Всего новостей: 2579266, выбрано 8 за 0.007 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Кашин Владимир в отраслях: ЭкологияАгропромРыбавсе
Кашин Владимир в отраслях: ЭкологияАгропромРыбавсе
Россия > Агропром > agronews.ru, 26 июня 2018 > № 2655438 Владимир Кашин

Комментарий. Владимир Кашин: пробить «глухую стену» непонимания властными структурами проблем села.

Как уже сообщали «Крестьянские ведомости», на днях в аграрном комитете Госдумы состоялись парламентские слушания на тему: «Законодательные аспекты развития материально-технической базы сельского хозяйства». На них с подробным анализом состояния дел выступил председатель комитета Владимир Кашин. Сегодня, основываясь на стенограмме, мы публикуем полную версию его доклада, а также Рекомендации слушаний.

Парламентские слушания прошли в малом зале ГД и собрали весь цвет АПК из регионов РФ. Тема злободневная. Владимир Кашин не обходил острые углы и внес конкретные предложения по обновлению сельхозмашиностроения, возрождению села:

— Мы не первый раз проводим в этом и в других больших залах слушания, связанные с развитием АПК нашего села. Мы не устанем проводить наши мероприятия, пока не пробьём ту пока «глухую стену», то непонимание со стороны властных структур и некоторых других структур, которые делают всё для того, чтобы село не развивалось, а динамичные процессы, которые происходили в последнее время, всячески придавить, притушить, надеясь, наверное, на чудо.

Ну, вот чудо было в прошлом году, получили серьёзные урожаи, но от этих урожаев понесли убытки в итоге, а многие поля и не убрали. Почему это происходит? Есть комплекс причин, и мы их все постараемся осветить.

Первая причина — это слабая техническая и материальная вооружённость нашего агропромышленного комплекса. Если посмотреть внимательно и сравнить оснащённость растениеводства и животноводческих ферм, допустим, с 1990 годом или с другими странами, то мы увидим разительную картину – разрушение во всем, что касается технической вооружённости АПК.

Сегодня на 1000 гектар у нас приходится три трактора, в Германии – 64. Два комбайна на 1000 гектар. Нагрузка по тракторам почти в четыре раза выше научно обоснованной нормы, на комбайны тоже в разы. И если посмотреть другую почвообрабатывающую технику, то к 90-му году провалы от 9 до 15 процентов по всему комплексу, от сеялок, плугов, культиваторов, включая разбрасыватели минеральных удобрений и так далее. Вот это всё не дает нам возможности обрабатывать даже те 80 миллионов гектар, вместо 117 миллионов.

Мы сегодня вместо того, чтобы за 8-10 дней проводить посевную кампанию, сеем месяцами. Вот Московская область, здесь у нас председатель аграрного комитета, всегда была лидером во всех делах. Но на 7 июня, хотя у нас оптимальные сроки сева с 27 апреля и до 20 мая, 84 процента посеяно было. Потому что это разрушение и разорение коснулось даже регионов-лидеров.

Не полагаться на авось

Поэтому мы сегодня ставим вопрос: как можно работать России в решении продовольственной проблемы, если мы надеемся на случай, на авось, чтобы вот по часам по нашим, как говорится, желаниям, были погодные условия, месяцами была хорошая погода при уборке. А вот в том году был определен срок, а потом дожди. 1,5 миллиона подсолнечника не убрано. Кукурузу весной некоторые убирали, говорят: «А ничего, еще куры ее клюют». Но разве так можно относиться к родной земле?

Поэтому те 11 тысяч тракторов, которые мы в год приобретаем и 6 тысяч комбайнов, они не решают проблему. Они не решают проблему с тем, что у нас сегодня под 60 процентов износ тракторов, а их всего у нас 216 тысяч, 57 тысяч всего комбайнов зерноуборочных. Это не решение проблемы. Чтобы хоть как-то получить динамику положительную, нам надо утраивать ситуацию. Если бы мы закупали не 6 тысяч, а 12-13 тысяч комбайнов и 35-37 тысяч тракторов, у нас могла бы меняться стратегия по вооруженности и стратегия получения качественного урожая. Если мы снизили сроки или затянули со сроками, понятно, что … побегов у яровых культур не получим не то, что на уровне 2,5, а 1,5 не получим. И всё, что касается закладки зерновки, всё, что касается других систем, мы видим через биологические потери урожая.

Пять дней уборки прошло, у нас 2,5 процента потери, за 10-15 дней уходит 20 процентов, а если за месяц, то 30 процентов потерь. Всем понятно, может быть, нашим экономистам непонятно.

Каждый год вырезаем дойное стадо

Вот вчера рассматривали бюджет во втором чтении, триллион 800 миллиардов получили дополнительно за 4 месяца доходов, а в распределении 69 миллиардов. Мы доказывали, слушайте, отдайте нам на поддержку несвязанную, хотя бы, чтобы мы удвоили сегодня ситуацию, связанную с поддержкой гектара земли, дайте нам на техническое вооружение дополнительные средства, чтобы мы вышли из этого прорыва. Нет. Вот видите, лучше в кубышку, лучше в страховые там дела и прочее.

Поэтому обстановка действительно очень тревожная, а денег у крестьян нет, чтобы решать самостоятельно эту проблему. В мире никто самостоятельно не решает сельские проблемы, сообща общество и государство решает.

Возьмем наш агропромышленный комплекс через отрасль животноводства. Мы к 1990 году производим молока на четвертушку. Мы тогда 47 миллионов товарного молока производили, 47. Сейчас 18 с натяжкой миллионов тонн. А всего мы 57 производили миллионов. И вот смотрим, 242 тысячи скотомест в год, это самый лучший год 2017-й был – 242 тысячи скотомест. Мы каждый год вырезаем, вырезаем дойное стадо.

В целом у нас сельскохозяйственных организаций всего осталось три с половиной миллиона. Деревень уже много не осталось. Поэтому рисовать завтра нечего будет. И уже надои у нас, они зашкаливают по величине. Значит, не строим ничего для того, чтобы изменить ситуацию. Нам минимум надо удваивать дойное стадо, в том числе и в регионах-лидерах. Вот Московская область, она все время говорила и докладывала президенту: все, удваиваем молоко. Но, а если не строятся сегодня животноводческие помещения, хоть 20 раз ты президенту говори, но ты ничего не сделаешь. Поэтому и видим вокруг, 600 тысяч, все время этот идет разговор, 2 миллиона тонн надаивала Московская область. И когда мы говорим, что на 95 тысяч никак не удвоишь, надо хотя бы еще, было-то 500 тысяч дойного стада, надо хотя бы еще 200 тысяч дойного стада и еще 400 тысяч надо молодняка, тогда появятся рабочие места. У нас сельскохозяйственные районы имели по 10-15 тысяч в агропромышленном комплексе, а сейчас по полторы тысячи народа осталось.

А чуть дальше Московской области, там обстановка еще хуже в этом плане.

Рыбоводство – с ума сойти

Если взять рыболовство, то мы 9,5 миллиона тонн добывали рыбы. В 2017 году имеем около 4,7 млн т. Это в два раза меньше. 7 тысяч был у нас флот рыболовецкий, сейчас 2 тысячи 196. А площади — ну, одуренные. Мы самая водная держава после Бразилии. А если взять все наши гидротехнические сооружения и количество озер, и прудов, с ума можно сойти, речь-то идет о миллионах. И мы 0,2 процента, допустим, аквакультуры мировой делаем. Что это такое? Китай уже 50 миллионов, а мы все 200 тонн, значит, крутим. Не годится это.

Мелиорация – ходим вокруг да около

Мелиорация. Китай, Индия – 1,5 миллиона в год. Мы за 2017 год, не худший год – 100 тысяч, 7,8 процента, в Америке там уже под 40, в Китае уже за 50 процентов орошаемых, осушенных земель. У нас вот Крым, пожалуйста, сгорел. А Поволжье, сколько лет поджигает? Сейчас вот и Ростов, и Ставрополь, и Краснодар прихватило. А мы в 15 раз сократили дождевальных машин и все, что в этом ключе связано, выбросили наши уникальные пойменные земли, орошаемые, осушенные с двойным регулированием. Опять ходим вокруг и около, и ничего не хотим делать. Только лишь, что мы великие. Великие, а за дело за конкретное не хотим цепляться.

Сами крестьяне, наш аграрный комитет, вся вертикаль наша аграрная, исполнительная власть всё это видит. Мы не раз это обсуждали. Наши, как говорится, партнеры в лице нашего сельхозмашиностроения. Наши товарищи по добыче минеральных удобрений и так далее готовы понимать, готовы двигаться с нами. За исключением только волков, которые цену вздувают на бензин, на дизельное топливо и киловатт час. Об этом чуть позже.

Мы не видим реальной системной помощи

Посмотрите, друзья. Куда дальше двигаться, если закредитованность уже 2,5 триллиона, больше, чем мы производим при этой сумасшедшей низкой цене на нашу сельскохозяйственную продукцию. Невозможно решать эту проблему технического и технологического вооружения. А как тогда, извините меня, внедрять наши новые разработки, наши новые технологии, которые наука отрабатывает. Там три четвертых прироста хранится именно в этих технологиях, в разработке наших научных исследований. Невозможно, дело государственной важности.

Почему не хотим еще и еще раз понять и почувствовать всю глубину той пропасти, которая нас отделяет сегодня от желания действительно быть лидерами, как это было в последние годы. Наше превышение спасало ВВП, и президент постоянно говорил об этом. Но вместо этого мы не видим реальной настоящей системной помощи. Капексы — вообще не было в бюджете, выбили мы небольшое количество средств. Сейчас просили еще хотя бы 10 миллиардов — нам надо решать проблемы обеспечения зданиями, сооружениями. Посмотрите, на 38 всего миллионов тонн у нас элеваторов. Если посмотреть … хозяйство, вообще беда, если посмотреть овощи, картофель, хранилища, аналогичная ситуация. Если холодильники по биоресурсам водным — ещё хуже. Мы знаем каждую цифру, знаем весь анализ. Есть предложения, но пока эту глухую стену не пробиваем.

От разговоров переходить к конкретике

Я уверен, если здесь руководители всех четыре фракций будут, тогда будет нам легче. А то приходит один Владимир Вольфович к нам сюда. Геннадия Андреевича мы с Харитоновым замещаем, естественно. Ещё и ещё раз хочу сказать, мы вместе должны изменить ситуацию. Нас последнее время в этом ключе поддерживает Володин, руководитель палаты, и снова запишут все наши предложения еще раз в постановлении Думы. Но от разговора надо переходить к конкретике. Почему крестьяне не могут, будучи лидерами, приобретать технику, решать проблемы по зарплате и так далее.

Вы посмотрите, за прошлый год у нас украли всякого рода перекупщики, трейдеры и так далее, которые «крышуют» и еще более поставленные люди, 120 миллиардов только лишь по трем культура – по пшенице, по сахарной свёкле и кукурузе. Мы 250 выбиваем миллиардов, 240, с докрутками 250 миллиардов, а у нас 120 миллиардов вытаскивают. Сейчас вздули цены на горюче-смазочные, на солярку. У нас 80 миллионов посевная площадь, 72 литра дизельного топлива уходит на гектар посевов. На 10 рублей подняли, 56 миллиардов сразу выхватили из кармана крестьян. 120 миллиардов, 56 миллиардов, а перед этим ещё снизили цены на молочную продукцию, снизили так, что снова потеряли более 30 миллиардов.

Остановить ценовой беспредел на ГСМ

Слушайте, ну что может сделать Министерство сельского хозяйства, допустим, и наши депутаты с этими олигархами? Что-то могут, но нельзя вздувать цены до такой степени, чтобы вообще останавливать всё производство, чтобы его грабить и делать нерентабельным.

Вот слайд мы показываем, было 3,5 тысячи коллективных хозяйств прибыльных, сейчас на треть сократилось. На 52 процента убытков за прошлый год стало больше. Куда дальше двигаться?

Значит, как изменить доходность? Мы тоже сделали предложения. Сделать стабильные цены нижнего уровня для двух направлений: зерно и сырое молоко, тогда бы не было вот такого количества изъятия миллиардов. Раньше уборки мы должны через интервенцию объявить, что минимальная цена на пшеницу 4 класса должна быть, условно, 7 рублей или 7 рублей 50 копеек. Третий класс там 12 рублей и так далее. Все остальные наценки можем через закон о торговле, тоже у нас всё это есть. Почему у нас в батоне хлеба, уже сколько раз мы говорим, 7-10 процентов всего в рознице труд крестьянина оценивается. Когда это закончится безобразие?

Законы есть, лежат, давайте принимать. И тогда ситуация изменится. Аналогично так и по другим сельскохозяйственным культурам. И тогда, если бы мы выстроили эту модель защиты, у нас всё было бы нормально. Мы предлагаем, чтобы не трейдеры всякого рода вывозили зерно за рубеж, а Рособоронэкспорт.

Давайте по этому же направлению выстроим и создадим Росэкспортзерно или там как-то, но чтобы крестьяне могли получать дивиденды от этого и государство, а неизвестно кто по карманам рассовывал всё, что изымается у крестьян. Логично? Логично.

Страхование – одуреть можно

Всё, что связано со страхованием. То же самое. Сейчас идёт закон, убрать все эти пороги. 19 процентов если потери, слушайте, у нас записано 20. Но 19 – это тоже одуреть можно. И 15 одуреть можно. Нет, страховой случай не наступил. Мы расчищаем это всё. Ну давайте сделаем государственную компанию. Давайте, чтобы здесь не было накруток, а была реальная защита наших посевов и так далее, и так далее. Крестьяне не верят, и поэтому сегодня страхуют урожай. А нам надо уже страховать и доходы. А как по-другому? Во всём мире это есть. И нам надо в этом ключе двигаться.

Один из инструментов – залог земли. У нас очень большой был разговор. Три фракции возмутились этой постановкой, которая изначально ставилась, но сейчас договорились, чтобы в этом ключе отработать механизм, который только бы лишь помогал крестьянам, фермерам, малому бизнесу, да пусть и большому.

Бюджет должен иметь 5% для развития АПК

Определить банки, наш Россельхозбанк и ещё, может, какой-то банк государственный. Только они могут с залогом работать. Добровольное начало. Кто-то хочет, кто-то не хочет, но земля должна использоваться однозначно для сельхозназначения. Не имеет залоговое право переводиться. Причём если земля в аренде, она может только право аренды использовать под залог, а ни в коем случае там не паи и ничего другого. То есть мы тоже в этом ключе понимаем и работаем.

Но ещё раз хочу сказать, если мы не поймём, что бюджет наш федеральный должен минимум иметь 5 процентов для развития АПК и двигаться дальше к 10, нам трудно очень менять ситуацию. Если мы не решим проблемы торговли, проблемы диспаритета цен, нам, я должен сказать, очень трудно будет.

Социальная сфера, она ещё в большем, в заброшенном состоянии. Нам причитается 1,9 триллиона от 7,6 триллиона, которые тратятся сегодня на все 20 программ. Дайте нам эти деньги и тогда селянин не будет 85 километров ехать до первого врача. Мы разберёмся.

Слушайте, ну, Московская область мне близка, я поэтому любя это говорю. Сегодня, чтобы построить детский садик в одном из лучших хозяйств Подмосковья, в той же Красной пойме, где 10-тысячные надои, где 6 тысяч КРС, надо заниматься обязательно депутату, председателю комитета, главам и прочим. Что это за бардак? У нас же не вокруг только Мытищ всё должно крутиться. Ну, это бесправие, конечно, надоело.

Как бы НДС не стал оброком

Наука наша в этом плане обескровлена много лет. Мы приняли сейчас соответствующий закон, сейчас можно будет заниматься серьёзно подготовкой кадров. Без них невозможно. Мы в три раза увеличили сегодня наши сельскохозяйственные вузы. Наш спикер помог решить эту проблему. Вместо 35 – 40 тысяч на студентов всё-таки 90 – 120 тысяч. Это большая разница. Сегодня есть возможность у наших НИИ работать и по всем другим направлениям, по которым работают наши обычные СПК, фермеры и так далее. Но нам дальше надо двигаться с той системой, которая бы обеспечивала доходность.

Органическое земледелие. Мы работаем сейчас активно над этим законопроектом, в первом чтении приняли закон о страховании. По НДС законы. Сейчас вот нововведение – эти 2 процента по НДС. Лишь бы они не утащились туда, к сельскому хозяйству, не двинулись бы опять эти всевозможные оброки на недвижимое имущество, и так далее, и так далее. Сейчас опять проблемы единого сельскохозяйственного налога. Очень много таких снова механизмов, которые не в лучшую сторону двигают наше сельскохозяйственное производство.

Развернуть ситуацию

Вот опасаясь всего этого, мы ещё раз сегодня говорим о необходимости развернуть ситуацию, чтобы с удовольствием могли работать наши и фермеры, и СПК, и крупные наши хозяйства, и научные подразделения. Россия огромные ресурсы имеет. У нас всё для этого есть.

Вчера слушали банк Центральный. 1,5 триллиона угрохали на санацию двух направлений банков. 1,5 триллиона! Говорят, что вот они потом когда-то вернутся. Мы уже видели, сколько раз возвращались на словах, на бумаге, а не на деле.

А когда касается села… Слушайте, программа была… Вот она! Давайте хотя бы эти там 400 миллиардов… Нет, каждый год переписывают программу, которая уже завершается в 2020 году. Не дай бог, село займёт свою нишу и мировой рынок подвинет…

Мы убеждены, что мы все вместе должны дружно отстаивать наше право на нормальные цены на дизельное топливо, бензин и на киловатт-час. 6 с лишним рублей киловатт-час на селе стоит, в промышленности – 3,7. Я вчера на палате об этом говорил. Что это за дискриминация? Цена должна быть в два раза меньше по себестоимости, чем в промышленности, а нам загибают такие вот цены.

Цифры наши, выверенные, у нас промышленность имеет мощности, чтобы производить и 40 тысяч тракторов в год энергонасыщенных с хорошей линейкой, качественных, и не менее 12 – 14 тысяч комбайнов, которые во многом сегодня даже превышают характеристики импортного класса комбайнов. Вместе мы должны эту работу двигать, причём и региональные власти подвигать к этому, чтобы не менее 5 процентов регионального бюджета шло на оказание помощи крестьянству. Но деньги надо использовать эффективно, а не растаскивать. Тут тоже полно у нас предложений. Это не значит, что они по олигархам должны разойтись, а вот на гектар посевов. Вот, пожалуйста, каждый получит: и фермер, и СПК, и любой другой. И справедливо, и честно, и самое главное стимуляция идёт. Или те же капексы, но опять под общим контролем.

Есть у нас уверенность, что положительные процессы динамики, которые есть, будут сохраняться. Год, который сложился, тяжёлый, минимум, я считаю, мы потеряем 20 процентов урожая к прошлому году, исходя из того, что засуха во многих регионах, и мы не сумели в Сибири несколько миллионов гектар посеять.

Но, вместе с тем, те посевы, которые есть, в принципе убрать, то у нас будет достаточно и зерна, и кормов для того, чтобы повысить, в том числе, и доходность нашего хозяйства. А пока обстановка кричащая. Вчера я говорил на палате, проводили расширенное заседание, вот директора и председатели колхозов приезжали из Твери, нашего Нечерноземья, нечем платить зарплату, за ГСМ, дойные стада под нож. Вчера сигналы пришли из Сибири. Хозяйство грузит сто голов дойного стада и под нож. Мы сегодня Гордееву об этом говорили.

А был Съезд по молочному делу, выступал Дворкович, говорил: а нам не надо дойное стадо увеличивать, надо продуктивность поднимать. Ну, как же с такой идеологией можно действительно получить хорошее валовое производство?!

Ну, идеология другая есть, и мы её должны отстаивать. Вот Гордеев пришёл в Воронеж и оценивал деятельность глав района не только по тем показателям, которые со Старой площади идут, а сколько район прибавил дойного стада, потому что до его прихода в Воронеже трудно было найти дойное стадо по всей области.

В целом у нас есть разительные и хорошие примеры, и там, где хозяйство хорошо обеспечено техникой, складами, они всё посеяли, они выращивают хороший урожай. Мы вот в Брянске сейчас были, тоже можно порадоваться, они строят и склады, и сушильные хозяйства, и будут по 90 центнеров урожая получать, повторяю ещё раз, но для этого должны быть материально-технические условия, хорошие кадры и дружба с наукой.

Из рекомендаций слушаний

Участники парламентских слушаний рекомендуют Правительству РФ и профильным федеральным органам исполнительной власти:

— для осуществления мероприятий по технической и технологической модернизации АПК выделить средства на докапитализацию АО «Росагролизинг» до 5,0 млрд рублей;

— увеличить финансирование основного мероприятия «Развитие сельскохозяйственного машиностроения, машиностроения для пищевой и перерабатывающей промышленности;

— рассмотреть возможность компенсации за счет средств федерального бюджета части затрат сельхозтоваропроизводителей на приобретение сельскохозяйственной техники и оборудования;

— предусмотреть возможность установления льготных цен на ГСМ, электроэнергию и минеральные удобрения для сельскохозяйственных товаропроизводителей;

— ввести механизм предоставления субсидии из федерального бюджета на компенсацию части затрат, связанных с разработкой и выпуском новой продукции специализированного машиностроения

— включить в систему льготного кредитования разработчиков и производителей средств малой механизации для средних и мелких сельхозтоваропроизводителей;

— предусмотреть меры и инструменты по привлечению и закреплению на селе высококвалифицированных кадров, в том числе механизаторов, инженеров, техников, обладающих необходимыми знаниями и навыками эксплуатации и ремонта современной техники, как отечественной, так и зарубежной;

— поддержать совершенствование норм, регулирующих выдачу специальных разрешений на движение по автомобильным дорогам транспортного средства, осуществляющего перевозки тяжеловесных и (или) крупногабаритных грузов, поддержать разработку и выдачу единого специального разрешения на передвижения всех видов крупногабаритной сельскохозяйственной техники, имеющейся в распоряжении сельхозтоваропроизводителя, сроком действия до 12 месяцев; сократить процедуру согласования маршрутов передвижения сельскохозяйственной техники в уполномоченных ор­ганах с 15 рабочих дней до 3 дней;

— проработать вопрос создания машино-технологических компаний на базе сельскохозяйственных потребительских кооперативов в каждом регионе России, обеспечивающих рациональную загрузку сельхозтехники на региональном уровне.

Автор: Александр РЫБАКОВ, «Крестьянские ведомости»

Россия > Агропром > agronews.ru, 26 июня 2018 > № 2655438 Владимир Кашин


Россия > Агропром > agronews.ru, 25 августа 2017 > № 2285861 Владимир Кашин, Игорь Абакумов

Комментарий. Почему за 20 лет в России исчезли 34 тысячи деревень.

Процессы, происходящие в сельской местности России, не могут не беспокоить. Продолжается отток молодежи из деревни, очень часто на селе нет работы. Сельская территория не обустраивается, тысячи деревень на наших глазах становятся вымершими в буквальном смысле слова. Закрываются или укрупняются школы, клубы, медицинские учреждения. Что нужно делать для исправления ситуации, пока не стало слишком поздно? Эти и другие вопросы обсудили издатель портала «Крестьянские ведомости», доцент Тимирязевской академии Игорь АБАКУМОВ и академик Российской академии наук, председатель комитета Государственной Думы по аграрным вопросам Владимир КАШИН.

— Владимир Иванович, на фоне общих больших достижений Россия собрала очень много зерна, практически решает вопросы по импортозамещению, отказывается мужественно от турецких помидоров, поскольку у нас уже свои появились. Россия выходит на мировые рынки курятины, свинины, уже даже говядины. А вопрос «как при этом живет сельское население – хорошо ли, плохо ли, хуже или лучше» – он как-то замалчивается. Причем, кому ни задаешь этот вопрос, все говорят «ну ты что, сам не понимаешь?» и уходят от конкретных цифр. Вот вы в Государственной Думе наверняка всеми цифрами владеете. Что у нас происходит в сельской местности с сельскими территориями? Треть населения, правда же?

— Не могу сразу согласиться, что мы везде выходим на экспорт. Пока, к сожалению, еще завозим очень много продовольствия. Если говорить о говядине на экспорт… Конечно, можно и на экспорт. Но дело в том, что, если мы производили 4,3 млн тонн мяса говядины, сегодня производим 1,6. Можно выходить в космос с нашей говядиной, но, извините, надо сначала произвести то, что хотя бы производили и потреблять у себя, а потом уже дальше двигаться. Да, действительно, по свинине мы приближаемся к 1990 году. По мясу птицы есть превышение. И, конечно, мы все радуемся рекордному урожаю зерна. Тут нет вопросов. И обижает нас только то, что на всех совещаниях первые руководители говорят, что село – локомотив, поскольку все другие сектора экономики подсели. И руководитель, понятно, хочет всегда сказать там, где хорошо, и чтоб люди это воспринимали, что не все плохо, есть и хорошее. И действительно мы радуемся этому. Это сделали люди, крестьяне, наша деревня, село, станица.

И законный вопрос встает: «А как они живут при этих рекордных урожаях, когда село становится локомотивом экономики?». Оно и обязано быть локомотивом. Почему? Мы говорим о рабочих местах. А как их создать? Если на селе один человек делает 7 рабочих мест в городе, значит, надо обратить внимание на рабочие места в сельской местности.

— Конечно. Чтобы они были прибыльны для семьи.

— Основной ресурс страны – это земля. В любой стране за каждый клочок пахотной земли идет борьба, а у нас 40 млн болтается пахотных земель, не обрабатывается. Не так давно мы встречались с президентом. Я называл все эти цифры. Что по своим объемам ввести в севооборот 41,5 млн гектар пашни равносильно тому, что страна в свое время поднимала целину. Но это была общегосударственная задача. Без первого руководителя и без правительства никто не мог решить ее. А сегодня по объемам, и главное – по отдаче это то же самое. Значит, нам надо иметь программу возрождения и возвращения в севооборот этих земель. Это рабочие места, это наша деревня, это все, что связано с ВВП и так далее. Кроме того, это решение проблемы продовольственной безопасности.

Мы, конечно, потеряли поголовье крупного рогатого скота, из 57 млн у нас сегодня 18,5, причем меньше половины из них – в крупном товарном производстве.

— Но, говорят, он качеством лучше.

— Качеством-то качеством. Но мы сегодня товарного молока имеет 18 млн тонн всего-навсего. Стакан цельного молока – это уже проблема. Мы сейчас хотим, чтобы школьное молоко пошло к каждому ученику. Все развитые страны сегодня бесплатное школьное молоко раздают …

— А кому мешает эта программа — «школьное молоко»? Откройте секрет.

— Кто мешает? Дополнительно надо 14 млрд рублей. Конечно, Минфин, экономический блок упрется рогами. Поэтому наша задача сейчас – все-таки переговорить на эту тему обязательно с Владимиром Владимировичем. Он объявил десятилетие детства. Сам бог велел сейчас принять нашу инициативу по бесплатному школьному молоку. Это здоровье.

— Будет же всегда вопрос: «А кто будет эти 18 млрд администрировать? Кто их будет держать в руках?».

— В законопроекте мы все прописали. У нас есть, кстати, опыт. Мы недавно проводили в Воронеже выездной комитет. Был Алексей Васильевич Гордеев (губернатор Воронежской области) с председателем Думы, со всеми главами. Мы посетили несколько районов – Анненский, Рамонский, Кантемировский. Там действительно точки роста. И там есть движение вперед по самой сложной отрасли сельского хозяйства – производству молока и говядины.

— У Гордеева не забалуешь. Будут развиваться.

— Он молодец, но я о другом. Все говорят, что мы селу помогаем – сегодня на него выделяется 1,2% федеральной части бюджета. Это ничего по сравнению с тем, что дают Китай, Индия, страны ЕС или Америка. Маленькая Швейцария 6 млрд долларов дает своему селу, хотя там всего 6 млн гектар. А мы – 3,5! Вы представляете разрыв? Китай – 154 млрд. А мы – 3,5.

— Владимир Иванович, если бы нам столько банков, сколько в Швейцарии. Если бы у нас были такие банки.

— Да не в банках дело. В Советском Союзе было меньше банков, а на село давали в 20 раз больше, чем сегодня.

— Вы не вспоминайте про Советский Союз. Еще вспомним.

— Хорошо бы, поскольку тема нашего разговора – как раз сельская территория. За последнее время здесь произошли нерадужные дела, перестройка. На 24 и на 25 тысяч соответственно сократилось количество дошкольных и школьных учреждений в сельской местности. Если говорить о поликлиниках и участковых больницах, то здесь вообще разорение.

— А какое расстояние сейчас до школы, среднее?

— Среднее расстояние до ФАПа, например, составляет 80 км. Вы представляете, сколько нужно проехать, чтобы получить первую помощь?

— То есть роженица не успеет добежать?

— Не успеет. А если инфаркт? А если что-то другое? Мы видим очень серьезные проблемы, и не первый раз говорим о них. Причем, на самом высшем уровне. 34 000 деревень исчезли с лица земли.

— За сколько лет?

— За последние 20 лет.

— 34 000 деревень …

— Хуже того, еще в 10 000 деревень сегодня меньше 8 жителей. Если говорить о газификации, 95 000 деревень ее не имеют. Если говорить о качественном водоснабжении, то это только 5%. Если говорить о дорогах, о почте, о телефонной связи: 42 000 деревень не имеют телефонной связи, 32 000 – почты. Отсутствие магазинов, домов культуры и так далее.

— И банки уходят из деревни?

— Если нет почты и телефона, о каком банке можно вести речь? Общая картина – очень тревожная. Мы недавно встречались у президента, были вынуждены обостренно говорить о необходимости комплексного подхода к возрождению программы социального развития села. Вы смотрите, сегодня 1 300 000 человек живут в ветхом аварийном жилье на селе. А в год переселяются только 6000.

200 лет надо, чтобы решить эту проблему. 14 млрд рублей направляется из федерального бюджета на всю огромную Россию на устойчивое развитие наших сел и сельских территорий. И столько же от регионов. То есть, по большому счету, это очень небольшие деньги. Ситуацию надо менять срочно и ставить реальные задачи. Если мы в план записываем в федеральной программе – ввести 130 ФАПов за год, то получается, что 1,5 ФАПа на область.

— ФАП – это фельдшерско-акушерский пункт.

— Да. Если в области 500-700 и более деревень, то что же это за программа? С ветхим жильем, дорогами та же ситуация. В целом мы считаем, что надо ставить задачи, которые через 10 лет могли бы изменить лицо сельской территории, чтобы она действительно была устойчива. Надо, чтоб в каждой деревне мы имели сетевой газ. Что это, проблема для страны? Китай свои деревни газифицирует, а у нас в Подмосковье не во всех деревни проведен газ.

Что касается водоснабжения, аналогичная ситуация. Надо этим заниматься. Где-то 180-200 млрд сельское население платит в дорожный фонд. Слушайте, а 7 млрд всего на сельское дорожное строительство выделяют… У нас 30 000 деревень не имеют дорог с твердым покрытием. Чуть-чуть развезло – пожарная машина с трудом проезжает, не говоря уже об автобусном снабжении. Мы считаем, что та программа, которая сегодня есть, должна быть не бутафорской.

— А у вас есть какие-то рычаги, чтобы она была не бутафорской?

— Безусловно.

— Пришел министр финансов, отчитался. Пришел министр сельского хозяйства, отчитался. Что вы им можете сделать?

— Мы эти проблемы перед вышестоящим руководством, перед первым руководителем страны, перед правительством ставим не для того чтобы поставить, а говорим о конкретных путях решения. И говорим о том, что деревня – это не только крестьянство и наша кормилица, к которой надо относиться соответствующим образом. Почему там сегодня зарплата в 2 раза меньше, чем в среднем по промышленности?

— Расул Гамзатов говорил, что в городе живет население, а в деревне живет народ.

— Обидно, что нарушаются конституционные заповеди. Поэтому мы считаем, что в набат надо бить. Почему? Потому что одно дело – это кормилица, а второе дело – это берегиня. Деревня является берегиней, скрепом нашей страны. Вот железные дороги – да, другие пути сообщения, энергетические мощности. Они тоже соединяют нашу великую Русь. А деревня ее бережет. Вот представьте, не будет наших рыболовецких поселков на северах, на Дальнем Востоке. Или не будет в Забайкалье наших станиц, сел и хуторов. Слушайте, тогда там будут жить другие люди. Там не будет русских.

— Придут те, кто без земли.

— Абсолютно верно. Придут те, которых мы иногда зовем партнерами, иногда русофобами, иногда антисоветчиками. Но, во всяком случае, далеко не русские… Уникальный, многонациональный наш народ. И учитывая, что деревня – и берегиня, и кормилица, давайте развернем общество. А то смотрите, что у нас получается. Произвели мясо в Рязани – его забирают рынки или сети, забирают по 120 рублей, продают по 350. Нас сейчас завалили письмами птицеводы и производители свинины.

— С сетями и с их владельцами, Владимир Иванович, на мой взгляд, нужно попристальнее разобраться.

— Пора разобраться. У нас, кстати, есть закон.

— По-моему, одна российская у нас сеть, которая краснодарская. А все остальные – Голландия, Франция, Германия.

— 95% — иностранный капитал. Выгребают все у наших пенсионеров, у наших работяг. И потом эти денежки понятно, куда идут. Но самое главное – они грабят производителя. Накрутки 150-170%.

— Вот иногда спрашивают, почему хлеб стал дороже на целый рубль. На каком основании? Это индексация или что?

— Урожай будет или не будет – во всяком случае, не так много надо продовольственного зерна. 35 млн тонн отправляем за рубеж. Дело в другом. Я вам хочу еще раз показать структуру и себестоимости, и розничной цены.

Что мы сегодня предлагаем? Мы предлагаем крестьянам за килограмм пшеницы третьего класса давать не менее 13 рублей. И 13 рублей дать переработчикам и торговле. Итого: килограмм переработанного зерна в розничной цене должен стоить 26 рублей. А тогда батон будет стоить около 9 рублей. Из зерна делается 250 видов продовольствия. Вы представляете, что можно на пенсию в 2 раза больше тогда иметь основных продуктов питания? И точно так любому работяге. Мы сегодня, к сожалению, кормим всякого рода прилипал и разрушаем кормильца – производителя и мяса, и молока, и зерна в первую очередь. А нувориши в лице этих сетей и всех тех, кто накручивает невозможные проценты, наживаются. Вы представляете, в розничной цене труд крестьянина по хлебопекарной промышленности оценивается на уровне всего 9-10%. Значит, в 9 раз кто-то накручивает цену. Но ведь зерно произвести – разве сравнить с тем, чтобы продать продукцию из зерна?

— Владимир Иванович, а как у нас с местным самоуправлением? У нас ведь сейчас местного как такового уже нет. У нас все укрупняется до уровня района, до уровня райцентра? У нас теперь городское поселение Красногорск, где я проживаю. А вообще я прописан в деревне Желябино. И сейчас и деревни нет, и Красногорск не управляет. И, получается, если это город, то должны быть водопровод, канализация и так далее. Об этом вообще речи нет.

— Вопрос действительно больной. Что касается местного самоуправления, я считаю, что, конечно, перегиб был и со 131 законом, когда начали районы делить на 10-20 территорий, и везде посадили начальника, секретаршу и так далее. А в это время уничтожали ФАПы, уничтожали клубы, библиотеки и так далее.

— Да, распродавалось все активно.

— Но сейчас другой перегиб с этими городскими округами. Слава богу, это не везде происходит. И, опять-таки, если городской округ, давайте решим все социальные вопросы. Но нет. Главное в первую очередь – все снизить, что имел сельский учитель, сельский врач и так далее. В этом плане и один, и второй перегиб должны уходить из нашей жизни. Поэтому муниципальные образования и поселения сегодня определены базовым 131-м законом о местном самоуправлении. В рамках этого закона надо работать не в угоду того, где легче потом выборы провести или что-то другое сделать.

Россия > Агропром > agronews.ru, 25 августа 2017 > № 2285861 Владимир Кашин, Игорь Абакумов


Россия > Агропром > agronews.ru, 22 марта 2017 > № 2116754 Владимир Кашин

Комментарий. Владимир Кашин: все внимание «мини-заводам – коровкам».

21 марта Комитет Государственной Думы по аграрным вопросам провел парламентские слушания на тему «Законодательное обеспечение развития переработки сельскохозяйственной продукции». В обсуждении приняли участие депутаты ГД, представители министерств и ведомств, законодательной и исполнительной власти регионов, научного сообщества и товаропроизводителей.

«Импортозамещением даже не пахнет»

Председатель аграрного Комитета ГД Владимир Кашин заявил, не будет ошибкой, если развитие перерабатывающей промышленности мы назовем альтернативой сырьевому АПК и, исходя из этого, выберем приоритеты. Он привел удивительное и в то же время меткое выражение: «первым мини-заводом можно считать нашу коровку, которая перерабатывает и выдает ценнейшую продукцию. Пищевая и перерабатывающая промышленность — это более 15% в структуре промышленного производства на уровне топливной промышленности и металлургического производства».

Подняв вопросы сокращения поголовья крупного рогатого скота и молочного стада, Кашин выступил с критикой существующих торговых балансов (наценок) как по молоку, так и по зерновым и сахару. Мощности перерабатывающей промышленности также находятся в зоне риска, «импортозамещением здесь даже не пахнет», — заявил он, — «а нужно заниматься восстановлением, на уровне мировом, когда не пропадал и кусочек шерсти». Тормозит развитие перерабатывающей промышленности, по словам В.Кашина, и логистика, и холодильная промышленность, и низкая заработная плата на селе, и многое другое.

Сегодня пищевая и перерабатывающая промышленность включает в себя более 30 отраслей, объединяющих 44 тысячи действующих организаций, где занято около 1,3 миллиона человек. Стратегической целью является обеспечение гарантированного и устойчивого снабжения населения страны безопасным и качественным продовольствием. «От качественной продукции зависит здоровье нации», — подчеркнул депутат, настаивая на увеличении государственной поддержки и подготовке специальной подпрограммы. Гарантией достижения стратегической цели, стоящей перед 30 отраслями переработки сельхозпродукции, по его словам, является стабильность внутренних источников продовольствия и сырьевых ресурсов, а также наличие необходимых резервных фондов.

Турция из нашего зерна создала мукомольную отрасль

Статс-секретарь — заместитель Министра сельского хозяйства РФ Сергей Левин сообщил, что в минувшем году более трети от произведенного в стране молока, зерновых и другой сельхозпродукции было направлено на переработку. Выручка перерабатывающей промышленности в 2016 году превысила 6 трлн рублей. Россия на сегодняшний день вышла на второе место по экспорту и производству подсолнечного масла, стабильную динамику демонстрирует производство сахара (объем производство вырос на 30%), мяса, мукомольной отрасли.

Левин привел данные: «Объем производства сыров и сыроподобной продукции в 2016 г. по сравнению с 2013 г. вырос почти на 38% и достиг 600 тыс. тонн. В первую очередь, конечно, нужно отдать должное санкционной войне, это прямое следствие тех ограничений, которые были введены на поставку импортной продукции». Однако замминистра отметил: показатель обеспеченности молоком около 80%, существует проблема с фальсификатом молочной продукции. Износ оборудования в переработке достиг уже 60%. По убеждению Левина, необходимо льготное кредитование и ряд других мер, включая интервенции на рынке молока и молочной продукции, а также совершенствование системы существующих технических регламентов, но «ключевым вопросом является финансирование».

Левин не покривил душой, когда прямо заявил: «Турция на нашем зерне в грубейшее нарушение всех правил ВТО выстроила мощнейшую субсидируемую со стороны государства мукомольную отрасль и заняла практически все арабско-азиатские рынки, которые могла». Между тем Россия не предпринимала аналогичных мер поддержки – в итоге сейчас экспортирует зерно, а не муку и продукты более высокого передела.

Участники парламентских слушаний поднимали вопросы производства специализированного оборудования для переработки сельхозпродукции для сыроварен, виноделия, холодильного оборудования. Затрагивался комплекс проблем, связанных с импортозамещением в производстве перерабатывающего оборудования, с разработкой стратегии продвижения отечественного оборудования на рынке, созданием специализированных каталогов существующих машин и оборудования для пищевой промышленности и производства.

Заместитель председателя Алтайского краевого Законодательного Собрания — председатель комитета по аграрной политике и природопользованию Сергей Серов отметил: «Наш регион занимает первое место в России по производству муки, сыров и сырных продуктов, сухой сыворотки, по выпуску сливочного масла, крупы; мы на третьем месте по производству макаронных изделий, является единственным регионом Сибири и Дальнего Востока, где вырабатывается сахар-песок».

Он выделил один из основных факторов, сдерживающих развитие сельхозпереработки в регионе — неконкурентоспособность на географически удаленных рынках, вызванная высокой транспортной составляющей стоимости продукции. «Доля транспортной составляющей, включающая тарифы РЖД и стоимость услуг владельцев подвижного состава, в конечной цене муки, крупы, комбикормов достигает 30%, что в итоге делает эти продукты неконкурентоспособными в других регионах даже при имеющейся у нас самой низкой себестоимости», — констатировал Сергей Серов. Еще одной существенной сложностью для местных производителей Алтайского края и в целом России является ограниченный доступ в крупные торговые сети.

3 кг картофеля – 1 л бензина

О молоке и стагнации молочной отрасли много говорили, особенно впечатляюще выступил депутат Аркадий Пономарев, который поведал: «Цена молока в России выше, чем на Западе и, тем более, в Белоруссии. Если снимут санкции, то молочная промышленность станет неконкурентоспособной…Надо вводить продкарточки для малоимущих, «бесплатные кружки молока в школах» – тогда хоть как-то поднимем производство при нынешнем падающем спросе… Искажение данных по молоку в ЛПХ, надо наладить здесь учет– 30% объемов гуляет непонятно где. Другой парадокс: 20 млн т молока поступает на заводы, а по статистике – 30 млн. А где 10 млн тонн»? Пономарев потребовал увеличить штрафы за фальсификат молочных продуктов, ввести уголовную ответственность за брак». О пальмовом масле уже столько переговорено…

Виктор Таранин, член НЭС аппарата комитета, потребовал усилить контроль цен на горючее. «Крестьянину надо продать 3 кг картофеля, чтобы купить 1 л бензина», – посетовал он.

Заместитель председателя Правительства Орловской области по АПК Дмитрий Бутусов настаивал на добавочной стоимости своей продукции, выступил за разработку программы пищевой и перерабатывающей промышленности, усовершенствование закона о торговле.

Выступающие просили помощи и финансовой поддержки государства для предприятий глубокой переработки, создания региональных логистических центров, переоборудования и модернизации, консолидации торговых сетей, товарных интервенций, развития лизинга, а также интеграции научных исследований по качеству производства продукции на федеральном уровне.

Многие участники парламентских слушаний предлагали ориентироваться на социальный уровень, выступали с критикой торговых сетей Ашан, Пятерочка, Лента и других, предпочитающих торговлю продукцией низкого качества, вместо продвижения качественной местной продукции. Поднимали вопросы транспортной наценки, превращения начисления НДС в налог на доход для предприятий перерабатывающей промышленности, говорили о сложностях получения льготных кредитов на местах.

Стране нужны не только ракеты, но и заводы

Наталья Боева, член Комитета Госдумы по аграрным вопросам, остановилась на проблематике качества переработки и сохранения произведенной сельхозпродукции на примере сектора молочного скотоводства на Кубани, настаивала на производстве отечественного оборудования для переработки молока, мяса и овощей. «Неужели страна, экспортирующая мощное вооружение, не в состоянии строить современные заводы и оборудование для переработки молока, мяса, овощей!» – воскликнула Боева.

Депутат, избранная от Краснодарского края, также затронула проблемы ценообразования в производстве и переработке молочной продукции, представила в своей презентации структуру коммерческих и производственных затрат. Она говорила о необходимости законодательного закрепления освобождения от налогов производителей отечественного перерабатывающего оборудования, предлагала включить в условия льготного кредитования требование о согласовании с региональными властями выдачи кредитов под 5% предприятиям.

О результатах СПК «Звениговский» из Марий Эл вся страна знает, да что страна – на международных выставках мясокомбинат завоевал много медалей и призов. Директор Иван Казанков привел несколько цифр: выручка с 2011 года по 2016 выросла в 2,6 раза – до 13 млрд. Налог уплатили 782 млн рублей, а дотации получили… лишь 1 млн 539 тыс. рублей! Успехи достигнуты во многом благодаря своему комбикормовому заводу, своей переработке и собственным магазинам (524 торговые точки, в которых продается 85% своей продукции).

Иностранные торговые сети – под контроль

Депутат Николай Коломейцев в своем докладе выступил с критикой проводимой Правительством политики, поднял вопросы помощи банкам в условиях кризиса, выступил за ограничение доходности торговых сетей, особенно иностранных, выдвинул ряд предложений, направленных на совершенствование лизинга и льготного кредитования для сельхозтоваропроизводителей и предприятий переработки.

В ходе заседания отмечался низкий уровень инвестиций, высокие энерго- и транспортные тарифы. Участники слушаний констатировали, что в последние годы был принят ряд законов и документов, направленных на развитие и повышение эффективности переработки сельскохозяйственной продукции. При этом развитие аграрной сферы, в частности, отраслей переработки сельхозпродукции, происходило в сложной социально-экономической ситуации, в условиях санкций, глобализации экономики и интеграционных процессов на экономическом пространстве СНГ.

Реализация госпрограмм развития сельского хозяйства и развития рыбохозяйственного комплекса, импортозамещения позволили сохранить положительную динамику развития большинства отраслей переработки сельскохозяйственной продукции. Но, несмотря на принимаемые меры, ряд важных проблем системного характера, сдерживающих развитие, остается, среди них: износ технологического оборудования (достигает до 60%), недостаток производственных мощностей по отдельным видам переработки сельхозсырья; низкий уровень конкурентоспособности; неразвитая инфраструктура логистики; недостаточное соблюдение экологических требований; высокая волатильность цен на зерно, мясо и масличные культуры; недостаточное развитие производства пищевых ингредиентов – витаминов, витаминно-минеральных премиксов, аминокислот, изолятов не только для производства пищевых продуктов, но и кормов для животноводства и аквакультуры.

Для развития отраслей пищевой и перерабатывающей промышленности требуется совершенствование нормативных правовых актов, регламентирующих деятельность участников товародвижения на агропродовольственном рынке, развитие выставочной деятельности и различных форм торговли, включая биржевые и электронные торги продовольственными товарами, позволяющие обеспечивать сбыт продукции и развитие отечественных товаропроизводителей, а также более полно использовать имеющиеся производственные мощности для продвижения новых видов продукции на внутренний и внешний рынки.

Важной задачей является обеспечение закупок пищевой продукции для государственных и муниципальных нужд и поставок продовольствия в учреждения социальной сферы. Требуемые размеры внутренней продовольственной помощи потенциально могли бы сформировать дополнительный спрос на продукцию отечественной пищевой и перерабатывающей промышленности в объеме порядка 11 млн тонн ежегодно или 670 млрд рублей в стоимостном выражении.

Обсудив выступления и рассмотрев материалы, поступившие в профильный комитет Госдумы, участники парламентских слушаний «приняли за основу» рекомендации Правительству РФ и профильным федеральным органам исполнительной власти об ускорении внесения в Государственную Думу более 15 проектов федеральных законов, об обеспечении своевременного финансирования в 2017 году мероприятий Госпрограммы развития сельского хозяйства, а также увеличения объемов ее финансирования в объеме не менее 100 млрд рублей, о разработке подпрограммы «Развитие пищевой и перерабатывающей промышленности» и ряд других предложений.

Федеральному Собранию Российской Федерации рекомендовано ускорить рассмотрение законопроектов:

№ 21184-6 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (в части установления возможности строительства на земельных участках, предоставленных или приобретенных для ведения крестьянского (фермерского) хозяйства, объектов индивидуального жилищного строительства);

№ 852446-6 «О внесении изменений в статьи 1 и 9 Федерального закона «О безопасном обращении с пестицидами и агрохимикатами» (в части приведения в соответствие с нормами Организации экономического сотрудничества и развития);

№ 114937-7 «О внесении изменений в Федеральный закон «О личном подсобном хозяйстве» и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации» и других.

Органам государственной власти субъектов Федерации рекомендовано: принять меры по подготовке к своевременному проведению сезонных полевых работ 2017 года; обеспечить вовлечение в сельхозпроизводство неиспользуемых земель сельхозназначения; завершить работы по утверждению перечней особо ценных продуктивных сельхозугодий с установлением их границ и другие меры, направленные на стимулирование производителей к выпуску качественной пищевой продукции.

Рейтинг по ценам на сыры

P.S. Сегодня много говорят о сырах, цене и качестве. Аналитический центр MilkNews привел Рейтинг федеральных округов РФ по ценам на сыры и сырные продукты. Средняя цена промышленных производителей на твердые сыры в январе 2017 года составила 376,3 руб./кг (+15,4% за месяц, +28,1% за год). Вместе с тем цены на полутвердые сыры выросли на 3,3% за месяц, до 318,6 руб./кг (+15,2% за год). В рознице при этом средняя цена на сыры твердые и мягкие повысилась в январе на 1,2%, до 467,2 руб./кг (+11,0% за год). Цены промышленных производителей на сырные продукты в январе составили, по данным ФСГС, 141,3 руб./кг (+36,3% за год).

В 2016 году по предварительным данным, снижение потребления молочной продукции в целом продолжилось, однако сохранение относительно низких уровней цен на сыры в I полугодии (в основном из-за более дешевого импорта) способствовало повышению их потребления, в результате чего, по предварительным данным, потребление сыров в 2016 году увеличилось на 4,3% (с учетом молодых сыров), плавленых – на 0,2%, а потребление сырных продуктов сократилось на 1,4%. Однако, повышение цен на сыры во II полугодии и увеличение темпов роста цен к концу года снова способствовало переориентации потребительского спроса на более дешевые сырные продукты и плавленые сыры. Тенденция продолжится и в 2017 году.

1221

Автор: Александр РЫБАКОВ, «Крестьянские ведомости»

Россия > Агропром > agronews.ru, 22 марта 2017 > № 2116754 Владимир Кашин


Россия > Агропром > agronews.ru, 21 декабря 2016 > № 2015040 Владимир Кашин

Комментарий. Владимир Кашин: молочное животноводство – селообразующая отрасль.

20 декабря Комитет по аграрным вопросам провел парламентские слушания на тему: «Приоритетные направления законодательного обеспечения развития молочного животноводства до 2020 года».

Председатель Комитета Владимир Кашин отметил, что молочное животноводство – «особая тема для сельского хозяйства России. Работу этой отрасли не стоит связывать только с производством. Эта отрасль – глубоко социальная. Развивается молочное животноводство – значит, есть жизнь в деревне. Развивается инфраструктура, строятся школы, больницы, детские сады. Деревня – это берегиня огромных просторов нашей великой России».

В. Кашин подчеркнул, что за последние 20 лет поголовье коров в хозяйствах всех категорий сократилось более чем в 2,5 раза — к 2015 году в сельскохозяйственных организациях осталось лишь 40,3% дойного стада. Он раскритиковал статистику: в стране производится не 30 млн т молока, а максимум 19-20 млн. И все об этом знают.

Кашин выступил за развитие кормовой базы, за производство отечественного оборудования для животноводства (сегодня оно сплошь иностранное), за совершенствование ветеринарной работы («вырезанием скота в личных подворьях проблему АЧС не решить»), за расширение племенной работы – «она должна быть приоритетной». Для этого необходимо увеличить субсидии (в племенном животноводстве они сократились втрое).

Выступающий отметил работу КФХ и ЛПХ, но при этом призвал повышать товарность молока через развитие системы кооперации.

Господдержка молочного скотоводства осуществляется сегодня в рамках Государственной программы развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия до 2020 года и, несмотря на оптимизацию федерального бюджета, сохранены все мероприятия по поддержке данной отрасли сельского хозяйства, подчеркнул В. Кашин. Вместе с тем он выступил за разработку ФЦП по развитию молочного скотоводства – «назрел вопрос законодательного обеспечения животноводства».

Первый заместитель Министра сельского хозяйства РФ Джамбулат Хатуов обратил внимание присутствующих на ответственность регионов РФ за выполнение показателей, предусмотренных Госпрограммой: «В регионах, отстающих по производству молока, в течение двух ближайших месяцев пройдут выездные совещания для выяснения причин снижения молочной продуктивности. Он напомнил, что субсидии товаропроизводителям предоставляются также в зависимости от достигнутого уровня молочной продуктивности.

Важное сообщение замминистра: «Мы завершаем год с очень глубокой проработкой с Росрезервом и не исключаем, что наша совместная работа в следующем году позволит эффективно использовать меры господдержки и, может, мы обойдемся без интервенций. Мероприятия, которые проводятся с Росрезервом, позволят в 15 регионах РФ снять напряжение у переработчиков молока, которые работают в определенный период на склад».

Вместе с тем он отметил, что механизм молочных интервенций полностью подготовлен: «Их проведение позволит сельхозпроизводителям в период «большого молока» не терять три-четыре, а в некоторых регионах даже пять рублей на литр, которые должны оставаться у аграриев». Как сообщалось, Минсельхоз предусматривает проведение закупочных интервенций на рынке сухого молока и сливочного масла в 2017 году. Кроме того, могут быть проведены интервенции на рынках питьевого молока и сыра.

Джамбулат Хатуов преподнес долгожданную весть: «Позиция Минсельхоза сегодня — это возрождение Федеральной ветеринарной службы, учитывая, что это займет ближайшие 2-3 года. Мы готовим уже, в феврале зайдем в Государственную Думу с рядом инициатив, которые позволят хотя бы полумерами работать и иметь механизмы для сохранения отраслей».

Заместитель председателя Комитета ГД по аграрным вопросам Айрат Хайруллин обратил внимание: чем больше надои – тем больше выбраковка скота, оптимальная продуктивность коровы должна быть не выше 6000 л. Главными проблемами он назвал нехватку субсидий на короткие кредиты и низкую зарплату в молочном скотоводстве («15 тыс. рублей – это меньше, чем в свиноводстве, птицеводстве и растениеводстве»). «Сегодня нас спасают высокие цены на молоко и спасибо правительству и Минсельхозу, что перекрыли молоко из Белоруссии».

Директор департамента животноводства и племенного дела МСХ РФ Харон Амерханов признал, что молочное скотоводство является самым сложным, правда, отметил рост продуктивности, который достиг в 2016 году 5340 л на корову. Поставлена задача довести этот показатель в 2017-м – до 5580, а к 2020 году – до 6000. По его словам, объемы производства молока составляют 30,8 млн т. К 2020 году намечено достичь 35,7 млн.

«В КФХ за счет создания кооперативов можно довести товарность молока с 65% до 80 и тогда к 2020 году выйти на уровень производства товарного молока в 24-25 млн т (сейчас 20 млн).

Он похвалил Воронежскую, Кировскую, Ленинградскую области, Удмуртию и покритиковал за сокращение производства молока Северную Осетию (Аланию), Омскую, Оренбургскую, Саратовскую области.

Амерханов обратился к аграрному комитету ГД с предложением рассмотреть вопрос о законе о племенном животноводстве.

В дискуссии приняли активное участие ученые – академики Владимир Косолапов, Николай Стрекозов, Сергей Шабунин. Тема их выступлений – финансирование научных изысканий, направленных на развитие всех отраслей сельского хозяйства. От этого зависит использование инноваций в области генетики, селекции, ветеринарии, совершенствовании и внедрении новых технологий.

Руководители крупных хозяйств России – Анатолий Анисимов (директор ФГУП «Красная пойма»), Павел Грудинин (директор ЗАО «Совхоз имени Ленина», Юрий Хараман (председатель СПК «Знамя Ленина») рассказали об опыте своих предприятий в развитии молочного животноводства и подчеркнули острую необходимость принятия закона «О внесении изменений в Федеральный закон «О племенном животноводстве». Руководителей хозяйств поддержали и представители регионов – Владимир Чейметов (заместитель Губернатора Тюменской области), Олег Лахов (начальник отдела развития животноводства Воронежской области).

Эмоциональным и ярким было выступление Камияра Байтемирова, который возглавляет Ассоциацию фермеров, крестьянских подворий и сельхозкооперативов Республики Татарстан. «Малые формы хозяйствования – это перспективный инструмент для решения многих проблем в России. Уверен – даже демографических», — отметил он.

Председатель Комитета по региональной политике и проблемам Севера и Дальнего Востока Николай Харитонов, поддержав Байтемирова, подчеркнул, что только Татарстану и Башкирии удалось сохранить поголовье крупного рогатого скота и добавил: «А ведь испокон веков на Руси именно корова была кормилицей русского народа». Он раскритиковал аграрную политику правительства: «Медведев говорил о стакане молока для каждого ученика в школах. Где он? Этого нет». Досталось от него и «проектантам за стоимость скотоместа в 1,5 млн рублей».

После этих слов в президиуме сразу всколыхнулся первый заместитель председателя аграрного Комитета ГД, президент АККОР Владимир Плотников, который не раз на съездах АККОР говорил, что цена скотоместа в крупных животноводческих комплексах равна однокомнатной квартире, а у фермеров она на порядок ниже, при этом отдача выше.

Завершая дискуссию, Владимир Кашин подчеркнул: «Мясное и молочное животноводство входят в число основных приоритетов развития отечественного АПК. На сегодняшних слушаниях удалось выполнить главное – все поддерживают проект федерального закона, который вносит Правительство РФ «О внесении изменений в Федеральный закон «О племенном животноводстве», и депутаты – члены Комитета по аграрным вопросам надеются на скорейшее его принятие».

Комментарии для «Крестьянских ведомостей»

Андрей Даниленко, председатель правления СОЮЗМОЛОКО:

К сожалению, не все темы были освещены, которые критичны. Надеюсь, соберут все материалы и системно их обработают. Было много эмоций, хотелось услышать конкретные предложения, связанные с законодательством. У нас эти предложения есть. Мы их внесем. По сути, нам нужна отдельная строка в бюджете по молочному животноводству в целом, чтобы это были неприкасаемые ресурсы. А лучше – необходима отдельная госпрограмма вплоть до закона о молочном животноводстве, как во многих странах.

Ольга Башмачникова, замдиректора АККОР, председатель АПР:

Малые формы хозяйствования производят половину молока в стране. Темпы роста семейных молочных ферм самые высокие. Но нужно создать условия для их массового развития и увеличения товарности. Первое: это программы социального лифта. Как в Татарстане – есть 3 коровы, готов довести до 8 коров – тебе господдержка. Великолепный пример Тюменской области по повышению объемов товарного молока через кооперацию личных подсобных хозяйств — 33 сельхозкооператива через 365 пунктов собирают молоко с 72% сельских территорий.

Второе: это вопрос наделения фермерских хозяйств землей – корма составляют 54% в структуре себестоимости молока. Многолетние травы, пастбища – земельные ресурсы должны позволять обеспечивать выпас и заготовку кормов. Чем выше доля собственных кормов, тем ниже себестоимость молока. В связи с этим земельные отношения – самый острый вопрос.

Недавно была в Новосибирской области в Ордынском районе. Там ИП глава КФХ А. Анкундинов, имея 205 голов КРС, 132 коровы и получив средства поддержки, лишился земельных угодий, на которых 120 га, образованных в счет невостребованных земельных долей. После произведения посевов — данный земельный участок был выставлен на торги без уведомления хозяина, который узнал об этом, когда увидел перекопанные поля. Ладно, что затраты не были компенсированы, так и на оставшихся 18 га в собственности скот не прокормишь. А на запросы в региональный департамент АПК получен юридически правильный ответ, но не решающий проблем хозяйства.

Нужно, чтобы в регионах пылинки с таких хозяйств сдували – молоко и мясо – вопрос продовольственной безопасности. Участок, выкупленный на торгах, так и не обрабатывается, а у хозяйства нет кормовой базы. Вопрос: какие задачи решает законодательство, в рамках которого земельные участки выставляются на торги? Третье: это доступ к ресурсам. Нужны молокоприемные пункты, оборудование по переработке молока, кормозаготовительная техника. Нужно проводить работу с финансовыми институтами, чтобы названные точки роста могли получить ресурсы краткосрочные и долгосрочные на приобретение животных, оборудования. Нужно ставить задачи АО «Федеральная корпорация по развитию малого и среднего предпринимательства» – предоставлять гарантии и поручительства субъектам МСП по кредитам. А молоко и мясо – включать в приоритет и спрашивать, сколько гарантий предоставлено и каким субъектам. Нужно развивать льготные лизинговые программы – предоставление техники, оборудования, скота с отсрочкой платежа – подобные программы сегодня реализует АО «Росагролизинг» для фермеров – это действительно доступный институт долгосрочного финансирования. Но на всю Россию ее объемы малы. И задача государства их увеличить и расширить.

Председатель Аграрного союза, председатель аграрного комитета Заксобрания Вологодской области Владимир Буланов:

Нужна внятная стабильная политика государства по развитию молочного животноводства. Зачастую декларации остаются декларациями на федеральном уровне, либо механизм реализации программ бывает тяжел, что не дает эффекта. Регионы и федералы должны отработать совершенный механизм взаимодействия в этом секторе. Было много шума вокруг бренда «Вологодское масло», что он чуть ли не продается. Нет, он остается и будет наш. Задача, чтобы бренд «Вологодское масло» вышел на мировой уровень. Надо завязать производителей молока и переработчиков в интегрированную систему.

Автор: Александр РЫБАКОВ, «Крестьянские ведомости»

Россия > Агропром > agronews.ru, 21 декабря 2016 > № 2015040 Владимир Кашин


Россия > Агропром > gazeta-pravda.ru, 10 декабря 2016 > № 2006608 Владимир Кашин

Земля взывает о помощи

Автор: Владимир КАШИН. Заместитель Председателя ЦК КПРФ, председатель Комитета Госдумы РФ по аграрным вопросам, академик РАН. (По материалам парламентских слушаний «Законодательное обеспечение эффективного использования земель сельскохозяйственного назначения»).

По экспертным оценкам, в России ежегодно выбывает из сельскохозяйственного оборота около 1 млн. га земель сельскохозяйственного назначения. Вот и получается, что за последние 25 лет мы потеряли, только по официальной статистике, 38 млн. га посевов. В действительности же земель, выведенных из севооборота, у нас уже более 41,5 млн. га. И это при том, что по целевому назначению не используется уже 56 млн. га, или 14,5% земель сельскохозяйственного назначения.

УДРУЧАЮЩАЯ СТАТИСТИКА. Но это — лишь «вершина айсберга». Действительная глубина кризиса становится ясна после рассмотрения системы управления основными фондами в сельском хозяйстве, а также аграрной политики в целом. И первое, что в условиях сокращения земель сельскохозяйственного назначения должно привлечь наше внимание, — это проблема сохранения плодородия почв как ключевого элемента в системе повышения эффективности использования земель сельскохозяйственного назначения.

Из оставшихся у нас 197,7 млн. га сельхозугодий значительная часть подвержена активным процессам деградации: зарастает бурьяном, кустарником, мелколесьем. Ветровой эрозии подвержен уже 61 млн. га сельхозугодий, а опустыниванию — уже более 100 млн. га, что подтверждается образованием в Республике Калмыкия первой в России пустыни.

Площадь оврагов на пашне уже превысила 1 млн. га, а их ежегодный прирост достигает 20 тыс. км. Доля кислых почв на фоне резкого сокращения объёмов известкования за 26 лет увеличилась с 30% до 45%. Переувлажнению и заболачиванию подвержено 7% пашни, а ещё 3% — вторичному засолению (в южных регионах доля таких земель достигает 50%).

В связи с этим следует отметить, что интенсификация процессов деградации явилась прямым следствием нарушения требований почвоохранных технологий. За 25 лет была значительно снижена технологическая дисциплина возделывания сельскохозяйственных культур, повсеместно нарушались севообороты, не соблюдалось элементарное научно-обоснованное чередование сельскохозяйственных культур на значительной части посевной площади. В итоге деградируют даже тучные чернозёмы. Земледелие в России стало носить откровенно экстенсивный характер, с применением удобрений на уровне стран третьего мира.

Напомню, что химизация земледелия начала ускоренно развиваться с 60-х годов XX века. Тогда же была создана производственная организация «Сельхозхимия». С того времени и вплоть до 1990 года количество вносимых на территории РСФСР минеральных удобрений было увеличено более чем в 4 раза и в абсолютном выражении достигло 14 млн. тонн к 1987 году. При этом колхозам и совхозам в качестве мер поддержки минеральные удобрения выделялись в объёме полной потребности.

Начиная же с 1991 года количество вносимых минеральных удобрений начало сокращаться и к 2015 году снизилось в 5 раз. Одновременно удельный вес площади, удобренной минеральными удобрениями, во всей посевной площади уменьшился с 66% до 48%. Вследствие же сокращения объёмов внесения минеральных удобрений ежегодная потеря сельскохозяйственной продукции в пересчёте на зерно составила, по экспертным оценкам, более 250 млрд. рублей.

Получается парадоксальная ситуация: страна производит 18 млн. тонн минеральных удобрений (действующего вещества) в год, но использует в своём сельском хозяйстве лишь 10%, а остальное отправляет на экспорт. И это при том, что производимого количества минеральных удобрений хватило бы для производства 300 млн. тонн зерна.

С органическими удобрениями ситуация аналогичная: объёмы их внесения с 1990 года сократились более чем в 6 раз. Про органику фактически полностью забыли, даже не включив соответствующий целевой показатель в Государственную программу развития сельского хозяйства.

Одновременно площадь произвесткованных кислых почв за тот же период сократилась более чем в 23 раза: с 4,7 млн. га в 1990 году до 0,2 в 2015 году. О каком же повышении плодородия можно говорить при таком подходе к управлению качеством почв? Колоссальный ресурсный потенциал, которым обладают наши земли, фактически тает на глазах.

Сегодня мы столкнулись с разрушительной политикой и в области мелиорации. По этому показателю (7,8% мелиорированной пашни) мы безнадёжно отстали от США, где мелиорировано 39,1% пашни (70 млн. га), Китая с 54,4% (74 млн. га), Индии с 35,9% (61 млн. га), а также Франции, Германии, Великобритании и др. И это отставание стремительно увеличивается: Китай и Индия ежегодно вводят по 1,5 млн. га мелиорируемых земель, а в нашей госпрограмме до 2020 года предполагается ввести в эксплуатацию всего 838 тыс. га таких земель.

Если взять техническую вооружённость, то в 1990 году на полях РСФСР работало более 1,5 млн. тракторов, 408 тыс. зерноуборочных комбайнов, более 130 тыс. машин для внесения удобрений. Сегодня же сельскохозяйственными предприятиями эксплуатируется не более 230 тыс. тракторов, 61 тыс. зерноуборочных комбайнов, 11 тыс. машин для внесения удобрений. Аналогично дела обстоят по абсолютному большинству наименований сельскохозяйственной техники: культиваторам, сеялкам, косилкам и т.д.

При нормативной нагрузке 73 га на 1 трактор и 244 га на 1 зерноуборочный комбайн реальная нагрузка в разы больше: более 250 га на трактор и 422 га на комбайн. В США при этом на 1 трактор приходится всего 37 га пашни, в Великобритании — 13 га, во Франции — 16, в Германии — 11.

Процесс технического перевооружения российского АПК буксует на месте: в 2014 году нашими аграриями было приобретено всего лишь немногим более 8 тыс. тракторов, 4 тыс. комбайнов. И это при том, что износ парка уже превысил 60%. Ситуация в лучшую сторону изменилась в 2015 году, когда из федерального бюджета и антикризисного фонда было выделено около 10 млрд. рублей для льготного приобретения сельхозтехники. Но не успели порадоваться, как в проекте бюджета на 2017—2019 годы про крестьянство вновь забыли.

Абсолютно ожидаемым результатом подобного подхода к управлению основными фондами в сельском хозяйстве явилось то, что валовые сборы выросли лишь по пшенице (+12,2 млн. тонн), кукурузе (+10,1 млн. тонн), а также гречке и рису (+265 тыс. тонн), да и то в большей степени посредством производства данных видов зерновых на высокопродуктивных землях. При этом производство ржи за тот же период снизилось почти в 8 раз, ячменя — в 1,5 раза, овса — в 2,7 раза, проса — в 3,4 раза.

То есть к 2015 году АПК добился увеличения объёмов производства по одним культурам на 23 млн. тонн, но одновременно снизил на 33,2 млн. тонн объёмы производства по другим. За прошедшие 26 лет мы не нарастили даже производства зернобобовых культур в валовом объёме и далеки от результата по ассортименту 1990 года.

Да и к качеству российского зерна сегодня возникает всё больше претензий. Так, по данным Госхлебинспекции и ВНИИЗ, в урожае 1988 года (по РСФСР) продовольственная пшеница составляла более 85%. К середине же 1990-х годов продовольственной пшеницы в урожае было уже 75%, в 2004 году — 70%, а в 2008 году — не более 60%.

Текущая динамика на примере производства мягкой пшеницы в полной мере подтверждает факт снижения качественных характеристик российского зерна даже на отрезке с 2012 года. Ценная пшеница 3-го класса стабильно замещается пшеницей 4-го класса при сохранении объёмов производства фуражной пшеницы (5-го класса). Производство же сильной пшеницы в России абсолютно ничтожно.

Отдельного внимания заслуживает вопрос рационального использования заброшенных земель сельскохозяйственного назначения, заросших лесом. Это огромная площадь (примерно 55 млн. га), около 14% земель сельскохозяйственного назначения. Часть из них используется для сельскохозяйственного производства, в частности для северного оленеводства. Однако остальные земли требуют либо коренного улучшения для ведения сельского хозяйства, либо организации на них интенсивного лесного хозяйства.

В каждом случае это требует тщательной оценки и анализа. Расчёты показывают, что затраты на расчистку 1 га заросших лесами земель для возвращения в сельскохозяйственный оборот составляют от 40 до 100 тыс. рублей. Однако не всегда это экономически целесообразно с учётом других факторов: инфраструктурной обеспеченности, удалённости от центров производства, переработки и сбыта продукции и т.д. В таком случае выходом могла бы стать организация полноценного лесного хозяйства. Нужно иметь в виду, что рыночная стоимость древесины с 1 га спелых лесов (возраст более 60 лет) составляет от 200 до 300 тыс. рублей.

Сегодня наше сельское хозяйство испытывает острую нехватку квалифицированных кадров. За период с 1990 года выпуск рабочих и служащих сельскохозяйственных профессий сократился более чем в 2,5 раза, а количество образовательных учреждений начального профессионального образования уменьшилось более чем в 4 раза. Всё это привело к тому, что доля населения, занятого в сельском хозяйстве, уменьшилась с 13,4% в 1990 году до 6,7% в 2015-м.

Количество организаций, занимающихся научными исследованиями, с 1990 года сократилось с двух до полутора тысяч, а численность научных работников уменьшилась почти на треть. Аграрная наука сегодня серьёзно ослаблена, существенно сокращено финансирование фундаментальных исследований. Ликвидированы научные отделения, ряд научно-исследовательских институтов и опытных станций. Особым же ударом по аграрной науке, российской науке в целом явилось реформирование Академии. Выстроенная веками система управления научными исследованиями снесена до основания, наука оказалась фактически отрезанной от научно-производственной базы академических институтов. Самостоятельность Академии в принятии ключевых решений на этих направлениях исчезает.

В России фактически отсутствует инфраструктура управления землепользованием: земельные суды, земельные банки, полный земельный кадастр, земельные комитеты, центры по исследованию проблем землепользования, проектно-изыскательские институты по землепользованию и землеустройству. Не составляется ежегодный земельный баланс. Земельно-ресурсный потенциал не поставлен на государственный учёт.

Структурные подразделения органов местного самоуправления по землепользованию и землеустройству сохранились не более чем в 5% сельских населённых пунктах из 18 тысяч. Аналогичная ситуация с органами субъектов Российской Федерации. Существующая организация системы землеустройства себя полностью дискредитировала, и мы вплотную приблизились к необходимости подготовки новой редакции Федерального закона «О землеустройстве».

Кроме того, в вопросе эффективности использования земель немаловажную роль играет сбалансированное распределение основных фондов между крупными, средними и малыми сельхозпроизводителями. Период после кризиса 1998 года был связан с приходом в сельскохозяйственное производство крупного капитала, ввиду отсутствия каких-либо ограничений сосредоточившего в своих руках огромное количество земель. Появившиеся латифундии, в основной своей массе, были не способны к освоению перспективных агротехнологий, да и не стремились к этому: эффективно управлять огромными территориями без должного научного и кадрового обеспечения невозможно.

Вместе с тем сформированные крупные и сверхкрупные агропредприятия сместили на свою сторону интерес государства, оставив крестьянские хозяйства без должного внимания и поддержки. Банки предпочитают кредитовать крупный бизнес, фермеры не защищены от притеснений со стороны агропромышленных монополистов и коммерческих посредников. Сложившаяся ситуация видится губительной для отрасли. Государственная поддержка малых форм хозяйствования должна быть усилена и расширена.

Изложенные проблемы эффективного использования земель определяют масштаб и глубину необходимых к принятию новых законодательных решений. Назову лишь часть из них.

Первое. Должен быть разработан и принят закон «Об охране почв». При этом его реализация должна быть подкреплена соответствующим финансированием, что выводит на необходимость инициировать утверждение самостоятельной государственной целевой программы «Восстановление и охрана плодородия почв».

Второе. Следует подзаконным актом установить критерии ненадлежащего использования земель сельскохозяйственного назначения, поскольку сегодня в кадастре недвижимости и правоустанавливающих документах сведения о качестве почв, их плодородии не отражаются.

Третье. Важнейшая задача — выделение высокопродуктивных земель с плодородными почвами в отдельную группу «особо ценных сельскохозяйственных земель» (в соответствии с «Основами государственной политики использования земельного фонда Российской Федерации на 2012—2020 годы»). Для этого необходимо выработать и утвердить единые критерии отнесения земель к особо ценным продуктивным сельскохозяйственным угодьям, а также установления охранных зон для таких земель. К этим землям следует отнести все пахотные земли — это 115 млн. га, а также пойменные луга, культурные сенокосы и пастбища, мелиорируемые земли и другие угодья.

Четвёртое. В качестве перспективного механизма купирования спекулятивных устремлений латифундистов, наряду с повышением требований к эффективности использования земель, очевидно верным решением явится введение прогрессивной шкалы земельного налога.

Пятое. С учётом негативной динамики изменения площади земель сельскохозяйственного назначения должны быть разработаны механизмы, направленные на вовлечение в сельскохозяйственный оборот брошенных земель.

Шестое. Резервы повышения эффективности использования земель сельскохозяйственного назначения могут быть реализованы путём применения гибких фискальных инструментов. Так, налоговым законодательством для земель сельскохозяйственного назначения предусмотрена пониженная (не более 0,3% кадастровой стоимости) налоговая ставка, но необходимым условием для этого является факт использования таких земель для сельскохозяйственного производства. В противном случае должна применяться общая ставка (не более 1,5%). Для более эффективного использования этого инструмента необходимо совершенствовать межведомственное взаимодействие органов государственного земельного надзора и налоговых органов.

Седьмое. Заслуживает рассмотрения вопрос о введении льготной (0%) налоговой ставки на период освоения и введения в полноценный хозяйственный оборот заброшенных (не используемых более 5 лет для производства сельскохозяйственной продукции) земельных участков из состава земель сельскохозяйственного назначения.

Восьмое. Должен быть принят закон «О социальном развитии села», реализация которого должна предусматривать государственную целевую программу «Развитие социальной сферы села до 2030 года».

Вместе с тем надо противодействовать принятию тех законодательных инициатив, которые явятся губительным и для отрасли.

Ярчайшим примером такого рода инициативы можно назвать внесённый правительством Российской Федерации проект федерального закона № 465407-6 «О внесении изменений в Земельный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части перехода от деления земель на категории к территориальному зонированию». Его принятие серьёзно обострит проблемы сохранения в сельскохозяйственном производстве сельскохозяйственных угодий и иных особо ценных сельскохозяйственных земель. Законопроект предусматривает системную замену понятия «земли» на понятия «территории» и «зоны», что, по оценкам экспертов, приведёт к искажению представлений о земле как в первую очередь о самостоятельном природном объекте и охраняемом природном ресурсе, средстве производства в сельском и лесном хозяйстве, а не только как об объекте недвижимого имущества и пространственном базисе для размещения каких-либо объектов.

Более того, законопроект обуславливает риски произвольного «перекраивания» границ земель сельскохозяйственного назначения ввиду того, что до настоящего времени указанные границы точно и однозначно не определены. Так, по некоторым оценкам, на сегодняшний день кадастровый учёт осуществлён лишь в отношении примерно 15% земельных участков из состава земель сельскохозяйственного назначения, во многих регионах не завершена процедура установления границ сельских поселений, границ земель лесного фонда и земель особо охраняемых природных территорий, что не позволяет корректно отграничить земли сельскохозяйственного назначения.

Далее, нельзя обойти вниманием внесённый правительством Российской Федерации проект федерального закона № 1160742-6 «О садоводстве, огородничестве и дачном хозяйстве и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». Его негативное значение для многомиллионной армии садоводов, дачников, огородников сложно переоценить.

Во-первых, претендуя на регулирование садоводства, огородничества и дачного хозяйства, то есть обширных многоаспектных видов деятельности, законопроект фактически содержит лишь особенности правового положения и организации деятельности соответствующих юридических лиц — некоммерческих товариществ. Отсутствуют не только правовые определения понятий садоводства, огородничества, дачного хозяйства, но и положения, составляющие правовое содержание этих отношений.

Мы не можем согласиться с таким подходом к предмету правового регулирования. В законопроекте должны учитываться все аспекты садоводства, огородничества и дачного хозяйства как видов деятельности граждан, связанных в том числе с организацией их отдыха, производством и возможной последующей реализацией ими сельскохозяйственной продукции, созданием объектов недвижимости, другого имущества, инфраструктуры, наконец, организации местного самоуправления, ведь зачастую на базе таких товариществ, по сути, возникли новые поселения. Особенно ярко это проявляется в Подмосковье и других густонаселённых регионах.

Также недопустимым считаем исключение из правового регулирования на федеральном уровне, как это предлагается в законопроекте, мер государственной поддержки садоводов, огородников, дачников. Законопроект предлагает отдать определение возможных таких мер на откуп региональному и местному законодательству без раскрытия общих подходов, форм и методов такой поддержки. А ведь сегодня законодательство предусматривает и субсидирование создания инфраструктуры этих товариществ, и возможность установления налоговых, социальных льгот для садоводов, и поддержку производства качественной сельхозпродукции, и проведение землеустройства и организации территорий СНТ и прочих объединений.

Понятно, что исключение этих положений приведёт к самоустранению государственных институтов от участия в жизни таких объединений граждан, и это только усугубит существующие сегодня проблемы инфраструктурного развития этих территорий, проблемы взаимоотношений между членами товариществ, а также с «индивидуалами» — теми, кто не вступил в объединение, но имеет на его территории земельный участок. Конфликтность в этой сфере большая, и зачастую на практике вместо предпосылок организации цивилизованного местного самоуправления на этих территориях мы имеем самоуправство и другие правонарушения.

Таким образом, законопроект нуждается в серьёзном редактировании, поэтому доработка и рассмотрение его в стенах Думы должны быть взвешенными и компетентными.

Россия > Агропром > gazeta-pravda.ru, 10 декабря 2016 > № 2006608 Владимир Кашин


Россия > Агропром > agronews.ru, 7 сентября 2016 > № 1887917 Владимир Кашин

Комментарий. Не нужен нам берег турецкий и Польша нам не нужна.

Состояние дел в садоводстве в интервью «Крестьянским ведомостям» оценивает председатель Комитета по природным ресурсам, природопользованию и экологии Госдумы ФС РФ академик РАН Владимир КАШИН.

Стоя у красивых ваз с духмяными яблоками в фойе Дома науки Всероссийского селекционно-технологического института садоводства и питомниководства (ВСТИСП), где проходил VII Международный форум «Дни сада в Бирюлёво», Владимир Иванович на вопрос автора строк, как оцениваете положение дел в российском садоводстве, категорично ответил:

– Состояние дел в садоводстве плачевное. Мы за последние годы почти с 780 тыс. га сократили площади под садовыми культурами до 500 тыс. Причем, если взять товарное производство, там площади сократились в несколько раз. И только за счет садоводческих кооперативов, ЛПХ мы удерживаем уровень площадей садовых культур в 500 тыс. га. Сегодня валовое производство плодов составляет порядка 2,9 млн. т. Эти 2,9 млн т (даже при 100-процентной товарности) разделим на численность населения в 147 млн и получим 20 кг на душу. А норматив по потребительской корзине составляет 60 кг на взрослого человека, на детей – почти вдвое больше. Как этого достичь, если урожайность низкая – на уровне 50-60 ц/га.

– Какими видите пути возрождения садоводства?

– Есть два основных пути развития садоводства. Первое – это закладка новых продуктивных уплотненных сортов через системы адаптивных технологий, садопригодности территорий. Все эти системы, механизмы наукой отработаны.

Второе – внедрение новых сортов, которыми богата наша страна, и технологий. Причем, наши технологии на слабороссах – уплотненная посадка на уровень 220 растений на гектар – спокойно решают все проблемы (даже без всяких опор). Это можно посмотреть в Краснодарском институте и в нашем ВСТИСП. В четыре раза меньше затраты по капвложениям. Меняется высота прививки, подвой. Спокойно можно получать 30-35 т/га по семечковым.

Но для осуществления этого необходима господдержка в целом. Мы считаем, в три раза должны быть увеличены средства на НИОКР – это проверенная научно обоснованная цифра. Второе – в целом на АПК необходимо выделять не 1,4% расходной части бюджета, а 10%.

Надо как минимум удвоить зарплату профессорско-преподавательскому составу и аспирантам. Мы летим в пропасть по кадровой составляющей. Я сегодня на форуме показывал слайды, куда мы провалились – всего 18% аспирантов защищается, а их стало втрое меньше.

Выделяя средства, взяв под контроль обеспечение и выращивание сертифицированного посадочного материала научно-производственными центрами, государственными и частными, надо восстановить структуру управления в министерстве этим процессом. То есть, первичное семеноводство и питомниководство, селекция и генетика должны состоять под контролем государства.

– Вы эти вопросы доводили до правительства?

– Да, мы на последнем заседании комиссии правительства по АПК (я член её) четко поставили эти вопросы перед премьером А. Медведевым. И мы договорились на следующем заседании рассмотреть проблемы селекции первичного семеноводства и питомниководства.

Решив проблемы выращивания качественного посадочного материала, имея сегодня достаточное количество сортов, имея все наши технологии, мы сможем изменить ситуацию и уйти с выращивания 2,9 млн т к 10 млн т плодов, ягод и винограда. И тогда резко улучшится ситуация по нормативу (в развитых европейских странах этот норматив продкорзины еще выше, чем у нас). И тогда мы уйдем от импортной зависимости по фруктам. От персиков Турции, яблок Польши…

В принципе мы сохранили сегодня систему для прорыва, но эту систему надо привести в жизнь, и для этого надо самое главное – сформировать конкретный бюджет развития для отрасли садоводства.

– Как оцениваете деятельность ВСТИСП?

– Институт, как всероссийский, признан через целую систему наработанных теоретических основ. Возьмем систему садопригодности, адаптивности. Мы здесь первые. Инструментарий, методики ВСТИСП работают во всех институтах не только России, но и стран СНГ.

Вопросы зимостойкости, устойчивости наших сортов, методика, теория признаны всеми. Вопросы микроклонального размножения, биотехнология – это Государственная премия. Без этого, к примеру, не было бы такого озеленения Москвы.

– Как ФАНО поддерживает научные изыскания?

– ФАНО интересуют институтские структуры в большей степени как собственность, как земли. В меньшей степени – вопросы развития науки, жизнь научного коллектива, ученого совета. Мы должны положить конец разрушению науки. Выступления ученых на форуме свидетельствуют о том, что институты и наша опытная сеть в состоянии обеспечить своими наработками производство.

Александр Ткачев: надо кратно увеличить субсидии по садам

P.S. 26 августа министр сельского хозяйства РФ Александр Ткачев в Нальчике на Всероссийском совещании по развитию садоводства в РФ заявил: «Чтобы ускорить развитие, необходимо обеспечить приоритетное финансирование садоводства в будущем: увеличить субсидии на закладку и уход за садами в 2017 году до 4 млрд руб., Госпрограммой предусмотрено 2,1 млрд рублей».

Поддержку нужно направлять и на создание питомников по производству качественного посадочного материала путем возмещения части капитальных затрат на селекционные центры. По словам Александра Ткачева, необходимо до 2020 года заложить порядка 72 тысяч гектаров садов. В том числе интенсивных садов – 68 тыс. гектаров, что позволит увеличить производство плодов и ягод на 500 тыс. тонн к 2020 году. При этом с учетом вступления многолетних плодовых насаждений в период товарного плодоношения – на 1,5 млн тонн к 2025 году.

По оценкам Минсельхоза России, для создания отечественной базы питомников, которые смогут предоставлять качественный посадочный материал плодово-ягодных культур, необходимо ежегодно закладывать более 500 гектаров питомников. «Это одно из условий эффективного развития садоводства», — подчеркнул министр.

«Считаю необходимым ввести господдержку для суперинтенсивных садов со ставкой 350 тыс. рублей на 1 гектар, а также увеличить сегодняшние ставки на закладку плодовых питомников в 1,5 раза — до 300 тыс. рублей и на проведение работ по уходу за многолетними плодовыми и ягодными насаждениям в 2 раза — до 40 тыс. рублей», — предложил министр.

Надеемся, эти меры возродят отечественное садоводство, и мы увидим на прилавках больше своих яблок, груш и слив.

Россия > Агропром > agronews.ru, 7 сентября 2016 > № 1887917 Владимир Кашин


Россия > Агропром > agronews.ru, 21 сентября 2015 > № 1494408 Владимир Кашин

Владимир Кашин: дайте институтам возможность зарабатывать

Интервью с председателем Комитета Государственной Думы по природным ресурсам, природопользованию и экологии В. Кашиным состоялось во время недавнего VI Международного форума «Дни сада в Бирюлёво», приуроченного к 85-летию Всероссийского селекционно-технологического института садоводства и питомниководства (ВСТИСП).

«Крестьянские ведомости»: Владимир Иванович, насколько остро стоят вопросы импортозамещения в плодово-ягодной подотрасли?

Владимир Кашин: Убежден, мы в состоянии накормить себя плодами и ягодами и на 50% решить вопрос цитрусовых через Сочинский анклав и даже, возможно, через Абхазию. Исходя из нормативов и валового сбора, на 80% нас обеспечат ЛПХ, садовые кооперативы. Но задача состоит в том, чтобы вернуться к крупным товарным производствам, так как именно они, как и во всем мире, дают возможность использовать технологические и защитные системы, получать качественную продукцию. К примеру, совхоз им. Ленина производит почти 14 тыс. т плодов и овощей. Новые интенсивные сады с применением систем адаптации дают урожаи на слаборослых подвоях при плотной посадке до 1200 саженцев на гектар. В Подмосковье таких хозяйств было 16, а теперь остались «Непецино», совхоз им. Ленина и институт садоводства и питомниководства.

Конечно, отрасль требует серьезных капитальных вложений, на второй год урожай не получишь — нужны «длинные» деньги и поддержка. Питомниководство – это система, которая работает через федеральный уровень, госдотации. В советский период в стране было 500 питомниководческих хозяйств, которые входили в структуру Минсельхоза, именно там отрабатывался механизм производства качественного посадочного материала. Его было достаточно, чтобы осуществить любой, самый большой проект.

Тогда крупные садоводческие хозяйства имели по 500-800 и более гектаров плодоносящих плантаций. Особенно в Курской, Белгородской областях, в Центрально-черноземном регионе, включая Орловскую, Тамбовскую, Тульскую, Рязанскую области. Эта отрасль имела самую высокую рентабельность в советское время, а потом развалилась из-за прекращения финансирования. Гайдаровский тезис «все закупим у Европы» привел к трагедии. Сегодня санкции отрезвляют и правительство, и региональные власти.

Очень приятно говорить о точках роста, которые есть, например, в Кабардино-Балкарии, где недавно был. Прекрасная, совершенная технология закладки больших плантаций в Краснодарском крае. Все это говорит о том, что мы, безусловно, в состоянии и обязаны решить проблему обеспечения страны отечественной продукцией. Все для этого есть: сорта для каждой зоны семечковых и косточковых, ягодных культур, современные технологии. Надо комплексно решать вопросы, включая проблемы реализации.

Например, в этом году прекрасный урожай земляники вырастил совхоз им. Ленина, но кого только «на уши» не поставили, чтобы разрешить ему торговать в Москве! Возможности наших производителей торговые сети не должны ограничивать. Институту садоводства также не разрешали торговать земляникой на полях Ленинского района. На эту борьбу за сбыт ушла неделя. А что такое неделя при уборке земляники?! А потом начались дожди, потери. Эта возня с реализацией стоила потерь минимум 10% от валового сбора.

«КВ»: Уже много лет ведутся разговоры о развитии перерабатывающих производств, но воз и ныне там.

Владимир Кашин: Без переработки невозможно вести отрасль. Не случайно в советские годы садоводческие хозяйства имели хоть и примитивные, но технологии, которые позволяли готовить джемы, варенья, вино. Везде в крупных хозяйствах эти заводы были. Сегодня есть возможность поддержать садоводческие хозяйства, садопригодные территории через кредитные системы, Минсельхоз. И, принципиально решая вопросы импортозамещения плодоовощной продукции, надо решить и проблему переработки. Есть большое количество несортовой продукции, которую нужно не выбрасывать, а перерабатывать. Там такой же пектин, такие же питательные вещества, которые надо эффективно использовать. Решая комплекс вопросов господдержки бизнеса, частно-государственного партнерства, возвращая уважение к крестьянству, можно справиться с проблемой.

Ведь что получается, производитель вынужден продавать товар в торговые сети, которые едва обеспечивают стоимостной баланс, то есть, нет системы расширенного производства. А торговля накручивает цены, иногда вдвое. Мы разработали закон, чтобы торговая наценка и переработка вместе не превышали 50% в стоимости товара на прилавке. То есть 50% получает производитель и столько же торговля и переработка. И тогда у торговли будет наценка порядка 20%, что вполне достаточно. Весь мир в принципе так работает.

Решив этот вопрос, мы получили бы больше возможностей для расширенного производства, для закладки садов и переработки. А у нас сегодня на любом направлении сельскохозяйственного производства сплошные издержки. А если сюда добавить расходы на ЖКХ, нищенскую зарплату и пенсии, то как жить?

«КВ»: Много плодов и ягод выращивается в садоводческих товариществах, на дачах. Почему бы их продукцию не использовать?

Владимир Кашин: Раньше использовали. Были заготконторы, эффективно действовала райпотребкооперация. Излишки смородины, яблок, вишни частных подворий приобретали заготконторы. В райпотребсоюзах, облпотребсоюзах были приличные мощности для хранения картофеля, капусты, лука, чеснока, табака, включая кожевенное сырье.

Когда я был первым секретарем райкома партии в Серебряно-Прудском районе, наша заготконтора закупила у населения 43 тыс. тонн картофеля по приличной цене, не меньше 20 копеек за килограмм. Да плюс еще были специализированные хозяйства, которые порядка 40 тыс. тонн производили! Под 80 тыс. тонн картофеля везли в Москву одним районом. А сегодня систему заготконтор разорили. И теперь вся Московская область собирает лишь около 300 тыс. тонн картофеля.

Я всячески поддерживаю возрождение потребкооперации с их заготконторами.

«КВ»: Почему вы фермерские хозяйства обделяете вниманием?

Владимир Кашин: И фермерские хозяйства могут участвовать в заготовках. Возьмем хотя бы грибы. Раньше в лесных массивах, например, Рязанщины, стояли приемные пункты, грибы и сушили, и солили. Мы были там недавно — ничего этого и в помине нет.

«КВ»: После вхождения аграрных НИИ в Федеральное агентство научных организаций улучшилось их финансирование?

Владимир Кашин: Улучшилось? Вот баланс института садоводства, который отмечает 85-летний юбилей. Федеральный бюджет направляет в институт из общей системы финансирования 30%, 70% институт сам зарабатывает, в том числе за счет сдачи в аренду уборочных комбайнов, другой техники. Зарабатывают под 90 млн. рублей, но ФАНО всё заработанное до копейки забирает. Сегодня все арендаторы ушли, с деньгами туго стало. А ведь содержать эти огромные заводы, здания и сооружения надо, иначе через 2-3 года всё рухнет.

Когда я принимал институт, одно здание уже было продано, в основном корпусе полы провалены. Ноябрь месяц, а институт не отапливался. Все сотрудники в неоплачиваемом отпусках и т.д. Как и у многих других институтов в начале лихих 90-х. Всеми силами спасали отрасль и науку в первую очередь. И спасли.

Поэтому говорить о том, что финансирование улучшилось – нет. Повысилась стипендия у академиков, член-корреспондентов. Есть определенная поддержка у докторов, кандидатов наук. Но по большому счету все познается в сравнении. Раньше доктор наук получал 500 рублей, носил каракулевую папаху, как полковник с окладом 250 рублей. Секретарь обкома получал 500, секретарь райкома, который отвечал за все – 340 рублей. Вот как ценился труд доктора наук!

О финансировании говорит и такой факт. В аспирантуре четверть века назад обучалось 20-25 человек, сегодня – 3-4 человека. Институты имеют возможность зарабатывать деньги, и обязаны их зарабатывать, лишь бы не отбирали. Институтские заводы и оборудование не государство покупало, а коллектив на свои кровные. Поэтому сегодня институту надо дать возможность заниматься переработкой своей продукции и торговать ею.

«КВ»: Что изменилось с тех пор, как вы оставили институт садоводства и перешли в Госдуму?

Владимир Кашин: Безусловно, есть много хорошего, но есть и недостатки. И носят они институциональный характер, не зависят от руководства. Например, общее недофинансирование, слабая возможность обновления кадров, недостаточная развитость материально-технической базы. Нам не дали в свое время построить новый корпус, хотя было решение правительства. Потом произошел захват 25 га земли. Зато сегодня приросли Ступинскими землями.

Нынешний директор Иван Михайлович Куликов уже стал настоящим руководителем, чувствует пульс развития науки, производства, стал более самостоятельным, может дать отпор негодяям, которые готовы торговать бесценной землей.

Главная задача института садоводства – прирасти молодежью, сохранить преемственность наших выдающихся ученых. Не потерять земли, развивать наработанную систему создания технологий, новых сортов. Причем, у нас технологии основаны на адаптивной стратегии, мы пошли путем улучшения режимов орошения, питания, водно-физических свойств почвы. Сейчас эта система внедряется повсеместно, как и капельное орошение, например. Все это вместе дает возможность институту оставаться лидером. Причем лидерство это признают не только в России.

Автор: Александр РЫБАКОВ

Россия > Агропром > agronews.ru, 21 сентября 2015 > № 1494408 Владимир Кашин


Россия > Агропром > agronews.ru, 5 декабря 2013 > № 956574 Владимир Кашин

Комментарий. В. Кашин. Селу нужны не слова, а реальная поддержка.

AgroNews уже давно стал той площадкой, на которой публикуются разные, порой противоречащие друг другу, точки зрения на судьбы отечественного сельского хозяйства. Сегодня мы представляем позицию председателя Комитета Государственной Думы по природным ресурсам, природопользованию и экологии, академика РАН В. И. Кашина по поводу реализации предыдущей госпрограммы аграрного развития России и последствий членства в ВТО для агропромышленной сферы.

Отчет о слушаниях в Счетной палате этого вопроса на AgroNews уже опубликован.

Если быть до конца честными, то надо признать, что проводимая на селе политика – это политика его разрушения и уничтожения.

В последние годы в сельском хозяйстве рентабельность снизилась до угрожающе низкого уровня. АПК демонстрирует полное бессилие не только в том, чтобы отвечать современным требованиям, но хоть как-то противостоять неблагоприятным погодным условиям. Село попеременно страдает то от засухи, то от обильных дождей, то от сильных морозов.

Погода не баловала селян и раньше, но в советское время уделялось серьезное внимание мелиоративным работам, с каждым годом увеличивались площади защищенного грунта, была специальная техника, были обученные кадры. Сегодня все это фактически разрушено - и защищенный грунт, и системы полива. Тысячи гидротехнических сооружений брошены на произвол судьбы. В семь раз сократились площади орошаемых земель, а в США за эти 20 лет они выросли в 2 раза. Особо динамично в этом плане развиваются Китай и Индия, которые ежегодно приращивают поливные площади. От такой политики в нашей стране страдает не только земля-кормилица, гибнет урожай, но и люди на селе погружаются в нищету и безысходность.

Эту политику отражают и итоги реализации целевых программ по сельскому хозяйству в 2012 году. Картина складывается безрадостная. Расходы федерального бюджета по Госпрограмме развития сельского хозяйства постоянно не исполняются в полном объеме даже при нынешнем нищенском финансировании. В 2012 году оно исполнено на 99,4%. По такому направлению как «Устойчивое развитие сельских территорий» исполнение составило лишь 35,2, по направлению «Создание общих условий функционирования сельского хозяйства» - 76,9 % относительно паспортных индикаторов.

Значительная часть основных показателей и индикаторов Госпрограммы развития сельского хозяйства, характеризующих развитие агропромышленного комплекса, не выполнена. В 2012 году из 9 агрегированных показателей выполнен лишь один - «Располагаемые ресурсы домашних хозяйств в сельской местности», что не может не вызвать удивление и улыбку, зная качество отечественной статистики, из 49 целевых индикаторов не выполнено 23, или 46,9%. А за весь период ее реализации не в полной мере выполнено 67% индикаторов и показателей Госпрограммы.

Не лучше ситуация и с целевыми индикаторами и показатели федеральных целевых программ, входящих в состав Госпрограммы по развития сельского хозяйства, они также выполнены не в полной мере. Так, по ФЦП «Социальное развитие села до 2013 года» из 13 основных целевых индикаторов и показателей программы плановые задания достигнуты по 8 позициям (61,5%); по ФЦП «Сохранение и восстановление плодородия почв земель сельскохозяйственного назначения и агроландшафтов как национального достояния России на 2006 – 2010 годы и на период до 2013 года» из 13 запланированных целевых индикаторов и показателей ФЦП не достигнуты 4 показателя.

В ходе реализации Госпрограммы не достигнута одна из основных ее целей – обеспечение среднегодового роста объема производства продукции сельского хозяйства на 4 %, который составил в среднем за отчетный период около 3%. На момент завершения программы сократилась площадь посевов основных сельскохозяйственных культур (по зерновым – на 8%), снизилась их урожайность (по зерновым и зернобобовым культурам в среднем – на 5,5 ц/га).

По итогам реализации Госпрограммы выполнение индикатора по индексу физического объема инвестиций в основной капитал сельского хозяйства составило 76 % при, что не позволило создать полноценные условия для технологической модернизации сельского хозяйства. За период реализации Госпрограммы приобретено 100 тыс. единиц тракторов, что составляет 57,1% планового значения (175 тыс. тракторов), 35 тыс. единиц зерноуборочных комбайнов (63,6 %) при плановом значении – 55 тыс. зерноуборочных комбайнов.

Несмотря на увеличение в ходе реализации госпрограммы ресурсного обеспечения мероприятий по направлению «Достижение финансовой устойчивости сельского хозяйства» в 1,4 раза, не удалось сформировать и обеспечить расширенный доступ сельхозтоваропроизводителей к эффективным кредитным ресурсам. Финансирование по данному направлению составило 419,7 млрд. рублей, или 63,9 % общего объема ресурсного обеспечения Госпрограммы на 2008 – 2012 годы.

По данным Минсельхоза России, общая кредиторская задолженность сельскохозяйственных организаций достигла 1,8 трлн. рублей, превысив на 18,2% объем их выручки. Мероприятия госпрограммы были сориентированы преимущественно на субсидирование процентной ставки по кредитам сельхозтоваропроизводителей (до 48% ресурсного обеспечения госпрограммы). Т.е. бюджетные средства пошли в карман банкиров.

Общий вывод по итогам реализации госпрограммы заключается в том, что мероприятиями программы не были предусмотрены меры по переходу к инновационному развитию сельского хозяйства. Реализация госпрограммы не обеспечила формирование механизма по внедрению результатов и передовых технологий в производственные и технологические процессы. Недостаточная разработанность и теоретических, и практических положений по переводу сельского хозяйства на инновационный путь развития, технологической модернизации и экологизации агропромышленного производства создает риски не реализации госпрограммы и на последующие годы.

Это подтверждается и предварительными итогами 2013 года. Что мы имеем по итогам 9 месяцев текущего года? На конец сентября 2013г., по данным Минсельхоза России, в хозяйствах всех категорий (сельхозорганизации, фермеры, население) зерна в первоначально оприходованном весе намолочено около 70 млн тонн.

На конец августа 2013г. поголовье крупного рогатого скота в хозяйствах всех сельхозпроизводителей составляло 20,8 млн голов (на 1,9% меньше по сравнению с аналогичной датой предыдущего года), из него коров - 8,9 млн (на 1,6% меньше), овец и коз - 26,8 млн (на 0,7% меньше). В сельскохозяйственных организациях на конец августа 2013г. по сравнению с соответствующей датой 2012г. сократилось поголовье крупного рогатого скота на 2,0%, коров - на 1,7%, овец и коз - на 1,0%, выросло поголовье свиней на 12,9%, птицы - на 2,1%.

В структуре поголовья скота на хозяйства населения приходилось 46,4% поголовья крупного рогатого скота, 24,4% свиней, 46,3% овец и коз (на конец августа 2012г. - соответственно 46,9%, 29,2%, 46,8%). При этом приведенная статистика вызывает большие сомнения в ее достоверности.

В январе-августе 2013г. в хозяйствах всех категорий произведено скота и птицы на убой (в живом весе) 7,1 млн тонн, молока - 21,7 млн тонн, яиц - 28,3 млрд штук. Надои молока на 1 корову в сельскохозяйственных организациях в январе-августе 2013г. составили 3437 килограммов против 3472 килограммов в соответствующем периоде 2012г., яйценоскость кур-несушек - 204 штуки яиц против 205 штук год назад.

Заработная плата на селе остается одной из самых низких в сфере экономики и составляет около 53% от средней по стране. При этом фактически такое соотношение замораживается на ближайшие три года. А это значит, что селу уготовано просто умереть в жестких условиях работы в системе отношений ВТО.

Еще раз хочу высказать очевидную мысль, что эффективность сельского хозяйства в первую очередь зависит от вложенных в него средств. Фракция КПРФ уже 20 лет требует одного и того же - увеличить бюджетную помощь сельскому хозяйству до уровня 10% расходной части бюджета. Но Правительство отделывается полумерами, а сельское хозяйство, как видим, деградирует с каждым годом. В объеме бюджетных ассигнований на 2013 год расходы на сельское хозяйство составили 0,5% ВВП, в ближайшие три года они уменьшатся до 0,4% ВВП, сократятся они и в денежном выражении, не смотря на инфляцию. Государственной программой «Развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия на 2013-2020 годы» предусматривается не увеличение финансирования этой программы, а, наоборот, в 2015 году оно снизится на 9,7 млрд рублей, а в 2016 году это снижение, по сравнению с ранее установленными объемами финансирования, снизится аж на 21,2 млрд. рублей.

Напомню, что, начиная переговоры о присоединении к ВТО, Россия определила уровень поддержки сельского хозяйства в 89 млрд. долл. (именно таким был среднегодовой уровень господдержки в конце 80-х гг.). Затем в течение длительных переговоров о присоединении к ВТО наша делегация последовательно "сдавала" первоначальные позиции: сумма была понижена до 36 млрд. долл., позднее – до 16 млрд долл. На момент вступления России в ВТО она определена в 9 млрд долл., а к 2017 г. должна быть опущена до 4,4 млрд долл.

В 2011 г., по официальным данным, у нас на поддержку сельского хозяйства из бюджета было выделено 125 млрд руб. В валютном эквиваленте получается около 4 млрд. долл. Для сравнения: в Европейском союзе объем государственной поддержки сельского хозяйства составил 60 млрд долл., т.е. был в 15 раз больше.

Один из показателей, позволяющих сравнивать уровень поддержки сельского хозяйства в разных странах, – доля государственной помощи в стоимости продукции. В США она находится на уровне 18%, в Канаде – 21%, в Европейском союзе – 32%, в Японии – 58%, в Южной Корее – 62%, а в Норвегии имеет рекордно высокое значение – 70%. В Российской Федерации этот показатель равен лишь 1,6%. На 1 гектар пашни в России выделяется в 20 раз меньше средств, чем в Евросоюзе, и в 12 - 15 раз меньше, чем в США и Канаде.

Но даже те крохи, что выделяются нашему сельскому хозяйству, полностью не попадают, как говорится, на стол крестьянина. На сегодняшний день государство задолжало сельскому хозяйству около 35 млрд рублей. К тому же в ближайшей перспективе снижается общее бюджетное финансирование сельского хозяйства и вводится новый механизм, так называемая погектарная субсидия региону. Этот механизм взят из практики европейских стран. В 2013 году минимальная ставка субсидии составит 125 рублей на гектар. Интенсивность производства должна стимулироваться и за счет средств региональных бюджетов. В этом году на эти цели Минсельхоз получит 15,2 млрд рублей, к 2020 году сумма увеличится до 37,6 млрд. рублей.

Главный вопрос, который волнует крестьян: уровень господдержки станет больше или меньше и насколько эффективным окажется новый инструмент в принципе?

Средний размер субсидии из федеральных денег составит 207 рублей на гектар (6,4 доллара). В Минсельхозе рассчитывают, что регионы выделят на погектарное субсидирование еще около 10 млрд рублей, хотя конкретные суммы будут сильно варьировать от региона к региону. В итоге средняя величина погектарной субсидии должна достигнуть 300 рублей (менее 10 долларов), что существенно уступает финансовой поддержке сельского товаропроизводителя в Европе и США. Стало быть, правительственное нововведение не устраняет угрозу уничтожения сельского хозяйства России. Необходимо, как минимум, погектарную субсидию увеличивать в 2 раза.

Кроме того, надо иметь в виду, что по факту погектарные субсидии на уровне регионов могут распределяться в соответствии с уже устоявшейся негативной практикой, когда основную часть госпомощи получает ограниченный круг приближенных к местным и региональным властям хозяйств.

Привязанное к площади сельхозугодий и даже единице произведенной продукции субсидирование дает аграриям неправильные рыночные сигналы. В случае растениеводов значительная роль минимальной, гарантированной ставки стимулирует аграриев приобретать больше земель и вести экстенсивное производство, хотя для нашей страны актуальна противоположная задача - наращивание урожайности. Кроме того, погектарные субсидии в планируемом объеме никоим образом не стимулируют повышение конкурентоспособности и снижение издержек. Стоит рассмотреть и такой вопрос как отмену земельного налога или его существенного снижения для тех, кто обрабатывает землю и заметного роста для тех, кто землей распоряжается не по-хозяйски.

Пока государственные реформы будут направлены на снижение государственного финансирования, улучшения положения в сельском хозяйстве не будет, а перспективы могут оказаться самыми мрачными.

Задача возрождения мощного АПК страны остается чрезвычайно актуальной. Мы обязаны вместе с министерством все сделать, чего не сделали за все это время пустых разговоров и общений, чтобы наш АПК стал по настоящему конкурентоспособным в условиях ВТО, а жизнь на деревне привлекательной и обеспеченной.

Россия > Агропром > agronews.ru, 5 декабря 2013 > № 956574 Владимир Кашин


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter