Всего новостей: 2576788, выбрано 4 за 0.004 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Арнаутов Антон в отраслях: Финансы, банкивсе
Арнаутов Антон в отраслях: Финансы, банкивсе
Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > bankir.ru, 14 октября 2016 > № 1931741 Антон Арнаутов

Ольга Скоробогатова, Банк России: «Для удаленной идентификации будет использоваться инфраструктура ЕСИА»

Антон Арнаутов, главный редактор «Банкир.Ру»

Совместно с Минкомсвязи и Росфинмониторингом мы будем развивать то, что уже построено и на уровне государства может дать быстрый эффект. Минкомсвязи создало информационную базу, которая называется ЕСИА. Мы пришли к выводу, что использование этой инфраструктуры для удаленной идентификации — самый оптимальный вариант. Другие варианты либо требуют от нас долгого времени, либо предполагают, что мы должны создавать что-то децентрализованное, что вызывает у нас много вопросов. Об этом на форуме Finopolis 2016 заявила зампред ЦБ Ольга Скоробогатова.

Наш подход заключается в том, что для оптимального использования централизованной базы мы должны использовать ту инфраструктуру, которая у нас есть, наращивая ее мощность и функционал.

При этом мы должны предусмотреть все механизмы контроля и мониторинга и рискоориентированные инструменты, чтобы минимизировать риски утечки конфиденциальной информации.

Первичная идентификация остается очной, клиент должен сделать это в банке, в соответствии с теми нормами, которые действуют сейчас. После идентификации эта информация попадает в единую информационную базу, которая и будет центральной инфраструктурой для хранения информации. ЕСИА обменивается информацией с другими государственными базами данных, будет проводиться выверка данных.

Информация, которая хранится в ЕСИА, будет значительно расширена, в дальнейшем туда будет добавлена и биометрия, и другими параметрами.

При удаленной идентификации в другом банке клиент делает запрос через ЕСИА и подтверждает, что он есть в базе. Хочется отметить два момента. Во-первых, после подтверждения из ЕСИА банк сможет проводить операции с клиентом. Если банку нужна будет дополнительная информация, то банк, безусловно, будет вправе ее запросить.

Во-вторых, мы будем поэтапно расширять перечень операций, которые могут быть произведены по этой схеме удаленной идентификации. Это должно быть сначала опробовано как пилот на довольно ограниченном списке банковских операций. Если мы поймем, что это работает хорошо, то дальше это будет масштабировано на более широкий круг операций и на большее число банков.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > bankir.ru, 14 октября 2016 > № 1931741 Антон Арнаутов


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > bankir.ru, 14 октября 2016 > № 1931693 Антон Арнаутов

Росфинмониторинг: удаленная идентификация требует жесткого контроля за клиентами

Антон Арнаутов, главный редактор «Банкир.Ру»; Елена Гостева, редактор Банкир.Ру

Открывать счета удаленным способом, используя данные из ЕСИА, теоретически, очень скоро будет возможно. Но Росфинмониторинг настаивает на введении такого количества ограничений для владельцев подобных счетов, что открывать их, вероятно, уже никому не захочется.

Система идентификации клиентов, которую представляет Росфинмониторинг, построена в первую очередь на профилактике — на принципе недопущения в финансовые организации России людей, нацеленных на совершение противоправных действий, на проведение незаконных финансовых операций. Об этом заявил, выступая на форуме Finopolis 2016 14 октября 2016 года статс-секретарь Росфинмониторинга России Павел Ливадный. А уже если эти люди в финансовую систему проникли, то банк должен их опознать, а также иметь возможность принять к ним меры воздействия.

Работа банков с клиентами, которые подозреваются в проведении сомнительных операций, в целом за последние годы улучшилась, благодаря жесткой политике регулятора, направленной на пресечение подобных операций. Несомненную роль в борьбе с выводом денег сыграла и оперативная работа правоохранительных органов

Что качается первого уровня построения системы, то, согласно федеральному закону №115 «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем», банк сначала имеет право отказать клиенту в проведении операции, напомнил Павел Ливадный. А потом банк вправе расторгнуть и сам договор с таким клиентом на его обслуживание в банке. И, наконец, у банка есть право отказать в заключении договора с тем клиентом, в отношении которого есть основания считать, что он противоправные операции планирует совершать.

Этот контур защиты введен с начала 2014 года, и при его помощи банки уже пресекли сотни тысяч незаконных операций, что дает основания полагать, что финансовые организации довольно хорошо защищают себя от клиентов, проводящих сомнительные операции.

Такой механизм полностью соответствует рекомендация FATF. Поэтому можно сказать, что предложение, прозвучавшее от Банка России, идентифицировать клиентов через ЕСИА, заслуживает поддержки. По словам Ливадного, Росфинмониторинг никогда не был противником возможности удаленной идентификации клиентов банков. К тому же эта удаленная идентификация, как правило, нужна для проведения разовых операций, не связанных с открытием в банке счетов. То есть это чаще востребовано для проведения различных платежей.

К тому же служба Росфинмониторинга в этом году выступила с инициативой дать возможность открывать счета в удаленном режиме руководителям тех компаний, которые уже идентифицированы банками как клиенты — физические лица, напомнил Павел Ливадный. Важно, чтобы при удаленном открытии счета руководитель организации не был фигурантом трех списков: это список лиц, причастных к терроризму, «список отказников» и список лиц, в отношении которых в базу юридических лиц внесена запись о недобросовестности предоставления сведений.

При этом Ливадный подчеркнул, что все мы должны понимать: предлагаемая схема — человек один раз идентифицируется одним банком через паспорт, данные его заводятся в ЕСИА, и этот человек получает возможность пользоваться услугами всех других банков — это эксперимент. И сейчас риски, которые возникают в связи с началом проведения данного эксперимента, никто предугадать не может. «Поэтому в процессе становления системы мы должны предусмотреть возможность ограничения прав клиента, открывшего счет удаленным способом, в распоряжении этим счетом»,— заявил Ливадный. Речь может идти о том, что клиенту, открывшему счет удаленно, можно будет проводить лишь определенный перечень операций. Может быть, это будет ограничение лимитов по остаткам на счетах такого клиента, например, в течение месяца.

К операциям по счетам такого клиента должен применяться более тщательный контроль не только со стороны банка, но и со стороны Росфинмониторинга — если клиент открыл счет удаленным путем как физическое, так и как юридическое лицо. Вероятно, информация обо всем объеме его операций должна будет передаваться банком в Росфинмониторинг.

«Наша стилистика — такой клиент должен быть поставлен под усиленный контроль»,— заявил Павел Ливадный. Ему могут быть установлены определенные пороговые значения по суммам операций. Также у клиента, открывшего счет удаленным путем, могут быть затребованы дополнительные документы, объясняющие происхождение у него денежных средств.

«Мы создаем среду, в которой банк, не имевший возможности лично познакомиться со своим клиентом, имел бы в своем распоряжении механизмы для надлежащей проверки клиента»,— заявил Павел Ливадный.

Необходимо подумать о безопасности данных, содержащихся в ЕСИА, так как злоумышленники однозначно предпримут попытки похищения персональных данных из этой базы для того, чтобы от имени клиентов, зарегистрированных в системе, открыть счета для своих нужд. Сейчас не 100% населения охвачено ЕСИА, но со временем база данных о наших гражданах в системе будет расти. А значит, и будут расти риски несанционированного использования информации, подчеркнул Ливадный. «Я думаю, что глобально решение проблемы лежит в плоскости перевода всех данных каждого человека на единый электронный документ, который будет содержать все необходимые сведения о гражданине России и заменит ему паспорт. Но это более отдаленная перспектива, чем та, которую мы здесь и сейчас обсуждаем»,— добавил он. При этом специалист считает, что наличие единого идентификатора в электронном виде сняло бы много проблем не только с банков и Росфинмониторинга, но и с других ветвей власти и бизнеса предоставления услуг в целом.

Завершая выступление, Ливадный еще раз напомнил, что риск все равно остается на банке — принимает ли он решение об открытии счета клиенту удаленным путем или же использует стандартную процедуру прихода в банк человека лично. Он подчеркнул, что банки, как и прежде, должны вести и пополнять списки клиентов, которым отказано в проведении операций, так и вести базу клиентов, чьи операции вызывают у банков сомнение. «Никто также не отменял проверку данных клиентов в списке лиц, причастных к терроризму и антигосударственной деятельности»,— сообщил представитель Росфинмониторинга.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > bankir.ru, 14 октября 2016 > № 1931693 Антон Арнаутов


США. Китай. Весь мир > Финансы, банки > bankir.ru, 9 марта 2016 > № 1678977 Антон Арнаутов

Хроники финтеха — 4

Антон Арнаутов, главный редактор ИА «Банкир.Ру»

Обзор публикаций о финансово-технологических инновациях 29 февраля – 8 марта 2016 года. Новости, видео, инфографика.

Конфликт между властями США и Apple зашел в тупик. ФБР требует, чтобы Apple помогла расследованию, разлочив телефон подозреваемого в тяжком преступлении. Но даже Верховный Суд не в состоянии заставить компанию сделать это (вот, ведь , нравы!). Президент Microsoft высказался в том духе, что срочно нужно принять законодательство, четко определяющее, чего именно власти вправе требовать от цифровых компаний.

Комиссия Гонконга по ценным бумагам (Hong Kong's Securities and Futures Commission) создает «точку контакта с финтехом» - новый канал для общения с инноваторами в этой области. А совсем недавно правительство Гонконга пообещало проинвестировать создание площадки для поддержки 150 новых технологических компаний, работающих в области финтеха.

В Израиле создан финтех хаб The Floor (Тель-Авив). Хаб финансируется китайско-израильским венчурным фондом Group. Финтех хаб создан по образцу лондонского Level 39 в целях поддержки израильской экосистемы финтеха, в которой уже насчитывается порядка 430 стартапов (а у нас – около 100 штук). Помимо физической локации в центре Тель-Авива, хаб создаст сеть из 25 экспертов-менторов при поддержке четырех стратегических партнеров проекта: HSBC, Intesa Sanpaolo, RBS и Santander.

За определенную плату в хаб смогут попасть стартапы в следующих областях: цифровой банкинг, блокчейн, и комплаенс. Также за плату к хабу смогут получить доступ банки венчурные капиталисты и вендоры.

Одна из самоуправляемых машин Google наконец-то спровоцировала аварию и наехала на городской автобус. Никто из пассажиров не пострадал, но общественность взволнована.

Основатель Facebook Марк Цукерберг считает, что технология виртуальной реальности, которую он считает «следующей основной платформой коммуникаций», еще далека от выхода на массовый рынок. Марк считает, что это произойдет лет через десять.

MasterCard вместе с нью-йоркской школой дизайна пригласил студентов в области моды и дизайна попробовать свои силы в разработке нового видения платежей. Однодневный хакатон с участием с участием студентов прошел 5 марта в Нью-Йорке. Три команды студентов должны были представить концепции встраивания платежей в различные продукты.

Феномен бурного роста маркетплейсов онлайн-кредитования, возможно, объясняется просто. Развивая такое «гибридное» кредитование через маркетплейсы банки, находящиеся под давлением Базеля 3 и 4, стремятся улучшить свои балансы. Принцип «гибридного» кредитования может оказаться привлекательным для всех секторов, попавших под сильное давление регуляторов – от кредитования МСБ до недвижимости.

Совет по финансовой стабильности пытается оценить потенциальные системные риски, возникающие в результате развития инноваций в финтехе. Возможно, это означает, что регуляторным преимуществам, которыми наслаждался сектор финтеха, приходит конец. В совем письме к министрам финансов и руководителям центробанков «большой двадцатки» Марк Карни (Mark Carney), руководитель Совета, предупреждает, что регуляторная реальность должна быть изменена, чтобы встретить новые риски, создаваемые растущим числом стартапов, стремящихся «разорвать» финансовый сектор.

Министерство обороны США впервые объявило о проекте «Взломай Пентагон», в ходе которого внешним хакерам предлагается протестировать безопасность государственных и публичных сайтов. Победителей ожидают денежные призы.

Автопроизводитель «Хонда» объединяет усилия с Visa, чтобы продемонстрировать, как автомобиль может быть превращен в «средство платежа». Платежные приложения встроены в аудиосистему автомобиля, показ которого состоялся на Mobile World Congress -2016

По данным исследования International Securities Association for Institutional Trade Communication (ISITC) 62% компаний в мире считают инвестиции в новые технологии своим основным фокусом в 2016–2017 г.г. Наиболее популярными областями таких технологий являются блокчейн и кибер-безопасность. В кибербезопасность собираются инвестировать 74% компаний (54% в 2015 г.), а в блокчейн – 55%.

Сингапурский банк United Overseas Bank инвестирует 10 миллионов долларов в израилискую краудфандинговую платформу OurCrowd, чтобы расширить финансирования МСБ в ЮВА.

Много инфографики по современному состоянию финтеха

Ulster Bank (Северная Ирландия) и KPMG открыли «самый большой в мире бесплатный бизнес-акселератор», чтобы это не значило. Акселератор Hatchery расположился в Белфасте в Северной Ирландии. В него будет приглашено до 80 стартапов, которые в течение шести месяцев будут проходить курс акселерации, наиболее успешным из них будет предложено остаться еще на год. В проекте также участвуют Royal Bank of Scotland (RBS) и NatWest.

За участниками проекта будут закреплены фасилитаторы, они получат бесплатный офис, доступ к инфраструктуре банка Ulster Bank, менторство от KPMG, регулярные воркшопы с топ-менеджерами банков-участников.

Создание акселератора в Глазго – это часть программы по созданию сети из тринадцати хабов в Великобритании к 2017 г., которые смогут предложить поддержку порядка семи тысячам предпринимателей в течение пяти лет.

Банк BBVA коллекционирует «цифровые банки». После того, как BBVA купил за 117 миллионов долларов необанк Simple, а также за 64 миллионов долларов долю в еще даже не стартовавшем британском онлайн банке Atom, банк объявил о покупке самого перспективного финского финтех стартапа Holvi. Holvi – это «легкий банк» предлагающий МСБ расчетный счет и карту MasterCard для бизнеса.

Регуляторы считают, что финансовому сектору слишком легко живется и планируют ужесточить требования к резервам, покрывающим риски от кибератак и фрода. Базельский комитет собирается ограничить возможность банков руководствоваться собственной моделью оценки рисков от фрода и навязать им более жесткие правила. Вперед – к Базелю-5!

В прошлом (2015) году китайские банки и национальная система UnionPay были фактически оттеснены от мобильных платежей провайдерами цифровых платежей Alipay и Tenpay. Китайский рынок мобильных и интернет- платежей вырос в 2015 г. на 40%. Как считает Forbes, китайские банки и платежная система UnionPay упустили комиссий за транзакции за год на сумму порядка 23 миллиардов долларов.

Международное исследование Nielsen показало, что Китай занимает первое место в мире по онлайн платежам. Так, 86% граждан Китая за последние шесть месяцев заплатили за онлайн покупки, используя системы цифровых платежей (в мире – 43%). 98% опрошенных подтвердили, что совершали покупки в онлайне. Большинство покупок при помощи смартфонов, как ни странно, - продукты питания (71%).

Министр обороны США Эштон Картер пригрозил ИГИЛу (террористическая организация, запрещенная в России) кибер-войной. Это первый раз, когда вашингтонские политики угрожают применить не танки, самолеты или ядерные заряды, а хакеров. Киберкоманда ВС США была создана в 2009 г. и сейчас активно участвует в поддержке операций американских военных в Сирии.

Банк Royal Bank of Scotland (Великоюбритания) собирается использовать в клиентском сервисе бота с искусственным интеллектом, которого зовут Луво (Luvo). Виртуальный помощник Луво в состоянии понимать вопросы, присылаемые по электронным каналам и за долю секунды находить ответ в обширных базах данных. Уже проведены двухмесячные испытания киберпомощника, в которых приняло участие 1200 сотрудников банка.

Банковская группа Lloyds сотрудничает с Google в области аналитики данных. Партнерство с Google позволит Lloyds использовать возможности платформы Big Data от Гугла в защищенном банковском аккаунте в облачном сервисе Google Cloud Platform.

Блокчейн

Объединение сорока крупнейших мировых банков по исследованию блокчейна R3 закончило большой тест технологии. В ходе теста было опробовано пять вариантов блокчейна для того, чтобы понять сильные и слабые места технологии.

HYPR и BitGo исследуют возможности применения биометрической аутентификации в блокчейне для защиты цифровых ценностей, идентичности и частных ключей.

Visa объявляет, что хочет нанять ведущего разработчика, который поможет создать «безопасную, масштабируемую сеть на блокчейне».

Большой материал про Ripple – платежную систему на технологии блокчейн. Ripple традиционно остается в тени общей блокчейн шумихи, но на деле выглядит как одна из самых больших «проверок концепции» технологии РР (распределенного реестра) вне экосистемы Биткоин. Опыт в платежах.

Korea Exchange (KRX) планирует запустить платформу на блокчейне, чтобы стимулировать внебиржевой рынок ценных бумаг. Платформа позволит продавцам и покупателям ценных бумаг вести торговлю без посредников.

Банк Standard Chartered (Сингапур) объявил, что работает вместе с Development Bank of Singapore (DBS) над применением технологии распределенного реестра (ака блокчейн) в торговом финансировании.

Bank of America не отстает и тоже заявляет о разработке блокчейна для торгового финансирования.

Новый доклад Deloitte утверждает, что Израиль превращается в мировой центр по инновациям в области технологий распределенного реестра (ака блокчейн). Сейчас в области блокчейна в Израиле работают 38 стартапов.

Для тех, кто окончательно запутался в потоках информации, связанной с технологией распределенного реестра (ака блокчейн) Крисс Скиннер предлагает три своих любимых инфографики на эту тему. Правда, ИМХО, эти картинки скорее демонстрируют всю безнадежную сложность проблемы, чем помогают в ней разобраться.

Вот и приплыли. Сеть Биткоин достигла пределов своей емкости, что вызывает задержки в транзакциях во всем мире, а то и не проведению транзакций. Среднее время подтверждения транзакции взлетело с 10 минут до 43 минут, пользователи теряют терпение, а магазины начинают отказываться от биткоинов.

США. Китай. Весь мир > Финансы, банки > bankir.ru, 9 марта 2016 > № 1678977 Антон Арнаутов


Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 21 августа 2013 > № 886841 Антон Арнаутов

Современный банк все больше становится ИТ-компанией. О последних инновациях, перспективах NFC, уникальных маркетинговых возможностях Интернета, стартапах в финансовой отрасли и системе навигации по-настоящему ценных идей в своем интервью Bankir.Ru рассказал генеральный директор издательского дома «Регламент-Медиа» Антон Арнаутов.

- Антон, одним из направлений вашей деятельности является анализ инноваций в банковском бизнесе. Хотелось бы поговорить именно об этом. По вашим оценкам, по каким путям пойдет развитие мирового и отечественного банкинга?- Хочу внести ясность: одним из направлений моей деятельности является не анализ, а обзор инновационных достижений в банковском бизнесе. Я вовсе не претендую на роль аналитика, а лишь пытаюсь следить за тем, что происходит, быть watchdog – внимательно наблюдать за тем, что происходит, и, скорее, слушать других аналитиков, которые разбираются в ситуации на структурном уровне. Но в силу того, что читать приходится достаточно много, встречаться и разговаривать как с практикующими банкирами, так и с ИТ-компаниями, в том числе и со стартапами в этой области тоже, мне очевидны определенные тренды.

Главная тенденция наших дней заключается в том, что все человечество, не осознавая того, проваливается все глубже в цифровую или, лучше сказать, глобальную информационную реальность. Все вокруг нас превращается в той или иной степени в информацию. Деньги все меньше являются чем-то материальным: они становятся, скорее, информационными «единицами и нулями». Соответственно, способы работы с ними, способы потребления, оплаты товаров и услуг этими «новыми деньгами» коренным образом меняются именно в связи с глобальной трансформацией.

Банки перестают быть «местом» – каким-то отделением или группой офисов. На самом деле кредитные организации уже давно перестали быть только конкретной географической точкой, адресом и т.д. Сегодня банк превращается в систему, которая с большей или меньшей степенью надежности и эффективности распределяет информационные потоки.

- Вы сейчас говорите о тенденции в мировом или отечественном банкинге?

- Отечественный банкинг связан с мировыми процессами в этой области. Естественно, можно отметить и такие банальные вещи, которые все понимают. Скажем, что наступает эра мобильности, что мобильные устройства – смартфоны и т.д. – вытесняют лэптопы и тяжелые компьютеры. Цифровые потоки начинают проходить не сквозь то, что стоит у вас на столе, а сквозь то, что лежит в кармане. И хотя наличие того или иного типа устройств – это относительные изменения, главная суть в том, что мы все погружаемся в цифровую реальность.

- Конкретизируйте, пожалуйста. Скажем, каковы перспективы NFC в России, по вашим оценкам?

- Мне кажется, как бы ни хоронили заранее NFC в нашей стране, это абсолютно закономерный этап развития технологий, хотя понятно, что большие карточные системы без боя не сдадутся. В складывающейся ситуации NFC – это последний рубеж обороны. Однако практически каждый день появляются новости об очередном проекте, в котором карточные системы вытесняются из схемы платежей. Игроки рынка будут стремиться обходиться без карточных систем.

В общем плане технология NFC – это очень удобная штука для пользователя, способная стать временным спасением для больших карточных систем с их разветвленной инфраструктурой. Лично я придерживаюсь мнения, что на какое-то время NFC станет популярной технологией на рынке. Не то, чтобы я верил, что этот сервис останется навсегда, но он, безусловно, станет закономерным этапом развития каналов обслуживания клиентов. Хотя, возможно, технология NFC быстро пройдет свой пик популярности. Параллельно с NFC начнут развиваться какие-то другие системы, которые постепенно будут вытеснять этот сервис с рынка.

- Одним из направлений вашей деятельности является изучение инновационных маркетинговых стратегий. На недавней конференции FinInternet-2013 шла речь о том, как следует банкам продвигать свои услуги на финансовых порталах, стоит ли обращаться к возможностям соцсетей или большую часть бюджета следует тратить на традиционную рекламу? Расскажите, пожалуйста, что необходимо современному банку для того, чтобы быть на шаг впереди своих конкурентов? Как продвигать свои услуги? Какие маркетинговые модели использовать?

- Знаете, я считаю, что самое главное и самое сложное, что предстоит банкам – это перестать быть банками в каком-то смысле. Кредитным организациям потребуется преодолеть свою банковскую ментальность и осознать, что у них больше нет «защитной грамоты», которая весит в рамочке на стене, называется лицензией и подтверждает их право оставаться такими, какие они есть. Если они будут излишне консервативными, работать по ограниченным часам, с высокомерным видом встречать клиентов, вводить кучу дополнительных ограничений и создавать неудобства при работе с ними, то они проиграют в этой конкурентной борьбе другим финансовым сервисам.

Я, безусловно, хотя бы в силу возраста, достаточно старомоден и понимаю, что банк должен сохранять определенную инерцию консервативности. Кредитные организации несут большую ответственность за наше благосостояние, ведь мы доверили им свои деньги. Но нужно учитывать, что в других сферах деятельности, таких, скажем, как телекоммуникация, шоу-бизнес, travel, гостиничный бизнес, произошли уже настолько драматические изменения, что банки выглядят неким анахронизмом.

Кредитным организациям для своего эффективного маркетинга на рынке нужно просто дать ответ на вопрос о том, как следует предоставлять банковские услуги клиентам, которые привыкли пользоваться сервисами телекоммуникационных компаний, travel-агентств, современных систем бронирования и т.д. Дело в том, что сегодня клиенты не сравнивают банки друг с другом. Они сравнивают удобство или неудобство пользования банковским сервисом со своим потребительским опытом в целом.

Сегодня потребители привыкли к тому, что у них все происходит быстро и легко. Сейчас клиент исходит из того, насколько ему неприятно взаимодействовать со своим банком по сравнению с современным отелем или телекоммуникационной компанией. И при этом сравнении я не думаю, что кредитная организация будет выглядеть идеальной. В результате, для того чтобы быть эффективными на рынке, банки вынуждены будут отказаться от своей башни из слоновой кости и начать очень активно конвергировать, как-то «вбирать в себя» людей из других областей. Им придется пропитываться их ментальностью и искать новые способы продвижения, не просто переманивая клиентов от своих коллег-конкурентов, а привлекать их из совсем других, смежных или, наоборот, далеких отраслей человеческой деятельности.

Маркетинг сегодня уходит в цифровую реальность. Уже сегодня у некоторых банков до 50% привлечения новых клиентов происходит в Интернете. Поймите меня правильно, я безумно люблю отделения. И доказательством этого является то, что наша компания организовывает специализированную конференцию, посвященную современным возможностям отделений банка. Опять же, могу сослаться на свой возраст и консерватизм. Мне хочется, чтобы современные отделения банка были таким теплым, уютным и замечательным местом, где клиенту рады.

- По примеру Лето-банка или банка «Связной»?

- Да можно быть и более прагматичными. Хотя бы по примеру отделений Альфа-банка. Лето-банк пытается осуществить описанную мной концепцию. Но пока это только обещание. Когда менеджмент этой кредитной организации выполнит все свои обещания, будет замечательно. Кроме того, не нужно забывать о том, что Лето-банк сегодня – это монопродуктовая организация. Вот когда они будут осуществлять множество банковских операций, и любой клиент будет приходить к ним в отделение за целым набором услуг, и ему будут также рады, вот тогда можно будет сказать, что проект удался. В общем, я повторюсь, что очень люблю отделения и не хочу, чтобы они все «умирали», но понятно, что борьба за клиента переходит в digital-каналы, в цифровую реальность, потому что жизнь такой становится.

- А не кажется ли вам, что в этой борьбе банки могут проиграть хотя бы тем же платежным системам, электронным кошелькам, digital-коммерции, а то и, возможно, идущим с другой стороны микрофинансовым организациям, которые гордятся своей гибкостью и результативностью?

- Нет, не кажется. Конечно, подобные опасения на рынке были, да и остаются до последнего времени: эти темы постоянно обсуждают на конференциях и в профессиональных кругах. Однако нужно учитывать, что по своей сути банковский бизнес очень сложный, включающий в себя миллион нюансов. Накопленные банками умения далеко не тривиальны, и их нелегко повторить. Когда телекоммуникационные компании, google или кто-то еще подходит к банковским сервисам, мы видим, что даже с их возможностями это не очень-то получается.

Когда в эту же область приходят невероятно смелые стартапы и говорят что-то наподобие «сейчас мы всех победим», то и у них не получается. В результате мы слышим много амбициозных обещаний, ведутся умные разговоры, проводятся красивые конференции, издаются книги, думаю, скоро уже книга «Банк 5.0» выйдет, но по факту в конечном счете побеждают большие «злые» банки, которые не ленятся меняться. Именно эти кредитные организации умудряются оставаться конкурентоспособными. На рынке много примеров крупных банков – ING, La Caixa, Barclays. BBVA и другие – они прекрасно интегрируют в себя новые технологии и успешно противостоят конкуренции. В итоге вывод только один: для успешного продвижения на рынке сегодня необходимо все время заставлять себя меняться изнутри и быть открытым к трансформациям окружающей среды.

- Как с этой позиции вы оцениваете изменения, которые происходят в Сбербанке?

- Сбербанк – это больше, чем банк.

- Государство в государстве?

- Действительно. Я с большим сочувствием и с симпатией, скажем так, отношусь к тому, что пытаются делать в этом госгиганте. Я понимаю, что прилагаются неимоверные усилия. Ради достижения поставленных целей большая часть команды в Сбербанке, по-моему, не спит ночами и работает по выходным и праздникам. И я вижу, как при этом мало у них получается относительно того, чего бы они хотели видеть.

Однако как клиент Сбербанка я был бы неправ, если бы не отметил, как на самом деле заметно изменился этот гигант кредитного рынка. Он очень сильно модернизировался! Я не считаю, что Сбербанк должен оставаться таким огромным государством, но это другой вопрос и уже не ко мне и не к инновациям. И кстати, нужно отметить, что Сбербанк вполне способен выжить и противостоять новым вызовам.

- Что такое стартап для финансовой индустрии сегодня? На конференции 9 апреля вы привели такую статистику. По итогам 2012 года в России насчитывается 956 банков, 150 венчурных фондов и только 33 стартапа для финансовой индустрии. Откуда у вас такие цифры? Как вы оцениваете стартап (потому что «что такое стартап» в нашей стране каждый понимает по-своему)? Где сегодня, по вашему мнению, могут появиться успешные стартапы?

- Прежде всего, хочу заметить, что я не являюсь ученым-естествоиспытателем, который должен давать правильные определения. У меня сформировалось общее, скорее, даже внутреннее понимание, что стартапом мы считаем проект, где новая и молодая команда, вынашивает прорывную идею, которая не повторяет уже существующие способы ведения бизнеса, а является достаточно уникальной.

- Уже упомянутый Лето-банк вы бы отнесли к такому типу проектов?

- Лето-банк сложно назвать именно стартапом. Скорее, Лето – это инновационный проект внутри финансовой группы, а это разные вещи. Стартап – это, прежде всего, команда, которая делает что-то на свой страх и риск. В подобных проектах создаются новые сервисы, продукты, предлагаются принципиально новые каналы использования уже известных услуг, либо продвигают что-то уникальное именно для нашего рынка, хотя понятно, что они могли подсмотреть это на Западе и захотеть воспроизвести с новой «начинкой», но и это тоже нужно суметь сделать.

Вы спрашивали, как мы посчитали стартапы для финансовой индустрии. Отвечаю: простым эмпирическим путем, когда созывали свой первый Finnext – это смотр стартапов для финансовой индустрии. Первоначально мы придерживались идеи, что программа мероприятия должна состоять целиком из «питчей» стартапов. Нужно было устроить около 60 «питчей», да еще и предварительно отобрать из 120 вариантов эти самые 60 счастливчиков. Однако когда мы вплотную занялись организацией, то я понял, что подобный план – это совершенно нереальная история, потому что проектов просто физически мало.

Прошу учесть, что занялись мы этим вопросом еще в 2012 году. Разумеется, время летит быстро, но, в общем, могу сказать, что в нашей стране сегодня всего около 3–4 десятков команд, которые целенаправленно работают над идеями, применимыми в финансовой индустрии. Ситуация в наше время очень быстро меняется, в том числе и потому, что банковский менеджмент начал осознавать, что возникает brave new world – «дивный новый мир» цифровых технологий, инновационных денежных сервисов. Здесь можно существенно выиграть, если правильно осуществить инвестиции, и интерес со стороны банков данная отрасль уже ощущает. Стартапы, вот эти смелые команды, начали получать «подпитку» и стали развиваться на деньги банковских топ-менеджеров, и я думаю, что уже осенью мы увидим одновременный дебют на рынке нескольких подобных проектов.

- Можете привести какие-нибудь примеры?

- Обратите внимание, как в России косяком пошли стартапы с мобильными картридерами. Их однозначно больше десятка, но кто-то говорит, что их уже 30 на всю страну. Думаю, что следом легкие банки «полетят». Кстати, Инстабанк уже запущен, Rocketbank уже «летит в космос». В общем, интересных проектов появляется все больше. Другой вопрос, кто из этих легких банков выживет, кто найдет свою уникальную рыночную модель? Между прочим, ряд инноваций возможен и в области микрофинансирования. Думаю, в этой сфере усилится цифровой канал, появится множество новых проектов. Инновации коснутся и скоринга – здесь новая модель анализа данных о клиенте или заемщике тесно связана с развитием систем анализа большого количества неструктурированной информации – технологии Big Data.

- Вы имеете в виду развитие технологий, касающееся анализа пользователей соцсетей?

- В том числе, но область применения таких технологий намного шире. В фокусе интереса разработчиков сегодня находится анализ так называемых «слабых сигналов». Разбору и проверке подвергаются уже не просто предъявленные клиентом документы, а 150, 300, а то и 500 разных «слабых сигналов». Скажем, таких, как есть ли у человека телефон, и какой он, с кем он дружит, есть ли на его фотографиях бутылки, сколько девушек у него во «френдах» и т.д. Каждый из выбранных критериев сам по себе недостоверен и недостаточен для выводов, однако проанализированные все вместе 500 «слабых сигналов» описывают уже вполне статистически достоверную картину.

Много новых технологий будет развиваться в области информационной безопасности. Это очень социально значимая область, и тревога здесь нарастает под воздействием того, как понятия безопасности размываются.

- На уже упомянутой конференции 9 апреля вы сказали, что «только жесточайший кризис заставил банки двигаться в сторону стартапов».

- Это сказал не я, а Пекка Вильякайнен – советник президента фонда Сколково по работе со стартапами. Если мы обратимся к истории возникновения интернет-банкинга в мире, то увидим, что одной из первых стран, где он появился, была Финляндия. Пекка Вильякайнен в своем интервью на FutureBanking рассказывал о том, как он создавал первую в мире оболочку для интернет-банка. Он программист и с высоты своего опыта работы как раз и констатировал, что если бы в банках Финляндии в тот момент все было хорошо, то никуда бы они не двинулись. Только жесточайший кризис тогда заставил кредитные организации обратиться к новым технологиям. И это правда.

- Получается, что социальный дарвинизм по-прежнему является объясняющим принципом развития бизнеса? Мы ищем новые пути развития не потому, что все хорошо, мы процветаем, у нас есть силы двигаться, искать, а потому что как раз все плохо, и нужно срочно что-то придумывать?

- Какие-то люди ищут новое непрерывно, но другое дело, что поддержку они получают только когда общество или компания воспринимает серьезную угрозу. Сказал же лауреат Нобелевской премии Андрей Гейм не так давно, что у нас полная стагнация в фундаментальной науке, и если только астероид нам будет угрожать, тогда человечество встрепенется и как-то, наконец, эту самую фундаментальную науку разовьет. Можно подобную аналогию проводить и в области банковского бизнеса. Сейчас кредитные организации напуганы, поэтому они приходят на стартаповские форумы, изучают предложения, отслеживают инновационные идеи телекоммуникационных компаний. Ситуация на рынке заставляет их двигаться.

- На банковском саммите ЦФТ в Вильнюсе вы были модератором одной из сессий второго дня мероприятия, где в ряду других экспертов выступал и директор по стратегии компании Spigit Джеймс Гарднер. В своем докладе он рассказал о судьбе инноваций в современных организациях. По его данным, они редко живут дольше полутора лет и чаще всего закрываются по причине отсутствия финансовой отдачи. Вы с подобными выводами согласны? Оценивая судьбу стартапов и инновации уже несколько лет, вы ведете анализ их судьбы, в том числе и в российской действительности?

- Здесь я снова хочу уточнить один момент: дело в том, что это с банками я работаю уже долгое время, а вот инновациями занимаюсь как раз недавно. Правда, инновации в России и появились-то всего несколько лет назад. Любое обобщение, как вы знаете, лишено точности конкретных случаев, однако кое-какие выводы по поводу нашей страны сделать вполне возможно. Следует сказать, что наша беда, как и наши дополнительные возможности, связаны с тем, что в российских банках многое зависит от волюнтаристического фактора. Если западные банки – это огромные бюрократические машины, которые живут по жестким регламентам, выработанным в течение десятков, а то и сотен лет, то в русских банках до сих пор очень многое зависит от воли владельца бизнеса, либо первого лица в этом банке. Шанс появляется тогда, когда первое лицо сам искренне убежден в необходимости инноваций. Заинтересованные команды новаторов именно у таких банкиров получают возможность реализоваться, и вот тогда подобные проекты могут продолжаться более полутора лет, о которых говорил иностранный эксперт на саммите ЦФТ. Это не связанно с окупаемостью проектов на первом этапе – это связано с верой в их будущую рентабельность руководства конкурентной кредитной организации.

Джеймс Гарднер на уровне экономики был абсолютно прав: наши инновации также не дают быстрого результата и встречают сопротивление middle – менеджмента, которому комфортнее работать в условиях уже настроенных бизнес-процессов. Кроме того, новые проекты точно также отторгаются ИТ-службами кредитных организаций, поскольку для них инновации подобны досадной помехе в отлаженной работе. Но в ситуации, когда большую роль играет воля ключевых топ-менеджеров, искренне приверженных инновациям, появляется шанс.

В настоящий момент говорить о выживаемости инноваций в России сложно: четкую статистику по данному вопросу никто не ведет, сама эта технологическая область очень молодая, но вот года через три, я думаю, появится уже четкая картина.

Наши банки сейчас пытаются найти форму, при которой заниматься инновационным развитием было наиболее эффективно. Кто-то создает внутри кредитных организаций инновационные департаменты, потом распускает их, или создает инновационные подразделения внутри розничных блоков, потом распускает и их. Или банк создает специальный венчурный фонд, где с этими инновациями уже работают вне кредитной организации.

В общем, идет постоянный поиск идеальной формы сосуществования. Однако серьезная проблема, главный вызов здесь заключается даже не в этом постоянном поиске формы, а в том, о чем я говорил в самом начале – банкам нужно измениться внутренне. Когда же происходит открытое «столкновение культур» – инновационной и банковской – при отсутствии правильной формы, то, конечно, наблюдается очень большое напряжение.

- Скажите, а российская инновационная практика, по вашим наблюдениям, полностью заимствуется из-за рубежа, или вам известны какие-то отечественные проекты, которые можно назвать достижением именно нашей страны. Интересен ли вам, в принципе, опыт российских новаторов? Посещаете ли вы специализированные венчурные выставки, форумы талантливой молодежи и т.д., где и продвигают новые идеи?

- Здесь нужно вести речь не только об инновациях или стартапах, поскольку они составляют интересную, но достаточно узкую тему. А вот более серьезная и широкая сфера – это инновационные изменения банкинга. И вот в этой области, я считают, Россия имеет очень хорошие позиции. К примеру, когда был создан мобильный банк Альфа-банка, то он являлся одним из самых технологически передовых в мире. Он и до сих пор остается одним из лучших. Полагаю, что то, что делает «Банк24.ру», работая со своей очень специфической клиентурой микропредпринимателей – это уникальный опыт, который могли бы изучать в мире. Я считаю, что если у Лето-банка получится кейс с дружелюбными отделениями, то о нем будут говорить так же, как о знаменитом Umpqua bank с его кофе для клиентов в клубных офисах.

Хочу подчеркнуть, что в России нет проблем с талантами. И не всегда уникальные проекты должны носить вывеску «стартап» или «инновация», но есть и много других интересных и важных направлений. В России также очень много всего создается. Просто пока еще мало проектов получило финансовую «подпитку», поэтому о результатах говорить рано. К примеру, есть замечательный проект «Юником24», автором которого является Юрий Кудряков. Суть проекта в создании экосистемы, причем, на мой взгляд, автор точно ни у кого «не списывал», а сам все придумал.

Полагают, что и в области скоринга мы тоже не будем подсматривать, что происходит на Западе. У нас сильные математики и много отличных специалистов с прекрасным техническим образованием. Вполне возможно, что мы сами их будем учить. Конечно, что касается сервиса, интерфейса, дизайна – вот здесь, наверное, проблемы все же будут, и уже российским специалистам следует учиться у западных экспертов.

- По вашему мнению, будет ли банк будущего лишен недостатков банка современного? Станет ли меньше мошенничества? Сможет ли он победить жажду наживы со стороны того же менеджмента, желание залезть в кошелек клиентов? Изменят ли новые технологии отношения и представления людей о деньгах и состояниях, а может быть, и отношения даже между людьми?

- Нужно понимать, что далеко не банкинг является определяющим в отношениях между людьми. Наоборот, изменения в банкинге являются отражением того, что изменяется в окружающем мире. Как я уже говорил, происходит цифровая революция: все вокруг нас превращается в информацию. Даже предметы потребления все больше носят информационный характер. Банк будущего не столько будет лишен недостатков банка настоящего, сколько будет иметь свои. Очевидные для нас недостатки банка настоящего будут решены: справятся, в конце концов, с очередями, операции будут проходить практически мгновенно, обслуживание клиентов станет максимально удобным для них.

Однако если говорить об угрозах мошенничества, как внутренних (со стороны нечистоплотного менеджмента), так и внешних (со стороны киберпреступников), то эти угрозы сохранятся, поскольку это непрерывная война. Уже в современном банке безопасность потребителей во многом в зоне их ответственности: от осторожного поведения клиента зависит то, насколько он защищен. В банке будущего у клиентов будет больше свободы, но и личная ответственность за обращение со своими счетами также во многом увеличится. Отчасти ошибки пользователей связаны с их недостаточным опытом цифровой жизни, но со временем этот недостаток исчезнет, поскольку такой опыт будет у каждого. А вот от неосмотрительного поведения самого пользователя никакие современные технологии его до конца защитить не смогут, поэтому и важность личной ответственности всегда будет актуальной.

- Изменят ли новые технологии представление о деньгах и состояниях?

- Здесь вспоминается старый философский вопрос о том, что было раньше – курица или яйцо? Но я хочу подчеркнуть, что в наши дни не просто технологии изменяются. Идет глобальная эволюция: изменяется реальность.

- Экономических отношений?

- И экономических отношений, и отношений с окружающими, и культура потребления трансформируется, и система продажи даже своего труда и т.д. Все изменяется, превращаясь в информационные потоки. В чем их отличие? Они легче перемещаются: в мире становится все меньше каких-то преград и барьеров. И это, с одной стороны, хорошо, а с другой – может нести за собой и какие-то ужасные, катастрофические последствия. Деньги становится все легче потратить «не на то, что нужно», а то и запросто потерять. Однако важно научиться справляться с отрицательными явлениями: необходимо научиться жить в цифровой реальности, потому что она существенно меняет жизнь людей к лучшему. Да и человек сам должен развиваться.

- На уже упомянутом саммите в Вильнюсе выступал Бретт Кинг, автор книги «Банк 3.0». Вообще, об инновациях сегодня пишут много интересного. Какие книги, по вашему мнению, реально отражают тенденции рынка, а не являются плодом иногда больной фантазии автора? Можете перечислить авторов, которые мыслят по-рыночному, рационально, но все же прекрасно улавливают основные тренды современности?

- Если говорить о финансовых услугах, то пока мне не посчастливилось прочитать какие-то по-настоящему ценные книги. Бретт Кинг хорош тем, что вне зависимости от того, согласны ли вы с его выводами или нет, он упорядочил определенный набор понятий. Он создал язык для описания новой реальности в финансовых сервисах, и этим понятийным набором сейчас начинают все пользоваться.

В связи с глобальным ускорением информационных потоков, инновационная мысль сегодня работает не в книгах, а в блогах, статьях, на конференциях, опять же. Реальность трансформируется так быстро, что человечество не успевает собирать группы инновационных идей в книги. Поэтому мой совет здесь выглядит необычно: читайте сайты, такие как Bank Innovation и BAI Banking Strategies, профильные блоги, скажем, Visible Banking или BankNXT и другие. Именно здесь бьется пульс последних достижений, вокруг этих ресурсов собираются продвинутые люди из различных отраслей и т.д. Однако нужно сохранять и долю скептицизма, поскольку каждый из этих «продвинутых людей» может ошибаться.

Здесь важно другое. Сегодня развитие инноваций – это коллективный процесс. И это очень сильно отличает его даже от прошлых десятилетий, когда один какой-то именитый футуролог или экономист создавал свои глобальные труды. Сегодня, если вы знакомы с современной теорией информации, работает «коллективный редактор» – много разных людей в конечном итоге создают то, что мы читаем, изучаем и т.д.

- В заключение хотелось бы, чтобы вы подвели итог. Инновация для банков сегодня – это дань моде или насущная необходимость? «Изменись или умри», или перед банками варианты и более мягких путей существуют?

- На самом деле никакой дилеммы нет. Как можно не меняться? В этом процессе задействованы все, и происходит он естественным путем: танцуют все! И если банковская индустрия займет слишком выжидательные позиции, тогда другие отрасли – те же телекоммуникации или большие интернет-компании – начнут «выжимать» их по очереди из всё большего числа сервисов. Но мне кажется, что этого все-таки не произойдет.

Хочу в заключение только добавить несколько слов о собственном опыте. Когда мы затевали наш первый форум Finnext, то у меня было желание просто скопировать аналогичный западный опыт. На подобных мероприятиях в США или Великобритании собираются банки и большие ИТ-компании, перед которыми выступают стартап-команды. В тот момент были мысли только о разовом мероприятии, дальнейшее развитие подобного события я не видел. Однако сейчас я со всей уверенностью заявляю, что мы ощущаем реальную востребованность на рынке подобных проектов.

Внутри банков сегодня формируется новая генерация сотрудников. У этого слоя специалистов не так много источников информации и не так много мест, где они смогли бы профессионально пообщаться между собой. И они открыты к взаимодействию гораздо больше, чем даже некоторые многоопытные банкиры. Мы видим свою миссию в том, чтобы создать некое движение – условно я называю его «Движением за новый банкинг». И я надеюсь, что сформированная, в том числе благодаря нашим усилиям, группа единомышленников, группа профессионалов поможет банкам пережить эпоху перемен.

В области инновационных технологий нашим банкам еще рано конкурировать между собой: есть огромный рынок, неосвоенный и неохваченный. А потребитель в нашей стране, вообще, еще не привык жить в меняющейся реальности, и гораздо полезнее всем вместе развивать и повышать уровень имеющихся сервисов. И я призываю банкиров, открытых к новым идеям, участвовать в процессе цифровой трансформации, в том числе и через канал наших специализированных мероприятий.

Наталия Трушина, Bankir.Ru

Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 21 августа 2013 > № 886841 Антон Арнаутов


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter