Всего новостей: 2577827, выбрано 3 за 0.011 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Шмаль Геннадий в отраслях: Нефть, газ, угольвсе
Шмаль Геннадий в отраслях: Нефть, газ, угольвсе
Россия > Нефть, газ, уголь > gudok.ru, 18 марта 2016 > № 1716915 Геннадий Шмаль

«Привязка цены СПГ к нефтяной цене неправомерна»

О будущем производства сжиженного природного газа в России, рынках сбыта и перспективах газовой отрасли президент Союза нефтегазопромышленников России Геннадий Шмаль рассказал в интервью Gudok.ru в кулуарах «СПГ-конгресса»

- Некоторые эксперты полагают, что при нынешней цене на нефть (40-42 доллара за баррель) реализация ряда проектов СПГ невозможна. Такие проекты реализуются только при стоимости нефти не ниже 60 долларов за баррель. Как считаете Вы, все ли заявленные крупнотоннажные СПГ-проекты будут реализованы в полном объеме?

- Я считаю, что реальны все, но надо смотреть и считать, исходя из конкретной ситуации, любой проект за один день не реализуешь. Поэтому опираться на сегодняшнюю цену на нефть неправомерно и неправильно. Я убежден, что к концу 2016 года она будет больше, чем 50 долларов, а через пару лет она вернется к своей справедливой цене, а таковой я считаю 80 долларов за «бочку». Поэтому здесь надо исходить из того, что пройдет какое-то время для реализации проекта, а это минимум пять лет. А за пять лет, как говорится, «либо шах помрет, либо ишак сдохнет» – так и здесь.

Кроме того, я считаю, что привязка газа к цене на нефть – это тоже неправомерное дело. Было время, когда газ занимал очень небольшую долю на мировом рынке, нефть была главной. Тогда создали нефтяную биржу, а биржу газа нет. Сегодня газ подравнялся по объему с нефтью, в мире добывают 4 с небольшим миллиарда тонн нефти, а по газу где-то 3, 5 трлн кубов, ну это примерно близко. Нужна отдельная биржа по газу, причем было бы правильно, если бы она была и у нас, в Петербурге или в Салехарде, там, где добывается этот газ. И уже газ должен был бы котироваться самостоятельно, без всякой привязки к нефтяной цене. Что касается СПГ, то привязка к нефтяной цене вообще неправомерна, сегодня это самостоятельный товар.

- Каково, на Ваш взгляд, будущее рынка сжиженного природного газа в РФ?

- Что касается проектов, то все нужно внимательно считать, исходя из ситуации, которая может быть. Прогнозы делать сложно, но при определенных условиях возможно. Потом, что нам мешает развивать внутренний рынок, используя этот СПГ как сырье для производства химической продукции и так далее? Тогда мы сами могли бы определять цену, которая была бы приемлемой для рентабельности тех или иных проектов.

Например, по развитию рынка газомоторного топлива принят ряд решений по вопросам экологи и вопросам экономии, но пока ничего не делается в этом отношении. У нас есть несколько регионов, в том числе Башкирия, где много занимаются вопросами, связанными с использованием компримированного газа, и построены автомобильные газовые наполнительные компрессорные станции (АГНКС) соответствующие, достаточно много. Но таких районов у нас, к сожалению, в стране мало.

Если посмотреть, допустим, на Пакистан – не самая передовая страна, но там 2 миллиона машин «бегает» на газе. А у нас 100 тысяч на всю страну. Это одно из направлений, которые можно и нужно развивать. Мы недавно обсуждали бункерное топливо, в том числе обсуждалось использование СПГ в качестве бункеровки для морских судов, которые ходят по Балтийскому морю, чтобы снизить вредные выбросы. По-моему, с будущего года на Балтике вообще запрещено использовать мазут и другие виды топлива, которые имеют большое содержание серы. А с 2021 года и по Каспию будет такое решение. Вот куда можно и нужно направить наши усилия по бункеровке СПГ.

Вот, например, Кирилл Лятс (генеральный директор СПГ «Горская» - прим. ред.) строит завод в Ленинградской области как раз для бункеровки судов. «Газпром», наверное, это тоже мог бы делать. Вопрос даже такой – газификация Калининградской области, которая является определенным анклавом, который зависит то от Литвы, то еще от кого-то. А зачем? Ведь можно поставить небольшой завод по сжижению газа и доставлять СПГ в Калининград газовозами и снять все проблемы. Надо больше внимания уделить нашему собственному государству и возможностям использования СПГ для внутреннего потребления.

- Сегодня говорят в основном о возможностях экспорта СПГ. Какие из тех проектов, которые планируют реализовать в ближайшее время или тех, что уже реализуются, могли бы быть ориентированы на внутренний рынок? В чем Вы видите препятствия?

- На сегодняшний день у нас в стране разработана технология малотоннажного производства СПГ мощностью от 1 до 10 тонн в час. Это делает завод в Балашихе, который занимается производством различного оборудования.

В Якутии огромные месторождения на 2 трлн кубов газа, строят «Силу Сибири» и так далее. Но для этого необходима политическая воля и соответствующая команда. Этим надо заниматься, потому что нет таких заводов пока, есть технологии. А для того, чтобы их построить, нужны деньги, нужна инфраструктура. Например, в Тикси (город в Якутии за Полярным кругом – прим. ред), который обеспечивается «северным завозом», можно доставлять СПГ. Поэтому, конечно, нужна четкая государственная программа, связанная с внутренними проблемами, о которых мы говорили.

Мария Платонова

Россия > Нефть, газ, уголь > gudok.ru, 18 марта 2016 > № 1716915 Геннадий Шмаль


Россия > Нефть, газ, уголь > tpprf.ru, 9 апреля 2015 > № 1337622 Геннадий Шмаль

Геннадий Шмаль: нужна программа господдержки бизнеса.

Падение мировых цен на нефть, экономические санкции вызвали в российской экономике кризисные явления. В результате стали ощущаться ошибки прошлого развития: сырьевая ориентированность экспорта, недостаточный уровень развития обрабатывающих отраслей, отсутствие внутренних источников капитала. Остро стал вопрос замещения импорта продукцией отечественных предприятий. Проблемы экономической, в частности финансовой, стабилизации стали во главу угла всей национальной политики.

Эти вопросы обсуждались участниками очередного заседания «Меркурий-клуба». Перед заседанием свою оценку состоянию российской экономики дал президент Союза нефтегазопромышленников России Геннадий Шмаль.

Финансы – самая острая проблема, которая существует в России сегодня, считает глава российских нефтяников и газовиков. «На мой взгляд, наиболее серьезное воздействие на ситуацию могут оказать санкции, связанные с финансами, – сказал он. – Дело в том, что наша финансовая система оказалась совершенно не готова к такому развитию событий».

По словам Г. Шмаля, бизнесу нужны кредиты: долгие по срокам и под низкие проценты. Ведь добыча нефти и газа – очень капиталоемкие отрасли с большим сроком окупаемости.

В частности, трубопроводные проекты окупаются за 15–17 лет. Или другой проект: завод по сжижению газа «Ямал СПГ». С учетом сегодняшней ситуации его окупаемость составит 15–20 лет. Поэтому нужны кредиты под 2-5% и на срок 10–15 лет. А этого, к сожалению, нет.

Обеспечение таких кредитов, по мнению Г.Шмаля, является одной из самых серьезных задач, стоящих перед правительством и его экономическим блоком. «Быстро это не сделаешь, но в перспективе надо делать обязательно», – подчеркнул он. Это тем более важно, что эти же вопросы возникали в 2008 году, когда тоже был финансовый кризис. Мы из этого кризиса вышли без особых потерь, но так и не сделали нужные выводы.

«У нас теперь есть свои внутренние «санкционеры», я бы так их назвал, – продолжил он. – Налоговый маневр, который предложил Минфин нефтегазовому сектору, наносит колоссальный ущерб прежде всего нашему нефтегазовому сектору. Это удавка на шее малых компаний, которые и так еле выживают».

Глава объединения нефтяников и газовиков считает, что «вся беда заключается в том, что мало кто просчитывает последствия принимаемых решений. Этот налоговый маневр приведет к тому, что цена на заправках повысится. Раз, другой – и все отразится на социальной сфере. Вот эти вещи, к сожалению, наш финансовый блок не учитывает».

Сегодня в России мало кто может «заглянуть за горизонт», сказал Г. Шмаль. Бюджет верстается на три года.

«Разве всерьез можно говорить о развитии экономики, когда горизонт планирования не превышает трех лет! Он должен быть равен 25–30 годам, и думать надо именно о том, что мы можем сделать», – подчеркнул он.

«В конечном счете наше будущее зависит не от того, сколько мы сегодня добываем нефти, и даже не от того, какая сегодня на нее цена. Будущее зависит от того, какие новые технологии мы можем внедрить, какие кадры придут на наши предприятия через 20 лет и кто будет управлять всеми технологическими процессами. Вот о чем надо думать сегодня», – заявил он.

Говоря о проблемах малого и среднего бизнеса, Г. Шмаль отметил отсутствие улучшений предпринимательского климата. Все упирается в законодательство.

«Мы, например, давно убеждаем руководство страны, депутатов Госдумы в том, что нам нужен специальный закон о малом бизнесе в нефтегазовом комплексе. Существует общий закон о малом бизнесе, но наши компании под него не подходят. У нас самая маленькая компания добывает 100 тыс. тонн нефти в год и имеет миллиардный оборот.

Если им создать условия, то можно будет говорить о другом уровне нашего нефтегазового комплекса».

В частности, в США малые нефтегазовые предприятия добывают 46% нефти и еще больше газа. Добычу сланцевого газа и сланцевой нефти подняли именно малые компании, сказал Г. Шмаль. В России эти компании поддержки не имеют. Поэтому раньше они давали почти 10% добычи нефти, а сегодня – чуть более 2%.

По мнению президента Союза нефтегазопромышленников России, надо развивать малый и средний бизнес. Для него нужна серьезная программа государственной поддержки, и прежде всего с точки зрения совершенствования нормативной базы. «Тогда можно будет говорить о развитии нашего бизнеса, о том, что бизнес получит у нас нормальные права гражданства», – подчеркнул он.

Россия > Нефть, газ, уголь > tpprf.ru, 9 апреля 2015 > № 1337622 Геннадий Шмаль


Россия > Нефть, газ, уголь > mn.ru, 5 декабря 2011 > № 447887 Геннадий Шмаль

«На бензин нужно вводить талоны»

Президент Союза нефтегазопромышленников России Геннадий Шмаль объяснил «МН», почему по пути к автозаправке бензин дорожает в три раза

Ирина Кезик

Стоимость бензина на выходе с завода составляет всего 10 руб., на автозаправочных станциях им торгуют почти втрое дороже. Почему так происходит, в интервью обозревателю «Московских новостей» Ирине КЕЗИК объяснил президент Союза нефтегазопромышленников России Геннадий ШМАЛЬ.

— Недавно вы совместно с руководством Российского союза химиков и Ассоциации нефтепереработчиков и нефтехимиков направили письмо Владимиру Путину, в котором изложили свое видение причин перебоев с топливом. Что вы написали главе правительства?

— Я уверен, что топливные кризисы в нашей стране связаны исключительно с неумением организовать дело. Я имею в виду, к примеру, руководство Алтайского края, где ситуация была самая критичная весной этого года. Должен быть баланс производства и потребления всех видов моторного топлива в целом по стране и по каждому региону. Но, к сожалению, мы уже 20 лет не занимается составлением таких балансов. Хотя в свое время наша страна была в числе первых, кто широко использовал балансовый метод для управления всем народным хозяйством.

— Но мы живем в рыночной экономике. Балансовый метод разве не изобретение советской власти?

— Нет, и даже не Госплана СССР. Балансовый метод изобрел американский ученый русского происхождения Василий Леонтьев, за что получил в 1973 году Нобелевскую премию. Используя этот метод, мы знали, какова потребность страны в бензине, керосине, маслах. Сейчас же этого нет, и нет представления о том, сколько нужно оставить бензина в стране, а сколько отправить на экспорт. Поэтому повторюсь, проблема исключительно в управлении. Нужно обладать уникальным талантом, чтобы допустить топливный кризис в стране, которая добывает нефти больше всех в мире.

— Но, согласитесь, это ведь не основная причина. Есть много вопросов к налоговой нагрузке, в целом к состоянию отрасли, да и к качеству бензина?

— Да, есть большие проблемы с качеством. В той записке, которую мы направили премьер-министру, основное внимание было уделено состоянию нефтеперерабатывающей отрасли. Хочу отметить, что мы в числе самых худших. У нас, конечно, есть отдельные примеры успешной работы в этом направлении, но тем не менее Россия находится по качеству бензина на 67-м месте. Глубина переработки, которая у нас составляет около 70–71%, в развитых странах достигает 95–98%. Американцы из одной тонны нефти производят 400 л бензина, а мы — 140 л. Коэффициент Нельсона, принятый во всем мире показатель, дающий представление о сложности переработки нефти, в США составляет порядка 12 пунктов, в Европе — девять, а у нас — 4,3 пункта.

Еще в 2008 году мы приняли Технический регламент требований к моторным топливам. Так, в соответствии с ним мы уже давно должны были перейти на евро-3 и евро-4. Но и сегодня мы никуда не двинулись, по-прежнему 80% выпускаем бензина евро-0 и евро-2. Можно много говорить о кризисе, но у нас в принципе не строятся заводы. Из тех 28, что сейчас функционируют, большинство было построено до войны или по ленд-лизу (программа, по которой США передавали после второй мировой войны своим союзникам технику, стратегическое сырье, нефтепродукты. — «МН»). А тем временем китайцы строят уже 99-й НПЗ, у американцев их почти полторы сотни.

— И какое вы предлагаете решение?

— Нужна серьезная государственная целевая программа, и она, кстати говоря, была. Точнее, это была подпрограмма «Топливо. Энергия», но она приказала долго жить в 2006 году. Нужно воссоздать ее на основе предложений нефтяных компаний, потому как все НПЗ в стране принадлежат ВИНКам (вертикально интегрированные нефтяные компании. — «МН»). Нам нужно четко определиться, чего же мы хотим, — и компаниям, и государству. Потому как для нефтяной компании проще и выгоднее продать нефть не за рубеж и не ввязываться в реконструкцию НПЗ. Одна установка каталитического крекинга стоит $500 млн, это даже для крупной компании большие деньги, а окупится объект только через десять лет. Себестоимость добытой нефти в России $5–6 за баррель, то есть $45 за тонну, а НДПИ (налог на добычу полезных ископаемых) — $100. Налоговая конструкция совершенно не стимулирует ни разработку месторождений, ни инвестиции в переработку. При этом финансисты говорят, что если дадим льготы, то получим выпадающие доходы. Но ведь если не дадим льготы, вообще не получим никаких доходов.

— Эксперты говорят, что очередной топливный кризис может случиться уже нынешней зимой — акцизы на моторное топливо опять вырастут с 1 января.

— Я не раз говорил, что должны быть какие-то ценовые индикаторы, например, есть смысл отталкиваться от цены килограмма хлеба. Если мы говорим, что сегодня булка стоит 20 руб., то бензин не может стоить дороже. Я считаю, что справедливая цена на бензин примерно 15 руб. Вот у нас сегодня моторное топливо выходит с завода по 10 руб. за литр. Все остальное — это транспортные расходы, прибыль нефтяной компании. И 60% — налоги. Но разве для населения это правильно? Да, в Европе бензин дороже, но и зарплаты там другие. Поэтому там они на топливо тратят 1–2% из своего семейного бюджета, у нас значительно больше — примерно 10%.

— Как добиться, чтобы бензин стоил не дороже хлеба?

— Государство должно регулировать цены на бензин. Кстати, многие страны этим занимаются.

— Например?

— Венесуэла.

— Но ведь там дотируют производство бензина.

— А это уже второй вопрос, мы тоже можем дотировать.

— У нас более 50% доходов бюджета составляют нефтегазовые отчисления. Что будет с казной в этом случае?

— Мы зарабатываем не на бензине, а на экспортных пошлинах на нефть, которые составляют $350–400 за тонну, и на НДПИ. Это вопрос непростой, подход должен быть индивидуальным и к тем, кто ездит на «Мерседесе», и к тем, кто не может себе позволить заправлять автомобиль дорогим бензином. Я предлагаю дотировать людей с низким уровнем доходов. Нужно ввести талонную систему. Каждый человек заполняет декларацию, уровень доходов налоговым органам известен. Почему бы для пенсионеров не сделать ценовой уровень бензина не 30, а 18 руб.? И разницу государство будет выплачивать компаниям.

— Вы с такими предложениями уже куда-то обращались?

— Пока нет. Но разговоры с коллегами на эту тему ведутся.

Россия > Нефть, газ, уголь > mn.ru, 5 декабря 2011 > № 447887 Геннадий Шмаль


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter