объемам намолота и урожайности аграрии опережают прошлогодние показатели. А по прогнозам Минсельхоза вполне реально будет перекрыта символическая планка в миллиард пудов зерна, поскольку ожидается сбор более 22 млн тонн.

Казахстан > Агропром > dknews.kz, 29 сентября 2016 > № 1919081 Тулеген Аскаров


Украина. Китай > Агропром > ukragroconsult.com, 28 сентября 2016 > № 1910873 Борис Приходько

Интервью с и.о. председателя правления ГПЗКУ Борисом Приходько

ОАО "Государственная продовольственно-зерновая корпорация Украины" (ГПЗКУ) создана правительством Украины в августе 2010 года. В состав госкомпании входит разветвленная сеть филиалов — линейные и портовые элеваторы, мельницы, комбикормовые и крупяной заводы. Суммарно 53 подразделения-филиала Поправила цифры: ГПЗКУ могут хранить 3,64 млн тонн зерновых, в том числе суммарные мощности по перевалке в Одесском и Николаевском портах составляют около 2,75 млн тонн зерновых грузов в год.

В 2012 году ГПЗКУ взяла кредит у Экспортно-импортного банка Китая (Эксимбанком) в размере $3 млрд. Первый транш составил $1,5 млрд. Кредитные условия предполагали, что вся сумма пойдет на закупку зерна для дальнейшего экспорта в Китай. Покупателем со стороны КНР выступала Китайской национальной корпорациимашинной промышленности и генеральных подрядов (ССЕС). В год украинская корпорация обязывалась поставлять 5 млн тонн зерна, всего сделка заключалась на 15 лет.

Борис, что на данный момент происходит с китайским договором, который предусматривает поставки ежегодно 5 млн тонн зерна Китайской национальной корпорациимашинной промышленности и генеральных подрядов (ССЕС)?

ГПЗКУ выполняет свои обязательства по договору. Мы покупаем украинское зерно, используя при этом кредитную линию, выданную Экспортно-импортным банком Китая и предлагаем это зерно нашему партнеру — компании ССЕС.

Сколько предложений было сделано вами за прошедший маркетинговый год?

За 2015/2016 маркетинговый год мы сделали ССЕС более 160 предложений на поставку зерна. К сожалению, только 13 из них превратились в контракты на поставку. По этим контрактам было продано и поставлено около 660 тыс. тонн зерновых в Китай.

Почему китайская сторона не согласовывает такое значительное количество предложений?

Обязательства ГПЗКУ состоят в том, что мы должны предложить и поставить зерно китайской стороне. В 2015/16 маркетинговом году мы предложили ССЕС около 5,2 млн тонн зерновых.

Почему они не покупают наше зерно? В Китае большие запасы кукурузы, ведь помимо импорта этой культуры, китайское правительство стимулировало местных фермеров выращивать кукурузу путем предоставления им различного рода субсидий. Сегодня Китай не нуждается в импортной кукурузе и защищает внутренний рынок от дешевой импортной кукурузы административными способами (пошлина, карантинные ограничения, ограничения по ГМО и т.д.). При этом, членство Китая в ВТО обязует страну ежегодно импортировать 7,2 млн. тонн кукурузы (5% от потребления) практически без уплаты пошлины. Реальный объем импорта за последние годы был гораздо меньше, нежели 7,2 млн тонн.

Кроме того, мировые цены на зерновые опустились до исторических минимумов с 2006/2007 МГ.

Для нашего партнера, компании ССЕС, видимо, торговать зерном внутри страны становится не так выгодно, как было раньше. Внутренние цены на кукурузу в Китае уже не намного выше мировых. Более того, доступ на рынок Китая имеют уже несколько десятков украинских и международных компаний, конкуренция усиливается и соответственно маржа трейдеров уменьшается.

В то же время, ССЕС и ГПЗКУ — достаточно молодые торговые компании на зерновом рынке и не имеют собственной сети представительств в странах нетто-импортерах зерна для развития торговли, как, например, компании Bunge, Cargill или ADM. Скорее всего, менеджмент ССЕС не хочет брать на себя торговые риски при низкой марже и активно продавать украинское зерно на других рынках. К нашему сожалению, ССЕС не развивает это направление бизнеса, как, например, китайская корпорация COFCO, которая за этот период купила торговые компании Nidera и Noble, построила портовый элеватор в Николаеве, и тем самым серьезно укрепила свои позиции на украинском и мировом рынках.

Куда уходит зерно, которое не покупает компания ССЕС?

За прошлый год все то зерно, которое нами было предложено, но не было востребовано со стороны нашего китайского партнера, мы продали крупным транснациональным компаниям. Сейчас в нашем портфеле более 30 крупных покупателей, которые достаточно известны в мире. Мы работаем и с локальными торговыми компаниями, которые имеют конкурентные преимущества на определенных рынках. Не работаем с оффшорными компаниями. Поэтому, несмотря на то, что нам было достаточно сложно налаживать торговые связи на внешних рынках, так как имиджевая составляющая корпорации была на низком уровне, за этот маркетинговый год нам удалось поставить на экспорт около 3,1 млн тонн украинского зерна и стать крупнейшим украинским экспортером зерновых.

ССЕС настаивает на выплате преференциальной маржи в размере $5 за тонну. Ранее на пресс-конференции вы заявляли, что договорились с китайской стороной о том, что маржа на поставки будет приведена в проценты и составит 1,5%. В тоже время после ваших заявлений ССЕС прислала письмо на имя министра АПК о том, что подобных договоренностей нет. Объясните ситуацию, которая сложилась вокруг ваших переговоров

Тут стоить объяснить, что Генеральный договор, подписанный между ССЕС и ГПЗКУ — это скорее договор о намерениях, нежели классический договор купли-продажи, в котором должны быть обязательно описаны все существенные условия контракта (качество товара, цена, объем, сроки и базис поставки). В дополнительном соглашении к Генеральному договору было предусмотрено, что ГПЗКУ гарантирует корпорации ССЕС преференциальную маржу в размере $5 за тонну. В каждом конкретном контракте на поставку товара в адрес ССЕС мы включали в цену товара преференциальную маржу. Сейчас мы активно ведем переговоры и объясняем нашим китайским партнерам, что $5 — это слишком много, поскольку цена на зерновые во всем мире сильно просела. Мы предложили зафиксировать преференциальную маржу в размер 1,5% от цены товара. Кстати, $5 составляли как раз 1,5% от цены кукурузы на момент заключения Генерального договора в 2012 году.

В каких именно ситуациях мы должны включать преференциальную маржу? ССЕС считают, что даже в случае, если они отказались от нашего предложения и мы продали предложенное им зерно третьей компании, ГПЗКУ обязана заплатить ССЕС с каждой проданной тонны $5. С нашей точки зрения, это несправедливо. Мы учитываем преференциальную маржу только лишь в контрактах, заключенных между ГПЗКУ и ССЕС.

К слову, китайская сторона предъявляла претензии на выплату преференциальной маржи по нашим контрактам с третьими компаниями. В августе этого года мы выиграли арбитраж ГАФТА по вопросу возмещения ССЕС убытков, связанных с неполучением ею преференциальной маржи при поставках зерна в 2013 году. Так, арбитраж ГАФТА в первой инстанции принял решение, что мы не должны платить $5 комиссионного вознаграждения в пользу компании ССЕС. Насколько нам известно, в начале сентября компания ССЕС направила в ГАФТА уведомление о желании подать апелляцию.

Договоренность же о 1,5% с китайской стороной действительно была достигнута во время переговоров, но пока это решение не зафиксировано документально, так как китайская сторона в последующем выдвинула еще несколько дополнительных требований. Переговоры продолжаются

Еще в письме говорилось, что украинская сторона завышает объемы реальных поставок (по их версии вы поставили 0,47 млн вместо заявленных вами 0,66 млн тонн). Как вы прокомментируете этот вопрос?

Я говорил о поставках зерна за маркетинговый год, они имели в виду календарный. Вот почему возникает разница в наших цифрах. Абсолютно точно, если брать календарный год, то с начала 2016 года корпорация отгрузила порядка 488 тыс. тонн кукурузы в адрес наших китайских партнеров. Это 10 кораблей.

Украина еще ни разу не выполнила контракт на поставку зерна в полной мере. Какие последствия это несет для Украины?

Невозможно поставить зерно, не заключив договор купли-продажи. Невозможно заключить договор, не обменявшись "твердыми" предложениями. Таковы стандарты отрасли. Одна сторона предлагает товар, другая — соглашается с предложением. Затем одна из сторон берет обязательства продать и поставить товар, а другая сторона берет обязательства купить, принять и оплатить товар. Если между сторонами нет договоренности по конкретной партии товара, то поставка, естественно, не осуществляется. Как говорится, насильно мил не будешь.

Исходя из этого, считаем, что украинская сторона выполняет свои обязательства по Генеральному договору.

Давайте погорим о кредите в $3 млрд. Первый транш в размере $1,5 млрд Украина получила. Что происходит с этими деньгами?

Около $1,05 млрд размещены на подконтрольных счетах в "Укрэксимбанке". Это контролирующий банк, который по договору о контроле следит за целевым использованием кредита. Большая часть этих денег находится на депозите. Депозитные процентные ставки покрывают ставки по кредиту.

В обороте же находится порядка $200 млн. По состоянию на 1 июля 2016 года, по нашим данным, у нас в балансе "дырка" около $250 млн, являющаяся следствием злоупотреблений в компании в 2013-2014 годах и курсовых убытков. Вот, собственно, это упрощенная структура нашего баланса.

Вы заявили, что часть первого транша кредита была украдена прошлым руководством ГПЗКУ. Расскажите более подробно, сколько было украдено?

Суммарная дебиторская задолженность за 2013-2014 годы по внешнеэкономическим контрактам, когда зерно было поставлено, но не зашла валютная выручка, составляет $132 млн. Общую дебиторскую задолженность за тот же период по форвардным и спотовым договорам на закупку зерна, страховым платежам, покупке топлива и т.д., мы оцениваем в размере 800 млн грн.

Я знаю, что по факту злоупотреблений руководителями ГПЗКУ было инициировано открытие ряда криминальных дел, по отдельным контрактам идут суды. Расскажите более детально

По факту злоупотреблений в предыдущие периоды, нами было инициировано 137 криминальных дел. На данный момент, все они расследуются соответствующими правоохранительными органами.

Кроме того, мы активно работаем над возвращением дебиторской задолженности предыдущих лет. Если говорить о задолженности по внешнеэкономическим контрактам, то могу сказать, что по состоянию на сегодня, мы выиграли 13 судов. Было получено 4 положительных решения международного арбитража ГАФТА (Ассоциацией по торговле зерном и кормами), 3 решения арбитражного суда Торгово-промышленной палаты, 6 положительных решений хозяйственного суда г. Киева — все относительно взыскания с компаний-нерезидентов дебиторской задолженности на общую сумму $127,9 млн. Из этих денег, к сожалению, пока ничего не было возвращено.

Удалось что-то вернуть из задолженности в гривневом эквиваленте?

Да. На счета ГПЗКУ было возвращено 200 млн грн.

Вы также ранее заявляли, что часть денег из первого транша будет потрачена на модернизацию ваших элеваторов и заводов. Есть продвижение в этом направлении?

Сейчас ведутся переговоры с Экспортно-импортным банком Китая, о том, чтобы они подтвердили нам возможность использовать на модернизацию денежные средства из первого транша кредитной линии. Мы хотели в этом году направить на модернизацию $57 млн, но, к сожалению, мы не смогли договориться с банком и сейчас проводим модернизацию за свой счет. На эти цели мы выделили из бюджета 231 млн грн.

На что будут потрачены ваши собственные инвестиции?

На модернизацию линейных элеваторов потратим 125 млн грн, порядка 88 млн грн — на модернизацию наших портовых элеваторов. Еще около 17 млн грн мы потратим на автоматизацию бизнес-процессов, внедрение системы контроля качества зерна, а также систем безопасности и видеонаблюдения.

Оптимизация затрат при хранении и транспортировке зерна является одной из наших задач. Поэтому мы и предпринимаем все меры для того, чтобы запустить и модернизировать наши элеваторы. Например, в этом сезоне мы отгрузили с наших элеваторов в Голой Пристани и Великой Лепетихе зерно на речной транспорт. Подобные операции на этих предприятиях не осуществлялись более 10 лет.

Как вы поступите со вторым траншем?

На нас сейчас лежит очень большая финансовая нагрузка по первому траншу кредитной линии и до тех пор, пока мы не активизируем торговлю и не стабилизируем наши отношения с корпорацией CCEC, нет смысла говорить об открытии второй части кредита. Такова позиция "Эксимбанка" Китая.

А это означает, что наши китайские партнеры будут поставлять китайские товары (средства защиты растений, технику, элеваторное оборудование). Когда обсуждался второй транш, то речь шла также о строительстве заводов по производству биодизеля и по переработке кукурузы. Но по оценке специалистов, сегодня слишком высоки форексные риски и связанные с этим возможные дефолты со стороны покупателей китайских товаров.

Украина. Китай > Агропром > ukragroconsult.com, 28 сентября 2016 > № 1910873 Борис Приходько


Россия > Агропром > kremlin.ru, 27 сентября 2016 > № 1917824 Александр Ткачев

Рабочая встреча с главой Минсельхоза Александром Ткачёвым.

Владимир Путин провёл рабочую встречу с Министром сельского хозяйства Александром Ткачёвым. Глава Минсельхоза информировал Президента о планируемом объёме урожая зерновых и экспортном потенциале отечественного агропромышленного комплекса.

В.Путин: Александр Николаевич, уборочная кампания постепенно, но всё–таки движется к завершению. Как в таких случаях говорят, каковы виды на урожай, как Вы прогнозируете результат этого года?

А.Ткачёв: Виды очень приличные, как никогда. На самом деле мы имеем уникальную возможность получить выдающийся урожай за последние 25 лет: от 110–115 миллионов тонн (потому что мы убрали только 80 процентов площадей). Конечно, может быть, в 1990 году Россия получала подобный урожай, но там было несколько факторов: площадь посевных площадей была на десять миллионов гектаров больше. А за счёт урожайности, за счёт культуры земледелия, за счёт интенсивных технологий [земледелия] мы сегодня уже имеем среднюю урожайность 24 центнера [с гектара] – тогда было пятнадцать, десять центнеров и так далее. Поэтому те вложения, которые сегодня осуществляются государством…

В.Путин: Урожайность почти в два раза стала выше.

А.Ткачёв: Да, почти в два раза. Были года, условно 1950–60-е, когда у нас урожайность была семь–восемь центнеров по всей стране – начиная с юга и заканчивая Дальним Востоком.

Поэтому благодаря беспрецедентной поддержке государства, не побоюсь этого слова – самоотверженной работе коллектива агропромышленного комплекса: механизаторов, учёных, специалистов (да и климатические условия были достаточно благоприятные в этом году) – всё–таки такой хлеб мы можем получать в России.

Но хочу сказать, что такого урожая бояться не надо. Если брать мировую практику, в целом зерновой баланс строится следующим образом: благополучные страны – тонна на одного человека, то есть, по этим расчётам, нам нужно порядка 150 миллионов; у нас сегодня будет 115–116, а значит, нам есть куда расти.

И если мы будем так развиваться дальше, а есть абсолютно все предпосылки для того, чтобы урожайность росла, мы осваивали новые площади, возвращали утерянные, которые заросли сегодня деревьями или превратились в пустыни, за счёт мелиорации, других технологий, то через десять, максимум 15 лет мы сможем получить эти 150 миллионов тонн, накормить свою страну и продать на экспорт львиную долю урожая.

В.Путин: Экспортный потенциал у нас растёт?

А.Ткачёв: Да, Владимир Владимирович. За последние пять–семь лет мы практически на 30–40 процентов увеличили экспорт. Мы осваиваем новые страны, не только Персидский залив, но и Северная Африка, и азиатско-тихоокеанские страны. И, действительно, у нас там хороший удельный вес, мы там уже присутствуем и будем дальше это развивать.

В.Путин: Александр Николаевич, здесь нам нужно учитывать несколько факторов, Вы их хорошо знаете.

Во–первых, мы при организации экспорта должны иметь в виду обеспечение прежде всего собственных интересов, собственных внутренних рынков: это и для кормов, и для продовольственного обеспечения хлебом населения. При всём растущем экспорте всё–таки задача обеспечения самой России – это задача номер один. Это первое.

Второе – конъюнктура. Вы знаете, как она сейчас складывается на мировых рынках: цена на зерно несколько снизилась, это нужно иметь в виду и, может быть, не спешить с тем, чтобы выбрасывать на рынок дополнительные объёмы, а, наоборот, работать на сельхозпроизводителя для удержания нужного уровня цен.

Насколько я понимаю и вижу по документам, у нас растёт экспортный потенциал не только зерновых, но и товаров животноводства: это и свинина, и мясо птицы. Насколько там Вы видите позитивные перемены?

А.Ткачёв: Если позволите, по первой части. Безусловно, задача Минсельхоза – этот баланс соблюдать. Мы чётко следим за этим, и, я Вас уверяю, мы прежде всего,= закрываем свои потребности на кормопроизводство и на продовольственные цели. И только излишки, подчёркиваю – излишки, мы направляем на экспорт, это безусловно, это даже не обсуждается. Экспорт даёт нам приток денег, это валюта, от этого, в общем–то, богатеют наши сельхозпроизводители, это их доходы.

Что касается не только зерновой группы, Вы абсолютно правы, с у нас растёт экспорт животноводческой продукции: свинина – только за последние пять месяцев этого года мы увеличили её экспорт в три раза, сегодня объём порядка десяти миллионов долларов, это только начало.

Практически мы [Россия] на этом рынке впервые. Мы всегда, Вы лучше меня знаете, закупали огромные [объёмы]: начиная с «окорочков Буша» – и свинину, и говядину, и молочные изделия. По птице мы увеличили экспорт в три с половиной раза, объём экспорта – порядка 25 миллионов долларов.

Уверен, что эти цифры будут сотни миллионов долларов. Конечно, надо наращивать. Зерно – из того, что можно продавать на экспорт: мы должны производить из него комбикорма, пропускать через животноводство – и продавать [готовую продукцию], на этом зарабатывать.

В.Путин: Хорошо.

Россия > Агропром > kremlin.ru, 27 сентября 2016 > № 1917824 Александр Ткачев


Россия > Агропром > agronews.ru, 27 сентября 2016 > № 1911112 Виктор Семенов

Государству пора начать выполнять свои обязательства.

Виктор Семенов, Председатель комитета ТПП РФ по развитию агропромышленного комплекса, Председатель Совета Ассоциации отраслевых союзов АПК России (АССАГРОС), Председатель Наблюдательного совета ГК Белая Дача, 27 сентября 2016 г. выступит на заседании Совета ТПП РФ по промышленному развитию и конкурентоспособности экономики России по теме «О повышении конкурентоспособности агропромышленного комплекса». Мы взяли комментарий у Виктора Александровича по наиболее острым вопросам отрасли

— Виктор Александрович, какие меры стимулирования развития агропромышленного комплекса Вы можете предложить?

— В первую очередь надо, чтобы государство выполнило свои обязательства, которые оно продекларировало, но которые не всегда способно выполнить. Имеется в виду — выделение инвестиционных субсидированных кредитов, компенсация затрат на строительство тепличных комбинатов, овощекартофелехранилищ, ирригационных систем, на закладку садов и виноградников. Конечно, хотелось бы, чтобы доступ селян к энергетической инфраструктуре был более открыт. А также пора вернуться к льготным сельхозтарифам на электроэнергию.

— Какие наиболее острые проблемы существуют в АПК?

— Сегодня многие инвесторы испытывают неуверенность из-за того, что государство задерживает выполнение обязательств по стимулированию инвестиционного процесса в отрасли (то, о чем говорил ранее). Остается серьезной проблемой земельный вопрос. Часть земли находится в руках земельных спекулянтов, а значит, недоступна для тех, кто хочет на ней работать, что сокращает потенциал развития агропромышленной отрасли. Также нельзя не отметить, что наряду с появлением многочисленных точек роста в аграрной сфере продолжает расти закредитованность сельского хозяйства в целом, что указывает на недостаточное регулирование этого рынка со стороны государства.

Россия > Агропром > agronews.ru, 27 сентября 2016 > № 1911112 Виктор Семенов


Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 27 сентября 2016 > № 1908901 Анна Морозова

Украинский чеснок — ставка на деньги

В Украине промышленное производство чеснока практически отсутствует. Эта сельскохозяйственная культура очень капризна, качественные семена в дефиците, технология производства на низком уровне. Кооперация в чесноководстве может существенно усилить позиции этой отрасли на украинском и на мировом рынках.

Призыв к кооперации бросает украинским производителям чеснока компания UkrUP (УКрАП). Название молодой компании говорит само за себя: только вверх, и только украинский чеснок. Засилье китайского импортного чеснока в Украине изумляет и удручает. По оценкам ученых, страна теряет национальный генофонд экологическихх форм чеснока. При этом отечественные и зарубежные переработчики предпочитают украинский чеснок, который по аромату, вкусовым качествам, количеству эфирных масел, превосходит импортный.

Ошибки в сельскохозяйственном производстве стоят очень дорого, и только кооперация может понизить то огромное количество рисков, которое присутствует в нишевой отрасли чесноководства. Сегодня UkrUP выращивает чеснок, как в своих хозяйствах, так и совместно, а также создает систему взаимопомощи фермерам-чесноководам. О трудовых буднях компании рассказывает представитель UkrUP Анна Морозова.

Расскажите о вашей компании, с какой посевной площади стартовал UkrUP?

У нас всегда были большие амбиции, поэтому мы стартовали с немаленькой для чеснока площади в 14 га в Черкасской и Черниговской областях.

Почему выбрали именно эти регионы?

У нас нет собственной земли, и мы этого не скрываем. Кооперация бывает разной. Мы смогли договориться с фермерскими хозяйствами, которые предоставили нам землю, технику и рабочую силу. В свою очередь мы предоставили посевной материал, средства защиты растений, технологию, а также взяли на себя сбыт продукции. Секрет успешного сотрудничества в том, что люди слышали и слушали.

Где брали посевной материал, ведь в Украине это большая проблема?

Покупали на рынке. Первый раз, год назад делали закупки, еще не имея опыта выбора посевмата.

С какими проблемами столкнулись в начале пути?

Начиная чесночный бизнес, мы столкнулись с множеством неправдивой информации и нечестной игрой на рынке. К сожалению, в рынке не всегда рассказывают правду, что приводит к потерям заработка. Поэтому сегодня стратегия кооперации UkrUP — это обмен достоверной и полезной информацией.

Планируете ли вы расширять площадь под чесноком?

Таких планов нет. Мы планируем сев озимого чеснока под урожай 2017 года на уровне 2016 года. Объясню, почему не планируем увеличивать площади: успех в чесноководстве зависит не от количества, а от качества. На 14 га можно эффективно выращивать чеснок с высокой урожайностью. По нашему мнению, это боле выгодно, чем засеять большие площади, но проиграть в валовом сборе.

Как будете развиваться?

Мы хотим заняться разведением сортов посевного материала чеснока для того, чтобы получить собственный качественный посевмат. По нашему мнению, только таким путем мы можем достичь высоких показателей урожайности.

На какой вид чеснока делали ставку в вашем производстве: свежий, товарный, на переработку?

Наша команда – это бизнесмены, поэтому мы делали ставку на деньги. Сначала планируем продавать зеленую стрелку, потом свежий чеснок, по факту сбора – калиброванный товарный, зубки и остатки.

Какие проблемы возникают со сбытом продукции в Украине?

Смысл кооперации UkrUP – объединить чесноководов, которые смогут сформировать необходимое количество партий чеснока, чтобы украинский чеснок был представлен и на внутреннем рынке и за рубежом.

Но здесь есть проблема. Украинские магазины любят отечественный чеснок только тогда, когда это тренд – «Made in Ukraine» – и это очень временно – пока не приедет новый китайский. Ритейлеров можно понять: китайский товар лежит круглый год, а украинский чеснок нужно правильно хранить. В свою очередь украинские производители чеснока не могут обеспечить количество и качество чеснока круглогодично. Для этого нужны склады. Дальше, чтобы на складах хранить чеснок — нужна партия. Чтобы была партия, люди должны ее вырастить, при этом партия должна быть определенного сорта и качества.

Есть ли у вашей компании опыт продаж в ЕС?

Если говорить о Европе, то там партия чеснока в 1 тонну никому не нужна. 16 тонн одной машиной – это интересно, мы уже можем продавать. Как раз объединение позволяет сформировать партию и обеспечить заработком каждого фермера в кооперации.

Расскажите об украинском рынке товарного и зеленого чеснока?

Цифр по украинскому рынку чеснока нет. Есть такие данные: 90% чеснока, который мы едим, к нам привозят. Оставшиеся 10% делятся на: 3% — производители, 7% — местное население и перекупщики. По нашим оценкам, в Украине производится около 4 тыс. тонн чеснока.

По зеленому (свежему) чесноку статистика не ведется вообще. Его выкапывают в небольших количествах в июне для продажи на мелкий опт. Существуют ранние сорта, которые обеспечивают высокую урожайность именно свежего чеснока.

А что называют сухим чесноком?

Сухой чеснок – это доработка товарного чеснока: на чипсы, порошок, масло и т.д.

Какое соотношение между импортом-экспортом чеснока?

По статистике в Украину импортируется около 10 тыс. тонн чеснока. Другими словами, $8 млн из Украины идет в карман чесноководам Китая и Египта. Украина по итогам 2015 года экспортировала 81 тыс. кг чеснока. Наш чеснок востребован в Прибалтике, Канаде, Нидерландах — в этих странах не любят китайский чеснок. Также нужно не забывать, что у нас есть квота на вывоз 500 т чеснока в Европу, которую никто не покрывает. Надеюсь, недолго…

Если говорить о расширении экспорта украинского чеснока, то иностранец, набрав в поисковой строке «Ukrainian garlic», должен попасть на один сайт, а не на 80 сайтов, у которых нет суммарно даже 5 тонн, как это происходит сегодня.

Что сегодня привлекает фермеров заходить в бизнес по выращиванию чеснока?

Привлекает высокая цена товарного чеснока — около 100 грн/кг круглогодично. Если почитать интернет, то урожайность чеснока там оговаривается на уровне до 25 т/га. Фермеры перемножают эти цифры и рассчитывают получить выручку около 250 тыс. грн/га. Люди начинают вкладывать деньги, не до конца понимая, что ждет их на выходе. Первый урожай за неимением опыта, отсутствием технологии и при использовании некачественного посевного материала может составить от 3т/га до 6 т/га, да еще и цены реализации могут колебаться. Часто фермеры тут же бросают затею с выращиванием чеснока.

Причина неудач — нет первичной качественной информации о технологии выращивания чеснока в условиях Украины. Для этого мы и кооперируемся, создаем кластеры, проводим конференции, делимся информацией, чтобы люди, прежде всего, посчитали, во что на самом деле обойдется заход в этот бизнес. Ни одно растение не растёт просто так само по себе.

Вы общаетесь с фермерами, какова рентабельность производства чеснока?

Диапазон очень широкий – от 16% до 300%. Если затраты на гектар понятны, то реализация – есть нюансы. Одно дело продать красивый товарный чеснок 4 калибра, другое, — если его вовремя не собрать и позволить рассыпаться на дольки – такой чеснок годится только на переработку, а это уже совсем другой заработок.

Где вы берет информацию по технологии выращивания чеснока?

Когда мы создавали технологическую карту, то изучили всевозможную информацию: от данных университетов, государственных стандартов и до местных легенд и обычаев касательно выращивания чеснока.

Исходя из вашего опыта, в чем преимущества кооперации в производстве чеснока?

Первое преимущество кооперации – это моральная поддержка — фермеру есть куда обратиться, с кем поделиться проблемами и посоветоваться. Второе – обмен технологической информацией. Например, фермеру нужны СЗР – можем помочь найти. С осени 2016 года на сайте ukrup.com.ua будет работать интернет-магазин, через который будем реализовывать товары и услуги для чесноководов: от СЗР до аренды сажалки и другой техники.

Где закупаете СЗР?

Можно сказать, что везде. Закупали оригинаторы, генерики у разных компаний и перепроверяли на полях. Так как никто не пожелал с нами делиться опытом применения СЗР, то свой опыт нарабатывали сами и готовы о нем рассказывать. После проведения конференции в сентябре 2016 года, посвященной проблемам чесноководства, нашли надежного и проверенного поставщика.

Главные риски производства чеснока, по вашему мнению?

Их очень много. Несвоевременно посадили, выпал снег, чеснок не взошел, «прилетела» муха, не срезали стрелку, не положили полив или наоборот «перекапали», несвоевременно собрали и неправильно хранили. То есть вся технологическая карта в любом звене может создавать риски.

Что вы посоветуете начинающим фермерам-чесноководам?

Обязательно знакомиться с информацией наших конференций по чесноководству, составить для себя технологическую карту и бизнес-план.

Для того чтобы заработать на чесноке – нужно объединяться. Купить дешево и продать дорого – это будет работать недолго. Чеснок любит, чтобы на него тратили не только деньги, но и время. Если люди будут знать, что есть куда сбыть продукцию, то будут наращивать объемы и пытаться вырастить красивый чеснок высокого качества.

Растите чеснок с нами, вместе мы сила!

Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 27 сентября 2016 > № 1908901 Анна Морозова


Россия. СФО > Агропром > agronews.ru, 24 сентября 2016 > № 1908459 Андрей Кнорр

Андрей Кнорр: мы сделали сбор дикоросов успешной отраслью местной экономики.

Ягоды, грибы и орехи называют дикоросами в основном в Сибири. Именно здесь их сбор и заготовка с конца 1990-х годов стал развиваться как самостоятельная отрасль. Спустя 20 лет сбор ягод и грибов дает сезонную работу почти 70 тысячам человек.

В планах местного правительства довести долю «экономики природы» в валовом региональном продукте (ВРП) до 3%. Это лишь немногим меньше, чем все сельское хозяйство.

В интервью ТАСС заместитель губернатора Томской области по агропромышленной политике и природопользованию Андрей Кнорр рассказал о кедровом молочке и халве из сибирского кедра, о том, как Китай увозит из региона орехи и клюкву, о перспективах и проблемах «дикорастущей» отрасли.

— Андрей Филиппович, в наших магазинах по-прежнему немало иностранной продукции из ягод, грибов, хотя, казалось бы, своих ресурсов у нас достаточно.

— Не могу говорить о всей России, но в Томской области наши заготовители воспользовались ситуацией с введением продуктового эмбарго и поддержкой импортозамещения. Нам полностью удалось заместить ягодные и грибные замороженные смеси: вы их не только в наших магазинах не увидите, но и в соседних регионах, куда поставляем и мы, и Омск, и Алтай, и другие. Смесей из Нидерландов и Польши больше нет.

Значительно мы потеснили и импортные консервированные фрукты. Стали выпускать ягодные джемы – только в Томской области это 300 тонн в месяц. Освоили производство варенья по старинным рецептам – 40 тонн в месяц. Используем бруснику, клюкву, чернику, облепиху, смородину, клубнику с лесных и дачных участков.

Мы практически заняли нишу в регионе по производству кондитерских начинок и кремов, которые тоже раньше завозились в Томскую область. Мы могли бы делать больше – те же джемы для питания в самолетах, и многое другое.

Наши натуральные начинки, кремы и наполнители используют в производстве мороженого компании из Москвы, Новосибирска, Томска. Два молочных предприятия – в Томской и Новосибирской областях – используют начинки для йогуртов, наринэ, творожной массы, сырков.

— Томская тайга известна сибирским кедром. Как организованы сбор и переработка кедрового ореха в регионе?

— За последние годы на трех предприятиях ввели новые производственные мощности по переработке кедрового ореха. И сегодня представляем на рынке около 20 наименований продуктов на основе кедрового ореха: кедровое молочко, сливки, жмых, грильяж, халва, мука и многое другое. Такого ассортимента вы не найдете в других регионах.

И еще одно направление, которого нет нигде – это лесобиохимия. Резидент Томской особой экономической зоны «Солагифт» занимается глубокой переработкой зелени хвойных пород при помощи современных инновационных технологий, кстати, российской разработки. Они получают биологически активные вещества из хвои в виде субстанций, полипренолов. На их основе производится клеточный сок пихты, пищевые добавки, косметика, зубные пасты, субстанции для фармпрепаратов.

В целом продукция дикоросов и продукты их переработки превысили 10% от общих объемов пищевой промышленности Томской области – а пищевка у нас очень развита.

— А много ли продукции этой идет на экспорт?

— В зависимости от урожая. В последние годы объемы заготовок составляют от 8 до 10 тысяч тонн – около половины от объемов всего сбора в Сибири. Доля экспорта сегодня составляет до трети в общей доле переработки дикоросов. Основные потребители нашей продукции находятся в Италии, Германии, Австрии, Польше, Китае, Монголии.

Грибы и кедровые орехи – основа экспорта томских дикоросов. Это примерно 25-30% от нашего экспортного потенциала. За рубеж орех в основном идет в Китай, а также в Германию, откуда расходится по европейскому рынку.

И по экспорту кедровых орехов Китай доминирует на рынке, при этом в основном используя наше же, российское сырье. К нам, в Россию, возвращается оттуда совершенно другой орех – корейский: из другого кедра, более крупный, который имеет менее ценные качества, чем орех нашей сибирской сосны. Мы могли бы поставлять больше, но об этом – позже.

Еще «возвращается» к нам выращенная на промышленных плантациях клюква. Мы ее даже иногда встречаем, в том числе и в Томске. Но это торговля, хотя мы больше 10 наименований по первичной заготовке делаем в Томской области.

Россия. СФО > Агропром > agronews.ru, 24 сентября 2016 > № 1908459 Андрей Кнорр


Россия. УФО > Агропром > agronews.ru, 23 сентября 2016 > № 1908809 Александр Гладилов

Комментарий. «Уральская сила»: газель к подъезду – продукты поданы.

О неординарных решениях проблемы сбыта продукции рассказал «Крестьянским ведомостям» заместитель директора Союза фермерских хозяйств Челябинской области, председатель кооператива «Уральская сила» Александр ГЛАДИЛОВ.

– Одна из вечных проблем фермеров – реализация продукции, – рассказал спецкору «КВ» Александр Гладилов. – Вот и приходилось сдавать молоко перекупщикам по 12 рублей за литр и с тоской смотреть, как в магазине твое молоко перепродают за 50.

А сунуться со своей продукцией в гипермаркет фермеру не по карману – обдерут как липку всевозможными поборами и бонусами. Как выдержать конкуренцию с торговыми монополистами? Мы разработали пилотную программу «от производителя до покупателя». Уже создан кооперативный бренд – занесенная в Книгу рекордов России 100-пудовая гиря местного производства – символ Верхнеуральского района и малого бизнеса Южного Урала. Фермеры будут нести коллективную ответственность за добротность своих продуктов.

Главная особенность проекта — ориентация на конечного потребителя. К примеру, были заключены соглашения с потребительским обществом «Сфера здоровья», с «Объединением собственников недвижимости» … На днях в Магнитогорске прошел круглый стол, на котором фермеры договорились о сотрудничестве с местной торговлей, ТСЖ и управляющими компаниями. Кооператорам предоставили в городе 10 торговых точек, а коммунальщики взяли на себя роль посредников по доставке фермерских продуктов (они проходят ветконтроль) своим жильцам на заказ.

Теперь отправляем газель со свежими продуктами прямо покупателям под двери. И жители рады, и фермеры, и препоны зарвавшихся магазинных сетей обошли. Сегодня мы по такой схеме работаем с несколькими магнитогорскими товариществами. Уже идут переговоры об апробации этой схемы и в Челябинске.

– Александр Николаевич, как организованы работы по переработке молока?

– Технологию я недавно подробно рассказывал региональным СМИ и телевидению. Специально для читателей «Крестьянских ведомостей» обрисую некоторые моменты. Возьмем, к примеру, нашего переработчика Бориса Батурбаева. Его оборудование (накопитель, пастеризатор) позволяет ему переработать 5 тонн молока в сутки. Но на деле он мог потянуть только одну тонну, которую и скупал у фермеров за бесценок. Молоко ведь надо не только пастеризовать, но и в тот же день на завод отвезти. И главное, чтобы сырье приняли, а то, бывало, разворачивали из-за повышенной кислотности. Кто-то из фермеров тару не помыл, а у Батурбаева из-за этого убыток. Он-то с фермерами и частниками уже расплатился.

Каждый день в определенное время наш логист Андрей Лыгин на машине с флягой объезжает производителей, забирает молоко и везет Батурбаеву. Тот молоко проверяет, перерабатывает, и о реализации у него голова не болит. Готовый продукт логист везет на продажу. Важный момент: как член кооператива, переработчик не сможет скупить у нас молоко по дешевке. А из расчета 20 рублей за литр минимум. Это выгоднее, чем при прежней схеме. Не говоря о том, что отношения к нему соседей-поставщиков не как к спекулянту, а как к уважаемому партнеру.

Другой фермер, Иван Шиманов, построил в райцентре мини-сыроварню. Почти в домашних условиях он производит из «кооперативного сырья» отличные сыры: брынзу, адыгейский, моцареллу … Ему под стать и кооператор из поселка Нововоронинского фермер-коневод Ерлан Якшер, производящий лечебный кумыс, не раз завоевывавший медали на областных агровыставках.

Фермеры-кооператоры готовы расширять линейку поставок — включить в нее и рыбу, мед… К примеру, Михаил Рукавишников и Николай Сысуев взяли в аренду озера, зарыбили водоемы, выращивают пелядь, карпа. Свою продукцию предлагают и пасечники Владимир Шамшин, Юрий Алевский, кроликовод Николай Зайцев. Фермеры начали бутилировать и чистейшую родниковую воду. Сергей Шаров готов брать у фермеров сырье для своего мини-мясокомбината.

Крестьянский агрохолдинг

Впрочем, фермерский кооператив осваивает еще и переработку зерна. Уже на подходе интереснейший проект по выпуску кваса, «крестьянского хлеба». Для этого районные власти, даже не требуя арендной платы, передают ему полуразрушенное пустующее здание бывшего инкубатора бывшего совхоза «Дзержинский». Фермеры, у которых есть и опыт, и знания АПК, обещают «в складчину» восстановить здание и запустить мини-агрозавод.

Меня поразил такой план Гладилова – установить в подъездах термобоксы самообслуживания. Доставили утром заказ, скинули покупателю СМС-оповещение и персональный код. Клиент продукты забрал, код поменялся и термобокс ждет следующий заказ. Как в лучших домах Лондона, Парижа и Бонна! По словам председателя, «специально для нас антивандальные боксы разрабатывает озерская производственная компания. Думаю, в ближайшее время начнем установку».

Другая задумка: предприимчивые кооператоры предлагают своим клиентам покупать коров, так скажем, в коллективную собственность. Гладилов поясняет:

– Средняя семья обычно тратит на молочную продукцию около 150 рублей в день. Умножаем на 306 дней (за минусом времени, когда корова ждет приплод), получается 45900 в год. Это стоимость целой коровы! А ведь корова живет не один год, а больше десяти лет! Так вот: если вы проинвестируете покупку коровы, то вы будете ежедневно получать продукцию от своей коровы. Все, что остается сверху, «излишки», идет фермеру за работу. Коровы непременно страхуются, так что, если животное погибнет, вам «выдадут» замену». По его словам, схема вызвала большой интерес.

Наш кооператив – экспериментальная площадка и прообраз будущего регионального фермерского кластера. Мы уже выходим на межрайонный уровень: с нами сотрудничают фермеры Уйского, Нагайбакского районов.

– Дело новое, есть недоверие глав КФХ?

– Вопросов у фермеров еще много. Одни не понимают, куда денется прибыль с продажи молока. Приходится объяснять: все, что останется после вычета расходов, будет разделено между членами кооператива. Приняли, скажем, молоко у поставщиков за 18 рублей, переработали за 5, доставка – еще 5. А продали за 40. 12 рублей – и общую прибыль разделили в зависимости от объема сданного в кооператив молока.

В первом квартале этого года оборот «Уральской силы», по предварительным расчетам, составил порядка 10 млн рублей. Выручка будет поделена поровну между всеми членами кооператива. Раньше кооперативов было много, но они закрылись, например, «Родина», «Союз», «Казна». На самом деле не было кооперации, действовали частные лавочки, на интерес одного человека – владельца. У нас доход будет делиться по справедливости, по вкладу.

– Существенный вопрос: где взять деньги на оборудование для переработки?

– Законный интерес. Модульные молочные цеха, например, с функцией приемки, пастеризации, переработки, упаковки могут поднять производительность кооператива до 15 тонн в сутки против сегодняшних 500 литров. Но одна установка обойдется миллионов в шесть как минимум! На этот счет договариваемся с Росагролизингом. Но наша мечта: чтобы область попала в федеральную программу поддержки кооперативов.

– Я помню ваше дельное выступление на февральском съезде фермеров России по вопросам земельного устройства. Выступивший на форуме министр сельского хозяйства РФ Александр Ткачев порадовал, заявив, что Минсельхоз РФ планирует практически втрое нарастить господдержку сельхозкооперативов – с 400 млн рублей до 1,4 млрд рублей. Ну и каковы размеры грантовой поддержки сельхозкооперативов в Челябинской области?

– Мы обратились в Минсельхоз области с предложением включить наш регион в федеральную программу господдержки сельхозкооперативов, но там все думают… Между тем в соседних регионах, в Башкирии, Татарстане вовсю налажена грантовая поддержка сельхозкооперативов.

Ныне, по словам Гладилова, «Уральская сила» — это более 30 КФХ, главным образом, из Верхнеуральского и Нагайбакского района, а также ещё 31 производитель молока, 4 переработчика, 8 поставщиков мяса на одного производителя колбасы и двое заготовщиков овощей. И спрос на их продукцию в несколько раз превышает предложение!

Получается, «Уральская сила» – фактически фермерский кластер (некоторые осмеливаются даже назвать его крестьянским агрохолдингом) в миниатюре, объединяющий всю цепочку агробизнеса: сельхозпроизводство, переработка, сбыт.

P.S. АККОР поддержал инициативу южноуральцев по развитию кооперации. По словам руководителя «Союза крестьянских (фермерских) хозяйств и сельскохозяйственных кооперативов Челябинской области Анны Таскаевой, кооперация фермерских хозяйств в регионе набирает силу. В текущем году порядка 30 фермерских хозяйств планируют объединиться в кооператив на базе компании «АЭС-ГРУПП» (Челябинск), располагающей комплексом овощехранилищ, цехом предпродажной подготовки и упаковки продукции. Компания входит во все основные торговые сети и имеет высокий объем заказов.

Также на базе предприятия «Вкус еды» (Сосновский район) планируется создание фермерского молочного кооператива по переработке молока и реализации по г. Челябинску. В с. Архангельское создается кооператив по реализации мясной продукции. Возможно, возникнет и «медовый» кооператив на основе сотрудничества К(Ф)Х с пчеловодами: пчеловоды планируют поставлять фермерам семена определенных трав, и вблизи полей, засеянных этими травами, обустроить свои пасеки. Травы, урожайность которых будет повышаться благодаря опылению пчел, в последующем будут заготавливаться на корм сельскохозяйственным животным.

Так что, несмотря на скептические прогнозы, кооперативное движение среди фермеров находит все больше сторонников. И есть надежда, что сельхозкооперативы, подобные «Уральской силе», вытянут село. В складчину сподручнее.

Автор: Александр РЫБАКОВ, «Крестьянские ведомости»

Россия. УФО > Агропром > agronews.ru, 23 сентября 2016 > № 1908809 Александр Гладилов


Россия > Агропром > zol.ru, 21 сентября 2016 > № 1901325 Аркадий Злочевский

Злочевский: санкции сменили географию экспорта зерна

Минсельхоз прогнозирует рекордный урожай зерна около 113 млн тонн. Это приблизительно на 5 миллионов тонн больше, чем в 2015-м. Как рекордный урожай повлияет на стоимость зерна, и как проходят зерновые интервенции в России. Об этом мы поговорим с нашим гостем Аркадием Злочевским, президентом российского Зернового союза.

Начался важный период в жизни каждого сельхозпроизводителя, который занимается, прежде всего зерновыми. Как пошутил один из губернаторов, у нас всегда две проблемы. Когда низкий урожай – это большая проблема. Когда большой урожай – это снова большая проблема. Какие сложности?

- Да. У нас именно, так. Урожай беда побольше.

- Чего стоит опасаться вот этой осенью?

- Конечно, сложностей очень много. В первую очередь связано это с конъюнктурой рынка. Потому что, как только случается такой урожай, причем, он не плановый, а он больше, на бога молимся, да, погодка помогла. И в итоге, соответственно, возникает проблема с ликвидностью зерновых ресурсов. Их просто некуда девать, излишки. И цены падают.

А это больно ударяет по карманам в первую очередь производителя, трейдеров и экспортеров это не затрагивает. Они как бы балансируют между внутренним рынком и мировым. Или, скажем, внутренним рынком и продуктами переработки. А вот по стимулам крестьянским хозяйствам, именно по производству это ударяет достаточно болезненно.

- В этом смысле объемы зерновых интервенций, которые обычно государство имеет возможность регулировать и это делает, каким-то образом помогают? И насколько вообще это эффективный инструмент в современном рыночном понимании?

- Это, безусловно, помогает. Хотя бы даже с точки зрения психологии восприятия. Потому что цены – это психологический фактор, которые заявлены, как интернационные, это срабатывает, в какой-то степени удерживает. Но, конечно, эффективность механизма, который мы применяем для закупок, оставляет желать лучшего. И она одна из самых низких в мире.

- Что нужно было бы изменить? Почему она не достаточно эффективна, эта система?

- Ну, система сама по себе построена на конкуренции. То есть биржевые торги, игра на понижение. Вот, что…странно и абсурдно, но тем не менее, факт нашей биографии. От так называемых минимальных закупочных цен – интернационных - мы пляшем вниз. Тогда почему они минимальные, если они де факто являются максимальными?

Но мы их называем минимальным, так в документах названо. Но от них только вниз. И вот, скажем, вчерашние торги показали уже снижение цены от заявленной интернационной в среднем на тысячу рублей. Это значит, что крестьяне недополучили деньги от заявленных цен. А весь мир пользуется так называемыми минимальными гарантированными ценами, которые вообще исключены из конкурентной среды, рассчитываются на основе себестоимости. И рынок. История не знает ни одного примера, когда бы рынок опустился ниже минимальной гарантированной цены в принципе. То есть это цена отсечения. А ровно это и должно быть у нас. Но, к сожалению, не так. Да, мы, бывает, проваливаемся очень низко. И нам очень памятна история 2009-го года, когда после очень высоких цен 2007-8-го годов в 2009-м году цены обвалились в три раза с 9500 до 3000 рублей за тонну, что ниже себестоимости. Вот это крайне критичный процесс. Итогом обвала 2009-го года стал неурожай 10-го. И мы должны это понимать, что там не засуха сыграла огромную роль.

- Какой-то вклад она тоже внесла?

- Конечно засуха внесла свой вклад в неурожай. Но традиционно от засухи можно потерять примерно 10% планового урожая. Так во всем мире выглядит. Да, а мы потеряли 30%. Еще 20% мы потеряли от плохой конъюнктуры предыдущего сезона и от недовложений в производство. Потому что от погодных явлений можно защищаться только технологическими средствами, больше никак. А когда они не защищены, погода срабатывает очень жестко. И это ведет к катастрофическим потерям, таким, как было в 2010-м году.

- Чей механизм регулирования рынка вам видится наиболее эффективным и подходящим для нас, чей можно опыт адаптировать?

- Можно применять практически любой опыт. Америка, Канада, Австралия, Европа применяют минимальные гарантированные цены. Это куда более эффективный механизм. Нюансы и тонкости там, где-то лучше, где-то хуже, это можно уже смотреть для того, чтобы улучшить российскую площадку.

- Действительность.

- То есть действительность, зависит от законодательства, от тех правил, которые сложились по рынку. Давайте адаптируем все наилучшие механизмы, но фундаментом является все равно минимальные гарантированные цены. Мы предлагаем, соответственно, с учетом нашей специфики практически слить воедино с так называемым механизмом обратного выкупа. Когда крестьяне сдают в интернационный фонд, то по минимальной гарантированной цене имеет право выкупить в последующем этот урожай. Если конъюнктура улучшилась, по той цене, по которой он заложил. Компенсировав только затраты на хранение и, там, агентскую комиссию, грубо говоря, которая необходима и должна быть оплачена. Чтобы мне платить при этом ставки по привлеченному кредиту, за деньги, которые он получил от государства. И это было бы тогда очень важным стимулирующим механизмом для развития производства в первую очередь. Потому что, когда у тебя неликвидное зерно, ты не можешь окупить процесс, это резко снижает инвестиции. А здесь этот механизм практически поддерживает инвестиционный процесс в секторе.

- Давайте рассмотрим мировой рынок. Место России на мировом рынке серьезно улучшилось. Во всяком случае, об этом говорит глава Минсельхоза. Ну, и в целом эксперты это отмечают. Россия, как экспортер пшеницы, свои показатели улучшает. И здесь нужно говорить, а где те рынки сбыта в основном, которые сейчас, ну, наиболее перспективны, и что происходит с нашими мощностями, которые позволяют заниматься экспортом зерна. Что с этим? Потому что, если вот взглянуть на карту, основные рынки сбыта пшеницы, то мы видим, что, конечно, самый такой лакомый кусок рынка расположен на Ближнем Востоке и северной Африке. Там очень серьезные рынки. Но разного рода перевалочные мощности, все, что касается элеваторов и так далее, сосредоточено, в основном, в европейской части России. Там у нас явно инфраструктура не готова. Я имею в виду на Дальнем Востоке. Правда?

- Да, инфраструктура там, может быть, сегодня не очень готова, хотя там мощности есть. И они не до загружены. Там есть прямой вариант в порту Восточный во Владивостоке, соответственно, там, можно переваливать зерно. И реально перевалка идет, просто объемы небольшие. А под объемы там точно появится терминал, может быть, и не один. Но, где эти объемы и, собственно говоря, это вопрос внутренней логистики. Расстояние от тех зерновых зон, которые, в которых мы выращиваем и приспособлены для дальневосточного вывоза, ровно такой же, как для южного. Потому при наличии всех тех же прочих, составляющих преимущество у юга, потому что там есть инфраструктура и есть налаженные каналы связи. Поэтому мы в ту же самую Южную Корею отгружаем с Новороссийска, а не с Дальнего Востока, в том числе и сибирское зерно. И расстояние то же самое. Мы давно уже говорим на эту тему с правительством и РЖД. Предлагаем сделать льготный режим. На такие расстояния надо вводить очень большие льготы для того, чтобы стимулировать. Невозможно возить. Мы возим гораздо дороже, чем наши конкуренты, вот, в чем проблема. В результате зерно у нас становится просто не конкурентно способным на внешних рынках.

- Просто цена.

- Именно из-за транспортных затрат. Потому что возим гораздо дороже. Понятно, что у нас может быть не подготовлена еще внутренняя инфраструктура. Но мы же действуем ровно наоборот. Потому что, скажем, все зерно перевозится в Америке отправительскими маршрутами. И это обходится почти в два раза дешевле, чем немаршрутные отгрузки. А мы можем, тягаться по стоимости немаршрутных отгрузок. Но де факто. Поскольку они маршрутами возят, они возят в два раза дешевле нас на те же расстояния, понимаете.

- Да.

- И в конечном итоге это значит, что нам надо маршрутизировать первозки. Мы только начали этот процесс. Была рабочая группа в Минсельхозе, которая обсуждала эту проблему. Было определенно 4 терминала, они в практике начали маршрутизировать свои отправки на порты. А еще 9 готовы были приступить к этой работе. Но тут поменялись правила по маршрутам. И теперь количество вагонов не 47, а 60 надо. А у нас на пути столько не встает ни на одном терминале.

- Конечно.

- Вообще осуществить погрузку необходимо за сутки, за 24 часа, а мощности не позволяют. В результате мы выпали даже из тех скидок скромных, там в два раза дешевле, а у нас 10% скидка на маршрут. Соответственно, как в этих условиях. Ну, либо мы приведем к таким же условиям, как у них, и станем конкурентно способны. Либо мы так и будем оставаться в не конкурентно способном состоянии.

- Но у вас есть ощущение, что власти вас слышат, что в министерстве понимают, о чем говорят участники рынка?

- Эту тему мы обсуждали с РЖД. РЖД там вроде как понимает, что говорит, что не все от них зависит. И у них всего - 25% скидки. И их-то не дают, эти 25%. А это явно не достаточно для дальневосточного вывоза. Там надо больше. То есть это должно решать правительство. Правительство решало, пока у нас было специальное поручение президента на тему решить по Сибири и Дальнему Востоку. И там предоставляли 50-процентную скидку на дальность свыше 1100 километров. Но это время кончилось.

- Что значит - кончилось? Чего, поручение президента – это какое-то поручение с конечным сроком исполнения?

- Ну, это поручение, благодаря поручению удалось решить. А так мы, я говорю конкретно про российский зерновой союз. Каждый год ходили в федеральную службу по тарифам.

- Сезон прошел, и вроде как заиграли?

- Пока существовал и продлевали эту скидку. Каждый год предоставляли документы и так далее. То есть это не системное решение.

- Президент должен каждый сезон это говорить, чтобы продлить это решение?

- Конечно. В настоящее время это вообще иссякло. И теперь нам говорят и отвечают все чиновники: ну, вот, у нас новый тариф готовится №1001 по железной дороге. Ну, вот давайте в нем чего-то и предусматривать. А никакие льготные режимы после того, как мы образовали Евразийское экономическое сообщество, невозможно, поскольку они будут действовать и распространяться на всю евразийскую территорию.

- Что касается валютной составляющей. Потому что, все производители, все те, кто работает на экспорт чего бы то ни было, в разных секторах российской экономики обычно оценивают курс рубля. Чуть крепче, то уже не выгодно. Чуть слабее, то лучше. Для производителей зерна, вообще для сельхоз сектора нынешний уровень российской валюты, он комфортен, можно сказать, что у нас здесь есть конкурентное преимущество, оно по-прежнему сохраняется?

- Я бы не сказал, что оно по-прежнему сохраняется. Но, оно безусловно есть, это преимущество. Но иссякает быстро.

-По времени оно же ограничено. Там все-таки 2-3 года, это то, чем можно в среднем пользоваться если девальвировать?

Конечно, эффект девальвации сработал. И на момент, когда рубль обвалился, мы уже теряли конкурентно способность. Мы проигрывали последние тендеры в Египте, а это крайне важный институт

- Давайте рассмотрим ситуацию с Египтом?

- Действительно, сложилась интересная ситуация для нашей страны. Россия уже на этот момент практически проигрывала все французам и румынам. И тут вдруг обвалился рубль. На этом мы стали все резко выигрывать. То есть, это безусловно сработало. Более того, я считаю, что само импортозамещение реальное, которое случилось за эти пару лет, оно произошло отнюдь не от анти российских санкций. Анти санкции привели только к импорто замешению, они сменили географию поставок.

- Да.

- Не более того. А вот обвал рубля реально обеспечил это импорто замещение. Заместил на прилавках импортную продукцию отечественной, национальной. Это крайне важный процесс. Но эффект уже практически исчерпан. Он подошел к концу. И сейчас надо резко повышать свою конкурентно способность. Для этого все программы и государственная поддержка должны быть заточены на повышение конкурентно способности. А они таковыми не являются на сегодняшний день. Они вообще не затачивают нашу конкурентно способность, не повышают ее. А иной раз даже снижают.

- Расскажите про египетскую историю, потому что то, что, в общем, Россия здесь уже борется опять за этот рынок, а он для нас был одним из основных. Я так понимаю, что, там, Турция, Египет – это такие основные импортеры, во всяком случае, по этому направлению, по российскому зерну были. Ну, формально придираются египтяне из-за грибка спорыньи. И это аргумент, это серьезный аргумент? Или они просто здесь выторговывают себе более выгодные условия, потому что вот новость о том, что, ее комментирует вице-премьер Аркадий Дворкович, что мы будем запрет на ввоз в РФ овощей из Египта тоже вот обсуждать и оценивать его влияние на инфляцию. Это все выглядит таким обменом. Мы сейчас вот притормозили их импорт овощей из-за того, что они не могут с нами договориться. Есть ли тут момент такой конспирологический?

- Я бы не ставил в один ряд овощи, с зерном. Это разные вещи. Дело в том, что Египет своим решением практически подорвал собственные позиции по снабжению населения продовольствием. А, когда Египет осознает этот вопрос. Там у них свои внутренние процессы, своя кухня, в которую мы не вмешиваемся.

- Восток.

- Скорее всего, да, это связано, и решение основано было на том докладе, который сделал Минздрав египетский в отношении здоровья египетской нации. И там эта спорынья была поименована. И, соответственно, какие риски она за собой несет. Просто чиновники минсельхозовские, египетские я имею в виду чиновники, не наши, они перепугались этого доклада Минздрава египетского. И решили принять такое решение. Сказали, ну, не, не чтобы ограничить наши поставки. Властям Египта надо соответственно защищать, интересы своего населения. Скорее всего, с перепугу, скажем так. Но власти приняли решение по нулевому порогу, что в принципе не реально и невыполнимо. В результате провалили все последние тендеры, потому что никто не подал заявки. Сейчас до них быстренько дойдет, что выполнить эти требования невозможно. А, как они останутся без снабжения. Мы помним, чем закончилась история 2010-го года, когда мы нашему эмбарго сильно помогли египетской революцией.

- Кстати, да.

- Сместить. Да. И, соответственно,

- На самом деле не Фейсбук, а вот такие истории серьезнее всего влияют.

- Да. Это же реальные хлебные бунты были. Естественно, никто там не пойдет на то, чтобы хлебные бунты допустить. Поэтому они вернут все эти уровни. Другой вопрос, до какого уровня и порога, мы сейчас там ведем переговоры с египтянами в отношении обоснованности. Потому что был 0,05. Ну, достаточно высокий порог. Его можно понизить реально, да, там, скажем, до 0,03. Ну, и все, и как бы и красиво соблюсти фасад и позаботиться о здоровье египетской нации, но при этом и реальные поставки поддержать. Потому что их просто сейчас зарубили своим решением. И все, сейчас невозможно поставлять.

Спасибо большое, Аркадий Леонидович, за то, что нашли время, пришли к нам. Спасибо. Аркадий Злочевский, президент Российского зернового союза, обсуждали мы ситуацию на зерновом рынке России.

Россия > Агропром > zol.ru, 21 сентября 2016 > № 1901325 Аркадий Злочевский


Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 12 сентября 2016 > № 1891849 Рафаэль Гороян

Продажи группы компаний «Прометей» выросли до 1 млн тонн

Группа компаний «Прометей» — титан украинского агробизнеса с ежегодным объемом продаж около 1 млн тонн. Может быть не случайно она носит имя античного героя, которое переводится как «Провидец». Владелец ГК Рафаэль Гороян о рецепте развития бизнеса без банковских инвестиций, ставке на мелкого и среднего фермера, бурном развитии собственной элеваторной сетки и иммунитете к негативу

С какими показателями торговая компания «Прометей» закрыла прошлый год?

2015/16 маркетинговый год был успешным — наши продажи выросли до 1 млн тонн, при росте товарооборота почти в 3 раза. 54% объема реализованной продукции мы поставили на внешние рынки, всего за год увеличив объем экспорта больше чем в 3 раза. Такие впечатляющие результаты — итог 20 лет успешного развития «Прометея» и профессиональной работы всех наших сотрудников. Сегодня вся группа компаний работает как единый механизм, где каждый человек на своем месте делает все для того, чтобы обеспечить «Прометею» лидирующие позиции на рынке.

Такой прирост товарооборота потребовал расширения элеваторной базы?

Сейчас в активах ГК «Прометей» 12 элеваторов с объемом хранения 650 тысяч тонн. Мы успешно закрепились в Центральной и Южной Украине (Кировоградская и Николаевская области). Там нам удалось построить разветвленную сеть с оптимальным расстоянием между элеваторами до 100 км, что позволяет охватить максимальное количество производителей и показывать хорошие результаты. Однако мы не останавливаемся на достигнутом. Подтверждая статус национального оператора зерновых, мы приобрели элеваторы в Киевской и Хмельницкой областях, которые стали флагманами компании в этих регионах. Более того, в ближайшее время мы планируем покупку еще 5 элеваторов в Запорожской области, а в дальнейшем будем осваивать новые регионы — Днепропетровскую и Харьковскую области. Создание мощной сетки элеваторов — приоритетное направления развития ГК «Прометей».

Потребовало ли это перестройки уже существующих логических цепочек?

Наш собственный автопарк зерновозов насчитывает более 40 автопоездов. Однако сегодня мы активно развиваем железнодорожные перевозки. «Благодаря» внезапному решению правительства бороться с перегрузами на украинских дорогах, нам пришлось изменить систему логистики, увеличив долю железнодорожной отгрузки. За счет собственных средств мы восстановили около 80% железнодорожных веток к нашим элеваторам. Это очень дорогое удовольствие, но мы готовы держать любой удар. У нас стойкий иммунитет от рейдеров, коррумпированных чиновников, некомпетентных решений властей и непрозрачных схем возврата НДС. Как у каждого настоящего мужчины, у меня всегда есть план Б. «Прометей» — семейный бизнес с короткой цепочкой принятия решений. И эта мобильность помогает не только выживать в любой ситуации, но и стабильно генерировать прибыль.

Какие инструменты финансирования вы используете для инвестирования?

Мы развиваем элеваторный бизнес за счет реинвестирования собственной прибыли. Несмотря на высокие риски, такие инвестиции — это «длинные» деньги, являющиеся важным показателем стабильности развития «Прометея». Сегодня, когда банковская система Украины неохотно кредитует инвестиционные проекты, а внешние инвестиции практически не приходят в воюющую страну, мы на практике показываем, что можно добиться отличных результатов без банковских инвестиций. Отсутствие долговой нагрузки делает нас более гибкими, позволяет лучше чувствовать рынок и быстро реагировать на его сигналы. Главное верить в себя и завтрашний день, и инвестировать грамотно и стабильно. В первую очередь, в усовершенствование технической базы.

Почему компания предпочитает зернохранилища напольного типа?

Комплексы этого типа мы считаем оптимальными. Во-первых, это бетонный склад со стенами толщиной около метра. Он может эксплуатироваться не одну сотню лет, тогда как металлическое зернохранилище имеет гарантированный срок эксплуатации в 12 лет. Во-вторых, элеватор из металла почти в 5 раз дороже, хотя производитель заявляет о его низкой сметной стоимости. В-третьих, хранение ценных культур в металлических колбах снижает их качество, потому зерно в них травмируется. Мы же обеспечиваем естественный процесс сушки. А значит, каждое зернышко, выращенное фермером с любовью, будет сохранено.

Как еще «Прометей» обеспечивает лояльность поставщиков?

Основные наши принципы – качественный сервис, открытость и мобильность. Наша компания гарантирует своим партнерам высокий уровень предоставляемых услуг, а также прозрачные условия сотрудничества. Мы заинтересованы в долгосрочных и взаимовыгодных отношениях, а потому наши поставщики получают уникальные привилегии: не платят за приемку продукции на элеватор, а также за первый месяц хранения. Но главное, мы всегда даем честную цену. «Прометей» готов оказывать партнерам юридическую поддержку, дает возможность стабильно работать и несет высокую культуру бизнеса. Для нас важно, чтобы мелкий и средний фермер богател вместе с нами! Ведь именно за ним, а не за крупным латифундистом, будущее украинской агроиндустрии. Это огромный потенциал, за счет реализации которого Украина сможет стать лидером мирового продовольственного рынка!

Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 12 сентября 2016 > № 1891849 Рафаэль Гороян


Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 10 сентября 2016 > № 1892033 Лилиана Дмитриева

Последние тенденции на ягодном рынке, а также рынке саженцев и посадочного материала

В Украине динамично развивается производство ягод, а значит, очень востребован посадочный материал плодово-ягодных культур.

Директор известного питомника «Брусвяна» Лилиана Дмитриева рассказала о последних тенденциях на ягодном рынке, а также рынке саженцев и посадочного материала для товарных ягодников. Новой нишевой культурой в Украине становится земляника альпийская.

В 2015 году вы планировали наладить экспорт саженцев голубики в ЕС. Сбылись ли эти планы?

Запроса на экспорт саженцев голубики не было. Но очень хорошо экспортировались саженцы малины. Нашим клиентом была Беларусь, в два хозяйства мы экспортировали саженцы малины осенью 2015 и весной 2016 года. Весной отправили 33 тысячи саженцев, рассчитанных на посадочную площадь в 3 га.

Какой сорт малины наиболее востребован у вашего потребителя?

У нас очень удался и востребован сорт нашей селекции «Брусвяна», его создателем является Владимир Игоревич Дмитриев. Малину «Брусвяна» любят и поляки, и белорусы, и украинцы. В частности, именно саженцы этого сорта мы продали в Беларусь.

Каковы запросы рынка по малине?

Запросы рынка по малине – это крупная, красивая, что называется, «зрелищная» ягода с хорошими вкусовыми качествами. Если говорить о требованиях товарного производителя, то это— хорошая транспортабельность, «легкий отрыв», в то же время ягода должна хорошо держаться на ветке и произвольно не опадать. Все эти качества присущи сорту «Брусвяна», а также она отличается сильными побегами и высокой морозоустойчивостью, что делает этот сорт конкурентоспособным и востребованным.

В прошлом году наиболее востребованным был посадочный материал малины и голубики? Какой посадочный материал наиболее востребован в 2016 году?

В 2016 году по востребованности к малине и голубике добавилась новинка украинского товарного производства ягод — земляника альпийская. Эта маленькая ароматная ягода (длиной до 1см) похожа на лесную землянику. В Украине начали закладывать поля этой ягодной культурой, и у нас достаточно заказов. Если раньше мы реализовывали рассаду земляники альпийской только для приусадебных участков, то в прошлом году впервые выполнили заказ для промышленного производства. Было заложено экспериментальное поле в Киевской области 0,5 га. Если в 2015 году наши клиенты заложили экспериментальные поля, то в 2016 — они расширяются. На сегодняшний момент, саженцами нашего питомника заложено до 4 га земляникой альпийской, и мы продолжаем заключать контракты.

Есть ли еще подобные плантации рассады земляники альпийской в Украине?

Новые идее ивнедряются в Украине синхронно. Мы уже видели подобные плантации в Западной Украине. Думаю, что через несколько лет земляника альпийская станет массовым товаром на украинских прилавках.

Чем обусловлен рост спроса на посадочный материал земляники альпийской?

Ягода имеет замечательный аромат и высокую урожайность. К тому же её любят украинские потребители.

Где закупаете семена земляники?

Семена закупаем в Украине и выращиваем рассаду для продажи. Также работаем по такой схеме: клиенты сами закупают необходимые семена, а наш питомник выращивает для них кассетную рассаду.

Сбор ягод в разгаре, поделитесь впечатлениями, довольны ли производители ягод сезоном 2016?

Скажу то, что многим не понравится. Ситуация с ягодами неоднозначная. У производителей фруктов и ягод ранее существовали стабильные каналы сбыта. Фермеры привыкли, что к ним на поля подъезжали машины и все забирали, везли на рынки больших украинских городов и в Крым, но главными покупателями были РФ и Беларусь. Сейчас указанные рынки, как и Крым — официально закрыты для украинской плодоовощной продукции. В результате сегодня фермеры должны сами заниматься реализацией собственной продукцией с максимальной выгодой для себя, а к этому они оказались не готовы.

По моим наблюдениям, большинство фермеров ждут, что ситуация изменится, и всё будет как раньше. Однако реальность такова, что для того чтобы выгодно продавать плодоовощную продукцию, нужно сортировочное и холодильное оборудование, позволяющее задерживать у себя продукцию дольше, а также менеджеры по продажам. Пока все это отдаленная перспектива и есть надежда, что рано или поздно подобные процессы наладятся. Возможно, будут региональные холодильники, региональные центры сбыта.

Трудно сегодня: люди вложили деньги и не получили предполагаемый результат. Для многих это означает убытки, а зачастую и отказ от участия в плодово-ягодном рынке.

Цены, сложившиеся сегодня на ягодном рынке, выглядят высокими для потребителя. Почему жалуются производители?

Ягода сама по себе — дорогостоящий товар. Она не может быть дешевой. Объясню почему. Ягодоводство, как и садоводство – это очень рискованный вид бизнеса. Не каждый год является урожайным. В нашей зоне много погодных рисков: часто бывают ранние заморозки, холодные или бесснежные зимы, летние засухи. И, если один год хозяйство получает супер-урожай и прибыль, то в следующем может сработать в убыток. Прибыль и убытки поэтому складывают и делят на число определённых лет для каждой культуры. Например, рентабельность смородины черной рассчитывается на 7 лет. Сколько живет плантация определённой ягоды – на столько лет и рассчитывается рентабельность производства каждого вида ягод.

Что можно сказать уже об урожае ягод этого года?

Урожай клубники был получен на уровне прошлого года. Можно отметить снижение урожая смородины черной в Украине из-за погоды. При этом цены на ягоду для розничного потребителя не поднялись, и остались на уровне прошлого года. А вот голубика выросла: оптовая цена стартовала с 500грн/кг в последнюю декаду июня (Киев, Троещинский рынок), за неделю упала до 160 грн/кг, и в конце июля оптовая цена держалась на уровне 80-90 грн/кг. Стабильно высокой была цена на летнюю малину: опт от 25 до 45 грн/кг, крыжовник — 25-45 грн/кг, облепиха 70-120 грн/кг.

Какие нишевые культуры получили большее распространение, кроме упомянутой уже земляники альпийской?

Ежевика крупнолодная набирает обороты. Первый урожай появился в середине июня и продавался по высокой цене 120 грн/кг. Постепенно культура из нишевой может перейти в разряд основных ягодных культур.

Приходят ли к Вам новые болезни ягод?

Для нас исключено заражение. Даже, если мы завозим новый материал с полным пакетом карантинных документов, то высаживаем на отдельных участках, где возможность заболевания держится на особом контроле. Кроме того, наше предприятие как питомник регулярно проходит карантинное обследование.

Знает ли вы случаи появления заболеваний на голубике?

У нас ягоды не болели специфическими заболеваниями. А традиционные проявления грибковых заболеваний и вредителя –тли – в той или иной степени свойственны всем ягодам.

Риск заболеваний можно свести к минимуму технологиями. Как человек со здоровым иммунитетом, так и ухоженное растение — заболеют с небольшой вероятностью. Если посажен хороший качественный материал, а не третьесортный, потом проведены профилактические обработки и т.п., то получим хороший здоровый лист и вкусную ягоду – вот и вся премудрость.

Стоит ли ждать потребителю новинок от вашего питомника?

У нас на регистрации находятся новые сорта малины, но пока это секрет.

Расскажите о планах по развитию на следующий сезон?

Сегодня в Украине и за ее пределами создался высокий спрос на саженцы ягод и рассаду. Поэтому «Брусвяна» наращивает производственные мощности, будем расширять площади и открытого и закрытого грунта. Мы постоянно строим новые теплицы. В этом году ввели в эксплуатацию 500 м2 теплиц, планируем построить столько же в 2017 году.

Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 10 сентября 2016 > № 1892033 Лилиана Дмитриева


Россия > Агропром > agronews.ru, 7 сентября 2016 > № 1887917 Владимир Кашин

Комментарий. Не нужен нам берег турецкий и Польша нам не нужна.

Состояние дел в садоводстве в интервью «Крестьянским ведомостям» оценивает председатель Комитета по природным ресурсам, природопользованию и экологии Госдумы ФС РФ академик РАН Владимир КАШИН.

Стоя у красивых ваз с духмяными яблоками в фойе Дома науки Всероссийского селекционно-технологического института садоводства и питомниководства (ВСТИСП), где проходил VII Международный форум «Дни сада в Бирюлёво», Владимир Иванович на вопрос автора строк, как оцениваете положение дел в российском садоводстве, категорично ответил:

– Состояние дел в садоводстве плачевное. Мы за последние годы почти с 780 тыс. га сократили площади под садовыми культурами до 500 тыс. Причем, если взять товарное производство, там площади сократились в несколько раз. И только за счет садоводческих кооперативов, ЛПХ мы удерживаем уровень площадей садовых культур в 500 тыс. га. Сегодня валовое производство плодов составляет порядка 2,9 млн. т. Эти 2,9 млн т (даже при 100-процентной товарности) разделим на численность населения в 147 млн и получим 20 кг на душу. А норматив по потребительской корзине составляет 60 кг на взрослого человека, на детей – почти вдвое больше. Как этого достичь, если урожайность низкая – на уровне 50-60 ц/га.

– Какими видите пути возрождения садоводства?

– Есть два основных пути развития садоводства. Первое – это закладка новых продуктивных уплотненных сортов через системы адаптивных технологий, садопригодности территорий. Все эти системы, механизмы наукой отработаны.

Второе – внедрение новых сортов, которыми богата наша страна, и технологий. Причем, наши технологии на слабороссах – уплотненная посадка на уровень 220 растений на гектар – спокойно решают все проблемы (даже без всяких опор). Это можно посмотреть в Краснодарском институте и в нашем ВСТИСП. В четыре раза меньше затраты по капвложениям. Меняется высота прививки, подвой. Спокойно можно получать 30-35 т/га по семечковым.

Но для осуществления этого необходима господдержка в целом. Мы считаем, в три раза должны быть увеличены средства на НИОКР – это проверенная научно обоснованная цифра. Второе – в целом на АПК необходимо выделять не 1,4% расходной части бюджета, а 10%.

Надо как минимум удвоить зарплату профессорско-преподавательскому составу и аспирантам. Мы летим в пропасть по кадровой составляющей. Я сегодня на форуме показывал слайды, куда мы провалились – всего 18% аспирантов защищается, а их стало втрое меньше.

Выделяя средства, взяв под контроль обеспечение и выращивание сертифицированного посадочного материала научно-производственными центрами, государственными и частными, надо восстановить структуру управления в министерстве этим процессом. То есть, первичное семеноводство и питомниководство, селекция и генетика должны состоять под контролем государства.

– Вы эти вопросы доводили до правительства?

– Да, мы на последнем заседании комиссии правительства по АПК (я член её) четко поставили эти вопросы перед премьером А. Медведевым. И мы договорились на следующем заседании рассмотреть проблемы селекции первичного семеноводства и питомниководства.

Решив проблемы выращивания качественного посадочного материала, имея сегодня достаточное количество сортов, имея все наши технологии, мы сможем изменить ситуацию и уйти с выращивания 2,9 млн т к 10 млн т плодов, ягод и винограда. И тогда резко улучшится ситуация по нормативу (в развитых европейских странах этот норматив продкорзины еще выше, чем у нас). И тогда мы уйдем от импортной зависимости по фруктам. От персиков Турции, яблок Польши…

В принципе мы сохранили сегодня систему для прорыва, но эту систему надо привести в жизнь, и для этого надо самое главное – сформировать конкретный бюджет развития для отрасли садоводства.

– Как оцениваете деятельность ВСТИСП?

– Институт, как всероссийский, признан через целую систему наработанных теоретических основ. Возьмем систему садопригодности, адаптивности. Мы здесь первые. Инструментарий, методики ВСТИСП работают во всех институтах не только России, но и стран СНГ.

Вопросы зимостойкости, устойчивости наших сортов, методика, теория признаны всеми. Вопросы микроклонального размножения, биотехнология – это Государственная премия. Без этого, к примеру, не было бы такого озеленения Москвы.

– Как ФАНО поддерживает научные изыскания?

– ФАНО интересуют институтские структуры в большей степени как собственность, как земли. В меньшей степени – вопросы развития науки, жизнь научного коллектива, ученого совета. Мы должны положить конец разрушению науки. Выступления ученых на форуме свидетельствуют о том, что институты и наша опытная сеть в состоянии обеспечить своими наработками производство.

Александр Ткачев: надо кратно увеличить субсидии по садам

P.S. 26 августа министр сельского хозяйства РФ Александр Ткачев в Нальчике на Всероссийском совещании по развитию садоводства в РФ заявил: «Чтобы ускорить развитие, необходимо обеспечить приоритетное финансирование садоводства в будущем: увеличить субсидии на закладку и уход за садами в 2017 году до 4 млрд руб., Госпрограммой предусмотрено 2,1 млрд рублей».

Поддержку нужно направлять и на создание питомников по производству качественного посадочного материала путем возмещения части капитальных затрат на селекционные центры. По словам Александра Ткачева, необходимо до 2020 года заложить порядка 72 тысяч гектаров садов. В том числе интенсивных садов – 68 тыс. гектаров, что позволит увеличить производство плодов и ягод на 500 тыс. тонн к 2020 году. При этом с учетом вступления многолетних плодовых насаждений в период товарного плодоношения – на 1,5 млн тонн к 2025 году.

По оценкам Минсельхоза России, для создания отечественной базы питомников, которые смогут предоставлять качественный посадочный материал плодово-ягодных культур, необходимо ежегодно закладывать более 500 гектаров питомников. «Это одно из условий эффективного развития садоводства», — подчеркнул министр.

«Считаю необходимым ввести господдержку для суперинтенсивных садов со ставкой 350 тыс. рублей на 1 гектар, а также увеличить сегодняшние ставки на закладку плодовых питомников в 1,5 раза — до 300 тыс. рублей и на проведение работ по уходу за многолетними плодовыми и ягодными насаждениям в 2 раза — до 40 тыс. рублей», — предложил министр.

Надеемся, эти меры возродят отечественное садоводство, и мы увидим на прилавках больше своих яблок, груш и слив.

Россия > Агропром > agronews.ru, 7 сентября 2016 > № 1887917 Владимир Кашин


Россия > Внешэкономсвязи, политика. Агропром > bfm.ru, 6 сентября 2016 > № 1885042 Геннадий Онищенко

Онищенко: поправки к закону «О торговле» — «это продукт компромисса»

Геннадий Онищенко рассказал в интервью Business FM о целях и задачах принятых этим летом поправок к закону «О торговле»

Поправки к закону «О торговле», подписанные президентом РФ в июле этого года и ограничивающие максимальный размер дополнительных платежей (бонусов) торговым сетям со стороны поставщиков, вызвали шквал публикаций в СМИ. Это и неудивительно: принятые изменения были «предметом очень серьезной и длительной борьбы», говорит помощник председателя правительства РФ, главный государственный санитарный врач России с 1996-го по 2013 годы, руководитель Роспотребнадзора с 2004-го по 2013 годы Геннадий Онищенко. Как он рассказал в интервью Business FM, поправки нацелены на то, чтобы качество продуктов питания улучшалось, цена — снижалась, создавалась конкурентная среда и на рынок открывался доступ отечественным производителям, малому и среднему бизнесу.

На приведение действующих договоров в соответствие новым требованиям закона «О торговле» участникам рынка дан срок до 1 января 2017 года. Времени все меньше и меньше. Успеют ли они составить новые договоры, соблюдая все новые правила, какие сложности возникают у игроков рынка, и, самое главное, как эти сложности отразятся на конечном покупателе, человеке, который пришел в магазин?

Геннадий Онищенко: С последнего надо, наверное, и начинать, потому что, конечно же, все эти законы, принимались ради одного — ради того, чтобы наш потребитель как можно меньше страдал. Тема сетевых магазинов, которые, надо отдать должное нашему бизнесу, очень быстро вошли в нашу повседневную жизнь, также и обтурировали этот рынок. Обтурировали в том плане, что они явились серьезным, практически не преодолимым препятствием для доступа на рынок малого и среднего бизнеса, отечественного бизнеса. Эти поправки как раз были нацелены на то, чтобы был конечный результат, то есть улучшалось качество, уменьшилась цена на продуты питания. Это было предметом очень серьезной и длительной борьбы, и то, что вышло, это прежде всего продукт компромисса. То, что сейчас приняли в таком виде, это не все, что хотелось принять, поэтому здесь уже больше не столько объективная реальность отражена, сколько отражена та политическая конъюнктура, когда «сетевики» угрожают, что они уйдут с рынка и так далее. Ну, что есть, то есть.

Уже приходят сообщения о том, что крупный ритейл пытается сохранить свою маржу и все то, что убиралось этими поправками, они хотят компенсировать от поставщиков, требуя от них скидки ровно на ту же сумму. Если раньше ретро-бонус составлял 10%, а теперь он ограничен 5%, ритейлер требует отобранные у него 5% заменить скидкой. Насколько здесь соблюден баланс, удается ли поставщикам отстоять и играть в рамках принятых поправок?

Геннадий Онищенко: Во-первых, пока нет достаточной кредитной истории, и трудно пока говорить о том, насколько удается, насколько не удается. Это первое. Второе: конечно же, поставщик не может беспредельно снижаться, поэтому в каждом конкретном случае играют роль многие в том числе неэкономические интересы, факторы. Но что уже очевидно, допустим, я сдал продукцию, и отсчет начинается не с момента моей сдачи продукции в сеть…

Отсчет оплаты?

Геннадий Онищенко: Отсчет времени возврата мне денег. А как было до этого — с момента оформления. Я сегодня сдал, мне могут ее оформлять и день, и два, и три, и чем дальше, тем это было выгоднее для сетей. Конечно, это меня как малый и средний бизнес здорово обременяет.

Принятые поправки эту проблему устраняют?

Геннадий Онищенко: В данном случае единственное, что четко: я сегодня привез, мне делается отметка, что мой товар принят, и с этого момента начинается отсчет. Второе: конечно, все эти, как говорилось, полковые бонусы, я пока не вижу, каким здесь...

Полковые — от слова «полка», речь о том, что поставщик доплачивал за размещение на полке на уровне глаз.

Геннадий Онищенко: Это такой сленг. Будем говорить, на полке, удобной для просмотра. Это были самые дорогие полки. Какой здесь инструмент придуман, я сказать не могу. Нет ответа на этот вопрос, что же делать. В законе ничего не написано. Поставщик вынужден будет говорить, что я так решил. А поставщик что скажет? Раз он так решил.

Свобода договора.

Геннадий Онищенко: Да. Есть эта тема, но в любом случае тема была настолько перегрета, что даже эти скромные достижения уже, на мой взгляд, работают на главное — на то, чтобы цена была приемлемая, чтобы качество товара было соответствующим этой цене, чтобы был на этот рынок доступ отечественным производителям. И это уже все-таки есть. Но какие другие дальнейшие инструменты? Нужна конкурентная среда. Здесь я вижу совершенно другой путь: не столько создание дополнительных экономических инструментов, а сколько создание альтернативы. Что я имею в виду под альтернативой? Допустим, для таких широко распространенных потребительских продуктов, как хлебобулочные изделия, гораздо проще было бы развить сеть. Я производитель, у меня есть несколько товаров, имею официально отведенные мне властями места, выставляю свою продукцию, тут же продаю. Во-первых, у меня идет возврат денег, у меня оборот денег интенсифицируется, повышается ответственность. Я сегодня испек продукцию, вам продал, и вы знаете, у кого вы ее купили, это не какая-то обезличенная продукция. Или, допустим, молочка. Это тоже «скоропорт», и пока он дойдет до предприятия, ему нужно идти через крупные молокоперерабатывающие комбинаты, пока он дойдет до полки, мы уже точно будем иметь дело не с живым продуктом, не с цельным молоком. Тоже лучше мелкая сеть небольших магазинов по продаже, мы выиграли тендер, и сейчас в Москве идет установка автоматов по продаже молока, которые наши отечественные производители из Дмитровского района хотят развить как сеть. Это хорошее дело. Во-первых, это живое молоко: с вечерней дойки уже утром оно в сети. Это одна сторона вопроса, которая и им дает большую выгоду даже при тех накладных расходах, которые они на себя берут дополнительно. Но тем не менее давайте все-таки будем делать выводы. Первый вывод: то, что хотели сделали, и то, что получилось, это следствие компромиссов, жесточайшего сопротивления сетей. Второе: давайте то, что сделали...

Проверим, как работает.

Геннадий Онищенко: Как работает, дадим некую кредитную историю, и у нас появится возможность ценить. По существу мы с вами сегодня устроили некую такую школу молодого нарушителя российского законодательства, мы им даем подсказки. Это вторая часть. И третья, конечно, все равно по этому пути нужно двигаться, и двигаться не только просто запретами и жесткостью, но и еще созданием истинной конкурентной среды.

Иван Медведев

Россия > Внешэкономсвязи, политика. Агропром > bfm.ru, 6 сентября 2016 > № 1885042 Геннадий Онищенко


Россия > Агропром > premier.gov.ru, 2 сентября 2016 > № 1887125 Дмитрий Медведев, Александр Ткачев

О ходе проведения в 2016 году сезонных полевых работ.

Селекторное совещание.

Из стенограммы:

Д.Медведев: У нас сегодня выездной видеоселектор, посвящённый сезонным полевым работам.

Сначала несколько цифр по текущей ситуации. По данным на 31 августа текущего года, урожай убран практически с 70% посевов, намолочено 91,7 млн т зерна, в том числе пшеницы – приблизительно 63,5 млн т. Темпы уборки и средняя урожайность очень неплохие, превышают прошлогодние показатели, хотя они тоже были не самые худшие. Если погода будет благоприятной, то мы можем получить очень приличный, можно сказать, высокий урожай.

Ситуация такова, что мы на сегодня не только полностью закрываем собственные потребности в зерне, но можем и дополнительно зарабатывать на нём. Сегодня российская пшеница экспортируется во многие страны мира. Учитывая размеры нашей пашни, мы просто обязаны сделать аграрный экспорт стабильной статьёй доходов. Причём мы можем продавать за границу не только пшеницу, но и некоторые другие культуры. В частности, и по подсолнечнику мы тоже практически закрываем потребности внутреннего рынка, можем уже думать о поставках на внешние рынки подсолнечного масла. На Дальнем Востоке серьёзно увеличилось производство сои, которая в настоящий момент уже экспортируется в страны Азиатско-Тихоокеанского региона.

Экспортный потенциал высокий, и им нужно правильным образом распорядиться, естественно, не забывая о внутреннем рынке. Увеличение производства и увеличение урожайности в растениеводстве также должно стимулировать развитие животноводства, создание новых мощностей в животноводческом комплексе.

Здесь важно правильным образом настроить систему регулирования зернового рынка. Эта система должна защищать производителей от рисков, в том числе рисков сезонного колебания цен. У нас уже применяются такие инструменты, как государственные интервенции (закупочные и товарные), а также экспортная пошлина. Но нужно дополнительно простимулировать и экспортные возможности с учётом текущей ситуации. Хочу ещё раз напомнить, мы приняли решение обнулить экспортную пошлину на пшеницу на ближайшие два года. В результате зерновой рынок получит дополнительный стимул для развития и бо?льшую предсказуемость, в том числе будут исключены риски потерь от колебаний валютных курсов. Рассчитываю на то, что эта мера сможет поддержать в том числе и экспортёров, и число заключаемых контрактов вырастет.

В целях стабилизации цен на внутреннем рынке Минсельхоз по моему поручению уже приступил к закупочным интервенциям. Первые торги были проведены в Крыму. Государство также планирует закупить зерно у производителей из тех регионов, где большие запасы зерна, а цены на него достаточно сильно просели. Речь идёт о Приволжском округе, об Уральском, Сибирском федеральных округах. Будем надеяться, что это сможет обеспечить более справедливую цену на зерно. Аграрии смогут, соответственно, получить дополнительные деньги, закупить всё необходимое к посевной, так что эта практика будет продолжена.

У нас также увеличивается производство овощей – как в открытом грунте, так и в теплицах. Мы находимся в Астраханской области, где овощеводство – один из самых развитых сегментов. Только что побывали в одном из хозяйств, была встреча с предпринимателями, руководителями небольших предприятиятий, которые занимаются прежде всего овощеводством, аквакультурой, некоторыми другими видами аграрного дела. Но овощи нужно не только собрать, но и хранить, упаковывать, перевозить, доставлять до прилавка, и чтобы это не очень сильно сказалось на цене продукции. Ситуация достаточно разная. Мы сейчас зашли в магазин, не так много местной продукции на прилавках. Продукция из других регионов приходит, что само по себе неплохо, но нужно создавать условия, для того чтобы и местные производители могли продавать свою продукцию. Необходимо также, чтобы эта продукция доходила до наших крупных мегаполисов, до центра страны, до Москвы, до Петербурга – это тоже отдельная задача. Ещё совсем недавно на рынке доминировала иностранная продукция. Сейчас ситуация поменялась, нужно это ценить. Нам важно продолжить курс на замещение избыточного импорта.

Только что разговаривал с аграриями, они просили повременить с отменой ограничений на импорт сельхозпродукции. У нас все решения приняты, ограничения сохраняются. Это мера по защите рынка, в то же время это контрсанкционная мера. Но самое главное, что мы надеемся: это действительно поможет нашим аграриям выращивать хорошие урожаи, поставлять свою продукцию в магазины, чтобы она продавалось по разумным ценам, чтобы наши люди были довольны. Вот главная цель такого рода решений.

В этом году также планируется ввести в строй и модернизировать почти 200 га теплиц. Эта мера также направлена на то, чтобы на прилавках появилось больше российских овощей.

Уверен, что практически любой руководитель региона сможет рассказать об успехах в сельском хозяйстве, они сейчас есть у всех – это не фигура речи, это именно так. Куда бы я ни приезжал, везде сельское хозяйство развивается – и на севере, и в центре страны, и на юге, и на западе, и на востоке. Сельское хозяйство, аграрный сектор в настоящий период – это один из немногих стабильно растущих сегментов российской экономики. И в этом году этот сектор, эта отрасль покажет рост, в отличие от целого ряда других отраслей, где есть проблемы. Это нужно ценить и всячески стимулировать. Мы прекрасно понимаем, что за этими результатами, за этими цифрами – напряжённый труд миллионов аграриев по всей стране.

Сегодня мы поговорим и о некоторых проблемах, которые существуют. Одна из самых сложных проблем, о которой мы сегодня также говорили на встрече с аграриями, – это семена. У нас сохраняется чрезмерная зависимость от импорта по семенам, особенно при выращивании сахарной свёклы, кукурузы, подсолнечника, целого ряда овощей. Инструментами поддержки предусмотрен опережающий рост семеноводства. Субсидии в целях поддержки элитного семеноводства должны быть направлены на возмещение затрат (до 20% затрат) на модернизацию селекционно-семеноводческих центров. Это исключительно важно. Это вопрос государственной безопасности в полном смысле этого слова. Нужно обязательно этим заниматься – и науке, и бизнесу.

Ещё одна тема – современная техника. У нас с 2013 года работает программа субсидирования российской сельхозтехники. В этом году на неё выделено 10 млрд рублей. За счёт субсидий сельхозпроизводители закупают новые комбайны, новые тракторы по более доступным ценам. В целом программа весьма востребована, и мы надеемся сохранить существующий уровень поддержки.

Кредиты – тоже важнейший вопрос. Надо обеспечить бесперебойное финансирование уборочных работ, своевременное доведение до сельхозпроизводителей средств господдержки. Эта задача является актуальной, я и в этом году неоднократно на это ориентировал коллег по Правительству. Необходимо быстрее принимать решения, чтобы из Москвы эти деньги быстрее перечислялись в регионы, чтобы они в регионах не оседали где-то на бюджетных счетах, чтобы быстрее доходили до сельхозпроизводителей. Прошу за этим сохранять максимально тщательный контроль.

По мере возможности будем уделять приоритетное внимание и другим вопросам. Рассмотрим это в ближайшее время на заседании комиссии по развитию сельского хозяйства. Это и вопросы удобрений, топлива, и, естественно, того, как проходит сев озимых культур под урожай будущего года, как обстоят дела с софинансированием обязательств в рамках государственной программы сельского хозяйства.

Давайте прежде всего сконцентрируемся на текущем состоянии сезонных полевых работ, но с теми основными нюансами, о которых я сказал.

А.Ткачёв: Вы абсолютно правильно отметили, что Минсельхоз, как и Правительство, ставит вопросы перед регионами о том, чтобы вопросы самообеспечения были в компетенции и ответственности, прежде всего продуктами питания, регионов. Это, на мой взгляд, и политически очень важно. Я знаю, что многие регионы, не говоря уже о юге, работают над этим, и сделано немало, есть огромный потенциал. И должен сказать, что в Астраханской области, может быть, только по свинине и отчасти по птице они не закрывают на 100%, но резерв есть. Я уверен, что в течение одного-двух лет максимум Астраханская область выйдет на уровень самообеспечения. Но подчёркиваю, это, на мой взгляд, задача престижа. Каждый регион своими продуктами – свинина, говядина, молоко, овощи закрытого грунта – должен кормить собственный народ. Остальное всё на экспорт, потому что экспорт в ближайшие пять лет станет основной статьёй дохода для аграриев всей страны, нам есть, куда продавать. И сегодня мы активно при Вашей поддержке этим занимаемся.

Что касается текущего дня уборочной кампании, подведения итогов, то, конечно, благодаря достаточно благоприятным погодным условиям мы подошли к хорошим заделам уборки. У нас достойные показатели по целому ряду направлений. Как Вы уже отметили, по прогнозам, если погода и дальше будет благоволить, ожидаемый рекордный урожай зерна – не менее 110 млн т. При сохранении благоприятных погодных условий урожай зерновых может возрасти и достичь (я, конечно, с осторожностью говорю, но тем не менее) от 113 до 116 млн т. Мы уже перевалили за половину, остался месяц-полтора. И всё-таки очень надеемся, что это будет рекорд практически за всю новую историю.

Д.Медведев: Это тогда будет абсолютный рекорд.

А.Ткачёв: Но хочу сказать, что Россия в 1990 году собирала 116 млн т зерна, уже эту цифру преодолевала. За 26 лет мы, к сожалению, должны констатировать, посевные площади, занятые под зерновые, сократились на 20%, и у нас выбыло более 13 млн га. Но урожайность была порядка 12–15, а сегодня 24 центнера с га. Но самый выдающийся урожай, это для истории, был в 1978 году – 127 млн т, 17 центнеров с га. И это опять же благодаря объёмам пашни.

Д.Медведев: Сохраняется задача восстановления объёмов пашни.

А.Ткачёв: Я сейчас буду об этом говорить в том числе. О чём это говорит? Мы на правильном пути, безусловно. Мы поднимаем объёмы зерна за счёт урожайности, за счёт технологий, интенсивных технологий прежде всего. Получаемая господдержка даёт возможность аграриям добиваться рекордных показателей на меньших посевных площадях за счёт повышения урожайности.

Мы прекрасно понимаем, что нам нужно идти дальше и менять на 2017 год правила распределения погектарной поддержи так, чтобы каждый потраченный рубль попадал в десятку и приносил максимальную отдачу. И здесь две составляющие.

Первая – надо стимулировать внесение минеральных удобрений. Прежде всего хочу напомнить, что половина страны сеет вообще без удобрений и получает 10–12 центнеров, рентабельность там от 10%, и вроде бы как неплохо. Но тем не менее мы прекрасно понимаем, что потенциал у каждого региона, до Дальнего Востока, гораздо выше. Я уверен, что если мы начнём заниматься предметно этим вопросом, для многих земель впервые, если будут внесены удобрения, конечно, земля наша благодатная отреагирует сразу. Я в этом убеждён, в течение пяти-семи, максимум 10 лет мы можем поднять нашу среднюю урожайность с 24 до 30 центнеров с га.

Конечно, с одной стороны, мы должны, как я уже сказал, стимулировать внесение удобрений, то есть из погектарной поддержки доплачивать тем, кто занимается предметно плодородием почвы и сеет с удобрениями, тем самым поднимая урожайность, и стимулировать, с другой стороны, возврат в оборот, как Вы сказали, неиспользованных земель. Вот эти 10 млн в течение 10 лет мы можем монотонно год за годом возвращать. Там, Вы знаете, уже кусты, уже деревья. Работы много. Но мы будем стимулировать, финансировать и субсидировать эти работы. Мы впервые этим будем заниматься в современной России, и я уверен, что аграрии воспримут это как большой стимул. Эти земли, конечно, нужны всем – это их доходы, это их результат труда и так далее.

За счёт введения повышающих коэффициентов акцент при распределении связанной поддержки должен быть смещён также в пользу регионов с непростыми природно-климатическими условиями. У нас, плохо или хорошо, наверное, не очень, но погектарная поддержка на юге была выше, чем в Сибири. То есть мы исходили из критериев, что большое плодородие, вроде бы 60 центнеров с гектара, надо ещё больше. Но с другой стороны, мы прекрасно понимаем, что денег в большей степени не хватает тем территориям, у которых рентабельность ниже на земле, условия климатические хуже, поэтому мы переворачиваем эту систему поддержки.

Я уверен, если мы пойдём по этому пути, плюс будем доплачивать за удобрения, плюс за ввод новых земель, то, я Вас уверяю (мы подключили экспертное сообщество), если до 2030 года эта работа будет проводиться, можно получить 170 млн т зерна. Я хочу напомнить, что Китай производит 507 млн, Соединённые Штаты Америки – 428. Мы говорим: 116. Да, у нас седьмая позиция, но понятно, что зерно – это очень высокодоходная часть аграриев, мы умеем заниматься производством зерна. Конечно, чем больше мы будем продавать на экспорт и внутри страны, естественно, от этого мы будем только богаче. Мы посчитали, что дополнительные доходы от экспорта, если продавать порядка 60 млн на экспорт, составят 11 млрд долларов.

Такие подходы по корректировке несвязанной поддержки, я уверен, одобряет большинство регионов. Мы планируем согласовать наши предложения с регионами и заинтересованными ведомствами, до конца года представить их в Правительство.

На сегодняшний день уборочная кампания приближается к завершающей стадии, почти 70% площадей уже убрано, собрано свыше 92 млн т зерна, почти на треть больше, чем годом ранее. Урожайность выше на 7%. Планируется собрать рекордный урожай пшеницы, сахарной свёклы, сои, у нас здесь большой потенциал.

Уборка масличных культур, подсолнечника, сои, льна, тоже находится в активной фазе. По прогнозам, удастся собрать до 15 млн т масла семян. Рассчитываем, что снова побьём рекорд по сбору сои. Позавчера я в этом лично убедился в ходе рабочей поездки в Амурскую область, Хабаровский край, где мы проводили Всероссийский день сои. В Приамурье сосредоточено 40% всех посевов сои по стране, мы производим порядка 3 млн т. Хочу напомнить, 2 млн т закупаем в Бразилии, Парагвае. Должен сказать, что это, к сожалению, генно-модифицированная соя, которую мы должны, конечно, компенсировать, восполнить своей, экологически чистой, нормальной. Для этого есть потенциал. Кстати, рентабельность сои – больше 60%, то есть достаточно высокая, почти как зерна. Я имею в виду в лучших территориях.

Всё это формирует высокий экспортный потенциал зерновых и растительных масел. Планируем сохранить наступательную стратегию на мировые рынки сбыта в этом году и закрепиться на позиции крупнейшего экспортёра пшеницы. В 2016–2017 годах планируем экспортировать до 40 млн т зерна, в том числе до 30 млн т пшеницы.

Введение ограничений на ввоз в Россию овощей оказало положительное влияние на развитие овощеводства. Производство тепличных овощей в сельхозпредприятиях, по прогнозам, вырастет на 25% и достигнет по итогам года 800 тыс. т. А нам нужно, чтобы закрыть дефицит, 2 млн, то есть ещё чуть больше 1 млн т нужно произвести. Мы продолжаем их закупать, это десятки миллиардов рублей. В целом планируется собрать 16,5 млн т овощей, 31 млн т картофеля.

Вы правильно сказали, что мы сегодня закладываем 200 га теплиц, но чтобы выполнить задачу, которую Вы ставите вместе с Президентом, – за 5 лет обеспечить себя овощами, – нам нужно 300 га. Тогда к 2020 году мы практически произведём тот объём, 1 млн т, который нам необходим.

Сегодня мы уже приступили к закладке фундамента урожая будущего года. Засеяно 17% прогнозной площади озимых. Всеми необходимыми ресурсами для проведения осенних полевых работ сельхозпроизводители обеспечены. Продолжается подготовка семян к озимому севу, запасы превышают прошлогодние. Обеспеченность семенами составляет 95%, из них кондиционных семян – 97%.

За последние два года наметилась тенденция сокращения импорта семян на 15–20% в зависимости от сельхозкультур. Этому способствовало развитие отечественных семенных компаний, увеличение спроса на рынке семян отечественной селекции. Тем не менее по итогам первого полугодия сохраняется высокая зависимость от иностранного селекционного материала: по сахарной свёкле – 76%, по кукурузе – 25%, по подсолнечнику – 38%, по овощам – 23%.

Для развития отечественной селекции предусмотрены субсидии на поддержку элитного семеноводства, а также возмещение 20% прямых понесённых затрат. До 2020 года в регионах планируется ввести в эксплуатацию 87 селекционно-семеноводческих центров, в том числе построить 61 центр и модернизировать ещё 26.

Но, Дмитрий Анатольевич, мы об этом тоже с Вами говорили и будем очень благодарны, если Вы поддержите. Вы чётко сказали, что это продовольственная безопасность, поэтому, чтобы быстрее дело шло и была окупаемость этих центров, мы просим, чтобы всё-таки капексы были не 20, а 40%. Их всего 80 на всю страну, но это скелет, базис, который будет нас сопровождать на десятки лет вперёд.

Предлагаю ФАНО России совместно с Минсельхозом усилить работу по подготовке программ развития селекции и семеноводства наиболее импортозависимых культур до 2030 года и проработать вопрос их финансирования совместно с Минфином.

Запасы минеральных удобрений и топлива выше, чем в прошлом году. Готовность техники в среднем по России остаётся на уровне прошлого года, что позволит завершить сезонные работы в оптимальные сроки. Благодаря поддержке Правительства за последние два года мы существенно увеличили темпы обновления парка сельхозтехники. Если в 2014 году в общем объёме закупок на 40% отечественной сельхозтехники приходилось 60% импортной, то уже в этом году доля закупок отечественной техники выросла на 15%, то есть соотношение 55 на 45 по тракторам и комбайнам. В последующие годы необходимо сохранить достигнутые объёмы субсидирования, чтобы растущие темпы приобретения новых сельхозмашин компенсировали выбытие старой техники. На полях страны работает порядка 600 тыс. тракторов и комбайнов, и у половины из них износ уже более 10 лет.

Что касается ситуации по финансированию отрасли. В этом году на развитие растениеводства мы направили в регионы порядка 62 млрд рублей, из них три четверти, или 77%, уже доведено до сельхозтоваропроизводителей. Это на 7% больше, чем в прошлом году.

Весомой помощью остаётся привлечение кредитов. Динамика кредитования сезонных полевых работ на 20% опережает прошлогоднюю. Банками выдано кредитов на сумму 186 млрд рублей, в том числе лидер Россельхозбанк – 123 млрд, Сбербанк – 63 млрд рублей.

Несколько слов о ситуации на рынке зерна. Мы ведём ежедневный мониторинг. Спасибо, что поддержали наше предложение обнулить экспортную пошлину. Это даст экспортёрам больше определённости, они смогут заключить долгосрочные контракты на поставку зерна, не переживая из-за колебаний курсов валют.

Во избежание резкого падения цен с учётом высокого урожая уже ведётся закупка зерна, как Вы отметили, в интервенционный фонд. Мы начали с Крыма, уже к сентябрю перейдём в центральную часть России. До конца сельхозгода планируем закупить в наш фонд до 2 млн т по предельно минимальным закупочным ценам на зерно, которые Минсельхоз утвердил в марте.

Завершая своё выступление, Дмитрий Анатольевич, хочу напомнить, что 18–19 ноября в Сочи состоится второй Всемирный зерновой форум, организованный по Вашей инициативе. Россия вновь станет мировой ареной для выработки предложений, рекомендаций по дальнейшему развитию зерновой отрасли и обеспечению глобальной продовольственной безопасности. За семь лет, прошедших со дня проведения первого Всемирного зернового форума в Санкт-Петербурге, российский экспорт зерна расширил свою географию с 60 до 100 стран, производство зерна выросло на треть. Россия выходит в четвёрку лидирующих стран по производству и экспорту зерновых. Эти факты свидетельствуют о возрастающей роли России в числе ключевых игроков на глобальном рынке зерна, усилении её влияния на мировую агропромышленную, агропродовольственную политику.

Пользуясь случаем, хочу пригласить всех принять участие в работе второго Всемирного зернового форума.

А.Жилкин: Дмитрий Анатольевич, хочу от всех сельхозпроизводителей поблагодарить Вас лично, Правительство России за реализацию последовательной политики в развитии агропромышленного комплекса, который обеспечивает продовольственную безопасность страны и реально решает политику импортозамещения. Отмечу, что долгосрочные планы развития отрасли получили существенный импульс, в том числе это контрсанкции, которые ввела наша страна. Освободившиеся на рынке ниши обеспечивают устойчивый повышенный спрос на продукцию.

В региональном АПК начинает складываться система расширенного воспроизводства, увеличивается занятость, растёт количество хозяйств, внедряются новые технологии. Мы активно используем современные методы орошения, добиваемся высокой урожайности за счёт применения научно-обоснованных норм внесения минеральных удобрений. Сегодня в передовых хозяйствах средняя урожайность – 80 тонн с гектара по овощам, до 100 тонн с гектара по луку, и это не предел.

Сегодня Вы, Дмитрий Анатольевич, видели продукцию астраханских аграриев, Вы видели запуск нового завода по переработке томатов, его первую очередь – получение томатной пасты отечественной. В следующем году на этой площадке будут запущены вторая и третья очереди, объём готовой продукции будет доведён до 50 тыс. т томатной пасты.

Все организационные и финансовые вопросы решены. Опираясь на этот факт, мы планируем нарастить объёмы производства сельхозпродукции. Только в этом году объём растениеводческой продукции перешагнет планку 1,5 млн т. Хочу напомнить, что в лучшие советские годы Астраханская область выращивала не более 800 тыс. т.

При этом структура меняется, я не буду всё перечислять, но структура меняется в сторону выращивания тех растений, которые раньше закупались за пределами Российской Федерации. Мы устойчиво по многим видам овощных культур, лука и картофеля вышли на получение двух урожаев с одного поля.

Хочется отметить, что все планы, которые мы ставили на 2016 год, будут выполнены. Но это не означает, что у нас нет проблем или все они преодолены. Ввиду того, что регион расположен в зоне рискованного земледелия, выращивание растениеводческой продукции здесь невозможно без оросительных систем, что отражается на высокой себестоимости сельскохозяйственной продукции. Поэтому в первую очередь хочу поблагодарить Министерство сельского хозяйства и Правительство за оказываемую поддержку в вовлечении в сельскохозяйственный оборот неиспользуемых земель сельхозоборота за счёт мелиорации. В этом году только будет введено 4 тыс. га. В этом году также по линии Минсельхоза был выполнен значительный объём работ, для того чтобы мы могли поднимать и направлять воду в наши полупустынные земли. Мы используем активно систему капельного орошения, на сегодня «под капелькой» находится 50 тыс. га земли. Для того чтобы помочь аграриям, Дмитрий Анатольевич, я Вам докладывал, в особой экономической зоне начинается строительство завода по производству трубок для капельного орошения, в том числе на основе биоразлагаемых технологий. Это российская технология, в апреле следующего года завод будет запущен.

Ещё обеспечение овощной продукцией во внесезонный период. Здесь у нас два направления, и первое – это овощеводство защищённого грунта. У нас ЛПХ достаточно активные, где-то 500 га – это площадь с использованием плёночных укрытий. Но это сверхранняя продукция, то есть они там круглогодично выращивать не могут. Поэтому ту поддержку, которая сегодня присутствует в Минсельхозе, я думаю, надо продолжить, чтобы общую программу, поставленную для круглогодичного выращивания в закрытом грунте, выполнить.

И второе направление – единовременное хранение и логистика. Хочу доложить, что в регионе функционирует 92 овощераспределительных центра, половина из них введена была при поддержке в том числе бюджета в последние пять лет. Объём единовременного хранения составляет 160 тыс. т. Мы планируем довести до 35% объём возможного сохранения для дальнейшей реализации в течение двух-трёх лет.

Всё это, конечно, возможно при достаточно комфортном взаимодействии с Минсельхозом. И я бы хотел повторить своё обращение, Дмитрий Анатольевич, – сегодня при формировании программ поддержки аграрного сектора страны учесть особенности таких регионов, как мы, высокозасушливых: к ним относится часть районов Ростовской области, Волгоградской области и Ставропольского края. Здесь нужны несколько иные коэффициенты, Александр Николаевич (А.Ткачёв) об этом знает. Если такое поручение будет, мы Вам будем благодарны.

А.Карлин: Уборочная кампания в Алтайском крае находится на пике. Сегодня 52% площадей в нашем регионе убрано, намолочено 3 млн т зерна. И у нас есть уверенность, что мы свои обязательства, которые взяли согласно соглашению с Минсельхозом, не только выполним, но и перевыполним примерно на 10–15%. Не менее 5 млн т зерна Алтайский край в этом году стране даст. Это обеспечит устойчивое развитие отрасли и сельского хозяйства на последующие периоды и полностью загрузит самые крупные мощности по мукомольной, комбикормовой, макаронной промышленности в Алтайском крае и крупяные наши производства.

Дмитрий Анатольевич, к уборке мы подготовились достаточно серьёзным образом. На полях сегодня работает только зерноуборочных комбайнов 8,5 тыс. В этом году приобретено крестьянами 170 комбайнов, практически подавляющая часть – это комбайны отечественного производства. Мы использовали механизмы государственной поддержки крестьян согласно известному постановлению №1432. За последние пять лет наши крестьяне приобрели более 1,2 тыс. только зерновых комбайнов.

Это наряду с другими мерами и системной государственной поддержкой сегодня позволяет нашим сельхозтоваропроизводителям, крестьянским (фермерским) хозяйствам, несмотря на погодные аномалии, которые случались и в этом году, в целом вести отрасль устойчиво и демонстрировать положительные экономические результаты деятельности на земле.

Я хотел бы особо доложить по гречихе. Алтайский край в среднем половину объёмов в стране по этой культуре даёт. Доложу, что положение здесь спокойное, стабильное, 560 тыс. га гречихи с хорошей урожайностью мы имеем. Это культура поздней уборки, поэтому убрано пока ещё только 7%, но примерно 85% этих площадей сегодня уже в валках, культура требует раздельной уборки. Мы специально ориентировали крестьян, чтобы они ускорились по этому виду работ, потому что культура имеет потенциальную угрозу терять часть урожая от сильных осенних ветров. То, что крестьяне сделали, гарантирует нам, что выращенное будет собрано и переработано у нас, в Алтайском крае.

Поэтому мы просили бы, чтобы средства массовой информации наше население информировали правильно, чтобы избежать какого-то ажиотажного спроса. Поверьте, нашим крестьянам и зернопереработчикам это не с руки, нам выгоднее работать на устойчивом потребительском рынке, мы в этом заинтересованы.

Крестьяне уже активно работают по обработке почвы, ведут вспашку зяби. Мы уже приступили к посеву озимых. Предполагается, что мы в следующем году будем иметь озимых посевов 185 тыс. га. Это создаст определённую подушку безопасности для наших очень сложных климатических условий.

Мы единственный регион на востоке страны, в Зауралье, который занимается производством сахарной свёклы. Мы в этом году имеем более 23 тыс. га посевов этой технической культуры. К уборке свёклы также приступили. Мы приближаемся к решению задачи самообеспечения нашего региона по сахару. Для нас это принципиально важно, поскольку по всем основным другим продуктам питания мы не только покрываем собственные потребности, но являемся в этом смысле регионом – продовольственным донором и намерены эту миссию выполнять и дальше.

У нас более 0,5 млн га под важной технической культурой – подсолнечником. Мы в прошлом году экспортировали за пределы нашей страны алтайское растительное масло замечательное, экологически качественное в объёме более 80 тыс. т. Виды на урожай неплохие, мы надеемся, что будем достойно присутствовать и на мировых рынках по поставкам этого вида продовольствия.

Я одобряю позицию Александра Николаевича, высказанную сегодня здесь. Мы эти мысли обсуждали у нас, в Алтайском крае, в июле, по корректировке механизмов субсидирования сельского хозяйства, в частности по несвязанной поддержке. Я думаю, принимаемые корректировки позволят этот механизм организовать более эффективно.

Ю.Берг: На сегодня уже убрано 80% посевных площадей, намолочено более 2 млн т зерна, средняя урожайность – 13,1. Валовой сбор зерна в 2016 году сохраняется в пределах 3 млн 200 тыс. т при средней урожайности 11,5, что обеспечит область семенами, фуражом и позволит иметь 2 млн т товарного зерна для реализации. Не сомневаюсь, что главную задачу – завершение уборочной страды, вспашка зяби и пара на площади более 2 млн га и сев озимых культур – область выполнит в срок.

Я поддерживаю все предложения, которые были высказаны моими коллегами Александром Александровичем (А.Жилкиным), Александром Богдановичем (А.Карлиным) по тем госпрограммам, которые есть. Также выражаю благодарность за эти программы. Мы все надеемся, что они и дальше будут работать.

Р.Минниханов: Формирование урожая в этом году в Татарстане прошло в тяжёлых погодных условиях. Сумма положительных температур оказалась на 30% выше, а количество осадков – на 38% ниже среднемноголетних показателей. Но благодаря соблюдению технологий возделывания сельхозкультур, а также системному внедрению инноваций и элементов влагосбережения нам удалось полностью обеспечить потребности республики в сельхозпродукции.

В целом под урожай текущего года нашими хозяйствами направлено свыше 24 млрд рублей, из которых 18 млрд – кредиты.

Что касается уборочной, завершена уборка зерновых и зернобобовых культур на площади 1,5 млн га. Валовой сбор превысил 4 млн т при урожайности 27 центнеров с гектара. Мы приступили к уборке масличных культур – рапса и подсолнечника. В текущем году планируем собрать до 400 тыс. т маслосемян. Сахарной свёклы планируем собрать более 2 млн т, на сегодня накопано свыше 200 тыс. т. Сахарные заводы приступили к приёмке и переработке сырья.

Засуха прошлых лет заставила нас более внимательно отнестись к вопросам мелиорации. В республике восстановлено свыше 30 тыс. га орошаемых земель. Кроме того, овощами начали серьёзно заниматься на приусадебных участках.

Потепление климата в последние годы позволяет нам увеличивать площади кукурузы на зерно. В текущем году они доведены до 100 тыс. га. Планируем намолотить более 400 тыс. т зерна кукурузы. И большие планы на будущее – в ближайшие годы довести валовой сбор по этой культуре до 1 млн т.

В республике продолжается подготовка грубых и сочных кормов. Предстоит прокормить более 1 млн голов крупного рогатого скота. Кормами для высокопродуктивной зимовки республика будет обеспечена в полном объёме.

Началась работа по закладке урожая следующего года. Планируем посеять 600 тыс. га – это более 35% зернового клина. Все площади подготовлены, на сегодня посеяно 480 тыс. га.

Из республиканского бюджета на посевные дела мы дополнительно выделили 1 млрд рублей по статье несвязанной поддержки для проведения осеннего сева. Основная часть этих средств хозяйствами направлена на закупку минеральных удобрений.

По техническому обеспечению активно используется федеральная программа, через «Росагролизинг» приобретено 340 единиц техники на сумму более 1 млрд рублей. По постановлению Правительства Российской Федерации №1432 приобретено 535 единиц техники на сумму 1 млн 230 тыс. рублей. Также из республиканского бюджета три года подряд ежегодно выделяем порядка 2 млрд рублей на возмещение 40% стоимости приобретённой техники. Кроме того, для проведения всего комплекса полевых работ сельхозпроизводителям республики выделено 140 тыс. т дизельного топлива по льготной цене.

Я хотел бы обозначить один вопрос. Перерабатывающие предприятия для закупки сырья привлекают большие суммы краткосрочных кредитов, которые в настоящее время не субсидируются. Это, конечно, отрицательно влияет на обеспечение сырьём переработчиков и на их финансовое положение. Я бы просил рассмотреть возможность возобновления господдержки по данным видам кредитов.

В.Владимиров: Уборку мы практически завершили, осталось немного кукурузы и свёклы. Ожидаем, что урожай Ставропольского края будет чуть более 10 млн т. Это хороший урожай. Достигнуто, конечно, это не только благодаря погодным условиям. За три года мы нарастили в три раза количество удобрений, вносимых на один гектар, – до 180 кг. Мы в два раза увеличили площади посевов высокопродуктивными или репродуктивными семенами, это тоже даёт эффект практически 50%. Сегодня мы гордимся урожаем. Соберём ещё, я думаю, 1 млн т кукурузы, 2 млн т свёклы, ориентируемся на 800 тыс. т картофеля, овощей закрытого грунта будет чуть более 300 тыс. т.

Мы, как и вся Россия, в сельском хозяйстве устойчивы, ежегодно прирастаем на цифры от 4 до 7% по разным видам культур и в целом по производству.

К посевной 2016 года мы готовы полностью: 100% – ГСМ, 100% – удобрения. Спасибо за решение по удобрениям. Сегодня мы видим снижение по цене на удобрения. Применяем новые удобрения, так называемые жидкие удобрения, безводные удобрения, это тоже даёт свой особый эффект.

Разрешите три вопроса.

Первый. Александр Николаевич, спасибо за инициативу о перераспределении несвязанной поддержки. Но хотелось бы дополнить, помимо коэффициентов удобрений, продуктивности, плодородности почв, также наличием животноводства на этой территории. Сегодня мы практически на 30% снизили количество населения, занятого в сельском хозяйстве, только из-за одного: в два раза снизили количество производимой продукции животноводства – это мясо, молоко, субпродукты. Желательно было бы нам такой коэффициент ввести.

Второй вопрос, актуальный и с каждым годом всё более актуальный вопрос на юге России, – это град. Сегодня только Ставропольский край потерял уже 1 млрд рублей. У нас 35 тыс. га посевных площадей выбыло из строя из-за градовых явлений. Сегодня в целом 2,5 млн га находится под противоградовой защитой, но тем не менее необходимо усиливать эту службу, что важно, делать ответственной за свои действия. Я из краевого бюджета сегодня плачу 75 млн рублей за противоградовые мероприятия, но град как падал, так и падает, причём это у нас, в Кабардино-Балкарии, Краснодарском крае. Необходимо усиливать и выводить в отдельную службу.

Д.Медведев: В отдельную службу где?

В.Владимиров: Моё глубокое убеждение, что это должно быть Министерство по чрезвычайным ситуациям. Но здесь, что называется, кто это будет тянуть на себе. Чтобы была ответственность.

И третий вопрос. Дмитрий Анатольевич, спасибо за поддержку, Вы поддержали меня по АПП «Ставрополье». Я бы хотел немножко усилить. Сегодня мы на территории АПП «Ставрополье» планируем детское питание производить, питание для спортсменов, сублимированные продукты. Таких проектов, я уверен, в регионах очень много, именно по переработке сельхозпродукции.

Мы по образу Минпрома видим поддержку на создание инфраструктуры в рамках региональных парков. Если есть такая возможность, сделать целевым решение об обеспечении инфраструктурой объектов сельхозпереработки на территории Российской Федерации тех регионов, которые в этом заинтересованы.

В.Голубев: Вы сказали, что урожай этого года неплохой, и первая часть уборки показала, что он действительно выше прошлого года. И надежды на вторую половину уборки у нас такие же. Мы уже начали активную работу по подготовке урожая будущего года. Планируем посеять не меньше 2,2 млн га озимых. Сегодня хозяйства готовят почву и кондиционный семенной материал, которым, мы уверены, будут обеспечены полностью.

Какие проблемы я бы сегодня хотел выделить, актуальные для Ростовской области? Мне кажется, часть из них коллеги уже обозначали. Для нас актуальным является развитие тепличных комплексов, мы планируем строительство нескольких таких объектов. Это позволит увеличить производство местных овощей закрытого грунта, например, в следующем году на 14 тыс. т. Но в то же время сегодня в области есть мощности для единовременного хранения, они примерно на 148 тыс. т овощей. К сожалению, это только 19% от потребности формирования запасов длительного хранения и ритмичной отгрузки в течение года. Поэтому мы принимаем дополнительные меры по расширению ёмкости хранилищ, планируем в 2016–2017 годах дополнительно ввести мощности на 32 тыс. т.

Отдельная тема – это создание условий для модернизации существующих консервных заводов. В первом полугодии текущего года по сравнению с аналогичным периодом прошлого у нас увеличился выпуск продукции из овощей, но в то же время серьёзно поддержать консервные заводы могло бы субсидирование процентной ставки по кредитам на пополнение оборотных средств для закупки сырья. Думаю, что здесь у нас есть примеры, это аналогия с масложировой отраслью.

Область участвует в федеральной программе, о которой также говорили, Александр Александрович говорил, – это мелиорация, для нас она очень актуальна. В своё время примерно 10% посевных площадей гарантированно обеспечивали 30% урожая Ростовской области. Мы, конечно, добавляем из года в год, за три последних года 12,5 тыс., а в текущем году 6 тыс. га орошаемых земель у нас появится. Но в то же время из-за смены условий финансирования господдержки сегодня реально хватает на возмещение не многим более 20% затрат на строительство оросительных систем и приобретение оросительного оборудования. Поэтому мы предлагаем рассмотреть возможность увеличения суммы возмещения этих затрат.

Следующий вопрос. Речь идёт о науке. Несомненно, что сегодня наука стремится, но в полной мере не обеспечивает введение научно обоснованных систем ведения отраслей селекции сельхозкультур и животных. Предлагается Федеральному агентству научных организаций проработать с регионами и согласовать с органами управления АПК субъектов проведение научно-исследовательских работ на территории конкретных субъектов.

Что беспокоит? Беспокоит рост цен на ГСМ. На 21,8% с начала года выросла цена на бензин марки Аи-92, им заправляется почти 75% автопарка. Поэтому я считаю, что нужны дополнительные меры по остановке роста цен.

И последнее. По-прежнему селяне высказывают мнение о том, что необходимо принятие решений по укреплению финансовой устойчивости сельхозпредприятий. Сегодня в области их кредиторская задолженность к июлю текущего года составляет 97 млрд рублей. Мы уже высказывали это предложение, считаю возможным его повторить: всё-таки рассмотреть вопрос и принять нормативную базу, которая позволит банкам реструктурировать задолженность предприятий АПК на более длительный срок.

С.Собянин: В Москве за последние годы происходит резкое изменение структуры продовольственной группы с точки зрения резкого уменьшения импорта. В 2014 году импортные товары на 28% просели, в этом году в I квартале – ещё на 13%. Все эти товары, естественно, замещаются отечественными товарами. Для примера скажу, что поставки отечественного картофеля составляют 96% от потребности, сахара – 90%, молока и молокопродуктов – 88%, масла растительного – 87%, мяса и мясопродуктов – 83%, рыбы – 70%. Это серьёзная подвижка в силу того, что Москва всегда была городом, который потребляет большой объём импорта. Причём качество этих товаров в своём большинстве соответствует потребительским критериям.

Для развития товаропроводящей сети мы создали агропродовольственный кластер «Фудсити», который заключил соглашения практически со всеми сельхозрегионами и с двумя десятками стран, у которых можно купить товары мелкооптовым покупателям по достаточно сходной цене, с низкими наценками. Кроме того, со всеми регионами заключены соглашения, проводим региональные ярмарки. Почти в каждом районе Москвы созданы фермерские рынки выходного дня, на которые мы записываем фермеров напрямую в электронной форме, что обеспечивает доступ на рынок Москвы, причём места им предоставляем бесплатно.

Какие проблемные вопросы могут возникнуть, на мой взгляд, в связи с обнулением экспортной пошлины? Как я мог понять, не знаю, насколько это правильно, в 2014 году цена на зерно резко выросла, есть опасения, что такие же ценовые колебания могут произойти и в этом году. Хотелось бы минимизировать эти риски.

В.Кондратьев: Первый вопрос касается обеспечения семенами. Я понимаю, что в перспективе, может быть, будет государственно-частное партнёрство по этим селекционно-садоводческим центрам, но это долгосрочная перспектива или краткосрочная?

Сегодня есть наше уважаемое ФАНО, и у нас в крае тоже присутствуют ФГУПы, которые входят в это агентство. И дело в том, что сегодня у нас в крае все 16 сахарных заводов заработали, и сегодня бизнес очень активно заинтересован в сахарной свёкле. И они готовы пойти на это самое государственно-частное партнёрство, 50 на 50 или как мы определим, потому что сегодня это уже для них жизненная необходимость. Причём условия таковы, что им не нужна земля, им не нужно имущество, им нужна только возможность, то есть площадка, остаток научного потенциала, который ещё есть в федеральных государственных унитарных предприятиях, для того чтобы они смогли создать родительские формы семян, в данном случае свёклы. Кроме того, они готовы пойти на то, что эти родительские формы останутся в собственности Российской Федерации. То есть им нужны сами семена.

Д.Медведев: А что нужно от ФАНО?

В.Кондратьев: Поручение, чтобы они не начали сейчас заниматься укреплением. ФАНО сегодня говорит: давайте, к примеру, Гулькевическое федеральное государственное унитарное предприятие присоединим к такому, которое помощнее. Но это всё форма, а содержание не меняется. Поэтому нужно поручение: рассмотреть вопрос о конкретном подходе к государственно-частному партнёрству Гулькевической по крайней мере семеноводческой станции, ну и в целом по ряду федеральных предприятий.

Ещё вопрос о внесении изменений в закон о карантине. У нас сегодня из закона о карантине ушло такое понятие, как «партия семян». На селекционной станции, к примеру, чтобы было понятно, 160 т семян находится. У нас есть фермеры, есть малые и крупные формы, так вот, чтобы приобрести даже мешок семян, необходимо брать карантинный сертификат. А почему нельзя его получить на всю партию и не заморачиваться фермерам, которые должны потом проходить опять целый круг, грубо говоря, на тонну (им больше не нужно) получать карантинный сертификат. То есть ввести, как было раньше, – «партия семян». Они получат карантинный сертификат на 160 т и всё. А потом просто отнимите, если нужно проконтролировать, если свыше 160 т, это уже «левак».

И второй момент немаловажный. Даже если ты покупаешь 300 кг семян (это фермеры), то требуется документ, подтверждающий фитосанитарную обработку складских помещений. Это целый круг вопросов. Конечно, фермер сам себе во вред не сработает, он не будет хранить семена в непригодных условиях. А это опять разрешительные документы, куча справок. Они просто эти вопросы поднимают всегда, потому что для них каждая копейка на счету. Не нужно отрывать их от дел, которые для них приоритетные.

Россия > Агропром > premier.gov.ru, 2 сентября 2016 > № 1887125 Дмитрий Медведев, Александр Ткачев


Казахстан > Недвижимость, строительство. Агропром > kapital.kz, 31 августа 2016 > № 1875810 Бакытжан Базарбек

Как земля концентрируется в одних руках

О слабостях земельного законодательства Казахстана

«Как получается, что люди владеют 80 тыс. гектаров сельскохозяйственных угодий?» – юрист, международный эксперт по земельному и экологическому праву Бакытжан Базарбек знает ответ на этот вопрос. Проблема, по его мнению, в том, что действующее земельное законодательство, в частности Земельный кодекс РК, имеет множество слабых мест. Его легко обойти. Но в то же время интересы инвесторов, решивших вложить средства в землю, очень плохо защищены. Это если кратко, подробнее – в интервью эксперта корреспонденту центра деловой информации Kapital.kz.

– В обществе бытует мнение, что казахстанское земельное законодательство слабое. Вы согласны с этим утверждением?

– Проблем достаточно много. Вообще хочу сказать, что если инвестор, вне зависимости от того, казахстанский он или иностранный, решил вкладывать свои средства в природные ресурсы Казахстана, то одним из нормативных документов, гарантирующих защиту и приумножение его инвестиций, должен быть Земельный кодекс РК.

К сожалению, недостатков в этом документе предостаточно. Слабость Земельного кодекса вкупе с отсутствием разъяснения его положений населению и бизнесу-сегменту на региональном уровне создает огромные проблемы. Грош цена многолетним законопроектным усилиям с затратами на них, если это не работает. Более того, не просто не работает, а разрушает. Я скажу так: Земельный кодекс в сегодняшней редакции разрушает инвестиционный климат в земельных отношениях.

– Вы хотите сказать, что Земельный кодекс не защищает интересы предпринимателей?

– Приведу пример. Физические лица приобрели на аукционе право аренды участка земли для того, чтобы спроектировать и построить на нем малые жилые комплексы (коттеджного типа) стоимостью несколько миллионов тенге, срок аренды – 18 месяцев. Участок не обеспечен инженерными сетями, нет линий электропередачи, дорог. Как инвестор будет строить жилой комплекс в том месте, в котором ничего нет, только степь кругом?

По статье 44-1 Земельного кодекса, если такой участок все-таки был выдан, государственные органы указывают сроки ввода в эксплуатацию инженерных сетей и точки подключения к ним. Инвесторы ждут информацию. Но новостей нет, а сроки аренды тем временем идут! В итоге с инвесторами не продлевают договор аренды из-за того, что они не освоили земельный участок. И деньги им при этом не возвращают. Как можно назвать такую ситуацию?

Мы никогда не дождемся потоков инвестиций, пока не предусмотрим защиту инвестиций в землю на законодательном уровне, в положениях Земельного кодекса. Может быть, кто-то мне на это возразит: есть же Предпринимательский кодекс, Гражданский кодекс, инвестиционное законодательство Казахстана – там все предусмотрено. Я отвечу так: все, что касается приобретения права частной собственности на землю и права землепользования вне зависимости от категорий земель и целевого назначения, – это инвестиции, и они должны быть защищены. И все это должно быть предусмотрено в Земельном кодексе, поскольку речь идет об инвестициях в землю.

– Вы как-то говорили о проблеме рейдерства в бизнесе, который связан с землей. Поясните, что вы имели в виду.

– Поясню на примере лесоразведения и предоставления земельных участков под эти цели. Кто-нибудь из отечественных инвесторов желает этим заниматься? Нет. Потенциальные инвесторы не могут рассчитать объем вложений на долгосрочный период. Почему? Потому что нормы Земельного кодекса не только не способствуют развитию лесоразведения, но и создают угрозу для инвестиций в лес.

Согласно пункту 2 статьи 23 Земельного кодекса негосударственным юридическим лицам в частную собственность земля предоставляется. При этом в Лесном кодексе первоначально землепользователю, который выращивает лес, участок выдается на праве долгосрочного лесопользования сроком от 10 до 49 лет.

А теперь представьте. Вы 20 лет выращиваете лес, но гарантий, что никто не положит на него глаз, у вас нет никаких! Одними только внеплановыми проверками в рамках Предпринимательского кодекса можно вмешаться в чужую собственность. При этом в Земельном кодексе нет норм, которые запрещали бы изъятие выращиваемого десятилетиями леса, нет норм, гарантирующих защиту инвестиций. Но зато есть статьи 92 (Принудительное изъятие у собственника и землепользователя земельного участка, не используемого по назначению и не освоенного, – прим. ред.) и 93 (Принудительное изъятие у собственника и землепользователя земельного участка, используемого с нарушением законодательства Республики Казахстан, – прим. ред.).

А потом, когда дело доходит до судебных разбирательств, зачастую никто не разбирается, надуманные доводы против землевладельца или землепользователя или нет. Земельные участки выставляются на аукционы, кому они продаются – другой вопрос. Чем не рейдерство?

– На ваш взгляд, действующая редакция Земельного кодекса несет риски сосредоточения огромных участков земли в одних руках?

– Это очень важный вопрос! Как получается, что люди владеют 80 тыс. гектаров сельскохозяйственных угодий? Ведь о таких предельных или максимальных размерах участков в законодательстве речи не идет. Значит, есть проблема.

Пункт 3 статьи 50 Земельного кодекса определяет предельные размеры сельскохозяйственных участков, предоставляемых в частную собственность. Однако предельные размеры земельных участков, предоставляемых на праве временного землепользования, Земельным кодексом не прописаны.

Другими словами, предельные (максимальные) размеры земель, предоставляемых в частную собственность, могут устанавливаться для физлиц (для крестьянских (фермерских) хозяйств) и юрлиц (для товарного сельхозпроизводства). А земли, находящиеся во временном возмездном землепользовании, не входят в этот предел.

Так что же, можно оформлять в пользование столько земель, сколько душа пожелает? Здесь-то и начинается самое интересное. Юридические лица для видимости оформляют в частную собственность небольшой участок земли, который по размерам «укладывается» в предельные нормы, а все остальные участки оформляют во временное возмездное землепользование.

Таким образом, отсутствие предельных и максимальных норм на земельные участки, находящиеся во временном землепользовании, дает возможность физическим и юридическим лицам сосредотачивать огромные участки земли в одних руках.

– Получается, временное землепользование выгоднее и удобнее собственности на землю, и это вытекает из самого земельного законодательства?

– Если хорошенько разобраться в вещных правах, разница между собственностью и землепользованием заключается только в правомочии владельца решать юридическую судьбу земли – в праве отчуждать землю. Других отличии нет. Поэтому землепользователь, по сути, – это временный владелец земельного участка. При этом сроки землепользования позволяют свободно хозяйствовать на участке достаточно длительный период. Это выгодно предпринимателям: вроде и хозяин земли, и дешево обходится.

Тем более, Земельный кодекс с прописанными в нем сроками отбивает интерес инвесторов к собственности – 49 лет для ведения товарного сельскохозяйственного производства. Вопрос – что выгоднее. Выкупить участок в собственность, имея смутные представления о том, что будет, скажем, через 10 лет, и получая в придачу множество обязательств, налагаемых на собственника. Или оформить участок во временное землепользование на столь длительный срок с минимальной арендой, понимая, что через 20 лет этот участок уже не будет в прежнем «свежем» состоянии? Ответ очевиден, достаточно только посмотреть на статистику: более 95% земель сельскохозяйственного назначения находятся во временном землепользовании, только менее 5% – в частной собственности. Тем более, как я уже говорил, норм и пределов нет.

Если ситуация не изменится, мы вообще можем «проснуться» в феодализме! Лично мое профессиональное мнение: вне зависимости от разновидности вещных прав на землю, будь это временное возмездное или безвозмездное, постоянное землепользование, частная собственность, все должно быть ограничено нормами и пределами. Иначе, страну купить можно. При желании.

– Если вернуться к теме сосредоточения огромных участков земли в одних руках, проблема аффилированности, наверняка, также существует…

– Да, такая проблема существует. В Земельном кодексе, в подзаконных нормативных актах не разъясняется, как именно уполномоченные органы и органы земельной инспекции должны проверять аффилированность каких-либо негосударственных юридических лиц к заявителю при предоставлении права на землю. Будут ли запрашивать через органы юстиции сведения, проверять учредительные документы – не понятно. То есть получай участок и, главное, оформляй так, чтобы учредитель компании не был твоим родственником по фамилии! На деле получается именно так. Возникает вопрос: может, степень аффилированности вообще не проверяется?

Есть и такая проблема. Участки земли предельного размера оформляются на предпринимателя – отдельно, на аффилированных с ним лиц – отдельно. Земельный кодекс не предусматривает общий размер в совокупности для заявителя и его аффилированных лиц по всей стране. Каждый предельный размер местные исполнительные и представительные органы утверждают у себя в регионе. Получается, можно подать документы на земельные участки в одном административном районе, в другом, в третьем – и так просто и быстро обойти пределы. Думаю, законодатели не могут не замечать этого вечность.

– Бакытжан, спасибо за интервью! Надеемся, Земельный кодекс РК и земельное законодательство будут совершенствоваться и рано или поздно начнут по-настоящему защищать интересы инвесторов и предпринимателей.

Казахстан > Недвижимость, строительство. Агропром > kapital.kz, 31 августа 2016 > № 1875810 Бакытжан Базарбек


Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 29 августа 2016 > № 1888819 Тарас Кутовой

Министр Тарас Кутовой о будущей земельной реформе

Министр аграрной политики Тарас Кутовой рассказал Фокусу о грядущей земельной реформе, перспективах приватизации скандальных государственных агропредприятий и стимулах для развития малого фермерства

Продаже подлежит

Минагрополитики называют одним из самых инертных ведомств. Что вы делаете, чтобы ускорить его реформирование?

— Безусловно, министерство очень инертно. В прошлые годы, по сути, его реформированием никто не занимался. Люди работают так, как десятки лет назад. Планируем сменить принцип работы министерства с отраслевого на проектный. Люди не должны просто сидеть и готовить какие-то бумажки по растениеводству, животноводству.

Приоритетных направлений у министерства три: земельная реформа, развитие малого и среднего агробизнеса, приватизация госпредприятий. Надеюсь, что законопроект об обороте земель сельхозназначения попадёт в парламент на второе чтение уже в следующем месяце и до конца года его примут. Что касается поддержки малого и среднего бизнеса, мы сейчас готовим законопроект, который принципиально меняет подход к системе дотаций сельхозпроизводителей, в результате чего акцент сместится с поддержки крупных агрокомпаний, и без того показывающих хорошие результаты, на поддержку фермеров, которые не могут нормально работать из-за отсутствия средств на технику и внедрение новых технологий. Если говорить о приватизации госкомпаний, то уже принят закон об условиях приватизации Укрспирта, назначены новые руководители Артёмсоли и Государственной продовольственно-зерновой корпорации Украины (ГПЗКУ). Надеюсь, что до конца года мы передадим хотя бы одно из этих предприятий в Фонд госимущества.

Верите, что приватизация этих скандальных предприятий состоится в ближайшее время?

— Каких-то препятствий для приватизации Укрспирта я не вижу уже сейчас. Предполагаю, что от продажи корпорации государство получит от $200 млн до $400 млн. Мы разработали модель приватизации, которая заставит инвесторов бороться за спиртзаводы. Мы установим общий лимит производства пищевого спирта для страны. После приватизации каждого завода его мощности будут вычитаться из общего лимита. Это заставит инвесторов конкурировать за самые мощные заводы, повышая цену актива на аукционе. После того как лимит будет исчерпан, оставшиеся мощности можно будет использовать для производства биоэтанола либо как производственные площадки, перепрофилировав их под другие производства.

В Артёмсоли мы, наконец, преодолели бандитский беспредел предыдущих годов. Нужно ещё время, чтобы наладить бизнес-процессы, и предприятие можно выставлять на приватизацию. Сложнее с ГПЗКУ. На ней по-прежнему висит $1,5 млрд китайского кредита, вокруг которого возникли разногласия. Китайские партнёры считают, что ГПЗКУ должна продавать до исчерпания суммы кредита всё зерно им, даже если другие контрагенты предлагают более выгодные условия. Мы с такой трактовкой контракта не согласны. Этот вопрос сейчас рассматривает Лондонский арбитраж. В любом случае, пока мы не выполним контракт, для приватизации ГПЗКУ нужно будет получить согласие китайской стороны. Я уже обращался к китайцам по этому поводу. В принципе, они не против, но длительных переговоров вряд ли удастся избежать.

«Если мы разрешим продажу земли, многие люди её продадут, чтобы выручить крупную по их меркам сумму, но потом останутся вообще без средств к существованию»

Игра в долгую

Вы предложили новую версию земельной реформы — возможность продажи права аренды сельскохозяйственной земли на 49 лет. По сути, аренда земли на 49 лет — это её продажа. Зачем нужны такие сложности?

— Долгосрочная аренда земли и её продажа — разные вещи. В селе много людей кормится со своих паёв. Они получают за них или хоть какие-то деньги, или зерно, необходимое для ведения подсобного хозяйства. Если мы разрешим продажу земли, многие люди её продадут, чтобы выручить существенную по их меркам сумму, но потом останутся вообще без средств к существованию. Если же мы разрешим долгосрочную аренду, то паи никуда не денутся, люди продолжат получать за них арендную плату, но агропредприятия будут иметь твёрдую гарантию для ведения бизнеса. Сейчас, когда договоры с физлицами заключаются на семь лет, компаниям трудно планировать свои производственные циклы.

Ещё одно нововведение — возможность залога права долгосрочной аренды земли. Это упорядочит взаимоотношения банков и заёмщиков. Сейчас, если агрокомпания не может выплатить кредит, она попросту передаёт арендованные паи связанным компаниям. В итоге из всего залогового имущества банк получает право распоряжаться только строениями, которые без земли не представляют ценности. Заканчивается всё тем, что кредитор выкупает у банка своё имущество с большой скидкой. Невозможность реализовать залог по справедливой цене повышает стоимость кредитования агросектора, а высокие ставки тормозят развитие отрасли. Если право на аренду земли будет передаваться в качестве залога, банк сможет передать хозяйство новому владельцу вместе с землёй. Невозвратов кредитов станет куда меньше, деньги станут дешевле. Наконец, возможность продажи и залога прав долгосрочной аренды запустит механизм ценообразования на землю. Мы будем понимать, растёт ли у нас отрасль, повышается ли цена на землю со временем.

Доля агросектора в экономике из года в год растёт, сельхозпроизводители уже обошли металлургов и машиностроителей. Но в правильном ли направлении движется украинская экономика, ведь большинство аграрных стран живут бедно?

— Украина уже стала одним из ключевых экспортёров зерновых и масличных культур в мире. Сейчас перед нами стоит задача увеличить в агропромышленном комплексе долю агропродукции с высокой добавленной стоимостью. Недавно был в Дании, эта маленькая страна, имея в десять раз меньше пахотной земли, получает на 50% больше дохода от сельского хозяйства, чем мы. Нам нужно увеличивать долю нишевой продукции, на которую в мире есть спрос. К примеру, украинские производители органической продукции весьма конкурентоспособны на рынках ЕС. А стоит «органик» гораздо дороже, чем конвенциональная продукция аналогичного качества. Именно поэтому я и говорю о необходимости поддержки малого и среднего бизнеса. Крупные агрохолдинги — молодцы, они дают поток прибыли в страну, но нишевый бизнес им неинтересен.

Фермеры же хотят заниматься нишевыми культурами, но просто не могут это делать: нет техники, нет возможности осваивать новые технологии. При размере земельного банка до 500 га получить банковский кредит практически невозможно. В итоге они вынуждены просто сдавать землю в субаренду крупным агрохолдингам. Поэтому необходимо перейти к прямой финансовой поддержке малых и средних фермеров. Для этого необходимо не менее 3 млрд грн. Пытаемся добиться, чтобы эти деньги заложили в бюджет следующего года. Если средств не найдут, придётся искать возможность дотировать фермеров через льготный режим налогообложения. Но этот вариант хуже, так как фискальные преференции всегда оставляют возможности для схем.

Естественно, наша поддержка фермеров не будет ограничиваться деньгами. Министерство должно помочь им научиться экспортировать продукцию. Для этого мы сейчас работаем над созданием офиса по продвижению продукции небольших сельхозпроизводителей на мировые рынки. У крупных холдингов достаточно ресурса, чтобы продвигать себя за рубежом. А у маленькой компании такой возможности нет. Фермер не поедет, скажем, в Иран договариваться о поставках. Это должно сделать профильное министерство. Договориться о сотрудничестве, вернуться в Киев и сообщить производителям, что в Иране нужно то и то, и каким стандартам качества должна соответствовать эта продукция.

Далее на базе ГПЗКУ мы будем формировать большие партии фермерской продукции и, используя нашу инфраструктуру, отправлять их за рубеж. При этом фермерам мы предоставим возможность на льготных условиях использовать государственные элеваторы и портовые перевалки по приемлемым для них ценам.

МВФ не будет против сохранения налоговых льгот для аграриев, если денег на прямые дотации не найдут?

— МВФ изначально был против и переходного периода в налогообложении агросектора, но об этом с ним удалось договориться. Если мы докажем МВФ, что сохранение налоговых льгот для фермеров необходимо для стабилизации украинской экономики, проблем возникнуть не должно.

Команда вашего предшественника Алексея Павленко с восторгом говорила о перспективах евроинтеграции. Но создаётся впечатление, что Европа не слишком рада нашей продукции животноводства и готовым продуктам питания. Чем можно реально заменить потерянный рынок России?

— Сейчас, наконец, начал сдвигаться с «мёртвой точки» вопрос увеличения беспошлинных квот. Раньше ЕС вообще не хотел его рассматривать. Но мы попытались объя­снить влияние на наш торговый баланс блокады России. Для европейской стороны это сильный аргумент. Сейчас ключевой вопрос поставок продукции животноводства и готовых продуктов питания в ЕС — соответствие стандартам качества. Как я говорил, у нас практически развалены существовавшие ранее контролирующие органы, а новые ещё не заработали. По этому вопросу мы регулярно встречаемся с главой Госпродпотребслужбы Владимиром Лапой. Надеюсь, что в ближайшие несколько месяцев новосозданная система контроля качества пищевой продукции полноценно заработает и мы сможем показать всему миру высокое качество нашей продукции. Другое дело, что не надо концентрироваться только на Европе. Украина очень слабо интегрирована в рынки Юго-Восточной Азии и Африки. А это гигантские рынки. Нужно работать над углублением проникновения на эти рынки. Недавно был в Индонезии, большую часть продуктов питания туда завозят из Австралии. Мы можем предложить продукцию по качеству не хуже, но по более низким ценам.

Украина > Агропром > ukragroconsult.com, 29 августа 2016 > № 1888819 Тарас Кутовой


Россия. ЦФО > Агропром > premier.gov.ru, 22 августа 2016 > № 1873849 Александр Михайлов

Встреча Дмитрия Медведева с губернатором Курской области Александром Михайловым.

Из стенограммы начала встречи:

Д.Медведев: Александр Николаевич, мы с вами сейчас обсуждали темы, которые действительно волнуют огромное количество наших людей, прежде всего тех, у кого есть садовые участки и огороды. Но перейдём к более таким масштабным вопросам – я имею в виду урожай.

В этом году всё пока у нас развивается хорошо. Урожай собран на значительной части территории нашей страны. Урожай очень хороший. Знаю, что и у вас результаты весьма и весьма впечатляющие.

Что удалось сделать к настоящему моменту, какие ещё есть виды на урожай. И как предполагаете использовать его, потому что всё-таки Курская область – одна из наших аграрных областей и от того, как вы сработаете, зависит и общий уровень обеспеченности продовольствием в стране и благополучие государства.

А.Михайлов: Дмитрий Анатольевич, что касается агропромышленного комплекса, по итогам прошлого года, мы сработали с хорошим ростом. И вообще на протяжении последних шести лет у нас на созданной нашими хозяйственниками базе, при нашей, конечно, поддержке, достаточно динамично развивается отрасль растениеводства прежде всего. Сегодня уже неплохо и животноводческая отрасль.

Что касается нынешнего года. Собранный на сегодняшний день урожай – это практически 99%, мы имеем сегодня в активе уже почти 3 млн 600 тыс. тонн зерна. Это хороший показатель с учётом того, что предстоит убирать ещё поздние культуры. В том числе там и крупяные есть. Мы сейчас будем наращивать производство гречки, поскольку это востребовано, и зерно кукурузы. В этом году у нас достаточно много её – 150 тыс. гектаров. И вкупе виды на урожай показывают: если в прошлом году у нас было 3,6 млн тонн в целом, в этом году мы должны выйти где-то на 4,4–4,5 млн тонн. Это будет лучший показатель за всю историю Курской области.

Внутренние потребности нашего региона, что касается зерна, составляют где-то 2,2 млн тонн. Поэтому область имеет возможность подключиться к общегосударственной работе по экспорту зерна, в том числе, за рубеж.

Мясное животноводство у нас тоже сейчас неплохо развивается. Мы уже вышли на второе место в Центральном федеральном округе и на пятое в стране. Но у наших соседей-белгородцев показатель получше. А в растениеводстве мы уже шесть лет их опережаем. Они закупают где-то около 500 тыс. тонн зерна у нас.

У нас партнёры и в Ленинградской области, Санкт-Петербурге – тоже где-то в этом году 400 тыс. тонн будет поставлено туда.

Остальное зерно может быть поставлено и нашим фирмам-партнёрам, которые у нас на территории работают, они будут его отправлять зарубежным партнёрам.

Д.Медведев: Мы действительно довольны тем, что у нас появился экспортный потенциал, который за последние годы где-то складывался в размере от 25 до 30 млн тонн. И это, конечно, очень хорошо. Это позиция на международном рынке. Это экспортная выручка, большая причём. Но, с другой стороны, не менее важная задача – использовать зерновые культуры и вообще продукцию растениеводства для того, чтобы поднимать животноводство, то есть, по сути, вкладываться в новые более высокие формы передела в сельском хозяйстве, выходить на переработку. Потому что чем больше у нас будет объём животноводства, тем больше будет поголовье в конечном счёте и молочное, и мясное, тем больше, естественно, потребуется кормов. И в этом плане как раз общегосударственная задача заключается в том, чтобы определить баланс между внутренним потреблением, в том числе на цели животноводства, и внешним экспортным потенциалом. Хотел бы, чтобы и у себя на территории Курской области вы этот баланс определили окончательно.

Россия. ЦФО > Агропром > premier.gov.ru, 22 августа 2016 > № 1873849 Александр Михайлов


Россия. СКФО > Агропром > premier.gov.ru, 17 августа 2016 > № 1873854 Владимир Владимиров

Встреча Дмитрия Медведева с губернатором Ставропольского края Владимиром Владимировым.

Из стенограммы начала встречи:

Д.Медведев: Владимир Владимирович, я хочу поздравить вас и в вашем лице всех тружеников села Ставропольского края с очень хорошим результатом, который был получен в этом году, – с беспрецедентным уровнем по урожаю. Это действительно выдающееся достижение всех, кто занимается растениеводством, кто помогает всем процессам на селе. Конечно, для нашей страны очень важно, что с каждым годом объём зерна, который получают наши хлеборобы, объём в целом продукции растениеводства растёт.

Хотел бы отметить ещё один момент, который всегда важен. У нас урожаи растут год от года, по зерновым во всяком случае это именно так. Растёт экспортный потенциал, значительное количество зерна мы не только перерабатываем, потребляем, но и отправляем на экспорт. Но крайне важной является тема сохранения урожая и последующего хранения. Просил бы вас рассказать о том, каким образом вы планируете и в этом году сохранять полученный урожай, имея в виду его очень значительные объёмы.

В.Владимиров: Дмитрий Анатольевич, действительно, урожай большой. Спасибо за поддержку. Без поддержки государства этого бы не произошло. Всё-таки 6,2 млрд в этом году мы получили только из федерального бюджета. Свой миллиард на софинансирование потратили.

В части хранения. Сегодня мы для своего зерна на 80% имеем площади и объекты хранения у себя на территории. Практически пятая часть урожая будет продана до 1 октября. Всё остальное будет ждать лучшей цены, с февраля начнётся очередная волна продаж.

Элеваторы и места хранения подготовлены полностью. Нужно только улучшать качество хранения, чтобы зерно не набирало влагу. Над этим работаем. У нас недавно открылась выставка «Агро Юг», там представлены хорошие технологии хранения, бункерного типа, в оцинкованных элеваторах.

Д.Медведев: Это очень важно, потому что действительно урожай хороший, им нужно правильно распорядиться. А направление того, куда расходовать это богатство, вы и сами прекрасно знаете. Что-то подлежит реализации, что-то идёт в переработку непосредственно у вас или в сопредельных регионах, ну а что-то подлежит хранению, имею в виду и внутреннее потребление, и экспортный потенциал. А это действительно сейчас для нашей страны ключевая задача. Объём экспорта зерновых, точнее, продукции сельхозпроизводства из нашей страны превысил на четверть объём экспорта вооружений. Это очень хороший результат, к которому мы долго шли, и нам нужно наращивать наши возможности и по линии зерновых, и, естественно, по другим направлениям сельскохозяйственной продукции, имея в виду и растениеводство, и животноводство.

Россия. СКФО > Агропром > premier.gov.ru, 17 августа 2016 > № 1873854 Владимир Владимиров


Россия. ДФО > Агропром. СМИ, ИТ > amurmedia.ru, 13 августа 2016 > № 1875138 Роман Авилов

Всё больше хабаровчан при выборе продуктов делают выбор в пользу здорового питания. При этом, все, что связано с темой здорового образа жизни, можно назвать мейнстримом. Спортзалы, фитнес клубы и секции активного отдыха переживают второе рождение, а понятие "правильное питание" на пике популярности, как среди молодежи, так и более старшего поколения. Люди стали внимательней относиться к тому, что едят, а в это время продуктовые сети все чаще предлагают нам сырный продукт вместо сыра, йогуртосодержащие напитки вместо йогурта, колбасу без мяса и шоколад без какао. На этом фоне, все более привлекательным направлением для создания бизнеса становиться продажа полезных продуктов. Но для того, чтобы заниматься продажей таких продуктов, необходимо всерьез интересоваться здоровым питанием, уверенно заявил корр. ИА AmurMedia владелец и директор интернет-магазина "Руккола.net" Роман Авилов.

— Роман, в допредпринимательской жизни кем Вы были?

— Я сменил немало мест и успел поработать в разных должностях: это и программный менеджер в одной из телевизионных компаний города, и директор магазина, и маркетолог-аналитик. Предпринимательство привлекало давно, да все как-то не складывалось. Но как бывает у многих владельцев своего дела, в какой-то момент просто "выстрелило" в голове и я приступил к активным действиям.

— Первоначальные инвестиции, которые пришлось вложить, окупились быстро?

— Для старта понадобилось порядка 150 тысяч рублей, с последующими небольшими денежными вливаниями. А окупается, наверное, до сих пор. Сейчас оборот держится на одном уровне, и я вижу по клиентам, что им очень интересна наша продукция. Многим просто любопытно попробовать, есть и постоянные клиенты. Но, несмотря на это, покупательская способность населения, к сожалению, падает.

— А почему именно здоровое питание?

— Честно скажу — очень долго думал, куда себя применить, советовался с супругой, анализировал рынок. И в итоге остановил свой выбор на интернет-магазине. Правда, изначально это был магазин товаров для выпечки хлеба: разнообразная мука, готовые хлебные смеси. Но в последующем, уловив модное нынче течение ЗОЖ, мы поняли, что эта ниша еще не переполнена, быстро переориентировались, расширили ассортимент, добавили несколько товарных групп и стали называться "Руккола". Сейчас это интернет-магазин и магазин-склад, которым в августе исполнился год.

— Продуктов, продаваемые "Рукколой", можно назвать уникальными? Возможно, у вас есть то, что нельзя найти на полках других магазинов?

Все магазины здорового питания разные. У кого-то уклон на суперфуды, у других на зерно или чай, а мы вот специализируемся на муке

— Поскольку начинали мы с продажи муки, которая до их пор составляет немалую часть ассортимента, о ней я могу рассказывать бесконечно! Помимо всевозможных ее видов у нас можно найти макаронные изделия и печенье из цельнозерновой муки: пшеничной, ржаной, овсяной. Она совсем по-другому ведет себя в организме благодаря тому, что это цельно смолотое зерно вместе с оболочкой и зародышем. В обычных же магазинах продается мука только высшего сорта, даже 1-го и 2-го редко встретишь. Так же имеются всевозможные масла, некоторые редкие травы и специи, семена для проращивания. Кроме того, у нас есть амарантовое масло, мука и амарантовая крупа, из которой получается очень полезная каша, богатая скваленом. Те, кто знаком с полезными свойствами амаранта и находят наш магазин, автоматически становятся нашими постоянными клиентами.

— Кто ваши покупатели? Спортсмены? Модницы?

— В основном, это люди среднего и старшего возраста. Но при этом, очень много молодых мам. Есть какое-то количество вегетарианцев и даже один идейный сыроед. Последний, кстати, уже перешел в разряд хороших знакомых. Он стал для меня настоящим примером того, что можно питаться, так скажем, весьма аскетично, но при этом заниматься спортом, прекрасно себя чувствовать и замечательно выглядеть. Я вообще считаю, что человека невозможно просто со стороны взять и переориентировать на пресловутое правильное питание. Это однозначно должно идти изнутри. Только посредством личной мотивации люди приходят к этому, решают нужно им это или нет, а после сами находят наш магазин. Как ни удивительно, среди наших клиентов немало мужчин.

— У мужчин? И что же они покупают?

— Нельзя сказать, что одна категория товара чисто женская, а другая — мужская. Но однозначно у всех популярны сладости. Очень вкусное печенье с разнообразными зернами, натуральные конфеты с медом и сухофруктами, полезные сиропы. Кроме того, в последнее время набирает популярность Иван-чай. Люди, наконец, оценили его полезные свойства: ферментированность, потрясающий вкус и отсутствие кофеина. Я и сам уже почти не пью обычный байховый – перешел на Иван-чай. К нам он приходит из Иркутска, очень хороший продукт.

— Роман, а Вы отслеживаете информацию о поставщиках? Как производится продукция, где готовится?

— Стараемся. Прежде чем начинать продажи, мне пришлось проштудировать достаточно много информации о здоровом питании, ведь необходимо разбираться в свойствах каждого продукта, а не просто с улыбкой произносить название товара. К тому же, я сам потребитель той продукции, которую реализую, поэтому отслеживать качество нетрудно.

— Неужели всей семьей перешли на здоровое питание?

Не обязательно сразу становиться вегетарианцем, можно постепенно заменять некоторые привычные продукты на более полезные аналоги.

— Не совсем. Тем не менее, открытие "Рукколы" вдохновило на получение новых знаний из области ЗОЖ, и многие "мусорные" продукты как-то сами собой заменились на полезные. Жена, например, постоянно экспериментирует с выпечкой из разных сортов муки.

— Кстати, а с открытием бизнеса произошли какие-то кардинальные изменения в вашей жизни? О личной жизни пришлось забыть или это больше вопрос грамотного распределения времени?

— Конечно, я стараюсь распределять временные ресурсы и вечер посвящать семье. Моему ребенку сейчас пять лет, он требует внимания, и я понимаю, что это тот возраст, который нельзя упускать. Хотя поначалу магазин работал без выходных, но я очень быстро понял: что для бизнеса хорошо, то для семьи не очень. А ведь в конечном итоге все, что я делаю – это ради близких, поэтому воскресенье – свято выходной день, как для меня, так и для "Рукколы".

Россия. ДФО > Агропром. СМИ, ИТ > amurmedia.ru, 13 августа 2016 > № 1875138 Роман Авилов


Россия. ЮФО > Агропром > premier.gov.ru, 9 августа 2016 > № 1853451 Дмитрий Медведев

Встреча Дмитрия Медведева с активом, кандидатами и сторонниками партии «Единая Россия» в Краснодарском крае.

Стенограмма:

Д.Медведев: Добрый день, уважаемые коллеги! Мы с вами встретились здесь, на Кубани, и разговаривать будем про село, про аграрное дело. Я обычно во время таких встреч не делаю долгих вступительных слов, мне гораздо ценнее пообщаться с вами. У кого какие предложения, вопросы? Пожалуйста.

Ю.Хараман (председатель сельскохозяйственного производственного кооператива (колхоз) «Знамя Ленина», член фракции партии в Законодательном собрании Краснодарского края): Правильно поставленные задачи по импортозамещению и разработанные на местах аналогичные программы дали возможность увеличить производство сельскохозяйственной продукции. Эта тенденция будет сохраняться и в будущем, производство сельскохозяйственной продукции будет нарастать. Однако сейчас мы уже испытываем трудности по реализации отдельных видов сельскохозяйственной продукции, особенно скоропортящейся продукции.

Если учитывать то, что на рынке сегодня присутствует и импортная, не всегда высококачественная продукция, и существует такое понятие, как демпинг, возникает вопрос о строительстве логистических центров. Не рассматривается ли возможность строительства федеральных логистических центров для хранения сельскохозяйственной продукции и оказания помощи регионам, для того чтобы мы могли здесь, у себя, построить такие центры?

Д.Медведев: Во-первых, хочу отметить отрадный факт, что у нас импорт продовольствия снизился на 35%. Это означает, что мы движемся в правильном направлении, занимаемся вопросами обеспечения нашей продовольственной безопасности и переходим с импортных продуктов на наши, отечественные. А мы с вами знаем, что наши продукты гораздо лучше, чем иностранные. Это первое.

Второе. Конечно, мало собрать урожай, его нужно сохранить. И здесь вы правы, программа по строительству логистических центров, оптовых центров существует, она реализуется, причём реализуется в разных местах, она есть и федеральная, и региональная. Мы сейчас только что говорили с Вениамином Ивановичем (В.Кондратьев – глава администрации (губернатор) Краснодарского края) по поводу того, чтобы строить такие центры на Кубани, и мы эту работу обязательно продолжим. Имею в виду, что нужно строить и большие, и не очень большие центры в зависимости от ситуации на рынке.

Н.Боева (генеральный директор ООО «Калория», член фракции партии в Законодательном собрании Краснодарского края, кандидат в депутаты Государственной Думы по Каневскому одномандатному избирательному округу №53 Краснодарского края): Мы уже не один год говорим об импортозамещении, о продовольственной безопасности, но не знаем точно, сколько должны произвести зерна, молока, мяса и прочей продовольственной продукции.

Мне кажется, что всё это нужно рассчитать, для того чтобы каждый регион знал, сколько потребуется всей этой продукции произвести, чтобы наш рынок наполнить, а если будут какие-то остатки, продать на экспорт.

Д.Медведев: Вообще-то мы знаем, сколько нам всего нужно. У нас в каждом регионе есть статистический подсчёт потребности в продовольствии.

У нас, напомню, существует Доктрина продовольственной безопасности, которую мы реализуем. В рамках этой доктрины, по сути, и формируется рынок. И за последние годы мы очень сильно продвинулись в смысле того, что мы себя полностью обеспечиваем теми видами продовольствия, которые ещё совсем недавно закупали за границей, включая картофель, злаки и сахар. В меньшей степени, к сожалению, мы пока себя обеспечиваем мясом и молоком, но если говорить о мясе птицы, то здесь также наша потребность полностью закрыта, мы уже ничего практически не покупаем за границей. А вспомните, как это было в 1990-е годы, когда ввозили тысячами тонн все эти так называемые «Ножки Буша». Сейчас всё, мы все эти вопросы закрыли.

Посложнее, конечно, с КРС, мясом крупного рогатого скота, но и там у нас движение неплохое есть, мы продвигаемся и себя обеспечиваем сейчас процентов на 70. Поэтому все эти задания будем выполнять, включая Доктрину продовольственной безопасности.

С.Шатохин (генеральный директор ЗАО «Успенский сахарник»): Директор успенского сахарного завода Шатохин Сергей Викторович. У нас в Краснодарском крае есть селекционная станция. Но сегодня ситуация такая с селекцией: если не вкладывать деньги, то мы не скоро дождёмся от нашей станции результатов. Мы предлагаем на основе государственно-частного партнёрства укрепить селекционную станцию. От государства здесь денег не нужно. На эти цели мы выделим – мы входим в состав компании «Продимекс» – 2 млрд рублей в течение трёх лет. Все семена, которые будут выращены, будут оставаться за ФАНО или Росакадемией. И возможности для научных институтов (у нас четыре хозяйства) есть. Кроме того, мы могли бы и молодые кадры, в том числе зарубежных специалистов, привлечь к этой теме.

Д.Медведев: Идея правильная. Более того, мы в государственную программу развития аграрно-промышленного комплекса, которая у нас действует, в качестве приоритета сейчас специально погрузили селекцию и генетику. У нас, к сожалению, в последние годы это направление не развивалось так, как следовало бы. Мы очень зависим от поставок из-за границы семенного, посадочного материала. По сути, это и есть потенциальная угроза нашей продовольственной безопасности. Поэтому генетика, селекция остаются приоритетом номер один сейчас. Более того, если раньше мне периодически приносили на подпись всякие бумаги о том, чтобы приватизировать в этой сфере что-то, то сейчас я это полностью запретил, потому что государству важно оставить это всё за собой и развивать те формы партнёрства, о которых вы говорите. Так что, я думаю, это правильное решение.

В.Плотников (президент Ассоциации фермеров, кандидат в депутаты Государственной Думы по одномандатному избирательному округу №83 от Волгоградской области): Очень серьёзный вопрос с землёй, и наша фракция в Думе добилась принятия закона об изъятии неиспользованных земель и передаче таких земель в упрощённом виде для сельхозпредприятий и крестьянско-фермерских хозяйств. Поэтому вопрос: упрощённая процедура – какой её регламент? И планируется ли с помощью поправок в Земельный кодекс дать возможность крестьянско-фермерским хозяйствам без торгов получать такие земли?

Д.Медведев: Эта тема в какой-то момент стала притчей во языцех, потому что земли много, но изъять её невозможно, и на моей памяти одних поручений на эту тему было, наверное, несколько десятков. Сейчас благодаря стараниям коллег в Государственной Думе законодательство изменилось, оно стало проще, но, к сожалению, пока ещё не настолько простым, как бы нам всем хотелось. И сейчас делом Правительства будет подготовить необходимые подзаконные нормативные акты, для того чтобы реализовать эти новые правила по изъятию неиспользуемой земли. Мы это быстро подготовим и выпустим.

Что же касается второй части вашего вопроса – по поводу возможности передать без торгов такую землю крестьянским (фермерским) хозяйствам, я считаю, это было бы нормальной практикой. Но нужно оценить ситуацию более глубоко, насколько эта процедура будет использоваться. Но в принципе, мне кажется, это совершено нормально.

Д.Щебетов (президент Северо-Западной ассоциации промышленников, предпринимателей и сельхозтоваропроизводителей, кандидат в депутаты Государственной Думы по списку от Санкт-Петербурга): Дмитрий Анатольевич, у меня очень важный вопрос для нас, сельхозтоваропроизводителей. Огромные деньги государство выделяет на поддержку отечественного производителя машиностроения сельскохозяйственного и техники. Хотелось бы Вас попросить рассмотреть возможность ввести предельную наценку на эту технику, потому что она должна быть конкурентоспособной с импортной, чтобы те огромные деньги, которые выделяются на поддержку развития машиностроения, не уходили в прибыль какого-то конкретного предпринимателя.

Д.Медведев: В отношении поддержки приобретения российской техники – мы увеличили финансирование по этой линии, и если недавно на это выделялось миллиард или полтора, то сейчас эта сумма составляет 10 млрд. Это действительно большие деньги, которыми нужно правильным образом распорядиться. Цены, которые есть у производителей сельхозтехники, утверждаются один раз в течение года и корректировке не подлежат. Может, вы имеете в виду каких-то посредников, которые торгуют? Но у аграрного производителя всегда есть возможность приобрести сельхозтехнику прямо на самом производстве, у поставщика, и не нужно пользоваться услугами сомнительных посреднических организаций. А если говорить об инновационной продукции, не имеющей аналогов, там вообще есть предельная наценка, она уже существует.

А.Лавриненко (председатель сельскохозяйственного производственного кооператива (колхоз) имени Апанасенко Апанасенсковского района Ставропольского края, кандидат в депутаты Государственной Думы по списку от Ставропольского края): Дмитрий Анатольевич! Хотел бы обратить внимание на агрострахование, страхование сельхозпосевов от чрезвычайных ситуаций и от непогоды. Фактически на сегодняшний день, когда застрахована часть урожая и наступает страховой случай, очень сложно получить деньги. Механизм доказательства того, что страховой случай наступил, очень сложный. Механизм подтверждения убытков очень сложный, и очень размыт механизм прохождения денег.

Хотелось бы законодательно откорректировать и чётко прописать все параметры.

Д.Медведев: В отношении агрострахования. К сожалению, действительно этот вид страхования таким образом устроен, что получить страховое возмещение подчас почти нереально – и в силу оговорок разных, которые страховые компании делают, и в силу того, что очень многие не страхуют урожай, а страховые фирмы, которые этим занимаются (часть из них, во всяком случае), очень напоминают жульнические структуры.

Но это не значит, что нам не нужно развивать агрострахование. Его нужно обязательно развивать. И за последнее время количество застрахованных случаев увеличилось. Несколько лет назад, когда я начинал этой темой заниматься, у нас, по-моему, 9% страховалось всего. Сейчас около 20. Но это всё равно очень мало, потому что по-хорошему практически вся аграрная деятельность должна страховаться.

Поэтому мы подумаем, каким образом упростить практику применения правил о страховании в аграрном деле. Наверное, есть смысл просто изменить законодательство на эту тему, с тем чтобы эта система была гораздо более понятной и прозрачной для тружеников села, для всех, кто занимается сбором урожая.

Мы постараемся этот вопрос продвинуть. Я и в порядке законодательной инициативы могу это сделать. Надеюсь, коллеги из Государственной Думы тоже здесь помогут.

А.Поляков (генеральный директор ЗАО «Сабуровский комбинат хлебопродуктов», кандидат в депутаты Государственной Думы по Тамбовскому одномандатному избирательному округу №177):

Дмитрий Анатольевич, у меня вопрос по сельскохозяйственной технике. В 2016 году был введён утилизационный сбор, и автоматически техника сельскохозяйственная подорожала. То есть при покупке сельхозтехники за 3,5–4 млн утилизационный сбор составляет сверх цены 500–600 тыс. Известно, что существует программа государственной поддержки машиностроителей. И получается, с одной стороны, государство поддерживает машиностроителей, а с другой стороны, предприятия машиностроительные берут утилизационный сбор с сельхозтоваропроизводителей. Это первое.

Второе. Работает программа очень хорошая по субсидированию при покупке отечественной техники. Есть предложение продлить эту программу, чтобы она продолжала работать, и расширить список в части машин подработки сельскохозяйственных культур зерновых, сушки и хранения. Потому что основные потери как раз происходят на этом этапе.

И третье предложение – разработать программу по утилизации сельскохозяйственной техники, аналогичную программе, которая была по поддержке отечественного автопрома. Эта программа очень эффективно работает. Если будет разработана такая же программа по утилизации сельскохозяйственной техники, она тоже принесёт положительные результаты.

Д.Медведев: С утилизационным сбором будем разбираться, потому что действительно всегда в таких решениях есть и плюсы, и минусы.

Что касается вашей идеи разработать программу, похожую на программу поддержки автопрома, мне кажется, это хорошая идея, потому что программа поддержки автопрома работает. Может быть, и сельхозмашиностроение получит результат от использования таких же принципов, как и в программе поддержки автопрома в нашей стране. Идея хорошая, я обязательно поручу её проработать.

А.Князев (глава крестьянского (фермерского) хозяйства в Воронежской области, кандидат в депутаты Государственной Думы): Вопрос о программе развития сельских территорий. В последнее время идут разговоры, что её могут сократить, объединить с другими программами, хотя за счёт этой программы на селе ремонтируются дороги, строятся школы, ведётся водоснабжение, газификация, молодым семьям, специалистам на селе субсидируется покупка квартир, домов. Это уже не только социальная программа, это и помощь производству. Потому что, допустим, строится серьёзный животноводческий комплекс, и вдруг для него не хватает каких-то специалистов, и вся эта цепочка начинает рушиться. Программа эта была рассчитана до 2020 года. Она, я считаю, не просто нужна, она необходима.

Д.Медведев: Программу эту мы в обиду не дадим. Мы её обязательно продлим и сохраним. Программа на самом деле очень полезная, это правда. Очень много хороших вещей сделано. И школы, и дороги – всё это строилось на базе этой программы, равно как и развивалась газификация. Кстати сказать, это ещё одна тема, очень важная для будущего нашей деревни, нашего села. Когда я ещё раньше занимался этими вопросами, работая в Правительстве, в Администрации (я был ещё и председателем совета директоров в «Газпроме»), появилась программа газификации нашей страны, и меня удивило, что у нас село газифицировано было всего на 15%. Это очень обидно, имея в виду, что мы смогли газифицировать массу наших соседей, соседних республик, когда они входили в состав большого Советского Союза. Например, наши товарищи из закавказских республик газифицированы на 95%, а у нас уровень газификации на селе был просто чудовищно низким. За последние годы эта программа набрала обороты, и я считаю, что это очень важная, хорошая программа. В ней принимает участие и «Газпром», не снимающий с себя такой социальной ответственности, и регионы, которые занимаются софинансированием в той части, в которой должны это делать. Программу газификации на селе мы обязательно продолжим, потому что это просто другое качество жизни.

Е.Василенко (глава крестьянского (фермерского) хозяйства в Краснодарском крае): Мы сталкиваемся с тем, что средства государственной поддержки из федерального бюджета в регионы попадают в июне-июле. До нас, фермеров, деньги зачастую доходят уже после уборки урожая. А необходимы они, конечно, в посевную для закупки семян, удобрений, ГСМ.

Также мы сталкиваемся с проблемой сбора документов. Например, столкнулись с такой проблемой: необходима справка из налоговой о том, что нет задолженности. Иногда два рубля задолженности отменяют субсидию для фермеров либо её получение откладывается на неопределённый срок. Предложение такое: ускорить процесс получения денежных средств из федерального бюджета непосредственно фермерами. И, если возможно, упростить документооборот и установить, может быть, порог допустимой задолженности, для того чтобы получить денежные средства.

Д.Медведев: Документооборот точно нужно упрощать, в том числе переходить на электронный документооборот. Я думаю, это нормально для всех – и для фермеров, и вообще для всех, кто так или иначе участвует в этих процессах.

Что касается того, почему деньги не доходят быстро, я с этим разбирался. К сожалению, здесь грехи есть у всех, скажем прямо. Есть грех и на Минсельхозе, который в этом году очень долго раскассировал эти деньги. Есть грех, наверное, и на Минфине, который, действительно, сложные требования подчас выдвигает. И есть, наконец, проблема в регионах. Поэтому будем обязательно за этой ситуацией следить самым внимательным образом, а тех, кто деньги задерживает подолгу, и начальников, которые не принимают решений по этому поводу, будем наказывать. В такой ситуации, мы с вами понимаем, нужно деньги моментально разгонять, для того чтобы вы могли ими воспользоваться. Это совсем не та сфера, где допустимы какие-либо задержки.

Н.Костенко (член центрального штаба Общероссийского народного фронта): Импортозамещение полностью поддерживается населением, всеми сельхозпроизводителями, оно привлекло внимание и повысило престиж жизни на селе и интерес к этой отрасли. Но, с другой стороны, рост конкуренции, который естественным образом возник в этой сфере, привёл к тому, что сельхозпроизводители начали между собой спорить за землю. Где-то, конечно, в каких-то регионах много земли, но на Кубани её мало, и не только на Кубани – на юге России. И здесь возникло много споров.

На Кубани мы этим занимались, и губернатор нам помогает, создал рабочую группу и ввёл омбудсмена по вопросам фермеров, но, поскольку это тема не только Кубани, мы хотели бы Вашей поддержки тоже попросить. Нам нужно навести в этих вопросах порядок, в том числе продолжить обновление земельного законодательства, которое фактически не обновлялось с земельной реформы в 1990-е годы.

Д.Медведев: Конечно, займёмся совместно вопросами совершенствования земельного законодательства. Действительно, земельное законодательство у нас формировалось в 1990-е годы, качество этого законодательства очень разное, где-то оно сбалансированное, где-то какие-то решения принимались достаточно скоропалительно и много запутанности, внутренних противоречий. Правительство будет заниматься этими вопросами, не сомневайтесь.

П.Романишин (генеральный директор ОАО «Агропромышленная фирма “Фанагория”»): Романишин Пётр, руководитель виноградарско-винодельческого предприятия «Фанагория». Мы благодарны за поддержку отрасли. С момента проведения под Вашим председательством встречи в Абрау-Дюрсо изменения введены в законодательство, они начинают приносить пользу отрасли. Также с этого года благодаря федеральному центру и нашему губернатору увеличены дотации и субсидии на посадку виноградников. Но наш рынок в значительной степени занимают пока столпы мирового виноградарства – Франция, Италия, Испания, которые не стесняются поддерживать санкции против нашей страны. Понятно, что импорт вина, коньяка, шампанского невозможно полностью запретить, потому что (мы пока набираем обороты) просто будет недостаток продукции на рынке.

Но если применить квотирование, например по 10% в год снижать завоз, особенно продукции разлитой в потребительскую тару, как это сделано, например, в Белоруссии?

Вопрос: возможно ли такими тонкими настройками квотировать год от года завоз этой продукции и тем самым создавать горизонт для отрасли?

Д.Медведев: Отрасль развивается. Хорошо, чтобы вы помните результаты этого совещания, потому что мы после этого изменили законодательство. Вы упомянули некоторые страны. Там вот как раз это квотирование вовсю представлено. Это первое. Второе. Конечно, очень важно, чтобы производитель виноградного вина обязательно указывал, из какого винограда это сделано. Потому что очень часто используются виноматериалы, которые имеют сомнительное происхождение, а как раз культура развития виноградарства и винодельческой отрасли напрямую связаны с тем, что человек видит, откуда происходит тот или иной сорт винограда. Мне кажется, что если мы пойдём по такому пути, то в этом случае мы добьёмся хороших результатов. Во всяком случае, сейчас готовится предложение по поводу того, что должно содержаться на этикетке. И это вопрос нормативного регулирования.

Что же касается квотирования, нужно аккуратно, так, чтобы не создавать ажиотаж. А то, знаете, вот сейчас скажешь, что нужно квотировать, после этого начнётся рост цен. Поэтому тонкими настройками, как вы говорите, нужно к этой ситуации и подходить.

Коллеги, я два слова ещё скажу. Просто хочу, чтобы вы ещё раз от меня это услышали – и вы, и, естественно, через средства массовой информации огромное количество аграриев в нашей стране. Для нас, для Правительства поддержка аграрной отрасли является ключевым приоритетом. И мы, безусловно, сохраним тот объём финансирования, которого в настоящий момент нам удалось достигнуть. Село, аграрная отрасль без государственной поддержки в той или иной степени не живёт ни в одной стране, и мы эту поддержку будем обеспечивать.

Россия. ЮФО > Агропром > premier.gov.ru, 9 августа 2016 > № 1853451 Дмитрий Медведев


Россия. ЦФО > Агропром > premier.gov.ru, 8 августа 2016 > № 1853430 Александр Никитин

Встреча Дмитрия Медведева с главой администрации Тамбовской области Александром Никитиным.

Стенограмма:

Д.Медведев: Мы с вами относительно недавно встречались на заседании Правительственной комиссии по развитию села, аграрного комплекса, вы там целый ряд идей выдвигали. Как обстоят дела в области по этому направлению?

А.Никитин: По первому полугодию темпы развития сельского хозяйства у нас на уровне 100%. Если брать, допустим, 2015 год по отношению к 2014 году, там было чуть выше – 104,5%, но связано это с тем, что валовое производство продукции сельского хозяйства в 2015 году было рекордным за счёт рекордного урожая, который мы получили. В этом году, несмотря на все сложности, которые были – климатические, с севом, – урожайность очень высокая ожидается.

Д.Медведев: А какая средняя урожайность у вас сейчас?

А.Никитин: 35 центнеров с гектара, но по большинству передовых хозяйств идёт 40 центнеров и выше. Это пока предварительные данные, я думаю, что эта цифра поднимется.

И это даёт нам основания считать, что мы объёмы по сельскому хозяйству не только сохраним, но дадим ещё и прибавку.

Пока по итогам первого полугодия всё достаточно неплохо выглядит, включая объём инвестиций. За первое полугодие он тоже выше 100%. По прошлому году это было 120 млрд рублей. Я думаю, сельское хозяйство у нас в этом смысле драйвером является.

Теперь конкретно о проектах, в том числе о том, о чём была речь на правительственной комиссии.

По садоводству. У нас сегодня есть определённые сложности с закладкой садов в связи с тем, что недостаёт лимитов. Но наши садоводы исходят из того, что на следующий год эти лимиты придут, и в любом случае свои планы не меняют в сторону уменьшения. То есть закладка садов в течение последних двух-трёх лет в Тамбовской области идёт достаточно хорошими темпами.

Но, естественно, нужна база хранения, база переработки. Именно поэтому мы рассчитываем, что Федеральный научный центр имени Мичурина, который сейчас создаётся распоряжением ФАНО, как раз будет призван обеспечить эти задачи. Речь идёт не только о сертифицированном посадочном материале, что чрезвычайно важно в развитии садоводства, но и о самых современных, самых передовых технологиях хранения и переработки плодово-ягодной и овощной продукции. Соответствующие наработки в Тамбовской области есть. И Мичуринск как наукоград Российской Федерации свою лепту внёс в развитие темы здорового питания. Другое дело, что в ряде случаев эти наработки носят экспериментальный характер, а нужен тираж.

Д.Медведев: Как в Мичуринске дела? Я там был однажды. Как в целом ситуация?

А.Никитин: В целом ситуация неплохая. Мы получаем новый импульс от новых проектов, которые связаны как раз с технологиями производства и переработки продукции здорового питания, продукции функционального назначения. То есть инновационный потенциал наукоградом накоплен, и мы рассчитываем, что Федеральный научный центр активизирует многие наработки за счёт систематизации научных знаний, подходов и укрепления материально-технической базы. За последние два-три года лабораторная научно-исследовательская база инновационная очень здорово приросла. И это, конечно, огромный вклад в соответствующую государственную программу, программу развития образования.

Д.Медведев: Нам очень важно поддерживать аграрную науку, чтобы специалисты-аграрии занимались именно нашим посадочным материалом, нашей семенной базой, то есть всеми вопросами селекции, генетики – чем, собственно, и призвана заниматься аграрная наука сегодня. Для этого важно использовать все возможности и, конечно, те научно-производственные наработки, которые имеет Тамбовская область.

Надеюсь, что вы уделите этому должное внимание. Мы обсудим с вами задачи, которые предстоит в этом плане решить в ближайшие годы.

Россия. ЦФО > Агропром > premier.gov.ru, 8 августа 2016 > № 1853430 Александр Никитин


Казахстан > Агропром > kapital.kz, 3 августа 2016 > № 1853813 Толеутай Рахимбеков

Толеутай Рахимбеков: Фермеров надо учить, а не поучать

Чем недавно созданный Центр агрокомпетенций может помочь фермерам и какая работа уже проводится

В июне текущего года на III съезде Национальной палаты предпринимателей РК «Атамекен» было принято решение о создании Центра агрокомпетенций. Главное его предназначение – обучение сельхозтоваропроизводителей инновациям и основам эффективного ведения агробизнеса. Сегодня в Казахстане работают свыше 200 тысяч сельскохозяйственных формирований. Но, по мнению экспертов, большинство фермеров не имеют специального образования либо зачастую ограничиваются познаниями только в своей области, работая по старинке, как привыкли. Несомненно, труд фермеров нелегок, ему приходится работать 24 часа в сутки все 365 дней в году. И в этой череде бесконечных дел сложно найти время для обучения новому. Но таковы реалии, что сегодня без определенных знаний, без внедрения инноваций в своем производстве не достичь каких-либо эффективных результатов. В современных условиях фермеру необходимо учиться постоянно, нужно почаще обращаться к ученым.

Сейчас Центр агрокомпетенций НПП РК проводит во всех регионах обучающие семинары, причем учитывая специфику региона.

О том, чему и как учат эксперты и лекторы казахстанских фермеров, насколько нужны эти знания самим аграриям и какого эффекта следует ожидать, мы попросили рассказать директора Центра агрокомпетенций НПП РК «Атамекен» Толеутая Рахимбекова.

- Толеутай Сатаевич, название новой структуры НПП говорит само за себя - повышение компетенции казахстанских фермеров. Почему возникла такая потребность? Выходит, деятельность наших аграриев не всегда была столь эффективной?

- Подавляющее большинство наших фермеров, руководителей агроформирований не имеют специального сельскохозяйственного образования. Вместе с тем даже при наличии высшего профильного образования современное развитие АПК требует постоянного повышения квалификации, поскольку практически каждый день в производство приходят инновации, новые технологии.

Именно недостаток информации о них у сельхозформирований является одной из основных проблем агропромышленного комплекса. В связи с этим Министерство сельского хозяйства РК разработало бюджетную программу по информационному обеспечению субъектов АПК на безвозмездной основе. То есть для самих аграриев это будет бесплатное повышение квалификации. Исполнителем госзадания постановлением Правительства определена Национальная палата предпринимателей, поскольку «Атамекен» является единственной структурой, имеющей филиалы во всех сельских районах регионов.

В рамках реализации программы нам поручено провести порядка 700 семинаров с охватом 10 тысяч субъектов АПК. Заказчик - МСХ - определил 25 приоритетных направлений, по которым будут проводиться семинары.

- Учитывается ли специфика регионов при проведении семинаров, ведь у каждой области свое направление в сфере АПК? И нужно ли фермеров, которые уже много лет успешно ведут свой бизнес, поучать, как сеять, к примеру, пшеницу или кормить животных?

- С 11 по 31 июля мы уже провели 110 семинаров почти во всех регионах страны. В Актюбинской, Мангистауской и Атырауской областях мы начнем обучение фермеров с 8 августа. Продолжительность семинаров будет от 1 до 5 дней.

Безусловно, при выборе направлений, по которым проводятся семинары, во главу угла ставилась специфика регионов. Допустим, по верблюдоводству львиная доля семинаров приходится на Мангистаускую область. При этом несколько семинаров по этому направлению пройдут в Алматинской, Кызылординской и Южно-Казахстанской областях. Зерновые культуры охватывают в основном Акмолинскую, Костанайскую и Северо-Казахстанскую области. Кроме того, семинары по зерновым культурам мы проводим в Алматинской, Жамбылской, Южно-Казахстанской областях, где производят озимую пшеницу. Кукуруза в основном выращивается в Алматинской области, рис - в Кызылординской области, хлопок - в ЮКО, мараловодство, пчеловодство развиты в Восточно-Казахстанской области. Впрочем, по разведению пчел большой интерес проявили фермеры Алматинской области, ЮКО и Жамбылской области. Овцеводство и коневодство у нас развито в Карагандинской области.

- С регионами понятно, а как определяете темы семинаров?

- Очень важно было правильно определить темы семинаров с тем, чтобы на конкретные вопросы фермеров дать такие же конкретные ответы. Тематики подбирались на основании предложений, которые нам представили отраслевые ассоциации, собранные, в свою очередь, ими у своих членов, у агроформирований.

Безусловно, за три-четыре дня, или за месяц, даже за полгода учебных занятий невозможно охватить весь спектр вопросов, касающихся сельскохозяйственного производства. И мы поставили перед собой задачу - в течение одного-двух дней ответить на конкретные вопросы, которые интересуют фермеров. Именно в этом заключается суть передачи инновационных технологий, сортов, пород и т. д. Например, на прошлой неделе на базе центра распространения знаний при Казахском институте зернового хозяйства и базового хозяйства - ТОО «Новокубанское» Шортандинского района Акмолинской области рассматривался вопрос о применении биостимуляторов роста кормовых культур. Фермерам рассказали, что их применение позволит повысить урожайность зерновых и кормовых культур на 15-20 процентов. Причем есть однородные биостимуляторы, но влияние на растения при различных климатических условиях совершенно разное. В этом году все лето шли дожди, поэтому эффективно применять один вид биостимуляторов. В засушливые годы необходимо применение других видов биостимуляторов.

В Кызылординской области мы планируем проводить семинары по рисоводству с применением автоматизированной системы полива. То есть регулируется подача воды в рисовые чеки, что позволяет на 30-35 процентов снижать затраты воды. Это достаточно большой показатель, если учитывать, что примерно 30-32 тыс. кубометров воды сегодня затрачивается на 1 гектар посевов риса. При автоматизированном поливе экономия составляет 8-9 тыс. кубометров воды с одного гектара. Этот метод уже апробирован в регионе, проведены научные исследования. Теперь нужно фермерам рассказать и показать, что ничего сложного нет. Ведь, как известно, зачастую препятствием на пути к новому служит страх перед новизной. Такая же боязнь у аграриев перед применением новых технологий. А эта автоматизированная система полива риса достаточно проста: поплавок держит воду и не позволяет поступать на поля. А когда влага впитывается в почву, уровень воды понижается, поплавок открывается, вода подается на рисовые чеки.

Планируются достаточно интересные семинары и по животноводству, в частности, по снижению стресса животных, влияющего на ежесуточные привесы. Казалось бы, какие у них могут быть стрессы? Между тем, например, на птицефабрики очень часто не пускают посторонних людей, ссылаясь на санитарные нормы, опасность заражения инфекциями и т. д. И эти опасения вполне оправданы. Но одной из главных причин является стресс, который испытывают птицы при посещении птицефабрики посторонними людьми. И, если такое все же случается и каждая птица на один грамм недополучила привеса, а там два-три миллиона голов птиц, птицеводы теряют 2-3 тонны мяса, а это уже определенные убытки, которые терпит фермер.

То же самое с более крупными сельхозживотными, находящимися на откорме. При хороших технологиях и кормах животные на откормочных площадках могут получать привес 1,5 кг в день на каждую голову. Где стоит обслуживающий персонал, во что он одет, как он регулирует прогон животных, какова температура воды, подаваемой для поения, - все это является стрессообразующим фактором.

Еще одно новшество, которое начали применять наши передовые аграрии, это специальные станки для прогона животных. Такие станки завозят из-за рубежа. Они позволяют, во-первых, упростить процедуры отбивки молодняка. Во-вторых, проводить ветеринарные мероприятия. При существующих технологиях для ветмероприятий на 200 голов необходимо было привлекать 10-12 человек. С помощью новых станков со стадом в 600 голов справляются 1-2 человека. Все большее применение в животноводстве находят УЗИ-технологии, которые уже на 20-25-й день позволяют определить, ждет ли корова приплод. При помощи таких же технологий можно определять толщину мяса, ее мраморность. Раньше для этого надо было в обязательном порядке забивать 1-2 головы.

Или возьмем шпалерное садоводство. Мы привыкли выращивать яблони и груши высотой 6-7 метров, но за ними, как известно, требуется определенный уход, также сложно собирать урожай и т. д. Сейчас их можно выращивать, как виноград, высотой 2-3 метра, их привязывают к тросам, которые натянуты между бетонными столбами. И урожайность таких садов намного выше.

Далее - производство кормовых культур. Одно время в Казахстане начинали применять такое новшество, как культурные пастбища, электропастухи, электроизгороди. Потом постепенно о них забыли, сейчас мы рассказываем о преимуществах такой технологии. В поле находится ветроустановка, которая поднимает воду для поения и вырабатывает электроэнергию. Все поле делится на несколько участков, которые огорожены электрическими тросами, к которым скот боится подходить, это и называется электропастухом. На участках устанавливается целая система автопоилок. Скот, когда на одном из участков заканчивается трава, перегоняется на другой участок. В это время травяной покров на первом участке начинает восстанавливаться, затем животные переходят на третий, четвертый участок и т. д. И так по кругу. Через некоторое время скот возвращается на исходную позицию. Всеми этими процессами может управлять один человек.

Таких технологий много, просто нашим фермерам о них надо говорить, и не только говорить, а показывать на семинарах, чтобы он воочию убедился в том, что новые технологии вполне понятны и ясны, и не надо бояться внедрять их у себя. Потребности у фермеров в них есть, они сами интересуются, как и при помощи каких технологий можно повысить эффективность производства, как, например, возродить плодородие почв. При мне руководитель одного из крупнейших в нашей стране агрохолдингов интересовался у ученых, что можно сеять на солончаковых полях.

Сегодня государство оказывает большую помощь животноводству. Как мы знаем, завезли высокопродуктивные породы скота, построили племенные репродукторы, у которых уже небольшие фермерские хозяйства покупают быков-производителей, телок. Но при этом встает вопрос: а как кормить? Ведь не каждый фермер знает, как рассчитать рацион кормления, чтобы не потерять эффект от высокопродуктивных пород. А у нас зачастую начинают кормить, как привыкли, и в результате теряется весь эффект, и говорят, что вот, мол, подсунули что-то не то. На самом деле здесь требовалось применить совсем другой рацион кормления и поения. Аналогично, когда небольшие крестьянские хозяйства закупают цыплят на птицефабриках для откорма - нужен особый уход за цыплятами, чтобы получить нормальные суточные привесы.

В Мангистауской области развито верблюдоводство. Здесь также важно знать, как повысить продуктивность этого вида животных, как они должны пастись. Центр агрокомпетенций привлек к решению данной проблемы зарубежного эксперта из Франции Бернара Фойе, который более 20 лет работал в арабских странах и занимался верблюдоводством. Он научит наших фермеров новым методам содержания верблюдов, режиму пастьбы, умению подбора тех или иных пастбищ и т. д. И это важно, поскольку, развивая верблюдоводство, мы можем производить шубат. Также можно приступить к сублимированной сушке верблюжьего молока с целью сбыта в Астану, Алматы, другие города и там восстанавливать. По мнению специалистов, между сухим и восстановленным молоком большой разницы нет. Если мы научились производить сухое коровье молоко, почему нельзя производить такое же верблюжье или кобылье, а потом восстанавливать? Все-таки перевозить сухое молоко намного выгоднее и с точки зрения экономики, и с учетом сроков хранения.

- Помимо новых технологий, о чем еще могут рассказать, разъяснить фермерам эксперты Центра агрокомпетенций?

- Мы перед отечественными и зарубежными экспертами поставили задачу при составлении методик в обязательном порядке включать три раздела.

Первый – экономическая эффективность предлагаемых на семинаре технологий, то есть какой эффект получит фермер от внедрения нового сорта, породы или технологий.

Второй раздел - меры государственной поддержки АПК по конкретному направлению. К слову, проведение обучающих семинаров, проводимых на бесплатной для фермеров основе, тоже является одной из мер господдержки. Борьба с вредителями растений, субсидирование подачи поливной воды, гербицидов, пестицидов, осуществление закупочных операций тоже относятся к мерам помощи субъектам АПК со стороны государства. В Казахстане оказывается очень много мер господдержки, и не только в виде субсидирования и кредитования. Но зачастую фермеры попросту о них не осведомлены. Даже про субсидии не все знают, но даже если слышали о тех или иных направлениях субсидирования, то не знают, как их получить, куда обратиться. Еще один момент. Когда аграриям сообщают о предлагаемых субсидиях, они, увидев перечень документов, необходимых для их получения, махнув рукой, попросту игнорируют помощь государства, поскольку не желают заниматься сбором документов. А если разобраться, то 9 из 10 документов лежат… «на дне сундука» у супруги! Это стандартный набор документов, к примеру, копия удостоверения личности, госакт на землю, свидетельство индивидуального предпринимателя, которые у каждого из них есть на руках. И к ним потребуется всего лишь предоставить пару других документов, касающихся доходности предприятия и т. д.

Третий раздел - кооперация в сельском хозяйстве. Причем мы ориентируем наших ученых-экспертов на то, что главное в сельском хозяйстве не производственная кооперация. Не надо пытаться объединить всех фермеров в один большой кооператив, поскольку у людей на генном уровне срабатывает страх перед коллективизацией, колхозами и т. д. Когда им об этом говорят, у них, естественно, происходит отторжение такого рода кооперации. Вопрос должен идти о кооперации отдельных функций сельхозтоваропроизводителей. Сам фермер должен заниматься своим прямым делом - производить продукцию, за остальное у него голова не должна болеть. Он умеет 24 часа в сутки и 365 дней в году выращивать, например, скот или овец, зерно или овощи, пусть этим и занимается. А у нас аграрии начинают заниматься и сбытом своей продукции, поиском ГСМ, техники, удобрений, если он животновод, то ищет ветеринара и т. д. А надо им предложить объединить отдельные функции и создать кооперативы, которые бы занимались всеми этими процессами. Какие у сельхозтоваропроизводителей основные проблемы? Во-первых, сбыт продукции. Любая предпринимательская деятельность направлена на извлечение прибыли через сбыт произведенной продукции. Вторая проблема - это недостаток сервисного обслуживания. Третья проблема - это финансовые ресурсы. Вот создание кооперативов на селе должно быть ориентировано на решение этих проблем. К примеру, фермеры и личные подсобные хозяйства в одном сельском округе объединяют свои функции по сбыту и создают сбытовой кооператив, скажем молокоприемный или овощеприемный пункт. Сервисные услуги, в частности, в области ветеринарии, агрохимического, технического обслуживания (МТС), по заготовке кормов и т. д. могут оказывать также созданные самими сельчанами кооперативы. Зачем содержать каждому фермеру ветеринара, когда его услуги может оказывать специализированный кооператив? Аналогично и по созданию машинно-тракторных станций, техникой которых могли бы пользоваться все аграрии. Это освободило бы фермеров от лишних функций. При этом параллельно решалась бы проблема занятости сельского населения.

Для решения проблемы финансового обеспечения сельхозтоваропроизводителей можно было бы создать кредитные кооперативы в сельских округах. В России подобные кооперативы существуют, и довольно эффективно, не прибегая к господдержке. Почему бы такие кооперативы не создать и у нас? Причем их услугами могли бы воспользоваться и фермеры, личные подсобные хозяйства, и другие жители села, которым выдавали бы потребительские кредиты на приобретение бытовых товаров, оплату учебы детей в вузе, то есть на разные цели. Почти по такому же принципу работают кооперативы в Германии.

Суть кредитного кооператива в том, что это своего рода касса взаимопомощи, когда можно получить деньги на какие-либо нужды и постепенно рассчитываться. В России на 75-80 процентов источником фондирования являются деньги самих пайщиков. Там используют такой механизм, как сберегательные займы пайщиков. Это почти то же самое, что и депозиты. Правда, вознаграждение по сберзаймам выше, чем по депозитам банков. Соответственно, и кредиты кооперативов стоят дороже. Но сельчане работают с кредитными кооперативами, потому что их привлекают короткие сроки рассмотрения заявок, несоизмеримо меньшее, чем в банках, количество требуемых документов, щадящее залоговое обеспечение - вместо залога работает принцип солидарной ответственности, когда срабатывает наш менталитет: в селе все друг друга знают, и здесь не получится смошенничать или сбежать с деньгами. В сельских кредитных товариществах, которые, кстати, сегодня действуют у нас, возвратность кредитов выше, чем в банках, именно из-за солидарной ответственности участников. И главное преимущество кредитных кооперативов в близком расположении, не нужно за кредитами ехать в областной центр.

- Какова роль зарубежных экспертов?

- Во-первых, опыт зарубежных экспертов нужен при разработке методик и учебных программ. Они делятся с нашими специалистами своим опытом организации семинаров, методологией преподавания. Во-вторых, их знания необходимы для обучения наших экспертов, лекторов и консультантов районных палат предпринимателей. Ведь не секрет, что не каждый академик, профессор может быть оратором, и задача зарубежного специалиста - научить их умению владеть аудиторией, передавать аграриям свои знания доступным языком. Из опыта прошлых лет мы знаем, что фермеры попросту уходили из зала, когда ученый начинал им читать лекции на ту или иную тему, поскольку он говорил на одном языке, а фермеры ждали от него другого и на другом, доступном для них языке.

Также зарубежные эксперты необходимы, в первую очередь, для базовых, передовых хозяйств, которые нуждаются в точечных консультациях. Сегодня к проведению семинаров мы привлекли специалистов из Франции, Германии, Австралии, Сербии, Канады, Украины и России.

- Как сами фермеры отнеслись к новшеству? Устраивает ли их подача материала?

- Впечатления у наших фермеров хорошие. У них накопилось много вопросов, они также делились своим мнением, предлагали свои идеи по дальнейшему развитию АПК. Не скажу, что все было гладко, безусловно, возникали какие-то сложности. Но фермерам понравилось именно то, что теоретическая и практическая части семинара шли в одном ключе. Бизнес сам задавал тон, определяя, какие темы актуальны для них, на базе каких хозяйств нужно проводить семинары.

Казахстан > Агропром > kapital.kz, 3 августа 2016 > № 1853813 Толеутай Рахимбеков


Россия. ЮФО > Агропром > zol.ru, 3 августа 2016 > № 1844943 Вениамин Кондратьев

На Кубани поднимут налоговую ставку на заброшенные фермы.

За брошенные фермы придется платить больше. Это предложил губернатор Вениамин Кондратьев. Сегодня в Тимашевском районе глава региона провел заседание Аграрного совета. Подробности — в следующем материале.

Вторая жизнь первого в Тимашевске сахарного завода. Сейчас здесь вовсю идут последние приготовления: заканчивают ремонт и монтируют новое оборудование после трех лет простоя. Масштабные реконструкции оценивает Вениамин Кондартьев.

— Это оборудование будет жить долго, и оно будет делать экономику предприятия.

— Оно высокоэффективное, и эксплуатационные затраты на него значительно ниже. Это экономия газа, экономия угля, камня и экономия рабочей силы.

— Давайте на рабочей силе экономить не будем.

Современные технологии применяют не только на крупных предприятиях, но и в фермерских хозяйствах.

— Легче стало работать на земле?

— Я считаю, что на сегодняшний день все фермеры в крае достаточно окрепли, набрались опыта

— Вы все равно должны подойти к вопросу объединения, стать еще сильнее, еще мощнее. Никто не говорит про прототип колхоза, но скорее современного кооператива, где вы сможете максимально отстаивать свои права, наступать на рынки сбыта. На каких условиях объединиться — это вы будете решать.

Почетный статус лидера в этом году носит весь регион. Общими усилиями небольших фермеров и крупных аграриев в этом году удалось побить очередной рекорд. С полей убрано больше 10 миллионов тон зерна. Теперь важно не сбавлять оборотов по всем позициям, настраивает аграриев Вениамин Кондратьев.

— Имея теплицы, мы сможем конкурировать с турецкими помидорами и огурцом. Сегодня есть дивиденды. Давайте сделаем так, чтобы смогли конкурировать. На что наша страна возлагала надежды, мы доказали. Этот гарант продовольственной безопасности. Рекорд мы выполнили, — отметил Вениамин Кондратьев, губернатор Краснодарского края.

Тем не менее, сложной остается ситуация с животноводством. А это одно из важнейших звеньев цепи сельхозпроизводства, акцентирует внимание глава региона.

— Сельское хозяйство — это замкнутый цикл. И если вытаскиваем одно звено, то цикл весь остановим, — сказал Вениамин Кондратьев.

Тем более никаких послаблений не может быть, если сельскохозяйственная земля или ферма на ней используется не по назначению. В этом случае глава региона предлагает поднять налоговую ставку.

— Они не хотят заниматься, пусть продадут тогда. Давайте поднимем коэффициенты, пусть они тогда платят за них. Поручение подготовьте и начнем с этого. Давайте пристально регулировать вопросы с тем, кто нерадиво распоряжается этими фермами, — предложил Вениамин Кондратьев.

— Мы изменили норму налога на землю, и она увеличена в пять раз, когда земля не используется. Для того чтобы они хотели максимально избавиться от нее. Проект подготовлен и будет рассматриваться. Это одно из направлений, чтобы вовлечь пустующие фермы в оборот, — сообщил Андрей Коробка, заместитель губернатора Краснодарского края.

Кубанские сельхозпродукты сегодня уже действительно стали брендом. И главная задача, которую ставит губернатор перед аграриями, — продолжать держать марку лучших.

Россия. ЮФО > Агропром > zol.ru, 3 августа 2016 > № 1844943 Вениамин Кондратьев


Россия. СКФО > Агропром > agronews.ru, 2 августа 2016 > № 1844392 Римма Дзицоева, Игорь Кадзаев

Комментарий. Северная Осетия: развитие сельского хозяйства пойдет через МФХ и кооперацию.

«Крестьянские ведомости» продолжают цикл рассказов о делах аграриев Республики Северная Осетия-Алания. На этот раз интервью с врио министра сельского хозяйства Риммой Дзицоевой и руководителем региональной АККОР Игорем Кадзаевым, а также репортаж с СПК «Де-Густо».

Солнечный июльский день. На горизонте красуются северные склоны Большого Кавказа, а в садоводческой бригаде сельхозкооператива «Де-Густо» близ села Эльхотово аврал – наступил сезон сбора фруктов. Подъезжали и уезжали фуры с яблоками, грушами, сливами в Москву, Питер, Новосибирск, Екатеринбург… Я подержал в руке наливное яблоко, пахнущее чистой землей, травой, воздухом. Не то, что импортные, смазанные для сохранности каким-то трудно смываемым жирным раствором. Поскольку председатель СПК Алена Кисиева была в отъезде, за нее четко и непререкаемо отвечал бригадир Олег Бидихов:

– Наш кооператив культивирует и предлагает сельхозпредприятиям и индивидуальным предпринимателям посадочный материал абрикоса, персика, нектарина, сливы, алычи и других. Однако мы и сами реализуем фрукты. В 2015 году сдали 2000 т фруктов, в том числе 1500 т яблок. Первые яблоки уходят по 45 рублей за кило (в Москве средняя цена под 100 руб. – Авт.). Проблемы доставляют зарубежные конкуренты из Польши, Бразилии, Сербии, которые переходят нам дорогу на рынках России. Неужели на них нет управы, кто их лоббирует?

Для повышения товарных качеств продукции возводится новое хранилище мощностью до 1500 тонн, в котором фрукты будут сохраняться свежими в течение длительного времени. Кроме того, организация занимается разведением зерновых культур — кукурузы, злаковых, тритикале и прочих. В ближайших планах увеличение посевных площадей до 2265 га по всем видам культур и увеличение их урожайности.

СПК имеет статус российского племенного производителя КРС мясных пород, разводит герефордов. Готовится открытие специализированного центра трансплантации эмбрионов КРС. Эта передовая технология позволит выводить не просто отдельных животных с хорошими показателями, а целые их семейства. Превосходные показатели дают возможность расширять рынки сбыта за пределами Республики. В качестве питания животные получают натуральные корма, например, фуражное зерно, и безопасные комбикорма. Благодаря тому, что корма используются только натуральные, мясо быков очень вкусное.

Легкой походкой к нам подошла изящная женщина. Оказалась врио министра сельского хозяйства Риммой Дзицоевой. Во дворе за столом с чаем и знаменитыми осетинскими пирогами она ответила на все расспросы спецкора «Крестьянских ведомостей» :

– В Республике имеются хорошие условия для развития садоводства, в первую очередь, горного. На пахотных землях желательно выращивать зерновые, овощи, а садоводство уводить в предгорные склоны. И такой опыт имеется, я в прошлом году проводила региональный семинар – весь Северный Кавказ присутствовал. Самое главное достижение: в СПК «Де-Густо» создается промышленный плодопитомник. Здесь есть все для выращивания саженцев. В этом году хозяйство ожидает урожай около 3 тыс. т фруктов. Здесь только треть садов подошла в пору плодоношения. Потенциал – 10 тыс. т. Чтобы удовлетворить потребности населения региона (600 тыс. чел.) необходимо иметь не менее 3000 га продуктивных садов. Сегодня имеем втрое меньше.

И, конечно, надо лучше использовать огромные пастбищные территории в горах – свыше 200 тыс. га горных пастбищ со времен Советского Союза заброшены, неухожены, там нет животных. Надо возрождать горно-пастбищное содержание КРС. Определенная работа проведена – имеется племенной репродуктор по разведению мясной породы скота герефорд и более тысячи голов маточного поголовья вместе с телятами бесплатно 4-5 месяцев пасутся на горных пастбищах. Сегодня, как в былые времена, нет возможности самоходом перегонять скот, так как дороги перегружены автотранспортом – надо перевозить, и КРС перевозится в горы на высоту 1,5-2 тыс. метров над уровнем моря. Это практически курорт для животных, где они оздоровляются на альпийских лугах, пьют родниковую воду.

У нас имеется великолепная зона для выращивания зерна кукурузы. Если в России производят в целом 13 млн т кукурузы, то потенциал Осетии – 1 млн. Технологии известные. Единственное – нет собственной базы семеноводства кукурузы. Семена завозятся из разных регионов, очень много фальсификата. Плюс стоит вопрос реализации кукурузы, которая раньше была востребована алкогольной промышленностью. Нужны серьезные перерабатывающие предприятия. У нас есть проект по глубокой переработке кукурузы в крахмал, но нет финансирования, нет инвесторов. А ведь когда-то действовал крупный маисовый комбинат, крупнейший в Европе.

Что касается переработки, то час назад мы были в рыбхозе «Брут», – заметила председатель АПР, замдиректора АККОР Ольга Башмачникова. – И предпринимательница Зоя Дзодзиева посетовала на отсутствие средств для создания перерабатывающего производства. Из 500 гектаров ее владений 360 – водная гладь. Восемь озер, в половине производят товарную рыбу. В озерах выращивают карпа, толстолобика и белого амура. Сегодня она производит 210 т рыбы, а мощности позволяют 700-1000 т. Я порекомендовала Дзодзиевой связаться с ЗАО «Колакс-М», которое производит заводы и цеха-модули по переработке рыбной продукции. Что вы ей посоветуете?

– Зое Дзодзиевой надо с Рыбоводством скооперироваться, составить бизнес-план для получения грантов. А они немалые – до 70 млн рублей могут предоставить на создание перерабатывающего производства на кооперативных началах. Кооперацию надо поддерживать грантами.

За справедливую передачу земель в аренду

21 июля «Крестьянские ведомости», ссылаясь на сообщение руководителя комитета по имуществу Руслана Тедеева для ТАСС, написали: «Инвентаризация имущества и земель в Северной Осетии выявила, что 428 земельных участков общей площадью 15 тыс. га юридически никому не предоставлены, в Росреестре нет сведений о регистрации и договоров аренды, а на практике оказывается, что большая часть земельных участков обрабатывается».

«За счет земель, выявленных в ходе инвентаризации, удастся решить проблему, которой обеспокоены жители селения Раздзог Правобережного района, будет решен земельный вопрос и для жителей селения Нижняя Саниба, 25 га будут переданы на развитие селения Дзуарикау. Жители этих сел обращались к руководителю республики с просьбой о выделении земли. Оставшиеся земли будут предоставляться в аренду по результатам аукционов, а также предлагаться инвесторам, которым до сегодняшнего дня не могли найти свободные квадратные метры», — подчеркнул Тедеев.

Вот что сказала по этому поводу руководитель Минсельхоза Республики Дзодзиева: «Для того чтобы разобраться в ситуации и исключить в будущем подобные случаи, сделать процедуру распределения земель максимально прозрачной, врио Главы Республики Северная Осетия-Алания Вячеслав Битаров поручил создать в муниципалитетах специальные органы, призванные контролировать справедливость передачи земель гражданам в долгосрочную аренду».

И власти Северной Осетии начали наводить порядок в земельных отношениях. Недавно по результатам проведенной инвентаризации имущества было изъято 300 гектаров земли у недобросовестного арендатора, который не платил земельный налог около пяти лет, задолжав бюджету республики 660 тыс. рублей.

Изъятые земли, относящиеся к сенокосам и пастбищам, переданы в распоряжение местной администрации селения Даргавс, которое относится к числу высокогорных населенных пунктов, где земельный вопрос стоит особенно остро. Даргавс входит в тройку самых известных туристических мест республики, это популярное место для строительства загородных домов. В связи с этим местные жители, практически единственным доходом которых является содержание КРС, не имели возможности вести хозяйство.

По результатам инвентаризации составлено более 100 претензий на расторжение договоров аренды на землю, около 20 из них уже расторгнуты, с остальных недобросовестных арендаторов налог взыскивается через суд. Через суд будет решаться и вопрос нецелевого использования земель, (например, пахотные земли в окрестностях поселка Майское использованы под жилищное строительство и строительство коммерческих предприятий).

Доход в республиканский бюджет от использования земель увеличился в результате принимаемых правительством мер почти в четыре раза. Так, в 2014 году поступления от аренды земли составили 5,7 млн рублей, а в 2015 году — уже 22,7 млн рублей. Посмотрим, что покажет 2016-й?

Ставка на фермеров

Кавказ подо мною один в вышине… Эти лермонтовские строчки вспоминаются на Военно-грузинской дороге, на которой перед таможней в Грузию скопились сотни машин с экспортным российским зерном. Только для коров не существует границ – вижу, как одна буренка бодро шпарит по центру дороги к шлагбауму и погранцы для нее не указ.

Красота сказочная: вверху царственные заснеженные вершины гор и дремучие леса, отвесные скалы и бездонные ущелья, бурные ледяные реки и завораживающие водопады. В десятке шагов шумит Терек. Не хочется говорить о делах, но президент АККОР РСО-Алания Игорь Кадзаев повествует:

– Особенность сельского хозяйства Республики – практически все хозяйства фермерские. Есть, правда, несколько холдингов, но основную продукцию производят КФХ, ЛПХ, ИП. Глава Северной Осетии Вячеслав Битаров уделяет большое внимание фермерству. Грантовая поддержка подстегнула население организовывать ФХ. Заявки на получение грантов поступили от 202 начинающих фермеров. Комиссия допустила к грантам (от 500 тыс. до 1,5 млн руб.) 76 человек. На получение грантов на семейные фермы было подано 30 заявок, допустили к ним – 16.

– Как собираетесь развивать кооперации?

– Это очень нужное дело, но ломаю голову, как подступиться. Я понимаю это так: надо завязать в одно целое производство, переработку и сбыт…

Тут в разговор подключилась Ольга Башмачникова:

– Мы раньше как-то упустили из поля зрения Ассоциацию фермеров Республики, хотели даже исключить ее из состава АККОР. С приходом нового руководителя мы связываем определенные надежды, в том числе на развитие кооперации. Есть хороший опыт развития кооперации в Краснодарском крае, Липецкой области, Башкирии, Татарстане и мы готовы организовать поездки осетинских фермеров в эти регионы для изучения их опыта.

Я двумя руками за это, – откликнулся Игорь Кадзаев. – Потому что надо развеять сомнения некоторых глав КФХ республики: создание кооперативов – это не стремление загнать их в новые колхозы. А именно так превратно толкуют это нужное дело.

– Для этого необходимо проводить разъяснительные семинары, – ответила Башмачникова. – Надо объяснять фермерам, что от вступления в кооператив их юридический статус не меняется, просто они скидываются деньгами на приобретения техники для обработки земли, для переработки или сбыта продукции.

Какую роль отводите фермерским хозяйствам в развитии сельского хозяйства? – этот вопрос спецкор «КВ» в СПК «Де-Густо» задал руководителю аграрной отрасли Республики Римме Дзицоевой и получил такой ответ:

– Это очень серьезный вопрос, потому что земельные участки раздроблены – больших очень мало. Имеется программа поддержки начинающих фермеров и семейных ферм. Считаю, развитие сельского хозяйства должно идти через малые формы хозяйствования (МФХ) и однозначно через кооперации. Потому что покупать современную технику одному фермеру проблематично – нужны ресурсы. То же касается строительства хранилищ, переработки продукции.

Римма Дзицоева отметила: «На долю фермерских хозяйств приходится порядка 70% производимой в Республике сельхозпродукции. Сейчас есть интерес перевести крупные ЛПХ в статус ФХ, чтобы они могли пользоваться господдержкой, рассчитанной для фермеров, для производства молока. По этому поводу собираем начальников управлений, проводим совещания в районах».

Субсидия на 1 л реализации молока в Республике составляет 4 рубля. Это высокий показатель. Правда, погектарная поддержка всего около 600 рублей (её получают 40% хозяйств). Не густо. Возможно, это сдерживает освоение земель.

Процентная ставка для получения кредита в банке равна16%. Руководитель Минсельхоза Республики порадовалась: «На днях получила проект постановления о возмещении банком недополученных доходов, то есть, установление для приоритетных проектов стабильной ставки по инвестиционным и краткосрочным кредитам в 5% с 1 октября 2016 года».

В 2015-м на сельское хозяйство Северной Осетии было выделено 444 млн рублей – меньше предыдущего года. В 2016-м поддержка будет больше – власти Республики на селе решили не экономить, особо уделяют внимание молочному животноводству.

P.S. Аналитик Центра Изучения Молочного Рынка Екатерина Захарова прислала «Крестьянским ведомостям» ТОП-10 российских регионов по размеру КФХ, занятых в производстве молока. Первое место в рейтинге занимает Республика Северная Осетия-Алания. Средний размер КФХ в республике составил 560 коров, средний показатель надоев на корову в КФХ — 5738 кг в год (первое место среди других регионов РФ в 2014 году). Поголовье коров в целом в секторе КФХ республики невелико, всего 2,8 тыс. голов, однако с каждым годом поголовье растет. В 2014 году прирост поголовья коров в КФХ составил 16,7% по сравнению с 2013 годом.

Село Брут – село Эльхотово – Владикавказ Республики Северная Осетия – Москва

Автор: Александр РЫБАКОВ, «Крестьянские ведомости»

Россия. СКФО > Агропром > agronews.ru, 2 августа 2016 > № 1844392 Римма Дзицоева, Игорь Кадзаев


Россия. Весь мир > Агропром > zol.ru, 2 августа 2016 > № 1844171 Константин Бабкин

Константин Бабкин: Универсальный принцип лоббиста.

Вчера Минсельхоз предложил отменить экспортную пошлину на зерно.

Это очень правильно. Производим 106-109 млн т, потребляем 72-74 млн. Излишки нужно продавать, поэтому не затруднять нужно экспорт, а его поддерживать.

Правда, обнулить пошлину Минсельхоз предлагает лишь до середины 2017 года. Это неправильно. Нужно отменить эту дурацкую пошлину навсегда. В США, например, есть специальный закон, который запрещает вводить подобные пошлины.

Говорят: после этой отмены зерно подорожает, пострадают хлебопёки, производители макарон, животноводы, далее по списку.

Отвечаем: давайте посмотрим, в чём реальная причина проблем у хлебопёков, производителей макарон, животноводов?

Может в том, что в России высокие налоги, дорогие кредиты, а рынок хлеба, макарон и продукции животноводства не защищён от неравной конкуренции?

Может, интерес этих отраслей состоит не в том, чтобы держать производителей зерна в подавленном состоянии, заставляя продавать пшеницу по заниженным ценам, а наоборот, в том, чтобы дать им возможность зарабатывать, делать инвестиции, производить гораздо больше зерна, что и послужит базой для развития прочих подотраслей сельского хозяйства и всей экономики?

Некоторые крупные производители зерна, кстати, тоже годами требовали у государства тратить деньги на закупку иностранной сельхозтехники. Это, мол, заставит российские заводы снизить цены, это нам будет хорошо.

Правительство их не послушалось, стало поддерживать российское производство, что привело к развитию сельхозмашиностроения. После недавней девальвации иностранная техника подорожала в два раза, а российская - нет. И сегодня Россия благодаря разумному протекционизму в одной отдельно взятой отрасли обеспечена недорогой сельхозтехникой вполне достойного уровня. Что, в итоге, выгодно и производителям зерна.

Вывод: предлагается всем представителям отраслей следовать следующему универсальному принципу.

Нельзя требовать поставить другую отрасль в подавленное положение, в положение хуже, чем у зарубежных конкурентов.

Продаёт французский фермер пшеницу по мировой цене?

Вот и наш должен.

Поэтому шаг правильный.

Россия. Весь мир > Агропром > zol.ru, 2 августа 2016 > № 1844171 Константин Бабкин


Россия. СЗФО > Агропром > oilworld.ru, 1 августа 2016 > № 1853464 Александр Долгов

Рапс – затратная культура, но рентабельная

Из-за неурожая семян рапса в сезоне-2015/16 на масложировом рынке России установились повышательная ценовая тенденция и жесткая конкуренция между переработчиками. Колебания курса национальной валюты также отразились на внутренних и внешних продажах компаний. При этом наступивший сезон-2016/17 может оказаться наиболее благоприятным ввиду увеличения посевной площади и урожайности.

О том, как работали компании в сложившихся условиях, с какими трудностями пришлось столкнуться в прошедшем сезоне, а также чего ожидают от 2016/17 МГ, согласился рассказать один из владельцев агрохолдинга «ДолговГрупп» Александр Долгов

Справка:

Агрохолдинг «ДолговГрупп» является одним из крупнейших в Калининградской области. В его состав входят сельскохозяйственные предприятия с общим земельным банком около 80 тыс. га, где выращивают пшеницу, кукурузу, ячмень, бобы, многолетние травы, рапс. Также в состав входят комбикормовые заводы, несколько элеваторов, завод по переработке семян рапса, молокоперерабатывающее предприятие в г. Гусев - «Гусевмолоко», молочная фабрика «Нежинская» и птицефабрика «Гурьевская».

- Агрохолдинг «ДолговГрупп» является одним из крупнейших предприятий в Калининградской области. Александр Александрович, как Вам удалось этого достичь?

- За хорошим результатом всегда стоит большая работа и интерес к тому делу, которым решил заниматься. А, если приложить к этому еще и накопленный опыт, команду профессионалов и бизнес-чутье, то рано или поздно результаты твоих трудов будут видны.

- В текущем сезоне в России, по прогнозам аналитиков, ожидается рекордный объем производства кукурузы. Как Вы оцениваете состояние посевов зерновой на ваших полях?

- О качестве урожая следует судить по итогам его уборки. На данный момент все внешние признаки свидетельствуют, что прогноз будет оправдан. Поскольку наша продукция экспортируется и в страны ЕС, то параметры отбора сырья достаточно высоки. При выборе семян для сева отдаем предпочтение отечественной селекции. Однако в случае отсутствия необходимого товара закупаем также импортные семена из Швейцарии и Германии. Соблюдаем все нормы высева. По прошлогодним показателям мы соответствовали этим требованиям. Если погода будет благосклонна и засухи не будет, то и в этом году качество нашей кукурузы должно быть на высоте.

- В ближайшее время начнется уборка рапса. Какой урожай и качество Вы ожидаете в текущем году в целом? Насколько изменились посевные площади под этой культурой за последние 5 лет?

- Если говорить о тенденции посевов рапса, то за последние 5 лет мы выделяли под рапс порядка 6000-7000 га. Но в последние пару лет начали увеличивать площади до 15000 га. Прежде всего, это связано с востребованностью рапсового сырья как на внутреннем, так и на внешнем рынках.

- Насколько изменилась рентабельность производства зерновых и масличных культур за последние несколько лет? Какие факторы способствуют ее изменению?

- В последнее время наблюдается рост потребности как в зерне, так и в рапсовом сырье среди клиентов агрохолдинга. Также многие клиенты проявляют высокий интерес к закупкам продуктов переработки рапса. Нам удалось повысить рентабельность производства в целом по агрохолдингу за счет открытия завода по переработке семян рапса. Благодаря этому мы можем подстраиваться под собственные потребности предприятий (фермы, птицефабрики), входящих в агрохолдинг.

- В распоряжении агрохолдинга находятся элеваторы, используемые для собственных нужд. Планируете ли предоставлять услуги по хранению зерновых и масличных культур в перспективе?

- На сегодняшний день мы выращиваем зерновые и масличные культуры в достаточно больших объемах. За уборочный сезон нам необходимо просушить порядка 150 тыс. тонн (ячменя, пшеницы, рапса, бобов, кукурузы). Поэтому наша первоначальная задача – подработать и просушить весь убранный урожай. Помимо этого, мы еще закупаем сырье у других производителей для собственного производства рапсового масла. Его тоже необходимо принять и подработать. В перспективе при наращивании свободных мощностей, конечно, мы будем предоставлять услуги по подработке и хранению.

- В 2015 году ваша компания открыла завод по глубокой переработке рапса. Чем обусловлено такое решение?

- Рапс – очень затратная культура, но рентабельная. Мы всегда отправляли весь выращенный рапс на экспорт. В 2014 году Россия вступила в ВТО, и одним из условий было введение пошлины на экспорт рапса, поэтому его стало выгодно не экспортировать, а перерабатывать на масло и жмых. Кроме этого, рапсовый жмых является очень ценным сырьем в качестве корма для животных. В собственности агрохолдинга имеются птицефабрика и КРС (крупный рогатый скот). С открытием рапсового завода нам стало проще обеспечивать свои собственные хозяйства качественной кормовой базой.

- Достаточно ли собственного рапса для переработки, и чего ожидаете от данного направления деятельности в 2016/17 МГ?

- В связи с плохой перезимовкой озимого рапса в сезоне-2015/16 мы были вынуждены пересеять 7 тыс. га. В результате для обеспечения завода сырьем пришлось закупить порядка 20 тыс. тонн рапса. По нашим прогнозам, летом 2016 года валовой сбор собственного рапса будет менее 20 тыс. тонн. Максимальная производительность завода составляет 66 тыс. тонн масла в год, но в связи с большим неурожаем культуры в холдинге завод собственными семенами загружен на 100% не будет.

- Изменились ли покупательская активность и объемы реализации рапсового масла и жмыха на внутреннем рынке в 2015/16 МГ? Если да, то с чем это было связано? Каковы Ваши ожидания на 2016/17 МГ относительно динамики потребления продукции?

- Покупательную способность не всегда можно спрогнозировать, все зависит от ценового предложения. Внутренний рынок небольшой, поэтому покупатели одни и те же. Впрочем, альтернатива нашему рапсовому жмыху и маслу только рапсовый или соевый шрот, который предлагает ГК «Содружество». В связи с тем, что Калининградская область невелика, то и потребности в рапсовом жмыхе и масле не так высоки на внутреннем рынке, как на внешнем. На экспорт в страны ЕС идут рапсовый жмых и масло. Относительно ожиданий на будущий год мы, как всегда, строим оптимистичные прогнозы.

- Расскажите, каково соотношение реализации произведенной продукции на внутреннем и внешнем рынках? Какие страны являются основными покупателями продукции на внешнем рынке? Планируете ли расширять географию поставок?

- Из всего произведенного объема рапсового жмыха на внутренний рынок и на собственные потребности приходится около 40%, а 60% идет на экспорт. Относительно масла, то всего 7% идет на внутренний рынок. Мы наблюдаем сейчас интерес со стороны покупателей из «большой России». К нам обращаются многие покупатели, но из-за аренды вагонов, транзита через Литву и Беларусь наша цена становится менее конкурентоспособной по сравнению с ценами местных производителей. Они в шаговой доступности, а за нашим жмыхом надо проехать две границы. Однако, несмотря на сложности, мы готовим несколько крупных контрактов.

- Поделитесь, пожалуйста, видением ситуации на рынке семян рапса в сезоне-2016/17. По Вашему мнению, какие основные факторы будут оказывать влияние на ценообразование?

- Главный фактор при ценообразовании сырья – это затраты на МТР. Это наиболее значительная статья затрат, есть еще много второстепенных. Некоторые товары нам приходится закупать в России и везти через две границы – Беларусь и Литву, в связи с чем происходит удорожание сырья. Кроме этого, нельзя не сказать о влиянии погодных условий. При формировании урожая 2016 года большая часть посевов озимого рапса вымерзла, и нам пришлось все пересевать. Вследствие этого затраты будут очень большими, поэтому и себестоимость сырья возрастет.

- Довольно сложной оказалась в прошлом сезоне ситуация на валютном рынке. Насколько изменилась стратегия ведения бизнеса в условиях высокой волатильности на данном рынке?

- Да, действительно, российский валютный рынок в течение последних нескольких лет характеризуется высокой волатильностью и непредсказуемостью. Номы оказались достаточно подготовленными и устойчивыми к такому развитию событий благодаря той стратегии, которая осуществлялась до начала резких скачков курсов иностранной валюты по отношению к рублю. При управлении нашими валютными рисками мы исходим из особенностей бизнеса группы компаний – порядка 38% выручки группы компаний составляют поступления от экспорта товаров зерновой группы, рапсового масла и жмыха. Кроме того, доля кредитов в иностранной валюте в общем кредитном портфеле группы компаний составляет не более 6%. Пожалуй, это два основных фактора, которые позволяют чувствовать себя достаточно уверенно при «бурях» на валютных рынках. Кроме того, не нужно забывать и об имеющихся инструментах хеджирования валютных рисков, которые также позволяют снижать их при проведении экспортных и импортных операций. Таким образом, стратегия в части управления валютными рисками глобально не изменилась. Мы продолжаем следовать нашим правилам, которые себя неплохо зарекомендовали в 2014 и 2015 годах, вводим новые земли в оборот, увеличиваем посевы пшеницы и рапса, а также с осторожностью оцениваем возможные сроки начала реализации новых инвестиционных проектов.

- Вы говорите о том, что агрохолдинг «ДолговГрупп» внес достойный вклад в развитие сельского хозяйства России и не собирается останавливаться на достигнутом. Поделитесь, пожалуйста, планами компании на будущее. Какие проекты думаете внедрять?

- Мы планируем приступить к вводу самого крупного на сегодняшний день в Калининградской области элеватора (г. Гусев) с возможностью единовременного хранения более 130 тыс. тонн зерна. Уже сдана первая очередь. В Калининградской области в район уже проведен газ, а значит, у нас появится возможность уйти от дизельного топлива, сократив расходы на сушку зерна чуть ли не в 5 раз. Ввод элеватора для нас очень важен, поскольку мы возлагаем большие надежды на урожай зерновых сезона-2016/17, и введенные мощности позволят нам не беспокоиться о состоянии зерна (сушка и хранение).

В настоящий момент продолжается модернизация и расширение площадей Гурьевской птицефабрики, входящей в агрохолдинг и являющейся одним из ведущих сельхозпредприятий Калининградской области.

В будущем году будут введены в эксплуатацию еще две птицефабрики на 124 тыс. мест для продуктивного поголовья и еще зал выращивания на 65 тыс. голов. Ежедневный сбор яиц в результате доведем до 800 тыс. шт.

Осенью 2016 года готовимся к запуску комбикормового завода на территории птицефабрики, который будет на 100% обеспечивать потребности предприятия. А к 2018 году планируем построить элеватор мощностью 40 тыс. тонн единовременного хранения, это еще более упрочит позиции Гурьевской птицефабрики не только на региональном рынке, но и за его пределами. Также мы продолжаем развивать растениеводство – в этом году уже начали подготовительные работы в Зеленоградском районе.

Беседовала Анна Булатова

Россия. СЗФО > Агропром > oilworld.ru, 1 августа 2016 > № 1853464 Александр Долгов


Казахстан > Агропром > kapital.kz, 1 августа 2016 > № 1842360 Николай Щербак

Наша цель - генерировать ресторанам столько прибыли, сколько они зарабатывают в залах

Директор Chocofood.kz Николай Щербак о целях, цифрах и еде

Сервисы заказа еды становятся все более популярны как во всем мире, так и в Казахстане. Сегодня они занимают более 10% от общего рынка заказа еды. Их успех обусловлен удобством использования и значительной экономией времени и денег. Корреспондент центра деловой информации Kapital.kz побеседовал с Николаем Щербак, директором Chocofood.kz, одного из крупнейших игроков данного рынка о том, насколько популярны сервисы по доставке еды в Казахстане, как они зарабатывают и как относятся к критике в свой адрес.

- Насколько активно казахстанцы пользуются сервисами по доставке еды?

- Рынок доставки еды в Казахстане стремительно растет - на 50% в год. Так, в 2014 году рынок доставки еды оценивался в 2,9 млрд тенге, в 2015 - примерно в 4,35 млрд тенге. Вместе с этим сегментом неизбежно растет доля агрегаторов - в 2014 году она составляла 100 млн тенге (3,4% рынка), а в 2015 году - 420 млн тенге (9,6% рынка).

- Какова динамика в кризис? Если у этого бизнеса фактор сезонности?

- Мы не заметили резкого падения спроса с момента девальвации, однако она повлияла на средний чек: если в додевальвационный период он был близок к 5000 тенге, то сейчас составляет 4100-4200 тенге. Между тем, сервисам заказа еды присуща сезонность. Начиная с октября наблюдается высокий рост показателей и продолжается до февраля (в холодные месяцы доставку еды заказывают больше). В выходные заказов на 15-20% больше, чем в будни. Резкий скачок можно наблюдать в праздники - Новый год, 14 февраля, 8 марта, Наурыз. В период поста количество заказов сокращается. Также зависимость наблюдается и от погодных условий - в дождливые дни заказов в среднем на 12% больше, чем в солнечные.

- Какую долю рынка вы сейчас занимаете? Как конкурируете с другими сервисами и с доставкой? непосредственно от самих ресторанов?

- Chocofood.kz занимает около 60% всего рынка онлайн-агрегаторов. Мы ожидаем, что рынок заказа еды составит 7 млрд тенге, а на долю агрегаторов будет приходиться более 1,3 млрд тенге (18% рынка). На рынке есть несколько других подобных сервисов, однако большим нашим преимуществом является то, что мы являемся частью Chocofamily - холдинга, которому доверяют более 900 тыс. казахстанцев. Отмечу, что в процессе доставки есть два или три участника. Это Chocofood.kz, который принимает заказ и передает его ресторану, и ресторан, который готовит блюда и доставляет их. Есть рестораны, у которых нет своей доставки, и здесь появляется третий участник цепочки - служба доставки на аутсорсе, на которой лежит ответственность за качественную и быструю доставку. Мы стараемся оказывать по-настоящему Wow-сервис, отвечая за качество каждого участника из цепочки. Поэтому наши пользователи доверяют нам и остаются лояльными к нам надолго.

- Как вы можете прокомментировать частые претензии к нашему сервису по поводу долгой? и дорогой? доставки?

- Появление сервисов по заказу еды заметно сократило среднюю продолжительность процесса доставки блюд. Благодаря наличию рейтингов заведений (по скорости и качеству блюд) и массовому сбору отзывов, среднее время доставки сократилось с 85 минут в 2014 году до 70 минут в 2015 и почти до 60 минут в 2016 году. Chocofood.kz старается сократить время доставки до 40 минут. Наша цель - освободить время, которое люди тратят на готовку, и разнообразить ежедневный рацион питания казахстанцев. Мы хотим, чтобы рестораны занимались ключевыми вещами - готовили вкусную еду. Мы готовы принимать заказы и обеспечивать быструю доставку благодаря созданию собственной службы. Наша цель - генерировать ресторанам столько прибыли, сколько сегодня они зарабатывают в залах.

Кроме того, мы развиваем ресторанный бизнес. Рейтинг ресторанов, который составляется на основе реальных оценок пользователей по таким критериям как скорость доставки, довольство едой, процент отмены заказов имеет сильное влияние на предпочтения людей. 20% ресторанов, находящихся в топе по рейтингу, забирают 80% всех заказов. Поэтому рестораны стремятся попасть и удержать место наверху, ведь наши заказы генерируют, в среднем, от 15 до 50% всей прибыли по доставке. А некоторым партнерам мы обеспечиваем до 60-70% прибыли по доставке.

Претензии по скорости доставки возникают, но их нельзя назвать частыми. Обычно пользователи думают, что именно Chocofood.kz доставляет еду, тогда как самой транспортировкой блюда занимается ресторан. Как мы с этим работаем? На данном этапе проводим переговоры с ресторанами, в ходе которых стараемся донести важность хорошего сервиса, а в скором времени хотим формировать и собственную службу доставки.

- Как планируете развивать мобильное приложение, какие технологические ноу-хау вы внедряете?

- Более 68% всех заказов осуществляются с мобильных устройств, в том числе на мобильное приложение приходится около трети всех заказов. Полагаю, в течение двух лет 90% всех заказов мы будем получать именно с мобильников, поэтому стараемся следить за трендами и постоянно обновлять приложение. В скором времени внедрим онлайн-оплату и групповой заказ.

- И напоследок, что же предпочитают заказывать казахстанцы: суши, пиццу, шашлык или бургеры?

- 42% всех заказов приходится на пиццу. Японская кухня также популярна - 21% всех заказов приходится на суши. Остальные 37% почти поровну между собой делят заказ фаст-фуда, шашлыков и домашней еды. Часто к заказам добавляют десерты, на них приходится 3-4% всех заказов.

Казахстан > Агропром > kapital.kz, 1 августа 2016 > № 1842360 Николай Щербак


Россия. СЗФО > Агропром. Химпром > kremlin.ru, 29 июля 2016 > № 1839881 Владимир Путин

Посещение компании «Акрон».

В ходе рабочей поездки в Великий Новгород Владимир Путин посетил публичное акционерное общество «Акрон». Группа «Акрон» является одним из крупнейших мировых производителей минеральных удобрений.

Глава государства ознакомился с производственным процессом в цехах компании «Акрон», где запущен в работу новый проект «Аммиак-4».

Кроме того, в режиме видеоконференции Президент принял участие в выводе на проектную мощность горно-обогатительного комбината «Олений ручей» – производственной площадки группы «Акрон» в Мурманской области.

* * *

Выдержки из стенографического отчёта о презентации деятельности публичного акционерного общества «Акрон»

В.Путин: Во–первых, по поводу аграрного лобби. Я встречаюсь с представителями всех отраслей экономики: и с аграриями, и с представителями промышленности, причём всех отраслей промышленности.

Сейчас мы с вами, в этом смысле вы тоже лоббисты отрасли в целом, – не вижу в этом ничего дурного. Наоборот, думаю, что как раз в ходе таких прямых дискуссий мы и выработаем с вами, найдём наиболее оптимальные решения для развития соответствующих отраслей и для их взаимодействия.

Что касается того, что, когда меняются параметры на мировых рынках, меняются и подходы, настойчивость увеличивается тех или иных представителей тех или иных отраслей по поводу соответствующих поддержек либо со стороны других производителей, либо со стороны государства, – это естественно, потому что все сразу смотрят на уровень доходов, если меняются показатели на мировых рынках.

И все говорят: «Они сырьё здесь получают по дешёвым внутренним ценам, а как они продают на мировых рынках по мировым ценам, почему мы должны от этого страдать?» У вас своя логика, у них своя логика, но в целом, если я что–то скажу не так, меня коллеги из Правительства поправят, но в общем Правительство тоже примерно так действует.

Скажем, когда меняются соответствующие параметры на мировых рынках, допустим по нефти или газу, как только доходы компаний увеличиваются, Правительство сразу увеличивает всякие налоги и сборы, чтобы часть дохода изъять в доход государства, в бюджет. Поэтому, если речь идёт о перераспределении этих доходов между отраслями, здесь тоже ничего необычного нет.

Конечно, мы должны минимизировать эти вмешательства. И если мы сможем добиться той цели, которую Вы сейчас сформулировали, а она абсолютно правильно поставлена, именно если мы сможем сделать так, что взаимодействие между отраслями производства будет у нас вестись на системной основе и по максимально рыночным принципам и законам, то это будет идеально.

Во всяком случае, мы будем к этому стремиться и всячески будем в этом помогать. Поэтому тезис о том, что дело не в цене удобрений, а в количестве их внесения, – с ним можно поспорить, потому что количество внесённых удобрений зависит от цены, поэтому здесь всё взаимосвязано.

<…>

Теперь по тем предложениям, которые Вы выдвинули.

Первое – продавать внутри страны по рыночным ценам, но не выше экспортных, это прямо скажем, как–то… С вами торговаться будет крестьянам трудно – не выше экспортных. Экспортные всегда выше, чем у нас внутренние.

Реплика: Внутренние цены сейчас примерно в полтора раза ниже…

В.Путин: Да, мне коллега подсказывает более-менее точную цифру: внутренние цены на удобрения у нас в 1,8 раза ниже, чем экспортные. Поэтому нужно совершенно точно стремиться к рыночному выравниванию. Делать это аккуратно, спокойно, находить механизмы, находить элементы поддержки со стороны государства для сельхозпроизводителей, но не нанося ущерб ни одной отрасли, ни другой.

До сих пор в целом нам это удавалось сделать – думаю, вы со мной согласитесь, – и, надеюсь, так оно и будет дальше, и будем идти именно по этой дороге – рыночного регулирования.

<…>

По поводу собственного терминала в Усть-Луге. Целиком и полностью поддерживаю: чем активнее мы будем действовать в направлении строительства и расширения собственных логистических возможностей, инфраструктуры, тем лучше.

Мы на каждом этапе работы, в том числе и на транспорте, должны, конечно, прежде всего стремиться к тому, чтобы поднимать собственную налоговую базу регионов, где работают наши предприятия, обеспечивать рынок труда новыми высококвалифицированными рабочими местами и так далее. Чего мне перечислять, мы и сами всё прекрасно понимаем.

<…>

Прежде всего хотел бы отметить нацеленность вашей компании, или, точнее сказать, группы компаний «Акрон», на повышение доли высоких технологий в производстве. В принципе, это и так высокотехнологичное производство, но то, что вы сделали в последнее время, радует особенно, потому что это не просто высокотехнологичное производство, это новый шаг, безусловно, для российской промышленности, да и для европейской тоже.

В этой связи очень радует, что вы восстановили проектный институт и собственными силами в состоянии теперь мультиплицировать проекты подобного рода либо расширять их на совершенно новой технологической базе. Это очень здорово. Но и кадровый потенциал, я так понимаю, восстанавливается, новые люди приходят, готовые к такому уровню работы. Собственный проект вы сделали по «Акрону-4», по сути, и это не просто приятно об этом говорить, это ведёт к реальному результату, который выражается в повышении, увеличении эффективности самого производства, что действительно не может не радовать, имея в виду и экологическую составляющую проектов подобного рода, потому что чем меньше газа нужно на единицу произведённой продукции, тем меньше там происходит всех этих химических процессов. И потом, это намного эффективней, это повышает производительность и все другие показатели. Это не может не радовать, просто это очень здорово.

Третье, на что хотел бы обратить внимание. На то, что, несмотря на все сложности с финансированием, о которых вы сейчас говорите, всё–таки за последние годы компания проинвестировала очень большой объём средств, это пять миллиардов долларов, – это очень солидные инвестиции, и хочу вас с этим поздравить.

Не менее важно, что само производство хотя и считается таким, которое требует особого внимания с точки зрения соблюдения экологических стандартов, но как раз вам это удаётся сделать. И это ещё одно достижение, это очень здорово. Потому что нужно не только создавать рабочие места, но всегда думать о среде обитания и для тех людей, которые работают на производстве, и для тех людей, которые рядом живут. И это как раз тот случай, когда вы об этом подумали.

И наконец, решение социальных задач в рамках довольно большой группы и то внимание, которое вы уделяете решению социальных задач, не может не радовать и не может не вызвать желание мультиплицировать практику подобного рода.

Так что большое спасибо. Желаю вам успехов.

Россия. СЗФО > Агропром. Химпром > kremlin.ru, 29 июля 2016 > № 1839881 Владимир Путин


Россия. ЦФО > Агропром > kremlin.ru, 28 июля 2016 > № 1839869 Владимир Путин, Александр Ткачев

Совещание по развитию сельского хозяйства Центрального Нечерноземья.

Владимир Путин провёл совещание о мерах по развитию сельского хозяйства Центрального Нечерноземья.

Перед началом совещания глава государства ознакомился с продукцией Дмитрогорского мясоперерабатывающего завода.

* * *

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги!

Мы сегодня с вами поговорим о мерах по развитию сельскохозяйственного производства Нечернозёмной зоны, нечернозёмных регионов Центральной России.

Сейчас только что с коллегами посмотрели здесь одно хозяйство. Очень хорошее, интересное – я бы сказал, перспективное и так быстро и эффективно развивающееся, что просто это не может не вызывать удовлетворения. Начали здесь совсем недавно, практически десять лет назад; по меркам сельхозпроизводства уже превратились… – когда начали?

Реплика: С 2006 года.

В.Путин: За десять лет получилось хорошее, полноценно и эффективно развивающееся хозяйство.

Напомню, что из 18 регионов Центрального федерального округа 12 относятся к Нечерноземью: это Тверская, Ярославская, Владимирская, Брянская, Калужская, Рязанская, Тульская области, а также Ивановская, Костромская, Московская, Орловская и Смоленская.

Безусловно, в сравнении, например, с Кубанью или Доном условия для земледелия в Центральном Нечерноземье менее благоприятные. Несмотря на это, территория обладает большим потенциалом.

Среди конкурентных преимуществ, мы сейчас только с исполняющим обязанности Губернатора об этом говорили, близость к крупным рынкам сбыта — традиционно хорошее условие для развития животноводства и переработки сельхозпродукции.

И конечно, эти преимущества нужно использовать, повышать эффективность тех направлений сельского хозяйства, которые гарантированно принесут отдачу. Некоторые регионы уже ведут такую работу: программно выделили приоритеты аграрной политики, предусмотрели меры поддержки и привлекли инвесторов, что очень важно, для реализации масштабных проектов. Так, в Брянской, Калужской, Орловской, Смоленской и Тверской областях построили крупные мясо-молочные и тепличные комплексы.

На такие позитивные примеры, конечно, нужно ориентироваться. На одном из этих комплексов мы и находимся. Мы отметили в ходе того, как посещали это хозяйство, что лет десять назад не только здесь, да и по всей стране, наверное, поискать было таких хозяйств. Их практически и не было у нас.

Уверен, есть резерв для роста эффективности АПК для ввода новых производственных мощностей и в других регионах Центрального Нечерноземья. Государство продолжит оказывать вам необходимую поддержку, хочу это отметить. Только в текущем году на мероприятия по развитию сельского хозяйства в Центральной нечернозёмной зоне запланировано направить 23 миллиарда рублей, это на три миллиарда больше чем годом ранее: в 2015-м было около 20 – 19,8 миллиарда.

Напомню, что деньги выделяются в рамках государственной программы развития сельского хозяйства с общим объёмом финансирования 224 миллиарда рублей. Важно обеспечить эффективное использование этих ресурсов, в том числе нужно совершенствовать механизм субсидирования сельскохозяйственных производителей, делать это более понятным, прозрачным способом, своевременно доводить средства до конкретных получателей, тщательно контролировать, безусловно, как расходуются эти деньги, следить за тем, чтобы деньги не уходили на проекты, не способные приносить результат.

Сегодня хотел бы поговорить с вами на тему о том, какие шаги для этого нужно предпринять. Остановлюсь на некоторых ключевых вопросах.

Первое, что касается растениеводства. Чтобы повысить эффективность отрасли, нужно внедрять современные технологии, активнее проводить мелиоративные работы, позволяющие повысить урожай, а также вводить в оборот сельхозземли, которые не используются по целевому назначению. Напомню, эта тема поднималась и в Послании 2015 года.

Здесь, так же как и в других секторах экономики, конечно, нужно привлекать инвесторов, прежде всего, конечно, частных инвесторов, наладить хорошие конструктивные отношения с финансовыми учреждениями. Необходимые законодательные условия также сформулированы, имея в виду оборот сельхозземель. Прошу региональные власти идти навстречу сельхозпроизводителям, не создавать излишних трудностей с оформлением соответствующих документов.

Тоже хотел бы напомнить, что у нас в целом по России не используются по целевому назначению более 12 миллионов гектар сельхозугодий. Только здесь в области, где мы находимся, 2,8 миллиона гектар, неиспользуемые пашни, пригодны для ведения сельского хозяйства и не пущены пока в оборот.

В этой связи хотел бы вернуться ещё раз к тому, что только что сказал, имея в виду нормативное обеспечение этой работы. Вы знаете, что законодатель принял решение об изъятии: 3 июля сего года приняты поправки в законодательство, которые предусматривают возможность изъятия земельных участков в случае их неиспользования в течение трёх лет по целевому назначению, и в течение года затем новый собственник должен ввести их в сельхозоборот.

И здесь очень важно, чтобы не создавались искусственные сложности при этих действиях нового собственника. Нельзя допустить, чтобы человек или хозяйство получило сельхозземли для введения в оборот, у него год всего для того, чтобы это сделать, – и он не должен год бегать по кабинетам и оформлять бумаги. Наоборот, вы должны сделать всё, чтобы это было быстро, эффективно, качественно. Но и финансовые учреждения должны подключиться для того, чтобы обеспечить соответствующее финансирование.

И ещё. При возделывании новых земель особое внимание нужно обратить на те культуры, которые климат Нечерноземья позволяет выращивать наиболее успешно. Среди них, вы сами знаете, картофель, лён, кормовые и масличные культуры.

Второе. Важно наращивать глубокую переработку сельхозпродукции. Причём не только вводить новые перерабатывающие мощности, но и обеспечивать их нормальную загрузку. Например, в настоящее время из–за нехватки сырья у нас нет загруженной производственной мощности по переработке в масло семян. Но у нас производственные мощности позволяют перерабатывать до 20 миллионов тонн сырья, а Россией производится всего 14 миллионов тонн. И это при том, что растительное масло, как и зерно, являются ценным экспортным товаром. Отмечу, кстати, что в этом сельхозгоду Россия заняла первое место в мире по экспорту пшеницы. Это очень хороший результат наших сельхозпроизводителей: 24,6 миллиона тонн против 21 миллиона тонн в 2014–2015 годах.

Считаю, что хорошая перспектива по укреплению своих позиций на внешнем рынке есть и у наших производителей растительных масел, о чём я уже говорил.

Третье. По–прежнему достаточно остро стоит вопрос с развитием тепличного овощеводства. Проблема не новая, но она, к сожалению, решается очень медленно. Например, в Центральном Нечерноземье валовой сбор овощей в 2015 году увеличился на шесть процентов, в том время как производство тепличных овощей снизилось на 13,7.

В прошлом году я уже давал поручение разработать и внедрить механизмы, предусматривающие возможность снижения стоимости или компенсации части затрат на электроэнергию в сфере тепличного овощеводства. И хотел бы сегодня услышать, что в этом отношении делается.

Теперь, что касается животноводства. За последние 10 лет во многом благодаря весомой государственной поддержке было обеспечено ускоренное развитие свиноводства и птицеводства. Мне было сегодня приятно услышать от руководителя хозяйства, что принятые нами решения и внедрение программы развития сельхозпроизводства в 2005 году позволили начинающим хозяйствам сделать первые шаги и развиться до сегодняшнего состояния. Достаточно сказать, что уровень самообеспеченности, например, по свинине и мясу птицы вырос с 60 до 95 процентов, это реально очень хороший результат.

В 2015 году впервые за долгие годы нам удалось достичь и даже превысить порог доктрины продовольственной безопасности по мясу. Доля отечественной мясной продукции, в целом мясной продукции достигла в общем объёме ресурсов 88 процентов. Даже по этой доктрине, о которой я упомянул, цель ставилась 85 процентов.

К сожалению, в мясном и молочном скотоводстве, имеется в виду прежде всего КРС, конечно, такой позитивной динамики пока нет. Считаю, что именно эти направления должны стать якорными для развития регионов Центрального Нечерноземья, и хотел бы повторить, для этого здесь есть все возможности: обширные земельные ресурсы и кормовая база.

В этой связи прошу проработать механизмы повышения эффективности молочного и мясного скотоводства в Центральном Нечерноземье, стимулировать привлечение фермеров в эти секторы. В частности, предлагаю рассмотреть возможность увеличения размера грантовой поддержки начинающим фермерам в сфере молочного и мясного скотоводства с 1,5 до 3 миллионов рублей, а семейных животноводческих ферм – с 21 до 30 миллионов рублей.

Давайте подробно об этом всем поговорим. Слово Министру сельского хозяйства Александру Николаевичу Ткачёву.

А.Ткачёв: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

В нечернозёмных регионах Центральной России действительно менее благоприятные условия для производства зерна, чем на Юге России, но есть, конечно, и преимущества. Как Вы отметили, это хорошие сенокосы, пастбища для скота, а значит, есть условия для развития животноводства. Тем не менее климат Нечерноземья, с достаточным количеством осадков (у нас не везде, не во всех регионах преобладают осадки), благоприятен и для овощеводства. Специалисты считают Нечерноземье зоной гарантированного урожая даже в самые засушливые годы. Благодаря органическим и минеральным удобрениям нечернозёмные почвы становятся вполне плодородными и способны давать хорошие урожаи.

Хочу отметить, уважаемый Владимир Владимирович, земли этой русской равнины очень похожи на земли соседней Белоруссии – Белоруссия, Смоленск, Брянск и так далее, – которые за последние 10 лет, хочу отметить, существенно преуспели в производстве зерновых и животноводческой продукции, особенно молока. То, о чём сейчас Вы ставите задачи, мы это непременно сделаем и выполним. Но белорусские коллеги начали осваивать, конечно с учётом их ограниченности в земельных ресурсах, те земельные ресурсы, которые у них есть, и сделали серьёзные подвижки. Нам есть чему у них учиться на сегодняшний момент.

В Белоруссии поголовье крупного рогатого скота на 100 гектар сельхозугодий в пять раз выше, чем в России. Аналогичная ситуация в свиноводстве. Белоруссия производит в три раза больше молочной продукции на душу населения в год, чем мы.

О чём говорят эти цифры? Это нереализованные возможности регионов Нечерноземья. То есть практически мы здесь и по площади, и по нашим ресурсам, возможностям имеем примерно такой же потенциал. И конечно, нам нужно пересматривать подходы по развитию сельского хозяйства в округе и определить точки роста.

Хочу напомнить и хочу поблагодарить Вас, действительно, за своевременность этого совещания, ведь в советское время на самом деле в Нечерноземье была целая большая государственная программа, очень большое внимание и поддержка. И были, безусловно, другие результаты. И сегодня пришло время поднимать эти субъекты Российской Федерации, которые, как я уже говорил и Вы в своём выступлении, имеют колоссальный потенциал.

Хочу напомнить, что за 25 лет, с 1990 года, посевная площадь регионов Центрального Нечерноземья сократилась в два раза. В шесть раз или на два миллиона тонн снизилось производство озимой ржи. Рожь здесь всегда доминировала. В основном рожь шла на переработку на спиртзаводы, а также на хлебопекарные предприятия.

Сейчас потребности в увеличении посева озимой ржи уже нет, поскольку спиртзаводы закрыты, а её перепроизводство приводит, естественно, к резкому падению цен. Теперь пришла пора менять структуру севооборота.

Условия Нечерноземья, как Вы отметили, Владимир Владимирович, позволяют выращивать масличные культуры: рапс, рыжик, лён масличный и даже соя. Производственные мощности по переработке масла семян в настоящее время недозагружены, поэтому потенциал развития существенный.

На сегодняшний день заводы по переработке растительного масла могут перерабатывать до 20 миллионов тонн сырья, а в России производится масличных культур только 14 миллионов, то есть излишние мощности. То есть 6 миллионов – это наш резерв. И здесь, в Центральной зоне, мы можем как раз это производить.

Многие сельхозтоваропроизводители уже делают ставку на масличные культуры, в том числе и в Центральном регионе. За 25 лет производство рапса в нечернозёмных регионах существенно выросло, то есть практически в 14 раз.

При проведении мелиоративных работ и соблюдении всех агротехнических технологий мы можем получить хороший урожай кормовых культур – овса, ячменя и многолетних трав – клевера и люцерны. Это, конечно, для заготовки кормов для крупного рогатого скота.

В 1990 году площадь кормовых культур в Центральной Нечернозёмной зоне превышала шесть миллионов гектар. За эти годы она сократилась в два раза.

За 25 лет в три раза снизилось производство исконно русской и традиционной для Центрального Нечерноземья культуры – льна-долгунца, который продолжают выращивать, кстати, сельхозтоваропроизводители Брянской, Костромской, Смоленской, Тверской, Ивановской, Московской и Ярославской областей. Здесь доминирует, конечно, Тверская область, они молодцы, можно здесь брать за основу и дальше двигаться по другим субъектам.

Минсельхоз осуществляет поддержку производства льна-долгунца, выделяя средства из федерального бюджета на реализацию экономически значимых региональных программ в этом направлении.

С учётом близости регионов Центральной России к Москве, а значит, к рынкам сбыта, которые входят в двадцатку крупнейших потребительских рынков в мире, необходимо активно наращивать производство овощей для замещения импорта.

Картофель даёт хороший урожай на торфяных почвах. Увеличивая посевные площади под картофелем в два раза, Нечерноземье может стать картофельным огородом Москвы и существенно нарастить доходы селян.

В прошлом году производство картофеля в Нечернозёмной зоне уже выросло на 22 процента, а производство овощей – на 6 процентов. То есть программа импортозамещения в этом направлении работает. Кстати, в рамках её реализации мы предусмотрели меры, направленные на увеличение мощностей по хранению овощной продукции, – тоже ключевая позиция.

Помимо субсидирования и кредитов государством также предусмотрена новая мера поддержки – компенсация 20 процентов затрат на строительство овощехранилищ. Этим активно пользуются Московский регион и Калуга.

На сегодняшний день в 12 регионах Нечерноземья функционирует более 500 хранилищ плодоовощной продукции общей мощностью на два миллиона тонн. Это только на две трети закрывает потребности. Дефицит мощностей ещё на миллион тонн, все должны об этом знать. У нас есть меры и инструменты поддержки. Конечно, этим надо заниматься.

В ближайшие два года планируется построить хранилищ примерно на 250 тысяч тонн. Строительство хранилищ в достаточном объёме позволит снимать излишки продукции с рынка, поддерживая справедливую цену и обеспечивая потребителей свежей овощной продукцией в несезонный период.

В прошлом году Минсельхозом также отработано для оказания господдержки 25 инвестиционных проектов, направленных на создание и модернизацию тепличных комплексов, из них пять проектов в Центральном Нечерноземье. Их реализация даст прирост производства тепличных овощей на 15 тысяч тонн. Но надо сказать, что в прошлом году в Нечерноземье зафиксировано падение на 14 процентов, а в целом по стране, наоборот, фиксируется рост производства овощей.

Надо увеличить производство тепличных помидоров и огурцов на 30 тысяч тонн ежегодно, в том числе для этих 12 субъектов Российской Федерации, центра. Конечно, это даст прирост, безусловно, – 200 тысяч тонн мы примерно посчитали, – чтобы через пять лет полностью заместить импортные овощи в Центральной России, Естественно, в Московском регионе эту работу необходимо сделать.

Ускоренному развитию этого направления препятствуют высокие тарифы на электроэнергию, поскольку тепличные комплексы относятся к числу наиболее энергоёмких производств. По Вашему поручению, Владимир Владимирович, мы направили в ведомства предложения оптимизировать затраты сельхозтоваропроизводителей на электроэнергию, но наши предложения не поддержали, хотя такая льгота не стала бы существенной нагрузкой для энергетики, поскольку сельское хозяйство потребляет лишь 1,5 процента в общем котле. То есть речь идёт, конечно, о перекрёстном субсидировании, и нам, безусловно, для тепличных комплексов нужен льготный тариф. Хочу напомнить, что в промышленности, особенно в металлопереработке, тариф – порядка 35 процентов, у нас, у селян, – от 2 до 6 процентов в разных территориях.

Нельзя сбрасывать со счетов и богатые леса Центральной России. Это своего рода «витаминный пояс» здоровья округа. Прошу обратить внимание глав регионов на возможность получения фермерами грантовой поддержки на выращивание или сбор ягод: клюквы, брусники, земляники, малины, черники.

Сегодня мы с вами пробовали местный йогурт из прибалтийской клюквы. Я абсолютно убеждён, что в следующем году, ближайшие два-три года, конечно, мы активно будем заниматься и производством, и сбором этих культур, и, конечно, переработкой.

Более того, я хочу с грустью констатировать о том, что Россия импортирует только одних грибов на два миллиарда долларов – где, как принято говорить, грибов как грязи. А импортируем, потому что нет промышленной основы, промышленного производства. Конечно, я буду просить Вас о том, что мы должны переработку грибов…

В.Путин: Импортируем грибов?..

А.Ткачёв: Да, на два миллиарда долларов из других стран, в том числе из Белоруссии, раньше из Польши очень много завозили.

В.Путин: Водку на клюкве, я смотрю, производят, а йогурт почему–то на своей клюкве нельзя произвести. Нужно завезти обязательно клюкву из–за границы.

А.Ткачёв: А потому что нужна промышленная основа, производство, высокие технологии. А так, понимаете, и грибы потребляют и собирают местные жители. То есть то, что съели, закрутили и забыли. А для больших городов, для промышленных центров России, конечно, нужна промышленная основа, высокие технологии, естественно: качество, хранение и так далее.

Эти меры, которые мы сегодня будем оговаривать, в том числе мы должны сделать ставку на Нечерноземье. Потому что мы здесь тоже сотни миллионов долларов точно тратим на покупку: и повидло, и всё что угодно – это всё импорт. В самолётах небольшие стеклянные расфасовки, банки и так далее. С прошлого года мы также поддерживаем развитие кооператива по заготовке и переработке такой продукции.

Развитие растениеводства по перечисленным мною направлениям возможно только при условии активной работы по четырём направлениям.

Первое – возвращение пустующих земель в сельхозоборот. Хочу поблагодарить Вас, Владимир Владимирович, действительно благодаря вашей позиции этот уникальный закон… Сам работал в регионе и видел, особенно возле больших центров, городов земля просто разбазаривалась, разбирались сельхозугодия. Потом ждали наилучших времён, когда она перейдёт в поселение и на этом делать уже бизнес, продавая уже втридорога и так далее.

Сегодня этот закон позволяет Россельхознадзору вместе с субъектами изымать – естественно, через суд – и на конкурсе передавать в эффективные руки. Мы максимально закрыли все лазейки (раньше переписывали на родственников, потом ещё что–то) для того, чтобы действительно мы включили в оборот миллионы гектаров земли, которые будут нам давать зерно, другие культуры и так далее.

Конечно, проведение осушительных и мелиоративных работ, особенно здесь, для Нечерноземья, это высокоактуально. Дальше. Комплексное агрохимическое оздоровление почвы – это раскисление. Именно здесь проблема эта существует. И, конечно, обновление парка сельхозтехники.

На сегодня площадь неиспользуемой пашни в регионах Центрального Нечерноземья составляет четыре с лишним миллиона гектаров, и при этом почти треть не использовано пашни, пригодной для ведения сельхозоборота. То есть практически три миллиона, бери – не хочу. Но для этого, конечно, нужен комплекс мер, и об этом я буду сейчас говорить.

Чтобы вовлечь в оборот земли, нам нужны дополнительные средства. К сожалению, без денег мы не сможем. Но я уверен, что вложения окупятся сторицей.

Недавно я посещал Алтайский край, Ростовскую, Саратовскую, Калининградскую области. Там схожие проблемы. У нас вообще в России, конечно, дефицит влаги – совершенно очевидная проблема, и её решать можно только способом мелиоративных работ, как, собственно, решается во всём мире. На всё про всё у нас с вами семь миллиардов рублей, и только из них два миллиарда непосредственно на ремонт, модернизацию сети мелиоративной – всё то, что, в общем–то, будет давать большую воду на суходолы и так далее. В том числе регионам Центрального Нечерноземья было выделено 420 миллионов рублей. В целом по России это позволяет охватить, эта сумма средств на мелиорацию, средствами господдержки порядка пяти процентов от общей площади мелиорируемых земель. То есть условно у нас несколько миллионов, и только пять процентов мы сегодня используем и поливаем – условно с влагой.

Хочу привести пример. В Соединённых Штатах мелиорируемых земель 40 процентов – от пашни, у нас – 6 процентов, в Китае – 55 процентов, в Германии – 45 процентов. Китай производит 508 миллионов тонн зерна, мы – 105, Америка – 435, Индия – 236, потому что практически в половине работает мелиорация активно.

Вот опять же пример Саратова. Летишь – пустыня, земли практически чернозём, не настолько хуже, чем на Кубани, но как только работает мелиорация, только подаём воду, капельное орошение, кукуруза – 80 центнеров, соя – 40 центнеров. То есть это практически Айова. Но, к сожалению, без мелиорации они это сделали, но это сделали ещё 30–40 лет назад, когда у нас не было ни сил, ни возможностей. Но это вложения, которые изменят Россию. И, конечно, 200 миллионов тонн зерна для нас – это абсолютно нормальная позиция, это то, что укрепит нашу страну экономически прежде всего и даст возможность укрепить благосостояние наших крестьян.

На территории 12 регионов Нечерноземья площадь (подчёркиваю, у нас 7 миллиардов всего, из них 2 только идёт), конечно, нужно увеличивать кратно, хотя бы в два раза эту цифру и, конечно, бить точечно: Калининград, Нечерноземье – везде. Здесь раскисление, там, наоборот, переувлажнение, там – недобор влаги.

У нас в советское время было Министерство мелиорации, и они чем–то занимались, огромные ресурсы осваивали. Нам бы восстановить то, что было, это уже мы качественно поменяем жизнь тех отдалённых территорий, где мы говорим: это бесперспективно. 120 мм осадков – там ничего не растёт. Действительно, 120 – это ноль. 5 центнеров, 10 центнеров с гектара – это ни о чём. А там может расти 30–40 центнеров. Вот у него 50 центнеров, потому что он занимается практически сам за свои средства каждым клочком, и понятно, что он землю восстановил, и она здесь. А кто–то рядом с ним 20 центнеров получает.

К 2020 году надо ввести в сельхозоборот дополнительно 20 процентов, или 200 тысяч мелиорируемых сельхозземель, которые сейчас с учётом климата Нечерноземья просто заболочены. Это позволит в два-три раза повысить урожайность зерновых на этих землях – с 15 до 40. Это революция, мы просто не узнаем свою страну или по крайней мере эти регионы.

Это касается и овощей. Справочно: в Саратовской области мы проводили эксперимент. Это не теория, это жизнь. Без полива урожайность лука – 120 центнеров, то есть 1 тонна 200, огурцов – 8 тонн, а с капельным орошением урожайность вырастает в 10 раз и на помидорах, и на огурцах, в том числе на других культурах. Для этого нужно удвоить объёмы господдержки, то, о чём я говорил.

Ещё одна составляющая – это агрохимическое восстановление плодородия почв. Это очень актуально для этих земель. По примеру Белоруссии в том числе надо на постоянной основе проводить известкование и фосфоритование почвы. Это снижение кислотности, потому что при такой структуре почвы мы здесь ничего доброго не получим.

За последние 25 лет внесение удобрений в нечернозёмных регионах сократилось в 2,5 раза, что ведёт естественно к истощению почв. А что мы хотим? Мы ничем не кормим, плодородие снижается – конечно, и урожаи, в том числе вместе с ним, а отсюда и уровень жизни, и зарплаты, и доходы, и налоги, и так далее.

Минсельхоз готов пересмотреть подходы по распределению несвязанной поддержки в растениеводстве для эффективного распределения средств, учитывающих показатель по внесению минеральных удобрений, то есть через погектарную поддержку.

При распределении средств у нас была ситуация абсолютно абсурдная. Мы на Юге давали больше средств, чем на Дальнем Востоке, в Сибири и так далее. Там и так всё неплохо, а мы туда ещё денег. То есть, наоборот, сюда переведём потоки погектарной поддержки; естественно, в том числе и Сибирь получит, и все те, кто нуждается в этом для того, чтобы улучшить плодородие.

Благодаря поддержке государства за последние два года мы увеличили темпы обновления парка сельхозтехники. Если до введения санкций в общем объёме закупок на 40 процентов отечественной сельхозтехники приходилось 60 процентов импортной, то уже в этом году доля закупок отечественной техники выросла на 15 процентов, соотношение: уже 55 процентов – отечественная, и 45 – импортная. Но это касается только тракторов и зерноуборочных комбайнов.

А у нас, допустим, ситуация плачевная по машинам по обработке садов, всё это импортное, виноградарство – в том числе только импортное. А здесь, в Нечерноземье, нужно меры, которые, собственно, и предприняли наши коллеги из братской республики, а именно нужна специализированная техника. Она, в общем–то, производится у них в том числе.

В ближайшее время мы планируем, если Вы поддержите, подготовить предложения по закупке такой техники с господдержкой в рамках действующих правил по субсидированию – 1432, где скидка должна быть не ниже от 30 до 50 процентов. Потому что это тяжёлая техника, дорогая, это техника, которая может выкорчёвывать берёзы, сосны, которые выросли уже на наших пахотных землях, и, собственно, отвоёвывать у леса плодородную землю, и на ней уже, естественно, выращивать урожаи и так далее.

И создавать типа МТС – вот наши предложения – в регионах. Естественно, это частно-государственное партнёрство, но мы должны существенно финансировать, и тогда это будет выгодно, это будет интересно, и бизнес займётся раскорчёвкой этих земель.

В развитии животноводства в регионах Центрального Нечерноземья в целом отмечается позитивная динамика. За последний год удалось существенно нарастить производство мяса, птицы и свинины, Вы об этом говорили. В целом по округу сохраняется устойчивый рост по этим направлениям животноводства в пределах пяти процентов к прошедшим годам.

Более подробно хочу остановиться на развитии свиноводства, поскольку стабильному функционированию этой отрасли в округе угрожает африканская чума свиней. Именно хочу сказать, здесь, в Центральном округе, потому что за последние годы «африканка» зарегистрирована в 42 регионах России, особенно вирус получил распространение в Центральной России, в Поволжье, на Юге и Северо-Западе России.

Регионы Центрального Нечерноземья производят 10 процентов от общего производства свинины в стране. Это очень много, это существенная доля. Свиноводство ориентировано как на обеспечение внутренних потребностей, так и на экспорт продукции. И темпы экспорта с каждым годом растут. Так за пять месяцев текущего года экспортировано в пять раз больше, чем в прошлом году.

Владимир Владимирович, Вы нас поддерживали в Китае, и мы сегодня боремся, весь мир борется за рынки Китая, потому что у нас скоро будет перепроизводство свинины. У нас есть два пути. Или мы останавливаемся, а значит, сокращаем бизнес. Людям уже понравилось: у него миллион голов – он хочет два миллиона. Это же рабочие места, здесь же производственная база, производство, налоги. А для чего нам нужен экспорт? Для того чтобы Китай, Иран, страны Персидского залива – и не только свинины, но и птицы, говядины и так далее.

В.Путин: С Ираном Вы загнули, и Персидский залив.

А.Ткачёв: Я по птице и говядине сказал.

Так вот Китай на переговорах выставляет нам абсолютно объективные условия: «Коллеги, у вас есть в регионах африканская чума, мы не можем себе позволить». А у них, хочу проинформировать, в Китае 430 миллионов поголовье свиней ( у нас в России — 24 миллиона, и мы уже практически подбираемся к удовлетворению потребления) – 430 миллионов. И конечно, если этот вирус попадёт, – понятно, у них же плотность населения, плотность животных очень высокая – конечно, это может просто угробить им эту отрасль. И не только китайцы – все.

И если мы не наведём порядок у себя в стране в этом смысле, то, конечно, мы никогда не выйдем на экспорт, мы просто обречены, и Евросоюз рано или поздно, и все остальные. Этот аргумент будет доминировать и будет ключевым для нас. И конечно, у этой проблемы две проблемы, если так можно высказаться. Это источник вируса. Чаще всего выступают дикие кабаны и домашние свиньи. Это, кстати, мировая практика, это тенденция. Если страны с этим справились, то, собственно, они и занимаются промышленным производством свинины. Недопустимо закрывать глаза на дальнейшее распространение вируса в охотхозяйствах, в личных подворьях, оберегая частные интересы и ущерб целой отрасли.

Хочу напомнить, что при Вашей поддержке за последние 10 лет в свиноводство вложено более 350 миллиардов рублей. Я сам был свидетелем, когда работал в регионе: мы потеряли более 100 тысяч поголовья. Плотность населения большая на Кубани; естественно, перемещения, потоки, курорты; вирус: одно животное болеет – сразу выбивается комплекс в 50 тысяч голов. И ты ничего не сделаешь, потому что не лечится во всём мире. Это страшная беда. Конечно, я понимаю, как дрожат коленки и у него, и у всех, потому что это всё вокруг и рядом ходит, через дорогу; неизвестно, когда это может случиться, и он может потерять бизнес – вот что такое африканская чума.

И, естественно, нам нужно – и Россельхознадзору, и Минприроды, потому что в ведении Минприроды находится охота, – принять меры по депопуляции, то есть сокращению дикого кабана, а также на особо охраняемых природных территориях федерального и регионального значения. И мы предлагаем опять же общемировую практику, потому что все остальные уговоры, рекомендации не работают.

Нужно запустить следующий механизм – стимулирование, то есть платить за каждую тушу кабана, и особенно платить больше за маточное поголовье. Тогда мы сократим насыщенность, и заболевания будут менее распространяться, и деньги на это относительно небольшие – условно порядка 200–300 миллионов рублей. Мы готовы найти средства, но по–другому мы не приведём в чувства ни тех собственников этих угодий, и, естественно, у каждого есть свои причины, это не болит, как у большинства. То есть у большинства не болит, поэтому не чувствуют эту проблематику.

Конечно, по ЛПХ тоже болезненная тема. И у нас, к сожалению, в 90 случаях распространение АЧС – это в личных подсобных хозяйствах. У нас, в том числе здесь, мягко говоря, бардак, потому что можно иметь в ЛПХ и 100 голов, и 200 голов, там ни учёта, ни дисциплины, ни регистрации в поселениях. Естественно, ветврач не может зайти, никакие рекомендации… Конечно, абсолютно бесконтрольно перемещаются грузы. Поэтому у него сдохли свиньи, он тут же прикопал: «А у меня ничего не было». Каждый, естественно, покрывает. Мы каждый день фиксируем вспышки АЧС.

Поэтому какой там экспорт! Нам бы своё поголовье удержать, которое сегодня существует. Поэтому, Владимир Владимирович, мы готовим ряд естественно объективных мер, которые, конечно, добросовестных собственников не ущемят. А тех, кто не хочет выполнять правила и, собственно, живёт лишь бы набить карман, то, конечно, они будут способствовать наведению здесь порядка.

Хочу ещё раз подчеркнуть, потенциал развития нечернозёмных регионов заложен в мясном и молочном скотоводстве. Многие регионы Центральной России: Тверская, Брянская, Калужская, Смоленская, Тульская – доказали это на своём примере, это перспективные точки роста. За последние пять лет поголовье специализированного мясного скота в сельхозорганизациях выросло в 2–4 раза, это хороший показатель; поголовье молочного скота на 7 процентов прибавилось.

Но, для понимания, в 1990 году поголовье крупного рогатого скота в сельхозорганизациях в 5 раз превышало текущие показатели. Есть к чему стремиться. Особенно это актуально для развития малых форм хозяйствования в качестве переориентации со свиноводства на содержание крупного рогатого скота.

Спасибо, Владимир Владимирович, за то, что поддержали наше предложение по фермерам – увеличение размера грантовой поддержки с 1,5 до 3 миллионов. На мой взгляд, это важнейшая сегодня роль государства и поддержка. У нас очередь за грантами от Калининграда до Дальнего Востока, особенно Сибирь, огромные расстояния. Мы ничем больше не сможем занять этих людей, они сами создают семейные фермы, животноводческие фермы, то есть кормят себя. Естественно, нанимают людей на работу.

Это ключевая, на мой взгляд, вещь, она и политическая, люди закрепляются. И надо, конечно, мы предлагаем в два раза как минимум (сегодня 11) – 20 миллионов, чтобы все желающие получить грант на развитие, получили. Тогда это активность, на мой взгляд, очень перспективное направление. То же самое для животноводческих ферм – с 20 до 30 миллионов рублей, Вы об этом сказали.

Стоит также рассмотреть возможность расширения поддержки небольших молочных ферм. Для этого можно снизить критерии отбора с 400 до 100 коров. То есть условно если 200 коров по нашим требованиям, то есть он не подлежит субсидиям, – неправильно. Нужно снизить эту планку; значит, мы больше людей сможем и поддерживать, и субсидировать, а значит, этот бизнес для них будет интересным.

Для увеличения фермеров в мясное скотоводство можно использовать ресурс крупных хозяйств, которые выращивают скот мясных пород. Совместно с отраслевиками и Рослизингом мы разрабатываем механизм господдержки приобретения такого скота и передачи его в лизинг небольшим фермерским хозяйствам. Это существенно повысит эффективность мясного скотоводства.

Но вообще, Вы говорили о проблемах молока, на самом деле нам нужно восемь миллионов тонн молока. Мы практически на 1,5 миллиарда долларов завозим из Белоруссии: это молоко, сыры, молочную продукцию и так далее. Конечно, наверное, не очень здорово. У нас есть огромнейший потенциал, мы прирастаем – и здесь медленно, тем не менее двигаемся вперёд.

За последние два года импорт продовольствия сократился почти на 40 процентов, за два года – на 40 процентов импорт продовольствия, с 43 миллиардов до 26 миллиардов. По нашим оценкам, при условии финансирования мер господдержки не ниже заявленного уровня текущего года, а мы настаиваем, чтобы этот уровень был 237 миллиардов, то есть и уровень 2014 года. Только, я прошу прощения, Вы сказали – 224, это с учётом 10 миллиардов на сельхозтехнику.

В.Путин: Восемь.

А.Ткачёв: Восемь. Которую, в общем–то, мы не учитывали. Это Минпром, это мы, это развитие машиностроения. А 237 – это были чисто инвестпроекты, короткие кредиты, капексы, мелиорация, малые формы и так далее, то есть это непосредственное развитие, то, что даёт сегодня 2–3 процента роста сельхозпроизводства.

В.Путин: Если так считать, то мелиорация тоже один из источников.

А.Ткачёв: Нет, мелиорация – это то, что… Хорошо, пусть будут сельхозмашины. Тогда 247 – не 237.

Если мы будем двигаться такими темпами, Владимир Владимирович, уже через пять лет объёмы экспорта и импорта сельхозпродукции и продовольствия сравняются и достигнут порядка 22 миллиарда, то есть 22 на 22. Сегодня 43 на 26, а было вообще 60 на 20.

Учитывая специфику региона в развитии сельского хозяйства и климатические особенности, удалённость от рынков сбыта, традиции, Минсельхоз предлагает консолидировать ряд субсидий, сократив их число с 54 до 7 субсидий. Это расширит полномочия регионов при определении приоритетов в аграрной политике, повысит оперативность и своевременность доведения средств до получателей.

Минсельхоз готов разработать соответствующие методические рекомендации по разработке региональных программ развития сельского хозяйства, и уже с 1 января 2017 года, подчёркиваю, с 54 субсидий (на самом деле много, очень много было путаности, сложности) довести их до семи. Это упростит, это будет более прозрачная ситуация. И думаю, что выиграют все. И мы даём больше полномочий регионам, то, о чём они нас и просили.

Завершая, прошу обратить внимания, коллеги, уважаемый Владимир Владимирович, на то, что все перечисленные предложения по развитию сельского хозяйства могут быть реализованы при условии сохранения тех объёмов, как уже сегодня мы с вами договорились, – 247 миллиардов рублей. Тогда мы сможем обеспечить через пять лет на 80–90 процентов основными видами продуктов питания насыщение нашего рынка.

Это историческая миссия. Никогда Россия и Советский Союз даже и близко не стояли к этому. И конечно, если уровень поддержки останется, как сегодня, 224, а более того, Минфин нам даже прогнозирует ещё снижение, как и другим отраслям, то, чудес не бывает, в 2017–2018 годах у нас не будет роста. И, более того, все те надежды, тот сигнал, который получили сельхозтоваропроизводители, – мы просто их обманем, и они развернутся, умоются и, собственно, перестанут двигаться в этом направлении. Это ключевые вещи.

Более того, регионы вам скажут сегодня о том, что мы недофинансируем. То есть новые проекты начаты, а мы в силу того, что нас подрезали, мы не можем додать по капексам, по инвестам, по коротким. Короткие – вообще это жизнь: это ГСМ, это удобрения, это техника, это оборотные средства. Их нет в регионах. А значит, это грозит разочарованием в определённой степени и оттоком инвесторов с этого рынка.

Спасибо за внимание.

В.Путин: Чувствуется, что бюджетный процесс начался, прямо в воздухе висит.

А.Ткачёв: На самое больное в данный момент наступают.

В.Путин: Понятно.

Аркадий Владимирович, как по поводу поддержки в сфере энергетики? И я об этом упомянул, и Александр Николаевич тоже.

А.Дворкович: Владимир Владимирович, эта тема уже стала долгоиграющей. Основная причина была в том, что любые льготы кому бы то ни было – это всегда перекладывание издержек на кого–то ещё, и поэтому, конечно, тяжело Минэнерго давалось это решение. Тем не менее на этой неделе Министр энергетики собрал всех квалифицированных людей: и представителей отрасли, и энергетиков – и по итогам встречи принял решение о возможности поддержки, по крайней мере в качестве позиции Минэнерго, этого направления, этих проектов.

Какими мерами? Есть три основные меры.

Первое. Нужно оптимально выбирать места для размещения тепличных комплексов с тем, чтобы в первую очередь использовать те точки, где в непосредственной близости есть соответствующая либо генерация, либо сетевая инфраструктура, подстанции с достаточными резервами мощности, которые не выдаются в использование. Таких объектов много, десятки объектов только в этом регионе, и их вполне можно использовать. Губернаторы об этом хорошо знают. У кого–то их чуть больше, у кого–то чуть меньше, но они точно есть, около генерации – абсолютно точно.

Здесь есть правовая проблема, которую Минэнерго знает, как решить, они должны внести соответствующий акт.

Наконец, третье – это подключение к сетям ФСК непосредственно напрямую. Проект акта Правительства готов, он уже в Аппарате Правительства, думаю, что на следующей неделе может быть уже выпущен.

За счёт трёх этих мер, думаю, что проблема будет решена, и удастся примерно от полутора до двух раз снизить затраты на электроэнергию для вновь стоящихся тепличных хозяйств.

Отдельная проблема для существующих. Здесь такого прямого решения нет, потому что здесь уже точно если мы их переключаем на сети ФСК, то это потери у территориальных сетевых организаций немедленные, сразу же возникают убытки. Здесь такого лёгкого решения не будет. С другой стороны, они уже существуют, работают, и нам важно поддержать расширение этой деятельности в большей степени, чем существующие комплексы, хотя хотелось бы всех.

Кроме этого, коллеги, может быть, будут говорить, у нас есть ещё необходимость в стабильном режиме с точки зрения ограничения импорта. У нас сейчас действует эмбарго. Это хорошая возможность для наших овощеводов, как и для других отраслей.

В.Путин: Не эмбарго, а ответные меры.

А.Дворкович: Да, я сленг использую – ответные меры в этой сфере.

Кроме того, чтобы усилить эти ответные меры, Россельхознадзор также ввёл свои ограничительные меры. Даже если мы отменим по каким–то причинам, например политическим, наши ответные меры, останутся действия Россельхознадзора, который сможет регулировать этот процесс.

Это абсолютно правильно, потому что у нас есть вопросы к безопасности соответствующих продуктов. А каждое такое хозяйство должно проходить инспекцию, и необходимо действовать очень постепенно. Мы говорим об этом абсолютно открыто нашим коллегам, в том числе из Турции и из других стран. Мы будем проверять, мы не будем открывать всё. Они это понимают, это абсолютно нормально, мы здесь открыты для диалога со всеми.

Против нас действуют так, и мы действуем так. В мире это общепринятая практика. Я в том числе говорю это открыто и для средств массовой информации, мы будем действовать здесь именно таким образом, главное – соблюдать стандарты, главное – соблюдать все правила и действовать одинаково по отношению ко всем.

Три-четыре года нужно нашим инвесторам, чтобы в России было обеспечено конкурентоспособное производство этой продукции.

В.Путин: Спасибо.

Игорь Михайлович Руденя, пожалуйста.

И.Руденя: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Развитие агропромышленного комплекса и сельских территорий – это один из приоритетов Правительства Тверской области. Для нас очень важно, что на федеральном уровне началась работа по формированию программы развития сельского хозяйства в Центральном Нечерноземье. Мы надеемся, что данная программа будет принята уже в текущем году.

Инициированная Вами, уважаемый Владимир Владимирович, работа по вводу в оборот неиспользуемых земель сельхозназначения и принятие соответствующего федерального закона окажут существенную помощь нашему региону в решении приоритетной задачи по вводу в оборот неиспользуемых земель.

Правительство Тверской области планирует за пять ближайших лет начиная уже с текущего года вовлечь в оборот не менее 100 тысяч гектаров неиспользуемой пашни. Таким образом, мы увеличим площадь используемых сейчас пахотных земель более чем на 20 процентов. Справочно: у нас в Тверской области – Вы сказали, собственно говоря, какие есть резервы, – и мы видим, что у нас используется только одна вторая, одна четвёртая часть (в зависимости от того, как быстро мы сейчас сможем это сделать) нашего потенциала.

Для комплексного развития растениеводства мы также намерены восстановить и сеть хлебоприёмных предприятий и линейных элеваторов. Потому что, когда будет растениеводство, соответственно мы должны получить урожай, дальше вопрос будет, куда его собрать и где его разместить.

Сегодня в порядке информации могу сказать, что у нас сохранилось только два хлебоприёмных предприятия и два мельничных элеватора, которые есть на территории Тверской области. Поэтому это тоже задача – восстановить инфраструктуру.

Второе важнейшее направление – это развитие молочного и мясного животноводства. Наряду с крупными аграрными проектами для данного направления мы считаем эффективным развитие формата малого и среднего бизнеса.

На прошлой неделе мы встречались с руководителями наших сельхозпредприятий и приняли решение о развитии кооперации в переработке данной сельхозпродукции. Потому что тяжело построить средним и маленьким свой завод, а в режиме кооперации, как это происходит в Европе, мы считаем, что это будет эффективно и достаточно быстро.

Для обеспечения реализации продукции наших предприятий мы намерены более активно использовать удачное географическое расположение Тверской области между Москвой и Санкт-Петербургом. Как и по всей стране, наши предприятия, производящие продукты питания, к сожалению, испытывают трудности с выходом на прилавки в федеральных торговых сетях, мы сегодня об этом говорили.

Но при том что у нас есть некоторые законодательные поправки, всё равно есть в чём совершенствоваться. Мы понимаем, что это естественный признак конкуренции и видим один из путей решения этого вопроса: это развитие собственной региональной розничной сети. В этой связи планируем со следующего года в рамках действующего законодательства оказывать максимальную поддержку в развитии региональной розничной торговли. И хотели предложить нашим коллегам по Центральному федеральному округу присоединиться к этому проекту.

Владимир Владимирович, если будет Ваше поручение, может быть – под эгидой Александра Дмитриевича Беглова, мы бы тогда такую программу разработали.

Важным и перспективным направлением для АПК Тверской области является льноводство. На сегодняшний день по площади посевов льна-долгунца мы вышли на первое место в России. Сейчас мы приступили к формированию льняного кластера и созданию безотходного перерабатывающего производства.

В настоящее время в АПК Тверской области реализуется 21 инвестиционный проект, в порядке информации хотел просто доложить. Это свыше 20 миллиардов рублей инвестиций и около двух тысяч новых рабочих мест.

Также мы видим большой потенциал для развития АПК Нечерноземья, в том числе и Тверской области, в развитии аквакультуры. У нас, в порядке информации, на территории Тверской области более 1760 озёр и более 900 рек, то есть это огромный водный бассейн. Могу сказать, что, так же как и дикоросы, о чём сейчас говорил Александр Николаевич, также и аквакультура имеет очень большой потенциал. Причём это формат среднего и малого бизнеса, это та же самая занятость людей, это то же самое вовлечение людей в деловую активность. Примером качественной реализации инвестиционных проектов крупного формата является фирма «Дмитрова Гора», на территории которой сегодня проходит наше совещание.

Хотел бы особо отметить, что надёжными партнёрами в развитии малого и среднего бизнеса на территории Тверской области являются Минсельхоз России, Россельхозбанк и Росагролизинг. Здесь присутствуют наши коллеги. Хотел доложить, что в апреле текущего года мы заключили соглашения с банком и с лизингом. На сегодняшний день мы уже получили 909 миллионов кредитных средств. Всего нам выделили по лимиту более 1 миллиарда 150 миллионов. Для сравнения, в прошлом году мы получили всего за весь год только 292 миллиона, то есть мы в три раза в этом году уже выросли на сегодняшний день за это непродолжительное время. Росагролизинг нам запланировал выдать до конца текущего года 50 единиц новой техники кроме текущих контрактов, которые они обслуживают.

Также хотел сказать, что в нашем регионе активно стало развиваться молодёжное фермерское движение. У нас на сегодняшний день в Тверской области начал свою работу Форум сельской молодёжи Центрального федерального округа. Он проходит на базе филиала Тимирязевской академии, которая расположена в городе Твери. Благодаря областной поддержке молодых специалистов мы считаем, что у нас есть такая устойчивая тенденция закрепления их на селе.

Уважаемый Владимир Владимирович! В завершение своего выступления хочу попросить Вас поддержать разработку и принятие программы развития сельского хозяйства в Центральном Нечерноземье, в Центральном федеральном округе именно в этом году, если это возможно, чтобы мы успели к бюджетному периоду уже сформировать какие–то стандартные предложения и соответственно предусмотреть в наших региональных бюджетах меры поддержки софинансирования, а также включить в данную программу меры по стимулированию льноводства, аквакультуры (то, о чём мы сейчас говорили) и дикоросов (то, о чём сказал Александр Николаевич), а также закрепление молодых специалистов и кадров на селе.

Также, Владимир Владимирович, просим дать поручение рассмотреть возможность по увеличению или дофинансированию Минсельхоза по субсидиям по длинным кредитам и коротким, потому что у нас часть проектов может зависнуть в середине инвестиционной фазы. То есть мы уже начали строить и боимся, что можем несвоевременно их закончить. Поэтому такая просьба. И конечно, очень рассчитываем на помощь Минсельхоза и Минфина в этом вопросе.

Большое спасибо за внимание.

В.Путин: Спасибо большое.

Сергей Валерьевич Королёв, пожалуйста, президент Национального союза производителей овощей.

С.Королёв: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Разрешите сначала поблагодарить Вас лично, Владимир Владимирович, Правительство Российской Федерации, Минсельхоз за те меры поддержки, которые у нас появились по развитию овощеводства в стране. Это случилось не так давно, фактически это 2013 год, то есть мы в самом начале пути.

Могу Вам доложить, что результаты не заставили себя долго ждать. Мы на сегодняшний день имеем постоянный ежегодный рост. Если в 2014–2015 годах он составлял всего 6,5 процента, то за первый полгода 2016-го этот рост составил уже 22 процента. А по отдельным культурам, таким, например, как томаты, он достиг более 60 процентов. Это, в общем–то, рекорд отрасли, такого не было никогда. Это свидетельствует о том, что те меры господдержки и те субсидии, которые на сегодняшний день есть в госпрограмме, – они работают, привлекают инвесторов, и мы консолидируем достаточно большие объёмы инвестиций.

Могу Вам сказать, что за это время в отрасль инвестировано уже более 85 миллиардов рублей. Наверное, сегодня в агропромышленном комплексе тепличное овощеводство – это одна из самых быстрорастущих, если не самая быстрорастущая, подотрасль.

Нам, конечно, важно на сегодняшний день сохранить те темпы, которые мы набрали: инвесторы поверили, люди пришли, причём пришли не только из сельского хозяйства, а из свиноводства приходили, из сахарной подотрасли. Мы сегодня имеем инвестора из автомобильного бизнеса, нефтяного, из телекоммуникаций, из розничной торговли. То есть сегодня этот круг инвесторов расширяется, и, безусловно, мы очень рассчитываем, что то, что есть сейчас, те меры поддержки – они сохранятся для того, чтобы нам поддержать эти темпы инвестиций.

Всего нам нужно построить 1,5 тысячи гектаров теплиц, и на это нужно 300 миллиардов рублей. На самом деле это не такие большие деньги. То есть если мы создадим достаточно выгодные условия, то эти инвестиции придут. То есть у нас уже фактический результат на сегодняшний день есть. Нам нужно примерно инвестировать около 50–60 миллиардов рублей в год для этого. Если мы такие темпы сохраним, то к 2020 году, я хочу подтвердить слова Александра Николаевича, мы действительно уйдём от импортозамещения по самым сложным нашим позициям: это тепличные, это зимние овощи.

Что касается ситуации, которая есть сейчас, как она изменилась. То, что мы начали, – это очень хорошо, всё это развивается. Что изменилось? Изменилось то, что на сегодняшний день у нас резко подорожало оборудование, которое мы ввозим, потому что в основном оно всё импортное, мы закупаем за евро. Если раньше нам гектар теплиц обходился примерно где–то в 130 миллионов рублей, то на сегодняшний день цена достигла уже 200 миллионов рублей. Но при этом цены на готовую продукцию у нас не растут. То есть данные Росстата свидетельствуют о том, что в этом году у нас действительно нет роста цены. Правительственная комиссия по мониторингу цен на продовольствие…

В.Путин: В прошлом году рост был какой?

С.Королёв: В прошлом году был 15 процентов. То есть рост цен и на самом деле потребительский спрос на сегодняшний день очень ограничены, поэтому мы даже не видим для себя никаких перспектив для роста и не хотим этого роста на самом деле, потому что нам нужно сбывать свою продукцию. То есть мы в такие немножко экономические ножницы попали. Срок окупаемости проектов у нас увеличился где–то с 7–8 до 11–12 лет именно из–за этого. Конечно, эту ситуацию необходимо как–то анализировать. То есть мы это уже делаем совместно с Министерством, с Правительством в части того, как нам сократить эти сроки окупаемости.

Фактически на сегодняшний день речь идёт о том, что у нас самая большая статья затрат, особенно операционные затраты, – это электричество, Вы правильно сегодня сказали об этом. У нас требуемая мощность для строительства одного гектара составляет 2 мегаватта в час. Если мы построим 1,5 тысячи гектаров теплиц к 2020 году, то потребляемая мощность достигнет 4 гигаватт в час. Это будет один из крупнейших потребителей в России по электроэнергии – тепличная отрасль. Причём потребитель постоянный, который без этого работать не может, он не может остановить производство, он постоянно выращивает.

Вы дали поручение, мы активно его отрабатывали под руководством Аркадия Владимировича. Сегодня, безусловно, самое простое и технологичное решение – то, что хотят все: снизить тариф до 2–2,5 рубля, чтобы все могли прийти в региональную сеть подключиться, и это бы работало. Но мы понимаем проблему перекрёстного субсидирования. Действительно, эта проблема тоже есть.

Один из вариантов, который мы обсуждаем, наиболее реальный – это подключение к сетям ФСК. Сети ФСК на сегодняшний день – единственный из всех вариантов, который даёт возможность получить тариф два рубля. Могу вам сказать, что буквально позавчера было проведено совещание в Минэнерго, и ФСК обнародовало цифру, то есть они уже получили заявок на подключение на 1 гигаватт в час от тепличных комплексов.

Но, безусловно, это достаточно такая дорогая история, потому что подключение стоит – если у нас комплекс, допустим, средний стоит 2 миллиарда, то подключение – примерно 500 миллионов. И соответственно у нас возникает проблема, что у нас действует программа так называемого возмещения 20 процентов капитальных затрат, и мы бы очень хотели, чтобы эти затраты тоже туда попадали, чтобы нам снизить нагрузку на наших инвесторов.

Есть ещё один механизм тоже в рамках ФСК, Владимир Владимирович, – это подключение к так называемым уже существующим резервным мощностям напряжением ниже 110 киловольт. Но это нужно делать по отдельному распоряжению Правительства. Конечно, если взять наш отдельный тепличный комплекс, он никогда не дойдёт до Правительства и не сможет решить этот вопрос.

Нам хотелось бы, конечно, чтобы был разработан такой регламент, который бы позволял нам системно подключить к имеющимся мощностям, о которых я сказал, наши тепличные комплексы. Это бы существенно удешевило наши затраты, буквально в разы. Сегодня такая работа уж ведётся. Мы примерно по четырём площадкам уже получили предложения от ФСК. Нам необходимо просто их сейчас дальше отработать.

В.Путин: А как с понижением мощности вы справляетесь?

С.Королёв: С понижением? Там у нас есть два варианта, то есть это свыше 110 киловольт подключение к сетям и ниже 110. Если свыше 110 – это можно делать и без разрешения Правительства, а ниже 110 киловольт – это отдельное распоряжение.

В.Путин: Распоряжение – ладно, а технологически? Там же нужно трансформаторы строить для понижающей…

С.Королёв: Нет, понижающие трансформаторы и там, и там нужно. Но только во втором случае это стоит в разы дешевле, потому что они уже существуют там, просто к ним нужно подключиться.

Мы сейчас все эти площадки отрабатываем. Создана уже на сегодняшний день карта распределения этих мощностей – она отработана с Министерством энергетики, и мы, безусловно, по этому пути пойдём. Но здесь, конечно, нужен именно системный подход, чтобы мы и по одному варианту, и по второму могли подключаться, и получали по этому направлению тоже субсидии так называемые – 20 процентов возмещения капитальных затрат. Потому что это составная часть тепличного комплекса. Это достаточно большие деньги, я сказал уже, – 50 миллиардов рублей, а если мы 20 процентов берём, то это 10 миллиардов в год. То есть мы эти цифры, собственно, и в Министерство сельского хозяйства дали, и Правительство проинформировали.

Безусловно, если мы этот вопрос решим по электроэнергетике, то думаю, что у нас инвестиционный процесс продолжится так же активно, как он начался.

Мы сегодня также обсуждали вопросы субсидирования покупки электроэнергии, но тут есть определённые бюджетные ограничения. Безусловно, мы пониманием, поэтому будем работать по варианту ФСК пока. Самое главное, чтобы этот вариант сохранился, и нам давали такую возможность. Аркадий Владимирович нас поддерживает в этом вопросе, поэтому мы будем двигаться.

В.Путин: У вас уже принято решение?

А.Дворкович: У нас проект акта уже подготовлен, поэтому в течение нескольких дней, думаю, может быть выпущен.

В.Путин: Постановление Правительства?

А.Дворкович: Да, постановление Правительства.

С.Королёв: Владимир Владимирович, и сегодня уже обсуждался вопрос – безусловно, мы все знаем, что у Вас состоится встреча с Президентом Эрдоганом. По Турции у нас введены ответные меры. Они действительно дали результат. В этом году большинство наших тепличных комплексов перепрофилируются с огурцов на томаты. До этого у нас было 75 процентов всех площадей занято под огурцом и только 25 – под томатом, потому что было очень тяжело конкурировать с турецкой продукцией, которая, к сожалению, очень низкого качества и небезопасная. Поэтому они обрушивали рынок, и наши производители уходили в другие культуры.

В.Путин: Аркадий Владимирович сказал сейчас о том, что мы будем обращать внимание в любом случае на качество продукции.

С.Королёв: Спасибо.

И могу Вам сказать, что тот результат, который мы имеем сегодня, плюс 60 процентов по томатам, – это как раз ответ на те ограничения, которые были введены. Мы успели перепрофилироваться и увеличить это производство. Нам тоже нужно это сохранить. Кстати, и турецкая лира тоже сейчас очень сильно обесценилась, девальвировала на 30 процентов по отношению к рублю, это тоже создаст им дополнительные экономические конкурентные преимущества на нашем рынке.

Владимир Владимирович, ещё один вопрос, который хотели поднять, он, безусловно, касается не только овощеводства, но и других направлений сельского хозяйства. Сегодня мы бы хотели обсудить порядок отбора инвестиционных проектов, потому что сохранить инвесторов очень важно для нас сейчас в этот сложный момент, когда у нас есть определённые бюджетные ограничения. Мы считаем, что инвестор, когда он заходит в проект, должен знать, что, когда он этот проект реализует, он точно получит обещанные деньги, обещанные субсидии. Потому что сегодня иногда получается так, что он получил кредит, всё оформил, принёс заявку – и какое–то время не проводится отбор.

В.Путин: Да, я знаю такие случаи.

С.Королёв: Владимир Владимирович, по капексам то же самое. Мы сегодня считаем, что нужно разработать механизм, который бы на этапе входа в проект инвестора давал ему гарантию, потому что, когда он его реализует, он получит эту поддержку. Самое главное, чтобы это была ответственность двусторонняя. Если инвестор не сделал то, что обещал, то он должен понести какой–то штраф за это или какую–то ответственность.

Поэтому мы предлагаем предусмотреть порядок, особенно по отбору проектов по возмещению капитальных затрат, 20 процентов, заключать соглашения между федерацией, регионом и инвестором, и чтобы это соглашение …

В.Путин: Федерация – это кто, Минсельхоз?

С.Королёв: Да, в лице Минсельхоза. Для того чтобы и у федерального центра, и у региона, и у инвестора был понятный регламент действий, порядок действий и сроки исполнения этих обязательств. Тогда это позволит нам включить это в бюджетный процесс в рамках программы проектного финансирования.

В.Путин: Сергей Валерьевич, я Вас полностью поддерживаю. Знаю такие случаи, когда все вроде пообещали, разговоры состоялись, а к моменту оформления документов выясняется, что кого–то вычеркнули из программы, кого–то забыли или специально отодвинули.

С.Королёв: Владимир Владимирович, знаете, получается так, что если вдруг вычеркнули, как Вы сказали, то в первый год – это дефолт.

В.Путин: Да.

С.Королёв: Нарушение обязательств, и всё. Даже сейчас с банками получается такая ситуация, что они эти меры поддержки, вроде которые есть в госпрограмме, продекларированы, но многие их не учитывают в расчёте окупаемости проектов и оценки рисков по проектам. Поэтому, если бы мы такой механизм ввели, и для банков было бы проще принимать решение.

В.Путин: Давайте обязательно зафиксируем это в сегодняшнем решении. Вопрос просто в повышении дисциплины совместной работы на этих трёх уровнях, о которых Вы сказали. Вы правы.

С.Королёв: Спасибо.

В.Путин: Спасибо большое.

Пожалуйста, Юшин Сергей Евгеньевич, руководитель исполнительного комитета Национальной мясной ассоциации.

С.Юшин: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Добрый день, уважаемые коллеги! Спасибо за предоставленное слово.

Во–первых, мне, с одной стороны, проще, с другой – сложнее, потому что основные вопросы, о которых я сегодня хотел бы сказать, уже и Вы в своём вступительном слове упомянули, Александр Николаевич достаточно подробно, но всё же какие–то акценты хотелось бы сделать.

Во–первых, спасибо за Вашу высокую оценку. Вы заметили, что мясную отрасль мы создали. Правильно сказал Сергей Анатольевич, с 2006 года начался такой глобальный у нас скачок. И, что греха таить, сегодня иностранные телевизионные компании чаще приезжают на наши предприятия снимать передачи, чем федеральные. Японцы уже в Брянской области были, американский Wall Street Journal пишет. Действительно, это не фанфары – это реальный успех.

Хотел бы обратить внимание, что когда мы говорим о Центральном Нечерноземье, абсолютно правильно было сказано, что одно из направлений, которые здесь можно развивать, – это мясное скотоводство. Более того, именно Брянская область, одна из областей, которая как раз относится к региону, стала таким лидером. Вы знаете, этот проект «Мираторга» – в том, чтобы создавать базу для дальнейшего развития.

Но хотел бы обратить внимание, вообще в целом ситуация, конечно, с крупным рогатым скотом в регионе очень сложная, гораздо сложнее, чем в среднем по стране. Если поголовье молочного и мясного скота упало на 65 процентов с 1990 года, то в областях, которые сегодня здесь представлены, – от 80 до 88, то есть тяжёлая ситуация. При том что в целом мы понимаем, и правильно сказал Александр Николаевич, пастбища есть, климат хороший, влага есть, логистическая составляющая присутствует, эпизоотическая ситуация здесь лучше, чем в ряде регионов.

Поэтому я думаю, что сейчас, вслед за Брянской областью – не думаю, я практически уверен – и другие области подключатся к развитию мясного скотоводства. Почему я так думаю? Потому что, во–первых, уже, в частности, в Смоленской, Орловской, Калужской областях и в Брянской уже с начала года построено пять новых ферм по пять тысяч поголовья каждая, с пастбищами. Смоленская область недавно подписала дополнительное соглашение на инвестиции в 6 миллиардов. Это тоже дополнительные фермы. А всего будет построено несколько десятков крупных товарных ферм.

Но, как совершенно правильно было сказано, рассчитывать на постоянное развитие отрасли, только опираясь на мощные компании, это недальновидно. У них всё равно ограниченные ресурсы, будь то финансовые, человеческие, управленческие и так далее. Поэтому мы подходим к тому моменту, когда мы должны фактически вовлекать средний (мелкий я бы не хотел говорить, всё–таки средний) бизнес на селе в некие технологические процессы, которые им можно отдавать фактически на аутсорсинг. Сегодня мы даже начали прорабатывать программу такую взаимодействия с фермерами.

В.Путин: А что это может быть?

С.Юшин: Сейчас я скажу. Мы до сих пор ставили цель и её, в общем–то, выполняли – наращивать маточное поголовье. Понятно, что это всегда нужны большие площади, опять–таки пастбища и так далее. Но есть такой цикл в производстве, называется он по–простому «корова – телёнок», когда у фермера на пастбище – конечно, это должно быть культурное пастбище с соответствующими травами, должна быть скважина, вода обязательна (в такую погоду пять часов без воды – и скота больше нет у вас) – фермер содержит, продаём ему нетель или тёлочку, её осеменяют под присмотром опять–таки соответствующих правильных людей технологически, дальше обслуживание ветеринарное, обеспечение соответствующими семенами. Технику ему тяжело покупать, можно в аренду технику сдавать и так далее, – то есть он под крылышком, как франшиза фактически. Его задача одна – смотреть за скотом в соответствии с определённой технологической картой и (примерно через два года это будет) сдавать бычка обратно, продавать, простите, по заранее оговорённой цене, то есть он может уже просчитать экономику, обратно на такую компанию-интегратор.

Потому что этим компаниям, у которых сегодня образуется маточное поголовье, важно свои мощности по убою заполнять своим скотом. Его же не хватает, но скот должен быть стандартизированный, определённых кондиций. Простите, я сказал, что сначала на убой, – неправильно: сначала он на свою площадку откормочную, вы тоже видели, где уже финальный докорм проходит, там 4–6 месяцев, и мы получаем тот скот, который идёт на убой. То есть фермер точно знает, что его работа от сих до сих, но это работа, это тяжёлая работа, вообще работа с КРС не для слабонервных.

Здесь что очень важно? У нас сегодня, к сожалению, Росагролизинг ограничен нормативно так, что он может только приобретать и передавать в лизинг с господдержкой племенной скот. Но зачем фермерам заниматься этим племенным скотом? Это не их дело, правильно же? Поэтому нам сегодня, помимо того что, конечно, племенную базу мы будем наращивать и расширять, нам надо расширять эту товарную уже базу, то есть скот, который пойдёт уже на убой. И мы предлагаем как одну из мер предусмотреть, разработать Минсельхозу совместно с Росагролизингом механизм, согласно которому можно было бы приобретать такой товарный скот, чистопородный (это очень важно, чтобы отбирали они не мусор какой–то) скот мясных пород для передачи с господдержкой и соответствующим субсидированием фермерам.

Что касается самих программ – в частности, проект такой программы в Ивановской области уже губернатору представили, он уже с удовольствием на базе одного из своих предприятий готов этим заниматься. В этом участвует и наша ассоциация, и Союз производителей говядины, Союз скотопромышленников России. И самое главное, что сейчас тот момент, когда и крупные компании, которые раньше не хотели этого (потому что где фермеров ещё взять), – они тоже поняли, что в этом будущее, так они быстрее смогут заполнять свои мощности.

То есть первое – это нужно, чтобы у нас был инструмент, чтобы скот доставался, скажем так, по доступной цене или с доступным финансированием.

Второе – это, как раз Вы уже тоже сказали (я понял, что вопрос практически решён), увеличение грантовой поддержки. Мы так считаем. Мы не просим дополнительных денег, пусть будет меньше фермеров да лучше, как говорилось. Просто их надо обучать, потому что, когда мы говорим о вовлечении фермеров в такую кооперацию, мы всё–таки имеем в виду, что экономически это им интересно, когда это, скажем так, не пугайтесь, от 200 гектаров. Тогда он получает, если расчёты сделаны, порядка 180 тысяч рублей в месяц дохода. Это уже солидная штука получается. Конечно, более мелких тоже можно, но там доход будет поменьше. Но, как говорится, надо с чего–то начинать. Поэтому, если гранты увеличат, мы с удовольствием это будем приветствовать.

Конечно, огромная просьба к регионам. Нам уже сейчас надо таких людей постепенно в регионах искать. Мы сюда летели, с губернатором разговаривали. Нам надо с людьми уже начинать разговаривать, понять, кто готов вообще включаться в эту работу. Может, у кого–то уже есть земля, или кто–то по каким–то механизмам сможет получить от региона льготную аренду, или что–то. Но нам сегодня надо формировать этих людей, их надо начинать обучать, потому что знаний этих нет, Владимир Владимирович. Вы знаете, мы с нуля строим всё это. Поэтому к регионам такая большая просьба. Это не только фермеров – небольшие сельхозорганизации тоже могут это делать. Конечно, это очень существенное вовлечение земель в сельхозоборот.

Хотел бы напомнить, я как–то уже к Вам обращался с такой идеей, понимая, что это денежная идея, но сегодня она прозвучала: всё–таки нужно каким–то образом материально стимулировать возврат земель в сельхозоборот. Если мы не берём какие–то пашни, а только пастбища со средней залесённостью, то без учёта скважины, без учёта ограждений, но с учётом того, что мы траву посеяли, это на гектар 20 тысяч рублей. Это не так мало. Если бы мы изыскали какие–то ресурсы, не знаю там – внутренние, для того, чтобы вводить, 100 тысяч гектаров – один миллиард. В общем–то, кажется, сумма небольшая, но 100 тысяч гектаров – это огромные площади, и, главное, кумулятивный эффект для регионов совершенно другой, не на миллиард будет. Поэтому я бы, наверное, постарался такие деньги найти.

И конечно, надо вовлекать активнее недавно созданную корпорацию по поддержке малого и среднего предпринимательства. Почему? Во–первых, они уже с аграриями работают, а во–вторых, у них среди задач есть создание консультативных центров. Поэтому я думаю, что мы можем попросить регионы, чтобы они поплотнее взаимодействовали с корпорацией для того, чтобы опять–таки такие центры создавать в областях, куда фермеры могли бы обращаться за соответствующими знаниями. А мы бы помогали эти знания до них доводить.

Поэтому, повторяю, мясное скотоводство будет обязательно развиваться в ближайшие годы очень активно в Центральном регионе. Но хотелось бы, повторяю, чтобы мы постепенно делали это как в других странах. Последняя цифра: в Америке на фермеров, у которых до 500 голов, приходится более 30 процентов всего поголовья страны. В Германии на фермах от 200 голов, я про мясной скот говорю, – 44 процента. То есть вот основа как раз сельской жизни.

Теперь о старом, о больном. Вы меня извините, может быть – я десятый раз говорю про АЧС, ещё в 2008 году в Ершово сказал, что это наша будущая беда. Но всё же хотел бы акцентировать то, о чём говорил Александр Николаевич, тем более здесь присутствует один из крупнейших свиноводов, Сергей Анатольевич. Только могу подтвердить, так как я, собственно, с первого дня член штаба по борьбе с АЧС.

К сожалению, меняются руководители, которые посещают совещания, именно посещают, они не работают, а посещают совещания штаба из Минприроды, но они не работают там для того, чтобы решить проблему. Это постоянная ссылка на какие–то нормативные акты, почему того и сего нельзя.

Аргументы смешные: мы должны сохранить видовое многообразие. Да, конечно, у нас страна Россия большая, и можно кабанов сохранить в другом месте, тем более их завезли в Центральную часть искусственно в советское время, искусственно. Это смесь дикого кабана со свиньёй, но это завезли, его тут не было. Поэтому даже если вдруг будет депопуляция полная…

В.Путин: Откуда завозили?

С.Юшин: Из других районов, здесь не было этого.

В.Путин: Ладно уж, не было!

Реплика: Из Краснодара завозили и из Сибири завозили. Это было в 1950-е годы.

С.Юшин: Владимир Владимирович, когда я прихожу на совещание, Вам я не могу ни одну цифру соврать. Это будет последний мой шаг, потому что это как у сапёра. Нет, это точная информация, у нас специалисты всё проверяют. Спасибо, что поддержал, Сергей Алексеевич, действительно не было.

Хорошо, Минприроды говорит: это инвестиция в кабанов. Сегодня цифра звучала: 350 миллиардов вложено в свиноводство. Мы вообще что сравниваем6 продовольственную безопасность страны, наш потенциал экспорта или желание поохотиться? Но, простите, можно поохотиться на кабанов в Сибири или где–то ещё. Или есть олени, косули.

Поэтому, Владимир Владимирович, от всего свиноводческого сообщества говорю следующее. Кабаны в Центральной части России, в регионах, которые поражены, и соседних должны встречаться реже, чем слоны и леопарды, реже. Это совершенно не шутка. У нас в этом году ситуация приближается к самой плохой – к 2013 году: АЧС подобралась к самым крупным комплексам – к Тамбовской области, к самым крупным иностранным инвесторам, которые, кстати, уже вложили порядка 800 миллионов долларов в российское сельское хозяйство, – тайцы. Они уже под угрозой. Мы же всех распугаем. Поэтому, извините, что я так эмоционально, но нет уже сил наблюдать за тем, как кабаны… Повторяю, это не единственная проблема, но одна из главных проблем. Кстати, в Польше к уничтожению (нет другого слова) кабанов сельскохозяйственная палата привлекла армию, а в Эстонии платят за каждую голову 100 евро.

Реплика: 80.

А.Беглов: У нас пять регионов граничат с Украиной и Белоруссией.

С.Юшин: Это проблема. Вы абсолютно правильно сказали, что ещё нужно смотреть, чтобы оттуда ничего не пришло.

А.Беглов: Специально запускают к нам, диверсии такие есть.

В.Путин: Давайте про диверсии сейчас не будем, но то, что такие случаи возможны, конечно, это очевидно.

С.Юшин: Да уж, как мы растём, занимая уже шестое в мире, никто ничего не должен исключать.

Поэтому просьба большая дать соответствующее поручение Минприроды, Россельхознадзору приступить, скажем так, разработать, может быть, программу максимальной – я понимаю, что невозможно всех кабанов выбить, – депопуляции. Дискуссии на эту тему пора прекращать.

По этому же вопросу в 2013 году ещё Аркадий Владимирович дал поручение Россельхознадзору, Минсельхозу, Россельхозакадемии, Росстату утвердить правила идентификации животных. Понятно, что у нас сегодня, когда животные и продукция перемещаются бесконтрольно фактически (хорошо, бумажные переведём на электронные), мы не можем оперативно, моментально реагировать на соответствующие угрозы. Здесь вопрос не только в АЧС.

Вы знаете, у нас ящур, сибирская язва с оленями случилась, нодулярный дерматит, который просто может убить наш КРС. Поэтому большая просьба дать поручение ведомствам ускорить принятие этих правил по идентификации животных. Более того, это наши обязательства как страны в рамках Евразийского союза. Наши коллеги, белорусы и казахи, худо-бедно, но уже сделали.

И следующее. Уже немного поднимали административную ответственность за нарушение ветправил. Понятно, когда нигилизм правовой присутствует: ну что мы такие жёсткие люди, мы же свободные, – то людям, когда маленькие штрафы, гораздо выгоднее нарушать правила: перевозить животных бесконтрольно, продавать без соответствующих документов.

Ну, хорошо, сколько собирает Россельхознадзор штрафов? Я могу сказать, средний штраф с юридических и физических лиц за последние полгода составил меньше 10 тысяч рублей за раз. За год собирается 100 миллионов, потери бюджетов и бизнесов – миллиарды рублей. Поэтому штрафы по КоАПу должны кратно расти.

Когда человек едет пьяным за рулём – это очень плохо, но он может две-три машины, два-три калеки, не дай бог кто погиб. Когда у нас эпизоотия – это не только тысяча животных, но это многие жизни людей находятся под угрозой. Поэтому большая просьба – дать поручение Минюсту и Минсельхозу внести предложение о кратном повышении ответственности за нарушение ветеринарных правил.

И самое последнее. Вы сегодня сказали, что 10 лет назад начали, будет нескромно, но я думаю так: апэкашники, колхозники за это время очень много чего сделали. У нас нацпроект начался 10 лет назад, фактически юбилей. Поэтому я думаю, что лидеров отраслей, инвесторов, не только доярок, это всегда красиво, но инвесторов, которые рискнули своими деньгами, многие жён и детей заложили, чтобы только построить свои свинокомплексы или крупный рогатый скот, надо каким–то образом в этом году отметить.

В.Путин: Отметим. Но перегибать по поводу того, что заложили жён и детей, – это перебор: помогать нам должны и жёны, и дети.

Да, пожалуйста, прошу Вас.

О.Ковалёв: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Я по АЧС тоже хочу сказать. На сегодня мы столкнулись в Рязанской области с этой темой в 2015 году, когда началась в нацпарке «Мещёра», – ничего не могли поделать, то, что он сказал. Потом это пришло в Приокский биосферный и сейчас по всей Рязанской области. Еле держим крупные хозяйства.

Но, когда мы начали заниматься, оказывается, Минприроды вообще не слушает эпизоотическую комиссию. МВД выполняет наши решения, там другие силовые структуры, Минобороны выполняет решения, а Минприроды не выполняет решения. Это первое.

Второе. У нас действует инструкция, которая говорит о борьбе с чумой, с 1980 года. Она уже морально и физически устарела. Необходимо постановлением Правительства принять новый нормативный акт, который отразил бы все аспекты исходя из реалий сегодняшнего дня.

Даже такой парадоксальный вроде бы пример. Там, где есть карантин по АЧС, но, допустим, в крупном хозяйстве нет АЧС, он может продавать свинину со своим сертификатом через торговую сеть, а через рынки не может. А рынки–то уже другие стали, они уже торговые места, там ещё входной контроль есть, не только выходной, когда из хозяйства идёт, – входной. Они не могут там. То есть это всё необходимо сконцентрировать, и такую инструкцию принять.

И ещё одно хочу добавить. Полностью согласен с Александром Николаевичем, необходимо, конечно, сохранить и, может быть, усилить программу устойчивого развития сельских территорий, потому что всё, что мы реализовываем, это всё опирается на кадры. Кадры – это когда мы развиваем село, инфраструктуру, тогда мы берём.

Мы в этом году на село отправили 60 молодых специалистов, 60 семей. Естественно, они получили там определённые подъёмные и всё, но жилищная проблема там. Детские сады, вся эта инфраструктура, даже интернет – это необходимо нам делать. И эта программа должна всё–таки быть усилена, особенно по нашему Нечерноземью, по нашему региону, Владимир Владимирович.

Спасибо.

Реплика: Можно короткое предложение?

В.Путин: Да, пожалуйста.

И.Руденя: По африканской чуме. Я не знаю, может быть, Аркадий Владимирович поддержит меня и Александр Николаевич.

У нас раньше охота была в Минсельхозе, за полномочиями закреплена. И у нас всё было в одних руках: и Минсельхоз, и Россельхознадзор – и был полный контроль. Отдали в Минприроды – Минприроды теперь их не слушает и, кроме того, ещё и не взаимодействует должным образом с Россельхознадзором. Поэтому, если можно, если Аркадий Владимирович не будет возражать с Андреем Рэмовичем, поручить рассмотреть вопрос Правительству всё–таки передать функцию охоты обратно в Минсельхоз и в Россельхознадзор, соответственно будет, как раньше это у нас было исторически всегда, регулировать эту историю. Потому что в Минприроды краснокнижные только были животные, у них не было этой истории с охотой. Я просто думал, вы посмотрите на комиссии, взвесьте.

Реплика: Абсолютно правильно.

В.Путин: Аркадий Владимирович говорит: подойдём творчески.

И.Руденя: Это правильно абсолютно. С этого момента бардак и начался. Как только в Минприроды отдали охоту, так и история началась.

Реплика: В Россию АЧС зашла через Грузию, Абхазию, Сочи и через горы.

В.Путин: Андрей Рэмович, давайте мы в поручении Правительству аккуратненько, но укажем на это, с пометкой «рассмотреть вопрос и доложить». Если все руководители регионов придерживаются этой точки зрения, а я так понимаю, что это фактически единая позиция, то нельзя мимо этого проходить.

С.Орлова: Можно?

В.Путин: Да, пожалуйста.

С.Орлова: Мы все столкнулись в этом году, у нас в ЦФО мы не одно совещание провели межрегиональное, потому что без этого мы не справились бы с этой темой. Кабан мигрирует за ночь только 40 километров и в течение месяца разносит: траву покосил, где прошёл кабан, – пожалуйста.

Почему координация: у нас началось всё с охотхозяйств, больше на 400 тысяч голов. Мы так боролись с бешенством с лисами: дали деньги на отстрел и побороли бешенство. Так же и с кабаном.

Конечно, Минприроды не отвечает. Абсолютно правы мои коллеги: если был бы координирующий орган, мы договорились с Минсельхозом, они провели селекторное, а когда будет координирующий орган, тогда какая–то ответственность будет. Поэтому здесь я коллег полностью поддерживаю.

Теперь по электроэнергии, Владимир Владимирович. Мы каждый имеем свою инвестиционную программу. И, естественно, мы заинтересованы в развитии – всё, что касается тепличных хозяйств. Каждая инвестиционная программа предусматривает льготы, когда заходит инвестор. Тем более Вы приняли это решение, то, что касается субсидирования по теплицам. 15 тысяч мы сдали, и сейчас там в Торчино над 50 гектарами ещё работаем с Минсельхозом, со всеми. Смысл какой?

У нас есть ещё гарантирующие поставщики, и, мне кажется, Аркадий Владимирович, рынок гарантирующих поставщиков – 2,7 триллиона. Не постесняюсь сказать, что они там жируют. Когда у кого–то нет, они друг на друга перекладывают и всё закрывают. Но главный инвестор ничего не получает от этого, программа–то инвестиционная с МРСК. Хорошо, на ФСК переложить. Мне кажется, тот, кто получил статус гарантирующего поставщика, тоже должен работать на инвестора. Это тогда будет очень правильно.

Казалось бы, наша область небольшая, Владимир Владимирович, но я уже говорила, и коллеги знают, прошлый год мы заняли первое место по молоку. Мы плюсуем: в ЦФО – первое, седьмое – по России. На 2 тысячи голов мы купили больше. Мы стали развивать кроликов на 28 тысяч тонн, грибы. Вот сказал Александр Николаевич. У нас было грибоварен 140 во Владимирской области. Сейчас у нас, конечно, 140 нет, но мы это всё восстанавливаем по карте, два завода, всё это перерабатываем.

Теперь по поддержке малых форм. Абсолютно правильно коллеги говорят, малый и средний бизнес в сельском хозяйстве не просто пошёл, а пошёл как литерный. Вот у нас 14 фермерских хозяйств, 90 начинающих. Чего они только ни выращивают: цесарки, гуси, кролики, бараны, коровы, крупный рогатый скот. И абсолютно правильно.

Но мы ещё снизили ставку земли. Почему? Потому что для них это тоже большая поддержка. У нас 225 тысяч гектаров земли не используется. Это непростая тема, Вы абсолютно правильно сказали, законы приняты, через суды сегодня забираем и эти вещи решаем.

Фонд Бравермана. Александр Николаевич, у нас два завода по производству сыра, и Вы пробовали. Второй завод мы ведём сейчас через фонд Бравермана. И на этом заводе менеджер, кстати, швейцарец. Так что мы тоже скоро будем конкурировать по сырам. А один из них – это Джон, англичанин, который Вам задавал вопрос; у него великолепные сыры.

Закон № 244 помогает, торговые сети стали откликаться. Они даже второй год у нас финансируют под заказ.

В.Путин: Откликаются они как?

С.Орлова: Кстати, но это трудно было, Владимир Владимирович, я Вам скажу, очень тяжело было с ними навести порядок. Но мы сейчас выставили стационарную торговлю, 50 машин у нас, тоже хороший комплекс сдан, у нас тоже вкусная колбаса очень и йогурт (кстати, с нашей клюквой, который делает Судогодский завод).

Поэтому первое. Спасибо Вам большое за поддержку этой программы. Коллеги абсолютно правы, 10 лет прошло – село поднялось. Мы начинаем занимать уже и внешние рынки, мы уже горох поставляем в Арабские Эмираты и дальше будем двигаться по этим рынкам. Поэтому, считаю, денег просить сейчас лишних неприлично, просто нужно минимизировать риски. Если будет семь субсидий, их можно будет разумно распределить, у кого на поддержку почвы. Мы рапс сегодня высаживаем, у нас кстати, хорошее льняное масло. Два завода уже по производству льняного масла. Это тоже всё копеечка туда же идёт, в бюджет. И сельское хозяйство сегодня больше дало налогов, чем в 2013 году.

Поэтому Вам спасибо большое. Сегодня такой день – иконы Владимира, поэтому я думаю, что сегодняшний день тоже даст такой нам всем посыл. И думаю, что сельское хозяйство – одно из таких драйверов развития. Хотела коллег поблагодарить: и Россельхозбанк, и Рослизинг, и все ассоциации.

Знаете, люди стали закрепляться на селе, Владимир Владимирович. И водопровод пошёл, и ФАПы. И, если только программа по школам – помните, мы по садикам сделали капитальный ремонт, не только строительство, а если мы по школам ещё сделаем, мы тогда сможем ещё сельские школы отремонтировать.

А так спасибо большое.

В.Путин: Отметим праздник принятием решения о развитии сельского хозяйства в Нечерноземье.

Пожалуйста.

А.Артамонов: Спасибо, уважаемый Владимир Владимирович.

Мне, как человеку, который долго работал в сельском хозяйстве, приятно сегодня присутствовать при этом разговоре, потому что говорят профессионалы. А сельское хозяйство, я рискну сказать, – это самая сложная отрасль народного хозяйства. Здесь не только специальными знаниями надо обладать, но ещё и интуицией – в расчёте на погодные условия, стечение различных факторов и так далее.

Сегодня Александр Николаевич сказал, несколько цифр приводил в сравнении с Белоруссией. В Белоруссии, конечно, климат помягче, они, в отличие от нас, в марте начинают посевные работы, а мы – в конце апреля – мае. Самое главное то, что белорусы в советское время мелиоративные работы провели по уму, а не так, как мы: просто закопали деньги во многих случаях, и всё. Я этому был свидетелем и сам вынужден был участвовать. Мы пролетали с вами, видели посреди болот железобетонные мосты стоят. Тем не менее, конечно, мелиоративными работами заниматься надо, особенно в результате того, что мы получили.

Мы же долго не могли, и Вы несколько раз обращали на это внимание и торопили с принятием закона об обороте сельхозземель, но сопротивление было мощнейшее. За это время, конечно, многие наши поля подзаросли, причём основательно, а кое–какие уже теперь в лесные угодья надо переводить.

В этом смысле, конечно, в наших краях, о чём сегодня речь идёт, в Центральном Нечерноземье эти средства на мелиорацию должны быть в первую очередь направлены на освобождение этих полей от закустаренности, от уже появившейся лесной растительности. Если мы опять их направим на осушение или орошение, – это актуально, но это будет потом. Сейчас это надо сделать в первую очередь, пока ещё, может быть, год-два природа нам даст возможность эту работу сделать.

Мы у себя создали свою МТС государственную, она как раз этими работами и занимается. Когда приходит инвестор, мы им помогаем освободить эти поля и сделать их пригодными. Но, конечно, силами одного только региона мы достаточной мощности создать не в состоянии. И здесь было бы очень здорово, если бы мы совместно эту работу делали.

Совершенно правильно, сегодня много различных отраслей, которые, может быть, в советское время нам казались бы экзотическими, а они оказываются востребованными и очень хорошо развиваются, в том числе и грибоводство. Очень многие фермеры сегодня занимаются выращиванием грибов, не только шампиньоны, но и вёшенка, которая в несколько раз более ценная, чем шампиньоны. Но грибы, Александр Николаевич, не значатся у нас ни в одной из программ, и они никакую поддержку не получают.

Мы, кстати говоря, не только импортируем грибы, но мы их в огромном количестве экспортируем, только экспорт наш неорганизованный. Вот сегодня всё наше население сельское – оно где: в лесах собирает лисички. Поляки закупают, эти же самые прибалты, и не факт, что меньше, чем на два миллиарда, на которые мы закупаем шампиньоны. Но организовать эту работу – и мы бы сами могли закупить и поставить, как государство, тогда, конечно, было бы гораздо больше толку.

Вот то, что касается всё–таки закона об обороте земель сельхозназначения. Ну, первое. Владимир Владимирович, там вкралось одно словечко, которое… – но это опять же вот оппоненты нам оставили: регионы обязаны выкупать те земли, которые мы будем изымать у недобросовестных пользователей. Надо было записать: «имеют право». Что такое «обязаны»?

При нашем сегодняшнем безденежье, вы прекрасно понимаете, это значит поставить, нам сказать: хотите – занимайтесь, только деньги ищите, чтобы выкупить у нас, причём по цене не менее 50 процентов от кадастровой стоимости. А она сегодня на рынке стоит 10 процентов от кадастровой стоимости. Здесь надо всё–таки ещё изучить этот вопрос, и я свои предложения давал (кстати говоря, они не были приняты) на этот счёт. И можно было бы здесь ещё поправить.

И второе. Владимир Владимирович, к этому же закону. На наш регион у Россельхознадзора 14 инспекторов. Когда они смогут актировать эти все земли? Им нужен не один год, а десятилетия. Мы с Сергеем Алексеевичем этот вопрос обсудили, и предлагаю, пожалуйста, хотите – пилотный какой–то проект, хотите – по всей стране, дать это право сельским администрациям. Они не сильно перегружены, прямо надо сказать, сегодня работой – те, кто работают в сельских администрациях.

В.Путин: А они смогут это сделать?

А.Артамонов: Они смогут это сделать. А инспектор пусть заверит своей печатью, проверит правильность оформления документов и заверит. Мы такую работу, кстати говоря, делаем в некоторых случаях с налоговыми органами, и нормально получается. И тогда мы могли бы за год-два эти все поля неиспользуемые каким–то образом обследовать, актировать и вернуть их в оборот. Иначе закон есть, но он может не сработать.

То, что касается энергоёмких объектов. Я абсолютно согласен, и мы сами такой имеем не очень хороший опыт, мы сейчас создаём тепличный комплекс по выращиванию овощей крупнейший в Европе – 100 гектар в одном месте. Он уже в прошлом году произвёл 25 тысяч тонн овощей. В этом году мы произведём 40 или чуть больше тысяч тонн, а проектная мощность у него 70 тысяч тонн, при том что, Александр Николаевич говорил, нам надо прибавлять по 20 тысяч, – вот 70 тысяч тонн один комплекс. Мы его разместили прямо под линией электропередач 220 киловольт, специально это сделали. Там же и особая экономическая зона. Но решить вопрос с тем, чтобы накинуть туда провода и поставить понижающие трансформаторы, это целая проблема. Вообще говоря, есть большой риск, что этот проект может просто застопориться, потому что тяжело решить.

Я согласен с тем, что нельзя давать бизнесу хаотично размещать эти энергоёмкие объекты, надо обязательно, чтобы было какое–то государственное видение и с энергетиками согласовывать эти вещи. Но, когда согласовали, как в данном случае, о котором я говорю, тогда уже энергетики должны позаботиться о том, чтобы электроэнергию туда подать. А она с этой стороны, с 220, будет априори дешевле.

Ничего они, Аркадий Владимирович, там не теряют, потому что у них нет этих расходов по транспорту. То, что они её продают по 1 рубль 80, – это их цена, это себестоимость. И они могут их продать без всяких потерь. Но это позволит нам избежать перекрёстного субсидирования, которое абсолютно неправильно. Нам этот ящик Пандоры просто открывать нельзя – перекрёстного субсидирования.

Что бы я хотел сказать по поводу финансовой поддержки? Я абсолютно согласен с тем, что сказал Александр Николаевич, это не только его позиция, это и регионы высказывают, и у Андрея Рэмовича мы собирались на предварительное такое совещание по подготовке сегодняшнего мероприятия. Конечно, надо сокращать количество этих субсидий.

Но у нас даже на этой территории Центрального Нечерноземья регионы очень разные. В одном регионе лён растёт, в другом он не растёт. В одном регионе картошку можно выращивать, в другом это бессмысленно. Я думаю, что каждый регион должен иметь свою собственную программу развития агропромышленного комплекса. Мы, например, её имеем. Мы эту программу должны с Минсельхозом согласовать, в этой программе должны быть указаны эти семь направлений той деятельности, по которой мы можем получить поддержку от государства. На юге – это зерно. Нам в этом нет смысла, мы неконкурентоспособны в этом направлении. И тогда мы бы знали, что, допустим, у нас молочное животноводство, мясное скотоводство, картофелеводство, то, что касается Калужской области, несколько направлений выбрать, их поддержать, и они бы дали рост сразу, большой рост. Это было бы полезно для страны.

И то, что касается вообще самой системы поддержки. Кто–то здесь сказал: обязательно сюда надо включить ответственность регионов. Казалось бы, это от меня звучит немножко, я должен стараться уходить. Нет, я согласен. У нас должна быть субсидиарная ответственность вместе с Правительством Российской Федерации. Мы должны отвечать за успешность этих проектов. Но нам надо давать тогда не только ответственность, но и право определять, куда в первую очередь надо направлять эти деньги по субсидированию проектов в агропромышленном комплексе.

Не так, что, допустим, он поехал, у него какие–то там есть возможности, привёз проект и говорит: я получил финансирование. Он–то получил финансирование, а я ему должен софинансировать из регионального бюджета. А потом, оказывается, прошёл год-два – он сдулся, и всё. А кто будет возвращать эти деньги? Да никто. В таком случае, если мы будем чувствовать на себе эту ответственность и за нами будет записана обязанность вернуть, мы тогда очень аккуратно будем подходить к набору тех проектов, которые мы будем субсидировать.

Больше того, может быть, мы не сразу в начале строительства начнём их субсидировать, а тогда, когда он покажет результат. Во–первых, какой–то проект, может быть, когда он будет в стадии завершения. Да, мы верим, начинаем субсидировать, но мы комиссионно соберёмся и определим вместе с депутатами, ещё кого–то пригласим к этому разговору. Или же, может быть, тогда, когда уже начнёт он производить продукцию, и тогда меньше будет этих ошибок. У нас очень много денег уходит в никуда зачастую.

Больше того, многие стараются поучаствовать в этих программах для того, чтобы заработать именно на процессе строительства, создания, завышают искусственно. Вот капексы – это очень опасная штука. То есть мы берёмся субсидировать какой–то процент от капитальных затрат. Ему выгодно сейчас эти затраты раздуть, получить процент, допустим, от капитальных затрат на создание объекта, а потом уже в принципе можно и не беспокоиться, будет он работать, не будет он работать. Одним словом, если включатся регионы со своей субсидиарной ответственностью – наверное, тогда качество этих проектов значительно будет лучшим.

В.Путин: Сейчас разве этого нет?

А.Артамонов: Сейчас нет этого.

И последнее, то, что говорил Александр Николаевич. Я абсолютно поддерживаю, Владимир Владимирович, сельхозтоваропроизводители очень нуждаются в том, чтобы были короткие кредиты на текущую деятельность, но у них зачастую уже всё, остаётся только жену и детей заложить, но под будущий урожай.

В.Путин: Что вам всем хочется от жён избавиться, заложить их куда–то. (Смех.)

А.Артамонов: А дом, где они живут, закладывают, между прочим. Почему нельзя выдавать под будущий урожай эти кредиты?

В.Путин: Другого имущества нет, что ли?

А.Артамонов: Эти кредиты надо выдавать под будущий урожай, и тогда всё будет нормально, и он будет себя нормально чувствовать. Но опять же мы видим, мы же знаем на местах, кому можно выдать кредит, а кому их нельзя выдать.

А.Ткачёв: Можно?

В.Путин: Да.

А.Ткачёв: Спасибо.

Мы из 54 делаем объединённые семь субсидий. Это на самом деле маленькая революция, такого не было никогда. То есть мы многие полномочия сегодня передаём, но по ключевым вещам, всё–таки здесь не будем немножко максималистами, чтобы тоже не наломать других дров.

Выступал коллега Королёв: дисциплина и так далее – слушайте, а давайте скажем честно, почему это происходит. Мы в начале года начали открывать проекты новые, выдавать инвесторам, обещать по крайней мере. Потом нам 20 миллиардов срезали и сказали, что нам не дадут. А кому? Мы же должны эти средства кому–то дать, а кому–то не дать. Сказали, что просто тупо нет денег. Так бывает. Отсюда вся и проблема.

В.Путин: Александр Николаевич, так не то, что бывает, это всегда так: денег всегда не хватает.

А.Ткачёв: Они были, у нас забрали.

В.Путин: Вопрос в том, чтобы их рационально расходовать. Анатолий Дмитриевич сейчас сказал, что есть правила, которые побуждают участников экономической деятельности действовать неэффективно с точки зрения достижения конечного результата, так же как по строительству при некоторых проектах. Вот о чём речь.

Мы с вами собрались сегодня для того, чтобы обсудить один из важнейших вопросов жизнедеятельности страны, а именно развитие сельского хозяйства в Нечернозёмной зоне России. Что говорить? Это коренная Россия, Центральная её часть. Нам нужно решить здесь целый комплекс вопросов, связанных с тем, чтобы людям здесь было жить комфортно, чтобы люди из сельских территорий не уезжали в города. Это комплексная проблема, связанная с развитием инфраструктуры, с решением социальных вопросов, с развитием сельского хозяйства как такого, как производства, как отрасли экономики.

Совершенно очевидно, что здесь есть конкурентные преимущества, мы об этом уже сегодня много раз сказали. Они заключаются, повторю ещё раз, в близости рынков сбыта, в достаточно развитой энергетике. Здесь много, реально много конкурентных преимуществ – нужно только их определить, как грамотно ими воспользоваться.

Конечно, нужно настроить и механизмы государственной поддержки. Эти механизмы есть, средств выделяется немало, мы уже говорили, – 247 миллиардов. Даже если предположить, не предположить, а мы знаем, что часть – это не прямое сельское хозяйство, это сельхозмашиностроение, мелиорация, какие–то другие направления, но так или иначе это связано с развитием сельского хозяйства. Надо только рационально эти средства использовать.

Здесь много прозвучало хороших предложений. Думаю, что у нас разговор очень такой предметный, конкретный и совершенно очевидно заинтересованный со стороны всех участников нашей сегодняшней встречи, интересный разговор на самом деле.

Мы видим, что за последние годы сельское хозяйство, безусловно, демонстрирует уникальные темпы роста, уникальные просто. Но каждый день нам преподносит какие–то новые задачи. Сейчас мы говорили о взаимоотношениях с энергетиками, и здесь есть что настроить, совершенно очевидно. Мы говорим и о внешнеэкономической составляющей с нашими партнёрами. Это касается не только наших турецких партнёров, это касается и Евросоюза, и касается тех стран, которые не входят в Евросоюз. Нам нужно иметь это в виду.

Раньше нам было вообще всё равно; по сути, нам нужно было только подешевле завезти в страну продукцию любого качества, только бы рынок не был пустым. Теперь другая ситуация, теперь у нас, смотрите, я уже говорил по мясу, особенно по мясу птицы и по свинине, 95 процентов – собственное производство. Послушайте, такого никогда не было. Я вообще не знаю, было ли когда–нибудь вообще такое. В Советском Союзе точно не было, но в царской России, наверное, было.

А.Ткачёв: Мы зерно завозили 40 миллионов тонн.

Реплика: И в царской России не было, Владимир Владимирович.

В.Путин: Ну вот. Поэтому у нас совершенно другая жизнь началась. Здесь есть плюсы безусловные, большинство плюсов, но есть и новые вызовы, как говорят по–современному. Поэтому нам нужно с вами подумать, как их преодолеть. Разумеется, за эти два часа нашей работы мы даже и не вскроем все эти вопросы. Но часть – она стала для нас более понятной.

Поэтому я попрошу своих коллег, Администрацию Президента, Правительство, соответствующие наши ведомства всё проанализировать, то, что сегодня прозвучало. Мы не оставим все эти вопросы в покое. Наша цель применительно к данной встрече – наметить эффективные меры по развитию именно этого региона, но как части всего сельскохозяйственного комплекса Российской Федерации.

Спасибо.

Россия. ЦФО > Агропром > kremlin.ru, 28 июля 2016 > № 1839869 Владимир Путин, Александр Ткачев


ЮАР. Россия > Агропром > fruitnews.ru, 26 июля 2016 > № 1837457 Анна Зуевская

ЕЭК: В Регламенте Таможенного союза определена возможность указывать маркировку фруктов в сопроводительных документах

Интервью заместителя начальника отдела разработки технических регламентов Департамента технического регулирования и аккредитации Евразийской экономической комиссии Анны Зуевской

Некоторое время назад мы писали о том, что в Евразийской экономической комиссии экспортерам фруктов из ЮАР сообщили о возможности указывать маркировку продуктов в сопроводительных документах.

Между тем, с требованием наличия русскоязычной маркировки продукции на транспортной упаковке часто сталкиваются российские импортеры и экспортеры фруктов и овощей в Россию. Необходимость присутствия такой маркировки на каждой коробке с продукцией вызывает существенные трудности у участников рынка.

За подробностями и разъяснениями в этом вопросе ИА «FruitNews» обратилось к Анне Зуевской, начальнику отдела разработки технических регламентов Департамента технического регулирования и аккредитации Евразийской экономической комиссии.

FN: Ранее ЕЭК разъясняла представителям ЮАР, что при импорте продукции в страны ЕАЭС, включая Россию, маркировка упакованной пищевой продукции на русском языке может указываться в сопроводительных документах, а не наноситься на транспортную упаковку продукции. Относится ли эта информация к любой продукции из всех стран и ко всем участникам внешнеэкономической деятельности ЕАЭС?

АЕЗ: Требования к пищевой продукции, импортируемой на таможенную территорию Евразийского экономического союза, установлены техническим регламентом Таможенного союза «О безопасности пищевой продукции»1, а требования к маркировке пищевой продукции – техническим регламентом Таможенного союза «Пищевая продукция в части ее маркировки»2.

Возможность указания маркировки пищевой продукции, помещенной непосредственно в транспортную упаковку3, в документах, сопровождающих пищевую продукцию, определена пунктом 7 части 4.12 статьи 4 регламента «Пищевая продукция в части ее маркировки»4.

При обращении продукции на территории Союза такая маркировка должна быть нанесена на русском языке. Если в законодательстве государств – членов Союза, на территории которых будет реализована продукция, есть дополнительные требования о размещении информации на государственном языке или языках такого государства, потребуется дополнительная маркировка на этом языке или языках. Это требование установлено пунктом 6 Протокола о техническом регулировании в рамках Евразийского экономического союза5 в целях единообразного подхода к маркировке продукции.

FN: В какие сопроводительные документы и в каком виде может включаться такая информация?

АЕЗ: Маркировка неупакованной пищевой продукции наносится на товаросопроводительные документы6.

В соответствии с устоявшейся практикой под товаросопроводительным документом понимается документ, направляемый грузоотправителем с отгруженным товаром, который удостоверяет перевозку и содержит наименования и реквизиты грузоотправителя и грузополучателя, а также сведения о наименовании и количестве груза по каждому направлению.

FN: Может ли ЕЭК предоставить документ с уточнениями статьи 4 Технического регламента Таможенного Союза «Пищевая продукция в части

ее маркировки», подтверждающий указанную выше информацию?

АЕЗ: Требования к маркировке пищевой продукции, а также к способам доведения маркировки установлены статьей 4 технического регламента Таможенного союза «Пищевая продукция в части ее маркировки».

Указанные требования обязательны для применения и исполнения на территории государств – членов Союза, а также странами, импортирующими пищевую продукцию на территорию Союза.

Евразийская экономическая комиссия может оказывать содействие заинтересованным сторонам по разъяснению положений, в том числе статьи 4 технического регламента «Пищевая продукция в части ее маркировки». Вместе с тем, разъяснения положений технического регламента, данные представителями Комиссии, не содержат конкретизирующих нормативных предписаний, содержащихся в рассматриваемых нормативных актах, и носят информационный характер.

FN: Какие действия Вы можете порекомендовать компании импортеру или иностранному поставщику, который сталкивается с требованием наличия маркировки на русском языке на каждой транспортной упаковке продукции при проведении процедур импорта в пункте таможенного контроля?

АЕЗ: Успех международной торгово-экономической деятельности импортеров Союза

и грузоотправителей третьих стран во многом зависит от знания и исполнения положений технических регламентов Таможенного союза.

Одним из приоритетов деятельности Комиссии является выстраивание отношений с третьими странами и интеграционными объединениями.

В связи с этим необходимо подчеркнуть, что уполномоченные представители Комиссии готовы к содействию в поисках ответов на вопросы о ввозе пищевой продукции на территорию Союза, а также разъяснению основных принципов технического регулирования в Союзе и установленных в Союзе требованиях к пищевой продукции, в том числе в части ее маркировки.

ЮАР. Россия > Агропром > fruitnews.ru, 26 июля 2016 > № 1837457 Анна Зуевская


Россия > Агропром > gazeta.ru, 10 июля 2016 > № 1843971 Владимир Фисинин

«Фуа-гра никто не занимается»

Президент Росптицесоюза Владимир Фисинин о бройлерах и дефиците коров

Мария Малышева

Сокращение деревень обернулось дефицитом молока в России. Об изменении рациона россиян, использовании антибиотиков в птицеводстве, а также почему невыгодно производство экзотических видов мяса в интервью «Газете.Ru» рассказал президент Росптицесоюза Владимир Фисинин.

— В последнее время все больше рапортуют об успехах в птицеводстве. Неужели Россия себя обеспечивает яйцами и курами на все 100%?

— Смотрите, в прошлом году отечественное производство яиц составило 42,5 миллиарда штук, или 295 яиц на душу населения. При уровне по доктрине продовольственной безопасности в 85%, обеспеченность пищевыми яйцами сейчас –94%. В мировом рейтинге по валовому производству яиц Россия занимает шестое место. По мясу птицы дела тоже обстоят неплохо. Если в 2000-м году производство мяса птицы составляло 755 тысяч тонн, и по этому показателю у нас было 20 место в мировом рейтинге, то в 15-м году, достигнув уровня 4 425 тысяч тонн, Россия занимает уже четвертое место.

В 90-м году Россия производила на душу населения 12 килограммов мяса птицы, в прошлом году – 30,3 килограмма. Вот такой рывок. Уровень продовольственной безопасности — 89%. В общей структуре отечественного производства мяса всех видов удельный вес птицы с 18% в 90-м году поднялся до 48% в 15-м году.

— Явно же помогли не только санкции, кур, видимо, производить дешевле всего?

— Во-первых, это быстрая окупаемость вложенных инвестиций. Мы в 40 дней бьем бройлера весом два с половиной килограмма. Во-вторых, способность птицы конверсировать питательные вещества корма в продукцию значительно превосходят другие виды животных. Так, потребность в энергии корма на производство одной тонны говядины в 2,3 раза выше, чем для производства одной тонны мяса бройлеров.

— То есть можно и на экспорт поставлять?

— Как ожидается, к 2050 году производство мяса птицы в мире вырастет на 122%. Потребление остальных видов мяса возрастет не так сильно. Вообще, нам есть кого накормить. Каждый день в мире появляется 219 тысяч новых клиентов за нашим глобальным обеденным столом. Перемножьте на 365, вы получите годовой прирост в 78 миллионов.

К 50-му году нам нужно накормить 9,3 миллиарда жителей Земли.

Вот из этого нужно будет и исходить, решая какое мясо и куда пустить на экспорт.

— С таким подходом не рискуем ли мы остаться с прилавками, заполненными только куриными окорочками?

— Производство говядины развивается неплохо. Но там годы нужны будут, есть те, кто скоропалительно говорит к 20-му году заместим, но к 20-му году замещения не будет. Проблема с говядиной – в мире нехватка земельных угодий. Это Россия так нерационально использует свою землю. Земли же не хватает для выпаса. Сейчас у нас воды много, и мы уже говорим: вот бы воду перегнать в Китай. Какой Китай? Самая большая проблема ближайших лет – уход грунтовых вод, как совершенно справедливо пишет Лестер Браун, американский исследователь.

Но проблемный вопрос, самый проблемный, это молоко.

По молоку Россия к 90-му году имеет производство всего 37%. Потому что было 20,5 миллиона коров, сегодня только 8,3 млн осталось. Сейчас сельскохозяйственная перепись покажет, что этих 8 миллионов нет. Потому что считается, что 52% коров у населения. Этих коров у населения уже нет. Я думаю, там не доберут миллион или полтора миллиона коров.

— Почему зарезали?

— Россия за это время потеряла 17 тысяч деревень. Была деревня, обязательно стоял скотный двор. Сто коров, двести коров.

Не стало деревни – не стало коров.

Так что это проблема из проблем. Я вот подсчитал, что с этим поголовьем коров, если доить по 12 тысяч литров на корову в год, то можно достигнуть уровня 90-го года. Сегодня доим пять тысяч литров молока. При этом каждый год на сто тысяч коров убывает поголовье, идет под нож.

Это наиболее сложная отрасль и работа сложная. Надо в четыре утра встать, чтобы на дойку в пять часов. И целый день работать. Сейчас, правда, появились «карусели», автоматы.

— Возвращаясь к курам. Многим страшновато есть мясо - кажется, что если бойлер так быстро вырос, его накачали гормонами. Используют ли сейчас гормоны и антибиотики, чтобы куры быстрее росли и не болели?

— На ранней стадии американцы использовали гормональное стимулирование. Но вот мы выращиваем 2,5 миллиарда бройлеров в год. Если вы гормон вводите через ротовую полость, и он попадает в пищеварительный тракт, через 10 минут его нет, он не может подействовать. Гормон работает только, когда вы внутримышечно его ввели. А как мы можем 2,5 миллиарда колоть этим гормоном? Это затраты и по времени и по деньгам — стоимость одной дозы гормона – это примерно 20% стоимости готовой тушки.

Рост объема получаемого мяса достигнут путем генетики и селекции линий на прирост массы тела. Было время, когда бройлеры семнадцать граммов среднесуточного привеса давали. Я пришел в институт – 17 граммов давали. Сегодня 50–55 граммов, так сказать. Есть отдельные партии – 60 граммов.

Другое дело, что мы очень увлеклись ранним убоем бройлеров.

Мясо-то еще незрелое. Поэтому вот сейчас японцы бьют бройлеров не в 39 дней – 40, как мы, а в 56 дней. По словам специалистов, в ближайшие три года будет примерно 15% уже в Европе медленно растущего бройлера, там используются местные породы мясояичных. Таким образом, забиваться они будут через 52—58 дней. Франция сейчас такое мясо уже продает. Оно где-то в 2,7 раза идет по цене выше, нежели бройлеров рано забитых. Что касается антибиотиков. Вы знаете, что антибиотики пенициллинового ряда, тетрациклинового ряда, запрещены в Советском Союзе еще были в 56-м году. То есть, то, что использует человек для лечения, не может использоваться… Используются кормовые антибиотики и то в немногих хозяйствах.

— А по каким направлениям сохраняется зависимость от Запада?

— По вакцинам, мы, к сожалению, в зависимости — у нас своих заводов не так много. Второе – мы всегда были в зависимости по сое, по соевому шроту, и по кукурузе. Сейчас мы себя кукурузой обеспечиваем. Но много гоним за рубеж. Мы до сих пор не определились, сколько нам нужно пищевого, продовольственного зерна, и сколько фуражного.

— А экзотические виды мяса и мясных продуктов нам производить не под силу? Фуагра, например? И что с другими видами птицы?

— Фуагрой никто не занимается сейчас. Это надо вести откорм гусей на крупную печень. Мы начинали, но это дорого — надо на каждый килограмм дополнительного откорма затратить по восемь килограммов кукурузы.

Фуагра идет за бешеные деньги, которые нашему рядовому потребителю и не снились.

Одно время была мода на страусиное мясо. Но страус — это как корова, три года вы ее должны растить. Первое яйцо страус дает через 40 месяцев жизни. Мытищинские ребята запустили производство мяса страуса, но порция стоила 3200 рублей. Кто у нас его сможет купить? Сейчас 18 ферм страусиных в Польше. Ни одна не является товарной, их просто вписали в туристические программы. Страус может быть рентабельным только в том случае, если используются не только яйца, но даже кожа страуса будет переделываться в туфельки, сумочки, кошельки.

Еще пример — у нас цесарка идет по стандарту как курица. Кожа у нее синяя, поскольку много меланина. Вот мы цесарку привезли в магазин, старушка-эксперт и говорит: опять дохлятину привезли. И все, и на этом закончилось. Что сделал Запад? Он ввел стандарт на цесарку как на дичь. И эта дичь идет в четыре раза дороже, чем мясо бройлера.

При этом у нас в институте птицеводства коллекция — шесть пород цесарок. Зарубежные коллеги были, заинтересовались нашей загорской белогрудой цесаркой, она единственная в мире, созданная путем переливания крови цесаркам от петухов.

Последние 25 лет на экспериментальное хозяйство вообще ничего не выделялось.

Но вот сейчас, в связи с вхождением в ФАНО, надеемся, что деньги будут выделяться. Хозяйство немножко старенькое у нас. Но, тем не менее, за последние годы создали несколько кроссов кур. В коллекции у нас 70 пород кур. 22 породы гусей, пять пород цесарок, восемь - перепелов. Генофонд позволяет активно заниматься созданием и разработкой новых отечественных кроссов, птиц будущего.

— Что же это за птица счастья завтрашнего дня такая?

— Мы раньше пять месяцев выращивали молодку и переводили ее в курицу-несушку. И продуктивный период был 12 месяцев. Сейчас эти кроссы совершенствуются, чтобы птица неслась не 12 месяцев, а минимум 17 месяцев. Чтобы от нее можно было получить не 320 яиц, а 500 яиц, и только потом ее пустить на забой. Кроме того, птица, над которой мы работаем, должна быть с повышенной резистентностью и быть устойчива к ряду заболеваний.

Россия > Агропром > gazeta.ru, 10 июля 2016 > № 1843971 Владимир Фисинин


Украина > Агропром > interfax.com.ua, 6 июля 2016 > № 1824272 Петр Мельник

Руководитель Agricom Group: Наш завод по производству хлопьев станет одним из самых технологичных в ЕС

Интервью исполнительного директора Agricom Group Петра Мельника агентству "Интерфакс-Украина"

Вопрос: Недавно АМКУ опубликовал решение о приобретении кипрской компанией Armpitch Holdings 25% акций Agricom Group. Что это за соглашение, кто является владельцем компании-покупателя? Или это техническая сделка по переоформлению долей в уставном капитале?

Ответ: Это не техническая сделка. Компания привлекла дополнительного акционера, инвестирование которого будет осуществляться путем увеличения уставного капитала. У нас есть планы по развитию: строим новый завод, увеличиваем земельный банк, а на все это нужны деньги. Покупатель – украинский акционер из фармацевтического бизнеса, который реализовал в этой сфере успешный проект, продал там часть акций, а средства реинвестировал в Agricom Group. Мы год работали с разными инвесторами. С собственником Armpitch Holdings познакомились случайно и приняли решение совместно реализовывать стратегию развития компании.

Вопрос: Кто является собственником еще 75% акций?

Ответ: Анатолий Шкрибляк.

Вопрос: Чем человека из фармацевтики привлек отечественный АПК?

Ответ: Если ты работаешь эффективно в агросекторе, то понимаешь: рентабельность сельского хозяйства выше, чем остальных отраслей экономики. У Agricom Group есть стратегия развития на 5 лет, которая предусматривает рост земельного банка. Мы хотим создать 4-5 кластеров в разных регионах Украины, ведь понимаем, что есть погодные риски, которые нужно диверсифицировать. Иногда восточные регионы показывают урожайность ниже, чем центральные и западные. Мы решили занять северную часть страны с запада на восток и этот план хотим воплотить в жизнь.

Вопрос: Вы строите вертикально-интегрированную компанию?

Ответ: Возделывая землю, мы понимаем, что нужно где-то хранить продукцию. Мы не храним зерно у других компаний, это - стратегическое решение акционеров. К новому сезону готовимся заранее, чтобы понимать, какие у нас планы посевов. В прошлом году были откорректированы планы: мы отказались от кукурузы, потому что в Чернигове элеватор был не готов принять большой вал зерна. В этом году мы также откорректировали посевы этой культуры, потому что всегда ищем оптимальную логистическую цепочку. Кроме этого, пытаемся привлечь сторонние организации для хранения, сушки, чистки зерна на наших мощностях, отсюда берет свои корни и трейдинговый бизнес. Те, кто у нас хранит зерно, обычно его продает.

Вопрос: Можете рассказать, какие культуры сеет ваша компании?

Ответ: Кукуруза у нас посеяна в этом году на 400 га. Основные культуры – это озимые 7,5 тыс. га, яровой клин – около 20 тыс. га, из них подсолнечник – около 12 тыс. га и почти 6,5 тыс. га – лен, 400 га – овес, 300 га – гречка. Мы пытаемся вести четырех- пятипольную структуру севооборота. Основное задание пока – максимально увеличить озимый клин, что и планировали в прошлом году, но засушливая осень не дала нам возможности воплотить планы в жизнь. Подсолнечник в этом году мы недосеяли на 2,5 тыс. га, семена остались на следующий год, потому что вы видели, что происходило с погодой.

Вопрос: Как отразился длительный период дождей на состоянии кукурузы и подсолнечника?

Ответ: Кукуруза сейчас себя прекрасно чувствует, она ждала плюсовых температур. Сначала у нас она была слаборазвитой, но в последнюю неделю пошла в рост, у нас уже метровая кукуруза стоит. Мы сделали дополнительные обработки подсолнечника фунгицидами, средства были заложены в бюджете компании. На 1,5 тыс. га подсолнечника агрономы констатировали начальные стадии фомоза, но в принципе средствами защиты растений поля уже обработали и болезнь остановлена.

Вопрос: Вы сказали, что ваша компания выращивает лен. Насколько это направление прибыльное?

Ответ: Каждый год наши менеджеры по продаже хватаются за голову, когда видят, что я увеличиваю площади под этой культурой. Но проходит 2 месяца и получается, что льна недостаточно. Спрос на него есть, цена ниже 350 EUR/тонна не опускается, а были годы, когда мы и по 460 EUR/тонна его реализовали. Мы выращиваем порядка 10% украинского масличного льна. Пока работаем с компаниями, которые дочищают лен и продают кондитерам из ЕС и Америки. Мы ищем возможность зайти на эти рынки самим, но для этого нужны мощности по доработке льна. Возможно, мы будем этим заниматься, но сначала нужен завод, где можно это делать. Поэтому в Чернигове такой завод по зернопереработке мы и строим. Сначала установим линии по переработке зерновых, потому будет добавлять остальные. Иногда по льну мы не имеем такую рентабельность, как по другим сельхозкультурам, но он очень хороший предшественник при нашем севообороте, у нас на 100% отработанна технология.

Вопрос: Производители льна хотят отмены экспортной пошлины, вы считаете, что она не способствует росту перерабатывающих мощностей внутри страны?

Ответ: Десятипроцентная пошлина на лен – существенное ограничение для экспорта. Лен попал в перечень культур, для которых она действует, случайно как масличная культура. Когда вводили ограничения для подсолнечника, не разбираясь, ввели пошлину и на масличный лен.

Вопрос: Расскажите, где вы строите завод по производству овсяных хлопьев и где взяли на него средства?

Ответ: Мы строим полноценный крупный завод в пгт Михайло-Коцюбинское Черниговского района. Проектирует его швейцарская компания Buhler, которая также делает инжиниринговые работы. Эта компания будет и поставщиком оборудования. Мы 2 года этот завод "вынашивали", сейчас идет процесс заказа оборудования. Планируем открыть его летом 2017 года. Завод будет иметь возможность производить не только овсянку, но и хлопья разного рода - кукурузные, ячменные, пшеничные, пшённые, ржаные, гороховые, рисовые, гречневые, а также продукты на основе хлопьев. Стоимость проекта – $7 млн, мощность – около 1,2 тыс. тонн хлопьев в месяц.

Вопрос: Как считаете, спрос на эту продукцию в Украине будет?

Ответ: Внутренний рынок падал в последние два года где-то на 25%. Я считаю, что своего дна он достиг и дальше начнется рост. При том что этот рынок падал, наша доля на нем росла. Мы наращивали свою долю не за счет того, что снизили качество или цену. С открытием завода хотим сделать такое качество продукции, чтобы оно стало стандартом, на который нужно ориентироваться. Buhler поможет внедрить несколько технологических решений: хотим выпускать ассортимент из семи разных видов овсяных хлопьев и при этом без каких-либо химических обработок.

Вопрос: Сколько рабочих мест будет создано на заводе, как местное население отреагировало на новость о его строительстве?

Ответ: Черниговская область имеет определенные особенности. Она расположена близко от Киева и люди, которые могут зарабатывать деньги, переезжают сюда, а в селах остаются в основном пожилые люди. Почти 70-80% людей, которых мы привлекаем для работы на заводе – приезжие. Завод - это новые рабочие места, это налоги в сельские советы, местные бюджеты. У нас достаточно хорошие отношения с местной налоговой службой, мы только в мае сделали платеж по НДС на 700 тыс. грн и, возможно, перевыполнили все бюджеты, которые у них были за месяц. Завод рассчитан на 100 рабочих мест. Местное население, которое там будет работать, составит около 30%.

Вопрос: Остальных откуда будете возить?

Ответ: Механика привезли из Одессы. Он поселился в с. Красное, мы даем ему кредит на покупку дома. Начальник строительства – из Белокуракино, она там работала на элеваторном комплексе.

Вопрос: Какой кредитный портфель компании?

Ответ: С финансированием у компании все нормально. У нас очень маленький кредитный портфель – $3,7 млн при прогнозируем объеме выручки в $25 млн за 2016 год. Технику берем в лизинг, есть товарные кредиты от поставщиков средств защиты растений и семян. Если нам предлагают отсрочку выплат, но с дорогими процентами, мы выбираем способ платить сразу.

Вопрос: Какая часть ваших активов осталась в зоне АТО, какие из них вы не контролируете?

Ответ: У нашей компании нет никаких активов, которые остались там. Все активы Agricom Group находятся на подконтрольной Украине территории. Завод по производству овсяных хлопьев принадлежал акционеру Agricom Group, но в состав компании не входил.

Вопрос: Как близко ваш земельный банк к зоне разграничения с не подконтрольными Украине территориями?

Ответ: У нас на севере Луганской области единый целостный массив, около 10 тыс. га в двух районах: Белокуракинском и Новопсковском. Еще есть около 3 тыс. га, они находятся в 100 км в направлении города Счастье. Есть еще Марковский район (около 4 тыс. га). Это где-то 20 км до границы с Россией, но до зоны боевых действий это еще дальше. И Троицкий район – тоже около 4 тыс. га, это земли на границе с Россией. Но поверьте, там Украина ощущается еще больше, чем здесь, там Слобожанщина, я сам был удивлен, когда услышал там украинские песни и язык. Ситуация меняется, там хороший бизнес-климат, работящие люди.

Вопрос: Сейчас в Украине наблюдается рекордный рост цен на гречку. Ваша компания выращивает эту культуру. Можете пояснить, чем вызван такой ценовой скачок?

Ответ: Это не монопольный сговор. Если на рынке объективно есть дефицит гречки, то цена будет расти. В прошлом году мы посеяли 500 га, очень выгодно ее продали еще в августе. В этом году столкнулись с проблемой поиска качественных семян. Мы используем импортный посевной материал.

Вопрос: Хочу еще спросить относительно налогообложения по новой системе уплаты НДС? Насколько для вас было сложно его администрировать?

Ответ: Нам легко. У нас нет животноводства, только по льну мы имеем 50%/50%. Все, что мы начинали делать, начинали с учета, я по образованию финансист. Поэтому никаких проблем не было.

Вопрос: Вы говорили, что в этом году намерены увеличить озимый клин? Сеете только пшеницу и рапс?

Ответ: Да. Традиционно сеем то, что знаем, как выращивать. В компании должна существовать определенная простота действий. Чем больше культур я буду выращивать, тем больше буду создавать проблем с их реализацией отделу сбыта. Соответственно, это большее количество людей, администрирования, контрактов и т.д. И опять-таки увеличиваю риски. Мы для себя понимаем, что лучше отрабатывать технологии, искать лучшие сорта. Ячмень – это, в моем понимании, культура не очень стабильная, она колеблется из года в год. Озимая у нас только пшеница, стоят планы по увеличению урожайности.

Вопрос: Животноводством ваша компания не планирует заняться?

Ответ: Мы идем туда, где видим, что есть рентабельность. Мы делаем то, что обеспечивает стабильность людям, работающим в компании. В компании в сезон работает около 600 человек. Если мы будем направлять деньги в какие-то проекты, где не будет прибыли, то, в первую очередь, это безответственно по отношению к ним, ведь каждый хочет работать с повышением зарплат ежегодно и видеть какие-то перспективы.

Вопрос: Какова ваша позиция относительно отмены моратория на продажу земель сельхозназначения? Производители готовы покупать землю, а население продавать?

Ответ: Для меня абсурден тот факт, что существует собственность и ее нельзя продавать. Если правительство решит открыть рынок и снять мораторий, то будут и покупатели, и продавцы. В зависимости от количества желающих с одной и другой стороны будет определяться цена. Это рыночный механизм, его давно пора было бы запустить. А с другой стороны, у земли будет собственник, а это может повлечь другие проблемы, которые мы должны понимать. Сейчас у меня есть поле как массив и я с ним работаю, Если поля будут дробиться, то для меня это дополнительные проблемы. Действительно, должно быть какое-то правило "первой ночи", чтобы покупали, в первую очередь, те, кто работает реально на этой земле. В то же время сегодня в АПК есть очень мало компаний, которые имеют оборотные средства, чтобы покупать землю.

Вопрос: По стратегии развития агарных компаний. Ваша компания представляет средний бизнес, на который собирается делать ставку новое правительство. Комфортно ли вам работать в сельском хозяйстве на равнее с крупными агрохолдингами?. Вы видите перспективы роста среднего бизнеса в АПК?

Ответ: Конечно, и перспективы очень значительные.

Вопрос: Насколько рентабельность сельхозкультур в средних компаниях отличается от крупных? Или все индивидуально?

Ответ: Рентабельность не очень отличается. Если ты работаешь эффективно, то имеешь те деньги, которые имеют самые успешные компании. Есть компании такого же размера, как и наша, и при этом они убыточные. Есть фермеры, которые работают в убыток. Мне кажется, 20-30% компаний каждый год уходит с этого рынка и на полях можно наблюдать их "последний шанс" – посеянный подсолнечник по подсолнечнику. В итоге нужно 4-5 лет пересевать это поле, чтобы возобновить. Все индивидуально. Мне кажется, что можно управлять и большим банком земли, и делать это эффективно, хотя нам достаточно долго продавали сказку о том, что это неэффективно. Все зависит от людей, которые работают в компании.

Украина > Агропром > interfax.com.ua, 6 июля 2016 > № 1824272 Петр Мельник


Россия. ЦФО > Агропром > premier.gov.ru, 5 июля 2016 > № 1813144 Александр Ткачев, Андрей Воробьев

Первое заседание Правительственной комиссии по вопросам агропромышленного комплекса и устойчивого развития сельских территорий.

Посещение сельхозпредприятия «Матвеевское»

Перед началом заседания Дмитрий Медведев посетил ЗАО «Матвеевское». Предприятие создано 55 лет назад в деревне Вырубово Одинцовского района Московской области для обеспечения населения Москвы и Подмосковья овощной и мясомолочной продукцией. Основное направление деятельности хозяйства – производство овощей защищённого грунта (огурцы, томаты) и молочной продукции. Общая площадь теплиц составляет 8 га.

В 2007 году был построен и введён в действие завод по переработке молока и выпуску кисломолочной продукции мощностью 20 т молока в сутки. Завод оснащён новейшим технологическим оборудованием. Ассортимент молока и кисломолочной продукции составляет более 20 наименований. Поголовье крупного рогатого скота для обеспечения молочного завода сырьём и создания кормовой базы племенного животноводства составляет 1560 голов.

В 2013 году введён в эксплуатацию современный складской комплекс общей площадью 30 тыс. кв. м.

Заседание Правительственной комиссии по вопросам агропромышленного комплекса и устойчивого развития сельских территорий

Стенограмма:

Д.Медведев: Уважаемые коллеги, у нас сегодня первое заседание большой Правительственной комиссии по вопросам агропромышленного комплекса и устойчивого развития сельских территорий. Заседание такой комиссии первое, но работа и до этого шла своим чередом на разных уровнях. Все наши достижения последнего периода, а с другой стороны, проблемы всем хорошо известны. Сейчас уже идёт работа над новым бюджетом. Вчера я проводил заседание комиссии по бюджетным проектировкам. Хочу напомнить, что совсем недавно на съезде «Единой России» я говорил, что на аграриях мы экономить не будем. Сегодня обсудим, какие ещё меры нужно принять, чтобы создать условия для успешного развития сельского хозяйства на ближайшую перспективу.

Темы роста агропромышленного комплекса за последние несколько лет действительно вышли на совершенно иной уровень, по всем товарным позициям, которые представлены на внутреннем рынке, есть выбор и по качеству, и по ассортименту, и по цене. Более того, Россия успешно отвоёвывает статус крупного поставщика на мировом продовольственном рынке, сейчас это уже не слова, а именно так и есть. Я не буду приводить цифры, я совсем недавно их приводил в разных форматах, они известны – и по экспорту зерновых, и по экспорту других видов продовольствия. Результаты есть, они достигнуты благодаря совместным действиям и Правительства, и отраслевых объединений, и, конечно, самих аграриев, включая ту работу, которая у нас постоянно велась, – Аркадий Владимирович Дворкович ей занимается, Министр сельского хозяйства и другие коллеги.

Конечно, эти результаты достигнуты благодаря беспрецедентным объёмам государственной поддержки. Таких объёмов государственной поддержки сельского хозяйства никогда не было в постсоветский период. Только в текущем году на реализацию государственной программы мы предусмотрели 215 млрд рублей. Учитывая необходимость дополнительной поддержки, мы включили на текущий год развитие сельхозмашиностроения, целый ряд других решений. Сейчас главное это не растерять.

Всё это должно работать на решение основной задачи – повышение качества и конкурентоспособности сельхозпродукции, чтобы наша продукция и сам аграрный сектор могли сделать разворот от импорта к экспорту и на рынок продовольствие поступало такого качества, чтобы потребители и в России, и за рубежом без колебаний выбирали бы именно наши, российские продукты.

Я подписал распоряжение Правительства, которым вносятся изменения в Стратегию развития пищевой и перерабатывающей промышленности. Этот сектор также успешно развивается, входит в число лидеров по объёмам производства. Мы доработали стратегию, предусмотрели развитие новых форм государственно-частного партнёрства на базе территориальных кластеров, развитие инфраструктуры, уточнили механизмы инвестирования.

Не менее важно повысить качество самой переработки сельхозпродукции. Этим целям служит ещё один документ, который закладывает стандарты повышения качества в пищевой индустрии до 2030 года. Вчера я объявил о нём, на совещании с коллегами по Правительству мы его обсуждали. Чтобы достичь поставленных целей, нужно поработать над развитием отдельных направлений агропромышленного комплекса. Речь идёт о производстве фруктов, овощей, мяса, молочной продукции. В целом объёмы производства по этим направлениям также увеличиваются, но разными темпами. По итогам прошлого года уровень самообеспеченности по овощам составил почти 94%. Мы и сегодня встречаемся на территории такого комплекса в Одинцовском районе, акционерного общества «Матвеевское», которое уже 50 лет работает. Начиналось всё, естественно, в прежних технологических условиях, в 1960-е годы. Сейчас уже, конечно, современное производство.

Но я говорил об уровне самообеспеченности в сезон, а в межсезонье по овощам – менее 50%, поэтому на рынке есть довольно значительная ниша, которую наши производители могли бы заполнить. По фруктам это 33%, то есть 1/3 от рынка.

Конечно, из-за специфики нашего климата у нас всегда будет необходимость что-то дополнительно закупать, но тот основной набор продуктов, который есть в каждой продовольственной корзине любого покупателя, надо выращивать самим, и в этом основная задача. Для этого мы начали работать над модернизацией тепличного комплекса. Напомню, что в прошлом году введено в строй 170 га теплиц. На 18% по сравнению с прошлым годом мы увеличили площади закладки садов и ягодных насаждений. Мы сейчас с коллегами говорили: нам в целом, для того чтобы в прогнозируемом направлении развиваться, в год надо вводить где-то от 200 до 300 га теплиц. Тогда приблизительно за 5 лет мы закроем вообще потребности в тепличном производстве, в хозяйствах тепличных в масштабах всей страны.

И конечно, нужно обеспечить производителей качественным посадочным материалом, предоставить доступ к кредитам по льготной ставке (это тоже у нас тема, которая регулярно обсуждается с участием аграриев) и обратить внимание дополнительное на тарифы на электроэнергию для тепличных хозяйств. Понятно, что эти тарифы должны быть подъёмными, чтобы производство в тепличных хозяйствах было рентабельным.

Есть достижения у нас и в мясной отрасли. В прошлом году мы впервые достигли необходимого уровня продовольственной безопасности по производству мяса и мясопродуктов, но, конечно, в основном за счёт роста в птицеводстве и свиноводстве. Там ситуация практически нормальная уже. В результате экспорт мяса и субпродуктов также вырос более чем в два раза.

Но есть и проблемные зоны, в частности производство говядины и молока. Пока уровень обеспеченности молоком недостаточный, в прошлом году он составил чуть более 80%. А учитывая, что импорт молочной продукции в 2015 году также сократился более чем на 20%, наши производители имеют очень значительную нишу, которую необходимо закрывать.

А.Ткачёв: Сам факт создания такой авторитетной, уважаемой комиссии говорит о действительно беспрецедентной поддержке сельского хозяйства в нашей стране. Как вы видите, на цифрах и в деле мы действительно демонстрируем рост и особую активность в этом ключе.

Если можно, несколько слов о ходе уборки урожая. Мы сейчас находимся в очень ответственной фазе. Должен сказать, что своевременная подготовка и проведение посевной, а также благоприятная погода позволили приступить к уборочным работам с большим запасом прочности.

На сегодняшний день собрали уже первые 5 млн т. Пока мы в два раза опережаем темпы прошлого года. Планируем собрать 106 млн т зерна, а если погода будет к нам благосклонна, то эта цифра может вырасти – от 108 до 110 млн т. Это позволит нам сохранить лидерские позиции на мировом рынке по экспорту пшеницы. В этом году нам удалось превзойти рекордные показатели предыдущего сезона, направить на экспорт почти 34 млн т зерна, в том числе 24,6 млн т пшеницы.

В наших планах увеличить производство зерна, до 2020 года выйти на цифру 120 млн т зерна. Чтобы увеличить сбор зерна на 15 млн, надо повысить урожайность по всей стране примерно на плюс-минус 3 центнера с гектара. Для этого, конечно, нам нужно изменить подход к использованию прежде всего минеральных удобрений. Сегодня более половины посевных площадей засевается без внесения удобрений. Люди уже привыкли и не знают, что это такое, а это, конечно, огромный потенциал роста.

Мы производим в среднем от 18 до 20 млн т удобрений, а внутри страны используем лишь 15%, то есть 2,5 млн. В среднем на один гектар вносится 33 кг в действующем веществе, а надо вносить минимум в три раза больше. Таким образом мы сможем до 10 млн т удобрений в России вносить. Тем не менее даже при этой цифре мы будем отставать в разы от Европы – там 250 кг вносится, в Белоруссии – 180, в Китае – в четыре раза больше, 400 кг (он, кстати, покупает у нас достаточно большое количество удобрений). В Сибири вносят 7 кг, а надо хотя бы 25–30, в Центральной России вносят 60, а надо хотя бы 90. Даже на юге мы вносим порядка 50, а нужно до 100.

Конечно, это огромный потенциал, и, безусловно, мы в этом ключе и будем работать все вместе, и аграрии это понимают. Чтобы увеличить количество, объём удобрений, которые будут использованы в России (это повысит плодородие, урожайность), мы планируем стимулировать применение удобрений через инструмент несвязанной поддержки в растениеводстве. Считаем несправедливым действующий порядок распределения поддержки, при котором южные регионы получают больше средств, а Сибирь, Дальний Восток, Забайкалье – в меньшей степени. Парадокс. Следует в большем объёме оказывать поддержку регионам, находящимся в неблагоприятных природно-климатических условиях, и привязать поддержку к внесению удобрений. Так мы сможем в ближайшее время, 3–5 лет, увеличить объём внесения удобрений на миллион тонн и тем самым поднять плодородие, урожайность и восполнить истощённые земли.

В отношении сельхозтехники хочу обратить внимание на растущую потребность аграриев в обновлении парка техники. Я бы хотел ещё раз поблагодарить Правительство – мы очень плотно работаем с Министерством промышленности – за принятое решение о двукратном увеличении поддержки (сумма 10 млрд). Это позволит уже в этом году приобрести порядка 20 тыс. единиц сельхозтехники. Надеюсь, это количество будет только расти с каждым годом. Рынок уже почувствовал, что сельхозтоваропроизводители стали настоящим драйвером спроса на отечественную сельхозтехнику.

Если же говорить о долгосрочных перспективах на зерновом рынке, Минсельхоз разработал проект стратегии развития зернового хозяйства до 2030 года, предусматривающий увеличение производства зерна до 130 млн т, что позволит увеличить экспортный потенциал до 50 млн. Зерно – это наш базовый экспортный, биржевой товар, я бы так сказал, который составляет сегодня две трети экспорта. В условиях курса Правительства на диверсификацию экономики, АПК, экспорт зерна и продовольствие в целом могут наравне с энергетикой стать становым хребтом нашей экономики, Россия может торговать не только нефтью, но и стать ведущей мировой зерновой державой.

Для примера, Китай производит 508 млн т зерна (напомню, мы – 106), США – 435 млн, Индия – 236. То есть у нас, конечно, потенциал для роста великий. По крайней мере и Китай, США (особенно) торгуют по всему миру и зерном, и соей, и кукурузой и, конечно, на этом зарабатывают огромные деньги.

Ключевыми точками роста и приоритетами развития помимо зерна также являются мясная и молочная продукция, овощи и фрукты. Здесь мы, конечно, пока говорим об импортозамещении, но подразумеваем создание производств с экспортным потенциалом. Мы ставим целью производить качественные продукты питания, которые будут пользоваться спросом как в России, так и за рубежом.

В 2014 году, приостановив ввоз отдельных наименований продовольствия из ряда государств, мы значительно расширили возможности для наших производителей. За счёт тех инструментов поддержки, которые предусмотрело Правительство, мы создали серьёзный задел для развития из сотен инвестпроектов в десятках регионов нашей страны. Инвесторы заинтересовались тепличным овощеводством, закладкой садов, виноградников, животноводством. За этот период мы отобрали и просубсидировали порядка 500 инвестиционных проектов на общую сумму 280 млрд рублей кредитных ресурсов.

Кстати, я хочу поблагодарить наши банки – Россельхозбанк, который очень активно участвует в наших программах, Сбербанк. Без них, я думаю, нам было бы крайне сложно. Есть и контакт, и взаимопонимание, надеюсь на дальнейшую конструктивную работу.

Отдельно в рамках поддержки инвестиционных проектов путём возмещения части прямых понесённых затрат в Минсельхоз поступило на рассмотрение ещё 380 проектов, и работа эта продолжается.

По итогам 2015 года совокупный инвестиционный портфель составил около 1,5 трлн рублей. По оценкам аналитиков, по итогам прошлого года вложения в сельское хозяйство оказались в числе лучших инвестиционных стратегий. По нашим прогнозам, до 2020 года планируемый объём инвестиций в отрасль составит ещё порядка 1 трлн рублей.

Мы фиксируем рост инвестиционной активности в сфере производства овощей. В прошлом году нами было отобрано 25 инвестпроектов, направленных на создание и модернизацию тепличных комплексов. В этом году планируется построить не менее 260 га теплиц, что даст прирост производства тепличных овощей на 100 тыс. т. Однако, конечно, эти темпы недостаточны, если мы хотим в течение пяти лет закрыть эту позицию.

Для замещения импорта необходимо увеличить производство тепличных помидоров и огурцов на 1 млн т к 2020 году, или на 200 тыс. т ежегодно, что потребует строительства и модернизации в течение ближайших пяти лет не менее 2 тыс. га тепличных комплексов. Ускоренному развитию этого направления препятствуют в том числе и высокие тарифы на электроэнергию, о чём Вы говорили, от 2 до 6 рублей за киловатт (в разных территориях по-разному), поскольку тепличные комплексы относятся к числу наиболее энергоёмких производств. Сейчас инвесторы за счёт строительства собственной газовой генерации снижают себестоимость электроэнергии до 2 рублей, но это приводит к увеличению инвестиционной стоимости проектов на 30–40% и, конечно, к росту издержек.

Наша задача – оптимизировать затраты сельхозтоваропроизводителей на электроэнергию. Установление льготных цен на электроэнергию не станет существенной нагрузкой для энергетики, поскольку мы потребляем лишь 1,5% в общем котле. Тем более в условиях возможного укрепления торгово-экономических связей с Турцией – а это крупный поставщик овощей и фруктов на мировые рынки – такая льгота была бы существенным подспорьем для отечественных производителей, для повышения их конкурентоспособности.

Мы рассчитываем на существенную динамику роста по садам и виноградникам. В прошлом году для стимулирования развития садоводства более чем в пять раз увеличен объём субсидий на закладку и уходные работы за садами. Выделенные средства позволили уже в 2015 году увеличить ставки субсидий, заложить 14 тыс. га садов, из них 10 тыс. га интенсивных садов, что очень важно, – практически в два раза выше, чем в прошлом году.

Хочу отметить, что на все наши вложения и поддержку крестьяне очень быстро откликаются, потому что всё счётно и все прекрасно понимают, что можно получить и прибыль, и высокую маржинальность, и, конечно, бизнес идёт в этом направлении.

В этом году мы уже на 20% опережаем показатели прошлого года по закладке садов. Для замещения импорта к 2020 году необходимо заложить порядка 72 тыс. га садов, что позволит за это время увеличить производство фруктов на 500 тыс.

Сейчас в стране примерно 50 тыс. с небольшим гектаров садов. То есть мы должны практически удвоить закладку, таким образом мы получим дополнительно уже через пять лет 500 тыс., то есть 0,5 млн, а с учётом длительного вступления в период товарного плодоношения получим 1,5 млн т к 2025 году. Но этот урожай мы заложим сегодня. Будем так двигаться.

Уверен, что через пять-семь лет у нас в стране появится новый бренд – русское яблоко по примеру польского яблока, которое заполонило не только Россию, но и практически всё СНГ. Как и турецкий помидор. Собственно, они на этом десятилетиями зарабатывали неплохие деньги.

Пока темпы развития сдерживаются капиталоёмкостью и длительными сроками окупаемости, высокими затратами на закладку садов и отсутствием качественного посадочного материала. Чтобы ускорить развитие, необходимо обеспечить приоритетное финансирование садоводства в будущем. Мы уже расписали и с Минфином ведём достаточно активно переговоры. До 4 млрд рублей – наше предложение, в том числе направить средства поддержки на создание питомников по производству качественного посадочного материала.

Аналогичные примеры поддержки необходимы и по виноградарству.

За последние 10 лет площадь виноградников выросла почти на треть (85 тыс.). С принятием в прошлом году решения Правительства о признании вина сельхозпродуктом (это ключевое было решение) и с включением его в нашу госпрограмму «Развитие сельского хозяйства» перед отраслью появилась перспектива развития. Мы, кстати, говорим не только о винограде, из которого делают вино, но и о товарном винограде, который традиционно в России любят, и мы можем действительно практически на половину снабжать своим, отечественным виноградом.

Ежегодный объём импорта столового винограда составляет порядка 250 тыс. т. Конечно, половину мы можем производить у себя как на юге, так и на других территориях нашей страны. Для обеспечения импортозамещения в данном направлении необходимо до 2020 года заложить 50 тыс. га новых виноградников, что даст 200 тыс. т винограда и через 10 лет позволит полностью заместить импортный виноматериал.

Россия сегодня импортирует 17 млн декалитров виноматериалов – это треть от общего объёма потребления в нашей стране, то есть 30% вина мы производим сами, 30% – это готовые изделия в бутылках (в основном Франция, Италия, Новый свет) и 30% – виноматериалы, которые приходят в порты нашей страны в бочках, цистернах и разливаются на винзаводах. Конечно, низкое качество, низкая цена. Понятно, что инвесторы не могут заходить в этот бизнес, закладывать новый урожай, новый виноградник, потому что это гораздо дороже. Легче получить эту ёмкость, условно, 50 т или больше, разлить, продать и дальше ждать новой партии из ЮАР, Бразилии или Аргентины.

Поэтому есть предложение, которое, как мне кажется, очень своевременно, мы с Вами обсуждали, и Вы давали поручение. Мы готовим сейчас проект постановления о том, чтобы или, с одной стороны, увеличить пошлину, или, с другой стороны, дать сигналы инвесторам, что через пять-семь лет мы закроем полностью этот рынок завоза в Россию виноматериала. Для инвестора это будет сигнал к тому, что надо закладывать виноград и заниматься производством вина из отечественного материала.

Что касается ускоренного развития в животноводстве. В текущем году в производстве мяса сохраняется положительная динамика в основном за счёт, как Вы сказали, свиноводства, птицеводства. Рост – 6,2%. Бурное развитие мясной отрасли в последние годы создало стимулы к экспорту российского мяса – птицы и свинины. За пять месяцев текущего года экспорт мясной продукции вырос почти в три раза и достиг 43 тыс. т. В связи с этим одним из приоритетных направлений нашей работы является поддержка экспорта и продвижение отечественного продовольствия на внешние рынки. По расчётам, к 2020 году производство скота и птицы на убой в живом весе вырастет на 10% и достигнет 15 млн т.

Чтобы повысить конкурентоспособность и снизить себестоимость нашей животноводческой продукции, целесообразно исключить животноводческие комплексы по выращиванию свиней и птицы, а также перерабатывающие предприятия, из первой категории объектов, оказывающих негативное воздействие на окружающую среду. Исходя из сегодняшних правил, которые начнут работать с 2019 года, эти требования, конечно, приведут к избыточному администрированию, естественно, к повышению издержек и, соответственно, к росту себестоимости готовой продукции. Считаю, что отнесение предприятий АПК к объектам первой и даже второй категории необоснованным и нецелесообразным. Хочу сказать, что к первой категории отнесены практически все предприятия металлургической, химической промышленности, добычи и переработки руд, нефти, газа и угля. Мы считаем, что не настолько мы сегодня загрязняем экологию, чтобы так жёстко к нам относиться.

Напоследок самое проблемное направление – производства молока (то, о чём Вы говорили). Несмотря на принимаемые меры по поддержке и развитию молочного скотоводства ситуация остаётся сложной. Мы продолжаем констатировать отсутствие динамики в молочной отрасли. Для замещения импорта отечественной молочной продукцией необходимо увеличить к 2020 году производство молока на 7 млн т. Это потребует выделения дополнительных средств и господдержки на строительство и модернизацию 1 млн ското-мест и позволит нарастить производство говядины не только за счёт специализированного мясного скотоводства, которое активно развивается в последние годы, но и молочного, то есть, поднимая молоко, мы, естественно, поднимаем и производство говядины.

Сохранение текущих объёмов финансирования и мер господдержки по развитию молочного скотоводства позволит увеличить объёмы производства молока на 1 млн т к 2020 году. Подчёркиваю, нам нужно 7 млн. Необходимо пересмотреть подходы к решению проблемы.

В прошлом году рентабельность сельхозпредприятий в целом по стране превысила 20%, я имею в виду свиньи, птицы и другие направления. При этом по молоку показатель рентабельности в 3,5 раза ниже, то есть 5% даже с учётом субсидий. И конечно, туда бизнес не идёт, тем более длинная окупаемость.

Важнейшим фактором повышения доходности, привлекательности является формирование справедливой закупочной цены на сырое молоко для сельхозтоваропроизводителей. В целом по России средняя цена реализации молока за 2016 год составила 21–22 рубля, а в некоторых субъектах она до 15 рублей. Хотя справедливая цена – чтобы это было интересно, была повышенная рентабельность и банки бы охотнее реагировали на создание молочных комплексов, – должна быть 24–25 рублей. Мы сейчас разрабатываем ряд мер, которые будут стимулировать рост цены, прежде всего закупочной, в том числе через механизм молочных интервенций. Мы со всеми заинтересованными организациями активно работаем по введению этого механизма. Нужен ряд постановлений Правительства, в том числе и поправки в закон.

Также мы хотим модернизировать систему поддержки через дотации на молоко, там тоже есть с чем работать. Если позволите, 16 июля в Тамбове мы доложим о ситуации по животноводству (и по молоку, и по мясу), по нашему ускоренному развитию.

Естественно, все перечисленные планы не могут быть реализованы, если мы не выполним несколько основных показателей и подходов. Крестьянам, селянам нужен доступ к дешёвым кредитам. Мы рассчитываем, что с 1 января заработает льготный механизм кредитования сельхозпредприятий по привлечению краткосрочных и инвестиционных кредитов по ставке не более 5% годовых. Это тоже очень хороший сигнал для инвесторов. Понятно, что мы здесь во многом разбюрократим ситуацию, и банки в том числе получат хорошие возможности, чтобы выбирать вместе с министерством правильные проекты, более окупаемые, более интересные.

Во-вторых, крайне важно сохранить заявленные на текущий год объёмы финансирования, а это 237 млрд рублей. Мы просим дополнительно 23 млрд из антикризисного фонда или Плана развития Правительства на 2016 год. Эти деньги в принципе уже теоретически потрачены, потому что пришли к нам инвесторы, которые должны получить субсидирование на ранее выданные краткосрочные и инвестиционные кредиты, а также на капексы – это возмещение прямых затрат и так далее. Поэтому если мы не получим эти средства или произойдёт сокращение до 206 млрд рублей, то это повлечёт за собой отказ инвесторов от реализации новых аграрных проектов уже в текущем году, не говоря уже о тех долгах, которые образовались в начале года.

Финансирование отрасли на уровне 215 млрд не обеспечит принятые обязательства перед сельхозтоваропроизводителями, это не позволит достигнуть поставленных целей по ускоренному импортозамещению, более того возможно сокращение производства. Конечно, мы такого допустить не можем. Господдержка на уровне 237 млрд позволит выполнить все обязательства перед инвесторами, просубсидирует выданные краткосрочные и инвестиционные кредиты. При этом только лишь 20%, а это тоже немало на сегодня, от общего финансирования пойдёт на реализацию новых проектов, что позволит обеспечить население основными видами продовольствия к 2025 году, то есть через девять лет.

То есть у нас, и мы должны все понимать прекрасно, – развилка: если бюджет 215, мы стоим на месте, не двигаемся, 237 – рост 3,4% и обеспечим российский рынок собственными продуктами через девять лет, то есть к 2025 году. Если мы ещё прибавим от 30 до 50 млрд к 237, то через пять лет мы абсолютно точно закроем все основные позиции по продовольствию и закроем весь дефицит.

По фермерам, по малым формам. Мы видим огромное желание создавать семейные фермы, животноводческие фермы, и есть большое желание удовлетворить спрос. Потому что это в основном кавказские республики, Сибирь, Дальний Восток. Это сложные территории, по-другому людей мы не закрепим, поэтому увеличить в два раза, до 20 млрд, гранты и поддержку в целом, мне кажется, действительно стоит.

За последние два года импорт продовольствия (Вы говорили об этом) скатился на 38%, с 43 млрд долларов до 26. По нашим оценкам, при условии финансирования мер господдержки не ниже заявленного уровня текущего года, а это 237 млрд, уже через пять лет объёмы экспорта и импорта сельхозпродукции и продовольствия сравняются и достигнут порядка 22 млрд долларов.

Д.Медведев: Перспективы на самом деле внушающие оптимизм. Самое главное – их реализовать, эти планы.

Теперь с учётом того, что мы находимся в Московской области, я попрошу выступить Андрея Юрьевича Воробьёва.

А.Воробьёв: Для всех тема агропромышленного комплекса, развития сельского хозяйства сегодня является стратегической. Если раньше часто считали, что сельское хозяйство – это чёрная дыра, то сегодня это драйвер экономического роста и залог социальной стабильности.

Мы находимся в Московской области. Казалось бы, здесь до Москвы, до МКАД рукой подать, однако предприятие, на котором мы присутствуем, обладая высокотехнологичными методами производства, доказывает своё место под солнцем. Сегодня продукция предприятия, как мы видели и слышали, пользуется популярностью, предприятие прибыльно.

Вообще в Московской области доля сельского хозяйства не очень большая – всего 2,5%. Российская доля в ВВП – это 4,5. Однако на территориях, которые удалены от Москвы на расстояние 30 км, доля – от 30 до 50%, то есть сельское хозяйство по-прежнему является хребтом экономики.

Мы, конечно, очень заинтересованы, чтобы каждый клочок земли в Подмосковье работал. У нас не очень много земли, не как на Кубани, всего 900 тыс. га. Три года назад работало 50% земли, через четыре года не будет ни одной территории сельхозназначения, которая бы не работала под те или иные культуры.

Из истории мы хорошо знаем, что из трёх орденов Ленина, которые имеет Московская область, два, как это ни удивительно, может быть, были получены за высокотехнологичное сельское хозяйство. То есть когда мы используем самые современные методы производства, экономика, рабочие места находятся в очень хорошем тонусе.

Благодаря тесной работе с Аркадием Владимировичем, с Александром Николаевичем (Сергей Алексеевич Данкверт присутствует) мы обсуждаем очень предметно разные темы, будь то молоко, производство овощей, зерновые, и это, конечно, даёт нам возможность получать поддержку по ряду направлений.

Стратегическим направлением и таким локомотивом являются сегодня теплицы. Дело в том, что до сих пор наша страна закупает колоссальные объёмы огурцов, помидоров, баклажанов, перца. Мы закупаем преимущественно в Турции, Иране, в Китае в последнее время. Очень удивительно, потому что все эти культуры производятся благодаря современным технологиям и энергии – энергии электрической или газа, которого, как известно, у нас больше, чем у кого бы то ни было.

Программа поддержки, Дмитрий Анатольевич, которую Вы поддержали, сегодня меняет ситуацию кардинально. Мы в 2015 и 2016 годах сдадим 50 га теплиц, в следующие три года мы сдадим ещё 200. Если программа поддержки капитальных затрат будет акцептована Минсельхозом, Правительством Российской Федерации, не возникает никаких сомнений, что мы уйдём от зависимости по овощам. Сегодня такие проекты реализуются в Калужской области, на Кубани, в Воронежской, Тульской областях инвесторы стоят и ждут, когда будет подтверждена эта программа.

Очень отчётливо я хотел бы сконцентрироваться на этом обращении, Дмитрий Анатольевич, и попросить предусмотреть необходимые средства для полного импортозамещения. Если мы не будем смотреть под ноги, а спланируем своё производство на три – максимум пять лет вперёд, эту тему мы забудем, мы полностью себя обеспечим первоочередными продуктами питания.

Также я должен сказать, что овощи всегда являлись, до сих пор являются очень серьёзным компонентом продолжительности жизни. От качества питания, как известно, очень многое в нашей жизни зависит.

Вторая тема – это молоко. Сегодня дефицит в столичном регионе, мы только на 30% себя молоком обеспечиваем. Если будет продолжена поддержка по молоку, то у нас реализуются масштабные проекты. У наших соседей, в Туле, Калуге, Курской области этим направлением готовы заниматься иностранные инвесторы: там есть земля, кормовая база. В Подмосковье тоже большой проект, Александр Николаевич присутствовал на нём, – вьетнамцы инвестируют колоссальные, я считаю, деньги – 0,5 млрд долларов, в это даже верится с трудом, но это факт.

Поэтому и здесь тоже для нас (в выступлении своём министр сказал) очень важно иметь понимание среднесрочной перспективы. Если это будет обеспечено, никаких сомнений в том, что «Данон» не будет лить слёзы по поводу того, что у него нет молока. Крупнейший завод в мире находится на территории Подмосковья, а молоко они везут в радиусе 1,5 тыс. км. Они говорят, что это нонсенс, такого не должно быть.

Есть ещё темы, на мой взгляд, очень выгодные для нашей страны. Например, грибоводство. Интересно, что мы 60 тыс. т шампиньонов и вешенок везём из-за границы и только 10% производим у себя в стране. В принципе основная база, основной компонент, компост, который служит базой, – это куриный помет, извините. Здесь мы приняли региональную программу и поддержим и грибоводство, и аквакультуру.

В искусственных водоёмах сегодня очень высокая производительность. Я уж не говорю про наши бассейны на севере (Мурманск, Дальний Восток), но даже здесь, в Подмосковье, мы кратно увеличиваем (кратно, я подчеркиваю) производство рыбы. Причём это доходный бизнес, коллеги вкладывают туда деньги. Ясно, что здесь тоже нужна внятная поддержка нашего Минсельхоза.

Россия. ЦФО > Агропром > premier.gov.ru, 5 июля 2016 > № 1813144 Александр Ткачев, Андрей Воробьев


Россия > Агропром. Недвижимость, строительство > premier.gov.ru, 4 июля 2016 > № 1813156 Аркадий Дворкович, Дмитрий Козак

Совещание с вице-премьерами.

В повестке: о Cтратегии повышения качества пищевой продукции до 2030 года, о порядке отбора подрядных организаций для выполнения работ по капитальному ремонту многоквартирных домов.

Стенограмма:

Конечно, все мы хотим, чтобы на прилавках были качественные продукты (и для этого многое делается, в том числе в ходе реализации государственной программы по поддержке сельского хозяйства), чтобы не нужно было беспокоиться о том, из чего они сделаны, соблюдаются ли при их изготовлении требования, которые установлены. Потому что в конечном счёте это всё влияет на здоровье.

В рамках стратегии предусмотрено совершенствовать и нормативную базу, и систему мониторинга, и создать единую информационную систему, в рамках которой можно узнать, где и из чего сделан тот или иной продукт, какие добавки использовались. Потому что люди наши в последние годы гораздо внимательнее стали к этим вопросам, все стараются покупать именно качественное, желательно, естественно, российское и свежее, изготовленное в соответствии с технологиями. Поэтому нужно понимать, какая организация несёт ответственность за качество такого рода продуктов.

Аркадий Владимирович (обращаясь к А.Дворковичу), вы будете организовывать исполнение этого документа, что будет делаться? Пожалуйста.

А.Дворкович: Стратегия предусматривает 12 основных направлений работы, и по реализации этих направлений будет подготовлен детальный план с конкретными сроками и ответственными. Этот план будет представлен для подписания не позднее сентября, но реализация конкретных задач началась уже сегодня, не дожидаясь подготовки этого детального плана.

О чём идёт речь? В первую очередь, как Вы уже сказали, будут подготовлены предложения и проекты нормативных актов, которыми предусматривается расширение требований к качеству и безопасности пищевой продукции в технических регламентах, и других нормативных правовых актов, в том числе ведомственного характера.

Основные элементы совершенствования нормативной базы касаются возможности использования различных ингредиентов, добавок, пищевых составляющих, компонентов в конкретных нормативах, дозировки этих компонентов при производстве различных видов пищевой продукции с акцентом (подчеркну здесь) именно на качестве продукции. Безопасность будет и дальше регулироваться в рамках законодательства о техническом регулировании.

При этом будут разработаны необходимые методики, методология оценки соответствия пищевой продукции установленным требованиям.

Такие методики есть и сейчас, но на современном этапе по мере развития науки, по мере развития биотехнологий возникают новые требования, возникают новые нюансы в регулировании качества безопасности. Методология требует серьёзного совершенствования, в том числе это касается лабораторной базы исследований, и в рамках мониторинга качества будет создана в том числе единая база и лабораторных исследований, испытаний пищевой продукции, а также доступ к результатам этих исследований. Она будет создана в системе институтов Россельхознадзора, Роспотребнадзора и Российской академии наук, будет предусмотрена координация этих трёх элементов. Мы такие задачи перед нашими коллегами уже поставили. Средства для этого есть в системе. Если требуется дополнительное бюджетное финансирование, мы будем этим заниматься в рамках нормального процесса работы, без каких-либо сверхзатрат. По мере обновления лабораторной базы мы будем просто закупать и использовать то оборудование, которое необходимо на современном этапе.

При этом Вы уже упомянули о единой информационной системе отслеживаемости продукции, чтобы люди знали, откуда поступило сырьё для производства пищевой продукции, какие были использованы ингредиенты, добавки. Мы это сделаем, это необходимо. Тем не менее абсолютизировать возможности этой системы тоже нельзя. Допустим, при производстве молочных продуктов смешивается молоко от разных производителей, невозможно сказать однозначно, где конкретно возникла проблема, если вдруг что-то случается с конкретным потребителем молочной продукции. Здесь необходимо изменение системы контроля и надзора, а именно переход на тот самый риск-ориентированный подход, о котором много говорится, чтобы регулярно и в зависимости от степени риска отслеживать прохождение продукции через весь процесс – производство, распространение, продажа продукции – и выявлять опасные случаи. Выявлять конкретные случаи – и в дальнейшем уже осуществлять контроль и применять санкции по отношению к тем, кто допустил определённые нарушения. Здесь тотальная отслеживаемость, тотальная проверка просто технически невозможна. Тем не менее сочетание двух систем позволит решать необходимые задачи.

Также важным элементом стратегии является управление качеством на самих предприятиях, стимулирование производителей к производству более качественной продукции и продукции, которая может характеризоваться как здоровая продукция, которая соответствует так называемому здоровому образу жизни. И пропаганда этого здорового образа жизни должна быть элементом нашей общей работы.

У нас в стране практически утеряна практика производства необходимых ингредиентов и добавок, и стратегия предусматривает возрождение производства ингредиентов и добавок в России. И, наконец, последнее, но, может быть, самое важное как фундамент всей работы – это опережающее развитие научных исследований, научных разработок, которые позволят обеспечить и должный уровень качества, и современный уровень нашей пищевой продукции.

В конечном счёте мы рассчитываем, что стратегия позволит нам обеспечить достижение целей продовольственной безопасности не просто за счёт массовости производства и распространения широко применяемых технологий, а производства продукции именно высокого качества с выполнением всех установленных законодательством требований.

Д.Медведев: Спасибо.

И ещё один вопрос, он касается капитального ремонта многоквартирных домов. Вопрос тоже сверхрезонансный, волнует абсолютное большинство людей, которые живут в таких домах. Собственники жилья должны понимать, за что они платят, кто и как и, самое главное, когда будет проводить ремонт на их деньги.

Правительство подготовило правила, по которым региональные операторы будут отбирать подрядчиков, для того чтобы вести капитальный ремонт. Правила должны быть едины, естественно, для всей страны, основаны на действующем законодательстве о контрактной системе в сфере государственных закупок, чтобы эти процедуры были понятные, прозрачные и, конечно, чтобы закупки проводились с использованием системы электронных аукционов.

Кроме того, предусмотрено создание в каждом регионе реестра подрядных организаций. Будет решён и целый ряд других вопросов. Всё это должно помочь отбирать компании, способные работать и качественно, и в срок. Вот на что хотел обратить внимание.

Дмитрий Николаевич (обращаясь к Д.Козаку), вы эту работу ведёте, расскажите чуть более подробно, как будет организована деятельность по отбору подрядчиков для проведения капитального ремонта, чтобы мы были уверены, что деньги, которые собираются с граждан Российской Федерации на капитальный ремонт, пойдут на дело.

Д.Козак: Как Вы точно отметили, это своего рода федеральная гарантия прозрачности и эффективности использования средств, собираемых на капитальный ремонт.

В настоящее время эти правила регулируются законами субъектов Российской Федерации. В прошлом году по инициативе депутатов от «Единой России» были внесены поправки в Жилищный кодекс, которыми предусматривается установление Правительством Российской Федерации единых правил проведения закупок.

Поскольку капитальный ремонт в настоящее время приобретает массовый характер, то изобретена схема, согласно которой проводится предварительный отбор всех подрядных организаций, которые вправе осуществлять на территории субъекта Российской Федерации капитальный ремонт жилого фонда. Они проверяются по различным видам работ на предмет их квалификации, на предмет способности выполнить договорные обязательства качественно и в установленный срок. После того как произведён отбор, все они вносятся в реестр, и все эти организации вправе конкурировать на открытых электронных аукционах, критерием победы на которых является только цена, для того чтобы не было злоупотреблений при проведении конкурсных процедур.

Кроме того, этим постановлением предусмотрены требования к обеспечению обязательств всех подрядчиков по качеству и срокам выполнения работ. Такими обеспечительными мерами является банковская гарантия (предусмотрены и соответствующие требования к банкам и банковским гарантиям, которые предоставляются в обеспечение выполнения обязательства), а также обеспечительный платёж.

Также предусмотрены единые требования к договорам, которые выставляются на аукцион, где предусмотрена повышенная финансовая ответственность подрядных организаций за выполнение своих обязательств. В совокупности это позволит максимально эффективно использовать средства жителей многоквартирных домов, снижать цену капитального ремонта.

Напомню, что в настоящее время в региональные программы капитального ремонта включено 745 тыс. многоквартирных жилых домов, в которых проживает 86 млн человек. Только в текущем году предполагается израсходовать на капитальный ремонт 175 млрд рублей, отремонтировать 45 тыс. жилых домов.

Это постановление вступает в силу через три месяца. Необходимы на региональном уровне соответствующие подготовительные мероприятия. Через три месяца заработает вот эта прозрачная процедура, которая не должна вызывать сомнений у людей, что их деньги будут потрачены эффективно и в соответствии с целевым назначением.

Д.Медведев: Программа эта пошла, деньги уже удалось собрать немаленькие. На самом деле другого источника, для того чтобы проводить капитальный ремонт, мы с вами понимаем, нет, тем более что речь идёт именно о домах многоквартирных, где квартиры принадлежат гражданам на праве собственности, и собственники и должны этим заниматься. Другое дело, что нужно контролировать, чтобы эти расходы были эффективны. 45 тыс. будет отремонтировано в этом году.

Это в принципе уже начало работы. Прошу, следите за этим, регулярно сообщайте о результатах. И, конечно, не допускать каких-либо проблем с применением этих правил, в случае необходимости, соответственно, и контрольные процедуры использовать, и обращаться к правоохранителям.

Россия > Агропром. Недвижимость, строительство > premier.gov.ru, 4 июля 2016 > № 1813156 Аркадий Дворкович, Дмитрий Козак


Швеция. Украина > Агропром > interfax.com.ua, 24 июня 2016 > № 1802927 Уроша Кепица

Управляющий директор Tetra Pak: С закрытием завода мы из Украины не уходим, и будем развивать рынок вместе с партнерами

Эксклюзивное интервью агентству "Интерфакс-Украина" управляющего директора Tetra Pak в Украине, России, Беларуси и Центральной Азии Уроша Кепица

Вопрос: Вчера компания Tetra Pak сообщила о закрытии до конца этого года своего завода в Киеве, который проработал в Украине более 20 лет, будучи фактически одной из первых иностранных инвестиций. Какие тенденции, в том числе на рынках-потребителях, привели к такому решению?

Ответ: Решение о строительстве завода в Украине компания Tetra Pak приняла еще во времена Советского Союза (сам завод открыт уже в 1992 году). Тогда собственники решили открыть, наверное, единственный завод в то время, ожидая большого роста потребительского спроса на упакованную продукцию. Так оно и случилось.

Если смотреть на последние лет 7-8-9 лет, то наши продажи в странах Восточной Европы выросли на фоне доступности соков. Следует отметить, что продажи соков в этом регионе занимают большую долю, что нетипично для Tetra Pak, так как в целом по миру примерно 65% продаж связано с молоком.

Но после 2007-2008 гг. наблюдался спад потребительского спроса на соки, что было связано с кризисом. Молочный сегмент растет даже в кризис, хотя и медленно, а для завода в Киеве важно то, что он технически не оборудован для производства упаковки, которая будет способствовать наращиванию нашей доли на рынке. Это различные форматы с разными крышками, а завод этого делать не может, либо нужны постоянные вложения.

Понятно, что последний недавний кризис привел к спаду объемов в ближайшей географии, и в этой ситуации комбинация технических невозможностей завода и уже сделанных вложений в другие фабрики в сочетании с падающими объемами привела к тому, что утилизация фабрики упала на очень низкий уровень.

Tetra Pak по понятным причинам постоянно глобально пересматривает, как оптимизировать свой так называемый "футпринт", и это не первый случай в Европе. За последние пять лет, если не ошибаюсь, компания закрыла в Европе три завода. В данном случае глобальный менеджмент пришел к тому, что придется делать этот не очень популярный шаг.

Вопрос: Почти три четверти продукции завода поставлялось на экспорт, в основном в Россию, при этом доля экспорта росла, тогда как в Украине продажи были приблизительно стабильны – около 1 млрд упаковок.

Ответ: Теперь это еще меньше. В последний момент загрузка фабрики была меньше 50% от того, что мы видим на наших фабриках. В прошлом году в целом было выпущено около 1,2 млрд упаковок

Вопрос: В этой связи – повлияли ли на решение о закрытии завода сегодняшние отношения между Россией и Украиной? То есть ориентация в продажах на российский рынок.

Ответ: Нет, никоим образом. Только спад спроса плюс техническая невозможность. А вложения, которые надо было бы делать, они серьезные, большие и постоянные. И сегодня такие вложения уже сделаны в других странах, в том числе в России, а также в Венгрии, Германии, где более стабильный спрос и загрузка повыше.

Вопрос: В Украине же покупательная способность по понятным причинам падает…

Ответ: К сожалению, да. Но мы на украинский рынок смотрим позитивно, и знаем, что рост намечается. Даже сегодня, когда мы, с одной стороны, делаем очень нелюбимый шаг с точки зрения производства, мы оставляем здесь всех наших продавцов, технарей, всю структуру, которая поддерживает работу с клиентами. Потому что в 2016 году мы наблюдаем рост продаж в Украине и уверены, что этот рост будет продолжаться за счет собственного рынка и за счет того, что Украина сегодня в силу экономических причин имеет очень хороший потенциал для экспорта окончательной продукции. Украинские производители молока, соков уже экспортируют за рубеж, и могут только наращивать его. Это отличный украинский ресурс, который мы вместе с нашими партнерами продолжаем обсуждать.

Но все же, чтобы быть готовыми и для экспорта, опять же, форматы, которые будут востребованы, мы здесь произвести не сможем. Скажу, не называя имен, в структуре поставок одному из крупнейших украинских молочных предприятий последние два года упаковка с киевского завода занимает очень маленькую долю, возможно около 10%, а остальное производится на наших фабриках, в том числе в Германии, Италии, и - да – в России, но опять же не потому, что не хотим здесь производить, а потому, что технически не можем.

Да и в целом от продаваемой в Украине упаковки только 10-15%, максимум 20% мы поставляем с украинского завода, а заводы, которые географически близко, уже имеют техническую возможность обеспечить необходимые поставки.

Вопрос: То есть клиенты компании, которым поставлялась продукция с украинского завода, практически не пострадают?

Ответ: Пошаговое перенесение разных форматов на разные фабрики – это детальный план, который уже частично разработан, и дальше разрабатывается с конкретными клиентами, которые обеспечиваются с киевской фабрики. У нас в мире фабрик достаточно много, и даже имеем опыт, как переводить и делать такие вещи. Бывают же и технические поломки, и надо переводить, и мы понимаем как, но это требует времени, и с каждым клиентом и партнером надо обсудить, и это мы всегда делали успешно, поэтому не боимся.

Вопрос: Упаковка, которая будет поставляться в Украину с других заводов, может быть дороже украинской?

Ответ: Для этого не видим никаких причин. Условно это был маленький кусок, который теперь будем экспортировать. Но для партнеров просто будем обсуждать сам переход, способ перехода, откуда. Но, опять же, мы и сами должны быть конкурентоспособными, и работать с партнерами, которых в Украине около 20, чтобы и их продукция была качественной и конкурентоспособной.

Ведь мы здесь не только поставщик и производитель, мы вместе с партнерами развивали и их предприятия, и более того – развиваем отрасли и категории продукции, и непосредственно на этих предприятиях было создано много рабочих мест. И это одна из вещей, где мы имеем долгосрочную перспективу всегда – вместе с нашими партнерами строить категорию отрасли.

Ведь кто, например, раньше думал, что можно пить соки из картонной упаковки, 25 лет назад это были банки - дорогие, экологически неправильные...

Вопрос: А я помню появившиеся наряду с бутылками картонные упаковки молока "пирамидка" (тетраэдр), которые были сложены в металлические корзины в магазине и иногда вокруг них образовывались молочные лужицы…

Ответ: Это было одно из первых упаковочных решений, изначально оно было неспособно дисрибутироваться при комнатной температуре. Но сегодня оно, кстати, в Украине вернулось в других объемах, и продукты в таких пакетах-пирамидках можно найти в украинских магазинах…

Вопрос: Оборудование фабрики тоже будет перемещено на другие предприятия?

Ответ: На сегодня основной план – обеспечить плавный переход, а оборудование и технологии принадлежат нам, нашим хозяевам, оно останется с нами, и что конкретно будем делать – это вопрос дальнейшего обсуждения.

Вопрос: А сам завод как актив будет продан или есть другие наработки?

Ответ: Тут мы тоже будем искать варианты, ведь мы только объявили о принятом решении. Ситуация такова, что земля в аренде, а здания принадлежат нам. Будем искать лучшие варианты, потому что это тоже частично касается участников, которые до сегодня никак не могли говорить, что конкретно намечается. Поэтому это вопрос для дальнейшего обсуждения.

Вопрос: Работники уже поставлены в известность? Как они восприняли это? Какое выходное пособие им будет выплачено?

Ответ: Вчера они были поставлены в известность, что у нас есть намерение о закрытии завода поэтапно до конца года. И мы им объявили, как это будет выглядеть. Это соответствует украинским законам и практике Tetra Pak. Они сами сегодня лично не знают конкретику, поэтому не хотелось бы говорить конкретно, но выходное пособие зависит от стажа, возраста и даже корректного и конструктивного сотрудничества с нами до конца года, и качества их работы.

Кроме того, наш опыт показывает, что мы можем помогать сотрудникам в трудоустройстве в плане консультационных услуг, определенный опыт здесь накопился, на киевском предприятии получены международные призы - JIPM Excellence Award (2008г) и JIPM Consistency Award (2012г) – и украинский завод единственный, который когда-либо получил такую награду. Поэтому мы надеемся, что это поможет нашим сотрудникам найти работу, а мы очень хотим помочь.

Вопрос: Сколько сейчас сотрудников на заводе?

Ответ: Сегодняшнее объявление коснется 188 человек до конца года.

Вопрос: А какова средняя зарплата?

Ответ: Честно - не знаю.

Вопрос: Но, наверное, для Украины привлекательна?

Ответ: И стабильна... Сотрудники всегда говорили: главное - стабильно. Даже в тяжелые времена, когда работы было меньше, они все равно получали зарплату.

Вопрос: Можно ли сказать, что это решение они восприняли более или менее с пониманием?

Ответ: Это очень тяжелая информация для восприятия. Нужно сказать, что команда, которая этим проектом занимается, очень профессиональна. Первое впечатление, что люди воспринимают это очень профессионально, себя ведут грамотно и по-взрослому, и тоже понимают, что Tetra Pak компания, которая ведет себя адекватно в таких вопросах.

Вопрос: Закрытие завода в Украине связано ли в какой-то степени с возможными глобальными проблемами на рынках Tetra Pak? Есть излишек мощностей, сложные рыночные условия…

Ответ: У компании проблем нет, это просто постоянный процесс в поисках дальнейшей оптимизации. Он непрерывный, и это результат в определенной степени спада потребления, но самое главное, что мы утилизируем фабрики все больше и больше, конкретная фабрика крутится все быстрее и быстрее, и это реальный процесс улучшения оптимизации рабочих процессов, и в итоге остается мощность, которая нам не нужна. И продукция, которая поставлялась в Россию из Украины, также будет покрыта остальными фабриками, которые ближе и они нам помогут больше – в той же Сербии, Германии, ну и фабрика в Подмосковье.

Вопрос: А насколько загружено сегодня производство в Подмосковье? И планируется ли там расширение мощностей?

Ответ: Сейчас почти полностью загружено. И они также работают на экспорт. Но сегодня с объемами, которые есть – расширение не планируется. Могу сказать, что фабрика под Москвой была запущена в 2007 году, и физически она готова расширяться, но пока такого решения не принято

Вопрос: Компания Tetra Pak известна своими экологическими проектами, в том числе в Украине, где вы сотрудничаете с харьковской компанией АСС (в настоящее время "Кронекс") в плане переработки упаковки. Какова дальнейшая судьба этого сотрудничества?

Ответ: С компанией АСС ("Кронекс") мы сотрудничали больше в качестве консультанта. Отходы киевской фабрики также перерабатывались, но в целом сотрудничество нацелено на то, чтобы через разные структуры сбора потребительского мусора, который, надеюсь, также станет в Украине раздельным, они обеспечивались сырьем для переработки бумажных изделий, и, с другой стороны, полиалюминиевых изделий, которые можно перерабатывать в другие решения. Поэтому мы будем продолжать их консультировать, поддерживать, у нас есть мировая картина, и мы можем помогать и советом, и показать поставщиков оборудования. Короче, тема экологии никак не прервется. Наоборот, ее надо усиливать. Экология – это совесть потребителя.

Вопрос: Встречались ли вы уже с украинскими властями, и сообщили ли о своем решении?

Ответ: Мы во всем мире стараемся работать справедливо, в соответствии с законами и с большим респектом к местным властям. Но это решение чисто бизнесовое. Мы, естественно, их поставим в известность и не ожидаем никаких проблем, потому что сотрудничали хорошо, и, надеюсь, для нас самих и других международных предприятий создавали позитивную репутацию. Поэтому у нас никогда не было и, надеюсь, не будет проблем. Но заранее мы не сообщали, потому что это просто часть нашего подхода к оптимизации бизнеса.

Вопрос: Но для Украины это все равно потеря, и точно не позитив для инвестиционного климата…

Ответ: Наше присутствие на рынке Украины усиливается, и бизнес растет, и мы обсуждаем с партнерами не только инвестиции в упаковочный бизнес. У нас есть надежда, что мы, как компания с глобальным опытом, можем сделать для Украины гораздо больше, чем только с одного завода.

Мы знаем, что это яркий моментальный пример, но думаем, что надо смотреть с перспективой 25 лет и больше, и в этом плане нас ничто не затормозит. У нас остается офис продаж со всеми структурами маркетинга, технической поддержки, технических продаж, поставки запчастей. Работа с дизайном, поставка упаковочного материала – это около 50 человек, и мы помогаем партнерам финансировать оборудование, вкладывать деньги в маркетинг. И этого мы прекращать не собираемся с учетом перспектив Украины.

Плюс сегодня перспектива Украины на экспорт. Я пару лет проработал в Африке. Там население бурно растет, молоко любит и пьет, но его там нет, а это колоссальный рынок. Знаю, что украинские молочные предприятия уже экспортируют в Серверную Африку молоко в нашей упаковке. Поэтому, думаю, там надо усиливать, и там наш самый большой потенциал совместно с украинскими партнерами.

Вопрос: А как вы оцениваете конкуренцию в сегментах упаковки, в которых вы присутствуете, на украинском рынке?

Ответ: Скажу так - в Украине в разных сегментах наша доля сильна. Но есть куда двигаться: если взять, например, все белое молоко, то более 40% - это разливное молоко. А наших асептических ультрапастеризованных решений – менее 10%, тогда как в Испании наша доля 90%.

Вопрос: Сколько в целом Tetra Pak инвестировал в украинский завод?

Ответ: Тут нет конкретной цифры, это и невозможно - это инвестиции разноплановые и постоянные, и в технологии, и в завод – это десятки миллионов евро… Но уверен, что наши вложения в рынок, маркетинг, инвестирование в оборудование клиентов, развитие сотрудников – это точно больше, чем в завод. Это основные вложения, которые были, есть и будут. Завод – это только орудие, а то, что развиваем отрасль, – это гораздо больше, и это то, что остается с Украиной.

Для меня лично важно то, что мы продолжаем вкладывать в украинский рынок. Да, решение для нас тяжелое, но мы себя и сотрудников убеждаем, что никуда не уходим и будем развивать рынок вместе с партнерами. Это не делается одним днем.

Швеция. Украина > Агропром > interfax.com.ua, 24 июня 2016 > № 1802927 Уроша Кепица


Казахстан > Агропром > kapital.kz, 23 июня 2016 > № 1800664 Вячеслав Столяр, Нурлан Каженов

Открыть сыроварню можно, даже имея $10 тысяч

Сыровары рассказали, из чего делается сыр и сколько стоит «вход» в крупный молл

Сырный рынок у нас в стране не развит, он пока находится в зачаточном состоянии. Как поясняют владельцы небольшой сыроварни, 85% сыра, находящегося на полках крупных моллов, состоит из сухого молока. Это, как заверяют сыровары, дискредитирует фермеров, производящих экопродукцию. Они призывают государство обратить внимание на проблемы малого бизнеса, ликвидировать существующие препоны. Владельцы сыроварни Иссыка Вячеслав Столяр и Нурлан Каженов рассказали корреспонденту «Капитал.kz», сколько необходимо инвестиций для запуска семейной сыроварни, насколько съедобен магазинный сыр и как они намерены возродить в Казахстане новый класс предпринимателей.

- Вячеслав, как вам пришла идея открыть сыроварню? Может, у вас родители были каким-то образом сопричастны к пищевой промышленности?

Вячеслав: Мои родители не имели и не имеют никакого отношения к пищепрому: мама - учитель химии, папа – предприниматель. Идея открыть сыроварню появилась в конце августа 2015 года, в сентябре мы с моим партнером по бизнесу Нурланом запустили сыроварню. Я пришел к сыроварению по наитию, до 2015 года занимался работой, не связанной с сельским хозяйством. У меня был опыт работы в госструктурах, впоследствии я был агентом и дистрибьютором трех итальянских заводов.

- Почему вы открыли сыроварню именно в Иссыке?

Вячеслав: Все просто - мои родители в 1989 году приобрели там дачу, в 2013 году у меня появилась дочь, и мы с семьей захотели перебраться в Иссык, в тот самый дом. Я снес все постройки, которые были на участке, и построил новый дом, а также гостевой домик. Еще два года назад я не планировал заниматься сыром, у меня не было никакого специального помещения под этот проект. Парадокс заключается в том, что впоследствии гостевой домик был трансформирован в небольшой цех по сыроварению. На сегодня цех соответствует всем требованиям, он сертифицирован. Так сложилось, что для меня и моего партнера по бизнесу Нурлана город не является местом, где мы бы хотели жить. Мы в этом смысле нашли друг друга. Город – это место, где нет тех энергий, которые хотелось бы прочувствовать. Мне захотелось стабильной пасторальной жизни…

- Где вы научились варить сыр? У вас был свой гуру?

Вячеслав: Я самоучка, все познавал из интернета, статей. Сначала сыроварение было для меня хобби, я варил сыр на своей домашней кухне. Спустя время, как я сказал ранее, мы запустили производство сыра. Мы с Нурланом изначально решили позиционировать свое производство как небольшое семейное дело, которым при желании может заняться каждый. Именно поэтому, набравшись опыта, мы решили обучать всех желающих искусству сыроварения, чтобы каждая семья на селе смогла прокормить себя, стала самодостаточной ячейкой общества. Я, как и Нурлан, очень много путешествовал по Европе, и мне посчастливилось посмотреть, как устроен быт европейцев. В любом небольшом городишке Чехии, Германии есть по 3-8 семейных предприятий, которые являются основой каждого из локальных рынков. Чем больше будет таких начинаний, в каждое из которых будет вовлечено по 2-4 человека, тем устойчивее будет страна.

Нурлан: Я достаточно давно работаю в пищевой отрасли, в частности в ресторанном бизнеса. В 2000 году запустил свой собственный небольшой пивной завод. Когда в прошлом году Слава озвучил мне, что у него есть желание заниматься сыроварением, то я поддержал его. В то время я инспектировал молочные заводы и примерно знал, что из себя представляет молочный бизнес. Поэтому начать дело по сыроварению было несложно.

- Сколько вы учились мастерству сыроварения?

Вячеслав: Это заняло 2-3 месяца, но процесс обогащения знаниями для меня непрерывен.

- Какой у вас был объем инвестиций в проект?

Вячеслав: Всего около 10 тыс. долларов, это включая оборудование. Газовые горелки я приобрел в одном из магазинов техники в Алматы за 9 тыс. тенге. Я заказал для этой газовой горелки специальные ножки, чтобы на них можно было установить ванночки для варения сыра. Если приобрести аналогичное профессиональное оборудование для варки сыра, скажем, в Европе, то оно обойдется в несколько тысяч долларов. Принципиально мы покупали обычное ресторанное оборудование – это максимум 2-3 тыс. евро. Своим примером мы хотели показать, что для открытия своего дела не нужно 40-50 тыс. долларов, а достаточно и десяти.

- Это были частные инвестиции?

Вячеслав: Принципиально не привлекали внешних инвесторов.

- Кстати, сыроварня уже окупила ваши вложения?

Вячеслав: Конечно нет. Сыроварня пока как маленький годовалый ребенок, с которого пока нечего требовать.

- Какие сыры вы варите?

Вячеслав: Мы производим моцареллу, качотту и фету.

- Почему ваш выбор остановился именно на этих сырах, это связано с высоким спросом на них или спецификой технологии?

Вячеслав: Наверное, это каким-то образом связано с Италией, я был там около семи раз. Но тут есть и технологическая взаимосвязь. Небольшая сыроварня не может себе позволить варить много сортов сыра, предполагающих разные способы заквасок. Объясню, мезофильные и термофильные закваски могут конфликтовать между собой. Например, при изготовлении моцареллы, феты мы закладываем бактерию, которая относится к группе термофильного стрептококка. Также используем сычужный фермент. Если бы мы, допустим, варили чеддер, то при его изготовлении нужно было использовать мезофильную закваску. Только крупный завод может себе позволить производить сыры, которые бы включали несколько видов заквасок. Нужны были бы отдельные цеха для каждого из сыров.

- Где продаете свою продукцию?

Вячеслав: У нас есть заказы от частных лиц, мы сотрудничаем с двумя фермерскими магазинами, ресторанами. Реализуем свои сыры только в Алматы.

- Какова площадь вашей сыроварни?

Вячеслав: Около 20 квадратных метров.

- Маловато...

Вячеслав: Этого достаточно для малого бизнеса.

- Понятно, что для запуска сыроварни необходимо разрешение от санитарно-эпидемиологической службы…

Вячеслав: Верно. Здесь у нас возникли небольшие проблемы. Действующие нормы СЭС были написаны еще в советское время, когда не было маленьких локальных производств. Сейчас эти нормы надо корректировать, потому что они создают препоны для развития малого бизнеса. Например, в тех нормах было требование по удаленности цеха от жилого массива на 50 метров. К тому же цех по нормам должен иметь отдельную канализацию и отдельный водопровод — это очень дорого.

Мы с Нурланом приняли решение как-то откорректировать существующие требования СЭС, в первую очередь было принято решение обратиться в Ассоциацию предпринимателей Алматы, к его президенту Виктору Ямбаеву. Он является членом правительственной комиссии по унификации законодательства в сфере МСБ.

Поясню, нам было очень сложно получить сертификат на создание сыроварни, пришлось пройти через многие барьеры. Многие семьи потому и не открывают небольшое производство, что боятся. Их страх связан с тем, что завтра может появиться СЭС и закрыть их бизнес. Нужно понимать, что ежемесячно все сыроварни проверяются, делаются бактериологические смывы цеха, проходят мониторинг сыры. И если сыроварни соблюдают все эти требования, им не грозит закрытие.

- Готова ли Ассоциация продвигать интересы сыроваров на более высоком уровне? Вячеслав: Да, нам сказали, что необходимо подготовить концепцию наших предложений. Мы сейчас от знакомых сыроваров, рестораторов принимаем предложения по унификации законодательства.

Нурлан: В существующих нормах есть требования и по наличию лаборатории. Понятно, что лаборатория, которая бы несколько раз в день проверяла сырье на кишечную палочку, нужна при масштабном производстве сыра. Но лаборатория неприемлема для небольшой сыроварни. Мы, например, в среднем варим 100 литров молока в день — это 10 килограмм сыра. О какой лаборатории может идти речь, если ее средняя стоимость составляет порядка 25 тыс. долларов? Европа давно прошла свой путь, их законы позволяют любым сыроварням качественно работать. Можно взять европейские нормы и адаптировать их под Казахстан. У нас в республике нет каких-то обучающих программ для крестьян, с жителями колхозов не проводится никакой разъяснительной работы. Им не объясняют их прав. Повторимся, люди боятся, что они вложат свою последнюю тысячу долларов и их закроет СЭС или какой-нибудь чиновник.

Мы специально выдержали год после открытия нашей сыроварни и запустили специальные обучающие курсы по сыроварению. На наших курсах мы свободно говорим о том, что ничего не стоит бояться. Налоговая и СЭС не требуют взяток, мы никому не давали взяток. Пройдя свой путь, мы можем уверенно говорить о том, что если сыроварня содержится в чистоте, то никто не имеет права требовать с бизнеса денег. А если обнаружены бактерии, грязь, то такие сыроварни нужно закрывать.

Вячеслав: У нас уже есть три ученика, которые познают ремесло по варению сыра: женщина из России, один мужчина из Украины и один из Казахстана (из города Тараза). У ученика из Тараза достаточно крупное производство – ежедневно оно обрабатывает 3 тонны молока. Наш ученик из Казахстана производит брынзу и чечил. Все эти люди сами вышли на нас, через соцсети. Наши ученики из России и Украины никак не связаны с пищепромом, они айтишники. Мы не знаем, где они хотят открыть бизнес, в Казахстане или за его пределами, пока им нравится процесс сыроварения и сыр.

- Как вы оцениваете качество сыра в казахстанских магазинах?

Нурлан: Мы изучали рынок, и мы знаем, как делается «другой», неживой сыр. Не хотелось бы никого обидеть, но тот сыр, который продается в большинстве магазинов, на 70% — химия. Своих детей таким сыром я бы не стал кормить. Срок хранения натурального сыра без консервантов несопоставим с магазинными сроками хранения.

- Сколько хранится сыр, который вы варите?

Вячеслав: Например, моцарелла - 5 дней, кочетта — 30-60 дней.

Нурлан: Если же при производстве сыра будут использованы сухой порошок, стабилизаторы, консерванты, то моцареллу можно будет хранить даже месяц. При желании можно достичь любых сроков.

Вячеслав: Иностранная моцарелла, привезенная в Казахстан, в среднем хранится месяц. С чем это связано? Импортеры не скрывают, что их сыр произведен из восстановленного молока, иными словами, из сухого молока. Если ранее сыр на 70% состоял из «живого» и на 30% из сухого молока, то сейчас доля сухого молока в сыре доходит до 85%. Понятно, что это выгодно крупным производителям, потому что их технология отработана таким образом, что им легче работать с консервантами. В итоге мы видим на полках «пластиковый» сыр.

Нурлан: При этом те стандарты, по которым производят сыр крупные компании, не идут в противовес законодательству — все легально. Как-то разговаривал с продавцами, которые работают на Зеленом базаре, они при варке сыра не используют термофильные закваски, как мы. Для того чтобы завести молоко, они используют сок лимона или лимонную кислоту — это дешевле. Дальше брынзы никто из стоящих на Зеленом базаре не уходит, ведь этому надо учиться, а учиться не у кого. Поэтому мы решили занять эту нишу и воспитать новый класс сыроваров.

- Качество сыра напрямую зависит от молока. Есть даже коровы определенных пород, которые дают «сыропригодное молоко», отличающееся высоким содержанием кальция и белка. Но даже вкус и насыщенность молока коровы, которая выросла в Альпах, или скажем, на пастбищах Казахстана, будет отличаться… Как вы определяете то молоко, которое пригодно для сыра?

Вячеслав: Да, есть сырные коровы и несырные. Даже по жирности молоко может соответствовать требованиям, но сыр может не запускаться. Первая варка сразу покажет все дефекты молока, стоит лишь завести первые 30 литров молока для сыра.

Нурлан: Когда Слава искал поставщиков молока, он ездил по домам Иссыка. Мы сразу отсекли многие дома, потому что там коровы содержатся в очень плохих условиях.

По-прежнему существует стереотип, что иностранная продукция всегда лучше, чем местная. Это миф, который нужно разрушать. К примеру, в Италии такие же фермеры, как и у нас, такие же коровы с рогами… Там, как и в Казахстане, сыр делают люди, а не инопланетяне. Я не устаю повторять, что у нас в стране отличные горы и пастбища, где можно пасти и овец, и крупный рогатый скот. У нас можно производить отличный сыр пекорино, не хуже итальянского.

Замечу, что у нас не развита культура потребления сыра. Не у всех есть понимание, что представляет из себя натуральная моцарелла. Экомоцарелла не должна содержать много соли, быть слишком кислой или жесткой. Она не должна походить на мячик для сквоша. Вкус моцареллы должен быть нежным, нейтральным, при нажатии на сыр должно выделяться молочко. Иногда, пробуя моцареллу нашей сыроварни, люди спрашивают, почему наш сыр пахнет коровой? И я задаю встречный вопрос: а чем он должен пахнуть, он же делается из коровьего молока? Мы привыкли к пластиковым продуктам, которые не имеют запаха. Сыр должен пахнуть коровой, а куриные яйца - курицей.

- По словам одного из владельцев небольшой сыроварни в России, в 2015 году на рынке РФ был дефицит «сыропригодного молока». Рынок покрывал только 50% сыроваров таким сырьем. Хватает ли на казахстанском рынке «сыропригодного молока»?

Вячеслав: Дефицита в таком молоке в Казахстане нет.

- По какой цене вы приобретаете литр молока для сыроварения?

Вячеслав: Цена колеблется от 100 до 120 тенге за литр.

- Это дорого для вас?

Вячеслав: Летом цена на молоко составляет 60-70 тенге, зимой она поднимается до 180-190 тенге. У меня с поставщиками молока достигнута договоренность, что и летом, и зимой я буду покупать молоко по одной цене – по 120 тенге. Это выгодно всем сторонам сделки.

- А остальные ингредиенты где приобретаете?

Вячеслав: Термофильные закваски в Дании. Формочки для сыра у меня и российские, и итальянские, их можно использовать многократно.

- Можно заметить, что натуральные фермерские продукты стоят достаточно дорого...

Нурлан: Пока мы придерживаем цены на наш сыр. Например, моцарелла у нас на 120 тенге дешевле, чем в магазинах.

Вячеслав: Классическая качотта у нас стоит 4 тыс. тенге за килограмм, с добавлением куркумы, паприки — 5,5 тыс. тенге. Если везти кочетту из Италии к нам, то он будет дороже как минимум на 40%. Хотя, мне кажется, некорректно сравнивать импортную продукцию с локальной — это разные весовые категории. Фермеры, и мы в том числе, при сыроварении не добавляют никакого консерванта, я даже для связки белка не кладу в сыр хлорид кальция – это моя принципиальная позиция. К слову, хлорид кальция обычно используют, чтобы придать сыру эстетическую красоту.

У нас есть своя целевая аудитория, которая настаивает на отсутствии аналогичных компонентов, — это рестораны, частные клиенты. Они утверждают, что им не хочется есть пластиковую продукцию. У многих наших покупателей есть дети, за здоровьем которых они постоянно следят. Есть достаточно известное исследование, в нем принимали участие дети из Англии, Италии, Франции и ряда других стран. Так вот, выяснилось, что у детей, которые ели продукты из натурального молока, на 30-40% уменьшилась аллергическая реакция на продукты.

После этого исследования в Италии было установлено 1,5 тыс. вендинговых автоматов, которые продавали свежее, даже непастеризованное молоко. Так, отфильтрованное свежее молоко стоило 6 евро за литр, обычное — 1 евро. Вендинговые автоматы с молоком установили возле школ, в общественных местах.

- Какова себестоимость одного килограмма моцареллы?

Вячеслав: Чтобы сделать килограмм сыра, потребуется 10 литров молока, это обойдется в 1200 тенге. А если сюда прибавить затраты на закваску, газ, электричество, логистику, то себестоимость моцареллы дойдет до 2500-2700 тенге. Как-то смотрел одну передачу, там эксперты анализировали качество сыра и его состав. Так вот, специалисты даже не попробовали ни один из предложенных 10 видов сыров, сказав, что сделают это только после лабораторных исследований сыра. К слову, 90% сырного продукта сделано из пальмового масла, там вообще нет молока. Россия сейчас на первом месте по импорту пальмового масла из Таиланда, Индонезии. Пальмовое масло по своему составу при коагуляции схоже с молоком.

Нурлан: В магазинах можно встретить сыр по 2300 тенге за килограмм — это себестоимость натурального сыра. И это учитывая, что в данную цену уже заложена маржа производителя и магазина. К слову, магазин в среднем накручивает ценник на 25%. Даже если учесть, что крупные производители могут снизить себестоимость за счет больших оборотов, все равно напрашивается предположение, что магазинный сыр за 2300 тенге за килограмм сделан из искусственного молока.

Вячеслав: И опять же, если заметили, в последние годы у нас всплеск онкологии. Люди не понимают, что есть взаимосвязь этого тренда с тем, что мы едим. Если мы потребляем «пластиковый» сыр, то мы и становимся пластиковыми. Поймите, сначала люди начинают экономить на питании, а потом тратят бешеные деньги на лечение. Посмотрите, как помолодела онкология, теперь ею болеют 20-30-летние, раньше возрастной ценз был выше: 50-60 лет.

Нурлан: Никто нам не делает прививку из вредных продуктов. Я, например, антифастфудчик, я против тушенки, лапши быстрого приготовления.

- Как же, например, ориентироваться потребителям?

Вячеслав: Парадокс заключается в том, что техрегламенты устроены таким образом, что производители на упаковке могут писать только то, что они считают нужным. То есть дискредитирующая продукт информация ими не указывается: какова доля пальмового масла в сырном продукте, какова доля других добавок. Если даже мы будем под лупой рассматривать упаковку, мы не увидим все эти нюансы.

Нурлан: Мало кто знает, что такое, например, «Е 520». Очень узкий круг людей имеет представление, что такое глюконат натрия, и на упаковках никто из производителей не пишет: «глюконат натрия». Зачем, когда есть различные вариации «Е»? С юридической стороны предприниматель себя уже обезопасил, выразив состав продукта через короткие обозначения.

- Давайте поговорим о сыре с плесенью - рокфоре. Как распознать полезную плесень от вредной?

Нурлан: Это можно сделать только лабораторным путем.

- По оценкам некоторых экспертов, в 2015 году казахстанец в среднем потреблял около 2,5 кг сыра в год…

Вячеслав: Это ничтожно мало. Скорее всего, это связано с тем, что культура потребления сыра у нас не развита. Мы едим много мяса и хлеба. Сыр менее востребован, потому что мы не знаем, как его грамотнее потреблять. Ведь сыр можно добавлять не только в салаты или бутерброды.

Нурлан: Например, моцареллу можно есть с джемом или вареньем как десерт.

- Ценится ли наш курт?

Нурлан: Этот продукт нужно популяризировать, он продается по 1500-1800 тенге за килограмм. Многие считают, что это дороговато, но это не так. Ведь при его производстве также использовано молоко, ручной труд, он не может стоить еще дешевле. Многие этот продукт не ценят, хотя в каждой области он имеет свои вкусовые особенности.

Кстати, в Астане есть ресторан, в котором работает повар из Швейцарии. Он, как и все профессиональные повара, готовит блюда преимущественно из локальных продуктов. Например, он делает пасту с кониной и посыпает ее куртом. Это и вкусно и недорого – местные продукты более свежие, чем импортные. У многих казахстанских рестораторов пока другая поварская культура - они по-прежнему смотрят в сторону импортных продуктов.

- Часто производители говорят, что порой им трудно попасть на полки моллов, дисконт-центров. Крупные торговые сети не хотят брать неизвестные или малоизвестные бренды, к тому же они требуют за место на полке «входной взнос». Есть ли у небольших сыроварен потребность в том, чтобы попасть в моллы?

Нурлан: Ранее я работал в дистрибуционных компаниях и знаю ситуацию изнутри. Цена за место на полке в крупном супермаркете высока – это даже не одна тысяча долларов. Чтобы разместить товар на уровне глаз, понадобится как минимум 5 тыс. долларов, эту сумму нужно оплачивать ежемесячно. Ни один фермер не сможет себе этого позволить. Было бы замечательно, если бы государство обязало моллы иметь полки, специально отведенные для продукции фермеров, выделяло бы субсидии на эти цели.

Вячеслав: Принципиально должны быть полки не только для продукции made in Kazakhstan, а полки для товаров МСБ.

- Сколько на рынке игроков, которые составляют вам конкуренцию?

Нурлан: В Алматы моцареллу производят три фермерских хозяйства, включая нас. Качотту - только мы. Есть также ИП, которые делают хорошие турецкие сыры. Чтобы понять расстановку сил на всем сырном рынке, нужно заказывать исследование, мы этого не делали. Можно сказать одно - огромную конкуренцию по сыру создает Киргизия.

- Планируете ли расширяться?

Вячеслав: Мы принципиально не хотим наращивать свои мощности, хотим показать, что небольшие производители, как мы, также могут существовать и зарабатывать.

Нурлан: Мы как-то обсуждали со Славой вопрос – а нужен ли нам инвестор? К нам поступало предложение расширить цех с 20 до 50 квадратных метра, нарастить штат, оборудование, но мы поняли, что нам это не нужно. Мы на своем примере хотим показать, что у малого бизнеса есть право на жизнь.

Казахстан > Агропром > kapital.kz, 23 июня 2016 > № 1800664 Вячеслав Столяр, Нурлан Каженов


Казахстан > Агропром > kapital.kz, 23 июня 2016 > № 1800616 Эсат Акйылдыз

Как управлять кухней и почему для местных торжеств бешбармак важнее торта

Шеф-повар отеля The Ritz-Carlton, Almaty рассказал об этом в интервью «Капитал.kz»

Мы сидим на 30 этаже отеля The Ritz-Carlton, Almaty в ожидании шеф-повара отеля. К нам за столик подсаживается жизнерадостный мужчина в белоснежной форме с наглухо застегнутыми золотыми пуговицами и с акцентом сообщает: «Привет, я Эсат». Расположившись в кресле, он начинает рассказывать о том, как стал поваром, как ушел из военного училища и поступил в кулинарный. Потом были годы путешествий из одной страны в другую, адаптация к новой кухне и местным продуктам. Чуть позже мы проходим на кухню – сердце ресторана, откуда доносятся запахи трав, специй и, конечно, мяса. Молодые помощники снуют туда-сюда, пытаясь ненароком не задеть фотографа, который в этот момент снимает рабочий процесс. В таком режиме и проходит наша беседа. В интервью деловому изданию «Капитал.kz» шеф-повар отеля The Ritz-Carlton, Almaty Эсат Акйылдыз рассказал о том, как управлять кухней, почему для местных торжеств бешбармак важнее торта и какова истинная ценность звезд Мишлена.

- Расскажите, с чего начинался ваш профессиональный путь повара. Для того чтобы стать поваром, нужно долго обучаться или это вопрос таланта?

- Прежде всего, вы должны любить то, что делаете. Моя любовь к кухне началась в детстве. Когда мы с сестрой были маленькими, то часто заменяли друг друга на кухне: один день я мог играть на улице, а она готовила обед с мамой; в другой день я готовил и помогал на кухне, а она играла во дворе нашего дома. Когда я вырос, то решил пойти в армейское училище, но после того, как поступил и проучился там около года, ушел, так как понял, что это не мое. Я бросил учебу и поступил в кулинарную школу. Уже в 15 лет я начал работу в небольших ресторанах. Думаю, чтобы стать хорошим поваром, нужно много путешествовать, нарабатывать опыт и изучать разные кухни мира. Каждое место учит тебя готовить по-новому: ты приспосабливаешься к традициям и местным продуктам.

- Повара, как правило, часто переезжают и меняют место работы. Скажите, легко ли адаптироваться к новой кухне и как оправдать ожидания гостей?

- Как правило, повара не задерживаются долго на одном месте, и тут дело не в том, что что-то идет не так. Просто когда шеф работает в одном ресторане или в одном отеле в течение пяти лет, то можно сказать, что он достигает своего потолка. Такие повара перестают расти, перестают пробовать что-то новое. Я сам люблю знакомиться с новыми местами и новыми традициями. Например, на Западе на свадьбе все внимание уделяется торту. Это как главное блюдо, которое выносят последним и вокруг него собираются все гости. Торт в западных странах – это показатель хорошей кухни и хорошего повара. В Казахстане на свадьбе важен бешбармак. Я, конечно, сейчас говорю о казахских свадьбах в национальном стиле. Бывает и такое, что я сам вместе с заказчиком езжу в магазин или даже на конную ферму за подходящим мясом для бешбармака – настолько он важен для гостей.

- Насколько мне известно, это не первый ваш опыт работы именно в ресторане отеля и не первый раз, когда вы работаете в Казахстане. Можно ли говорить о переменах на рынке в плане продукции или поставщиков?

- Для меня важно работать именно с местными поставщиками, так как это гарантия свежести продуктов. В Алматы я стараюсь использовать местные помидоры, которые только что росли в саду у фермера, а теперь я могу их использовать у себя на кухне. Конечно, я мог бы заказать помидоры из Италии, но они будут недельной или двухнедельной давности, пока их доставят к нам. Около 20% от того, что мы заказываем – это иностранная продукция. Так как Казахстан географически далеко находится от моря или океана, то основная часть поставок из-за рубежа – это морепродукты. Главными поставщиками для нас пока остаются Франция и Италия, но Казахстан стремительно развивается в этом направлении. Например, когда я в 2010 году впервые приехал в Казахстан, то мне было тяжело найти морскую соль и ее приходилось заказывать. Сейчас ситуация изменилась и на рынке уже есть магазины, где можно купить даже свежего лобстера.

- А кто контролирует все закупки? Неужели вы сами договариваетесь с поставщиками?

- Конечно, я не могу контролировать все процессы, включая и этот. В первую очередь из-за их объемов. У нас есть отдел закупок, который отвечает за работу с поставщиками и провизию для ресторана в отеле. Они все время мониторят рынок, разговаривают с поставщиками и договариваются о ценах на продукты. Со своей стороны, я тоже отчасти контролирую этот процесс. Бывает, что я езжу на встречи с поставщиками и смотрю, что они могут предложить. Но в моем случае я могу положиться на отдел закупок, так как они знают, что делают.

- То есть вы можете всецело отдаться приготовлению блюд?

- Нет. На первый взгляд может показаться, что шеф только и делает, что готовит блюда. На самом деле он должен быть и хорошим управленцем. Сейчас у нас на кухне работает 70 поваров, и шеф ответственен за административные процессы команды: расписание, отпуска, выходные. Так как у тебя в подчинении столько человек, ты должен быть очень собран. Шеф-повар, я сейчас говорю именно про отель, должен понимать, что помимо умения правильно резать морковь, ты еще должен уметь ладить с людьми и умело переключаться, например, между кухней ресторана и кухней банкетов. Когда ты работаешь в банкетном зале, то тебе нужно проконтролировать все процессы, начиная от заготовки и заканчивая главным блюдом и его единовременной подачей на сотни гостей.

- Кто в ресторане отвечает за персонал? Вы сами отбираете себе помощников на кухне или это обязанность HR-департамента отеля?

- В отношении именно этого ресторана могу сказать, что персонал уже был. Мы просто стали работать вместе. Конечно, как и в любом коллективе, у нас есть текучка. Часть сотрудников уходит, если, например, им предлагают другую работу. Мне в этом случае приходится искать новых работников, просматривать резюме, мониторить рынок. У нас есть HR-отдел, который является первой ступенью при устройстве на работу в отель. Мы проводим онлайн-оценку персонала и уже потом решаем, кто будет работать в команде. Когда вы работаете на кухне, гораздо важнее личные качества самого сотрудника. Над навыками работы мы можем поработать прямо на кухне, а вот человека изменить уже нельзя. На кухне важно быть командным игроком, помогать друг другу. Блюдо, которое мы готовим – это результат командной работы, а не одного человека.

- Есть ли разница в работе между шеф-поваром в отеле и шеф-поваром в отдельном ресторане?

- Быть шеф-поваром в отеле и быть шеф-поваром в независимом кафе или ресторане – это совсем разные вещи. В ресторане ты готовишь массово, для всех. В ресторанах поварам предоставляется больше возможностей для творчества и кулинарных экспериментов. В отеле же к тебе предъявляют более высокие требования и обязательства – ты ведь являешься частью отеля и должен соответствовать заданному уровню. Тебе часто приходится готовить для высокопоставленных лиц, президентов компаний или звезд шоу-бизнеса, поэтому нужно быть очень осторожным. К таким местам у клиентов высокие ожидания, которым ты должен соответствовать.

- Кажется, что в мире поваров все, о чем мечтает повар в карьерном плане, – это получить звезду Мишлена. По крайней мере, это нам показывают в фильмах. Как обстоят дела в реальной жизни? Важно ли повару получить заветную звезду?

- Нельзя оценивать рестораны только по звездам Мишлена. В мире много ресторанов и заведений, у которых нет этой награды, но это не умаляет их уровня и качества. Да, я бы не отказался от того, чтобы примкнуть к рядам поваров с мишленовскими звездами, но это не является самоцелью. Ведь главное оставаться увлеченным своим делом, преданным ему, работать над улучшением качества и вкуса твоих блюд, и тогда награда станет логичным результатом этих трудов.

- Большинство обладателей мишленовоских звезд – это французы. Скажите, какова вероятность того, что местные повара тоже станут обладателями этой награды?

- У местных поваров есть все шансы со временем получить звезду. Я не могу точно сказать, сколько времени нужно, чтобы казахстанский рынок вышел на должный уровень, но развивается он достаточно быстро. Повара, в принципе, люди творческие, особенно мишленовские, которые всецело поглощены своим делом. Те, у кого уже есть звезда Мишлена, не думают о том, что в этом году им нужно получить еще одну звезду.

- Насколько мне известно, вы стали практиковать так называемые chef’s table, то есть когда шеф-повар сам составляет меню из нескольких блюд плюс напитки. Как гости отнеслись к такому нововведению, ведь мы все привыкли выбирать…

- Отличие chef’s table от стандартного меню в том, что оно располагается максимум на двух страницах. Это такой выбор шеф-повара, когда уже все продумано за тебя. Во Франции, в кулинарной Мекке мира, в ресторане ты не найдешь меню на 25 страниц. Там тебе подают меню на одной страничке, где есть максимум два варианта ужина, при этом туда входит и салат, и основное блюдо, и, как правило, десерт. Такое меню фиксировано и ты не можешь выбрать ничего другого, так как за тебя уже все заранее продумал шеф-повар. Это как раз то, что практикуют повара со звездой Мишлена. Такие повара никогда не будут тебе угождать, потому что гости сами приходят к ним. Гости идут на их еду, идут за опытом и новыми вкусовыми ощущениями.

Мы решили сделать совместный проект с французским домом шампанских вин Veuve Clicquot («Вдова Клико», – прим. ред.). Именно под шампанское Veuve Clicquot Brut Yellow Label было разработано концептуальное меню chef’s table. Признаюсь, реакция была неоднозначной, так как местный рынок все еще придерживается привычек, когда к красному мясу подают красное вино и, соответственно, к рыбе или курице – белое. На Западе многие уже давно отошли от этого правила. Мы предложили не совсем стандартный вариант, когда к предлагаемым блюдам подается шампанское. Так как в Казахстане очень любят мясо, мы решили показать его немного под другим углом. Это наш летний проект, так что в этом случае нужно время, чтобы гости привыкли к новому формату.

- Есть какие-то блюда, неподвластные приобретенным профессиональным навыкам, умению? Когда остается только признаться: «Ну все, этого я не могу!»

- Для меня нет ничего невозможного (смеется). Я могу приготовить любое блюдо. Но мы должны помнить об аутентичности кухни. Например, если мы возьмем даже такое простое блюдо, как борщ, то мой борщ будет все же отличаться от тех, что привыкли есть в Украине или России. Ингредиенты и рецептура кухонь разных стран отличаются друг от друга, поэтому работа в отелях – это отличный шанс набираться опыта, узнавать новые техники и сочетания вкусов и применять их на практике.

Казахстан > Агропром > kapital.kz, 23 июня 2016 > № 1800616 Эсат Акйылдыз


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter